Москва — Маньпупунёр (флуктуации в дольнем и горним)

Том II. Схватка на плато Маньпупунёр

Владимир Лизичев

© Владимир Лизичев, 2017

ISBN 978-5-4485-9593-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 3

Осень

Глава 36. Как панагия бежать помогла, и о газах

Луций Анней Сенека (4г. до н. э. — 65г. н. э) одним из первых сказал жить — значит бороться, с тех пор, столько воды утекло, а мы так и не поняли, что начинать надо с себя

То, что так донимало Семенова, избитого и физически и душевно, в конце концов, и спасло его от неминуемой расправы. Его на этот раз раньше, чем пришёл доктор, разбудил дикий холод. Поскольку была у него привычка вертеться во сне, чего несколько суток пребывания в этом месте делать не мог, болели сломанные ребра и вообще все. А тут он крутанулся, пытаясь прижать колени ближе к груди в позе ребёнка в чреве матери, оба одеяла сползли. Холод начал трясти его сначала спящего, а потом уж он и окончательно пришёл в себя ото сна.

Первой мыслью, была та последняя, с которой он после уколов того странного эскулапа провалился в сон. А именно — чем они его тут пичкают? Тут ССС стал соображать, что видимо в этом карцере под землёй, пока его тащили, он мгновениями от боли приходил в себя и кое-что все же заметил и понял. Так вот сообразил, что здесь он минимум два, три дня, а может быть и больше недели. Продолжив далее анализ ситуации, речь, как ни как, шла о самой его и близких, родных людей жизни, включив «дедукцию» директор, теперь уже он и это вполне определено понял. Он — бывший директор автосалона пришёл к неутешительному выводу.

Первое его пичкают какой-то дрянью, возможно наркотой, второе — от него что-то важное скрывают, а значит и веры его спасителю нет. Да и в принципе, не понятно, откуда он там, на складе взялся? А раз так, то и не стоит вовсе дожидаться другого благоприятного момента, пока врач не пришёл, продумать план побега, и уносить поскорее отсюда ноги. К тому, что дальше, больше может быть только хуже.

А пока нужно хоть чуть-чуть согреться и найти, где выключатель. Пока тело, будучи израненным, ещё болело и ныло (полежи, не напрягайся), делать для разугреву физические упражнения он не мог, ну типа — отжаться раз пятьдесят, а вот понапрягать в статике мышцу, какую вполне. Чем тут же и не преминул заняться, скоро колотить перестало и думалось не веселее, но легче.

Затем не менее часов двух-трёх ушло на поиск выключателя. Лампочка, как он вспомнил, находилась в углублении высоко под самым потолком помещения, где он находился так, что освещала только дальнюю его половину. Сперва, это были чисто интуитивные попытки, по аналогии с офисом или квартирой, затем поиск пошёл по площадям и секторам, позднее ввиду полной безуспешности и того и другого, с учётом скрытности размещения и возможности включения/выключения. Когда же и эти попытки не привели к желаемому результату, и он обессиленный упал на койку, в голову пришла простая и не такая уж приятная мысль, что выключатель, скорее всего, находится снаружи помещения.

Правда, на ощупь, в кромешной темноте ему удалось найти кое-что интересное. В большом углублении, каменной нише слева от входной двери, колотить в неё он не решился, а вдруг кто услышит, но отжать в меру сил попытался, так вот в той нише обнаружил он иконы и ещё какие-то предметы, назначенье которых его метод не подсказал.

Про иконы он определил быстро: доски были почти все немного выгнуты; большинство икон имели ризу или металлический (серебряный) оклад, углубление, где легко угадывались лики; запах их был приятен, мягкий запах свечей, пчелиного мёда и миры либо ещё чего волнительного и с детства знакомого, в церкву все когда-то бегали. По мелким трещинкам на досках и кое-где облупившейся краске догадался, что иконам лет не мало.

Определил он после этого и панагию и большие нательные кресты и два посоха, которые сначала хотел использовать в качестве оружия для побега, но затем — хвала Богу, решил действовать хитростью, без излишней жестокости. Ведь то были лишь его предположения, а что там на самом деле, точно уверен все же не был. Какие-то кубки, знамёна-хоругви, прочая утварь, принадлежности, явно были или же имели отношение к церковной жизни, назначение других он понять так и не смог.

Зачем-то все здесь хранилось, решил, что со стародавних времён здесь был храм, катакомбный что ли, так их называли. Но может и другое — ворованные они, а здесь схрон, тогда ему точно хана. С доктором ему один на один в теперешнем состоянии определённо не справится, значит — делать буду так.

Ждать пришлось долго, он с трудом надел ботинки, найденные под койкой, ноги распухли, пришлось растянуть до упора резинки мягких итальянской кожи мокасин. ССС устал, замёрз и чуть опять не заснул.

Хорошо, что звуки шагов в узкости подземелья были весьма прилично слышны ещё, когда человек шёл по пещере. Акустика в ней была на высоте.

Доктор остановился в метре от двери, посветил фонариком на запор и выключатель, что справа на маленьком щитке и негромко спросил, так на всякий случай — Семён Семеныч, Вы не спите? Прислушался, не слыша храпа, переспросил, но так и не получив ответа, повернул рубильник выключателя и открыл засов на двери.

В то самое время, ССС вспомнив, что ниша слева от двери в свете высокой лампы почти не видна, втиснулся в неё между каменной стенкой ближе к двери и какой-то коробкой и ждал, когда эскулап будет проходить мимо него к койке. Чтобы не выдать себя преждевременно, он предусмотрительно напихал на койку под одеяло все, что только обнаружил до того, на ощупь, в том числе и иконы и ещё кое-что из церковной утвари. Сердце бешено колотилось, он из последних сил пытался сдерживать хрипы своего дыхания.

Меж тем врач подслеповато, после темноты, тусклого дежурного освещения пещеры и света фонарика, глаза на какое-то время ослепило, успел сделать пару шагов в сторону койки, на которой, как ему показалось, лежал, выпрямившись, укрывшийся с головой Семенов. И тут неожиданно, получив толчок в спину упал, в нешироком проходе между стеной и, узким длинным столом, что был для него слева.

Ничего не соображая ещё он, падая, успел схватиться за край высокого стола, отчего его тело развернуло. Рука, само собой не удержала вес доктора и, тот влетел под стол, пребольно ударившись лицом о пластиковый угол биотуалета, им же спрятанный туда в крайнее посещение узника.

Искры из глаз, барахтанье под столом и боль, кровь пошла носом на три секунды дали фору Семенову, чем тот не преминул воспользоваться. Его от напряжения, страха и боли трясло. Но успел-таки, на деревянных ногах выйти из помещения и запереть почти на ощупь за собой засов.

Прошло ещё две-три секунды, как очухавшийся док стал молотить ногами в запертую дверь и повторять свои мантры — «Вы спокойны, Вы спите, Вы по моей команде через три секунды откроете дверь».

«Ага, щааз, разбежался!». ССС, стоял, прислонившись к холодному камню стены на полусогнутых ногах, коленки трясло, глаза опять привыкали к темноте. Правда, из тоннеля, что вёл в пещеру, еле-еле пробивался кое-какой свет. Семенов помолившись, спасибо за удачное начало предприятия, ощутил тепло Панагии во внутреннем кармане на груди и, уже почти успокоившись, от пережитого, спросил — «Доктор, а скажите ка лучше, какой такой дрянью Вы меня потчевали и зачем?». На что новый узник «Замка Иф» ответил, что это всего лишь обезболивающие лекарства. «Ан позвольте Вам не поверить», сарказм попёр из бывшего узника подземелья вместе с довольным смешком Кота Леопольда, мышеловка то захлопнулась.

«Если не скажите всю правду пущу газ», выдал сам для себя совершенно неожиданно (и действительно живот раздуло от нездоровой пищи). И тут же про себя, — «Какой такой газ, с чего это я, пукнуть, что ли захотел, наверное, все от той же дури».

В отличие от Семенова фраза о газе застала эскулапа качественника врасплох, ему ли было не знать о том, что в нишах коридора действительно находился баллон с хлорным газом, как последнее средство успокоения буйных жертв и два противогаза для тех, кто его пускал в отверстие для ключа на двери. «Вот только откуда об этом известно овце?».

«Какой ещё газ, Вы больны, несёте всякую чушь». ССС, в свою очередь, помолясь решил выключить доктору свет и отправиться отсюда, куда ноги выведут. Так и сделал, но не успел сделать и три шага, как услышал истошный голос узника поневоле — «Постойте, же я все расскажу!».

Врач то подумал, что Семенов пошёл за баллоном, и решил не испытывать судьбу, во всем сознаться.

Выслушав его далеко не правдивый рассказ ССС, теперь уже совершенно точно убедившийся в своих подозрениях относительно своей участи, вдруг так по-звериному, не смотря ни на что, захотел выжить и спасти жену и детей. Так захотел, что казалось, должны были разверзнуться каменные стены подземелья и сами вытолкнуть его на поверхность к Солнцу, где все просто и по-доброму, нет бандитов и прочих уродов, не дающих жить и работать. Благодаря молитве ли, а может быть — заступнице Панагии Семистрельной, Хранительнице, собственному жизненному опыту и проснувшейся в нем неожиданно вере, в избавление от страданий на том складе, но избавившись от сомнений и страхов, он пошёл прочь.

Оставив заточенного врача один на один с его совестью в кромешной тьме и тишине. Какое-то время Семенов слышал слова проклятий, извергаемых грязным потоком на него из-за двери узилища, а потом они пропали вовсе.

Врач сидел на койке среди икон, его уже начало трясти то ли от холода, то ли от сознания того, что расплатой за то, что выпустил овцу из вертепа, даже если тому не дадут уйти, для него будет только смерть в той самой яме, куда водил других. От этого становилось муторно и, хотелось, как в детстве забиться под одеяло и уснуть, в надежде, что все само собой пройдёт и рассосётся.

Вскоре Семенов вышел под свод пещеры, казавшейся огромной в тусклом свете цепочки ламп. Приняв мысль о том, что в сторону аквапарка ему идти нельзя, так как там его могли ждать церберы Арсата или все того же Махди Ворзаева, побродил по пещере, увидел «свою» яму.

Нашёл кое-что полезное: женскую тёплую куртку большого размера, сойдёт; два светодиодных фонарика; две буханки хлеба в упаковке; пачку печенья с тремя бутылками воды; ещё кое, что из мелочи, как то вилку мельхиоровую с надписью — «Пламя», коробок спичек и кусок материи, которую можно было использовать в качестве перевязочного материала.

Похвалив себя за находки и рассовав все богатства по карманам, наш герой отправился в путь, свернув в тот проход, что находился рядом с местом его заточения.

Голос врача — «Кто там, я здесь, отворите дверь, я заперт», — только придал уверенности в правильности принятого решения, и сначала осторожно по шажку, а затем и все увереннее и быстрее в кромешной темноте Семён Семёнович двинул навстречу судьбе в неизведанное.

Как он ориентировался и не бился о понижения потолка, которые изредка, но встречались, не касался стен в узостях проходов, а главное избегал тупиков и лабиринтов, он бы объяснить не смог и под гипнозом, но это не было простым везением. То была интуиция и жажда жизни, что-то изменилось видимо и в голове под действием наркотиков, которыми его пичкали уже несколько дней.

Что-то подобное описано у американского писателя мистика и антрополога Карлоса Кастанеды в «Учение дона Хуана». Тот утверждал, что встреча с индейцем из племени яки, магом Хуаном Матусом в шестидесятом году прошлого столетия, изменила его жизнь, совершенно все поставив с ног на голову. Кастанеда хотел исследовать кактус пейотль — «растение силы», и именно с этой целью обратился к дону Хуану, который являлся знатоком местных растений.

Часов, дорогих TISSOT при нем не было, так же как и телефона с бумажником, видимо их забрал ещё «Логопед» на складе, поэтому он ориентировался на периоды сна — отдыха, которых со временем становилось все больше, усталость и боль давали о себе знать, то дыханием, то тяжестью ног, то неловким движением рёбер.

Так в каком-то трансе, полузабытьи он прошёл почти сутки, а ему казалось, что три. Воля и жажда жизни, когда нужно перешагнуть через — не могу, гнали вперёд.

Вместе с обоими батонами хлеба и последней бутылкой воды прошли и ещё одни сутки движения по подземному ходу. Иногда от усталости его охватывали сомненья, но повернуть назад значило верную смерть, а что впереди и главное — через, сколько ещё часов или дней, неизвестно. Он гнал от себя эти мысли, пытался давить их в зародыше, но они с упорством морских змей Лаокоона лезли и лезли в голову.

На третьи сутки ему повезло, откуда-то сверху в туннель пробивался, едва видимый свет и с потолка капала вода, он жадно пил прямо из лужи на полу сухими губами ощущая такой замечательный вкус чистой влаги. Не хотелось уходить от света, но он заставил себя идти вперёд, правда, до того, долго вспоминал с какой стороны пришёл, дабы не возвращаться нечаянно назад. Наполнил все пустые бутылки водой (не забыв похвалить себя за то, что не выбросил) и напился впрок, так что его едва не вырвало.

Потом он стал видеть впереди мелькание каких-то теней, их становилось все больше и больше, они бесшумно скользили по стенкам узкого хода и почти касались его. Иногда Семена останавливал свежий ветерок, незнамо откуда прилетающий, и так же не ведомо куда, исчезающий.

В какой-то момент он стал слышать в полной тишине и мраке подземелья чьи-то невнятные голоса и бормотанье, силился разобрать, что такое важное они хотели ему сообщить. Много раз он встречал крыс, ещё издали узнавая их по специфическому запаху и шуршанию быстрых ног.

Однажды во сне, после этого он не спал лёжа на спине, подложив руку под голову а, только прислонясь спиной к стенке туннеля, одна из них его укусила за нос. Он ударил пасюка рукой, но тот видимо голодный отпустил надкушенный кончик только после того как обе руки схватили его за бока. Убегая, он возмущённо пищал по своему, сетуя на неудачу. ССС научился чувствовать капли конденсата в тех местах, где потолок и стены были гладкими, будто отшлифованными, и жадно слизывал их языком метрами.

Наконец, когда шум голосов в подземном ходе стал зашкаливать и, ответив им звериным воем, длившимся неизвестно сколько, когда Семенов понял что сходит с ума, случилось и вовсе непонятное.

Совершенно отчётливо в темноте (?) он увидел, как прямо сквозь него пробежала группа волосатых людей с горящими факелами, в трапециевидных лаптях на босу ногу. Впереди простоволосые женщины в холстяных безполиковых рубахах почти до пят с малыми детьми грудничками в платках через плечо, а те, что постарше на руках и за спиной, за ними отроки обоих полов, кто и босиком. А сзади тылы прикрывали угрюмые бородатые мужики с длинными топорами и косами, а кто-то и с мечами в руках. На головах у них были по самые глаза нахлобучены смешные шапки-шлыки. Поверх рубах, что короче бабьих — чуть ниже колен, были надеты толстого лыка плетёные рубища «боевые рубахи», как понял Семён для защиты от ударов сабли плеч, спины и груди, руки они позволяли держать свободными для действий оружием, внизу на уровне бёдер половины соединялись пеньковыми завязями. Как у мужчин, так и у женщин по вороту, на рукавах и по нижнему краю рубах были вышиты славянские руны — обереги, большинство были опоясаны также расшитыми широкими кушаками. Двое были вооружены, длинными в рост, мощными луками и почти пустыми берестяными колчанами для стрел с металлическими наконечниками. Из-под рубах были видны исподнее и такие же светлые портки, от щитолок и почти до колен крест-накрест «косой решёткой» подвязанные серой пенькой от задников лаптей. Трое, самых здоровых и коренастых, тащили на себе раненых.

Они, так же удивлённо смотрели на Семена, сидевшего на каменном полу, прислонившись к стене, как и он на них.

ССС настолько устал, что так явно отражалось на лице, потому видимо его приняли, толи за раненного, толи за умирающего. Приостановившаяся было, группа продолжила, своё бегство. Замыкавший группу древних, как уже понял Семенов, сородичей руссов, здоровенный богатырь велик был ростом и, ему приходилось бежать, согнувшись, что называется в три погибели.

На нем, в отличие от остальных, на подоспешник сверху была надета кольчуга мелкого кольца, судя по всему заморского мастера. В левой руке он держал малый круглый, обшитый кожей деревянный шит, обитый крестом полосами железа для прочности, его сектора также были расшиты рунами Белбога, Перуна, Сварога и Нави, о чем конечно Семенов и не догадывался. В правой — болталась увесистая палица на кожаном ремне, с острым наконечником рукояти и обитым железом навершием дубинки — «башкой» и почти метровой длинны горящий факел.

Ратник крикнул остальным, чтобы те бежали шибче, а сам остановился, склонившись над странным человеце, поднёс к самому лицу Семена факел, так что тот явственно ощутил жар и тепло пламени. Он назвал себя по имени Ратмир и сказал несколько слов, из которых бывший директор московского автосалона понял только — «Пробаю бритоусый, сорочины треклятые шмыкают, чикали, удел княжий хмарой покрыли. Брань на живот мир. Застава наша, надёжа не сдюжили, повьрже, ратных воев нетути. Чаять помочи надеги малоти».

Дальше Семён отказался от предложения присоединиться к группе и бежать, скрытным ходом сотоварищи, понял то по жестам воя, помотав в отрицание головой. Только одну просьбу, едва шевеля пересохшим ртом, сумел выдавить он — «Пить». Положив рядом с измождённым соплеменником свою флягу и, пожелав ему защиту Рода, десятник Ратмир, как он себя назвал, гулко стукнув рукой по левой стороне груди, легонько склонил голову и вскоре исчез, поспевая за ушедшими в темноту сородичами. Опять пришла темнота.

Почему он признал его за своего и не спросил, какого роду племени Семенов так и не понял, проваливаясь в очередное небытие. Удивление тому пришло много позже.

Только тогда, решил, что все это привиделось ему во сне, коротком забытьи или как галлюцинация, а пока Семён обнаружил у самой ноги эту флягу из тыквы — горлянку на ремешке и жадно выпил с горчинкой пахнущую мятой жидкость, приятную на вкус, и сразу же почувствовал прилив свежих сил.

Пожалел о том, что не расспросил витязя, как добраться до выхода на поверхность, но потом обнаружил ещё один подарок от предков два факела, прислонённых к плечу и упавших, когда он привстал с пола. Чтобы не потерять ориентир, куда, в какую сторону идти, он теперь засыпал сидя так, чтобы после сна или отдыха путь был всегда слева от него.

Поскольку батарейки в обоих фонарях уже давно сели ССС достал спички (осталось пол коробка) и зажёг первый факел, чуть приоткрыл один глаз, смотрел в сторону, чтобы сразу не ослепнуть (давно не видел света), спустя пять минут открыл второй. В небольшой на вид, шарообразной фляге ещё осталось не менее половины жидкости, которая вернула его к жизни.

Надевая её верёвку через голову на плечо, заметил, что на её тёмных коричневого цвета боках что-то нарисовано. Снял и поближе рассмотрел, по всей окружности тыквы была вырезана и соответственно выделялась белым цветом некая протяжённая ёлочка, с множеством прямых простых и не простых, кустистых ответвлений.

И тут до ССС, наконец, дошло, что это кроки маршрута, оставалось найти свою точку и узнать, чем тупик отличается от выхода на поверхность. Придя к выводу о том, что он уже ближе к другому выходу от большой пещеры. Семёнов обнаружил два овала на длинной линии, значит он на расстоянии двух факелов горения от другого противоположного выхода, который был обозначен на фляге, как буква английского алфавита V, примыкающая остриём к обоим концам длинной линии, вблизи неё был лишь один овал (или пещера). А как мы помним, да и наш герой тоже, его несли вниз, к большой пещере, минуя маленькую. Потом он нашёл ещё несколько ответвлений от длинной линии по окружности тыквы с расширением в виде V, стало ясно это выходы. Оставалось узнать только свою точку, а это можно было сделать, только добравшись до первого выхода, направо или налево, собственно нечего было гадать, надо топать, а сил почти не осталось, как не осталось ни хлеба, ни печеньки, да и остатков жидкости во фляге едва хватит на сутки пути.

Можно было идти помолясь о завершении предприятия во спасение жизни и души, тем более что внутренний голос подсказывал ему — все будет хорошо, он вырвется. Чего он совершенно не воспринял в этом невероятном месте, так это того, что вся группа руссов-славен прямо пробежала, прошла буквально сквозь него в узком пространстве хода, где и двум людям трудно было разминуться.

При этом, выглядели они самым натуральны образом совсем, как нормальные. Не струились, не просвечивали насквозь, не светились аурами. Он даже чуточку почувствовал, как они, нарушали границы его тела, врываясь с левой стороны и вырываясь с правой.

Ещё он не заметил того, что все болячки прошли, а рана на груди полностью затянулась толстым слоем кожи, а не сочилась как до этого мокрым сгустком крови и сукровицы. Часа через три после той встречи, он нашёл по пути ответвление хода слева, попытался найти его на схеме, что была на тыкве, так как ответвление было коротким тупиком, решил проверить и не ошибся.

Всего в пятидесяти-шестидесяти пяти шагах оперся в тупик и уже пошёл возвращаться, когда услышал вдали шум голосов. Почуяв неладное, положил уже второй горящий факел на каменный пол, поспешно затушил его ботинком и лёг на пол, прижавшись к выемке в стене.

Ему опять повезло, искали его уже двое суток три группы по три человека в каждой с одной страшной задачей — пристрелить на месте, но прежде изъять Панагию, об этом всех и в отдельности каждого предупредили, чтобы знали, не вернут церковный раритет, останутся гнить в том же подземелье. На их стороне были все преимущества — подробные схемы подземных ходов, два лёгких трицикла и один электромопед (зарядки аккумулятора хватало на сорок — пятьдесят километров езды), позволявшие двигаться по туннелю вдвоём на скорости около десяти — пятнадцати километров в час, фонари, вода, специальная экипировка и даже кое-где связь. А у ССС только желание выжить и интуиция.

Он лежал и думал, что если те, кто может его искать ищут его уже давно, то обязательно пройдут весь закуток, не обнаружив его в центральном туннеле, и тогда ему не отбиться.

А вот если они ищут его один — два дня, то есть шанс, что просто проформы ради, на авось посветят фонарём, а свет его может и не достать, тогда ещё повоюем. Но может и страхи его все зря, и кто-то шастает по катакомбам совсем не по его душу? Грамотный охотник за сто метров бы учуял запах факела, тем более затушенного тут же.

Чей-то громкий голос сказал, — Вон он здесь.

Сердце у Семенова готово было выпрыгнуть из груди, колотились даже сосуды вен и артерий, что его окружали.

Ага, вижу — ответил второй.

Тот же голос, что был первым, продолжил.

В десяти шагах этот поворот, посвяти.

Спустя несколько секунд вспыхнул яркий свет мощного аккумуляторного фонаря и осветил весь до стены торца аппендикс. Семён Семёнович лежал, накрыв голову курткой, на его счастье отделка внутренности заимствованной им женской зимней аляски, материал подшивки был темно серого цвета, в отличие от ярко красного снаружи. Что уж там случилось, не известно, но ни один, ни другой из бандитов, смотревших прямо в закуток, Семенова не разглядели. Толи глаз, что называется, замылился, толи свет от куртки не отражался вовсе, бывает такое странное явление в туннелях и шахтах, но свет погас, и голоса вскоре переместились вправо, пока совсем не стали пропадать и не исчезли вовсе вместе со светом фонарей.

Семенов, во-первых избежал худшего, во-вторых точно знал, где находится и куда выходить, ибо теперь с большой долей вероятности знал, что его ждут и догадался где тот выход, что для него закрыт. Он вновь зажёг свой факел и поспешил, охотники за дичью в любой момент могли вернуться за оставленным недалеко мопедом. Воспользоваться им он не мог, по причине того, что тем самым выдал бы своё местоположение и направление движения в туннеле. Рисковать было нельзя.

Ещё через шесть часов в кромешной тьме, бросив догоревший задолго до этого последний факел, он тихим ходом, стараясь не шуметь, миновал ближайший выход. Подозревал, не без оснований, что его там заждались, и пустился почти, из последних сил до следующего поворота направо, который по расчётам был не более чем в четырёх — пяти часах ходу.

Буквально вслед ему, на пересечении основного туннеля и его левого ответвления, а также вблизи лестницы, ведущей в оборудованный вход в канализационный коллектор, были установлены крутыми специалистами два автономных датчика движения и соответствующая аппаратура усиления и передачи сигнала на такие же автономные приёмники-кейсы дежуривших в машинах круглосуточно охотников за дичью.

За него взялись уже по — серьёзному. Пришлось привлечь дополнительно людей со стороны. Он, Семенов Семён Семёнович и представить себе не мог скольких легионеров и, за какие бешеные деньги, привлекли злые люди к поиску, прежде всего той вещицы, которую он нёс при себе, и только потом собственно его самого.

Сделав ещё два привала, продрогший и лютой ненавистью, теперь именно в таком приближении стоило упоминать об отношении Семенова к путешествиям под землёй, лютой ненавистью ненавидящий катакомбы, пещеры, ходы, провалы и так далее и тому подобное, вышел на тот участок, где должен был быть выход или вход. Подвал жилого дома, обрыв берега небольшой речушки, да хоть и дамский туалет или что-то в этом роде, но ни слева, ни справа двери, аппендикса, ничего, даже намёка на лаз не было, он бы почувствовал по дуновению слабого ветерка, по запаху.

Несколько раз он жёг последние спички, что бы свериться со схемой на тыкве, прошёлся туда-сюда сначала на пару сотен метров, а потом и поболи, ощупывая стены, в надежде обнаружить тактильно скрытый лаз или дверь, но все напрасно, только пальцы ободрал в кровь. Он испугался и, впервые за все последние тяжкие дни и ночи, чуть не впал в отчаяние. Как ни странно, но помогла молитва, опять своя, им самим сочинённая, но от чистого сердца и выздоравливающей души. Он успокоился и, присев известным образом уснул.

Во сне ему сначала, отчего-то приснилась овечья отара, бредущая по подземелью, одна белая овца отстала и остановилась рядом с ним, стала тереться по левую сторону от него о стену, большие синие глаза её внимательно смотрели на ССС, не моргая.

После он увидел надёжу Ратмира, тот был ранен в голову, видимо ударом сабли по касательной. Рана сильно кровоточила, из-под пальцев руки, которой он закрывал рану, по волосам цвета зрелого пшеничного поля текли её красные ручейки. Другой рукой десяцкий показывал Семёну вниз на стену или пол. Потом пропал на время, чтобы появиться вновь уже с перевязанной головой и палицей в руках, зачем-то пытался снять с рукояти острый наконечник. Проснувшись и придя в себя Семенов, сидел и, памятуя о прошлых дарах воя, пытался анализировать свой сон. Как он понял, его внимание обращали на два момента:

— первый необходимо найти что-то, какой-то предмет внизу на стене или полу хода;

— а вот со второй частью загадки были проблемы. У него с собой ничего не было, разве что пустая фляга да Панагия, сгоревшие факелы-деревяшки он выбросил далеко отсюда.

Если это тыква, то он её несколько раз внимательно рассмотрел при свете огня факелов и спичек, пробка простая затычка из дерева, ни зацепки, ни каких-либо трещинок или неровностей на ней нет, во всяком случае, на ощупь.

Панагию, он только раз хорошенько разглядел при свете лампы накаливания в пещере. Там тоже вроде бы все ясно. Массивная цепь, за которую вещицу можно использовать в качестве кистеня. Крепиться цепь к ажурной, в виде ромба серьгой. К самому верхнему обрезу полукружья лошадиной подковы. Внутри неё на четырёх гвоздях (их шляпки видны сверху) крестом, закреплён овал, по краям, украшенный ажурной (переплетенье веток и золотых цветов) полосой в виде старинного высокого русского щита. В овале, глубокой резкой нанесено по серебру изображение Богоматери Пресвятой Девы Марии со сведёнными на груди руками, по которым сочится кровь от семи мечей в теле её на переднем плане. Панагия тяжела, никаких намёков на то, что внутри неё что-то может быть спрятано — нет. На всякий случай он повертел её в руках, в надежде что там есть какой-то хитрый замок с секретом.

Так и не сумев разгадать эту не поддающуюся часть загадки, ССС решил заняться вплотную её первой составляющей, в чем к немалой радости и преуспел через десяток минут. Слева от себя, в десяти шагах и двадцати — тридцати сантиметрах от пола обнаружил выступ камня, потянув за который его удалось вытащить, за ним другой и третий, пока не образовался узкий в высоту, но достаточно широкий лаз, за которым видимо и находился выход на поверхность. Не трудно было сообразить, что теперь он был свободен от ловчих Махди.

Это был не ведомый до того праздник — новый, семнадцатый акт канонического шестнадцати актового Мерлезонского балета, от фр. Le ballet de la Merlaison, букв. «Балет дроздования». Так вот вам уже — хотя бы один дрозд получается, улетел! Но занавес господа ещё не закрыт. Семёнов как мог, заложил камни, чтобы лаз стал опять не заметен со стороны подземного хода его преследователям.

Бесконечно долго он, в буквальном смысле полз на коленях вверх, потом с трудом передвигал ноги по ведущему под небольшим градусом вверх уклону коридора, где-то поднимался по осыпающимся ступеням мягкого камня лестницы, было очевидно, что этим путём давным давно никто не пользовался. Дышать было нечем, лёгкие болели острой болью.

И вот, наконец, после всех мытарств и лишений, он добрался на ощупь до полусгнившего круглого щита, с ручкой метровой длины. Перед ним был явно выход наружу.

Отдохнув с полчаса, Семенов завязал глаза найденной тряпицей, все равно в кромешной тьме ничего не было видно и, попытался открыть лаз. Мощная на вид ручка легко оторвалась от досок этой двери в жизнь и, осталась в его руках. Оставалось одно разбить доски, благо их разместили здесь не менее чем лет пятьдесят, а то и все сто пятьдесят тому. За досками оказалась земля толстым слоем, видимо выход этот был давно засыпан.

Пользуясь обломками досок и ручкой, как лопатой и киркой с ломом одновременно, ССС постепенно прокопал не менее метра грунта и уже в остервенении, неведомо, откуда силы взялись, набросился на землю, разгребая, где рукой, а где и обеими землю. Руки уже не держали, когда он почувствовал корни растений и трав. Тут уж его было не остановить, он рычал и отбрасывал землю за собой.

Через десять минут рука с отщепом ручки вырвалась наружу, ещё пятнадцать потребовалось на то чтобы расширить проход и стряхнуть ошмётки земли с волос на голове.

Сняв повязку, Семенов поначалу решил, что ослеп, и лишь потом до него дошло, что снаружи царствовала ночь. За облаками Луны не было видно, как и звёзд, их заменяло розоватое зарево далёких городских огней, их свет отражался на нижней поверхности и кромках облаков.

Наконец-то он почувствовал настоящее летнее тепло, запахи листьев, трав и дикоросов цветов. Было тихо, где-то журчал ручей, несколько раз ухнула сова или филин. Семён Семёнович перекрестился, лежал и плакал навзрыд, не вытирая слез.

Тучи сгущались, видимо минут через несколько пойдёт летний тёплый дождь и умоет его грязного от нелёгкой борьбы с родной матушкой Землёй, а ведь чуть не похоронила его.

Из этих благостных мыслей его вывел жёсткий окрик — «Встать! Руки вверх! Вы окружены. Считаю до трёх, затем открываю огонь на поражение!». Одновременно, вокруг него, с трёх сторон, возникли три пятна ярчайшего света, глаза бедолаги просто вылетели! Силы оставили его все разом. Навалилась чернота, и провалилось в омут беспамятства сознание.

Глава 37. Божественный концерт

Абсолютное большинство людей всю жизнь ждут чуда, но только ничтожное число от них, его по-настоящему творит

Как вы помните, в конце 35 Главы мы расстались на том моменте, когда в Большой, или как его ещё называли не официально — Красный зал, по цвету кресел, прибыл Премьер и погас свет, начался Концерт Иль Дива.

Мои жалкие, увы, попытки передать то, воистину волшебное созвучие оркестра и изумительно подобранных голосов мужского квартета, никогда не смогут хоть в малейшей мере передать все чудо, сотворённое в переполненном зале.

Москвичи, избалованные лучшими мировыми образцами классического искусства, театра ли, музыкальной оперы и балета, литературы, да и кино, которых немало было собственно и создано в СССР и России, жаждали давно услышать этот квартет, самый коммерчески успешный в мире, согласно Книге Гиллеса. Да что там, этот самый Гиллес, кто хотя бы раз слышал по радио или посмотрел в Интернете их концерты в крупнейших городах мира, уже никогда не сможет даже близко сравнить их исполнение песен с кем-то другим. Абсолютно тоже, можно было смело сказать, об известных публике, кавер-версиях тех песен.

Андреа Бочелли и Сара Брайтман, Lady Gaga, Селин Дион и Барбара Стрейзанд, Элтон Джон, Beyonc, Алишия Киз, Кристина Агилера, Лара Фабиан и многие другие считали за честь спеть с ними и участвовать в концертах. На последних дисках, что быстро расходились, звучали, как старые песни в новой версии, так и новые дуэты с Элен Шегара, Лизой Энджели, Наташей Сен-Петор, Анггуан, Винсентом Никлю и другими исполнителями.

Так велико было притяжение их голосов, которые, как справедливо считали специалисты по вокалу, могли заменить собой целый хор, да и что там — оркестр.

Казалось, не было для них границ октав и предела сил модуляций голоса, трое из четырёх имели консерваторское образование. Четвёртый — Себастьен Изамбард, исполнитель, композитор и гитарист, ещё до того как стать одним из солистов Иль Дива занимал, со своими композициями, первые места во французских чартах.

Концерты группы «Il Divа» проходили на крупнейших концертных площадках мира под аккомпанемент лучших симфонических оркестров, световых эффектов и видеообразов. Исполняя в классическом оперном стиле композиции Альбинони Томазо, Эннио Морриконе, Фрэнка Синатры, Тони Брекстона и других знаменитых музыкантов на шести языках, солисты квартета получили безоговорочную любовь слушателей по всему миру. Числа фанатов их было не счесть. К тому времени они дали в 48 странах более 140 концертов. IL Divа выступили на церемонии открытия и закрытия FIFA World Cup 200_.

Те эмоции, что давали людям, четверо виртуозных вокалистов с внешностью сказочных принцев, одетых в элегантные костюмы от «Армани» не с чем было сравнить, казалось, сами боги спустились на землю и пели для людей. New York Art News писала — «Вчетвером они звучат так, как не поёт целая оперная труппа. Это Queen без гитар».

Их до сих пор считают продолжателями концепции исполнения классических хитов всемирно известным трио теноров — Каррераса (Carreras), Доминго (Domingo) и Паваротти (Pavarotti).

Фактически, тем кто, создал квартет, был Саймон Корелл — шотландский музыкальный продюсер. Концерт начался исполнением лирической песни — «My Heart Will Go On» (на итальянском). Затем продолжился — «I Will Always Love You» (на испанском), далее на английском — «I Can’t Help Falling In Love With You» и снова — «Alone» (на испанском).

До перерыва квартет исполнил десять песен, одну лучше другой, часть из них, были хорошо знакомы московскому зрителю и их исполнение, начиналось, и всегда заканчивалось такими бурными аплодисментами, что казалось публика, разобьёт ладоши в кровь. Все время на сцену несли цветы, ими были выложены уже две трети рампы и столы за кулисами.

После исполнения бесподобных Адажио и Исабель зал стоя отдал знак уважения таланту и тому музыкальному чуду, что творили эти четверо в зале. Хорош был и оркестр ой, как же он был хорош, не передать словами. Звукооператор, что находился посреди зала, окружённый креслами амфитеатра, звукорежиссёр тот, что сидел за пультами наверху, так сумели донести до зрителя звучание голосов и инструментов, что последние не мешали, но дополняли друг друга и, волшебство витало по залу, захватывало и всецело подчиняло себе.

Замечу, что выглядело уж совсем непривычно для московского и гос. чиновничьего бомонда, так это то, что не заверещал ни один телефон. Хотя этому могут быть разные причины и объяснения. Никто при исполнении мировых поп-хитов четвёркой не рассказывал соседу о перипетиях вчерашнего футбольного дерби «Динамо» — «Спартак», не бросился раньше всех на перерыв за блинами с икрой, как будто дома её не завались.

В общем, что там долго рассусоливать, хорошее настоящее искусство облагораживает людей, а это было не просто хорошее, это было высокое.

У доброй половины зала по телу ползли мурашки, особо экзальтированные молодые особы обеих полов разве что не визжали после исполнения — Регресса и Аллилуйя. Практически каждое исполнение заканчивалось выкриками с мест — Браво! Чуткие сердца солистов тоже в свою очередь, ощутив тёплое такое отношение зрителей к своему творчеству, отозвались и вытворяли голосами нечто невообразимое. Даже те, кто не очень разбирался в направлениях современной музыки, предпочитая модной нынче неоклассике, фортепьянные концерты Бетховена и фуги Баха, с одной стороны, и любители Рамштайн или стиля группы Моя Мишель, с другой, все были довольны, ибо прекрасно поняли — это Мастера с большой буквы.

Настя сидела, затаив дыхание, вся купаясь в волшебных волнах музыки. Если же случись такое — она тотчас прекратилась, скорее всего, расплакалась бы, словно кисейная барышня времён Некрасова и Тургенева, но к счастью это был всего-то лишь антракт, а за ним новые шедевры и чудеса. Она уже забыла про свой фурор на лестнице и жадные глаза молодых и не очень, когда и совсем — стариков, что оценивающе смотрели на неё, пока они с дядей шли к своим местам в первом, ближнем к сцене портере. Забыла о платье и драгоценностях, надетом на неё весьма приличном даже для среднего класса и выше достоянии, её всецело подхватило то воздушное состояние, что бывает у молодых девиц в ожидании настоящей взрослой любви, а не школьной, подростковой влюблённости. Она сейчас слушала божественный концерт и любила весь свет.

С таким настроением и вышла на перерыв, успев по ходу поблагодарить дядю, прижалась к нему бочком и снизу вверх глянув, сказала совершенно искренне — какой же ты у нас Валерий Викторович молодчина! Как Я рада, что попала сюда. На что тот, усмехнувшись, ответил, а как я то, рад, ты себе не представляешь.

Проводив её до фойе, младший из мужчин Вырубов (поскольку был младше её отца) оставил её на попечение одного из своих многочисленных знакомых, а сам, извинившись, отошёл, предупредив, что скоро вернётся. Просто он хочет переговорить, что называется на бегу, с одним важным господином и, сказав Au revoir, исчез, не забыв предупредить своего знакомого, чтобы тот проводил девушку до места в зале за № __ таким-то.

Знакомый представился как Юрий Павлович, и они с ним премило поболтали, оказался тот зам. гендиректора фундаментального института по рекультивации, заражённых радиацией земель и сельхозугодий. Говорили о музыке, солистах и затем оказалось и о любимом обоими художнике — примитивисте из Минска — В.А.Губанове. Тут и пропел «гудок заводской», приглашая зрителей вернуться в зал к началу второй части концерта. Так же галантно и ненавязчиво, но решительно Юрий Павлович взял Настёну под ручку и провёл к месту в партере, дядя ещё не вернулся с переговоров.

Поблагодарив Юрия, Настя даже пожалела, что тот не попросил у неё телефон, Юрий был весьма недурён собой, уже далеко не пацан, такой как её однокурсники, была в нем, чувствовалась некая сила голодного самца, так привлекающая женщин, как молодых, так и постарше. Короткие, абсолютно белые волосы ёжиком, светлая кожа и мужественное лицо, делали его похожим на прибалта или немца. Не только сам дядя, но и его знакомые по большей части были, как один, писаные красавчики. Знала бы она только, чем на самом деле занимался «прибалт».

Пребывая в целом-то в хорошем настроении, она конечно и не заметила, что к ней самой, и её спутникам проявляют повышенное внимание сразу несколько человек или даже групп, объединённых какой-то одной целью. Их с дядей издалека и реже вблизи снимали как фотографы из команды Сергея Смирнова, так и простые зрители. Несколько раз вблизи останавливались по очереди мужчины и дамы, хитрый Юрий, заметив это, из осторожности, каждый раз то находил повод переместиться по залу фойе, то просто закрывал её собой, якобы случайно.

Вели их профессионально и плотно, но это был расчёт на людей, пусть и с многолетней серьёзной подготовкой, но людей, а тут им предстояло столкнуться с чем-то иным, доселе не изведанным. Только те, что были ознакомлены с расшифровкой записи капитаном Морозовой рассказа старпера чекиста, в какой-то мере догадывались об истинных возможностях тех, кто сейчас был под колпаком спецслужб. Те из 1936 года легко могли в любой момент попросту смыться, испариться в прямом смысле этого слова, бесполезно также было в них стрелять и пытаться скрутить болевым приёмом, скорее это они могли связать узлом руки, ноги перворазрядника самбиста. Если эти из тех, то тогда совсем не понятно кто может с ними справится — надзорные за РПЦ?

Чего опасались наиболее опытные сотрудники и генерал, то и произошло. Фактически из-под носа ушёл «Баалу». До того на глазах многочисленных зрителей (к тому времени удалось получить изображение с внутренних и вообще всех камер наблюдения здания БКЗ, включая умывальник женского туалета, не до приличий) мило беседующий с каким-то хлыщом. «Установили кто это?». Стоял и вот так исчез! И закрутились в сторону увеличения угла обзора объективы камер большого и малого разрешения, замельтешили пару телевизионных операторов в зале фойе и Большом концертном, завертели головами вокруг себя десятки людей в разных одеждах обоего пола.

Хорошо успели записать их разговор и голоса, они автоматом пошли в «Копилку» — соответствующую первому уровню, базу данных ФСБ.

«Куда же он гад такой делся?». Звучало в головах всех заинтересованных лиц, пока один из операторов случайно не наткнулся на знакомую по многочисленным фото в журналах и передачах телевидения физиономию Ильи Подоварева, министра финансов довольно крупного региона страны. Чисто случайно, не знамо почему (как тут не припомнить божью руку Марадоны?), направил в его сторону микрофон. Это был специальный узконаправленный, что закупали по линии ПГУ (первого Главного управления СВР) и 2 ТУ (технического управления) во Франции, способный записать разговор беззубой старухи на триста метров в окруженье футбольных фанатов на новом Уэмбли. Он, убирая, фильтруя лишние шумы, подстраивался и выделял, усиливал нужный «базар» в автоматическом режиме. Таких было установлено в фойе, за сутки до прибытия первого лица, аж целых два.

Так вот, совершенно неожиданно — слава сисадминам и программистам Конторы, в гарнитуре Parrot оператора зазвенел звоночек, знакомый ему только по толстенной инструкции и паре проб, в период обучения и тренировок. Сигнал этот гласил, что обнаружен и идентифицирован, как разыскиваемый поисковой системой голос.

Уже на экране сначала другого оператора, а затем и мониторе генерала в зале руководства проведением оперативных мероприятий появился внизу бегущей строкой письменный ряд расшифровки звуков речи обоих собеседников и слева квадратики фото двух мужчин, в правом верхнем углу монитора мигала стрелка — нажмите (установочные данные на объект).

Запись шла автоматически, причём там же сразу разным цветом обозначались все материалы. Так окрас эмоций был представлен оттенками жёлтого колера. Степень правдивости того, что говорилось, цветами от зелёного до красного. А необходимые справочные данные в отдельных окнах (на ФИО, названия географических мест, населённых пунктов, номера МС, расписаний транспорта, ID-шные № и т.п.) по озвученной информации — чёрного и синего, все в режиме On-Line.

Техника рулит. Генерал, даже между делом поинтересовался, а с холодильника и телевизора, уже придумали, как снимать информацию? На что оператор совершенно серьёзно, чем, немало озадачил старого чекиста, ответил, что такие работы идут полным ходом.

Смартфоны, планшеты, приставки, компьютеры,

Всё круче и дальше уходит прогресс,

Настойчивы тренды IT, дистрибьюторы,

Апгрейда мозгов усложняя процесс.

Уже на пороге к открытию главному —

Искусственный разум, другой интеллект

И нано поэту, напишет как равному

Придирчивый критик однажды respekt.

Ругают детей, за стратегии, квесты,

Родители, школа, нелепые СМИ,

Не поняв того, что они повсеместно

На место игрушек и сказок пришли.

Жизнь тоже игра, только много сложнее,

И также Online прохождение ждёт,

А время покажет в сетях, что важнее,

Чьи рейтинги выше, а кто отстаёт.

Конечно, во всём и всегда нужна мера,

Для всех поколений вопрос не простой,

Но с каждым ANLIM укрепляется вера,

Что жизнь без компьютера — полный отстой.

Прости мне читатель, который не в теме,

Лечить бы тебя, только нет тех микстур,

Приветствую тех, кто назло своей лени,

Долбит по ночам кнопки клавиатур.

К сожалению, перехватить удалось немногое. Из того, что было озвучено уже после того, как запись также неожиданно, как и началась, закончилась, а вскоре и пропало изображение с камеры, работающей вместе с тем микрофоном (как потом выяснилось, архи надёжная аппаратура тривиально сгорела), выяснили только то, что господин Подоварев сегодня улетает. Прямо сейчас, до конца концерта и что к нему временно перейдут бразды правления иностранным фондом «Freedom peoples House» in London.

В окошках слева появилась информация о ближайших рейсах на Лондон и принадлежности Фонда — «Дом свободы людей» к одному из подразделений Мердока — Кит Руперт Мёрдок, родился 11 марта 1931 года, Мельбурн, Австралия. Австралийский и американский предприниматель, медиамагнат, владелец СМИ, кинокомпаний и издательств в США, Австралии, Европе, Латинской Америке и Азии.

И далее стрелка (подробнее). Позже, тройку минут спустя, сориентированные сотрудники, задействованные для наблюдения за объектами из тех, что были по разной надобности уже внутри неприступного БКЗ, обнаружили одного Подоварева, стоящим у окна фойе, недалеко от дверей. Тот давал указания о вылете на личном самолёте, через час в Париж, а оттуда, спустя сутки в Лондон.

Тут же, правда чуть после доклада сексота, на мониторе появилась справка о наличии у господина регионального министра финансов личного самолёта на стоянке в Шереметьево I.

Пока ещё люди иногда могли опередить технику, окружившую нас со всех сторон, она требовала знаний, навыков, тех же, кто не поспевал за её изменениями и усовершенствованиями, раз и навсегда жизнь выбрасывала за борт. Теперь уже, требовались не только знание ПК (персонального компьютера), но и сотни сопутствующих операционных систем, БИОСов и программ, утилит и органайзеров. БИОС это набор микропрограмм, реализующих API для работы с аппаратурой компьютера и подключёнными к нему устройствами. BIOS относится к системному программному обеспечению. И не только знать, а и уметь ими уверенно пользоваться. Смело оперировать тарабарщиной языка электронной техники и множественных гаджетов, которые лезли на уши, в уши, на глаза и руки, цеплялись за носки и кроссовки, и разве что в трусы не залезли, хотя как много мы ещё не знаем (это я вспомнил о рекламе вибраторов).

Но нам пора вернуться на концерт, уже отметив для себя, что «Ил-2», убыл, не испытав до конца блаженства — «Нечто дивного». Но все же, в который раз позволю себе небольшое отступление, не с тем, чтобы поджарить читателя на огне нетерпения от дальнейшего прочтения раскручивающихся событий, развития сюжета, а не назойливых воспоминаний автора. Но делаю это исключительно ради тех, из них, кто дотошно воскликнет — А как же вещи, где чемоданы? Кто останется поливать цветы, и кормить кота Ваську?

Видите ли, начну с того, что самолёт господин Подоварев Илья Батькович, он же нардеп, то бишь — народный депутат, приобрёл за 35 миллионов грязных зелёных бумажек, вовсе не для того, чтобы возить на них колбасу московскую докторскую для Вас любимых в Салехард или какой-нибудь Мужопль. И даже не для того, чтобы прилететь к вам из Москвы и отчитаться о трудах своих праведных, во благо сельских школ и детсадов на бумаге, под которые собственноручно писал в разделе расходов бюджета области или края совсем не малые суммы в недооценённых рублях.

Покупал он эту машину с двумя мощными турбореактивными двигателями: 2×RollsRoyceBR710C411, что бы смыться с наибольшей скоростью в 926 км/ч с Вашими рублями и безбедно так себе жить вдали от «этой» страны.

Иногда правда, придётся рассказывать испуганному западному бюргеру об ужасах жизни в тоталитарной России, где весь народ (вот же урод) стонет под игом чекистов и что там скоро, вот только дождитесь конца месяца, квартала или года, от силы три, и демократические силы совершат оранжевую (или голубую) революцию. Но было бы хорошо, придать импульс, да денежными вливаниями, детям томящихся в Сибири активистов, нечего есть!

А закончу её тем, что поведаю о том страхе, с которым вёз в родное министерство кейс с деньгами на всю делегацию. Получил я их в солидном банке, известном здании, не так далеко от ЦУМА, простояв в очереди часа два, и вот сначала улица с её сплошными магазинами и охранниками, через каждые десять — пятнадцать метров, затем метро с его миллионами пассажиров, переходами и пересадками. Рванёт кто мой дипломат и тю-тю, вовек, всей семьёй не рассчитаться, даже если квартиру продать.

Господи пронеси. Потом был сейф, а вечером, уже в аэропорту с дорожной сумкой и портпледом, через плечо я, наконец, вздохнул свободно, ибо раздал остальным членам делегации, причитающиеся им швейцарские франки, часть командируемых людей получили деньги и паспорта с билетами ещё в министерстве.

Доля всех составляла одну двадцатую или даже более того (это не столь и важно), что я выдал в воздушном порту Шереметьево (тогда ещё в единственном числе), чиновнику из Правительства, прибывшего в сопровождении моего руководства за полчаса до начала регистрации.

Пробки автомобильные в матушке столице уже давали жару.

Я попросил всех, по старому правилу ещё, заранее проверить наличие необходимых паспортов, билетов и грошей. Но, не обнаружил при чиновнике ни чемодана, ничего, кроме пухлой барсетки. С такими сумочками, как я знал в Европе ходили только представители чуждой нам ориентации. Задал вопрос шефу — А вещи где? На что получил в ответ — Не твоё, не беспокойся. Ну и соответственно… Соответственно они удалились в VIP — зал.

По прилёту, нас встретил Торговый представитель и на посольском микроавтобусе всех повезли в гостиницу. Всех кроме шефа и чиновника, они укатили отдельно на тёмно-, вишнёво-серебристом седане Вольво.

Вечером я был вызван в номер шефа, доложить о первых итогах непростых переговоров. Он встретил меня в коридоре и привёл в апартаменты чиновника. Пили дорогие виски с тоником, я подробно доложил. Пока шло время, достали и разлили вторую бутылку (Johnnie Walker Blue Label) Блю Лейбл. Я обратил невольно внимание — на кровати были разбросаны новые вещи от костюмов и лёгких джемперов до шортов и трусов. В открытых створках шкафа висели с десяток новых рубашек, две куртки, наверху тройка бейсболок, у двери полтора десятка больших фирменных пакетов известных марок одежды, там же несколько коробок из-под обуви, на подставке для зонтиков стоял большой зонт с биркой.

Хитрый шеф прочитал меня моментально и, поучая, сказал — Вот заехали, купили все, чтобы ты не переживал. И рассмеялся довольный.

Поскольку потом каждый вечер процедура в течение недели повторялась, я стал свидетелем того, как рубашки по 15—75 долларов стоимостью отправлялись в корзину для мусора.

Когда мы покидали страну я, как было принято, уходил из гостиницы последним, проверяя все номера, не забыл ли кто чего, прецеденты были. Проверил я и номер чиновника, после того, как он убыл на том же Шведе. Все вещи остались в номере.

В Шереметьево нас встретил снег, а чиновника Мерс, в руках у него была все та же барсетка. Чтоб я так жил!

По-моему я ответил на Ваш вопрос?!

Когда, почти полностью погас свет, и вот-вот должно было начаться второе отделение концерта, в дверях из воздуха возник Незнакомец (Вырубов Валерий Викторович, он же Баалу), этим он сильно напугал густо накрашенную, напудренную и надушенную древним Опиумом (марка духов) старушенцию, божьего одуванчика, застрявшую в квадрате входного проёма. Та с испугу, подумайте, вдруг слева и чуть впереди от тебя возникает нечто, проявляясь из воздуха, да тут в пору, обделаться, что старая и сделала, да так звучно, что в радиусе пятнадцати метров на креслах повернулись головы, а спустя пару секунд отвернулись от сильной вони.

Старушенция обиделась и немощными кулачками ударила элегантного мужчину с длинными и чёрными, как смоль волосами в спину и что-то пробурчала. Настала её очередь дематериализоваться. И забросил ведьму Баалу в этот раз не на Бали, куда отправил мечтательную Жанну, а в жаркую Африку, в буш, где её вследствие сильного запаха, источаемого вокруг, и съели два взрослых самца. Предводители крупного прайда, были с ошейниками на могучих шеях, недавно надетых заботливыми руками защитников живой природы, во главе с известной актрисой Гвинет Пэлро (Gwyneth Palro), правда, тогда львы были под наркозом.

Почти в то самое время, когда Леонид и Цезарь (клички животных) хрустели бабушкиными косточками, Гвинет давала интервью «Zoology review» о необходимости защиты бедных животных от злых людей. И ведь, правда, львы то чем виноваты, они даже поделились с сородичами.

Наконец Валерий Викторович занял своё место, справа от Анастасии, все внимание которой сразу после этого переключилось на сцену, выходили Артисты.

Начиналось новое чудо. Пел баритон испанец Карлос Мартин, пел знаменитую вещь — Caruso. Она была написана Лучо Далла в 1986 году. Вступили и остальные солисты квартета. Это грустное музыкальное произведение, где рассказывается о последней любви человека с необычайно красивым голосом, тенора — гения, всемирно известного итальянца, о девушке Дороти Бенджамин и их дочери — Глории. О его любви к ним обоим. Песня исполнена романтикой последних дней жизни больного пневмонией Энрико Карузо в Сорренто и Неаполе.

«Загадка же этой песни в том, что непонятно, о ком говорится в припеве, когда он повторяет о своей любви. Это могли бы быть как дочь, так и его жена, так как слова „Ti voglio bene assai ma tanto bene sai“ могли предназначаться обеим».

(По материалам Википедии)

Дядя также был весь внимание, уж он-то, наверное, один из немногих точно знал, что настоящей любовью певца была совсем другая женщина — Ада Гьячетти, бросившая его ради их шофёра, спустя годы, мало кто вообще знал это имя, а мир обязан был ему самыми лучшими творениями Энрико, чего стоили только — «Скажите девушки…». Но это уже совсем другая история.

Где-то в середине музыкального произведения Мессер чему-то улыбнулся, спустя некоторое время звук оркестра пропал. Удивлённый дирижёр смотрел оловянными глазами на оркестр, играли арфы, виолончели, скрипки, кларнетист и тромбонист старательно вдували и выдували в инструменты воздух из разработанных лёгких, вздрагивала большая Туба, молотил палочками по тарелке и барабанам барабанщик а, звука ни оркестра, ни музыкантов слышно не было. Он подумал с ужасом, что сошёл с ума, потерял слух, как Бетховен.

Оркестр глядел на дирижёра чугунными глазами, кто как не он объяснит, что происходит. Кто-то из музыкантов уже начал подозрительно осматривать свои инструменты, смычки, мундштуки, загубники.

Звукооператор, тот, что за пультом в середине зала и звукорежиссёр, что в аппаратной наверху за последним рядом кресел балкона и стеклом окна, также смотрели, кто на свой пульт, кто в зал, не соображая в чем причина.

Чертыхнулись про себя охранники смены СБПП ФСО, старший, по связи тотчас передал — Внимание, готовность раз. Работаем!

Через пять — семь секунд это заметили и зрители, что явилось причиной, никто не понял, могли только догадываться. Но все поняли, что пропали звуки оркестра. До дирижёра дошло — артисты продолжают петь, а значит слух — не потерян и он, в порыве повернувшись к ним, продолжил отчаянно махать своей палочкой. Пошёл едва различимый шепоток, но поскольку исполнители продолжили с новой силой акапелло, и он вскоре умолк. В полной тишине зала звучали божественные звуки. Воцарилось диво.

Голоса квартета, высились, сила их модуляций все росла, уже казалось дальше некуда, это предел человеческих возможностей, тенор дополнял, затем прочно заслонял собой баритон, тот снова возвращался исполненный, поддержавшего его альта, затем баритонального баса, и все росло напряжение.

Столбы воздуха, на которые опирались работающие голосовые связки поющих маэстро, превращались в мощные потоки звуков без всяких усилителей, заполнивших все огромное пространство зала. Их слышали и в партере и на балконе.

Регистры высоких, средних или низких звуков четвёрки, к середине и более всего к концу припева, сменяли почти женские контральто и даже меццо-сопрано, был пройден верхний диапазон частоты, который может уловить человеческое ухо до 20 000 Герц (выше, чем самая высокая нота на маленькой флейте). Боже, что они творили?

Публика по достоинству оценила этот музыкальный шедевр, хотя большинство зрителей подумали, что так и надо, что именно так и задумано. Но все почувствовали, произошло настоящее диво, так могут петь только эти необычайные люди. Песня окончилась, последние звуки смял гром аплодисментов, люди повскакивали со своих мест, спешили поделиться восторгом причастности с соседями. Застрочили вспышки фотокамер, планшетов и смартфонов, хотелось, что бы остался какой-нибудь след от этого замечательного события.

Кругом слышалось — «Вот это дали, Молодцы, Я такое первый раз!». И так далее. Многие плакали, не стесняясь, слез, размахивали руками и не садились. К счастью, этих минут хватило, чтобы вновь появился звук в оркестре. Все ответственные лица, облегчённо сначала выдохнули, а уж потом вздохнули. За ахами и охами как-то незаметно исчезли вопросы о причине пропажи звука оркестра.

Четвёрка стояла на сцене по линии рампы и тяжело дышала, такой фурор бывает очень редко и на него уходит много сил. Спустя три минуты, после того, как каждый из квартета что-то, привычную ерунду, рассказал публике коротенько, а переводчик перевёл, они спели ещё:

1.Wicked Game (Melanchonia)

2.Crying (Llorando)

3.Don’t Cry For Me Argentina

4.Dove’ L’amore

5.Falling Slowly (Te Prometo)

А затем другие четыре вещи, причём две на бис, такого раньше не бывало, одну, да было, но две, никогда, но и такого благодарного зрителя у них ещё никогда не было.

В самом конце, когда Артисты уже раскланивались, перед тем, как уйти, на сцену легко, по-спортивному вбежал по ступенькам Премьер с огромным букетом белых необычайно крупных, с большой кулак и в метр длиною роз, переданных ему до того охраной. Он разделил один большой на четыре равных, раздал их, похлопал оркестру и сфотографировался с артистами. Затем поднял руки в приветствии к залу, прежде чем уйти и также легко сбежал по ступенькам лестницы со сцены под непрекращающийся шквал аплодисментов.

Не так далеко от дверей его в каре взяла охрана и первым вывела из дверей зала. Народ, ринувшийся было следом, попридержали.

На улице уже была глубокая ночь.

Такая замечательная летняя ночь, в антураже разноцветных огней города, их отражении в Москве-реке и необыкновенном ковре неба с вышитым на нём рисунком Млечного пути. Этот таинственный след по небу шёл наискось, притягивал взгляд и поражал воображение размерами, удалённостью и просто красотой и тайной бытия. Кто мы песчинка во Вселенной, далёкая периферия или затерявшийся парусник в океанском просторе космоса. На горизонте небеса практически чёрные имели розоватую полоску, как будто кто-то на картине специально нарисовал её нежной акварелью. Большинство жителей столицы уже давно спали, их дети видели розовые и голубые сны. Те же, кто в силу обстоятельств, влюблённости или каких иных причин, бродили по улицам и набережной реки не могли не почувствовать этого очарования ночной Москвы.

Хотелось петь и танцевать, дурачиться и читать стихи прохожим и девушкам. И мир был добр и отзывчив, прекрасен был сегодня мир, совсем по ангельски улыбчив, а пьян и весел, как сатир.

Глава 38. Покушение, или нелепая случайность

Только длительное изучение случайных событий позволяет понять их закономерный характер, но это вовсе от них не застраховывает

Но приключения наших героев на этом не закончились. Все впечатление было испорчено попыткой покушения толи на самого Пружина, толи на кого-то из присутствующих на концерте VIP лиц.

Чтобы понять, каким боком, развивались дальнейшие события, нам придётся вернуться к уже подзабытой, в связи с появлением национального лидера и волшебством концерта, сладкой парочке, а именно Грише Малиновскому и его новой знакомой — девушке Веронике. Так и не высмотрев нигде хорошо знакомую ему по работе в казино Анастасию, ни Арсата, с его старшим спутником, Григорий вперемежку с болтовнёй стал думать, что делать дальше, тем более что скоро должен был начаться концерт.

Возвратиться в машину к Брикету, оторвут голову, так как упустил клиентов, как он понял найти их в толпе, а потом не упустить в потоке разъезжающихся машин было не реально.

Идти в зал со своим «билетом» было ещё глупее. На предъяву его истинному хозяину билета, тут же прибежит администратор, и менты повяжут. А между тем, пухленькая Вероника уже несколько раз посмотрела в сторону прохода в зал и наконец, спросила какое у него место и где.

Надо было срочно принимать решение.

Ему опять повезло, вызвавшись проводить Веронику, он решил, что затем вернётся в фойе, где переждёт до антракта, который, как он услышал из чьих-то разговоров, обещал быть через час-полтора. И уже довёл её до места — 43 кресло в 8 ряду, как обнаружил вблизи рядом с пультом звукорежиссёра, впритык к стенке стояли два небольших раскладных табурета.

Звукооператор, в ответ на его жест в их сторону, занятый своими неотложными делами, ничего не сказал, но отрицательно покачал головой, что означать могло как то, что они не его, так и то, что они уже заняты. А то и вовсе проще — Не мешай. Все разъяснилось, когда Гриша, преисполненный мысли о том, что надо все же попытаться продавить ситуацию, не сунул ему прямо на клавиши пульта две пятитысячные купюры и кивнул в сторону девушки. Утвердительно махнув головой, работяга спрятал в карман джинсовой куртки деньги, и опять растворился в звуках, исторгаемых мощной гарнитурой.

Откуда было знать Григорию, что это обычный фокус звукооператоров с целью подзаработать «на шару» что называется, а вторая сидушка — это плата администраторше в зале, чтобы не выступала. Кстати отсюда можно было хорошо рассмотреть всех сидящих в партере, а то, что они, его подопечные должны быть именно в первых рядах, обрадованный своей находчивостью, Григорий не сомневался ни на йоту.

В благодарных глазах Вероники Гриша прочёл, то на что вкупе со всеми своими заморочками надеялся, у него был шанс! Вероника, оценив поступок этого, уже безумно нравившегося ей парня готова была на все и похвалила себя за то, что надела новое нижнее белье с рюшами и зайчиком на интимном месте.

Уже в свете последней цепочки, затухающих в зале ламп, Гришка разглядел Настю и едва не присвистнул, это была она и не она. Королева вечера, в роскошном платье и сверкающих драгоценностях, с новой причёской, он даже засомневался, не ошибся ли. Спутника её, несмотря на длинные волнистые волосы, и фото, он не узнал, но понял, что с ним необходимо будет познакомиться поближе, как другой вопрос. Свет погас, претендентов на вторую табуретку не было, или они должны были, появится позже.

После двух первых песен, под их впечатлением разгорячённая Вероника, она уже до этого слышала Исабель и тут её словно окатило.

В общем, она соскочила со своего 43, благо соседа слева не было по причине разрыва ряда, в промежутке была площадка для пульта звукооператора, и подсела к Грише, чья фигура едва умещалась на маленьком табурете в двух или трёх шагах от неё, прижалась к нему и замерла. Сердце успокоилось только после того, как он поднял правую руку и обнял её за плечо. На четвёртой песне её трясло, так как, его рука легла на её колено и начала их раздвигать, залезла под платье и, в конце концов, добившись своего, остановилась в промежности. Другая, правая рука опустилась с плеча и крепко сжала попу. Она откинула голову к стенке пульта и уже не сопротивлялась, когда на седьмой песне, он шепнул ей на ухо — Давай выйдем?! Взял за руку и потащил из зала. Когда, уже в перерыв, под нетерпеливые стуки в дверь мужской кабинки в туалетной комнате, он выводил её, а вслед кто с осуждением, кто с пониманием, смотрели мужики и женщины, в общем предбаннике, ей уже было всё равно. Лучшее, что было в её жизни, свершилось. Вот он её мужчина!

Воистину животворяще сила искусства.

Войдя в раж, Гришка, позабыв о деле, за что и был, не более чем через час, наказан, в поисках места тащил бедную Веронику в мокрых новых трусах в машину. Сообщив Брикету о том, что Анастасию он нашёл, но тех двоих с ней нет, он уломал его всего-то на пол часика оставить их с девушкой в машине и прогуляться недалеко, ночь была ещё тёплой. Брикет, недовольный, но Малина — старший, его — базар, нехотя вышел из беэмвухи, не забыв напомнить о цели их пребывания на земле номенклатурной, обетованной.

Он прогуливался «тудой-сюдой», в границах автостоянки, все более и более распаляя себя, то мыслями о том, что его променяли на бабу, то встревоженный тем, что упустят же Анастасию, тогда пипец, то просто обидой на всех этих жирных воротил, что прибыли на концерт, на дорогих иномарках с водителями.

В конец зверея, он пару раз стучал по колесу своей старушки — дескать, пора, но ему не отвечали. Он прекрасно видел, что слышали, так как на время кузов прекращал раскачиваться.

Так прошёл почти час, пока в его сторону не направился милиционер с пагонами капитана, болтавшийся неподалёку. А того, в свою очередь попросили неприметные ребята из Службы безопасности (ФСО) разобраться, что там за чертовщина с ментовской машиной, и какого вообще фланирует этот придурок с оружием перед самым выходом «Сварщика».

На свою беду капитан Воловик Игорь Витальевич был в те сутки назначен от ГУ МВД по Москве, наряду с другими чинами от органов, ответственным за обеспечение общественного порядка на данном мероприятии. Он подошёл к Брикету, представился и строго попросил того предъявить документы.

Если бы не то, что в процессе своих блужданий Брикет таки, проглотил одну «заветную таблетку» голубого цвета, приобретённую бесплатно, «по случаю» в бывшем казино у паршивого наркодиллера для успокоения, все бы закончилось благополучно. Но под действием экстази, Брикет и, так на взводе, потерял нюх и, решил приколоться над капитаном, отвернул полу пиджака и, показав кобуру скрытого ношения с ТТ, нагло улыбнулся и, сказал, представился — «Конный взвод КГБ, полковник Брикет». Что по его понятиям, означало — Свободен и пошёл отсюда.

Капитан, в свою очередь недовольный выпавшим на его долю внеочередным ночным дежурством, тем, что до сих пор не майор, а также тем, что им раскомандовались представители другой структуры, шутку не оценил. Сообразил — ТТ (Тульский, Токарева), были давно сняты с вооружения органов внутренних дел, насколько ему было известно и других силовиков тоже, поэтому, включив на передачу рацию, закреплённую на пуговице левого кармана, он передал по связи — «Внимание, вооружённое подозрительное лицо!».

Больше он сказать ничего не успел, так как получил сильнейший хук слева от Брикета и упал. Следивший, за всеми перипетиями этого рандеву, с крыши соседнего здания снайпер, запросил добро на огонь по вооружённому человеку, почти у центрального выхода, к которому по залу фойе уже шёл Премьер в окружении охраны.

Руководитель группы Службы безопасности ФСО, что закрывала улицу — №2, первым делом передал по закрытой связи кодовый сигнал для группы непосредственного сопровождения (№1) охраняемого лица — «Первому Стоп!». И сразу за тем «Ноль-Тире-Два». По которым мимо небольшого числа опешивших людей в фойе из числа администрации БКЗ и телевизионщиков, двое бугаёв из охраны подхватив ВВП под мышки, пронеслась к другому выходу через подземный паркинг. Сзади бежали спиной вперёд, не отставая два сотрудника с короткими автоматами, наизготовку, мгновенно собранными из маленьких коробочек, похожих на барсетки.

Сразу стало понятно, что-то произошло серьёзное, и это не учения силовиков, как показывали недавно по центральному телевидению. Как потом рассказывали немногочисленные свидетели, лицо Премьер-министра России было спокойно и бледно, как всегда.

По той же команде, несколько бронированных машин премьерского эскорта, катившихся было тихо от угла здания к центральному входу (группа №3), вдруг как один дали задний ход и на приличной скорости заложив вираж, быстро исчезли за поворотом.

Первый выстрел произвёл подполковник из Службы безопасности премьера, что послал Воловика, ему по долгу службы не у кого было спрашивать разрешения. Услышав про оружие, а затем увидев, что капитан, посланный с проверкой, внезапно упал, оценил ситуацию, по своему, и начал действовать. Важно было выиграть время и привлечь внимание всех!

Это не очередная тренировка, это ситуация «Ноль» — Нападение!

Пуля с расстояния в 25—30 метров попала Брикету прямо в грудь, с левой стороны и убила бы его, но угодила в толстое, набитое деньгами и пластиковыми картами, портмоне, где кроме того, лежала остро отточенная металлическая пластина, заменяющая хозяину нож. Так, всегда при себе, в кармане рубашки или куртки зимой, он привык её таскать с юношеских лет, изготовив самостоятельно, на уроке труда в школе, где ещё с советских времён, не всё успели растащить. Погодя, он научился использовать её в качестве настоящего сурикена.

На мгновение бандит-программист потерял, от сильнейшего удара в грудь, ориентировку и тоже упал на асфальт, прямо за тело милиционера. Вторая пуля, следом выпущенная, только поэтому, пролетела мимо и, послышался звук разбитого стекла, стоящего дальше длинного лимузина, к счастью, водителя она не задела. В тот самый момент, пока он падал, по асфальту, рядом, клацнула следующая пуля, на этот раз, снайпера. 9мм боеприпас «ВСС» задел лишь бок счастливчика Брикета, рубаха сразу намокла от крови. Счёт пошёл на доли секунды.

Успев достать пистолет и получив при этом три пули в спину, руку, и в голову, по касательной, оторвавшую ухо, уже фактически потеряв сознание от страшной боли и раны на спине, Брикет успел три раза нажать на спусковой крючок. Первый патрон, он же восьмой, как всегда уже был в патроннике, и тело Воловика до того бывшее без сознания, стало бездыханным.

Этим бы число жертв, такой, случайной на первый взгляд, заварушки и закончилось, но Гриша, услышав выстрелы откуда-то слева, звук разбитого стекла сзади, быстро переместился от такой сладкой девушки Вероники на переднее сиденье. Там мгновенно вынул из бокового кармана свой ТТ-шник, открыл боковое стекло и как был полуголым, не видя из-за капота машины своего уже мёртвого напарника, открыл беспорядочную стрельбу в том направлении, откуда были вспышки. Брызнули пара стёкол — граней мухинского стакана.

В фойе взвизгнула женщина, увидев пятно крови на рубашке мужа и его стеклянные глаза, тело его медленно осело на пол и сыпалось, сыпалось ещё сверху голубого цвета стекло.

Теперь уже десятки пуль молотили по железу кузова одной из лучших машин немецкого автомобилестроения, соответственно и везунчик Гришка и Вероника, успевшая понять и принять бабье счастье, были убиты.

Поступила команда прекратить огонь. С момента, когда прошло сообщение о вооружённом подозрительном лице и до последнего выстрела прошло не более 30—35 секунд (как потом установили тридцать три). К сожалению, ноутбук Брикета тоже зацепили.

Где-то слышны были звуки квакеров колонны «Сварщика» (от принадлежности к СВР), набиравшей скорость и уносящей прочь, от беды, взвалившего на свои плечи беды миллионов, своих сограждан. Запоздало летели вертолёты ФСБ и МЧС, неслись к БКЗ скорые, но быстрее всех неслась молва — Убили Президента, тяжело ранили Премьера, напали чеченцы около сотни человек, и тому подобное — ОБС (одна бабка сказала).

Уже через полчаса, взорвались сенсационной новостью сотни уважаемых иностранных и отечественных издательств, СМИ, Интернет, позже медиаленд заполнили многочисленные видеоролики с места события, фото погибшего на боевом посту милиционера и депутата какого-то собрания, слезы его вдовы и детей крупным планом обошли все газеты и телеканалы. Прошли интервью руководителя пресс-службы — Г. Пестова и глав крупнейших парламентских партий и регионов, гневно осудивших эту провокацию.

В ряде оппозиционных СМИ была опубликована фотография, явно профессионального качества, на которой были запечатлены «террористы», Малина держит за руку Веронику, с подробными данными на обоих. Само собой, о Махди и его делах, ни слова.

Значит опять где-то «протекло».

По итогам первых разборок обоих Ворзаевых объявили в розыск, шерстили все фирмы и лёжки, друзей. Московская диаспора стояла на ушах, уже приняли решение сдать этого шакала, сына Иблиса, (исламский аналог Сатаны) интересы республики, тейпа и бизнеса дороже. Прослушивали в записи все его разговоры за последние три месяца. Само происшествие привело к тому, что были арестованы все известные счета Ворнаевых, все члены их преступной группировки были задержаны, в том числе и ошпицрутеный «Палач» Поладырь Степан Константинович.

Они, с пониманием отнеслись к увесистым «материалам и фактам», уже спешно давали признательные показания как друг на друга, так и на обоих Ворнаевых. Задержание их было делом максимум пары, тройки дней. За информацию об их местонахождении было обещано неприлично большое вознаграждение.

Так и случилось, на адрес электронной почты ФСБ, к которому был приобщён файл записи истеричных голосов братьев, поступило сообщение от неизвестного с указанием адреса их местонахождения. Указана также почта Анонима и номер счета, куда должны перевести деньги в СКВ в филиале известного европейского банка на Кипре.

На задержание преступников была направлена группа силовиков группы «А», но когда те прибыли по указанному адресу, старший Махди к тому времени уже застрелился. Или, как сказал опытный «старшой», может его и застрелили, а младший из братьев — Абдурахим был очень напуган и твердил, что ничего не знает, по исколотым рукам и лодыжкам стало ясно — наркоман (хотя в другом подразделении Службы, об этом знали задолго).

Обидно, но ведущего сотрудника, толкового подполковника Службы, кропотливо ведущего дело по братьям уже почти как два года, уволили. Так же и внедрённого агента МВД, сотрудника подразделения экономической безопасности, ежедневно рискующего своей жизнью уже не один месяц, спустя всего те же два дня после покушения, каковым его и посчитали, уволили со стандартной формулировкой — проф. непригодность.

А капитана Воловика Игоря Витальевича, наградили орденом посмертно, в Мосгордуму поступило предложение, назвать его именем одну из школ-новостроек столицы.

Следующим днём полетели головы чинов Службы безопасности президента и премьера РФ ФСО, там уже никто не смеялся, и смотрели они концерт в записи уже по нескольку раз по совсем другим поводам и причинам.

Генерала тоже наказали, за то, что не сумел сделать правильные выводы на основе полученной оперативной информации и, не настоял на том, что посещение концерта Премьером, необходимо было отменить. Он не обиделся, хорошо не уволили. Нач. управления (начупр — за глаза) прекрасно знал, что кропотливая работа всех звеньев и служб конторы скоро приведёт к тому, что докопаются до истинных причин и сути этого происшествия.

Поэтому уже днём, после всех ночных бдений и утренних разборок у руководства Службы призвал полковника руководителя рабочей группы не расслабляться, продолжать искать Неизвестного и других фигурантов дела. Оно начатое, как хулиганская выходка в казино, вот уже вышло, на совершенно другой, мировой уровень, во всяком случае, в части освещения в СМИ. «А пиар в нашем деле ой как, не нужен». Не забывать погибших более десятка человек, трое пропавших.

Уже доложили о том, что в машине «террористов» найдены фото Неизвестного, Арсата и Анастасии. Нашли места, где сидели двое (Арсата в БКЗ не было или не удалось обнаружить), сняли отпечатки пальчиков и запахи. В свете этих событий было принято решение о задержании танцовщицы-стриптизёрши в течение суток, по возможности вне дома Домбровского, а лучше при возвращении в свою квартиру, вот-вот должны доложить.

Плотно занялись по линии Лондонской и Парижской резидентуры, успевшим все же улизнуть Ильёй Подоваревым, его старым, новым окружением и тем фондом, как его биш — Фридом …?

Поступала интересная, крайне любопытная информация от своих и смежных подразделений и коллег на Витольда Домбровского (Скоропад — скоро падёт).

Зафиксировали попытку организации какого-то странного сборища — семинара, и происшествия в Профилактории «Красная гора», что недалеко от Люберец, всего то ничего, после той стрельбы в «Кронос Сити Холле». Пока там много вопросов, но перспективы не просто есть, там орденом пахнет. Оно, это сборище по всему тоже кажется каким-то боком связано с Неизвестным и Арсатом (последнего машина, т.е. программа, опознала по фото). И что за, новая фигура, появилась на доске в партии? Куда пропал директор автосалона С. Семенов, где была куплена машина — чёрный Бумер (BMW x4 f26) на котором были в ту ночь убитые бандиты, и которого так активно разыскивали люди Махди?

«В свете всего изложенного, вывод: чем дальше в лес, тем толще санитары, оттуда все началось и туда надо бы ещё раз вернуться.

О чем это я?».

Генерал встрепенулся, он чуть не клюнул носом, с возрастом стало все труднее переносить недосып, всего-то вторые сутки пошли, а ведь было время и по трое, да с физикой, да по горам, с полной выкладкой и по три нежрамши! Ну, вот и на лирику потянуло. А может не так уж и не прав, заместитель руководителя, утром спросивший, не пора ли ему на пенсию, на отдых.

Несмотря на всю шумиху (Президент Меледев Д. А. плотно заинтересовался этим делом) и неразбериху, медленно, но верно, как и предполагал генерал, под грузом фактов и улик, как специалисты там, наверху тоже стали понимать, что ни какое это не покушение, а случайное стечение обстоятельств. Конечно ЧП (чрезвычайное происшествие), которое могло совсем не случайно, привести к непоправимым последствиям. На лицо куча проколов, разгильдяйство, некомпетентность, отсутствие должного взаимодействия, и так далее и тому подобное.

Незнакомца, обнаружили опять во второй части концерта в зале, практически довели до машины «Порше Кайен», доставившей Анастасию в БКЗ, но потом он опять пропал. В расшифровке аудио — докладов сотрудников по этому поводу примечательно было описание сути события — растворился. Анастасию проследили до самого дома Домбровского, где она пребывала, ещё до 12.00 следующих суток, по непонятным пока причинам (она постоянно проживала в Новых Черёмушках, на Пилюгина 18). Искали водителя Кайены, чтобы ненавязчиво расспросить и снять видео с регистратора. На квартиру Вырубовой уже отправили специалистов установить технику, все согласовано и разрешения, как никогда оперативно, получены.

Беспокоило то, что нигде не могли обнаружить Арсата, после того, как он засветился в Люберцах (зам. даже высказал предположение, что он главный во всей этой катавасии), хотя и была запущена специальная программа поиска в подземке и на компьютерах обработки видео с камер наблюдения по всей Москве и Области.

Пошла, после всплеска флуктуаций, обычная каждодневная работа органов безопасности с её вопросами, запросами, опросами, вбросами, кроссами и «пьяными матросами». «Тут надпись сдел, там подпись сдел, здесь запись дел. Вот, вот что-то и я — за….говорился тоже!».

Глава 39. При чем здесь гаргульи

Простое, оно и есть, по сути, самое сложное.

Но дорога к нему ведёт от чего-то простого, к чему-то сложному. Уф, опять сложно получилось

Позвал однажды Всевышнего посетить земные пределы и одарить от щедрот своих, тех юношей и девушек, кого Гименей планировал соединить узами брака. Занятый, неотложными делами тот, что выше всех, долго отнекивался но, в конце концов, сдался и позволил молодому дарованию затащить себя в зимнее полнолуние, как предписывал обычай, на церемонию и прихватил с собой Афродиту, Артемиду и Геру с Афиной.

В ту ночь, окружённые нимфами, венчались три пары. Девицы были совсем юны и так прекрасны, что Всевышний, бравший молодожёнов под своё покровительство, объявил свите о том, что исполнит по одному от каждой желанию.

Первой паре он подарил богатство, золото, драгоценности, приняли они и подписали брачный контракт. Второй — большой дом, много слуг и скота, приняли они и подписали брачный контракт. И только третьей ничего не подарил, но приняли они с радостью и подписали брачный контракт.

Отчего отче, спросили его тогда, полные недоумения и нетерпения, младший бог и три богини? Почему обошёл ты своей милостью третью пару, в чем их вина? Быть может, не чтут они старших или не приносят в дар Богам жертвы?

Нахмурился, почернел лицом Зевс. Долго не отвечал, а потом глядя вниз на Землю, тихо сказал — Видно зря я вас учил. Не впрок.

Третьей, самой прекрасной паре, я подарил — Любовь. А что на Земле и на небе тоже, так редко встречается и столь дорого ценится, и что не купить ни за какие деньги, не получить с богатством в наследство.

Тогда прозрели боги и воздали хвалу мудрому Зевсу.

Настя №2, (та, которая при дяде), валялась на кровати и закончила читать притчу на планшете, который, да ещё небольшую сумочку с бумажным пакетом и мобильником, взяла из дому прошлым днём, когда переселилась на время, в дом на Гоголевском к Витольду. Она проснулась поздно, почти в одиннадцать, день был в разгаре, из открытой форточки, окна её спальни на втором этаже выходили на бульвар, доносились шум машин, и в разрывах светофоров, шорохи листвы высоких тополей и голоса людей.

Разбудили её не свет, окна заботливая донна ещё с ночи наглухо закрыла шторами и, не приглашение к завтраку, хотя и он её дожидался с 8.30 утра, а настойчивые звонки подруг, с которыми она общалась и загодя сообщила, что планирует побывать на концерте Иль Дива в «Кронос Сите Холле». Те, возбуждённо интересовались, была ли Настёна там, что видела? И ужасно расстроенные тем фактом что, кроме живого и невредимого ВВП в зале, больше ничего. Как же так, а стрельба? Ты что, там море трупов, десятки раненых! Вскоре, как одна, заканчивали разговор. При этом у девушки сложилось впечатление, что это они были на концерте, и не в пример ей видели там гораздо больше.

Дядя извинившись, опять дела, она даже подумала отчего-то, что Валерий Викторович, завёл, наконец, себе женщину, покинул её на подземной стоянке, вручив сокровище под защиту молчаливого водителя и взяв обещание, позвонить, как приедет, ушёл. О том, что там, в Большом Концертном зале что-то произошло, и связано это с Пружиным, они узнали из передачи срочного сообщения по Радио — FM Москва, которое до этого включил шофёр, по её просьбе, спустя двадцать минут, как они покинули БКЗ и медленно тащились в пробке от самой набережной. Правда, оба заметили некую нервозность вокруг, она в фойе, водитель на выезде из подземки, но отнесли её к обычной российской неразберихе.

По прибытии, встречали, несмотря на то, что на часах было почти три, Домбровский и бонна, не задавшие ни единого вопроса, но странно, с уважением и одновременно почти испуганно смотревшие на Анастасию и сразу же отправившие её спать. Водитель, был предупреждён о готовности, прибыть завтра в её полное распоряжение с 10.00 утра, тут же уехал. Было полчетвёртого ночи.

Итак, она дочитала текст, понравившейся ей притчи на своей страничке в известной социальной сети — «Однокашники», размещённой там Автором — неким Трубадыром. И в очередной раз вернулась на Ленту, чтобы прочесть последние новости Интернета о покушении на бывшего Президента, а ныне — Премьер-министра.

На врезке слева от материала о стрельбе в БКЗ и живом и невредимом ВВП была заметка и изображена почти параллельно земле каменная гаргулья храма парижского Нотр — Дам де Пари (Собор Парижской Богоматери), чем-то она привлекла внимание девушки.

Наличием ли в силуэте мегаполиса химер, посматривающих с высоты на человеческие дела, в то время как там внизу в городской сутолоке, мире движения людей происходили революции и смены режимов. Тут её мысль перескочила на Россию, где царской власти на смену приходили гражданская война и свобода, той в свою очередь — реакция тоталитарного сталинского режима, ей — шестидесятые хрущёвской оттепели, а далее брежневский застой и либеральная «неделька» начала девяностых, начавшиеся преобразования двухтысячных (тут пригодились знания новейшей истории, оценка — отлично). А для них Гаргулей, там, на высоте, как в той притче о богатстве и любви, эти наши колебания и копошения человеческого муравейника были не то, чтобы не интересны, но все временны, быстротечны и преходящи.

Они были над этим, не вмешиваясь и наверняка зная, — «Все пройдёт», и «Это тоже пройдёт» (надписи на кольце царя Соломона).

Толи тем, что как она прочла — всякие там химеры, флероны и гаргульи, продукт собственно человеческой культуры и архитектуры. Только им и созданые, реально никогда не существовавшие в природе, ни в каких мирах, ни в дольнех, ни в горних, кроме как в виде каменных страшилищ с огромными ушами, страшными клыками и когтями. На фасадах зданий на краю контрфорсов и в углах башен, расположены они вообще-то были для слива воды, и её немало утекло с той поры, пока сами человеческие особи не поверили в их присутствие.

Тем ли, что демоническое это существо, призванное наблюдать за бесстыжими грешниками присматривало и за ней. Что-то такое пробило всего-то на секундочку в её выдуманную жизнь из той настоящей, где грязь казино, продажная любовь и непутёвая история.

Толи оттого, что уже начала проходить в памяти радость от воспоминания о той чудесной ночи, когда она спускалась вниз под восторженные взгляды публики, и поднималась на волнах звучащей божественной музыки оркестра и мужских голосов. А теперь пришлось спуститься с лестницы эмоционального подъёма и возбуждения в обычное будничное море забот, обязанностей и дел. Уже послезавтра надо опять идти в офис к дяде Валере, Валерию Викторовичу к 10.00, сидеть на телефоне и факсе. Попытаться, в очередной раз засесть за французский. Сделать это хотя бы ради того, чтобы слушать и понимать о чем поют те четверо, и чтобы читать на языке Вольтера, Монтескьё, Дидро, Руссо и Бальзака, Гюго, Дюма, Проспера Мериме, Флобера, Стендаля, Мопассана, Золя, Жюля Верна, Бодлера и Верлена Рембо…

В итоге таких взрослых рассуждений, было принято единственно правильное решение — отправиться гулять в Парк культуры, а оттуда с пристани на пароходе по Москва-реке. Перекусить можно прямо там, в ресторане. Или съездить на коньках покататься на ВВЦ/ВДНХ, там всегда интересная молодёжная тусовка, а вечером можно завалиться в какой-нибудь клуб, ну например — Пилот или новый модный «Soloway».

Форма одежды — «папин отпад», шнурки гладить, под душем стоять, атакуем лиц мужского пола весело, с удалью под музыку Apple — оркестра. На плеши вперёд!

Через полчаса Настя в полной боевой раскраске уже неслась сломя голову на Плешку там, как она выяснила из Инета, «Наши» и ещё пара каких-то молодёжных организаций собирались провести митинг — концерт против засилья голубых. Обещали А-Студио, «Мио-Мио», «Троллейбус» и перспективную молодёжь. Надо поддержать нашу ориентацию. «Гей — коси, люди русские!». Майку надела от кутюр родного Универа.

Вот ведь, сколько позитивного, может навеять случайная картинка из небольшой статьи в энциклопедии, в голове молоденькой женщины, если она не занята готовкой, стиркой, добычей пропитания, или его заготовкой на зиму, воспитанием детей, их болячками, и прочими отвлекающими её от философского созерцания и осмысления жизни, мелочами.

Женщины свободной для любви и восприятия всего духовного богатства, которое выработало за долгие века, ещё, правда, наполовину дикое человечество. Практически уверен, что наш читатель ни в коей мере не входит в эту половину, ну ту …, Вы понимаете.

Глава 40. Кто вы Арсат Николозович? И вопросы веры

Дождь нарушил мои планы, но что они по сравнению с планами того, кто всё создал, так песчинка в знойной пустыне не ведает, что спустя мгновение ветер унесёт её за много километров

Что сделано, то сделано, рассудил Арсат Николозович (он же Бальтазар), имея в виду то, как с треском, да ещё с каким, пришлось вмешаться в естественный ход событий и спасать Семенова, чуть было не забитого досмерти мясниками из казино, так не вовремя устроившими свои разборки.

А Мессер, уже в курсе того, посетовал и напомнил о том, что их задачей является — слегка подправлять или вообще только направлять, подсказывать направление развития, но никак не грубое вмешательство в сам ход процесса. Далее предупредил о том, чтобы с его стороны все было готово к проведению запланированных мероприятий.

Бальтазар продолжил свои размышления — вполне возможно, что бандитам, после соответствующего нагоняя удастся сегодня к ночи выяснить район, куда увезли ССС со склада. К сожалению, он не проверил, есть ли на машине, в которой он увозил Семенова, спутниковый маячок? Вполне возможно, сейчас не девяностые, даже «солдаты» умные пошли, что уж говорить об их генералах. Кроме того есть один убитый и милиция, эти пошустрее, тоже могут сесть на хвост. Если маячок есть, тогда через пару часов или на утро следующего дня максимум, смогут выйти на Аквапарк и, обойдя все ловушки и секреты, проникнуть в Пещеру. Ай, как все неладно!

Так как ССС до сих пор ни силовики, ни бандиты ещё не обнаружили (если что, ему бы сообщили), оставалась слабая надежда на то, что после ночной стрельбы в «Кронос Сити Холл» сегодня, крайний срок завтра, всех ворнаевских закроют, им бы сейчас где-то забиться в норы и попрятаться. О том, что туда на концерт направляется Месеер, он знал заранее, как и то, что там произошло на самом деле.

«Это же надо, чуть не упустить „овцу“, да не так и важно, что Семенов почти калека, его сил должно хватить, чтобы исполнить предначертанное Мессером. Не зря же он спасал того рыжего сам, и едва живого, притащил в Пещеры. Чёртовы помощнички, никому ничего нельзя доверить, все самому. Ну да ладно». Он ещё поморщился, вспомнил про то, как почувствовал там, в ящике «живую» Панагию, за которую, еже ли что, спросится уже непосредственно с него. Арсат не спал уже двое суток, но легко мог и более, ведь был человеком когда-то так давно, что и сам забыл, когда? Да и то, был им только отчасти.

На часах стрелки показывали 16.05. С того дня прошло меньше суток, была поднята на ноги свора народу, привлекли крутых спецов с аппаратурой, все ищут братьев Ворнаевых а результат пшик, как любят говорить эти русские, дырка от бублика, то есть — тора. Но именно дела Тора, причём Московского Малого занимали его сейчас непосредственно. Что до покалеченного Семенова, то об этой неприятности он вспомнил ещё и потому, что условным сигналом ему дали знать о посещении ССС врачом, оставленным «сдувать пылинки» с будущей «овцы». При этом лицо его, обычно и так избытком красное побагровело, к тому, начали по нему проступать тонкие тёмные полоски, опускавшиеся от кончиков век до самого подбородка.

Это привело в ужас троих помощников, работавших в субботу (был объявлен рабочий день) под началом Сквернокрылого по подготовке очередного сборища храмовников, которое было назначено на завтра в 19.35 в воскресенье. Подлинная суть мероприятия была им не известна, оно проводилось под маркой семинара для представителей бизнес сообщества по вопросам конверсионного строительства (начало в 16.30), перерастающего затем в банальный корпоратив.

Для осведомлённых дьяволу поклонников — уже в узком составе в поздние бдения. В общем и целом — муть какая-то.

Они в тот момент находились в кабинете руководителя Профилактория «Красная гора», что в Люберцах, на укрытой густыми деревьями и высоким забором территории, ограниченной с одной стороны Лытваринской, а с другой Конторской улицами. Место было выбрано не случайно, не так далеко, каких-нибудь полутора часах от центра на машине (правда, без учёта пробок), наличие независимых подъездов с четырёх сторон, а самое главное то, что в этой глухомани можно под видом отдыхающих, провести любое мероприятие. База отдыха профилактория позволяла принять до полутора — трёх сотен человек одновременно, прибывающих не только из Москвы на метро — станция «Лермонтовский проспект», на автомобилях или автобусах, но и по воздуху. Недавно было начато оборудование вертолётной площадки. Также сюда можно было добраться электричкой до станции — платформа Ухтомская Казанского / Рязанского направления.

Среди других, аналогичного предназначения (Берег, Пещера, Музей и Завод) название, в своём кругу ему присвоили — Пансионат.

Арсат положил трубку телефона, потянулся в кресле, пятна исчезли.

«Ну что сидим, кого ждём? Чупокабры хреновы, марш работать, все указания Вы получили. Вопросы, если есть, то все», он поднял палец с длинным загнутым ногтем кверху, — «Все вопросы туда».

Перед ним сидели: в модных круглых очках, женщина — бухгалтер, толстый, с отвислыми щеками, руководитель профилактория и его финансовый директор — тоже женщина в теле, лет 40—45. Управленцы, получившие уже от этого юноши, которого все боялись, почти сорок лямов наликом в большой спортивной сумке с надписью АДИДАС, обрадованные тем, что «совещание» больше походившее на монолог с непередаваемым набором крепких идиоматических выражений закончилось, дружно вскочили.

Троица ринулась в дверь с такой быстротой и энергией, что казалось, будь в дверях даже сам Александр Медведь, самый титулованный борец вольного стиля — трёхкратный олимпийский чемпион, семикратный чемпион мира по вольной, позже — греко-римской борьбе, и он не смог бы их удержать, снесли бы его запросто. Они рвали когти в кабинет финансового директора (так как в бухгалтерии сидела ещё одна сотрудница), чтобы начать делить, то, что можно было ещё урвать, снизив реальную стоимость: работ, услуг, аренды и т. д. и т.п., поскольку завышать было уже нечего, заявка была удовлетворена на 120 процентов.

Как будто этот странный господин с телом мальчика, но лицом взрослого негодника — алкаша, распоряжающийся здесь как владелец 85 процентов акций их предприятия ОАО «Красная гора», заранее знал, с чем к нему придут, и приготовил необходимую сумму.

Сумка была тяжела, пот лил градом с лица руководителя предприятия, именно ему выпала честь подхватить её первым, приняв от Арсата, лестница на третий этаж казалась бесконечной. Сзади догоняло тяжёлое женское дыхание. Наконец, они добрались до двери. Потом ковырялась эта баба, пока, наконец, не открыла, все трое бросились по стульям и в кресло считать, лишь изредка, испрашивая друг у друга, те или иные параметры сметной стоимости, норм затрат на единицу производимой продукции (товара, работ, услуг), и прочая.

Первой закончила бухгалтерша. «Готово, на троих около 12 лямов, по четыре на каждого». Через час и пять минут все три позиции были согласованы и сведены к одной, начался процесс выдачи наличности на руки, кому во что. Полегчавшую сумку с рекламой спортивной одежды и обуви, бухгалтерша отнесла к себе в кабинет и заперла в сейфе, деньги заняли практически весь его объём.

Арсат, конечно знал, что эти господа коммерсанты, подворовывают, или что точнее, воруют, но поскольку лишь наполовину был человеком по отцовской линии, воспринимал это, как должное. Такова была его сущность.

Спустя час после разгона боевой центурии — руководства ОАО «Красная гора», на его телефон, по мобильной связи пришло сообщение, из которого следовало, что удалось узнать, где скрываются оба брата Ворнаевых. Арсат подумал, что для исполнения намеченной церемонии, не грех сдать силовикам сей адресок. А что, за нехилую сумму вознаграждения, а СКВ использовать для пользы дела и создания новых кинокомпаний по выпуску порно — кино — и видео — продукции. Можно и для поддержки «голубых/розовых» течений в театральной арт. среде, или на другие, какие полезные дела.

Бальтазар, да именно тот, мой дотошный читатель, тот самый царь Валтасар, который организовал пир во время взятия Вавилона персами, но ничуть не похожий на Рембрандтского в белом тюрбане с собольим хвостиком кисточкой на голове, отправился по адресу: Большая Садовая, 10с. Куда был вызван Хозяином.

Для суетливых обитателей здания администрации профилактория, он их благодетель и работодатель, откуда не поймёшь, прибыл, и так же не поймёшь куда, на время испарился. Странный это был вообще, надо признать субъект. Ничто, в его облике не напоминало того грозного правителя, он сам был ныне на побегушках у царя — царей. Ничтожно малое время тому назад, по сравнению с веками существования этой оболочки, носил он другое имя, а вот отчество решил оставить, в память о тех славных днях и событиях, непосредственным участником которых ему посчастливилось быть.

На этот раз, пребывая в Москве, новое имя ему дал сам Мессер, как и всем иным легионерам своей армии. Так возникло это странное сочетание имени и отчества с оттенком кавказскости — Арсат Николозович. Фамилию он пока себе не придумал, случай такой, чтобы это понадобилось, пока не представился.

Имя Валтасар происходит, составлено из двух греческих «бел-шар-уцур», что означает — «и да хранит Бел (Ваал — Баалу) Царя», оно же является якобы символом надёжности. В нашем случае можно только подтвердить — единственно надёжно этот сын человека и дьяволицы был верен своему Хозяину, которого величал Мессером и частью которого был сам, а также тому, что из века в век творил людям зло.

Впервые его имя появляется в истории в Книге Даниила (Дан. 5:1, 9; 7:1; 8:1), где указано, что Валтасар был последним халдейским правителем Вавилона. В ночь на 5 октября 539 г. до нашей эры (по григорианскому календарю, или 11 октября по юлианскому календарю) он праздновал Новый Год. Когда отряд персов во главе с Гобрием, правителем Гутии, напал на город, Валтасар, как сообщается в 5-й главе книги, справлял религиозный праздник Акиту и пировал с тысячей своих вельмож, вследствие чего гарнизон не был готов к отражению атаки мидян и персов, город пал.

Согласно другому источнику, Хронике Набонида —

«… войска Кураша (Кира II) вступили в Вавилон без боя». Известно, что в результате Валтасар был убит.

(Хрестоматия по истории Древнего Востока. М., 1980. Ч. 2. С. 18).

Затем имя Валтасар мелькает на страницах европейских летописей под разными соусами — в мае 1290 года Бальтазар Хольте, был избран новым ландмейстером Тевтонского Ордена в Ливонии. Под именем Коса с 1410 г. это один из антипап периода Великого западного раскола. Под именем другим — Жерар в 1557 г., им был убит из пистолета Вильгельм Оранский, король Нидерландов.

Не стану утомлять читателя перечислением всех Валтасаров и Бальтазаров, их наберётся не менее десятка. Был ли это один и тот же получеловек, либо это разные персонажи, нам не известно, согласен с критически настроенным читателем, гораздо скорее нет, чем да.

Но известно, довольно хорошо из многочисленных, дошедших до нас сквозь века, не канонических церковных источников способность именно одного, более чем сами демоны хитрого и проворного, и чья сила велика, быть «едину в трёх лицах». А также то, что в битве под названием Армагедон он должен возглавить армию демонов. Имя Валтасара окружено тайной — он давно стал символом гордыни, святотатства и невоздержанности.

Ищите, да обрящите.

От автора:

Так и слышу голоса возмущения «Бла-бла-бла», на дворе XXI век, куда Вы нас тяните, во тьму средневековья? К сказкам о том, что Солнце вращается вокруг Земли. Какой Бальтазар? Кино «Константин» насмотрелись! Ату его!

Вот мы с Вами и подошли вместе к одному из самых сложных и вечных вопросов веры.

И тут предлагаю не торопиться, прежде всего, разум, как шпага, быстр, точен и безжалостен к домыслам и защитник фактам. Но прежде замечу, что не в пример некоторым, не претендую на истину в самой последней инстанции! Но одновременно, хочу предупредить о том, что также терпеть не могу всезнаек, никогда не сомневающихся в своей правоте.

Не желаю выслушивать скучные нравоучения серых личностей от науки о незыблемости знаний, и обвинений в ереси, ибо как уже писал на страницах этого произведения, всегда помню о судьбе Филиппо Джордано по прозвищу — Бруно Ноланец, и других истинных сподвижников.

Итак, XXI век, говорите, ну что же, — Алле (выпад)!

1. В X веке также думали, что наука той поры безгрешна, а Мир покоится на трёх китах, слонах — говорили самые-самые учёные мужи и ковыряли в носу, глубокомысленно и т. п. Из 100 гипотез, поясняющих сегодня устройство мира, завтра в XXII веке 98 окажутся неверными и появятся 1000 новых. Вывод:

— то, что сегодня кажется ерундой, завтра может стать истиной в последней инстанции. В свою очередь то, что казалось истинным, окажется полной ерундой;

— наши знания в данный момент не отражают всей гаммы точной и правдивой информации по какому-то вопросу, мы тривиально не все знаем и пользуемся не теми источниками. Попробуйте объяснить школьнику 1 класса Капитал К. Маркса. Кроме всего прочего за время жизни одного поколения общий объем информации возрастает не менее, чем в два раза. Нас учили одному, детей другому, внуков третьему и всегда при этом в чём-то привирали.

2. Информация о каком-либо явлении или событии почти всегда делится на объективную, и субъективную, на правдивую, и ложную, основанную на реальных событиях или выдуманную.

Вывод:

— мы можем встретить описание реального события — фараон Эхнатон умер в 1334 году до нашей эры, но описанного неправдиво, ибо он был убит;

— а можем найти пример другой. Так известно по описанию войны в Илиаде Гомера о падении Трои и 99,99% людей верят в это. Война то была, но на самом деле Троя победила и не раз, это говорит наука;

— можно ещё сказать так, на основе множества правдивых фактов, делают неправильные выводы — вот известный пример, когда трём слепым дают описать разные части тела слона, и они описывают 3 совершенно разных животных.

3.В науке нельзя проложить пути с помощью обычного интеллекта. Созданное нечто одним лишь умозрением, не ведает об истинном.

Вывод:

— довериться своему опыту можно только в весьма ограниченном пространстве ощущений. Что солнце обжигает, мы чувствуем. Что это обжигает ультрафиолет — эти знания дала наука, ею же доказана связь меланом и злокачественных образований с чрезмерным пребыванием на солнце. Сначала, вслед за той наукой, нам внушали, что загорать полезно. Помните ажиотаж вокруг соответствующих салонов. Потом доказали — загорать в них вредно, да и на солнце того…;

— другой пример, наука установила, что есть Чёрные дыры (ЧД), но хоть один из Вас её видел, нет, не ту материю, что на фото до горизонта событий ЧД, а её саму?

4. Один факт может опровергнуть тысячи других, но затеряется в их массе, либо ему не поверят, вследствие того, что не смогут его повторить.

Вывод:

— предположим, что Христос воскрес и это факт, но попробуйте его повторить;

— наука говорит, что человек не может летать по тому-то и потому-то, но стоит одному полететь, он просто научился летать, без аппаратов;

— пройдёт 100 лет и появится 1000 сомневающихся в том, что он вообще летал. Есть многочисленные описания и свидетельства полётов людей, например — поднимался в воздух во время молитвы Серафим Саровский. Ещё одно упоминание о феномене связано с именем юродивого, блаженного Симона из городка Юрьевец-Подольска. Некоторые жители несколько раз случайно видели его ночью переходящим Волгу прямо по воде. Когда же один из них, некий Пётр Сутырев, встретил его выходящим на берег, юродивый просил его никому не говорить о виденном, пока он жив.

5. Некоторые факты вытекают логически из других, а те в свою очередь рождают, поясняют третьи. Нельзя рассматривать явление вне связи с другими, пример Кот Шрёдингера.

Вывод:

— предположим, что бог есть, тогда логично предположить, что есть и сила ему противодействующая, либо он сам её создал, да просто чтобы скучно не было;

— если разлетается вселенная, то должны рано или поздно разлететься и все атомы, кварки и бозоны. А если есть необратимые процессы, значит, они касаются и времени, но как тогда быть с его изменением в ЧД (чёрных дырах);

— с другой стороны, если после взрыва все разбегается, то должно когда-то и сбегаться. Был матриархат, на смену пришёл патриархат и т.п., есть сильные, должны быть и слабые.

6. Любые знания умирают, если их постоянно не подпитывает фактами практика и не подтверждает новая теория, тоже и с верой. Рано или поздно любая религия ослабевает, изживает самое себя, если её сторонников не подпитывать доказательствами, примерами истинности веры

7. Человеческая цивилизация постоянно развивается. Человек, несмотря на все претензии к морали, нравственности, культуре, растёт как внешне, так и внутренне. Мы медленно, но уверенно становимся сами богами. Переделываем Землю под себя. Летаем выше и быстрее любой птицы. Перемещаемся по земле быстрее любой лани или гепарда, плаваем дальше, быстрее и глубже всех рыб и морских организмов, наконец, мы сильнее и умнее всех. Но рано или поздно — либо мы изменимся и пойдём дальше, как та кистепёрая рыба, что вылезла на сушу, либо уступим пальму первенства и будем медленно деградировать, а возможно и быстро исчезнем.

Вывод:

— мы сами уподобляемся богам, причём не только в положительном смысле. Последнее — сугубо в нашем понимании;

— а раз мы есть уже боги для остальной фауны, флоры Геи — Земли, то было бы совсем нелепо, тем более с учётом потенциала роста — отрицать наличие богов вообще и в частности;

— этот процесс напоминает действие некой заложенной программы, при этом вовсе не факт, что только для человечества. Есть совсем парадоксальные теории, например о том, что даже камни это живые существа, что они дышат. А как Вам пристрастие людей к обработанным благородным и драгоценным камням? Есть о чём подумать на досуге.

8. В конце концов, знания истинные или ложные распространяются и должны подтверждаться опытом, т.е. сравнением, результаты которых должны быть одинаковы либо очень похожи, что и позволяет сделать вывод об их истинности.

Вывод:

— почему все основные мировые религии так похожи друг на друга, что касается этики и морали, пантеона богов и бесов. А христианство и ислам крупнейшие, так вообще имеют взаимные пересечения (например — ислам признаёт Иисуса Христа как величайшего пророка);

— несомненно, что количество верующих людей в мире очень велико.

В таблице, представленной ниже, указаны данные о численности последователей основных религий. Данные приведены на 2010 год и взяты из трёх источников — Энциклопедии «Религии мира» Дж. Мелтона, Энциклопедии «Британника» и отчёта американского исследовательского центра Pew Research Center (PRC).

Христиане 2 292 454 000 33,2%

Мусульмане 1 549 444 000 22,4%

Индуисты 948 507 000 13,7%

Агностики 639 852 000 9,3%

Буддисты 468 736 000 6,8%

Китайская религия 458 316 000 6,6%

Традиционные верования 261 429 000 3,8%

Атеисты 138 532 000 2,0%

Новые религии 64 443 000 0,9%

Иудеи 14 641 000 0,2%

Мир ВСЕГО 6 906 560 000 100%

Данные приведены только по — Энциклопедии «Религии мира» (Британика и PRC отличаются незначительно)

Население мира на 1 января 2016 года составило более 7,3 миллиарда человек.

Думаю, приведённые данные говорят сами за себя. Но есть и одна загадка, внимательный читатель быстро найдёт, где тут собака порылась.

Но все довольно, так можно продолжать ещё очень долго. Я сознательно не собираюсь выстраивать здесь некую околонаучную или и совсем не научную систему, упаси боже, да и не место и не время, но прошу просто задуматься и сказать себе, там внутри — а вдруг и правда, на самом деле — она вертится?

Вдруг это не сказки, а прозрения того, что возникло и существует вне нашего желания и до нас, либо придумано нами и возникло уже по нашей воле в виде неких эманаций, флюидов и перешло, сформировалось в невидимой нами плоскости, диапазоне, но имеющее на нас влияние? Может оно спряталось в душе?

Не спешите, заставьте себя сомневаться, ибо только так, и не как иначе, развивается наука, преодолевая с трудом великим все то, костное, что с каменной башкой зазнайства уже якобы познало Мир.

Последними словами Бруно были: «Я умираю мучеником добровольно и знаю, что моя душа с последним вздохом вознесётся в рай». Тот, кто ценой жизни, разбежался и сильно толкнул науку вперёд, был ведь не глупее нас и верил в рай, а значит и в ад, а раз он есть, то и …. Понимаете к чему я.

Кстати, и другой гений Иссак Ньютон, будучи глубоко верующим человеком, рассматривал Библию (как и всё на свете) с рационалистических позиций. Мне могут возразить, а как же Альберт, который Эйнштейн? Так вот, однажды он сказал — «Наблюдая гармонию космоса я, с моим ограниченным человеческим разумом, в состоянии признать, что есть ещё люди, которые говорят что Бога нет. Но что действительно гневит меня так это то, что они поддерживают такое заявление моей цитатой». Эйнштейн был деистом — верующий в безличного бога-творца!

В бестселлере 1998 года «Краткая история времени», рассказывающем о происхождении Вселенной и разошедшемся 10-миллионным тиражом, Стивен Хокинг, знаменитый британский астрофизик также допускал место бога в создании все сущего.

А вот, как мне кажется ещё одна интересная информация уже современных учёных, согласно, их изысканий:

«… вселенная берёт своё начало (точку отсчёта) с некоего пространственного центра и расширяется из этого центра в разные стороны. Причём это расширение происходит не абы как, а подчинено определённой логике. Это расширение, а также само существование материи, подчинено системе 4-х фундаментальных взаимодействий: гравитационному, электромагнитному, сильному и слабому, которые между собой очень точно отрегулированы.

По поводу скорости расширения вселенной астроном Бернард Ловелл высказался так: «Если бы вселенная расширялась на одну триллионную быстрее, то к настоящему времени во вселенной исчезла бы вся материя… А если бы расширение происходило на одну триллионную медленнее, то уже приблизительно в первый миллиард лет существования вселенной, гравитационные силы заставили бы её сжаться».

(Гудзь Алексей. http://www.antidarvin.com/a_public_gudz.htm)

Ну, вот тебе бабушка и Юрьев день, воскликнет недоверчивый читатель, нас призывает во всем сомневаться, а для себя уже все давно решил? Ан и верно господа, товарищи, братья и сестры, каюсь, грешен и меня грызёт порой червь сомнения, и приходят, лезут в голову крамольные мысли о Добре и Зле.

Потому-то и понимаю с годами, меру ответственности, возложенную Им на нас, тащить и тащить, да не тот аллегорический Сизифов камень долу, а конкретно себя в земной жизни или долней тащить в Гору, или к горниму. И ошибаться, ошибаться господа, товарищи, как без этого. И вопросы, задавайте вопросы, самые неожиданные и глупые! Например — почему ангелы существа бесполые (Традиционно ангел изображается как антропоморфное существо с крыльями за спиной — Википедия), а в Ветхом Завете сыны Божьи, среди них Архангел Михаил — первый из верховных Ангелов, Архангел Гавриил, Рафаил, Уриил, Селафиил и т.д., а также Он — дьявол?

«Верующий будет иметь жизнь вечную», «Верующий во Христа не будет судится на Страшном суде, а неверующий — уже осуждён» (Иоанна, 3:15—18). А как же 5,5 млрд неверующих или верующих в других богов? Разве нет среди них чистых душ, достойных жизни вечной? А каким образом Гад оказался в Раю?

Ломайте стереотипы и заблуждения,

Сомнений дверь открывайте уверенно.

Фомой, не верующим от рождения,

Будьте всегда и во всём намеренно!

Всё проверяйте скальпелем логики,

Сердцем рассудок, точите, правьте,

Часто врут и проверенные источники,

Не позволяя докапываться до правды.

Врут также, теории и солидные учёные,

Врут нещадно — политиканы и историки,

Разномастные и титулами облачённые,

Всеми признанные мастера риторики.

В глупостях явленных, своих уверены,

Сыплют речами, с виду правильными.

Не доверяйте, пока всё не проверили

Сами трижды их выводы с правилами.

Лучше быть Близнецом неверующим,

Апостолом, раны Христа проверявшим,

Чем прослыть человеком несведущим,

Чью-то глупость распространявшим.

Приведу пример своего зашоренного сознания, чтобы не показаться нескромным всезнайкой, а также ещё раз продемонстрировать то, что и учёные ошибаются. Одно время, как раз в те года, очень популярна, во всем мире и у нас тоже, была тема одарённых детей — индиго. Я с интересом читал множество публикаций на эту prime line teme, смотрел массу видео, не нашёл для себя ничего интересного. Просто болтовня высокопарная и ничего боле, и когда прочёл в разделе — Наука, сообщение о том, что это профанация и никаких детей — индиго нет и в помине, есть просто одарённые дети и все. Больше на эту тему ничего не смотрел, закрыл для себя. Выскочило случайно, через пять лет, в передаче Л. Якубовича «Поле Чудес» от 2011 г. Посмотрел и обомлел, вот они те самые, есть такие дети.

Но хвала Всевышнему, ещё раз пересмотрел уже внимательно и нашёл-таки дату 01.04.2011 — все стало на место, проверка счета также показала — первоапрельская шутка Маэстро удалась, розыгрыш, браво!

А вот то, что рядом, чуть не проглядел. Попробуйте сравнить объёмы и сложность, того, что изучают наши дети в школах сегодня с тем, что было в годы учёбы их отцов и матерей, а затем и дедов с бабками, вот вам и «индиго», я ничуть не преувеличиваю и не шучу! А музыка, которую мы по-стариковски ругаем, по информативности, заключённых в ней битов, на порядок выше той, из нашей молодости. Клиповая подача информации (видео, звуковой) также повышает в разы содержательную часть в минимум времени.

Решив проверить свои знания русского языка, истории русской и мировой, знания в области военной науки (на всякий случай, за спиной несколько высших образований — военное училище, две академии, диплом ВШЭ) и пройдя, для того несколько тестовых проверок в Интернете, получил неутешительный результат. Большинство из них я попусту завалил, либо получил низкий результат. Наряду с тем, что расстроился, я сообразил, насколько вырос объём этих знаний, их сложность и облегчилась возможность их распространения.

Мы живём в век информации, ею сегодня свергают правительства и создают новые экономики ХХI века, этот жиденький бульон — среда её, на глазах превращается в студень, а завтра станет твёрже алмаза. Вот оно где истинное — индиго! Разве это не чудо.

Но, как и в любой религии здесь присутствует и другая — тёмная сторона, бесовская это информационные войны, причём в ипостаси, как использования СМИ, так и чисто военной. Те, кто интересуется, военным делом поймут, о чём я здесь, это сетецентрические стратегии и войны. Приведу только один пример — соответствующее информационное обеспечение вооружённых сил на поле боя, в разы увеличивает коэффициенты применения оружия. Информация в режиме реального времени становится сильнее оружия, точнее сама им становится! Вместо 100 танков и самолётов можно с тем же эффектом использовать 10, а вскоре и 1—2, только не верьте тем, кто скажет, что это дешевле.

Военное дело, абсолютно точно так же как и экономика и даже более того, требует использование энергии, её повышения. Тумен монгольский в 10 000 лошадиных сил, это сегодня 10 танков на поле боя. О мощностях атомных крейсеров подводных и надводных, межконтинентальных баллистических ракет с ядерными боеголовками вообще умолчу. А как собственно энергия, так и затраты на её получение (непрямые, в т.ч. научные) и использование будут всегда расти, это тенденция.

А теперь, вспомним о тех деньгах, что вкладываются в энергетику масс — медиа и информационную среду. В разы больше чем весь военно-промышленный комплекс, так почему бы не превратить его в оружие, и ведь превратили. Но мы догоняем… На проведение операции «Буря в пустыне» в Ираке были президентом США Джорджем Бушем-старшим изданы шесть основных директив, из них четыре по психологической войне и только две собственно военные. Результатом этого — стало увеличение поставок оружия из США в другие страны. За последующие 5 лет, после войны они выросли в три с половиной раза. Соответственно упали прибыли конкурентов на рынках вооружения и военной техники.

Но в Сирии мы, хотя и довольно поздно, но выводы сделали, причём отработали даже лучше, чем пиндосы. Каждое применение оружия ВКС России и иных средств поражения группировки Вооружённых Сил России было обеспечено информационным сопровождением — видео, фото и т. д. и т. п. Кстати, стоит это не намного дешевле самого вооружения, но по своим последствиям и экономическим и политическим весьма прибыльно.

Подводя итог моим размышлениям о вере, не могу не написать о том, что найдётся огромное число читателей, желающих нанести оборзевшему, в условиях отсутствия оппонентов на страницах романа, автору укол-touche! Автор видимо не знает или сознательно скрывает такую важную информацию об исследованиях израильских археологов. Те утверждают однозначно, на основе проведённых исследований — не было исхода евреев из Египта! Почему он ни словом не обмолвился о тех нестыковках, что имеются в Книге? Спешу успокоить нетерпеливых эрудитов, во-первых Библию писали люди, а они имеют склонность иногда преувеличить, приврать ради красного словца, яркого примера. Во-вторых не стоит забывать о том вреде, который был нанесён христианству в целом и православию в частности, разного рода правками, переводами, изъятиями и исправлениями (только в каноническом варианте 80 текстов), а также Никейско-Константинопольскими соборами. Вместе с тем, в мире нет ни одного безусловного доказательства существования Бога, либо отсутствия такового. Так что это ничего не значит и не изменит в позиции автора.

Глава 41. Профилакторий. добровольные помощники

Вооружённый достижениями современной науки человек совершает ошибок во много раз больше, чем вооружённый камнем или палкой питекантроп, соответственно росту объёма знаний

На третьем этаже здания, стоящего напротив, это был спальный корпус, в одном из пустующих номеров (а не пустующих в нём и не было вовсе), опираясь локтями на придвинутый к самому подоконнику стол, согнувшись, стоял одетый в трико и грязную, белую когда-то майку, человек. Коленки на трениках, недельной давности не правленая щетина, помятое лицо, и спортивные тапочки китайской фирмы «Хулиюань» что в городе — Мудандзян, делали его похожим на не желающего скрываться неплательщика алиментов (чего скрываться, когда их не с чего платить).

Высокорослый, но худющий с красивым лицом 100% арийца и русой шевелюрой, он одновременно чем-то походил на молодого артиста Сергея Столярова, любимчика женского полу сталинских времён. Был он сосредоточен, жевал в волнении верхнюю губу.

Рядом с ним на стуле сидел второй экспонат по имени Лёнчик. Этот был явно цыганско-русской породы, с примесью семитов. Подвижный, небольшого росту, нетерпеливый, как огонь. Усидеть пять минут на одном месте — для него уже был подвиг непосильный. Он что-то сосредоточенно писал простой длинной шариковой ручкой в большом, бежевого цвета обложка, Журнале наблюдений и учёта приёма процедур выздоравливающих, на пожелтевших от времени страницах.

Наконец, запись вводной части, когда, где, кого и кто наблюдал, была прописана. Он оторвался от своего важного дела и спросил, того что уже как пять минут, не моргая, что говорится, смотрел в армейский артиллерийский (50 / 8 = 6,25) бинокль в окна кабинета руководителя профилактория.

«Ну что Ваньша, что писать-то, давай рожай быстрее что ли».

Тот, кого назвали Ваней, оторвал прилипшие брови от резинки окуляров оптического прибора 1957 года изготовления, по схеме Петри. Солидно, так говорят истинные волжане, почмокал губами и выдал на-гора — «Никак привыкнуть не могу, как черт из табакерки то явится, то исчезает, права твоя Нюрка, хоть и ведьма, но своих отличит за версту, это точно вампир или шпион. Никак не привыкну на вид ну чисто пацан, маскируется гад».

«Я точно, был прав. Пиши, время 16.31 суббота, «__» августа 200_ года. Передал большую сумку с надписью, не по нашему — „Адидас“, директору, то есть Сидоруку Борису Трофимовичу, в присутствии двух баб. Баб, не пиши. Зачеркни, кому говорю, напиши — бухгалтерши и финансистки. Что в сумке, не разглядеть».

Объяснялось такое пристальное любопытство двух карифанов, с недавних пор, тем, что с появлением миллионщика — олигарха с нерусским именем Арсат, появились в профилактории, откуда ни возьмись деньги. Правда не у всех, а лишь у продажной буржуазии в лице бывшего директора «Красной горы», а ныне — Руководителя, дерьмократа, к тому ж, Сидорука и его прихлебателей в лице двух баб.

Честным же пацанам, которые числились один шофёром автобуса ПАЗ, давно проданного на запчасти, и другой истопником бани, как вы понимаете, важнейшего элемента инфраструктуры заведения, достался — шиш.

Каждую пятницу, иногда в субботу, там верхушка проводила производственные совещания. После них, все участники выходили на свежий воздух и отправлялись по домам такими уставшими, что их даже покачивало. Бабы хихикали, и после того, прозвали Сидорука, правда между собой, странным прозвищем — «Двуежопец», что это значило, жопа то у него одна, Ванька, который будучи истопником, случайно услышал, так и не понял.

Так вот, чтобы уж до конца стало ясно, дочь Ивана — Светлана уже как два месяца встречалась с милиционером, участковым по имени Макар. Посколь, дело к свадебке само не шло, решено было на семейном совете, что означало — он, на горшке с книгой в руках и думой о семье, так вот решено значит было, сей вопрос ускорить. Для чего Светке было указано матерью, под благовидный предлог затащить, буйна молодца дома в постель, а тут, откуда ни возьмись …. Еже ли того, так мы и на работу того! Далее, по сценарию, разработанному уже самим главой семьи, шли стол и бутыляка для примирения и последующей гладкой семейной жизни Светланы на хате у мента.

Поначалу, так и шло, до их с матерью «внезапного» возвращения, а потом поехало по-другому. Он излишне распалился (но, как было сыграно), схватил будущего зятя за горло и, как результат, получил хорошую оплеуху от Макара, врезал сам, потом с битием покончили, подсчитали убытки, руки, ноги, носы, зубы целы, пара синяков не в счёт, чего не скажешь о семейных перспективах дочери.

Отчасти потому, что в последние два десятилетия стала появляться в наших гражданах, не ведомая ранее при социализме, с его плановым характером хозяйствования, эдакая предпринимательская жилка, зудевшая где-то внутри, и дремавшая себе раньше спокойно. Отчасти, по каким другим причинам, но в душе Ивана жил этот особый дух. Посещали его вспышки чего-нибудь предприимчивого, желание уконтрапупить и, эпизодически, как и в этот раз, выходили из него наружу.

Так, за полгода, до описываемых событий обратился он с предложением к руководству родного профилактория с дельным предложением по спасению предприятия и подъёму экономики, может так пойти, и всего района. Для этого Иваном, в среду других, заранее отобранных представителей оздоровительного учреждения, была вброшена информация о якобы целебных свойствах местных грязей и организации всероссийской грязелечебницы.

Что-то на эту тему он видел по телеку, сама идея оттуда. Надо отдать должное Ивановым способностям, в распространении этой байки, идея быстро овладела, ничего не подозревающими массами и была поддержана в виде собранных подписей, страждущих улучшений граждан. Народ жаждал, кто здоровье поправить, кто бюджет подлатать, а тут перспектива под ногами.

Вызванный на ковёр, пред светлые очи, прожжённого прохиндея, бывшего директора, затем гендиректора, а ныне доросшего до руководителя, Сидорука Бориса Трофимовича, с единственной целью выяснить, откуда данные, Иван рассказал, словно рисовал картину благоденствия.

История эта о том, как грязи, что действительно было полно у самого угла северной части забора, огораживающего большую часть территории ОАО «Красная гора» спасли семью родителей Ивана, а до того и их родителей, как спасли они самого истопника, ещё долго будоражили потом доверчивых жителей окрестных домов. Были также отмечены случаи приезда за «нашими» грязями ушлых москвичей из других районов.

Несколько раз пришлось править в том месте забор, покосившийся из-за подкопов, через которые крали «драгоценную» грязь. Более того, в «МЕТРО» как-то даже появилась заметка — «Дорогу нашей грязи», где автор предлагал защитить заповедную зону и грязи от посягательств вороватых предпринимателей, якобы уже в очередь стоящих за право выкупить «Красную гору».

Не поверивший поначалу в эту «чистую правду» директор, все же, после заметки той, полюбопытствовал и в окружение сателлитов прошёл к указанному Иваном месту своих владений. Добила его неверие следующая картина, двое видимо местных, не профилакторских, воровато наполняли ведра из весьма приличного, не менее метра в глубину раскопа, дело было зимой, грязью странного серо-синего цвета. В широкую щель в том же заборе были видны ещё двое стариков с пакетами, ожидающих своей очереди возле полутораметровой дыры, лаза ведущего наружу, куда свободно проникал человек.

Возбуждённый таким наглым изъятием собственности акционеров предприятия, Борис Трофимович и не заметил, как тоже стал проводником проекта — грязи во спасение. Страждущих принять выздоровление от грязи аборигенов, сфотографировали сей час на мобильники, удобно, однако!

Место тут же огородили кипперной лентой и выставили табличку со строгой надписью — Грязь охраняется государством, за несанкционированный забор — штраф! И народ попёр.

Правда вскоре, уже после того, как на месте истечения оных грязей побывал глава муниципального образования, бурила землю заказанная, за весьма приличные деньги установка — лаборатория и пришли отрицательные результаты проб из НИИ Минздрава, проект накрылся медным тазом. Шум, поднятый в прессе, ещё некоторое время не давал покоя жителям окрестных бараков, пятиэтажек и одной восьмиэтажной жилплощади, ведь кому-то и в самом деле грязь помогла от ревматизма, подагры и целлюлита, но постепенно и он затих. Рассосался.

Слава богу, не узнали о постановочной части этой аферы века. Глина, имевшая место быть, собственноручно самим Ванькой, была подкрашена обычной синькой, которой в техничке, что рядом с 8 корпусом было завались, аж целых два 60-ти килограммовых мешка. А дедков и бабусь он попросту уговорил за тот же типовой российский эквивалент оплаты розничных и оптовых услуг, не особо вдаваясь в суть дела, только объяснив, что хочет наказать ненавистного олигарха и буржуя Сидорука.

Ивана, как инициатора, после того может быть и уволили бы, да кто баню лучше него топить будет за те смешные деньги, что назывались так солидно — заработанная плата, а по сути, были отмазкой. Все успокоилось до поры. А дело своё он знал справно.

Однако с того случая, закрепилась за ним в народе, что тусовался в округе, непреходящая слава борца с «коррупциянерами» у одной его части, и балабола — у другой. О чем нетрудно было догадаться по различным интересным надписям на заборе, вблизи того самого угла, ставшего местной достопримечательностью типа — «Грязи от Ваньши, бурите дальше», наверное автор надписи имел в виду — глубже, но не нашёл нужную рифму. А в подъезде дома, где проживал скромный труженик отрасли здравоохранения, появилась другая, со словами поддержки — «Мы с тобой Иван Тимофеевич! Дави буржуинов!».

Но что, правда, отметили наблюдательные жители, по старинке именующими себя наташинскими, по названию усадьбы бывшей когда-то на этом месте, ещё во времена царя батюшки (остался с тех времён лишь одноимённый парк), так вот был нюанс. Странным было то, что обе надписи были сделаны краской одного и того же цвета, ядовито-жёлтой, и похожим почерком. Более того, отдельные граждане заявляли, что знают, кто писал.

Да видели его перепачканного с головы до ног именно в такой колер — Лёнчика, другана Иванова.

Вопрос о включении Ивана Тимофеевича Ладонина в списки по выборам в какую-то местную управленческую структуру, по спискам партии всенародного любимца и возмутителя национального политического болота успокоения, русского патриота Жилика, даже пару раз стоял на заседании политсовета местной ячейки. В конечном итоге он заглох, потому лишь, что Иван категорически отказался стать членом, узнав, что надо платить взносы.

Вот такой это был человечище.

В долгих раздумьях и горьких переживаниях, по поводу провала затеи с женитьбой дочери, решил Ваньша, что совершит он новый подвиг, раскроет преступный синдикат. А появившийся как будто ниоткуда и подозрительный очередной, толи третий, толи четвёртый уже хозяин был подходящей для того фигурой, заворачивал большими деньгами (а откуда они? То-то). А может он того — террорист, или шпион. Нахрена ему сдался развалень, профилакторий. Вот, дескать, раскроет он, Иван всю сеть, придёт к органам и все до копеечки выдаст, увидит его Макар и все наладится.

Под шафе, поделился неприятностью и мыслями такими, с кем ещё — с друганом, тот сразу поддержал, намекнув о причитающемся вознагражденье. Ещё к делу привлекли проверенного кадра бабу Шуру, что на вахте, она всегда и всех поддерживала, а раньше, лет сорок-пятьдесят тому назад эх, любила мужиков то! Они раздобыли у свата Ленчика, за тот же стандартный российский эквивалент обмена чего угодно на бутылку водки, с обещанием, таким же стандартным — Вот те крест! Хотя и не было на них оных. Поскольку жили все рядом, в пятиэтажке за забором, а зданий и мест, пригодных для наблюдения и фотографирования на мобильник, это умел только Ленчик, было полно, начали не откладывая.

Сегодня шёл уже четвёртый день кропотливого сыщитского труда. Уже были, какие никакие результаты, им повезло в первый же день. Уборщица таджичка хотела выбросить в ведре на мусорку, кучу каких-то бумаг на иностранном (для сведения, это была Инструкция по эксплуатации кондиционера «Катана»), из кабинета директора, где теперь столоначальничал этот буржуй с фигурой ребёнка, за которого его все поначалу и приняли и красным лицом взрослого мужчины. Приобщили. Все материалы хранились у Лёнчика дома в папке на антресолях.

Завели, как положено «Журнал наблюдениев», ясно же пригодится жареный кефир. Столь ценный материал дополнили несколько снимков издали с приезжавшими гостями Арсата. Их было полно, туда-сюда сновали машины легковые и гружёные фуры, с красочной рекламой на бортах и без, строители, ремонтники, доставщики воды и пиццы, менеджеры и симпотные бабы, но интерес вызвали пока лишь трое посетителей.

Первым был клерк из Trevel Logistics, что прибыл на авто с надписью. Вообще-то он интересовался совершенно безобидным вопросом. Что дальше делать с грузом, прибывшим из Marrakesh (Марокко) на имя господина Николозовича (видимо принял отчество за фамилию). Его привезли на склад в пяти километрах от МКАД, что отдельно было прописано в контракте (нарочным известить о прибытии груза). Само собой, ни Иван, ни Ленчик — не ведали о цели визита, ни тем более о Маракешах, но надпись! Кстати груз был скоропортящийся — апельсины в бочках. Отправитель — «Bratia Karamazovi».

Второй появился с большим ящиком и долго чего-то там, в кабинете устанавливал и налаживал, какую-то аппаратуру, как бы даже не шпионскую (это специалист ставил роутер и маршрутизатор), отчего даже пару раз моргал свет и выключался маленький переносной телевизор у бабы Шуры. Иван, на следующий день после того, прибыл лично доложить Сидоруку о готовности бани к приёму очередной оравы важных фирмачей, а по виду так — шантрапа дешёвая. Сам видел над дверью кабинета светлую такую, небольшую коробочку с усиками антенн, а по ней бегали зелёные огоньки. Арсата в тот момент в конторе не было, куда-то уехал на сидорукамобиле. Вот так значит, а невдалеке, за дорогой какой-то важный объект у военных, поговаривали, там склад каких-то радио- фото- головок. Не дай бог рванёт.

Последним, был хорошо одетый господин, видать из тузов, доставивший ту самую сумку (клерк с деньгами из банка, о чем наблюдатели ни сном, ни духом не ведали) ещё в пятницу. Подозрение вызвал тот факт (это удалось разглядеть через неплотно задвинутые шторы на окне), что с его появлением из кабинета удалили трёх других, а дверь сам Арсат запер изнутри. В субботу сумка опять всплыла.

«И ещё пометь, пометь Ленчик, кому говорю, что в кабинете финансистки, отсюда плохо видно, было апосля, замечено какое-то подозрительное сборище. А занавеска там, тоже наполовину задёрнута». «Пошли, поищем на этаже другой пункт наблюдения. Да номер гостиничный, я имел в виду. Понял, что говорю».

Ваньша выпрямился, почесал то место на спине, где кожаная крышка от окуляров бинокля, намертво пришитая к ремню, упиралась прямо в косточку, ети её! Чуть выше висевшего почти на яйцеобразном пузе, представителя творческого сословия (как он любил говорить — Баня это не работа, это Поэзия!) штатного войскового средства наблюдения, в майке зияла приличных размеров дырка. То жена, то Светка не единожды предлагали выбросить на помойку, эту порванную деталь Иванова имиджа с большой буквой «Д» (подозреваю, что это динамовская фирменная) на краю, но тот не давал ни в какую. Говорил непонятно, но веско — «Пусть третья чакра дышит!». Хотя, если признаться едва ли Ваня знал истинный смысл этого слова.

С другой стороны это был вызов воцарившемуся капитализму, и в ответ на замечание начальника службы учёта персонала, кадровика значит, отвечал с пролетарским достоинством — «Не дождётесь!».

Таким образом, влекомые высоким чувством борьбы с социальной несправедливостью корешки отправились искать более подходящее для продолжения наблюдениев место. Благо, таких уголков было немало.

По дороге их встретила страшная вонь, поскольку вода в корпус не подавалась с незапамятных времён, а пользоваться туалетными комнатами сюда приходили изредка те, у кого в других зданиях и корпусах, подачу воды отключали временно, но часто. Что делать с этим безобразием руководство не знало. Может быть, и забили бы двери настежь накрест, дескать, проходи мимо, все ушли на фронт капиталистических работ, но опасались бунта, свирепого и ужасного, а что если снесут замок с двери начальствующего сортира, из трёх кабин на третьем этаже. И потому крепло и копилось это материальное выражение возмущения тружеников, да и труженицы тоже захаживали.

Гостей же семинара планировали разместить в отдельных коттеджах, их было 12 по всей территории профилактория — базы отдыха. Там уже вовсю работали за внеурочные сборщики мебели, все должны были принять в 21.30 комиссия в составе — инженера, заведующего хозяйством и врача специалиста.

Вот, в каких непростых условиях приходилось вести расследование двум энтузиастам, но цель была заманчива, и казалось близка.

В результате всех этих факторов сложился и, не почивая на лаврах, трудился триумвират социально ответственных, бдительных граждан, внёсший воистину неоценимый вклад в дело единения народа и его защитников на данной территориальной единице от всяческих происков внутренних врагов, шарлатанов и воров, кровопийц одним словом. Эх, как права Нюрка!

Но оставим на время добровольных помощников милиции, будем надеяться, у них все получится, и вернёмся к присмотру за нашими главными героями.

Глава 42. Гибель Домбровского и бегство бонны

Что бы всем было хорошо, зачастую надо остаться одному

Домбровский, занятый сверх меры своими проблемами, он хоть и не читал умных книг, но был далеко не глуп, сообразил, что видимо то покушение на ВВП, которое произошло ночью и о нём все утро и целый день трубили СМИ и посещение концерта Архонтом с Анастасией были событиями одной цепи. В случайный характер дел, которые вели эти господа, он не верил, потому проанализировав ситуацию, понял, что ему пришёл конец. Почему было понятно — силовики эти волкодавы все быстро раскопают, установят принадлежность к тем событиям всех и вся, само собой они уже на прицеле, подозрительные шевеления вокруг дома были вовремя замечены и только нарастали, да нет, уже не казалось.

Докопаются до их дел с Архонтом и его секретаршей, на кой ляд скажите, он мне её сюда засунул. Бонна между тем, поведала, что у девочки есть своя квартира, но там идёт ремонт. «Ну, и поселил бы её в „Космосе“ или какой-нибудь Шаратоне на Тверской, так нет же, сюда надо было тащить, конспираторы хреновы».

«Но что хуже всего, и все это тоже понимает этот странный господин, ему что, смоется в свой Париж, а мне отдувайся? Ведь не дадут шанса».

Нет их на этот случай, ему ясен перец, жить не дадут, слишком многое он узнал, слишком накладно жертвовать всем делом ради одного Витольда Петрасовича Домбровского. «Уберут по-тихому, на том же сборе в пансионате, или в назидание другим на мессе в Пещере, будь она трижды неладна».

Как подумал о яме, всего передёрнуло. «Что же делать? Сдаться, и попробовать сыграть в незнайку на Луне, так все равно ведь докапают, доковыряют, как же самому Президенту докладывать. Что же делать-то, а».

В Рамблере прочёл сообщение о том, что прямо с концерта улетел на своём Гольфстриме в Париж Илья Сергеевич Подоварев, его он рекомендовал Архонту в качестве Деарха, или даже Тура, намекая и на то, что и его самого пора не на три дня. Но теперь с заграницами абзац, а там ему понравилось, когда посещал различные семинары и тренинги с брифингами в Нью-Йорке и Зальцбурге.

«Но на вертолёте далеко не улетишь, максимум до Питера, а если там на машине? Нет, не дадут, а попробовать, тогда не выйдет оправдаться, за порученные сборы депутатов и храмовников. Что делать? И ведь посоветоваться не с кем. Действительно черт в юбке (какая такая вышла „Благодать“ раз Анна, Хана) дёрнул позвонить его тогда Арсению Заболотневу. Господи, помоги, что мне делать».

Как не раз бывало с ним в минуты неспокойные, в ход пошёл, известный как олигархам, так и бичам с Поля чудес приём, сначала один, а за ним и другой стакан с камнями «Whiskey Stones» что позволяют охладить виски, не разбавляя его.

Правда бичам и не снились пить виски с камнями, это пусть буржуины пьют, а мы родную Черноголовую, или «Пять озёр», на праздник или если хоронили кого из своих местный «совилью» Портянка доставал из неприкосновенных запасов «Русскую текилу». Эта божественная субстанция уже упоминалась нами в другом месте и по другому поводу. Но поскольку если не знать рецепт, то напиток получался фуфло. А тут напротив, дай бог добиться такого качества известному лидеру отрасли — заводу Кристалл, все же, только для экстремалов и уж точно профессионалов этого увлекательного занятия позвольте привести его здесь.

Ещё при советской власти, теперь уже безвестный шутник привёз из Мексиканских соединённых штатов самогон из кактуса. Текила была с червяком, большим, толстым и жёлтым. Вообще-то, это не червяк, а гусеница бабочки гузано (gusano) — паразита, обитающая в зарослях голубой агавы. Особо ценится гусеница красного цвета. Именно из неё и делают знаменитый на весь мир мескаль. После двух стаканов нашей и ириски, попробовали, понравилось. После мне рассказали, что в какой-то компании гусеницей даже закусили, а что.

А потом уже на даче один из изобретательных участников той первой дегустации мескаля, дошёл умищем неисчисляемым. А чем, спрашивается наш подмосковный (на рыбалку шёл, готовился) российский опарыш хуже. Отобрал с десяток, промыл, завернул в несколько слоёв марли и, опустив её в приготовленный на аппарате из Финляндии, как-никак дипломатический работник не самоделка какая, самогон, оставил в тёмном месте на неделю, но забыл, по причине внеочередной командировки и только чрез месяц вернувшись, вспомнил.

Благо случай представился, отмечали юбилей Академии, и после того, как остальные напитки неожиданно быстро иссякли, достал трёхлитровую банку, предварительно, ещё в подполе, удалив марлю с опившимися и потолстевшими опарышами. Кроме того, в банке плавал совсем крохотный кусочек корешка сельдерея, или имбиря, добавлением их в самогон, обычно рецепт и ограничивался, это была, конечно, не мексиканская Sierra, но на удивление напиток всем понравился. Запаха сивухи не было «ваще».

Как Вы, думаю, уже поняли, рецепт остался в тайне, друзья то друзья, но могли и побить, а напиток стал традиционным. Постепенно, знания распространились среди не особо брезгливых ценителей, употребление стало шириться, где-то осталось прежнее название. Где добавили китайско-японский экзотик, и стал он — «Опавшей сакурой» или «Воспарившей усладой», но до сих пор встречается под личиной домашних заготовок.

Так, что если Вам, упаси бог, где-то предложат трёхлитровую банку настоящей русской текилы, от секретного рецепта, можете поинтересоваться, а где заготавливали опарышей? Если на Севере Москвы и области, то куда ни шло, а вот ежели, на Юге, то в каком году, ибо после пожаров 2010 года, они с горчинкой, на любителя. Хороши опарыши, также нижегородские, рязанские, земля там, что ли богата солями и минералами. Не стесняйтесь, поспрашивайте, хозяевам будет приятно.

В тот момент, когда отчаявшись найти ответ на вопрос, как жить и удастся ли в связи с такой загогулиной выжить? Вот о чём думал Витольд, уже прилично надравшийся «дирижёр» или «магистр» ордена храмовников в России наших дней. Его ещё называли орденом инвалидов или — Тамплиеров (фр. от «temple» — храм). Этого монстра, основанного в Святой земле в 1119 году Гуго де Пейном, позже адепты его якобы поклонялись идолу Бафомету. Витольд чувствовал себя, как те его предшественники в европейском тогда масштабе — Жак де Моле, Магистр ордена, и Гуго де Пейро, генеральный визитатор, что были арестованы рано утром в пятницу 13 октября 1307 года. Он приготовился продолжить питие. Видимо это судьба такая у руководства Орденом, говорили же ему, правильно советовали — читай книги.

Так вот, когда господин Домбровский готовился приступить к третьему стакану Чёрной этикетки Black Лейбл (англ.label), в кабинет постучала бонна. Она, сделала недовольное лицо.

К 16.00 то, что англичане называют — «afternoon tea», в доме было принято подавать на маленьком подносе два бутерброда, с тонко нарезанными кусками буженины или жареной свинины на белом, с луком чиабатто, тонюсеньким кусочком крестьянского масла и веточкой зелени на них. Также присутствовал стакан индийского чая с молоком, имбирём, миндалём, гвоздикой и жиром, без сахара, по словам прежнего хозяина особняка Заболотнева — такой необычный состав укрепляет потенцию и иммунитет. Поднос разместился на давно отведённом ему месте, крышке приставной тумбы рабочего стола руководителя.

Совсем расклеившийся Витольд сделал извиняющееся лицо, свою бонну он ценил, прежде всего, за незаменимость и всеуменье, а она всегда заботилась о нем, вот и сейчас, похоже, станет бурчать. Он, шутя, спрятал уже далеко не полную литровую бутылку за спину и с удовольствием захрустел домашней выпечки хлебом, нежное мясо с полу-окантовкой жира, как он любил, пахло дымком.

Затем отпил приличный глоток чая и удивлённо уставился на бонну, пока тело его не выгнулось, и не сползло в кресле. Он был мёртв.

Его Хозяин, как справедливо и полагал Домбровский, был умнее, и просчитал все варианты, замысловатой этой истории. Витольд должен был умереть при любом раскладе. Судьба его земной юдоли завершила свой оборот. Теперь его ждали вовсе не чертоги рая, а черти, злые духи ада, здесь исключений для родственников и любимчиков, «блатных» — не делали, перед очередным циклом воплощения оболочки, все, согласно Воле, воплощённых Законов Рока, отвечали за то, что сотворили, или натворили. Изменить Закон было практически невозможно.

Бонна подождала ещё немного, минуты три, продолжая сидеть на большом кожаном диване, поговаривали, что он был вывезен в составе другой мебели и объектов интерьера (картины, ковры, часы, шкафы и т. д. и т.п.) специально, по личному указанию Иосифа Джугашвили — Сталина из поверженного Берлина. Конкретно из Фюрербункера (Führerbunker) — наименование комплекса подземных помещений в Берлине, размещённых под рейхсканцелярией. Этот бункер служил последним убежищем Адольфа Гитлера. Достался диван и высокие напольные с боем часы поначалу Василию, сыну вождя, разумеется, бесплатно, а уже потом, через череду перекупщиков, Домбровскому, за большие деньги, и стал он любимым другом однофамильца польских генералов.

Сколько было проведено совместных встреч, на его роскошном выпуклом сиденье и не сосчитать, скольких Морфеев познал он вместе с пружинистым телом дивана.

До настоящего времени в различных кабинетах начальствующих особ министерств и ведомств, состоящие, либо списанные с инвентарного учёта, на правах раритетов, словно вросшие в пол, стоят эти красного дерева массивные мастодонты мебельного искусства времён третьего рейха. Где с них срезали свастики и орлы, что смотрели на посетителей, а где прикрыли стыдливо другими придвинутыми вплотную столиками и столами для посетителей.

По большей же части перекочевали они, путём несложных махинаций в дома и на дачи шустрых хозяйственников или генералов промышленности и управленцев, не особо задававшихся вопросом откуда? Списали и все! Вплоть до начала 90-х держали на должностях столяров ремонтников, специалистов для устранения тех или иных поломок, а главное они единственно умели перетянуть темно зелёное сукно на столешнице. А на диванах поставить заплаты на попорченную кожу, сама она прохудится не могла никак, по причине почти в пол сантиметра толщины и высокого качества. За десятки лет лишь кое-где были видны незначительные потёртости. Скрипели, вздыхали и поскрипывали старыми пружинами диваны благородно.

Знаю, поскольку, когда-то, будучи начальником отдела, сам сидел до полуночи за таким столом, а иногда, приходилось, и спать на таком диване при очередном аврале в управлении, или как потом обозвали, переиначили по заграничному — департаменте. К середине первой десятки двухтысячных годов старых мастеров поголовно разогнали, новых не было и, на моем столе справа красовались два здоровых чернильных фиолетового цвета пятна, десятилетней давности, по истрёпанному сукну. Чтобы выдвинуть нижний ящик, внутрь которого при случае можно было спрятаться, приходилось, упираясь ногами в пол, тащить за ручку обеими руками, что было сил, тогда только он нехотя выдвигался.

Алевтина Игоревна, убедившись со спокойным лицом, что судороги прекратились, и пульс на шее её бывшего хозяина не прощупывается, сняла с покойника ту самую флешку, и приступила к самой трудной части своей миссии, необходимо было переправить труп в подземный гараж, а их было теперь два. Домбровский и убитый ею тем же способом шофёр Шурик десяток минут тому назад. На тот случай, если бы тот отказался от чая, был предусмотрен сильный удар электрошокера, в виде фонарика, но все обошлось. Поскольку, надо было как-то решать этот ребус, в подвале, что смежный с гаражом, где хранилась всякая всячина, была обнаружена загодя широкая длинная доска на колёсиках, якобы скейтбордовая. Её то и было решено использовать для перемещения трупа Домбровского из кабинета в подвал. Она, то есть доска, уже стояла у двери кабинета.

С трудом перевалив на неё, то, что когда-то называло себя Витольдом, бонна довезла его ещё тёплое тело до лифта и спустила в подвал. Всё это молча и тихо, с учётом прослушки, одновременно работал телевизор в гостиной на первом этаже и радио в одной из спален на втором.

Там прокатила до двери, уже открытой, когда ещё забирала этот самодельный эвакуатор, наконец, уже в кладовой остановилась и повернула на 90 градусов какой-то из мелких садовых инструментов, висящих в крепеже на стене. Затем подняла резиновый коврик на полу, отодвинула, под ним оказалась металлическая пластина в метр шириной и около метра тридцати в длину. Проделав несколько манипуляций с неким подобием замка сбоку, за ручку углублённую в сталь двери открыла вход в лаз, ведущий в подвал дома по соседству.

Вниз опускалась небольшая металлическая лестница, закреплённая в железобетон. Там было просторнее и именно туда были переправлены оба трупа, от которых дурно пахло продуктами жизнедеятельности, выделяемыми при судорогах и скорой смерти.

Предусмотрительная бонна выполнила эту сложную работу, как и все, что делала, аккуратно, прислонив, оба трупа друг к другу и к стене. Все это потребовало немалых сил, и она передохнула. Затем поднялась наверх в дом, закончив все дела, вымыла руки и присела на дорогу. За тройку минут до того увидела, как от соседнего дома куда-то поспешила соседка, с которой бонна была хорошо знакома, и куда она предварительно позвонила с мобильника, сменив симку. Когда ей ответили, приложила работающий диктофон к трубке. Тот сообщил мамаше взволнованным голосом сына соседки, жившего на другом конце города, о том, что находится де в милиции на Кропоткинской, и просил её как можно скорее прийти туда.

Новость вырвала старуху из привычного плена бесконечного турецкого сериала и направила куда надо. В доме у Виктории, то есть соседки больше никого не было. Прихватив фонарик с шокером и небольшую сумку, одетая в парик и купленную заранее одежду бонна опять спустилась к лазу, закрыв все двери изнутри и выключив свет в подвале. Закрепила моментальным клеем на металле резиновый коврик и спустилась в лаз, опустив люк на своё место. Подвал в соседнем доме имел прямой выход во двор и далее на улицу.

Через десять минут она ушла, успешно обманув экипаж невнимательной наружки, стоявший через дорогу. Ведь много в стороне из соседского дома, на который и внимания то никто не обращал, вышла не элегантная 45-летняя бонна. Вышла оттуда толстая старуха в платочке и массивных древних очках, и неспешно уже удалилась по переулку от Сбербанка, в сторону Сивцева Вражка.

В доме у Домбровского слухачи фиксировали, как по радио пела Пугачёва и какой-то ансамбль — «Прощай и ничего не обещай. И ничего не говори, а чтоб унять мою печаль…», а бонна им в голос фальшивила, подпевала — «… уходит в дальние края…», и «… в большое небо посмотриии…». Но наружка к последним словам примадонны не прислушалась, более того позже, восстанавливая по памяти все 4 часа своей смены наблюдения за домом, о старухе ковылявшей куда-то по своим делам из соседнего дома не вспомнила, что сыграло свою роль в этой истории.

По пути столь хитрого отхода, также выбранного заранее, на перекрёстке стояло большое, металлическое зеркало, предназначенное для воителей автотранспорта. Старая женщина (теперь по паспорту Штоколова Елена Юрьевна) остановилась, поправить, сбившийся на ветру платок и пошла дальше, чтобы свернуть на Кривоарбатский.

Первый этап задачи по спасению, кажется, завершился успешно. Теперь, в запасе есть часа три — четыре, до того, как начнут искать. Надо успеть убраться отсюда, не попав в объективы видеокамер метро и общественного транспорта, автобусов, троллейбусов и прочих перевозчиков. Таких, оборудованных становилось в первопрестольной все больше и больше с каждым не годом, но месяцем. Она обязана, успеть убраться из Москвы в Кубинку. До того, успев забрать из тайника, оборудованного в гараже, что находится на неприметной улочке в Сокольниках всё необходимое для экстренной эвакуации.

Предусмотрен был также вариант, когда уходить бы пришлось с одной дамской сумочкой из городского кинотеатра Урал, в Гаьяново. Там же в гараже был оборудован передатчик управления системой самоликвидации содержимого домашнего сейфа на Гоголевском.

А в Кубинке, у неё есть хорошая двухкомнатная квартирка и тихая, скромная девочка, что за ней присматривает. В Москве, та ни разу не засветилась, «чистую» квартиру готовила сама бонна, якобы для Витольда. Там можно переждать месяц, другой, пока шум не спадёт, и за чередой других лиц разыскиваемых не затеряется в самой глубине памяти вездесущих милиционеров и патрульных ГИБДД её лицо, а мы его к тому слегка подправим, обучены этому, а потом глядишь, и вовсе забудется. Вот тогда, милости прошу, можно и далее — за границу, ведь заслужила за двадцать то лет, ни одного прокола.

Конечно это не самолёт, поезд или пароход, а багажник машины, рыбный траулер или за брезентом фуры какая-нибудь Киргизия, но можно и потерпеть и переждать, есть ради чего.

Она передала, условленным сигналом с другого телефона и новой сим-карты, что все в порядке, и она направляется, как и договорились заранее ещё в самом конце ночи с Мессером, возникшим прямо в спальне, она не спала, зная, что придёт и примерное время, сама вычислила. Почувствовала, его появление, как это у неё получалось всегда, для неё самой, оставалось загадкой.

Елена Юрьевна зашла в небольшое кафе, выпить чашку кофе на бегу, что называется. Присела за первый столик от двери, внимательно осмотрела улицу, через стекло небольшой витрины, пусто. Молодой человек в кожаном длинном фартуке принёс кофе, бывшая теперь уже бонна, расслабилась и попросила сразу рассчитать, оставила 50 рублей сдачи «пурбуар» в счетницу.

Она откинулась на спинку высокой лавки, на американский манер и ожидала, когда кофе немного остынет. Непривычная бутафорская одежда, под которой были приспособлены к нижнему белью на липучках полиэтиленовые мешочки, для придания ей вида толстой старухи, длинный парик, она носила короткую причёску, в жаркую июльскую погоду мешали ей, как и ватные шарики и палочки внутри, наложенные на десны и за щеки, в носу, донельзя изменившие её лицо. На кожу также был нанесён специальный крем, старивший её и придавший ей неприятную желтизну.

Единственный официант, обслуживающий тогда посетительницу обратил внимание на то, что было в этой старухе что-то неприятное, искусственное. Был он голубым, или как их называют в Латинской Америке, куда юноша, втянувшийся, в ночную жизнь Москвы мечтал, когда-нибудь уехать, розовым. Именно благодаря этому понял, что женщина возможно не совсем удачная театральная актриса и проверяет по жизни, сценический наряд в возрастной роли.

Все показалось ему искусственным, и одежда не соответствовала манерам, и то, как она говорила, будто бы набрав камней в рот, а речь культурного человека. Либо она мошенница, коих в Столице пруд пруди, и для себя решил аккуратно так, но не спускать с неё глаз.

В кафе, несмотря на то, что расположено оно было в старой части города, где публика обитает приличнее, культурнее, чем в спальных районах, воровали постоянно. То чашки, то узкие горлышком сосуды для холодной воды тащили, а чаще другого крали маленькие чайные ложечки и специальные металлические трубочки для помешивания, или плошки для мёда и различных специй. А платить, кто будет, официант с его то зарплатой. Бонна же, слегка расслабившись после успешно исполненной первой части задуманного, потеряв обычную осторожность, решила избавиться от части тампонов и прокладок, ибо вблизи подготовленный наблюдатель мог вполне разглядеть следы её маскировки (что, по сути, и произошло).

Наблюдательный гомик заметил, что женщина оставила кофе, недопитым, и вышла в туалет, что был в коридоре по пути, ведущем на кухню, где девчонки, под руководством повара по десертам готовили трудоёмкую и не слишком быструю классическую версию главного итальянского десерта — тирамису.

Спустя буквально несколько минут оттуда вышла совершенно другая женщина, несколько моложе, из старой одежды на ней ничего не было, видимо короткую юбку, чулки, лёгкую блузку розового цвета и синие балетки, все это она достала из небольшой сумки через левую руку.

Последующий осмотр туалета подтвердил догадку о переодевании посетительницы, в мусорном бачке, завёрнутые в тёмный пакет, лежали серая старушечья кофта, длинная до щиколоток коричневая юбка, тупоносые на ремешках, из середины прошлого века чёрные туфли на среднем широком каблуке, там же валялись мокрые тампоны, использованные для чего-то, может быть для удаления грима. Это и был явный прокол шпионки, вызванный расслаблением и торопливостью.

Избавиться от комплекта следовало подальше от того места, затерявшись в толпе прохожих где-нибудь в людном месте, не привлекая внимания. Все было выброшено как — «соломенная собака», которая по древнекитайскому обычаю используется при похоронах, после чего выбрасывается. Лицо старухи так же претерпело заметные изменения, до того было оно широким и одутловатым, какие бывают у лиц, злоупотребляющих алкоголем. Зато у женщины, вышедшей к тому моменту из туалета, и севшей на своё место у окна при входе в заведение оно стало узким, волевым и гораздо приятнее.

Одно хреново, дама была уже мертва.

Он же спустя час, рассказал молодому человеку, привлекательной наружности, представившемуся как следователь Муртазин Рашит Нуриевич, о своих подозрениях и показал, где лежит тот пакет. А также поведал о том, что буквально через минуту после того, как эта, он кивнул в сторону трупа женщины, уже лежащей на полу (прибывшая до милиции, скорая безуспешно пыталась реанимировать гражданку Штоколову) актриса вышла из туалета, её и хватил кондратий.

Да, я покажу. Вот тут она сидела. Ей кто-то позвонил, нет, она не назвала. Как видите помещение у нас маленькое, я бы услышал, и не представилась, просто тупо слушала. Почему тупо, так лицо у неё, такое стало. Простите, а дальше достала из сумки косметичку и пузырёк, вылила в кофе и все. Я-то, сначала подумал ей плохо, вызвал «нашу» скорую, здесь недалеко, пара кварталов. Но результат Вы видите. Да все, больше мне ничего такого не припомнится. Хорошо, я подпишу. А Вы не дадите мне свою визитку, вдруг, что вспомню? Извините, Вам спасибо, я могу идти?

Вся дежурная смена, выехавшая на место самоубийства гражданки Штоколовой потом, в микроавтобусе от души ржала над Рашитом и предлагала все же вечерком созвониться с симпатичным, а что, официантом. «Кофию» с тирамису будешь в отдел носить. И снова весело ржали и Рашит вместе со всеми тоже.

В самый последний момент своей жизни бонна, которой так и не удалось стать до конца мадам Штоколовой, увидела прямо в чашке на поверхности недопитого кофе улыбающуюся физию Арсата, который прошептал слова команды на самоуничтожение, что она безропотно и выполнила.

Дело было тухлое, долго искали, по месту прописки, потом в масштабах города, области и наконец, Федерации. Нашли, чуть менее четырёх тысяч однофамильцев и лиц с совпадающими именами и отчествами. Но всё — не то. Что касается яда, тут было все гораздо интереснее. Как оказалось, рецепт его очень древний и что-то подобное имело хождение у нас раньше при Союзе, в Средней Азии. Больше тоже ничего. Решили, что паспорт поддельный, но экспертиза дала заключение — настоящий.

Флешку, найденную при «старухе», расшифровать в отделе не смогли. Спустя пять минут, после того, как её воткнули в порт usb PC, файлы и вовсе исчезли и рассыпался жёсткий диск ПК. Спецы, осмотревшие остатки того, что было ещё так недавно носителем особо ценной информации, только головой качали и в один голос говорили о том, что раньше с такой ерундой не встречались и поделать тут ничего не могут!

Как всегда сроки поджимали, в результате дело о самоубийстве, как доказанное закрыли, а по факту подделки документов его возбудить не получалось. Кубик Рубика какой-то. Мат. модель на персональном компьютере отдела дознания по своему, машино — матом выдала — недостаток данных.

Собрал Рубика и всё дерьмо воедино районный прокурор — рявкнул в сердцах — Закрыто я сказал. О чем сделали соответствующую пометку в статистике. Но ушлый майор архивариус отправил его таки, как «учебное» в Академию МВД, пусть подрастающая смена репы морщит, все меньше будут водку пить, а то взяли ещё моду, всякую заграничную бурду употреблять, виски и текилы им подавай.

Глава 43. Так куда же делся Семёнов

Уважающий себя — делает. Уважаемый другими — планирует. Уважаемый всеми — обещает. Любимый всеми — врёт

Что же случилось с Семеновым, как мы помним, он с превеликими приключениями добрался до поверхности земли, и едва успел очухаться, как был арестован. Пора выяснить, что с нашим героем (они в жизни бывают не только прямые и положительные, но и разные).

А произошло следующее, был он арестован, поскольку выход этот был на охраняемом объекте, складе ГСМ (горюче-смазочных материалов) воинской части, где командиром был, назначенный за правду подполковник, ранее возжелавший в одиночку перекроить управление тыла МВО (Московского военного округа), занятое дележом и реализацией материальных ценностей высших категорий. Посмел написать Президенту, о чём понятно. За что, также понятно и был сослан на бесперспективную должность командира «кастрированного» батальона МТО (материально-технического обеспечения).

Часовой привычно расположился у пожарного щита, на огромном ящике с песком было удобно сидеть. Зимой, в метель в него, если осенью заранее отсыпать в сторонку энное количество жёлтого песка, даже можно было, и залезть. Укрыться от пронизывающего ветра, и закутавшись в постовой тулуп, надетый сверху на добрую шинелку, часик вздремнуть до прихода очередной смены. Правда, бывали разные случаи.

Так однажды молодой лейтенант, выпускник Вольского высшего военного училища тыла (переименованного в Университет), чему их там только учат, ну точно не тому, что надо, заступил начкаром (начальником караула). Но вместо того чтобы спать себе, попукивая и похрюкивая на персональном лежаке, как то определяет Устав ГКС (гарнизонной и караульной службы ВС РФ) — «слегка ослабив ворот.. и ремень…», после сытного ужина, вздумал он читать.

Этот, с позволения сказать, военный интеллигент читал бы себе и читал, так нет же, читал он караульный Устав, и как там и было строго указано, пошёл проверять посты с очередной сменой, Дело было зимой, мело, пока смена дошла, а это с километр, пост ГСМ был крайним, все замёрзли. Вместо положенного оклика часового — Стой, кто идёт? И отзыва — Идёт начальник караула! Тишина и завывание ветра.

Как говорили старожилы этих мест, ещё царь Пётр Алексеевич писал рескрипт первому губернатору Москвы боярину Тихону Стрешневу — Людишек казённых в Ясенево и Щербинке не селить, потому ветры там сильные и кони дохнут. А селить в Теплом Стане, для отдыху и сугреву, дабы прибывающие в стольный град мужи военные, имели время вид принять пристойный, и светлы очи градоначальника прибыть, с достоинством и честию, выслушаны, будучи с толковым докладом.

Искали его — часового долго. Бойцы боялись заложить старослужащего, пусть сам выпутывается, лейтенанту уже виделось страшное ЧП. В его первый караул украли часового с поста с оружием. Уже, не пора ли поднимать караул в ружье! Рука сама потянулась к пистолету ПМ (пистолет Макарова), что на правом боку в кобуре. Спросил, — «Есть ли телефон у часового, или на посту?».

Караульный новой смены, зная о подоплёке розыска своего предшественника по посту, и понявши какой же телок этот лейтенант, в Инструкции и Табеле поста все написано и Схема есть, указал на будку. Куда лейтенант и полез по ледяным ступеням. Туда уже как пару месяцев никто не поднимался, нахрена? Пока тот карабкался, караульный, делая вид, что обивает снег с валенок, стучал раз десять по ящику, где спал, без задних ног (поскольку передних ног, у него и отродясь, не было) часовой.

А тому меж тем, снился страшный сон, из тех, что называют — «в руку». Дескать, стоит он себе на посту по охране рубежей необъятной Родины, а враги крадутся и вот уже шёпот слышен — «Убить его гада, мало. Ну, ничего, щас ему вдуют по самые гогошары».

Смена начала бухтеть, пока лейтенант не слышит, а старый спит себе в ящике и не желает вылезать. Мороз уже достал и все мечтали только об одном — быстрее добраться до караулки, так как свои тулупы уже отдали сменщикам. Пост был в ряду последних, так его часовых обычно и меняли.

Однако так совпало, что когда дембель сменщик попытался поднять крышку ящика и вытащить оттуда охреневшего Степанова, тот в самый страшный момент сна, быстро перешедшего в спросонок, решил, что его тайное местопребывание, где в засаде он был, обнаружено врагами, вскочил с криком Уррра! Оружие, как и положено даже во сне он не выпустил из рук. На «автомате» передёрнул затвор, из которого выпал боеприпас, уже до того пребывающий в нарушение всех приказов и страшилок командиров, в стволе.

Решив, что Степанов сошёл с ума и хочет, — А ведь может, дембель караульный, мгновенно продумал и такой вариант. Не растерялся и взял инициативу в свои руки, крикнул — Ложись. Вся смена рухнула на землю и вместе с ней, поскользнувшись, слетел с вышки начкар.

Эффект от звука его падения, когда подковы сапог зацокали по металлу и льду ступеней, а потом грохота приземлившегося тела с семи метровой высоты привёл к непоправимому.

Уже начавший было просыпаться часовой поста Степанов, от этого грохота взбудоражился и неожиданно для себя нажал на спусковой крючок АКСУ, тем более что мозг ещё какой-то своей спящей частью принял звуки предыдущего от падения — ЦОК, ЦОК за стрельбу с глушителем.

От дальнейшей трагедии всех спас голос или истошный крик молодого бойца — Мама! Он шустро вскочил и, петляя, взбежал на высокий земляной вал ограждения поста, далее шустро припустил в сторону, противоположную той, что вела к караулке.

От подножия вышки послышался стон сломавшего ногу начкара. Он второй раз в жизни выругался матом, впервые это случилось при распределении, когда узнал, что попал не туда, куда хотел, так как был золотым медалистом.

Окончательно проснувшийся Степанов бормотал о гнидах, который могли бы заранее предупредить, но уже по одному этому можно было понять, что часть его сознания все ещё нацелена на поиски врага. Всё успокоилось и прояснилось.

Смена прошла самым естественным образом, как уже потом доложил взбешённому капитану дежурному по части, сменившийся с поста дембель — Строго по Уставу товарищ капитан. Но тот не верил, куда солдата не целуй, везде …. Капитан так и не узнал правды о том, что до этого, им навстречу прилетела группа усиления поста, оповещённая сбежавшим, и добравшимся всё же до караульного помещения молодым паникёром о том, что часовой 4 поста открыл огонь по смене и подстрелил начкара.

Ох и били же потом его, паникёра драного в сушилке, за то, что пришлось лежать на морозе мордой в снег ещё десяток минут, пока сержант помначкара не забрал у всех личное оружие, включая и самого начальника неудачного того караула.

Наказали всех, даже старшину роты, за то, что не обеспечил личный состав караула положенного образца трёхцветными фонарями с маскирующим козырьком и противотуманным фильтром, снятыми с вооружения ещё 23 года тому назад, но замкомбата, проводивший расследование данного ЧП об этом ещё не знал.

Как водится с тех пор, все дембеля, несмотря на строжайший запрет фотографировать на постах, обязательно делали несколько снимков на фоне пожарного щита и ящика в дембельские альбомы. Крышку ящика, сразу после того комбат приказал заколотить десятисантиметровыми гвоздями —

«Что бы ни одна…», — дальше шла ссылка на одно из определений женщин лёгкого поведения, … «её …. Не могла залезть». А рядом поставили две металлические бочки, из которых песок можно было черпать разве что детской лопаткой или отбойным молотком. Пост ГСМ стали именовать имени Степанова.

Лейтенант тот, отлежал в госпитале и на фоне массовых кадровых перверсий, быстренько уволился, получил какую-то справку о том, что травму получил на военной службе, при исполнении воинского долга. И вообще оказался он не таким уж и бестолковым, устроился сначала на автозаправку, а через год незаметно как-то стал её хозяином. А ещё через год сразу трёх, и утвердился в статусе шефа части, привозил командованию водку с этикеткой, на которой боевой путь прославленной воинской части был нарисован от А и до Я. Напившись, всех благодарил за науку и учёбу, твердил, что армия ему все дала, в общем, нёс всякую чепуху, пить он так и не научился.

С приходом нового командира, из штабных, бочки остались, но ящик снова расколотили, ввиду наличия пожарного акта, где был оный недостаток отмечен при приёме дел и должности. Ящик ещё раз почистили и покрасили, наполнили, свежим песком и все пошло, как и прежде, до того случая, но история эта, каждый раз в отличие от, правдиво мною рассказанной, обрастала все новыми подробностями.

Так на вышку уже лез генерал — проверяющий. «Лейтенанта звали Березовский, а бойцом в ящике, не поверишь — Да сам Саша Чёрный, ну тот, что из Бригад. Он тут служил». Действительно орёл с таким же ФИО в части когда-то служил. «Век дембеля не видать».

Сначала часовому показалось, что в ночной тиши, нарушаемой лишь звуками автотранспорта, да редким вертолётом, пролетающим над МКАДом, или шумом жизни любой воинской части, будь то пение труб оркестра, зычные команды командиров и начальников, смех солдат или строевой шаг, да ещё и песней про Славянку, появился какой-то чужой, посторонний звук.

Потом, когда нашёл, откуда он идёт, понял, что кто-то или что-то лезет наружу из земляного вала, прямо на него. Испугался так, что чуть штаны не замарал, а кто бы ни струхнул?

Позвонил с вышки в караулку и кратко доложил — «Докладывает часовой 4 поста рядовой Переверзев. Проникновение на охраняемый объект, вблизи бокса №2. Принимаю меры к задержанию. Прошу подкрепления. Доклад закончил». Услышал, как начкар там, в караульном помещении подал команду — «Караул в ружье!». Ещё услышал дублирующую команду разводящего начальника дежурной смены — «Смена в ружье».

Откуда прёт проникновение, благоразумно промолчал, ведь за идиота примут. «Послушаем, что начкар скажет, когда сам увидит и услышит».

К тому, остаётся добавить, что с контрактниками, которыми на 85 процентов была укомплектована часть, все сработало как часы, не успела ещё рука Семенова подняться из земли, как все, включая опытного начальника караула, были в готовности задержать хоть черта, хоть Уму Турман.

Когда ССС пришёл в себя, он долго не мог начать говорить, рот не слушался его, там все пересохло. Сразу стало ясно как он плох. Даже стоял, шатаясь, коленки подгибались. Обезвоженный организм просил, требовал воды. Наконец прибежали «носилки, вода, аптечка» и испуганный санинструктор из санчасти. Последний после первых глотков отнял флягу у задержанного и вполне профессионально ощупав его на предмет наличия переломов и травм, решительно дал команду нести того в свои апартаменты, успокоив — «Никуда он не денется».

Действительно вид у Семена был ужасающий. Рыжие когда-то волосы на голове стали совершенно белыми, но испачканные землёй и пылью подземелья топорщились клочьями цвета серого. Оставшаяся рыжей растительность на усах и бороде делала его похожим на пирата из детского мультика.

Первое, что от него услышали, было — «Слава Богу!». Далее, перед тем как уснуть, как не отнекивался, и здесь его начали колоть. «Когда же это закончится».

Утром его помыли, переодели, дали немного поесть и предупредили о том, что с ним будет лично разговаривать командир части, человек он очень строгий, так что будьте так любезны все по порядку и коротко. Как освободился, тот действительно появился, и тут случилось никем непредвиденное. Едва подполковник вошёл в дверь, раздался радостный вопль, он же голос командира части.

«Ну, точно, я смотрю рапорт — Семёнов, это он или не он, так раздобревший правда чуток Семеныч, дорогой узнаешь ли другана своего по службе срочной». И уже более официально — «Павел Алексеевич Левашов, командир отдельного батальона материального обеспечения». Семенов, лежащий на койке, один в трёхместной палате санчасти, сдёрнул жгуты и трубки какой-то ерунды, окутавшей его после завтрака, сдёрнул повязку с глаз и мокрым от слёз лицом упёрся в грудь высоченного Пашки.

В 6 отдельном гвардейском полку связи, в ГСВГ в первой роте, первом взводе, экипаж машины боевой, радиостанции Р-140, где Пашка был водилой, а Семён оператором — старшим специалистом служили они. Почти год вместе, подружились как-то сразу, когда Семенов прибыл в Еберсвальде, после пересылки и учебных сборов, проникли друг к другу симпатией, толи по причине насмешек, которые позволяли себе сослуживцы, которые были ниже ростом на голову, чем Павел. И конечно в роте таких бойцов, как ярко рыжий Семён, не было вовсе. В полку так, что-то отдалённо похожее было, человека два с половиной, как утверждал, гордящийся своей увы, почти под ноль шевелюрой Семенов. Толи от того, что оба были классными специалистами и очень скоро их фото рядом украсили здоровенный стенд — Лучшие специалисты части.

Прощались чуть не со слезами. Спали, койки рядом. Если один задерживался в парке или на работах, другой всегда тащил другану пайку. Это были кусок, другой хлеба с кружком масла и двумя прямоугольной формы маленькими кирпичиками немецкого сахара, так не похожего на наш кубинский.

Пашка, как решил, домой не возвращаться, отчим его отчего-то сразу невзлюбил, — «А мать все для этого гада. Хотя бы раз, что супротив сказала». Потому уехал сдавать экзамены в военное училище, а потом и совсем, наступила осень, и последние полгода Семенов дослуживал один.

Кажется потом, по какой причине и не упомнить, с переездами обоих адреса сначала поменялись, а затем и потерялись. Так, что поговорить Пату и Паташону, как их прозвали в полку, теперь было о чем.

Их раскидала жизнь по весям,

Детей и внуков рой возник.

Мир только встречами и тесен,

А так он, в общем-то, велик.

Но прежде всего Пат хотел узнать, как и почему Семенов оказался в этом подземном плену, Семён, шепелявил выбитыми зубами, пообещал, что все расскажет, прежде просил проведать жену и детей, им может угрожать опасность, бандиты. Их надо немедленно вывезти куда-нибудь. В то, что их кто-то и куда-то спрятали, он уже не верил. Санинструктор только покачал головой, категорически объяснив — «Два дня абсолютного покоя или у пациента может не выдержать сердце. Да и глаза того».

Решено было, что отправится командир с офицером, занимавшимся рукопашным боем и солдатиком каратистом прямо сейчас, а Семенов по телефону предупредит своих, чтобы собрались заранее. Так и поступили. Когда-то в крохотном общежитии, на территории части, жили три семьи, пока все три комнаты пустовали, там и додумались разместить, спасая от мести Махди семью и самого Семена. Туда уже направили прапорщика старшину третьей роты и четверо солдат, с задачей прибраться, подмести и вымыть. «Через три, четыре максимум часа, там будет размещена семья лучшего друга командира».

Кажется, в судьбе Семенова все опять начинало налаживаться.

Повязку с глаз снимали ему ещё утром, глаза болели, но он так истосковался по свету. Каково же было его удивление теперь, когда он увидел вместо дежурившего у его койки бойца медицинской службы, вон и эмблема на петлицах чаша со змеёй, полный набор полупрозрачных органов, мышц, сосудов, нанизанные на скелет, они жили одновременно несколькими жизнями.

Например, он увидел как кровеносные сосуды, совместно с сердцем, тоже участвуют в процессе перегонки крови по венам и артериям.

С одной стороны они добросовестно служили некими трубами, по которым сердце — большой насос гнало потоки крови. Разной толщины с клапанами, соединительными муфтами и прочими атрибутами водопроводной сети большого небоскрёба, собранной из тысяч элементов в единое целое. Некоторые из них напоминали медуз своими движениями внутри трубы, качали кровь, создавая повышающее давление за счёт циклов сжатия-расширения, они же в других случаях, вбирая в себя, направляли кровь в отводные ниши-ёмкости, похожие на острие шариковой ручки в надетом колпачке, снижали на определённое время на своём участке — давление кровотока. Уже другие её элементы, встроенные также в общую систему на других её отрезках, были видны в виде утолщений или наоборот сужений общего диаметра, либо только стенок трубы. Третьи, там, где были бляшки, мешочки, различные каверны и воспаления, отличные по своему предназначению, а значит и в чем-то — строению. Все они выступали как маленькие насосы, пульсируя телом, либо частью его (например, похожие на череду внутренних колец), за счёт каких-то собственных сил и мышц, сужались и расширялись, растягивались и стягивались в подобие удава, переваривающего крупную добычу. Причём темп и амплитуды таких колебаний позволяли общему потоку передвигаться с максимальной эффективностью, то есть, при максимально возможной скорости пробрасывать сквозь такие участки — максимальные объёмы крови.

В разных органах и местах, ветвях и самых маленьких веточках системы поддерживались своё давление, скорости, объёмы, сила и температура кровотока. При необходимости, коррекции этих параметров мог подвергаться как участок, так и блок, состоящий из разнородных участков, в исключительных случаях менялись общие параметры системы и, тогда например — человек часами плавал в ледяной воде. Изменялись физико-химические свойства и компоненты крови. При этом, заметно отличались от усреднённых показателей её: общий объем, текучесть, плотность, температура, кислотность, наличие солей. Менялись — давление плазмы, количество переносимого кислорода и других газов, различных ферментов, гемоглобина, железа и белков. И так далее и тому подобное.

Каждый элемент, секция и участок жили и трудились без передышки, своей личной жизнью, и вместе с тем составляли единое целое, подчинённое воле координатора процесса. Но он тоже, являлся элементом другой системы более высокого уровня, в свою очередь, изменчивой и зависящей от множества внешних факторов, таких как температура, затраты сил на те или иные работы, сон и отдых, травмы, болезни, стрессы и тому подобное. С учётом того, что кровь на всем протяжении, своего пути к сердцу и обратно, постоянно меняла консистенцию, какие-то бледные её потоки уходили через капилляры вообще непонятно куда, возможно питая эти органы, а может быть перерабатывались ими, как отбросы или яды. Другие, наоборот вливались внутрь и дополняли её состав.

Вся эта кухня работала под управлением одного главного, сотни средних и тысячи тысяч участковых дирижёров, как если бы мы свели в линию сотню крупных симфонических оркестров и попросили при различиях в составе, типах инструментов и времени отведённого на исполнение, выдать слушателю музыкальный шедевр.

Но резонанса, а тем паче диссонансов не было. Оркестр работал практически безупречно. Какой же сервер и программы нужны, чтобы всю эту махину держать в узде, предположу — видимо на участках работали ещё и свои маршрутизаторы, усилители и роутеры.

Но если это ещё как-то можно было понять, попытаться объяснить, то следующая жизнь внутреннего мира человека не поддавалась нормальной логике. Начну с того, что все органы слабо светились, едва заметно в диапазоне человеческого видения, но в других — эти органы не просто сообщали фотонами света и цвета о себе каким-то внутренним наблюдателям организма, но также переговаривались друг с другом по-соседски, передавали что-то через одного соседа другим и вообще отдалённым.

Все шумело и кричало, пело и шелестело страницами служебной информации в этом третьем мире, походившем на старый советский дворик, где жители 3—4 домов все друг про друга знали и бабушки заменяли Би-Би-Си и «Голос Америки». Внутри жил целый город в мерцании и движении электрических огней, блеске рекламы и всполохах прожекторов. Чётко прослеживался мощный поток света в центре города, его главная магистраль — спинной мозг и отдельные связанные освещением транспортных путей и узлов деловые и спальные районы. Рублёвка — головной мозг, переливалась морем огней красивого голубого, синего и реже других цветов. Каким образом химические реакции организма трансформировались в накопители, а затем и излучатели частиц и волн света?

Соответственно, поскольку был предыдущий то был, конечно же и мир энергетических силовых полей, их ССС видел как плывущие сгустки и волчки, живущие на гребнях электромагнитных и иных волн — летящих, и медленно ползущих, пересекающихся, налагающихся друг на друга и образующих резонансы, усиливающие передаваемую энергию, либо способствующие её затуханию. Достигали эти волны до тех или иных мест, причём не обязательно каких-то органов, а именно мест.

Пучки волн и сгустки этой энергии, силовые выбросы её протуберанцев исходили из общей силовой структуры. Она отдалённо напоминала ель, опираясь комлем в анус, вершиной в родничок на голове. По стволу закручивались до ветвей и далее по ним распространялись вихри красного, жёлтого, изредка голубого цвета нестерпимой яркости и мощи (может быть это была плазма). Другие шли выше до следующих утолщений — веток и двоились, троились, как лапки только не зелёные, те бушевали в основном внутри энергетического ствола, видимо срез его, если бы удалось таковой сделать, был похож на кругляк обычного дерева, с той лишь разницей, что внутренние слои были мощнее, шире наружных.

Был и ещё один мир — звуков, настоящих вполне воспринимаемых человеческим ухом в известном диапазоне — по частоте эта область охватывает диапазон от 16 до 25 000 Гц, а по силе — до 130 дБ… Шептала что-то своё потёртость кожи, жаловалась, то придавленная локтем сидящего индивида печень, то сосуды ноги. Человек закинул ногу на ногу и зачитался, а они орут себе и всем вокруг, плохо мне уже, но только тихо, как слоновий топот вереницы муравьёв в лесу, мы его слышим?

Этот звуковой внутренний мир был одним из древнейших.

Но и это не конец, все только начиналось. Все эти миры жили, как одна большая дружная и не только дружная разбитная цыганская семья, в которой, то мужики пили и баб били, то те, в свою очередь с чужими мужиками на стороне блудили и чужих детей заводили, рога мужьям растили, или вообще в другой табор уходили. Силовые структуры организма могли прийти на помощь сердечной мышце, стукнуть по ней зарядом-разрядом, а могли и промолчать и с назначенного места, с веточки не долететь, вот сердце то и останавливалось.

Понять насколько был сложен этот уровень взаимодействия живого организма, его различных систем, можно было попытаться, только изучив их все. Годы, десятки лет, уходили у самых умных и усидчивых на то, чтобы едва разобраться. Научиться понимать (или им это только казалось) даже какие-то небольшие части одного органа, но не всей системы. Медицинская наука сегодня говорит о том, что мы имеем:

— пищеварительную и отдельно выделительную;

— покровную;

— лимфатическую;

— иммунную;

— дыхательную;

— мочеполовую, и отдельно половую или репродуктивную;

— эндокринную;

— кровеносную;

— наконец, нервную системы.

На мой, сугубо дилетантский взгляд, к этим можно было бы смело добавить, приобретённую чужеродную, но без неё человека нет, бактериально-вирусную систему или среду. Сдайте анализы крови в вирусологическую лабораторию, и у вас непременно найдут как минимум с десяток «сожителей».

«С самого рождения в организм человека начинают проникать разнообразные бактерии, они попадают через рот, нос и даже родовые пути. Можно смело сказать, что весь наш организм состоит из бактерий. Но сколько же бактерий в организме человека? Учёные подсчитали, что количество человеческих бактерий в организме сопоставимо с общим числом всех клеток.

Только в одном желудочно-кишечном тракте обитает более четырёхсот видов живых бактерий. Определённый вид человеческих бактерий селится только в определённой среде, например одни молочнокислые бактерии могут жить и питаться только в кишечнике человека, другие бактерии хорошо себя чувствуют только в желудке, другие во рту, а третьи на теле и коже человека.

За долгие годы бактерии и человек смогли создать определённые условия подходящего сотрудничества или простыми словами — полезный симбиоз. В результате бактерии и человек объединили свои возможности, и каждая сторона получила определённую выгоду. Трудно недооценивать значение полезных бактерий в жизни человека, ведь они оказывают огромную пользу всему организму, к примеру, бактерии собирают на своей поверхности фрагменты различных клеток, в результате этого человеческий организм считает их своими и не подвергает атаке иммунной системы.

Так они и живут в мире и гармонии, но стоит в организм попасть опасному вирусу, полезные бактерии человека тут же становятся на защиту, преграждая путь незваным гостям, собирая вирусы на своей поверхности и не давая им проникать в клетки хозяина. Или вот ещё один пример, бактерии в кишечнике человека, оказывают значительную пользу, перерабатывая остатки пищи, во время этого полезные бактерии вырабатывают огромное количество тепла, которое передаётся соседним органам, поджелудочной железе, печени и селезёнки, а затем разносятся кровью по всему организму.

Но не все бактерии, живущие в организме, являются друзьями человека, ведь среди полезных бактерий встречаются и очень опасные виды, которые кроме вреда организму ничего не принесут. Опасные бактерии, попадая в организм человека, вызывают разнообразные бактериальные заболевания».

(из статьи — Бактерии человека — маленькие друзья и вредные враги» Сайт — Микробы и человек)

По некоторым данным, общий вес непатогенных чужеродных бактерий в организме каждого человека составляет почти три килограмма.

Долгое время считалось, что общее число микробов в десять раз больше количества родных клеток организма человека, однако недавние исследования показали, что их соотношение примерно равно.

От автора:

Но предлагаю читателю несколько отвлечься от фабулы романа, поскольку дальше речь пойдёт о сингулярности.

Хотя, я твёрдо уверен, что мы на пути к сингулярности, то есть полному избавлению от этого, такого прекрасного, но столь хрупкого, недолговечного и ненадёжного тела. Мы уже на пути превращения его в могучую, вечную, приспособленную к жизни в далёком холодном космосе и на горячей поверхности голубых гигантов — звёзд, превращения в плазмоидную оболочку со сверхразвитым интеллектом.

Почему плазмоид, все просто, чем выше уровень развития, тем более индивид потребляет различной энергии. Грустно об этом, но надо — мы сегодня потребляем электроэнергии на душу среднестатистического россиянина меньше, чем американец в США почти в 2,5 раза! А плазмоид, шар или тор позволяют при минимальном объёме сохранять максимум энергии, так сейчас, во всяком случае, пытаются решить проблему термоядерного синтеза (но Вы как всегда правы, есть и холодный).

Так какие же пути с максимальной эффективностью приведут к сингулярности?

Пусть это свершится даже в относительно долгий исторический срок, такой вот вариант. Сначала через замену органов и работу по очистке и ремонту организма наноботами, через внедрение нанотехнологий.

Параллельным путём через генную инженерию и внедрение в организм новых помощников бактерий и полезных вирусов, временных попутчиков человека на пути к той сияющей вершине, когда человеку будет дано право стать таким, каким его хотел видеть Создатель. И неправда, что он нас бросил. Он до сих пор этого хочет, потому и одарил свободой выбора, чтобы мы стали вровень, ибо по образу и подобию, не рабы, но дети его!

Следующий путь — создание искусственного интеллекта, и с его помощью прорыв, резкий скачок на пути, что позволит сэкономить время и избавиться от страха, что прилетит астероид или появится смертельный вирус и уничтожит нас как цивилизацию.

Остаётся вопрос, да это воистину вопросище, а как быть с душой? Перейдёт ли она подобно информационной среде к «железяке» или жёсткому диску, или же нет, и это есть прерогатива только человеческого тела. Точного ответа нет пока ни у меня, ни у большинства, тех, кто пишет о сингулярном будущем цивилизации, во всяком случае, я не встречал. Верю, душа двинет за нами, ведь знает, трудно нам без неё, одним не справится!

И пусть многочисленные наследники Фомы неверующего, твердят, что все это сказки, но глядя на роботизированный авиационный комплекс Т-50, или Боинг-787-8 (Дримлайнер), кому охота на ковре-самолёте? Нет господа, коврам место внутри самолёта, набирающего высоту.

Тридцать три богатыря в чешуе, с ними дядька Черномор и атомоход «Северодвинск» с десятком торпедных аппаратов калибром 533 мм и ракетным вооружением: 8 вертикальных пусковых установок шахтного типа, в каждой из которых может быть размещено до четырёх крылатых ракет различных классов — сверхзвуковые противокорабельные «Ониксы», стратегические «Гранаты» и всю номенклатуру ракетного комплекса «Калибр».

А печи-самоходы, говорящие зеркальца, Вы готовы поменять свои Мерседесы или Айфоны-6/7. Хотя мне больше по нраву Samsung. Только в качестве прикола!

Вот, оказывается, сколько полезного, и не очень, можно узнать пока лежишь в санчасти войсковой части глядя на дежурного фельдшера у твоей койки. Насмотревшись на внутренности бойца, все же к этому зрелищу надо было привыкнуть. Сперва, Семенов чуть не ойкнул, но потом решил никому ничего об этом пока не говорить, а то опять ещё колоть начнут, задница и так была что мишень в тире, вся истыкана. Закрыл глаза.

Ждал своих, и боялся, что дома может быть худо, но после звонка домой, когда жена сначала плакала, и он уже было подумал, что-то случилось с его девчонками, а потом успокоила тем, самым важным — к ним никто не приходил, никаких людей от Махди не было.

Он успел сказать о том, что приболел, а жена, спросила — не связана ли его болезнь каким-нибудь образом с хозяевами салона Ворнаевыми? Долго пришлось объяснять, что он не причастен, вне этой истории с Президентом. Тогда Мила призналась, все же в том, что в доме были из милиции, спрашивали, где он. Что ей позвонил его зам Эдуард Лазаревич и сообщил, что Махди три дня как, вроде бы убили, или он сам застрелился.

Он обрадованный, что с ними все нормально, наконец, сказал, что за ней сейчас приедут, необходимо собрать самое нужное, они поживут у знакомого с недельку, пока не утрясётся, и чтобы забрала девочек, я им сам все объясню на месте. Хотел сказать, как любит её, как соскучился, но не успел, жена сказала — Кто-то звонит в дверь, наверное, это те, о которых ты говорил, за нами приехали. И связь прервалась.

А тут в палату, аккуратно так, вошёл незнакомый военный в погонах майора, поздоровался и представился, предварительно уточнив — «Семенов Семён Семёнович?

Я оперуполномоченный особого отдела Сергеев Сергей Сергеевич» и широко улыбнулся. И тут же огорошил, — «Мне поручено Вас задержать и допросить, в связи с подозрением на участие в осуществлении деятельности наносящей ущерб обороноспособности страны и её Вооружённым Силам, а также участии в покушении на главу государства».

Семенова чуть второй раз меньше чем за сутки Кондратий не хватил.

«Прошу одеться и следовать за мной», — услышал он, полупрозрачное, было тело майора, опять стало нормальным. Зато мир вокруг закачался и рухнул, укололо сердце, стало так больно, и Семенов Семён Семёнович потерял сознание.

Как кричал майор-особист, как вбежал санинструктор батальона и дежурный из числа выздоравливающих бойцов, их на тот момент было целых два, койки из палаты вынесли в коридор, он не слышал. Как не слышал уже того, что санинструктор звонил беспрерывно в гражданскую скорую и медсанбат бригады, а там, как всегда, в подобных экстренных случаях, никто не отвечал. Ничего он этого не слышал, душа его на время покинула бренное тело и отдыхала где-то вдали от злого и страдающего мира дольнего.

Глава 44. Попытка задержания Анастасии №2

Поиски логики, как правило, приводят к алогичным решениям, но в этом тоже есть своя логика. Логика второго порядка!

Анастасия, как мы помним, сорвалась на митинг в поддержку тех, кто против засилья голубой арт. культуры, что организовывали — «Наши» на Плешке, как её звали те, что там учились, да все больше старые москвичи со своим эзоповским подходом к обозначению известных мест столицы.

Одно время Плешкой называли также площадь перед Большим театром, но спустя шестёрку десятков лет, оно отошло уже окончательно к узкому и длинному пространству между фронтоном здания Российского экономического университета им. Г. В. Плеханова и дорогой.

С двух других сторон, слева от проезжей части Стремянного переулка — зданием современной постройки, на первом этаже, которого располагалась «Венская кофейня». Справа четырёхэтажным когда-то видимо жилым домом, а ныне непонятным зданием, где на первом этаже когда-то в начале нового века был неплохой ресторан, остальные этажи пустуют, видимо ждут своего арендатора или строителя.

Решив, что на митинг, тем более молодёжный добираться на машине Порш — не комильфо. Она доехала на метро до Серпуховской и уже оттуда влилась в узенькую цепочку молодых людей, вышагивающих в сторону Плешки, которые, как и она купились на рекламу, либо должны были там присутствовать по необходимости.

Народ подтягивался, уже от Вознесенской церкви красного окраса, слышны были бульканья и громкие хрипы мощного мегафона, закреплённого на микроавтобусе «Хёндай», рядом с огромным рекламным экраном. Тот, вознесённый на толстой металлической трубе до высоты чуть ли не третьего этажа, то демонстрировал красоты капиталистического рая в турецкой Анталье. На фоне башни Хыдырлык полуголая красотка зазывно подмигивала, дескать, жду не дождусь уже, устала.

То экран сурово чернел, видимо намекая на экономические перспективы российской экономики. Кадры которой, её золотой фонд, ковались прямо здесь, но частично смывались затем за границу, на места, обеспеченные деньгами родителей, где вся эта наука — от анг. Economics была никому не нужна, там жили по другим законам, весьма недурственно описанным К. Марксом. Либо пытались устроиться в России, но и здесь не могли никак сориентироваться между неизученными ранее теориями доктора Бюджета Распилова по учебнику «Чиновник — 2000 и далее» или практическим рекомендациям профессора Сильвестра Смотрящего, фундаментальный труд которого «Отжим экономики предприятия» пользовался непреходящим спросом.

Молодой мужчина лет двадцати пяти — может чуть более, который, видимо, являлся главным на этом мероприятии, в цветастой майке российского триколора, то смотрел на часы, то провозглашал нелепые речевки в микрофон гарнитуры на длинном проводе.

Рядом с ним, крутился, тусовался некто по прозвищу — Торч (torch — англ. факел, горелка), в последнее время его часто можно было увидеть по зомби-ящику на различных сборищах неформалов. Вокруг стояли, переговаривались человек семьдесят, судя по всему из одного коллектива студентов, как она догадалась той же Плешки, младшего курса, наверное, бюджетники со всех потоков, по каким-то причинам оставшиеся в Москве на летние каникулы.

Отдельными могучими кучками по два, три человека, в основном девушки, стояли представители других штатных молодёжных объединений и ВУЗов Москвы, ещё человек тридцать.

Такие же карнавальные видом, штатные эму, байкеры, готы и мажоры толкались и смеялись рядом с главным. Настя расслышала его имя Михаил. Потом, одна из девиц, вся украшенная забавными тату назвала его фамильярно Моня. Этот гнусавый голос, был способен любому убить хорошее настроение.

Картину дополнял стяг, торчащий из микроавтобуса, транспарант с надписью — «Наши», натянутый наискось по кузову машины, стопка флагов, прислонённая к открытой дверце кабины, где сидел водитель, привычный ко всякому буйству молодёжи.

Несколько фирменных транспарантов с лозунгами от тривиальных «Голубые не пройдут» до вполне недурственных — «Голубому я не дам, пусть он катит в Роттердам!» были на руках. Да ещё, по углам площадки, стояли по два омоновца, в полной экипировке, но без щитов. Само собой, как уже стало традицией, под кино- и видео- камеры планировали сжечь чучело худющего голубого. Это стало понятно из того, что рядом с чучелом стоял человек в форме МЧС с большим огнетушителем.

Из представителей СМИ были всего трое, увешанных фотокамерами и различными гаджетами, судя по всему штатные — от ЕДРО, ЛДПР и КПРФ, остальные как представлялось, должны были вскоре подтянуться. Видимо были и иностранные журналисты, во всяком случае звучал английский американский.

Аппаратуры, сцены и самих артистов, групп, которое были заявлены в инфоре по Инету, и тем более «голубых» засильников не было, да и как стало ясно — не будет. В лучшем случае споёт акапелло Хор казачьего полка Одинцовского района МО, или выступит артист циркового жанра с карточными фокусами от профессионалов из Бутырки.

Уже собираясь покинуть, этот праздник серых сердец и совершенно ничего для себя за десяток минут не уяснив. Какой такой арт. притесняют эти страшные голубые в её родном городе, она тихо пошла в сторону Храма. С тем чтобы, не доходя до него, всего-то тридцать метров, свернуть направо.

Усиленная группа захвата, предупреждённая о возможном появлении объекта и готовая принять её прямо на светофоре за поворотом, в машину, начала движение. Раньше её не трогали по причине, возможных контактов с Неизвестным и Арсатом. Теперь стало ясно, пора.

В этот самый момент, когда она проходила вблизи Михаила, от того шёл запах аромата дорогого одеколона, её окликнули и бесцеремонно прихватили за плечо. «Девушка, Вы Мориса Тереза (Московский государственный лингвистический университет, бывший Московский государственный педагогический институт иностранных языков имени Мориса Тореза)?».

Когда повернулась, на неё сверху смотрели смеющиеся глаза симпатичного парня в футболке, с объёмным изображением Альберта Эйнштейна, язык, высунутый чуть не ей в лицо, был так натурален, что она невольно отодвинулась, но шутку оценила и ответила в том же ключе — «Нет, я Лумумба Патриссия!».

Оба рассмеялись. Быстро выяснилось, что Реактор (он объяснил, что так — Есно все зовут) учится там же и видел её на концерте, куда попал случайно, в качестве переводчика пожилой пары из Франции. «Муж „мэдам“ подхватил проблемы с желудком, объевшись русских блинов с икрой на базаре у Охотного Ряда». А он её — «Графиню Де Арманьяк сопровождал. Нет на самом деле графиня, а у него какие-то русские корни есть». «Так Вы дамский угодник?» Подцепила она его. «Нет», — возразил он с серьёзным лицом. «Я не дамский угодник. Я величайший из всех великих дамских угодников».

Он высказался о том странном факте, что раньше в «бурсе» ни разу её не встречал, а то бы давно приударил. «Это же, какое чудо! Позвольте узнать, где рождаются такие принцессы, и когда состоится ристалище за руку и сердце дамы его сердца». При том говорил с таким видом, что хоть сейчас, под звук фанфар. Ей он понравился сразу, высокий, плечистый, но не качок.

Жёсткий пучек волос, такой же на фото у отца. Глаза жёлтые тигриные, скушают маленькую девушку. Звали его на самом деле Роберт (Славный, великолепный). «Неувядаемая слава» (герм.), но он это имя не любил. «Помнишь, фильм такой был старый советский — «Его звали Роберт?». А Реактором его назвали за неумную энергию. Поскольку учился он, в отличие от неё не на платном отделении. «Заставили подрабатывать в каникулы, да вот сюда прийти, всех кто был в общаге, отловили».

«Какой ремонт, похабщину на семи языках по стенам замазали-покрасили вот и весь ремонт, да ещё — лампочки вкрутили, где их спёрли. А я так, по разнарядкам — бригадир».

Между тем, подошло ещё группочек 10—15, выступали другие ораторы. Анастасия предложила уйти, разговаривать мешал постоянный треск из матюгальника и громкая речь выступающих ораторов.

Реактор, погрустнел и сообщил, что кроме того, он должен выступить, иначе обещали выселить, — «А проситься на постой к Анастасии он не может, рано для первого свидания, вот минут через двадцать, тогда да, можно! К тому же там, на концерте, с ней был импозантный брюнет, не жених случаем?». «Не ревнуй», — отшутилась она. «Он всего лишь — муж». Но тут же — «Да дядя это мой, единственный».

Взгрустнула о родителях, он воспринял это по-своему и обещал некий «оживляж», через пяток минут. И тот, да ещё, какой вышел.

Сначала Реактор подошёл к группе молодых парней, в одинаковых черно-жёлтых футболках с белыми воротничками и о чем-то шептался с ними, потом отдельно с их лидером. Как потом она узнала, он с ним поспорил на 1 рубль, что выступит лучше монархиста, ударили по рукам, вместе подошли к патриотам русичам в народных рубахах с красной вязью рун на вороте.

Наконец один из русичей отправился к главному и что-то стал говорить на ухо. Тот сначала, замахал руками, но когда услышал, что если не согласится, то три фракции объединившись, уведут всех с митинга и проведут свой, в защиту засилья артроза или ещё чего, — «А будет выеживаться, так сдадим с потрохами жёлтой прессе и все сольём в Ютюб».

Видимо, последние аргументы оказались весомее, той авансированной суммы, которую он уже потратил и, махнув, как говорят китайские мандарины — веером надежд, нет, так кажется, говорят японские гейши, он самоустранился от руководства мероприятием, что только пошло всем на пользу.

Под всеобщий одобрительный гул, а потом и хохот, всех собравшихся монархист объявил, что сейчас прямо здесь, обвёл площадку рукой, будет объявлен вселенский конкурс на лучшую речь-спич по теме — «О засилии голубыми арт. искусства и представление программ от союзов, партий и объединений по их устранению и окончательной ликвидации».

Победителя определяет сам народ, жребий среди трёх бесстрашных Цецеронов уже брошен, да брошен. Первым выступит он — Мать монархия, на речь всем не более 7 минут. «Да и последнее, кому не жалко, вот три бейсболки, в общем, по рублю лучшему, победитель забирает все».

Народ радостно захлопал. И понеслось. Быстро наладили звук, народ придвинулся, откуда-то притащили стол, на него поставили стул, который должен был изображать кафедру и началось.

Представили его первого спичиста — Романов, да это простое совпадение, но как говорится и… Дальше больше. Ровно 6.53 зафиксировали судьи, отобранные среди случайных прохожих, задержавшихся. Те остановились, видя что-то интересное происходит. Закончилось выступление бурными овациями и предложениями фракции, завязывать ибо, куда уж лучше, и надо признать спич был хорош. Все тут было весомо и в меру, программа на — отлично, по — делу, признали все.

Вторым вышел усатый и бородатый русич, с характерным для вологодских родом говорком, чайком и сметливым мужаком. Его выступление было интересным, выигрышным в свете возрождения интереса к древней истории славян и руссов. Он рассказал об ариях, дав понять, что мы все оттуда. Народ притих, все слушали.

Две бейсболки были поровну наполнены, Настя уже поняла, что стоящий рядом с ней парень, со странным то ли именем, то ли ником — Реактор, вряд ли сумеет лучше, уж больно оба его предшественника были хороши. Но вот отведённое время закончилось, оратор даже перестарался на 8 секунд, и настал черед выступать её новому знакомому.

Он побежал к столу, она в спину его перекрестила. Пучок — Ёжик легко вспрыгнул на стол, предшественники поднимались по профессорски со стула. Сел на стул, поставив его на стол. Отвернувшись от аудитории, он несколько секунд молчал, пошёл ропот, тогда Реактор вскочил на стул и, ударяя себя, что есть силы двумя руками по грудной клетке, на полусогнутых ногах издал страшный РЫК, перешедший в ВОЙ, задрав лицо, ставшее звериным. На другой стороне улицы замерли и остановились прохожие, у присутствующих поползли мурашки по коже, а тут ещё, как специально туча большая и серая, закрыла солнце.

Наступила мёртвая тишина и в ней зазвучал мощный восторженный голос — Именно так, встречал Человек, вождь племени Мамбу — Ямбу восход Светила и верил бесконечно, как никто из Вас ныне, живущих, что боги помогут ему выжить, племени его выжить.

Он знал, что пройдут года, не один раз Диск чёрный закроет Солнце, но оно вырвется из плена и понесёт на своих лучах тепло и урожай плодов и кореньев. Даст приплод мальчиков и девочек, чтобы не смели ураганы, засухи и наводнения его родичей, чтобы росли они и далее умом и силою, осваивая новые земли и богатства Земли. Что будет на ней много дичи в лесах и саванне, а рыбы в реках и озёрах, удачлива охота и милостивы боги дождей и засух.

И потрясал он копьём или палкой, в знак того, что достоин любви богов, ибо много на теле его шрамов и отметин, оставшихся от схваток со злыми хищниками и другими нехорошими племенами, не брезгующими человечиной.

Не раз смерть была рядом, но не её он боялся, а потерять, то маленькое, тёплое, что ныне мы называем любовь и приучал к тому племя своё.

В тот самый момент солнце брызнуло лучами на собравшихся на митинг, из-за тучи. Творилась мистика какая-то. Оратор замолк, сгорбился весь, это был уже кто-то иной.

Реактор устало сел на стул и другим голосом, дрожащим от напряжения, продолжил, сделал вид, что пишет на свитке — Здрав, будь, Светич — малаята искра Родова! Пишу тебе, други грамоту рождества дня третия, месяца стуженя 4575 году, от сотворения мира Господом нашим, Единым и Всеславным, поколе слаб совсем, здоровьем стал, а паче сил, плохо, писаний апостольских слабо зретю, но аще веры не теряю, пуще прежней она.

Ибо, токмо верой и живём от басурман половецкех, да хазар паче всего притеснения и злобу род наш терпит, как девок и дщерий наших всхытити и в полон, угоняют, а хлеба жгут понапрасну, аки звери лесные лютые. Щуров и Пращуров землю поганют. Вазнь род покинула, ушью поля позарастали.

Ни сладу, ни спасения, вои ратные хоробры, кмети, кто сгинули, кто без рук, ног, апсель брани великай, аки изгои по засекам да хронам потаённым сховалися, зело вины их в том нетути. Басалаи да ащеулы роду бисову, посаки на том, веру Христову всяк поганяти.

На тебя и велия князя досточтимого Изяслава, да Бога нашего Великомученика Иисуса Христа вся таперича надёга. Засим, кланяюсь, челобитную бьём челом, что при берестянке оной, а тако же Дарь князю книгу греческу, до ныне на глаголице пергаменту список, есмь на кириллицу толмачили — Писания жития святых отцов, от нас коленопреклонённых положи. А я уж и не ведаю, доживу ль до Пасхи, дня светлого али нет, здраве нетути. Прости мя Господи Иисусе Христе, да буде святе имя твое…

Теперь чернец встал, протёр рукой, ставшими подслеповатыми глаза и другим, уже уверенным голосом Реактор продолжал свой моноспектакль, лекцию ли спич, да какая разница. Сейчас как будто каждый, слышавший его, был там, сидел в тёмной, холодной келье. И каждый с ним выводил гусиным пером с капелькой драгоценных чернил, а ещё царапали по бересте кованным осном, а потом водили по писанному пальцем, который макали в разбавленное водой молоко.

Так рождалось в бедах и войнах, жестокости и святости государство наше из разрозненных лоскутов раздельных племён, земель северных и южных, восточных и западных удельных княжеств и наделов. Захватывались и присоединялись новые земли и народы, всё это многообразие стабилизировалось, твердело и превращалось в могучую людьми, войском и духом державу. Нашу Родину — Россию.

Реактор выпрямился, сделал вид, что снимает треуголку и сделал ею сверху вниз широкий поклон. Виват Кавалеры.

Меж тем, это уже пришло время царствования Петра Алексеевича, и зазвучали, зазвенели саблями связки чтеца Петровых указов нового времени. Разбудили долгий сон Российской империи.

Была Россия в древние времена довольно мужественна и храбра, но не довольно вооружена, ниже правильно расположена. И как политическая пословица сказует о государствах, морского флота не имущих, что не токмо одну руку имеют, а имеющие и флот — обе, так и наша Россия одну только руку имела тогда.

Пётр I. 329,10—11

Понеже корень всему злу есть сребролюбие, того для всяк командующий должен блюсти себя от лихоимства, и не токмо блюсти, но и других от оного жестоко унимать и довольствовать определённым; ибо многие интересы Государственные через сие зло потерены бывают, и такой командир, который лакомство великое имеет, немного лучше изменника почтен быти может; понеже оного неприятель посторонним образом подарить и с прямого пути свести легко может, того ради всякому командиру надлежит сие непристанно в памяти иметь, и от оного блюстися: ибо может таковым богатством легко смерть, или бесчестное житие купить.

Пётр I 509

Голос докладчика звенел, люди уже были другими, слушали и услышали. Обладая прекрасной памятью, энциклопедическими знаниями, откуда, в столь юном возрасте, он кроме всего прочего, как говорят театральные — держал аудиторию.

Никто уже не помнил о споре и вообще, о цели митинга, зачем они сюда пришли. Кто-то забыл о ботинке, что жал. Кто-то о долгах, из которых не знаешь, как выпутаться. Все забыли о времени.

А рассказчик уже стоял, протирая воображаемое пенсне. Это был Лев Троцкий —

«Наше положение на фронтах таково. На востоке наше положение пошатнулось. Мы имеем здесь крупные неудачи как раз в такой момент, когда на других фронтах мы одерживаем ряд грандиознейших побед. А фронтов у нас столько же, сколько и границ. Куда из Москвы ни проведете вы линию, все выйдете на фронт. И вот это кольцо по мысли империалистов должно было сжиматься все уже и уже и, наконец, задушить нас в своих железных тисках. Было время, четыре месяца тому назад, когда я и сам задумывался, победим ли мы сейчас или через 4—5, даже 10 лет. Но это время миновало. И, наконец, теперь мною получены телеграммы о взятии Симферополя и Евпатории».

(из Речи к красным морякам в Н. Новгороде 12 апреля 1919 г.)

Подражая, голосу и манерам создателя Красной Армии и героя Гражданской войны, Реактор грассировал и экзальтированно широко размахивал руками и выдерживал многозначительные паузы.

Затем резко крутнулся на месте, и уже предстал другим, новым персонажем. Слушателям предстояло услышать и узнать в нём очередных действующих лиц нашей истории.

Они сейчас вместе со Сталиным и народным артистом Диким Алексей Денисовичем в кабинете вождя в Кремле пили коньяк. Дикому, с похмелья рюмочку, Иосифу Виссарионовичу Джугашвили из стакана.

Вот тэперь, ми будэм с Вами на равных, нэ так лы Алэксей Дэнисович? Тэк почэму, Ви сыграли товарища Сталына бэз акцэнта? Пояснытэ пожалуста.

А уже через минуту на даче №2, шёпотом прозвучали, прошипели слова Л.П.Берии — Сдох, проклятый тиран.

В какой-то следующий момент Реактор окликнул Серёжку с Малой Бронной и Витьку с Маховой, и все повернули головы, высматривая через дорогу двух погибших москвичей, и не находя, с недоумением поворачивали их опять к докладчику.

А на тротуаре Стремянного переулка, через дорогу, идущие по своим делам пешеходы, не понимали, что так привлекло внимание людей с другой стороны проезжей части, приостанавливались и оглядывались, озирались.

Никто, точно не хотел, чтобы это время кончилось. Рассказчик, так интересно и об интересном, никогда ранее не слышанном говорил. Так свободно, как будто сам был участником всех этих событий.

Скажи он сейчас — Вперёд на Анталью и все, ну почти все ринулись бы брать с боем турецкий курорт, хотя где он, а где они? И вообще на кой ляд она Анталия сдалась? Но все когда-нибудь проходит, и здесь такое время настало, он заканчивал. Измотанный, выдавший с надрывом столько эмоций его голос, немного севший опять зазвенел.

И вот стоите Вы, как перст един голый, на ветру ледяном, вокруг никого, кроме эха, небо синее над головой, солнце брызжет. Все подняли головы. Он продолжил, — И думаете, а зачем мне все это нужно, куда теперь девать деньги, машины, дачи, ради чего всё это мне и вообще людям.

Понимаете, что другим, не хуже нас с Вами, обидные слова говорили, не замечая того. А кому хотели сказать всего три добрых слова — Будь счастлив друг, так и не сказали, постеснялись.

Положите же свою правую руку на сердце и послушайте его прямо сейчас. Слышите — Тук-Тук, Тук-Тук, Тук-Тук. И скажите себе правду — Я есть! Я существую! Я здесь, с тобой. И опять сильно стукнул себя в грудь, так что загудел звук из динамиков.

Спешите жить и творить и радоваться каждому дню, каждой минутке счастья, и делитесь им.

Народ стоял и слушал сердце, кто-то из барышень даже заплакал, кто-то наоборот счастливо улыбался. Расторопный русич взял второй микрофон, приложил к губам и из динамиков вырвался на площадь с имитированный им стук сердца Тук-Тук, Тук-Тук, Тук-тук. Он разносился далеко и казалось, сердца все присутствующих стучали в унисон. Они ощутили его, разные, непонятные, неприкаянные и счастливые.

На них, как на идиотов смотрели случайные прохожие.

И опять, совершенно неожиданно для всех, как бы сбрасывая высокий накал, оратор закончил спич —

А что, до «голубых», разных там «розовых» или «оранжевых» — ну не было их в нашей ни поп, на в арт., ни в бога и мать его… Великой русской культуре и не будет, не надо! Кто за? И высоко поднял руку со сжатым кулаком — No se pasan! Вверх, тотчас взметнулся лес рук.

Реактор, сам еле сдерживал комок в горле, выложился весь, адреналин через край, спрыгнул и подошёл к Анастасии. Все ещё стояла гробовая тишина. Настя положила обе ладошки ему в руки и через усилие, тоже перехватило, сказала пока только одно — Спасибо!

И тут прорвало, таких аплодисментов на митингах в наше время давно не было слышно, разве только во времена Гагарина, да Битлз? Их окружили плотным кольцом, спрашивали, откуда, приглашали на свои тусовки. Старшой от русичей говорил какому-то из номенклатурных партийных, прибывших на митинг с опозданием, о том, что это Реактор, Морис Терез, да ИнЯз, и он ещё не так может.

От идеи, такой казалось естественной вначале, брать Анастасию на светофоре, вынуждены были отказаться, да и понятно же столько народа вокруг. Решили встретить на выходе из метро, по дороге к дому Домбровского, благо он не так уж и близок. Толпа с митинга, а он сам собой, после почти часового выступления главного героя дня, иссяк и быстро свернулся, чего рассусоливать, валила гурьбой, во главе с Реактором и его красивой подругой. Не только девичий актив вздыхал по молодцу, но и парни по его спутнице тоже.

Настя, испытавшая меньше чем за сутки два таких разных по содержанию, но одинаковых по силе воздействия культурных шока, согласилась, чтобы её проводили до дому, до этого предложила сама прогуляться по Гоголевскому бульвару, посидеть в какой-нибудь кафюшке за кофе с пирожным.

В пакете от готов у Реактора лежала синяя «нашинская» бейсболка, полная не только мелочи, там были замечены купюры и по 500 и по 1000 ре. Некоторые из студентов, не экономических ВУЗов зарабатывали больше, чем их профессора.

По выходу из станции метро Кропоткинская они, не подозревая о том, что их внимательно сопровождает целая группа вооружённых, хорошо обученных и подготовленных людей, дошли до того места, где висели на растяжках и разборных стендах картины художников. Прошлись по ним. В основном это были известные места на городских пейзажах и яркие цветастые натюрморты.

Обоим понравились две картины. На одной была изображена в пол оборота девочка с шариком, державшая мать за руку, они уходили по той же аллее, на которой они с Настей сей момент и стояли. Это был прощальный взгляд девочки после воскресной прогулки с папой, который видимо, ушёл к другой тёте. Мамина спина горбилась, может быть, глаза слезились, со спины не видно. А вокруг весело сверкала листва дерев, после летнего дождя. Платьице было видно, не раз перешито и ботиночки стёрлись на задниках.

Хорошая это была работа, добрая. Сумел художник передать настроение. А ещё говорят, не стало в стране талантов, все по Парижам, да Нью-Йоркам разъехались.

Вторая, совсем маленькая. На ней розовый багульник в разлившейся воде, всего несколько стебельков нарушали прозрачную гладь воды. Рассветное солнце видно не было, но это раннее время между сумраком ночи и ярким светом дня художник передал точно и очень профессионально. Удачная работа.

Анастасия загорелась и купила обе за евро, правда при этом обе чувственные натуры ощутили себя неловко. Настя, когда не стала торговаться, а Реактор, когда она раскрывала портмоне и расплачивалась, сумма его, несомненно, поразила. Картины завернули в плотную бумагу, заклеили скотчем и обвязали.

Оба художника были довольны, причём один из них, вида болезного и видимо пьющий, настойчиво предлагал, если интересует написать копии самых известных в православии икон. Обе картины за верёвочки на пальцах нёс её паж. Спросили у парочки на скамейке, где ближайшее кафе. Настя пояснила Реактору, что живёт временно, до окончания ремонта, пять дней ещё, на квартире друга дяди, Витольда Домбровского.

Их проинформировали, что рядом, в переулке, через дорогу направо, там указатель на Сивцев Вражек есть такое уютное. Они туда и направились.

По команде, группе захвата уже третий раз как пришёл отбой — Делай Раз. Командир, чертыхнулся, ситуация лучше не придумаешь нарочно, на улице, то есть в переулке, никого, одна рука у парня занята картинами, в другой увесистый пакет, бери обоих тёплыми.

Они подошли, кафе было закрыто для посетителей, что-то случилось. Куривший на улице мужчина в длинном кожаном фартуке извинился, сказал, что какая-то старушенция покончила с собой несколько минут тому назад. Они поинтересовались, где ещё можно спокойно посидеть, тот рассказал.

Он ещё курил, когда заметил, как вокруг удалившейся прилично пары, сформировались в единый организм несколько разрозненных мужчин и две женщины и хотели затолкать пару в машину. Он ещё чуть сдуру, не закричал милиция. Что за день сегодня такой. Но благоразумно рот не открыл, а лишь в себя.

Ну а дальше пошла народная забава под названием один на всех и все без ничего. Что не разглядел, ввиду того, что все участники действа двигались, и расстояние было до них уже метров тридцать, потом додумал.

Сперва, группа спортсменов-любителей, как официант их окрестил, резко сошлась на тех, двоих, как он понял по майке девушки — студентах. Их было четверо, двое схватили за ноги и руки молодого человека, третий захватил сзади его голову. Одна из женщин нажала двумя пальцами на ямку между большим и указательным пальцем, сначала одной, потом другой руки и освободила свёртки и пакет забрала себе, быстро обыскала парня, буквально одним движением.

Другая женщина и один мужчина, спустя мгновение схватили девушку. Мужчина держал её сзади, в охапку, так что руки у неё еда шевелили кистями. Женщина накинула на ноги красотки в джинсах, петлю-удавку и стянула её. Слева на большой скорости визжа тормозами, вылетел прямо на них автомобиль джип цвета металлик, за ним ещё один.

Но что-то пошло не так, а как официант, после всего увиденного объяснить внятно ни себе, ни работникам органов, ни знакомым и постояльцам кафе педик Серж так и не смог. И это не смотря на то, что в рукопашке профаном не был, шесть лет школы Шатарю чего-то да значили.

Напомню, в переулке никого, нет ни людей, ни машин, кроме тех двух «Широких». Окна первых двух этажей, по всему участку до пересечения с другими переулками Большим Афанасьевским и Староконюшенным, закрыты решётками, да и вовсе — заколочены, кажется от времён взятия Казани Грозным. Парашютистов не было, люков-водосборников там, отродясь не наблюдали.

Вообще непонятно откуда взялся тот мужик, по виду чечен, но без бороды, видно из богатых. Одним словом московский терминатор, взял и из Голливуда прилетел к нам. Нет, не на голубом вертолёте, а скорее на 9мм пуле из пистолета Берета.

Так что там произошло? А то, что появился этот мажор и отделал спортсменов любителей по полной. Сначала он освободил девушку, «щелчком клюва» по основанию шеи мужика, что держал девушку сзади. Тот упал и в дальнейших па-дэ-дэ не участвовал. Пришёл черед двух женщин, что были против напавшего, ближняя первая телом плотная попыталась ударить его в пах, справедливо полагая, что вшитый, в спец. мастерской железный мысок под кожей кроссовок, успокоят нахала, посмевшего напасть средь бела дня на бойцов элиты спецназа — ФСБ знаменитый «Вымпел».

Промах, он как тот Томас Андерсон из «The Matrix» отправил её в глубокий нокаут ударом ноги в прыжке. За первой последовала вторая, попытавшаяся ударить остро заточенным козырьком бейсболки, с виду обычной, по рукам, по горлу, её он буквально подкосил ударом ноги, вертушкой из арсенала нятнам и добил другой сверху по голове.

Затем последовала очередь трёх мужчин, к тому моменту, спеленавших и уложивших на тротуар того, кто звал себя Реактором. Он тоже умел драться, причём неплохо. Но здесь не дрались, здесь даже не Сенсей или Шихан, Мастер дзю дана. Здесь Великий воин учил, играл с детьми, только вчера надевшими белые пояса, даже не кохаи. В скорости, точности, силе, уме и знаниях стилей, стоек, ударов, точек, куда они наносились, в каждом из этих компонентов он опережал бойцов-профессионалов, попытавшихся их захватить на порядок, а в сумме элементов боя на три десятка.

Единственная секунда, лишняя была им потрачена на последнего, вышедшего из второго джипа крепыша с чёрными каменными костяшками на пальцах рук, мастера вин-чун, первым ударом — цки, он лишь чуть-чуть задел тому плечо, с интересом посмотрел, занимательный значит, был экземпляр, редкостный. Но уже вторым — шуто, вырубил и его.

Остановился, вокруг, лежали, кто без признаков жизни, кто без сознания. Кто, скрипя зубами от боли, переломами рук, ног, а самое важное ничего не понимающие, как так, их элиту, как пацанов, один, расскажи или напиши кто, никогда бы не поверили. Незнакомец же освободил от удавки с фиксатором — ноги, а от лёгких наручников — руки Анастасии, кивнул в сторону сидящего уже, и пытающегося освободить ноги Реактора и сказал, как отрезал — он с нами не пойдёт, для него так будет лучше.

Поднял легко и осторожно поставил девушку на асфальт, они перешли с проезжей части на пешеходную дорожку и двинулись не спеша в сторону Сивцева Вражка. Настя совсем забыла о картинах, находясь в некоей прострации. Став уликами по уголовному делу, те сначала попали на склад, а потом вообще затерялись где-то, тем паче никто за ними не пришёл, не востребовал.

Несмотря на категорический приказ нач. отдела — при задержании стрелковое оружие не применять. Водитель второго джипа, отличный стрелок видя, что творится, прямо из кабины начал вести прицельный огонь по удаляющимся фигурам. На стрельбище в Мытищах он из своего штатного Глока 17 попадал в лист стали метр на метр за 70 метров из 10 выстрелов 7 раз. А тут ни разу, выпустив обойму из 19! И это элита спецназа, проходивший не раз специальные тренировки повышенной сложности на динамовском тренировочном полигоне. Ираклий больше всего боялся, что над ним после этого будут надсмехаться. Объяснить то, что произошло на его глазах, он не мог.

Уже через 23 минуты все всё знали. На обеих машинах были недавно установлены и работали в автономном режиме наружные видеорегистраторы, так как отдельные граждане все чаще через адвокатов жаловались на чрезмерное применение силы со стороны групп захвата.

Доложили руководителю Службы, он только-только прилетел из Подмосковья на вертолёте, где проходил показ перспективной техники для нужд силовиков, многое было за гранью фантастики. Судя по всему в мире начинался новый технологический перелом и отставать было никак нельзя.

Доклад прошёл по списку ЧП №1. Три трупа, трое тяжело раненных (один из них очень тяжёлый с травмой головы), и три с переломами и ушибами средней тяжести. И все далеко не новички из группы «В» при задержании какой-то девицы из ресторана или казино?! Не в джунглях Амазонки в схватке со старателями — головорезами на золотых приисках и в шахтах Серра Пелад, а в центре Москвы.

Это вообще было уже второе, громкое в году покушение на жизнь офицеров Службы безопасности. Первое случилось 22 февраля. На Ленинградском проспекте в своей машине с пулей в голове был найден отставной генерал-майор ФСБ Александр Рогачев. А тут сразу трое!

«Да что там у них твориться?». Не сдержался, вскипевший от возмущения глава спецслужбы. Он приказал вызвать руководителей обеих групп и их начальников на 8.30 следующих суток, текущие были расписаны до минуты, как впрочем и все прошлые и будущие. Уже поздно вечером он попросил видеозапись произошедшего, просмотрел её дважды и после этого долго разговаривал по закрытой связи с руководителем Центра.

Глава 45. Как сорвать собрание «малого тора»

Мы так много и часто смеёмся и шутим над другими,

и так редко и мало над собой, что создаётся впечатление — их судьба волнует нас больше, чем собственная

В профилактории ждали гостей, завтра их прибытие, планировалось с 16.30, а пока работы по благоустройству продолжались, и не столько по причине желания исполнителей работ/услуг «срубить» за сверхурочные, и работу в выходные дни, сколько воистину плачевного состояния инфраструктуры профилактория и его элементов. А также откровенно слабым уровнем руководства, или как его модно стало называть менеджмента, о чём не преминул поделиться Арсат, с тертым-перетертым манагером высшей квалификации, непотопляемым Сидоруком Борисом Трофимовичем.

Тот же звериным нюхом, почуяв, опасность для себя лично, крепко призадумался, а поскольку процесс этот был труден, и что греха таить, иногда даже опасен, решил расслабиться. В конце рабочего, несмотря на субботу — дня, в проверенном коллективе, только ради проверки к приёму высоких гостей, не подумать чего другого, посетить вечерком баню, чтобы снять стресс. Тем более, что как обычно в пятницу бани не было, там тоже всё ремонтировали, красили и чистили.

Жене можно сослаться на аврал, а Арсат от приглашений уже не раз отказывался, не ходок. Приёмная комиссия назначена, проинструктирована, к работе в 21.30 готова. Приказал найти Ивана, чтобы тот все приготовил, и жратву припёр, не забыл. Водку и деньги он Ладонину не доверял. Жорево приносил Иван с кухни, ссылаясь на указания Сидора, как звали директора за глаза, иногда, правда, ещё — Физруком, намекая на сходство с героем «Добро пожаловать, или…». Помните, он всё время говорил — Да куда ставить-то. А в то самое время, во исполнение другого его распоряжения, столяр Федька Парамон (Фёдор Парамонов) заколачивал огромными гвоздями, бывший спальный, а ныне, острословы метко подметили — «сральный» корпус. Но там же на 3 этаже, как раз таки и нашли удачный ракурс наблюдатели без погон за разгулом олигархической верхушки их родного Профилактория, захваченного кучкой прихвостней мирового империализма.

Пока, Лёнчик сообразил, что появившиеся стуки внизу, это нечто несущее им неприятности, пока спустился по изгаженной лестнице вниз, отметив про себя, почему на лестнице и как они тут присели, неудобно ведь. Итог подвёл — ни дать, ни взять скорей всего бабы, чтоб им век циклических изменений в органах репродуктивной системы, основным проявлением которых являются ежемесячные выделения из половых путей не видать!

Ещё на втором этаже, непонятные удары в дверь парадного прекратились, что успокоило, но стоило, уже спустившись на первый подёргать её, ещё подёргать, как все прояснилось — их в отместку заколотили. В самом конце коридора, в дверь второго подъезда Парамон вгонял, между тем последний гвоздь.

Обстановочка складывалась та ещё! Все окна, форточки и прочие щели первого этажа корпуса были надёжно защищены решётками, ещё с советских времён, а варили тогда, не только самогон, на славу. Прыгать со второго на асфальт или в кустарник, плотным кольцом, окруживший здание, как-то не хотелось, боязнь потерять мужское достоинство при падении на толстые ветки (сам подстригал весной, знаю), или сломать конечности удерживала от необдуманных поступков, посему стали уже вдвоём думать.

Кричать, звать на помощь, чтобы разблокировали дверь, было нельзя. Это означало раскрыть, а значит, и сорвать операцию «Голова Горгоны». Кроме того, сразу же была бы на них возведена понапраслина, в виде обидного прозвища — «засранцы», Ленчик согласно мотнул головой, — «Да никак нельзя».

Пока думали, что же делать, перессали, по маленькому. Время шло, в здании напротив наметилась какая-то беготня, во все стороны полетели гонцы — с боевого поста при входе баба Шура, они отчаянно махали ей руками, не заметила, слепая курица. Когда вылетел пулей и унёсся, сломя голову, приспешник «компрадоров» водитель Сидорука, Артамон, стало ясно что-то серьёзное, ибо его отрывали от тела директора-руководителя только в исключительных случаях.

У Ваньши в кармане был телефон, он раз, как умирающий воин, тяжко вздохнул, именно так, сигнала не было, встрепенулся было и, окончательно разрядившись, сдох. С чёрного экрана на Ивана смотрело его собственное встревоженное лицо. То, что это был чей-то звонок, а не сообщение об очередном апгрейде 45 программ, было ясно, в баню не ходи. У Ленчика телефон был дома, он ещё с вечера ковырялся с проводами и коннектил его с компьютером, скачивая фотографии, да так и забыл.

Кабы им знать, что искали в самом-то конце рабочего дня уже их обоих, в гараж прибыл арендованный на трое суток автобус, его надо было срочно принять в эксплуатацию, так как с целью экономии, решили — водитель у нас свой (оплате подлежал труд обоих). Инженер рвал и метал молнии, не хуже Перуна, а может быть и самого Зевса. В его речение только — «Где этот …?» — было без мата, в остальном он почти доходил до вершины искусства мастеров другой профессии, то есть крыл как сапожник.

С другого края поджимало время, заинтересованные стороны были уже проинформированы о походе в баню.

Создалась и созрела практически и согласно теории — революционная ситуация, когда верхи хотели, а низы не могли, или наоборот… Сколько раз зарекался не лезть в политику, не моё это. Сложно там все, запутано, толи дело физика квантовых измерений и низкоразмерных структур. Открывай Учебник Дымяховского или работы Девятого и все, чего проще-то.

Очередной раз возникли, казалось непреодолимые, препятствия на пути дружбанов. Какие ещё испытания ждут их на дороге беспощадной борьбы с коррупцией. Вон на той же дороге, да на ухабах и колдобинах её, у государства все рессоры и гидры-цилиндры на Мерседесах и Бентлях полетели.

В поисках выхода, натурально, были рассмотрены предложения, проникнуть в подвал и выбраться оттуда через инженерные сети. Вон, люк-то вишь, крышка круглая. Проверка показала, нет выхода, дверь в подвал была также намертво заколочена, плюс на проушинах болтался внушительных размеров замок под горизонтальный ключ, такой с наскоку не открыть. Серьёзность положения усугубляло ещё и то, что скоро все разойдутся, уже часть пошли, и что тогда ночевать тут среди этого сраму.

Что-то будет?

Артамон же, не найдя Ладонина, как же найдёшь его, если заранее не отловить и не озадачить. Зашёл в магазин, что был неподалёку, купил водки, пива, бабам вина, хотя и водку хлестали ещё как, и зашёл на кухню в столовую, где уже все было готово к приёму дорогих гостей «семинаристов». Забрал оттуда сумку с продуктами, времени поболтать с поваром с цветочной фамилией — Саранкин не было, «горела» баня, куда и побежал, точнее — потащился с двумя тяжеленными сумками, ещё надеясь, что отыщется этот бездельник Иван. А то шеф, бегом, да бегом, сам бы попробовал хоть раз жопу от кресла оторвать!

Готовность бани и баб была объявлена на 19.00 с тем, чтобы успеть домой к жене, им к мужьям не позже 23.00, что считалось приличным. На то чтобы протопить баню и раскочегарить парилку у него было где-то час пятнадцать, а исходя из того, что сразу париться не пойдут, начнут с выпивки и жратвы, есть ещё около часа. Итого, по Буренину-Малинину в сумме — два пятнадцать, два тридцать, если забросать, как следует сухих дров и угля, что из магазина, должен успеть.

Дважды он уже замещал Ивашку, однажды, когда тот приболел, и топил под его руководством, второй раз, когда к Ивану нежданно-негаданно нагрянула родня по линии жены, толи сестра с мужем, толи брат с женой, он так и не понял. Тогда Иван и показал норов, не вышел, но Артамоша, как сказал шеф, любивший, чтобы было не меньше 110 градусов в парилке и по сорок на столе, справился, не подвёл.

Чего не подвёл или кого, он тоже не понял, кроме Лидии Владимировны и Алии Махмудовны никто не парился, всего-то их трое, как обычно и было. Правда слышал он от других не от Ивашки, что в последнее время в баньку заглядывали и приезжие гости, но те привозили своих баб и алкоголь с закусью.

В общем, делать нечего придётся ночевать в бане, там, у Ладонина была своя истопницкая клетушка и койка с одеялом, так как машину забрал Арсат, а жил Артамон далеко за МКАД на Самаркандском бульваре. Работы он не чурался, платили ему, по нынешним временам не так уж и плохо, за сороковник перепадало, правда, в конверте, по белому меньше, но где сейчас найдёшь такое место, да и шеф его уважал или делал вид, не так и важно.

Баня 9х9м под ключ, обошлась в 998 тыс. руб., имела мансардный этаж с двумя смежными комнатами наверху. Одна спальня, другая биллиардная. Если гости решали задержаться, остановиться на ночь было где, и уединиться тоже. Там же большая терраса, закрытая от солнечных лучей и посторонних глаз, так как выходила на близкий забор. Директор любил посидеть там в одной простынке, в кресле качалке, поглядеть на звезды и предаться философствованию, умничать любил он, видите ли.

На первом — парилка с предбанником, комната отдыха, она же раздевалка и в пристройках, уже упомянутая клетушка истопницкая и небольшой бассейн с проточной водой из родничка, к которому бегала, согласно, местной легенды крепостная Наташка, по имени которой и было позже названо имение. Дескать, граф Шувалов девицу любил шибко и, горевал по безвременной её кончине от чахотки. Таких историй Вам расскажут в Подмосковье с три сотни минимум.

Но местные верили, и в своё время боролись с планами строительства на том месте бани. Победила демократия, в поселковое муниципальное образование строители и заказчики принесли протокол общего собрания жителей, просто давно метающих о бане, именно на месте родничка. Проверять, как водится… догадайтесь с трёх раз. К бане примыкала уютная беседка с мангальной зоной, и столом для дружной компании в тёплое время года.

Первое время, помятуя о «предвыборных» посулах, окрестный народ, да и свой профилакторский, а как же, рвался в баню. Его сначала не пускали, по причине — дескать, не все готово, а потом и вовсе, к всеобщему разочарованию и злости — готово, но не для вас! Только отдыхающие, всё для коммерции.

Все для человека, т.е. одного, а то много их здесь желающих — любил в изрядном подпитии говорить директор и сладостно закатывал очи, рассказывая о крепостных девках, и обычаях помещиков тех, далёких лет. Барином себя видел.

Ровно, без пяти 19.00 или для гастарбайтеров отдельно, маленькая толстая стрелка на часах на цифре семь, а длинная и тонкая на цифре одиннадцать, «барин» вошёл в парилку. На градуснике было 95 градусов по Цельсию. В отличие от кирпичной печи, «каменка из металла», установленная в бане была заводского изготовления и нагревалась в течение всего 35—60 минут, не занимала много места и не требовала тщательного ухода. С её появлением отпала необходимость протапливать по пол — дня, это так понравилось шефу, что он всем знакомым уши прожужжал, популяризируя продукт германской фирмы — Ферингер (упаси бог, не подумайте, что на правах рекламы)!

Сидорук приподнял крышки светлого дерева на двух бочках с горячей и холодной водой принял ендову с кислым квасом, оглядел все ещё раз хозяйским глазом и командным голосом выдал — «Запускай». По энергичному взмаху его руки грянул — Гром Победы:

«Громъ побЬды раздавайся!

Веселися храбрый Россъ!

Звучной славой украшайся

Магомета ты потрёсъ…»

Под него церемониальным шагом, подтягивая носком по полу одну ногу за другой и слегка разворачивая корпусами 5 и 6 размеров, строго по ранжиру с лицами, преисполненными воистину царского достоинства в комнату отдыха вошли, выплыли Алия, а за ней Лидия, держа руки в крутые боки.

На столе стояли уже наполненные три рюмки с водкой, с золотой вязью по верхнему краю, накрытые сверху маленькими кусочками бородинского и мелкой очищенной и раскрытой килькой на тонком слое сливочного масла, все украшенные мелкими веточками зелени. Пока ещё звучал, Государственный гимн Российской империи на слова поэта Державина выпили, и не присели. Только с окончанием записи на Бумбоксе, музыкальном проигрывателе причудливый поп-культуры из восьмидесятых сели, каждый на своё определённое место. Помолчали, будто что-то про себя произносили, склонив головы.

Впрочем, ненадолго, женщины начали тут же хлопотать за столом, опорожняя холодильник, притулившийся в углу. Через 10 минут все было нарезано, расставлено и красиво накрыто, перешли к следующей части бардельеро — либерально-демократической. Отношения сугубо деловые на работе, в бане сменились застольными.

Ещё через полчаса, когда поступила следующая зычная команда — Юбки настежь, ноги врозь! Компания разделась и, пошла, париться, весело подтрунивая и смеясь, шлёпая друг друга по голым задницам, в пару, вырвавшемся из 100 градусной парилки, Артамон расстарался, было и не различить какая из них чья, все попы были одинаковы широкие и мясистые.

Опуская подробности весёлого времяпровождения новой генерации наташинских хозяев, твистеров наших дней, владельцев заводов, газет, пароходов, как писал детский поэт Самуил Маршак, которому думаю, и в страшном сне не могло такое присниться, а если бы и приснилось, то он молвил бы, наверное, только одно — Чур, меня, чур! Чтобы не нанести морально-психической травмы молодому поколению в процессе новомодного гендерного воспитания. Не оскорбить религиозные чувства служителям культов, чересчур пуританским или жеманным представителям обоих полов, постараюсь охарактеризовать творившиеся там разврат между хозяйствующими субъектами такими нейтральными финансово-экономическими терминами как:

много векторная направленность притязаний, лизинг производителя и потребителей услуг, хеджирование, волатильность и амортизация процессов, износ основных фондов, капитальные вложения инвестора и наконец — падение курса акций, попытки стимулирования инвестора, существенная разница в планировании поставок и реализации продукта потребления.

После двух, а у Бориса Трофимовича и трёх заходов в парную, там уже было около 110 по Цельсию. «Надо узнать, что за перец был такой этот Цельсий?» — и обязательных омовений с — «Ой, Ай» и то и другое вместе с «Бляха-Муха», покрасневшие и помолодевшие руководители профилактория утихомирились. Назавтра предстоял тяжёлый день, приняли по крайней и уже в сумерках, по одному, разошлись после служебного совещания по домам, а что с запахом, так, то — «Мы с девчонками/мужиками отметили внеочередные вливания инвестора в бюджетные фонды предприятия, понятно?!».

Директор и правда, выслушал самолично доклад комиссии о готовности объектов. И практически в одно время завалились отсыпаться, прокручивая в памяти все перипетии дня. Который оказался действительно удачным, теперь можно прикупить квартирку девочке/мальчику, если вернётся из своих — Кембриджей/Сорбонн. А вообще, лучше пусть там и остаётся, а то в «этой стране» — бардак, дороги, работать никто не хочет, а деньги всем подавай, и отошли в умиротворённый сон.

Почему-то уверенные в завтрашнем дне и нисколько у них голова не болела ни за благоденствие народа, ни за процветание страны, её экономической и прочей безопасности.

Но, как известно этот мир суров…

Артамон, оставшись один в бане, не упустил возможности перекусить за счёт заведения и для поднятия бодрости духа принял на грудь пару-тройку стопок Перцовой с мёдом, запил пивом. Убрался, вынес мусор и завалился спать, благо хозяин остался доволен.

А как же наши Пиркентоны Аланы, удалось ли им выбраться из замурованной темницы. Не скрою, удалось, помог случай, наблюдательность и дедукция. Уже было девятнадцать с «копейками» когда, они разошлись в очередной раз по коридору первого этажа. Сначала внимание Лёнчика привлекло мяуканье кота, тот напуганный вниманием человека шмыгнул под лестницу. В темноту забился, решил Леонид, но через пыльное стекло вскоре увидел этого же кота или кошку уже на улице. Не узнать его было нельзя, произведение природы более походило на произведение, не всегда адекватного человека от поп-арт культуры. Его окрас, невообразимая смесь рыжих, белых и чёрных, коричневых и серых, резко граничащих цветных пятен, могла бы нарушить основные постулаты о наследственности генной науки, посрамив самого монаха Генделя. Смело можно было предположить, что все поголовно наследственные признаки касаемо окраса, перешли к нему, сразу от всех котов и кошек города.

Леонид заинтересовался и полез под лестницу, что была на другую сторону от центрального входа. Почти в самом углу, на ощупь он обнаружил урезанным треугольником дверь, с краю, через небольшую дыру пробивался свет. Это был лаз в чулан, который из-за отсутствия искусственного освещения в темноте виден не был, а закрыта была дверь на проволоку. Видимо через дыру в ней и выбрался кот. Почувствовав, что тут что-то может и «сварится», Лёнчик, наконец, открутил проволоку и открыл дверцу, Там было светло. «Уфф!».

Из полуподвала, где с незапамятных времён хранился уборочный инвентарь, вёл узкий ход наружу в железобетонный колодец шириной около метра и в глубину — сантиметров пятьдесят-шестьдесят, возвышающийся над цоколем здания сантиметров на пятнадцать. Но сверху, уже на улице путь к свободе был закрыт толстой решёткой.

Подъем душевный сменился упадком. Но протиснувшись кое-как в это нелепое архитектурное недоразумение, служившее, скорее всего элементом вентиляционной системы здания, и отодвинув два ящика, мешавших спуску из чулана в упомянутый колодец, он ступил туда и, стоя в три погибели, попробовал приподнять решётку. Снять её удалась лишь с третьего раза, слава богу, там все проржавело, да и варили видать в понедельник ещё с похмелья. Обрадованный, он выскочил на улицу и, с видом праздношатающегося, фланировал уже с другой стороны, по фронту здания, едва сдерживая смех, ждал, когда его увидит, наконец, Иван? Тот узрел и радостно махал руками уже за стеклом второго этажа.

Вскоре Иван и Лёнчик узнали, что их разыскивают более полутора часов как. Лёнчик тотчас побежал, аки олень в гараж, а Иван направился в баню. Он увидел дым из знакомой трубы, сообразил, что уже управились и без него все устаканилось. Подумал, подумал и твёрдо решил, что сегодня в этом бардаке ему не место. Вот если бы там мылись шахтёры или сталевары, тогда завсегда, сколько попросите, а задарма топить для «ледей» этого прыща Сидорука, увольте и, как бы сбросив тем с себя гирю ответственности, насвистывая арию Канио из оперы Р. Леонкавалло «Паяцы», повернул к дому.

А ночью, около трёх тридцати, не поймёшь по какой причине, в бане случился пожар. Хуже того, он перекинулся по траве и кустарнику, уже успевшим высохнуть на солнце и по ветру, рождённому тем же первичным горением двухэтажного полностью деревянного здания не спеша прополз к трём коттеджам, стоявшим отдельной группой в 30—35 метрах от бани.

А может это искра прилетела по воздуху, предстояло выяснить следствию и специалистам ГПО (государственной пожарной охраны), подразделение которой — отряд был расположен, всего-то в 10 километрах. Но как всё у нас, пока увидели, пока сообщили, пока уточняли куда ехать и другие важные вопросы, баня за лимон и три гостевых домика по два, каждый сгорели.

Вокруг бегали и бестолково причитали олигархи и порабощённый ими народ, переживали все едино. Появилась версия о злонамеренном поджоге. Подозрение сразу же пало на мужа бухгалтерши, он давно обещал сжечь баню, и даже пару раз бил неверную супругу. Но в конце концов, поскольку уже как год сидел он без работы, вынужден был смириться, жена кормила и его и двоих детей, в том числе девочку 12 лет от рождения, инвалида, с тяжёлым заболеванием лёгких. На одни лекарства уходило две трети её зарплаты, а ещё надо было, водить дочку по больницам и профессорам. Но муж сразу отмёл все подозрения тем, что сослался на жену. На этом фантазия погорельцев и сочувствующих в деле поиска злодеев иссякла.

Странно, но никто не видел на пожаре, истинного хозяина профилактория — Арсата, то ли ему не сообщили, то ли он сам решил, что делать там уже нечего.

К приезду машин муниципальной пожарной части, все четыре здания выгорели полностью. Сначала было обрадовались, что жертв нет, но вскоре в сгоревшей пристройке обнаружили обуглившийся труп водителя директора, он видимо задохнулся в Ивановой клетушке — пристройке. И хоть, плохо о покойниках нельзя, или хорошо, или никак, за Ивана радовались, втихую даже говорили, — «Это бог его спас». А Артамон он же чужой, как был им, так чужим и помер.

Кто-то вспомнил, что уже сегодня в воскресенье в профилактории принимать гостей, до их прибытия оставалось не более 9 часов. Народ через пару часов, рассосался, пора готовиться к рабочему дню (воскресенье в связи с пожаром объявили тоже рабочим), кто-то сдуру, да спросонок, бросился собирать детей в школу, день то рабочий.

Руководству тоже отдохнуть не дали. Тут тебе и началось! Воды в гидрантах не оказалось, как впрочем, и самих гидрантов, «живыми» нашли три, из числившихся 43. Отсутствовали, указанные ранее в приложениях к «Акту приёма совместной комиссией противопожарного состояния объекта» и к «Плану мероприятий по обеспечению пожарной охраны на предприятии ОАО «Красная гора» оборудование и инструменты. Также указанных в «Инструкции внештатной пожарной команде профилактория по действиям при пожаре» и «О порядке эвакуации отдыхающих и персонала лечебного заведения при пожаре и стихийных бедствиях»:

— 12 пожарных щитов;

— 45 штук нового образца, светящихся в темноте, плакатов-схем эвакуации персонала профилактория и отдыхающих;

— необходимые средства автоматической сигнализации о возгорании;

— 32 огнетушителя углекислотных, пенных и порошковых;

— оборудованные места для курения и т. д. и т. п.

Короче, злые за погубленное воскресенье, набившие руку пожарные к 12.00 уже дня, выявили столько недостатков и грубейших нарушений норм ПОПы (противопожарной охраны предприятия), что руководство было — «Мало расстрелять! Да как Вы вообще раньше тут все не сгорели, уж лучше бы сгорели. Сядете и надолго, это я Вам обещаю. Кто Вас таких грамотеев на должности ставит?!».

А про себя — «Ё маё там же на акте моя подпись, изъять! Утвердил Рубинчик, ещё до того, как ушёл в Главк, — Тоже изъять. Господи, какой у нас везде бардак!

Никаких семинаров! Вы, что? Хотите людей погубить?! Объект закрыт для приёма выздоравливающих, до устранения всех, для Вас отдельно подчёркиваю, всех недостатков, включая оборудование замков на путях эвакуации. Они должны свободно открываться с обеих сторон и не препятствовать движению эвакуируемых в направлении выходов из помещений, Вам понятно? Свободно, с обеих сторон, а у Вас?!».

Потом, с устатку, уже спокойнее — «Ух ты, время то уже час. Обедать то мы, я так понял, сегодня не будем?». В столовой, после долгих уговоров принять всего-то по пол рюмочки — «Ну ладно, только, чтобы силы для дальнейшей работы сохранить». Но, как оказалось сил у начальства, уже после пятой стопки, наполненной до краёв, не осталось, и оно укатило, напоследок сурово насупив брови и ещё раз оглядев окрестности этого «сортира».

Правда, не сразу, но часа через полтора-два за ними убыли их подчинённые, главные по написанию итоговых актов. Их руководство, строго-настрого предупредило ещё до того, вообще до этого пожара, о недопустимости пития в ходе такого рода ЧП, и от того тоже злые, они строчили и строчили…

По территории ходили, фотографировали, шныряли какие-то люди в форме и без неё, бесконечно все требовали директора или кого ещё из должностных лиц, документы, сейфы не закрывались. По лестнице административного корпуса сновали туда-сюда уполномоченные, наделённые правами и просто, оборзевшие от вседозволенности мелкие сошки, при исполнении. Отдельно, от всех иных инстанций и роснадзоров работала милиция, да ещё пара каких-то силовиков с корочками. На проходной не успевали проверять, не то, что записывать в Журнал.

Само собой, там же предупреждали, прибывших с 15.45 важных господ о переносе на неопределённый срок проведения «конверсионного семинара», в связи с форс-мажором. Каким таким мажором, баба Шура от внука слышала, что это парень крутой такой, весь из себя, форсит значит, это понятно, а какое он имеет ко всему отношение?

Так вот неожиданно, сорвалось заседание давно и тщательно готовившееся подлыми врагами Отечества нашего, все по вине извечного отсутствия порядка в нем. Но ведь и немцы в 41-м под Москвой, которые тоже на дороги плохие потом ссылались, наверное, знали, на что шли. А в нашей неразберихе, да бестолковщине, только мы и можем жить, поскольку привычные. Ведь известно, что русскому норма, немцу — смерть.

И историки давно подметили, как только государство и народ начинают хорошо благополучно жить, значит скоро развал, конец. Толи власть расслабляется, толи народ не хочет за неё умирать. Может от того Россия до сих пор и не развалилась, что хорошо мы никогда и не жили…? Это как чемпионы, когда на третий, четвёртый раз уже нет того стимула морального. Вон китайцы как скакнули вперёд после культурной революции и голодухи, но и тут не спешат сделать так, чтобы народ жил лучше, гораздо лучше, а могли бы.

Глава 46. Дачный сезон Немо

Есть те, кто счастливо живут без ног и рук, но есть и немало тех, кто с руками и ногами, но не живут, а существуют

Но, а что же наш главный герой, за перипетиями жестоких схваток Добра и Зла мы о нём совсем забыли? Не будем торопиться.

Он стоял один, и это было непривычно, всегда кто-то да был рядом. В пещере ли, где уже давно жило его племя, или на охоте на больших мохнатых буйволов, быстроногих оленей с большими острыми рогами, дзеренов и косуль, маленьких антилоп кабарга, других обитателей невысоких кустарников карагана, темьяна и магонии. Они в изобилии росли в этих местах, и даже во время жертвоприношения жестоким богам, всегда кто-то был рядом. Кто-то из сородичей, чьё дыхание, запах, говорили вот мы здесь с тобой, защитим, если надо, а ты защити нас.

Но с недавних пор, все изменилось, сначала незаметно, а потом увереннее день ото дня, Умо, самый выделяемый им среди соплеменников за удачливую добычу на охоте — стал вождём. И если ему он раньше отдавал после себя самые сочные куски мяса животных, а также заготовленные женщинами, в периоды тепла и большой воды, сладкие коренья, орехи, горькие листья паслёна и миндаля и цветы чебушника, то теперь он терпеливо ждал подачки.

Теперь, когда он, Гур — стал простым членом племени, которое называли себя — Ури Ал, стучали себя при этом в грудь и скалили клыки, получал покрытые шерстью остатки жилистых ног и редко мягкие хрящи. В последнее время, которое считали по восходам солнца Е-Ра и фазам луны, уже несколько Ра шёл дождь, охота на беспокойного зверя была неудачна. Еду давали не всем, только мужчинам охотникам и жёнам нового вождя, кормившим грудью.

Умо помнил добро, хотя вполне мог бы и убить сонного камнем или дубинкой размозжить голову, так бывало, когда менялись вожди и не всегда справедливо ими становились самые сильные и удачливые охотники. Однако и он не мог — идти против жестоких законов племени, они были установлены тысячи Е-Ра, Лун до них.

Вчера на заходе солнца он показал рукой на него и поднял её вверх, что было — внимание, важно, затем резко провёл ею по горлу, что означало одно, завтра он должен покинуть племя и умереть. Всё племя это видело. Жена и двое его первенцев уже давно ушли в тёмный мир Лати, где племя Леу забрало их. Сыновья и дочери от других жён выросли и давно уже заботятся о себе сами. Предки и жизнь, научили его, не боятся смерти, многих застигла она на охоте, умирали и от болезней, а главное вечного голода и жажды в периоды засухи, или холода, когда наступало время обильных дождей. Страшные наводнения в этой части высоких холмов, гор и лесных долин были редки.

Но хотел он, даже ценой собственной жизни, одному, без племени все равно не выжить, а кто пытался, их обглоданные кости он сам находил, когда добывал с другими, мясо и кровь животных, в ближних окрестностях пещеры, хотел отомстить за Гелу. Её, первую и самую любимую жену, а также двух его малых детей, Большой Леу которого племя знало, как Белое Пятно, убил. Это было так много Лун назад, больше чем пальцев на руках и ногах у пятерых соплеменников.

А Учи, так вообще научился рисовать веточки палочки на стенах пещеры, что хранила от непогоды и хищников, для самого разного счета — сколько мужчин в племени, сколько ртов, сколько восходов светила Е-Ра осталось до начала полнолуния — Лати, подсчёта добычи и других потребностей, коим нет числа в крупном племени.

А оно при нём заметно выросло. Благодаря защитнице пещере, уходившей далеко вглубь горы высотой с несколько самых высоких деревьев, что росли вблизи, они могли спрятаться от самого страшного бога Мола, убивающего огромными голубыми копьями с неба. Он мог убить и самого крупного чёрного зверя толстого с громадным рогом на голове, такого он однажды видел сам, тот нёсся, сметая все на своём пути, только трещали кусты аира и испуганно шарахались во все стороны другие животные.

Потом сам, неумело нарисовал его на стенке пещеры, где Учи, рисовал свои палочки и бегущих антилоп. В пещере можно было спрятаться от кочующих по долинам и холмам беспощадных больших свор гиен с огромными передними резцами, которых побаивались даже Леу.

Огнём защищались от больших бурых зверей, которые не боялись, будучи от природы любопытными, наведываться в пещеру, занятую его племенем. Другие длинноногие и длинномордые с широкими лапами и длинноносые с загнутыми назад иглами длиной в локоть человека их не трогали, сами первыми не нападали, обходили стороной.

Не таков был хитрый Леу Белое Пятно, что убил его молодую, полногрудую избранницу с детьми, он подкараулил их на тропе, ведущей к небольшому озерцу, куда и люди и животные ходили на водопой, нападать на группу охотников или большую группу женщин Леу и другие особи его прайда боялись. Гур стучал в грудь за Гелу, все племя слышало тогда эти глухие удары боли и отчаяния.

Теперь его уже бывшего вождя предводителя, изгоняли из племени, и провожали его взгляды тех, кого он считал родичами, смотрели, кто с пониманием и переживанием, кто равнодушно, а кто-то и с ненавистью, за то, что когда-то обидел, отнял женщину или жирный кусок.

Для тех, кто не знал, уже полсотни тысяч лет после того, в германских племенах стариков и больных, что не могли себя прокормить, бросали в пропасть, избавляясь от «лишних» ртов. А в православной Руси ещё кое-где в глухих деревнях и сёлах, в самом начале ХХ века, их просто отводили в дальний лес, где те — зимой замерзали, а летом умирали с голоду, чему немало подтверждений, в донесениях жандармских чинов Российской империи. Хуже того, в неурожайные годы и того хуже …, но не будем об этом, я к тому, что часто слышу от всяких экзальтированных особ — Серебряный век, ах, Серебряный век! Да золотым он был ещё при Македонском, Цезаре и прочие, но не для всех…

Даже не надеясь на спасение, с восходом солнца, как велел обычай, оставил племя и пошёл за гору в одной набедренной повязке. Свою шкуру толстой кожи самца оленя, когда-то её большой кусок, отрезав ножом — сколом обсидианового камня, отдал ему отец, а умело выделанную и высушенную повесила на плечи, скрепив воловьими жилами шкуру, жена Гела, её — что согревала в холод и напоминала о жене, он оставил первому сыну от второй жены — Ситы. Она досталась крепкому, широкогрудому, с жёлтыми глазами, как у матери, Грую.

С ним были только две палки, с острыми концами, срезанными и заточенными с вечера, одна почти в пять шагов, другая в два. Ножи, и копья с каменными наконечниками и острыми краями (в раскопах — острее, чем скальпели), главное достояние и богатство племени, брать с собой было нельзя.

Дальше, за Гору ходить, в сторону, восходящего солнца, племя не рисковало после одной такой попытки, соплеменники дождались лишь одного охотника, который шёл вдали от общей группы, отстав по нужде. Рык страшного зверя слышен был даже за горой. С тех пор именно туда и уходили изгои, там ожидал очередную жертву Белое Пятно к нему и шёл не спеша, на свою последнюю охоту Гур.

Уже вовсю светил Е-Ра, когда Гур обогнул по звериной тропе острие скалы, врезавшееся в зелень метровой высоты кустарника, и остановился. Он находился примерно на середине высоты большой горы в этом месте.

Прямо на него вышел из кустов жабрицы Леу, взгляд зверя был спокоен, он давно познал вкус этих странных и беспомощных двуногих, что приходили к нему сами. Зверь подошёл на расстояние прыжка и на мгновение остановился, ему не понравились глаза жертвы, в них не было страха, но ненависть. Не было и запаха страха, исходящего от наглого двуногого, стоящего на тропе Леу и его прайда.

Он жаждал крови и пошёл на человека, полуприсяду на задних лапах, подняв передние и готовый к прыжку. Но недаром Гур столько Лун и Е-Ра был вождём, хвала жёлтому Раа и грозному Молу, он знал повадки животных и больших кошек, правда с Леу до этого он не сталкивался, но видел, как атакует другая пятнистая кошка, живущая на деревьях и быстрая как копье Молу, их звали Леурдами. Широкие и так ноздри вождя — изгнанника ещё раздулись. Появилось желание метнуть палку в зверя, но сдержал себя, понимая, что это не причинит тому большого вреда, а он останется с одной короткой. Он был готов умереть и это сохранило ему жизнь.

Гур ударил навстречу длинной палкой по косматой морде твари, на огромной темно коричневого цвета гриве которой было светлое пятно. От неожиданности, самонадеянный Леу пропустил несильный удар, который чуть не лишил его глаза. Правой лапой, толщиной с ногу взрослого мужчины он отбил палку в сторону, да так, что кусок отщепа отлетел в сторону на три-четыре метра.

Огромный зверь присел, начиная прыжок.

Но тут человек по имени Гур совершил и вовсе непонятное, бросился на зверя сам. Его переполняли потоки злости, хлынувшей из него ярости и ненависти. Когда Леу только начал подниматься на задних лапах, чтобы обрушить передние на глупого человека и, подмяв его под себя вцепиться в горло этому одиночке, он сам с отчаянным криком прыгнул вперёд, сломав ноги в коленях, откинув весь корпус назад, крепко сжал под мышками обе палки, острые с обоих концов.

Огромное туловище, падая, уже не успело отклониться и рухнуло прямо на острые концы палок, что произошло дальше, не понял, ни зверь, ни человек. Зверь потому, что порвал грудину об острие сразу двух палок. Внизу они оперлись в землю острыми концами, и под весом Леу вошли в неё на добрую ладонь. Благодаря этому не соскочили, но порвав толстую шкуру гиганта в межрёберной выемке грудины, глубоко, на расстояние вытянутой руки, вонзились другими концами в оседающее тело и, достав сердце зверя, убили его, это был острый и тонкий отщеп некогда большой длинной палки. Вторая короткая, пробила ему лёгкое. И уже внутри тела хищника обе ещё раз сломались, хрустнув.

Старый вождь ничего не понял, потому что на него рухнули, прямо на голые плечи, огромные лапы с длинными когтями. На его счастье, от острой, неведомой ранее боли в сердце, в последней судороге мышц, звериные когти втянулись. Если бы не это, они разорвали бы его, и смерть была неминуема. Потом, на Гура обрушился весь 300 килограммовый вес животного, накрывшего его с головой (около 3 м, без хвоста). Человек, победивший Леу, потерял сознание.

Когда, спустя пять минут он пришёл в себя, то сначала подумал, что попал в тёмный мир Лати, и нашёл пристанище в племени Леу, так как посмел убить великого повелителя гор и долин и стал молить Е-Ра освободить его, а страшного Мола, простить за удачную охоту. И видимо, кто-то из богов сжалился над охотником.

Гур окончательно пришёл в себя, с трудом, но выбрался из-под туши Леу. Удачно, что на левом плече, было много крови, рана в ладонь длинной и палец шириной была неглубокой, порванная кожа развернулась, обнажив мышцы. Рука онемела, болела и плохо слушалась. На правой стороне тела, дело обстояло лучше, ссадина от плеча по руке, на груди, кровь выступила, но не более. Ноги тоже кровоточат но, кажется, невредимы.

Недаром говорят, что на победителях раны не болят и заживают в три раза быстрее, чем у побеждённых.

О том, чтобы попытаться снять шкуру не могло быть и речи, сделать это в одиночку было невозможно, даже при наличии каменного ножа. Шкура Леу была толстая и прочная. А возвратиться назад, даже с таким трофеем ему было заказано, да и ушёл он уже далеко. Понимая, что скоро, на запах крови могут, появится звери этого же прайда или совсем другие, Гур нашёл два камня, сначала выбил два самых больших и страшных верхних клыка зверя, закрепил их на кожаном ремешке, рядом с клыками гиены, на свободных петлях, которые в количестве четырёх были у охотника. Таких трофеев, как сейчас у него, в племени больше не было.

Гур поблагодарил мёртвого зверя, что позволил себя убить, уверенно, как учил этому других, выбил один камень о другой и получил скребок — острую пластину с двух сторон и утолщённую с третьей, затем такую же другую. При помощи этого несовершенного инструмента легко отрезал ещё тёплый язык у зверя и половые органы, тут же обмыл рану на плече, глубокие царапины на своей груди и ногах его и своей мочевиной. Через образовавшееся отверстие в теле животного достал, глубоко просунув руку в плоть кое-какие внутренности, жадно накинулся на мягкое податливое зубам старика мясо и требуху.

Насытившись, и напившись из ладоней густой крови Леу, он ел впервые за полтора десятка восходов Е-Ра, и ещё раз воздав хвалу богам, несколько минут сидел на камне, тёплом валуне рядом с местом схватки.

Изгнанник отдыхал и набирался сил. Потом, опять подошёл к трупу Лео и несколькими взмахами скребка здоровой правой рукой ловко отсёк приличный кусок мягких тканей подбрюшья своего поверженного врага и завернул его дважды в большие листья подорожника. Тот рос в избытке справа по тропе. Другие его листья приложил к ране. Боль становилась всё сильнее, но надо было уходить и, Гур вытащив обломки палок, прихватив скребок и мясо, отправился дальше вверх по тропе прочь. Старый вождь исполнил обещание, отомстил за жену и детей. Над Белым Пятном, лежащим бездыханно, в луже растёкшейся крови и каких-то внутренних жидкостей, уже роились вездесущие мухи.

Немо очнулся ото сна, где только вот, сражался с хищником его далёкий предок. В который уже раз открылся родничок родовой памяти. Плечо действительно болело.

Внетелесные путешествия человека можно разделить на несколько видов. Первый — простые и привычные — сны. Осознанные, или «вещие» сны, они могут быть и пророческими. Второй — позволяет преодолевать расстояния и видеть. Этому учат — например, В. Бронников, его ученики видят с закрытыми глазами и другие «чудеса творят». Третий вид это непроизвольное спонтанное погружение в некий тонкий мир или иную плоскость, пространственно-временной континуум, как кому, нравится. Именно такие путешествия случались у Немо. Именно там он сегодня ночью и был в «шкуре» своего далёкого предка — Гура. Наконец, четвёртый, которым владеют немногие — путешествия осознанные, управляемые, но о них и о нём речь пойдёт далее.

Он пребывал в кровати, как тотчас припомнил, на подмосковной даче, в посёлке «Сосенки», больше об этом месте, он практически и не знал ничего. В разгар дачного сезона вместе с ним в посёлке обитали отдыхающие от московской сутолоки и характерной для этого времени лета жары и смога с два десятка, прилично выглядевших человек (никаких шортов и шлёпанцев в столовой).

А посёлок этот был настолько примечательным, что не удержусь, от того, чтобы описать его подробнее. Жили здесь, в этот период, только действующие и ветераны, по большей части в отставке офицеры и генералы силовики, заслуженные люди. В дачном посёлке на участке земли, примыкающей с одной стороны к Москве-реке, с двух других его окружало широкое поле, только в эту посевную, оставленное «под парами». И наконец — лес, через который и шла единственная дорога к домикам, их было около трёх десятков.

Аккуратные, построенные ещё около двадцати лет тому, по современным европейским проектам, они имели все необходимое — свет, газ, тепло, связь, подпол и даже кабельное TV. На таких же, как и домики, одинаковых участках, находились однотипные бани, маленькие бассейны, стационарные кирпичные мангалы, хоз. блоки и полуподвалы гаражи-пристройки.

В центре посёлка находилось трёхэтажное здание, в котором располагались столовая с кухней, небольшой кинозал, комната отдыха, несколько комнат для нужд администрации и, ружейная комната. Стоянка машин позволяла разместить их не менее трёх десятков. Ещё более экзотическим, было наличие вертолётной площадки, замаскированной под футбольное поле, на котором случалось, и играли, а выложить посадочный крест (его полотнища, завёрнутые в брезентовые чехлы, лежали у одних из ворот), было делом минуты.

Посещение дачного посёлка с детьми было категорически запрещено, если только дети, также не были офицерами конторы, да и то, допускали их на территорию по особым личным разрешениям. На картах посёлок был обозначен с несколькими искажениями, относительно реального положения.

Вся площадь дачного посёлка был разделена на ячейки по 25 соток сетчатыми заборами в два двадцать пять высотой. Общий периметр ограждён высоким, металлическим, сплошным, высотой в три метра. На въезде стоял шлагбаум и сидел богообразный старикан. Это снаружи.

Изнутри, посёлок был похож на крепость. На заборе и вблизи него на деревьях были закреплены видеокамеры, замаскированные под светильники или сучки. За забором шла 15 метровая зона, напичканная сейсмо- и видео- датчиками движения, интегрированными с аппаратурой и программами, позволяющими отсеивать ненужные срабатывания в режиме квазиискусственного интеллекта. Параллельно — ИК (инфракрасного диапазона) аппаратура, реагирующая на излучение теплоносителей.

В одном из домиков находилась дежурная смена охраны бойцов, имеющих боевой опыт участия в спецоперациях, в количестве 7 человек. Их еженедельно меняли на автобусе, под видом команды игроков в пейнтбол, и действительно угодья известного в столице и ближнем Подмосковье клуба были неподалёку. Либо под видом охотников и грибников. Пара их постоянно шарилась, по окрестностям посёлка. Ночью охрана использовала электронно-оптические (ЭОП) или, как их иногда ещё называют — пассивные приборы ночного видения. В каждом домике на видном месте при входе висел на стене в деревянной рамочке — График пролёта спутников шпионов, который постоянно обновлялся.

Богообразный старичок был заслуженным мастером спорта по рукопашному бою, имел ещё несколько спортивных титулов, а в недавнем прошлом был известным наставником — тренером Клуба Самбо-80, и мастером совершенно никому в России не известной борьбы — нятнам. Старичок спокойно мог уложить пятерых здоровых амбалов, даже не потеряв нормальный ритм дыхания.

Все домики были оборудованы сигнализацией звуковой и световой. На крыше центрального здания был установлен ревун и оборудованы места для двух снайперов и три пулемётных гнезда за стальными укреплёнными щитками.

Специалисты могли бы отметить антенны радиостанций, скрытые среди деревьев, тарелки радиорелейных станций, и спутниковых антенн, обеспечивающих надёжную закрытую связь с Центром и Москвой.

По наличию, умеющих классно воевать профессионалов на один квадратный километр площади земной поверхности посёлок «Сосенки» мог бы дать фору многим военным базам и центрам подготовки. По количеству оружия на его территории — базам хранения ВиВТ (вооружения и военной техники).

Остаётся только добавить, что некие, удобные для нападающих, если бы они посмели напасть, участки и направления были заминированы, о чем не догадывались даже жильцы и посетители с охраной. Но, как сказал другой специалист — по диверсиям, которому показали в своё время проект, — «Мои парни максимум минут за десять, но Вам видней, пусть так будет».

Странным было так же и то, что некоторые из ветеранов, живущих на правах хозяев в своих домиках, иногда исчезали и, спустя месяц другой возвращались, загорелыми зимой и похудевшими. Среди постояльцев были и женщины, большинство прекрасно говорили как минимум на двух языках.

Одним словом довольно странный это был садово-пулемётный кооператив, как его называло само руководство. В «Сосенках» пребывали особо ценные агенты и ветераны ПГУ (Первого Главного управления), внешняя разведка СССР/России, которых безуспешно искали по всему миру, и даже на территории нашей державы, обнаглевшие разведчики и ликвидаторы все мастей.

На соседнем участке, жил немец под именем Отто Шульц, которого до того что, называется в «открытую» пасли около двух десятков профи из БНД, обосновавшихся в посольстве недалеко от Ленинского проспекта. Поскольку Отто был ключевой фигурой в операции, сулившей принести стране около четырёх миллиардов долларов в одном из заманчивых проектов, решено было, от греха упрятать его сюда.

Через пару домиков жил вежливый с бородкой крепыш, проработавший 25 лет простым докером в английском порту, можно было только догадываться, что он там такое наразгружал.

Пару дней тому привезли, уже после Немо, миловидную женщину, доставившую в Россию, через пять европейских стран действующий экземпляр (правда, летать не пробовали) размерной макет-модели истребителя «Рафаль-2025» с комплектом документации, весом почти 45 кг. Начальник отдела хвалился, что такого нет ни у Президента, ни у министра обороны Франции. Весёлая компашка собралась там, надо признать.

Немо, был предупреждён только о том, что пользуется полной свободой в пределах огороженной забором территории, но других обитателей просьба не беспокоить, на их участки не ходить и ещё 33 чего «не». При том, ему напомнили, что жизнь его находится до сих пор в опасности, и те небольшие неудобства, которые он испытывает, во-первых не вина Службы, а во-вторых для его же безопасности. Просто, доходчиво и убедительно, как теорема Ферма к задаче Диофанта.

Конечно, пребывание здесь не сравнить с психиатрической лечебницей, или последним местом его пребывания — военным госпиталем в Кубинке. В небольшой комнатке, оборудованной под кабинет, стоял компьютер — седьмой пень, с DDR3, через сервер, позволявший выйти в Интернет. Довольно быстро Александр разобрался, с новыми для него операционкой, и Офисом. Как мы помним, 5 лет прошло, с тех пор, как его лишили возможности работать. Теперь же ему помогли, чем возможно, системщик (системный администратор) неотлучно был при нем уже несколько дней, откликался на первый же призыв и просьбу.

Но надо отдать должное Немо, он как рыба плавал в программах и уже на второй день, вызвал бурный восторг у сисадмина тем, что сумел-таки, правда, методом самого популярного вида решения трудных, подчас, кажущимися неразрешимыми проблемами — «тыка», найти возможность, решения такой загадки. При загрузке очередного необходимого апгрейда, вылетала ОС, вместе с БИОСом, два-три часа, попыток реанимации через файлы, точки восстановления, загрузочные диски и т. п. ничего не давали.

Обойти сложную проблему не удалось ни молодому администратору, который было, решил, все валить на некондиционную сборку «железа», ни дежурному инженеру российского сегмента Microsoft, к которому он обратился, переписывались ещё три дня и в итоге — ноль.

Создалась парадоксальная ситуация, за сложную программу, необходимую по работе, были уплачены большие деньги, без очередного дополнения и внесения существенных изменений на ней, работать было нельзя, а при попытке его провести, летело все, что было. А Немо, взял, да запустил при установке, сразу после операционки, нарушив все рекомендации и предупреждения сначала другую программу, потом апгрейд и только потом, слегка усечённую им ту самую, и о чудо все пошло.

Когда сисадмин подошёл к персоналке-моноблоку SONY-VAIO VPCL22Z1R, за которым, не вылезая сидел, пыхтел только Серов, то на рабочем столе монитора было два значка, повествующие о том, что Немо втихаря, другой бы на его месте давно бил в там-там, все наладил. Потом уже администратор отыгрался по полной на инженере мирового уровня корпорации.

Ещё через два дня, после получасового разъяснения Александру, как он панибратски обращался к этому странному субъекту, непохожему на остальных обитателей этого лагеря концентрации, провалившихся героев, он в порыве откровенности выдал — А знаешь что? Я бы тебя взял в помощники здесь! Что, несомненно, являлось признанием, что Немо не «Лох бомбейский», но чел!

То насколько IT-отрасль и наука ушли вперёд, не особо поразили Немо, в наше время даже другая половина прогрессивного человечества — женщины знали, точнее, будет сказать — слышали, о законе Мура. Его более, обрадовал Интернет, да он был переполнен материалами порно, всякой лабудой от школьников, фейками и светской хроникой, не говоря уже о рекламе. Но там же, если знать, где копать, можно было наскрести полно серьёзных статей и трудов, новостных материалов и сообщений, как серьёзных учёных, так и в коментах на сайтах и разных форумах, интересных самоучек.

Если на этом подвести черту, только через решительные действия врача, что навещал его два раза в день, тот просто собирался выдернуть штепсель ПК из розетки, удавалось оторвать его от экрана монитора и заставить совершить обязательный променаж. Последствия травм, полученных в аварии, ещё давали о себе знать, он прихрамывал на правую ногу и при резких движениях болели рёбра.

Ещё у Немо появился собеседник, в лице того самого, на въезде в посёлок «садоводов и огородников» ФСБ, потому, как и садили/сажали и огородов нагородили, дедка — спортсмена. При первой их встрече он представился — Шлагбаум, зовите меня Шлагбаум, это не фамилия, это больше, чем ФИО, это суть, и хитро улыбнулся. Он пояснил, что навещает Немо по просьбе руководства, в свободное от выполнения своих основных обязанностей — по охране шлагбаума, время.

Старикан, показался Саше умнее, чем хотел казаться, к тому ж был он неиссякаем на всякие байки, анекдоты и подначки, узнав, что его визави физик, учёный значит, сразу в лоб задал задачку, знакомую Немо ещё по учёбе в «Крейсере» (Московский государственный технический университет им. Н. Э. Баумана). Суть её была в следующем — Предположим, что есть одна самая огромная бесконечность, в ней 11 различных плоскостей и назовем её №1, в самом дальнем её конце сидит и наблюдает за всем происходящим в его владениях — профессор. Внутри этой бесконечности на другом бесконечно удалённом краю, находятся два человека-экспериментатора, или студента, если будет угодно, также отдалённых друг от друга на бесконечное расстояние и разновеликие по величине (пространства и движения), при этом находящиеся в разных плоскостях. Один, пусть будет №2 в пятой, размеры студента будут очень большими и стремиться к бесконечности, и будет он удаляться от №1 и №3 на бесконечно большой скорости (оставим пока за скобками скорость света). Ну а другой №3 пусть будет бесконечно мал, и в свою очередь, стремиться к бесконечности, но со знаком минус, в отличие от №1 и №2. При всем при том, скорость протекания любых процессов у профессора и второго студента будет бесконечно велика (там все быстро крутится, вертится). У третьего студента бесконечно мала (заклинило его на сдаче зачёта). Поскольку параметры №2 и №3 близки к бесконечности (или этими значениями можно пренебречь), с различными знаками «плюс» и «минус», да к тому же находятся они в различных плоскостях, то происходящее у другого какое-либо событие зафиксировать по своему времени они не смогут. Но и профессор, сторонний наблюдатель с параметрами, бесконечно огромными, относительно двух студентов, также не сможет зафиксировать время этих двух процессов. Парадокс?

«Осмелимся предположить, что теоретически время течёт для всех трёх по-разному. Или одинаково?». Просил разъяснить дотошный хитрован спортсмен.

Задачка эта чисто умозрительная описанная не научным языком, на житейском, бытовом уровне разрешалась просто, как лом. Бесконечность одна, и все тут. Но на языке математики такой парадокс имел право на существование, тем более что был Эйнштейн с его теорией относительности, ЧД (чёрными дырами), где, как известно время, на границе горизонта событий сферы Шварцшильда, текло по своему, относительно стороннего наблюдателя.

Современная физика придерживается того, что вследствие непрерывного расширения вселенной все фундаментальные константы в ней претерпевают изменения во времени. А уже, исходя из универсальности времени, как четвёртой координаты пространства, предыдущий вывод справедлив и по отношению к пространству, а именно — фундаментальные константы в различных его точках имеют различные значения. Вообще-то Немо был в контрах с теми, кто обожествлял скорость света, считая её некой незыблемой фундаментальной физической константой. Исходя из этого, просто отвергал, но сомневаясь, грыз червь сомнения, ибо это первый шаг от глупости к науке, и безжизненность вакуума межзвёздного пространства и так называемую «покоящуюся» систему координат и постулаты доплеровского смещения, и бездоказательные Н. Бора.

Время и пространство не могут не существовать, и точно также не могут претерпевать изменения по тем или иным причинам.

Утверждение, что время может замедляться или ускоряться столь же глупо, как утверждение, что целое может содержать в себе более или менее ста процентов самого себя. Целое всегда содержит в себе самоё себя, и ни больше, ни меньше. Точно также время не может ни замедляться, ни ускоряться, ибо единственный достоверный масштаб, в котором оно дано — это оно само.

(http://www.proza.ru/avtor/vadimzhmud)

Так-то так, но была известна и теорема Нётера, гласившая о том, что каждому свойству симметрии пространства и времени, соответствует свой закон сохранения энергии. И как быть с водой (пар, лёд, т.н. твёрдая вода).

Как объяснишь всю сложность окружающего нас Мира, простым, доступным языком, понятным Григорию Петровичу, так звали «Шлагбаума» этого не смог бы и сам академик С.П.Капица, учёный-физик, просветитель, телеведущий, главный редактор журнала «В мире науки», вице-президент РАЕН. Но поболтать часок с ним было занимательно. Все было не так уж и плохо, недоставало только Института и его лаборатории, при всем желании ПК их заменить не мог. Ещё он хотел зачем-то повидаться с женой, хотя внутри уже все выкипело.

Глава 47. Время Шлагбаума и опасные путешествия

Сколько ни говори халва, она от этого не появится и во рту слаще не станет. Но продать её виртуальную очень даже можно. Чем и занимаются века: наука, пропаганда, какие-то религии и прочая, прочая

В один из дней Шлагбаум, проникшись уважением к маститому физику, показал ему свои записи о времени с просьбой посмотреть и высказать мнение.

Поскольку они более относятся к ненаучному, но обывательскому уровню знаний и образования, я взял на себя смелость предложить их читателю. Быть может, кто-то сочтёт их достойными внимания.

Время

(Бездоказательные размышления возрастного дилетанта с похмелья о времени изменчивом и постоянном)

Время-пространство-энергия, движение неразрывны — постулат, принятый за аксиому.

1. Упрощено Время можно условно представить в виде некоей стрелки/курсора, скользящего, перескакивающего (как на циферблате часов) с одной временной точки/интервала на другую, который двигается поступательно (в одном направлении прирастая, либо в плоскости, секторе, площади пространства?). Более сложная модель: аквариум заполненный песком; так вот время двигается в каждой песчинке; одновременно в песке находятся несколько шариков для настольного тенниса, внутри них пустоты, где существует своё время, отличное от того, что существует в аквариуме и того что мы видим на часах, висящих в комнате, где стоит аквариум. Мы — наш Мир это одна из песчинок. Границы нашего аквариума современная наука полагает (наблюдаемой Вселенной) размером около 45,7 миллиардов световых лет. Или 14,6 гигапарсек. То есть вопрос о «бесконечности» Вселенной подвергнут ревизии? При том, что с момента Большого взрыва прошло всего чуть более 14 млрд. лет, и что наблюдаемая Вселенная ограничена окружностью радиусом 13,75 млрд. световых лет. Однако вследствие расширения Вселенной это расстояние уже составит 45,7 миллиардах св. лет. Что дальше не знает никто! Может быть другая комната… и другое время?

2. Таких точек бесчисленное множество, бесконечное множество.

3. Размер точки (интервал между ними) бесконечно мал, миг и курсор уже в новой точке времени.

Учёные впервые смогли замерить промежуток времени, которое возбуждённый электрон тратит на побег из атома. Это время ляжет в основу новой системы, которая будет гораздо точнее нынешней. Для исследования швейцарские учёные обстреливали медную пластинку лазерными импульсами и с помощью сложных вычислений узнавали, с какой скоростью «убегает» электрон. Оказалось, что это постоянная величина, она составляет 27 миллиардных долей наносекунды.

(Сообщение Physical Review Letters.)

4. У Времени как Процесса нет начала и нет конца. Если не существует пределов пространства и движения, то соответственно можно предположить, что нет и пределов Времени, поскольку нет времени без пространства, энергии и движения.

5. Позволю себе предположить что Время, пространство, энергия и движение все бесконечны, и взаимоувязаны или даже едины.

6. Одна из производных от понятий время-пространство-движение это Скорость.

7. Современная наука (во всяком случае, значительная часть ее) считает, что есть некая константа максимальной скорости — скорость распространения света. Что уже кажется не совсем верным, исходя из бесконечности пространства-энергии-времени-движения. Как может быть конечна одна из величин бесконечного единого множества? Тоже относится и к энергии, если она не возникает ниоткуда и не исчезает бесследно. Видимо просто есть разные энергии.

8. Временно примем за аксиому-истину наличие максимума скорости, тогда по Эйнштейну при попадании тела, массы в горизонт событий чёрной дыры, время замедляет свой ход относительно некоего стороннего наблюдателя извне. Отсюда можно сделать вывод о том, что Время имеет свойство искривляться, быть изменяемым в пределах изменений, опосредованно данному пространству и движению. Что кажется справедливым. Вне его — Большое время?

Но как мы знаем, чёрные дыры искривляют пространство-время посредством волн, распространяющихся во Вселенной со скоростью света, на расстояние и с энергией, напрямую зависимой от совокупной массы чёрной дыры, её плотности и скорости вращения.

То есть, можно предположить, что вся структура нашей Вселенной пронизана изменяющимися волнами, полями, кластерами, объектами и точками, изменяющегося по разному времени — пространства. Условно можно представить это, как вид на поле полное низин, канав, ям, рытвин и высоких холмов, скал и насыпей.

Учёные зафиксировали новое искривление пространства-времени.

Гравитационно-волновая обсерватория Laser Interferometer Gravitational-wave Observatory (LIGO) сообщила о нахождении третьего по счету источника мощных гравитационных волн. Новая чёрная дыра, сформировавшаяся при столкновении двух других, имеет массу порядка 49 масс Солнца.

Открытие первого из источников гравитационных волн в прошлом году впервые подтвердило теорию, сформулированную Альбертом Эйнштейном чуть больше ста лет назад. Три найденных LIGO объекта (GW150914, GW151226, GW170104). Многие из этих чёрных дыр больше, чем ожидали учёные. Из статьи, опубликованной в журнале Physical Review Letters, следует, что этот новый источник искажений пространства и времени по массе занял место между чёрными дырами, обнаруженными LIGO ранее — их размеры составляют 62 (первое обнаружение) и 21 (второе обнаружение) масс Солнца.

9. А что же с ситуацией, когда движение равно — 0. Такая ситуация невозможна в природе, ибо во Вселенной все сущее все время движется как на макро, так и на микроуровнях. Как не может быть нуля пространства и энергии и всё, что в этом случае мы в обиходе принимаем за ноль, строго говоря, условно и таковым не является. Ибо нет ничего, что существовало бы отдельно от всего остального.

10. Опять же современная наука предполагает возможность процесса — Большой взрыв/Схлопывание вселенной. То есть процесса цикличности движения и пространства, а как же Время? Соответственно и время должно обладать согласованной цикличностью.

11. А как быть с движением времени вспять? При этом различаем движение Времени как общий взаимоувязанный с пространством — движением процесс и локальные изменения. Есть ли это процесс поступательный, только вперёд, либо он многовекторный?

12. Если наука предполагает наличие многоплоскостного пространства/пространств, то оправданно предположить и наличие разных малых времён внутри данных плоскостей — пространств. Другой вопрос — как движется время внутри каждой плоскости, поступательно или многовекторно, либо и так и так, да ещё и искривляется?

13. Одной из важнейших характеристик Времени является передаваемая отражение процесса — Информация. Она скользит по Времени, фиксируя и отражая его существенные моменты — дискретные точки. Они складываются в цепочки, и вследствие несовершенства аппарата измерений у человека, не отражают всей полноты и правдивости Истории. Через время человек познает мир, посредством осмысления и наблюдения его как процесса, накопления и переработки информации отрезков дискретных точек.

14. Но Информация о Времени проявляется не только и не столько по субъективным каналам человеческой Истории, сколько она объективно зафиксирована в пространстве, энергии и движении Вселенной. И наука, правда, опять же субъективно перерабатывая эту информацию, изучает Время, постоянно наращивая эти знания, уточняя их и углубляя. Информация о Времени так же вечна, как и само Время.

15. Чем отличается время на макроуровне от времени на микро? Тем же, чем отличается пространство и движение в макромире и микромире.

16. Предположим, что два независимых субъекта отдалённых друг от друга на бесконечное расстояние и разновеликие по величине (пространства и движения) попытаются измерить время какого-то события. В одном случае размеры объекта будут большими и стремиться к бесконечности, в другом — они будут бесконечно малыми. При этом скорость протекания процесса в первом случае будет бесконечно мала, а во втором случае — бесконечно велика (оставим пока за скобками скорость света). Поскольку их параметры близки к бесконечности с различными знаками «плюс» и «минус», процесс, происходящий у визави будет не фиксируем по времени субъектов эксперимента (или этими значениями можно пренебречь). Тогда третий сторонний наблюдатель с параметрами, бесконечно усреднёнными относительно первых двух, также не сможет зафиксировать время этих двух процессов. Парадокс? Осмелимся предположить, что теоретически малое время течёт для всех трёх по-разному.

17. Время имеет некую размытую взаимоувязанную пролонгированность, выражающуюся в том, что события текущей точки вытекают из прошлой и одновременно служат основой будущей. Хотя и стопроцентной зависимости тут, по-видимому все же нет. Это характерно для процессов.

18. К свойствам времени можно отнести: движение, длительность, не повторяемость, необратимость. Особый интерес вызывает не повторяемость. Течение времени замедляется вблизи гравитационных масс. Любой энергетический процесс можно выразить через — E = mc². Соответственно Время связано и с массой, или физическими телами. Отсюда наши представления о не повторяемости и необратимости исключительно в увязке с физическими изменениями масс, энергии и пространства. Нельзя в одну и ту же реку войти дважды. Предположим, что мы захотели в какой-то момент — (одну точку) восстановить процесс, имевший место быть 3 дня тому назад. У нас есть права и возможность восстановить все до мельчайшего Кварка/Бозона в исходное состояние. Но ведь 3 дня тому изменения коснулись бесконечных массы, пространства, движения, информации и т.д., да и нас самих. Через три дня изменения опять же коснулись бесконечных величин. Но тогда это тот случай, когда одна бесконечность больше другой. Или одна бесконечность вмещает в себя ряд других. Остаётся только создать новую реальность — Вселенную, параллельную той 3-х дневной. Но развиваться она будет с отставанием на 3 дня, либо вообще по новым параметрам. Если опять же предположить, что будут существовать 2 Вселенных, тогда одним из сценариев можно считать возможным — перепрыгнуть из одной в другую назад на три дня. Но это будет не совсем то время? Тут же вопрос — а нет ли ещё какого-то Большого времени (концептуального в отличие от перцептуального) на все Вселенные плоскости, сектора, может быть коим-то образом, связанным с нулевым гравитационным потенциалом. Т.о. знакомая нам со школы геометрическая модель Времени весьма далека от совершенства.

19. Время может быть как четвёртое измерение в нашей системе координат трёхмерного пространства, так и эталонным мерилом многомерного пространства большой Вселенной/вселенных.

20. Известно, что галактики в нашей Вселенной разбегаются, т.е. изменяется пространство и движение, соответственно изменяется время, тем более чем далее находится объект его измерений от центров масс. Если предположить, что высокоразвитые цивилизации существуют, им нужны большие энергии и время, его замедление или ускорение — вопрос? Скорее замедление, таким образом, это район скопления массы галактики/галактик, или т. н. Чёрные дыры. Наиболее развитые цивилизации первых волн, скорее всего, имеют возможности перемещений из областей скопления масс в области их отсутствия по мере решаемых задач. Это и есть кротовые дыры. Создание локализованных в пространстве точек большой массы (тёмной материи?) могут объяснить некоторое замедление течение локального же т.н. малого времени и мгновенные перемещения НЛО.

21. Если верен закон о том, что материя не исчезает никуда и не появляется ниоткуда то, как быть со временем, значит ли это, что и Время не возникает ниоткуда и не исчезает в никуда?

22. Все течёт, все изменяется. Методом наложения фундаментальных законов философии и физики, применительно ко времени, можно предположить, что и Время течёт и изменяется, при этом изменения происходят как приростание/прибавление по шкале, так и изменения по скорости протекания собственно процесса, как локальных секторов/плоскостей, так и Большого времени.

23. Линейка времени. Шкала измерений времени включает как миллиарды световых лет, так и миллиардные доли секунды (фемтосекунды). Можно предположить что она (шкала) также стремится к бесконечности или бесконечна. И бесконечно вытекающее из этого множество времён и жизней. Человек возникает из атомов давным давно почивших галактик и звёзд, а атомы его разложившегося физического тела существуют и после смерти индивида по своей бесконечной истории времён.

24. В формуле: время равно расстоянию, делённому на скорость (t=l:v), но если скорость равна нулю? Но в этом случае время равно нулю /расстоянию? Таким образом, следует различать время как процесс, от времени — как средства измерения и описания процесса. В свою очередь мерилом времени-процесса могут быть другие процессы, например длительность/время полураспада трансурановых. Продолжительность и очевидная необратимость процессов сама измеряется линейкой временных показателей /средств измерений. Т.е. материю, энергию, процессы и все сущее всегда сопровождает Время, оно же является важнейшей характеристикой всего сущего, материального и не материального. Нет ничего вне времени, энергии и пространства.

25. Бесконечно малый отрезок времени между двумя точками t1 и t2 нельзя считать за безвременье, ибо он в свою очередь может быть измерен, как разница: t2-t1, либо зафиксирован как tn. В данной точке прошлого уже нет, а будущего ещё нет (как характеристик времени), но Время есть. Парадокс характеристик Времени?

26. Распространение времени. Материя/вещество движется строго цикличным волновым образом, значит ли это что и время распространяется — длится волнообразно, т.е. как бы потоком от центра/точки и далее во всех пространствах одновременно? Волновое движение предполагает наложение, интерференцию, и т. п. взаимодействия, а как ведёт себя малое и Большое время в таких случаях?

27. Пространства, движение, энергии различны в различных координатах Вселенной, а Большое (концептуальное) время везде одинаково? В малых секторах Большое время не работает? Оно явно только наблюдателю извне, либо это только различия в линейках измерений процессов? А может быть — малое время деформирует большое? Тогда в некоторых точках происходит процесс схлопывание времени, пространства и энергии, устраняя разрывы, дисбалансы времён. Локально Время обращается в энергию, пространство.

28. Вселенная расширяется, видимо исходя из пространственных изменений — предположим, что энергия уменьшается, соответственно Большое время должно увеличиваться, т.е. ускоряться. Во времена Большого взрыва оно было относительно нашего Времени замедленно, это в какой-то мере способствует объяснению физических процессов в первые моменты зарождения Мира. Забавно посмотреть на расширяющуюся некую синусоиду этих временных качелей, интересно — где точки максимума и минимума и есть ли они? Может быть, эти изменения от какого-то рубежа/точки носят характер качественных, т.е. взрывных?

29. Для чего мы рассматриваем Время относительно Чёрной дыры? Ответ прост — именно она является, согласно теории тем процессом, который напрямую воздействует на время, заставляя его флуктуировать. Согласно простейшей версии теоремы об «отсутствии волос», незаряженные и не вращающиеся чёрные дыры, описанные в пространстве-времени Шварцшильда, характеризуются только одним параметром — массой. Слово «волосы» используется в качестве метафоры для обозначения других параметров и предложено физиком Джоном Уилером. Время снаружи Чёрной дыры есть, поскольку с прибавлением массы извне — внутрь ЧД растёт ее масса а, следовательно, это есть временной процесс (т.е. в качестве «волос» ЧД можно рассмотреть изменения времени ЧД как два разных процесса снаружи и внутри). Поскольку можно описать эти изменения, то есть и третья составляющая «волос» ЧД — это информация. ЧД изнутри во внешнюю среду воздействует как, через что и насколько. Это тоже — «волосы». Материя, попадающая в чёрную дыру, впоследствии испаряется благодаря излучению Хокинга, и не ясно, что происходит с переносимой ею ранее информацией. Но главное она — переносится!

30. То есть, не было ничего и не исчезнет всё. Просто переходит из одного состояния и законов — в другое. Также и с прочими этого единства. Но в таком случае законы движения и пространства и энергии можно распространить и на время?!

31. Подтверждением тезиса об изменчивости времени, может служить ряд законов физики и философии, характеризующих действующие в нашем сегодняшнем понимании всеобщие основы мироздания (энтропия, симметрия и асимметрия, отрицание отрицания). В 2012 году эксперимент BaBar в Национальном ускорительном центре SLAC в Калифорнии показал, что распад частиц B-мезонов протекает по-разному в разное время. С другой стороны этому мешают (или же помогают, вследствие недостатков наших знаний) другие фундаментальные законы, например краеугольный камень физики — закон сохранения массы.

Немо с интересом прочёл записку — статью старого охранника и, хотя многие его знакомые из мира науки физики сочли бы этот материал достойным для популяризации науки где-нибудь в школе или на вводных лекциях первого курса непрофильного института, отозвался о нём в целом положительно. Ему понравилось, что человек с любопытством пытался осознать величайшую загадку бытия. На рукописи он написал — «Это не совсем то, что мы называем наукой, но между тем прочёл с интересом. А. А. Серов. Августа 200_ года»

Их беседы по вечерам иногда заканчивались далеко за полночь.

Сегодня 16 августа, после 10.00 Серова должны были навестить Логунов и Раиса Михайловна, о чем предупредил видимо один из главных здесь, из администрации, что представился, как Сергей Иванович, и объяснил про все те «не». Виталий Дмитриевич вошёл в комнату с камином, по причине лета и тёплой погоды не разжигаемого, первым, за ним следом, задержавшись перед зеркалом в прихожей Алёхова.

После стандартного вопроса, — Как здоровье? Есть ли просьбы, которые местные товарищи решить не в состоянии? Перешли к главной цели визита, рассмотрению вопроса, зачем он понадобился той силе, и возможно ли организовать с ним очередную встречу.

Да мы понимаем, Вы ещё не совсем оправились от травм, но чрезвычайная опасность тех, кого мы разыскиваем, позволяет нам просить Вас принять участие в эксперименте. Для этого предложили использовать древнюю тибетскую технику, или шаманскую, это как посмотреть чья лежит в основе. Легли на пол трелучной звездой, голова к голове, можно было и ногами, и вообще не ложась, да и втроём — не обязательно, главное, что это был ПРОЦЕСС, подготовки, очищения от всего постороннего и сосредоточение на просьбе, обращение, которое должно быть многократно повторено.

Вот откуда у всех религий и верований, от зороастрийских Гильгамешей и индийских санскритских эпосов — «Махабхарата» и «Рамаяна». До более поздних христианских, неоднократные повторения молитв, песнопений и прочих религиозных обращений. То есть, обращение эти, как пустой сосуд, наполненный многими водами чистой воды, который затем подогревали до кипения и он бил струёй пара. Или кристалл, наполненный энергией, накачкой, испускал луч, способный прожечь металл. Только так, можно было пробиться через мощную энергетическую стену, горы мусора стенаний, просьб жаждущих типа — На Бали хочу! Отделяли они настойчивого просителя от того, или той силы, Закона, кого называли Всевышним, заступником или ещё как, и требовалось большое терпение, чтобы пробиться — иконописцы месяцами постились и подолгу молились, прежде чем писать важные, «светлые» иконы и образа церквей и храмов.

Многие, наверное, замечали, что иногда как бы ниоткуда приходит помощь, совет или просто вопреки всему человек совершает действие, как потом оказывается — единственно правильное. Это тоже оттуда, из горних сфер.

Управлять процессом взялся Виталий, обладавший из них самой сильной энергетикой и силой внушения, другие оба, это признали, ещё раньше, при первой встрече.

Успокоив дыхание, замедлили его темп и интенсивность по методике «праноямы». Далее представили, что лёгкие наполнила некая энергетическая субстанция. Адепты различных восточных (китайской, тибетской, индийской, японской народной медицинах) учений и техник самосовершенствования, аутотренинга и, в частности индийской йоги называют её — «праной», а у китайцев — у-чин.

Постепенно сосуд тела наполнился этой энергией, по нему пошли мурашки и дрожь, осталось только направить её в район нижней части живота, там с дикой скоростью вращалось нечто подобное юле или сплюснутому веретену-плазме, ослепительно белой и как ни парадоксально холодной. Там внутри неё все кипит и бушует.

Далее эта энергия по пути, накачанному праной, вращаясь, поднималась вверх как пружина или змея индийского факира под дудочку, через несколько иных энергетических узлов и наконец, вырывалось подобием фонтана или фейерверка наружу.

От автора:

Да простит меня, и на сей раз, пытливый читатель, желающий непременно испытать прямо сейчас данную методику выхода в астрал употребить. Спешу Вас, о пытливые души, несколько разочаровать. Дело это не совсем простое и небезопасное, почему станет понятно в конце данной главы. Именно из этих вполне тривиальных, но смею надеяться, благородных побуждений, я сознательно пропустил некоторые важные моменты и действия в описании такой методики. Их кстати не мало. Одновременно прошу учитывать тот нюанс, что все они имеют, в первом приближении разную направленность: медицинскую (направленную на оздоровление организма), теософскую (богопознание, в свете которого открывается таинственное знание всех вещей), изотерическую (совокупность особых способов восприятия реальности, имеющих тайное содержание и выражение в «психодуховных практиках).

Последние две наука не признает, но при этом всему миру известны имена адептов-эзотериков Парацельса, Сен-Жермена, Георгия Гурджиева, Елены Блаватской, Николая и Елены Рерихов, Макса Генделя, Карлоса Кастанеды, Владимира Соловьёва многих и многих суфистов, йогов, масонов и алхимиков, вклад их в современную науку не подвергается сомнению и т. д.

Позвольте уточнить — христианство есть. Ислам, буддизм, иудаизм, гностицизм, индуизм, даосизм, синтоизм, с полсотни других религий, философских течений есть. Некоторые уже тысячи лет существуют в согласии или несогласии с наукой и её законами от трёх китов до квантовой механики. Известные науке пророки, святые и исторические личности с необычайными способностями, например йог Свами Рама, наши российские Нелли Михайлова/Кулагина, Джуна Давиташвили (в т.ч. предсказатели Кейси, Нострадамус, Тесла, Ванга), наконец есть адепты этих религий, верований и учений, в том числе в среде маститых учёных во все времена.

Надеюсь, вам известно, что Никола Тесла прямо говорил об источнике своих открытий, некой книге знаний, — «Я ничего не изобретаю, я просто черпаю знания из космоса». Чудеса есть, науки нет. Так может просто она их пока объяснить не может?

Странная, однако, ситуация — Мед он есть, и его нет!

Выйдя, таким образом, разум ли душа, как кому угодно, за пределы своего физического тела, начинала озираться и… Затем, кто уходил в другие миры, кто получал доступ к родовой памяти и влезал в тела и голову существ, живущих сотни — тысячи лет, тому назад. Отдельные на сотни тысяч и даже миллионы лет, к примеру — в телах и инстинктах Аномалокариса (Anomalocaris), что в переводе означает «аномальная креветка», который обитал практически во всех морях кембрийского периода, был морским животным, родственником членистоногих. Наука полагает, что это был хищник, который питался морским существами с твёрдыми панцирями, даже трилобитами. Они имели глаза, которые были оснащены 30 000 линз и считались самыми развитыми в том периоде. Только представьте себе ощущения человека, вдруг попавшего в мозги такому монстру, да ещё с таким зрением.

Другие получали возможность открыть ненадолго двери к научным и иным знаниям хранилища их под именем Акаши, но их ещё нужно было расшифровать. Писаны они были не на русском и даже не японскими иероглифами, а на языке будущего и прошлого одновременно, универсальном языке, который мы забыли, или нас лишили этой памяти, кто знает? Для тех, кто был настойчив, иногда, все же делали исключение и, Менделеев видел таблицу, почти в том виде, что и сейчас видим её мы, более чем 100 лет спустя. А Константин Циолковский рисовал схемы использования «ракетных поездов».

Выйдя, ощупали себя ментально, как единое целое и поскольку общая цель была задана и теперь, уже в новом их состоянии, трансформирована слегка, сообразно правилам и законам этого мира, где свои устои и со своими самоварами и пряниками путь заказан. Здесь тоже были свои Добро и Зло, но все без того мусора, коим была полна жизнь дольнея, земная. Каждый, видел этот мир по-своему.

В тоже время, там соприкасались какие-то точки, плоскости и пересечения, живущих в том верхнем горним мире сущностей и, путешественников из разных миров.

Они вышли в ноосферу, возникшую согласно Владимиру Ивановичу Вернадскому, и Тейяру де Шардену через процесс так называемой цефализации — от роста объёма головного мозга к эволюционному ускоренному развитию нервной системы человека. Последовавший затем скачок — от инстинкта к мысли, и трансформации биосферы в ноосферу, создал некий общепланетарный Мозг, ответственный за дальнейшее развитие Земли. В этом живом эфире было тепло и уютно.

В голове возник образ движения плоских струй утреннего тумана над травяным полем, то накрывавших с головой, то в разрывах, плывущих медленно мимо по своим неведомым делам, Их услышали, почему так, он бы объяснить не мог, знал и все.

Ответной реакцией было недоумение, мало того, от них отвернулись, если не с обидой за глупый вопрос, то за грубую ошибку в формулировке его уж точно. Зато, пытались привлечь внимание некие серые сущности. По своему опыту и опыту других, трио знало, что контакт этот бесполезен и окончится только тем, что заинтересованный в получении информации путешественник попадал в сети полунамёков, полу понятных, ничего не дающих уму логизмов, а в итоге терял энергию и время. Это была многочисленная армия астральных вампиров, хитрых потребителей чужих эмоций, психики и сил, похожих на земных клещей или комаров.

Немо показалось, что где-то вдали он слышал голос своей рыжей спасительницы с фиолетовыми раскосыми глазами, но он ещё не научился правильно читать иероглифы предупреждения своего Эго (лат. ego — «я», та часть человеческой личности, которая осознаётся как «Я» и находится в контакте с окружающим миром) и решил, что то ему послышалось.

Уже принятое решение, тоже непонятным образом, они не совещались, не общались вообще никак, пришло и все. Так там все было в том мире, действие совершалось, если соответствовало Закону, или не совершалось вовсе, и никогда не возвращались силы, решавшие как быть, к данному вопросу. Ни обсуждений тебе, ни споров, ни призывов к совести или чему там ещё, ни исторических аналогий и обидных штампов, скукотища одним словом. Дорог и руководителей не наблюдалось, каждый отвечал за себя сам. По блату тоже ничего и никуда. Это был мир взрослых и для взрослых.

Так вот в самый тот момент, как временно созданная общность трио, решила возвращаться, ничего не уяснив из того вопроса, который их волновал, они столкнулась с тем, что неведомая сила отрезала им путь назад, в земное дольнее.

Их просто, переводя эти ощущения на доступный в нашем мире, язык — сплющило и раскатало в тончайший лист-треугольник с завернувшимся одним углом. Немо понял, увидел это со стороны, как тот 30 000 — линзовый Аномалокарис, что завернули именно его угол. Потом два других конца начали раскаляться докрасна и далее уже добела и загорелись. Только в детстве, в далёком Нижнем Новгороде, видел он однажды, как горел магний. Отец принёс его кусочек с работы, вместо игрушки и показал, как горит металл. Непонятно почему, но его угол накалился меньше других, и не горел.

Злая сила готовилась их уничтожить. Что это было, ни увидеть, ни понять единением своего сознания их раздавленная сущность не могла. Из доброго и тёплого, мир стал чёрным, холодным и плотным, как металлический пресс. Тело их сущности, как это ни парадоксально описывать, никаких изменений пока не претерпело, оно было аморфно, существовало в виде волнового образования, сгустка полей. Все давление шло в психоэмоциональной сфере, но как вы понимаете, легче от этого не было. Натиск черноты становился непереносимым, если бы все происходило в известных законах геологической Земли, кости всех троих уже давно бы вонзились осколками во внутренние органы и, пронзив лёгкие, вышли наружу, там, где оставался хотя бы малый размер, площадь с меньшей силой сжатия.

Почти потеряв веру во спасение, когда их единый силовой расплывчатый мутуализм, казалось, весь распался на отдельные тоненькие нити, состоящие, в свою очередь, из распадающихся горящих частиц, вспыхивающих пылинок, а объем этого клубка грозил и вовсе вот-вот исчезнуть, пришла помощь. Если они висели в некоей точке пространства ноосферы, то сверху, под углом в 250—260 градусов с Северо-Востока, издалека в их сторону ударил луч ослепительно белого света. Сначала, из-за окутавшей со всех сторон черноты, его не видели и только тогда, когда клочья давившего Нечто полетели в разные стороны, он стал различим и слепил, но не жёг, как могло показаться.

Кто или, что это было, троица, а она начала распадаться, так и не узнала. Их просто вышвырнули в Явь, чем-то недовольная Навь не потрудилась ничего объяснить, впрочем, как и всегда.

Первым пришедший в себя, Немо увидел следующую картину — на полу лежал, справа от него, вытянувшись в струну, без сознания, совершенно седой, высохший до состояния анорексичной барышни, Логунов Виталий. Одна рука его была по локоть покрыта почерневшей кожей, ногти были неестественно белыми, на практически чёрной ладони. Лицо искажено до неузнаваемости, если бы не то, что все трое были в комнате с камином одни, Немо мог бы принять его за незнакомого посетителя домика. Значит всё же досталось и телам.

Слева находилась, также без сознания Алёхова. Глаза её были открыты и совершенно белые. Немо, вначале даже подумал, что Раиса Михайловна, которой он симпатизировал, мертва. Половина волос на голове у неё выгорела, на лице и шее были множественные ожоговые пятна, наполненные жёлтой жидкостью, часть пузырей лопнула. Из уха, что было видно, тонюсенькой струйкой сочилась кровь. Она по-детски скрестила руки на груди, словно просила о пощаде, ноги в коленях были согнуты и подтянуты к животу. На джинсах, в районе левой голени было видно большое пятно крови, проступившее изнутри. Жилка на шее едва пульсировала, значит всё-таки, жива, подумал Саша и попытался встать, но ноги не слушались его.

Только с пятого раза, когда он, исполненный ярости к своей немощи, заорал по-звериному — матом, одна, а затем и другая начали, еле-еле шевелиться. Как, позже, ему скажет врач, если бы этого не произошло, он вполне мог остаться инвалидом и о ногах, движению на них, можно было бы забыть.

Стараясь не думать более о своих болячках, Немо добрался кое-как, до дивана, за которым, он помнил, была кнопка экстренной помощи и нашёл.

Через пару минут в комнату шариком, натурально вкатился Григорий Петрович с пистолетом Глок в руке, и двигающийся странным образом, лишь отдалённо, напоминавшим «качание маятника», скорее он выписывал восьмёрки, нелепо махая руками и вращая корпусом, словно артистка балета, выполняя сложные па из балета «Три толстяка», за куклу.

Следом, ещё через 7.38 прибыла группа поддержки, за что позже получила серьёзный нагоняй от спортсмена, тот знал про 10 минут консультанта диверсанта двадцатилетней давности.

Пока прибыла медицина, пока смогли вывести из бессознательного состояния сначала Логунова, а позже и Алёхову, дед ни на шаг не отходил от Немо, умоляя рассказать, как и кто, это сделал, и куда они делись. Немо обещал, что все расскажет, но потом.

А после укола, опять колют, вырубился, уснул. Подумал, правда, о том, что его пращур один на один со львом справился в том утреннем сне. А им вот в ХХI веке, да втроём помогли спастись, видать предки то, покрепче нашего были. Разборки этого ментального приключения, правда, без участия сторон, принявших в нём участие, продолжались ещё какое-то время.

Потом о нём никто и не вспомнил даже, и только дед рукопашник маялся от того, что так и не смог узнать, что же там случилось, на самом деле.

Несколько забегая вперёд, сообщу — Раиса Михайловна Алёхова, почти лишилась зрения. Получив инвалидность 3, а затем и 2-й группы, была через полгода списана подчистую, с должности старший специалист консультант, далее неразборчиво. Ей назначили небольшую пенсию, как получившую ранение при выполнении боевого задания по… Некоторое время её ещё приглашали иногда по старой памяти на особо странные и путаные дела, но через пару лет совсем забыли. До настоящего времени она, правда редко и всегда бесплатно помогает близким друзьям и знакомым, когда не может отказать. Ходит Рая с тех пор с палочкой, мышцы левой голени хоть и сшили в ведомственном госпитале, а потом ещё два раза оперировали в Бурденко, но нога слушалась плохо. Но мы ещё с ней встретимся в ходе дальнейшего исследования этой истории, случившейся в Москве в лето, года от рождества Христова две тысячи _____-таго.

Логунов Виталий Дмитриевич пострадал также очень серьёзно. Левую руку пришлось ампутировать по локоть, медики только цокали языками, кожа почернела, но была цела, а вот под ней было что-то странное, сплошь тёмная, отмирающая гниющая плоть. Он провалялся по госпиталям ещё почти полгода. Соответственно став инвалидом, потерял работу кстати, весьма прибыльную — тренера-консультанта по йоге. В конце то концов через год с небольшим, Виталий вернулся в свой Ашрам. В Индию, где его доброжелательно приняли, и пользовался он там безмерным уважением. Ценили его, как пострадавшего в извечной битве со змееподобными чудовищами — асурами, обитающими в воздушных сферах. Звали его в тех местах Раджастхана, как — Нармид (на смеси английского и хинди — однорукий гуру). В Москву он больше не вернётся никогда.

Немо досталось меньше всех, как установили дотошные медики, небольшой ожог верхних дыхательных путей, сердечко требуется хорошенько посмотреть. По-моему батенька, у Вас прогрессирующая пароксизмальная предсердная тахикардия. Надо полежать недельки три, подлечим, хочу предупредить, последствия могут быть самыми серьёзными. Тогда придётся на операцию, да уж извольте.

Через две недели его увезли из госпиталя, куда он попал вместе с двумя другими пострадавшими, под усиленной охраной в Москву, туда, куда он и хотел, в родной ГНИИТФ.

Под него создали, ввиду того что кадровая клетка была уже занята после ареста Е. Звездунова, должность третьего заместителя начальника управления. Название ей нашли нейтральное — по фундаментальным комплексным исследованиям. Если надо, то почему нет. Шутники, прознавшие об этом, сразу же окрестили её как — «О влиянии дождя на синергические эффекты и эмергентность двух и более физических величин», намекая на двойственность, или даже тройственность его положения.

Из ведомственной гостиницы, куда его временно поселили, на работу и обратно, его около месяца возили в сопровождении двух молодых людей, молчаливых и крепко сложенных. Чувствовал он себя неплохо.

Пока все вместе лежали в госпитале, ещё в середине августа — начале сентября, он каждый вечер, в промежутках, когда их не оперировали, не мучили лечебными процедурами, обходами, посещениями врачебных кабинетов, когда разрешали, навещал своих товарищей по несчастию.

В такие дни, как правило, это случалось после 17—18.00, он подолгу сидел, в палате у Раисы Михайловны. Они сблизились за эти тяжёлые дни и, каждый был рад видеть, он её, она его. Саша даже успел до выписки, погода стояла хорошая, покатать её на коляске по большому госпитальному парку пару раз, стараясь самому не хромать. Врачи требовали, чтобы на второй день она уже начинала помаленьку ходить и он между этими обязательными «хождениями за три моря» с удовольствием её возил, когда получалось.

Однако вскоре, их и так не частые встречи, прекратились. Его в первых числах сентября отправляли в Москву, Виталия, после операции, на реабилитацию в специализированный Центр в Лермонтове. Её после второй операции на глазах, в НИИ Глазных болезней РАМН, что на Россолимо 11, предупредили о том, что предстоит повторная на ноге уже в конце сентября, может чуть позже, как пойдёт, но уже в Главном военном клиническом госпитале имени Н. Н. Бурденко, что на улице Госпитальной.

Уже, будучи в Москве по её выписке и возвращении домой, при первой возможности он её нашёл. Раиса похудела, выглядела усталой, кое-где на глазах ещё не рассосалась кровь, отчего переживала чисто по-женски за то, как выглядит. Приходилось постоянно капать в оба глаза какие-то мудрёные капли-антибиотики. Его появлению обрадовалась почти по-детски.

Теперь, зная все это, результат, как не вспомнить того специалиста по дистанционному психозондированию объектов, старпера д'Озиметра, которого мы упомянули ранее в 17 главе этого повествования. Не стал он тогда подробно докладывать о том, что в ответ на запрос по известной, не раз опробованной методике, получил такой ментальный удар, что упал без чувств и долго не приходил в сознание, пока его не откачали другие работники, случайно заглянувшие в кабинет. Коллективный заход в астрал тогда привёл к схожему результату, правда, без травм. Постеснялся что ли тогда, предвидя игривое настроение присутствующих на том совещании?

В таких делах не бывает мелочей, каждая самая маленькая деталь не должна ускользнуть от внимания и тщательного анализа, если надо — коллективного обсуждения! Ибо из таких мелочей, рождаются привычки, затем уже правила, наставления, наконец, указы, за исполнением которых стоят жизни и здоровье тысяч и тысяч людей.

От автора:

Для меня примером такого подхода явились 2 редких случая, произошедших на моей памяти при учебном метании боевых гранат РГД-5. Бросали её обучаемые из положения — «В движении», на дальность около 30—35 метров. При этом, необходимо учитывать, что разлёт осколков у неё около 15—20 метров. Согласно Инструкции по технике безопасности, при проведении данных занятий необходимо при перемещении бойца навстречу взрыву, низко наклонить голову в стальном шлеме и прикрыть область сердца ствольной коробкой автомата. В первом офицер, проводивший занятия, акцентировал внимание солдат на этом моменте. При метании наступательной гранаты очередным обучаемым, после взрыва трубка с запалом, пролетев расстояние более 20 метров, ударила в окраину стального шлема воина. Он остался жив. К сожалению, другой схожий случай закончился плачевно. Таже трубка ударила в неприкрытую автоматом область сердца.

Глава 48. Нехорошая квартира №2

А вот если бы люди, в самом деле, летали, сколько птиц бы погубили, уничтожили? Да и авиация появилась бы гораздо позже

Используя те возможности, о которых я уже упоминал вначале этой истории, вернёмся на месяц назад, в самое начало августа. К тому моменту, когда обескураженная Настя покинула «поле боя».

Сначала, Анастасия подумала, что это похищение связано каким-то боком с делами дяди, она догадывалась, что тот ворочал миллионами, а может и поболее. Но то, что произошло, потом несколько её озадачило. Сначала этот мордобой, что Валерий Викторович учинил по её и спутника — Реактора освобождению. Да он был, несомненно, человеком спортивного телосложения, занимался, наверное, раньше когда-то спортом, даже какой-то разряд имел, но так драться, чтобы в одиночку легко расправится за 30 секунд с десятком бойцов? Даже она понимала, это только в китайских или японских фильмах герой ушу или карате один против ста, мог победить. А тут цирк какой-то, но она видела и слышала, какими сильными были удары, как гримаса боли на лицах напавших свидетельствовала, что это более чем серьёзно.

Потом они сели в такси и доехали до её квартиры, по словам дяди, ехать к Домбровскому сейчас было небезопасно, к тому же, насколько он понял из разговора с бонной, тот куда-то отъехал надолго. По дороге он как мог, успокоил её, сказал, что это, судя по всему, какие-то отморозки из бывших военных. Он разберётся, пусть девочка, ни о чем больше не беспокоится.

Реактор от неё никуда не денется, выйдет из милиции через час и позвонит, вот увидишь. Так за её вопросами и его ответами и добрались, наконец, до Академика Пилюгина 18. Ремонт, о котором дядя говорил, был уже закончен, несмотря на то, что прошло всего ничего — чуть более суток, и до срока его окончания, указанного Валерием Викторовичем, оставалось ещё почти неделя.

Это была вторая странность, что можно успеть сделать за день? В коридоре у лифта на её 6 этаже действительно стояли высоченные картонные коробки с остатками стройматериалов, каких-то панелей и пластиковых труб, которые ремонтники ещё не успели или уже не успели вынести и выбросить в большой контейнер во дворе.

Начнётся день и ровно в девять тридцать

В мой дом заходит Чёрный человек

он гасит свет и всем пора молиться

и долог день и нескончаем век.

Дрожит рука, один в пустой квартире

Он гастарбайтер, маленький узбек

Бьёт перфоратор, словно пули в тире

Передохни мой Чёрный человек!

Дверь, прежде деревянная, теперь была металлической с двумя новыми замками, ключи он ей, три экземпляра отдал (когда успел?). На этом мысли о чудесах ремонта испарились и незаметно и непонятно почему, она перестала совсем интересоваться этим временным парадоксом.

Квартира, стены, потолки, двери и зеркала, огромные, от пола до самого потолка, в коридоре, открывающейся дверкой шкафа, в прихожей — в пол стены, это все это было не её. Светильники, мебель разная и вся в тон, к месту, одним словом все было новое, вплоть до полотенец в ванной и душевой, туалета и даже биде, все было новое и самого высокого качества.

Но недаром, дядя Валера говорил ей о дизайнере, во всем был вкус, чувствовалась рука талантливого дизайнера и минимализатора. Вся квартира была отремонтирована и представлена в стиле Хай-тека. Преобладали белые, молочные, металлик и чёрные цвета, с неяркими оттенками. На потолке замысловатыми иероглифами из космического корабля нежно голубым, вперемежку с темно фиолетовым горели лампы в большой комнате. На потолке в прихожей бегали огоньки светодиодного освещения, похожие на пульт старинной ЭВМ. В спальной комнате по потолку перемещались волны света от вращающихся на ножках в разные стороны трёх восьмиламповых светильников.

Кожаная мебель, диван и два кресла в гостиной, строгие чёрного цвета, угловатые, контрастировали со светлой выгородкой из вертикальных металлических труб. Между ними полукруглых в основании горизонтальных, широких полок. В большой комнате на полу лежал длинноворсный ковёр или палас, разрисованный крупными квадратами коричневого цвета и мягкого кораллового.

На кухне, глаз не оторвать — изумительный красный стол на широких ножках и металлические сидушки с чёрной сеточкой на спинках. Впечатление было, что ты попал в какой-то НИИ ХХII века или приёмный покой хорошей клиники. Все было сделано здорово.

Ещё раз, поражённая тем, что все это сделано так прелестно, Настя с долей неясного беспокойства, поинтересовалась, а не превратиться ли карета ровно в полночь, в тыкву? Но дядя, смеясь, сказал, что так и будет, но только в том случае, если она выскочит за какого-нибудь принца не из нашего королевства. А что, до Реактора, то он ей верит — это замечательный субъект, как там у вас, у нынешней молодёжи — отпад, мажор!

Все вещи, чьей-то заботливой рукой были разложены по ящикам, коробам и коробкам. В шкафу с покрытием металлик, висело, о чудо, её новое уже самое любимое синее платье. На прикроватной тумбе, лежали подарок — часики и, в кофре, тот самый гарнитур, что она надевала в «Кронос Сити Холл» ещё вчера. Позабыв обо всем, Настя бросилась на шею к дядюшке чисто по-детски со словами благодарности, тот покружил её и, поставив на ковёр, сказал — Ну, ну заслужила.

Я сейчас отъеду по делам, никому не открывай, если что звони. Пока я не разобрался, в офис не приходи, сами без тебя пару дней управимся. Деньги, я оставил на кухне, они на полке у холодильника, кстати имей в виду, он умный, сам заказывает продукты. Персоналка — Apple MacBook подключён, на столике за перегородкой. Словом разбирайся, обживайся, пока. И поцеловав её в лоб ушёл, сказав, что Ровер ему пока ещё нужен.

Настя ещё раз обошла все закоулочки, укромные места, своей новой такой классной квартиры и начала, перед тем как опробовать ванную, вспомнив о Реакторе, названивать ему (номерами мобильников они обменялись ещё на митинге, после его победы в конкурсе). Победителям должны доставаться лучшие женщины, так он тогда сказал, она была не против.

А в третий раз ей грубый мужской голос ответил, что никакого Реактора или Роберта тут и рядом не стояло, и попросил больше не звонить.

Расстроенная, а до того полная планов на завтра, взяла себя в руки. А был вариант — может и сегодня, холодильник забит, полезла в ванную, решив, что он как истинный рыцарь, должен сам её найти и спасти от меланхолии, включила музыку в наушниках от маленького красненького плеера Sony и залезла в воду, пропитанную морской солью и запахом елового лапника. Столько всего необычного произошло с ней за последние сутки, все хотелось осмыслить и рассудить.

Но, как известно, сосуд, наполненный до краёв надо эпизодически полностью сливать, иначе жидкость, в нем находящаяся испортится, даже вино превращается в уксус. Так и нервная система организма, должна сбрасывать, переполняющие её гекалитры эмоций, разного рода возбуждений, иначе стресс и болезни. Именно потому за периодами подъёма и радости приходят к нам успокоенная заторможенность и сонливость, как говорят иногда дети — воздух весь вышел. В ванной вместе с музыкой песни Трофима к ней не вышел, но тихо вошёл Сомн. Он считался второстепенным божеством у римлян. Матерью его была богиня ночи Никс, а отцом её брат Эребус.

Сон её был, как и все в этой отремонтированной квартире странным, Ей снилось, что в квартиру при помощи отмычки вошли трое вооружённых людей, двое остались у двери к лифтам. Те, что вошли, вели себя по хозяйски, осмотрев квартиру, её они почему-то не заметили ни в ванной, ни потом, когда она вышла из ванной и присела, наблюдая за происходящим, на край кожаного дивана. Тот из них, видимо старший сказал — Опять ничего, куда эта баба смылась? Но в хате недавно кто-то был, вода ещё горячая, может её предупредили? Она поняла, что разговор идёт о ней, видимо в связи с той дракой, что была несколько часов тому назад недалеко от кафе, что рядом с Гоголевским бульваром. Где её родной дядя — «одним махом семерых побивахом» и проснулась от того, небольшого всплеска и прикосновения к телу провода от наушника, упавшего в воду из уха.

Как бы в продолжение сна на кухне, как ей показалось, кто-то жалобным монотонным голосом читал молитвы. Долго лежала не в силах побороть страх, наконец, вылезла из воды, боясь, что именно в этот момент пока она вытирается, тот чтец зайдёт в ванную. Надела халат, шёлковый, подарок Валерия Викторовича и, вышла, будь, что будет. На кухне никого и голос пропал. Несколько раз заходила и вновь выходила из ванной, пока не догадалась, что звук идёт из плитки с множественными мелкими отверстиями воздуховода вентиляционной шахты. Молился мужчина, потом Настя догадалась, это шла толи запись, толи передача по кабельному каналу TV, либо кто-то зашёл на сайт Интернета. Разобрать было ничего нельзя, кроме — Господи Иисус Христос, но язык был русский.

Ничего не имея против посещения церквей, она и молилась часто, но по-своему, своими словами, лишь изредка дома и по Молитвослову читала тексты канонические православные.

Этот же полушёпот, полу-шум, её раздражал, постепенно, ей начало казаться, что слышит она беспрерывный звук везде, по всей квартире, включила телевизор, но только стоило звуку в передаче умолкнуть или стать тише, он тут же возникал.

Она надела наушники и около часа бродила по сайтам Рунета и всемирной сети. Попыталась найти в «Одноклассниках» и «В Контакте» если ни страничку, то хоть что-нибудь о Реакторе, но ничего не обнаружила, ведь кроме имени — Роберт и странного имени-прозвища ничего о нем не знала. Ей стало муторно на душе, сняла наушники и вновь этот речитатив непрерывной молитвы — читки. Открыла окно в надежде, что шум машин с улицы заглушит этот, сводящий с ума мужской ровный, без эмоций голос, но он стал только громче, как ей показалось, шёл из окна сверху.

Было уже темно и давно за полночь, когда она решила идти спать с больной головой и в расстроенных чувствах, решив, что утром попросит дядю помочь найти Роберта, она уже не собиралась никому отдавать Реактора. Кроме того, ей пришла в голову мысль, что можно приехать на то место в тоже время, вдруг он тоже догадается, он у неё умный.

Спряталась под плотную, чистую простынь (дома было тепло), от этого непрерывного чтения молитв и уснула.

Но, буквально через двадцать минут, её разбудила непрерывная трель нового звонка, от входной двери. Приняв его спросонья, за трель мобильника, она долго нажимала на все кнопки, пока не догадалась.

Когда это произошло, Анастасия злая, подошла к двери и спросила, не открывая той, что у лифта, — «Кто там?». В ответ раздались десятки звуков-голосов причитаний женского многоголосья. Единственно, что точно удалось разобрать — «Господи спаси и сохрани», и о том же молили Царицу небесную. Вспомнив, что слева от двери закреплён домофон на стене в прихожей, включила камеру и обомлела.

От самой закрытой двери в их межквартирный холл, у лифтов, до самых дверей на лестницу и далее в темноте со свечами в руках стояли старухи и пожилые женщины в тёмной одежде и в чёрных платках на голове. Все были строги лицами и усердно молились, во главе монахиня, с горящими, безумными глазами фанатички размашисто осеняла крестным знамением дверь в квартиры. Зрелище в черно-белом видео было жутким, 30—40 человек в колышущемся тусклом свете, казалось, что их лица то хмурились, то дьявольски страшно улыбались, губы шевелились.

Отражение этой толпы в стекле окна на улицу, что было строго напротив, создавало иллюзию того бесконечного её продолжения, которое обескуражило бедную девушку. Шёпот молитв то разрастался до громкого, то прерывался песнопениями тягостными и жалобными, но подхваченные десятками голосов они угнетали и тревожили.

Они, наверное, ошиблись, подумала Настя сперва, со сна связав почему-то их приход с возможными неудобствами, которые причинил жильцам ремонт квартиры, стуки, визжание дрели и тому подобное. Потом, проснувшись окончательно, едва не бросилась со страха в свою крепость дом, захлопнув за собой дверь.

Из-за двери прозвучал властный призыв — «Во имя Господа нашего! Немедленно открывай блудница дверь, ради спасения души вечной. Порождение Сатаны! … именем Господа…»

Стало слышно, как в соседней квартире кто-то зашевелился и, наверное, прилип к глазку на своей двери.

Анастасия начала приходить в себя. В её дом припёрлись в час ночи какие-то сумасшедшие и требуют открыть дверь. Дурдом, да и только. Она открыла колпачок на железной двери, чтобы её лучше слышали, и сказала, что — «Это частная квартира, а не храм божий», и она просит всех — «Успокоиться, прекратить трезвонить в её дверь, и немедленно разойтись».

Уже послышалось шевеление в двух других соседских квартирах, дверь одной из них приоткрылась на щёлку, чтобы лучше слышать что происходит. Там тоже недоумевали, какой такой хрен — шизик, не даёт людям спать. И чего, он или они такого на грудь приняли, что так буянят, уж не «Русскую текилу» ли?

Поскольку от двери на неё, в адрес родителей, родственников, друзей, знакомых и знакомых друзей, посыпались проклятия и обещания гореть в аду, «…дщери диавола — устрашися, вострепещи, убойся, разлучися, потребися, бежи, падый с небесе, и с тобою вси лукавии дус…». Она просто догадалась и отключила на домофоне звук звонка, пошла спать.

Какое-то время старухи ещё стучали по двери.

Настя уже начала терять терпение, когда после всех песнопений и громкого на распев с повторением за монахиней построфно главной христианской молитвы — Отче наш, странная группа верующих не покинула подъезд. Пока задние спускались по лестнице, передние всё читали заунывными тоскливыми голосами, как — за упокой.

Молитва Господня

«Отче наш, Иже еси на небесах!

Да святится имя Твоё, да приидет царствие Твоё, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь, и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим, и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.

Яко Твоё есть царство, и сила, и слава Отца и Сына и Святаго Духа ныне и присно и во веки веков. Аминь»

Она видела в окно, как выйдя из дверей, они расходились в разные стороны, некоторые махали в сторону окон её дома маленькими кулачками.

Тут видимо, нужно дать, некоторые пояснения. Неподалёку от того места располагался на территории Воронцовского парка столицы маленький и уютный храм Живоначальной Троицы. По достоинству его считают украшением «Воронцово». Построен он был ещё в начале 19 века.

При входе в Храм, окрашенный в вертикальные бело-розовые полосы, стоял небольшой стенд с различной информацией, которая обновлялась каждую неделю. И вот на этом стенде появилась, сначала написанная от руки информация на одном листе, из которой становилось, далеко не сразу, но понятно, что день избавления близок, такого-то числа грядёт Армагедон, поскольку в столицу уже прибыл дьявол со своей дочерью, которую поселил по адресу, указанному в записке.

Пока разобрались, пока её сняли, новость расползлась среди верующих. Кто-то рассказал, что читал точно такую, в расположенном неподалёку Храме Святого Праведного Иоанна Кронштадтского.

Кто-то из прихожан подтвердил, что по этому адресу действительно живёт блудница из ночного греховного дома — казино (хотя к тому времени это был уже КРЦ). Сама собой, возникла в июле группа, особо экзальтированных верующих старух и пошло поехало, о дальнейшем не так уж трудно догадаться.

Там ещё наезды и расспросы органов добавили масла в огонь, бабульки все фиксировали. Записка, она же обращение появилась ещё раз, но уже в отпечатанном виде, большими буквами. Батюшке церковному сообщили, но было поздно, кого-то он смог убедить, а кого-то уже и нет.

С другой стороны, в спальном районе, ещё с мая появились различные секты и секточки приверженцев других культов, среди которых также пошли гулять слухи и записочки о скором восшествии на престол царя — царей Вельзевула и даже был адрес, той самой квартиры, где скоро должен появиться тот, кому они присягнули в верности. И этих тоже было не мало.

Самое парадоксальное то, что им предписывалось охранять Господина своего и место его пребывания, как местоположение будущих храмов Сатаны.

Между двумя противоборствующими силами — концессиями был налажен некий контакт через вечные споры с внуками и внучками, потому ещё более распалился народ по обе стороны. К чему это привело, мы уже знаем, остаётся добавить только одно — Настя об этом ровным счётом ничего не знала.

Эта дикая встреча ночью напугала и расстроила её, но оказалось, что это не последнее приключение этой длиной летней ночи.

Проснувшись в очередной раз от мучивших её кошмаров, она почувствовала ночной холод и встала, чтобы закрыть, выходившее на поликлинику, что напротив, окно. В тишине, наконец, больше не звучал этот голос, где-то рядом беспрерывно читающий молитвы. Она стала закрывать обе створки, как почувствовала, что кто-то на неё смотрит, повернула голову направо и в метре от себя увидела улыбающееся лицо молодого юноши закрепившегося рядом, и чуть выше на пожарной лестнице, между шестым и седьмым этажами.

От ужаса волосы её причёски — «Паж» стали похожи на шарик одуванчика. На неё, не моргая смотрели чёрные большие глаза цыгана. На тонкой длинной шее его висел на кожаном шнурке, продетом петлёй в золотом кольце маленький череп блеснувший серебром металла. В темноте ночи, слабо нарушаемой светом неоновых фонарей, на столбах высотой где-то до уровня 3 этажа, картина поверьте, была та ещё.

Страх парализовал так, что она замерла глядя в них, а потом, даже присела, тот запросто мог в один прыжок оказаться в её квартире. Ниже на лестнице был ещё один мужчина. Он как-то плотоядно улыбался. Дрожащими руками она закрыла окно, затем обошла всю квартиру, проверив все окна и двери, даже заглянула в глазок, легла и попыталась уснуть, до рассвета оставалось не более двух часов. Внизу звучали пьяные голоса, видимо это собрались готы на лавочке у самого подъезда, которые верили в потусторонний мир, и часто собирались здесь по ночам в последнее время.

Издевательски рядом с будкой-выгородкой консьержа, на стене, прямо над почтовыми ящиками жильцов, как бы паря над ними в темно-коричневой краске красовалась здоровенная, пятиугольная звезда красной краской по контуру, перевёрнутая остриём вниз.

Наконец, уже под самое утро она опять заснула, беспокойно ворочаясь, ей опять снились люди в её квартире и её опять искали повсюду и не могли найти. А она искала Реактора.

Между тем, пока она спала в той же самой квартире, произошло ещё одно неординарное событие. Усиленная оперативная группа ФСБ, вооружённая штатным оружием и несколькими специалистами со спецсредствами, неслышно проникла в квартиру, так что молодёжь, болтающаяся во дворе, ничего не заметила.

Отворив отмычкой дверь, в полной темноте, шаги в ботинках с мягкой резиной практически не слышно, обошли квартиру никого не обнаружив, доложили наверх. Старлей Лёха Прянишников, зам. командира штурмовой группы, заглянул в туалет, чтобы осмотреть пространство скрытое дверкой шкафчика на задней стене, где обычно установлены счётчики горячей и холодной воды и одновременно оборудован вытяжной воздуховод.

Уверенности, что он там что-то найдёт, было мало, но для очистки совести посмотреть не мешало. Когда он открыл дверцу и направил луч тактического фонарика на трубы подачи воды, в лицо по глазам в окулярах миниатюрного тепловизора, закреплённого на кевларовом шлеме, ударил встречный поток света. Причём он был столь ярок, что на минуту Лёха потерял зрение.

В глазах сияло Солнце ядерное. От неожиданности он отпрянул назад и с грохотом упал, стукнувшись всей массой тела в бронежилете о дверь, которую входя, только прикрыл. В результате, вывалился в коридор, наделав шуму и приведя в замешательство всю группу. Сколько потом он не объяснял командиру и другим бойцам, что произошло, никто не верил. Ребята, подкалывая, спрашивали — чего он там курил и где взял косячок?

Осмотрели тот вытяжной шкаф, понятное дело ничего не обнаружили, но один из приданных спецов, замерив трубы своим прибором, обнаружил на поверхности обоих размытые следы органики в виде детских отпечатков ладоней с длинными ногтями.

Он записал изображение на видео, но поскольку следы ни вверх, ни вниз, — никуда не вели, посчитал нецелесообразным сообщить об этом старшему. Но в своём рапорте уже утром указал. Команда, прибывшая в квартиру уже перед самым обедом, ничего не нашла. Чертовщина какая-то заметил спец, не выспавшийся и злой на самого себя. Что касается девицы, посчитали, что она по этому адресу не ночевала.

Теперь понятно, почему и два года спустя, после описываемых событий, жившая там семья совершенно других людей, перебравшихся наконец-то в столицу и купивших квартиру за немалые деньги, испытывала там некие неудобства. Надо ли говорить, что никакого Хай-тека там, и в помине не было. Зато где-то рядом молитвы читали, то ночью кто-то по коридору ходил, топал, а в глазок — никого.

А то и вообще странное — как-то зимой на замёрзшем, покрытом инеем стекле окна, что во двор, появилось изображение перевёрнутой звезды, это на 6 этаже. При том, что пожарных лестниц, ни на фасаде жилого дома, современной постройки, ни на внутренней его стороне, обращённой во двор, отродясь, никогда не было.

В общем нехорошая это была квартира, так и народ соседский решил. А живущий тремя этажами ниже, в том же третьем подъезде, бывший учитель русского языка и литературы Лев Давидович Бромбахер почему-то называл её — Нехорошая квартира №2, а почему не объяснил.

Глава 49. Новая жизнь Немо и встреча с женой

Когда критикует равный равного или великий, это поучительно и интересно. Когда то же самое, делает ничего, не достигший, это вызывает жалость и сожаление

Гостиница, куда поселили в первых числах сентября временно Немо, хотя его теперь все называли Серов или Александр Алексеевич, была трёхэтажным зданием и примыкала к забору одной из многочисленных московских парковых зон на Юго-Западе, в самой её глубине. Один подъезд к ней был со стороны ворот в заборе с калиткой и постом охраны внутри, другой был собственно грунтовой дорожкой проложенной от асфальта трёх десятков дорог, обустроенных ещё при советской власти, и изрядно поплохевших за то время, что её не стало.

В домике было всего три номера. В одном, жил теперь Серов, в другом Матвей, приставленный к нему денно и нощно офицер конторы, а третий пустовал.

Наконец-то получивший свободу Серов блаженствовал, у него была работа в институте, он мог вечерами прогуливаться по парку, Матвей дипломатично отставал, не мешал, не топтался вокруг перед глазами и тем понравился Саше, который к тому времени совсем поправился и всё увеличивал и увеличивал проходимые расстояния. Иногда такие гулянья заканчивались далеко за полночь.

Ещё у него была Раиса — «беспечная», как гласил «Словарь русских личных имён», великомученица, которая в тот момент, находилась в НИИ Глазных болезней, на очередном приёме-консультации в назначенный профессором Шелудько И. П. день, после двух операций на повреждённых глазах. И он немного нервничал, ждал её звонка. Как там, что скажет врач, лучший в Москве, да и во всей России, наверное — тоже, как ему стало известно специалист.

Встреча с бывшей женой, о которой он когда-то мечтал, ничего кроме разочарования не принесла. Она была замужем, был и ребёнок от первого брака у мужа, он уже совсем взрослый. После, — как ты? И встречных — а у тебя, и говорить стало не о чем. Для оформления документов на жилье, его попросили подписать у неё какие-то справки, она их подписала и он, распрощавшись, ушёл.

Встречались они на «нейтральной» почве, в кафе неподалёку от института и она заметила, что он пришёл не один, была все также хороша собой и беспечно воздушна. Этакий воздушный шарик, куда понесёт, то и ладно, лишь бы сильного ветра не было.

Судя по всему, жизнью своей нынешней семейной она была довольна, Саша был для неё как понедельник или вторник, что на неделе, прошёл себе, и прошёл. Он тоже с некоторым непониманием прислушался к себе, что такого он в ней находил, кукла она и есть, разве что известный мужской эгоизм — моя лучше всех.

Совсем другой была Раисия, Раисья, с ней даже молчалось иначе. К тому, у него видимо не реализованное чувство отцовства, вылилось в заботу и внимание к пострадавшей в той их безумной охоте на силу, превосходящую не только их, но и целую армию полицейских ОМОНов и или войсковых частей, а то и вообще весь потенциал государственных инструментов подавления. Правда, в разговорах, оба избегали этой темы, он, чтобы лишний раз не напомнить ей об увечьях, а она, понимая эту его интеллигентскую тактичность, чтобы не вводить его в состояние неловкости.

На работе к возвращению Серова отнеслись по-разному. Большинство подчинённых его помнили, потому что ещё работали под его началом. А другая часть, потому что была наслышана о талантах шизика. Смотри, дескать, будешь так напрягаться и ты в дурку попадёшь, как Серов! Но притёрлось, поскольку вмешалась её величество Академия, оттуда даже приезжал «випран» (вице президент РАН), разбираться, правда, по другим вопросам, но поинтересовался в том числе, а почему раньше не включили в перечень перспективных работ и фундаментальных исследований по темам ФТН РАН работы А.А.Серова, под них он пообещал дополнительные субсидии.

Также способствовало возвращению его реноме (от франц. renommee) то, что секретарша Лидочка под большим секретом сообщила, что холостяком Серовым интересовался у Мирона (так между собой величали нового Директора) сам Верлихов. Все понимали, скоро из замов он перейдёт в ранг начальника управления, а это уже небожители, от зарплаты и машины, до дачи и путёвок в Сочи, ессно за счёт заведения! А может вообще уйдёт в НИЦ «Курчатовский институт» или Институт прикладной физики РАН (Нижний Новгород).

Одним словом там налаживалось, из старых друзей (нач. 57 отдела уволился — псж), правда, остался только Женя Ступицын, которого он тут же, с небольшим «кадровым скрипом», забрал к себе и теперь засиживался с ним в лаборатории допоздна. На вздохи, причём не шуточные последнего о том, что ему-то хорошо, у него жены и малых деток нет, а его скоро из дома выгонят. Евгений слышал в ответ, что вот намедни, не позже четверга получат они Звезды Героев России за открытия Блюменталь-Борзона, и его простят и вернут в семью, и полюбят пуще прежнего.

После того как Немо несколько раз подвозил его на машине, а Евгений по секрету рассказал жене и тёще, что она с охранником. Намекал, дескать, и я тоже того… Действительно приметил, что в домашнем рационе чаще стали подаваться на стол вареники с вишней и с картошкой, которые он так любил. Видимо женское тщеславие было не чуждо Валентине Митрофановне тоже.

Начальство, то есть Мирон Станиславович, возглавивший институт не так давно, чуть более года назад, отнёсся к появлению Серова, как и ко всем прибывшим после него, очень даже положительно. Всех, кто был до него, считая либо соучастниками тех безобразий, о которых было все подробно указано в Акте приёмной комиссии, при его назначении, а до того в материалах Счётной палаты, секретных, с которыми его под роспись, ознакомили.

Другую часть, тех старых сотрудников он считал, впрочем, не без оснований, молчаливыми пособниками тех, кто разбазарил средства, выделенные от работяг — на науку. Он всего в этой жизни добился сам, своей головой, и уважал это в других.

Ввиду имевшего место быть ажиотажа вокруг Серова, несколько вечеров и ночей разбирался с его отчётами и материалами и признаться был поражён мощью его интеллекта, даже не ожидал. После того, не раз повторял, что институт ещё будет, гордится тем, что Александр Алексеевич у них когда-то работал, именно так, а не штаны просиживал.

Так, что думаю, будет понятно, что все условия для плодотворного труда одного из главных зачинателей по сути всей этой истории теперь были созданы. Истории с её происшествиями в казино, отрезанными головами, иностранными шпионами, кражами в особо крупном размере, наконец, происшествию, где могло пострадать Второе-первое лицо государства, преступлениями с гибелью и тяжкими увечьями людей, до конца не ясной и разрешённой. В ней ещё предстояло разбираться и разбираться, но сначала найти основных фигурантов. Это был вопрос не только престижа, но проверки на профпригодность.

Поскольку более месяца нигде, ни в Москве, с её мощной информационно-поисковой, довольно прилично автоматизированной системой правоохранительных и иных органов, ни в других городах России, зафиксировать появление Арсата и Неизвестного/Баалу не удалось, об Анастасии отдельный разговор, охрану с Немо сняли. Это произошло не сразу, сначала исчез один из закреплённых сотрудников, затем второй начал уходить после прибытия с работы, и появлялся только к утру, перед самой отправкой на неё Серова. Затем остался один водитель, а потом в начале октября и машина с ним — ушли что называется.

Это особых неудобств не доставило. Зная, о нелёгкой судьбе своего подчинённого от заместителя по управлению персоналом и, по секрету, от режимщика Института о некоторых фактах биографии подчинённого. О том, что кроме 5-летнего пребывания в психиатрической лечебнице, на жизнь Серова дважды покушались агенты иностранных спецслужб, и он был недавно ранен, директор выделил в его полное распоряжение разъездную Тойоту с водителем, на срок — 3 месяца, с возможностью последующего продления ещё на три.

Несмотря на привычную, для него по той прошлой, до больницы жизни, работать и вечером и в выходные, Немо все же выкраивал время, чтобы навещать Раю. Приносил то тортик, то коробку конфет, а то и малюсенькую баночку икры и они сидели у неё на кухне и чаёвничали.

Время шло, уже была третья декада октября. Получив неожиданно на руки, громадную сумму, причитающуюся ему за все время пребывания в «шизах», не зная, но догадываясь о её стеснённых обстоятельствах, взял в «охапку» и устроил день покупок. Она всячески сопротивлялась, но под напором и нежной заботой не устояла. Накупили полно всего из одежды, часы с крупным циферблатом, зимнюю куртку, джинсы, свитер с оленями, сумку, зимние кроссовки и угги.

Под конец он уже разошёлся и купил ей, почувствовав себя настоящим Рокофеллером, дорогущую шубу из стриженого бобра и к ней шапку и варежки. Ах, до чего же она была мягка и приятна на ощупь, ласкала руку и взгляд.

Раиса постоянно носила тёмные очки, а под ними линзы, но видела все равно, после операций на обоих глазах очень плохо. Между тем, продавщица все нахваливала и нахваливала и звала к зеркалу. Тогда он, сказав — Как же ты в ней хороша! Вдруг сгрёб её сжавшуюся всю и принялся целовать в лоб, щеки, потом в губы, невзирая на продавщицу. Та была и вовсе привычна к выражениям столь бурной радости, понятное дело, здесь не картошку из Белоруссии покупали — Шубы.

Чего она, по молодости, не поняла, так это того, почему начал он, а не она и что в принципе непривычно — они оба потом навзрыд горько плакали, но потом правда уже опять улыбались. Покинули магазин, и сразу же он отвёз её к себе, в гостиницу. Водитель помогал нести все пакеты до самых дверей номера, но на сей раз не вошёл туда первым, как делал до этого. Утром, когда она его разбудила, он впервые в жизни не хотел идти на работу. С тех, самых пор жили они с Раей вместе.

Так прошли эти больше чем два месяца, с того рокового дня, о котором он теперь думал в несколько ином ракурсе, а именно в осознании того, что тогда запросто мог её потерять, теперь даже и представить себе не мог, как жил раньше без Раи. Вот-вот он, наконец, получит свою квартиру, ей уже сделали вторую операцию на ноге в Бурденко, к тому времени, когда у него будет свой угол, они поженятся, а там дай бог и дети. Об этом он хотел, но боялся спросить, чтобы не ранить ненароком, но где-то там, в далёком, так называемом тёмном теле головного мозга, самом древнем, мечтал.

У неё была дочь, уже взрослая, замужем за нефтяником из Нигерии, учившимся когда-то в Москве. Сердцу не прикажешь, укатила её единственная Нина, Нинуля, вслед за своим охламоном в Африку навстречу ли, или к расставанию с бабьим счастьем. И практически ни звонка, не считая двух по Скайпу и фото внуков оттуда. Ни хотя бы письма по старинке. Туда звонить пыталась, — абонент вне зоны доступа.

Ребят просила разузнать, рассказали — живут в небольшом городе Sokoto, почти на границе с Нигером. Она потом долго на карте искала, еле нашла. В неплохом доме, за высоким забором, рядом с рекой и каким-то нефтеперерабатывающим или ещё каким заводом, детей трое. Телефон, деньги, гостинцы кое-какие передали. Привезли новые фото внуков и внучки. Одеты вроде неплохо, малыши чёрненькие крепыши, а девочка самая маленькая светлее.

Слушая бодрый рассказ товарища, вернувшегося из загранкомандировки, она это почувствовала, её жалели. Как дочку упустила, а как удержать, что силой? Ещё она знала, что там неспокойно, мусульмане враждуют с христианами. После того, что случилось, когда делали первую операцию на ноге, полковник, руководитель их ВРГ (временной рабочей группы) Виктор Сидякин ей хмуро так передал, дочь сообщила — прилететь не сможет, сама приболела. Он договорился, и её готовы были привезти бесплатно.

Психосфера дочери с самого рождения была для Раи закрыта, тут её способности не работали, почему она не знала.

Муж её родная кровиночка Иванушка, кадровый офицер разведки, майор, погиб, был зверски замучен в некой азиатской стране. Ей, конечно, ничего этого не сказали, так это в порядке вещей, уведомили, что геройски погиб, даже какую-то липовую справку о смерти выдали, а вот, как и где именно, не сообщили. Он свободно владел тремя языками, но это ровным счётом ничего не значило. Не увидела она и его тела, хотя Служба делала для этого все возможное. Ей назначили неплохую пенсию и вручили орден за мужа, он так и назывался — за «Мужество», но этим его не вернёшь.

Сидеть дома с малой дочкой она не смогла, выть и бросаться на стену устала. Товарищ мужа по службе, но ей до того совершенно не известный, когда вернулся из командировки и зашёл навестить, узнать, как живёт, на вопрос как все случилось, только отводил глаза. Да пару раз произнёс — «Если бы не он…».

Другие, незнакомые ей люди, позаботились. Пристроили её на работу в учебном подразделении, там-то впервые и проявились её способности, благодаря которым она уже и попала в контрразведку. Видимо где-то тогда дочку и упустила.

Но об этой, стороне своей жизни — экстрасенсорике, кто и как её этому научил, никогда и никому не рассказывала, ни руководству, ни Серову, у каждого должен быть свой шкаф со скелетами в нем, а лучше маленькой косточкой, которую по началу, и не разглядишь. Если верно выражение, что в каждой женщине должна быть тайна, то у Раи от Серова она была единственной, а в принципе она до Саши уже как-то и не верила в то, что сможет кого-нибудь после гибели мужа ещё полюбить. А вот нате Вам, о ребёнке она тоже мечтала, и хотела его с той самой их первой ночи. Утром, после которой он предложил ей отмечать этот день каждый год, семейным праздником — Днём Шубы.

К тому времени, Алёхову Раису Михайловну ещё не уволили, она находилась в отпуске по болезни, полученной в результате тяжёлой военной травмы, приведшей к утрате трудоспособности и инвалидности. Но Рая прекрасно понимала, что скоро это случиться, так рвалась последняя нить, связывающая её с той прежней жизнью.

У неё появилось свободное время, и она наряду с чисто женскими делами: готовкой, уборкой, стиркой, глажкой, ходьбой по магазинам и докторам стала больше читать и гулять по парку. Ещё стала настоящим юзером в делах компьютерных и увлеклась по-настоящему фотографией. Саша, иногда она тоже звала его Немо, купил ей полу — профессиональную Canon. Её даже пару-тройку раз опубликовали в дорогих журналах и на известных сайтах.

Несмотря ни на что, им обоим достался тот самый главный приз, о котором говорил златокудрый Зевс в 37 главе этой истории: Третьей, самой прекрасной паре, я подарил — Любовь. А что на Земле и на небе тоже, так редко встречается и столь дорого ценится, и что не купить ни за какие деньги, не получить с богатством в наследство.

Тогда прозреем и мы и воздадим хвалу Всевышнему.

Ах, как бы знать, судьбы предназначенье

Навстречу нам спешащих дней и лет,

Случайных встреч и, лиц чужих вращенье,

Их, наша память не оставит след.

Подчас столкнёт судьба, как бы в ошибку

В скольженье дней, чтоб разбежались вновь,

Двух близких душ, открытую улыбку,

Не верьте ей, а вдруг это любовь.

Глава 50. Дебит с кредитом и Анастасия

Пассажир скорого поезда проезжающего мимо глухой деревеньки подумал — Вот бы хорошо там пожить месяц другой. А местный житель мечтал уехать на этом поезде навсегда. У каждого своё.

После выволочки, полученной в кабинете руководителя Службы, на второй день, после той истории с попыткой задержания Анастасии Вырубовой и до того — стрельбы в БКЗ, случилось немало интересных событий как успешных, с точки зрения правоохранительных органов, так и не очень. Начнём с плохих.

Прежде всего, указанная троица, за которой уже числилась гибель людей, похищения и возможно участие в шпионаже, уже в который раз привычно исчезла. Ни намёка, ни следа с самого конца июля.

А уже шёл октябрь, правда, ещё было не так чтобы тепло, но и не совсем, чтобы холодно. Погода в последние десятилетия странным образом менялась и не только в Москве. Но зато на них имелись фото, не совсем хорошего качества видео, отпечатки пальцев и даже, включая и Арсата зафиксированные запахи. Этому научились у немцев ГДР, те имели картотеку запахов на все взрослое население форпоста лагеря социализма.

Бесследно исчезли: менеджер магазина «Petter Haherns», что на Пушкинской — Руслан Нагиев и продавщица Жанна. Исчезновение старухи из БКЗ отметили, но с данным делом не увязали. В отношении пропажи продавщицы, были серьёзные обоснования подозревать виновным в её исчезновении лейтенанта милиции участкового некоего Макара Петровича Шишина. Он же оказался через невесту связан с Профилакторием «Красная гора». Но кроме подозрений, прямых улик на него не было, пока…

Были обнаружены трупы Домбровского и его водителя, которые, многое могли бы рассказать. Оба были отравлены сильнодействующим ядом иностранного производства. Хотя обыск в квартире, и так дал много интересного. Чего только стоило оборудование и сейф. Куда-то исчезла домохозяйка Домбровского, некая Алевтина Игоревна Козлова, главная подозреваемая, розыск её к тому времени результата не дал.

Причину, выяснят почти 3 года спустя в академии МВД, при отработке в ходе учебного процесса курсантами-слушателями копий дел — «висяков» один из толковых слушателей, пацан — по сути, догадался поискать связь самоубийства старухи Штоколовой Е. Ю. в кафе на Сивцев Вражек с другими делами того же периода времени. Раньше этого не сделали только потому, что дело о двойном убийстве в доме 10а по Гоголевскому бульвару сразу же завело ФСБ, а в сводке МВД был указан возраст самоубийцы, на 12 лет старше Бонны и ни слова о яде. На фото «старуха» также совсем не походила на разыскиваемую бонну. Ушлый курсант 3 курса, был не в курсе этих деталей и предложил сделать запрос в соседнее ведомство.

Только в интересах учебного процесса руководство поддержало. После запроса, где была указана форма (отравление) сведения счетов с жизнью, «кубик Рубика» наконец сложился правильно по кафедрам обоих силовых структур.

Ушёл и, несмотря на все усилия, не могли пока его достать, Илья Сергеевич Подоварев, интересная личность тоже видимо из окружения троицы.

Но зато появилась новая фигура этой партии, тоже пребывающая за границей предшественник Домбровского, как удалось выяснить, не только по дому на Гоголевском, но и работе в различных организациях и фондах активно, финансируемых различными спецслужбами ЕС и США. Арсений Петрович Заболотнев, проживающий ныне в Лондоне, как удалось выяснить, выступал в роли одного из прямых помощников таких кукловодов, если не главного режиссёра и дирижёра триллера под названием — «Психологическая война против России» Збигнева Бжезинского. Любил этот политический долгожитель повторять один из главных постулатов великого китайского мыслителя, философа и военного стратега Лао Дзы (Дао де Цзин, VI—V века до н. э.), позже повторенный независимо от него знаменитым итальянцем Никколо Макиавелли (XVI век н.э.) — «Вершина военного искусства — победа без применения оружия». Они же, эти фонды субсидировали создание внутренней оппозиции, а вообще-то попросту говоря, пятой колоны в нашей стране.

Были и ещё кое-какие крупные подвижки. Благодаря особо ценной информации, которую дал, задержанный Семенов, его вследствие активного содействия следствию, по соглашению со стороной защиты и, принимая во внимание состояние здоровья, после бандитских пыток и 4-х дневной и 5-ти ночной эпопеи в подземелье, а также по ходатайству РПЦ от уголовной ответственности освободили. Православной Церкви вернули целый ряд, казалось навсегда утраченных ценных артефактов и предметов церковного обихода.

Но мы знаем о том, что панагирию ССС не вернул, считая её своей спасительницей и защитницей от всякой разной чертовщины, с которой столкнулся. Оставим это его решение на суд читателя, ибо у каждого своё. Не сразу, но постепенно к середине октября «300 грамм», наконец, вставил себе последние, выбитые на складе зубы, чему был несказанно рад.

Теперь он мог смело улыбаться и есть, а это для мужчины его темперамента немаловажно. Рыжую бороду он стал брить короче, а белые как снег волосы, стесняясь, остриг почти что наголо, отчего стал походить на бравого морского волка и ещё более на пирата из мультяшного фильма про Айболита.

Всего, было выявлено и профилактировано, более трёх сотен человек и, среди них несколько известных всей стране фамилий (по части продажи мебели, строительства дорог, олимпийских объектов и т.п.), членов разгромленной тайной секты Храмовников и ещё более полутора тысяч оболваненных активистов, не знавших, во что они влипли.

Правда, посадили немногих, уж очень сильный вой подняла западная демократия, и соответственно наши (доморощенные ли?) либералы. Вопли о зверствах тоталитарной власти, преследованиях инакомыслящих, с требованием проведения досрочных выборов президента и парламента неслись со всех «независимых» СМИ. Но как оказалось фондируемых из того же списка Витольда. Опять пугали кризисом, санкциями, волатильностью рубля, падением всего и вся, тут же прямо по Остапу Ибрагимовичу Бендеру заговорчески утверждали — Запад, нам поможет!

Остальным храмовникам направили/выдали письменное предупреждение.

Как всегда помогло, откуда не ждали. В Люберцах, по сигналу двух работяг, сначала заинтересовались неким подозрительным хозяином Профилактория «Красная гора», что на ул. 8 марта, а потом догадались по фото, что это один из троицы, называющий себя «Арсатом». Когда же, последнего стали искать, и разбираться, что за семинары он тут организовывает. То выявили ещё одну сеть адептов Вельзевула, всплыли некоторые, далеко не все подробности проведения чёрных ритуалов — месс. Тут уже почти все кричали — Ату его, ату!

В обоих списках полетели головы, где в открытую, где под каким-нибудь благовидным предлогом. Пресса и народ судачили, почто двух «губов» (губернаторов), четырёх сити-менеджеров крупных областных центров срочно сместили с должностей, и прочая, прочая. Пришлось администрации главы государства неуклюже оправдываться, используя стандарты (переход на другую работу, состояние здоровья, дети и т.п.).

Ордена и медали за храмовников и вампиров дали через 9 месяцев — хорошо ещё так родили. Один из участников, представленный к присвоению внеочередного воинского звания — майор, получил погоны, на 2 месяца позже очередников. Участвующие — непосредственно получили ордена «св. Ебукентия» III степени и «св. великомученика Сутулова» II-й, а также медали — «Годовщина стояния на Калке». Не участвующие получили кресты (Святого Георгия) III и IV степени, ордена — За заслуги… и Мужества, медали, и денежные поощрения в сумме 1 млн. руб. Те, кого хотели уволить за серьёзные промахи, ушли сами, опять же как водится с формулировкой уволен по — псж (по собственному желанию)!

Собственно говоря, в эти три месяца хорошо поработала и временная рабочая группа во главе с уже известным нам Виктором Николаевичем Сидякиным. Полковник был человеком опытным, изучил сам досконально все материалы по делу «Титан», так теперь оно именовалось, в связи с событиями в «Кронос Сити Холл» (Кронос в др. греческой мифологии Титан, младший сын первого бога Урана неба и богини Геи). Некоторое время спустя его выделили в «Титан-Сущность», но месяца через полтора, как и предвидел генерал, разобрались и передали для дальнейшей разработки, в части касающейся все материалы в УЗОР, откуда оно и вышло.

По Управлению «К» ГУ по МиМО и подразделений службы также в части касающейся направили необходимые выжимки, своеобразный дайджест для учёта в работе.

Так вот, вполне осознав бесполезность, пока, во всяком случае, всех попыток, не то что задержать, но даже просто установить место пребывания той троицы: Незнакомца, Арсата и Анастасии Вырубовой было решено рубить под корень. То есть сосредоточиться на их окружении, дабы попытаться усложнить выполнение грязной работы троицы. Разрушать, сразу без промедления, когда только начинали создаваться такие ступени, конгломераты, тем более что отложения были.

Генерал согласился. Поговаривали, что он скоро уйдёт, но куда? Никто и не догадывался.

Вот так все славно и катилось, наподобие тому редкому и уже не совсем тёплому солнцу, хотя по нынешним меркам осень в октябре была ещё вполне себе ничего.

Как тут, спустя два месяца, после гибели спецов из ОСН «Вымпел», традиционно уже для этой истории — ниоткуда появилась Анастасия. Барышня утверждала, что да действительно отсутствовала, но она отпросилась у шефа в отпуск по семейным обстоятельствам, на две недели ездила к матери во Владивосток, но вынуждена была остаться ещё на три месяца, ввиду болезни и последующей смерти матери. Кроме неё, за той ухаживать было некому. Она даже показала корешки двух телеграмм, отправленных в июле и сентябре, поясняющих суть проблемы. Только вчера она прилетела и пришла узнать, примут ли её опять на работу в родное… КРЦ?

У тогдашнего шефа — менеджера по художественной постановочной работе казино Лядурова Леонида Марковича, выяснить ничего не удалось, так как его через неделю после того побоища уволили и сразу найти не смогли, говорили, что укатил куда-то в Новую Зеландию. Заявления на отпуск также не нашли, в бумагах бывшего казино кадровой службы нового заведения был полный бардак, хотя вся танцевальная группа и стриптизёрш, осталась почти в полном составе.

Из её разговора с кадровиком — начальником службы персонала КРЦ и девичьих охов, ахов с соратницами по профессии выяснилось, что ни о каком происшествии с мордобоем в казино, ни сном, ни духом Вырубова не ведает. В «Кронос Сити Холл» никогда не была, но о покушении на Пружина, конечно же, слышала и смотрела, а чего-то другого, сколь-нибудь примечательного с нею за это время, не происходило. А в том, что она иногда подвозит на машине своих клиентов, нет ничего плохого, все так делают, и зачем понятно.

Был, правда, один фокус-покус о котором она молчала. Кто-то оставил в её квартире с десяток пакетов с новыми дорогими шмотками, но она решила, что это расстарался, пока она отсутствовала, кто-то из старых или новых почитателей её талантов. А завести их на квартиру, которую она снимала, и оплаченную на полгода вперёд, мог кто-то из своих, один экземпляр ключей от её квартиры, как и всех других «дансгерл» и «хостес», работающих в казино хранился в металлическом ящичке у охраны, мало ли. Поскольку другие её вещи были на месте, как и Ровер на стоянке перед домом (но кто-то на нём покатался, судя по спидометру), другого объяснения тому она не нашла. Потому и не сказала об этом никому, в надежде, что все само собой рано, или поздно выяснится.

Отсюда, даже появилось предположение, что действительно все это время с конца мая и по конец июля в составе Троицы (так все чаще стали их называть, ибо и в самом деле было нечто мистическое) действовала другая, внешне очень на неё похожая девушка. Но что делать с отпечатками её пальцев в бутике «Petter Haherns» и в БКЗ?! Этому предположению с другой стороны, способствовал тот факт, что волосы у этой Анастасии №1, были такой длины, что за два месяца, так отрасти бы, не успели (сравнили на фото в БКЗ и в Домодедово, по прилёту).

Запрос во Владивосток также сработал на эту гипотезу-версию. Кратко — была, прилетела (каким рейсом установить не удалось), мать действительно болела и неделю тому, как умерла, вылетала, фото с камеры в аэропорту Артёма (Кневичи).

Немало было и других несуразиц — ни с одного столичного аэропорта в указанные сроки гражданка Вырубова А. Ф. не вылетала (возможно, под другими ФИО, или из другого города). В Москве телефон №8915-495-ХХ-ХХ был заблокирован, во Владивостоке он же работал, что было, по мнению технарей из упр. «К» просто невозможно, чертовщина какая-то. Все чин чинарем и ещё более осложнило работу, налицо были факты взаимоисключающие.

Два человека — девушки с одинаковыми личными данными, абсолютно похожие друг на друга, в одно и, тоже время, находились за тысячи километров друг от друга и тому были подтверждения.

Её, решили пока не трогать, но попробовать разговорить, может быть всплывут какие-то детали. Закатили вечеринку, для тех, кто не на смене, куда зазвали, под каким-то предлогом и её, восстановленную на работе.

Остаётся добавить, ещё кое-что о её новом парне Реакторе, прежде чем мы перейдём к описанию основных событий той славной вечеринки, куда была приглашена Настя.

Реактор, пробывший в следственном изоляторе, больше недели, его серьёзно трясли, думая, что как-то связан с тем гадом, что убил троих ребят из «Вымпела» и ещё троих покалечил. Но ничего так и не добившись, отпустили под подписку о невыезде. За ним также установили круглосуточное наблюдение и телефон на прослушку, но спустя две недели остался лишь телефон, позже сняли с контроля и телефон и самого Роберта.

Несколько дней спустя с того памятного дня он звонил. Потом приезжал на Сивцев Вражек, на Гоголевский, исходил вдоль и поперёк все Новые Черёмушки (она обмолвилась, что живёт в том районе). Однажды был в той самой церкви — Храме Живоначальной Троицы.

С 30 августа, когда к началу нового учебного года, его первого семестра собрали всех и поступивших абитуриентов и студентов Универа, также тщетно пытался её найти. Ну не было там его девушки Анастасии, решил, что может она, учится в каком-нибудь из многочисленных филиалов, потратил ещё месяц в поисках её в переписке по Рунету. Один, из художников продавших ей свою картину согласился, раз такое дело, нарисовать по памяти её портрет, но все напрасно, она как в воду канула, нехорошие мысли он гнал прочь. Потом достали учёба и работа, как и большинство старшекурсников, он подрабатывал частными уроками французского и английского для лоботрясов школьников, и ему стало не до розысков, во всяком случае, их месяца на три пришлось отложить. Но вспоминал он эту феерическую девушку часто, пару раз бросаясь вслед очередной незнакомке, со спины, да ещё и в верхней одежде они казались ему той Настей, сногсшибательной красавицей, которую Роберт впервые увидел в БКЗ на концерте.

Как всегда бывает, уже потеряв всякую надежду, он случайно увидел её на перекрёстке, собираясь переходить улицу — на зелёный свет. Прямо перед ним затормозила роскошная машина Range Roverе за рулём — его Настя. Он бросился к джипу, постучал в стекло, но она только чуть приоткрыла окно и непонимающими глазами смотрела на него.

Этот странный парень нёс какую-то ахинею о том, что они знакомы, но странное дело называл её имя, если бы это было так, она бы конечно помнила. Высокий, крепкого телосложения, молодой в отличие от большинства её ухажёров которых, кстати, было и не так уж и много, она никогда не позволяла себе пуститься во все тяжкие, помня о судьбе матери, да такого самца разве забудешь. Но она торопилась в Салон, к своей парикмахерше и педикюрше и потому не найдя что сказать, закрыла окно и уехала, лихо газанув с места. Он обескураженно проводил её взглядом.

Потом ещё долго разыскивал её по номеру машины, для того чтобы выяснить — почему она не хочет с ним общаться, забыла, не похоже. Через отца одного из своих постоянных учеников, взамен полутора часовой зубрёжки, получившего возможность погонять в Assassin’s Creed Chronicles: Russia, который был шофёром у какого-то нехилого бандита, узнал все — и фамилию с отчеством, и адрес, где живёт, и место работы, а также то, что девица работала раньше в казино. Сейчас продолжает в том же духе — фактически стриптизёрша и никогда не училась в Инязе (из копии личного дела КРЦ). Он подкараулил её при входе в Бакката, но она опять торопилась, и разговора не получилось.

В третий раз они встретились, уже в культурно-развлекательном центре, куда он решил пойти, собрав всю наличность и для верности ещё и заняв 20 «кило» у друзей, с тем, что если и на этот раз она его отошьёт, больше не бегать за странной красоткой. Сидя за барной стойкой он, дождался, пока она освободится и, жестом попросил подойти.

Через пять минут уже одетая, она подошла и села рядом на свободный пластиковый стул от Stefano Giovannoni, заинтригованная настойчивостью этого типа что, судя по всему, таким нетривиальным образом хочет с ней познакомиться. Её, понятное дело, удивил его рассказ о Плешке, картинах, что она зачем-то купила на Гоголевском бульваре и произошедшем потом нападении и счастливом вмешательстве смуглого мужчины, видимо её дяди.

Не менее неё, он поверил, что его не обманывают, он удивился тому, что узнал от Анастасии. «Первое, никакого дяди у неё нет, была мать, но недавно скончалась. Второе, его она не знает, до той встречи на перекрёстке». «Отсюда вытекает, что в драках она не участвовала, картин не покупала сроду. И наконец, в-третьих, она не против их знакомства, но ей уже пора, работа, знаешь ли. Ждать не стоит, закончит она поздно, или рано, около 4—6.00 утра и сразу домой спать».

После их четвёртой встречи, у неё был свой выходной, а он по привычной манере, характерной для нынешней студенческой братии лишь изредка ходить на лекции, а в основном на практические занятия по языку, они смогли наконец-то все обсудить и некоторое время даже встречались.

Пару-тройку раз он у неё даже ночевал. Секс у них был какой-то странный, он никак не мог забыть, что это не та девушка — мечта и потому всё делал механически, как в порнофильме, где нет любви, или даже страсти, нет тех эмоций. Она тоже не воспринимала его серьёзно, перспектив дальнейшей жизни с ним не было никаких. Потому, наверное, обоим эти соития вскоре надоели.

Роберт ей, как партнёр, несомненно, нравился, но появился новый денежный мешок, прилипший к Анастасии, словно репей какой к штанам дачной детворы, тот готов был сделать её штатной эскортгёрл. Несколько дорогих подарков, девушка не устояла. Мир тесен, это был известный нам уже по 22 главе дагестанец по имени Аслан, который скоро занял все её время, центр (казино) в лице руководства не возражало, более того всячески поощряло.

Хозяином бывшего игорного заведения стал один из близких родственников бесславно почившего (только не в бозе) Махди Ворзаева (Абдурахим, младший брат Махди после лечения в закрытой клинике отбыл на родину в Чечню) некто по имени Бауддин. Он в дела ресторанные, во что, по сути, превратилось бывшее казино и тем более культурно-развлекательные, постановочные не вмешивался, сосредоточив своё внимание на финансовых показателях доходов-расходов, почему-то называя их все время брутто-нетто. Знающие люди поговаривали, что раньше он занимался спиртом, но погорел, проштрафился на чём-то, и был сослан в Москву. Как бы там ни было, порядок в бухгалтерии он навёл быстро, хватило пары заездов на тот самый склад, к чему выдумывать новое, если есть хорошее старое.

Реактор, он же Роберт особо от того и не расстроился. Поскольку давно понял, это была не его Настя. Голос, волосы, лицо, фигура — её. А вот слова, речь, манера себя вести, интеллект, наконец, близко не стояли. Глядя на неё он постоянно ждал, что вот-вот его Анастасия та, что была с ним на митинге, проснётся и скажет — Привет, я вернулась. Но нет, дни и ночи шли, а рядом был красивый, но абсолютно чужой человек. И хорошо, что расстались, что называется без разборок.

Сколько верёвочке не виться, рано или поздно, но это должно было случиться, новый «папик» — не папик, но мужчина Аслан повёз её покупать шубу, в конце октября впервые выпал снег и стало холодно. По дороге назад заехали на, как это стало принято с начала первого десятилетия XXI века говорить, объект, включённый в сферу коммерческих интересов хозяйствующего субъекта бутик «Petter Haherns», что неподалёку от Детского Мира на Пушечной. Причём, что в свете, дальнейших событий имело немаловажное значение, по предложению самой Анастасии.

Буквально лучшие вещицы из её летнего гардероба были с бирками и ценниками этого магазина. А там, как вы уже догадались, её и опознала, услышав тот самый красивый голос, бухгалтер, единственная кого не уволили из персонала после того грандиозного шухера, да и то только потому, что её приняли на работу по личному указанию хозяина сети магазинов в один из редких его заездов в Россию. Деньги она вернула, содействие следствию оказала, её и не тронули, ограничившись внушением.

Так вот, узнав этот голос, она шепнула при первой же возможности менеджеру, тот своему боссу, последний и доложил Аслану уже на другие сутки. С раннего детства, мать, которую он очень любил, рано ушедшая, учила его не торопиться, как большинство сородичей, семь раз все отмерить и проверить. Может, потому и жив он был до сих пор, после всех кровавых разборок и войн в девяностые, может потому и не сидел ещё, как другие. Он не стал спешить и в этот раз, тем более что на Анастасию, что называется запал.

Для начала сам съездил ещё раз в магазин, и спокойно переговорил с бухгалтершей. Показал ей фото с камеры наблюдения (с них успели снять копии, до того, как изъяла милиция). Затем зная, уже со слов подруги, что та была в это время во Владивостоке, на похоронах, связался через ряд посредников с братвой приморского города-порта. От местных авторитетов — Юрия Н. (Самосвала) и Леонида Т. (Кабана) получил точную информацию, о том, что действительно в то время означенная особа женского полу была там у матери. Оставался один вариант, кто-то очень похожий на неё, воспользовался этим, и хитроумно обобрал до нитки его точку.

Уточнить ход расследования в милиции, как ему сообщили через прикормленного офицера райотдела, тоже не удалось. Во-первых, потому, что все материалы куда-то изъяли, во-вторых, было это дело необычным, из ряда вон выходящим и слухи о нем обошли все министерство и московское Главное управление МВД, но зашло все в тупик. Такие дела по большей части вообще никогда и не раскрывают, так что извините.

Осторожно расспросив Настю о том, откуда у неё пристрастие к покупкам заграничного шмотья именно из этого бутика, где у него своя доля, он получил ответ, ещё более укрепивший его в том предположении о двойнике.

Чуть позже, он предложит ей стать директором этого магазина, согласует этот вопрос с хозяином торговой сети и её КРЦ и даже выкупит ей долю акций в размере 10 процентов, что позволяло ей требовать во всякое время ревизии финансово-хозяйственной деятельности общества (ст. 55, 208-ФЗ). Ещё через пару лет её доля вырастет до 15%, но это уже другая история. Все у неё было неплохо, но изредка видела Настя странные сны, как будто из рассказа того Роберта, ну вы догадываетесь.

Будучи человеком деятельным, Анастасия Фёдоровна при приёме дел самолично проверила и вычитала все документы, обошла все закоулки магазина женской и мужской одежды «прет-а-порте», с сотней разных необходимых и не очень, вещиц «от-кутюр» и дорогими аксессуарами.

В ходе осмотра помещений, в кладовке ею был обнаружен манекен менеджера Руслана. Он показался директрисе «забавным», «нестандартным» и его велено было вернуть на место, то есть — на витрину, откуда его изъяли ещё в начале лета, что немедля исполнили. Между тем бухгалтер, каждый раз проходя теперь мимо витрины, истово крестилась. Ей все время казалось, что Руслан ей подмигивает, как тогда в подсобке, где первый раз хватанул её за попу.

Вскоре витрину переоформили, и какой-то весельчак пририсовал губной помадой уголки губ на лице у манекена, от чего тот стал похож на злодея Джокера из фильма Бэтмен. Он даже стал на некоторое время некой достопримечательностью бутика, который шопинговые завсегдатаи стали называть между собой — в гости к менеджеру Руслану. Духорные продавщицы смеха ради, наслышанные от предшественниц о его сексуальных домогательствах к персоналу женского полу, напихали манекену в штаны, ровно промеж карманов, несколько тряпок. От этого, тот заметно бугрился мужским достоинством. Пару раз приезжала «вдова — не вдова» Нагиева с детьми, показывала им, какой был их папа. В магазин даже не зашла, толи считала ниже своего достоинства, толи подозревала работниц в причастности к исчезновению мужа. Со стороны молоденьких продавщиц ей ответили тем же, но деток жалели.

Так судьба, качнулась под воздействием довольно странных сил и флуктуаций и вернулась на прежнее место, ну или как в нашем случае не совсем на то, но вблизи.

Глава 51.Вечеринка в Бакката

Слухи о том, что Земля круглая, несколько преувеличены, она скорее икосаэдр-додекаэдр

Обстановка в КРЦ, в связи со сменой хозяина, практически полной сменой службы безопасности (их почти всех поголовно пересажали, как членов банды Ворзаева) и отдела охраны, а главное в связи со слабыми экономическими показателями, они близко не стояли с теми огромными, что приносило казино, была не самая радужная. Народ напрягался, ожидая увольнений или как минимум снижения зарплат, все прогибались перед начальством и стучали друг на друга, как могли.

Известие о проведение корпоративной вечеринки с одной стороны обрадовало, с другой насторожило. Кто и как договорился с хозяином, а главное — откуда деньги на неё никто не знал, говорили что якобы тут замешан какой-то инвестор-чиновник, пожелавший остаться неизвестным, для того чтобы посмотреть на персонал что называется «изнутри». Всем известно, чем заканчиваются такие мероприятия, все нажрутся и языки распустят, а безопасники их пишут.

Но приколистов, и просто весёлых людей было немало, сами написали сценарий и увлеклись подготовкой, никаких артистов со стороны не приглашали.

В основу сценария лёг известный рассказ Романа Карцева про креветки по три рубля и по пять, правда, в местной интерпретации. Подготовили костюмы и реквизиты. Разучили свои тексты и арии.

Привожу краткое изложение Сценария корпоративной вечеринки по заданной теме:

1. Начинает Ведущий вечера отдыха работников культуры и Центра с оглашения приветствия по случаю 60-дневщины и 59-ночьновщины закрытия Казино «Сонная креветка». «Дорогие друзья, сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить… На его руинах родился КРЦ… А что волнует работниц и многих работников КРЦ и не только их…».

2. Далее он продолжает, о том главном, что волнует сейчас многих…

«Калорийность креветок всего 96 ккал на 100 граммов. К тому же, если их отварить, или есть сырыми, то лучшего источника натурального белка просто не найти днём с китайским фонарём. Их нежное, хрустящее мясо богато селеном и цинком, которые отвечают за скорость метаболизма, и других « -измов» и прочая…».

3. Неожиданно его перебивает громкая музыка и звучит песня «В лесу родилась ёлочка…», ведущий попробовал выяснить, что происходит и попросит поставить что-нибудь из морского привычного репертуара. Но голос звукооператора объясняет, что сегодня в КРЦ гуляют, ещё со Старого Нового Года работники лесозаготовители. «Ими — «ужо уплочено». За кулисой небольшого концертного зала, где проходят выступления всех артистов, и проводится корпоратив, раздаются акапелло нестройные голоса, поют — «Срубили мы красавицу под самый корешок». И повторяют, раз пять с неподдельной радостью — «Срубили лес и сплавили удачно за бугор. Сабе бабло оставили, такой был уговор».

4. Свет притухает, музыка про новогоднюю лесную быль замолкает. Тогда на сцене появляется воодушевлённый моряк в тельняшке с бородой лопатой, и в свете яркого фонаря становится видно, что у него в руках в трёхлитровой банке, заполненной водой, плавает, высовывается, шевелится и пищит, ожившая, от заморозки огромная креветка (изготовили из деревяшек и проволоки). Появляются и мечутся по сцене два пятна от фонарей послабее, как будто кого-то ищут. Звуки тревожной музыки становятся тише и постепенно тоже стихают. Морячок обращается к зрителям, твердит нараспев и поёт — «Я удивляться ей друзья не успеваю, и обо всём на белом свете забываю. И с ней ожившей, как с котом теперь играю. Из замороженной, как баба деловая, вы посмотрите, да она теперь живая».

5. Раздаётся издалека, поющий голос шеф-повара. Я шеф, я повар. Приготовлю Вам все блюда, как конфетку. Но скоммуниздил, чтоб он помер, тот Иуда, мою креветку. Подать мерзавца мне сюды! Не будет в КРЦ еды. Вот гады спёрли, нужный мне ингредиент, я отвернулся, был всего один момент! Где этот чуждый элемент, верни козёл ингредиент!».

6. Морячек мечется по сцене и поёт свою арию — «Официанта обыграл я, карта шла, она в холодном льду тогда замёрзшая спала. И в расчёт победы той ко мне пришла. Ну а потом в моем кармане ожила. Ожила, какое счастье ожила! Её я буду и лелеять, и кормить, не дам креветку злому повару сварить! Вполне возможно, что креветка даже мать, а вам бы только пить да сытно жрать! И девок щупать, им подолы задирать».

7. На сцену выплывают группа «па деде» — танец маленьких лебедей, из балета «Лебединое озеро». Танцевали 5 мужчин в розовом, на груди у них висят большие бумажные круги с надписью «1 рупь». Поперёк животов на всех рисунок огромной красной креветки. Перемещаясь туда-сюда по сцене, они поют тонкими голосами — «Нас продали вчера по пять рублей какой-то роже, замёрзшими, аж до соплей, а он варить, на что это похоже?».

8. Позже, с другой стороны выдвигаются три девушки, на них те же рублёвые круги и креветка размером поменьше. Поют жалобно — «А нас по три, а нас по три, поймали всех в июле. И тоже вскипятят в большой кастрюле. А говорили, будет выпущен Указ, ловить не станут более ни вас, ни нас». Все навзрыд поют вместе — «По 5 рублей, по три рубля, теперь не важно, ни чего. Не все ль равно, в какой цене, в кастрюле всем кипеть на дне. И никого в том нет вины, в кастрюле все на вкус равны». Звучит Шопен. На краю сцены двое поварят — девушки выносят изображение Котла на растяжках.

9. Появляется на сцене шеф-повар в фартуке и колпаке, морячок ставит банку на пол и между ними начинается борьба на руках. Они наклоняются то влево, то вправо. Стоящие права и слева от них креветки, волнуются. Гаснет свет. Звучит Бах.

10. Когда свет зажигается, на сцене появляется девушка в белом костюме — ожившей креветки, она простирает руки к борющимся и поёт — «Я креветка, так что ж, солите, и в рассоле меня варите. Но я так от кастрюль далека, далека, как не дрогнет у Вас рука?». Её арию подхватывают все креветки и за пять и за три рубля.

11. Моряк и повар потрясённые, прекращают бороться и поют — «Она может говорить, говорить, как же можно их варить! Их варить!». Оба клянутся больше никогда не покупать и не есть креветок ни по 5, ни по 3 рубля — «Мы призываем всех друзей, не есть королевских по пять рублей, а также природе, верность, храня, не жрите креветок и по три рубля». Котёл уносят.

12. Гаснет свет, фонарик освещает большую креветку. В сопровождении тревожной музыки, страшно звучит голос ожившей креветки — «Я дам вам ключ к игре в очко (повторяют 3 раза), чтоб всех обыгрывать легко, держи не цифры в голове, а туз козырный в рукаве».

13. Зажигается весь свет. Все поют — «Это ключ к игре в очко…».

14. По краям сцены появляются транспаранты с надписью — Вчера, туда уходят мужские большие креветки по 5 деревянных, и Сегодня — туда идут женские по 3 рубля, маленькие.

15. Шеф-повар предлагает пойти и навешать звиздюлей лесникам, что некультурно себя ведут. Оба, в обнимку уходят, за сценой слышны мат, глухие удары и крики — «Ой, Ах, Уйя». Потом 2 голоса поют нестройно — «Теперь лесная братия не скоро отойдёт, и больше к нам на праздники уж точно не придёт».

16. Появляется скорбный ведущий и объявляет, что цены на креветки после кризиса 2008 года подросли на 300—500% и предлагает почтить память морской креветки минутой молчания и не есть их столько же. Оглашается Приказ о реорганизации Казино «Сонная креветка» в Культурный центр «Креветки по 5».

Занавес.

Музыку написали ребята из группы «Бакката-Челлендж».

На приставных планшетах под меню были размещены фото различных видов и сортов, также другая полезная информация о креветках и многие рецепты их приготовления. Были там и фотографии участников представления, обработанные специальной программой в виде шаржей. И как водится письмо от креветок к коллективу и руководству КРЦ Бакката.

Потом всех пригласили за столы, с табличками, нормально накрытые в бывшем игровом зале.

Ели, пили, пошли анекдоты, веселились от души. Начало всем понравилось, во всяком случае, не Красная шапочка, или Зайчики, которые уже всем надоели. Объявили танцы, первым танец — белой, догадайтесь…

Далее в программе вечера в перерывах были объявлены конкурсы и победителям вручены шуточные призы за:

— лучшую и самую красивую креветку женского пола;

— лучшую причёску «а-ля креветка», женскую и мужскую;

— лучший рецепт приготовления креветок;

— лучший шутливый рассказ — «Как я ел креветки» и «Почему я не ем креветок»;

— самым сонным креветкам мужского и женского полу.

Кто-то из женщин предложил провести среди мужиков конкурс на беременного креветка, но пожалели тех, кто с животами, не стали.

Свой баснописец Крылов (это и правда, его фамилия) прочёл стихотворение посвящённое теме вечера — «На память о королевской креветке».

Скамья дубовая пиво чешское,

Сижу, наращиваю седалище.

Меню в коже, блюдами веское,

Цена на креветки та ещё!

Не подаю виду, хрущу панцирем,

Морской снедью, солена уж очень.

Горка в тарелке, липкими пальцами

Поглощаю клеток, белковых очередь.

Где тут те, по пятёрке, лучшие?

Требую настоящие королевские!

Что когда-то купил по случаю,

А не эти за трёшку мерзкие.

Но ехидная, официанта харища,

Нагло так, мне в ответ улыбается,

Не хочу поправлять товарища,

Но они только так называются.

Значит, дурят, а я то доверившись!

Зря он это мне все рассказал,

И вконец во всем разуверившись,

Графин с водкою заказал!

Как водится, был для своих, показан женский, а потом, под общий хохот и самодеятельный мужской стриптиз. Особенно всем женщинам понравилось выступление старого пожарника он, где-то раздобыл 3 метровый обрезок пожарного шланга и выделывал с ним такое, что пара профессионалок загорелась и тут же присоединилась к таланту из народа, что называется от гидранта. Когда немного стесняющегося пожарника, с помощью добровольных мастериц этого жанра культуры и отдыха трудящихся бизнесменов и госчиновников, раздели до того самого, что было прежде курицы, народ на некоторое время стал молчаливым как настоящие креветки. Размеры органа пожарника, чуть-чуть уступали тому шлангу, да тут он ещё и ожил, как та выскочившая из темноты креветка из постановочной части. Вот этот сюрприз ни кем не планировался, но многим женщинам понравился, и долго ещё после этого, номер стал последним, представительницы слабого пола обсуждали — видимо это устройство, неплохо приспособленное для тушения пожара. Те его части, что впереди курицы, т. е. Фаберже, тоже были как литровые банки.

Закончился вечер почти под утро, на следующий день — понедельник в КРЦ был выходным днём, в отличие от казино, работавшего в своё время круглосуточно и всю неделю.

Постепенно подтянулись люди со смены, разговоры и смех стали громче, танцы все откровеннее, пили все чаще и в отдельных обособленных кружках — компаниях, временных союзах. Уже кто-то наблевал в обоих туалетах, кого-то отпаивали водой, кого-то спаивали пивом.

А кому по непонятной злобе рисовали губной помадой или вообще зелёнкой на попе, спине или животе разные непристойности. Потом разбирались, находили таких злыдней, и жестоко сообща били, но это не помогало и все повторялось, с той лишь разницей, что были известны и те и другие.

Анастасию, после возвращения из Владика, как его величали запанибратски в Приморье, тоже слегка видоизменило, по сравнению с той, что была в казино в конце мая. Все такая же фигуристая, она стала выглядеть постарше, а может быть, это было то, что называют — возраст догнал. Девочка школьница вдруг в месяц превращается во вполне себе аппетитную взрослую женщину, которой можно дать и 20 и 25 лет.

И что уж точно, совсем не походила на ту вторую Анастасию, и дело даже не в причёске. Та было более естественна, хулиганиста, молодежна, у неё даже походка была другая. У первой же была походка манекенщицы, спина английской королевы, гордо вскинутая головка и сексуальность, но та, что привлекает чопорную рекламу.

Новая же, опираясь на последние достижения психологии, опирается больше на харизму, или естественность. Вот, так они, борясь, и сосуществуют до сих пор, во всех без исключения странах, во всех сферах и областях человеческой деятельности, ибо человек с племенных отношений уже что-то на что-то другое менял, продавал, покупал, а там, где торговля — там реклама — её двигатель. Вот только стала реклама другой, не помогающей, а навязывающейся, принуждающей, так как практически исчерпали себя резервы капитализма, мир приближался к очередному кризису. И поэтому в числе других причин, тоже так её ненавидел — эту рекламу простой люд, работяги.

Вокруг неё постоянно крутился кто-нибудь из мужчин на работе, но зная отношение руководства к своим девочкам из кордебалета и стриптизёршам, некие негласные границы не переходили, все по желанию мадмуазель. Вот и в тот вечер трое или даже четверо её обхаживали с предложениями на заключительный «восторг любви», как выразился гардеробщик Махмуд, щегольски одетый молодой человек, наглой южной наружности, на пальцах рук которого, беспрестанно крутились короткие чётки. Были и другие, что ненавязчиво и мягко интересовались то Владивостоком, то ценами в Приморье на шмотки, или японские машины.

В конце концов, надоели ей все эти вопросы. Что-то много её за последнее время стали спрашивать, а ей хотелось в тот раз просто повеселиться, отдохнуть.

Она немного поломалась для приличия, а потом согласилась в компании ещё трёх знакомых подруг по работе на шесте и двух мужчин, один из которых был её непосредственным шефом менеджером худруком, отправиться на ночную прогулку по Москве-реке на большом прогулочном катере, арендованном на вечер и всю ночь руководством. Ввиду холодной ночи оно, то есть руководство от поездки отказалось, предложив покататься молодому швейцарцу Брандту Анри-Франсуа, который был выписан в Россию для работы, после увольнения предшественника — Лядурова и являлся Настиным начальником.

Накинув на плечи тёплые пледы, любезно предоставленные командой катера из трёх человек и укутав шарфами нижнюю часть лиц, красавец катер шёл с приличной скоростью, их покачивало, любовались видами ночной Москвы. Река блестела и сверкала морем разноцветных огней, отражённых от зданий и мостов, особенно красивых ночью. Один, из них, ярко освещённый брикет метромоста, казалось, висит в ночном воздухе над водой, как огромный вагон поезда, уносящий двигавшихся по нему людей в иные неведомые миры. Были ещё и Большой Белокаменный у Кремля, и мост, что у Храма Христа Спасителя. Из зданий проплывающих слева и справа выделялось монументальное здание 3 дома Минобороны (известное большинству по фильму — «Офицеры»). Цветными веерами встретили их фонтаны, бившие цепочкой прямо из воды и загадочная, едва освещённая статуя Петра, что на Стрелке.

Когда совсем замёрзли, спустились вниз в тёплую каюту и пили горячий глинтвейн из кофейных чашек.

Прогулка, длившаяся больше полутора часов, за это время успели сделать аж два круга, всем понравилась и довольные вечером в целом, разъехались кто куда. Настя поехала домой одна на такси, заказаны на всю ночь были несколько машин для развоза участников вечеринки с иностранным словом похожим на кооператив, или для мужчин более понятным аперитив.

Так для неё, вообще-то организованное мероприятие, о чем простая или совсем не простая девушка и не догадывалась, и завершилось. Но всё же оставило хорошие воспоминания и у неё и у других его участников, кроме разве, что тех, кто жаждал узнать что-то новое о том необычайном раздвоении (или растроении, автор до сих пор не решил).

Глава 52. Становится ясно, кем на самом деле…

Долог путь на гору знаний, но с неё открывается вид сияющей истины.

Не все её увидят

За пару месяцев до того, как вернулась Анастасия №1, произошла встреча двух персонажей этой истории, вскользь уже упомянутых нами в главе 27, которые и решили дальнейшую судьбу Анастасии, теперь нами прояснённую в какой-то мере.

От автора:

Но обо всем не сразу, и не по порядку, ибо и отличается от прочих это повествование тем, что никаким порядком тут и не пахло, рядом не лежало. А зачем это нам нужно станет понятно позже.

Поскольку порядок согласно Википедии —

гармоничное, ожидаемое, предсказуемое состояние или расположение чего-либо. В физике — расположение атомов, обладающее некоторой инвариантностью относительно сдвига. Общественный порядок — сложившаяся в обществе система отношений между людьми.

Ясная и чёткая организация какой-либо сферы действительности (в отношении человеческого существования, напр., его позитивные нравственные свойства). Математический порядок — группировка всего многообразия величин в соответствии с математическими закономерностями.

(Философский словарь)

Прошу обратить внимание, ни слова о движении, развитии. Смещение, некий сдвиг в лучшем случае, что есть остановка (со — стояние), застой, то есть. И последующая, осмелимся добавить деградация.

А гармоничное — значит изменчивое, сообразно полезным или иным обстоятельствам с одной стороны и заявленной цели с другой, да при том ещё прохождение данного отрезка между точками А и Б наиболее рациональным способом и путём.

Что касается ожидаемого, предсказуемого, то и здесь, позвольте поспорить. Если бы порядок был предсказуем, то зачем тогда развиваться дальше, ведь мы стали безошибочными оракулами или богами, предсказываем, вещаем — что там впереди. И как много исполнилось таких предсказаний? Начнём по привычке с трёх китов? Или предсказаний конца света, сколь их было уже до миллениума и после него?

Касаемо ясной и чёткой организации… тоже есть вопросы. Для кого ясной? Для тех, кто планирует цели деятельности, руководит сферами, или для тех, ради кого провозглашается эта деятельность или порядок?

О позитивных нравственных свойствах даже писать не хочу, достаточно позитива средневековья — ну хотя бы почитайте «Молот ведьм», написанную в 1486 году Генрихом Крамером…, к примеру! Так если Вы не согласны, дайте своё определение, потребует дотошный читатель, почувствовав, вот оно. Ты, дескать, писака, и влип.

А вот и не стану, почему поясню в конце главы, отмечу только, ключевое слово в определении, которое можно было бы дать — это иллюзия! Как тут не вспомнить знаменитое выражение — «в одну реку нельзя войти дважды». Так и бытие наше и время состоит из отрезков, следующих одно за другим, но никогда не повторяющихся (пока во всяком случае). И любой порядок, есть вещь иллюзорная, условная и временная, изменчивая, как объективно (с изменением законов бытия), так и субъективно (в зависимости от того, кто даёт ему определение, либо является участником его).

В нашем алфавите было всегда 33 буквы (показатели прошлых лет — 49/43/37/35/32 и ныне — 33)? А как давно появился «ноль» в математике (876 г. н.э. в настенной надписи из Гвалиора, Индия)?

Если коротко подвести итог то, наш порядок, пока мы двигались от точки А, к точке Б успел, уже:

— устареть, ввиду изменившихся условий, либо наших же новых представлений о нем (в т.ч. из-за ошибок в определении);

— войти в противоречие с другими порядками системы;

— не устроить тех, для кого выстраивался;

— войти в противоречие с нравственными основами, старыми или новыми;

— вообще не появиться, поскольку не был реализован;

— не состояться ввиду отсутствия единой сложившейся системы отношений между людьми (их много, они меняются и противоречивы);

— и т. д. и т. п.

Есть смысл подумать, наморщить «репу», тем более что это простое понятие, как оказалось, стоило жизни более чем 60 млн. человек во II мировой войне, участниками которой было — 61 государство с населением 1,7 млрд. человек, т. е. около 80% всего человечества. В армии воевавших государств было призвано 110 млн. человек. Вспомните фашистский — «neue Ordnung».

Помните об этом всегда, когда пытаетесь сами устанавливать какие-либо порядки, но и всякий раз, когда Вас пытаются уместить в «прокрустово ложе» своих порядков близкие или совершенно незнакомые люди.

Также прошу не путать понятия — «порядок» и «ограничения», включая и самоограничения, ибо первые состоят не только и не столько из вторых. Порядок это скорее компромисс, между желаемым и необходимыми, для его исполнения ограничениями.

Если автор неправ, опровергайте, спорьте господа, но без снобизма и прошу, никогда не забывайте о трёх китах. На мой взгляд, так я бы в каждом научном учреждении, и в кабинете профессорском каждом повесил такую репродукцию:

Море синее в волнах,

Посреди на трёх китах,

Плоский круг с горой земли,

Люди, зданья, корабли,

Птицы звери и трава

Уместились там едва.

И над всей этой красой,

Бог в рубахе и босой.

Список грешников в руке,

На высоком облаке.

Сбоку, видом удручённый,

Зрит на этот мир учёный.

Что — до всего и сразу, то это только китайцы, корейцы и японцы по сей день пишут замысловатые иероглифы и не читают их, как мы европейцы добавляя, свои простые буквы одну за другой, по словам воспринимая текст, а видят их как картинку — все сразу.

Кстати в старославянской Глаголице, Буквице/Азбуке, каждой букве соответствовало своё слово. Каждое слово имело, в свою очередь множество толкований понятий, исходя из того в каком контексте упоминается буквица. В результате читая-видя слово, наш далёкий предок также воспринимал целую картину или смысловой ряд, содержащий сразу несколько вариантов подачи информации.

Кроме того, от расположения букв в каждом слове, иной раз в корне менялось содержание послания. К примеру, если попробовать таким образом прочитать буквицу — «Р», то получится слово — РОД (корень — Родина, родня, родник, сроду, юродивый и т.д.):

Р — род, речить, наш и т.д.;

О — он, нечто в особом состоянии, предок, Бог;

Д — добро, гармония, духовный опыт, праведность, треугольник.

Теперь попробуйте представить, сколько вариантов прочтения одной буквицы может быть, нюансов, оттенков очень много, но суть, глубинная всегда одна — Бог и предки завещали нам творить добро и жить в праведности! Но, а если впереди добавить буквицу — У? Получится — урод, по нашему восприятию негатив. Но «У» это — устой, переживание и выбор пути.

Одновременно с этим сама Буквица как Алфавит — таблица символов представляет из себя некое послание, читаемое как: построчно; так и по граням куба 7х7; прямым крестом — «+»; а также крест-накрест в виде буквы «Х».

Смею утверждать, что при всей своей кажущейся простате, на самом деле по своей сложности Буквица/Азбука, вполне сопоставима с операционными системами и программами компьютеров и мобильных телефонов, а может и превосходит их.

Создатели её не были, как нам это пытаются представить, некоторые доморощенные «учёные» и заграничные «знатоки», дикими варварами племенной поры. Для составления документа послания потомкам такого уровня надо было иметь необходимый исторический, культурный, и религиозный слои.

Правда есть и другая крайность — представить наших пращуров и щуров эдакими ницшеанствующими сверхлюдьми, прародителями всего и вся, обогнавшими нас нынешних в своём цивилизационном развитии.

Сочиняют на темы русских былин и сказок невесть что, не понимая, какой вред, наносят тем самым молодым душам особенно. В корыте этих «радетелей» вместе с вымыслом растворяются действительные факты и находки. А величия России и без этих подтасовщиков хватает.

Наш с вами язык был и до сих пор остаётся языком картин — образов глубинного смысла. В то время, как европейские, тексты дают только поверхностное, понимание читаемой информации. Вот что даёт подмена 49 (всего 164 знака с цифрами и др. — по В. Сундакову) на 33, по своим последствиям хуже войны. Из нашего исконно русского языка под теми или иными предлогами убрали треть букв. Уберите треть книги, музыкального произведения, поэмы, что получится? Вот именно! У меня как-то возникла даже такая мысль, всё не досуг её проверить — а не здесь ли кроется причина доброй части ошибок, при написании нашими современниками текстов. Ведь значительное место в современном русском языке занимают те, что составили наши далёкие предки на основе 49 букв, а пишем… Есть над чем подумать…

Автор как-то попробовал посчитать, сколько пластов — посланий нам потомкам заключено в Буквице — 8 основных и около 64 инвариантных, каждый из них имеет свои оттенки, дальше идут такие кущи…

А что касается порядка, то может быть его отсутствие (не путать с анархией) и есть двигатель всего и вся? Для чего автор отвлёкся на этот самый порядок? Да потому, что нарушителем этого мирового, вселенского порядка, установленного Всевышним и на Земле в том числе, стал не кто-нибудь, а Дьявол! Он уже не единожды пытался установить свой порядок. Потому мы не знаем свой язык, соответственно историю. А как известно, не знающий жизни предков, не знает цели жизни своей и Рода. Приведу только два примера, почерпнул я их из рассказа замечательного знатока русского языка Виталия Сундакова. Первый — раньше, в определённый период на Руси различали правую и левую сторону тела человека. Левую, берущую руку звали — сорока, правую, подающую — ворона. Отсюда слово — проворонил. Просрочил — другое. Сорочинская ярмарка — торговля с рук. Воронеж -?

Второй — Новгород это просто название нового города, так называли все города, пока им не давали названия. Отсюда нижний новоград, верхний или великий. Волга в среднем течение раньше называлась Ази (Яза, Яхуза), а земли к ней примыкающие Азия. Другое название тоже в среднем и нижнем течении называлась Ария (Джария, Джаджи — по Буквице). А люди, жившие на реке, были соответственно арии, глаза карие. Кто-то сократил название до — Ра. Отсюда Ярославль — Ярью славить (Ярило, Дарья). Солнце и река должны называться одинаково! Некогда главным названием реки было — Русь или Роуз, именно так она называлась. Не река с названием Русь, а просто русь, потому что русь и означает река! Волгу называли Великая река или Великая Русь, так её называли по всей длине и земля вокруг неё пишется по-русски Россия (с двумя «С»). Позже она потеряла это название. Днепр назывался Малая Русь. Земли у Великой реки — Великороссия, у Малой реки — Малороссия! Послушайте беседы В. Судакова о русской школе русского языка — не пожалеете.

Денница сидел, вытянув слегка подогнутые в коленях ноги на площадке пятьдесят на семьдесят метров или около того на высоком холме, или горе. Во всяком случае, вокруг, сколько хватало взора, тоже были далёкие горы. Солнце ещё не взошло, и луна едва освещала пространство, прячась за редкими низкими облаками, тёмный горизонт был едва различим. Местность была ему знакома, пустынна, людей и строений нигде видно не было. Под ногами покров, состоящий из больших валунов и камней помельче, бурой глины и сухого песка.

Сильные руки его обхватили колени и были неестественно почти вывернуты в скрещённых пальцах наружу. Сплетение бугристых мускулов от плеч до локтей сделала бы честь любому взрослому мужчине спортсмену, но человеком он не был никогда, в отличие от армии своих эманаций и их детей от земных женщин.

Понести от него они не могли изначально и не только по причине, того, что их просто разорвало бы в клочья от одного только приближения, но и потому, что тело его было устроено из света, как наиболее просто можно было бы объяснить людям с их зародышами знаний об окружающем Мире. Где он велением воли Создателя был когда-то утверждён надзирать за Геей, то есть Землёй и которую по своему, любил.

Рожали земные женщины, вольно — в грехе, или невольно от его эманаций, можно условно назвать их воплощениями, хотя это были только жалкие, самые малые песчинки в пустыне Сахара, от его «тела» энергии и огня, но их народилось уже немало.

Соответственно обычаям своего времени, люди, церковь, а до неё шаманы и прочие служители многих культов, награждали их то рогами с копытами, то пастью хищных животных или клювом птиц, ныне — тираннозавров. Хотя, на самом деле их главное отличие от обычных людей заключалось не в зримом облике, а в астральном энергетическом коконе, либо как угодно — матрице формирующей оболочку не более.

Его же — Ангела сущность была иной, а мощь колоссальна. Преподобный Иоанн Дамаскин говорил: «Ангел есть сущность, одарённая умом, постоянно движущаяся, свободная, бестелесная, служащая Богу» — и далее важное дополнение — «один только Творец знает вид и определение этой сущности».

Был Денница одной из самых первых, если не первой мыслью или волной света, вбросом гигантской силы энергии в нашу Вселенную. Подчёркиваю именно в нашу. Ибо существует что-то непознанное удалённое, наблюдаемое нами — человечеством сегодня в 46 млрд. световых лет от Земли во все стороны. Куда дальше ведёт это что-то, ведомо только Богу. Поскольку, если представить, что оно и замыкается в себе то, несомненно, должно быть как минимум в 200—350 раз больше того, что мы имеем возможность наблюдать современными средствами.

То есть та структура (сфера/плоскость) вполне может быть размером около 11 триллионов световых лет. В ней этом нечто могут быть множество других шариков вселенных, возникающих и схлопывающихся наподобие воздушных пузырьков по своим неведомым законам. Вот один из них и стал нашей Вселенной.

Первым толчком, приведшим к её рождению, и стал один из таких Законов (и был он — Слово), внедрённый в неё, до того уже наполненную тем первичным сингулярным нечто (D-бранами?), превратившимся, сначала в пространство и время. Они, согласно Стандартной модели теории относительности Эйнштейна, родились вместе с Большим взрывом около 13,7/13,8 миллиардов лет назад. Так как время и пространство не просто — детерминировано связаны, а одно невозможно без другого.

Примечательно то, что выражение — «Большой взрыв» не нравилось самому автору, астроному из Кембриджского университета Фреду Хойлу. Всё делов в том, что при взрыве ударная волна по определению распространяется в какой-то среде (газовой, водной, каменной и т.п.). А предложенная им модель предполагала расширение в пустоту, где не было ни пространства, ни времени, ни энергии, то есть прямо противоположное.

Одна их последних теоретических моделей современной науки предполагает, что после Большого взрыва сначала появилась некая пра-частица, названная учёными Рехеатон. Которая затем распалась на многие триллионы элементов, из которых затем образовались в нашей Вселенной те самые D-браны. Если вспомнить о том, что слово реченное — есть звуковые колебания, а в большом космосе/пространстве это информация, передаваемая посредством различных излучений, волновых колебаний и полей, то написанное в Библии рождение мира не кажется таким уж неправдоподобным.

Большой взрыв привёл в движение всё сущее, что проистекая, затем под воздействием силы и воли Создателя, при температуре в триллионы градусов (от 4 до 10, по представлениям современных учёных) превратилось в материю.

Сначала пройдя через «планковскую» эпоху (10—43 секунды после Большого взрыва) с её необычайно высокой плотностью энергии, температурой и давлением протовещества, оно из D-бранов сначала трансформировалось в некие Бозоны Хиггса (также ему приписывают перенос некоторых взаимодействий), потом в кипящий бульон, состоящий из симметричных кварков (вещество-антивещество).

Современные представления науки гласят о том, что антивещество аннигилировало, а вещество осталось. А мне всё время не даёт покоя вопрос — ой, а куда делись осколки, во что трансформировались они в фотоны и нейтрино, фермионы Майораны и всё? Испарились — это как?! Ничто не возникает из ничего и не исчезает бесследно… По всему было ещё что-то, из чего и возник материальный мир.

Затем, ещё через 10—35 секунды оно — это нечто, в свою очередь изменится. Произойдёт это вследствие очередного фазового перехода — «вспучивания» Вселенной.

После того последует незначительное изменение барионного числа зарядов странных кварков (на 1 миллиард парных кварков, появится один без пары — антивещества), что и приведёт к нарушению симметрии (парные кварки аннигилируют) и рождению устойчивой пары протон — электрон.

Затем уже по другим законам, вещество будет все усложняться и тяжелеть, одновременно остывая до миллиардов и миллионов градусов, превращаться в привычные уже нам нейтроны, ядра-протоны и электроны, появятся ядра гелия.

Вселенную наполнит тепловое излучение, возникшее после охлаждения Вселенной до 3 тысяч градусов по Кельвину.

А спустя 380 тысяч лет после Большого взрыва, из электронов, протонов и ядер гелия образуются первые атомы, и материя перейдёт в газообразное состояние после плазмы.

Из этих газов состоятся звёзды, звёздные системы, галактики и пузырь нашей Вселенной — ячейки столь огромных размеров, что невозможно ни представить, не вообразить, ни умом, ничем. И вот с появлением человека, что-то пойдёт не так. Странно, с одной стороны необозримая Вселенная, имеющая в нашем, сегодняшнем представление миллиард миллиардов звёзд и галактик и человек, существо слабое и неразумное.

Правда, существуют и множество других, отличных от стандартной космологической модели. Их можно условно разделить на модели, привносящие в стандартную что-то новое. Либо модели, вообще отрицающие стандартную модель. В этой связи интересные предположения венгерских учёных, изложенные ниже.

Венгерские учёные смогли обнаружить следы существования пятой фундаментальной силы взаимодействия в рамках микромира. На сегодня общепризнанными являются гравитация, электромагнитная сила, а также 2 ядерных взаимодействия: сильное и слабое, которые фиксируются исключительно на субатомном уровне. На конец прошлого года Атилла Краснахоркаи, сотрудничающий с Институтом ядерной физики при Венгерской академии наук разместил в публичном доступе статью, которая повествует об итогах наблюдений за осуществлением перехода атома бериллия-8 в нормальное состояние из возбуждённого. Это происходило во время синтеза элемента при бомбардировке листа лития лучом протонов. Как считают учёные, в определённых обстоятельствах данный процесс может привести к появлению не фотонов, а нескольких пар электрон-позитрон. Подобные нестабильные мини-атомы при участии частиц антиматерии и материи регулярно происходят в космосе, а зафиксированный механизм рождения частиц оказался весьма необычным. Как указывает стандартная модель физики, частота возникновения аналогичных пар существенно зависит от угла, под которым будут происходить разлёт формирующихся электронов и позитронов. Чем он больше, тем меньше должно появляться «атомов» позитрония. При опыте фиксировалась совсем иная ситуация. После приближения угла разлёта к уровню 140 градусов, количество пар частиц резко увеличивалось. Это стало свидетельством того, что в этот процесс вмешиваются некие частицы либо силы, которые не включены в стандартную модель. Венгерские физики сделали предположение о формировании особого сверхлёгкого бозона, который потом распадается на позитрон и электрон. Данная частица была предварительно названа «тёмным фотоном», а ее масса оценена в 17 МэВ. Исследователи считают, что эта частица может оказывать влияние на тёмную материю и нуждается в дополнительном изучении. Фёдор Алексеев.

(Интернет: http://www.vladtime.ru/nauka/490594 ©)

Но вернёмся к нашему повествованию. И стала Вселенная разбегаться все более и более, и сходиться, в части возникновения новых галактик, звёздных систем и планет.

Некоторые учёные физики, теософы, каббалисты и мартинисты называют Хозяина мира сего Сатану. Его одного (или в числе нескольких других помощников) инициацией Большого взрыва — пузыря нашей Вселенной, тем самым волновым колебанием, что привело к появлению пузыря Вселенной. Хотя, как представляется, вернее — было считать это только одной из его составляющих, фазой вспучивания некой поверхности и, только затем взрывом света. Не забывайте, что тогда Падший Ангел ещё не предал Господа.

Своё существование до этого момента Первый Ангел помнил смутно, как мимолётное движение тени одной мысли Создателя. Но и задолго до него и после него, в тело Вселенной, Всесущим были вброшены другие искры света. Человек разумный, созданный Богом по образу и подобию своему, на каком-то генном ли уровне (на самом деле все гораздо сложнее), в неких анналах родовой памяти сохранил о тех событиях воспоминание.

Он назвал эти искры божие — Ангелами падшими на дольнее, или земное из горниго, то есть небесного, вкладывая в понятие — падшие, совсем другой смысл, прежде — рождения, ничего общего не имеющий с нынешним.

Это уже много позже люди их разделили на добрых и злых, светлых и тёмных, за Бога и против, соответственно своим воззрениям или трём китам, слонам и т.п., но глупости при том было явлено немало.

Нам, правда на правах компиляции (возможно и не самой удачной) множества — 1001 теорий и откровений известно, что Творец решил отторгнуть, отдалить от своего Я, некую часть пространства бытия, в которой находился Человек и Земля. Поскольку считал, что именно так, при условии свободы выбора, обособлении, можно создать что-то дельное. Тогда же от него отдалился и Денница.

«Когда Бог вызывает не из Самого Себя новый „сюжет“, сюжет свободный — это апогей его творческого действия; Божественная свобода свершается в сотворении этого высочайшего риска — в сотворении другой свободы».

(Вл. Лосский. Догматическое богословие)

Бог создал человека для общения с собой. Неверующий мир до сих пор, ищет ответ на главный вопрос — в чем смысл жизни? Библия чётко отвечает на него — смысл жизни нести Слово Божие людям! Иисус сказал:

15 И сказал им: идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари.

16 Кто будет веровать, и креститься, спасён будет; а кто не будет веровать, осуждён будет.

17 Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками;

18 будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы.

(Мар.16:15—18)

К нам из глубины веков пришло, пожалуй, первое моление, мантра, речение человека, оно выбито на найденных многих камнях от Сибири до Непала — «Ом Мане Падме Хоум» (одно из толкований — Будда побуждает к мудрости). Так вот, поскольку автору известно о теории, предположении того, что санскрит имеет древние славянские, русские корни, попробовал он расшифровать суть этого моления — письма.

В результате десятка различных вариантов и толкований Буквицы вышла основа, главное содержание, короткое — «От меня падшим в бытие, к божественному порядку».

О — он, Бог, нечто

М — мысль, мудрость, движение

М — общение, улучшение

А — Бог, живущий, Я

Н — наш, нам принадлежащий, наше, то, что было при предках

Е — форма жизни, бытие, разнообразие

П — покой, подвешенное состояние, гармония

А — Бог, живущий, Я

Д — добро, развитие, доброта

М — мысль, мудрость, движение

Е — форма жизни, бытие, разнообразие

Х — мировое равновесие, жизнь несущий, гармония

О — он, Бог, нечто

У — зов, послание, нахождение рядом

М — общение, улучшение

Пример одного из сотен вариантов прочтения древнейшей ведической молитвы (Ом-Мане-Падме-Хум) при помощи старославянской Буквицы (весьма приближённо)

О (оно) некто, нечто, что-то, находящееся в особом состоянии, отделённое от земного, но для нас уже проявленное отец орати нечто (Отец небесный), что есть мысль задал вектор развития

М (мыслите) мысль, мыслить, думать, обращаться (за поддержкой). определённая последовательность движения мысль, движение, последовательная форма, которая отображается и порождает другие формы

М (мыслите) мысль, мыслить, думать, обращаться (за поддержкой). определённая последовательность движения мысль, движение, последовательная форма, которая отображается и порождает другие формы Мысль, от которой все пошло сотворила все сущее, что при нас и в нас и развивающееся

А (гласит) Аз (а). Бог живущий на Земле сотворяша изначалье, исток — это также означает движение, направление именно к данному образу. точка из которой пошли лучи, лучи, содержащие глубинные образы. Изначалье, исток, единый

Н (наш) материализованная мысль наше: то, что существует при нас; с нами; внутри нас; не за пределами нашего восприятия, но и то, что мы сейчас не в состоянии воспринять полностью. она за гранью бытия, но внутри нас.

Е (есть) есть (е). форма существования бытия (быть) нахождение в данной реальности; нахождение в проявленном состоянии то, что имеет объем и восприятие, зримое и чувственное. Одновременно, это означает и то, что находится в развитии

П (покой) состояние покоя, перерыва перед тем как идти дальше. поведение порука спокоен Создатель за множенье добра в помыслах и развитии

А (гласит) Аз (а). Бог живущий на Земле сотворяша изначалье, исток — это также означает движение, направление именно к данному образу. Точка, из которой пошли лучи, лучи, содержащие глубинные образы. изначалье, исток, единый

Д (добро) приобретение; накопление; множение; созданность; находящийся над чем-то; сверх того, что есть; когда у нас что-то преобладает над изначальным ад — добро уже не преобладает над изначальным. Изначальное (исток) находится под преобладанием.

М (мыслите) мысль, мыслить, думать, обращаться (за поддержкой). определённая последовательность движения мысль, движение, последовательная форма, которая отображается и порождает другие формы

Е (Есмь) (йе). есть (е). форма существования бытия (быть) нахождение в данной реальности; нахождение в проявленном состоянии то, что имеет объем и восприятие, зримое и чувственное. Одновременно, это означает и то, что находится в развитии

Х (хер) равновесие, небесная гармония пересечение определяющих значений (х), взаимосвязывающее небесные и земные структуры Хлѣб гармония с Богом есть основа движения и рождения всего

О (оно) некто, нечто, что-то, находящееся в особом состоянии, отделенное от земного, но для нас уже проявленное отец орать

У (укь) приближение к цели, пониманию взаимодействие с кем или с чем-либо уведомить

М (мыслите) мысль, мыслить, думать, обращаться (за поддержкой). определённая последовательность движения мысль, движение, последовательная форма, которая отображается и порождает другие формы

(Талица составлена по материалам Интернета-http://genezis.ucoz.ru/Books/drevnerusskij_jazyk.pdf)

Или иная интерпретация — «Нечто мудрое. Бог наш живущий рядом, взывает о гармонии, мудрости и развитии доброты». Как видите, — «Есть многое в природе, друг Горацио. Что и не снилось нашим мудрецам».

В это пространство, некую плоскость, временной пузырь, где находится наша Вселенная, Галактика Млечный путь и Земля, были сброшены Ангелы в помощь и для контроля, то есть «служения». Для тех, говорит апостол Павел — «… которые имеют наследовать спасение» (Евр. 1:14)». Увидев же всю мерзость человеческого существа, часть из них усомнилась в «проекте» Творца и восстала.

Возглавил этот отряд дьявол, одним из многих лиц которого является Денница, поставивший, перед собой цель — уничтожить Человека и вернуться в лоно Создателя в качестве победителя, заняв собою место будущего Человека, выросшего по уровню до того, чтобы стать благочестием равным и интересным для общения Всевышнему, то есть любимым чадом.

Человек обыденный, в нравственном плане, конечно же, ниже Ангела. Но в замысле «проекте» Божием — выше, так как Бог воспринял именно человеческую природу навечно, а не ангельскую. Человек выше ангелов ещё и потому, что у него есть тело, а значит — он может изменяться, вплоть до сингулярности. Ангелы меняться не могут. Но случится это только, когда исполнятся все пророчества. И только тогда, мы станем равны Богу. То есть единородными ему по силе.

Кто же может воевать против Бога, его Сына и святаго Духа, если они и есть все сущее?! И все, что ни есть от плоти и крови его, пусть и исторгнутое. Сказано ведь — «Аз есмь начало и конец…". Но ведь известно — любому началу предшествует конец чего-либо предшествующего. Точно также любому концу, последует начало чего-либо следующего!

Он забыл, что есть — всего лишь ничтожная частичка, подобие того воплощения воли творца — Закона, действительного и нерушимого, действующего не зависимо ни от кого или от чего в этой Вселенной и везде. Ему также было известно, что существуют и другие, не менее интересные и сложные Миры. Они совершенно не похожи на эту Вселенную, изолированы ещё друг от друга, или уже проходят процесс слияния.

В глубоком сомнении пребывал он там, где время было локализовано, в нашем обычном измерении проходили годы, а тут летели секунды и, наоборот, один месяц мог сменять другой, в то время как на Земле мелькали мгновения.

«Тело» его огненное приобретало разные оболочки, в виде птицы или человека, невообразимого существа или бушующего океана волн и плазмоидов, вспыхивало и гасло, отражая волнения и переживания, покой или бег мысли. Но это были только оболочки.

Размышления его касались этого города, где он побывал в ожидании той неизбежности, о которой ему было дано знать, но не дано право что-либо изменить. В конечном, исходом акте ожидая разрушения своего Эго — Я, и восхождения к новым воплощениям.

Как человек переживает, боится смерти, вследствие того, что там следом — неизвестность, так и он в который раз размышлял о своей участи, изъявленной воле, восставшего против Творца.

Нет, он не был запуган или потерян. Это был сильный, уверенный в себе падший Ангел, по воле Сотворившего и исторгнувшего его из себя как иногда казалось, забывшего о чаде, когда-то им выделенном и любимом. О тех временах он часто вспоминал с сожалением.

Иезекииль 28:12—19: …«Ты печать совершенства, ты исполнен мудрости и совершенен в красоте. 13 Ты был в Эдеме, в саду Бога. На тебе были всякие драгоценные камни: рубин, топаз и яшма, хризолит, оникс и жадеит, сапфир, бирюза и изумруд. Оправы и гнёзда были искусно сделаны из золота. Они были приготовлены в день твоего сотворения. 14 Ты помазанный херувим, дающий защиту, я назначил тебя. Ты был на святой горе Бога, ходил среди огненных камней. 15 Ты был безупречным в своих путях со дня своего сотворения, пока в тебе не была найдена неправедность. 16 Из-за обширности твоей торговли тебя наполнили насилием, и ты начал грешить. И я низвергну тебя как нечистого с горы Бога и истреблю тебя из среды огненных камней, о херувим, дающий защиту. 17 От твоей красоты возгордилось твоё сердце. Ты погубил свою мудрость из-за своего блистательного великолепия. Я сброшу тебя на землю, отдам тебя царям, и они будут смотреть на тебя. 18 Обилием своих беззаконий, несправедливостью своей торговли ты осквернил свои святилища. Я извлеку из тебя огонь, и он пожрёт тебя. Я превращу тебя в пепел на земле, на глазах у всех видящих тебя. 19 Все знающие тебя среди народов будут смотреть на тебя в изумлении. Внезапно ты станешь ужасом и исчезнешь навеки»».

(Цитируется по Интернету, Ответы@mail.ru В. Гуру (4788)

Москва, или Моска, как раньше звалось то место, на котором теперь стоял город (что в переводе с одного, из ныне утраченных языков сотни племён, населявших эти места, означало — медведицу, имевшую маленьких медвежат), как и в прошлые разы, удивила его. Денница об истинной сути названия столицы Московии знал, в отличие от некоторых историков РПЦ. Доселе те утверждают, ещё с ХVI века, что оно произошло, пройдя через некие трансформации от имени внука ветхозаветного Ноя — Мосоха, основателя народов, позже образовавших государство — Тартарию или Сарматию (Азиатскую и Европейскую).

Был этот «гард» (скандинавское город) и не самым большим и не самым красивым с точки зрения планировки и архитектурных изысков. В этом его не сравнить с Бразилиа или постройками Гаудиа в Барселоне. Не было в нем того размаха и деловой хватки, что отличали Нью-Йорк, волшебства Вены и Будапешта, или прорывом в будущее, как Токио, Дубай и Шанхай. Не мог он сравниться широтой и размахом современного Пекина или Мехико. Много чего, не было в столице современной России, например не было чистоты. Только зимой под снегом, город преображался и блистал на солнце девственным белым покрывалом.

Удивлял этот мегаполис, не лучше, но и не хуже многих других, тем, что всегда активно боролся с попытками разрушить свою самобытность, во всем: культуре и политике, живописи и архитектуре (чего только стоили сталинские высотки о семи холмах), науке и космосе, человеколюбии и одновременной жажде познания Мира всеми слоями общества.

Нигде более он не встречал столько читающих, стоящих сутками за билетиком на спектакль какого-нибудь Сызранского драматического театра им. А. Толстого, людей. В общем-то, богатая природными дарами страна, была богата бедным народом, живущим по меркам Запада в нищете, но богатом духовно. Вот, такая понимаешь «загогулина». Иногда его удивляли бесшабашность и смелость здешних обезьянок, были среди этих людей такие, что не боялись ни Бога, ни чёрта, ни Рая, ни Ада.

Но уже народилась та пена, ржавчина, которая была способна разъесть этот тонкий культурный слой почвы государственности, подросли сорняки, сосущие питательные соки из этой плодородной почвы и в конечном итоге готовые превратить её в очередную пустыню Мохаве.

Собственно ради этого, ради них, несмотря на очевидные трудности, он и появился здесь вначале лета, а также, чтобы встретиться, если она того захочет, с Заступницей и учителями Немо — «тайными рода», это они помогали сформировать его и как учёного, несомненно, талантливого, и как мощного оператора, о чем Немо и не догадывался.

Но всё же по большому счёту он хотел понять, что его беспокоит с этой страной, что-то прошло мимо, ускользнуло от его внимания. Появилось пока ещё неясное подозрение, что уже произошло то, чего он так боялся. И касалось это не только России.

Сначала едва заметно, потом сильнее заколебалось пространство, в котором он пребывал, исказились дальние горы, по ним пробежала волна искривления, способная снести атмосферу с какой-нибудь малой планеты, затем стали изгибаться очертания ближних холмов. Он знал уже кто это. Наконец, рядом появилась объёмная оболочка, той силы, что посмела его потревожить. Это был невысокого роста мужчина, в больничном халате, который играл с Арсатом в Кубинском военном госпитале в древнюю китайскую игру — Го. Звали его, как вы помните Георгий. История их взаимоотношений была столь давней, что не было нужды в парижских политесах и испанских реверансах.

Поэтому развернув голову в сторону, приблизившегося Незнакомец, а это был он, спросил сухо — «Чего тебе? Опять за кого-то просишь?». Георгий согласно кивнул головой. «Почто прервал мысли мои, размышления о Создателе нашем? Говори». Спросил тот, кого называли Мессером.

Пространство трансформировалось в нечто напоминающее Сады Семирамиды, теперь он сидел на верхней палубе судна в полсотни метров длинной, плывущее под парусами по искусственному каналу прямо напротив главных ворот дворца, воздвигнутого, как гласит легенда, самим царём Вавилона Навуходоносором II. От палящего солнца их защищал высокий белый тент.

Денница продолжил — «Так ты думаешь, что если обыграл ничтожную пылинку с подошвы моих сандалий — Арсата, то можешь о чем-то просить?

Или ты забыл, что это плоть от плоти моей, а у нас служебных духов — Ангелов небесных души нет, но есть силы, дарованные Всевышним, это твари земные без души не могут. Ну, говори уже, кто или что на сей раз?».

Георгий глядя прямо в глаза негромко сказал — «Здесь Георгий. Привет тебе Денница. А прошу за дитя от нефилима — части тела твоего, рождённую некогда земной женщиной, девушку Анастасию».

Дух продолжил спрашивать — «Почему за неё просишь, тебе же ведомо, Я ваших, не трогаю, вы моих? Почто хочешь порушить договор?».

Георгий после некоторой заминки — «Мы не собираемся ни трогать её, ни вмешиваться, пусть живёт себе, как жила. Но из-за твоего появления, активного влияния на дела дольние и общения с ней и с тем, кого зовут Немо, начали возникать нарушения пространство-временного континуума. Первого, главного Закона, гибнут и невинные, а это беспокоит и чревато нарушением статус-кво, упомянутого тобой. Нам война не нужна».

Оба замолчали надолго. Первым, на сей раз начал говорить не Люцифер-Денница. «Так что передать?».

«Он, что просил? Нет? Это конечно не он, но кто?».

На лице Георгия не шелохнулся ни один мускул. Он молчал.

«А ты, что до сей поры веришь, что среди них ещё есть невинные? Какая глупость. Неужели вы там все ослепли?».

«Ты, который видит всё.

Хорошо, передай, Я согласен. Хотя у меня на неё были свои планы, но Я откажусь от них. Но только прежде, и вы от неё отвяжитесь со старухами, милицией, будущей полицией и прочими полоумными, пусть сама решает, как жить дальше».

«А что получу взамен?».

Георгий глядел прямо в глаза и молчал.

«Ну-ну, Я все же хотел бы получить разъяснения на этот счёт. Передай, Я желаю, встречи с Заступницей и учителями Немо, о них мне известно. А теперь, уходи».

Георгий кивнул и исчез.

Вслед недобро полыхнули жутким огнём глаза Денницы. Опять заколыхалось пространство и неспешно успокоилось с исчезновением визитёра.

Так, неожиданно странно завершилось одновременное путешествие двух (а возможно и трёх) настолько разных Анастасий с главы 6 по главу 51 включительно данного повествования. Хотя та, другая под №2, наверное, всем понравилась больше, но на это автор, уже кажется, дал исчерпывающий ответ, в самом конце 39 главы — «При чем здесь гаргульи». Но, в общем-то, для неё всё завершилось не так уж и плохо. Худшее не произошло.

И также много чего ещё не произошло, о чем нам не ведомо и, слава Богу!

Глава 53. Семёновские полки

За одного битого двух не битых дают.

Наверное, для того чтобы их тоже побили?!

Наконец-то пришла настоящая зима, сначала два дня мела метель и забросала парк снегом, он укрыл грязь и весь в выбоинах и дырах асфальт дорог и неровный в замёрзших овалах луж гравий дорожек. Шапками снега, ещё белого, не успевшего впитать в себя тёмный налёт гари, бороздящих город автомобилей (на середину 20__ года их числилось: более 3,5 млн. легковых, 247 тыс. лёгких коммерческих, почти 165 тыс. грузовиков и 17 тыс. автобусов), накрыло стриженые кусты. Они стали похожи на шарики сливочного мороженного. Под тяжестью снега ветви деревьев прогнулись почти до земли и на ветру трещали, как кости старых ревматиков или щёлкали, как пальцы больных подагрой.

Затем ударил мороз, и все это белое великолепие засверкало на ярком зимнем солнце, заискрилось и будоражило, вызывая радостное оживление после серой и тёмной облаками поры поздней осени. Окна домов покрылись замысловатыми узорами.

Домой в крещенские морозы

на ледяном холсте стекла,

Бутон прекрасной белой розы,

зима в подарок принесла.

В палате 3/3 было тепло, после всех разборок и расследований, вызванных странным расширением, подобным движению — снежного кома, того мелкого поначалу происшествия, с глупой выходки Серова-Немо, обозвавшего главврача идиотом. Далее ночного шквала и наутро, обнаруженной, совершенно похабной записью, о посещении палаты №3/3 некими Беллой и Симой, с целью ширнуться и потрахаться. Потом они приросли, страшной смертью Лепецкого и сумасшествием его жены. Затем, известием о причастности того же Серова к странным событиям в казино Бакката. В конечном итоге выпиской узника, этого возбудителя всех неприятностей Немо-Серова подчистую. И возбуждением уголовного дела о его незаконном помещении и содержании в психиатрической больнице.

Сначала в больницу зачастили, как к себе на работу молчаливые сотрудники разных правоохранительных органов, на все вопросы либо вообще не отвечающие, либо ссылающиеся на тайну следствия.

Потом появились важные чиновники Минздравсоцразвития России, те все осмотрели, измерили, согласно СанПиН-нов (Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы) ГБМУ и уехали, уступив место специалистам по лечению тех самых болезных шизов.

Но поскольку эпикриз на всю больницу был уже утверждён ещё до прибытия всей камарильи, делать им особо было нечего, и они пили с персоналом, отчего по коридорам лечебного корпуса стоял устойчивый запах алкоголя. Запас текилы был выпит ещё на втором этапе (на первом брали с собой).

В кабинете у врача Гаврилова Евгения Константиновича, находились ещё двое — проверяющий из Минздрава Тягунов Юрий Терентьевич и уже хорошо знакомый нам по знанию невесёлой истории принца датского Гамлета, санитар Меркулыч — он же Меркулов Виктор Назирович, прибывший с подкреплением (известно, что министерские — «кого хошь перепьють»).

Другие не совались, так как знали — идут непростые увещевания строгого контролёра из самого ведомства, наковырял он немало, трэба трошки подсластити. Разговор только что перешёл на профессиональный язык, сыпались термины: Жопа я тебе говорю, компьютеров — три на всех, литературу не закупали со времён героя-бровеносца, лекарства 70% российский фальсификат, по их потреблению на душу мы последние в мире, что-то надо делать!

Решили — увеличить потребление на душу, Меркулыч разлил по полной, что бы значит, ей было не хуже, чем в США и Японии, где они души — на первом месте по потреблению лекарств, а мы что же хуже, ещё раз для верности закрепили результат, что бы ни волноваться. Душевно стало, хорошо, по мужски, скупо обнялись, в знак уважения к друг другу и к профессии.

Долго, минут пять спорили, но так без особого надрыва о продвижении науки в современную психологию и современное лечение психотической шизофрении, дифференцированной биологической терапии эндогенно-процессуальных психозов и депрессивных состояний, включающие в себя психотерапию, специальные тренинги и информационную поддержку. О чём объёмно и содержательно высказался сначала Юрий Терентьевич.

«Насуют от нас из минсоцрабвидения по психбольницам всякой хрени забугорной, „рекомендатионсы“ мать их, всяких брошюр — полноценное питание, адекватная лечебная физкультура, массаж, а Вы тут на переднем крае с чем? С хлоркой и уткой».

На что Меркулыч дипломатично возразил, — «Мы науку тута ценим, всё как сверху приходит, так и делаем, соблюдение режима значица. Дохтура у нас золотые руки». Он приподнял левую руку Гаврилова, в правой у того была кружка. «А дисциплина она того хромает, почему я говорю. Контингент у нас особый, глаз да глаз нужён. А без науки куда?!».

Евгений Константинович сначала кивал головой в поддержку министерского собрата, но затем уже санитара, добавив весомо — «Сволочи, особенно тихие!». Придя в данном вопросе к полному согласию, выпили.

Особо подчеркнули необходимость укрепления кадров учреждений бюджетного сектора и повышения их заработанной платы. Здесь накал обсуждения заметно подрос.

Гаврила даже закатил патриотический спич о том, что — «Пусть там, в Правительстве знают, что здесь, в неимоверных тяжёлых условиях трудятся без всего (при этом развёл руками), практически без лекарств». Пока он икал, собутыльники согласно кивали головами. «Так вот, о чем это Я? Да пусть знают, что если у них, кто там заболеет, то мы тут, несмотря на там, всех вылечим по самым передовым методикам, хоть взять, к примеру, талантливого „астралийского“, нет, все таки не то — австрийского военврача Грюнштайна, руки то вот они — золотые». Покрутил руки Меркулычу.

На волне одобрения, излияния бурного чувств, предложено было, потом клялись, каждый, что это не он инициатор, написать этот спич по электронке в Минздравсоцразвития, где давно на сайте в Интернете был прямоугольник для отправки обращений и предложений, а копию на сайт, ну, в общем, вы догадались. Руки-то давно чесались и желание показать тем и там, что тут…

Гаврила датый уже прилично, а работу на персоналке знал, благо один из трёх ПК, действительно стоял у него в кабинете, как умеющего обращаться с заумными программами. Его в своё время, как единицу якобы бесполезную отправили учиться на месячных компьютерных курсах при какой-то фирме. Потом полкорпуса интересовались у эскулапа, громко спрашивая, — Ну как, месячные? И ржали, прямо как больные. Что с них взять, кругом «шизики».

Так вот, Евгений Константинович, ко всему тому автоспуском сфоткал всю компанию цифровиком. Не заметил того, конечно, весь на подъёме, что на заднем плане, за тремя серьёзными лицами борцов с трудностями их нелёгкой эскулапской жизни, была видна бутылка, точнее часть горлышка, но выдать её позже за пузырёк с теми самыми дефицитными лекарствами никак не получилось.

Пока Гаврилов писал, пока фотографировал, министерский совсем поплохел, он и до того уже ничего не соображал, ибо имея хоть искру сознания, разве допустил бы такое. Венчал отправленный текст, где стояли реквизиты больницы и ФИО «патриотов» прикреплённый файл с фото троицы крупным планом, на котором двое были с широко раскрытыми глазами, а третий смотрел одним, прищуренным, будто целился. Поскольку почти все послание было напечатано с АшиПками, а в матерных словах стояли, как положено точки («Мы же интеллигенция, как-никак!»), машина, подумав некоторое время все проглотила.

Автомат подтвердил, что послание отправлено и принято. За это выпили. То, что по тексту письма кроме — мы на посту — «б…ь», «что, Вы там не бздите», было и ещё кое-что, узнали к 12.00 следующего дня, чему, практически не расстроились, поскольку уже с 9.30 утра накатили на старые дрожжи.

Юрий Терентьевич с одним глазом, второй заплыл с перепою, долго, минуты три, сопротивлялся, но, в конце концов, сдался и через час опять был готов (эх, не те пошли кадры, не на кого руководству ведомств опереться).

Ровно в 11.50 Главврач больницы получил из министерства текст и фото послания, а также первый посыл, к улучшению работы с кадрами. Уже через три минуты по звуку песни — «Врагу не сдаётся наш лечащий врач, по крайней он не пропускает!» он обнаружил эскулапов — мерзавцев на третьем этаже лечебного корпуса, дверь пришлось снести. Герои отечественного здравоохранения забаррикадировались и не сдавались до последнего. Даже связанные продолжали героически петь.

Теперь уже ржали не только в больнице, но и в Минздраве и в соцразвитие и ещё во многих местах. Желающие могут до сих пор найти этот материал в Ю-Тубе через поисковик, под заголовком — «Письмо московских казаков турецкому Минздраву». Почему казаков, так больничка и была в честь первого её руководителя М. Казакова (Михаэль Баланта) названа.

К сожалению, одним весельем дело не ограничилось, если своего министерского, после визита к руководителю департамента, тоже некстати рассмеявшемуся, после традиционного — «Я всегда, а затем, никогда больше…», не уволили, но понизили в должности и окладе.

Главврача Казакова, ввиду непродолжительного нахождения в должности, предупредили о неполном… То Меркулыча и Гаврилу не пощадили и с позором выгнали, а если задуматься за что? Ведь, недаром же говорится — «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», может лучше бы воров в законе, да казнокрадов ловили и на реконструкцию канала Волга-Дон к примеру.

Говорят, царь, да и сам Сталин были к этим слабостям добрее (царю — «Третий день пью Ваше здоровье» — «Пора бы и перестать»). И у вождя народов — о зелёном змие, преследующем министра угольной промышленности Советского Союза — вождь отмёл — «Засядько свою меру знает!».

В палате №3/3 не только стало теплее, сменился и контингент болезных и выздоравливающих. Выписали Кирилла Мефодиевича Мармеладова, экс-актёра, толи Саратовского, толи Сызранского драматического театра, как вылеченного от «белочки». Но он обещал вскоре вернуться — «Мои инши сини ридненьки як ви тут без маво пригляду? Я повернуся до Бога, я повернуся». Несомненно, он так и не вышел из образа гоголевского пана Головы, сыгранного ещё на заре карьеры. Одно слово — «шизик», он и есть.

Носителя мелких чертей на лысине — Сергея Сердюкова, другого шизофреника, по его просьбе перевели в другую палату, после того как его отшлёпал в очередной раз заботливый и добрый самаритянин Мармеладов, но и там у него что-то не сложилось.

Геннадия Вячеславовича Четвертакова, за которого дважды ходатайствовали «уполномоченные товарищи-господа» выписали, но только после того, как получил в середине июня право подписи новый главврач больницы. Немо «ушли», как помнится в самом начале июля.

Оставался пятый обитатель палаты, которого под шумок отправили, снабдив довольно пухлым делом — медкартой лечиться, или долечиваться амбулаторно, под наблюдение невролога районной поликлиники по месту проживания, случилось это уже в сентябре, в самый комиссионный разгар, когда все искали самого ценного работника РЖД или Метрополитена — стрелочника.

Но старому, как мы знаем по опыту и в теории, всегда на смену приходит новое. В палате появились новые страдальцы, но сначала коротко о некоторых нововведениях. Двери поменяли, и они больше на ночь не запирались, это после громкого скандала, в связи с гибелью 23 человек в какой-то богадельне в Приморье (а затем и подобного в Воронеже). Кровати металлические заменили — на деревянные, и убрали ремни свивальники. Полосатые одеяла заменили нейтральными — в цветочек.

Таблетки и пилюли теперь не раздавали, как раньше из стеклянных полуторалитровых банок, а разносили на подносах в разноцветных пластиковых стаканчиках, каждому свои. Поскольку были жалобы, наварили по палатам с десяток дополнительных батарей и радиаторов, лет десять, чего не делали — продули систему отопления, спустив воздух.

Что казалось совсем уж фантастикой, поговаривали о возможном скором совмещении в одном корпусе мужских и женских палат, как практикуют в передовых Европах, на что баба Клава (Клавдия Никитишна), случайно услышав разговор в приёмной главврача, перекрестившись, молвила — Срам то какой, тьфу! В отличие от министерских лоботрясов, она трезво оценивала последствия своей и чужой деятельности, профессия заставила.

Среди санитаров и врачей провели беседы на предмет того, что больные шизофренией тоже люди, ну почти как женщины (тёщи здесь не причём), и их надо лечить, прежде всего, вниманием и заботой, а уж потом таблетками и процедурами. Все согласились, продержались аж два дня, до первого обосравшегося в столовой и попытки нассать мимо очка в мужском туалете.

На этом оздоровительно-профилактические мероприятия, по устранению недостатков, выявленных в ходе работы комплексной комиссии министерства, были завершены. Словом, изменения были, но толку мало, так что особого энтузазизьма, на этой почве ждать не приходилось.

Новый, взамен Гаврилова, лечащий — тихий и скромный очкарик, в недавнем прошлом выпускник медвуза, попал сюда исключительно по причине того, что в резюме было указано категоричное — не пью, вообще. Санитара не могли найти почти три месяца, пока кадровики не откопали какого-то переселенца с Молдавии, тот согласился на время, пока не найдёт другую работу, больных он откровенно побаивался, что сразу же стало предметом нескольких розыгрышей и шуток со стороны ветеранов синехалатников (совсем забыл, халаты поменяли, у всех стали салатные).

Совсем недавно в 3 палате на третьем этаже появился художник по иконам, направленный на комиссию органами правопорядка, прямо из-под следствия в деле о подделках и хищении икон, когда-то раньше уже проходивший здесь же курс лечения от алкогольного делирия, белой горячки.

Видимо, уже необратимые процессы начали захватывать тяжелобольного, если в первый же день своего пребывания в палате он объявил о свершившемся чуде. Пояснив, что на копии Автопортрета, с отрезанным ухом и трубкой, французского художника Винсента ван Гога, которую, он лично и писал, теперь лицо на портрете повёрнуто влево, то есть не так, как было им исполнено. И твердил, что это знак!

Копия действительно висела в палате, но подтвердить, что её писал именно этот больной, было некому, вот если бы не выгнали Меркулыча! А так, что других дел нет, как разбираться со всяким бредом сумасшедшего?!

Не лучше обстояли дела у другого пациента, то называвшего себя врачом, то специалистом по какой-то Сертификации, ISO 9001, то гипнотизёром, а то и вовсе твердил, что он новый Чикатило. Правда, было и то, что направление на комиссию он также получил в органах правопорядка.

Этот больной недоверчивый и мстительный, что вообще-то присуще параноикам, был очень тяжёлым пациентом для психолога, постоянно испытывал страх перед каким-то старшим Арсатом. Пугал всех ямой в какой-то пещере, то есть нёс, типичный для этой формы заболевания, бред.

Впрочем, оба неожиданно сошлись на почве обсуждения какого-то порождённого их больным воображением то «триСа», то какого-то Семенова.

Один при этом нахваливал Семенова, другой все время твердил о каких-то полках, что он имел в виду, было непонятно, толи созданный Петром военный полк, толи, какую-то полку, на которой лежала его некая ценная вещица.

Очкарик лечащий, записал на диктофон результаты последних наблюдений больных, скинул все на свой личный лэптоп (от англ. lap — колени сидящего человека, top — верх) и пометил у себя в календаре дату нового опроса больного, хотя надежды на то, что удастся разгадать этот парадокс, не было никакой, да и пустое это. Анамнез только что портить.

Глава 54. Просто, да не совсем так и просто

Всякая голова дана человеку, чтобы не верить, ибо верить всему можно и без головы

Собственно говоря, на этом данную историю можно было бы вполне и закончить. Главный герой жив, работает, нашёл свою любовь. Плюс к тому, как тут не вспомнить скареду Зевса, вот-вот получит квартиру, с учётом степени и ещё кое-каких льгот не менее чем двухкомнатную. Так, что этот вопрос его, теперь уже точно как москвича, совершенно не волнует.

Некому гонять чертей на лысине Сергея Сердюкова, по причине его примерного поведения и продвинутости персонала, но прежде отсутствия Кирилла Мефодиевича Мармеладова в больнице. К удовольствию обоих участников майского нелепого конфликта, он сумел пристроиться к какой-то труппе и в очередной раз гастролирует по России. Будем надеяться на то, что не пьёт, поскольку можно ведь попасть в больничку далеко не столь замечательную, как в Москве.

Анастасия нашла, таки себя и в жизни и в бизнесе, конечно с одной стороны ей хотелось бы стать законной супругой Аслана Гагиева (тот был женат на осетинке, у них было уже трое детей), но она понимала, что жену он не бросит. Да и полной дурой не была, зная о судьбе «русских кавказских» жён. К сожалению иметь детей она не могла.

Истопник, он же директор по хозяйственной части банного комплекса комбината бытового обслуживания гостей и отдыхающих, а также персонала Профилактория «Красная гора», по причине банальной беременности дочери нашёл-таки возможность породниться с лейтенантом участковым, полным ходом шла подготовка к свадьбе. Самого Макара эта новость не обрадовала, но ещё большие неприятности грозили увольнением, и рисковать доходным местом он не стал. Несколько, правда, ошарашили его запросы будущей родни, и цены на все что касалось церемонии. Здесь со времён Зевса ничего не изменилось.

ССС, или Семенов в тюрьму не попал, хотя дел плохих натворил немало, как мы знаем, ему помогли из РПЦ найти новую работу и теперь он директор одного из крупных павильонов столичного выставочного центра часто мелькал в новостях по московскому каналу на третьей кнопке.

Вконец охреневший от дозы радиации и ядовитых газов Кот Шрёдингера, продолжил свои прогулки по замкнутому пространству запертого ящика живой на 50% и мёртвый уже одновременно? Это вам не про две Анастасии объяснять, но физики они все немного того, где им и место.

Илья Сергеевич Подоварев, или «Ил-2», пока не попался, но уверен, это скоро произойдёт, также не очень сложилась судьба любителей банных процедур «двуежопца» Сидорука и его сотрудниц Лидии Владимировны — фин. директора и Алии Махмудовны — главного бухгалтера профилактория. Их сначала чихвостили Роспотребнадзор, Росприроднадзор, и вообще всего, всего — надзор, потом Минздравсоцзащита. Уволили их уже новые акционеры с контрольным пакетом, перешедшим от Николозович Арсата, по праву перехода собственности, только спустя четыре месяца после пожара (по небывало скорому суду).

Что до замыслов нечистой силы, то она потому и зовётся не чистой, что понять её, все равно, что за грязным, не мытым сто лет окном пытаться читать Библию в двадцати шагах — бесполезно.

Как же так, воскликнет утомлённый чтением затянутого опуса и ждущий уже давно развязки читатель? А сообразительный внук, из юного состава родственников, добавит, где обещанное описание встречи генерала с высокопоставленными представителями РПЦ и ДУМ.

Зачем столько всего нагородили вокруг Панагии Семистрельной, Хранительницы. Почему не рассказать о том, состоялась ли встреча Мессера с Заступницей и учителями Немо — «тайными рода»?

Хотелось бы узнать, что было дальше с бывшим вождём племени Ури, Гуром и его соплеменником Учи.

И наконец, самое старшее поколение возможно попросит раскрыть полный рецепт русской текилы?

Отвечу — «Вы вновь все абсолютно правы! Но, несмотря на все эти доводы, пользуясь правами автора, я бы сим, сей труд и закончил. Помните знаменитое Брежневское — « … Я кончил товарищи. Бурные овации присутствующих в зале!».

Но случилось в этой истории нечто непредвиденное, напрямую связанное, с нашими главными героями и всеми событиями весны и лета того непростого года. Пусть и не был он високосным, как принято считать богатым на неприятности, но очень важным для того, чтобы понять, что произошло в нашей с Вами жизни в дальнейшем, почему ровный поступательный ход страны вперёд вдруг сменился то галопом по Европам, то сползанием к временам холодной войны.

Почему эфирные флуктуации начались не в Вашингтоне, Олбани, Брюсселе или Лондоне, а именно в Москве, как месте, где случились первые самые толчки, раскачавшие синусоиду мировых уже процессов, сорвавших потом миллионы людей с земель их предков.

Полыхнула череда серьёзных вооружённых столкновений, из которых даже пришли войны, стала проседать, как во время землетрясения земля, мировая экономика, финансовая система. Пока вскоре все это не рухнет к едрёна фене и, снова на какое-то время не успокоится.

Не случайным, в этой связи кажутся и места модуса злой силы, порождающей волны флуктуаций: психиатрическая лечебница, казино, бутик, место для «хлеба и Зрелищ» — «Кронос Сити Холл» и наконец, престижный и отчасти таинственный район Гоголевского бульвара — помните «Имя моё Легион» Григория Климова.

Словно в необозримых горних высях кто-то вывел, нарисовал пальцем сложный ряд символов, рун, иероглифов, знаков, или формул, а потом уже в мирах дольнех они спроецировались и воплотились в дела, события, потрясения в материальной сфере. Как и мысль воплощённая.

От автора:

Порой достаточно внедрить в чьё-то сознание только намёк на самую мысль и довольно. Например, представление о том факте, что застывшей в болоте, экономике Европы нужен приток новой дешёвой рабочей силы, а возможные «неудобства» (как-то — неизбежный рост преступности, анархия, терроризм, наконец) не пересиливают всех достоинств таких шагов. И вот уже приоткрыты шлагбаумы на границе, всего то на дольку, на чуть-чуть. А в результате, как у Эдварда Лоренца или Р. Бредбери взмахнула бабочка крылышком вяк-вяк, а её ножками тук-тук, и пошло всемирное переселение целых народов, вначале и неосознанное, не понятое. В рассказе американского (и здесь они вредят) фантаста «И грянул гром», гибель бабочки в далёком прошлом (человек случайно давит там её) изменяет мир очень далёкого будущего.

В настоящее время, время 4-го технологического уклада российская экономика зиждется на 4 основных составляющих китах (перечисляю по степени важности влияния):

1. Производственно-технологический базис (заводы, станки, наука, инфраструктура, особо логистика). Сюда же можно отнести управленческие, инженерные и научные кадры и т.п.;

2. Дешёвая квалифицированная рабочая сила (и её свободное перемещение);

3. Создание условий для размещения, реализации и продвижения науки, новейших изобретений и технологий;

4. Завоевание чужих и защита своих рынков сбыта продукции и интернет — торговля.

На первый взгляд прохиндеев от псевдонауки под названием — Economics, кажется полный сумбур. О чём они тут же постараются возопить! Но мы с Вами к ярлыкам привычные и ответим так, как и должно — «Сам дурак!». Это Вам не Конфуций с Макиавелли, это мы ещё с детсада знаем. Постараюсь коротко по пунктам.

1. Ныне невозможно с нуля стать независимой сильной экономикой, если уже нет достаточного базиса — производственного, сельскохозяйственного, научного, развитой логистики. Новые, создать на конкурентно способном уровне не дадут.

2. В условиях логистического мира конкуренция зиждется на стоимости продукта и его качестве. То, что можно реально снизить это стоимость оплаты труда. Когда дела в Европе в экономике пошли вверх 1992—2012 гг., или в России — бум 2000—2009 гг. Да именно так трудом мигрантов!!!

3. Без субсидий от спонсоров что-то серьёзное открыть, сделать ни в науке, ни в производстве ныне не возможно! А где больше всех платят за идеи, где лучшие условия для работы (половина программистов Кремневой долины из России)?! Кто беспощадно давит конкурентов! Чей президент готов в случае необходимости бросить войска или бомбу?! Германия лучшая экономика Европы — забыли, сколько немцев выехало из СССР/России, а ГДР?

4. Страны Балтии, Чехия, Венгрия, Болгария (про Польшу отдельный разговор) фактически проиграли войну, где их родная экономика, их рынки забиты более конкурентоспособной продукцией из Германии, Великобритании и Франции, которые живут за счёт завоёванных рынков и тех же мигрантов. Доминирующая форма завоевания рынка Интернет — торговля. Alibaba group — это пример использования новейших технологий с целью уменьшения доли издержек в стоимости продукта. Но она скрытая, всё же имеется — это ПК, ОС, сети, программы, гаджеты, периферия, персонал и т. п.

Ещё одна ипостась Интернета — запудрить всем мозги. Заставить поверить в то, что когда воры выносят мебель из Вашего дома это хорошо. Что Вам вот-вот упадёт с неба новая, из дерева баобаба, которая лучше прежней в 100 раз. А пока, купите наш новый брендовый ночной горшок фирмы — Zasranes, ими пользуются Бред Пит и Мадонна. А ещё нужно время от времени убеждать тех, чей рабский труд на чужого дядю двигает экономики мировых лидеров, что они попали в рай. А все непослушные это исчадие ада и их справедливо бомбить, желательно издалека.

И какие бы нам песни не пели высоколобые фокусники из той же плеяды выпускников школы Economics, мы то знаем с Вами, что научить они могут только одному — как жить хорошо за счёт другого. А это в конечном итоге приводит к социальной несправедливости и борьбе за неё…

Кстати, в США поток латиноамериканских мигрантов через мексиканский шлюз из той же серии. Китайцы на — Дальний Восток?

Неужели, до сих пор верите, что обвал цен на нефть — случайность?!

А как ещё прикажите конкурировать на сдаваемых рынках (природных ископаемых, атомной энергетики, сельхозпродукции, вертолётостроения, вооружений, космической отрасли, науки и спорта, пропаганды и т.п.) с Китаем и Россией, в целом с АТР. Как учили древние — CUI PRODEST (кому это выгодно).

Автор считает необходимым обратить внимание читателя также на то, что большинство войн и жесточайших конфликтов на всём протяжение истории велись в так называемых южных областях Земли. Ближе к экватору, где с одной стороны жарче климат (выше энергия), с другой легче добыть пропитание, за которое шла извечная борьба. По-моему есть смысл определить, есть ли здесь некая устойчивая тенденция. Конфликты в северных широтах происходили, но при том, как правило, затрагивали и Юг. Это также, на мой взгляд, сыграло свою роль в формировании мировой экономики.

Ну-ка, попытайтесь припомнить, что было такого в том году интересного?

Нелинейное взаимодействие гидродинамических флуктуаций необходимо учитывать вблизи критической точки, где сильный рост равновесных крупномасштабных флуктуаций приводит к аномалиям наблюдаемых коэффициентов переноса, а также в неравновесных состояниях, когда система теряет гидродинамическую устойчивость. Характерными примерами являются конвективная неустойчивость и возникновение турбулентности в жидкостях и газах. Взаимодействие крупномасштабных флуктуаций описывается нелинейными членами в уравнениях гидродинамики, где локальные термодинамические величины рассматриваются как случайные переменные.

(Форстер Д., Гидродинамические флуктуации, нарушенная симметрия и корреляционные функции, пер. с англ., M., 1980. В. Г. Морозов.)

Вот об этом непредвиденном, и пойдёт речь в следующей четвёртой части повествования. А было оно столь необычным, что случившееся в казино покажется детской шалостью, или глупой шуткой.

Мышление нормального, среднестатистического москвича, каждый день привычно спешащего на работу в метро или на машине, тихо звереющего в пробках, нуждается в предварительной подготовке восприятия всего, что выходит за рамки привычного. Ему, отдающего себя производственным и прочим делам, обременённому семейными заботами, а тем более теперь, утратившего былое доверие к прессе и телевидению, сложно выйти из своего мирка. Где уже кое-как хорошо ли, плохо ли, но все понято и освоено, а тут может пойти не так. А вдруг и ещё хуже, чем есть? От добра, добра не ищут.

Даже те, что живут в мире собственных фантазий, редко выходят за ту грань, что сложилась благодаря, повторяющимся от нескольких раз, до тысяч и более прохождений сигналов от одного до другого нейрона головного мозга человека при помощи аксонов. Эти сигналы образуют своеобразные цепочки, которые, как архиваторы в компьютерных программах, сокращают загрузку операционной системы. Поэтому, нейросеть нашего ГМ (головного мозга) реально думает о чем-то новом, мыслит новым, как установили (нет, не английские) учёные всего 4—6 минут в сутки. При том — 60 000 раз вообще задумывается, 60% времени ни о чем (от чего вполне можно было бы избавиться) в т.ч. о сексе примерно каждые 50 минут, то есть, примерно 19 раз в сутки.

Так вот, будем считать, что цепочки в сети ГМ нами созданы, готовы к восприятию чего-то нового. Автор не отделяет себя от коллектива, смею верить, что если хватило терпения дочитать до этого места, это коллективные участники, не путать с коллегами (см. начало 29 главы на сей счёт) нашего уже совместного путешествия за героями этой истории.

В путь друзья!

Конец третьей части

Часть 4

Зима, весна и лето

Глава 55. Песнь Стояны. падение

С самого рождения и до конца, нас и мы все время кого-то обманываем. Это как будто одна из фундаментальных основ бытия. Не задумывались почему?

Семенов, вздохнул полной грудью, с тех самых пор, как он побывал в подземелье и после того инфаркта, что случился с ним так не вовремя, а бывают вообще болезни вовремя (только у школяров перед самой контрольной), ему все казалось мало воздуху. Сейчас он стоял у грузовых ворот павильона №75, что на ВВЦ/ВДНХ, открытых на обе створки, несмотря на работу, внутри павильона трёх мощных тепловых пушек, поскольку мультикары и вилочные электропогрузчики продолжали завозить оборудование и особо габаритные экспонаты на завтрашнюю выставку промышленного оборудования топливной угольной промышленности.

На дворе стоял этакий бодрящий морозец, снег уже давно ещё около 5.00 утра убрали, чтобы не дай бог не мешать слаженной работе полутора — трёх тысяч специалистов. Он уже как полчаса тому, побывал наверху, по широкой лестнице поднялся в кафе и по заведённой традиции, выпил здоровенную литровую «личную» кружку кофе, приготовленного на страшно дорогой кофе машине «BOSCH».

Так же как и всегда, дочка друга Павла Алексеевича Левашова, командира отдельного батальона материального обеспечения, делегированная на должность продавца, или как сейчас снобы зовут — бариста (хотя это две больших разницы, как говорили в Одессе) принесла перекусить. Она пока только готовится поступать в институт, и подрабатывает, сделала ему два маленьких бутерброда с сыром. Лада, так звали девушку, он её подвёз, транспорт в такую рань не ходит. Пока она того, пусть попробует сама на бюджетный поток, дело не в деньгах, важна наука.

Ещё он съел маленькую корзиночку, пирожные эти он обожал, и все это уже после того, как позавтракал ещё в четыре утра дома, привычка есть в дорогу, в любое время суток пришла в армии, где и спать приходилось не всегда, да и перекусить не удавалось частенько.

Выставочный комплекс, и его павильон конкретно, работал как часы, от одного показа моделей бытовой техники до выставки пород кошек проходило максимум 1—2 дня, бизнес требовал оборотов основных фондов, потому работа эта была не только престижной и денежной, но и с непрерывным циклом производства рекламы всего и вся.

Подношения участников показов — модных шляпок и итальянской обуви, сменялись винами Абхазии и шариковыми ручками по тысяче гринов за штуку. Приходилось отказывать досаждающим коммивояжёрам, предлагавшим громоздкие экспонаты, такие как разборные теплицы, мотоциклы и т.п., поскольку их обратная доставка на завод-изготовитель, из-за дороговизны и не планировалась.

Сегодня было воскресенье, но ССС уже был с 3.30 на ногах. Подбежал, запыхавшийся зам., ответственный за все, в том числе, за размещение участников по арендованным участкам. Сибиряки не успевали с завозом оборудования, отправили автопоездом, а дороги то и прихватило льдом. Прибудут только на вторые сутки во вторник.

Проблема была в том, что место их было рядом с павильоном ООО «Интртелс», где должен был побывать на открытии Премьер, для осмотра экспозиции и новой Магнитно-импульсной установки МИГ, недавно успешно испытанной на одном из заводов Урала. Предложил поменять их местами с — «IFAR Tehnolodgi», предварительно уже согласовано. Утвердил, бумаги стервец даже заготовил, вот что значит моя школа». Это о Бушлере Эдуарде Лазаревиче, которого перетащил с собой из автосалона, тот сам просился, обеспокоенный тем, что новый хозяин был ну, в общем оттуда.

Пора было отправиться в свою кандейку, слева от входа, где смело можно, и соснуть часок, дело то налажено. Он туда и отправился, после того как уточнил заму, цвет ковралинового покрытия на очередную выставку-продажу изделий народных умельцев России.

«Поменяем синий цвет на кирпичный, а то все синий да зелёный, надоели, уточни, пожалуйста. Пусть даже будет подороже, но не намного. И не забудь, про отчётность по плановым за текущий Мне уже насчёт среды Павел Фёдорович звонил, поторопи бухгалтерию, давно наших коров не гонял».

И в тот, самый момент, когда взялся за ручку двери, чтобы закрыть кабинет на ключ, раздался тревожный звонок, ещё подумал, — «Может кто из аппарата выставочного департамента с очередной вводной, но рано для воскресенья, ой не к добру».

Так и, оказалось, звонила жена, чего никогда не делала ранее. Срывающимся голосом, сообщила — «Семенов, нас обокрали!».

«Успокойся, успокойся (второе больше для себя) и расскажи, что там у Вас случилось?», — попросил он. И услышал следующее.

На этом предлагаю, пока оставить три С, ибо ему ещё предстоит переварить услышанное, а также потому только, что иначе не понятен будет дальнейший ход развития повествования и в том числе, случившегося в его доме.

Тихо покатившись, капелька наполненная светом упала, разбившись на брызги искорки, и наступила полная тишина. Из этой пустоты возник ещё не звук, а неясное колебание воздуха. Так шелестит первое дуновение свежего ветра в жаркий полдень, омывая лицо и руки уставшего путника в степи, где иногда кажется, что время остановилось. А человек в этой безбрежности высохших высоких трав, палящего солнца и бездонного неба над головой, такая же былинка, что произрастают здесь уже миллион лет, а может и больше. Иногда налетит суховей, поднимет пыль на редких дорогах и тропах, забьёт ноздри низкорослым лошадям кочевников, иссушит жарким сухим воздухом молодую поросль и умчит за горизонт, а степь опять замрёт.

Родившись где-то там, за пределами восприятия, звук постепенно обретал силу и наконец, стал слышен как мерный шум скрипящей гружёной коло — повозки. Едва различимые тональности не сразу переросли в звучание наподобие органных лабиальных труб, те в свою очередь возвысилась до пронзительных мензур и уже всепобеждающим мощным звучанием обрушились регистрами в меццо-форте и форте.

Изначально ровные текучие звуки, разнеслись по степи, как струи полноводной реки. Некоторое время спустя, они превратились в отрывистые, мечущиеся ноты, распались на отдельные составляющие высокой и низкой частоты. Они словно — то карабкались на холмы или курганы, то стремительно катились с них вниз. Их звучание уже напоминало стоны и крики.

Затем сразу, внезапно, на низкой ноте, звуки оборвались и опять воцарилась тишина.

На верхней, самой широкой и возвышенной площадке шестнадцати метровой стены старого камала — крепости, рядом с главными воротами укрепления стояли трое кметей — воинов глашатаев. Двое с длинными, деревянными трубами — карнаями, один с металлической трубой и ещё столько же — вооружённых, кувиклами и дудами.

На удалении двухсот — трёхсот шагов, безопасном от поражения стрелой, выстроилось, волновалось, шевелилось в нетерпении, готовое по сигналу своего вождя — баскака чикать, яростно ринуться на приступ крепости, войско супостата. Числом оно было не менее нескольких тысяч, словно акриды, куда ни кинь взгляд, везде блестели на солнце нагрудники, кольчуги, клинки мечей, топоров, секир, копий и дротиков. Трепетали на ветру разноцветные прямоугольные, квадратные и треугольные знамёна, хоругви, стяги отдельных племён и отрядов потомков торков и канглов, куман и кунов, составляющих основные силы нападавших. К сёдлам низкорослых клюсей некоторых всадников и на пиках копий приторочены и насажены были головы поверженных противу их.

У других же головы волчьи или собачьи. Среди них были и люди, тёмные лицами, в чудных одеждах на горбатых лошадях — верблюдах, были, и прочие с кривыми саблями в богатых ножнах с насечкой золотом и серебром арабской вязью и украшенные полудрагоценными камнями, с круглыми колчанами, сарачины с тюрбанами на головах из неведомых дальних стран.

Отдельной группой, до 600 человек, впереди штурмующих ту часть стены, где были ворота, находился сброд, в основном бежавшие преступники — суджилары и рабы, некоторые уже с клеймом на лбу или щеке, ищущие удачу и возможность обогащения в войне и грабежах. Они плохо вооружены, по большей части деревянными копьями, ножами, да арканами, из защиты плетёные нагрудники и такие же в два локтя, или три фута щиты. Средь них на траве лежали два толстых обитых в железо бревна с рукоятями, служившие таранами. Из небольшой группы в полста отчаянных головорезов — пластувати, особо ненавидимых защитниками крепости из-за воровской породы, что вооружённые лишь ножами, попытались ночью проникнуть в посад и цитадель под видом беженцев от орды кочевников. Они использовались как разведчики, паникёры и убийцы руководства защитой острога.

Из них в живых остались не более двух десятков, да и те были почти все с лёгкими ранениями. Остальные были убиты сразу или, под пытками выдав и себя и других лазутчиков. На утренний штурм тем, кто участвовал в ночной вылазке, разрешили идти добровольно, но боялись они, зная не писаные законы стаи, но и вперёд особо не лезли.

Также, несколько передних рядов занимали лучники конные, с двумя колчанами по бокам, где стрелы с наконечниками калёными, и пешие, другие вои с факелами и сосудами с «греческим огнём». За ними, по всем сторонам стены стояли воины, несущие штурмовые лестницы и шесты — бревна с крюками и поперечинами. Другие, крепкие телом, дюжие тащили прикрывающие штурмующих сверху от стрел, камней, кипящего жира с кипятком и прочего, деревянные щиты в шесть на четыре больших локтей.

Отдельного внимания заслуживает лаявшая свора, до полусотни тощих злобных, натасканных на людей и лошадей собак. Их держали на случай внезапной атаки конников из крепости, а также запускали в бреши и проломы ворот и стен цитаделей и острогов.

Можно сказать, особо выделялся на фоне вооружённой этой внешне разношёрстной и неуправляемой силы искусственный холм, сооружённый за ночь из земли. На вершине его, немного наклонившись вбок и вперёд, стоял огромный каменный идол, размером с лошадь. Рядом с холмом находилась повозка с воловьей упряжью на шесть голов. На той повозке видимо каменное чудище и привезли. Руки идола мужского полу были соединены в районе мошонки, и было видно, что ноги его слегка согнуты в коленях, это напоминало толстяка, терпеливо ожидающего возможность справить малую нужду. У подножия идола горел ритуальный костёр и несколько человек во главе с шаманом исполняли свои обряды. Наконец главный шаман встал в полный рост и вскинул обе руки к небу и громко что-то прокричал нараспев. По войску прокатился одобрительный шум от криков всадников — степняков. Небо сулило лёгкую победу и богатую добычу.

Только что один из знатных князей черников, темно коричневого цвета шатёр (кара-шадыр) которого, стоял на восток в полутора километрах, бросил свиток с повелением, превратиться о сдаче, к воротам заставного пункта в степи, поставленного на пересечении нескольких важнейших дорог-трактов, для дозору справа и взимати уроки подати. Все ждали либо того, что ворота вот-вот для них отворятся, либо команды на штурм. Силы были настолько не равны, что и те и другие знали, к обеду или менее вероятно — к вечеру сё дня все будет кончено.

Порубежный камал засечной линии был построен так давно, что никто из его защитников не знал ни точной даты начала создания, ни того кто его повелел положить. Правда как-то, пришлые люди говаривали, что появилась крепость ещё во времена троецарствия, как раз на границе Синей и Красной Руси, много веков тому назад на месте сожжённого булгарского городища.

Но церковные — священник Микулица, да после того другие монахи — служки — верные псы Иларионовы, объявили то ересью языческой и запретили повторять греховное. Хотя посадские ковыряя землицу, находили плиты каменные со знаками тайными, рунами Рода — Сварога, но о том помалкивали, не желая биту быть батогами, а то и голову потерять.

Стены около одной — двух саженей толщины состояли из укреплённой смеси камня и глины высотой в большей части около двух, двух с половиной саженей. Выше они были надстроены деревянным в три ряда частоколом из обожжённых брёвен с заострённым верхом, скреплённых изнутри металлическими скобами, его уже поливали внутрь водой из бочек, набирая большими деревянными шайками, ушатами и вёдрами. Также заранее политы были крыша и две стены конюшни.

Крепость представляла, собой, почти ровный квадрат со стороной 250—300 шагов, с трёх сторон обнесённый рвом, глубиной около 2 саженей. Со стороны ворот, к нему справа от них, примыкал небольшой яруга-овраг. Через 50—60 шагов по всему периметру камала стояли, возвышаясь ещё на полторы сажени, деревянные башни, в которых могли находиться до 3—5 лучников воинов. К стенам прилегал обнесённый валом, посад, где жил и работал торговый, иной немногочисленный рабочий люд и приезжие торговые люди.

Гарнизон городка — борони крепости, состоял из 140—160 человек. Он включал также воев-женщин. Прочие это бабы-катуны, челядь, старики, дети, мастеровые, лекари-знахари, обитатели, вместе с посадскими были числом ещё до 70. Внутри находились до полутора десятков строений, наполовину врытых в землю, саманного типа, зернохранилище, дровяной и сушёного навозу сарай да пара закутов. Три десятка степных, низких в холке коней, с десяток повозок и шесть волов составляли подвижную часть бороний дружины. Запасов оружия, пищи, фуража для лошадей хватало на месяц осады.

Вода поступала в колодец по жёлобу из самой глубины яруги, где бежал ручей, укрытый густым кустарником, кроме того, в крепости присутствовал запас воды в больших глиняных кувшинах и бочках-сороковках. Был вырыт и ход потаённый, длиной почти в километр. Укрытый дёрном выход, недалече от малого ключа с чистой водицей. Другой ход через колодезь вёл в овраг.

За свою историю укрепление столько раз разрушали и восстанавливали, что большинство защитников верви догадывались о своей дальнейшей судьбе, знали — клобуки, аль каганы не пощадят никого, да и женщин сначала будут несколько дней подряд насиловать — « … иже ходиша воеваху, и насилье творяху, и тако мучаху, се мрёт», а затем все равно убьют.

Уже вырезан был доглядный — передовой пост, бдети, успевший, таки, передать сигнал тревоги, так что людей и скотину успели согнать, а короба и рамки бортнические с матками пчелиными вынести. Были сожжены немногочисленные постройки за пределами крепости и вытоптаны поля рядовичей, богатые всходами пшеницы и других злаковых — ржи, проса, ячменя, овса, с огородами, где выращивали репу, редьку, чеснок, свёклу. Земли степные, благодатные одаривали хорошими урожаями.

Но и под стенами укрепления, за рвами и у ворот немалым количеством уже валялись трупы, тех воинов всадников и пластунов из числа неприятеля, что удумали сходу взять камал, нанесть урон. И слетевшиеся карги — вороны, уже дрались, каркали, выклёвывая глаза падшим степнякам.

Воины, бдевши на стенах, в башнях и резерв из двух десятков опытных дружинников — надёжа воев хоробых, что сосредоточен вблизи укреплённых ворот, были одеты в натёртые жиром, кожаные панцирные или чешуйчатые рукавные рубашки. Часть в кольчуги -байданы и малые кирасы — броню, бронзовые шлемы и поножи, на руцех голицы, чистое, по возможности новое исподнее, защищались небольшими четырёхугольными щитами со слегка закруглёнными углами. Выносливые, вооружённые железными мечами-акинаками, палашами и кинжалами, дротиками и копьями с железными наконечниками, имея короткий лук с двойным искривлением, в справной броне были они грозными противниками, но их было так мало. В бой дружинник шёл в особой нательной рубахе и в поясе, расшитыми оберегами — рунами.

Узоры в виде ромбов и сложных двойных крестов и завитков, символы Сварога и Семаргла должны были защитить и даровать победу. Отсюда и последовавшая затем традиция, сохранившаяся вплоть до наших дней, одевать перед бранью смертной новое, чистое исподнее.

Особая каста — витязи, как правило, крупные от природы вои. Среди них особо ценились сверхнадёжные булатные мечи от кузнеца Людота, все уникальные именные (Китоврас, Горыня, Хорь). Нередко, в боевом пылу, экстазе даже зимой они скидывали все, оголяя себя до пояса, в знак того Сварог вошёл в них, и могли сражаться так часами, без передыху. Только мечи сверкали, вращаясь во все стороны, ако мельницы страшные, безжалостные, но потом падали герои замертво…

Вооружение посадских, и не дружинников — рядовичей, закуп, смердов и холопов состояло в основном из кос, серпов, топоров, мотыг, рало, рогатин да ножей с самодельными палицами-дубинками, редко можно было увидеть у кого щиты или нагрудники.

Кроме того, на стенах были заготовлены и выложены бревна и камни для сброса, ковши и жбаны под горящую нефть, факелы, смола и топлёный жир с кипятком, багры с крюками. На вышках стояли ящики со стрелами и дротиками. Для поджигу разожжены были костры по три на кажну стену.

Надо помнить, что огни возжигали и при бедствии, чтобы умилостивить бога, в огне сгорали духи считавшиеся источниками этих напастей.

Одеты мужчины и женщины были в «чёрную», то есть рабочую одёжу. Мужи — в длинные с вышивкой рубахи, штаны, носили пояса и кожаную простую обувку. Посколь дело было летом, часть обходились вовсе без обуви или в лаптях, завезённых торговыми людьми ещё с осени.

Женская одёжа, состояла из длинных платьев изо льна, также разукрашенная вышивками по вороту и рукавам. Украшений на них не было, их одевали только по праздникам.

Борону камала возглавляла княжна, ей подчинялся воевода, управлявший собственно бранью — отражением атак неприятеля — супостата на крепость, и другими ратными делами, ему подчинялись витязи-дружинники — старшие на каждой из стен, резерва, лазутчиков и старшина ополчения. Витязи на стенах командовали десятниками над башнями и приданными посадскими. Текущие вопросы бытия, обеспечения оружием, сытью — пищей, водой и другими припасами решал советник княжны, он же усадский боярин.

Помощи не вждати, ни чаяти, пока весть дойдёт, пока удельный княжич дружину соберёт, да дойдут они конные и пешие до дальнего-то кордона, от крепости одни головешки, да кое-где веръжен вал стены останутся, а степняков и след простыл.

Уйти, оставить крепость тоже было никак нельзя, все равно в степи с бабами и детьми малыми, верховые быстро догонят, порубят всех едино. Телеги, запряжённые лошадьми, двигались по степи со скоростью 60—80 вёрст (по 500 саженей) за дневной переход, а волами ещё медленнее 50—55 вёрст. Зато конница степняков на рысях могла проходить 180—240 вёрст, а хлынцой (быстрым шагом) — 110—130 вёрст. Да и брата старшего княжны, вештии княжича боялись — молод, потому горяч и суров, кто известный верший наказ о службе кордонной порубежной нарушит — смерть тому лютая. Так что, сражайся и умирай в чести, спасая других роду-племени.

Рядом с теми, кто только что перестал трубить в карнаи на деревянной площадке, самого высокого участка стены укрепления, стояла молодая босая девушка с княжьим украшением на обритой голове — кичкой и длинной, по щиколотки, рубахе, без приволоки. Почему не в боевом облачении, более подходящем тому моменту, станет понятно чуть позже.

С нею были двое мужчин. Один, старик в необычном для этих мест и племён, чёрном до пят одеянии, с длинными седыми волосами и бородой, в деревянных, на верёвках сандалиях о босу ногу. Он был наставником, духовником молодой княжны и вид имел самый удручённый. Другой, в дорогих доспехах и высоком украшенным остроконечном шеломе, и в тимах, пыхный. По всей видимости, был он воинским начальником у защитников дозорной крепости. Един такой. На боку кривая сабля басурманская в красных ножнах. Сей воевода, зрелый муж, уже мыслил — как подороже отдать свою, да и не только свою жизнь супостату и подоле продержаться.

Он рассчитывал на сутки двое, за это время другие кордоны-заставы успеют под защиту войска баб, с детьми, стариков, да прочий невоенный люд из-под удара вглубь земель удельных и соседских, ежели силы супостата зело велики будут вывести (этимология супостат — супонь, кожаный ремень, который затягивают часть упряжи и тат/тати — разбойник).

Почему княжна оказалась в крепости, а не в детинце главного града удельного княжества, догадаться не сложно.

Дщери княжеского роду наравне с другими не замужними, не болезными и ведуньями, наравне с мужчинами рода, приспособлены с малого возраста были к делу ратному и несли службу по всем окраинам и весям, невзирая на княжеские привилегии и трудности воинского быта. Одного они не могли — опозорить род. Умели они не только носить ожеpелья из золотых и стеклянных бус. Бpонзовые зеркала, гребни, костяные, красного шифера и свинцовые пpяслица, пользовать, но и грамоту ведали и мечом каролингским владели, луком и металлическими — эмейской спицей и плоским поясным наконечником, ежели потребуется.

Вторая капелька слезинка упала, но не скатилась вниз, а замерла, пройдя половину пути по щеке. Наконец, молодая воительница правившая кордоном, справилась с проявлением слабости, хорошо, что её не видела дружина. Пыня запела, сначала тихо, голос едва дрожал. Затем он окреп, уже не жаловался, стал громче. Теперь его слышали не только те, что стояли рядом, но и в первых от площадки сторожевых башнях.

Это была древнеславянская предсмертная ритуальная песнь — заклинание «Реи рэи». Она не просила защиты у богов Сварога, Ярилы, Перуна или Берегини, она не прощалась с миром прави. Княжна просила Чернабога о возмездии, взывая к трём его ипостасям — Мести, Обиде и Мору. Это заклинание не было известно почти никому, а с самых древних времён матриархата, до Баалу, ещё до появления — «лая матерная», передавалось изустно ворожеями и только прошедшим тайный обряд посвящения высокородным особам женского полу.

Согласно ритуалу, в силу его действие вступало при одном непременном условии. Только тогда, когда на проклятия и разуправу ворогу отдавалась в замени, по равне, самая жизнь чающиго. Да и то не всегда, а то и многие кровавые жертвоприношения потребны были, чтобы в стане супостата поселилась Обида и начались кровавые междоусобицы и войны за злато и власть, чтобы подкрался незаметно Мор и начал косить, един род вражий неизвестной болезнью. И наконец, довершала дело Месть, исполнявшая проклятия о гибели племени, пожаре ли, наводнении, смерти, порче на детей и до пятого их колена, или какой другой беде, лихомани, горю.

В народе ходили смутные буденья, слухи, но их относили к ведьмам или ведуньям, за поминание, в этой связи лиц княжеского роду одно — дыба и мучительная смерть на колесе, а ближних в холопы, тут стоянием коленями на горохе не отделаешься. Даже волхвы и «знахари -обаянники» про те дела теперь не речили, считая их греховными и долженствующие полному забвению быть преданы.

Первые звуки заклинания были звуками того, может быть ещё праязыка, на котором Адам общался с животными тварями в Эдеме. Короткий «и» сменился — «ишшш…» имел десятки оттенков и колебаний почти не различимых даже тренированному слуху музыкантов. Звуки непрерывные являли собой слова образы, постороннему не понятные, скрытные, как если бы в новейшем русском языке убрать часть гласных «чрньбг», в котором можно узнать развёрнутое — чернобог. «Ишшш» — более всего походит на древнее китайское «шии» и означает змей.

Ритуальная песнь — заклинание начиналось с обращения к Змию Аспиду, что был много старше рода человеческого, звуки трубы должны были разбудить его, по старым поверьям он их не переносил. Далее шло обращение к Луне, но не к спутнику матушки Земли-Зеи, а к Луне-Лону, откуда всё зарождается и появляется на этот свет, дабы не родила она лютому ворогу …А семя Уда никогда больше не оплодотворило Лоно-Луну.

Пытаться перевести их содержание на современный язык не имело смысла, поскольку это не человеческое было, но только вторенное.

Издаля, к камалу со всех сторон поползли гады, разные ядовитые кольцами чёрные, редкая здесь толстая гюрза, серо-бурая степная гадюка, безобидные полозы ужи и мелкие, опасные только ранней весной медянки, первыми забеспокоились лошади, всхрапы их и удары копытами стали слышны пока в отдалении.

Шипящие звуки стихли. Им на смену пришли слова пения на другом незнакомом языке. Голос девушки взлетел вверх и пульсировал, гибкий обертонами и резкий, как кыпчак.

Затем ей пришлось петь с полным напряжением голосовых связок, как того требовала фабула заклятия одну низкую ноту. Вибрации «вожщли» наконец в резонанс, да такой силы, что у находящихся рядом воев завибрировали кое-где пластины нагрудной брони. Стоящие внизу у самой лестницы, ведущей наверх, к площадке заткнули уши. Жуткое это было ощущение, казалось, готовы лопнуть были барабанные перепонки, неведомая сила гнала незнамо куда.

Известно было, что в древние времена особо одарённые умели так петь, что в резонансе трещали и лопались слюдяные оконца в княжьих хоромах и теремах, падали люди «повьрже», мотали головами кони, а сами сие чудо творящи, могли и от земли в воздусе на вершок, али аршин аки подвешены быти. Этот зов вначале удивил, а потом привёл в ужас тех, кто его услышал на столь дальнем расстоянии.

По обе стороны стены поняли, что это не простая песнь, но страшное ведьмино проклятье. Многих пронял озноб, несмотря на жару начинающегося дня. Поднялся суховей ветер, гнавший перекати-поле. Разорвавший все прочие звук иссяк, установилась на некое время полная тишина.

Затем опять мощно загудели басами карнаи, металлический громче и звонче, а дуды и кувиклы выше и шелестящими полутонами. Ударили палки в подобия барабанов «… овы бьяху въ бубны, друзии же въ козиць и въ сопьли» и единым выдохом во всю мощь 200 глоток прозвучало троекратное Ур-агх. На последнем, сняв с головы, княжьи кичку и перстень с большим яхонтом, бусы, отдала все наставнику, расцеловала его на три стороны и, поклонившись в пояс на четыре, подошла к самому краю высокой площадки.

Посмотрела, на Ярило красное, да небо голубое, как и глаза её, глубокое, словно речка полноводная, там, где родилась, на Итиль-реке и прыгнула вниз. Аки птица, расставив широко руки в стороны и молча, не вскрикнув встретила смерть, пронзившими молодое прекрасное тело её, острыми белыми кольями, во множестве укреплёнными и загодя усиленными на дне рва. Почти сразу белого цвета рубаха, с рукавом, по-летнему, окрасилась пятнами красной, обыкновенной крови, тело ещё дважды в посмертных судорогах дёрнулось и затихло, головою свесившись, словно пытаясь напоследок что-то мелкое рассмотреть там в траве. И действительно там под ней лежал, выпавший из руки небольшой, но широкий и острый нож, которым при неудачном падении, чтобы не ожидать мучительной смерти молодица хотела покончить с собой.

Потом ещё на очищенных от коры и высохших на солнце гладких высоких в полтора метра кольях оно медленно сползло, так что княжна, будто землю эту целовала и накрыла нож с костяной ручкой собой. Но смотреть на это, уже было некому, начался приступ крепости.

И смешались крики и стоны с боевыми выкриками, звон бубенцов, закреплённых на бубнах с пением тетивы луков, грубыми звуками таранов, бивших и бивших в ворота, шипением проливаемого кипятка и жира на головы и плечи штурмующих стены и треска, горящих уже брёвен вершей стены. Истошными криками раненных и умирающих степняков и руссов.

К тому времени, когда солнце начало только-только заходить за ровную линию горизонта, множились они звоном мечей, да все чаще истошными причитаниями над погибшими детьми и ором, насилуемых тут же посреди битвы детей, девок и молодых баб.

А уже к утренней зорьке добили и последних, пытавшихся укрыться в земляных схронах обитателей крепости, их искали, травили собаками. Догорали последние из строений, что могли гореть, над камалом висел густой дым, видимый в степи за десятки километров.

У сгоревшего дотла дома боярина стояла большая повозка с собранным и увязанным снопами оружием, отдельно мечами, палашами, копьями и стрелами. Востру саблю, дабы врагу не досталась, в качестве дорогого трофея, а пуще того, не убивала своих же, в чужой руке, воевода, раненный, всё же успел сломать о колено, прежде чем быть убиту, хоть и была та вроде как дамасска, видать обманули басурмане.

Утоптанная за долгие десятилетия земля внутри периметра и снаружи была обильно полита кровью как нападавших, их было в разы поболее, так и защитников. Из 227 человек, к обеду следующего дня в живых остались трое, одна девушка-подросток 12 лет, в шатре у баскака, молодой вой, под пытками, изуродованный, давший согласие показать кратчайшую дорогу к следующему острогу, на пути к граду удельного княжича, да малой парнишка Волемир, хороший бегун.

Он, как и было оговорено заранее, нёс весть о гибели княжны и дружины с боярином и посадскими людьми, волосы княжны с перстнем и ещё сумку чево другого, с пищей и водой, для этого был спрятан в самой середине того потаённого хода, что вёл к чистому ручью. На исходе ночи он выбрался наружу, и успешно обойдя ночные дозоры супостата, змеёй ускользнул в степь, чтобы уже через двое суток знакомой тропой добраться раньше ворога и постучать в ворота Ближнего острога. Ещё через 4 дня, после того, будучи доставленным в детинец с княжьим заветным словом и тут же представленным, пред светлые очи молодого княжича с печальной вестью.

Ещё, но об этом стало известно гораздо позже, десятник Ратмир увёл с собой под землю 16 человек (три дружинника, четыре ополченца и четыре бабы-катуны с детьми), в известный ему, да усадскому боярину Гориславу, подземный схрон. Из дома боярина он выводил в сложную цепь туннелей и пещер, вымытых в земной породе когда-то протекавшей здесь подземной частью реки, от которой ныне остался лишь ручей на дне оврага.

Сам боярин стар был и потому отправил дщерь с десятником, скрыв лаз, принял мученическую смерть от топора вора и убийцы из сучьего сброда. Тело его порвали голодные псы, а знатный кафтан посадского, хотя и в засохшей уже крови получил один из родовых ханов сиров-кыпчаков.

Осталось узнать, зачем Стояна, так звали княжну, так нелепо на взгляд человека нашего времени, ушла из жизни, ведь теми же двумя лазами, могла сховаться, спрятаться до поры, уцелеть, наконец, в плену? Конечно, могла бы, но вот только крепости бы в таком разе, сдавались одна за другой. Совесть не позволяла, гордость княжья. Трусость была непозволительна.

Понимая, что все погибнут и, видя, что пуще смерти их вождь боится бесчестия и люди посадские и дружинники шли спокойно на смерть за своим племенным или родовым лидером. Если княжна, баба не боится, то почему я должен, думал каждый. А княжна так воспитана была, как надеюсь и большинство русских воинов и простых граждан великой и могучей, наверно ещё и необъятной потому России. К тому ещё в сражении, в пылу и неразберихе битвы всегда существовала возможность попасть в плен и быть обесчещенной.

Как тут не вспомнить, трусливо бежавших командиров ВСУ под Дебальцево на Украине. А гонору-то, гонору.

Нигде, ни в одном источнике, автор не нашёл ни одного подробного материала о наговорах, заклятиях и прочей отрицательной, тёмной стороне ведической древней славянской, русской культуры и этики. Хотелось бы верить, что её этой стороны и вовсе не было, но скорее всего это не так. Либо «стесняется» наука, либо Церковь в своё время все вычистила. Не только в Европах ведьм то жгли.

Есть, правда, некие намёки на то, что позднее, на рубеже XIX — XX веков в деревнях Центральной России ещё существовала некая традиция передачи изустно магических знаний по женской линии. От девушек к молодицам, далее к бабам, хозяйкам и большим, и наконец, старухам.

Причём знания передавались старшими дозировано, всё более углубляясь с изменением статуса женщин. Об этом очень интересно написано, в изданной Академией наук в 10 — 15 годах книге Семеновой-Тяньшанской — «Жизнь Ивана».

И в тоже время, согласен с тем, что месть, взаимная ненависть, только усиливают шаги, один за другим по конкретному уничтожению и деградации тех и других. Стоит всем задуматься над этим, прежде чем творить зло и посылать проклятия. Но это ни в коей мере не относиться к тем, кто защищает свою землю и свой дом, род от агрессора, пришедшего грабить и убивать.

Ишши, « … тёмный взываю. Прими в дар жизнь мою и…». Не оттуда ли, из тех времён стародавних, далёких, задоньщины, южного Урала и Алтая с Забайкальем дошли до нас, и живут поныне горькие стенания песни — плачи. Их старухи в глухих российских деревнях поют редко и по особым случаям, уже на разный лад, а слова-то по большей части и не понятны, хоть и чудиться что-то знакомое, но ускользает. Больше слышим и там уже, что из города пришло — «Позишен намба ту» или ещё какую, бесовскую похабщину — «Секшен революшн»,».. 18 мне уже, ты целуй меня везде».

А отступление это, казалось бы, далёкое от нашего повествования, начавшегося, если помните, с обхода главврача в московской психбольнице, автор вынужден был сделать ввиду тех самых обстоятельств, о которых упоминалось в самом конце третьей части нашей истории, а именно.

В ходе обследования туннелей и пещер специальной группой спецслужбы, включающей в себя, представителей Гохрана и Церкви, спелеологов, диггеров и технарей с различной аппаратурой, а позже и учёных историков, археологов, в одном из ответвлений, а точнее рядом с тем, где прятался Семенов, были обнаружены интересные артефакты. Совсем не похожие на бутафорские: разбитый щит, два копья, колчан с тремя стрелами, чашка для питья, бляха поясного ремня и детская глиняная сопелка.

Но сначала нашли две странные длинные рубахи со следами крови и, как и полагается, отправили их на экспертизу. Вывод экспертов ЦНИЛ МВД РФ был, что называется сногсшибательный. Исследования, проведённые молекулярно-генетическими методами, позволили сделать совершенно необычные выводы — изделия, новые на вид, пошиты старинным способом не более года тому назад. Материал льняных мужских рубах изготовлен в 8—11 столетии н. э. Скорее всего, указанные изделия представлены, как характерные для поздней катакомбной культуры типа слоёв Ливендовского поселения на Нижнем Дону, пыльца растений льна приблизительно того же района. Анализ ДНК крови показал, что она с большой (более 85%) долей вероятности принадлежит лицам мужского полу (сведения по гаплогруппам), южных областей Украины. По ряду признаков присущих славянскому оседлому населению (по выборкам гаплогруппам I1b можно разделить на I1b1 и также I2а2 — характерным для южных славян) тех мест, представленному разными племенами в 6—14 столетии н.э., позже вытесненными другими этносами. Приличествующие на изделии образцы волосяного покрова также, характерны для указанных выше признаков. И так далее.

Представляю лица заслуженных корифеев Центра читающих заключения отдельных своих коллег, столь противоречивые.

Позже, когда найденные артефакты, вмести с подобными заключениями по сосуду для хранения воды или иной жидкости, изготовленному из тыквы (сразу 3 заключения) обнаруженные при Семенове и иные попали к одному из заслуженных, тот на 100% определил их полную аутентичность, найденным в раскопах Ливендовского поселения. С учётом фантастического рассказа — показаний Семенова (его ещё раз подробно опросили), оставалось одно предположить, что каким-то неведомым, чудесным образом та группа, что избежала гибели — «… Сорочины треклятые шмыкают, чикали, Брань на живот мир. Застава наша, надёжа не сдюжили» во главе с десятником Ратмиром оказалась через 1250 лет или около того, за 1250 километров под землёй?

А главное, непонятно почему и зачем, кому это было нужно, или вмешались силы горние светлые ли, тёмные, но потревоженные той песней княжны, боюсь, мы так никогда и не узнаем.

Из области фантастики и чудесного дело начало постепенно перемещаться в область обыденного, но ещё нами не понятого, не изученного, когда стали серьёзно интересоваться туннелями. Исследования, проведённые с использованием геосканнеров шведской компании Geoscanners AB, позволили выявить наличие подземных пустот сначала на месте раскопов Левендовской крепости — поселения, а затем и целую сеть ходов и лабиринтов. Все попытки изучить их протяжённость и направленность закончились, ввиду того, что далее 15—17 километров (по приборам) подготовленные и соответствующим образом укомплектованные диггеры за неделю просто не смогли пройти. Все, казалось было против — на поверхности геосканнеры уже не выявляли, уходящие в глубину туннели. Мешали завалы и лабиринты-ловушки, уменьшалась до полутора метров высота и до полуметра ширина ходов. Где-то ходы вообще были подтоплены, прорвавшимися грунтовыми водами. Дышать на отдельных участках без изолирующих противогазов типа Ип-4М и Ип-5 было невозможно, в одном месте обнаружили фенол. Связь практически отсутствовала, автоматика в виде гусеничных, управляемых роботов с элементами искусственного разума, далее полутора километров по проводам и не более 200 метров по радио не работала.

Обратились к авиации, гидрогеологии и космосу, ДЗЗ (дистанционное зондирование земли) кое-что прояснило, но далеко не все. Тогда подключили программистов и компьютерные модели. Картина получилась потрясающая. Постепенно, шаг за шагом, стало ясно, что на всей территории страны от Чукотки до Белгорода и от Мурманска до Иркутска существует разветвлённая система туннелей, больших и малых пещер и подземных пустот. С большой долей вероятности они ведут и далее в Европу, Среднюю Азию и Китай. Вполне возможно, что существуют они и между континентами.

Пошли доклады наверх, там отреагировали обычным образом — разобраться и доложить предложения. Поскольку вопрос был обширный, объёмный, выходил за рамки имеющихся штатных структур, но и создавать новое управление или департамент по «восходу и заходу солнца» смысла до прояснения перспектив не было никакого.

Решили создать межведомственную комиссию при одном из вице-премьеров, включив туда представителей спецслужбы, учёных и различных технических специалистов. Возглавил её уже знакомый нам Генерал, который к тому времени действительно ушёл на повышение, но не туда, куда все предполагали а, … Материалы исследований также направили в специализированный НИИ Службы.

Но дальше, больше, а мы продолжим опять с того момента, когда ССС узнал, что его обокрали. Надо сказать, что новость эта его не просто расстроила, она ошарашила боязнью за домашних. Защемило в груди, опять болело сердце.

Глава 56. Поиски панагии

Если представить, что все было бы только хорошо, одно хорошо. Вот было бы плохо!

Около 5 минут потребовалось Семенову Семёну Семёновичу, чтобы успокоиться и понять, что надо делать. А делать было нечего, надо ехать домой и уже оттуда начать действовать. Через час с небольшим он подъехал к своему дому на Ленинском проспекте, и ещё из машины увидел в окне 4 этажа лицо Милы — жены. Дома оказалась и Светлана, дочь студентка 1 курса МГУ им. М.В.Ломоносова, которую мать попросила, после всего остаться дома (та собиралась в кино с мальчиком).

По перевязанной вполне профессионально голове супруги ССС понял, что скорая уже была и уехала. Попробовал сосредоточиться, в последнее время к нему постепенно начало возвращаться его видение людей, правда, это была далеко не та всеобъемлющая картинка, что в санчасти обмо, но все же. Он повертел голову жены, не увидел там внутренних кровоизлияний, гематом и немного успокоился. Заплаканная Мила при нем тоже немного отошла от пережитого и теперь уже подробно и в деталях рассказала следующее.

Спустя час, после того как он уехал, раздался звонок по мобильнику с его номера и абсолютно его голосом ей было сказано — «Я сейчас постучу в дверь, чтобы не будить Светку, вернулся, забыл дома документы». «Действительно через несколько минут раздался тихий стук в дверь, потом-то я сообразила, что стучали не так как ты обычно, кажется, ты говорил — „семёрка“ (даай-даай-за-ку-рить), я спросонок и открыла».

«В дверях стоит незнакомый мужчина и спокойно говорит, что ты послал его за документами, попросил впустить его, чтобы их забрать. Дальше, приоткрыла дверь, пригласила его пройти, повернулась и все, больше ничего не помню, очнулась, когда Света меня водой поливать начала. Он подлец, меня чем-то тяжёлым по голове видимо шандарахнул, врач со скорой помощи сказал, надо обязательно сегодня в свою поликлинику показаться, может быть, сотрясение». И тихо пискнула, опять полились слезы.

Он согласился с тем, что надо сначала показаться врачу, обязательно сделать снимок и только потом вызывать милицию. Ругнул про себя жену, что пустила в дом постороннего. Быстро сам осмотрел всю квартиру, хотя до того Мила уже рассказала, что случилась большая неприятность из тумбочки в спальне, пропала Панагия, также пропали деньги те, что хранили дома, около 3 миллионов рублей и 5 тысяч долларов.

Остальное все вроде на месте. Сейфа в доме не было, да и не панацея он при грабежах, заставят открыть пытками, либо сами ключ найдут, там тоже профессионалы. Светка спала и её слава богу не тронули.

Но вот что странно, шкатулку с кольцами и другими побрякушками жены и Светланы (Татьяна недавно вышла замуж и жила отдельно), которые, стоили тоже немало, не взяли. По всему выходило, приходили за ней родимой за панагией! Семенов позвонил по номеру телефона, оставленного ему капитаном Морозовой и договорился о встрече, после того как разберётся с травмой головы у Милы. Та, попросила его до прибытия следственно-оперативной группы ФСБ, в милицию не сообщать.

Пришлось ей сказать о Семистрельной. Договорились, что Светлана останется дома, откроет дверь, и тем самым обеспечит начало работы по поиску следов преступников, а сама Вера Дмитриевна прибудет через пару часов.

Они уже собрались закончить разговор, когда по ушам сначала ударил резкий звук постороннего сигнала, а затем откуда-то проскрипел чей-то другой голос —

«Господа! Прошу сердэчно извинять, но Мойша, винужден, Вас прэрвать. Советую впредь вещицей этой более не интересоваться, не к тому делу дерзкий интерес проявлять изволитес».

«А ежели, буржуйские Ваши рожи, голосу потомственного пролетария слухать не будуть, и супротив партии пойдуть, так мы суровым рабоче-крестьянским ответом порушим мерзкие капиталистические планы, смерть чёрной контре! Семенов ты про яму то помни, не забывай, голубчик, с милой то и в яме — рай. Спой мне светик не стыдись. Кто говорить, тот и говорить, кто контру Троцкого гнобить. Я предупредил».

Арсат, а это был он мастерски менял маски и соответственно речь, прикидываясь то старым евреем, то дореволюционным барином, то краснобаем-пролетарием, явно издевался над обоими слушателями.

Тут уже алёкала Морозова, до неё, наконец, дошло, кто так бесцеремонно влез в её разговор с бывшим директором автосалона. Поначалу она даже решила, что это случайный абонент, ошибся номером, но услышав фамилию ССС, что называется, въехала.

Поскольку звонок на этот номер поступал с переадресацией, и шла не только его запись, но и техническая обработка, автоматическая программа выдала адресатам практически не более чем через полминуты первый блок имеющейся информации. Но сначала запись попала в «Копилку» первичную базу данных, затем за десяток секунд прошла обработку на специальных акустических программах мощных серверов Конторы и добралась до закрытой системы электронного документооборота и оптимизации оперативных процессов, предназначенной для комплексной автоматизации многоуровневых информационных потоков. «Арбат 14» сообщил сразу в 12 адресов личных страничек пользователей о том, что один из обладателей голоса, участвующего в разговоре абонентов Морозова-Семенов, находившихся по адресам: ___; и адресам проживания: ___; опасный преступник. Далее следовало: разыскивается с ___; за ___; места возможного пребывания ранее ___; и многое другое.

Одновременно, несколько машин серверов — ЭВТ уже разложили все имеющиеся шумы. Отдельно, возможные направления перемещения (они легко умели отличить троллейбус от автобуса), проанализировали их и выдали предположения об окружении, наличии рядом известных по базе данных голосов и шумов, вплоть до возможного района трансляции и происхождения звуков.

Все попытки изменить голос естественным (без использования специальных аудио-фонетических программ) образом, были обречены и легко распознавались ЭВТ. Происходило это за счёт последних достижений перцептивной фонетики, позволяющие выявлять универсальные и специфические перцептивные характеристики, присущие звукам человеческого языка вообще и звуковым единицам в частности.

В программы, согласно срочности, важности и иерархии информации уже заранее были внесены, согласованные алгоритмы решений и что самое главное действий. Отпала необходимость в многочасовых, если не многодневных утрясках и согласованиях. Если соответствующего уровня начальник, лицо, его замещающее не принимал решение своей компетенции, за строго отведённый промежуток времени, автоматика действовала по наиболее оптимальному алгоритму математической модели на основе статистических данных и корректур. Внедряли её почти пять лет, со скрипом и воплями всех пользователей, сопутствующими анекдотами и историями, но постепенно недовольные привыкли, наросло «мясо» и все признали, в разы сократилось время реализации. Шутники предлагали внедрить её срочно в Правительстве или вместо него. По сути, это был элемент, созданный российскими учёными и техническими специалистами, искусственного интеллекта, прообраза завтрашнего дня. Не можем мы пока ещё делать iPad и iPhone, но и нам есть чем гордиться, а что до «яблочной» продукции — дайте срок, деньги уже выделены, ждемс господа не сумлевайтесь!

Так вот, и в данном случае, по адресу Семенова Семена Семёновича — Москва, Ленинский пр-т, д. №__, кв. №__, этаж, подъезд, домофон (данные на соседей в т.ч. сверху и __), получив команду и подтверждение оперативного дежурного, уже выехала суточная группа захвата, благо располагалась она не так и далеко. Морозова говорила из кабинета, в который только недавно переехала и ждала внеочередного майора. Принтер в машине спецназа уже распечатывал схемы здания и инженерных сетей, данные на соседей.

У генерала, который теперь сидел в скромном кабинете, на Старой площади также замигало красным окошко второго монитора, оповестившее, об экстренном событии. Через час с небольшим, прибыл с докладом предложений полковник Виктор Сидякин, заменивший генерала на прежней должности в управлении «ЗОР». Теперь, после «Кронос Сити Холл» к любой, самой малой информации по шифру «Сущность» относились крайне серьёзно, поскольку именно она вызвала массу кадровых решений, в результате которых, полетели из своих кабинетов в пенсионные дали несомненные фавориты подковерной борьбы за высшие эшелоны власти.

Генералу даже дали прозвище — Костя Заслонов, которым тот, кстати, гордился, с намёком на то, что подорвал не один карьерный паровоз. На 5 этаже почти посредине коридора, рядом с закутком для отдыха, с тремя широкими кожаными серого цвета креслами, вокруг журнального столика, в кабинете бывшего нач. отдела адм. органов ЦК КПСС генерал ещё раз листал три толстенных папки-скоросшивателя с материалами — «СС».

А их за прошедшие три с половиной месяца, что прошли с момента стрельбы в БКЗ, прибавилось немало. Чего стоили только отчёты по системе туннелей. Перспективы были огромные, это же были те самые Кротовы дыры в пространстве-материи, и не где-нибудь в далёком космосе, а вот они рядом, можно пощупать. Никогда ещё физики маститые профессора и мальчишки в рваных джинсах, молодые доктора наук, неизвестные пока широкой публике, не крутили-вертели с таким энтузиазмом, на различных хитроумных стендах копья и стрелы, прибывшие к нам из 9—12 веков нашей эры.

И не зря вертели, ведь чего-то там такое нашли, насколько его проинформировал по старой дружбе сам Верлихов. Говорил, что Нобелевская в кармане шелестит валютой, пора сюртуки у Славы Зайцева или новомодного Гоши Рубчинского заказывать. Кстати там твой знакомый Серов отличился, удивительно наука развивается из психиатрической лечебницы в лауреаты, вот судьба, но умница, заслужил.

Полковнику доложили из квартиры Семенова. По предварительным данным, Панагию, не понятно, чем она так интересна этой компании, крутятся не зря вокруг, да около неё, брал не Арсат Николозович. Тоже загадка — толи фамилия, толи отчество, говорят, такое же у Саакашвили, и было прозвищем якобы, у Меркулова. Есть лицо на видеокамере с козырька соседнего подъезда, догадались ещё месяц назад поставить на всякий, вот и сработало, так что небольшие, но перспективы есть. Программа уже схватила, ведут пока в метро, где-то в Сокольниках, скоро дадут установочные, пока — 163 кандидата, из них по нашим базам интересны могут быть 16 человек. Арсата опять потеряли, пока сняли номер, определили по локации приёмо-передающих ретрансляторов — вышек, место, IP-шный адрес, он, как в землю канул.

Поразмыслив сидели, рядили, что делать в первую очередь, в связи с появлением этого странного юноши. Может, и не так далёк был от истины, заместитель руководителя Службы, ранее предположивший что он и есть главный объект разработки.

Электроника, в лице той же системы «Арбат-14» продолжала работать. К поиску и задержанию члена опасной преступной группы злоумышленников — «имярек» Дмитрия Станиславовича, были подключены МВД, а спустя всего два часа, полковник давно покинул кабинет куратора всех силовых структур на Старой площади, его, то есть преступника взяли в собственной квартире.

Не помогли не накладные усы и борода, ни фокусы с переодеванием за гаражами, ни долгие смены маршрута в метрополитене и другом общественном транспорте. Система всегда бьёт класс. На допросе задержанный, по подозрению в разбойном грабеже, раскололся тотчас, но о заказчике не смог вспомнить ничего, Панагию брал, она и была главной целью визита на квартиру Смирнова что ли. Да, простите — Семенова. Ему даже было подробно разъяснено, где искать. Кому передал, тоже не помнит, даже не смог ответить — мужчине или женщине.

Поскольку видеокамер вблизи дома задержанного, в радиусе километра — двух не было ни одной, опять замаячил тупик. Проверки на новомодных полиграфе, опрос с применением психотропных препаратов, невербальным способом, по визуально-тактильным признакам, а также под гипнотическим воздействием, также ничего существенного не дали, разве, что одна фраза, странного свойства — Что, дескать, если не сделает, все как указано, хвост пришьёт. Но её, не приняв во внимание, отнесли к приговоркам.

Семенова, так и не пришедшего в себя окончательно, после того звонка и недвусмысленной угрозы Арсата, вместе с женой и дочерью Светланой, разместили на одной из конспиративных квартир на окраине Москвы, под круглосуточной охраной. Адресов таких немало было ещё со времён Лаврентия Павловича, далеко не все сумели их изъять, разобрать в период ельцинских разбродов и шатаний, реконструкций и оптимизаций спецслужбы, велико-должностные демократы — прихватизаторы.

Но тут опять, вмешался случай, или необходимость, как посмотреть, помятуя об особом предназначении Семистрельной заступницы, ну никак она не шла в долгий полон. Из могилы и то, выбралась, ямы избежала, видимо её саму тоже силы горние, тайные для других дел берегли.

«20 ноября 20__ г. при посадке в самолёт Ан-2 „Нарьян-Марского объединённого авиаотряда“ в аэропорту столицы Ненецкого Автономного Округа, всего то, два с полтиной часа лету от Москвы и в Заполярье случилось нечто неординарное. При погрузке багажа, был задержан некто гражданин Карпов Борис Ефимович, 72 г. р. Поскольку, картонная коробка, принадлежавшая задержанному гражданину, при перевозке на машине ГАЗ-66, от здания аэровокзала, до места стоянки самолёта оказалась повреждена — порвана, и из образовавшегося отверстия…».

Далее, можно не читать, попросту кто-то из рабочих аэропортовской мафии решил поживиться, чем бог послал. Снова возвращаемся к рапорту дежурного поста МВД на транспорте — Указанный гражданин учинил пьяный дебош, не подчинился сотрудникам аэропорта и милиции при исполнении, оказал яростное сопротивление и т. д. Что значит — права стал качать, хмырь московский. Постовым тоже надо как-то жить.

Короче, гр. Карпова с рейса на пгт. (посёлок городского типа) Троицко-Печорск Республики Коми сняли, а — « …при досмотре багажа было обнаружено ювелирное изделие Панагия, церковного предназначения, идентичная, указанной в ориентировке от 17.11.200_ г. Москва за № СВ2794д/16—11.Реутков. Жду подтверждения указаний на командирование двух сотрудников линейного отдела МВД на транспорте для доставки изделия и задержанного гр. Карпова в Москву и поощрения отличившихся (список прилагается)». Список, с указанием ФИО и форм поощрения возглавил зам. министра, начальник департамента транспортной милиции ГУ МВД — с наградным автомобилем Ауди Q7, замыкал его — начальник линейно отдела аэропорта с — «Благодарностью».

Через сутки груз прибыл уже в сопровождении группы из четырёх вооружённых спецназовцев, спец. бортом транспортного Ил-76МФ на Чкаловский, и с превеликой осторожностью, на сей раз без приключений, доставлен сразу в НИИпоВД ФСБ РФ. В ходе УЗС (ультразвукового сканирования) объекта исследований, внутри центральной части — энколпионе, путной панагии обнаружено инородное тело, предположительно часть просфоры богородичного хлеба (тела Христова), что характерно для патриарших/епископских церковных предметов облачения начала — середины ХVIII века.

Представляет интерес то, что панагия, с самого начала была изготовлена как не двухстворчатая, не рассчитанная на извлечение инородного предмета. Также можно предположить, что материал, из которого изготовлена просфора, может быть значительно более раннего происхождения, чем собственно сама панагиарь. Судя по снимкам-сканам поверхность инородного предмета, покрыта рисунками или/и надписями. С учётом последнего, а также ввиду самого факта транспортировки данного объекта исследований на Север России, полагал бы целесообразным, по согласованию с РПЦ в реставрационных мастерских подворья Московской патриархии (ПМП) произвести вскрытие указанного объекта, с целью извлечения и последующего исследования запаянного постороннего предмета.

К заключению были приложены несколько снимков и отдельных материалов. Отпечатков пальцев, кроме упомянутых, выше задержанных, не обнаружено. Специалист ПМП, к которому обратились за предварительной консультацией, информации по данной панагии, сверх того, что дал НИИ, не имел. В остальном, предложил направить официальное обращение.

Хранили панагию теперь, до передачи Патриарху, в специальном сейфе, под сигнализацией и надёжной охраной, во избежание, каких других неприятностей, все исследования предписывалось проводить не менее, чем втроём.

Полковник ещё в ходе разговора с Генералом на Старой площади пришёл к тому же выводу, касаемо Севера, ибо бросить в яму, утопить в болоте, наконец, просто расплавить её можно было и в Москве, а не тащить в дальние дали за 1,4 тысячи километров. Однозначно выходило — был за этим неудавшимся завозом, вне всяких сомнений какой-то ещё не выявленный интерес. Кто-кто, а Генерал точно знал, что в ближайшие 15—30 лет российский Север, ждут серьёзные перемены. И вообще с Арктикой и Антарктикой, будут жёстко связаны не только ресурсные, экономические, транспортные и военно-стратегические интересы России, но и интересы её противников и «коллег» как в Америке, с объединённой Европой, так и в ряде других стран.

Параллельно шли допросы арестованного гр. Карпова Бориса Ефимовича, в ходе которых удалось выяснить только то, что забрать в Троицко-Печорске Коми у него панагию должен был некто — особа мужского полу Воронин, больше о нем ничего не было известно. В Нарьян-Мар была срочно направлена, тем же бортом, группа из трёх человек оперативных работников.

В понедельник 23.11.20__ г. старший — майор Найтович Ю. С. доложил служебной электронной почтой о том, — «…что имеются в НАО (Ненецком Автономном Округе) и Республике Коми — 267, Нарьян-Маре — 11, и в Троицко-Печорске 1 — чел. с такой фамилией, из них мужчин, старше 16 лет — 113. Вылетавших Ворониных в пгт или из него за последние 2 недели ни одного. Лиц мужского полу, менявших фамилию Воронин на другие — не обнаружено. В Троицко-Печорске имеются также 2 Воронцовых, 1 Воронков и 6 чел. Воронян. Согласно информации местных органов милиции воров, иных известных криминальных лиц с кличками „Ворон“, „Воронок“ и т. п. в настоящее время — нет. По выполнению необходимых проверочных мероприятий доложу дополнительно. Аудиофайл записи беседы с батюшкой местной церкви пгт. Т-П, что рядом с ул. Ленина — отцом Фёдором (Ларионов Максим Иванович), направляю. При Вашем согласии, прошу продлить сроки командирования до 27 декабря 200__ г. Прошу согласия. Ю.С.Найтович».

Заключение РПЦ, о разрешении вскрыть панагию пришло — 11.12.20__г., а уже перед самым католическим Рождеством были получены первые результаты исследований, настолько неожиданные, что 25 декабря к полковнику напросился лично директор НИИпоВД генерал-лейтенант Нефедов, ученик самого А.П.Зелинского.

Это живая легенда всей Службы. Про него говорили, что если — «ну очень надо», то может по следу атмосферных нетипичных возмущений, индивидуального — типологического свойства, найти за тысячу километров птицу, пролетевшую две недели тому назад, да не одну, а в стае из сотни особей. Ещё сотрудники Института на полном серьёзе утверждали, что — «Если бы физики вовремя обратились к метру, тот давным давно нашёл бы им кота Шрёдингера, или даже двух и живого и мёртвого. А, Нобелевскую премию он не получил, только потому, что в разделе закрытые исследования, все места заняли кадровики. А как известно давно — в кадрах всё решено. Говорят, что в кадровых войнах и сражениях погибло людей не меньше, чем во всамделишных».

Кадры решают всё, этот популярный лозунг 20—30 годов прошлого столетия в Советской России одинаково подходил как для государственных учреждений, так и для элитных подпольных борделей. Покажите мне того олуха, кто считает, будто сегодня что-то изменилось.

Глава 57. Если это просфора, то я афроамериканский негр

Всё, что есть во Вселенной связано со временем, т.е. и пространство и энергия. Отсюда, любые изменения во Времени влекут за собой изменения других.

Ровно в 11.00 Сидякин сам встретил у вторых дверей проходной академика, профессора, заслуженного деятеля науки, лауреата Ленинской и двух Государственных премий Российской Федерации, обладателя звезды Героя соц. труда СССР и знака — «Почётный сотрудник госбезопасности» и прочая, прочая — генерал-лейтенанта Нефедова Бориса Николаевича. Полковнику уже приходилось дважды бывать в епархии у генерала и, теперь он сразу узнал среди входящих скромно одетого, малого ростом и седого учёного. Худощавый старик легко вбежал на несколько пролётов по лестнице, проигнорировав лифт — «для бездельников». Отказался от кофе в пользу минеральной воды, — «И не думайте о здоровье, просто я её люблю, с газом». После английского короткого о погоде, перешёл к сути визита.

Первое — прошу, если это возможно ознакомить меня лично, либо вот список специалистов со всеми обстоятельствами данного дела. Речь идёт о проблеме государственной важности, вне всяких преувеличений, необходимо знать все подробности — это второе. «Мы получили на исследование объект, речь о содержимом панагии, с совершенно не подчиняющимися современной науке свойствами, он по непонятному нам набору алгоритмов меняет массу, температуру, цветность, напряжённость полей, и ещё черте что происходит».

«Если это просфора, то я афроамериканский негр! Третье — прошу до полного завершения исследований никуда не передавать объект, так как уверен Верлихов, как только что-нибудь пронюхает, будет просить передать его в НИИТФ. Четвёртое — прошу также на весь период работ прикомандировать следующих профильных специалистов, согласно списку №2. Пятое — все материалы по Панагии вынести в отдельное производство с грифом «ОВ». Далее следовало до пункта 12. Между ними Виктор Николаевич узнал за массой научных тарабарских даже для кандидата наук (правда, когда то было) терминов много интересного. Например, что этот, в некотором смысле в обычном состоянии квадратик, размерами 3х3 см, толщиной «около?» 3 мм, изготовлен из материала, все исследования которого можно охарактеризовать, как tippy (неустойчивый). «Например — вчера был темно коричневого цвета с оттенками, сегодня дважды менял цвет, без какого-либо воздействия извне и т. п. Правда, одно свойство этой странной вещицы пока было постоянным — твёрдость, прочность и неподверженность любым физическим воздействиям». Генерал сразу предупредил, что — «… это «изделие» ни в коем случае, не стоит путать с некими нано материалами, пусть и самыми, что ни наесть, суперновыми и технологичными. Ни прессы, ни термопечи, ни облучение мощными лазерами его не брало».

«Он легко отражал или наоборот, как некий катализатор концентрировал нейтринное излучение, мог становиться магнитом, но только представьте — только одной полярности, то плюс, то минус. Мог на несколько минут вывести из строя и потом восстановить работу не только электроприборов и электронику, но и механические приборы (часы) в радиусе 20—30 метров. «… Все это при том, что в заключённом состоянии, в панагии, при первичном исследовании, он своих необычных свойств не проявлял, словно спал».

Много ещё чего нового об этом, несомненно, рукотворном чуде, для себя, тем днём, узнал полковник. Ну а самую главную новость, он приберёг напоследок — по обеим сторонам вещицы были изображены (методом резьбы, идеальной формы наклонными канавками ок. 18 градусов и 0,2 мм толщиной и глубиной), 3 знака, похожие на славяно-германские руны, разные и 3 схожих рисунка на другой.

Но эти знаки рунами, во всяком случае, известными не были, отдельные из них напоминали раскрученные круги на полях. Изучение собственно панагии, отклонений в обычных параметрах и свойствах, не выявило. Объект, помещённый в схожие условия тем, что были до извлечения уже не «спал» и также активно себя вёл. Академик вообще высказал предположение о том, что это некое подобие флешки огромной ёмкости, носитель какой-то важной, скорее всего зашифрованной информации. Возможно в десятеричной системе счисления, или 12—24х.

И ещё одно его умозаключение заставило вздрогнуть начальника управления, о том, что где-то есть и вторая половина, но этот вывод он сделал на основании лишь косвенных, с натяжкой, признаков и знаменитой «чуйки» профессора. Уже оба согласились, что нельзя исключить и того, что существует и третья и четвёртая части, тогда по законам симметрии получаем большой квадрат, или 3х3=9, исходя из количества и расположения символов.

Ещё раз посмотрели увеличенные до половины листа формата А4, фотографии. Полковнику показалось, что чей-то изощрённый ум сверху подсказал и другое допущение — это один из элементов машины с искусственным интеллектом, но она была настолько фантастична, что он не стал её высказывать, боясь показаться директору НИИ этаким фантазёром.

Правда, рассказал о некоторых странных событиях из эпопеи побега и путешествия в туннеле Семенова, того кто являлся хозяином панагии, до того как её украли. Теперь, когда стало известно, что панагия находилась у него все время побега — хождения по подземному ходу, и с учётом того, что стало известно о необычных свойствах «изделия», можно предположить, — «… А не является ли это устройство ключом к разгадке перемещения людей и предметов во времени и пространстве. Отсюда и найденные копья и т. п. и встреча с неизвестной электронной матрицей или „субстанцией низкой плотности“ группы древних славян-русичей. Также можно принять, в качестве гипотезы, что именно образовавшаяся система: Семенов, с его разбуженными экстрасенсорными способностями; и данное изделие „ожившее“ в лабиринте; и укрыло беглеца от преследователей».

Имелся материал по проверке показаний бывшего директора автосалона, спрятаться в том аппендиксе, при достаточном его освещении, было практически невозможно. Этот вывод был сделан на основе нескольких попыток экспериментаторов, побывавших уже не раз в туннеле. Но имелись и показания, одного из задержанных по данному делу, преступных соучастников розыска Семенова, нанятых за деньги, кем-то из подручных ускользнувшего Арсата или им самим. Тот не раз повторил, что осмотр вёлся особо тщательно, и если бы кто-нибудь был в том закутке, они бы с напарником непременно заметили.

Немало вопросов вызывал и тот факт, что Семенов вообще благополучно добрался до военного городка, вероятность этого в темноте, с учётом ловушек-лабиринтов, ответвлений и тупиков, наконец, заделанного выхода, была — ноль целых, хрен десятых.

Академик с интересом посмотрел на визави и согласился, что гипотеза эта вполне, вполне. И ещё попросил направить к нему в Институт на пару деньков Семенова, если это конечно возможно. Собственно на этом разговор и закончился.

Согласовав докладную записку и завизировав материалы заключений, Сидякин от души поблагодарил генерала, на поношенном пиджаке которого не было ни одной железки — висюльки и проводил до следующей начальственной двери уже на другом этаже и в конце длинного коридора с ещё одним постом проверки документов за дверьми с электронным замком.

Вот оно как повернулось, вспомнились тут ему слова Верлихова о Немо и сумасшедшем доме, рассказанные бывшим руководителем управления. Может и стоила жизнь товарища Саши Кузякина, с которым сидели в соседних кабинетах, того, что уже дала и ещё непременно даст такая находка. Только вот скольких ещё может убить, покалечить, да просто подвигнуть на мерзость, какую эта схватка.

Судя по всему, вторую часть или части следовало искать там — на Севере, это была единственная на данный момент зацепка, способная привести к разгадке всей этой странной истории, других, к сожалению, у Системы не было. Зато, с большой долей вероятности, как предположили, после тщательного анализа всех установленных фактов, известно в каком районе.

Правда площадь того района составляла не менее нескольких сотен тысяч квадратных километров лесов, болот, вечной мерзлоты. Характерными, для тех мест, длиной снежной зимой, но не такой уж и холодной по меркам Севера, в январе бывает до — 20, редко более, при повышенной влажности, ветрах. Коротким летом — мошка и комары, размером с большой палец, заморозки бывают даже в июле.

Зачастую при почти полном отсутствии дорог в общепринятом смысле, и вообще развитой инфраструктуры. С весны и до глубокой осени эти грунтовки на севере Коми — сущий ад, колея — жижа до метра, полутора. Зимние тракты через речки быстрые да ручейки не замерзающие, тот ещё русский дальнобойный экстрим.

Особая проблема и головная боль — дороги. В целом же их состояние по всей Республике, особенно качество асфальтированных дорог типа Р, А и К до районных центров характеризуется, как удовлетворительное. Так, дорогу от Сыктывкара до Троицко-Печорска можно признать, в целом неплохой, хотя присутствуют и откровенные ямы, иногда весной её размывает вода. От Столицы Коми Сыктывкара до деревни Вомынбож участки дороги с асфальтобетонным покрытием чередуются с новыми участками с улучшенным покрытием. Всего таких дорог не более 35%, а всех весте с учётными № Н и категорией III — V (грунтовыми) только 60% от минимальной необходимой потребности.

Немногочисленное местное население зимой, вне основных асфальтированных трасс, передвигается в основном на снегоходах. Летом главная транспортная магистраль это железная дорога Котлас — Воркута, где её нет, добраться можно только по разбитым грунтовкам и рекам.

Печорский тракт

Ночь, темно, вокруг тайга,

По реке идут КАМАЗы, звёзд, рассыпанные стразы,

Зимней речки берега.

В небе чёрном лик луны

Разлился по темноте, в той бездонной высоте,

Чьи пределы не видны.

Глухомань разбудит свет,

Мощных фар больших машин, даль заснеженных вершин,

Мирно спящих тыщу лет.

Гул моторов разнесётся,

Обороты наберёт, тишину лесов порвёт,

Гулким эхом отзовётся.

Зимником по льду реки,

Трасса тут зимой одна, летом, нету нихрена,

Так что ездить, не с руки.

В группе, что из трёх машин,

Наш нагруженный КАМАЗ прёт всей мощью своих масс,

Оставляя слепки шин.

Светом фар ломаем мрак,

Разрезаем темноту, путь не близкий в Воркуту,

Снег и лёд, Печорский тракт.

Сосны, ели, слева, справа,

Километры прочь бегут, знает трассу, лыс и крут,

Крутит руль водитель Слава.

Радио орёт в кабине,

Жмёт КАМАЗ по целине, здесь планшеты не в цене,

И вайфаев нет в помине.

Лепс гремит, слетел с катушки,

чарт на радиоволне, кофе в термосе — вполне,

уже выпили три кружки.

Скоро утро, переправа,

Там вода, обломки льда и проскочишь не всегда,

Ну, давай, твой выход Слава.

20 тонн фабричной стали

По промоине, по дну, гонят впереди волну,

Крошки льда стекла достали.

Выручайте в матерь боги,

Крепки русские слова. Север или Колыма,

Эх, российские дороги!

Всё прошли, а я не верил,

Дальше легче, там земля, ехать нам ещё два дня,

Или три, по крайней мере.

Будем печкой, что в кабине

Мы сушить штаны потом, растираться всем гуртом,

Старой водкой на рябине.

По бортам сосульки сбиты,

Но ещё не высох пол, а уже накрыли стол,

И сто граммов не забыты,

То отдельный протокол.

День уже и снег искрится,

Вот и Сия, там привал, если ты всю ночь не спал,

Хорошо в кабине спиться.

И опять летит дорога,

Прёт КАМАЗ, все двести сил, пока речкой колесил,

Покарябанный немного.

По земле метёт и крутит,

Снег с утра пошёл опять, график надо нагонять,

На стекле на фотке Путин.

Ночью будут звезды снова,

Нам приветливо мигать, и в дороге помогать

Два коротких крепких слова.

****

Русь, от края и до края,

Бесконечные пути, по которым нам идти,

Свой, из прочих, выбирая.

Значит мой, по бездорожью,

Зимней снежной целиной, где дороги ни одной,

Асфальтированной ложью.

Через час его пригласили в кабинет зама руководителя, за это время он успел набросать вчерне и даже распечатал предложения и перечень своих мероприятий.

Впереди ждал Север. Вылет основного состава группы позже был согласован с вице-премьером, курировавшим работу межведомственной комиссии во главе со знакомым нам Генералом со Старой площади.

Поскольку наступали новогодние праздники, а также необходимости достаточного времени для подготовки членов разношёрстной группы, сбора, комплектации и переброски большого количества сложного технического оборудования, затребованного специалистами различных НИИ и организаций, включёнными в состав десанта, вылет назначили на 9.30 утра 6.01 уже нового «20__года, бортом МЧС.

Кроме того, необходимо было подготовить тыловое обеспечение работы группы столь крупного состава — всего более 65 человек (плюс экипаж и водители ТС), людей надо было где-то разместить, накормить и напоить, предоставить рабочее место, создать необходимые электронные системы связи и обеспечить транспортом.

Потому первый эшелон в составе 6 сотрудников вылетел 29 декабря в Сыктывкар, столицу Республику Коми, что в 300 км от Троицко-Печорска, в котором должна была осуществляться работа секции в количестве 17 человек, и где планировал работать сам Сидякин. Ввиду важности миссии, и большого состава рабочей группы, с каждым днём росло внимание руководства Службы и представителей различных структур и аппаратов гос. власти.

В целях легендирования целей оперативного десанта и подготовки почвы для работы всех секций и кустов привлекли не только своих специалистов в области PR (public relations — связи с общественностью) и «мягкого» манипулирования общественным мнением, но и гражданских «шпаков» — нескольких известных журналистов жёлтой прессы. Так появились несколько региональных проектов, призванных способствовать поиску подобных панагий или крестов кабинетных, энколпионов — на всей территории Республики. По каналам регионального TV показали несколько специальных передач. В них речь шла о счастливом возврате, жителями Коми церковных атрибутов, утраченных РПЦ. В том числе, направленных на аудиторию староверов, которых было довольно много среди верующих в Коми. Эти передачи, призваны были побудить владельцев незаконно приобретённых предметов — сокровищ, проще говоря, ворованных, либо, доставшихся по наследству, старушками припрятанных от НКВД/КГБ, вернуть Церкви, имеющиеся у них на руках такие предметы.

Акцент был сделан на морально-нравственные аспекты, но не забыты были и материальные стимулы, с упором на молодых членов семьи. Несколько раз на дню крутили ролик, где на экране молодой парень получал за возвращённый архиепископу отличительный знак его облачения, новенький Nokia 8800 Gold Arte или Apple iPhone, а девушке достался HTC. На другом канале богообразная старушка Марфа плакала, получив письмо с выражением благодарности от самого Патриарха. На криминальную аудиторию осуществили по нескольким каналам вброс информации о прибытии в Коми из Москвы нескольких крутых посланцев авторитетных бандитов — денежных мешков с мощной силовой поддержкой для скупки по высоким ценам указанной атрибутики, якобы выполняющих просьбу — поручение самого предстоятеля. Также, были организованы по районам специальные проповеди нескольких представителей Московской патриархии и местных священников, якобы вызванные указанными пиар акциями.

Для работы по отдалённым населённым пунктам, охотничьим и рыболовецким артелям с закреплённым транспортом высокой проходимости, также были делегированы группы. В их состав вошли священники, сотрудники одной из силовых структур под видом коллекционеров или/и кого-то из местных историков-краеведов. Для инструктажа таких групп даже привлекли из наиболее «удачливых» скупщиков краденного — икон и прочей атрибутики, находящихся в местах отбывания наказаний, само собой, не вводя их в курс дела.

В состав десанта были включены три представителя Минобразования, с задачей организовать соответствующую работу в школах и других учебных заведениях. Используя праздничные дни, планировалось, за счёт распространения слухов, срежиссированных, постановочных и наигранных моментов и ситуаций, проведённых программ и передач на телевидении, по радио и в печати целой серии пиар-акций, организовать к моменту прибытия основного 2 эшелона ВРГ — настоящий ажиотаж по реализации местным населением всевозможных носителей разыскиваемых объектов.

Работа этих подразделений, а также помощь, оказанная управлением МТО (материально-технического обеспечения), существенно облегчили выполнение, поставленных задач.

Также появление и цели визита в Коми многочисленной команды из Москвы, обеспечивалось разъяснением решения Центра направить в Республику представителей двух независимых групп, первой по проверке смешанной комиссией Главка и российского отделения ЕСПЧ (европейский союз по правам человека) работы районных органов МВД Республики (по письмам и жалобам). И второй — проведение фольклорно-этнографической экспедиции по местам компактного проживания представителей национальностей Коми (манси) по линии Министерства культуры Российской Федерации. О чем были направлены соответствующие уведомления, приказы и распоряжения.

Поскольку в Коми официально был зарегистрирован несколько лет назад Союз казаков Республики, по согласованию с региональным атаманом также были запланированы на это время различные мероприятия историко-архивного и культурно-массового плана. Известно, что казаки тесно сотрудничают с Церковью, участвуют во всех крестных ходах, следят за порядком в храмах во время больших христианских праздников, в курсе всех перипетий.

Казаки здесь появились ещё со времён Ермака, яицкого казака, который брал проводниками коми-зырян и отсюда шёл за Урал завоёвывать Сибирь. Уже в сталинские времена, в Коми образовалась диаспора (круг) казачества, в основном это потомки репрессированных и высланных с Кубани и Дона на поселение, а также тех, кто приехал в Республику по каким-то другим причинам.

В Сосногорске, Ухте, других райцентрах атаманы окружных казачьих обществ были широко представлены в местных органах управления и могли оказать существенную помощь в работе по поиску артефактов.

Старинная уральская казацкая столбовая:

Как у пятого столба, нету счастья нихрена,

А у третьего столба, вся трава… утоптана

У четвёртого столба, провода порезаны,

Партизаны там шалят шашками с обрезами

На втором столбе электрик чёта ремонтировал,

Током дало по рогам, со столба спикировал.

А на первом, на столбе, чашки все пропали,

Бабы их заместо бус в праздник надевали.

На столбу сидел казак, там увидел издаля́,

Бригадир полез рукой к его жинке в труселя.

Как на крайнем, на столбе чистил ворон перьия,

Значит, скоро нападёт, германская империя.

По весне хорунжий пил, есаул заканчивал

Апосля в поля ходил пятый околачивал.

6 января, прибыв на военный аэродром Чкаловский за час до назначенного времени вылета Сидякин, убедился в том, что погрузка оборудования, снегоболотохода и 4 снегоходов завершена, ещё раз предупредил всех об ответственности и доложил, о готовности борта к вылету. Переговорил накоротке, с летевшим в составе группы Семеновым. Лету, по словам экипажа самолёта до Сыктывкара было около 2 часов, плюс-минус 20 минут, в зависимости от ветра и грозовых фронтов.

Погода была хороша, искрился на солнце снежок, ветра в тот день не было, видимо отдыхал после новогодних праздников и в преддверии завтрашнего православного Рождества.

Ровно в 9.30 четвёрка передних, а мгновение спустя 16 задних колёс Ил-76МД, бортовой номер RF-76722, оторвались от бетонных плит примерно на начале последней трети длины ВПП Чкаловского аэродрома, самолёт быстро набрал высоту и взял курс на Север. В грузовом салоне сидели на металлических креслах — сидушках, лицом к проходу, где был закреплён на тросах и карабинах транспорт десанта, технари, опера, учёные, спецы других организаций, все уже экипированные и все вместе горланили — «Под крылом самолёта о чем-то поёт зелёное море тайги. Лётчик с экипажем верный путь найдёт, прямо к ресторану подкатит самолёт, Выйдет к барной стойке, ступая по хозяйски, но уже не твёрдо молодой пилот».

Полковник прошёл в кабину командира экипажа, сделав вид, что не замечает, как кое-кто, из тех, что посмелее, разлили за взлёт из наградных металлических фляжек спиртное, у кого что, в крышки — «За Взлёт» и «За отрыв колеса».

Настроение было хорошим, вчера, в 19.00 ему позвонил руководитель Службы и сообщил о присвоении ему Указом Президента Российской Федерации Меледева Д. А. от 04.01.20__г. №__/_-п, воинского звания «генерал-майор» и пожелал счастливого пути и удачного возвращения. Пошутил, что тогда придётся сразу же писать представление на «генерал-лейтенанта». Штурман запустил по громкой борта отрывок из мультика про Маугли со словами шакала Табаки — «А мы идём на Север, А мы идём на Север…».

Заложило уши, самолёт набрал эшелон. Сидякин вскоре вернулся на своё место, рядом сидел Семенов и читал книгу с неподдельным интересом, что отражалось на его лице. Он не хотел лететь куда-то за тридевять земель, да ещё в преддверии светлого праздника Рождества Христова, который планировал провести в кругу семьи. Но и отказать Сидякину не мог, чувствуя за собой вину, так как утаил тогда панагию. Кто ж знал, что так повернётся. Да и вообще, расскажи, кому не поверят, почище будет того детектива, что он сейчас читал. Там, согласно воле автора лихие мотоциклисты с пулемётами, гонялись за мексиканскими наркодиллерами — мафиозо. По необъятной фазенде с собственной пещерой и бассейном с гидромассажем, туда-сюда.

Он вздрогнул, вспомнив свою пещеру, появилось нехорошее предчувствие.

За бортом тяжёлого транспортного самолёта плыли облака, в редких разрывах их была видна покрытая снегом без конца и края равнина, поросшая деревьями, ближе к редким населённым пунктам, с плешинами вырубленных полос и делянок. Они как дыры на старом ковре во дворце царя Гороха расползались вглубь и вширь. Обрезками ниток, выглядели с высоты зимники, по которым мощные Scania, CAT, Volvo, GINAF, МАЗы и другие лесовозы день и ночь вывозили драгоценный лес. А за ними оставались срезанные сучья и сломанный молодняк, порушенный поверхностный тонкий слой плодородной почвы, содержащий основные, питающие корни растений, кустарника и мхов, минералы, соли и перегной биомассы популяций микроорганизмов. На их восстановление, воспроизводство массива лесов, этих лёгких планеты, уйдёт не одна сотня лет.

От автора:

Хорошо если наши потомки будут мудрее, сажать и выращивать станут больше, чем срубать и вывозить на продажу за бугор. Если нет, то постигнет нас судьба Китая, где повырубили лес на палочки для еды, а теперь несёт ветер пыль и песок на Пекин, да так что Солнца порой вообще не видно. Я даже слышал от знающих людей, что и засыпать песчаными дюнами скоро может совсем этот красивый древний город (относительно скоро, через 30—50 лет). Это мы только думаем, что являемся хозяевами природы, на самом деле это далеко не так и со многими, если не большинством катаклизмов, мы пока справится не в состоянии.

Глава 58. Раз картошка, два морошка

Алхимики всего мира стремились из глины получить золото. Пока получилось только у наших из Федерального дорожного агентства. Также там умеют производить бумажный асфальт

До аэропорта Сыктывкара, расположенного чуть ли не в центре города, добрались без особых приключений, лишь немного поболтало перед самой посадкой. Самолёт разместили на дальней стоянке за северным крылом пассажирского терминала. Почти сразу после остановки двигателей из него стали разгружать часть оборудования на подъехавшие внедорожники, часть в прицеп, прибывшего этим же рейсом болотохода.

Каждый знал свой манёвр и, потому дело спорилось. Не более чем через 45 минут, колонна из 4 джипов, Снегоболотохода СБХ — «Аркуда» и 4 снегоходов Yamaha, выехала через тыльные ворота аэропорта. По Колхозной улице не спеша доехала, свернув налево на улицу Советскую, и далее до Интернациональной в гаражи УМВД (милиции). С ним убыли 8 человек, ещё 7 были размещены в аэропортовской гостинице, остальных 28 человек увезли два автобуса ПАЗ до гостиниц «Югора» и «Тиман-Хаус».

Вскоре прибыла и легендированная официальная часть группы в составе 11 человек, прилетевшая в «город на Сысоле» позже на час рейсом из Домодедово KO 705, Москва — Сыктывкар на Embraer ERJ-135 Regional Jet, Комиавиатранса.

Утром следующего дня почти все разъехались, получив накануне подробный инструктаж, теперь уже в неформальной обстановке, что называется вживую от закреплённых работников территориального УФСБ РФ по Республике Коми. Других подробно ознакомили с обстановкой на местах, прибывшие по вызову сотрудники правоохранительных органов из отдалённых мест проживания и работы. Третьим помогли вникнуть в специфику местных условий сотрудники республиканской и районных отделов и пунктов милиции. Члены группы убыли в города, посёлки, на кордоны и заимки, по своим кустам, секциям, и рабочим группам. Отдельные отправились в сопровождении местных товарищей, некоторые в единственном числе.

Всего, с учётом выделенных Центром и местных сил и средств было задействовано ок. 100 чел. и 18 ед. различной автотехники, включая ГТТ и ГТСМ. Им предстояло найти иголку в стоге сена, площадью 416 800 кв. км. С населением 864 424 человека, при плотности населения 2,07 чел./кв. км.

Для Сидякина предшествующий день был наполнен решением уймы проблем, связанных с согласованием различных вопросов, транспортными делами, питанием и оборудованием, прежде всего.

Затем, местное руководство уже оповещённое из Москвы, о присвоении высокого звания, устроило небольшой праздничный ужин по случаю, отказаться не было никакой возможности, тем более что это соответствовало привычному положению дел начала работы «комиссии Центра». А, посему к неудовольствию генерала, большое и важнецкое дело начиналось, как всегда в России с — пьянки.

Мероприятие проводили в столовой здания на ул. Кирова, 38д. За столом сидели руководители УФСБ по Коми и начальники отделов и служб, в той или иной мере причастные к обеспечению решаемых прибывшей группой из Москвы задач, за исключением дежуривших. Все старшие офицеры, женщин не было, он настоял. Всего 12 человек, и как выразился, назначенный тамадой зам. нач. упра., и 2 генерала. Поскольку генерал — не человек, это счастье и посмотрел с намёком на своего шефа — генерал-лейтенанта. Запомнились Виктору Николаевичу под «нянь да сов» (пожелание приятного аппетита) местные угощения — строганина из оленины с морошкой (это раз). Та, чем более ел, во рту таяла, и ещё хотелось, и знаменитые пирожки — шаньга (шанежки) с картошкой (и это раз). Закуска замечательная была. Чтобы чего не подумал, сразу предупредили, что на стол скинулись добровольно. Сидякин в долгу не остался (рассчитался при убытии).

Люди были здесь попроще, молодёжь, щеки, как в Москве, не надували от важности и собственной исключительности.

Смело подначивали, и друг друга и руководство, коснулись юмористы и предмета столичного десанта. Спросили, сколько будет стоить возврат техники высокой проходимости обратно в Москву, намекая на то, чтобы неплохо было бы оставить её в Коми. «Ну это заказ руководства управления».

И ещё, дескать, — «… всю историю с кражей панагии придумал батюшка, чтобы приехали москвичи, посмотрели и дали под настроение команду наладить, наконец, дорогу на Троицко-Печорск, а подвиг его к этому местный прихожанин, которому на Ниве надоело переднюю подвеску менять, у батюшки то джип «Тойота Ленд Крузер Прадо».

Таким образом, после третьей рюмки, настроение улучшилось, да и водка, настоянная на орешках кедровых и морошке (а это два), была с отменным вкусом.

Поскольку все были, что называется — допущены, вскоре зашли разговоры и о предстоящих мероприятиях.

Под выпитое, а пили в общем-то немного, молодёжь высказала несколько интересных идей, относительно поиска панагий и некоего Воронина. Невзначай так, пояснили что «ворон» на языке коми — «рака». А «ин» можно перевести как — «определённый». Исходя из этого, может быть — некто по фамилии, Раков (Рачев, Ручев) и т.п., во вторых это может быть то, что церковные называют «ракой» — так называется в христианской церкви устраиваемое особое помещение для мощей святых. То есть речь может идти о тайнике. Правда, святые здесь не захоронены, но это может быть любой, кого люди вмиру, называли святым, либо человек не местный, например проповедник из Московского княжества Стефан Храп (скончался и погребён в северном приделе монастырского собора Церкви Спаса на Бору во Дворце Кремлёвском, в XVI столетии причислен к лику Святых Российских).

В-третьих — «рака тöлысь» это, март, то есть только в марте кто-то придёт за панагией. Рака пиян — воронёнок, т.е. может быть искать надо пацана — подростка.

Ещё одно, психологический портрет разыскиваемого, или разыскиваемой. Его составляли московские специалисты, москвичам он может и подойдёт, но здесь надо поработать со своими психоаналитиками — коми. Да не одному, а разным специалистам, с пониманием мировосприятия коренных народностей: коми-зырян, мортов, войтыров, вогулов-манси и ненцев, нганасан, селькупов. Также необходимо учитывать и этнографические группы: верхневычегодцы, нижневычегодцы, вишерцы, вымичи, ижемцы, печорцы, прилузцы, сысольцы, удорцы.

Поскольку собственно коми не более 25—30%, то значит искать, нужно ориентируясь как минимум на 4 психотипа личности и более.

Вот Вы там, в Москве делаете акцент на тех, кто был близок к сохранению либо изъятию церковной утвари и атрибутики, это в первую очередь служки при церквах и старшины прицерковных общин, а с другой стороны, ныне здравствующие работники органов, работавшие по направлению культов. Но поставьте себя на место батюшки кому доверить, годами накопленное, словно кожа приросшее? Родному дитя, вот кому! А их 5—6, значит далее, один отказывается на люди, принародно от Бога. Отец его анафеме, но небольшое изменение вносит, никто и не поймёт, у церковных такое, уверен, уже предусмотрено. Отдаляет сына или дочь от себя. Но тайну схрона доверяет только ему/ей.

Вывод и предложение — искать тех детей из числа семей отцов-священнослужителей при порушенных церквах, кто был за период 1918—1948 гг. предан анафеме, или с позором изгнан из семей священников. Почему детей, или даже внуков понятно. Понимали не скоро гонения пройдут. Уже ищем.

И последнее, тот кто нам нужен, каким-то образом вышел на курьера и тех, кто за ним стоит. Тех, кто организовал кражу панагии, не поверю, что это возможно кроме двух случаев, заказчик не молод и не так давно выезжал в Москву, с неё начнём, пробыл там неделю, три и вернулся.

Второй, он молод и все нашёл по Интернету на соответствующих сайтах, значит, их надо рыть. Роем уже.

И ещё один вариант, разновидность первого, кто-то приехал к нашему заказчику сюда в Коми, не обязательно из пгт. (посёлок городского типа), он может быть лётчиком, водителем-дальнобойщиком, а главное технарём, может быть даже раньше был МНС-ком (младшим научным сотрудником). Может быть, это кто-то из многочисленных туристических групп и «дикарей». Скорее, человек не бедный, мог и вертолет заказать, вон их сколько, в заказники да национальные парки с заповедниками летает.

Если они обговорили встречу заранее, то он должен был прибыть в посёлок и где-то остановиться, аккурат эдак числа 19—20 ноября прошлого года. Мы тут сами тихонько подсуетились и вот список есть. И ещё кое-что, правда, не знаем куда приткнуть, но может быть, где-то да проскочит — язык венгров и манси — это родственный язык.

И это при том, что о наличии некоего постороннего предмета никому из них ничего не было известно. Догадливые! Сидякину и предложения и небольшой коллектив понравился, такие сами по себе не возникают, их кропотливо, долго порой, и не всегда получается, выращивают, а значит, начальство на своём месте и себя не выпячивает, но чувствуется с его подачи, ребята лбы морщили, а может и идеи его?

Одного из офицеров, вихрастого подполковника с умными, насмешливыми глазами взял на заметку. Профессионально отметив независимый характер и правильную речь, папа с мамой явно из интеллигентской среды, да и рос видимо в большом городе. Кроме того, генералу понравилось, что и одет тот был с несвойственным периферии изыском.

Долго не сидели, все понимали, завтра начинается то, ради чего и был весь сыр-бор и меру ответственности, как общей, так и личной.

Виктор Николаевич к 11.00 следующего дня, убедившись, что основная часть сотрудников, уже благополучно убыла к назначенным заранее и согласованным с местным руководством местам, официальная «комиссия» также уже трудится, вылетел прямым рейсом (один раз в неделю) №KO 43, LET L-410 Комиавиатранса с основной группой и С. Семеновым в посёлок городского типа Троицко-Печорск.

Вторая по численности группа во главе с заместителем руководителя ВРГ убыла через Ухту в населённый пункт Поромес (до полусотни строений), с задачей найти и исследовать Эшмесскую пещеру и её окрестности, где якобы были найдены следы пребывания древних людей.

По некоторым данным, там могли быть спрятаны и церковные ценности времён сталинских репрессий конца тридцатых и сороковых годов прошлого столетия. Кроме того, что она представляет собой естественную подземную полость, образовавшуюся в поверхностных карстующих карбонатных породах, длинной несколько десятков метров, и находилась в 30 км от села Кедвавом (около 70 домов) у притока реки Белая Кедва — Эшмес на Север от Ухты, более ничего известно не было.

Удачно было уже то, что по местным канонам недалеко от пещеры, в деревне Поромес находился охотничий кордон, от чего можно было, что называется танцевать. На всё про всё этой группе отводилось две недели в условиях зимников и полного бездорожья, где проехать можно было только на снегоходах. Да и то не везде, полно тащить оборудования громоздкого, а ещё не исключено встретить в пути медведей — шатунов. Погода менялась по три раза на дню…

Другие группы были малочисленны и скорее не столь перспективны в плане поисков необходимых артефактов, как считало руководство.

Троицко-Печорск является административным центром и крупнейшим населённым пунктом одноимённого района, на территории которого расположены 34 населённых пункта, в том числе 17 посёлков, 4 села и 13 деревень. Расстояние до г. Сыктывкара — 515 км. Население 6430 чел. Час и пять минут лету, стоимость билета в один конец ок. 23 000 руб. С высоты посёлок выглядел аккуратным и отстроенным, располагался он на левом берегу р. Печоры. Генерала встретили начальники городских и райотделов Службы, ОВД и ГИБДД, а также, находившийся там с 23 декабря майор Найтович из состава ВРГ (временной рабочей группы), ставший здесь, что называется аборигеном. Все уместились в 5 машин, так как часть пассажиров отправилась на заранее заказанных 2 такси (их было всего десяток на городок). Часть багажа доставили на арендованном, грузовике ГАЗ-66. Сразу сказалась разница в деньгах, провинция жила бедно, за сто рублей в Москве проехать на такси далее следующего подъезда было бы нереально, хлопнуть дверцей дороже.

Дорога от небольшого поселкового аэродрома до райцентра была недолгой, по Портовой улице добрались до гостиницы «Печора» меньше, чем за 30 минут. После того как группа ещё раз разделилась, 7 человек отправились на трёх машинах на постой в центр посёлка в группе домов на ул. Советской, прозванных в народе «Загогулиной», в двухкомнатную и трёхкомнатную квартиры, снятых ещё в декабре, прибывшими в первом эшелоне сотрудниками.

Генерал почти сразу же уехал с начальником горотдела, и пробыл у него около часа. Заслушал доклад по оперативной обстановке:

— о совокупности условий, которые прямо или косвенно влияют на процесс предстоящей работы, основные направления, выбор и распределение сил, средств и методов;

— имеются ли факторы препятствующие началу запланированной деятельности группы прибывшего десанта;

— что известно о предмете разыскных мероприятий, уяснили или нет руководитель и сотрудники общую, и свою задачи, В этой связи аналогичные примеры, если имеются. Отдельно, о предложениях по установлению личности того, кому предполагалось передать панагию (возможные интересы, мотивы и цели его деятельности, объекты возможных посягательств и защита, используемые способы и приёмы, ориентированные на местные условия;

— собственные возможности отдела (имеющиеся свои и приданные силы и средства и готовность к их применению);

— общие сведения о среде, которые необходимо учитывать в работе группы (настроения, быт и нравы населения района, состояние транспорта, хозяйства, свойства местности, погоды и т. д.);

— криминальная обстановка в районе, выводы из неё;

— что прямо или косвенно может помешать и каковы те благоприятные обстоятельства, которые могут быть использованы для достижения успеха.

Особое внимание обратил на обеспечение безопасности проведения всех мероприятий, — По этому делу мы уже потеряли много людей. Ну да Найтович вам должен был довести.

По той же схеме был заслушан и начальник райотдела. Так прошёл ещё час. После этого, принял доклад, уточнил и выборочно проверил наличие и готовность линий и каналов связи и управления с группами и точками пребывания десанта. Переговорил с теми, кто успел добраться к установленным местам дислокации и работы, а также выслушал доклад своего зама по обстановке в Москве, и только после этого проинформировал дежурного генерала Службы о прибытии к месту командирования и начале работы группы.

Затем не поленился и объехал сам за рулём, хотя уже начало темнеть, весь посёлок, это была старая привычка и необходимость, не раз подтверждённая различными ситуациями и историями. Городок Сидякину определённо понравился. На севере, ближе к аэродрому был он деревянным одноэтажным, но дома и заборы ровными, крашенными и аккуратными, центр был застроен в основном 5 и 3—4 этажными кирпичными и панельными домами. Всего около 250—300 домов, дороги, школа, магазины содержались в чистоте и порядке, несмотря на то, что снегу вокруг было много, дорожки и заасфальтированные дороги чистились, убирались, видно, что где-то и посыпались. Посёлок был хорошо освещён, возвращался в гостиницу он уже затемно. Температура была на уровне минус 8—10 градусов, люди, взрослые и дети были добротно и тепло одеты, пьяных и деклассированных бомжей не встретил. По окраинам ютились и несколько двухэтажных сталинских бараков, но и они были обшиты снаружи, и не выглядели полными развалюхами, как подмосковные. Гостиница не хуже иных в Москве или в Питере, неплохо для окраины России, снаружи и ещё лучше изнутри. В номере чисто, тепло, вода холодная и горячая, телевизор, телефон, радио, Интернет — все есть и работает.

Неплохо! Здание районной и поселковой администрации было, судя по всему, недавно отреставрировано и предстало в старинном английском стиле, перед ним росли, будто нарисованные острыми треугольниками реликтовые ели. В двух магазинах, куда он заскочил, разных было полно товаров, не сказать, чтоб не было людей, несмотря на вечернее время. По городку бегали машины, в том числе немецкие и японские иномарки.

До ужина Виктор Николаевич успел посетить Троицко-Печорский районный историко-краеведческий музей им. А. Н. Попова. Большое одноэтажное деревянное здание с двухэтажной центральной частью явно было из 50—60 годов прошлого столетия. Входная плата — два рубля удивила. Перед закрытием побродил по его залам, рассматривая национальные орнаменты на полу и интересные экспонаты на полках и столиках. Работников в музее было всего два, правда, присутствовал лишь один, посетителей кроме него не было. По понятным причинам его внимание привлекали, прежде всего, рисунки, символы и орнаменты, но ничего подобного, тому впервые увиденному им, в ходе визита академика Нефедова в Москве не было. Правда один из ценных экспонатов музея — Молитвенная книга тоже была XVIII века, как и панагия, но это могло быть простым совпадением, не более. Уникальные экспонаты — деревянные мансийские идолы, доставленные туристами с верховьев Илыча в 1966 г. интереса для цели предприятия не представляли.

Прогулявшись с полчаса пешком, хорошо поужинал в ресторане гостиницы в компании трёх членов группы, прибывших вместе с ним. На сей раз обошлось без спиртного. После того, он вернулся в райотдел, где поработал ещё часа полтора с документами. Когда закончил, опечатал специальный кейс и в присутствии одного из офицеров, сдал его в металлический шкаф-сейф, который освободили заранее, под документы прибывших москвичей и круглосуточно охранялся днём и ночью дежурным по райотделу. Около 23.00 направился в гостиницу, расположенную в здании неподалёку. Спалось, что удивительно, на новом месте хорошо.

За прикрытыми шторами окон гостиницы бушевали всполохи северного сияния. Зелёный светящийся эллипс размером в полнеба по краям набухал то фиолетовым, то ярко-розовым цветом. Отдельные протуберанцы света достигали ярко горевших разноцветных звёзд и россыпей мелких звёздочек. Спустя минуты все затихало и почти пропадало где-то там, в черноте космоса. Затем следовал новый всплеск и уже вертикальные волны, переливами всего спектра и миллионами оттенков колышась, словно листья на ветру, ниспадали, к самой земле освещая кроны елей и лиственниц, первичных бореальных лесов. Эта музыка цвета длилась и длилась, будоражила сознание, которое протестовало против такого обыденного объяснения этого явления царственной природы, как результат простой бомбардировки атмосферы потоком заряженных частиц. Величественная картина сияния, тем, кто видел её хоть раз, запоминалась потом надолго, если не на всю жизнь. Чистый, не «убитый» загрязнениями промышленных отходов и выхлопами помесей и примесей осатаневшей стаи миллионов мощных авто, снег отражал часть этих огней и, казалось, что белый экран земли играет в пинг-понг с чёрным экраном неба, зайчиками света.

И только «мансийские болваны» в Печоро-Илычском государственном заповеднике, расположенном на Востоке территории района (плато Маньпупунер в 120 км от райцентра), эти столбы выветривания — семь великанов, выстроившихся в ряд на фоне призрачной темноты неба и бескрайней тайги, в недоумении смотрели на это мельтешение. Молча наблюдали с высоты своих мгновений — миллионов и сотен тысяч лет каменной истории. Ждали, когда проснётся — также окаменевший на вершине другой горы — Койп, что напротив, колдун Ялпингнер. Совсем недалеко от того места, где по преданию погибли девять охотников манси, и где погибла легендарная группа Игоря Дятлова, тоже состоявшая из девяти человек. Одного из идолов — братьев местные звали — Рака.

Глава 59. Отец Фёдор и его рассказ, селфи с иконой

Если из ничего достать что-то, то в этом что-то, и не будет ничего. Третье начало термодинамики.

Закончив переговоры с Москвой, с утра на следующий день генерал отправился на встречу с отцом Фёдором (Ларионовым Максимом Ивановичем), священником Церкви Троицы Живоначальной. Прочитав объёмную справку на батюшку, да и вообще зная по собственному опыту, что возрастным церковным лучше не врать. Можно не сказать ничего, не договорить, но не лгать, не изворачиваться. Решил представиться тому по имени, отчеству, умолчав, кто он и откуда здесь появился.

Спросил у старушки на входе, где батюшка и возможно ли с ним переговорить? Пока было время, священнослужитель вышел не сразу, Сидякин внимательно осмотрел церкву. Именно церковь, поскольку храм это в первую очередь — здание, а церковь это люди, прихожане.

А люди батюшку своего жаловали, насколько это было известно из оперативных материалов. Район-то в криминальном отношении от России особо не отличался, в своё время, с начала 90-х и буквально до середины первого десятилетия XXI века здесь правил бал криминал. Наезжали братки, на всех, без разбору и приезжих не щадили, а поскольку отец Фёдор как мог с наркотой, проституцией и другими пороками боролся. Не боялся и в ночной клуб «Бунаруджа», что в микрорайоне — «В» ходить, пользовавшийся нехорошей славой, ради спасения молодых душ заблудших, слова божьего несведущих, то и ему по первости досталось. Тогда, прознавший про это дело народ, да не одни бабушки — старушки, натурально почти одна пятая города собралась на митинг. У постамента — «Ленин в кепке и с протянутой рукой», местного Церетели, перед зданием поселкового муниципального образования толпа гудела и ярилась, пока не успокоилась и строго не предупредила власть, что если батюшку ещё хоть раз тронут, хоть раз, сметут к едрене фене и саму власть и прикрываемых ей бандитов. Возымело, больше отца священника пальцем никто не тронул, сами бандюганы первые за тем и следили. Вот, что значит единение власть предержащих, с народными массами.

В общем, такой прямо местный герой вышел к генералу. Майор Ю. С. Найтович, встречавшийся до того с батюшкой и приславший ещё в конце декабря запись разговора с ним, также отозвался о священнике исключительно положительно. Тем более странным показалось, проявленное батюшкой по отношению к Сидякину нескрываемое негативное отношение. Чем оно такое было вызвано, он тут же и узнал.

«А, что это вы все в наши края повадились, уже и прихожане на вас жалуются, говорят, детям головы мутят, морочат, те иконы древние, пращурами и щурами, намоленные из дому несут, говорят для дел церковных, а что за дела, если человеку дома на светлый угол и помолиться нечему. Прости мя, грешного Господи, срам то какой. Если не прав, скажи служивый, мне видать, слово правильное в защиту глупости этой, или нечего сказать-то».

«Так во всем ты и прав батюшка». В тон ему молвил — генерал, подстраиваясь, как учит наука. «Психологические аспекты ведения переговорного процесса», Москва, Царский Двор, автор Иван IV Васильевич, прозванный Грозным, по прямому имени Тит и Смарагд, Великий князь московский и всея Руси, первый царь всея Руси, стр. 1, она же и единственная — «А, нежели не согласны будут, тем головы рубить и в проруби топить». И весь процесс переговорный!

Генерал продолжил — «Так и выхода другого нет, если есть такой, чтобы умным был, подскажите (переходя на Вы), не побрезгуйте. Я жду с нетерпением».

«Так и подскажу, только объясните по-человечьи, что ищете и зачем?»

«Ну, вот Максим Иванович! Не знаем даже, о чем речь идёт, а уже о глупости заговорили, о сраме каком-то». И, потирая руки, генерал улыбнулся. «По моему мнению, в дебюте — у нас с Вами ничья (это зная о любимой игре Фёдора)». Тот сообразил, что его грамотно развели, осадили, в ответ тоже улыбнулся. Два хищника оценили друг друга.

«Хорошо», после паузы сказал священник, — «… просите, за тем ведаю и пришли, но мне-то хотя бы объясните, что Вы у нас тут все ищите, господин генерал.

«Вот так на, нас тут знают, откуда? Да не зря мы сюда пришли, информация у батюшки налажена не хуже, чем в отделе», подумал генерал, оценив, в свою очередь башковитость и организаторские способности своего визави.

«Но довольно», сказал он, — «Мы действительно ищем одну вещицу XVIII века, очень опасную, такую, как чума опасную. Должны, во чтобы-де ни стало, её найти, или будет, может быть не сразу, но будет беда большая по всей стране, не только здесь. И враг её ищет, люди уже на этой войне пали, мой товарищ погиб. Больше я Вам сказать ничего не могу, так что Ваше право верить мне или нет».

Фёдор, уже не улыбаясь, ответил — «Вечно Вы, да не Вы лично Виктор Николаевич, а Контора ваша туману нагонит, а на деле, то шелухи от яйца куриного не стоит. Но, не серчайте Вы, слава Богу, мы люди божии отходчивы, гордыню в себе по капле, и день и ночь. Так в чем нуждаетесь, чего от нас рабов Божьих надо, но только, сразу хочу предупредить, если супротив Господа нашего, совести, ни-ни, делать ничего не буду».

Дальше разговор пошёл уже проще. Быстро нашли общий язык и где-то часа через два, — «Служба не только у Вас, но и у нас, так что прошу покорнейше извинить», распрощался отец Фёдор, к нему уже спешила с каким-то делом служка.

До того батюшка даже в гости вечерком пригласил — на грузди в сметане по манси, заготовленные ещё с прошлой осени прямо в земле. Обещал, что трёхлитровой кастрюли будет мало, а сметану придётся с ушей отскрёбывать, Виктор Николаевич с удовольствием согласился. Вечер обещал быть интересным.

Генерал вышел на улицу и зажмурился на солнце после полумрака, царившего в деревянной церкви, которую строил народ всем миром, два десятка с лишним лет тому назад.

Строил взамен сгоревшей, на свои кровные. От мозолей и пота кровавые, в тяжком труде добытые средства, а не в праздности или хуже того — смертоубийстве. Многое узнал Сидякин, такого, что в докладах оперативной обстановки не найдёшь, он к тому же заранее попросил, рассказать обо всем необычном, что случалось в этих местах.

Так он узнал, что при отце Алексии в 1918 году действительно были спрятаны и тем самым спасены от произвола ЧК/ВЧК/НКВД/МГБ многие и многие церковные артефакты. В 1962 году часть из них была возвращена Церкви, но где золотые потиры, подсвечники и посуда с десятком икон древних, никто до сих пор не знает. Они бесследно пропали. Народ всякое болтал, якобы спрятаны они в пещере подтопляемой коротким летом, на правом берегу реки Печоры, там, где сильное течение. Один старый дед охотник — заготовитель говорил, что вход в неё с высоты виден, а с какой высоты, там, рядом, и сопок то нет.

Ещё он выяснил, что из сгоревшего храма — «Во имя св. Живоначальной Троицы», 1764—1934 гг. — в стародавние времена вёл под землю ход потаённый в укрытие — крыту, в котором можно было хоть сотню, хоть две сотни человек деревенских затаить.

Но была и ещё одна небыль, третья. Батюшке о ней поведал его предшественник, якобы, ещё в середине шестидесятых годов уже, после того как нашли место гибели группы Дятлова лётчики, летавшие тогда на почтовых самолётах АН-2 местных авиалиний, заметили одну странность. О ней по понятным причинам никому ни слова. А заключалась она в следующем — пролетая иногда, отклонялись они от маршрута на малых высотах, озорничали. Так вот, летали и вблизи плато Мань-Пупу-Нер, или горой Маленьких идолов, место то в здешних местах известно, много легенд разных о нём сложено на Северном Урале.

«Возили иногда, кого посмотреть на красоту нерукотворную и приметили, что там даже днём, а пуще вечор были видны странные цепочки ярких огней, будто кто-то гонял огни, точки-шарики и тире, как колбаса докторская, вокруг тех болванов. Прости мя Господи! То, по маршруту, то хаотично в одну, и другую сторону. Каждый раз, когда самолёт пролетал слишком близко, приборы кукурузников, словно с ума сходили».

«У нас тут в районе один из тех, кто в те годы летал, жил потом, бортничать все пытался, так вот я с ним об этом говорил. Все подтвердил, слово в слово. Потом, он рассказывал, кто-то там якобы разбился и они лет 10 туда не летали. Сейчас вертолётчики говорят, нет ничего такого».

«Но места те, я со многими побывавшими там говорил, с крепкими мужиками, им не покажется глупость какая, необычные те места, что-то там есть, сила, какая природная».

«Может там посмотреть, может это и есть феномен, какой вы ищите?».

Ещё в Сыктывкаре, он тогда, за столом услышал о том, что есть тут место чудное Маньпупунёр. «Туда непременно нужно слетать на вертолёте, пешком — 3—4 дня пути по горам, лесам непроходимым буреломам, через речки, болота и озера не дойти даже зимой по зимникам, снегоходы тоже не пройдут, разве что техника покрупнее — ну как ваш снегоболотоход — «Аркуда», в связке с двумя Ямахами. Но пробовать не советуем, скорее всего, только технику дорогостоящую угробите и все. Площадки для посадки вертолётов на плато нет, но лётчики умудряются как-то там даже садиться зимой, как они говорят — «на три камня».

Прибыв в райотдел, Виктор Николаевич принял доклады о продвижение техники и людей, в пути к назначенным районам и пунктам. Отметил на карте, синими флажками, уже развёрнутые точки и красными — на маршрутах. Прочитал всю информацию, поступившую на спец. почту. Переговорил с Москвой по российской «Болтушке», её ещё между собой называли, ёрничая — «Пропадушкой». Такое прозвище детище национальной оборонки в лице ОАО «ЭВТиП» получило за то, что вечно пропадали то звук, то изображение. Связался с руководством региональных управлений Республиканского и Северо — Западного Федерального округа для решения кое-каких, возникших проблем и заказал на 14-е 2 вертолёта на Маньпупунер, предварительно отправив в Москву служебку, с обоснованием необходимости полёта туда и планом мероприятий, которые было необходимо выполнить. Уже первые находки и сданный материал по кустам — ячейкам закинутой сети показал, что подготовительная работа прошла успешно, оставалось только ждать результата всей «Рыбалки», утверждённого названия или шифра операции.

Отдельно направил письмо, с прибамбасом, аудиофайлом директору НИИпоВД, с которым договорился, информировать лично, если будет, что интересное, хотя в составе десанта были и сотрудники НИИпоВД. Тот откликнулся почти сразу — «Поскольку предстоит провести комплекс измерительных работ повышенной сложности с использованием ресурса специалистов и техники НИИ, утвердил у руководства план необходимых мероприятий. Вылетаю в Сыктывкар ближайшим рейсом № … До встречи!».

И пошла рутинная работа любого начальника, руководителя крупного коллектива, которая в целом состоит из пяти основных вещей:

— уяснения обстановки (общей, за чужих и своих);

— принятия решения и доведения задач;

— организации выполнения принятого решения и его корректировка по ходу дела;

— организация взаимодействия сил и средств, своих и приданных, а также с соседями (МВД, ВП, ГП, актив);

— наконец самое важное, ибо все, что было до этого может почти каждый, а вот организовать контроль и проверку исполнения — единицы. Здесь же — поощрение не участвующих, и наказание невиновных. Без чуточки дуринки не обойтись.

Контроль и проверка это как меч катана в руках самурая, чрезмерно зажмёшь — пропадёт лёгкость, инициатива, настрой, ослабишь, могу выбить из рук, сядут на шею, более того, потом ещё и недовольны будут.

Генерал придерживался старой школы управления, которая, считается прусско-русской, это значит — раскрутил маховик работ, дал нагоняй с утра, досконально проверил 1—2 участка, не более и уже перед обедом (можно и покемарить) ушёл долой с глаз подчинённых, не мешай им самим работать. Редкий день, появился вечером, только чтобы похвалить усердных и не приучать догадливых. Да и не забыть изредка вместе пищу принимать. Вот и вся нехитрая теория.

Есть и американская офисная система — соковыжималка, это когда подчинённый получает лишь общие указания, но зато каждый свой шаг согласовывает с руководством и так на самый верх. Нам она не подходит по ряду причин, первая — у руководства нет таких мощных материально-денежных стимулов, и во-вторых у россиян, нет ещё той боязни, потерять работу (советская власть постаралась), что свойственна американцам. Для того чтобы таковая появилась, нужен опыт экономических кризисов и безработицы на протяжении нескольких поколений. И ещё у американцев, японцев и прочих немцев существует жёсткая регламентация на все и вся. У нас тоже пытались внедрять всякие там кодексы коммунистического труда, знаки качества и т. п. и где это все, хорошо хоть ГОСТЫ, СНиП, РД, СанПиН, да ППБ (Правила пожарной безопасности) с Инструкциями, в большинстве своём ещё с советских времён остались, но ведь и их выполняют далеко не все.

Знаю об этом непонаслышке, сам некоторое время работал в Федеральном государственном унитарном предприятии «Научно-исследовательский институт стандартизации и унификации» (ФГУП «НИИСУ»). Но это так, о наболевшем.

Перед тем как отправиться в дом священника на ужин, генерал почитал местные справочные материалы, во множестве подготовленные для него ещё до прибытия группы. Его внимание привлекли несколько моментов. Первыми были отмечены выдержки из легенд манси о происхождении Маньпупунёра и свидетельства исследователей и краеведов:

— «… появился Пыгрычум с огромным золотым щитом и сильнейшим мечом, дарованный богами. Он повернул щит в сторону солнца, и свет ударил великана непобедимой силой богов. И тут случилось чудо — на глазах братьев Торев превратился в камень! Не успели они укрыться от божественного света, сын вождя всех обратил в камень».

Основатель Печоро-Илычского заповедника Ф. Ф. Шиллингер в книге «Охрана природы» (1930 год) приводит следующую легенду, бытующую среди жителей Припечорья —

«Злой человек преследовал дочь своего соседа, желая взять ее себе в жены. Но девушка со своими братьями бежала в горы. Здесь они спрятали свою сестру в пещеру под скалой и вступили в неравный бой с их многочисленными преследователями. Жестокая битва длилась несколько суток подряд, но братья не сдавались и запрещали сестре выходить из пещеры. В момент, когда враги стали уже одолевать изможденных братьев, девушка вышла из своего убежища и пошла к ним, моля провидение сотворить чудо для спасения ее храбрых защитников. И, чудо свершилось, все братья и она сама окаменели в застигнутых позах: старший брат-богатырь с приподнятым мечом, сестра в молящемся виде с поднятыми к небу руками. Враги в ужасе бежали, и лишь один из них, который находился в рукопашной схватке с одним из братьев, тоже окаменел и так остался в его объятьях».

Во вторых сообщалось о людских потерях в том районе, причём он отчётливо понимал, что это только те, что стали известны МВД —

«На горе Холатчахль, в переводе с мансийского: „Гора мертвецов“ погибло 9 человек. Манси говорят об этом как о реальном факте. Здесь и потом, по словам местных жителей и охотников, гибли люди. Недалеко от Маньпупунёра в 1959 году погибла группа туристов из 9 человек под руководством Игоря Дятлова. В течение последующих двух лет на горе и её окрестностях гибли лётчики и геологи — 6 человек. Спустя почти 10 лет в районе того же Холатчахля погибла ещё одна группа из Ленинграда, опять девять…».

Многовато для случайностей, а поток туристов растёт, согласно тех же справочных материалов за прошлый год, в районе побывали 64 организованные группы и задержаны на кордонах Печоро-Илычского заповедника ещё 28 неорганизованных групп (только те, что попали под действие КОАП — Кодекса об административных правонарушениях РФ). Попробуй, найди среди этакой оравы, разбросанной к тому же по всей России, единственного того, кто так нужен.

В одной из полсотни справок, что он получил ещё в Сыктывкаре, прочёл, что на языке манси — «пупыг» (от Мань-Пупу-Нёра), означает — гора. Так может именно там, есть гора либо самое высокое место на плато, где и находится что-то связанное с чудной вещицей из панагии, другие части — пазлы этой головоломки. Но на фото плато выглядело почти ровным.

Конечно, можно было посмотреть на затею с экспедицией на плато, как полную чушь, но с другой стороны какое-то чувство подсказывало, что за этими старыми сказками и рассказами что-то есть. Да, и кроме того, других то идей было не густо.

Пора было идти в гости, Виктор Николаевич сам никогда не опаздывал, и в других этого разгильдяйства не терпел. Уже давно стемнело, когда он шёл по улице Ленина к дому отца Фёдора, который был в 350—400 метрах от того места, где он находился, прихватив в качестве гостинца известно чего в пакете — «Джонни Уокер» — купажированный виски, да конфеты с коробкой печенья, что положила жена Ирина. Она всегда сама собирала его в дорогу, а в последние годы даже использовала для этого компьютер, скачала же где-то полезную программу — uPackingListFree (Мой список).

Перед самым поворотом на Почтовый переулок, что под небольшим углом уходил влево, прямо посреди небольшой площади полной собранных от дороги снежных сугробов стояла здоровенная рекламная дура, из стали и на добротном железобетонном основании куба 3х3 и высотой почти в метр. Сверху толстой трубы находился, закреплённый намертво от ветра рекламный шит, с полотна, которого, граждан пгт. призывали, все бросить и бегом, прямо вот пойти и купить в МТС тариф — «RED».

Он за два дня, что провёл в городке, как минимум раза три-четыре проезжая мимо, видел эту рекламную картину. На прямоугольнике размером 9х4 м улыбался довольный моложавый породистый хлыщ. Справа от креативного гражданина, расположились девица и пожилая дама. Обе визжали от радости, купив задарма этот самый выгодный тариф. Счастье потоками так и струилось с полотнища билборда.

Позитивная сущность рекламного щита призвана была прямо здесь изменить мир к лучшему, приобщать массы к передовым технологиям Хай-Тека, сэкономить их средства, но переводя этот словесный понос поставщиков рекламной продукции на нормальный русский язык — залезть к Вам в карман, обдурить, заставить потратить последние деньги на очередной красивый фантик. Фантик, кстати зачастую тоже поза-позапрошлогодний. Народ наш ушлый, давно подметил, если товар хорошо продаётся, его и не рекламируют, к чему лишние затраты, но стоит только показателю продаж упасть, как тут же коршуном налетает отовсюду реклама, пытаясь всучить залежалый, некачественный товар.

Лезет отовсюду — из телевизора, радио, в окна, с крыш, из журналов и газет, из компьютеров, ридербуков, планшетов и телефонов, потом незаметно их начинают повторять дети, жены, и вот уже вся страна вторит бездумно этому гимну потребительской бездны.

Так бы генерал ничего и не заметил странного, тем более что вечером в январе зимой вообще темнеет быстро, но проезжавшие в сторону Ухты, одна за другой две иномарки легковушки, высветили щит и…

Со щита, на генерала смотрела его собственная физиономия, причём ввиду размеров билборда, степени детализации картинки, в этом не было никакого сомнения. Тренированного одного взгляда хватило даже на то, чтобы отметить не только портретное сходство, но и то, что костюм на том рекламном Сидякине был его, и который в эту командировку не брался.

Поборов в себе желание перепрыгнуть через высокий сугроб и подойти вплотную к щиту с образчиком таргетированной рекламы, хотя, что там рассматривать, ясно же что кто-то, и он догадывался кто, попросту издевался над ним, демонстрируя свои возможности. Подумал — Ну да ладно, ещё не вечер, хотя на самом деле был как раз поздний вечер.

Виктор Николаевич по мобильному телефону связался с нач. горотдела, и ничего не поясняя, дал команду немедленно прибыть на это место вместе с майором Найтовичем, сфотографировать рекламный стенд со всех сторон, если есть следы на снегу и по фундаменту зафиксировать все и к его возвращению около часу ночи доложить.

Была ещё мизерная надежда на то, что это глюк, была! Сказывалось напряжение последних месяцев, да и из кабинета нач. отдела, хотя и с приставкой — зам. нач. упра, сесть в кресло начальника управления и руководить, командовать людьми, которым сам ещё недавно подчинялся, а с кем-то и дружил, далеко не просто.

Была, конечно, сначала мысль вернуться в отдел, но он, подумав, отбросил её и продолжил движение к дому батюшки, который вплотную прилегал к Церкви.

Встретил его хозяин в мирском облачении, чтобы не смущать гостя. Хозяйка, маленькая, очень худенькая и шустрая, в отличие от полного Фёдора, быстро помелькала меж ними, накрывая, нарезая и подавая. И чтобы не мешать главному, для чего собрались — разговору, выпила с ними рюмочку и удалилась. Разливал сам хозяин, начали с Кедровки. После второй крохотной рюмочки, пили не торопясь, поинтересовался — Не встревожен ли чем гость?

Генерал в двух словах с юмором рассказал про встречу с автопортретом, к чему священнослужитель отнёсся крайне серьёзно и нахмурившись тоже поведал генералу о том, чем не делился даже с матушкой. Последние дня три чувствовал он некое беспокойство, объяснить которое не мог. Когда утром встретил генерала в доме Божьем, подумалось через него, потом-то разобрался — другое.

«Видать, нечисть, какая в городке объявилась. Потому то, и свечи сами собой при алтаре с подсвечников падали. На горним месте, что у самой восточной его стены, досочка на полу треснула. Прости нас Боже». Мелочи вроде, ерунда, но за долгую жизнь, убеждался не единожды, надо таким приметам верить. Жди теперь какой бедой или неприятностями все обернётся.

Но и другое в том увидел, а генерал с батюшкой согласился — не так уж все и плохо. Но прежде отец Фёдор строго посмотрел и сказал — «Хоть и грех то, выпивши, а с другой стороны молиться никогда не грешно пошли генерал отобьём у икон три поклона». Они прошли в молитвенную комнатку, что была вся в иконах с окладами серебром и без, и образах разных, рисованных и вышитых. На столе, укрытом красной вышитой цветами скатёркой, лежали две старинных книги и большой нательный крест, слева стоял накрытый металлической крышкой небольшой стеклянный сосуд, наполовину наполненный какой-то жидкостью.

Прямо перед иконами, что словно два крыла, расходились по стенам из угла, горели две небольшие лампадки, одна на столе, другая под большими иконами Спасителя и Пресвятой Девы Марии. Они выделялись от остальных тем, что вместе с маленькой копией Троицы Рублёва, над ликом Богородицы и Творца, закреплены были краями на обеих стенах, так что смотрели на молящихся прямо.

Более света в молитвенной комнатке не было. И потому, повторяя за батюшкой Фёдором слова молитв — Отче наш, Вечерни, и наконец, Во спасение души, генерал не сразу заметил, что в той части иконостаса, что была справа, среди других находилась икона Защитницы Семистрельной.

Это при том, что была она абсолютно точно — толи списана с панагии, толи та с неё. По виду во всяком случае. Когда с молитвами, крещением на три стороны и поклонами было покончено, еле сдерживая нетерпение, генерал попросил отца Фёдора рассказать поподробнее об этой иконе, а также сфотографировать её своим Samsung Omnia — коммуникатором с 5-мегапиксельной камерой. Второй раз за вечер судьба подбросила такой фортель.

Вот, что пояснил отец Фёдор об иконе: «Существует множество самых различных икон, поболее сотни наберётся, но Пресвятая Богородица является одной из самых сильных. Её обычно располагают не только дома и в храме, многие считают, что её место везде, где есть человек. Защищает она во времена войны, тех, кто за правое дело постоит от ворога и его приспешников.

В отличие от большинства икон, где изображена Богородица, на Семистрельной не присутствует лик Иисуса Христа. Матерь Божия, пронзённая семью стрелами, которые олицетворяют её страдания в дольнем мире или земном, а также грехи и страсти которые она видит, причиняющие ей боль такую, тяжелее страдать невозможно. Изображают, пишут её на иконах по-разному, либо по три стрелы от рук в грудь и одна снизу — в сердце, либо 4 стрелы от одной и 3 стрелы от другой руки. Либо реже — вместо стрел, мечи».

«Настоящая икона освящена была на придание мощи в Церкви «Во имя св. Живоначальной Троицы», в 1916 году по журналу регистрации, учёта текущих церковно-приходских дел, сохранившемуся посля пожара. Однако неизвестно откуда она туда попала, скорее всего, икона одна из ценнейших, старинная, писана не ранее начала — середины XVIII века. Может быть, с кем-то из ссыльных. Похоже на московскую школу. Её тоже пытались найти органы ещё в году 34—36 гг. прошлого столетия, об этом ведаю из рассказов своих прихожан и староверов, я и с ними общаюсь, бывает.

Но кто из православных спрятал, а главное вернул неизвестно. Человек тот принёс к ступеням церкви нынешней, уже спустя полгода посля того, как отстроили. Удивительно другое генерал, как ты сразу на неё внимание то обратил, или раньше что слышал, из тех лет смердящих привет принёс?“. Виктор Николаевич как мог, успокоил Максима Ивановича о том, что не имеет на икону видов, не собирается её забирать. „А видеть, да прав служитель Господа, видел и не раз, но не эту икону, а список, изъятый у бандитов по одному очень громкому делу, которое им вместе с органами МВД пришлось вести не так давно. И фото попросил сделать потому, что в том деле остался один клубочек, не размотанный до конца, вот решил и проверить. В общем-то, в том, что было сказано, обману не было.

Обсудили затем и появление фотографии генерала на рекламе. Есть в этой истории с фото одна закавыка — «… незаметно такое дело не провернуть, рядом здание горсовета (Фёдор по-старому назвал), да и твои архаровцы тоже не спят. Если мешает кто, значит, ты генерал на верном пути и найдёшь, что ищешь. Просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят».

«Только народ поспрошай, поговори, а то, что собрали — образа верните. Помоги Вам Господь и пусть ещё больше укрепится Ваш дух в этих испытаниях! Спаси Господи, молимся за Вас».

Говорили об истории. Интересным показалось, как батюшка представляет себе нынешние схватки историков и иже с ними на этой ниве. А говорил он так — «Я историю вижу как тело человека. И вот сидят коршуны и клюют его и рвут на части, кто больнее и горше, всяк норовит себе кусок послаще. Не видят уже, что человеку-то плохо, больно, что каждый кусочек даже малый кожей, жилами и кровью с другими связан. Где ни ущипни организм общий и там и сям к злобе и непотребству отзывчивый. Так и в истории было, и хорошее и плохое, и того и другого в меру и все вместе и смешано, перемешано. Нельзя на неё с одной колокольни смотреть, разное там было. У каждого, правда, своя. Плохо когда вырывают куски с мясом! Больно-то всем!».

Ещё батюшка критиковал за выборы, дескать, мухлюют на местах нехристи. Рассказал, что прихожане жалуются на взбросы бюллетеней, да и водкой балуют, а в результате выбранные начальники чаяний народных знать не знают, больше собственной мошной озабочены. Согласившись с отцом Фёдором в принципе, генерал всё же заметил — «Власть не для игрищ берут, желающих много. Те же демократы и либералы, не тайна на выборах в 90-х как действовали, почище наших будет. Дай им волю, ни перед чем не остановятся, ведь на любую мерзость пойдут. Взял власть — держи, а то и до кровавой бани дойдёт».

Ещё, поговорили о политике, из чего Виктор Николаевич сделал для себя несколько выводов по работе не касаемо данного командирования.

Хотелось побыть ещё, поговорить, установилась между ними некая общность на доверии, да и хозяин, с хозяйкой люди по русски хлебосольные и радушные гостя явствами местными побаловали. Но… оба понимали делу — время! Потехе — час.

Без десяти час ночи он вошёл в трёхэтажное сооружение эпохи позднего сталинского классицизма, местного объединённого в одном здании гор — и райотделов. Там на втором этаже, в кабинете зама, выделенного для работы Виктору Николаевичу, в коридоре его уже ждали Найтович с непробиваемым лицом, и начальник горотдела молодой ещё совсем майор со смешной украинской фамилией Неналывайко.

Из доклада следовало, что вокруг билборда никаких следов, кроме, автомобильных нет. Фото сделали, но по хилости ума ничего на них интересного не обнаружили, на всякий случай установили на самом верху автономную видеокамеру, заряда аккумуляторов и объёма карты памяти хватит минимум на трое суток, к сожалению, она не снимает в инфракрасном диапазоне, то есть ночью. Более ничего, и выложили с два десятка фотографий неплохого качества. Генерал, по опыту, знавший, что давать ненужные разъяснения — плодить бездарей и дармоедов, посмотрел, помолчал над фотографиями. Потом достал свой телефон-коммутатор Samsung Omnia и приказал срочно отправить фото иконы в Москву для проведения сравнительного анализа с панагией и направлении заключения в кратчайшие сроки.

На снимках, освещали видимо дальним светом фар легковушки, была физия рекламного хлыща. Что и предполагал начальник управления «И», так как всегда исходил из нескольких вариантов развития любой ситуации, а потому спокойно отправился спать в свой гостиничный номер. Одновременно, он нисколько не сомневался в том, что видел тремя часами ранее. Информировать, правда, уже с утра никого не стал, Извещать о том «селфи», как сказали бы нынешние обладатели телефонов, было не о чем. Его снимок на мобильном, вчера ещё, при батюшке, хоть и отвратительного качества, но все же позволявший отождествлять его с тем на билборде, уже в райотделе выглядел сплошной тёмной поверхностью. На ней еле просматривались контуры щита, но никак не тех, кто там были изображены.

В субботу генерал по обыкновению работал. Местным дал отдохнуть в воскресенье, своих же командированных сотрудников, гонял как шары на биллиардном столе, что стоял в конце коридора здания гор-райотдела на втором этаже. На третьем также — настольный теннис, там располагался гор. отдел. Сам Сидякин сидел в кабинете и что-то все время рисовал на бумаге, читал материалы, лежащие уже двумя стопками на столе и, опять чертил схему за схемой. Изучал снимки ДЗЗ (дистанционного зондирования Земли) того района. Наконец около 17.00 ушёл в гостиницу и оттуда куда-то поехал. Вернулся он не один, в компании с человеком в синей зимней спортивной куртке с капюшоном и шапке малахай, о чем-то переговорил с ним, и спустя полчаса, после того, как незнакомец покинул здание райотдела, тоже ушёл в гостиницу.

А, утром в понедельник 11 января, отдав необходимые распоряжения и приняв очередную порцию докладов с мест: Сыктывкара, Воркуты, Ухты, Сосногорска, Вуктылы и десятка других, переговорил по закрытой связи с Нефёдовым Борисом Николаевичем. Тот поздравил с генералом, проинформировал о том, что уже получил новые материалы снимок иконы и аудио файл и сообщил время своего приезда в Троицко-Печорск. При том обещал привезти с собой старого знакомого Сидякина — Серова Александра Алексеевича (Немо), поскольку плазмоиды это его нынешний интерес и закрытая тема, вокруг которой ажиотаж не меньший чем по их вопросу.

Президент РАН (Российской академии наук) Юрий Осипов позвонил и лично поддержал его кандидатуру, когда Институт запросил соответствующего специалиста в состав экспедиции на Ваш Маньпупунёр. Потом они ещё почти полчаса о чем-то договаривались и довольные собой отключились.

Далее день, а за ним и 12 с 13 января прошли штатно, без каких-либо эксцессов и потрясений, готовили экспедицию на Плато, людей и авиатехнику (прибыла 13.01) — два вертолёта Ми-8МТВ на местный аэродром, под загрузку приборами. Одновременно шла плановая работа по утверждённому ещё в Москве расписанию. Москвичи прибывали к 10.30 14.01 и к 14.00, планировалось забросить на плато 1 группу из 5 человек (три — МЧС и 2 чел. из состава ВРГ) и оборудование. Вылет основной группы был запланирован на 7.00 15.01 в пятницу. Закончить работы и исследования предполагали либо вечером пятницы, либо субботы, как сложится по метео.

При отсутствии погоды планировалось забросить десант на Маньпупунёр санным поездом. Такая возможность была вполне вероятна, ввиду крайней её нестабильности именно на плато, где скорость ветра достигала порой 60—90 км/час. Невозможно устоять на ногах, куда уж там вертолёты сажать. На окончание Святочной седмицы 17 уже планировали быть дома в Москве, если всё будет нормально, по первому основному графику. Как всегда бывает, когда сроки поджимают, все не успевали и жаловались. Генерал рычал и обещал разогнать этот табор в Бессарабию, но постепенно все совместилось, успокоилось, и замаячил финал всех хлопот и переживаний. Прогноз погоды на неделю был также благоприятный, практически все понимали, что такое добираться зимой на плато по бездорожью, «экзотик а ля руссо» однако. Но исходили ещё с Москвы из самых худших ситуаций, так что люди и техника были готовы к любому раскладу.

Виктор Николаевич на этот раз уже вместе с Нефёдовым съездил к батюшке Фёдору и матушке Авдотье попрощаться, на тот случай если с плато сразу улетит в Сыктывкар и затем в Москву. В подарок получил друга, трёхлитровую банку солёных груздей и благословение в делах. Борис Николаевич, взахлёб отмечал ум и природную смётку Фёдора, кстати, и профессор батюшке понравился, расстались тепло и по-доброму.

Глава 60. Загадки плато Мань-пупу-нёр

Подглава 1

Вчера мне рассказали историю, так не похожую на правду, что я сразу в неё поверил

Гур устал, да и рана давала о себе знать. Всё-таки, он потерял много крови. Как лучшему, на протяжении многих циклов рождения и смерти солнца Е-Ра, охотнику племени ему ли не знать, что ждёт его скоро смерть и попадёт он прямо в долину, где живёт в тёмном мире Лати племя охотников Раа. Потому попадёт, что убил в честной схватке один на один Леу, страшного зверя. Его отец, когда Гур ещё с женщинами племени собирал коренья и ягоды с плодами мелких зелёных тыу, сладких на вкус, что лопались на зубах брызгами, рассказывал о великом вожде Зеве. Том, что одолел совсем молодую особь кошки похожей на Леу. но та была без гривы и почти в два раза меньше, чем взрослые родственники безжалостного охотника за соплеменниками Гура. Но даже среди них Леу выделялся не только пятном, но ростом, этот самец был гораздо крупнее других хищников прайда.

Бурый зверь тоже уступал тропу Леу, и вот его победил Гур, но об этом никто не расскажет тёмными дождливыми вечерами, греясь у огня, своим детям. Не споют про него и женщины свои гимны заклинания, раскачиваясь из стороны в сторону и раскрашенные кровью животных и ещё растёртой в порошок красной глиной, из которой Учи, сделал для них краску, цвета больших муравьёв, живущих рядом с пещерой, перед тем как мужчины снова уйдут на охоту. Этот ритуал знал ещё, отец Учи, и его отец. Не будет и рисунков, на которых запечатлена его охота на Белое пятно, в том углу пещеры, где зубы злых духов растут навстречу друг другу один вверх, другой вниз с потолка. А драгоценную шкуру раздерут на части злобные гиены.

Так за этими невесёлыми мыслями он и добрался тяжело, наконец, до вершины горы. Дыхание перехватило от увиденного вокруг. Впервые он лицезрел, насколько огромен мир, в котором раньше жил. На некоторое время он даже забыл о боли. До самого горизонта на половину одной лунной фазы пути, были видны в ярком свете уже высокого Е-Ра горы и долины, поросшие хвойными лесами, остриями своих елей и кедров пронзающими высокое чистое небо.

Слева блистало их озеро, старики, пока были способны к охоте на крупную дичь, рассказывали, что оно образовалось там очень давно. Произошло от падения с неба большого камня, кинутого Молом в гневе на прекрасную девушку Ба-ба. Девушку отказавшую ему, так давно, когда ещё их племя не пришло в эти земли. Это озерцо, поросшее по одному берегу аиром, находилось почти точно посреди круглой ямы, на самом дне которой оно и сверкало ровной гладью в лучах дневного Е-Ра. Недалеко от него, застыла окаменевшая Ба-ба, дочь вождя племени, позже покинувшего эти места. Он видел далеко внизу, как прямо сейчас целое стадо тех толстых чёрных зверей с громадным рогом на голове, что он когда-то нарисовал на стене пещеры, шли цепочкой, почти касаясь друг друга, спускались к воде.

Гур стоял как раз на краю этой воронки и смотрел направо, где росли невысокие деревца, на них женщины Ури Ала обычно собирали плоды кислые и крепкие, как камни. Некоторое время он сидел на покатом камне, их было немало, рядом с тропой, которую протоптали животные, опускаясь к воде. Ещё не решил, куда идти дальше, когда подул ветерок, и у самого края горизонта не поползла в его сторону тёмная туча, видимо Гур все же чем-то прогневал страшного Мола и тот начал свою охоту за одиноким изгнанником.

Сорвав, несколько молодых листиков, с брусничного кустика, он тщательно разжевал их и потом вместе со слюной приложил к ране на левом плече и к глубоким царапинам на ногах, спустя тень от стопы бегущего по небу Е-Ра, боль утихла. Но это только на время. Если бы он был там внизу, то заботливые соплеменницы давно бы прижгли кровоточащие раны, наложили повязки, пропитанные чёрной водой, приготовили целебный отвар.

Небо уже на половину закрыли грозовые тучи, светило то исчезало за ними, то все реже и реже прорывалось через заслоны сердитого Мола. Вдали холмы покрыла стена серого дождя. А ветер усилился и стал холодным, старого охотника трясло, толи от этого ветра, толи от полученных ран, толи от страха перед близкими стрелами безжалостного бога, который мог на несколько Лун побороть даже самого Е-Ра.

Надо было срочно найти на время укрытие от дождя, который вот-вот доберётся и сюда. Ничего не оставалось, как взглянув ещё раз на свой мир, пойти дальше навстречу новому, неизведанному.

Прошёл он довольно далеко, между густыми кустами неизвестного ему ещё вида с маленькими плодами, горькими на вкус и липкими, смолистыми, и большими валунами, обглоданными временем. На земле вокруг них, в изобилии лежали куски, отпавшие за сотни и тысячи лет, что их точили вода и засухи, тепло и холод, ветры и просто старость, ибо и камни стареют, только очень медленно. Бывший вождь подумал, что из этих осколков поучатся отличные ножи и наконечники для копий.

Гур добрался до высокой скалы, где заметил, не так уж и высоко, небольшое отверстие в каменных пластах. Куда можно было подняться, спрятаться и если повезёт, даже прилечь. Силы покидали его. Все же он обрезал одним из острых сколов камня, принесённого им с того места, где он отведал тёплых ещё и нежных внутренностей Леу, и надломил несколько пушистых веток кустарника, чтобы положить их там на землю.

Набрал полную горсть земли и, присыпав раны, поднялся к месту своего будущего укрытия. Внутри оказалось даже просторно, запросто могло уместиться несколько человек. Видимо здесь когда-то обитал крупный зверь, в пещере сохранился его запах и остатки бурых волос. Сюда же он приносил свою добычу, повсюду валялись остатки костей и засохшие куски шкур убитых хищником животных. Гур боялся змей, они обитали вместе с мелкими грызунами в таких пещерах в ожидании своей добычи и неожиданно нападали, поэтому пошерудил, обломком своего копья по всем тёмным углам и, не услышав шипения, наконец, прилёг в небольшом углублении на те ветки, что принёс. Мясо в листах подорожника положил рядом с собой. Сильный дождь уже вовсю барабанил по земле, ему второй раз в этот день повезло.

То был не обычный ливень. Разверзлись хляби небесные. За те 4 дня, что Гур метался в бреду, а его покрытое шрамами тело боролось за жизнь старого охотника, дождь залил всю землю. На том месте, где он ещё в молодую луну играл с детьми племени в самую весёлую игру, когда он прятался, а молодняк с визгом его искал и гонялся за бывшим вождём в пещере, на том месте образовалось новое озеро, поглотив своими водами и ту пещеру и людей, что его изгнали. Молодой вождь Умо, боясь голубых стрел Мола, летевших на землю одна за другой, не увёл людей из пещеры, а потом стало поздно, потоки воды с верхнего плато устремились вниз, сметая на своём пути камни в несколько тонн, кусты вместе с корнями, животных и людей.

Все эти дни и ночи раненного Гура то бросало в жар, то колотило от холода. Он кричал во сне и призывал соплеменников не бояться, ведь Леу он убил. Однажды к нему пришла Гела, но она почему-то не велела ему идти за ней в долину, поросшую высокой сочной травой, где паслось большое стадо антилоп, а показала рукой в другую сторону, где горел высоким пламенем огонь, разожжённый одной из стрел громовержца, разгневанного на людей и их защитника Е-Ра. Потом он видел, как плакала Ба-ба и её каменные слезы катились с горы вниз, превращаясь в огненные шары, бьющие снопами искр во все стороны при спуске.

Какое-то время в полузабытьи, он ощущал себя и чувствовал, что к нему скрюченному калачиком прижимается кто-то очень горячий, как его мать Сул, в раннем детстве, которая всегда самый жирный кусочек мяса отдавала ему и только потом ела сама. Так она согревала в холодные дни и ночи его и младшую сестру, умершую вскоре ещё ребёнком.

Почти половина детей племени не доживала до срока, когда их впервые брали на охоту, а девочек на сбор плодов и кореньев, и разрешали забирать себе малую часть добычи. Сам Гур отсчитывал 23 смены периодов тёплого и холодного Е-Ра или чуть больше, по календарю смен лунных фаз, так говорил Учи. Соплеменники, да и он сам так думал, считали его глубоким стариком, которому давно пора искать новое племя в тёмном мире Лати.

Вечером 5 дня он очнулся от того, что страшно хотел пить. Во всем теле ощущалась слабость. Повернувшись, он едва не вскрикнул, в слабо освящённой пещере, рядом с ним лежали на мягких ветках два спящих слепых ещё кутёнка, бурого цвета с тёмными пятнами, недавно родившихся, судя по большим ещё слепым глазам тёмно-фиолетового цвета. В двух шагах, готовая прыгнуть скалила огромные клыки, их мамаша жёлто-бурая полосами гиена. Стараясь не двигаться, даже не дышать Гур замер, понимая, что шансов у него нет. Один укус этих резцов мог убить молодого леу, а стае гиен уступали тропу все, за исключением того быстрого и бесстрашного животного с большим рогом. Остальные хищники даже бросали добычу, так как свора налетала сразу со всех сторон, безжалостная и терпеливая, могла долгие тени Е-Ра гнать жертву, не уставая. Гиена прикрыла пасть и, успокоившись, улеглась на пол пещеры не переставая смотреть на старого охотника. Шерсть на загривке до того стоявшая дыбом улеглась. От неё шёл острый неприятный запах. Потом она даже отвернула рыло, в знак того, что не собирается нападать тотчас. Спустя ещё какое-то время она подползла к щенкам, куда делись остальные особи её стаи, Гур догадался уже ночью. Она позволила ему выползти из пещеры, готовая, атаковать при любом быстром движении. Недостатка в воде не было, и искать её было не обязательно. На пару метров ниже стояло море воды, в лунном свете это огромное, сколько хватало глаз до края земли, чёрное, похожее на масло зеркало слегка колыхалось. Ещё с плато, так и не подтопленного узкой косой полосы земли, стекали последние потоки не принятой грунтом воды. Но все успокоилось.

Вдоволь напившись и смыв засохшие сгустки крови на теле, Гур попытался найти целебные травы и листья, но вся земля была покрыта смывами непросохшей грязи и ошмётками былой растительности, перемешанными с той же грязью. Отдышавшись, бывший вождь, прихрамывая, с трудом вернулся в пещеру. Гиена лёжа кормила щенков, только равнодушно проводила его взглядом, а затем и вовсе закрыла глаза.

От автора:

По одной из версий Земля, мчащаяся вместе с Солнечной системой, своим шаровидным звёздным скоплением и галактикой Млечный путь, через бездонные просторы нашей Вселенной, по сложной, спиралевидной траектории, разбегаясь и ускоряясь, столкнулась с самым краем разряженного облака льдинок-иголок. При этом скорости составляли:

— вращения Земли вокруг своей оси — 1674,66 км/ч вокруг Солнца — 29,8 км/сек;

— вращения нашей Галактики вокруг своего Центра — 220—230 км/сек;

— наконец, галактики разбегаются друг от друга на скоростях от 68 километров в секунду, до постоянной — 400 км/с и возможно — порядка 1000 км/с;

— Млечный Путь и близлежащие галактики, такие как Туманность Андромеды, входят в нашу группу сверхскоплений — Laniakea (с гавайского языка — «Неизмеримые небеса». Её сечение в диаметре около 160 мегапарсек, масса больше массы нашей Галактики в 100 тысяч раз. С какой скоростью она вращается, учёные пока не знают.

Не ведаем и мы, с какой скоростью двигалось само это облако, неизвестно откуда прилетевшее, и врезавшееся в атмосферу планеты.

Были эти льдинки микроскопического размера и удалены одна от другой, на сотни метров и километров. Если бы облако было более плотным, оно убило бы Планету, а может быть, это привело бы к колоссальным изменениям всей Солнечной системы, кто знает? Но и так этим облаком были уничтожены многие представители земной флоры и фауны, а климатические условия изменились на долгие тысячи лет, частично изменился и состав земной атмосферы.

В обычный, среднестатистический год на Землю выпадает:

— из космоса — космической пыли, ежегодно около одного миллиона тонн;

— за сутки 400 тонн космической пыли и 10 тонн метеоритного вещества;

— в течение одного дня столько осадков, что этой воды хватило бы всем людям на планете принять душ около 1500 раз;

Наша планета содержит около 1500 млн км^2 воды, из которых 10% составляет пресная вода. Примерно 60% воды в океанах Земли попали в них напрямую из космоса. И не известно, сколько такой жидкости в её недрах. Уже практически доказано российскими учёными, что именно из космоса на Землю пришла жизнь. С водой, а так же в виде льда комет попали на нашу планету первые живые организмы. Это были — бактерии (возможно нано — и ультрамикробактерии).

За три последующих дня человек и зверь, до того непримиримые враги, при обстоятельствах земной катастрофы вынужденно сблизились и подружились. Что было вовсе не объяснимо, она убежав куда-то ночью вторых суток, после того как Гур пришёл в себя, принесла в пещеру добычу — маленькую кабаргу, которую толи поймала в болотистой жиже покрывшей все плато, толи найденной где-то уже погибшей. Насытившись сама, она притащила, легко оторвав часть тушки ему. Может быть, чувствуя некое подобие вины за тот кусок мяса, что лежал рядом с ним и, который самка, по-видимому съела, той страшной ночью или в другие дни пока он лежал в беспамятстве. Ещё она позволяла ему гладить себя и почёсывать живот, сначала правда, при этом, осторожно покусывая ладонь. Бывший вождь знал, что на охоте в стае гиена за счёт сильных челюстей способна запросто отхватить ногу у большого чёрного зверя или копытного за один укус.

Самка часто широко разевала пасть, будто зевая и вид её огромных клыков наводил ужас на Гура. Утром четвёртого дня с момента, когда пришёл в сознание, он настолько окреп, что предпринял первую продолжительную вылазку и ушёл далеко на Юг. Болотца стали подсыхать, и идти было трудно, ноги покрылись толстым слоем мокрой глины. Гиена, изгнанник дал ей имя Гия, сначала бежала от него на некотором удалении, но потом пошла почти рядом, иногда обгоняя и что-то вынюхивая. Уставши, оба к вечеру вернулись в пещеру, по которой все активнее ползали щенки. Один, что покрупнее и нахальнее уже прихватывал палец, ему охотник дал имя Гил, а второму, девочке — Гита.

Самка, видимо потерявшая в потопе самца, восприняла Гура как члена своей семьи и вполне сносно обеспечивала пищей, молоком щенят, обычно их бывает в выводке до 1—3. Ему она либо приносила кусок тёплого в крови мяса, надо было ждать, пока она выпустит его из пасти, либо отрыгивала 1—2 раза, наполовину уже переваренную ею пищу. Ночами она возвращалась с охоты и ложилась рядом, так чтобы щенки оказались между ними. Так прошли 4 или 5 недель, щенята уже стали видеть и норовили убежать из пещеры. Плато подсохло, и Гур все чаще стал уходить в поисках соплеменников, но видимо почти все погибли.

В то же время они чуть не стали опять врагами, во всем виноват был огонь. Гур замерзал по ночам и однажды вечером, собрав достаточно подсохших веток снаружи и клочья чужой шерсти внутри пещеры, смог развести огонь, не уставая благодарить Мола, его хозяина. Гия, увидев огонь, ощерилась и выбежала вон. Какое-то время снаружи, раздавались её тявканье и хохот, потом она завыла и стала набегами приближаться к входу в пещеру, но внутрь войти боялась. Шерсть высокая и так, на загривке встала дыбом.

Она злобно скалилась на Гура, ясно давая понять, что если бы не этот опасный зверь, который может, огромной стаей бежать по ровной поверхности плато и, догоняя, убивать всех без разбора, ему бы несдобровать, ведь он дружил с красным зверем. Но все же материнские чувства взяли вверх, щенки тявкали, да и снаружи дул ночной холодный ветер. Приближался сезон холодов. Только к середине ночи самка крадучись заползла и устроилась у входа, чтобы случись нападение красного успеть убежать. Но огонь постепенно затухал, а рядом с ним можно было согреться, да и выводок её, все настойчивее просил, есть, и она сдалась.

С того самого момента гиена признала превосходство и главенство человека, он мог родить и усмирить красного зверя, а тот дарил тепло.

Но именно гиена спасла человека, наверное, потому что была не голодна, несла в зубах, спасая своих щенков, когда обнаружила его в пещере, почти бездыханным и, вместо того чтобы перегрызть горло, долго зализывала его самую опасную рану на левом плече.

Немало авторитету и новому статусу человека способствовал случай, произошедший вскоре. Толи старый хозяин вернулся и пожелал предъявить свои права на жилье, толи новый огромный бурый мохнатый зверь, что одной лапой мог убить самку или отшвырнуть на три своих роста прочь, пришёл к пещере и стал громко реветь, заявляя о силе и праве. Но вожак — человек бесстрашно взял из большого красного зверя нескольких маленьких щенков поднёс их к выходу их убежища и бурый, испугавшись, тотчас убежал.

Несколько раз Гия, пыталась сама приручить красного убийцу, хватая головешки от кострища в пасть, но только обожглась, из чего сделала вывод, что тот дружит только с её вожаком. Она уже знала, что кормить красного надо большими ветками и даже пыталась сама их добывать, но человек делал это лучше. Ещё она любила смотреть на то, как красный зверь пожирает ветки, и они жалобно трещат в его пасти. Однажды ей посчастливилось загнать в угол, среди камней, неуклюжее животное с длинными иглами и человек смог его убить длинной палкой, оба конца которой он, до того дал обглодать красному.

Человек ободрал большим каменным когтем с него шкуру и сделал из неё при помощи острых косточек и тонких высохших жил себе самую простую обувку, отчего ноги его стали походить на ноги толстого однорогого гиганта. Теперь гиена могла с ним даже побегать наперегонки по выпавшей с неба белой массе снега, что покрыла за ночь все плато толстым слоем, в котором лапы тонули полностью и легко читались следы других зверей.

Шкурой сверху человек обзавёлся ещё в период дождей, связав несколько оленьих, от погибших животных найденных им на спуске с плато. Сначала он снял их, отделив от туловищ, тщательно очистил большим пучком тонких веточек от остатков сгнившего мяса животных, и несколько дней сушил на высоких ветках, чтобы не достала самка гиены и щенки. Затем несколько дней держал в каменной яме, поливая смесью воды и глины из большой лужи, что была неподалёку. Опять же чтобы гиены её не утащили, сверху накрыл яму крупными камнями и всё это время мочился в неё. И долго, долго мял руками, пока кожа не становилась мягкой. Вынимал и намазывал внутреннюю поверхность шкурок смесью слюны и жёваных толстых листьев брусники и аира, сушил и опять мочил. Потом Гур растирал высохшие кожи соком стеблей и жёлтыми кистями цветов донника, опять мочил и сушил на ветках у дымного костра. Потом, пока они не отвердели и не погрубели, долго мял и, при помощи нарезанных острым краем скола камня, тонких лент из мягкой кожи на брюхе животных, высушенных, и скрученных в длинные полосы, связал обрезанные шкуры. Небольшие отверстия в шкурах, он проделал при помощи шила, изготовленного из малой косточки кабарги. А чтобы они не рвались, края отверстий прижёг с обеих сторон угольком. Скатывал ленточки в шнурки, натерев до того их жиром, и этими кожаными верёвками соединил большие куски шкур между собой. Поскольку шкур было целых три, получился такой тёплый и свободный наряд, в котором он и ходил теперь, лишь изредка снимая, чтобы вытряхнуть мелких кровососов и клещей.

Таким же макаром Гур изготовил некое подобие шапки, хотя внешне изделие более походило на перевёрнутый конус пожарного ведра, или колпак куклуксклановца. Стянутый сверху, внизу колпак опирался на спину и грудь, в нем были прорези для глаз и рта. Зимой он хорошо защищал от ветра и мороза. Жизнь постепенно налаживалась.

Так прошло ещё четыре месяца, наступило первое потепление, щенята подросли и уже понемногу, более крупный Гил, стал сопровождать мать в охотничьих выходах. Характер гиены испортился, у молодой суки началась течка, и она все чаще уходила далеко от пещеры. Гита же предпочитала греться на весеннем солнышке, охраняя их прибежище.

И однажды по её настороженному хихиканью и смеху (так звучит лай гиены) Гур понял, что рядом поджидает опасность. Спрятавшись за валунами, он вскоре увидел как со стороны высоких каменных пальцев — злых духов, торчащих из земли на другом краю плато, показались три фигуры людей. Было ещё не разглядеть кто это, но одна фигурка была явно ниже двух других — это был ребёнок, отсюда Гур сделал вывод что, скорее всего одна другая — женщина. Он, крадучись забрался в пещеру и стал ждать, вооружившись копьём и деревянным ножом с лезвием из камня, изготовленным им не так давно из найденного прозрачного куска слезы Е-Ра прилетевшей с неба. Гита, вслед за вожаком тоже ушла в пещеру и спряталась за спину охотника.

Отношения между племенами, особенно когда одно из них искало новый район для пропитания, были разными, вплоть до каннибализма, которого тогда особо и не стеснялись. Убить человека было иногда гораздо легче, чем оленя или лань, причём этим отличались не только особи мужского пола, но и женщины.

Эпоха патриархата, тем и отличалась от матриархата, что вожди и мужчины были менее жестоки к особям одного с ними вида, чем крайне ожесточённые женщины. Даже в наши дни драка между дамами идёт, что называется до последнего. Может от этого, может по причине вообще развития этики норм существования, или ещё какой другой но, во времена доминирования сильного пола кровавых разборок между племенами стало меньше. И все же, как правило, от таких встреч обе стороны ничего хорошего не ждали. Не заметить следы человека и гиены с выводком было просто невозможно, запах костра был слышен также издалека, зимой и весной это могло означать только одно, где-то рядом стоянка людей.

Но вот троица приблизилась, и стало различимо — это две женщины и ребёнок возрастом 5—6 пальцев или периодов смены тёплого и холодного Е-Ра. Были они ростом ниже, и кожа их была светлее, чем у соплеменников Гура. На лицах заметно меньше растительности и волосяной покров светлее. Их шкуры были изготовлены не так, как это делали женщины племени Ури Ала. У этих завязки нательных шкур из кожаных лент были спереди, а не сбоку, это было сложнее, но и гораздо удобнее. Кроме того кожа обувки на ногах стянута не сзади, а спереди и загнута вверх, а сбоку крепится до верха икр ремешками кожи крест-накрест.

Гур вышел из пещеры и приложил ладонь к груди, давая тем знать, что не имеет злых намерений. Женщины остановились и о чем-то заговорили на непонятном языке, мальчишка спрятался за спинами их и вдруг стал теребить обоих, показывая в сторону, откуда они пришли. Это ещё далеко, но мчалась гигантскими прыжками Гия. Испуганно вскрикнув, обе подбежали к Гуру, прихватив малого, как раз вовремя, подбежала и гиена, ощерив клыки и высунув язык, с которого на землю капала слюна. Она готовилась атаковать, но ей мешал её вожак — человек. Его добыча.

Он не только запретил ей тронуть пришлых, но и провёл в пещеру, развёл огонь и даже поделился с ними куском мяса, который вялился на солнце на высокой палке с привязанной поперечиной. Гия сначала обиделась, потом приревновала к этим чужакам, одной с человеком стаи, и даже ночевать ушла куда-то прочь из пещеры. А щенки уже вовсю играли с мальчишкой, позволяя трепать себя за длинные широкие, стоящие торчком уши и дёргать за хвосты. Только на третий день гиена смирилась с новым пополнением их жилища. Мальчишку звали Яр, из женщин ту, что моложе Уше, ту, что старше Сиу.

Через две смены лунного месяца, они уже говорили на языке Ури Ала, и стали жёнами Гура. Так случилось, что менее чем через лунный год — 12 смен лунных фаз их стало уже 17, Уше родила двойню, оба мальчики, а Сиу — девочку. Ещё к ним присоединились 10 человек из других племён, 4 мужчины и 6 женщин. Все безоговорочно признали вождём Гура, гиена осталась с Гитой при племени, а вот Гил убежал искать свою стаю, сначала ещё возвращаясь все реже и реже, а потом исчез и вовсе. В пещере племя уже давно не умещалось, из-за чего начались, распри и ссоры. Из 6 вновь прибывших женщин, 5 за долгий период холодов обабились, обрюхатились, и долго не решавшийся на поиск нового укрытия в зиму Гур, все же объявил, что двое и подросшая гиена Гита остаются в пещере, остальные идут искать новое убежище. Выходят завтра с восходом Е-Ра. Пищу в поход заготовили заранее, хотя добывать её стало все труднее.

Навялили, накоптили и рыбу, что водилась в нижнем большом озере, на месте обширного кратера, в самом низу которого, жило раньше племя Гура, и где он сразился с леу Белое пятно и победил. Эту историю знал теперь каждый и верил, ибо Гур никогда не врал, да и дружить с гиеной мог только герой.

Глава 61. Загадки плато Мань-пупу-нёр

Подглава 2

Все люди делятся на хороших и плохих, на пьющих и непьющих. Но хороших, хорошо пьющих больше

Маньпупунёр

Здесь ширь безбрежна золотая,

Замрёт, её прозревши дух,

Лишь беспокоят чуткий слух

порывы ветра, налетая.

Высоких гор, вдали вершины

Блистая, белизной манят,

там снег не тает и стоят

останцев каменных руины.

Чист воздух осени, прохладный,

Бодрит и дышится легко,

Где камень дремлет высоко,

В убранстве осени нарядный.

Вдали хребтов почти касаясь

Гряда белёсых облаков,

Как строчки детские стихов,

В четверостишии толкаясь

Накроют тенью дол, леса,

Но вот уже их ветер гонит

Туда, где дождь они уронят

Что накопили небеса.

Солнце тепло едва дарит,

Застыв златою головой

В бездонной выси голубой,

Лучами яркими горит.

Внизу блеснёт водой река,

Спешит, меж плато протекая

Журчит ручей, тем слух лаская,

Он не замёрз ещё пока.

Семь истуканов, сланцев твердь

Застыли непреклонным строем

Приняв, ниспосланную троллем

В сраженье каменную смерть.

Мы долго шли, устали ноги,

Подъёмы спуски их не счесть

И вот плато, Ура! Мы здесь!

Привет вам каменные боги.

Потрясены той мощью дикой,

Раздольем Севера Руси,

И видом идолов манси

Останцев цепью многоликой.

Душа парит, презрев преграды

Восторг все чувства охватил

Маньпупунёр всех восхитил

И лучшей нет для нас награды.

Палатка, звёзды, ночь, костёр,

Остались в памяти навеки,

Хребты, туман, вершины, реки,

Плато камней Маньпупунёр.

Точно в 14.00 14 января в четверг вылетел первый вертолет с группой обеспечения. До 7.00 утра пятницы 3 спасателя МЧС и два сотрудника отдела должны были установить на плато вблизи останцев периметр освещения базового лагеря учёных, две палатки с обогревом (для руководства и приборов), оборудовать две посадочные площадки для посадки вертолётов. Закрепить на земле специальные щиты под колеса и сетки над фирном — плотным ветровым настом, покрывшем плато. Расчистить в местах установки доставленного оборудования небольшой слой метелевого снега, уложить кабель электропитания и освещения. И сделать ещё массу дел.

Альпинист из состава спасателей, кроме того, должен был оборудовать, закрепить на трёх из семи братьев страховочные стволы — тросы до вершин останцев. Все это на ветру и большую часть отведённого времени ночью.

К прибытию вертолётов с технарями и теоретиками, оборудованием, приборами для проведения исследований и группы руководства во главе с генералом все было готово.

Подняв снежную пыль, тяжёлые Ми-8 МТВ прогнув щиты колёсами, ещё какое-то время разгоняли злых духов манси, затем и они склонили концы лопастей перед величием картины Северного Предуралья. Вокруг все было покрыто снегом на многие километры. Белые сопки холмы перемежались разрезами также покрытых рек и казались застывшим молочным морем. Далёкий берег, полоска лесов лишь усиливали это впечатление. Только, только взошедшее солнце нехотя пробивалось из-за горизонта крохотным шариком справа. Небо ещё полутёмное, начало светлеть, разгоняя тревожную обстановку неизведанности и бескрайности бытия, ибо в таких местах человек особенно мал и беззащитен.

Потом, кто-то из прилетевших, ненароком упал, послышался смех, шутки тех, кто был рядом. Все стало обыденным. Исчез тот флёр таинственности, что заставляет говорить шёпотом. Торопились, погода была пока, как любят говорить лётчики — «миллион на миллион», но все соображали, что в течение десятка минут она может измениться и тогда… Об этом даже думать не хотелось.

Где-то после 10.30 все доложили о готовности к проведению экспериментов. В палатке руководства находились старшие, ответственные за осуществление отдельных экспериментов и лица, осуществляющие управление всей экспедицией — Виктор Сидякин, Борис Нефедов и от АН РФ Александр Серов. Всего человек 12. В течение одного дня планировалось провести изыскания и эксперименты в области:

— геофизических исследований различными электронными устройствами (таких производителей как — Geoscanners AB, Швеция) для неразрушающих методов поиска и анализа материалов, локализации посторонних элементов в конструктивных слоях, пустот и инженерных сооружений. Оборудование позволяло также при необходимости провести изыскания до глубины 100 метров. 4 антенны GEKKO георадаров U-Explorer обеспечивали работу в статическом режиме. Электроразведку планировали провести с помощью ABEM Terrameter LS. Сейсморазведку не планировали, чтобы не нанести вреда каменным истуканам, зато широко была представлена специальная аппаратура ядерно-физических исследований. Особое внимание уделили поиску и обнаружению статических напряжений и блуждающих токов на плато и следов сильных электромагнитных импульсов;

— электромагнитных полей и излучений исследования были представлены аппаратурой измерения наличия и интенсивности электрических, магнитных полей и рентгеновских излучений во всех диапазонах распространения. Включая гамма и радиоволны, а также — атмосферных и магнитосферных явлений;

— физико-химических исследований материалов для получения их элементного состава, т.е., соответственно элементного анализа. Рентгеноструктурного анализа — диффрактометрами типа «ДРОН». Рентгенофлуоресцентного анализа (РФА) — микроанализаторами VRA-30 (Германия) и т. д. и т.п.;

— лабораторные исследования, путём сбора различных образцов грунта, флоры и проб воздуха в приземных слоях и при помощи аэрозондов. Их анализ, с целью определения состава, состояния, физических, механических и химических свойств, планировалось осуществить частично на месте с использованием мобильной полевой химлаборатории (первичный). А уже детальный, радиоуглеродный анализ в Москве.

Чтобы одни исследования не мешали другим, был задан жёсткий график проведения всех работ, включающий не только время собственно экспериментов и исследований, проб, но и время проверок, настроек, резервное и т. п.

До того Сидякин и Серов пообщались ещё на аэродроме пгт, где генерал встретил прибывших из столицы Коми специалистов и учёных. Он отдельно переговорил с ним и Нефедовым в комнате одноэтажного, похожего на будку аэровокзала, остальным участникам экспедиции на Маньпупунер истинные цели и задачи проведения столь масштабного мероприятия известны не были. Обосновывали необходимость исследований якобы наличием в районе плато полезных ископаемых палладия и висмута, по данным ДЗЗ (дистанционного зондирования земли) и геологоразведки.

Ещё при этом присутствовал, а теперь и рядом с генералом сидел на разборном металлическом стуле в палатке тот самый человек, с которым встречался вдали от посторонних глаз генерал вечером в субботу 9 января в Троицко-Печорске.

С Богом! Коротко скомандовал генерал и для верности ещё и махнул рукой. И ничего такого и не произошло, да и не могло произойти, ни каких тебе сирен, взрывов и прочей ерунды из голливудских блокбастеров. Электроника работала бесшумно, регистрируя и отражая на экранах малейшие изменения параметров исследуемых полей, веществ или субстанций. Она безошибочно выявляла отличные от средних (усреднённых или приемлемых) показатели. И затем, тут же информировала об этом своих потребителей — учёных и техников, эксплуатантов дорогостоящего оборудования.

Нефедов, отвечающий за всю научную часть десанта на плато, по старинке отмечал что-то в своём блокноте после очередного доклада. Генерал о чем-то перешёптывался с Немо и человеком в синей зимней спортивной куртке с капюшоном и шапке малахай в собачьих унтах, который, при знакомстве с Серовым представился как Мирон Георгиевич.

Как-то все были при деле, не суетились, но и баклуши не били, у всех была работа и только Семенов, которого призвал генерал, по просьбе Нефедова, не знал чем заняться. Он уже успел попить чаю из термоса, съел два бутерброда с колбасой, их целая гора лежала на отдельном походном столе. Сходил на улицу в кабинку туалета, красного цвета, что привёз вертолет. Теперь хотел позвонить домой, но вспомнил о том, что всех ещё на инструктаже, прямо перед посадкой предупредили, связи по мобильникам на Маньпупунере не будет, но, тем не менее, просили их вообще не включать, чтобы не мешать измерительной технике.

Каждому участнику — руководителю отдельных направлений был выдан индивидуальный «воки-токи» для связи в экстренных случаях на фиксированной частоте. Книгу, которую Семён Семёнович читал в самолёте, брать с собой на плато он постеснялся, и теперь пожалел об этом. От нечего делать он начал сканировать своим внутренним зрением находившегося рядом, но спиной к нему Серова, присутствию которого был немало удивлён. Узнал он его только по фотографии, на которой тот был изображён в обществе Арсата. Нетрудно было не запомнить чернявого незнакомца в смокинге и с бабочкой, в обществе красивой практически голой девицы в Казино, которую ему показывал Махди в офисе Автосалона. Семенов посчитал, что тот какой-то прихвостень из бандитов, а тут оказалось надо же учёный, крупная шишка. На удивление, кроме внешней оболочки, разглядеть почти ничего не удалось, он уже встречал таких людей, закрытых. Одним из них был Арсат, с другим он познакомился, когда общался с представителем РПЦ по поводу склада икон, обнаруженных им в подземелье на Бице. В какой-то момент Серов отвлёкся от разговора с мужчиной в дорогой синей спортивной куртке — Canada goose и, обернувшись, внимательно посмотрел на ССС. Тот понял, что разоблачён и, смутившись, удалился. Выйдя из палатки, директор выставочного павильона направился к истуканам, вокруг которых в пределах зоны, огороженной бело-красной лентой на металлических штырях, и за её пределами, сновали туда-сюда люди в одинаковых зимних комбинезонах GORE-TEX бордово-красного цвета с надписью на спине — Экспедиция и обуви Insulated Comfort. Они что-то то подсоединяли и регулировали, то отсоединяли и уносили, морщась от холодного ветра и прячась от него за поднятыми капюшонами.

Внимание Семенова привлёк мужчина круглолицый с бородкой такой же круглой, с расстёгнутым на груди комбинезоном без шапки, он явно взывал о помощи. Вот оно, и Семенов бросился буквально, как тот Мистер Америка из комиксов, спасать Мир. Вместе с Ватрушкой (так тот представился), они перенесли два тяжеленных прибора от вертолётной площадки №2 и три бухты толстого кабеля второй ходкой. Игорь Ватрушко, придерживался подобно герою фильма «Кин-дза-дза!» той мысли, что «Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели! А когда нет цели — нет будущего». Сначала он, критически оглядевший одетого, как и общее руководство экспедиции, кто во что, Семенова, удивился неожиданной помощи. Но потом даже пожал ему руку в знак благодарности, чисто по-мужски. Видно у начальников бездельников из палатки, тоже человеки, как этот с рыжей бородой встречаются. Поскольку уже приближалось время обеда и запланированного, с этой целью перерыва в две смены по полчаса, они с Семеновым начали выдвижение в сторону двухметрового шеста с указателем в виде ложки и вилки на удалении метров 30 от крайнего каменного идола. Там стояли на снегу 4 термоса с горячим и 2 контейнера с бутербродами, для отходов одноразовой посуды были предусмотрены несколько прочных 80 килограммовых пластиковых мешков.

В это время, генерал в очередной раз посмотрел на Нефедова, ничего?

Неужели все напрасно, и казалось так близко подобрались к разрешению трудного ребуса панагии, да оказалось все — пшик. Хотя директор НИИ и предупреждал, что отрицательный результат тоже результат, но все же стоило ли ради того тащить за тридевять земель столько людей и приборов, да и натурально в рублях стоит такое мероприятие немало. Он подошёл к тому, кто назвался Мироном Георгиевичем и кивнул в сторону старших по экспериментам, которые столпились у двух мониторов, на которые выводилась информация по текущим исследованиям.

Тот успел только отрицательно покачать головой, когда раздался радостный вскрик — Есть. И тут же специально для руководства экспериментатор пояснил — Есть пустота в останце №4, возможно посторонние включения, природного происхождения объёмом до одного — двух метров кубических, по характерным признакам — магнетит. FeFe204, скорее всего выход железосодержащих руд, освобождающихся при выветривании горных пород. Нефедов тут же буркнул — «Не то».

На что, получил разочарованно в ответ — Что есть, то есть.

Так продолжалось ещё около часа, и пока ничего не произошло, у нас есть время пояснить кто же тот человек в унтах, что встречался с генералом вдали от любопытных глаз в Троицко-Печорске и прилетел с ним на Маньпупунёр и какова его роль во всей этой эпопее.

Но для начала нам понадобиться вернуться к тем консультациям с представителями РПЦ и ДУМ России, что вёл другой генерал ещё в середине июля прошлого года. Тем более, что автор обещал!

Глава 62. Наследники волхвов

Народ только некоторое время можно вести за собой, все остальное приходится — тащить и гнать

Независимо друг от друга пять основных религиозных концессий России: христианская, мусульманская, буддистская, иудаистская и самая малочисленная, но древнейшая из всех — шаманизм на всем протяжении своего существования были тесно связаны с неким кланом посвящённых, ведунов.

Когда ещё человек носил шкуру и жил в пещере, он стал верить в духов добрых и злых, искать их защиты и помощи, ибо тяжка была жизнь. Постепенно, из поколения в поколение накапливались знания и верования. Из общей массы соплеменников выгодно отличались, те что, лучше других знали, помнили или могли общаться с духами.

Так, с разделением племенных функций у людей появилась когорта шаманов, жрецов. Самые способные из них пошли дальше. Из их размышлений, представлений, толкований различных явлений, от этих продвинутых пророков, гуру, магов, великих жрецов, шаманов или волхвов и произрастали корни первых древнейших религий.

На смену духам взошли Боги. Сначала это были — персонализации самой жизни и смерти (у славян — Жива, богиня смерти — Морена, отсюда — мор, на Западе Гея и Тартар). Вслед за ними выстроился пантеон богов, олицетворяющих собой природные явления (иногда, их повелителей). Например, известные широко — бог солнца Ра, Чурокуэлья — бог грома, дождя и грозы, Пачамама дух равнин, леса, моря и т. п. У ацтеков это Тлалок, бог тех же небесных стихий, который одновременно повелевал всеми растениями, пригодными для питания (шла вечная борьба за пропитание, развитие требует энергии). У славян пантеон главных богов согласно «Владимирского пантеона», составленного в 980 году, правда, со временем трансформировался касаемо функций — Перун, Хорс, Даждьбог, Стрибог, Симаргл и Мокошь, но это тема отдельного разговора.

Следующими в этом ряду стояли боги процессов. Эти боги способствовали кто деторождению и победам, а кто удачной охоте и счастливому пути и прочему необходимому (Арес — бог вероломной войны, Асклепий — бог врачебного искусства, Плутос — бог, дарующий людям богатство) действию.

Затем появились боги — тотемные, животные (медведи, волки, ягуары, львы и птицы со змеями). У древних египтян был бог-крокодил Себек, у ацтеков — крылатый змей Кецалькоатль, покрытый драгоценностями и перьями.

Ещё позже они стали наполовину людьми (Гор, Сет, Медуза-Горгона и т.д.). К примеру, бога смерти и похорон Анубиса изображали с головой шакала. Наконец, богам надоело ходить в перьях собачьих головах и клювах и они приняли вид людей.

Стали богами, либо их ближайшими сподвижниками, основателями и великими религиозными реформаторами некие герои, или праведники (Будда, Христос, Мухаммад, Заратуштра и т.д.), и потеснив остальных вчерашних уже псевдо богов, образовали монорелигии. Они же установили в рамках одной религии — монотеизм «эксклюзивный» т.е. когда есть только вера в одного персонального и трансцендентного Бога и «инклюзивный», когда много богов, но все они по сути воплощения единого (Триглав, Троян, троица). Это могли быть придуманные персоны, а могли быть те, кто вознесены на уровень богов за счёт экстраординарных способностей и качеств — реально существовавшие люди, как правило, уже их потомками апологетами веры. При этом они либо становились богами:

— изначально;

— по факту рождения;

— какого-то передела — захвата власти богами нового поколения (Крон и Зевс);

— другие герои древности, получили божественный титул уже после кончины (Христос).

Те же, кто не стали богами или известными праведниками, а их было большинство, попадали в разные ситуации. В одном варианте, как водится, возникшие верования и религии, их адепты рано или поздно объявляли своих создателей и проводников врагами культа. Их преследовали, обвиняли в ереси и безжалостно уничтожали.

В другом, напротив, самые продвинутые сильные мира сего охотно пользовались их услугами и необычайными способностями. По большей части их имена не афишировались, затерялись в «тёмных» веках, но о некоторых мы всё же кое-что знаем, например — Василий Блаженный (1460-е годы — 1556 год), Сергий Радонежский, (1314 — 1392 гг.), Матушка Шиптон (1488 — 1561 гг.). Позже — Нострадамус, монах Авель, Эдгар Кейси, Матрона Московская (1884 — 1952 гг.), Петера Харкос, Ванга, Джуна Давиташивли.

На протяжении тысяч лет на них охотились, чтобы использовать в своих целях. Причём, это делали не только власть или церковь, но и многие другие жаждущие власти и богатства. Видимо в силу этих, и известных нам других причин, истинно ведающие знания и владеющие навыками экстрасенсорики, предпочитают и поныне молчать и жить вдали от мирской суеты. Себе дороже.

Не берём в расчёт ту многочисленную свору самопровозглашённых экстрасенсов, хиллеров, провидцев и ведьм в 3—10 поколениях и прочая-прочая — обманщиков и мошенников, которая всегда пыталась пролезть и присутствовала при сильных мира сего.

Но, в отличие от последних, как правило, при иерархах и монархах всегда был 1—2 из круга истинных провидцев для того, чтобы предупредить о различных бедах и потрясениях, иные лечили (Гришка Распутин).

Интересные вещи они творили, тому немало примеров в истории. Был такой батюшка (отец Герман) и в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре (Сергиев Посад) уже и в наши дни. Иногда его подменял там, в Лавре принимал больных и сирых старец Наум. Были и при руководителях других концессий верований подобные советчики.

Так вот независимо от других сии старцы почти в одно время предупредили своих патриарха, главу совета муфтиев, главного раввина, ламу — главу буддистов России и Белого шамана о появлении воплощения дьявола в столице и его грядущей главной эманации беса Бальтазара. Они же предсказали, что пребывание сей нечисти будет связано с массовыми мероприятиями, а также то, что ищут они некий предмет, который является ключом к древнейшей тайне, связанной с Севером России. Именно по этому поводу и общался генерал с руководством дел не мирских, но горних.

После нескольких консультаций для оказания помощи Сидякину РПЦ направило того монаха ведуна/волхва — Радоля, в миру Мирона Георгиевича Генчукова.

Слово Волхв, только на первый взгляд непонятно современному человеку. Это восхваляющий — ХВ (хвалю) и ВОЛ (волю, понимаю людей). Отсюда и Рахви (Ра хвалю). Ключ — древняя славянская буквица, только прошу самим — без лишнего «энтузазизьма» и сочинительства.

Каждый имеющий и развивший свои способности человек, прежде чем стать ведуном, проходил несколько испытаний, причём добровольно и для каждого они были свои, в той череде были и опасные. Каждый отвечал за своё личное Дело (добро для людей) и Надел (общее дело), некоторые за территории, другие, например за леса и озера, реки и поля. Мало было тех, кто обладал всеобъемлющими знаниями и способностями, силой. Даже всесильный КГБ не знал доподлинно всех волхвов России и их структуру, хотя ещё со времён ВЧК/МГБ прилагал к этому массу усилий. В наиболее сложных случаях (война, мор, явный регресс культурный, экономический и иные страны), они собирались, но никогда все вместе. Вот после такого надельного сбора, на тревожную весть и прибыл в Сыктывкар ещё с осени Радоля. Теперь он точно знал, все случится именно здесь и уже предрешено, но всему свой черед, как учил его Наставник (несущий нам слово твёрдое ведомое) Радомысль. Он ощущал уже тот холодок, и запах еловой ветви, который проявлялся при нахождении неподалёку нечисти.

От автора:

Странная мысль пришла в голову, в этой связи. Нет ли тут какой-то связи с новогодними празднествами. И наряжая молодые ели и зажигая на них гирлянды и бенгальские огни, мы тем самым стараемся умилостивить тёмные силы, дабы не чинили нам козни в Новом году. Как известно, такая древняя традиция присуща многим народам (Хэллоуин например).

Одновременно, не забывая о том, что в христианство из предшествующих верований и культов перешло великое множество трансформированных, несомненно, ритуалов, знаков и атрибутов, праздников и религиозных дат. Тоже можно сказать об исламе и иных вероисповеданиях.

Тем более, это можно рассматривать в качестве предположения, в связи с тем фактом, что празднование Нового года на Руси традиционно происходило в марте, ко времени пробуждения природы. Затем с Х века — в сентябре по Византийскому календарю, согласно воле Константина Великого. Это месяц отдыха от трудов, то есть завершение полевых работ.

«Шесть дней делай, в день же седьмый, суббота Господу Богу Твоему, да не сотвориши всякого дела в осьмой. Тако и месяц седьмый благослови и освяти его, и повелел людям своим почити в нем от дел своих» (Исход. Гл. XX ст. 9 и 10). «Месяца седьмого сего, егда окончается жита земли, да празднует Господу»

(Левит. Гл. XXIII ст. 10) Святое Писание.

И только с изданием указа Великого государя Пётра Алексеевича — повелевшего «впредь лета счисляти в приказах и во всех делах и крепостях писать с 1 генваря от Рождества Христова».

Но вернёмся к сути миссии Радоли, ученика Радомысля.

Если только можно так сказать его специализацией были срыв замыслов проводников воли Люцифера (светнесущего), врага веры и всего рода человеческого. На его памяти были и победы и неудачи, чаще расходились, нет, не с миром, но временным согласием о приостановлении вечной войны Добра и Зла. При этом действовать приходилось не напрямую, а исподволь, чужими руками, не чудесами, а умом. Но бывало, что как говорится, и лоб в лоб, тогда, поскольку он хоть и был волхвом и умел заживлять раны и останавливать кровотечение, нейтрализовать многие яды, но все же был человеком, и мог погибнуть. Энергии, коими владел, тоже были не беспредельны.

А направляла его в служении, поддерживала Берегиня, девушка с длинными ярко рыжими волосами и необыкновенными фиолетовыми глазами, одна из трёх, заступивших на стражу в горним. Это она вместе со святым Георгием спасла Немо, Алёхову и Виталия Логунова от гибели в их внетелесном путешествии в середине августа прошлого года. Ещё её звали Заступницей, но это было не совсем верно, поскольку она являлась только одним из ликов проявлений целого ряда заступивших, сменяющих друг друга. Вот и сейчас она, хоть и в другом мире, но где-то рядом. При мысли об этом его лба коснулись, невидимые пальцы и внутри прозвучал голос — Будь наготове они уже здесь.

Наступало время его главного испытанья, или испити (наше слово испокон веку твёрдо).

Тысячи лет уже длилась эта борьба с тёмными, хотя по форме, с виду были они яркими, пылающими, так что если долго смотреть, можно ослепнуть, а если находиться рядом то и обжечься. Помыслы и дела их были темны, как и тех, что пошли за ними. Но то, был случай особый, предстояла встреча с одним из самых подлых, вероломных и сильных ипостасей Сатаны и исход её мог быть самым разным. Радоля тронул рукой крест на груди и прочёл — О, мучениче Христов Иоанне Воине! Храбрый во бранех…

Он был готов.

Остаётся добавить, что прибыл он с письмом от самого Патриарха Московского и всея Руси предстоятеля Русской православной церкви — патриарха Кирилла и отец Фёдор был им заранее проинформирован в общих чертах о происходящем.

В свою очередь Фёдор укрепил Радолю в вере, и тот получил «осенение благословением». То есть священник благословил его рукой и сам омыл святой водой в церкви ещё ранним утром.

Глава 63. Загадки плато Мань-пупу-нёр

Подглава 3

Почему-то не встретил пока ни одной молитвы, где бы Бога о чем-то не просили. Нет, чтобы ему чего-то пожелать. Не важно, что у него все и так есть, главное ему будет приятно

Семенов, плотно отобедавши, первое — суп гороховый оказался очень даже ничего, толи от того, что на свежем воздухе, толи по той причине, что повар был хорош, соответственно продукты, решил пройтись. Прогулялся, вдоль гряды, торчащих в небо останцев и, постояв в тени истукана, солнце отражалось от снега и било по глазам, а очков у него не было, опять пошёл в палатку.

Хорошо Серову, у него как заметил, были фотохромные (хамелеоны), они темнели с усилением потока освещённости, а в палатке выглядели, как обычные. После обеда палатка почти опустела, народ вышел подышать свежим воздухом, от работы тепловой пушки у многих начала побаливать голова, да и клонило в сон, вставали-то ни свет, ни заря.

Работали по графику, не отставая и не опережая его, что уже являлось показателем высокого уровня профессионализма инженеров, техников и учёных, аппаратура и приборы тоже не подвели. В основном иностранного производства, но были ещё и российского и даже, не потерявшие актуальности советские, как шутили техники — чугунные, надёжные, как танк Т-34.

Оставалось ещё около 3—4 часов работы. Под руководством экипажей двух бортов RF-31357 и RF-31359 свободные от проведения исследований люди начали погрузку освободившегося оборудования, график очерёдности работ, был составлен с учётом такой необходимости. Почти все уже успели сделать фото и снять видео на фоне каменных идолов и окружающей панорамы.

Первоначальное возбуждение, вызванное перелётом, величественной картиной природы и цепочкой останцев, последующими, установкой и наладкой приборов, контрольными измерениями и экспериментами прошло, ему на смену после обеда тихо пришлёпали обыденность и рутина.

Под особой, круглосуточной охраной, о чем знали всего 6 человек, на плато было доставлено «Изделие СП», тот странный квадрат 3х3, из неизвестного материала, с необычными свойствами, что находился внутри панагии. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы доставить его на плато, с целью попытаться найти сопряжённые с ним такие же изделия или неизвестные науке механизмы, конечно если они вообще были.

Все было очень зыбко, и Радоля не давал никаких гарантий, все предположения были под знаком — возможно, если, то, и опять может быть. Кроме информации его круга, были только пересказ толи легенды, толи были батюшки Фёдора, да единственный неоспоримый факт, арест 20 ноября Карпова и изъятие у него панагии. То, что он должен был якобы доставить её в Троицко-Печорск тоже ещё под вопросом, дальше её могли отправить куда угодно. Правда, история с гибелью пилота и падением, потерявшего управление самолёта документально подтвердилась. Но был билборд, был и это вселяло надежду.

И потому Генерал, Немо, Нефедов и два офицера охранявшие кейс с маркировкой «Осторожно ИЗОТОПЫ», где были установлены специальные средства сигнализации, и приглашённый пройтись с ними Семенов, в какой-то момент, предусмотренный графиком 30 минутный перерыв («гол последней надежды») отправились поближе к останцам. Нефедов и несущий на браслете кейс офицер своими карточками с электронными ключами вскрыли пластиковый «неубиваемый» контейнер у останца №7 и передали небольшую коробочку, размером с пачку сигарет, ярко-оранжевого цвета с типовой маркировкой — символом радиационной опасности Семенову. Тот убрал её сразу же в нагрудный карман куртки аляски, и процессия двинулась вдоль цепи идолов не спеша, благо тропа в снегу уже была протоптана до них.

Они медленно передвигались от одного болвана до другого. Останавливались у каждого на минуту-две и шли дальше, после того как Нефедову шёл доклад по радиопереговорному устройству, из палатки для приборов. Кроме того, информацию по своим физическим импульсно-полевым электромагнитным измерениям получал и Серов. Так они дошли до последнего останца бутылкообразной формы, и постояв там дольше обычного, направились в палатку, до того титановая коробочка заняла своё место в кейсе с выпуклыми рёбрами.

На лицах троих можно было прочесть только одно — разочарование. Двое Семенов и Радоля остались снаружи и о чем-то оживлённо разговаривали. В палатке несколько человек столпились у монитора, куда шла трансляция изображения с видеокамеры, размещённой на появившейся недавно новинке — мини вертолёте, управляемом с земли по радиоканалу, их ещё называли — дронами. На высоте около 100 метров дрон исследовал верхушки каменных столбов, облетая их один за другим. Эпизодически оператор давал общую картинку участка плато, одновременно шла запись.

Племя с первыми лучами Е-Ра, попрощавшись с двумя оставшимися, беременной, ожидающей ребёнка со дня на день маленькой ростом Во и её невысоким мужем Гулом, начали выдвижение в сторону Севера, через 3—4 ступни движения тени от солнца они должны были достичь зубьев злых духов. До того умылись снегом, почистили палочками языки, этому научил один из вновь прибывших соплеменников. Крепко перекусили в дорогу, собрали необходимый скарб, которым успели обзавестись за это время. Мужчины несли груз в мешках из шкур за спиной на древках копий. Из них же были сооружены носилки с отдельным грузом, в основном с едой и божественными фигурками из дерева.

Накануне вечером были принесены жертвы Светилу, страшному Молу и новому божеству, о котором ему поведали жены. Ра-Да — жена Е-Ра даровала детей и хранила их от болезней и смерти. Снаружи разожгли большой костёр, и небольшое племя в последний раз собралось все вместе. Старый вождь рассказал, по просьбе соплеменников о своём прежнем племени и жизни до больших дождей и потопа. В который раз всем хотелось услышать про схватку с леу Белое пятно, и молодая жена Уше показывала всем на три глубокие борозды без волос на левом плече у Гура, сдвинув шкуру и клыки хищника, подвязанные кожаными шнурками на шее. После той битвы и большого дождя леу пропали, может, погибли в быстрой воде, может просто ушли, туда, где тепло, а может, их покарал сам Мол.

А он просил их рассказать, взволновавшие его истории про стародавние времена, когда на небе было два Светила, одно Е-Ра и маленький, но яркий сын Солнца. И как его совсем молодым украл злой дух — Крылатый Змей, после этого на Земле день породнился с ночью. Вторая была про большую Рыбу, что плыла по небу днём и проглотила солнце, а потом отпустила его. Кажется, что-то похожее про Е-Ра он слышал от матери, когда был совсем маленьким. Когда огонь почти догорел, и в темноте светились головешки, угли, женщины качались из стороны в сторону и пели свои заклинания просьбы богам о даровании счастливой дороги и жизни. Гита, будто тоже что-то чувствуя, не отходила в этот раз от матери гиены, тёрлась о её бок головой и перед тем как уйти в пещеру смеялась, что означало встревоженность и беспокойство.

Светила Луна и по краям небосклона мигали крупные звезды, Млечный путь словно указывал дорогу в новую жизнь, все когда-то начинается и рано или поздно заканчивается, оставляя след воспоминаний лёгких приятных или горьких и тяжёлых. Человек сидел и не моргая смотрел на звезды, зябко кутаясь в шкуры, и не мог оторвать взгляд от этой картины. Пройдут ещё тысячи, десятки и более — сотни тысяч лет, в черноту и безбрежность космоса ринутся уже десятки тысяч ракет, а Землю опутает сеть спутников, но человек все также будет смотреть по ночам туда, в неведомое бескрайнее прекрасное. Мы пришли оттуда, туда же и уйдём.

С тяжёлым сердцем покидал и старый охотник приютившую его пещеру, она подарила ему жизнь, подружила с гиеной, привела к нему двух жён, когда он уже считал, что больше никогда не увидит людей и перестал верить, что есть в этом мире ещё кто-нибудь из соплеменников, кроме него. Он, что называется мясом, прирос к этим местам. Если бы мог, остался с жёнами и детьми, с мальчишкой, к которому привязался и учил тому, что знал сам, да и стар он уже был. Не было в руках той, прежней силы, плохо стали видеть в темноте глаза.

Но Гур знал и другое, если остаться, без его помощи они, остальные, в пути погибнут. Не зная местных целебных трав, мхов и кустарников, грибов и съедобных ягод, повадок животных и птиц, здесь не прожить. Люди, пришедшие и пополнившие его семью, ставшие его новым племенем, были из разных мест, все пришли издалека и гнал их неведомо куда голод и похолодание, что наступило после той большой катастрофы, которую назвали потопом. Не умея ещё, удачно охотится на крупную дичь, и рыбачить, защитить себя здесь от хищников они рано или поздно, но все уйдут в тёмный мир Лати.

Идти пришлось осторожно, во-первых потому, что ещё не везде сошёл снег, а камни во множестве, лежавшие по излому вершины хребта, где они шли, были мокрыми и ноги в быстро подсыревшей обуви, скользили по ним. Во-вторых, беременные женщины племени и единственный малец, передвигаться наравне с ним просто не могли и быстро уставали.

Солнце уже давно поднялось над тем холмом, где стояла когда-то окаменевшая девушка Ба-ба, её чуть не снесло тем страшным потоком бешеной воды при потопе, но высота уменьшилась почти на треть. Далеко впереди на пределе видимости шёл, тот, кто должен был заменить Гура в качестве вождя и кому единственному он доверял на охоте. Тену, сопровождала гиена, она уже признала его как второго лидера в своей стае и теперь с радостью убегала с ним на охоту.

Гита совсем недавно повернула назад, она тоже никуда не хотела уходить из пещеры, где было тепло от красного животного и где ей нравилось играть с мальчиком и носиться по каменистым склонам этой части плато. Правда, иногда в своих играх могла запросто нечаянно сбить с ног человека, и прибывшие в племя последними, и женщины и мужчины побаивались её, также как и матери молодой гиены — Гии.

Они почти дошли до поворота гребня налево, когда Гур показал рукой стой, подняв её над головой со сжатым кулаком, а затем несколько раз широко прокрутил ею над головой, привал. Надо было дать передохнуть жёнам, нёсшим малышей и запасы пищи, завёрнутые в мелкие шкуры. Воды вокруг было полно, уже текли по склонам ручьи из таявшего снега и тонкого льда. Там, где растаявший снег обнажил почву, среди травы люди собирали сладкие и сморщенные за холодный период ягоды брусники, её тут было не счесть, кое-где попадалась и клюква. Она лопалась во рту, после чего тот становился красным. Солнце стало пригревать, и тень от него была все меньше и меньше. Подошёл Тену с гиеной и Жит, что замыкал шествие, показали жестами, мол, нет ничего. Только Гия поймала вылезшую где-то из щелей — каменной норы серую грязную лису, подошла и бросила её к ногам Гура, сама она видимо тоже насытилась до того, морда и грудь были в крови. Гиена потёрлась рыжей короткой головой о лапу.

Женщины кормили детей грудью и озирались вокруг, так далеко, от пещеры они ещё за последние несколько смен Луны не уходили. Жены Гура и Яр, сын Сиу, что пришли этим путём тоже весной, но позже, когда уже трава была зелёной, совсем не узнавали этих мест ранней весной. До высоких каменных зубьев, торчащих из Земли, было несколько больше, чем предполагал Гур, сказывалась привычка аборигена жителя относительно большого, но все же ограниченного рамками бывшего кратера, пространства.

Здесь на вершине плато все казалось таким близким, но то был обман зрения, до сопки или хребта, что казался рядом, было не меньше одной луны ходу. Направление пути по гребню плато было выбрано потому, что ближе просто негде было укрыться, случись снежный заряд. Также старый охотник подметил, что именно с того направления гиены (Гия и Гил) приносили жирных оленей и кабаргу, значит те места богаты дичью. До скал, теперь он высчитал это точно, было 3 ступни тени бега Е-Ра по небосводу. Процессия тронулась в путь, но прежде ушли вперёд Тену с гиеной, замыкал цепь движущихся соплеменников тот же Жит.

Между ними по плато с небольшими интервалами перемещались 7 женщин, из которых 5 были с разными сроками беременности, двое с тремя грудными детьми и одним мальчишкой среднего возраста, и 3 взрослыми мужчинами. В племени осталось после того, как они покинули пещеру 5 мужчин, из которых только двое были настоящими охотниками, сам Гур, вторым был бегущий впереди Тену. Без Гии — гиены, у них не было ни одного шанса, да и с ней прокормиться было почти нереально. На замёрзшей с осени ягоде долго не протянешь, оставалось надеяться на милость богов. Одновременно, Гур понимал, что самка гиены в любой момент может встретить стаю и скорее всего — уйдёт от людей, так как ищет самца. Понимали это остальные или нет, теперь было уже не важно, назад дороги нет, Гур распрямил голову и решительно двинулся в голову растянувшейся цепочки своей теперешней родни, он за все в ответе.

Высоко в небе кружили два орла, высматривая добычу…

Генетическая память предков подсказала ему верное решение, в те давние времена многие и большие и малые племена, семьи, столкнувшиеся с проблемой роста и перенаселения, не искавшие новых территорий, стоянок, укрытий и пещер, умирали от распространения каких-то страшных болезней. Они происходили вследствие загрязнения отходами жизнедеятельности человека мест компактного проживания и источников воды. В том же ряду были — появления там носителей заразы — мелких грызунов и кровососущих — клопов, клещей и других. Либо они вырождались, постепенно от недостатка пищи, животные тоже мигрировали, наводнений, засухи и тому подобных причин. Был ещё один фактор это дети, родившиеся от близких родственников племени. Они были слабее тех, что появлялись при смешении племён.

Казалось, сама природа заставляла людей двигаться, осваивать новые земли, уходить все дальше и дальше. Теплолюбивый Север, где раньше жили люди в благоприятных условиях, постепенно стал холодным и безжизненным, покрылся снегом и льдом и люди ушли оттуда на Юг и на Запад, где до этого было холодно и мало животных, а теперь стало тепло и пригодно для жития.

Так и сегодня ломая рамки государств, целые народы и племена двигаются от границ своего исторического местопроживания в поисках лучшей жизни. Великомудрые политики ищут всякие тому объяснения и затейливые причины, хотя на самом деле, все просто, как и раньше и, в основе лежат — хлеб, вода и убивающий медленно застой.

Те, что долго остаются на одном месте, вырождаются, в их семьях становится все меньше детей, все больше женщин не могут родить, а мужчины оказываются не способными к оплодотворению. Люди там становятся тучными и страдают все новыми и новыми болезнями, от которых спасаются только новыми лекарствами. А главное — деградация идёт в сферах культуры, этики и религии, как основной признак застоя, гниения и, в конечном счёте, вымирания. Не зная, чем ещё удивить зрителя — читателя, авторы доходят в поисках повышения эмоционального накала и восприятия до маразма или безумия. И стоит потом этакий ценитель часами у Чёрного квадрата Малевича (помните — о фамилиях?) и ищут там Космос и находят в себе. Уже нашли под слоем краски, другой квадрат, лучше прежнего. Может быть, я чего-то не понимаю, но всё это так похоже на детскую сказку о голом короле.

От второго поворота вождь увидел бегущего навстречу им Тену и сразу показал всем, что надо присесть, так они менее заметны издалека на фоне плоского плато, покрытого мелким камнем, среди которого редко встречались валуны, обтёсанные природой за тысячи и миллионы лет и находившиеся наполовину в земле. За ними только и можно скрыться и то, ненадолго.

Тену, запыхавшись от бега, долго не мог начать говорить и от волнения, показывал руками в сторону, откуда появился. Наконец несвязно сообщил и вовсе невероятное, от чего можно было подумать, что сородич заболел, его укусил больной волк или лиса, но прошло слишком мало времени для того. Оставалось одно, предположить, что-то он действительно увидел, остальное ему показалось, привиделось, наслушался вчера историй о богах и злых духах. Из его рассказа выходило, что впереди у самых каменных столбов или зубьев, боги спустились с неба, и воюют друг с другом. Строго наказав всем оставаться на месте, он в сопровождении гиены, и понемногу пришедшего в себя, охотника, пошёл, пригнувшись осторожно вперёд.

То, что он увидел с того места, где за валуном до него наблюдал, прячась Теу, поразило его не меньше соплеменника. Сначала это был звук, ни на что не похожий, ровный и мощный гул. Он прерывался грохотом падения больших каменных глыб, которые вырывали голубые молнии Мола из большого ряда высоченных зубьев. Их было больше, чем пальцев на руках двух человек. Потом эти глыбы те же дротики — молнии дробили на земле, они при этом шипели и пускали дым или пар, похожий на тот, что зимой идёт из оленьих ноздрей, когда зверь убегает. Толстые ноги, по четыре у каждого из трёх богов, медленно ползущих по хребту, были похожи на зелёные продолговатые орехи, и также медленно вращались, как тот, если его раскрутить на камне. На широком туловище богов блестели, как ночью лунная дорога по водной глади реки, шкуры неизвестных животных чёрного и жёлтого цвета. Время от времени боги ели, высунув вращающиеся длинные языки мелкие сколы камней, выбирая из них самые вкусные. На спинах этих огромных существ, туда-сюда крутились, мигали, испуская во все стороны яркие лучи — осколки Е-Ра. Иногда, раздавался недовольный короткий резкий звук, слышный даже здесь. Гур поёжился, представив, как боги рычат. Спереди из туловища, похожего на красное с тёмными точками мелкое двукрылое насекомое, на длинных ветвях располагались глаза, по два с каждой стороны. Солнце отражалось в них, значит Е-Ра, был благосклонен к этим новым, ещё неизвестным племени богам. Если расколоть слезу Е-Ра, это точно как глаз чудовища. Злые духи не сопротивлялись, видимо тоже осознав силу ударов, от которых дрожала земля, прятались вглубь.

Часть длинной скалы, продолжения каменных зубьев уже была срезана и на левом откосе хребта, выделяясь на снегу, лежала целая куча выбросов свежевскопанной земли. Её исторгали из себя двое из трёх охотников племени Мола. За исходом схватки гигантов наблюдали верные крылатые псы богов, они кружили высоко над плато и когда один из орлов, до того видимый Гуром ещё на привале, попытался напасть на них, был немедля ранен и упал неподалёку от того места, где прятались люди. Туда, за лёгкой добычей кинулась гиена.

Один из крылатых псов завис невысоко над людьми, размером он был с небольшого перепела, а крылья, каждое размером с две руки и прозрачные с видимыми внутри костями или жилами. Увидев, что люди подчинились его силе, он сел сверху на камень, за которым те прятались, стоя на коленях и тремя круглыми глазами смотрел на них. Сначала Гур сопротивлялся, но затем и его, как минутой ранее Теу забрал в свои кущи сон.

Когда Гур очнулся, его теребил, весь зарёванный мальчишка Яр, все племя оказалось совершенно далеко от того места, где им встретились боги, победившие злых духов. На высоком берегу, покрытом густым лиственным лесом, вниз к реке вела тропа, вытоптанная многими парами копыт крупных животных. Река в том месте, была не так широка и делала поворот. На том берегу широкая полоса жёлтого песка, отделяла водную гладь от кромки леса. Сверху в прозрачной зеленоватой воде видны были стаи больших рыб. Здесь было теплее, чем на плато и снега уже почти не было, зато на поляне, куда их на своих верных птицах доставили добрые боги, уже зеленела первая травка. На деревьях во всю, распускались почки, а кое-где видна была листва.

Впервые за много дней Гур не почувствовал боли на левом плече. Он пошевелил рукой, ещё не веря, и только тогда заметил на коже предплечья странный рисунок размером и формой похожий на плоды деревьев, что собирали женщины в лесу, где он рос. Только он был он чёрного цвета. На нём рассерженный Мол извергал из себя пламя. Боги отметили его своим знаком. «Слава богам!», он ударил себя в грудь.

В унисон ему, из лесу раздался победный клич. Громко зазвучал мощный восторженный голос — именно так, возвестил Теу, будущий вождь племени о том, что нашёл целых две огромных пещеры, а значит — они спасены, и род ещё долгие годы сможет встречать здесь восход Светила и верил бесконечно, в то, что боги милостивы к ним.

Глава 64. Как у пятого столба нету счастья нихрена

Всякое окончание какого-либо действия, являет собой начало нового. Но к женщинам это, как и многое другое не относится

Уже почти дойдя до палатки, генерал первым услышал, доносившиеся оттуда возгласы он, помня эти временные позиции графика, решил, что случилась какая-то ошибка в управлении дроном и тот, упал и разбился. Но, он посмотрел, дрон висел над пятым столбом, цел и невредим, поблескивая на солнце работающими пропеллерами. Тогда он быстро вместе со своими спутниками Нефедовым и Серовым-Немо, зашёл в палатку и, оттеснив кого-то из любопытных, увидел следующее. Вершина, камень 5 останца натурально дышал, причём все сильнее и чаще, наконец, сверху посыпались первые куски прочнейшей породы, уцелевшие на плато за сотни тысяч лет или даже больше. Именно 5-го истукана местные вогулы-манси звали Рака.

Этот камнепад породил гул, который перешёл в настоящий вой низких частот, отчего снаружи закрутились волчком, затыкая уши и закрывая лица, сначала все кто был вблизи от №5, а потом и все остальные. Когда первые уже падали, или бежали прочь с гребня в стороны пологих спусков с плато, волна мощного инфразвука, наконец, пробралась в обе палатки. А звук все усиливался, так звучит тревожная сигнализация, извещающая, что через минуту, другую взрыв обрушит в карьере очередные тысячи тонн грунта, богатые алмазами или другими полезными ископаемыми.

Длинный звук — УУ вибрировал на частотах 4—8 герц, у людей внутренности начали двигаться в каком-то бешеном темпе. Сужались и расширялись сосуды, повышалось артериальное давление. Усилилась работа сердца, возникли — нестерпимая головная боль, недомогание, головокружение, нервная система стала давать сбои, в результате у некоторых начались неконтролируемые людьми испражнения полупереваренной пищей, рвота.

Те, что успели отбежать, на 300—400 метров приходили в себя, с ужасом наблюдая, как рушатся один за другим страшные каменные истуканы. Сам воздух плыл и качался там с десятисекундными интервалами, искажая картинку. Палатки завалило колебаниями воздуха, под ними копошились люди. В земле возле истукана №3 образовалась глубокая трещина шириной метра три, куда чуть не упал один из находящихся рядом спасателей в комбинезоне, плато накрыли сотрясения и вибрации. На вертолётной площадке №2, сорвало крепления винта, и он начал раскручиваться так, что казалось, сейчас его унесёт вместе с многотонной машиной, он даже немного накренился, но крепёж на счастье выдержал.

У одного из техников, что какое-то время крутился возле Семенова, вдруг поехала вверх, прямо в воздух, скручиваясь в длинный жгут голова, все тело и одежда заколыхались, как чулок сорвались и улетели куда-то в общем вихре. На том месте, где он прежде стоял, образовалось облако из черно-серых вихрей и, через пару секунд там показался Арсат с лицом одновременно и злым и испуганным.

Глаза его кроваво-красные от лопнувших ввиду напряжения сосудов смотрели на Семенова, который увидев того страшного врага, что сначала спас его на складе от мук истязателя «Логопеда», а потом хотел сбросить в страшную яму в Битцевской пещере, попытался привстать с колена и убежать, уползти. Арсат с трудом на гнущихся кривых тонких ножках уже почти приблизился к своей жертве, когда ему дорогу загородил тотчас, находившийся рядом, Радоля.

Они встали друг против друга. Боль и ярость, если коротко охарактеризовать, то, что было в них, в каждой клетке организма, в каждом нейроне и в каждом из его 10000 дендритов. Трубные низкие звуки, слышимого диапазона, оглашающие окрестности на многие десятки километров, сменились страшными по своей силе скрипами подземных каменных пород большой тектонической плиты, на которой покоилось плато Маньпупунер.

На несколько секунд ослаб инфразвук и, это дало передышку двум бойцам. Каждый из них уже израсходовал такое количество энергии, что держался только — один на вере, другой на ненависти и понимании того, что если не выполнит свою миссию и не вернётся с ключом от некоего механизма, более древнего, чем он сам и Земля, будет испепелён и исчезнет как сущность.

Радоля, тоже знал, что может погибнуть в этой схватке, но это было его испытание, он сам дал на него согласие, положил слово, а значит, в следующем воплощении он будет среди тех, кто защищает Русь, свой Род. Чувствуя, что теряет силы, он почти ослеп и, мог в любой момент рухнуть, напряг, что были все до конца мощи и ударил в Арсата волной Радости Гнева. Это когда шли в неравный бой с улыбкой, залихватской песней, веселясь и бравируя презрением к смерти, потом, хоть потоп. Но даже мёртвый тянул руки к горлу врага, чтобы порвать.

Так шли русичи вои при Калке, битве князя Игоря с половцами, что в нескольких километрах восточнее Матвеева Кургана. Так атаковал засадный полк князя Дмитрия Боброк — Волынского в Куликовской битве, и при Молодях, так били французов Даву, Нея и Жюно на Багратионовых флешах и батарее Раевского при Бородино. И точно так, наконец, мы русичи громили фашистов, когда от штаба генерала Чуйкова спрятанного между волжскими обрывами в Сталинграде до передовой было меньше 300 метров. Не могло быть по-другому и, когда десантники 9-й роты 345-го отдельного парашютно-десантного полка приняли бой у высоты 3234 в Афганистане. Когда на одного по сотне. Через не могу, но били! Да мало ли…

От удара у Арсата пошла горлом кровь, и он упал на одно колено, но все же выдержал удар и еле живой, смог всё же подняться. Несмотря на дикую боль в сломанных рёбрах, ударивших по лёгким, на лице его появилась едкая насмешливая улыбка. Теперь он, сплюнув сгустком крови и плоти, прямо под ноги своего противника, нанёс удар страшной энергетической мощи, направив его в сердце. Радоля увидел, как его большое бьющееся сердце сначала вдавило внутрь, а затем оно разлетелось от этого удара не кусочками, но мелкими брызгами. Лик его, несмотря на острый укол, остался спокойным и умиротворённым, он сделал, все что мог и даже то чего не мог, теперь настал черед других дольнех и горних. Только в глазах застыла боль и недоумение, почему так? Почему надо убивать, почему войны и болезни, почему есть Зло и когда его не будет.

Семёнов за те полторы минуты, что его спасал этот странный человек в ярко-синей куртке, которого в отличие от Серова, он видел своим необычным зрением, но в таких красках, что сделали бы честь самому Винсенту Ван Гогу или Эдгару Дега. Он, конечно, видел не все, мешали звуки, идущие из глубины земли и забившие сознание страхом и тоской, желанием убежать подальше, куда угодно, но только что бы долой отсюда.

Но и того, что ему показали, этих бушующих стычек сверкающей плазмы, быстрых разрядов мощных волн, что накатывали штормовыми взлётами и опадали, столкнувшись друг с другом, было довольно. Причём всё происходило с фантастической скоростью. Он успел отползти на десяток шагов, когда увидел исход поединка для него совсем не радостный. У Арсата же не осталось никаких сил, чтобы сдвинуться хоть на шаг. Но скоро они придут, и тогда не остаётся здесь ни людей, ни силы, способной помешать его замыслу, забрать ключ.

Он зря не принял в расчёт тот звук, что так напугал его ещё пять минут назад, посчитав его за Песнь Земли, только очень сильную на этой древней земле Тартарии и Гипербореи, что на картах Герхарда Меркатора, Пири Рейса, Оронтия Финея была на севере Евразии и по размерам покрывала всю Европу.

Над тем местом, где совсем только что стоял себе, пятый останец, обдуваемый ветром, теперь лежала груда камней и, метался по кругу хоровод голубого цвета плазмоидов, одни круглые шарики размером с мячик для тенниса, другие темнее и продолговатые, похожие на лампы дневного света. Видимо растеряв остатки энергии в этой бешеной пляске, в какой-то момент они словно по краям невидимой воронки сошли в землю, в том месте зашипел снег, испаряясь и, оплавился словно масло, кусок рухнувшей скалы.

Звук опять сменился, ужасный скрип постепенно затих, и стала слышна металлическая музыка, чем-то похожая на звуки ксилофона и колокольчика — Динь, дон, динь, дон дон, дон дон. При её первых звуках на лице Арсата, появились и замелькали — недоумение, досада, вымученная улыбка, злость и он начал распадаться на тысячи шариков тёмной окраски, разлетающихся вверх. Последним был глаз, который закатился и застыл, глядя в высокое небо, уже успокоившееся после недавнего урагана и мощных воронок, закинувших лёд и камни с гребня плато на километровую высоту. Наконец и этот глаз дематериализовался и исчез. На грязном от непонятной копоти снегу рядом с телом Радоля валялся полосатый барсучий хвост на золотой витой цепочке. Музыка смолкла. Панагия опять спасла ССС (Семёнова).

Люди стали приходить в себя, кто неторопливо пошёл обратно к лагерю, кто вытряхивал дерьмо, вместе с трусами из штанов, присев за большие камни. Кто-то пил из фляги, припасённый коньяк, кто-то глотал из рук снег. Вертолётчики залезли по стремянкам на металлические обтекатели и оттуда осматривали двигатели, редуктор, приводы автомата перекоса и лопасти. Уже люди начали обсуждать произошедшее, когда случилось и вовсе непонятное.

Опять дзинькнул — именно как-то так, громкий звук и прямо сквозь камни, из земли стали появляться гиганты. Сначала стали видны их сверкающие золотые шлемы, почти круглые с невысоким широким ребристым гребешком. На лбу он заканчивался неким подобием наносника — стрелкой белого металла вниз, а сзади кольцом по уровню шлема, закрывавшего почти всю шею. Наушины и две гнутые пластины на подбородке крепились на шнурках скрученной тонкой кожи. Каждый держал в правой руке длинное копье толщиной в руку. Древко с навершием в виде серпа разделённого надвое двумя остриями тёмного металла (в виде буквы — Н), с блестящей белым цветом двусторонней заточкой. У идущего мерным шагом впереди первой шеренги, видимо главного начальника колонны в шеренгу по трое, и в глубину по 12 воинов, на кончике копья был укреплён небольшой треугольный штандарт с изображением странного зверя. О трёх ногах спереди и большого костяного горба на спине, задние две ноги были намного короче толстых передних, потому казалось, что чудище сидит, словно собака с широко раскрытой пастью.

В левой полусогнутой руке у всех воинов, на ремешках у кисти и локтя были закреплены щиты, немного выпуклые, металлические розового необычного цвета с изображением золотого языка пламени, вырывающегося из небольшого кувшина чёрного цвета. У Главного на щите было изображено золотое Солнце с лучами и 3 луны в разных фазах, темно вишнёвого цвета. Щиты имели необычную форму квадрата. Со стороной около четырёх метров, они были с вырезами по углам, в виде полукруга, куда можно было опереть древко копья, или ударить острыми концами.

На груди и спине у всех были красивые металлические кирасы, нагрудник делился на два крупных сегмента, что позволяло сгибаться и разгибаться, и наспинник, соединённые с одной стороны петлями и удерживаемых на плечах лямками из кожи. Под ними из чёрной прочной кожи латная безрукавка ниже пояса. Под безрукавкой были надеты туники чистого белого цвета.

Панцири такого же цвета что и щиты в обрамлении ярко-жёлтой золотой полосой, украшены выпуклыми изображениями диковинных животных и птиц по центру и на наплечниках. Правая рука до локтя укрыта широкой гнутой пластиной на ремешках, по всей длине которой шла толи надпись, толи набор символов. Ноги были защищены поножами тоже из металла, и толстой подошвой сандалий на ремнях с пряжками. Справа на боку висел меч в широких массивных ножнах на перевязи поверх левого плеча, для того на кожаном ремешке была петля. Ближе к рукояти в ножнах горели и переливались в лучах светила огромные рубины продолговатой формы. Слева же у всех к верхнему наспиннику крепились также на широкой петле короткие до колен, плащи ярко-красного цвета.

Хотя их экипировка защита и оружие в целом соответствовали (походили) эпохе первой и второй Пунических войн (двухсотые года до н.э.), но отличались и от ахейской, и от римской культур. Это не были воины эпохи Гомера или диктатора Суллы, соответственно, на что указывали и изображения неземных животных, птиц, металлы и другие несомненные признаки, видимые специалистами.

Воины были белокуры, длинные волосы, золотистые кудри доставали до нижнего края наплечников на коже безрукавок. Все были белобороды, красивы, с правильными чертами лица, будто вырубленного из бежевого полупрозрачного мрамора. Также, крепко сбиты, одного роста около 11 метров и похожи друг на друга как две капли воды, включая главного.

Все это войско бесшумно возникло из ниоткуда, ведь до того момента, не было обнаружено в земле на этом участке плато ни одной большой полости или самой малой пещеры.

От того ли, что все металлические части экипировки были обработаны с высочайшим классом точности, чем-то начищены — надраены, или по какой ещё причине весь строй сверкал при движении так, что в пору было зажмуриться. В воздухе вокруг них буквально висела, переливаясь, размытая радуга и метались высверки, похожие на бенгальские огни.

При полной тишине, люди замерли, словно по лестнице в одном заданном темпе 60—70 шагов в минуту они поднялись на поверхность плато. Прямо сквозь камни, палатку с приборами и один из вертолётов не причинив им не малейшего вреда прошли, направившись далее на той же высоте прямо по воздуху в сторону горы Отортен.

Все ещё долго молчали и провожали этот строй, пока он не растворился в снежной пелене.

Кто были эти воины, куда они направились, и что вообще приключилось, никто не понимал. Только стало ясно, что прилетели они сюда в экспедицию, отнюдь не только ради останцев, висмута и прочей геологии. Начали горячо обсуждать, спорить, напряжение сбросило.

Вместе с тем, пора было сворачиваться, скоро уже должно было стемнеть.

Практически все поняли, что марш гигантов это была голограмма, может быть что-то наподобие, несомненно, очень высокого качества и детализации, но не живые существа. Мнения разделились, одни утверждали, что это марсиане, в глубокой древности, прилетавшие на Землю, когда Марс ещё был, обитаем и приводили весомые аргументы, на сей счёт. Другая партия атлантистов, утверждали, что это четвёртая земная раса, уничтоженная неким всемирного масштаба катаклизмом, и приводили в свою очередь веские аргументы. Но пока никто не мог объяснить:

— где и что за аппаратура разрушила идолов и отчего треснула земля;

— откуда возникли столь мощные звуковые волны, явно не предназначенные для ушей человека и странная музыка;

— наконец, что все это значило, для чего был запущен процесс или программа и кто тот программист.

Снег усиливался, пилот доложил об исправности обоих бортов и готовности к эвакуации экспедиции. Сводка по погоде была приемлемой, но к ночи она могла стать нелётной, краем проходил мощный антициклон и ветер на его границе с циклоном обещал многие сложности. Прогноз по метео, как обычно не оправдался.

Врач МЧС хлопотал над получившими лёгкие травмы членами экспедиции, так хорошо начавшейся и странно и страшно закончившейся. Труп Радоля уже загрузили в мешке в вертолет, искали и нигде не смогли найти одного из техников. Семенов на людях молчал, замкнувшись в себе, решил, что все расскажет позже. Просмотр видео с дрона, тоже ничего не дал, когда оператор упал, тот улетел на сто метров и кроме снега на склоне ничего не снял. Правда, в одном месте видно было какое-то уплотнение и потемнение воздуха, окраина серого пятна, которое крутилось.

Группа поисковиков из членов десанта цепью фронтом прошла по территории, где только недавно высились останцы, а теперь возвышалась на десяток метров гора больших каменных глыб. Прошли туда и обратно и ещё раз туда, ни техника, ничего другого путного обнаружить не удалось. Собак спасатели МЧС не брали, опасаясь реакции общественности манси — вогулов — остяков. Большинство решило, что и незнакомец из группы руководства и бедный техник погибли от ударов камней, когда рушились идолы и труп последнего найдут под их грудой.

В случае экстренных мероприятий было планированием данной экспедиции предусмотрено оставить на плато группу из 4 спасателей, экипированных соответственно, вплоть до лыж и провианта на пеший переход до горы Сарай, где бы их встречали это на случай поломки двух снегоходов, доставленных ещё десантом. Им поручили поиски пропавшего техника.

Все готовились к погрузке, когда к генералу подошёл один из техников вертолёта, молодой прапорщик испросил разрешения обратиться и сказал следующее. Дескать, кто-то из руководства или учёных толи после обеда, толи во время заварушки с инфразвуком, этой, как он выразился — какофонией, видимо, убирая переговорное устройство во внутренний карман, по ошибке промахнулся и потерял его, а вещь казённая. Может её и искали? Генерал уже хотел отмахнуться, он был не в настроении, как Татищев — это была фамилия прапорщика, достал из кармана, сбоку на штанине комбинезона «воки-токи», но это было что-то другое. И все же генерал послал бы его к своему помощнику по МТО экспедиции, так как вещица сия очень уж походила на какой-то калькулятор или мобильник. Но когда вертел его в руках заметил, на задней крышке блеснувшие, едва различимые бороздки с наклоном, составляющие знакомый знак, точнее только часть его, похожую на те, знаки иероглифы, которые он рассматривал с Нефедовым в своём кабинете совсем не так давно.

Так вот ты какой, северный олень.

Когда все доложили о готовности и генерал лично проинструктировал остающихся спасателей, сделав акцент на безопасности, и чтобы если что-то найдут необычное, ни в коем случае не трогали, а немедленно докладывали, прозвучала команда по вертолётам. Москва дала добро, Сыктывкар подтвердил посадку, первым пошёл борт с генералом.

Как и в тропиках на Севере ночь опускается внезапно. Она накрывает землю, природа засыпает, все до утра успокаивается. Пушистый снег покрывает леса и долы, нависает над не замёрзшими быстрыми речками и ручейками кристально чистой воды, к которой с утра придут на водопой мохнатые северные олени, могучие лоси и кабаний выводок во главе со свирепым секачом. Где-то по-над речкой в берлоге сейчас спит большой бурый медведь, он сосёт лапу и иногда ворочается во сне, а падающий снег накроет то жёлтое пятно над берлогой, что образовалось от его тёплого дыхания. Уставшие от беготни по глубокому снегу в поисках редкой пищи, хорошо, если, не порезав лапы об острую корку наледи, появившейся поверх наста на ярком дневном солнце, забравшись в овраги и ямы от корней упавших деревьев, спят волки, тесно прижавшись, друг к другу и поскуливая во сне. Только что филин промелькнёт внезапно и исчезнет в черноте ночи, уже где-то далеко, сядет на ветку и ухает долго и тревожно. В дальнем лесу на поляне среди высокой пожухлой травы большая белая полярная сова острыми, как бритва когтями безошибочно вытащит из-под снега мышку, услышав её сердцебиение.

Этот снег укроет шапками кроны и близкие к поверхности корни реликтовых деревьев от мороза, и они будут ещё долго жить, и расти, упираясь в небеса своими верхушками и качаясь на ветру неодобрительно. Как же люди так смогли, разрушили такую красоту, на что теперь любоваться. А люди в вертолётах, раскачавших воздух большими пропеллерами, будут подниматься все выше и выше, сделают прощальный круг над плато Маньпупунер. Они с грустью будут смотреть вниз, где вместо чуда — семи братьев останцев, образовалась груда тёмных камней, подсвеченных мощными фонарями и фальшфейерами оставшихся 4 спасателей.

Разноцветные огоньки двух машин, мигнули напоследок где-то на пределе видимости и исчезли в кромешной тьме ночи.

Бур вой (доброй ночи).

Обратно летели почти два часа, огибая снежный фронт. Не разговаривали, толи устали, толи от пережитого и осознания гибели одного и пропажи второго участника экспедиции и грандиозности того, что произошло с ними. Расскажи кому, ведь не поверят. Но присутствовало и удовлетворение от причастности к некой тайне, понимание того, что пройдёт много лет, а вполне возможно и веков и участников, свидетелей этого полноценного, первого, научно зафиксированного контакта с чужим разумом, будут искать и расспрашивать — ну, как оно всё было. А воспоминания их перечитывать и использовать для создания литературных произведений, кино и тому подобное. Что было странно, никто не пил. Хотя запасы далеко не иссякли, но даже предложений не последовало. Тогда на это как-то не обратили внимания, но позже это стало предметом всяких шуток и розыгрышей в узком кругу. Известно, что в среде военных и учёных, как нигде полно истовых юмористов. Да и запашок в кабине вертолётов, в тепле тот ещё был.

Глава 65. Делоникс королевский

Помните у А. Блока — «Ночь, улица, фонарь, аптека…». И что изменилось? Пожалуй, только аптеки хуже стали

Вечером он уже докладывал в Москву, заму руководителя об итогах экспедиции и завершении операции в Коми. Подробно проинформировал и ориентировал о дальнейших мероприятиях местных руководителей. Все участники экспедиции были собраны на инструктаж и подведение итогов в здании нового спорткомплекса МЧС, несмотря на позднее время. Там же дали подписку о неразглашении гостайны и строго-настрого предупреждены о последствиях. Были изъяты все фото и видео материалы участников десанта. Также, оперативно подготовлены и доведены до всех категорий участвующих в десанте на плато, несколько вариантов того, что говорить и как отвечать на вопросы родственников, любопытных знакомых и журналистов о произошедшем, в том числе — крушение каменных останцев. Наутро уже были спланированы первые срочные мероприятия по изоляции района проведения мероприятий — «Делоникс королевский», такое название предложил начальник УФСБ по Республике Коми, теперь уже ответственный за осуществление всех мер по охране объекта особой важности на территории Коми. Соответствующее решение Президента обещали, несмотря на субботу к исходу следующих суток. Утверждённые предложения по информационному сопровождению всех работ в Коми, также пришли после доклада по ВЧ (правительственная связь). Основная масса москвичей вылетала в воскресенье и понедельник, пришлось даже открыть дополнительный рейс. Генерал вылетал уже в субботу 16 января спецбортом Минобороны с ним Нефедов и Серов, а также часть тех, кто успевал вернуться к 17.00 с мест дислокации, и в ком не было нужды при проведении дальнейших мероприятий ВРГ в Коми.

Кроме тех исследований, что предстояли в Москве, в регионе уже начали искать схожие места, пока на картах и по бумагам изыскательных партий, по геологии и другим признакам схожие с плато и хребтом Маньпупунер.

Кроме того, нужно было достать, попытаться найти того, кто должен был организовать и доставить «Изделие-СП», на плато, если бы его удалось привезти в Троицко-Печорск 20 ноября прошлого года задержанному Карпову.

Попасть на Маньпупунер, да и выбраться с него до мест цивилизации в одиночку было нереально, если это только не агент её королевского величества — №007 Джеймс Бонд.

После того, что рассказал Семенов генералу и Серову, появилось ещё больше вопросов и, нужно было время, соответствующие исследования и новые экспедиции. Москва его встретила дождём и гололедицей. Пока дошли до здания аэровокзала, недавно отремонтированного с жёлтым «скворечником» над вторым этажом, и голубым глобусом на стеле слева, несколько человек упали и, испачкавшись в грязи, чертыхались.

До того у борта, отдали последние почести Мирону Георгиевичу Генчукову, тому кого знали как — Радоля. Просто сняли головные уборы и постояли молча минуту, пока его тело не увезла машина.

В новом здании его уже ждал с личным докладом руководитель Службы, которого, уже проинформировали о предварительных итогах и полученном артефакте. Он довольно долго, несмотря на позднее время и субботу расспрашивал генерала о том, что произошло на плато, особенно его, интересовал момент с появлением колонны воинов. Он и сам рассказал генералу о том, что, во-первых их зафиксировали уже после того, как колонна ушла с хребта Отортен, в районе Печенги на российско-финляндской границе (финны пока молчат), затем они засветились на спутнике оптико-электронной разведки и по сложной траектории ушли в космос в направлении Веги. Одного этого хватило, чтобы оправдать все усилия столь широкомасштабной работы по теме «Сущность». Но теперь, когда на руках есть, возможно, не будем торопить события, ключ к тайнам необыкновенно важным, для безопасности страны, развития теоретической и прикладной российской науки, мощнейшего рывка в области технологий, предстоит работа иного масштаба и уровня.

А потому, если генерал не возражает (конечно, он не возражал, ещё бы), руководство на новом этапе будет передано первому заму. Сейчас очень важно скоординировать все ресурсы и не только Службы для работы с обоими изделиями, всех кто может поспособствовать раскрытию их предназначения и возможностей. Конечно, при этом очень желательно, закрыть все лазейки, по которым к американцам и их союзникам, да и вообще ко всем чужим может просочиться любая информация по данной теме. Наверняка их спутники АНБ и агентура уже что-то сумели засечь.

Лицо руководителя, напряжённое обычно, как у человека вечно занятого, обременённого непосильным трудом, немного расслабилось, когда он поинтересовался, есть ли к нему вопросы, другие? Вопросов не было. Хозяин кабинета вышел из-за стола, пожал руку генералу на прощание, пожелав успехов. Это уже кое-что значило.

Домой Сидякин вернулся поздно, а потом ещё долго сидели с женой на кухне. Впрочем, несмотря на то, что завтра с утра всем на работу, не спало большинство вернувшихся из командировки участников экспедиции. Кто-то на служебном транспорте, кто на такси, а кто на попутках добрались, наконец, домой. Воодушевлённые произошедшим с ними, с одной стороны, и связанные обязательствами хранить тайну с другой, они рассказывали домочадцам свои впечатления о Коми и Маньпупунёре. Показывали фото из Интернета плато и останцев, объясняя отсутствие своих снимков загруженностью по работе. А более всего переживали за то, что не успели купить и привезти гостинцев — Понимаешь, там немного тряхнуло. Нет, не сильно. Но начальство от греха подальше решили всех эвакуировать. Да нет же говорю, легонько. И радостно улыбались.

Возвращенье из командировки

По асфальту дождь стучит,

Шины лужи рассекают,

Капли по стеклу стекают

И шофёр такси молчит.

Радио играет тихо

И в Фольксвагене тепло,

Мне с водилой повезло,

Что разруливает лихо.

А в Москве все льёт и льёт,

Двое суток как прорвало,

Все вокруг попаливало,

Так что скоро поплывёт.

Окна зданий, фонари

Отражаются в воде,

Дождь на улицах везде

Льёт, куда не посмотри.

Светофоры, стражи дня,

Регулируют движенье,

Их цветное отраженье

В эту ночь не для меня.

Я спешу, водитель знает,

Побыстрее, заплачу,

Не волнуйтесь, долечу,

Он мужик, он понимает.

Хорошо когда дорога,

Ночь, Москва, огни кругом,

Ты с тяжёлым рюкзаком,

Как за пазухой у бога.

Все знакомо, вот и дом,

Сотней сверху рассчитался,

На седьмой к себе поднялся,

Поздоровались с котом.

Все конец командировки,

Дома раньше на день я,

Знаю, ждёт меня семья,

Только вот сниму кроссовки.

А потом на кухне долго

Буду что-то говорить,

Кофе, крепкий сам варить,

Апельсина резать дольки.

Я скучал пока в разлуке

Дни тянулись и текли,

Но ура! Они прошли,

Я твои целую руки.

Улыбнись моя душа,

Утро ноченьки мудрее

И пойдём-ка спать скорее,

Лишь взгляну на малыша.

День придёт и солнце в небе

Разольёт свои лучи,

Хоть от радости кричи,

Как давно я дома не был.

Серова машина привезла прямо к трёхэтажной гостинице на Юго-Западе, в ней они жили с Раей, пока в новой квартире в «Тихой долине» шёл затянувшийся ремонт. Раиса ждала его, хотя было довольно поздно. Саша с аэродрома в колонне машин с охраной заехал в институт Нефёдова. Уже оттуда позвонил Рае, что задержится часа на 2—3. С Борисом Николаевичем он согласовал первоочередные шаги по работе с новым артефактом, о чём не успели переговорить в самолёте, основные тезисы доклада завтра у себя в РАН, ФСБ и в МВД, соответственно каждый, на основе того, о чём в принципе уже договорились ещё в Сыктывкаре. Уточнили кое-какие детали по хранению и охране бесценного устройства и тепло, попрощавшись, разъехались по домам.

По лицу Немо Раиса догадалась, что там, в Коми произошло что-то очень важное, и командировка была удачной, но помня о ведомственной принадлежности гостиницы, не стала ни о чём расспрашивать. Но после ужина, где они пропустили по рюмке водки, он сам предложил перед сном прогуляться по парку, на что она согласилась, несмотря на больную ногу.

Гуляли они недолго и недалеко от дома-гостиницы. Он, обняв её за плечи с воодушевлением мальчишки рассказал ей обо всём, и после того ещё о том, какие перспективы открываются перед ними, благодаря этой находке. Заметив, что Рая начала замерзать потащил её в дом, целуя на ходу и смеясь от радости бытия. Уснули они уже глубокой ночью.

А в парке, сначала редкий, медленно опускаясь, а потом всё более плотный и кружась, падал снег, заметая чистые до того асфальтовые дорожки. В воздухе вовсю летали снежинки. Вспыхивая, они пролетали границы конусов света от фонарей, освещавших дорогу в парке к гостинице. Куда не глянь, всё было покрыто белым чистым покрывалом, и только жёлтый сказочный свет на крыше красивого здания, вполне пригодного для съёмок какого-нибудь новогоднего фильма-сказки и от ламп на столбах освещения украшал это белое марево. Здесь, вдали от городской суеты, отделённый парковой зоной кусочек спокойной земли не нарушали звуки летящих потоков машин и не дразнили буйством красок огни и огоньки домов, рекламных щитов и гирлянды дорог. К утру в городе, всё засыпало 15 сантиметровым слоем снега, и вьюга чуть стихла. Было не холодно, что-то около минус пяти по Цельсию, в последние годы это было практически нормой.

Через два дня, 18 января в Крещенский сочельник Виктора Николаевича вызвали в Кремль, с ним захотел переговорить ВВП. Генерал не единожды до этого бывал в третьем здании, где находился один из кабинетов нынешнего Председателя Правительства, но сегодня его удивило большое количество молодых людей спешащих по своим делам по широкому коридору здания администрации. Большинству не было и 30, совсем редко попадались люди постарше за 40—50 лет, видимо начальники отделов, управлений и департаментов. Объяснил для себя это тем, что выдержать это постоянное напряжение нехватки времени на все, ненормированный рабочий день (бывая здесь ранее, он видел работающих и в 23 и в 24.00) и груз ответственности способна только молодость. Кроме всего прочего никто здесь не курил.

Его выслушали внимательно и подробно, попросили коротко ответить на вопросы, отпечатанные на листке, предложили дать рекомендации по отдельным направлениям и разъяснения, угостили чаем и булочками с изюмом и, пожелав успехов, пожав на прощание руку, отправили работать во благо…

Совершенно неожиданно для него и, судя по первой реакции и руководства, спустя две недели за навалившейся текучкой он уже и забыл об этом визите. На очередном совещании по понедельникам 8 февраля в присутствии практически всех членов Коллегии, в самом конце его руководитель зачитал выписку из указа Президента РФ о присвоение ему звания генерал-лейтенанта и награждении «Золотым кортиком Петра Великого» II степени «За заслуги перед Россией, проявленную доблесть и честь». Не только Сидякин, но и многие присутствующие в зале совещаний сначала ничего не поняли, подумали, что это возможно шутка какая-то.

Конечно, при Ельнине такое бывало, даже через ступень присваивали, но нынешний глава государства и премьер, таких пердомоноклей себе пока не позволяли. Первичное генеральское звание начальнику управления «И» было присвоено в начале января (04.01.200_ г.) и вот уже второе. Да что там у них — Президента США завербовали, или говорят там, на Севере что-то было необычное — алмаз размером с автобус нашли? Маркса с Энгельсом оживили? Сбылась шутка кадровика!

Но до того руководитель весьма жёстко отчитал генерала за то, что не вовремя подали справку за квартал по зоне ответственности о проведении мероприятий защиты IT информационной и технологической сферы и российского сегмента Интернета. Эта тема в последнее время заинтересовала руководство в связи с материалами Службы внешней разведки и ГУ ГШ о практических шагах США и НАТО по реализации программы — Сетецентрических войн (от англ. Network-centric warfare) и создания нового рода вооружённых сил (ВС) — кибервойск.

Насовали задач выше крыши. Чего стоило только сопровождение работ, начатых по новейшим географическим открытиям российского исследователя Виктора Гребенщикова следов древней цивилизации на дне мирового океана по открытым материалам Google earth. Им по фото дистанционного зондирования рельефа дна мирового океана, опубликованными в Интернете Гугл обнаружены тысячи объектов искусственного происхождения: сооружения, дороги — ровные линии до 1,5 тыс. км, мосты проходы, непонятного предназначения поля, покрытые некими подобиями ямок и выпуклостей. Циклопические возвышенности, пирамиды 3-4-5-гранные, круглые, покрытые полосами — лучами строго симметричными и ровными, похожие на городские застройки, дома по берегам морей. Все геометрически ровные, отдельные прямоугольные и квадратные, другие в виде кругов, остроносых шпилей, т.е. формы, исключающие вариант естественных образований. А самое главное огромной протяжённости трасса от полюса до полюса, высотой в некоторых местах до 1 км. Открытие мирового уровня, требуется разобраться, что там на самом деле, обеспечить, несмотря на утечки информации, приоритет российских учёных в проведении исследований. Весь мир заинтересован в получении знаний о высоко технологической цивилизации или нескольких цивилизаций, существовавших возможно миллионы лет назад. Причём всё это на глубинах 3-5-11 км. Задача будет сродни организации полёта на Марс. Кроме того, обеспечение безопасности строительства нескольких объектов хранения гос. резерва и различных архивов на случай масштабной войны или стихийных бедствий и катастроф.

В общем, как и всегда задач было много, времени и людей для их решения мало, а сделано всё должно было быть ещё вчера и удивлённые глаза начальства буравили вашу совесть и одновременно извергали изустно знакомые идиомы. Такие как: бить баклуши, лясы точить, пока на горе рак не свиснет, ударники кому-нести-чего «с-кого-куда и т. д. и т. п.

Его почему-то практически сразу большинство, и среди них даже те, кто вроде бы должны были его неплохо знать по совместной работе, все стали называть везунчиком. Это прозвище приклеилось намертво, даже жена откуда-то (ОБС — одна баба сказала) узнала и дважды подначила генерала. Впрочем, кличка, данная ему ранее, ещё в бурсе и затем официально закреплённая в качестве позывного, была не менее подковыриста — вперёдсидящий! Курсанты острословы использовали фамилию и любимую команду младшего сержанта Сидякина — «Вперёд!».

Обмывать новое высокое звание пришлось на полигоне в Красноармейске 12 февраля в пятницу, где все руководство знакомилось с новыми разработками в области вооружений, средств защиты и приборами различного назначения, предлагаемыми предприятиями оборонпрома к реализации в оборонном заказе по линии Службы в госпрограмме вооружений до 2020 года.

Там на показе он встретился с Нефедовым, который рассказал о некоторых успехах в изучении найденного на плато артефакта. Кое-что знал и сам генерал, но только в части касающейся его управления. Пока суть, да дело — шёл показ, им удалось около часа переговорить.

Как и предполагал ранее Борис Николаевич, пластина оказалась чипом, флешкой, которая, как и диск CD, была заполнена некой информацией и командами на исполнение различных задач осуществляемых толи роботами, толи живыми существами где-то в других измерениях или мирах, возможно с другими физическими законами и принципами. Их аватары, голограммы, или программы, если угодно, адаптированные к нашим условиям и проявляющиеся в нашей плоскости мироздания. Мы это все и почувствовали на себе и увидели там воочию в Маньпупунёре. Достаточно приложить пластину к задней крышке найденного там, на плато второго артефакта и включить механизм запуска.

Он, скорее всего, запускается оператором с сильными экстрасенсорными способностями. Семенов, Серов, Радоля и возможно, сам Арсат и активировали их. Правда на плато пластина находилась далеко от прибора. В ходе экспериментов уже в Москве и на полигоне в Астраханских степях их (через неделю были найдены ещё две пластинки и какое-то кольцо браслет на руку или на ногу с хитрым замком) смогли запустить уже двое. «Делоникс королевский», принёс свои плоды, далеко не бобовые.

Теперь, почему все не сработало сразу? По некоторым записям — живым картинкам из бытия у нас на Земле директор НИИ прошёлся подробнее. Та пластина, что из панагии, оказалась явно не с Земными видео-голограммами, и те воины, хотя и похожи на греков или римлян эпохи расцвета республики и империи, но не наши, не земные. Что удалось посмотреть на других чипсетах.

Жизнь племени диких первобытных людей где-то в тех краях, на Севере, живших в период среднего и частично верхнего плейстоцена. Крайне интересной там же оказалась запись выработки неизвестных полезных ископаемых машинами-роботами явно молодой внеземной техногенной, как и мы цивилизации. Пригласили специалистов в области автомобилестроения, инженерной техники, геологов, почвоведов и прочих посмотреть. Крутили, вертели и так и этак, вытащили одну немаловажную деталь. Уж больно эти механизмы возможно похожи на те, что оставили окаменевшие следы, колею, найденные в некоторых частях Турции и Испании. Этим отпечаткам около 12—14 миллионов лет. О них в своё время писал наш учёный Александр Колтыпин. По многим признакам, совпадения есть поразительные. Так, например, ширина колеи в обоих случаях должна быть около 23 см. и длина примерно равна 7,5—9,5 м. Хотя, разнос во времени между ними, безусловно, гигантский. Любопытно, и вот что — вместе с теми на поверхности, эпизодически появлялись роботы, ведущие какие-то работы под землёй, похожие на больших дождевых червей и формой и цветом, с плазменными резаками, один в один — головка душа. Как тут не вспомнить о многочисленных туннелях под землёй, такую сеть только машинам по силам и создать.

В этой связи мы вспомним и о другом не менее интересном факте:

Напомним, что в далёком 1921 году в Африке, группа учёных, прибывшая туда с целью поиска радиоактивных веществ, столкнулась с необычным изотопом урана, который им удалось обнаружить в небольшой реке. Коллектив специалистов предоставил найденный на африканском континенте изотоп в лабораторию для проведения экспертизы, где он и находился до нынешнего времени не обследованным.

Вот только в нынешнее время эксперты взялись за доскональное изучение этой находки. Интересным стал тот факт, что учёным удалось определить в составе изотопа три вида урана. Один вид — это уран двести тридцать восемь, который есть и на поверхности нашей планеты, второй вид — это уран двести тридцать девять, являющийся очень редким материалом и третий вид — это уран двести тридцать пять не известный ранее науке.

Также стоит сказать, что в маленькой африканской реке эксперты обнаружили целых двести килограмм этого вещества. Эта находка позволила им сделать предположение о том, что его (уран) в древности применяли для работы очень большого ядерного реактора, который по своим показателям мощности и площади намного превосходил нынешние аналоги, сообщает журнал «Наука и техника» в номере от 6 июня 2015 г.

Нефедов продолжил. На другой пластине — битву русичей в осаждённой крепости с ордой половцев, гибель княжны и спасение небольшой группы в подземном туннеле. Охоту тираннозавров на молодняк диплодоков (это около 68—65 млн. лет назад).

Генерал живо представил себе ужас местных астраханских аборигенов — охотников и скотоводов, при виде мчащихся на них динозавров 4—5 метрового роста. Ещё одна запись, кажется, проливает свет на известную легенду о Золотой Бабе, которая якобы была главным божеством обских угров. В подтверждение её явлено изображение трёхметровой бабы, отлитой из чистого золота, обнажённой и держащей на руках своего ребёнка, девочку, очень красивую. Не понятно только, как появилась золотая статуя женщины у народа Коми в верховьях Камы, откуда и почему начался её путь на Восток. А может и, наоборот — с Востока?

Все видеоматериалы сопровождались странными звуками, наподобие электронной музыки начала ХХ века и текстом, похожим на древнегерманские руны. Скорее всего, это аудио и письменные комментарии к медийным файлам. Заметив вопрос в глазах Серова, Нефёдов ответил коротко — Пока нет.

Записи сделаны так давно, что могли произойти атомарные изменения в структуре материалов, из которых изготовлены прибор типа 3D принтера/CD-ROM проигрывателя, или пластина-чип. Видимо, они и привели к сбоям и задержкам. Есть предположение, что они созданы не просто внеземной расой из далёкого космоса, но тогда, когда ещё и солнечной системы и Земли, соответственно не было. Только представьте, какого уровня развития они достигли сейчас — это практически Боги. А может быть это наши далёкие потомки? Но их изображений на видео нет нигде, разве, что те воины. Но и то, вряд ли. Скорее это всё робототехника уровня развития цивилизации до сингуляров? Тогда многое объяснимо и становится понятным.

Той же причиной можно объяснить появление защитной реакции прибора на попытки аборигенов, воздействовать на его функции, такой алгоритм видимо был заложен заранее. Этим оправдывается и уничтожение агрессора, убившего живой объект Радолю — Арсата. Вполне возможно, что при других обстоятельствах уничтожены они с Радолем были бы оба.

Странная музыка или звуковой файл — приложение к основной программе, а может быть и некое послание или презентация, как сейчас говорят. Мы не теряем надежды, запросили машино-часы нашей супер ЭВМ «Ломоносов», мощностью до 500 терафлопс, через неделю начнём, надеемся на благоприятный результат.

Чрезвычайно интересна также первая из найденных пластин, где кроме воинов ещё есть города, удивительные ландшафты и животные, двух планет с зелёным солнцем и жёлтым, как и наше, но с тремя разными лунами. Как, по-моему, так там условия, вполне пригодные для жизни человека. Но нужно учесть, сколь тысяч или миллионов лет прошло.

Приходится спешить, так как ресурс прибора скоро заканчивается, это заметно по снижению качества картинки. Фиксируем, что возможно.

Оставались и неясные совсем моменты и вопросы: Зачем пластины и приборы доставили на Землю и снимали, меняли именно те давние сюжеты? Интересно, как и чем снимали? Например, в туннелях картинка совсем не похожа на съёмки в инфракрасном спектре, но предельно реалистична и чётка. Что за энергии питают прибор (ы) и работу — деятельность его? Откуда берётся эта энергия? Почему их так тщательно спрятали? Что за другая (или та же, но в другое время) цивилизация, что она искала, строила на Земле и под землёй? Что позволяет «голограммам» длительное время существовать и перемещаться вдали от прибора? Возможно это часть информационной сети/поля старой Вселенной?

Что планировали Арсат и Мессер делать с артефактом? Почему первоначально планировали сбросить панагию с драгоценной первой пластиной в яму, а затем поменяли решение?

И ещё множество других. И чем дальше, тем больше их возникало.

Крайнее о чем говорили два участника этой явно не рядовой экспедиции — о том, что где-то наверняка есть такие же пластины и материализаторы мечт. Оба согласились, что искать ответ надо используя возможности найденного артефакта. Найти, пока это не сделал Мессер, не обнаруженный, несмотря на все старания и меры к розыску.

Расставаясь, уже после того, как закончилось мероприятие по обмыванию звания Сидякина, договорились, что Виктор Николаевич заглянет «запросто» через недельку в НИИ, и они все обсудят хорошенько, заодно посмотрит видео, записанное по итогам экспериментов.

Профессор, после того как, так удачно завершилась экспедиция, проникся доверием к мозгам и интуиции Сидякина, так блестяще угадавшего с десантом в Коми. Кроме того, он был приятен в общении, начитан, кандидат наук, наконец. Свой брат учёный, ещё раз, но уже про себя уточнил Нефёдов, прилично выпивший на мероприятии, закончившемся уже далеко затемно. Последние машины покинули строго охраняемую площадку около двух ночи.

В свете прожекторов шла подготовка техники и экспонатов образцов вооружения к эвакуации на заводы изготовители и места хранения. На территории выставочного комплекса шла активная работа. Сновали туда-сюда в ночи, освещая себе дорогу, погрузчики и контейнеровозы, большегрузные машины и трейлеры-эвакуаторы. Согласно, установленного графика работ, персоналом выставки и сотрудниками фирм оборонпрома выполнялся строгий перечень мероприятий по маскировке и охране всех изделий прошедшего показа. Того оружия и техники, созданных гением российских конструкторов и учёных, что в ближайшие 10—15 лет должны были поступить в войска и обеспечить безопасность России. Суетились техники и инженеры — эксплуатационники, волновались и руководили процессом замы гендиректоров и представители холдингов. Слаженный механизм не давал сбоев, работали настоящие профессионалы, грамотные специалисты, мастера, давно превзошедшие знаменитого Левшу и подковавшие не одну наноблоху.

А в то время, когда за накрытым белой простыней столом, в большой палатке на полигоне, по-походному, заставленным всякими яствами и напитками, большезвездные генералы произносили очередной тост-поздравление с высоким званием. Кто с завистью, а кто, от души радуясь успехам товарища. В тот самый момент, на другом конце Москвы, в старинном, середины 30-х годов прошлого столетия здании, окрашенном жёлтой краской, с разводами от снега и дождей, трое мужчин получили, наконец, тело усопшего раба божьего Радоли. Произошло оно это событие, правда, с большим опозданием, должны были ещё утром в 10.30. После всех: вскрытия, статического осмотра, глубокой термометрии, изъятие органов и биологических жидкостей для лабораторного исследования, дополнительных исследований — физико-технических и химических, бесчисленных проб, срезов, мазков и прочая причина смерти была зафиксирована в заключение судебно-медицинской экспертизы, как — вызванная воздействием на сердце неизвестного источника непреодолимой силы, приведшее к его полному разрушению.

Один из них, не скрывая горя, плакал. По сухой старческой дряблой коже щеки и подбородку набегали одна на другую слезы. В нем не было ничего от того величия, что когда-то запечатлел один из близких людей, известный художник Константин Васильев. Глубокий старик сдал, он знал, на что идёт его ученик и к чему быть готовым ему, но он был человеком, не бездушной машиной. Губы легонько дрожали, пока их не схватывала судорога от беззвучных рыданий и не тряслась уже грудь, и только тихий свистящий звук глубоких редких вздохов выдавал степень утраты, что постигла старика.

До того он встретился с генералом (тому позвонил архиепископ Сергиево-Посадский Феогност) и через него уже от Семенова узнал о последних минутах жизни своего воспитанника, прошедшего последнее и самое страшное испытание — смертью, готовностью принять её ради жизни других. И все знал Радомысль о том, что нет конца этой и той жизни тоже. Но все равно плакал от жалости к Миронушке, как знал его ещё до принятия тем на себя Завета (защитника, Веры твёрдой, что и есть Бог) и имени Радоля (радующегося своей судьбе, и Я есть несущий добро людям — второе скрытное). От жалости к себе, ибо больше нет сил, ни терпеть зло, ни жить с осознанием того Вечного Закона, всегда исполняемого — забирая у него кого-то, отдашь своего. Умом понимал, но сердце отказывалось.

Не стал он объяснять тогда генералу, у того свои дела и заботы мирские — дольнее, что там, на плато, которое вовсе не случайно пользовалось у людей, сведущих дурной славой, был не просто уничтожен, но исчез навсегда бес — эманация воплощение Денницы. Назначенный стать во главе тёмных сил в день и час Армагеддона, он — Валтасар уже принёс немало бед и не только в России. Но за это пришлось заплатить дорогой ценой.

Радоля по рождению обладал уже силою и потенциалом будущего пророка, но выбрал судьбу, долю не только радостную, но и другую, поскольку за добром неотступно следует зло и чем большее добро творит человек, тем большее зло и ненависть обрушивает потом на людей Денница. А больше всех достаётся как всегда лучшим, на любой войне они гибнут первыми. Даже Бог вынужден был принести в жертву сына своего.

Но жертвы никогда не бывают напрасными, предстояли трудные, полные тяжких испытаний времена, когда брат пойдёт на брата, и с Запада повеет холодным ветром ненависти и желания развалить, уничтожить тысячелетнюю Русь. В этих условиях, лишить Вельзевула на тот момент, одного из главных помощников было задачей не простой, но её удалось выполнить, правда, такой страшной ценой.

Ведун не всегда может поделиться своими знаниями, даже и среди равных в круге, конечно если бы он все это поведал генералу, тому стали бы многие вещи понятнее, но все есть, как есть и так будет.

Облачив тут же тело по своей традиции, отличающейся от христианской православной лишь одним, каждому независимо от имени укладывали в гроб иконку с образом святого, великомученика Георгия Победоносца и поверх неё листок с текстом данного Завета, который каждый себе писал сам, а наставник одобрял.

Отпевали их заранее. Похоронили Радолю на следующий же день на скромном сельском кладбище, где и всех горних воинов предавали земле, неподалёку от небольшой речки Сабля, что в Подмосковье. Среди местных бытовало мнение, не мнение, а так — уверенность, что именно из этих мест пошла, есть земля русская.

От автора:

Мне приходилось бывать в тех местах. Действительно, невысокие холмы, покрытые смешанными, прямо как на полотнах Поленова (Золотая осень, Ранний снег) лесами, неширокая, неспешная и чистая речка соответствует нашим, весьма правда субъективным, представлениям о детском возрасте Руси. Также как Волга и Дон о юности и молодости её, а Енисей и Амур о зрелости. Во всяком случае, мне так видится.

Кстати о слове Русь, русские. Есть три, как мне кажется наиболее правдоподобных объяснения их происхождения — основы. Одно, с нормандскими истоками, от названия варягов, ходивших по морю на драккарах — ладьях и кноррах, карве (Karve) или живших в них на берегу — русси, либо название дружины Рюрика — россы. Оно не противоречит тому факту, что разбойничали варяги на севере, у самих истоков пути — Из варягов в греки. Другое толкование слова Русь — произошло от славянского слова русь (русые волосы), что означает и до сих пор — светлый (на свет). С третьим читатель уже знаком по Главе 52.

Было ветрено и холодно. По земле мела позёмка, накрывая горку свежевырытых комьев тонким слоем снега, отчего та стала серой. Почти такими же серыми были и две невысокие тонкие берёзки, склонившие редкие ещё ветви и веточки на откосе по берегу речки, укрытой льдом и снегом. Лишь в одном месте, рядом, на изгибе неширокой реки виднелись пара промоин с чёрной зимней водой. Там, где она не спеша набегала на кромку льда, он становился грязно-жёлтым и полупрозрачным. Вода текла с тихим шелестом, слышимым вблизи едва. Вокруг ничего и никого, только справа метрах в трёхстах такой же серый от времени и покосившийся сарай с дырявой крышей, да сходни к воде, также припорошённые. За рекой деревьев почти не было, до кромки леса на горизонте, почти не видимой и более угадываемой, чем различимой. Ровное поле лишь кое-где заросло кустарником и в тон покрытому плотными облаками серому же небу, было окрашено слежавшимся грязным снегом. Стояла такая тишина, что бывает только в покинутых деревнях Центральной России, лишь изредка нарушаемая шорохами ветра и шевелением ветвей деревьев. Тоскливо.

Радомысль после похорон заболел и слег, правда, к началу мая поправился, две недели хорохорился и 21 мая на Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова преставился. Похоронен он там же на Сабле.

Suum cuique (Каждому своё — латынь). Из сочинений («О законах», «О природе богов»), Цицерона.

Глава 66. И снова встречи, далеко не случайные

Отзыв на сайте аптечной интернет — торговли. Аппарат только ещё собираются выпустить в продажу. Идёт рекламная компания…

Появился отзыв — Он мне очень помог!

Совершенно неожиданно в один из ранних весенних дней начала марта на встречу к генералу Сидякину напросилась Раиса Михайловна Алёхова, к тому времени уже уволенная и замужем за Серовым Немо, как ему было известно, уже ставшего недавно доктором наук. Высшая аттестационная комиссия (ВАК) на основании ходатайства диссертационного совета Института, присвоила степень по предыдущим работам. Он звонил и поздравлял Немо с четырьмя событиями сразу, с высокой учёной степенью, званием доцента, женитьбой и окончанием затянувшегося ремонта новой трёх комнатной квартиры в новом же жилом комплексе кондоминиуме — «Тихая долина» неподалёку от МКАД, в пределах Москвы. Зная железный характер Раи по работе в составе ВРГ ещё недавно, до той истории с глазами и ногой, дал согласие на встречу. И это, несмотря на плотный график.

Выкроил полчаса и предложил ей встретиться, только не у него, а в кафе Пирамида, что на Пушкинской площади на втором этаже в 13.30. Конечно, прибыв на место, отругал себя за то, что выбрал второй этаж, ей с оперированной ногой надо бы — первый. Сразу заказал кофе и чай себе и Раисе Михайловне по два пирожных и тирамису, он не обедал, и попросил тотчас рассчитать его. Народу было много, несмотря на рабочее время, хотя он заметил пару человек, что отчаянно что-то печатали на ноутбуках, толи журналисты, толи писатели, а может просто почту деловую либо «личку» отправляли.

Буквально через пару минут появилась и Раиса, подошла, слегка прихрамывая, столик был почти рядом с необычной загнутой лестницей и присела. Виктор Николаевич, зная со слов Серова ещё там, в Троицко-Печорске о том, что зрение у Раи прямо скажем никудышное, ещё от лестницы окликнул её. Извинился, предупредив, что у него только полчаса и предложил пирожные и на выбор кофе или чай. Ему достался кофе, маленькая чашка китайского под старину с небольшим серо-жёлтым оттенком фарфора, стоила здесь 500 рублей, что по меркам бережливого ещё с лейтенантской поры Сидякина было ого-того. Рая отпив глоток чая, начала не похожая на себя, то есть неуверенно. А рассказала она буквально следующее.

После возвращения из Сыктывкара, через пару-тройку дней, ещё в гостинице ей после повторной операции на ноге не спалось, а поскольку спят они, извините за столь интимные подробности, вместе, то она случайно услышала, как муж о чем-то взволнованно с кем-то разговаривает или спорит во сне. Она уже специально прислушалась. Скоро поняла, что говорит он с тем, кого они разыскивают. Да того самого, что из тройки в казино Бакката.

Помятуя о том, что он уже однажды также во сне приходил к Немо, о чем тот рассказывал и ей в том числе, когда они были в госпитале ВС РФ в Кубинке, Рая, беспокоясь о судьбе и здоровье мужа, не знает что делать и просит помощи. Немо крайне болезненно относится к тем случаям, когда кто-нибудь пытается влезть к нему в мозги. Может он послушает Вас или того профессора, с которым летал в Коми. Во-вторых, она решила проинформировать об этом генерала, поскольку надеется, что её не примут за сумасшедшую и эта информация им пригодится.

«Почему, так поздно, решила рассказать об этом, прошло больше месяца, так она в первый раз решила сон и сон не более. А позавчера все повторилось». Теперь она понимает, нужно было ещё тогда сообщить, в первый раз.

Сидякин на полном серьёзе выслушал все, что рассказала Алёхова, и тут же позвонил Нефедову.

Ещё через три часа в кабинет директора НИИпоВД Нефёдова вошёл энергичной походкой Немо, где уже был Сидякин и с ним ещё какой-то гражданин, которого вошедшему Серову представили, как Леднева Артура Вениаминовича. Александру Алексеевичу рассказали и разъяснили горячие новости по «Делониксу», там пока что так и не удалось ничего путного выяснить о наличии в Коми других артефактов. Пока тут в Москве все начало таять, там, на Севере погода разбушевалась, метёт подряд неделю и никому не известно, когда прекратится этот «вражеский» снежный налёт. Таким образом, все работы на плато, в Эшмесской пещере и других местах приостановлены, то есть настоящий ДЕЛУ-НИКС (игра двух слов русского и немецкого). По кольцу — браслету полный абзац. За все время, что только не пробовали, только то и смогли, что его открыть и закрыть. Но это Немо узнал ещё на площадке показа ВиВТ (вооружения и военной техники). Поинтересовались, как его дела на поприще плазменных структур, да и вообще?

Немо задумался, а потом прямо спросил — «И за этим вы меня сюда выдернули, а ну колитесь, зачем Вам научный псих понадобился, или какую такую афёрунцию задумали, так я теперь человек женатый, значит аферист в 4-мерном гиперкубе, когда летим?».

Пришлось рассказать придуманный заранее сюжет о том, что установленная у него, как особо охраняемого объекта, носителя гостайны (ГТ), дома аппаратура, реагирующая на изменения температуры, влажности, химического состава воздуха в квартире, электромагнитных полей и сигнализирующая об их внезапных не мотивированных изменениях, стала давать сбои. Никакого звука или видео. Да это те самые коробочки с датчиками, которые Вам показывали, по окончанию ремонта квартиры бригадой Спецстроя и установки телефона спецсвязи.

«Так вот, опуская некие ненужные технические подробности, при детальном изучении записи параметров эксперты установили высокую вероятность того, что 19—20 января, тогда этому, к сожалению, не придали особого значения, но вот позавчера ночью опытный оператор заподозрил неладное. Так вот короче, не хочу Вас пугать, но есть у нас такой термин, едрёна вошь (Нефедов заметно нервничал), как — „подселение“. Думаю, Вы догадались, о чем речь или надо пояснить. В доме, кроме Вас немало других носителей ГТ, посему есть некое, присутствует некое беспокойство. Вы понимаете?».

Немо мотнул головой, — «Не надо, я догадываюсь».

«Вот наше мнение — это все серьёзно, дело не только в Вас. Этот интерес нас беспокоит. Решили посоветоваться с Вами Александр Алексеевич. Ну все, аж вспотел».

Немо нахмурился, некоторое время молчал, затем коротко — «Где смотреть будете» и, кивнув ещё раз в сторону Леднева, спросил — «Он?». Но, уже уходя, сказал — «Беспокоится не о чем».

Все облегчённо выдохнули, все же момент был скользкий, что и говорить! Серова попросили пройти в другой кабинет и спустя почти три часа, компания в том же составе слушала запись, опустив начало и концовку. Выяснить удалось следующее.

Тут автор позволит себе некоторые интерпретации, уточнения и дополнения в описании данного события, с учётом того, что рассказ о последней ночной беседе самого Немо был сух, и в силу скромности нашего героя иногда из него исчезали важные детали и нюансы. Также автор опускает технические паспорта и служебные параметры записи. Но, как нам уже известно, дьявол кроется в — деталях.

Они сидели в креслах вокруг низкого столика со стеклянной столешницей, на втором этаже здания аэропорта Сыктывкара, хотя Серов внутри здания никогда не был. По прилёту от борта, прямо со стоянки машина с ним выехала через тыльные ворота аэропорта. Убыл в столицу он, также минуя здание аэровокзала.

Только теперь они были втроём. Рядом и слева сидела эффектная девушка с длинными роскошными рыжими волосами, что завитушками ниспадали до самой талии. Необычные по размеру, густые и кричащей яркости волосы. Они сделали бы честь любой фирме, производящей элитные шампуни, прочие моющие средства, краски и т. п. Ещё невозможно было оторвать взгляда от её глаз, огромных, слегка по-восточному раскосых необычного фиолетового цвета. Они, как два чистейшей воды сапфира смотрели весело и как бы совсем, неподходяще данному моменту. Одета она была очень просто в свитер с оленями, преимущественно белого цвета и тёмно-синие джинсы на сапоги. На груди, на золотой цепочке малюсенькая иконка Божьей Матери овальной формы в технике ростовской финифти.

Не сразу, поражённый её необычной красой, но всё же он узнал в незнакомке ту, что спасла его в аварии на Минском шоссе, и ещё раньше встретилась в той бешеной гонке по московским улицам сквозь стену проливного дождя. Словно читая его мысли, она утвердительно кивнула головой и спросила о чем-то. Немо напрягся, так как ничего не понял, а о последствиях невнимания к её предупреждениям, он уже дважды имел возможность убедиться. Потом пришло от неё, да так и есть, почему только сразу не догадался, она ещё похожа на ту женщину, которую он видел в самом первом своём путешествии по иным мирам, на квартире у Виталия Логунова. Где-то родственная связь между ними была, только цвет кожи у Берегини (совсем не удивился тому, что знает её имя) не такой золотистый, как у той из черноты.

Ворвался голос, — «Да вы ему и Леду показали. Зачем?!», после секундного раздумья сказал или спросил Незнакомец. И уже повернув голову в сторону Немо, пробурчал недовольно — «Она сама решила свою судьбу, не мне править начертанное самим Роком. Ну да ладно, не будем терять ни время, ни злато, не для того я здесь». Красивые длинные пальцы обхватили голову серебряной змеи — набалдашника дорогой старинной трости вишнёвого дерева.

Одет он был совершенно обычно для текущего времени года и состояния погоды. Середина марта выдалась ветреной и мокрой. За окнами нового здания аэропорта Сыктывкара лил дождь. На Деннице была брезентовая зелёная роба-куртка, какие обычно носят охотники и рыбаки на Севере, и опытные туристы, тёмные джинсы, когда-то синего цвета и армейские ботинки с высокими берцами. На шее болтался ремешок от широкополой ковбойской тёмно-коричневой шляпы, сейчас закинутой за спину на американский манер. Единственное, что вызывало недоумение — дорогая трость. Здесь чаще встречались у путешественников длинные палки, наподобие лыжных, для ходьбы или у стариков лёгкие южнокорейские раздвижные, с которыми обычно семенят инвалиды, такая была у Раи. Толи по погоде, толи по прихоти Первого ангела настроение у Немо было не ахти. Глядя на сидящего напротив того, кто ввязал его в череду неприятных происшествий, но одновременно и являлся возбудителем тех событий, которые привели к его освобождению и встрече с Раей, он силился предугадать — чем сегодня закончится эта встреча.

Каков характер претензий Зла в данный момент. Наконец очнулся от своих мыслей и, получив два лёгких щелчка по голове непонятно от кого, и как произведённые, сосредоточился на том, что говорит Незнакомец, тем более что тот обращался явно к нему.

Это наша крайняя (Денница усмехнулся) встреча, мы уже поговорили о Ваших заблуждениях касаемо Добра и Зла, на прошлой встрече в местах горних я вам кажется, все доходчиво и согласитесь, правдиво пояснил.

Поскольку здесь Защитница, приветствую то, что соизволили все же откликнуться на просьбу Первого Ангела. А с некоторыми из ваших тайных, мы уже встречались, остальные как я понял, чего-то боятся, извольте убедиться, я не кусаюсь. Ну, впрочем, это их проблемы. Я хочу прояснить свой интерес. Но начать придётся все же с основ. Задумавшись, продолжил негромко и весомо.

«Не вам лишать власти над Землёй того, кому определено сие — Творцом назначено Вашему контрамэ. Его волею, я некоторым образом причастен и к её будущему. Будь на то его воля, меня бы здесь давно не было. Надеюсь, с этим спорить не будите?». Берегиня и Немо согласно кивнули. «Не мне также, изменять общий замысел того, кто создал вас и частью кого являюсь я сам». Он, усмехнувшись слегка раздвинув руки. Немо показалось, что глаз змея на серебряном набалдашнике при этом ему подмигнул.

Меж тем Денница продолжил — «Но регулировать, исправлять крайние коренные ошибки в дольнем земном — моя забота и ответственность. Ибо — Аз воздам! И с меня спросится, да и вам не поздоровится. Очередного большого Потопа, гиены огненной, надеюсь, не жаждите? А то могу лаву на славу? Суть проблемы вашей безудержной глупости такова. Вы, согласитесь, случайно овладели некими предметами, да, да те, что с плато, что не вам принадлежат и были утеряны некими Первыми, о которых я мало знаю, ибо не всё открыто и нам ангелам небесным. А вы о том ещё, вообще не догадываетесь, разумения лишены. Нашли и овладели ими, как я не пытался этому помешать». Замолчал.

«Заметьте, что при этом ваш оппонент не опускался до низкой уголовщины, как это принято называть. Увидев, что у девушки поднялась бровь, в знак возражения, нехотя ответил. А то мои помощники, слуги перестарались, за что были наказаны. Но вернёмся к предмету беседы.

«Увы, эти вещицы способны не только картинки показывать и создавать сложные системы планетарного масштаба, но и уничтожить, ввиду незнания свойств и возможностей, нечаянно, да пусть нечаянно, но стереть всех вас и Землю в пыль и развеять её по Млечному пути. Я потеряю Землю, вы всё. Не обижайтесь, но ребёнку одному нельзя играть с ядерным реактором, даже с IPad. Он его в лучшем случае разобьёт, в худшем вскроет, подключённым к сети, голыми пальцам и…». Снова замолк на несколько секунд, задумавшись.

«Выражаюсь я вполне доходчиво, как у вас у русских говорят — Не по Сеньке шапка. Желаете, покажу наглядно, виртуально. Нет, ну да ладно». В голове у Немо отчётливо мелькнул симпатичный мальчуган с планшетом в руках (кто-то тихо подбросил мысль — это твой будущий сын). От неожиданности он встряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение, и посмотрел на Незнакомца. Но тот, как ни в чём не бывало, продолжал.

«Даже приближённо, на сегодняшний день земная наука, при условии создания, что коллаборации учёных, что вливания средств в чисто национальные исследования не в состоянии понять не только принцип действия этих артефактов, но и суть физических явлений, и тем более науку другого мира. Это при том, что они явлены в виде, частично адаптированном для Земли, созданные разумными автоматами, которые появятся у вас, как минимум через двести-четыреста лет, если вообще появятся, я так в этом сомневаюсь».

«Сразу хочу предупредить, эти приборы созданы другими, их разум, каноны существования, среда обитания резко отличаются от ваших. Подумайте хорошенько о том, что может произойти, мощь их вам не подвластна, а прежде чем их энергия иссякнет окончательно, неизвестно какие сбои могут произойти. И ещё одно, напрягите извилины, стал бы я предупреждать Вас об этом, если бы не был заинтересован в вашем существовании?!».

«Я готов помочь Вам уничтожить эти приборы, либо передайте их мне, под гарантии и преференции. Даже гипотетически я не могу пока допустить риск гибели планеты, и если меня вынудят, приму соответствующие меры. Уверен, вы понимаете меру личной ответственности и последствий. Готовы ли вы взять её на себя сейчас?». Он опять умолк, пристально вглядываясь в лица Немо и Берегини. Ответом было молчание.

«Я также готов оказать всяческое содействие в минимизации последствий таких Ваших шагов, со стороны руководства любого уровня и страны. Эту проблему мы уж как-нибудь, полюбовно да решим».

«Вот, собственно говоря, и все что я хотел сегодня здесь обсудить. У Вас может возникнуть вопрос, почему я сразу не изъял сей инструмент? Отвечаю, чтобы не было глупых домыслов. Потому только, что не желаю вмешиваться в дела Ваши людские до последней возможности, но крайности меня вынуждают».

«Если есть другие вопросы и готовые предложения, слушаю. Но только разумные, потому даю время подумать. Продолжим через четверть часа». И он пропал, растаял как запах кондитерской фабрики в автомобиле, промчавшемся мимо неё.

Ровно через 15 минут они оказались уже в тронном зале старинного замка, увешанного щитами с различным средневековым оружием, мечами двуручными, палашами и саблями, копьями и алебардами. Гладиусами и гламдрингами, рапирами, акинаками и арбалетами, большими италийскими луками и малыми скифскими. В промежутках, между щитами висели шкуры животных: волчьи, бизонов, львов и леопардов, ирбисов и ягуаров. Посредине зала стоял огромный тяжёлый стол, прямоугольной формы на сотню человек, или какой нечисти. На нём стояли три высоких бокала, наполненных вином и золотой кувшин старинной венецианской работы. С торца одной стороны входа в зал сверху были вывешены множество каких-то флагов, штандартов и вымпелов, богато украшенных, шитых золотом и серебром. С другого торца длинного зала на возвышении, между двух высоких дверей стояла, сверкая железом, огромная скульптура рыцаря, полностью закованного в доспехи. С одного его плеча свисал длинный до пола чёрный плащ. Головной убор венчали огромные чёрные же, выбранные павлиньи перья с редкими тёмно-синими блёстками — пятнами. Перья на сквозняке шевелились как живые.

Одна из дверей выхода была приоткрыта. Слева от входной двери, находились огромные, высотой не менее пяти метров окна. Они вместо обычного для нашего времени стекла, были набраны цветной мозаикой. Это были изумительные по красоте картины из рыцарских романов, сцены битв и библейских историй, освещённые лучами заходящего солнца. На высоте 7-9-метров три стены обрамляло некое подобие балюстрады. Поскольку ширина настила её пола и высота перил были скорее рассчитаны на карликов, можно было сделать вывод о её декоративном характере.

Чёрного цвета лакированные балясины отражали свет от солнца, проникающего через окна, с другой стороны их освещало пламя высокого камина. Три бревна в полтора обхвата, горели в нём, давая свет и тепло. В парадном зале было прохладно, здесь царил полумрак. Три круглых колёса — люстры, подвешенные к центральной балке перекрытия крыши, освещали помещение тысячами свечей, их свет едва достигал пола. Центральная люстра была крупнее двух других и висела ниже. Камень стен был тёмно-серого цвета, а все деревянные балки крепежа окрашены в тёмно-коричневый. Справа и слева от камина на удалении в деревянных быках были укреплены и горели, на каждом по три факела. Огонь их колебался на сквозняке и от них в зале пахло чем-то приятным.

Они расположились опять втроём полукругом у камина на неудобных деревянных стульях, спинки которых были выше головы на полметра, а ноги не доставали до пола. Было впечатление, что в них раньше принимали за столом яства гиганты, настолько они были прочны и массивны. Общее впечатление от нового места было разносторонним: с одной — красиво, с другой стороны мрачно и тревожно, с третьей всё здесь дышало силой и убийствами. Хищник убивал хищников или сильных. Свет от камина отражался на лицах, отчего их черты выглядели строже и заострились.

Денница обвёл их взглядом, с таким видом будто заметил каких-то паучков на стене. Одет он был соответственно помещению в чёрный с красными воротом и нарукавными вставками средневековый камзол и белую рубашку — апаш. На ногах разноцветные чулки сиреневого и бордового насыщенного цвета и тёмные тупоносые туфли с бантом. Сверху штанишки пуфики в полоску. В руках его были — трость и чёрный, с золотой пряжкой широкий берет.

«Как вам комнатка для переговоров», — спросил, раздвинув руки.

«Ну что ж? Начнём со старших, я правильно предложил?

Прошу Защитница! Вам, как говорится, и беречь, оберегать. А затем, я надеюсь, мы с Вами сможет пообщаться tet, a tet, не загружая Александра Алексеевича нашими заботами горниго порядка? Сведём дебит с кредитом в небесной бухгалтерии».

Та очаровательно улыбнулась, — «Вечно Вы Денница начинаете с запугиваний. Мы и так знаем, какой вы большой и страшный. Но здесь не дети, ждущие наказания от строгих родителей. Вот мы, доверяем, верим в разум людей, поэтому оставляю решение нашего сегодняшнего вопроса за Немо. И позвольте с Вами, Падший не согласиться, дети, вы говорите, а справится, не смогли — «как не пытались этому помешать», припомнила она.

Лицо, того кто был в этот момент воплощением Денницы стало стальным, по нему прокатились волны подавляемого гнева, мало кому удавалось безнаказанно не то что поучать его, а даже едва намекнуть на несогласие. Этим лишённый возможности общаться с Творцом, изгнанный и низвергнутый он стал более походить на людей.

Немо мельком посмотрел на змея на трости. Тот же миг сдавленная голова змеи от боли высунула раздвоенный язык и зашипела.

От автора:

Те, кто долгие годы должен был руководить, управлять и, как следствие подавлять чужую волю, переступая подчас через свои личные симпатии и антипатии, становились, достигая больших должностей и высот жёсткими в отношении чужого мнения. Они вообще переставали адекватно воспринимать критику в свой адрес, а многие и считаться с чужой болью, черствели. Даже скрывая это в себе, внутри всегда только себя считая, имеющим монополию на единственно правильное решение. Это была расплата за необходимость убедить, настоять, заставить, наказать всех сопротивляющихся и мешающих выполнить любой ценой, принятое решение. Кроме того, и наверх пробивались чаще те, кто беспрекословно выполнял приказы и распоряжения, это также приучало к авторитарности.

Это не изначальное властолюбие, но болезнь, по большей части неизлечимая, возникающая в условиях вечного дефицита времени, когда жаль и некогда тратить его на разъяснения и уговоры, быстрее и проще заставить, продавить. Но наряду с этим и те, кто наивно думает, что так нельзя, и можно только по другому, ошибаются.

В этой связи вспоминаю один спор, начал его один из моих начальников, очень талантливый и высокообразованный человек майор Борис Баскаков. Он задал простой вопрос — «Что правильнее:

Вариант первый — Командир отдал «плохой» приказ на бой с врагом, один из его подчинённых грамотнее и умнее командира начинает его обсуждать и предлагает свой однозначно лучший вариант атаки;

Вариант второй — Более профессионально подготовленный подчинённый и все другие беспрекословно выполняют «плохой» приказ командира, осознавая последствия.

Вариант третий — Выполняют приказ, но потом оспаривают.

Спорили долго, прокачивая варианты и ситуации так и эдак, но с выводом согласились все — первый вариант ведёт к поражению, не в этом бою, так в следующем. Только второй вариант ведёт к победе. Тоже Вам скажет любой мало-мальски грамотный военнослужащий. Третий тоже плох, так как в следующем бою часть людей приказ не выполнят или будут спорить до полного поражения.

Ну а те, кто думает — демократический путь управления единственно правильный, глубоко ошибаются. Только попеременное либо единовременное сочетание их ждёт успех, и мы ещё не раз увидим процветание и развитие там, где царят новые Петры Первые, Сталины и Ли Куан Юны.

А истинный талант лидера, главы государства заключается в том, чтобы приспосабливать форму правления под сложившуюся ситуацию, а не плестись на поводу глупых иллюзий. Не касаясь, злодейства, репрессий именно их авторитарный образ руководства обеспечивал в своё время резкий скачок экономики, культуры, политики, национальной идентичности. В современной истории — США эпохи Франклина Рузвельта, Япония, Чили, Сингапур — примеры того. Именно такие, конгломераты сегодня характерны для России, Белоруссии, Казахстана, а потому не за горами их подъем. Ждём и надеемся.

Немо от волнения вскочил и стал, рассказывая, прохаживаться за стульями с их стороны, жестикулируя руками. Он знал, что ответить.

«Первое — он не может решать за все человечество. Так в принципе не может быть, не должно, а значит, за ним стоят, страхуют. Прикрывают, если даже ошибётся, то поправят. Это уже хорошо помогло. Что-то здесь не договаривает тот, кто представляет Денницу». Всё это про себя.

Второе — он уже произнёс вслух. «Вот Защитница — Берегиня, она мне простому человеку доверилась, несмотря на то, что я не чародей, ни маг, не пророк, а индивид, которому свойственно ошибаться. И Творец нам доверил, не покинул, но отдалил от себя, чтобы ошибаясь и творя, создавая — расти, плодится, и размножаться, а значит жить, развиваться, покоряя все новые вершины знаний об устройстве себя и всего сущего».

Начало сжимать горло от напряжения, он через силу продолжил — Наконец я тоже верю, что когда-нибудь человечество уйдёт в сингулярность и вместе с созданным уже нами людьми ИИ (искусственным интеллектом) станет подобием богов и примет нас Всесущий не как рабов. Но встретит, как подросших и возмужавших детей его, готовых к новой игре в сферах неведомых и мы сами найдём Первых и узнаем все. Поэтому, если бы мне предстояло решать этот ребус или уравнение, то я выбрал бы тот вариант, где самим попробовать разобраться с тем, что нам оставили на Земле вовсе не случайно».

«Так думаю, ибо математическая вероятность того, что такого уровня воздействия на материальный мир прибор, теряют случайно, причём это высокоразвитая цивилизация — ничтожна. Уже само место и форма закладки говорят за это. Да и мы, уже научились многому, в том числе так называемой „защите от дурака“, которая наверняка присутствует в тех артефактах, что нам достались. Так, что при всем желании, позвольте Вам не поверить. Не гневайтесь, но именно так мы люди осознаем своё предназначение и волю Отца горниго. Именно так!».

Сначала он думал, что его просто удавят. Выдохнул, а вздохнуть не дали, но почти вслед этой мысли отпустило. Немо закашлялся и опустился на стул. Он провалился в небытие. Но прежде увидел лицо Незнакомца, его злые глаза с горящими красными огоньками внутри. Немо пытался ещё что-то сказать, но… Очухался он уже утром дома, шея дико болела.

С последними его попытками сказать какие-то важные слова Денница и Берегиня пропали, растворились в воздухе и, что происходило дальше, чем закончилась их встреча Немо не знал.

О том, что было, и о чем конкретно они с Незнакомцем говорили при ночном посещении 23 февраля у Серова остались лишь самые смутные воспоминания, он точно знал, что там ему дали, а затем стёрли в памяти, какую-то важную информацию о времени и пространстве. Изредка во сне он видел измученную декогеренцирующую морду кота Шрёдингера, который что-то пытался ему сказать, но его каждый раз прогоняли то Бор, то Эйнштейн. То, почему-то Розенталь шептал, о том, что «теперь» — не существует, в разных вселенных и даже в одной оно согласно СТО (специальная теория относительности) индивидуально.

Уже после того как они все вместе, включая и самого Немо несколько раз прослушали запись Леднева и согласились с его предположением о том, что по всей видимости некая часть из памяти Серова о той встрече с Денницей была последним удалена. Артур Вениаминович обосновал данное предположение результатами программного анализа аудиозаписи. Наличие больших интервалов, смена тембра голоса, интонационные разрывы и целый ряд других признаков, программа компьютера определила, как результат постороннего, скрытного НЛП — медикоментозного воздействия на память исследуемого объекта.

Спустя почти месяц однажды под утро Немо на ум пришла во сне простенькая такая мысль — если принятый научным сообществом тезис о том, что время, пространство, энергия и движение бесконечны и взаимоувязаны или даже едины, то и время бесконечно. Об этом он читал в записке старика Шлагбаума в дачном посёлке ФСБ «Сосенки».

То есть, не было ничего и не исчезнет всё. Время многомерно, для одних оно несётся как метеор по небу, для других тащится еле-еле как черепаха зимой. Например — камни они живые, только живут в другом времени и по другому, в своём мире. Они много старше нас и, в большинстве своём нас не воспринимают, не успевают заметить, так быстро мы проносимся мимо. Время же просто переходит из одного состояния и законов — в другое. Пронизывая одновременно все слои толстого пирога плоскостей пространства и одновременно отличается в каждом кластере слоя пространства-времени. Существуя одновременно в разном виде и значении в одной и той же точке или нескольких точках, либо в виде неких пузырей, вспучивающих в определённом месте плоскость, где происходит совмещение уже двух или 3—4 точек различных кластеров и плоскостей с изменением и одновременным, взаимоисключающим сохранением прежних физических законов каждого слоя. Также и с прочими этого единства.

Пробуждение не удалило эту мысль, и он ещё долго размышлял об этом, крутил сей вывод и так и сяк, поделился с Женей Ступицыным. Тот удивился, только бросил коротко, что это ещё в школе детишки знают, но Немо опять ушёл куда-то в мыслях, спорить не стал.

Ещё некоторое время, он боялся за Раю, ждал чего-то ужасного или новых ночных посещений, но ничего не было, и за работой постепенно забыл это чувство насторожённости. Вскоре правда тому появился новый повод, Рая забеременела.

Ещё, только много позже, Немо кое-что, всё-таки вспомнил, но это касалось возникновения жизни на Земле. Точнее она была привнесена на нашу планету из далёкого космоса.

Когда-то, несколько миллиардов лет тому назад существовали две галактики. Одна вполовину меньше другой, и вращаясь вокруг общего центра тяжести, неслись они с невообразимой скоростью в бесконечность пространства. Постепенно сблизились, гигантская сила притяжения изменила их прямолинейное движение, и они яростно столкнулись, чему немало способствовал крик-удар гигантской тёмной металлической птицы, что летела в бездонных парсеках космоса в абсолютной же тишине, известной нам по 5 главе романа из сна Саши Серова.

В результате этого катаклизма неописуемых космических масштабов, изменив направление движения внутри своего кластера, образовалась новая группа галактик, вышвырнутая из него в другой, соседний кластер.

Миллиарды лет ушли на то, чтобы волны гравитационных возмущений утихли, снизилась температура и, в конце концов, не возникла на периферии Млечного Пути наша Солнечная система. Из той, прежней большой галактики, где существовало более трёх сотен высокоразвитых гуманистических и технократических цивилизаций, частично уничтоженных в одночасье, частично сумевших уцелеть и попали с осколками и материей в виде космической пыли и льда, астероидов и комет зародыши прежней жизни в новую галактику и к нам на планету Земля. Прилетели безъядерные клетки прокариоты (бактерии, сине-зелёные водоросли), являющиеся предшественниками вполне развитых, имеющих ядро клеток, появившихся около 3 млрд. лет тому назад, — эукариотов. Прокариоты уже имели в своём составе нити молекул нуклеиновых кислот, которые выполняют функцию управления.

Так что нас можно смело считать потомками тех — Первых. В каждом из нас атомы и первые клетки простейших от них, самых далёких предков. Отсюда и многообразие жизни и не всегда приспособленность к ней отдельных видов, и удивительная живучесть других. Теперь уже мы, то есть галактика типа SBbc — Млечный путь, и близлежащие другие галактики, такие как Туманность Андромеды, входим в группу сверхскоплений — Laniakea (с гавайского языка — «Неизмеримые небеса»). Её сечение в диаметре около 160 мегапарсек, масса больше массы нашей Галактики в 100 тысяч раз.

А небольшая карликовая галактика SagDEG в созвездии Стрельца — самая близкая к нашей и есть захваченная гравитационной флуктуацией уцелевшая часть второй малой из чужого кластера — Ата-ланнаа. Оттуда пришли Первые на Землю, но было это очень давно. Что до той страшной птицы, это и есть одно из многих воплощений неумолимого Вселенского Закона, о котором мы уже немного знаем. Видимо те тоже в чём-то грешили.

Наша родная галактика — Млечный путь ныне несётся со скоростью 50 км/сек. в компании с другими галактиками Местной группы в составе 50 (или более) других в сторону сверхскопления в котором, как полагают учёные более 100 галактик. Правда, этот путь может занять до 5 триллионов лет. Так, что сотрясения двух соседних кластеров — вселенных продолжаются в неизмеримых для нашего осознания временных границах.

Всё движется, крутится и вращается

И в бесконечности миров перемещается.

Сближается, летит и разбегается,

То пропадёт, то снова возрождается.

Он тогда же впервые задумался над тем, почему многие известные теософы, последователи различных религий, представляют себе человека в виде матрёшки. По их мнению, у гомо-сапиенс кроме тела, в общепринятом понимании, есть ещё три других: физическое, эфирное, астральное тело. Отдельные доводят их число до 10 (помните представление современной науки об 11 плоскостях нашей Вселенной). При этом они утверждают, что развитие идёт от менее плотных тел глубокого прошлого (Лемурия, Атлантида) к более плотным, как один из Законов уплотняющейся Вселенной. Но, полагают, развитие личности происходит наоборот, то есть от низшего, дольнего земного бренного тела к — горним то бишь эфирному, астральному и так далее. А почему не с точностью, до наоборот?! Надо бы прокачать на досуге. «Божественная Мудрость» не ошибается? Ошибаются все! Эх, не хватает времени во всём разобраться!

В начале апреля возобновились работы по поиску новых артефактов на плато Маньпупунер, которые ничего не дали, в конце концов. Из кольца удалось «выудить немало любопытного» и различные разработки, на основе полученных материалов инновационного, прорывного характера вовсю шли в различных научных городках, институтах, организациях и технопарках страны.

Мировой сенсацией стало возвращение «голограммы» воинов на тоже место в конце апреля, но по другому маршруту и последовавшее за ним абсолютно полное восстановление всей цепочки останцев. Как будто ничего и не было разрушено. На плато в тот момент находилась большая группа людей и техники. Надо было видеть их лица, когда в полной темноте, ночью одномоментно из груды полностью покрытых снегом камней восстали все семь братьев. Разбуженные дежурившей сменой они ещё долго, до самого утра обходили каменных идолов, в надежде на продолжение чуда. Кое-кто щупал камень останцев — столбов, словно не доверяя глазам, и раздавалось на плато очередное — «О-ппа». По докладам очевидцев колонна воинов, так же как и ранее вышла из земли, ушла в неё на этот раз. Зачем, как — никто понять не мог, но теорий, домыслов разных на сей счёт хватало.

Тут же ночью, в свете мощных прожекторов сфотографировали их и отправили кадры фото и видео в Москву с пометкой «Гром». Оперативно, за сутки была поднята по команде новая экспедиция, но тоже ничего более, кроме факта восстановления точной копии останцев не обнаружила. Благодаря наличию в СМИ и Интернете многочисленных фото и видео материалов о Маньпупунёре, кадров профессионалов и просто любителей, после цикла измерений, сравнений, наложений, экстраполяции и аппроксимации объектов, сомнений для вывода о полной идентичности не осталось. Всё остальное можно было в расчёт не брать — предположения и домыслы, ничем не подкреплённые.

Ни машин, ни приборов, ни следов их работы или пребывания на хребте не было, ничегошеньки.

«Прогрессивная» мировая общественность в один голос обвиняла Россию в сокрытии информации, полученной от пришельцев, появление воинов и изменение ландшафта на хребте, поскольку в тех местах пролегали маршруты пусков МБР РКСН ВС РФ, зафиксировали американские спутники радио и оптико-электронной разведки Объединённого развед. сообщества США.

По TV и на сайтах Америки, Европы, Ближнего востока и Океании без конца крутили видеоролики и компьютерные модели произошедшего. Поступили предложения о рассмотрении вопроса о посещении Земли инопланетянами в Совбезе ООН. Несколько музыкальных хитов на тему написали ушлые композиторы и поэты, они быстро заполонили музыкальный Олимп.

На Россию посыпались многочисленные просьбы от зарубежных и российских экологов о посещении тех заповедных мест. На плато хлынули толпы неуправляемых туристов, групп и организаций. В Коми резко пошли вверх показатели численности состава различных сект идолопоклонников. Прошли многочисленные митинги — За закрытие для туристов плато и вообще всех посещений Маньпупунёра. Митинги прошли и в Москве, правда не такие многочисленные, демократической пены под лозунгами — За свободу информации, Маньпупунёр не Ваш, он народный! Долой цензуру.

От автора:

Давно известно, что проституция и журналистика две древнейших профессии. Причём, если первая торгует только телом, то вторая продаёт и душу, и голову, причём с потрохами. Все попытки демократической прессы заявить о своей исключительной непредвзятости и честности — ВРАНЬЁ!!! Нет такого маразма, гигантской лжи, на которую не способны СМИ ради личной наживы. Они залезут к Вам в трусы, изведут мать погибшего ребёнка, разрушат деловую репутацию. Не найдут грехи, так придумают, пойдут на любую подлость за свою главную идею — бабло. Не случайно нынешние власти США и Евросоюза так обеспокоены разочарованием своих избирателей в карманных и аффилированных поголовно западных СМИ. Не отсюда ли народ ищет альтернативные источники информации — RT и различные арабские экстремистские каналы и радиостанции?!

У нас вранья тоже ещё хватает. Причём со стороны демократов и либералов (испоганив слово — понятие само демократия, стали называть себя либералами) это ещё и злобное, полное ненависти ко всему, что высказывает свою, иную точку зрения, враньё. Действуют как по известному пропагандисту середины прошлого века — И. Геббельсу в огромную неправдоподобную ложь добавить щепотку правды и наваристая лапша, или как говорят те же корейцы — кукса готова опустится Вам на уши.

То же самое, сегодня, только уже почти в анекдотической форме происходит на Украине.

К черту летели все меры секретности, военные и милиция с трудом отбивались от наседавших поборников контактов и гуру разного толка. Наконец, центральное телевидение было вынуждено провести три прямых трансляции с Маньпупунёра и несколько круглых столов и брифингов учёных.

От идеи построить дорогу от Ухты до самого хребта, предложенной одним из крупных иностранных инвесторов пришлось отказаться. Несмотря на понятное желание регионального руководства погреть руки на реализации лакомого проекта, экологи и Москва выступили категорически — против, тут же предложив субсидировать другие, не менее грандиозные начинания. В конце концов, дело это заглохло, увязнув в спорах и бюрократических препонах российской бюрократии. Правда, местные аборигены были несказанно рады творящемуся воодушевлению и возне с туристами и прочими «шизиками». Цены на услуги, связанные с доставкой к месту паломничества своих убогих и иностранцев выросли втрое от того, что было до начала сей катавасии. Резко увеличились в Коми продажи туристского снаряжения и оборудования, квадроциклов, снегоходов и стоимость найма проводников. За короткое время туристический бизнес в Республике пошёл в гору. По телевидению несколько раз показали, уже достаточно подзабытый фильм гениального Тарковского — «Сталкер».

В СМИ и на сайтах Интернета появились фото и статьи о Серове и Нефёдове. Но поскольку более ничего там не происходило, ажиотаж спал, а потом, ещё через пару-тройку месяцев и вовсе о 7 идолах забыли. Блокбастер, снятый сверхскоростными темпами американцами в Голливуде, по мотивам книги Егорычева «7 идолов», скоро вышел в прокат. Однако, ожидаемого финансового успеха фильм не имел, ввиду отсутствия порнухи — инцеста и сцен секс-каннибализма.

В отношении обоих приборов Нефёдов, как всегда с его «чуйкой» оказался прав, толи иссякли источники пополнения энергии, толи после активации, прошло некое «контрольное» время, а может и правда люди ещё не доросли до этих знаний. Вскоре по прибытии колонны ратников из космоса они перестали отвечать на все попытки их активировать.

Но на годы вперёд были уже созданы заделы, как в области теории, так и практической. Быстрее и дальше летели ракеты и с увеличенной ПН (полезной нагрузкой). Ещё незаметнее и легче стали самолёты и корабли. Дольше стали работать на износ и при больших температурах лопатки и турбины двигателей. Появилось оружие, основанное на новых физических принципах, что позволило изменить сам характер внешней политики государства. А результатом станет, новое место России в мировой табели о рангах. Кончиться период однополярной американской гегемонии. «Пускай расцветут все 100 цветов» — помните знаменитое изречение из цитатника Мао.

От автора:

Не так уж и глуп, оказался Кормчий, а его «огонь по штабам» позволил расчистить поле партийной бюрократии, для молодой поросли. Позволил заложить новый фундамент нынешней китайской экономики. Я помню первый свой приезд в Пекин, автомобиль с трудом продирался среди, заполнивших улицы велосипедов. Спустя 3 года я стоял в многокилометровой пробке машин, в основном китайского производства больше часа. Как-то, проживая в отеле «Кунь Лун» обратил внимание на строительство, развёрнутое слева в полусотне метров. Каково же было моё удивление, когда оказавшись там снова, спустя 4 месяца я обнаружил здание новой гостиницы современной архитектуры в 35—40 этажей. И это при том, что в его облике присутствовало что-то неуловимое, присущее только китайской культуре и архитектуре.

Удивительным было и другое за всё то время, что я находился в гостинице, стройка была закрыта экраном — зелёной сеткой, ни один звук работающих механизмов не доносился оттуда, ни одна пылинка не прилетела к нам.

Когда я первый раз прилетел в Пекин и рано утром ехал в машине по E Chang An — главному проспекту китайской столицы, справа, как я уже писал выше, перемещались огромные массы велосипедистов, но я не видел ни одного такси. Через 3 года на той же Золотой улице я двигался в сторону площади Тяньаньмэнь в плотном потоке машин. Во множестве мелькали двуцветные машинки такси, закупленные во Франции, если память не изменяет мне марка — Ситроен AZ и вошедшие в строй мгновенно. И их было много. Я не отказал себе в удовольствие прокатиться на одном из них до гостиницы после окончания очередного дня тяжёлых переговоров. Место водителя от пассажиров, было отделено металлической сеткой. Так китайцы реально боролись с проблемой безопасности водителей.

По количеству новых красивых зданий китайские Пекин и Шанхай можно сравнить разве что с Эмиратами — Абу-Даби или саудитами — Эр-Рияд.

Глава 67. Вот так улов

Сомнение свойство и одна из важнейших характеристик ума, но и здесь важна мера, чуть больше и это нерешительность, чуть меньше — безрассудство

За прошедшее время со дня их последней встречи в начале марта в кабинете директора НИИпоВД Нефёдова, Борис Николаевич и Виктор Николаевич сблизились и часто отдыхали вместе, по очереди то друг у друга на дачах, то выбирались на рыбалку в ближнем Подмосковье. Несмотря на разницу в возрасте им было интересно общаться, выбирая самые запутанные темы, истории и факты. Обоим одинаково нравилось вести диалог — спор, зачастую обмениваясь сторонами в дискуссии. Не обходилось и без спиртного, но всё в меру и старались разнообразить напитки.

Несколько раз приглашали Серова, но тот вырывался редко, тому причина была уважительная — поздняя беременность у Раи проходила тяжело. Плюс он почти всё время пропадал то в подмосковном НИИ Минобороны России с непонятным номером 47, то на полигоне зенитно-ракетных войск (ЗРВ) Ашулук в астраханских степях, где испытывали боевую машину с сов. секретной установкой-модулем уничтожения живой силы, вооружений и военной техники вероятного противника на новых физических принципах огромной разрушительной силы. Ясен перец, именно его теоретические разработки легли в основу создания БМ НФП, под общим шифром — «Показуха». Руководство Минобороны и страны торопило с принятием на вооружение перспективного оружия массового поражения (ОМП). Он мотался между женой, аэродромами Чкаловский и Кубинка и 42 УЦБП авиации ВВС России, где шли государственные испытания в варианте применения на базе сухопутной и авиационной техники. А ещё был и морской вариант. Управление Сидякина (УЗОР) как раз и занималось обеспечением, совместно с армейскими структурами, безопасности и скрытности данных работ.

В одно из таких летних тёплых воскресений июля два генерала, помятуя о возрасте одному скоро 60, другому 45 как-никак, встретились около 12.30 в домике администрации клуба «Знатная рыбалка», что возле деревни Капутино, по Симферопольскому шоссе, 65 км от МКАД.

Оба прибыли на закреплённых авто в народе прозванных в народе после демонстрации одноимённого фильма в 2003 году — Бумерами. Единственным отличием машины нач. упра. было наличие проблесковых маячков и звукового спец. сигнала, а также аппаратуры защищённой радиосвязи «Байкал». Нефёдов со своим штатным водителем Мишей, с которым Сидякин поздоровался за руку, поскольку уже знал его. На его Бумере за рулём сидел сменный водитель-оператор Леонид. Их ждали.

Билеты-путёвки заказали заранее, пообедали в ресторане при клубе и отправились рыбалить, благо до их места было всего-то метров 150—200. Снасти и всё необходимое брали в аренду, чтобы не тащить свои из Москвы. На берегу прекрасного лесного озера просидели что-то около 4 часов, затем переместились в деревянный домик на 4 персоны там же неподалёку на берегу. Водители, поставив машины на охраняемую клубную стоянку, пообедали в домике и отправились купаться неподалёку.

Нефёдову повезло больше, его улов состоял из двух приличных сазанов, щуки килограмма на 4 и двух амуров каждый по 5 кило. У Сидякина был в итоге один карп на два кило, щурёнок и большой белый амур килограмм на 7. Всю рыбу по старой традиции отпустили. По местным правилам всё, что весило более 4 кг либо отпускалось в озеро, либо оплачивалось, но козе понятно, что хозяин процветающего частного предприятия — клуба готов был ещё тонну рыбы отгрузить каждому генералу ФСБ, если бы те приняли такой подарок и не возражали. Слава богу, у него хватило ума не предлагать этого, к всеобщему удовлетворению.

Разморившись в креслах на солнышке в молчании, они рады были тенёчку и прохладе избушки, где работал кондиционер. Конечно, можно было поставить большие пляжные зонтики каждому, но они отказались, уж больно светило было ласковое. Вторая половина дня и вечер были тёплыми и умиротворяющими. После рыбалки по-быстрому искупались. Вода в озере прогрелась за последние дни до 20 градусов и приятно охладила тело и за стол. Он уже был заботливо накрыт, не бесплатно конечно. Достали из сумок спиртное, на сей раз это были грузинская чача и виноградная водка из Дагестана — Кизлярка. Разлили, выпили смакуя. Поменяли разлив и откинувшись на плетёных креслах качалках, неторопливо повели беседу.

Точнее Виктор Николаевич ожидал продолжения незавершённого спора о Глаголице — Буквице — Кириллице и географии древних славян и Руси (по Висло-одерской и Среднеднепровской гипотезам и выступлениям Виталия Сундакова). С прошлого раза, когда они собирались у Нефёдовых две недели тому, он выкроил-таки, ото сна несколько часов для того чтобы пробежаться по — «Языческой символике славянских архаичных ритуалов» Н. Н. Велецкой и за выходные прочесть Б. А. Рыбакова — «Язычество древних славян».

Но неожиданно для генерал-лейтенанта Нефёдов озабочено повёл речь совсем о другом.

Николаевич! Начал он, отставив походную рюмку из полированного металла. «Николаевич, извини за то, что поднимаю служебную тему, но заела меня одна мыслишка и не могу не поделиться с тобой на правах друга, я надеюсь». Сидякин поспешно кивнул головой в знак согласия, уже заинтригованный. Меж тем Нефёдов продолжал, — «А не посещала ли Вас мысль о том, что во всей этой истории с Муньпупунёром, панагией и известными находками — артефактами нас попросту говоря, развели и надули. Подсунули малое, чтобы спрятать нечто большее, к которому мы уже почти подобрались. Меня настораживает то, что уж больно всё гладко получилось, как будто нас ненавязчиво подтолкнули к пустышке».

«Конечно, если учитывать лишь текущий период это и грандиозные знания, о которых мы и раньше догадывались, но не имели очевидных фактов, подтверждающих эти догадки. Речь о братьях по разуму, как было принято у нас говорить в советское время, помните „Лезвие бритвы“ Ивана Ефремова? А вот Хопкинс, наоборот обеспокоен возможными контактами с представителями высокоразвитой цивилизации. Во-первых, не все они могут быть настроены к нам дружественно и быть гуманоидными. Во-вторых, внутри этих цивилизаций могут быть свои противоречия, и Земля может попросту стать местом разборок разных союзов и конгломераций. То, что получено нами по результатам исследований материалов и некоторых физических феноменов, есть результат больше нашей науки, уровня её развития, чем подарок от пришельцев. По существу нам конкретно никаких технологий и знаний не передали. Это больше похоже на подсказку или пример того к чему стремиться. А вот в отдалённой перспективе что? Лет через 25—50, с учётом нашей „любви“ к решению проблемных вопросов вооружённым путём и непроходимого идиотизма власть предержащих, готовых пойти на всё ради удовлетворения неких высших интересов, что может произойти?»

«Мы имеем в результате — новое, ещё более разрушительное оружие на новых физических принципах, способное вмиг стереть с лица Земли целый континент, всё остальное пока только в самой туманной, отдалённой перспективе. Ну вот, поделился и камень с души свалился. Прямо сахаровщина какая-то из меня прёт. Но на душе неспокойно в последнее время, а может это, я старею?».

«Скажи мне честно Николаевич, Вы там у себя отрабатывали такой сумасшедший вариант».

Сидякин с интересом посмотрел на Бориса Николаевича, не перестававшего его удивлять. Налил Кизлярку по половинке в обе стопки, придвинув другую ближе к визави, и предложил выпить. После того как они закусили. Он, помолчав некоторое время, ответил на поставленный вопрос —

«Да! И не один раз по разным мат. моделям и даже обсудили вживую. В трёх случаях из четырёх вероятность такого поворота событий не превысила значений в 2—5% и только в одном составила 17%. Что с учётом обычной практики и особенности программирования машины — практически равно нулю! Единственно, что мне сейчас пришло на ум, в модели закладывались временные параметры наступающих последствий по тем или иным решениям не более 15—20 лет. А как раз в том четвёртом варианте мы увеличили интервал до 25 лет».

«Не буду скрывать, меня тоже посещала такая мысль, но больше для проформы, подстраховаться по наработанной за долгие годы службы в органах привычке — „семь раз отмерь, один отрежь“. Но раз чуйка насторожила, завтра же дам команду проработать с периодом 25—50 и сто лет. И вот ещё что я думаю, может быть стоит провести совместную тематическую мозговую штурм-игру с привлечением Академии и Серова, он кажется, тоже высказывался в этом роде».

И друзья принялись обсуждать данное предложение в деталях. Сидякин, спустя почти 3 часа, позвонил дежурному по управлению и отдал соответствующие распоряжения на следующий день, внеся изменения в график работ. Затем уже Нефёдов переговорил с Немо и договорился о срочной встрече на завтра в районе 13 часов в хозяйстве у начальника УЗОРа. Серов должен был вечером вернуться в Москву с 6 площадки Центра, где сидел уже три дня в пыльной буре.

Ещё через полчаса генералы зашли рассчитаться за пребывание, на всё про всё получилось чуть более 4 тысяч рублей с человека, без учёта обеда в ресторане. Не забыли поблагодарить руководство клуба за прекрасный отдых и, обменявшись «синезубым» образом фото с уловом, друг друга с мобильников, довольные проведёнными выходными разъехались по домам.

Кто-то может, скажет — Ну что это за рыбалка в кресле, да ещё зонтики. Толи дело на дикой природе, где-нибудь в Сибири или на Северах, на бурной речке, стоя по грудь в холодной воде, которая норовит тебя свалить с ног. Рыбалка с катера на Печоре, на Уссури или Лене, где добыча таймень, голец, муксун или жерих, чир и вкуснейшая речная форель. А затем у костра тройная уха с водой из реки и стопкой водки в котёл, приготовленная на фазане, обязательно самце. Знавал я счастливцев, ловивших на Тихом океане с морских катеров голубого тунца или тучного гигантского групера или гуаса, как его ещё иногда называют.

Слышали, бывали. Но если большую часть жизни по горам и весям и вот с такой настоящей экстремальной рыбалкой, хочется иногда на старости лет и другой цивилизованной, тем более, что право на неё имеешь, заработал. А результат и там и там один — хорошее настроение.

Результатом данного мероприятия и последующих за ним работ, стали весьма интересные выводы. Но о них мы при случае поговорим как-нибудь в другой раз.

BMW 6 серии катило в плотном ряду потока, движущегося в сторону Москвы. Генерал полудремал на заднем сиденье, вполне удовлетворённый сегодняшней рыбалкой и уловом — тем разговором который состоялся и тем, что они вовремя заметили некую лазейку, куда могло проникнуть на беду Зло. Лицо его эпизодически улыбалось, водитель заметил это и тоже улыбнулся. Когда начальство довольно и нам хорошо. И легче стало на душе, несмотря на изматывающие километровые пробки и езду впритык по обочине лихих умников, которым надо больше всех. Эх, сейчас бы врубить всю цветомузыку и с ветерком прорываясь сквозь эту медленно ползущую реку автотранспорта. Но генерал запретил, а чего запрещать то, если ему положено, не украли же. От этих мыслей улыбка исчезла с его лица, и оно приняло обычное ровное бесстрастное выражение человека-робота.

В стоянии и непродолжительном медленном перемещение вперёд прошло ещё около двух часов. В салонах машин уже устали материться водители и пассажиры, поминая всех и вся, от асфальта дорог до Папы римского и японских полицейских, хотя каким боком те тут стояли было непонятно. Наконец жара спала. Постепенно начало темнеть, чистое небо июля, из бирюзово-голубого превратилось в иссиня-чёрное. Даже летом редкие разноцветные звёзды перемигивались на небе. Луна блестела серебряным ореолом и волнами испускала свет. Он проникал сквозь стекла автомобилей, и кто-то очаровано смотрел на них, мечтая, а кто равнодушно, погруженный в ворох своих жизненных проблем. А звёздам, было всё равно, как на них кто-то смотрит, они светили всем одинаково, потому что если звёзды зажигаются, то это кому-то нужно!

Глава 68. Я и он

Если у Вас двоится в глазах это ещё не значит, что вы пьяны, просто к Вам в кабинет вошли 2 близнеца. Если же к Вам не входили близнецы и Вы не пили сегодня, а в глазах двоится, это может означать, что Вы пили вчера так, что хватило и на сегодня

Кто ты?

Я Человек! Я это ты.

Наверное, это так. Но почему я есть всё время, а ты появляешься только иногда?

Я появляюсь, когда тебе меня не хватает, когда у тебя не хватает сил и воли.

Так ты сила и воля?

Нет, я только прихожу к тебе.

Значит, ты можешь манипулировать мной!

Нет, все решения ты принимаешь сам, а Я могу только подсказать или посоветовать.

Может быть ты тень, то тёмное, что есть во мне, ты чёрный человек?

Нет, это не так! Я не совесть твоя и не враг тебе, Я это ты.

Тогда ты моя душа?

Уволь, Я и не душа твоя, душа высоко летает, мне далеко до неё и ещё — Я не могу летать. Душа это вечная частица Бога в тебе. Если бы она была напрямую связана с тобой, зависела от тебя, отзываясь на все дела и поступки то, наверное, быстро бы заболела и покинула бренное твоё тело. Не зря говорят — душевнобольной, это о тех от кого душа не ушла, но болеет. Если же душа уходит, спасения нет, это значит Господь ушёл. Не огорчай душу. Каждый твой плохой поступок она воспринимает, как болезнь с высокой температурой, которая долго не проходит. Но иногда душа говорит с Человеком, когда его совесть и мораль, мысли, чувства, его любовь достигает её уровня, её высоты, и тогда она поёт, становится большой и заполняет собой всё пространство вокруг тебя. Душа примечательна ещё тем, что она может изменять Законы миров. Да это то самое, о чём ты подумал: летать в небе, ходить по воде, укрощать волны и диких зверей, наконец — воскрешать мёртвых.

Ты хоть во сне иногда летаешь, а мне и это не дано. Я прихожу, только когда ты бодрствуешь. Вообще-то мы с тобой многим отличаемся, хотя Я и есть ты. И ещё душа очень привязана к тому миру, где она отдыхает от бытия и набирается сил, прежде чем снова опустится в наш бренный мир, оттого ей бывает тоскливо, и она наполняет этой грустью, нами не осознанной тело человека.

Значит нас двое. Но вот хочу спросить, а другие Я ещё есть? Я иногда получал откуда-то подсказки по жизни, ни звука, ни мысли даже, просто приходит ниоткуда и всё. Что ты думаешь об этом?

Я не думаю, знаю что есть, но Я их не слышу, со мной они не говорят, это твоя судьба, твой светлый ангел и тёмный. Но они тоже ничего не могут, только подсказать, а решаешь всё только ты сам. Даже судьбу ты можешь изменить, если захочешь.

Ты самый сильный и самый слабый, потому что ты сомневаешься и поступаешь часто не так, как того требует логика жизни. А сильный потому, что можешь всё переиначить по своему — судьбу изменить.

А ты знаешь, в чём эта логика? Если всё так, как ты говоришь, то почему не подсказываешь всё время, а появляешься так редко? И ещё хочу спросить — кто Вас всех послал и зачем?

Ну что же, попробую ответить на все твои вопросы, раз уж у нас сегодня День вопросов и ответов. Да я знаю логику жизни — она в борьбе за совершенство. Побеждает тот, кто совершеннее во всём и в борьбе также. Невозможно совершенствовать только одного себя. Что-то, меняя в себе, ты изменяешь мир, поскольку в нём всё взаимосвязано и влияет одно на другое. Делая лучше, совершенствуя себя, ты делаешь лучше мир. Поэтому все заинтересованы в твоём развитии. А отсюда понятно для чего мы помогаем тебе.

Тебе не понятно, для чего нужен тёмный? Для того, что бы ты привыкал к борьбе и умел бороться, преодолевать препятствия и невзгоды. В борьбе обретёшь ты имя своё — Человек. Хочу, чтобы ты усвоил, тёмный не обязательно совершает ужасные поступки, иной раз достаточно продвигать правильные идеи и проекты, но делать это раньше времени, подгоняя результат искусственно. Тогда реализация таких идей отодвинется дальше чем, если бы это произошло естественным путём и на пользу делу. Нельзя чему-то научиться, всё время, полагаясь на других. Нельзя научиться на примерах других.

Только ошибаясь и набивая шишки, обретёшь ты свободу и знания. Именно так поступил Господь, предоставив человеку свободу выбора и ответственности, но не жалости. Только свободный человек может любить и творить, самосовершенствуясь. Всё в руках Господа нашего и по воле его, стало быть, ответ на вопрос кто нас послал, тоже ясен. Зачем — помочь, коли потребуется. Хотя ты по простоте души и не ведаешь о том, скольких бед удалось избежать в итоге нашей помощи.

Почему я должен верить тебе, не есть ли то, о чём ты мне рассказал смесь правды и лжи? Я предпочитаю верить науке, учёным, а не сказкам моего, части моего сознания.

Да ты абсолютно прав, можешь не верить, в этом тоже свобода твоего выбора. Но ты сам меня спросил, я ответил. Теперь верить или не верить, твоё дело. Я не собираюсь ничего доказывать, или убеждать твою душу продемонстрировать здесь какие-то чудеса, тем более по тому, что даже апостолы, увидев немало чудес от Христа при жизни его, до самого воскрешения не все верили в утверждение Всевышнего о том, что тот оживёт. Хотя если задуматься, то вся история развития цивилизации — сплошное чудо.

Мы летаем быстрее любой птицы, мы плаваем лучше и быстрее любого дельфина или кита, опускаемся на дно океанов и морей глубже любой акулы, осьминога или касатки. Мы посылаем космические корабли к самым границам Солнечной системы. Мы видим отдельные атомы и галактики, звёзды удалённые от нас на миллионы и миллиарды световых лет. Мы даже знаем, из чего они состоят, и чем станут через тысячи, миллионы и миллиарды лет.

Наконец, мы научились передавать информацию по радиоволнам, по лазерному лучу. Мы создали новые материалы и вещества, которых нет в природе. Мы научились создавать виртуальную реальность в литературе, кино и на компьютерах. Разве это не чудеса? За каких-то 150—200 лет, человечество сделало такой мощный рывок вперёд, какой природа не смогла совершить за миллионы и миллиарды лет изменений и развития. Сломал, построил, снова сломал, опять построил. Извини, но я не могу находиться с тобой рядом подолгу. Что-то заболтался Я сегодня, решай сам, тебе жить.

Постой, ты редко приходишь, скажи мне вот ещё о чём… А может это всё, то есть весь Мир существует только во мне, в моей голове? И ты в том числе, порождение моего больного воображения?

Матрица — Матрица, насмотрелся ты кино. Хотя с другой стороны в этом есть некая сермяжная правда. Суть её в том, что все миры и отдельного человека и больших кластеров — вселенных есть одно целое, я уже говорил тебе об этом, всё взаимосвязано. А кое-кому даже подвластно изменять Закон и прозреть будущее, видеть за тысячи километров и лет — без глаз, одной силой мысли и летать!

Боже как я хочу летать. Тебе известно, что учёные ставили опыты: приводили испытуемых в состояние изменённого сознания и измеряли их вес. Отдельные при этом меньше весили почти на 20%. Мы не понимаем механизм этого явления, но от этого он не перестаёт существовать. А, знаменитая китайская гимнастика Цигун, или почти неведомая европейцам японская — Рейкку, как их объяснить с точки зрения земной науки? Ну, всё. Мне действительно пора. Пока!

Странный он всётаки, появляется неожиданно, так же исчезает. Интересно, а где он находится в то время, когда нет его со мной рядом. Если он это Я? Может, правы были марксисты — философы сознание существует отдельно от материи, моего тела то есть. Если он часть меня то, что же на выходе отдельно от моего сознания существует ещё какое-то моё сознание. Так, а где оно прячется? Ерунда какая-то получается, как тот буриданов осёл. И то не этак и это не так, но отрицать его глупо.

Может быть, это опыт многих и многих поколений наших предков от травинки, или простейших самых до наших дней аккумулируется где-то в сознании и помогает при случае, как программа персонального компьютера, работающая обособленно, что называется в фоне. А может быть, то есть защитная реакция моего сознания на весь этот дурдом, что творится в нашем мире? Так недолго и сума сойти. Но попадать в этот ад, где «добрые» ангелы санитары — упаси боже.

Прости мя Господи за мысли грешные и не дай сойти с пути истинного,

Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится. Речет Господеви: Заступник мой еси и Прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Него. Яко Той избавит тя от сети ловчи и от словесе мятежна, плещма Своима осенит тя, и под криле Его надеешися: оружием обыдет тя истина Его. Не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни, от вещи во тме преходящия, от сряща, и беса полуденнаго. Падет от страны твоея тысяща, и тма одесную тебе, к тебе же не приближится, обаче очима твоима смотриши и воздаяние грешников узриши. Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое. Не приидет к тебе зло, и рана не приближится телеси твоему, яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою, на аспида и василиска наступивши и попереши льва и змия. Яко на Мя упова, и избавлю и: покрыю и, яко позна имя Мое. Воззовет ко Мне, и услышу eго: с ним есмь в скорби, изму eго и прославлю eго, долготою дний исполню eго и явлю eму спасение Мое.

(Псалом 90)

Вставать не хотелось, вообще-то была суббота, его размышления прервал стук ложки о тарелку, жена готовила завтрак. Из створки окна в спальню проникал насыщенный запах лета и счастья.

Глава 69. Обход небожителей 2

Вращение — фундаментальное свойство материи внутри бесконечной ассиметричной Вселенной, за её бесконечными границами Мир должен быть симметричен. Понять эту двойственность — понять все!

«Товаришчи! Вы свидетели! Я только своих мух бью!».

Красное, распалённое лицо Денисова (Хохла) готово было треснуть от напряжения. Слова жалостливо выныривали одно за другим из перекошенного рта, наполненного скопившейся за ночь слюной. Она уже текла по подбородку и смешивалась с мокрыми соплями.

Начинался новый день и как нередко бывает — с очередной разборки между больными, следующей степени развития которой, с руганью и матом вскоре предстояло дождаться. Далее, обычно шли — мордобой, прибытие ангелов спасателей — санитаров и толи пятая, толи какая иная часть Мерлезонского балета — дроздование. Это когда участниками действия становятся все, независимо от того виноват ты или нет.

Воняло, именно так, а не пахло, потом, мочой, каким-то цветочным, отвратительным освежителем воздуха и ещё бедой, мерзким запахом болезни в изолированном зарешеченными окнами пространстве больничной палаты.

День просыпался и катился, набирая обороты, едва поспевая за той перепалкой, что возникла. Двое, по прозвищу Художник и Чикатило, поддерживали в ней, с утра, начавшего поиски и уничтожение несуществующих больших зелёных мух, Ивана Порфирьевича, экс-бригадира, строительного участка, а ныне просто больного, нами упомянутого по фамилии. Напротив некто Творогов (Творог) был на стороне Сергея Сергеича Мызика, передразнивающего бойца невидимого фронта, и нагло заявившего, что Денисов бьёт чужих мух.

Всего в палате №3/3 психиатрической больницы, что в Москве, неподалёку от Курского вокзала в то утро и находились эти пять «шизиков», все ранее профессионалы по части алкогольной зависимости. Одна койка, слева от входной двери была свободна.

«Вот честно, я на Вас — санитарам пожалуюсь!». Выложил последний аргумент Денисов и отвернулся, боясь получить по морде, как то было вчера.

Да ты паря, стукачёк, выдавил из себя и нехорошо прищурился возмущённый Мызик. Он был покрупнее и жилистее, воспитанный на улице, в отличие от Ивана Порфирьевича, который хоть и работал на стройке, где нравы те ещё, но был по натуре слабаком.

Если Мызик появился на свет в интеллигентной семье зубных техников из Москвы, то Денисов попал в столицу по распределению, для укрепления строительного контингента кадрами с периферии, родом он был из самого Крыжополя, а папа с мамой тоже были строителями. По национальности это был чистейший русак, но из-за того, что родился на Украине, его почему-то записали в «хохлы» и все время подкалывали насчёт сала.

Видимо, по причине хорошего настроения, утро выдалось солнечным, может от того, что Иван Порфирьевич отвернул в сторону, но отпрыск тех, что всю жизнь сверлили, устанавливали протезы и пломбы испуганным москвичам, на время решил оставить в покое строителя. Надо прямо сказать, что у Мызика были основания не любить эту категорию работников, поскольку купив до того как попасть на лечение, трёхкомнатную квартиру в Строгино, испытал все «прелести» наших экзерсисов в этой отрасли, способных закалить любую волю и терпение в гражданах облагодетельствованных.

За окнами уже вовсю щебетали воробьи в кустах, их там было тысяча и потому, что им ремонтировать в кустах было нечего, посвистывали они весело, радуясь долгожданному теплу, солнышку и жизни. Город уже давно проснулся и последние волны спешащих на работу москвичей штурмовали автобусы, маршрутки и метро. Все ждали излома лета и спада жары. По телевидению, радио и в офисных комнатах и комнатушках, не оборудованных кондиционерами, только и разговоров было на эту тему.

Ждали его — похолодания как чуда, которое вот-вот должно было произойти.

Вчера узнал, что завтра будет лето,

Не календарь мне эту весть принёс,

Она ворвалась в окна, ливнем света,

Ковром из трав, и запахом берёз.

Шёпотом ветра, веточкой ольховой,

Первой листвой укрывшей серый лес,

Водой ручьёв, слезинкой пустяковой,

Бездонной высью голубых небес.

Весна уйдёт из дома, спозаранок,

Следом за нею, грязь и холодок,

Давно прошли «аресты» лыж и санок,

«Ватрушку» — тюбинг взяли под замок.

Будь здраво Солнце — Красное Ярило,

Я славлю жизнь, и дней коловорот,

Чтоб ты по небу хоровод водило

В восьми лучах, как научил Сварог.

Придёт жара и слепни с комарами,

Но всё потом и лето надоест,

и осень листья понесёт ветрами

как хорошо, что смены эти есть.

Солнце на время остановилось и замерло в ячейке решётки на окне, к пению воробьёв прибавились шуршание и гудки движущейся в городе кавалькады машин, трамваев и прочих источников звука большого городского бензиново-электрического оркестра под руководством другого строителя в кепке. Деревья и иная зелень тихо шелестели, беззвучно вырабатывая хлорофилл, при участии которого осуществлялся процесс фотосинтеза.

День расцветал яркими красками новых современных зданий, рекламных щитов и улыбками молодёжи, распространяя среди спешащих по своим делам москвичей, гастарбайтеров и гостей столицы флюиды радости и уверенности, что скоро все наладится и будет хорошо, как в детстве, когда мама вела за руку, и весь Мир был добрым.

Обитатели палаты разошлись по кучкам. В одной сидели Денисов (Хохол), Художник и Чикатило, а рядом Творог и Мыза (Зубнюк), причём последний сидел на единственном табурете в палате, вросшем креплениями в пол.

«Вот Вы мне ответьте уважаемый, да оставьте в покое мух, никто кроме Вас их не тронет, дрозофилов поганых. Вы ответьте, чем в деревне лучше, чем в городе то. Что плохо знаете деревню? Так я Вам сам, вот что скажу, в деревне дышится не так, там воздух навозом пахнет, там по субботам все в баню ходят, чистые разумеете. А питание, один каравай с пылу, с жару, а запах, запах какой. А сало, слышь Хохол, какое там сало, с прожилками мяса, с запахом трав». Художник мечтательно задрал нос. «Краски там ярче. Ух, какие краски. Поле пшеничное, помню, на пленэре писал в академии. Я понимаю Дега и Моне, у него в Живерни такой же жёлтый, как я тогда искал. Но, что позволено Зевсу …, впрочем, Вы это уже слышали, кажется, я вчера уже говорил».

«А что город, жара, тоска и уныние, серость. Все спешат, толкаются зачем-то, и не знают сами зачем. Даже пьют в городе, чтоб побыстрее, давятся. А в деревне как?». Тут он вспомнил о том, что разговоры на тему употребления в данном заведении не приветствуются, более того строго запрещены, можно и схлопотать. Всё же вольная натура художника одержала верх над прозой бытия, он уже твёрдо решил продолжить и открыл было рот, дабы воздать должное деревенской бесшабашной пьянке, но не вышло.

В разговор, услышав краем уха оду деревне, пропетую Мазилой — второе прозвище Художника, вступил Творог.

«Ты вон Ивана Порфирьевича спроси. У него на стройке деревенских полно вроде. Каждый божий день на электричках из области ездят. Работы там нет, краски, на что покупать будешь, да и не купишь, их там нет. За всем в Москву и прут. Навоз говоришь, так там его по колено, не знают, куда и девать. Каравай, ты, где его видел, на картине Репина-Лепилова Горбатого, там давно городской хлеб едят, булка или батон нарезной называется.

После такой поддержки, решает проявить активность и Чикатило — «А я что говорю зимой холод собачий, его передёрнуло (видимо вспомнил, как мёрз в пещере). А надо за дровами во двор идти, а их поди, уже спёрли, вот так вот, взяли», радостно закончил он.

Тот с кем шёл спор — Хохол (Денисов), один сидел безучастный ко всему, он исполнял роль благодарного оппонента, поскольку молчал весь погружённый в свои мысли о страшной угрозе, которая грозит всему человечеству от переносчиков заразы больших зелёных мух. «Что-то надо было делать, пора прекращать пить, привлечь телевидение, прессу. На стройке ведь опять двадцать пять, начнутся авралы, комиссии, в итоге пьянки». И зачем только, он пошёл в строительный? Надо было в биологи, к чему душа лежит. Послушал родителей и, всю жизнь мается, ломается теперь.

Но и тут последнее слово осталось за Сергеем Сергеичем. Мызик с детства привык диктовать слабейшим соплеменникам, как и что говорить и делать, да и вообще диктовать.

«Нихрена вы интеллигенция в жизни не усекли. Хорошо жить в городе и в деревне, где у вас дом с бабой, бассейном и газом, а паче чаяния тёплый сортир, чтобы хозяйство от простатита сберечь. Вот так-то», самодовольно заключил он и потряс рукой хозяйство, как бы показывая, что с этим у него всё в порядке. Далее последовало «Гы-Гы-Гы» — в три глотки. Затем лицо Мызика сделалось значительным и распорядительным.

«Ну, всё кончай базар. По-моему, бугры идут!».

В коридоре послышался шум, и после в палату неспешно вползла, как из банки сметана, плотная волна врачей во главе с главврачом — небожителем. Больным при обходе, было предписано, находится при койках, потому кто лежал, кто сидел, свесив ноги в кожаных тапочках, но все чего-то ждали.

Ждать это вообще такая русская народная забава. Суть её в следующем: один раздаёт; другие ждут; кто первым не выдержит, тот и проиграл; все равно ни те, ни эти ничегошеньки не получат; все уже разворовали и раздали по своим.

Рядом с Иваном Петровичем, бывшим ещё год тому назад заместителем у Лепецкого, суетились лечащие и заведующие отделениями.

Представлял больных в палате №3/3 лечащий доктор, худенький очкарик, всего как полгода в этом качестве. Он только едва что-то начал мямлить, как его перебил громкий басовитый глас главврача, человека большой комплекции и достоинств, видимо долгие годы выращивающего «свой трудовой мозол» или курдюк, — «Здорово молодцы!».

На что откликнулся лишь Денисов, тонюсеньким мышиным писком — «Здравствуйте доктор». И при этом посмотрел на Мызика, дескать, вот, я про тебя сейчас все и расскажу.

На что Сергей Сергеевич (Зубнюк), не стерпев такой наглости и шантажу, тут же ответил стахановским пролетарским незамысловатым жестом, стукнул, положив правую руку со сжатым кулаком на изгиб левой, так что её сжатый кулак взметнулся ввысь, словно кол в …, ну Вы поняли куда.

Заметив сие, и приняв жест больного, на всякий случай на свой счёт, главврач отреагировал немедля. Прежде Казаков ехидно так, поинтересовался, — Кто тут главврач — он или кто-то другой? Камарилья присутствующих в один голос подобострастно подтвердила, что он. Конечно он!

Тогда последовал следующий посыл — если он, то «… Почему к его Главного врача обходу, больной находится в состоянии растормаживания кататонического ступора, характерного для деструктивной фазы с прогредиентным течением заболевания, трансформированного в приступообразное параноидное состояние?».

«И почему!!! К нему до сих пор не применены меры медикоментозного лечения с целью блокады манифестации шизофренического процесса». Все в адрес скукоженного лечащего врача. Лицо последнего вытянулось и посерело, словно старый картофель из подпола. Лица остальных приняли одинаково уничижительно-виновато-одухотворённое выражение. Дескать, мы разделяем, но не такие мы, мы бы ни в жисть! А вот он не смог, подкачал. А коллектив у нас в целом здоровый!

Недаром говорят — сколько врачей, столько и мнений и все верные, но мнение главврача оно самое верное, наивернейшее. Только поэтому, при упоминании мер, направленных на выздоровление больного напряглись и дёрнулись два санитара в халатах салатного цвета. Все с характерными, застывшими для того самого состояния ступора лицами, готовые приступить. Да кто-то из задних рядов шёпотом предположил, что сейчас больному назначат курс лечения по старой, но проверенной годами, методике, талантливого австрийского военврача Грюнштайна, случай то особо интересный (похожий был у Йозефа Швейка). И если английские частные мед. работники всегда, давая рекомендации что делать и что принимать от всех болезней, начинают с приёма таблеток от головной боли. Здесь же хорошим тоном считалось во всех случаях назначать — промывание желудка и лошадиную дозу препаратов для лечения психотических симптомов: clozapine (клозапин) (Clozaril) — единственное лекарственное средство, которое показало достаточно свою эффективность там, где другие нейролептики оказались бессильны. Ввиду чего абсолютное число присутствующих лекарей прекрасно знало, что последует далее.

В отличие от них шизики могли только предполагать, закончится ли дело одиночным индивидуальным вливанием, либо затронут обитателей палаты, а то и всего, страшно сказать этажа!

Со стены внимательно наблюдал за происходящим одноухий Ван Гог, который Винсент (Винсент Биллем), несомненно, разбирающийся в подобных делах, написанный тем же обитателем палаты — Художником, но смотрящий уже наоборот, трубка повёрнута налево.

Реализация не заставила себя долго ждать, так как больной видимо понял, что речь идёт о нем и с воплем — «Ах ты сука, стукач грёбаный, конь раз…», далее следовала непередаваемая литературным языком поэзия русского народного, отборного, многоэтажного мата. Мызик бросился к Денисову. Его было слышно даже в коридоре, где посторонившаяся на время прохождения кавалькады главврача, уборщица Клавдия Никитишна, покачала седенькой головой, в знак неодобрения. Чего шумят, одно слово сумасшедшие.

Благодаря своевременному вмешательству добрых ангелов санитаров, буйному больному, что подтвердило блестящий диагноз главврача и, к всеобщему удовольствию врачей и прочих, по долгу Гиппократовой службы, присутствующих на обходе, была оказана помощь. Быстрая и эффективная, правда, ещё не медикаментозная, но физиотерапевтическая, сочетание телесно-ориентированных и когнитивных (то есть связанных с познанием мира) приёмов воздействия на человека, что признаться несколько разнообразило привычный ход вещей. Отчего физия Сергей Сергеича сразу распухла и, видимо в дальнейшем ему понадобится помощь родственников по специальности — зубной техник. Нам остаётся только порадоваться за такой счастливый случай, у других проблемы с родственниками.

Дальнейший обход прошёл без эксцессов. Лечащий врач, также получил свою клизму от заведующего, но словесную, в отличие от naturally для Мызика.

Ко всему прочему его оставили взамен другого врача дежурить, поскольку тому, приспичило видите ли, встречать из Ленинграда, нынешнего Санкт-Петербурга тёщу ночным поездом в 0.59. Теперь, ввиду нехватки младшего и технического персонала врачи тоже дежурили.

В той же кандейке, где когда-то сидел и пел свои заунывные песни о тяжкой жизни на чужбине Оглы, читал очередной 2 выпуск журнала «Вопросы психологии», тщедушный очкарик, который врачом-то стал по недоразумению. А психологом, тем более — совершенно случайно, дядька из Минздрава, где когда-то работал, пристроил и дотащил кое-как до выпуска. Да и остаться в Москве помог, пристроив в больничку.

Лечащий по фамилии Резун, а звали его Владимиром Богдановичем, изредка отрывался от чтения, задумчиво теребил мочку уха, как будто проверяя на месте ли она, и что-то писал в большой блокнот. Морщил лоб, непонятно чему ехидно улыбался и цокал языком. Изредка очкарик вставал, неуклюже протиснувшись из-за стола, подходил к зарешеченному окну и что-то разглядывал там, в парке, плохо освещённом ночью. Видимо картинка, которую он видел, каждый раз чем-то привлекала его внимание. Он застывал, ненадолго всматриваясь и, с лёгким вздохом возвращался к чтению.

В открытую форточку легонько дул по-летнему тёплый ночной ветерок. После 3 часов снаружи раздался мерзкий кошачий визг и жалкое мяуканье, которые почти сразу прекратились. В какой-то момент Резун опять встал со стула, ещё Меркулычем намертво прикрученного на уголки шурупами к полу, чтобы не скоммуниздили и подошёл к небольшому зеркалу, висевшему близко от двери. Долго и внимательно смотрел на себя, снял толстой оправы очки. Постепенно, не сразу глаза в зеркале стали жёстче, в них загорелись неукротимые красные угольки, лицо лечащего поплыло и…

Но это уже совсем другая история, о которой автор когда-нибудь потом обязательно расскажет, если будет на то желание и возможность.

Глава 70. Эпилог

Почему Бог дал человеку поле зрения для глаза: 55° вверх, 60° вниз, 90° наружу (двумя глазами 180°). Видимо для того, чтобы он почаще оглядывался назад, выбирая дорогу в будущее.

Если плотно, плотно закрыть глаза, то спустя некоторое время станут видны на чёрном фоне множества мелких (реже крупных) вспышек искорок яркого красивого синего или фиолетового цвета. Если это не фосфены, по причине болезни глаз, то прилетевшие к нам из далёкого космоса нейтрино, бомбардирующие с огромными скоростями клетки мозга, выбивающие редкие фотоны света из протонов атомных ядер. Удивительное по красоте это явление впервые подробно описали советские космонавты. В космосе поток лучей интенсивнее, чем тот, что проходит сквозь плотную земную атмосферу и видны эти искорки блёстки ярче. Правда, говорят это вредно для здоровья. Там в космосе, более отчётливо видно как же всётаки слаб человек.

Немо сидел за письменным столом, сжимал и разжимал мячик — тренажёр для рук. Он думал о том, как человек связан с космосом и какая информация может регулировать флуктуации этих связей и определить пока интуитивно параметры этих процессов, как представлялось двусторонних. И если в нашу сторону это поток был просто огромным как по охвату и объёму, так и по энергиям, то в сторону Бездны он был просто-напросто не познан. Может потому и человек до сих пор не Бог, что не научился отдавать, а больше и больше потребляет.

А математика утверждала, что такие процессы имеют кратковременный изолированный характер и развиваются в сторону выравнивания констант. Тегмарк, тот вообще считает в рамках ГМВ (Гипотеза математической вселенной) внутри Гипотезы Вычисляемой Вселенной (ГВВ), которая утверждает, что все математические структуры, которые можно вычислить, существуют. Фотоны же в своём движении, обмениваются с частицами материи (человеком) энергией, в результате теряют много энергии, причём, чем большей энергией обладают фотоны, тем более теряют они её. Или эта асимметрия и есть важнейшее условие формирования роста, а уже затем следует этап насыщения космоса новыми частицами D-бранами.

За окнами властвовала ночь, Немо залюбовался видом из окна. Размытыми на стекле в каплях дождя огнями и огоньками по преимуществу трёх цветов — жёлтого, красного и реже зелёного. Дождь шёл недавно и успокоил тихим шелестом мелких редких капель. Александр закрыл крышку дорогого ноутбука, выключил маленькую лампочку светильника, в комнате стало темно. Ещё какое-то время он постоял у окна, откинув в сторону половину занавески, словно ждал чего-то и, не дождавшись, пошёл спать. На душе и в теле было покойно, всё у него было хорошо.

Электронные часы, стоящие на полке едва слышно пискнули, подавая часовой сигнал. Обратив на это внимание сухонький, стриженный под горшок мужичонка, бывший военный журналист газеты «Красная Звезда» оторвался от монитора и подслеповато уставился в ту сторону.

Правда, его уже как пять лет из редакции выгнали по причине неприличной любви к спиртному. Также его отличало от прочих специальных корреспондентов явное пренебрежение мудрыми указаниями нового руководства. Центральный печатный орган Министерства обороны Российской Федерации имел обыкновение менять их в те годы чаще, чем сотрудники успевали запомнить одухотворённые поиском бабла, лица своих руководителей. Поскольку писал он совсем неплохо, а редактор отдела международной жизни, член редколлегии газеты Гена Сенцов даже как-то заметил — «недурственно, что значило Ого-го», его долго терпели, но сначала из собственного сделали специальным, а затем и вовсе выгнали из газеты и из армии, лишив права ношения военной формы, в назидание другим «совкам».

До того, как попасть в «дурку» он почти год, перепробовал несколько профессий. В конце концов, всё по той же причине, превратился в прожжённого журналюгу — заштатного репортёра скандально известной газетёнки с приличным названием — «Московский бульварный листок» и полубомжа одновременно. Прошлое иногда вылезало в воспоминаниях и в такие часы, забывая о теперешнем незавидном статусе, он воображал себя известным писателем, купающимся в лучах славы. Вот и сейчас сигнал часового механизма выдернул его из приподнятого настроения, но и в бездну отчаяния не кинул.

Наконец он разглядел стрелки на часах и удовлетворённо хмыкнул — 10.00 утра.

Болезный алкаш, которому нам с самых первых страниц романа хорошо знакомый — «Гавриил», он же лечащий врач Гаврилов Евгений Константинович, светлый человек (а что, халатик то белый) разрешил писать роман, в плане психологического эксперимента. Результаты оного он планировал отразить во всех подробностях, в будущей диссертации. Журналюга подвернулся надо сказать вовремя. Зав. отделением давил с защитой кандидатской, ввиду прописанного в табеле — штатном расписании требования о наличии учёной степени по замещению должности. Писать о влияние солнечных штормов на типовые патологические процессы, реактивные изменения в топологии шизофрении и тому подобную чушь было не комильфо. Тем более что по прогнозам учёных солнечный шторм мог состояться в любой момент, со дня предыдущего прошло аж целых 155 лет, при периодичности в 150.

Требовалась не избитая, новая, интересная фактура. К обоюдному удовольствию работа пошла. Журналист добросовестно писал в отведённое время с 8.00 до 10.00 утром и с 18.30 до 22.00 вечером, по субботам и воскресеньям — хоть весь светлый день. Он попадал в обстановку психологического комфорта, хоть на время забывался, пока писал, как уже было отмечено ранее. Гавриил выдавал ему ключ от своих апартаментов и наделил правами пользователя на компьютере, без права доступа к файлам администратора. Пообещав за хорошую работу выписку. Понимал, что больному это леченье на пользу. Однако его дела с материалами научного труда шли со скрипом, отставая основательно от труда литературного.

Евгений Константинович для себя объяснял это тем, что больному сам Бог велел писать, делать то тут больше нечего!

Мужичонка почесал нос, дописал последнюю строчку и с чувством облегчения откинулся на стуле. Наконец-то всё! Это чувство было — нечто!

Получилось вовсе недурственно. За шесть месяцев он накропал книгу, о чем давно мечтал, да все не досуг, времени не хватало. А если по-честному пил. Эх, за это бы, да сейчас родненькой запотевшей, аж слюни потекли. На худой конец можно было бы и пивка Пилзнер Урквелл или нашего Афанасий в бутылках с пробкой — резинкой на немецкий лад, многоразового пользования. Да хоть того же Жигулёвского, что брал в «Пивной лавке». Ведь умеют если захотят, эх! Горько вздохнул, поправил очки вверх указательным пальцем и на минуту замер, думая о чем-то, о своём, о высоком, творческом. Жаль было расставаться с героями, которых он создал и полюбил. Подумал, что чем чёрт не шутит, можно попробовать и продолжение написать после. У него уже была готова задумка — слишком гладко всё получилось у светлых. А вдруг это был подвох со стороны хитрожопого зла и всё на три порядка запутаннее и сложнее. Такой расклад обещал быть интереснее первого. Запомнил, закрыл страницу, вышел из операционки Windows XP, выключил питание на стареньком системном блоке, списанного давно компьютера. Он сладко потянулся. Уже давно он решил, что обязательно разместит роман где-нибудь на одном из литературных сайтов Интернета. Особых проблем с этим не предвиделось, так как выход в сеть с компьютера Гавриила был, не такой скоростной, как хотелось бы, но как говориться — «дарёному коню в зубы на попе не смотрят».

Всё. Вот, наконец, и всё. Пора было возвращаться в свою обитель — палату, скоро одиннадцать и начнётся обход главврача Евгена Арнольдовича Лепецкого, опаздывать никак нельзя, может, чем чёрт не шутит, его даже выпишут. Или хоть что-то скажут об этом. Ещё неделю тому назад, он ненавязчиво проинформировал Евгения Константиновича о том, что дня через три-четыре закончит роман. Мужичонка мечтательно закатил глаза и поспешно двинул искать «Гавриила», чтобы отдать ключи и флешку с файлом опуса.

В палату №3/3 он вернулся около половины одиннадцатого. «Сокамерники» занимались кто чем, но в воздухе уже повисло то тревожное ожидание, которое всегда предшествует чему-то важному и неизбежному. А в душах их, если есть она душа, где-то на самом дне жила, теплилась надежда на лучшее. У каждого оно, то лучшее своё.

Со стены за «психами» внимательно наблюдал Ван Гог с забинтованным ухом. Дым из трубки на копии был выписан столь реалистично, что журналюга в который раз чуть ли не ощутил запах ядрёного дешёвого табака в палате. Зелёные глаза художника смотрели на мир спокойно и даже мудро. Голова Винсента на автопортрете была повёрнута налево. Не было на том лице ни переживаний, ни хотя бы самой малой эмоции. Ни отрешённости, ничего на нём не было. Такие лица похожи на стену в школе после ремонта, ни щербинки, ни даже наплыва краски. Абсолютно ровная пустая стена, покрытая светлой краской, на которой ничего не отражается. То ли гениально угадал, то ли осознано писал? Мужичонка незаметно подмигнул болезному и сосредоточился на мыслях о предстоящем приходе врача. Охарактеризовать их непричёсанный рой можно было лишь одним словом — А вдруг!

Ага, как же, прямо сейчас и выпишут, как сказал бы один мой хороший знакомый, выпишут ГЗМ (губозакатывающий механизм) и кактусовую пробку в ГПУ (газопердильное устройство).

Ау, люди? Я — где? А Вы кто? Ты опять здесь?

Ну, тогда я пошёл ловить кота, какого — Шрёдингера. А где он? В комплексном n-мерном пространстве Калаби — Яу, являющемся 2n-мерным римановым многообразием с Риччи-плоской метрикой и дополнительной симплектической структурой.

Аа, ну тогда ладно, тогда понятно. Это ты опять умничаешь? Да это Я.

Кстати, что касается кота Шрёдингера, он тут нам не раз встречался, под ногами вечно болтается, то и здесь со временем наладилось, и наметились подвижки. Учёные придумали, как решить эту головоломку, создав прибор, состоящий из двух камер — резонаторов. Они связаны друг с другом при помощи сверх проводимого тора, он играет роль атома. В каждом из резонаторов фотоны могут существовать лишь на установленных длинах волн, но разных для каждой из камер. Если теперь в камеры запустить пучок фотонов, «запутанных» между собой на квантовом уровне, конструкция превратится в Шрёдингеровского кота, и живого и одновременно мёртвого. В США Robert Schoelkopf из Йельского университета, сотоварищи, «вырастили» модель такого монстра.

Интересно Эрвин, Рудольф, Йозеф, Александр австрийский квантовый зоолог был собачником? Это ж как нужно не любить котов, чтобы даже в виртуальном эксперименте поместить бедолагу в пространство, наполненное ядовитыми газами и радиоактивными элементами, которые должны были убить/не убить кота в течение часа. Или на самом деле был у Шрёдингера некий кот Бро?

Мы с котом диван делили,

Каждый барином лежал,

И пока того кормили,

Я победу одержал.

На часах пробило полночь,

Кто хозяин кто вассал?!

Но в ответ — котяра сволочь,

полный тапок мне нассал!

Час искал по всей квартире,

Кого хочешь, разозлит!

Где ты? Спрятался в сортире?

За стеной кухонных плит?

Посмотрел, быть может в ванне?

Я бы в миг с него спросил.

***

Кот валялся на диване

и храпел что было сил.

Заключение

Так всётаки, для чего живёт человек? Мы попытаемся ответить на этот риторический вопрос коротко, вычленить самое главное. Почему не получится ответвить на него полно, всесторонне, будет рассказано автором в следующей главе.

А всё очень просто, как и всё что делает Творец, не чувствуете? Он же нас — по образу и подобию своему! Что остаётся после нас хорошее и плохое, сотворил или натворил Человек. Что остаётся людям, которые будут жить после нас? Как у одного из героев этого повествования Бурмистрова Евгения Павловича, больного из палаты №3/3, подполковника в окончательной отставке. Отставке самой жизни, унёсшему с собой панагию ан нет, не получилось. Мерзавца и неуча Домбровского, тонущего в болоте бесовщины, и прекрасно это осознающего, или бонны всю сознательную жизнь игравшую чужую роль. Ничего! Ничего после них не останется кроме разве, что воспоминаний, знавших их людей, да пожелтевших со временем листов, прошнурованных и скреплённых печатью уголовных и иных следственных дел. Да и те вскоре станут интересны только узкому кругу заинтересованных лиц. А потом и это уйдёт.

Но останется церковь, построенная людьми и вместе с ними отцом Фёдором (Ларионовым Максимом Ивановичем), священником и останется вера в хорошее, доброе вечное, что он сотворил в их сердцах. На всю жизнь останутся в памяти обездоленных, опустившихся людей выступление скрипача Коржика на Поле чудес, и пусть не известен сквозь бремя веков, Автор, изготовивший тот раненный Альт, но останется благодарность за его сотворение.

Человек живёт, чтобы творить.

Строить: новые трилитоны Баальбека и Стоунхенджа, пирамиды Хуфу, и сады Семирамиды. Создавать древний Аркаим и Ангкор-воат, Париж, Будапешт и Краков, Бразилиа и Санкт-Петербург.

Писать: Войну и мир, Мастер и Маргарита, но и Похождение бравого солдата Швейка, Преступление и наказание, На Западном фронте без перемен, Старик и море, и Лезвие бритвы или Онегина.

Музыкальные произведения: Лунную сонату и Аппассионату, Адажио Альбинони и Второй концерт для фортепиано с оркестром (до минор) Рахманинова, Каприччио Паганини, Щелкунчик Чайковского и Штиль Кипелова (Ария), «The show must go on» Queen и Beyonce — Hello.

Писать картины: Мона Лиза, и Ночной патруль, Ночь на Днепре и Боярыня Морозова, Купание красного коня и Ирисы с Подсолнухами, или всё, что принадлежит кисти Губарева и пастелям Шилова.

Создавать фильмы: Солярис, Зеркало — Тарковского, Остров — Лунгина, Мужчина и женщина, Летят журавли, Служебный роман и Левиафан, Мистер Питкин в больнице и в тылу врага.

Проталкивать науку вперёд как это делали и делают: Пифагор, Аристотель, Бруно, Ньютон, Ломоносов, Паскаль, Пуанкаре, Попов, Маркс, Тесла, Эйнштейн, Бор и Курчатов, Кюри, Сахаров, Хиггс и Stephen Hawking, Алфёров и Гинзбург.

Наконец, Творить добро, как Христос, он привнёс в мир великое ученье, как Мухаммад, создавший ислам и по воле Аллаха написавший Коран или Будда Гаутама Шакья-Муни, рассказывающий ученикам свои истины и сотни тысяч других.

Меня могут спросить, как быть тем, у кого нет талантов Веласкеса, Дюма, даже до Акунина не дотягивают. Искать и пробовать, ибо в каждом из нас заложены от природы, от Бога — таланты. Их только надо найти. Иначе серые будни, семья не семья, а набор индивидуумов.

Вообще творить, во всём проявлять свои творческие наклонности, чтобы труд был в радость и приносил удовлетворение и тебе и людям. Не тот подневольный за самую жизнь, за хлеб и воду, под палками или контролем бдительных беспощадных эксплуататоров. Свободный труд во имя людей. Не себе урвать, а другим отдать, И начинался тот человек с процесса творения его тела и души Всевышним. И он первый Творец и Создатель всего сущего, что есть.

Ещё, очень важна суть творимого. Для чего оно и кому предназначено. Тащит Вас вверх и вперёд или бросает в пучину греховную. Подвигает к делам или к пустому времяпровождению и любованию собственными эмоциями и словесными эскападами. Говорят в своё время некий очень популярный фильм, снятый перед самой войной во Франции, полный тоски и безысходности, оказал негативное влияние, разложил армию и лишил народ воли защищаться в войне с фашистской Германией. Таково влияние кино, телевидения, радио, печати, в целом СМИ, книг и музыки. С другой — фильм Триумф воли режиссёра Лени Рифеншталь. Один из самых выдающихся шедевров документалистики за всю историю кинематографа. Он немало способствовал подъёму морального духа немецких солдат на войне с численно превосходившим их противником. Другой вопрос, каким целям он послужил, было ли это творение для человека и во имя его! А может — всё для себя родимого. Либо служит оно дьяволу, разобщает людей, делает их жестокими, беспощадными.

Вспомните, что в 51 главе получилось, когда автор попробовал по старорусской/славянской Буквице расшифровать слово Род, так звали бога древние наши щуры и пращуры — Бог и предки завещали нам творить добро и жить в праведности! Кстати на санскрите щура — мужественный, отважный, герой, воин хороший, так звали советских в Афганистане — шурави.

Не хотел, честное «пионерское» писать какие-либо нравоучения. Тем более делать их длинными, поскольку сам их не люблю, да и грешен, однако, чтобы наставлять. Но вот не сдержался, а может то и правильно. Надо быть самим собой, ошибаться, и ещё раз ошибаться, но карабкаться вверх.

УСПЕХОВ ВАМ В ТВОРЧЕСТВЕ И ДА ПРЕБУДЕТ С НАМИ ПРАВЕДНОСТЬ

Конец

Некие попытки поразмышлять о порядке

(дополнение к Главе №51. Становится ясно, кем на самом деле …)

Определение порядка из Википедии:

гармоничное, ожидаемое, предсказуемое состояние или расположение чего-либо.

Без чего невозможно рассмотреть понятие Порядка (далее — П).

Собственно сам П.

То, что его окружает, и влияет на П.

Порядок бывает — существующий, гармоничный (не), целесообразный (не), планируемый, складывающийся, либо предполагаемый и т. д. и т. п.

Порядок включает (это):

Объекты П.

Это системы, органы, элементы П;

Субъекты П.

Это те, кто рассматривает сам П. Осуществляет деятельность по изменению П. в целом, либо его элементов. А также те, кто является субъектами воздействия внутри объектов (т.е. те, для кого устанавливается П).

Структура П.

П, как единая целостная система;

П, как некий набор элементов, составляющих данный П. Их состояние, действия и изменение.

Состояние П.

П, как существующий на момент рассмотрения;

П, как планируемый к данному времени и состоянию;

П, как предполагаемый к заданному времени и состоянию;

П, как складывающийся к заданному времени и состоянию.

Порядок, как

Последовательность шагов, действий по организации систем П, каких-то объектов и элементов П субъектами П;

П, как существующее вне действия и изменений П в целом и его элементов;

П, как некая утверждённая система существующего П, планирования и исполнения действий, либо ожидания таких действий, по его созданию и функционированию;

П, как временной интервал, отрезок времени;

П, как неустойчивая система;

П, как объект интереса структур определяющих порядок либо осуществляющих реализацию его;

П, как цель своих или иных систем, субъектов, либо его внутренних компонентов, либо и тех и других;

П, как итог осуществления деятельности в утверждённой форме, в инициативном порядке, либо их совмещении;

П, как система, объект созданный и функционирующий с учётом или без учёта мнения объектов и субъектов, для кого или для чего он осуществляется.

Иллюзия, эфемерное субъективное представление, анализ некоего объекта органа о существующей, формировании ожидаемой, планируемой, предсказуемой и складывающейся на данный момент системе, организации, их состоянии, расположении или чему-то иному, данное исследователем или заказчиком П, и ни в коей мере не соответствующее истинному положению вещей и подверженное неконтролируемым изменениям. Может приниматься субъектом исследования за некую временную константу либо сам, либо условия его определяющие. При этом объект П, в свою очередь субъективно оценивает, как своё положение, так и деятельность заказчика П. Таким образом, понятие порядка иллюзорно, настолько тесно связано с понятием беспорядка, что не отличимое одно от другого и ни разделимое. П, никогда не может быть объективной реальностью, поскольку он есть заказ или продукт субъекта, т.е. человека.

Контрольные вопросы:

— Есть неизменные вечные порядки? Нет! «Всё пройдёт и, Это пройдёт».

— Возможны ли объективные подходы к формированию порядков? Нет, поскольку П. устанавливает природа или человек, а они субъективны.

— Возможно ли, обращение порядка беспорядком и наоборот? Да, примеров тому миллион.

Вывод: С развитием цивилизации, знаний, всё усложняется наша жизнь и законы, её нормы. Раньше 10 заповедей на скрижалях, сегодня сотни тысяч, миллионы подзаконных актов и законов. Их всё сложнее понять не обученному специально для того неспециалисту. Это уже привело к ужасающей специализации экономики, политики и социума. С другой стороны мы научились рассматривать сущность, процесс, как многостороннее явление во всех его проявлениях, плоскостях и связях.

Такой системный подход проявляется даже на бытовом уровне, возьмите инструкции по эксплуатации домашней техники и всевозможных гаджетов, их объёмы выросли в разы на глазах одного поколения и продолжают расти. Без машин мы уже справиться не можем. Новая техника появляется быстрее, чем мы успеваем освоить, старую.

Грядёт век сингулярности и науки. Мы не осознаём того, что уже давно живём в эпоху небывалых эволюционных или даже революционных перемен!

В заключение, как иллюстрацию к тому, что написал выше для тех, кто не особо склонен к философствованиям всякого рода, хочу привести притчу собственного изготовления —

В автокатастрофе серьёзно пострадали несколько человек и предстали на суд божий школьник, студент и профессор. У всех троих оказались неоконченные дела на земле, и они просили Всевышнего вернуть их к жизни. На что, Бог предложил им ответить на один вопрос — Что они могут сказать о железе.

Самодовольно улыбнувшись, первым отвечал школьник — Железо — металл, полученный при переработке и плавке обогащённой руды, из него получают чугун и сталь, которые широко применяются во всех сферах жизнедеятельности.

Вторым слово взял студент. Он сообщил о том, что железо это элемент периодической системы химических элементов Д. И. Менделеева с атомным номером 26 (лат. Ferrum). Один из самых распространённых в земной коре металлов (второе место после алюминия). В промышленности железо получают из железной руды, в основном из гематита (Fe2O3) и магнетита (FeO·Fe2O3). Первый этап производства — восстановление железа углеродом в доменной печи при температуре 2000° C и ещё много чего помнил студент — ботаник.

Наконец дошла очередь до учёного. Тот посмотрел на Господа горестно и сказал следующее. К сожалению, мы о железе почти ничего не знаем. Практически не знаем, как происходит формирование элементов таблицы, в том числе железных руд, мы ничего не знаем о жидком железе в ядре земной коры. Мы до сих пор многого не знаем о том, каков механизм формирования кристаллической структуры железа и о его электромагнитных свойствах, мы не знаем, почему металлическая колонна во дворе мечети Кутуб-Минар в Индии не ржавеет? Мы ничего фактически не знаем также о космическом, метеоритном железе. И далее можно продолжать ещё долго, до бесконечности. Жалкие крохи наших знаний я уверен, тебе Господи ничего не дадут, кроме глубокого разочарования. Но мы учимся, мы познаём мир, и когда-нибудь будем знать гораздо больше и больше.

Очнулся профессор на божьем суде и было ему сказано — Тебе там больше делать нечего, ты усвоил урок.

На больничной койке очнулся школьник и студент, без каких-либо серьёзных повреждений. Рядом плакали счастливые родители, братья и сёстры хлюпали носами, еле сдерживая себя оба рассказали, что их горние отправили обратно доучиваться.

А теперь представьте, что Вам поручили подготовить статью в Википедию по содержанию слова — Счастье. Вы смело подставляете его на место — Порядка и понимаете, что цитированием коротких, умных цитат великих людей на эту тему ограничиться не удастся. Придётся также ставить наводящие вопросы: чьё счастье, какова природа С, длительность существования С, суть и строение собственно С. Какие виды и типы С. Бывают и т. д. и т. п. Тысячи вопросов! И тысячи сторон системы счастье.

Тоже относится практически ко всему, что имеет место быть или только предполагается к существованию, в том числе и вопросу, проходящему рефреном через весь роман и применение его главными героями. Это — Для чего Вы живёте? Становится понятно, что просто, односложно дать на него ответ, скорее всего нельзя. Несмотря на всё богатство великого и могучего, для получения хотя бы в неполной мере удовлетворяющего пытливого читателя ответа, понадобиться написать не один десяток страниц.

Но даже такой вариант будет сугубо субъективен и поверхностен, отражая лишь отдельные грани этой системы. Так вот, я бы ответил следующее — Чтобы ответить на этот риторический вопрос, нужна вся жизнь. Все остальные попытки будут не в полной мере отражать суть вопроса.

И чем дальше мы будем продвигаться по пути познания Мира и прогресса, тем более сложными будут становиться описание явлений, тем точнее необходимо будет и тем труднее подбирать точные слова и выражения. А поможет нам в этом видимо новый язык (надеюсь на основе русского) общения, единый для всех. А тот, в свою очередь превратится в язык — мыслеобразов.

Вот собственно и всё, ради чего я включил этот материал в виде приложения к 51 главе романа. При этом, нагрузив и так разбухшую от неумелых попыток автора придать ему некое околонаучное содержание, голову терпеливого потребителя данного опуса.

Необходимые пояснения по поводу происхождения слов

(горние и дольнее в русском языке)

Сейчас главным географическим направлением считается направление на Север, на полярную Звезду. Она по-русски называется — Спасская звезда или Спасс. Свериться на Спасс называлось спастись. В свою очередь Восток по-русски называется — Горн. Горном называлась та сторона, на которой Солнце восходит. Отсюда всё что восходит — ГОРНИЕ.

Одновременно Горнее место Храма — это место у центральной части восточной стены алтаря, находящееся прямо против престола, южные врата Алтаря по правую руку, если смотреть с Амвона.

Сторона, куда Солнце заходит, называется — Запад, а ещё она называлась — линия Горизонт. Раньше главным направлением было направление на Восток. Ориентироваться на Восток — сверяться (отсюда — слова свет и вера).

Всё, что по правую руку — чёрное (огонь). Всё, что по левую руку — белое (вода). Реки текут на Север и впадают в Белое море. Чёрные реки впадают в Чёрное море.

Река и рука слова одного извода (рукав реки, детская ручка и ручеёк) одного происхождения. И река имеет дельту, впадая в море и, рука имеет пять пальцев. По-другому, пальцы рук по-русски называются — доли (доля, раздолье, раздолбай, долина). Или ещё их называли — узеньцы или узицы (узник, узы, узенький).

Таким образом — ДОЛЬНЕЕ — это то, что доля, часть общего, то что служит человеку, собственно земное то, что можно сотворить руками.

По материалам Урока 6. Виталия Владимировича Сундакова.

Обращение к читателю

Жаль, но нам предстоит, расстаться на этой странице, ибо прошло время подвига, который ты совершил читатель, осилив, надеюсь до конца, сей опус, и настало другое, честно сказать автору, что на этом стоит остановиться. Или идти дальше. Любой совет будет принят с благодарностью, не только потому, что вы все близкие мне люди, а также и потому, что автор вполне осознает необъективность своих оценок.

Предложения и критика приветствуются!

P.S.

Поскольку мне на почту уже пришли до полутора десятков отзывов от разных людей, хотел бы кое-что объяснить. Несколько человек посоветовали убрать «лишние» — «… отдельные куски материала как, например, те же вставки — От автора, цитаты из Википедии. Они явно лишние в романе и смотрятся они как инородные тела. Возникает нехорошая аналогия с просмотром хорошего фильма по телевизору, который то и дело прерывается назойливой рекламой».

«… часто забываешь, о чём шла речь собственно по тексту романа…»

По сути, согласный с ними и, в общем, и в частности, все же позволю себе оставить всё как есть по двум причинам:

— как написала мне одна талантливая душа — «…Переделывать готовое, выстраданное произведение — всё равно, что переделывать только что рождённого родного ребёнка в угоду чужим людям. Сколько людей, столько мнений: одному нравится «приглаженный, напомаженный» образ, а другому естественный, «лохматенький»…». Правда, написано это было по поводу другой вещицы;

— вторая причина заключается в том, чтобы подрастающее поколение (внуки и внучка) больше читали и искали в Интернете не только Minecraft, но и кое-что другое, добирались до первоисточников, в конце концов (правда, не уверен, что мне самому это удалось);

— кроме того, некоторая «ломаная» линия изложения сюжета такова, поскольку автор сразу рассчитывал, что читать его будут люди с разными вкусами, интересами и уровнями образования и жизненного опыта.

Второе. Я подозреваю, что некоторые люди могут меня обвинить в том, что дьявол в главе №10 говорит сущую правду, и автор тем самым наделяет его излишне некими положительными чертами. Тут всё дело в мере. Если всё время говорить одну горькую правду, начисто забыв о том хорошем, что есть, это становится злом. То есть, здесь важна мера подачи информации, того или иного события, факта. В этом и суть искушения, ибо всё сказанное Денницей о человечестве — правда. Но при внимательном рассмотрении — ложь, вследствие того, что нарушено правило всесторонности рассмотрения объекта исследования.

Что хотел бы отметить ещё. Всего двое написали об ошибках — «…О Ваших трудных отношениях с русским языком скажу особо. Ваши запятые, орфография явно диссонируют с солидностью романа. Стилистика хромает.

В ряде случае приходится догадываться о смысле фразы и выстраивать её самостоятельно. Возникает ощущение, что Вы, к сожалению, просто в большом ряде случаев небрежно оформили свои мысли».

Признаю, виновен, каюсь, исправленьем занимаюсь.

Отдельное спасибо Жене Соколову (светлая память), Нине Царевской и Владимиру Медведкову, Нине Жуковой и Анне Волковой за поддержку, критику и за то, что стали первыми моими читателями. Дай Вам Бог здоровья, успехов в творчестве, хорошего провайдера и высокоскоростную сеть и избави он же от злого вируса, критика и неграмотного сисадмина.

Content

Москва — Маньпупунёр (флуктуации в дольнем и горним)
Том II. Схватка на плато Маньпупунёр
Владимир Лизичев

Часть 3 Осень

Глава 36. Как панагия бежать помогла, и о газах

Глава 37. Божественный концерт

Глава 38. Покушение, или нелепая случайность

Глава 39. При чем здесь гаргульи

Глава 40. Кто вы Арсат Николозович? И вопросы веры

Глава 41. Профилакторий. добровольные помощники

Глава 42. Гибель Домбровского и бегство бонны

Глава 43. Так куда же делся Семёнов

Глава 44. Попытка задержания Анастасии №2

Глава 45. Как сорвать собрание «малого тора»

Глава 46. Дачный сезон Немо

Глава 47. Время Шлагбаума и опасные путешествия

Глава 48. Нехорошая квартира №2

Глава 49. Новая жизнь Немо и встреча с женой

Глава 50. Дебит с кредитом и Анастасия

Глава 51.Вечеринка в Бакката

Глава 52. Становится ясно, кем на самом деле…

Глава 53. Семёновские полки

Глава 54. Просто, да не совсем так и просто

Часть 4 Зима, весна и лето

Глава 55. Песнь Стояны. падение

Глава 56. Поиски панагии

Глава 57. Если это просфора, то я афроамериканский негр

Глава 58. Раз картошка, два морошка

Глава 59. Отец Фёдор и его рассказ, селфи с иконой

Глава 60. Загадки плато Мань-пупу-нёр Подглава 1

Глава 61. Загадки плато Мань-пупу-нёр Подглава 2

Глава 62. Наследники волхвов

Глава 63. Загадки плато Мань-пупу-нёр Подглава 3

Глава 64. Как у пятого столба нету счастья нихрена

Глава 65. Делоникс королевский

Глава 66. И снова встречи, далеко не случайные

Глава 67. Вот так улов

Глава 68. Я и он

Глава 69. Обход небожителей 2

Глава 70. Эпилог

Заключение

Конец Некие попытки поразмышлять о порядке

(горние и дольнее в русском языке)

Обращение к читателю