Осколки

Сборник рассказов

Андрей Игошев

© Андрей Игошев, 2017

ISBN 978-5-4490-0944-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

То особое чувство… когда смерть проходит рядом… взрыв… как в замедленной съемке осколки пролетают мимо тебя… слева… справа… сверху… и ты понимаешь, что тебя они не задели… вокруг чистый конус в море огня и стали… и ни единой царапинки на одежде… только так ты понимаешь, что тебя хранят небесные силы…

Остановите планету, я сойду…

Почему?! Почему самый близкий человек предает, когда его помощь нужна больше всего? А в трудную минуту приходит посторонний, который был всегда груб с тобой?

Почему на операцию больному ребёнку анонимно жертвует крупный предприниматель с сомнительными доходами? А «честный» тролль всячески поливает грязью самих организаторов сбора денег?

Почему на пустынной ночной трассе возле сломавшейся машины останавливается не благочестивое семейство на бюджетном автомобиле? А белоснежная Тойота Камри с номером 666 и водителем, одетым явно в бутиках дорогих брендов и благоухающего парфюмом? После выяснения ситуации, этот самый водитель закатывает рукава рубашки, которая стоит дороже сломавшейся детали, и со словами «Не ссы, прорвемся», за полчаса устраняет поломку.

Почему прокурор с безупречной многолетней репутацией сжигает дело, заведенное на женщину, с условием, чтобы она вышла за него замуж? И в итоге они прожили много лет в мире и согласии.

Почему близкий друг, за которым ранее ничего подобного не замечал, приезжает ночью с трупом в багажнике и просьбой замять дело?

Почему мать отказывается платить алименты на родных детей? Мало того, что она с ними не общается несколько лет…

Как сохранить веру в этот мир? Как сохранить самообладание, если ты знаешь чуть-чуть больше, чем другие? Как жить дальше, если видишь, что заповеди «не убий», «не укради» и другие, жить по которым воспитывали с детства, не соблюдаются в этом мире?

Просто самому оставаться человеком…

январь 2016 г.

По вере вашей да будет вам

(Матф. 9:29)

Операционная… Яркий свет… молодой человек со вскрытой черепной коробкой… Медики… и тот, кого здесь не могло быть никогда и ни при каких обстоятельствах… если бы не одно но — Вера… Вера в чудо… Вера в Господа… Молитва жены… Молитва матери… Молитвы, возносимые в храмах России… вот так совершаются чудеса, рядом и здесь… а мы и не знаем…

Лука Крымский, архиепископ Крымский и Симферопольский, в 2000 году канонизирован Русской православной церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских. Он же доктор медицинских наук, Лауреат Сталинской премии первой степени в 1946 году (единственный священнослужитель, удостоенный этой премии), автор трудов по анестезиологии и гнойной хирургии.

Именно он стоял там, в операционной…

Эта история началась 4 ноября 2016 года в 4.30 утра, когда Семёна скрутил первый приступ эпилепсии. Тот, кто видел эпилептический припадок, знает, как это страшно. Боль. Отключение сознания. Скорая помощь. Второй приступ. Третий. Четвертый. А прошло всего два с половиной часа. В 7.45 его уже на реанимобиле повезли в другой город на обследование.

— Помню, очнулся, ничего не понимаю, где я, что я. Приподнимаю голову, и вижу, что на машине за нами едет брат. Помахал ему рукой, он тоже в ответ, и я снова отключился.

Потом было исследование на МРТ. И страшный диагноз — опухоль головного мозга. Крупная — 5 на 7 см. Неутешительный прогноз врачей. А дома мать, жена и трое детей. И единственная рекомендация — оперативное вмешательство… без гарантий положительного результата… Но надежду дал священник: Лука Крымский поможет, сказал он. Про него тогда мне говорили многие, советовали просить его помощи.

Началась подготовка к операции, сдача анализов. И молитва.

— Родственники в момент операции стояли в храмах, заказывали молебны и сорокоусты. В том числе матушкой Любовью с сёстрами был отслужен молебен перед Феодоровской иконой Богородицы в Кылтовском Крестовоздвиженском монастыре. О нём тоже священник рассказал и посоветовал съездить туда. Но тогда, перед операцией, сделать этого не получилось, и я дал обет, если Господь оставит мне жизнь земную, то обязательно съезжу в этот монастырь, что и сделал несколько месяцев спустя после операции.

Непосредственно перед операцией было перебинтовывание ног. На одну ногу под бинт я положил Казанскую икону Божьей матери, а на другую ногу икону Луки Крымского. Я молился тогда: Господи, исцели меня, руководи рукою хирурга. Ради детей, чтоб они не были без отца, ради людей, ради моего города и района, ради моей страны, ради тех, кому я могу принести пользу.

Во время операции было видение или не видение, но как будто наяву я открываю глаза и вижу, как хирург, Антон Францевич Гун, делает операцию на моей голове. А рядом стоит он, Лука Крымский. Он сосредоточенно и внимательно смотрел на то место, где работали руки хирурга. Он следил за ходом операции. И я снова отключился. Но тогда у меня появилось полное спокойствие — все пройдёт нормально, он руководит руками хирурга.

Потом, конечно, было все. Сложное восстановление. Осложнения. Снова лечение. Но в сам факт благополучного исхода и полноценной жизни после такой операции не верили даже хирурги. И слова лечащего врача: «Да уж, Семён, погладил же тебя Господь по головке»…

Теперь я знаю, Господь оставил меня на этой земле. Ради детей, ради тех добрых дел, которые я могу сделать и ради той пользы, которую я должен принести окружающим.

10 октября 2017 г.

Резервация

Поздней осенью, когда холодный порывистый ветер напоминает о близости зимы, в парке одного небольшого российского городка на скамейке появился одинокий мужчина. Вскоре к нему присоединился еще один.

— Слушаю вас.

— Здравствуйте.

— Ну здравствуйте, перейдём к делу. Что хотели узнать?

— Прямо так сходу?

— Да.

— Так всё таки, мы одни?

— Нет.

— То есть, надо понимать, вы официально заявляете, что они есть?

— Официально и публично я ничего не заявляю. Просто ваше любопытство удовлетворяю… Искренне.

— Они здесь?

— Если вы имеете ввиду, бывали ли они здесь, то да.

— А сейчас в данный момент?

— Возможно.

— Контакт установлен?

— Да.

— И как много людей об этом знает?

— Немного. Очень немного. Тем, кому это необходимо по долгу службы.

— Но почему большинство не знает?

— Им лучше не знать.

— Но почему?

— Поверь, так лучше.

— Но это же нарушение прав…

— Не всегда.

— Вы не имеете права умалчивать!

— Это в благих целях.

— Благими намерениями мостится дорога в ад.

— Поверь мне…

— Поверить после того, как вы обманываете 6 миллиардов?

— Послушай! Хочешь правду? Я скажу тебе правду! Только потом пеняй на себя!, — приблизив свое лицо вплотную к собеседнику, — историю помнишь? Изучал?

— Ну да.

— Вспомни, что стало с индейцами, австралийскими аборигенами и многими другими коренными народами?

— Не понял.

— Не понял он… вымерли они! сдохли! а выжившие потеряли язык и культуру!

— Я так и не понял, причем тут…

— Ах! Ты не понял?! Мы здесь, на своем горячо любимом шарике под названием «Земля» аборигены. Застрявшие в развитии где-то в каменном веке.

— Мы?

— Да, мы.

— Но как же бурный 20 век? Космос? Компьютеры? Передовые технологии?

— Технологии говоришь? Мы не можем человека отправить на ближайшую планету, мы только пытаемся разобраться в собственном геноме, мы многого чего не понимаем попросту! Пока мы осваивали лошадей в последние тысячелетия, мир развивался.

— Они ушли дальше нас в развитии?

— Да… и намного…

— Мы защищаемся?

— Наоборот, они нас…

— Не понял?

— Что нужно сделать, чтобы спасти коренной самобытный малочисленный народ?

— Оградить?

— Правильно. Резервация.

— Так мы — резервация?

— Да.

…

— И что дальше?

— Дальше? Ничего.

— Что значит.

— Ничего. Пока мы не догоним их в развитии, так мы и будем резервацией. А любители от них будут летать сюда в поисках приключений и впечатлений.

— Впечатлений?

— Ну да. Зачем же еще авантюристы покоряют джунгли Амазонки?

1 декабря 2017 г.

Хранитель

Опыт в жанре Фэнтези.

Серые, мрачные тучи, низко ползущие с севера, затянули всё небо. Закат, играющий на западе в просвете туч яркими красками, лишь ещё больше сгущает наступающие сумерки. Пронизывающий холодный ветер поздней осени и ледяная крупа, посыпавшаяся с неба, заставляет одинокого путника на дороге, ведущей на север, прибавить шаг. Человек в традиционном одеянии Хранителя — длинном чёрном плаще с капюшоном — тянет за уздцы гнедую лошадь, груженную сумами и оружием, а рядом с ними идёт крупная серая собака, очень похожая на волка.

Через полчаса, когда солнце скрылось за линией горизонта, вдали появились огни постоялого двора, представляющего собой большое двухэтажное строение из красного кирпича и вмещающего под одной крышей жилые помещения для семьи Смотрителя, комнаты для проезжих, конюшни, баню, кладовые и подсобные помещения. Постоялые дворы стоят на всех дорогах Империи через каждые 20 миль, сильный мужчина пройдет это расстояние пешком за один летний световой день, а для остальных есть лошадь и другие средства передвижения. В других местностях между постоялыми дворами есть еще города и деревни, но здесь, вблизи Заповедного Мира, никто из Людей без нужды давно уже не селится, а остальным здесь тоже нечего делать.

***

Двести сорок семь лет назад появился этот Заповедный Мир. Как? Никто не понял. В один не очень прекрасный для человечества день занял он бескрайние малолюдные просторы между заселёнными землями, называемыми Великой Пустошью. Ранее в Великую Пустошь ходили лишь экспедиции учёных да охотников за пушным зверем, туда же сбегали беглые каторжники. На сотни и тысячи миль простиралась Великая Пустошь, много больших и малых рек протекало по её долинам, много болот и гор стояли там веками. Со временем люди заселили бы и Великую Пустошь, но видимо не судьба. В последнее столетие перед появлением Заповедного Мира люди начали строить города, распахивать земли, копать рудники уже в границах Великой Пустоши. Возможно, высшие силы не захотели допускать вмешательства человека в её пределы, а может быть и ни при чём была деятельность человека. Слишком глобальные изменения произошли в тот год, что даже с того года люди начали новое летоисчисление.

***

На стук в проёме массивной дубовой двери появляется невысокий, коренастый мужик лет пятидесяти с рыжими волосами и бородой в традиционном одеянии смотрителя постоялого двора: стёганая безрукавка поверх подпоясанной косоворотки и шаровары, заправленные в сапоги, на груди медный жетон Смотрителя с личным кодом — А021/7. Из-за Смотрителя выглядывает его полная супруга, укутанная в длинную цветастую шаль.

Седьмой уровень из двенадцати по Табелю, сказывается близость Заповедного Мира. Там, далеко на Западе, в нескольких днях пути, Смотрители только низших, первого-четвёртого уровней, на то они и Смотрители, они увидят всех и вся, применяющих Силу и увидят всех Нелюдей, но сделать они им ничего не смогут, они только обо всём сообщат куда надо. Новый Табель ввёл сорок шесть лет назад предыдущий Восьмой Император, который отличался стремлением всё привести в систему, часть его начинаний не получилась, но Табель оказался удачным.

— Хранитель? — в голосе Смотрителя нотки удивления и беспокойства, что вполне оправдано, последний Хранитель проходил по этой дороге больше месяца назад, как узнал на предыдущем постоялом дворе стоявший перед ним, — чем могу служить?

— Хранитель… сначала бы в дом пригласил, темно уже, и поприветствовал бы по форме, небось за месяц не забыл, как Хранителя встречать надобно, — сделав выговор, гость смягчился и перешёл к более насущным вещам, — ладно уж обойдёмся без официальной части, мне нужен ужин, ночлег, завтрак, и место вот этим, — указав на сопровождавших его.

— Извините, пожалуйста, никак не ожидал в такую погоду и так поздно вечером путника, тем более Хранителя. Проходите, милости просим, сейчас всё организуем, — открывая ворота, проговорил Смотритель, — лошадь в свободное стойло, разгрузить, распрячь, овса и свежего сена ей положь, и баню потом затопи, — даёт распоряжения Смотритель своему помощнику, по виду —сын. Лет тридцати, тоже коренастый, но выше отца ростом, а лицом похожим на мать, тоже достаточно высокого уровня, по всей видимости, его преемник на этой должности.

— Ужин готовь, комнату, — обращаясь к своей супруге. — Что желаете на ужин? — это уже к Хранителю, — есть борщ со свининой, гречневая каша с курицей, к чаю варенье любое и сладкие пирожки с малиновым вареньем.

— Что есть, то и давайте, только собака спать будет в доме.

— Конечно, конечно, не переживайте, как скажете, всё будет в лучшем виде.

***

Несколько часов спустя, после бани и ужина, Хранитель и Смотритель уединились в предоставленной гостю комнате.

— Ну, докладывайте, что происходит в округе? Кто по дорогам ездит? Часто ли Нелюди появляются? Кто?

— Да ничего экстраординарного не было. Я всё подробно пишу в еженедельных отчётах. Ничего не скрываю.

— Я с вашими отчётами не работал, вы мне своими словами сейчас можете рассказать?

— На прошлой неделе Баба Яга опять в ступе летала, поворачивала в сторону нашего мира, но я на крыльцо вышел, кулаком погрозил, посвистел, она развернулась и улетела к себе.

— Зарегистрированная?

— Да, живёт на моём секторе. Я уже не раз ходил к ней, предупреждения выносил, но ей всё как об стенку горох. Как взлетит, так ей всё равно куда лететь, лишь бы лететь.

— Регистрационный номер Бабы Яги?

— А021/45—234.

— Что ещё?

— Семья леших хотела уйти в наш мир, но я им от ворот поворот, теперь где-то возле моего дома поселились. Если не уйдут, тоже будут на моём секторе. По дороге постоянно кто-нибудь да шастает: то Кикимора, то Гномы, но в наш мир никто не сворачивал. Так пройдутся по дороге и обратно к себе.

— А Домовые у тебя как?

— Ничего, нормально. Им почти полноценный этаж внизу выделен. Там их большая семья, целых шесть штук. Молоко им в блюдце каждый день ставим, всё выпивают. Помогают иногда, то посуду хозяйке вымоют, то пол выметут. Шутить иногда любят, как то ночью кошке усы красивым бантиком завязали, нам смешно конечно, но кошке мало приятного, состригать пришлось. Иногда рисунки на стенах оставляют, так и не понял чем, воют иногда. А ещё напакостили месяц назад: половик домотканый в горнице лежал, утром хозяйка хотела выхлопать его, стала брать, а у него соединительные нитки аккуратно так разрезаны все, получилась одна длинная веревка.

Вдруг неожиданно перед собеседниками возникает полный мужичок ростом чуть больше метра, с густой, длинной бородой, закрывающей его грудь до пояса, одетый в темно-зелёные кафтан и шаровары и, сверкая глазами, выдает гневную речь:

— Половик разрезали?! А было за что! Не помнишь? Молоко он ставит. Можно бы и побольше молока давать, и хлебушка туда покрошить не мешало бы. Сам говоришь — семья большая, ещё и тебе помогаем, информируем обо всём, что узнаём. Штуками нас обозвал! О Небеса! До чего мы дожили! Штуки! Мы ему намёки, чтобы он нам больше еды давал, а он, нет чтоб прислушаться, так он кляузничает на нас самому Хранителю. Да я сейчас на тебя тоже жалобу накатаю! Слушайте, господин Хранитель! У Смотрителя А021 в доме не учтённый обладатель большой Силы живет и никто об этом не знает.

После этой триады домовой испаряется, а Хранитель поворачивается с немым вопросом к хозяину дома.

— Хм-х. Видите ли, тут такое дело, я вообще-то виноват, что сразу не сказал, — продолжил речь Смотритель, — Начну сначала. У моей жены была сестра, обычная женщина, без Силы, жила в городе, к северу от нас.

— Тот, который на берегу?

— Да, Десятый город-крепость по Внешнему Периметру. Она умерла полтора года назад. Так у неё остался сын, у него Сила есть. Она его почему-то не зарегистрировала, не знаю почему. И мы с женой приютили её сына. Теперь ему двенадцать лет. Он ещё не прошёл Обряд обретения Силы, но от природы в нём Сила большая, он уже сейчас сильнее меня. А что будет после Обряда?

— Почему не сообщили?

— Виноват, жалко было мальчишку, без отца и матери остался, думаю, хоть с тётей пока поживёт, всё родная кровь. Да и дома всё равно лучше, чем в вашей Школе, чтобы ни говорили.

— Виноват он, видите ли. Ладно, ведите своего, посмотрим, а на тебя я всё равно рапорт обязан написать, пусть наверху решают, что с тобой делать.

— Я бы к четырнадцати годам его всё равно зарегистрировал и Обряд бы он прошёл тогда.

— Сразу как узнал, ты был обязан известить, да и в Школу его уже отправлять давно пора. Тем более, сам говоришь, Сила в нём большая, когда его учить этой Силой пользоваться? Ты подумал об этом?

***

После появления Заповедного Мира Нелюди оттуда повалили в наш мир, и сразу выяснилось, что некоторые люди обладают способностью противостоять им, которая получила название Силы. Произошли первые стычки с Нелюдями, а они начали мстить: Драконы прилетали и выжигали целые города, толпы Упырей и Гномов, и многих других наводнили дороги, ведущие когда-то из Великих Пустошей. Хаос начался на просторах Империи.

Это уже позже было создано целое Министерство Заповедного Мира, на службу в которое в обязательном порядке отбирались все, имеющие хоть какую-то Силу. По всей Империи была создана система Смотрителей, в крупных городах и пограничных населённых пунктах были сформированы отряды Стражников, а обладатели самой большой Силы (с девятого по двенадцатый уровни Табеля) получили отдельный статус Хранителей. Хранители входят в Императорскую стражу, выполняют одиночное патрулирование территорий, выезжают на все более-менее крупные ЧП с Нелюдями, имеют право отдавать приказы отрядам Стражников, только Хранители наделены правом вести следствие по делам с участием Нелюдей. Есть ещё люди с так называемой Высшей Силой, которая находится за рамками Табеля, но их немного, всего двенадцать на всю Империю. Они входят в Совет Старейшин при Императоре. Один из них на постоянной основе находится при Императоре на должности Советника, трое возглавляют Школы, остальные возглавляют Министерство Заповедного Мира и его департаменты, в том числе Судебный. На территории Заповедного Мира в приграничных зонах были созданы три Школы, через обучение в которых стали проходить все обладающие Силой. Много позже было выяснено, что с помощью специального Обряда можно повысить уровень Силы, и с того момента все после обучения в Школе проходят Обряд, ещё позже после Обряда стал присваиваться ранг с первого по двенадцатый. Потом в соответствии с рангом становятся либо Смотрителями, либо Стражниками, либо Хранителями.

Двести семнадцать лет назад, или на тридцатый год Нового летоичисления, произошла Большая Война с Нелюдями, в результате которой все они были вытеснены обратно в Заповедный Мир, по периметру которого позже была построена дорога, опоясывающая Заповедный Мир, ставшая выполнять функции границы между миром людей и Заповедным Миром. На этой дороге были размещены постоялые дворы с семьями Смотрителей. Первоначально были планы построить гигантскую стену для защиты от Нелюдей, но это же тысячи миль, это ж сколько строителей надо, сколько материала, да и потом её надо будет ремонтировать. Да и полной защиты она бы не обеспечила: немало выходцев из Заповедного Мира умеют передвигаться по воздуху. От стены окончательно не отказались, но её возведение отложили на неопределённый срок. Люди же стали покидать земли вблизи Заповедного Мира, здесь остались только те, кто по долгу службы не имел права покинуть эти места и их семьи. А Нелюди просачивались сквозь установленную людьми границу, их вылавливали и выдворяли обратно, и так продолжается с переменным успехом уже второе столетие.

Причину появления Заповедного Мира за эти годы так никто и не узнал. Возможно, ответ скрывается где-то в глубине этого самого Заповедного Мира, но никто, из ушедших в разведку туда, обратно не вернулся. Откуда-то появились слухи, что в центре Заповедного Мира есть большой город, в котором живут руководители того Мира. А ещё говорили, что рядом с городом обширные территории занимают какие-то странные скалы, на которых селятся Драконы.

***

На следующий день рано утром постоялый двор покинули два всадника, Хранитель и отрок лет двенадцати, и медленной рысью продолжили свой путь на север. И только несколько человек и всеведующие боги догадывались какое будущее ждало молодого путника.

Накануне вечером, когда племянник Смотрителя предстал перед Хранителем, гость попросил его продемонстрировать свои возможности. В ответ мальчик, которого родители нарекли древним именем Драгомир, неуверенно пожал плечами и поинтересовался, каким именно образом он должен это сделать. Тогда Хранитель предложил ему вызвать домового.

— Старший Домовой этого дома, прошу тебя, выйди к нам, — произнёс отрок, как только он замолчал, из-за печи очень осторожно ступая вышел уже известный Хранителю персонаж, но в облике его произошло удивительное преображение: весь он был теперь смирение и послушание. Но обратился он не к Хранителю, а к Драгомиру, как будто он обладал большей Силой среди присутствующих.

— Слушаюсь и повинуюсь, — склонив голову, молвил Домовой.

— Мне ничего от тебя не нужно, тебя попросил вызвать Хранитель, — указывая на гостя, — ответил Драгомир.

— Можешь вернуться к себе, а хозяину этого дома я сделаю выговор за плохое отношение к тебе, — ответил Хранитель.

После этого Домовой, пятясь, скрылся за углом печи. А вечером начались и продолжились на следующий день рано утром сборы Драгомира в дорогу: дядя выделил две верховые лошади, для своего племянника и для Хранителя, который будет сопровождать его до Школы.

— Жалеешь о том, что покидаешь родной дом? — Хранитель первым нарушает молчание в дороге.

— Нет, это мне не родной дом. Мой дом там, — показав вперед себя, — мы сейчас идём в город, где я жил с мамой.

— Я знаю, но мы там будем только одну ночь, ночуем и повернём на восток, в сторону Заповедного Мира. Мне нужно довести тебя до Школы.

— Вы тоже заканчивали Школу?

— Конечно, все её заканчивали. Я даже учился в той же Школе, куда мы идём.

— Да? А их сколько?

— Три. Та, куда мы идём, называется иногда Западной, так как находится с запада от центра Заповедного Мира. Но официальное название у неё…

— И как там?

— Красиво! Архитектура зданий поражает. Помимо этого в Школе интересно будет, вас преподаватели научат пользоваться Силой, познакомят со всеми представителями флоры и фауны Заповедного Мира. Ты кого-то из Нелюдей уже видел?

— Первыми я увидел домовых, в доме, где мы с мамой жили, потом и в доме дяди. Часто Баба Яга летает, её вижу. Кикимору однажды видел, мы тогда в лес за грибами ходили. В прошлом году даже Упыря видел, в город наш приходил, но его быстро поймали.

— Больше никого не видел?

— Нет, вроде бы.

— Ну тогда тебе будет интересен сам путь в Школу после того как мы повернём на восток. Там ты многих увидишь впервые.

— А кто там ещё живёт?

— Про всех ты в Школе узнаешь, а пока про тех, кого увидим, я буду рассказывать.

— А Драконов мы увидим?

— По дороге до Школы скорее всего нет, они теперь редко встречаются, но ходят легенды, что в центре Заповедного Мира их много. Ты в каком возрасте понял про свои особые способности?

— В девять лет. Тогда я впервые увидел домового… А сколько лет нужно учиться?

— Лет пять. В твоем случае сложно говорить более точно.

— Это из-за того, что меня поздно зарегистрировали и отправили в Школу?

— Из-за этого тоже. Но не это самое главное. Самое главное, это твой уровень Силы. Люди придумали двенадцатиуровневую систему и примерно присваивают уровень. Мне присвоен десятый уровень. — о том, что фактически я сдал экзамен на одиннадцатый уровень, я не сказал ему, — а помнишь вчера сцену с домовым, он явно считает, что из всех присутствующих ты самый сильный. Но ты еще не проходил Обряд. После него уровень силы еще повышается обычно на один уровень.

— То есть, если предположить, что сейчас у меня одиннадцатый уровень, то после Обряда будет двенадцатый? Самый высший?

— Возможно. Пока загадывать не будем. Но этот факт не исключает особого образовательного процесса. По прибытии в Школу ты сдашь спецэкзамен, который поможет более-менее точно определить твой уровень силы. Потом уже будет строиться твоя образовательная программа.

— А что потом, после Школы?

— После прохождения Обряда и официального присвоения Уровня, в твоем случае это скорее всего, служба Императору в ранге Хранителя. А Хранитель когда даёт присягу, отказывается от семейной жизни и от много другого. Вообще у Хранителей много ограничений. Ты о них со временем узнаешь.

— Я не смогу жениться?

— Нет. Хранители отказываются от многого, не только от этого. И выбора у нас нет. Людей с нашими способностями мало. Службу несут все без исключения. И человечество не может иначе поступить. Семейная и личная жизнь отнимает слишком много времени от службы Императору. А нас слишком мало.

***

Еще вчера я отправил с почтовым голубем сообщение об обнаружении незарегистрированного обладателя высокой Силы, возможно, 11—12 уровня до Обряда. И о том, что домовые знают о его Силе. И сообщил, что буду действовать в соответствии с инструкциями, т.е. доставить в ближайшую Школу. Сейчас там должен начаться переполох. Потенциальные Высшие (все потенциальные Высшие впоследствии становились Высшими) обнаруживаются примерно один раз в пять лет. Последний был обнаружен шесть лет назад, сейчас он заканчивает обучение в Восточной Школе. Мало того, Нелюди (домовые) узнали о нем раньше нас. Роль домовых вообще непонятна, почему-то они селятся только с людьми, на то они и домовые, выполняют ли они разведку в интересах Нелюдей, так и остается невыясненным, но они одни из немногих свободно говорят на человеческом языке. Когда же их спрашиваешь о них, о Нелюдях, о Заповедном Мире, молчат.

Но лично моя судьба может круто измениться, есть традиция, по которой меня припишут в личные сопровождающие этого пацаненка. С перспективой стать его пожизненным ассистентом и охранником. Почетно, вроде как личный секретарь Императора, но меня не прельщает такая участь, буду ходатайствовать о другом назначении…

2015 г.

Пустырь

Пустырь в спальном микрорайоне… темнота поздней осенней ночи… два человеческих силуэта, сидящих на земле… хрип умирающих собак… усиливающийся вой сирены… подъезжает карета скорой помощи… вскоре за ней машина полиции… в свете фар медикам и полицейским предстало ужасающее зрелище… истекающие кровью и хрипящие собаки… много собак… не меньше десятка… и два окровавленных человека… один совсем еще подросток, молодой парнишка, лет четырнадцати, безумными глазами глядящими перед собой и зажимающим свои раны… второй — взрослый мужик, тоже весь в крови, даже больше парня измазан кровью, но взгляд осмысленный и спокойный… медики кинувшиеся было к нему, как самому кровавому получили краткий ответ: тому помогите сначала, я и сам справлюсь.

Полицейские в явном шоке обходили место побоища. Столько крови сразу многие из них видели впервые… Вызвали ветеринара, судмедэксперта и следственную бригаду. Постепенно стали подтягиваться любопытные из окрестных домов. Пришлось выставлять оцепление. Парнишку увезли в больницу, мужик после обработки ран от госпитализации отказался, но и не уходил. Да он и не особо пострадал, как оказалось, небольшие царапины, больше кровью измазан был.

Молодой, интеллигентного вида, следователь начал опрос потерпевших и свидетелей. Пострадавший парнишка был никакой, и пару слов не мог связать. Мужик же, несмотря на спокойствие, оказался немногословен: шел мимо, увидел как стая собак напала на парня, поспешил на помощь, раскидал их. Кто-то вызвал экстренные службы. Остальное вы знаете и видите. Если есть вопросы, готов ответить.

В итоге насчитали 12 собак, но жить им всем оставалось недолго. Вызванный полицейский кинолог, после того как обошел всё это побоище долго не верил глазам.

Разговорчивые бабки с соседних домов с подробностями передали своё видение ситуации, впрочем не отличающейся от версии мужика-волкодава, как его уже тут окрестили: был вечер, сидели на кухне/смотрели телевизор, в очередной раз громкий лай собак, тусующихся на пустыре. Люди привыкли уже. Но потом начался громкий и протяжный с хрипотцой вой. Один, другой, пока всё не смешалось в одну какофонию. Выстрелов не было. Естественно все к окну да на балконы повыскакивали. И в сумерках видели, как кто-то лежал в позе эмбриона на земле, а одинокая человеческая фигура вела бой с взбесившейся сворой.

Эксперт подтвердил. Огнестрельного оружия не было, как и холодного.

Вот теперь пришла пора испытывать шок всем оперативникам и кинологу в первую очередь. Он особенно горячо всех убеждал, что одному голыми руками такое не сделать. Масла в огонь подлил приехавший представитель муниципальной службы по отлову бродячих собак, опознав в трех крупных, уже мертвых, особей, которых они два года не могли выловить: хитрые, ловкие и везучие.

Естественно назрел вопрос — как? Который и был озвучен волкодаву. И опять же краткий ответ: жить охота было.

Из соседнего дома прибежал парень с видеозаписью побоища. Прямо тут же, в машине полиции её и посмотрели. Ну что сказать: темно… много собак. И один человек, от которого одна за другой отлетают тела собак… попал в кадр и разрыв пасти голыми руками, прямо как легендарный Сампсон, разрывающий пасть льва.

Самая крупная собака, как оказалась, весила почти пятьдесят килограмм. Открытая черепно-мозговая травма и множественные переломы: отправленная волкодавом в полёт неудачно приземлилась.

Теперь вопросов к волкодаву появилось еще больше. Тут же ему устроили допрос.

— Мы поражены вашей силой. Единоборствами занимались?

— Нет. Так, немного в спортзал ходил.

— На кинолога учились или работали с собаками?

— Нет. Никогда.

— Холодное оружие с собой было?

— Нет. Не ношу.

— Кем работаете?

— Работаю в отделе кадров.

— Всё бы кадровики так воевали. Зомби-апокалипсис нам бы не страшен был. Служили?

— Военная кафедра универа.

— Не. Ну я все равно не понимаю. Как?! Это не реально. Знать-то молился за вас кто-то сильно.

— На Бога надейся, а сам не плошай.

— Вы сами-то поражены себе? Или для вас это не впервой вот так разбрасывать свору?

— Такое впервой.

— А не такое?

— Жизнь сложная штука. А жить охота.

— Т.е. надо понимать, что опыт рукопашных боев у вас есть?

— Да какой опыт. Так. На ринге пара учебных поединков.

— Но тем не менее вы сегодня не удивлены…

— Всем привет, — распахивается дверь и в микроавтобус заходит дежурный офицер местного ФСБ, — я уж тут, пока к вам шел, наслышан. Ну и как успехи?, — обращаясь к следователю.

— Да никак. Вот видео, хочешь посмотреть?

— Конечно.

Включают снова запись видео…

— Говорит, не служил, единоборствами не занимался, работает в отделе кадров. А тут на видео прям какой-то Джеки Чан.

— Не, ну вы сильно-то его не пытайте. Ну тяга к жизни у человека большая. Наоборот бы большое спасибо сказали, парнишку защитил. Глядишь, костоправы его подлатают, до свадьбы заживет.

Волкодав же молча сидит и уголки губ выдают улыбку.

— Ты серьезно веришь своим словам? Ты сам-то смог бы так?, — в разговор встрял один из оперов, — я, например, прослуживший в свое время пять лет в ОМОНе в своих силах не уверен. Даже больше того скажу: я знаю, что такое взбесившаяся свора из дюжины собак, и окажись я на его месте, вы бы сейчас мои кости собирали по пустырю. Я, конечно, вижу видео и эксперту верю, что ни огнестрела, ни холодного оружия не было. Но это… это я не знаю. Нужно быть богатырем из русских сказок.

— Прям из русских сказок, — улыбаясь, — сказал волкодав. — Ну что, может не будем коллег пытать? — Обращаясь уже к фээсбэшнику.

— Да ладно, вали. Только не для протокола. Все равно ведь докопались бы.

— Позвольте представиться, майор ФСБ. Ранее служил в центре спецопераций. Сейчас под прикрытием. Надеюсь, что в протокол не будет занесено и за пределами этой ГАЗели никто и никогда не узнает.

Повисла гнетущая тишина, которую прервал следователь:

— Кх. Кхм. А что сейчас то делать?

— Да ничего. Официальная версия: напали собаки. Прохожий помог. По счастливой случайности ему удалось выжить. А то, что собаки невезучие были: то приземляются неудачно, то зевают широко до разрыва пасти, так это наруку ему сыграло. Свидетелей много. Видео есть. Все видели, что ничего противозаконного я не применял: из пулемета не стрелял, гранаты не бросал. Ну напишите уж, что занимался я единоборством каким-нибудь. Успехи хорошие. Вот тренировки помогли… Надеюсь, что теперь все вопросы разрешены и я могу идти… Эх, баньку бы сейчас. Да нормальную, деревенскую, а не то позорище, что в городах ставят. Ладно, контакты я оставил, они действующие. Звоните, если что. Пойду я. Устал я, если честно. Подвиги просто так не даются. И не попадайтесь стаям собак. А лучше их в приют вылавливать всех. И на цепь. Завтра на больничный уйду, как пострадавший. Отдохну от дел праведных. Не всё мир спасать. Отдыхать тоже надо. Всем пока.

В салоне, после того как за волкодавом захлопнулась дверь, повисла тишина и все смотрели, как в темноте растворилась ссутулившаяся фигура невысокого худощавого человека, встретив которого на улице, никто бы не подумал о его возможностях…

15 октября 2017 г.

Случай во дворе

Был сегодня свидетелем следующего эпизода: во дворе типовой пятиэтажки некая среднестатистическая женщина (среднего роста, среднего телосложения, непримечательной внешности, такая среднеинтеллигентная дама в спортивном костюме) выгуливала маленькую собачку. Есть такие миниатюрные декоративные собачки на ножках-спичках. Данный экземпляр был гладкошерстным русским той-терьером, размером меньше среднестатистической кошки раза в полтора. Здесь же во дворе вольготно прогуливался опять же среднестатистический серый кот.

Далее начинается самое интересное: хозяйка миниатюрной собачки начинает науськивать своего питомца на находящуюся во дворе кошку.

— Тузик, погоняй котика, — обращаясь к своему питомцу, произносит данная дама с собачкой. Её питомец после таких слов на своих ножках-спичках делает шагов пять в направлении «котика» и останавливается. Кот же спокойно и самоуверенно продолжает променад по двору, заметив движение какого то объекта в свою сторону краем глаза, он так важно и самоуверенно повернул голову и посмотрел на приближающегося той-терьера, и продолжил отшагивать по двору не меняя направления. Видимо приближающийся той-терьер на длинном поводке не относился в его понимании к опасным существам.

Однако хозяйка той-терьера на этом не остановилась: «Тузик, погоняй котика!» — вновь произнесла она. Всё повторилось: Тузик сделал пять шагов в направлении серого кота, а он всё также продолжая шагать по своим делам повернул в его сторону голову, посмотрел и спокойно продолжил движение по двору, после чего представитель подвида «Собаки» (вид Волк, род Волки, семейство Псовые, отряд Хищные, класс Млекопитающие) остановился, явно не зная что делать.

Но только не хозяйка: «Тузик, погоняй котика!». Всё повторилось в третий раз. Только закончилось всё тем, что после третьей остановки Тузика кот наконец дошёл до своей цели и скрылся из виду в кустах шиповника.

Более дама с собачкой не провоцировала своего питомца.

Что показалось мне самым интересным во всей этой истории, это то, что ни кот, ни той-терьер не произнесли ни звука.

20 июля 2014 г.

Святая гора

Дорога, петляющая между деревень и лесов, все ближе и ближе ведет нас к цели путешествия. Огибаем большое озеро и перед нами открывается вид на возвышающийся над равниной высокий одинокий холм, который, как короной, увенчан белым храмом с золотыми куполами. Сразу вспоминается термин — небожители. Но мы пока на земле и автобус петляет по деревням, разбросанным по округе. А осеннее солнце пытается рассеять остатки редкого тумана, которым окутаны окрестности. Проезжаем последний населенный пункт и сразу начинается подъем, сначала с небольшим уклоном, затем все больше и дорога начинает по спирали огибать холм…

Из остановившегося автобуса туристы расходятся в разные стороны, кто-то в храм, кто-то спускается к святым источникам, которых много по склонам горы. А кто-то приехал любоваться видом со Святой горы на окрестности… внизу земля скрыта дымкой остатков тумана, что придает еще большее сходство данного места с землей небожителей. Сильный пронизывающий ветер заставляет всех туристов вернуться к делам земным, кто-то поднимает капюшоны, кто-то достает шарфы, все пытаются сохранить остатки тепла на вершине.

Я же тут не впервой и одет тепло, поэтому достаю свой фотоаппарат и начинаю обход вершины в поисках интересных кадров. Именно за этим я сюда и приехал, за кадрами. Неоднократно я был тут и знаю, что можно получить особые кадры, но особо удача мне не улыбалась на вершине, близкой к небесам. Хорошие кадры были конечно, но ничего особого, все как у других. Богохульство, наверно, с моей стороны, вот так по святому месту ходить и искать, что где можно удачно сфотографировать.

— Фотограф, пойдемте за мной, не отставайте, скорее-скорее, — невысокий худощавый мужичок с рыжей тощей бородой в одеянии монаха больше смахивал на юродивого, как их изображают на картинках. Тем не менее, несмотря на внешнее отторжение, в его голосе чувствовалась твердость, которая заставила меня идти за ним. Монах молча привел меня в дом, стоящий на отшибе, и повел по лестнице наверх. Какие-то коридорчики, повороты и мы заходим в маленькую келью. Только тут спутник мой удосужился объяснить:

— Сейчас начнется, я вас уже видел раньше, вы особые кадры ищите. А здесь их только отсюда можно будет сделать. Все остальные уже приелись, тут ведь много ездят, фотографируют. И фотографируют все с одних и тех же удачных ракурсов. Вы смотрите-смотрите в окно, ловите момент, сейчас будет!

В это время справа, где на относительно плоской вершине плавный уклон вниз, порыв ветра заносит из низин туман и в это же время солнце, совершая свой путь по небу, под другим углом освещает храм и купола засияли золотым блеском. Вот оно! Он изначально был прав! Быстро включаю фотоаппарат и стараюсь сделать как можно больше кадров, под разными углами, насколько позволяли размеры кельи, с разным приближением…

Это длилось максимум пять минут, солнце, продолжая свой путь по небосклону, уже не освещало так храм, а занесенный ветром туман рассеялся.

Я не выдержал, и прямо в этой келье достал ноутбук и стал просматривать на экране получившиеся кадры. Он прав… Такого нет ни у кого… Храм, освещенный лучами утреннего солнца, стоял не на земле, а на облаках, ясных и чистых. Из облаков же росли и деревья. И все кадры получились удачными более чем…

— Почему вы показали именно мне? Разве я не нарушаю законы божьи, вторгаясь в святое место с алчными мыслями?

— Красота спасет мир, это говорили еще древние. В каждом из нас есть творческое начало, но не каждому дан талант увидеть прекрасное в обыденном и запечатлеть его в кадре. Иди и используй свой талант на благо людей…

22 сентября 2016 г.

Сегодня была война…

«Вновь уходят ребята, растворяясь в закатах…»

Олег Газманов.

Туман застилает окрестности, из-за этого всё приобрело призрачные очертания. Лес, растворяющийся в молочной дымке, и поля, в ложбинах которых как будто собралась квинтэссенция туманной сущности, мелькают в окне. Снег ещё встречается местами, а в большинстве низин стоит вода.

Ранние весна и утро. На пустынной дороге едет одинокий микроавтобус, в котором шестнадцать пассажиров, девять мужчин и семь женщин. Всем около 30 лет. И молчаливый водитель, худощавый мужчина предпенсионного возраста. Пассажиры друг другу не знакомы, сегодня большинство из нас видятся впервые. В ближайшее время нам предстоит быть единой командой и попытаться выжить… и выполнить поставленную задачу… Хотя выполнение задачи стоит поставить на первое место, но для этого нужно выжить…

Я открываю свой ноутбук и пытаюсь, изучая анкеты на сидящих передо мной, представить для себя тех, с кем мне придётся работать.

Наталья Николаевна, позывной «Никита». Был когда-то фильм с главной героиней, завербованной спецслужбами и с таким именем. 33 года. Не замужем. Дома остался ребенок, девочка 6 лет. Осталась у бабушки. Невысокого роста, худощавая, угловатая, смуглая, темноволосая. Молчаливая. Смотрит в окно. Водительское удостоверение категории А, В, С, D, E. Все категории, неплохо. Летное удостоверение пилота начального класса. Тоже неплохо, не у всех оно есть. Оружие: обычное стрелковое. Курс снайпера, курс сапёра, курс наводчика, курс первой медицинской помощи, курс рукопашного боя, курс спецподготовки десантника (с больших высот), курс управления подразделением и гражданский вуз по специальности «государственное и муниципальное управление»… Так вот кто мой зам. Хотя я бы выбрал другого из сидящих передо мной. Но выше решили так, хотя она не производит впечатление командира. В мирной жизни 7 лет. До этого 8 лет службы. Это много, намного больше, чем у большинства.

Много-много лет назад, ещё в самом начале XXI века, когда стало ясно, что мирным наступивший век явно не будет, в недрах минобороны созрел план подготовки особых людей резервистов, фактически высококвалифицированных спецназовцев, но глубоко засекреченных и отпущенных на вольные хлеба в мирную жизнь и рассеянных по России, но при необходимости встающих под ружье за считанные часы и чуть раньше основной мобилизации. Отобранных брали на военную службу и обучали, но их военные билеты оставались чистыми. Для родственников они уезжали в другой город на заработки и учёбу, благо возраст большинства — 16—22 лет играл на руку такой легенде. Они и правда заканчивали параллельно гражданские вузы заочно, их отпускали на сессии…

Надежда Андреевна, позывной «Кадык». Странный позывной. 36 лет. Замужем. Двое детей, 7 и 5 лет, остались с мужем. Тоже худощавая, но среднего роста, или даже чуть выше. Светлорусые волосы, даже больше на блондинку походит. Водительское удостоверение категории A, B, C, D, E. Механик-водитель универсал… любым танком или БТРом может управлять. Курс альпинизма, инструктор сплава по горным рекам. Курс рукопашного боя. Также курс спецподготовки десантника. Оружие: обычное стрелковое и спецобразцы, курс сапера, курс первой медицинской помощи, курс связиста. Гражданский вуз по специальности «информатика». 8 лет на гражданке, и 10 лет там… Представляю шок супруга сегодня ночью, когда его благоверная начала сборы на «тропу войны»… Мы вообще-то до сегодняшнего дня никому не должны были говорить о нашей жизни там, в учебных центрах минобороны и периодически выполняемых заданиях… А сегодня уже можно, тянуть дальше некуда, война всё спишет…

У самого сегодня дома творилось нечто невообразимое, крики, ахи, причитания и песня «Прощание славянки»…

Максим Ярославович, позывной «Макся». 36 лет. Женат. Двое детей, 10 и 8 лет, остались с супругой. Крупный, даже полный, небритый, короткая стрижка светло-русых волос. Водительское удостверение категорий A, B, C, D, E. Механик-водитель универсал. Механик-водитель плавсредств 1 класса. Оружие: обычное стрелковое и спецобразцы, тяжелое стрелковое… пулеметы, гранатометы и минометы. Курс оператора-наводчика боевых машин. Курс сапера, курс первой медицинской помощи. Курс рукопашного боя. Курс спецподготовки десантника. 10 лет службы и 11 лет на гражданке… Это что? Он с 15 лет там? Первый раз такое вижу. Но как? Наверно, у всех, кто прошел эти спеццентры есть скелет в шкафу…

Анна Павловна, позывной «пулеметчица». 26 лет. Не замужем. Детей нет. Наверно, самая молодая из наших. Девушка модельной внешности, к которой можно подобрать только одно определение: «няша». Худощавая, длинные ухоженные светлые волосы. Сидит с сосредоточенным видом срезает длинные ногти. Маникюр красивый… был… Дорого, наверно, стоил. Интересно волосы тоже срезать будет? Водительское удостоверение категорий A, B, C, D, E. Механик-водитель универсал. Летное удостоверение пилота высшего класса. Хм. Мы и летать можем на всем, что летает. Оружие: обычное стрелковое и спецобразцы. Примечание: в совершенстве владеет оружием. Хм, это интересно. Курс рукопашного боя. Курс спецподготовки десантника. Курс оператора боевых информационных систем и средств связи. Короче, оператор боевых роботов. Курс первой медицинской помощи. 6 лет там и 4 на гражданке… Попала в нашу систему в 16 лет. Закончила гражданский вуз на факультете иняза. Свободно говорит на английском и французском языках.

— В интернете уже выложили, что повсеместно происходят множественные взрывы в воздухе и на земле. На Дальнем Востоке взорвался нефтеперерабатывающий завод. Идет тушение пожара. Где-то возле Санкт-Петербурга идет активная стрельба и взрывы. По сообщению на сайте Министерства Обороны войска приведены в боевую готовность и выдвинулись из мест постоянной дислокации, средства ПВО активно работают на отражении атак противника.

— Ага, а в 6.00 по московскому времени выступит президент с обращением к народу и объявлением войны и первого этапа мобилизации. Но мы, как и многие другие тысячи будем уже работать…

— Где?

— А я знаю? В самолёт сядем, потом десантируемся…

— А оружие?

— Перед посадкой получим.

— А пристрелять?

— Некогда, сам понимаешь, время сейчас не только деньги, но и жизнь… Пока летишь сверху, пристреливай.

— Ага, пристреляешь его в полёте.

***

Сегодня, после официального объявления мобилизации в нашем маленьком городе будет и парад, и патриотические песни, и речи с высокой трибуны… Наверно, выступит и этот маленький, худощавый белобрысый мужичок, который уже много лет в нашем городке отвечает за мобилизацию. Про таких говорят: метр с кепкой. Его и не воспринимал никто всерьез, какая мобилизация? Всеобщая мобилизация, как и большая война была почти век назад… Были конечно и учения, были и привлечение мобилизованных на ликвидацию стихийных бедствий… Но все прекрасно понимали, что это не всеобщая мобилизация, и надеялись, что она вряд ли будет вообще. Но час X пробил, война и мобилизация будет объявлена сегодня в 6.00 по московскому времени… Всё будет… Мобилизованных соберут на площади и отправят в учебные центры… а мы будем уже далеко… мы уже практически готовы… здесь и сейчас… где-то уже идут военные действия, а страна спит, последним мирным сном… А у мужичка этого белобрысого сегодня будет тяжелый день… Он и встал похоже намного раньше нас… Я и не думал, что он вообще в курсе этого проекта… Какого же было моё удивление, когда сегодня ночью на обозначенном месте сбора в нашем городе нас встретил он… хотя в принципе… логично… он же отвечает за мобилизацию… Он посадил нас в микроавтобус администрации, каждому вручил пакетик с пирожками «на дорожку»… так и сказал… хотя где он среди ночи за полчаса умудрился достать их на шестнадцать человек? Пару лет назад ходил к нему по работе, так он еще тогда, наверно, знал, кто перед ним стоит… Но он молчал, он даже в разговоре не дал ни единого повода заподозрить о том, что он знал, а знал он про нас много, судя по документам, которые есть в этом ноутбуке, который он отдал мне перед отправкой… Такая работа у него неблагодарная, знать и молчать, и всю жизнь терпеть насмешки, типа твоя должность ни к чему — анахронизм… Но тем не менее работать и быть готовым всегда… Учитывая, что нам давалось полчаса от приказа до сбора… а он нас уже встречает с транспортом и пирожками… ночью… А сегодня ему предстоит ещё много работы… По сути теперь, на период мобилизации он в нашем маленьком городке Бог и Царь в одном лице… Всё для него и для мобилизационных мероприятий… Но об этом пока даже мэр не знает, утром узнает, а пока пусть спит спокойно, день тяжёлый будет…

***

Дети, стоящие на коленях в парке, с нескрываемой радостью кормящие голубей с руки.

***

Молодая парочка на лавочке у пруда, смотрящая друг на друга влюбленными глазами.

***

Счастливый дедушка, присевший и распахнувший объятия в ожидании бегущих с веселым смехом навстречу ему маленьким внукам.

***

P. S.

Цените мир.

Цените мгновения счастья.

Успевайте жить и любить…

2016 год.

Преданный

Какая-то очередная деревня у трассы. Кафе, гостиница, общественный туалет, стоянка рейсовых автобусов… Дождь, идущий уже не первый день, превратил площадку для транспорта отдыхающих путников в пейзаж наподобие карельских озер. Холодный ветер с изморосью вовсе не вызывает желания покидать прогретое чрево автобуса, но затекшие от долгого неподвижного сидения ноги и спина радуются небольшой возможности размяться. Ветер совсем уж холодный, видимо осень и зима не за горами… На предыдущей стоянке было вроде бы теплее… как будет на следующей?

На следующей остановке я уйду… Перевернется очередная страница и все начнется с чистого листа. Пятого? Да, пятая моя жизнь… Я благодарен судьбе за то, что последняя страница моей жизни длилась целых четыре года. Целых четыре года спокойной жизни рядового обывателя с любимой и любящей девушкой. С походами в театр и кафе, прогулками в парке и посещением экстрим-парка, с совместным просмотром комедийных фильмов под одним одеялом зимними вечерами… комедии вызывали у неё весёлый смех, а я любовался её весёлым и как будто детским, искренним смехом. Надюш, ты меня не простишь никогда… за то, что вчера утром ты проснулась в опустевшей квартире… я уже был далеко, а в твоей квартире не осталось ни моих вещей, ни моих документов, вообще ничего, чтобы напоминало обо мне, как будто я был твоим сном… Всё, что тебе осталось в память обо мне, это ремонт в квартире, который мы вместе делали и мебель собранная нами под песни Веры Брежневой и Фабрики, и бытовая техника купленная нами, и золотая цепочка с кулончиком, которую я купил однажды, когда мы гуляли по магазинам, еще на кухне остался стоять букет цветов, купленных мной пару дней назад. Ну и другие разные приятные мелочи, которыми я баловал тебя, типа домашних тапочек со смешной мордочкой или мягким белым медвежонком с которым ты часто спала в обнимку. И листок бумаги на холодильнике с короткой фразой: «прости… я не мог поступить иначе»…

Почему!? Почему!? Почему!? Гудок водителя автобуса… посадка и снова дорога, снова мимо мутного окна в потоках воды снаружи и запотевшего изнутри мелькают начавшие желтеть деревья… Почему у меня такая жизнь? За что? Чем я провинился перед небесами?

За что Наде такой удар судьбы? За что? Ведь хорошая девочка! Искренняя, в меру наивная, и пробивная как терминатор, если это необходимо… В восемнадцать лет открывшая с нуля свой бизнес и устоявшая на плаву в кризисные годы. Выгонявшая лично из своего магазина алкашей и показывавшая двойную выручку, чтобы с честными глазами начислить двойную зарплату своей продавщице, которую бросил с детьми муж. Нет, вы представляете молодую эффектную блондинку за рулем белой иномарки лично регулярно ездившей в дом престарелых поздравлять всех бабушек и дедушек с праздниками? Я думал, что таких уже нет в нашем мире…

Я — пёс! Я — собака! Преданная и верная хозяину. По свисту срывающаяся с места в галоп. И оставляющая в прошлом уютную будку и зарытые возле неё на черный день кости… и в любую непогодь уходящая за хозяиным в лес. Почему!? Почему существует государство и его всесильные спецслужбы?! Почему они отобрали меня у самого себя?

Кто сигналит такое место? Как будто папе римскому дорогу прощищают… Надя? Белая Хёндай резво уходит на обгон и тормозит перед автобусом, заставляя его уйти на обочину и встать… Надя… Выходит и с решительным видом встает перед дверцей автобуса… Надя… Недооценил я тебя… Золото ты, а не блондинка…

Выхожу… за мной закрывается дверца автобуса и он, подождав для приличия пару минут, уходит. А мы стоим под дождем и на ветру… и молча смотрим друг на друга… Она не выдерживает первой:

— Так и будем молчать?

— Как ты меня нашла?

— Что? Удивлён?

— Очень. Всё-таки как ты меня…?

— Есть женщины в русских селениях, — произносится сильным голосом, выразительно, с расстановкой.

— Садимся, поехали, не хватало еще, чтобы мы простыли.

Молча садимся, и она, развернув свою ласточку, на скорости помчала в обратном направлении.

— Куда едем?

— Обратно, там только что была остановка, в кафе поговорим, нам о многом нужно поговорить.

— Ты вообще как меня нашла?

— Наверно, в сложившейся ситуации ты должен ответить на мои вопросы, уверяю, их немало.

Я решил молчать, жду вопросов… Но их пока нет… Мы цивильной парой зашли в кафе, заказали чай с пирожным и сели у панорамного окна в углу. Играем в молчанку.

— Я отвечу на твой вопрос. Найти тебя было не просто. Я заявила в полицию. Сначала тебя искали, к вечеру решили, что ты ушел в запой и попросили подождать твоего возвращения. Но только не я. На мои призывы и мольбы прятали глаза. Тогда я поняла, что не всё так просто и повела в бой тяжелую артиллерию. Я пошла на работу к своему крёстному и троюродному дяде. И сказала, что пока я не узнаю всё не уйду из кабинета. А крёстный мой работает…

— И кем?

— Начальником отдела ФСБ по нашему району…

— Всё понятно теперь.

— Он долго молчал и упирался…

— Нашла коса на камень… так что он сказал?

— Дорогу, марку и номер автобуса… и время.

— Дальше?

— Дальше дело техники.

— И что теперь?

— Теперь я жду объяснений!

— Я не имею права что-то объяснять…

— Звони и спрашивай разрешения говорить!

— Я буду звонить только в случае ЧП.

— А сейчас не ЧП? Наверно, ты из графика выбьешься?

— У меня есть запас.

— То есть ты собираешься молчать?

— Не разглашать, это разные вещи.

— Хм.

— Если я на тебя нападу, это будет считаться ЧП?

— Нет.

— А если… м-м… я разобью стекло, приедет полиция, я устрою истерику?

— Я поеду дальше на попутке.

— Вот не пробиваемый!

***

Звонок на Надин телефон прервал наш разговор…

— Да — … — догнала — … — никак, молчит — … — не хочет — …

— С тобой хотят побеседовать, — с этими словами Надя протягивает свой айфон.

— Да.

— Ну день добрый, — голос Николая Ивановича, начальника районного отдела ФСБ.

— Добрый.

— Расскажите уж друг другу всё, вам же лучше будет.

— Прям всё с самого начала?

— Да, да, время есть ещё, и дальше вместе езжайте… на задание… за бизнесом Нади присмотрят тут… Всё, отбой… — гудки…

— Ну и?

— Сказал, чтобы мы друг другу всё рассказали и дальше вместе ехали… У тебя, видимо, тоже есть, что рассказывать?

— У всех есть скелеты в шкафу…

— Не пугай скелетами…

— Это образно…

— Ага, только слишком зловеще это прозвучало из твоих уст.

— Не переживай, все живы…

— Ну и на том спасибо… Может быть спокойно поедим и поедем, ехать долго, и расскажем всё друг другу?

— Согласна…

***

Через полчаса мы мчались вдогонку ушедшему автобусу…

— История эта началась много лет назад, тогда мне было семнадцать. После школы я в нашей районной прокуратуре взял направление в институт прокуратуры и уехал поступать… Поступил… Начал учиться… Приехал на каникулы к родителям… — долгая пауза, — что заставило меня той ночью проснуться и выйти бродить? Душный воздух? Предчувствие беды? Той ночью семью соседа, начальника районного ОБОП, растреляли… а наш восьмиквартирный дом послевоенной постройки с уютным двором подожгли… короче, сгорели все… какое чутье заставило меня не выйти из кустов к пожарным? Пропрятавшись двое суток и проголодавшись я ночью пришел на дачу к Николаю Ивановичу…

— Он уже тогда был начальником ФСБ?

— Да, мы с соседом, тем самым обоповцем, как-то заезжали к нему на дачу, я в машине сидел, а он ходил к нему по своим делам… Я вышел к Иванычу из-за кустов уже в сумерках, он что-то в огороде еще делал… Сказать, что у него был шок, это не сказать ничего, но мужик крепкий, совладал с собой, понял что мертвые не ходят, а только живые… Мы с ним всю ночь пробеседовали, а рано утром, еще до рассвета он увез меня в глухую деревню, где когда-то жила его бабка… Потом меня оформили одним из первых в области по программе защиты свидетелей… На основе моих показаний повязали всех, кто участвовал в бойне, я их узнал, знакомые были… Был суд, их осудили и отправили на пожизненное… были конечно и экспертизы, и обыски, и оружие их нашли и много чего, доказательства получились неопровержимые… но начало положил я…

По программе защиты свидетелей мне выдали новый паспорт с новыми ФИО и биографией, как будто я сирота, воспитывался бабкой, бабка умерла, а я уехал из деревни в город. Пристроили меня в институт внутренних войск, там казарменные условия, как в армии. Начал учиться… Надо сказать, что студенты таких вузов участвуют в обеспечении порядка, стоят в оцеплении на массовых мероприятиях, участвуют в оперативной работе и многом другом… м-м… как бы сказать… много лет назад была развита инфраструктура девочек, стояли они открыто на улице, свои услуги предлагали… место у них в городе было… в центре… нарицательным стало «красные фонари» … даже обсуждалась идея фонари уличного освящения сделать красными в этом месте… покровители были у них высокие… короче бороться как-то нужно было… оперативная разработка только три года шла… кому-то нужно было ходить с подставой, с мечеными купюрами пользоваться их услугами… много работы… привлекали и студентов МВД… привлекали и меня… после нескольких контрольных закупок нас стали пасти крепкие молодые люди, ладно я в казарме жил на казённом, а так за ворота уже не выйти было уже без сопровождения… было принято решение устроить ДТП перед воротами казарм со смертельным исходом… короче опять же по программе защиты свидетелей дали мне новый паспорт, новое имя и отправили в другой город…

Там я доучился уже на юрфаке, опять по той же легенде сироты жил, устроился в юротдел в крупную компанию… вроде бы спокойная жизнь пошла… пока не появился Николай Иванович на горизонте с неким еще одним служивым… если кратко, то предложили снова поработать на благо родины… кого-то из администрации губернатора они обрабатывали за превышение полномочий и служебный подлог, там в итоге много чего было… подал я заявление на устройство на работу в администрацию, приняли, там поработал, материалы собрал, повязали их, а меня решили перепрятать, так я оказался в вашем городе уже с четвертым именем…

— А какое у тебя настоящее имя?

— Честно?

— Да.

— Пока я не готов ответить честно, слишком много лет прошло, слишком долго я им не пользуюсь…

— Ладно.

— Четыре года относительно спокойной жизни, занимался частной юридической практикой, как опытного внедренца меня стали привлекать на разовые задания… именно этим объясняются мои командировки на несколько дней в суд, не суды там были… сейчас очередная командировка… сложная комбинация… нужна напарница… хотели кого-то из органов приставить на месте, но раз сказали ехать вдвоем, то, видимо, решили переиграть, тебя тоже использовать… вот поэтому мы теперь снова вдвоем, и не думай, что тебе за красивые глаза сказали про автобус, на котором я еду, Иваныч не тот человек, его этим не прошибешь…

— Так значит не за красивые глаза? А моего мнения кто-то спросил?

— Ты ж добровольно поехала, тебя никто не принуждал…

— Ага, добровольно… испарился как призрак… Кстати, почему ты раньше говоришь, что ездил на задания и говорил мне, что командировка, а сейчас испарился без предупреждения?

— Не хотел говорить… новое имя будет после этого задания, новые документы… нельзя оставаться живым после такого… заявление о моей пропаже ты уже написала, потом какой-нибудь труп спишут на меня и похоронят… четвертая могила моя будет… я, кстати, на все свои могилы изредка езжу… неважно, кто там лежит вместо меня, но благодаря им всем я жив, и кроме меня некому вспомнить о них… интересно все-таки, кто там сгорел в родительском доме… там количество трупов изначально совпадало с количеством проживающих… ни у кого и мысли не возникло искать кого-то живым, а тут я объявился… только потом никак не смогли вычислить чей же там лишний труп оказался… так и похоронили вместо меня… Так ты про себя расскажешь?

— Расскажу…

— Ну и?

— Семья у меня была неблагополучная, Николай Иванович вытащил, он же и в церковь привел, он на самом деле крёстный мне, только никакой не родной дядька. Он мне и сказал, хочешь чего-то добиться в этой жизни, а не сгинуть гавном, так и сказал, трудись! Трудись и работай! Только не самой древней профессией… Работай над собой, над своими страхами и сомнениями! Боишься чего-то? Клин клином вышибают! Паши как вол и всегда будь человеком! Хочешь крутую тачку? Паши 24 часа в сутки и семь дней в неделю! Никаких тебе выходных и проходных! Хочешь остаться человеком, всегда помогай тем, кому хуже тебя! И не жди, что тебе кто-то поможет! Никто не подарит тебе дом и дорогую тачку! Никто не будет бриллиантами осыпать… В восемнадцать лет открыла ип, начала торговать, поступила параллельно на заочку на менеджмент… выучилась… открыла отдельный магазин, сейчас продавцы торгуют…

— Где он тебя выцедил?

— В бани пошла массажисткой устраиваться… малолеткой… не дошла, можно сказать, перехватил Иваныч… Я ведь у него почти три года на даче до совершеннолетия сторожем и садовником работала за тарелку супа и крышу над головой… Хорошая школа жизни…

— Не сомневаюсь…

— Они с женой меня стирать учили, супы варить, за курами ходить, баню топить… он меня и единоборствам учил… так и сказал, за свою честь нужно уметь постоять… особенно в нашем мире…

***

Еще хочу рассказать про одного знакомого: он у Иваныча соседом на даче был. Как он там оказался? Ума не приложу. В кооперативе, который еще с советских времен был только для милицейских и судейских. Говорили, что с советских же времен он там… Хотя полная противоположность… Матерщинник жуткий, мат-перемат, психованый временами, нигде не работал, постоянно пьянки, постоянно с бомжами и блатными общался, на эту же дачу их постоянно водил. Представляешь? Милицейский кооператив и на одной даче весь этот сброд шатается. И самое интересное, соседи особо не возражали против такого соседства, так дома с домашними могли сказать, что опять шумят. И еще интересно: этих его гостей никогда не ловили. Нет, если они где-то попадутся, то к ним применялись соответствующие меры, но их никогда не вылавливали после посещения этой дачи. Кстати, сосед этот почти круглый год жил все на даче своей. Но и гости его, эти все бомжи и блатные, к чести их сказать, всегда обходили наш кооператив стороной, даже краж не было никогда. Я его боялась, конечно, сначала.

Помню, молодая была ещё, до совершеннолетия, когда жила одна на даче у Иваныча, он зимой меня одну там оставлял, собралась опять у этого Михалыча компания, баню истопили, после бани стали голые здоровые мужики выскакивать на мороз. А я как раз в огород выходила, ну один увидел меня и пошел напрямик босиком по снегу, снегом уже земля припорошена… идет на меня голый… а я растерялась… короче этот Михалыч уже почти возле меня этого голого догнал, в снег повалил и давай его хлестать какой-то вицей, хотя тот был намного крупнее его… так его «обработал», что обратно он шел весь в красных полосах, в соплях и крови, до сих пор помню красный след на белом снегу… С тех пор мое отношение к Михалычу изменилось… А потом, однажды зимой, когда у меня заканчивались продукты, а Иваныч не мог приехать, этот Михалыч молча приходил и оставлял мне большой пакет с продуктами… он вообще по жизни либо в словесный поток срывался, либо молчаливым был… так мы как бы подружились… если это можно назвать дружбой… Если болтливость на него находила, то он все хихиханьки да хахаханьки, шутки были разбавленные густо ненормативной лексикой…

Еще когда в первый год открыла ип, столько забот было, налоги, аренда, разборки с недовольными покупателями, короче однажды не выдержала, распсиховалась, приехала из города на дачу, дверью хлопнула… а он понял… пришел и сказал: пошли за мной… увёл меня в лес, костёр развёл, термос с чаем достал, пирожки… поздняя осень была, лес красивый, жёлтый… костёр… меня, естественно, прорвало, я по бабски, сбивчиво начала всё рассказывать, про родителей, про Иваныча, про дурацких покупателей, про камеральную проверку, перескакивая с пятого на десятое… а он молча слушал, да подкладывал ветки в костер… мы с ним всю ночь в лесу просидели, а на утро я уехала в город посвежевшей… ни один психотерапевт, наверно, так бы не помог…

Когда началась война на Донбасе, он уехал добровольцем, хотя раньше я никогда не замечала за ним политических предпочтений, он вообще эту тему никогда не затрагивал. Через год вернулся, позвонил, попросил встретить его в аэропорту. Я естественно сорвалась и поехала. А он меня повёл в аэропорту в ресторан. И там началась исповедь настоящего бойца, солдата, мужчины…

— Жену и двоих детей зарезал вернувшийся из мест отдалённых посаженный им бандит, а работал он очень давно следователем в милиции. С тех пор разочаровался в жизни и спился, а когда отвернулись коллеги, к нему пришли недавние враги, они помнили его честность и доброту на службе, и простое человеческое уважение к ним… Бандита того нашли вскоре зарезанным, говорили, что блатные свой суд вынесли… А в Донбасе жила сестра и найти он её не может… и поедет снова…

— Откуда? Я ему рассказываю, а он…

— А я слушаю… и вспоминаю… соседи же, вечная память…

— Почему?… память?…

— Погиб он полгода назад… Ты, видимо, не знала… говорят, много добра сделал… многим помог… знающие люди к нему ездили за советом… надеюсь, ему там все зачтется…

Продолжение следует…

лето 2016 года.

Понятой

— Здравствуйте, я — оперуполномоченный УБЭП, мне нужен понятой, для проведения обыска, — резко вошедший в мой кабинет молодой человек в кожаной куртке и короткой стрижке не очень уверенными движениями, одновременно пытаясь удержать кожаную папочку, раскрыл удостоверение в красной обложке.

— Сколько вам надо?

— Да это не долго, минут пятнадцать, подписать и всё, — пытаясь говорить скороговоркой и с улыбкой, ответил молодой оперативник.

— А сколько вам человек надо?

— Одного, одного понятого мы уже нашли, ещё одного надо, поедемте.

— А кто там? Где обыск? Крутые? Ничего мне не сделают?

— Да нет. Это тут недалеко, я вас привезу и увезу. Ничего такого.

— Ну ладно, поехали. Уговорили.

На ходу застёгивая куртку, я старался не отстать от проворного опера, ходил он тоже быстро, его движения были в чём-то сходны с его речью скороговоркой. Возле крыльца стоял «уазик» уже с надписью «полиция» (а действие происходило вскоре после переименования «милиции» в «полицию»). Оперативник, сев за руль, изнутри открыл мне дверь на заднее сиденье и, смущенно пробормотав что-то вроде «извините, я сейчас», принялся усердно какой-то тряпкой стряхивать сор с сиденья, после чего жестом пригласил меня сесть.

Несмотря на то, что ехать нам было до соседнего дома, оперативник решил использовать вездеходные возможности служебного автотранспорта и поехал напрямик через небольшой пустырь.

Остановив машину во дворе, опер предложил последовать за ним, и мы пошли к одному из подъездов, где на крыльце стояло несколько крепких мужчин в штатском с непримечательной внешностью. После краткого диалога между встречающими и сопровождавшим меня оперативником, из которого следовало, что приказ он выполнил, понятой в лице меня найден и доставлен, мы вошли в подъезд. Быстро поднявшись на второй этаж, мы зашли в квартиру, железная дверь которой уже была открыта настежь. В прихожей квартиры мы все сняли обувь, — всё-таки сотрудники правоохранительных органов снимают обувь, когда работают на квартирах своего контингента, — подумал ещё тогда я и вспомнив фильмы. В окружении сотрудников мы прошли в комнату, которую позже хозяин назовёт залой.

Там нас ждали. Следователь — спокойный молодой человек с приятными чертами лица, производящий впечатление представителя интеллигентной профессии и выделяющийся от других присутствующих более светлыми тонами в одежде. Понятой — маленькая пожилая женщина с глубокими и частыми морщинками на лице, в её одежде и внешности преобладал красный цвет. Хозяин квартиры — мужчина лет 30 — 40, среднего роста, в руке держал кружку с кофе.

— Здравствуйте, понятые. Я, следователь, сейчас буду проводить следственное действие — обыск. Я должен вас предупредить об уголовной ответственности за разглашение данных предварительного следствия. Ознакомлю вас с сутью дела: в Nском районе Nской области была совершена кража имущества со склада ООО «Сервис-Ойл». По поступившей оперативной информации причастность к совершению данного преступления имеет гражданин Михайлов Михаил Андреевич, 1974 года рождения, проживающий по адресу: город N, улица Садовая 28, квартира 22. Следователь следственного отдела СУ СК при Nской области обратился в суд с ходатайством о проведении обыска. Судом ходатайство было удовлетворено, было вынесено постановление о проведении обыска. Вот оно, все желающие могут ознакомиться с ним. Приступаем.

Только теперь, наблюдая за действиями оперативников на обыске я имел возможность рассмотреть их внимательно.

Особенно обращали на себя внимание двое (они и держались вместе, а точнее до официального начала обыска просто со спокойным выражением лица и безразличием к происходящему сидели рядом на диване): один из них был помоложе, лет сорока, может быть даже меньше, ростом выше среднего, худощавого телосложения с небольшой головой и неприметной внешностью; другой же был постарше, лет пятидесяти и пониже ростом, полноватый и несколько угловатыми чертами лица. Практически вся работа по обыску легла на них. А сыскарями они были дотошными. На кухне просмотрели все шкафы и холодильник, открывали каждую банку, в неочевидных случаях о содержимом емкости спрашивали у хозяина что же там все-таки находится? Типа какого-то редкого чая или муки в банке без надписи. В гардеробе всю одежду снимали с плечиков, прощупывали и просматривали, в спальне кровать была разобрана ими и все постельное также осмотрено, стоит сказать, что было аккуратно все заправлено в первоначальный вид, а одежда обратно аккуратно сложена в шкафы и повешана на плечики. Обнаруженные в кладовке коробки с журналами были дотошно пролистаны все без исключения. Каждый ящик, каждый уголок, ничто не ушло от их внимания. И прикроватная тумбочка, и полки в прихожей и в ванной, все было тщательно просмотрено и ощупано этими двумя. За весь обыск они не проронили ни одного лишнего слова, их диалог между собой сводился только к фразам: «тут смотрел?».

Совсем другое впечатление произвели другие оперативники, присутствовавшие в квартире, в том числе тот, который привёз меня. Они были скорее для массовки. Да, они ходили по квартире, что-то смотрели, что-то спрашивали у хозяина, водили нас, понятых: «Смотрите туда, оперативник открывает платяной шкаф». Но ни системности в их действиях, ни организованности не наблюдалось, им звонили по телефону, они куда-то выходили, приходили, они вслух высказывали восхищение отделкой квартиры, дорогой мебелью, плазменным большим телевизором на стене, спрашивали хозяина о стоимости той или иной вещи, между собой обсуждали увиденное.

Но обыск затянулся на три часа, против обещанных мне пятнадцати минут?! Это конечно всё понятно и квартира четырехкомнатная, и мебель, и имущество, но так подводить понятого? Все-таки человек, никогда не сталкивавшийся с обысками и следственными действиями на практике, не ожидал такого дотошного и педантичного осмотра всех вещей и имущества в квартире, это касается и бабушки, которая к концу осмотра, уже сидела на стуле посреди комнаты и только поворачивалась по просьбе следователя за оперативниками, и меня, выдернутого с рабочего места.

Хозяин все это время ходил по квартире с кружкой кофе, явно заметны стали его попытки унять волнение и скрыть дрожь рук, держа в руке кружку. Оно и понятно, даже если он не виновен ни в чем, то вот такое событие в виде присутствия большого количества посторонних людей, бесцеремонно роющихся в твоих вещах, выбьет из колеи любого. Оперативники конечно каждый раз спрашивали его перед тем как открыть очередной шкаф — «можно открыть?», или перед тем, как начать разбирать постель. Но вид у хозяина квартиры был явно подавленный и обреченный, каждый раз давая ответ «да, конечно», на его лице можно было прочитать вымеченное «можно уже не спрашивать? Итак всё роете».

В итоге обыск завершился ничем, ничего криминального обнаружено не было, о чем и был составлен протокол, следователь объяснил присутствующим их права и обязанности, а после оформления всей документации все разъехались…

2011 год.

Бессмертный

«Лето коротко, и жизнь коротка, но что же делает её короткой? То, что мы знаем, что она коротка. Разве бродячие кошки знают, что жизнь коротка? Разве знает об этом птица? Бабочка? Они считают её вечной. Никто им этого не сказал. Зачем же нам сказали об этом?»

Эрих Мария Ремарк.

— Уважаемый начальник отдела, а что вы скажете по поводу небольшой прогулки в рабочее время? — так мы при обращении подкалывались над нашим новым начальником отдела. Он несколько лет проработал с нами, и наравне со всеми выполнял всю, в том числе черновую, работу, но, видимо, был замечен вышестоящим начальством и перешел в ранг «административно-управленческого персонала» одного из крупнейших медиа-холдингов России.

— А в чём дело?

— Да тут один чувак обещает сенсационный материал.

— Как и где?

— ВКонтакте…

— Опять в социальных сетях сидите, делать вам что ли нечего, пользуетесь, что я свой человек, вы же читали Правила пользования интернетом…

— Да ладно тебе нотации читать, чего там Ромка, говори давай, чего там случилось?

— Короче, в личку мне пишет какой-то чувак…

— Почему чувак? У него имя есть?

— Да, не перебивай ты уже, продолжай, Рома!

— Короче, пишет некий товарищ под ником «Сергей Бессмертный», у него год рождения указан 1901, вместо авы, какая-то картинка ничего не значащая…

— Кощей Бессмертный, наверно, хи-хи.

— … и пишет следующее, читаю: «Доброго времени суток, уважаемый Роман, надеюсь, вы заинтересуетесь моим предложением, информация, которую я знаю, знают только несколько человек во всем мире, на основе этой информации Вы можете сделать сенсационный материал. Подробности при встрече. Предлагаю встретиться в кафе на первом этаже здания вашего офиса, в любое удобное для Вас время, можно прямо сейчас. Жду ответа.» Ну и как? Вам знакомо что либо подобное?

— Первый раз такое слышу, хотя мошенников сейчас навалом и фантазии у них дополна, может что-то новое придумали.

— Вообще-то, если действительно что-то стоящее, то он должен был написать о чём он хочет говорить.

— Ты сходи, а потом нам расскажешь, охранники в кафе знакомые, если что, в обиду не дадут, а ума своего должно хватать. Вдруг, да и что-то дельное будет.

— Ладно, сходи, разрешаю прогулку в рабочее время, если увидишь кого-то из начальства, скажешь, что я отпустил.

***

К столику, за которым я скучаю минут десять, подходит мужчина лет сорока, в его внешности нет ничего выделяющегося: среднего роста, среднего телосложения, хотя можно предположить, что в спортзал он ходит регулярно. На нём идеально сидит классический костюм и рубашка, только что без галстука. На его лице нет никаких запоминающихся черт, классическая стрижка ежиком, чисто выбрит, обычное овальное лицо, средний нос, не курносый и не горбатый, средней полноты губы, серые глаза… Но вот глаза производят какое-то необычное впечатление, как будто в них скрыта какая-то мудрость и усталость…

— Добрый день, Роман.

— Добрый день, Сергей …?

— Называйте меня просто Сергеем.

— Я вас слушаю, что вы хотели сообщить мне.

— То, что я вам скажу, вам это сразу не понравится, скажете, что я сумасшедший, только ваше время отнимаю. И вы имеете полное моральное право мне не верить и выгнать меня из кафе с треском. Но я бы посоветовал вам меня выслушать до конца. Для вашей же пользы.

— Ну… на сумасшедшего вы не очень похожи, я вас слушаю, продолжайте.

— Скажите, по вашему, сколько мне лет?

— Вам? Лет сорок, не больше, но если ведете здоровый образ жизни, то думаю, лет сорок пять. А вы что действительно бессмертный?

— Нет, конечно, все мы смертны, так это для красивого слова, но в возрасте моем вы ошиблись.

— На сколько лет я ошибся?

— Раз в шесть-семь.

— Вы шутите?

— Нет, я говорю серьёзно, именно поэтому я сразу и говорил, что Вам не понравится то, что я вам сказал, — при этом мой собеседник был образцом спокойствия и невозмутимости. В его глазах не было и намёка на весёлые искорки, как бывает, когда кто-то кого-то разыгрывает.

— Ну, хорошо, допустим, я вам поверил, с трудом, но поверил, чем вы можете доказать это?

— Нас на Земле не много, думаю, несколько десятков, может чуть больше сотни, нас можно назвать рекордсменами-долгожителями. Самые старшие из нас имеют возраст лет пятьсот-шестьсот. В наших организмах процесс старения идет медленнее, чем у всех людей, в соотношении «один к восьми» или «один к пяти», у кого как. Первые лет двадцать-двадцать пять жизни мы растем и живём как обычно, а потом уже становится заметна разница. Мы скрываемся, переезжаем с места на место, чтобы окружающие не заметили особенности.

— В ваш рассказ трудно поверить. И как давно по вашему появились такие люди? Почему о них никто не знает?

— Почему же никто не знает, образ Бабы-Яги из русских народных сказок вам знаком? Сколько лет этой бабушке в сказке? А как говорится, «сказка ложь, да в ней намёк…». Вообще раньше это был очень удобный способ скрыть свой реальный возраст, особенно под старость, когда силы уже не те. Поселилась возле какой-нибудь деревни в лесу, изредка выходишь в люди, ну старуха и старуха, какой у неё возраст, никого не интересует, как она сейчас выглядит и как десять лет назад выглядела — кому какая разница. Бывало, конечно, подозревали что-то неладное, очень уж долго живёт старуха в чаще, уж не с нечистой ли силой связалась. Так и появился образ бабушки Яги.

— Ну, знаете, это всё сказки…

— А Библию знаете? Главу пятую Книги Бытия? «Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать лет» … Не думаю, что это ошибка переводчика или опечатка, это вполне может быть правдой. Древние люди знали о нас, пользовались нашими знаниями, опытом. И жили мы открыто, только потом мы стали скрываться. Люди оказались очень завистливыми: надо же, какое счастье, прожить в несколько раз больше отпущенного обычному человеку. Люди стали нас обвинять в связи с нечистой силой, в колдовстве, было несколько казней. Давно это было, несколько тысячелетий назад. С тех пор мы скрываемся от всех, раньше проще было, переехал на новое место жительство и всё, а сейчас: документы, которые всё сложнее получить с нуля.

— А почему вы вообще мне это всё рассказываете?

— Вы один из нас…

***

Закат… Я стою на одной из безымянных вершин Урала, на берегу реки Чусовой, откуда открывается восхитительное зрелище на окрестности. Местность очень интересная, здесь большие каменные глыбы восстают отвесными монолитами из земли. Теперь я часто вечерами прихожу сюда, здесь хорошо думать, погружаться в свои мысли, и ни что не отвлекает. А подумать мне есть о чём, слишком многое изменилось в моей жизни за последние дни, слишком многое я узнал, и ещё многое мне предстоит узнать, и ещё больше — переосмыслить в своей жизни.

Если верить Сергею Ивановичу, так он себя называет, мне в этой жизни придётся прожить, не 60—70—80 лет, как большинству, а лет триста как минимум. По его словам, я принадлежу к «бессмертным», «иным», «долгожителям», единого устоявшего названия нет, но Сергей предпочитает называть нас бессмертными. Как он предполагает, у бессмертных происходит генетическая мутация, что вызывает сокращение сроков старения в несколько раз, но специальных исследований никто не проводил. Казалось бы, редкий шанс, один на сотни миллионов, уникальный подарок судьбы, но дар оборачивается большими проблемами и бедами для одарённого.

Взаимоотношения с близкими? Мама, папа, сестра, проживающие в Минске. Что им сказать и когда? Сейчас или через десять-двадцать лет, когда вопрос не задаст только слепой? И как объяснить? Или просто уйти из их жизни ничего не сказав и не попрощавшись? Они будут считать меня пропавшим без вести? А если женюсь, что сказать жене? А если будут дети? Каково наблюдать, как они вырастут, состарятся и умрут, а ты останешься таким же (ну или ставшим чуть старше) и продолжишь свой жизненный путь сквозь время. Как говорит Сергей Иванович, еще не было случая, чтобы бессмертие передавалось по наследству. А документы? Через пятьдесят лет я буду выглядеть двадцатипятилетним парнем. Как менять документы, не вызывая ни у кого подозрений? А работа? Что сказать коллегам? Чем объяснить внезапное увольнение? А друзья? Тысячи вопросов, на которые нет ответа.

Бессмертные в большинстве случаев вели образ жизни одиночек, так проще скрываться, и проще психологически. Зачем заводить семью, если жена умрёт лет через пятьдесят, а дети через семьдесят-восемьдесят, а тебе ещё жить и жить. Впрочем генетическое долголетие не исключает ранней смерти от несчастных случаев, от болезней, от того же рака, инсульта, инфаркта и прочих заболеваний. В связи с этим, бессмертные уделяют особое внимание своему здоровью, никакого алкоголя, табака, тем более наркотиков. Обязательно спорт для поддержания хорошей физической формы, правильное питание, вообще каких-то особых и общих для всех правил нет, каждый следит за развитием науки, технологий. Каждый понимает, что глупо умереть в первую сотню лет, например, от рака лёгких, вызванного курением, если бы ты мог прожить лет триста.

Завтра мы уезжаем отсюда, первый этап моего обучения и адаптации пройден. Он заключался в том, чтобы получить основные представления о жизни бессмертных и первоначальные навыки выживания в условиях дикой природы: мне нужно было научиться охотиться, рыбачить, обеспечить себе питание и кров без благ цивилизации. За последние сто лет в городах изменилось многое, а в природе всё осталось таким же, и в случае опасности, я могу уйти в лес, а приобретённые знания могут пригодиться мне и через десять лет и через сто. Технология обучения вырабатывались тысячелетиями и опытом сотен бессмертных. Именно многовековой опыт подсказал первые недели жизни с новыми знаниями проводить вдалеке от мира, чтобы сохранить психику молодого бессмертного. Всякое было, на первых порах не все выдерживали таких известий о своём будущем, и помешательства были, и самоубийства.

Последние две недели мы жили в небольшой избе, которую самостоятельно, в одиночку, срубил и поставил много лет назад Сергей Иванович (фамилию он так и не говорит) в лесной чаще недалеко от реки Чусовой, я первый, кого он привёл сюда. Хорошее место, глухое, и наличие постороннего легко можно оправдать: туристы. Если встретится ему по жизни еще один «щенок», так он называет тех, кто еще не знает, что он бессмертный, он его тоже приведёт сюда и начнёт обучать премудростям долголетия. И мне потом придётся передавать свои знания молодому бессмертному в уже моём доме, который мне предстоит поставить в таком же тихом месте.

Сергей советует каждые пять-десять лет менять полностью всё: город, работу, хобби и т. д. В ближайший год он будет мне помогать и сопровождать меня, как и ему помогал в течение года его учитель, которого он называл Сэнсэй.

***

— Сергей Иванович, можно вопрос?

— Да.

— Расскажи о себе, не как о бессмертном, а как о простом человеке. Когда и где родился? Кто родители? Семья?

— Зачем тебе это?.. — но после минутного молчания, — ладно… Я родился в семье купцов второй гильдии в Санкт-Петербурге, в 1875 году, моя фамилия тебе ни о чём не скажет. У нас был свой дом, магазин, гостиница. Семья была большая, как и большинство семей в то время, у меня было четыре брата и три сестры. Я получил хорошее по тем временам образование в Петербургском университете, философия, право, немецкий и английский языки, очень пригодились в жизни, и тебе советую, при малейшей возможности изучай языки, хоть японский, хоть алеутский. Как говорила моя бабушка, «жизнь длинная», а у нас, сам понимаешь… До двадцати пяти лет я жил в доме родителей, пока однажды в нашу гостиницу не заселился еврей… Он был Бессмертным и он узнал во мне Бессмертного… Мудрый был еврей… Он смог найти слова и объяснить мне и родителям, кто я такой и что от меня требуется. Моих родителей он посвятил в общих чертах в существование бессмертных и смог их убедить в том, что для моего же блага покинуть родительский дом и ни кому не говорить ни о чём. Впоследствии я тайно несколько раз навещал родительский дом, под видом постороннего присутствовал на похоронах отца и матери. Официально я пропал без вести на фронте в 1914 году…

— Давно хотел спросить, как ты узнал во мне Бессмертного? Как вы вообще друг друга узнаёте?

— Сложно сказать. Я тебе покажу несколько бессмертных, и со временем ты поймешь… Внешне, вроде бы никаких отличий, но если присмотреться, то бросается в глаза идеальность линий. Как будто лицо и фигуру делал кропотливый скульптор, никаких изъянов, дефектов, не считая приобретённых, шрамов, например. Линия бровей, форма носа, губ, всё идеально, особое впечатление производят женщины-бессмертные. Видел я в одном музее античную скульптуру, в чём-то похоже. Когда-то нас еще называли ангелоподобными, но давно уже прошли те времена. Да, и ещё мы все амбидекстры. Знаешь, что это?

— Да, способность одинаково эффективно работать и левой и правой рукой.

— Да, но далеко не все амбидекстры являются бессмертными. Вообще, конечно это только внешние признаки, которые не могут указать со стопроцентной вероятностью на возможность долгой жизни, очень долгой. Существует еще такое чутьё, которое помогает нам узнавать в окружающих друг друга.

— Как вы думаете, вообще в чём смысл появления таких как мы?

— В чём? А ты не догадался? — в ответ моё неуверенное пожатие плечами.

— Мы — живое хранилище знаний, истории. Мы — живые свидетели прошлого. Возможно, что человечество на первоначальных этапах развития совершило скачок, во многом благодаря нам, благодаря нашим знаниям и нашему опыту. Были времена, когда письменности не было, и все знания передавалось из уст в уста.

— То есть… Получается, что, если мы скрываемся, то мы не выполняем своего предназначения?

— Получается так.

— Но почему? Не думаю, что тебя или меня казнят, и тем более устроят публичное сожжение. Ты же был свидетелем всего XX века, ты своими глазами видел то, о чём я и мои современники только читали или видели на картинках. Да тебе же историю надо преподавать, с лекциями выступать.

Легкая ухмылка на его лице …, действительно, у него идеальные черты лица.

— К вам в школе или вузе приводили на лекции пенсионера, свидетеля исторических событий, не знаю кого, например, участника Великой Отечественной войны, ну или заслуженного журналиста какого-нибудь.

— Приводили.

— Ну и …? С каким интересом вы слушали его воспоминания?

— …

— То-то и оно, никому не нужны твои воспоминания. … Эволюция и техническая революция положили нас в тёмный чулан, на всякий пожарный, вдруг пригодимся ещё…

— Слушай, а если моим родителям всё рассказать? Ты же сам говоришь, что твои родители всё знали.

— А поверят ли они? Какие слова им нужно сказать? Они ведь и о тебе могут подумать что-то нехорошее, скажут: тронулся сыночек.

— Но твои же поверили!

— У тебя ещё ситуация осложняется тем, что ты последние годы жил отдельно от них, и далеко, в другом городе. Всё равно такого доверия и взаимопонимания между вами уже нет. Хоть вы и общались почти каждый день по Скайпу.

— Думаешь, не поверят?

— Послушайся меня, тебе проще уйти из их жизни, из твоей жизни они всё равно уйдут, рано или поздно. И родители, и сестра, и племянники, и другие родственники. Мне было очень тяжело бывать в родном доме и вести себя так, как будто я посторонний человек. Особенно на похоронах мамы… Думаешь им легче будет жить со знанием того, что ты где-то живешь полулегальной жизнью… В шкафу они тебя прятать всю жизнь не смогут. Пройдёт несколько лет, и они смирятся с потерей тебя, время — хороший лекарь. А если они будут знать о тебе правду, они будут до конца своих дней переживать о тебе… Вообще отношение к окружающим людям со временем у тебя изменится.

— В каком смысле?

— Если взять обычного человека, то сколько людей становятся ему достаточно близки? Родители, бабушки, дедушки, другие родственники, учительница, друг, жена, у некоторых две за жизнь, дети, коллеги на работе, соседи по квартире. И всё. А теперь умножь это количество на десять, и ты поймёшь, сколько человек пройдёт через твою жизнь… Отношение к людям меняется, через несколько десятилетий ты уже не будешь принимать никого близко к сердцу… Если встретишь кого-нибудь, то у тебя неизбежно в голове возникает мысль, что через двадцать-тридцать-сорок лет он умрёт, а у тебя жизнь продолжится. Наверно это от того, что ты будешь иметь уникальную возможность смотреть на человеческую жизнь в особом ракурсе. Люди вокруг тебя растут, взрослеют, рожают детей, работают, стареют, умирают. На смену им приходит следующее поколение, всё меняется, а твоё время идёт слишком медленно… Лет через пятьдесят появляется чувство, что мир развивается и живёт по своим законам… и всё мимо тебя… а ты только наблюдаешь на всё со стороны… У меня даже возникает ощущение, что я как статуя какая-то, … только созерцаю меняющуюся действительность… Сейчас стали популярными видеоролики с замедленной съёмкой, когда за несколько минут проходит несколько суток. Облака по небу бегут с небывалой быстротой, день сменяет ночь, люди и машины мчатся мимо тебя с бешеной скоростью. Вот они хорошо передают это ощущение.

— Но должен же быть близкий человек! Совсем одному тяжело жить.

— Я тоже так считал, до момента, когда потерял близкого человека.

***

— Здравствуйте, Сергей Егорович.

— Здравствуйте, Андрей Михайлович, зайдите ко мне, это вам, — при этих словах начальник нашего следственного отдела указал на папку, лежащую на его столе.

— Что это?

— Пока это розыскное дело, ознакомьтесь, почитайте. Если кратко, то гражданин Белоруссии жил в России, пропал без вести, уголовный розыск поработал, его самого не нашёл, и возбуждать уголовное дело вроде бы явных причин нет, но есть там нюансы, почитаете потом. Короче, бери, ознакомься, если будем возбуждать уголовное дело, то оно будет в вашем производстве. В эти дни у вас ведь не ничего срочного, вот и поработайте пока над этим материалом.

— А кто в уголовном розыске вёл дело?

— Данилов, Михаил Аркадьевич, да ты же его знаешь! Вот и поработайте вместе!

Десять минут спустя сижу в кабинете уголовного розыска. Михаил Аркадьевич, у которого я проходил практику, выпроводив остальных сотрудников, начинает свой рассказ:

— Пропавший, Роман Александрович Трофимов, родился в Минске в 1982 году, там же закончил школу и Белорусский госуниверситет по специальности «журналистика». Проработав в Минске после окончания университета один год, получил приглашение, ответ на резюме, в Москву, в крупную новостную компанию, с тех пор работает в Москве, снимает квартиру,… снимал, до этого лета. Каждый год, и не по одному разу ездил на родину: в отпуск, в новогодние каникулы, в длинные выходные, у его родителей под Минском дача, туда ездил. С девушками встречался, но до серьёзного, а тем более свадьбы, ни с кем не доходило, по крайней мере, мне ничего об этом не сказали. Машину купил. В интернете был завсегдатаем, в социальных сетях был активен, блог вёл, говорят, интересный был, много читателей было, в Википедии участвовал. Всё это расписано, в материалах розыскного дела найдешь и ссылки на его страницы…

— А как пропал?

— Да вообще-то он и не пропадал… Там целая история. В социальной сети ВКонтакте ему предложили встречу, заинтересовали сенсационным материалом. Он сходил на встречу, встреча проходила в кафе, расположенном в том же здании, что и место работы. Он вернулся на работу и сказал, что это был его закадычный друг детства, одноклассник, больше десяти лет не виделись. Попросил отпуск, две недели, учитывая, что ему и так скоро в отпуск уходить было, его отпустили с работы чуть ли не на следующий день. Потом он вернулся из отпуска, написал заявление об увольнении по собственному желанию, его и уволили, без отработки. Со съёмной квартиры в это же время он съехал. На свои аккаунты в социальных сетях с тех пор больше не выходил, на телефонные звонки перестал отвечать. Во время отпуска, родственникам не звонил, если они ему звонили, он говорил, что в командировке, связь плохая, но он жив, здоров, и прерывал разговор. Самое интересное, что за все годы работы в Москве он ни разу не был в командировке…

— А в розыск кто объявил?

— Родители его потеряли, написали заявление в местную милицию, они отправили заявление к нам, вот теперь мы и ищем, непонятно кого и непонятно где.

— Почему непонятно кого?

— А одноклассник? Нет одноклассника. Минские коллеги установили всех его одноклассников, никто в Москве не был, вообще в течение последнего года границу с Россией никто из одноклассников не пересекал. Родители тоже не знают таких претендентов ни на одноклассника, ни на закадычного друга детства. Минские проработали и версию однокурсников, нет ничего подобного. Никто даже по описанию не похож на московского одноклассника.

— Думаете, похищение? Убийство? А мотив? А поведение жертвы? Чем они его привлекли? Он же добровольно уволился, добровольно съехал с квартиры. Он совершеннолетний и дееспособный, может жить так, как ему заблагорассудится.

— Ты это кому говоришь? Сам себя убеждаешь, что уголовки тут нет? Напрасно. Это плохой подход к делу. И на будущее, так не делай. Я тебя знаю, ты парень добросовестный и толковый, тебе просто ещё одного дела в производство нет желания получить, вот и рассуждаешь так.

— Да, но исходя из вашего рассказа, тут вообще не за что зацепиться. Где его искать? И тем более, какое основание возбуждения уголовного дела? Признаков преступлений во всём наработанном материале никак не просматривается. То, что такого одноклассника нет, так может это друг какой-нибудь, или упустили кто-то что-то, забыли о ком-то. Работа ведь ведётся, розыскное дело возбуждено, можно в федеральный розыск объявить раньше срока, вдруг он где-то появится.

— А его интернет-деятельность? Он полностью прекратил всю деятельность на всех сайтах. У меня такое впечатление, что его либо убили, либо держат где-то взаперти, ну или, если преступления нет, то он добровольно ушёл в монастырь, где нет интернета. Пойми, это был активный интернет-пользователь, его просто так из сети не вытолкнешь. Он всё свободное время отдавал интернету!.. Если он насоздавал новые аккаунты, то его бы уже давно вычислили по манере общения, по стилю другие пользователи сети, у него были поклонники в сети, они бы его уже давно нам на блюдечке преподнесли.

— А в отпуске он где был? Из Москвы куда-то уезжал?

— А вот это уже другой разговор. Ездил.

— Куда?

— Трофимов Роман Александрович, брал железнодорожный билет, — зачитывая лежавшую перед ним бумагу, — только что, перед тобой пришла бумажка, на поезд Москва-Пермь, а почти через две недели поехал обратно, Пермь-Москва.

— И где он там был все эти две недели? И чем занимался?

— А вот это предстоит выяснить.

— А вообще у него в Перми что-то или кто-то есть? Родственники, друзья, ну я уже не знаю кто ещё.

— Не знаю, специально этот вопрос не прорабатывали, но в показаниях ничего такого не всплывало. Повторно, наверно, придётся опрашивать. Но опять же, столько сил уже потрачено, никто без уголовного дела не одобрит такие действия. У родителей всё равно надо будет уточнять.

— Ну что ты предлагаешь? Мне возбудить уголовное дело? А я даже не знаю, какой состав преступления? По какой статье возбуждать? Сто пятой? Сто двадцать шестой? А может сто двадцать семь точка один, продали его в рабство, плантации обрабатывает теперь.

— Ну зачем ты таким тоном? — усмехаясь и стараясь выглядеть серьёзно, отвечает мне Данилов, — Рабство — это статья сто двадцать семь точка два.

— Может быть, его в Перми поискать? Сделай запрос. Напиши, что иностранный гражданин, пусть посуетятся. Может, нароют чего. А если он сейчас там? Автостопом уехал? А кстати, машина его где?

— Искать надо, не додумался. Сейчас в ГАИ запрос сделаю.

— Вот и ищи пока, работа есть, а там видно будет. Может, найдется кто или что. И еще, попроси сделать список пассажиров поезда или вагона хотя бы, в котором он ехал туда и обратно. Не думаю, что он туда один поехал. Если сравнить их, то может вычислим.

— Во! Одна голова хорошо, а две лучше! Обязательно, а потом посмотрим, сравним.

— Ну вот и ладно, давай, счастливого рабочего дня, зайду завтра утром.

— Ладно, и тебе тоже, и не забудь про уголовное дело, может руководство добро даст на возбуждение.

— Опять ты за своё, ладно, поживём, увидим, не переживай.

***

Машина нашего разыскиваемого нашлась, с помощью запись с камер наблюдения за дорожной обстановкой (хорошо, что успели до того, как вышел срок их хранения) проследили, как он выехал со своего двора, проехал несколько улиц в направлении к МКАД и покинул город. С помощью тех же камер проследили его движение до одного небольшого подмосковного населённого пункта, где он поставил машину на стоянку у жилого дома, а сам пешком дошёл до железнодорожной станции и сел на электричку. Дальнейший его путь так и не смогли вычислить. В машине не нашли никаких посторонних или подозрительных предметов, вообще ничего. Стандартный набор: аптечка, огнетушитель и так далее. Ничего, способного помочь нам в поиске его хозяина или ответить на вопрос, было ли вообще какое-то преступление. Мы решили оставить машину там под круглосуточное наблюдение, в надежде, что он вернётся к ней. Но в глубине души мы уже не верили в это. Так заметают следы…

Нашли и предполагаемого попутчика нашего подопечного, у него были билеты на соседние с ним места в поезде и туда, и обратно, больше на тех поездах никто туда и обратно не ездил. Приобретены они были на имя некоего Михайлова Сергея Ивановича, 1970 года рождения, уроженца Санкт-Петербурга. Сделали запрос в паспортный стол, получили его фотографию. Изображённый на фотографии совпадал по описанию с одноклассником. Паспорт он получил взамен утерянного. Больше о нём никакой информации не удалось получить, если не считать того, что у него есть водительские права и небольшая однокомнатная квартира на окраине Санкт-Петербурга, в которой он, по свидетельствам соседей, не появлялся несколько лет.

Несмотря на потраченное время и силы, розыск не продвинулось ни на шаг, мы не нашли ответов ни на один из вопросов. В первую очередь, было ли преступление? По показаниям родителей в Перми у них никогда и никого не было. Что он там делал? В гостинице не останавливался, нигде не «засветился», то есть не совершал никаких действий с предъявлением документов. Почему его последние действия явно уже направлены на то, чтобы запутать следы? От кого он скрывается? От «одноклассника», так мы решили называть в рамках дела Сергея Ивановича Михайлова. Или он поехал к нему, обрезав все нити, связывающие с его прошлым? Если да, то зачем? И почему ничего до сих пор ничего не сообщает родственникам, если он до сих пор живой? Кстати, Сережи Михайлова в окружении нашего пропавшего ни в школе, ни в вузе не было замечено. Кто такой вообще этот Сергей Михайлов? Почему о нём минимум информации? Тоже скрывается? Но почему?

И где их искать теперь? И что делать нам дальше, вообще не понятно. А может наш подопечный совершил преступление и теперь скрывается от правосудия? А если ему действительно передали в кафе сенсационный материал, и из-за того, что стал обладателем такого, он вынужден скрываться? И где его можно найти?

А если попробовать поставить себя на место Трофимова, есть такой метод, помогает иногда. Молодой человек, обрывает всё, связывающее его с прошлым, не поддерживает связь ни с кем из бывших знакомых. Куда ему податься, как бы ты сам поступил на его месте? Каковы твои следующие действия? Жилье? Средства к существованию? Кстати, он снял с пластиковой карты накопления, более 400 тысяч рублей, не так уж и много, но и не мало. Уж не из-за денег ли его? Но опять же, сумма не такая уж и большая, чтобы создавать какие-то многоходовые комбинации.

Если предположить, что «одноклассник» каким-то образом причастен к спецслужбам, то необходимо выходить на контакт с ФСБ. Если это их человек, то возможно идёт оперативная работа по их ведомству, и нам придется приостановить работу или согласовывать свои действия с ними, если же нет, что скорее всего, потому что они бы уже предупредили нас, тогда вообще не понятно, кто он такой и почему не оставляет следов. Иностранец? ЦРУ или подобное? Но почему интерес к обычному вообще-то парню? Чем может заинтересовать иностранную разведку молодой белорус? Ну что, что журналист, пусть и федерального уровня, но если честно среднего звена. Ничего особого в его статьях никогда не было. Нет, мысли мои уже куда-то не туда идут, появляются всё новые вопросы, ответов на которые нет. По крайней мере проконсультироваться в ФСБ точно не помешает, надо будет завтра съездить.

***

— Михалыч, слушай, смотри, какая интересная ориентировка пришла! Читаю: Разыскивается без вести пропавший, Трофимов Роман Александрович, родился в Минске 20 июля 1982 года. С 2006 года живет в Москве. Пропал 28 июля 2013 года. Приметы: рост 190 см, полного телосложения, волосы темно-русые, обрит наголо. Глаза серые. Особых примет нет. Возможно, скрывается. При обнаружении, действовать по обстановке, но обеспечить его доставку в СУ СК по Москве. Обо всех случаях обнаружения похожих по описанию лиц сообщать по телефонам…

— Чё то я не понял, он без вести пропал или его ищут как уголовника?

— Вот я и говорю, интересная ориентировка.

— Ну-ка дай сюда… Странно, не спроста это. Что значит «обеспечить доставку»? Под конвоем в наручниках? Но почему тогда он идёт как пропавший без вести? Да, кстати, мы им что, должны всех двухметровых бритоголовых детин в Москву свозить? Особых примет нет, «пальчиков» нет. Правда редко такие встречаются, но думаю, если в Москву собрать всех, подпадающих под это описание, им там тесно станет, особенно учитывая габариты, ха-ха.

— А мне вот что интересно, там написано: «Возможно, скрывается». От кого? От правоохранительных органов? От беременной любовницы? Страннота, да и только.

— А если он волосы отростит, покрасит и химию сделает, мы что должны будем делать?

— Не, ребята, они там чё, в Москве, совсем уже. Ну и как мы эту бумагу их должны исполнять? «Обеспечить его доставку в Москву», а если не обеспечим? Что нам будет? Премии лишат или из органов погонят?

— Да ну вас! Насочиняли тут! Молитесь, чтобы не попадали вам на глаза двухметровые бритоголовые парни. И будет вам покой и благодать.

— Здорово, как служба? Чего это вы так горячо обсуждаете и сочиняете?

— Здорово, да на вот, почитай.

— Ну и?

— Я вот и говорю, им в Москву всех бритоголовых свозить? Под конвоем? И что значит «возможно, скрывается»?

— А мне то, что теперь делать?

— А что? Уже бритоголовые повалили?

— Ребята, в деревне, где у меня мать живёт, прямо в доме напротив её, уже неделю живёт какой-то парень, высокий, полноватый, бритоголовый и на фото очень похож. Так он вроде ничего, не пьёт, на наркомана не похож. Дрова сам колет, старые ржавые гири где-то выкопал, тренируется за домом. Спокойный. В магазин ходит, хлеб покупает, а у деревенских домашнее молоко, мясо, яйца, картошку покупает.

— Ну всё, приехали. Теперь покой нам только будет снится.

— Санька, чё ты опять раньше времени панику поднимаешь?

— Какое «раньше времени»? Мы ориентировку получили? Получили. Расписались? Расписались. Теперь должны исполнять. А тут ни черта не понятно, что делать!

— Мужики, успокойтесь! Сейчас разберемся. Дом чей?

— Дом тёте Нюре принадлежит, она в нашем селе живёт. В том доме у неё тётка жила бездетная. Она умерла три года назад, теперь она дом сдаёт на лето дачникам, объявление в интернете давала. А тут и на зиму желающие нашлись пожить. Сказал, пока эту зиму будет жить.

— Он один живёт или кто-то еще с ним?

— Один.

— А зовут его как?

— Не знаю, документы не проверял. Я говорю он спокойный, адекватный. Оснований не было. Но бабки деревенские его спрашивали, Ромой представился. Да и тёте Нюре также Ромой представился.

— Ну всё, спокойная жизнь у нас кончилась. Как повезём? На каком основании?

— Кого? Куда?

— Твоего бритоголового бугая! В Москву! Ты ориентировку до конца дочитал?! Дай её сюда! Тут в конце что написано? Читаю: «обеспечить доставку в Следственное управление Следственного комитета по городу Москва».

— Всех что ли?

— А тут исключения не указаны! Я вам про это уже полчаса талдычу!

— Дай ещё раз ориентировку… «действовать по обстановке»… От него что, сопротивления ожидать?

— Ну вот уж чего не знаем, того не знаем.

— Мужики, а может ну его нафиг. Ты говоришь, не буйный, не пьёт, не колется. В чём беда? За дом платит?

— Да тетя Нюра не жаловалась.

— Ну вот и всё, в случае чего скажем, что не обратили внимания, мало ли тут у нас народа ходит. Посчитали, что не похож на описание, да вообще не видели такого. Мы с кем работаем? На кого заявление поступило или кто раньше согрешил.

— Звонить надо. Тем более тут написано, что сообщать обо всех случаях по телефону. Вот позвоним и скажем, пусть они там принимают решение, что делать. Что скажут, то и будем делать.

***

Перестраховщик! Сколько можно самого себя истязать! Третий день в лесу под дождём! И постоянно оглядываясь назад в ожидании погони! Да кому ты нужен?! От кого скрываешься?!

Опять поезд… «Отойти в глубь леса, а потом, когда он пройдёт, можно выйти на просеку к железной дороге, где деревья и кустарники не мешают ходьбе»… Это из «лекций» моего наставника. Нет, это уже никуда не годится, скрываюсь, как беглый уголовник. А что я сделал-то? И почему ко мне появилось такое внимание? Может быть из-за самого Сергея? Неужели он меня впутал во что-то серьёзное, а сказки про бессмертных просто для забалтывания дураков? И почему только я не остался жить в Москве? Почему его послушался? Уволился. Съехал с квартиры. Вот до чего уже я дошёл! Шарахаюсь от поезда как чумной! Жил бы себе сейчас спокойно в своей съёмной комнате на пятнадцатом этаже? Сидел бы сейчас на работе в тепле. Ну и что, что молодо выгляжу? Наследственность у меня такая, здоровый образ жизни веду.

Три дня назад меня спас, можно сказать, случай. В доме напротив жили родители местного участкового, он часто приезжал к ним на служебной машине и в форме. А в тот день он приехал не один, а с двумя сопровождающими в штатском. Случайно в этот момент я смотрел в окно и увидел, что прибывшие, когда заходили в избу, мельком взглянули в мою сторону. И я решил перестраховаться, сказалась внушение Сергея. Собрал все свои вещи и, оставив на столе записку хозяйке (что решил уехать раньше, заплачено у меня всё равно было вперёд), через огород ушёл из дома. Там за огородами был ручей, кустарник, ещё не сбросивший листья, и за ним лес. Особого предчувствия не было. Только потом, когда наблюдал из леса за развивавшимися впоследствии событиями, меня охватил мандраж.

Сначала эти двое с участковым подошли к дому, в котором я жил последний месяц, не получив отклика на стук в дверь, ушли обратно. Через час и через два всё повторилось. После третьего раза я видел как они стали обходить соседние дома, опрашивали жителей. Через полчаса приехал ещё один полицейский «уазик» с хозяйкой дома. Только тогда они вошли внутрь. Еще через два часа прибыли целых два микроавтобуса с людьми в форме и штатскими, началось прочёсывание деревни и округи.

И вот теперь я иду вдоль железной дороги с целью… Не знаю, пока нет целей, наверно надо дойти до какого-нибудь более-менее крупного населённого пункта, чтобы там купить билет и уехать в другой регион. Но возникает вопрос: как купить билет? На железнодорожной кассе надо паспорт предъявлять, а вдруг они уже сообщили туда? А может быть они вообще не меня ищут? Но опять же в этом доме я прожил один целый месяц, соседей они опрашивали, значит, всё таки интерес к моей персоне.

***

Надо сказать, что наука моего наставника, которую он мне в течение месяца нашей жизни в его тайном доме где-то в Пермском крае давал, не прошла даром. Что бы я делал эти последние три дня без его знаний?

Каким всё-таки стал беспомощным современный человек без привычных ему благ цивилизации! Он привык к теплым помещениям, электричеству и большому количеству различных бытовых приборов, облегчающих жизнь и дающих маленькие и такие удобные радости. Захотел чай — включил электрочайник или газовую плиту и через несколько минут тебе всё будет готово. Попал под дождь — скорее домой, там тебя ждёт теплая ванна и горячая батарея, на которой можно высушить одежду.

А расстояния? Автомобиль, поезд, велосипед, самолёт, метро и многие другие виды транспорта минимизировали самостоятельное передвижение человека на своих двоих. Оказывается, люди утратили многие знания об особенностях передвижения на дальние расстояния пешком, а старину это была целая наука. Вы задумывались как ваши предки перемещались из пункта А в пункт Б? Между которыми пролегали десятки, а иногда сотни вёрст далеко не самой лучшей дороги. Некоторые за один день преодолевали расстояния намного больше десяти вёрст.

А еда? Кто из современных людей может обеспечить себя питанием без похода в ближайший супермаркет? Про жителей мегаполисов и говорить нечего, даже жители маленьких населённых пунктов, даже живущих в частных домах, стали зависимы от соседнего магазина: хлеб, сахар, соль, крупы и многое другое. А одежда? Удобна ли наша повседневная городская одежда? Я не говорю о спортивной, но и она стала приспособленной к определённому виду спорта, а не на повседневное ношение вдали от цивилизации. Медицинская помощь? Вы сможете оказать сами себе или другому человеку хотя бы минимальную медицинскую помощь вдали от благ цивилизации? Кроме того, что на ранку можно положить лист подорожника, большинство из наших современников ничего не знает.

Какую-то часть знаний и ответов на все вышеперечисленные вопросы знают узкий круг военнослужащих спецподразделений и любители экстремального туризма и охотники, но это всего лишь несколько тысяч или десятков тысяч человек.

Да и то их знания несколько ограничены. Вы видели когда-нибудь как современный турист собирается на природу? Был у меня однажды сосед заядлый любитель съездить на природу в выходные. Его сборы в поездку превращались в нечто небывалое, в его далеко немаленьких габаритов машину загружалось всё, что могло пригодиться ему за два выходных дня вдали от цивилизации: палатка, туристические матрасы, спальные мешки, кастрюльки и многочисленные объёмные баулы со всякими прибамбасами и снедью. А вы попробуйте прожить несколько дней в лесу или в чистом поле без всего, вообще без всего. Кстати, в поле выжить в большинстве случаев хуже всегда, даже материал для костра проблематично достать и ещё более остро встаёт вопрос еды, воды и т.д… Но выжить можно даже в пустыне, не только в южной, сухой и жаркой, но и северной, холодной, и покрытой толстым слоем снега и льда.

***

— Здрасьте, у вас там дома всё нормально, не переживайте.

— Здрасьте… В каком доме? — идущий навстречу неуверенной походкой пьяница в распахнутом, несмотря на достаточно крепкий мороз, старомодном тулупе огорошил меня.

— Там, в садовом домике, ик, где вы живёте уже месяц, — он прав, я уже месяц живу в опустевшем на зиму садовом домике на окраине этого городка. До окраин этого самого городка я дошёл на четвёртый день странствий по лесу. Вдоль железной дороги от городка растянулся дачный кооператив. Пользуясь тем, что поздней осенью на дачах преимущественно никого нет, нашёл добротный домик с баней. Здесь я привёл себя в более-менее божеский вид после трёхдневных шатаний по лесу. Иногда я выходил в город за провизией и вот в один из таких выходов произошла странная встреча.

— А вы вообще как меня знаете?

— Мы соседи, ик. Я там, рядом с вами живу, ик, — попытка пьяного собеседника сфокусировать взгляд где-то на тебе или где-то за тобой, — в домике, недалеко от вас.

— Да? А я вас не замечал.

— А я вас с первого дня заметил, — на лице блуждает пьяная улыбка, — я давно там живу, я всех вижу.

— Прямо в огородах? А где вы живёте?

— Там, ик, в домике, маленький такой домик, — улыбка блаженного на лице и попытка показать негнущимися пальцами миниатюрные размеры домика, — недалеко от вас.

— Где? Какой? Не понимаю, о каком домике вы? Кирпичный? Деревянный?

— Да там, рядом с вами, — лицо моего собеседника сморщилось, толи от моей непонятливости, толи от настойчивости, и я решил от греха подальше сменить тему.

— И давно вы так живёте? — на собеседнике грязный тулуп, такие давным-давно, в советские времена, были формой военных и милиционеров, засаленный свитер, грязные дырявые джинсы, стоптанные башмаки. Но тем не менее он чисто выбрит, и у него крашеные чёрные волосы, не сразу заметил, что крашеные, но выдаёт непрокрашенная седина.

— Лет десять. Уходить мне отсюда надо. Я уйду скоро отсюда. Уйду я куда-нибудь далеко-далеко, — последнее предложение пьяный произнёс как-то нараспев и даже немного подняв голову.

— Уходить?

— Уйду. Я тут всех знаю. И вас сразу увидел. Мне из лесу всех видно, а меня не видят, — опять пьяная улыбка на лице. — К чему это он? Какая связь между его знанием всех и необходимости уходить? Не понимаю. Уж не больной ли на головушку случайно мне попался?

— Я вас ни разу не видел, не заметил даже, что кто-то ещё там живёт, приходили некоторые дачники, проведали, а вас не видел.

— А я вас сразу заметил, вы очень аккуратные, всё сами делаете, готовите, стираете, баню топите.

— Да? Ну спасибо на добром слове.

— Долго на одном месте нельзя жить, особенно нам… Ну да ладно, пойду я, — неожиданно завершив разговор, — удачи вам! Всё у нас будет, не сомневайтесь. Прорвёмся! И жить будем. Жить то всё равно надо как-то, ну мы и будем жить! — при этих словах мой собеседник поднял руку с сжатым кулаком и пошёл дальше по аллее парка. К чему это он вообще?

— Вам тоже удачи, — только и успел я сказать ему на прощание. Больше я его не видел.

***

— Совсем из ума выжили! Делать вам что ли нечего! Это надо же, догадались устроить целую облаву в мирной, законопослушной деревне! Всех жителей переполошили!

— Не такая уж она и законопослушная.

— Молчи. Вы бы ещё внутренние войска туда ввели! Контртеррористическую операцию бы объявили! И из-за чего спрашивается!? Из-за какого-то парня, который не звонит родителям, блин! Что ещё удумаете?! Чё вам делать больше нечего, кроме как маменькиных сынков искать?! Да какая вам разница, почему он родителям не звонит! Один он хочет жить! И оставьте его в покое! Ещё бы в интерпол заявили. Мало того, что в федеральный розыск объявили раньше трёхмесячного срока, так ещё и ориентировку нормальную толку нет составить. Висело бы розыскное дело и хлопот бы меньше было. Учудили вы конечно!

Вот такие гневные речи начальства мы слушали на разборе полётов по итогам поисковой операции в деревне. Надо сказать, что парень, по всей видимости, там жил тот, которого ищут родители. По крайней мере, записка хозяйке была написана его почерком. А деревня действительно не совсем законопослушная, во время облавы была обнаружена в полуразобранном состоянии украденная неделю назад в местном областном центре серебристая Тойота Авенсис. Также было обнаружено несколько единиц лесовозной техники без номеров, похоже, принадлежала она местным «чёрным лесорубам». Это не считая того, что один мужик с перепугу от наплыва людей в форме нажаловался на своего соседа, что тот самогон варит. Ну и ещё по мелочи, вроде того, что местные сдавали дома дачникам без уплаты налогов, тоже нашлись доброжелатели, проинформировали органы. Короче разворошили мы кучу, теперь разгребать её местным ещё долго. Они же видимо и нашему начальству нажаловались так, что мы теперь сидим как нашкодившие котята и слушаем выговор. Но ничего, наш главный сейчас пар выпустит и начёт толкать умные и дельные речи.

— Кто такой Сергей Иванович Михайлов? — резко изменившимся, спокойным тоном спросил генерал, тот, который только что метал гром и молнии, — Почему о нём так мало информации?

— Не знаю. Всё что смогли узнать, есть в материалах дела. Сам задумывался, почему о нём так мало данных?

— Скрывается? Бывший уголовник? Чекист?

— Я в ФСБ ходил, объяснял ситуацию, сказали, что они ни при чём.

— А бумажки, как обычно, не дали?

— Не дали.

— Ну и ладно, обойдёмся без них. Нет, так нет. На нет и суда нет. По картотеке сидевших проверяли?

— Обижаете. Проверяли, нет такого. Я вообще не исключаю, что паспорт он получил не совсем легально.

— Основания?

— Оснований нет. Только тот факт, что он получил паспорт взамен утерянного и общий характер информации о нём, т.е. полное отсутствие следов. А особенно, то, что после получения паспорта взамен утерянного он на своей квартире практически не появлялся.

— Ну что ж, думаю, официально больше этим делом много не нужно заниматься. Итак много материала наработали, а результата «ноль». Если они продолжат скрываться в том же духе и с той же эффективностью, то ничего путного из нашей деятельности не выйдет, так и останутся одни вопросы. Пусть пока будет розыскное дело. Подождём. Парень похоже жив-здоров, пока откровенных следов уголовного преступления нет, время будет работать на нас. Может что-то выплывет новое, тогда продолжите. А пока занимайтесь другими делами, работа есть. Все свободны, а вас, Андрей Михайлович и Михаил Аркадьевич, прошу остаться.

После того как все, громко двигая стульями, покидали кабинет Сергея Егоровича, хозяин повернулся и отошёл к окну. Когда захлопнулась дверь за последним, он, стоя спиной к нам, сказал:

— Интересное дело, конечно, ничего не скажешь. Самому любопытно, чем всё закончится. Что-то тут да будет. Вы на досуге подумайте всё-таки, что-то тут не так всё просто, чует моё старое сыскарское сердце, не так всё просто. Если что новое будет, просьба сообщать мне. По случаю новостей по делу, аудиенция будет без очереди. Ну ладно, идите, давайте. И ещё, Андрей Михайлович, передавайте привет папе, Михаилу Ивановичу. Как он, кстати, поживает?

— Ничего, нормально, сейчас всё на даче живёт, фермером себя называет.

— И про дело это ему расскажите, он теперь не при исполнении. Ну всё, идите, идите.

***

— Здравствуй, папа. А где мама?

— Здравствуй, в магазин пошла.

— А-а, понятно. Короче, я тут тебе привет привёз.

— От кого?

— От Сергея Егоровича.

— О! Помнит ещё! Ну как он?

— Да ничего, нормально. Тут такое дело, он попросил тебя проинформировать об одном деле, которое мы расследуем…

***

— М-да, — выслушав мой рассказ о деле, папа задумался, — задачка из разряда «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю, что».

— Но решать её надо, просто по-человечески интересно.

— Ладно, — закрыв глаза, папа продолжил, — деревня Ивановка, в окружении лесов. Без достопримечательностей. Связи с объектом ранее не замечено было. Как он там оказался, непонятно. По объявлению, первое попавшееся? Возможно. Появился один. Зацепок никаких. Х-м. Карту местности бы посмотреть.

— Это не сложно. Яндекс. Карты подробный спутниковый снимок того района содержат, я уже смотрел, можно и у тебя компьютер включить и посмотреть.

— Ивановка. К северу от неё протекает ручей, за который он и ушёл. С той стороны в пяти километрах от деревни проходит железная дорога. Если он скрывается целенаправленно, то лучше всего это делать в большом городе и никак не в деревне, где всё и у всех на виду. Если он не знал этого раньше, то после эпизода в деревне с облавой, должен был догадаться. Направо железная дорога уходит на Урал и в Сибирь, в том числе Пермь. Налево — Санкт-Петербург. Если сделать допущение, что он всё-таки догадался о «золотом правиле» скрывающегося, и опять же допустить, что уехал он в Питер, что скорее всего, так как город больше, искать его надо там.

— В Пятимиллионном городе? Да ещё там, где куча туристов? Это всё равно, что иголку в стогу сена!

— Съезжу я, прогуляюсь по берегам Невы. Вспомню молодость.

***

— Здравствуйте. Вы Сергея Ивановича ждёте? Он не придёт. Вы Роман Александрович? Очень приятно познакомиться, меня зовут Исаак Соломонович. Пойдёмте, молодой человек, прогуляемся по набережной. Ещё древние говорили «в движении — жизнь». Пойдёмте. Сергей Иванович мне позвонил, сказал, что не сможет прийти сегодня на встречу, которую вы ему экстренно назначили. Попросил меня подойти. Вы меня не пугайтесь, я вас выслушаю, помогу, чем смогу, — огорошил меня шквалом вопросов подошедший аккуратный седовласый дедушка. Его вопросы сыпались как из рога изобилия, в ответ на которые я только успевал кивать головой.

— Вы кто вообще? — удалось мне всё-таки в эту словесную лавину втиснуть ответную фразу, когда он взял меня под локоть и повёл в направлении Дворцового моста от причальной стенки Васильевского острова, где я уже полчаса томился в ожидании моего Сергея Ивановича. Ему я хотел задать кучу вопросов и получить на них ответы. И что теперь делать?

— Кто я? — он остановился и уставился на меня, — молодой человек, если вы об этом, то вам скажу честно, я — бессмертный или аномальный долгожитель. Лично мне такой термин больше нравится, никакого неоправданного завышения наших возможностей. Всё таки мы не бессмертные, а очень даже обычные люди, только несколько, как бы сказать, м-м, с особенностями, которые доставляют нам небольшие хлопоты. Вы это хотели услышать?

— Ну да, а почему вы пришли, а не…

— Молодой человек, я вам сказал, Сергей Иванович не может подойти…

— И он послал вас?

— Да. Ещё вопросы? Я в вашем распоряжении. У вас какие проблемы? К чему такая экстренность встречи?

— Вопросы? Да у меня их накопилось целый вагон да маленькая тележка. Плюс ещё вы своим неожиданным появлением добавляете вопросов… Вы кто для Сергея Ивановича?

— Наставник. Учитель. Сэнсэй. Крёстный отец. Как хотите, так и называйте. Суть в том, что я для него тот же, кем он является для вас.

— Вы?! А-а! А он рассказывал про вас, хвалил. А вам сколько лет, если не секрет?

— Для своих не секрет: триста семнадцать. Я старше этого города, — он театрально делает жест правой рукой, проведя ей окружность, — этот город строился на моих глазах.

— Всё-таки, почему Сергей Иванович не пришёл? С ним что-то случилось?

— Нет, ничего не случилось, не переживайте, молодой человек. Просто, как бы вам сказать, он любит одиночество, до Питера ему далеко добираться, он бы всё равно не успел…

— Он там живёт постоянно? В своей избушке на Урале?

— Да. Видите ли, молодой человек, все мы разные, у всех свои особенности, у всех разный характер, так он скрывается от суеты нашего мира…

— Он не приедет вообще?

— Это зависит от цели назначенной вами встречи.

— Меня ищут.

— Кто?

— Полиция. Кто же ещё. Устроили облаву в деревне, где я жил. По мою душу пришли. Это всё ваши масонские учения про бессмертных и аномальных привели их ко мне… Чем вы таким прославились, а? Что вы там натворили?! Во что меня втравили, в конце концов?! — эмоции мои уже плескались через край, и мне стоило больших усилий, чтобы не перейти на истеричный крик и оставить в себе мат. Всё-таки спокойный тон, интеллигентность, проступавшая в моём собеседнике буквально во всём, в одежде, в жестах, в речи, делали своё дело.

— А подробнее можно, молодой человек? — мой собеседник оставался образцом спокойствия и невозмутимости, — Почему вы связываете их внимание к вашей персоне с нашей особенностью?

— Подробнее? Приехали двое с участковым. Увидев их, я ушёл огородами в лес, а потом наблюдал оттуда, как они стучались в мою избу, потом с хозяйкой дом вскрыли, потом во всей деревне облаву устроили, много их было, несколько десятков…

— Но почему же именно наши…

— Да потому что раньше никто не интересовался мной! У меня вообще минимум опыта общения с правоохранительными органами! Я в полиции был только когда паспорта получал, а тут надо же, целая облава, и на меня персонально и единолично!

— Успокойтесь, молодой человек, во всём надо разобраться. Всё таки, почему именно вы? Вполне возможно, что искали не вас. Вы говорите, что облава была во всей деревне?

— Вы мне зубы не заговаривайте. Они пришли сначала в дом, где жил я, и не обнаружив меня, стали прочёсывать всю деревню. Вы представьте себе, за что нужно искать человека, чтобы устроить целую облаву во всей деревне. Сейчас на дворе не тридцать седьмой год и не «лихие девяностые», и не Чечня. И не тащите меня, куда вы меня тащите? — вырвав руку из его крепких пальцев, я остановился. — Всё, хватит, отвечайте мне! Кто вы такие и куда меня втянули?

— Вам сейчас в первую очередь нужно успокоиться, в таком состоянии вы запросто можете наломать дров. С документами у вас всё в порядке?

— Да.

— Уже хорошо. Плюс один в нашу пользу.

***

Библиотека Исаака Соломоновича. Старинные, ручной работы, так он сам сказал, книжные шкафы во всю стену. Под стеклом старинные книги. Увесистые фолианты с золотым тиснением на многих языках, среди которых узнаю дореволюционный русский, староанглийский, старонемецкий и еще какие-то, и скромные книги без надписей на обложках. О возрасте их можно только догадываться, по внешнему виду, как минимум лет сто. Не от ветхости, они все сохранились в прекрасном состоянии, такие сейчас просто не выпускают, солидные. Отдельный шкаф с полками, на которых папки, имитирующие книги с кожаным переплётом, с надписями «Публикации в СМИ об аномальных долгожителях. Год 1957», 1989, 2008, 2014. Много-много папок. Почти на каждый год. За последние десятилетия точно без пропусков годов. Отдельные папки: Корнелиус Гурлит (где я слышал это имя?) и ещё ряд имён…

***

— Ты…! Слов нет…! Ты свою жизнь исковеркал и этому хочешь пустить под откос! Ты сам сидишь годами в глуши, и другого приручить хочешь?! Я не говорю, что не нужен тайный дом — укромный уголок на всякий аварийный случай, жизнь длинная, всякое может быть, но жить там годами!.. Хоть у тебя их и много, этих годов, но не безгранично, помни об этом! Memento mori!

— Ты знал?

— Знал. Думаешь, мне всё равно… Ты же мне как родной сын, ну или как крестник… Родные сыновья… и даже внуки умерли ещё два столетия назад. Сын, который спрятался от всего мира, отгородился от всех своими годами…

— Но ты же не следил за мной?

— Не следил.

— Но как тогда ты узнал?

— Узнал…

— Ну ладно, узнал, так узнал. А мне так лучше. Одному, спокойно, наизобретали компьютеров, машин, самолётов, не хочу я на них смотреть.

— Одному!? Спокойно!? Не хочешь смотреть!? Помни о нашем предназначении! Ты должен быть в гуще событий, жить вблизи научных и прочих центров, впитывать как губка все знания, которые изобрели люди и запоминать! Не забывай, мы хранители информации и знаний.

Ладно, тебя уже не исправишь, а вот с тобой, я думаю, надо поговорить. Ты теперь для меня крестный внук, в кавычках. Во-первых, запомни, семья — это святое, и грех так поступать со своими родителями. Потом большую часть своей жизни ты проведешь один по объективным причинам, потому что не дано больше никому жить так долго. И я уверяю тебя, ты будешь жалеть всю свою оставшуюся жизнь о том, что упустил возможность общения с родителями дополнительные несколько лет или десятилетий. Я знаю твоего Учителя, догадываюсь, что он тебе наговорил. Поэтому говорю, сейчас, когда мы всё обсудим, ты едешь первым возможным транспортом, хоть поездом, хоть самолётом, да хоть пешком, к себе в Минск и всё говоришь родителям… Хотя нет, вы опять всё можете испортить, придётся мне с тобой съездить… Бедные мои кости старые, всё вам покоя нет. Ты не переживай ни о чём, родители они и есть родители, они своё чадо примут и всё поймут. Кстати, как у тебя на личном фронте? Жена? Девушка? Встречаешься с кем-то?

— А зачем вам?

— Не артачься. Всё очень просто. Хоть у нас и есть сверх способности в виде долголетия, но ничто человеческое нам не чуждо. А самый главный смысл жизни любого человека в чём заключается? Чего плечами пожимаешь? Будто не знаешь? До тридцати лет дожил и сидит плечиками пожимает. Дети — вот смысл жизни любого человека. Каждый человек должен испытать радость отцовства и материнства. В идеале должна быть семья с отцом, матерью и детьми. А теперь представь следующую ситуацию: ты промямлился, через десять-двадцать лет надумал обзавестись семьёй. Благо природа тебе позволит, через двадцать лет ты не сильно изменишься, будешь как огурчик, … двадцатипятилетний. И кого ты будешь выбирать в супруги? И матери твоего ребенка? двадцатипятилетнюю? Может быть моложе. Всё может быть, не исключаю. Внешность тебе позволит, но вот мышление у тебя уже будет не то… Опыт, жизненный опыт, накопленный тобой к тому моменту, будет сильно отличать тебя от поколения, на которое ты будешь походить внешним возрастом. Есть, конечно, случаи, когда живут люди, обычные в том числе, с разницей и в десять, и в двадцать лет, но это скорее исключение из правил. На работе, с коллегами, с соседями, со всеми, где поверхностное знакомство, эту разницу можно при желании скрыть. Очень часто мы сами потом отказываемся от знакомства с представителями молодого поколения, на которое мы походим внешне. Они уже другие будут, у них будут другие интересы, другие знания, о которых мы можем не знать в силу того, что мы просто из другого поколения. И очень трудно строить совместную жизнь с представителем другого поколения. Поэтому мой тебе совет, пока не поздно, заведи семью, воспитай детей. Потом уж будешь жить один. Времени потом у тебя будет много… Наживешься… Так что давай, рассказывай как на исповеди, с первой влюблённости начинай.

— А чё рассказывать-то? Я не собираюсь с вами делиться.

— Вот ведь нашла коса на камень! Ладно, потом с тобой разберемся.

***

— Можно? — спросил, заглянувший в дверь конвоир, который привёл того самого белорусского беглеца.

— Ведите.

— Здравствуйте, Константин Анатольевич.

— Здравствуйте.

— Меня зовут Андрей Михайлович, я вёл розыскное дело, которое было возбуждено после заявления ваших родителей о вашем, мягко говоря, странном исчезновении из их жизни. Так как вы последнее время жили в Москве, то расследованием дела и вашим поиском занимался следственный комитет города Москвы. У меня к вам несколько вопросов. Ответите на них?

— Да, конечно.

***

Передо мной сидит сгорбившийся пожилой мужчина приятной интеллигентной внешности с глубокими морщинами на лице и белоснежными седыми волосами. Год спустя, когда о нём узнает пресса, она его охарактеризует словами его же кузена: «маленький серый человек, всегда одетый с иголочки, как английский джентльмен, но ум у него был не в порядке». Я бы сказал, что ум у него в полном порядке. Про таких говорят: сам себе на уме. Все наши психологические схемы и уловки проведения допросов разбивались в пух и прах. Он не грубил, всегда был вежливым, но никогда на допросах не совершил, ни одной ошибки, ни одного прокола, который бы привёл к его разоблачению. Нужно сказать, всё, что мы знаем о нём он нам сказал по собственной инициативе и по своим внутренним мотивам. Ну и благодаря современной системе учета контроля всех и вся, а если быть честным, то вопреки всей этой современной системе учета и контроля. Сидящий передо мной Корнелиус Гурлитт не был зарегистрирован в налоговой службе, и официально за свою восьмидесятилетнюю жизнь не получил ни цента дохода. Не был он учтён и в социальной службе, и медицинской страховки у него тоже не было. Сам он так и не пожелал объяснить сие недоразумение своей биографии. Не было необходимости обращаться в государственные структуры, — весь его ответ.

***

Вместо эпилога.

Маленький город в глубинке России. Улица с серыми однотипными пятиэтажными домами. Одно из окон на первом этаже выходит на оживлённую пешеходную дорожку одной из центральных улиц города. Окно старое, деревянное, давно не мытое и не крашенное, покрытое слоем пыли. У окна за столом сидит полная пожилая женщина неопрятной внешности… Она сидит уже не первый год, из года в год, десятилетие за десятилетием, наблюдая за жизнью, протекающей за пределами её квартиры. Смысл своей жизни она потеряла уже много-много лет назад…

2013—2014 гг.

Монолог мужчины библиотекаря

Что они вообще там делают? Книжки выдают? Когда у тебя рабочий день заканчивается в 19.00, но без пяти минут приходит бабушка, потому что ей днем было тяжело и настроения не было, а теперь «вы ведь не торопитесь», я быстренько посмотрю, которое затягивается на полчаса… в это время мимо идущие заходят «на огонек» … «я только копию сделать»… как оказывается 20 страниц, а в это время начинает названивать охрана в беспокойстве, отчего это библиотека не закрывается в урочное время? Живы ли еще? Или спасать уже некого? А твоя девушка в это время в непонятках, как можно задержаться в библиотеке? Пусть привыкает…

Про то, что библиотека открывается с 11 часов, с не с 8, когда приходят сотрудники, многие наши читатели забывают… ведь помимо обслуживания читателей есть другая невидимая работа — подвести ежедневную статистику, привести в порядок помещение и фонды, подготовить мероприятия, оформить книжные выставки и многое другое… у нас одни годовые отчеты чего стоят, более 150 (!) стр…

А еще «умиляют» просьбы: у вас же интернет есть, найти электронную почту некого предпринимателя из миллионного города с фамилией Иванов, у которого адрес электронки содержит «собака» и «маилру»… и никакие попытки объяснить нереальность поисков по данным критериям не вызывают понимания… Про найти «зеленую книгу, она у вас пять лет назад, до перестановки, стояла вон в том углу» я уже молчу… на фоне этого найти произведения писателя Робинзона Крузо не представляет сложности… как и «Капитанскую дочку» Льва Толстого… Вы мне что даете!? Вам же сказано — Толстого!!!!

А еще нужно написать жалобу на мужа-сволочь такую или найдите мне образец кассационной или надзорной жалобы, судьи наши …, веры им нет… про попытки объяснить, что это все таки разные жалобы и какую именно нужно им, на тебя смотрят, как на полоумного… какая разница, действительно, какая разница?…

Как объяснить крепкому мужчине со стрижкой ежиком и в черной кожанке, который: «мамой клянусь, верну через два часа», что подшивка местной газеты в единственном экземпляре и выдавать на дом её запрещено категорически, даже мы своим сотрудникам на ночь до утра не выдаем… Кстати, и разнимать разбушевавшихся читателей приходилось и выталкивать особо ръяных любителей «пошуметь»…

Но завтра я снова приду с утра на работу и с улыбкой на лице встану за кафедру библиотекаря. И приложу максимум усилий, чтобы всех читателей без исключения обслужить максимально быстро и вежливо. Даже если искомой книги или документа не будет в нашем фонде, я использую все возможности: предложу заказать по МБА в областной библиотеке или же поищу в каталогах Национальной электронной библиотеки, к которой подключена наша библиотека, или же поищу в справочно-правовой системе «КонсультантПлюс» все документы по вашей юридической проблеме, с которой вы не хотите идти к адвокату. Кстати, специалисты «КонсультантПлюс» отметили высокий уровень владения мной их системой в нашем районе даже в сравнении с адвокатами, судьями и другими представителями юридических профессий.

декабрь 2016 г.

Content

Осколки
Сборник рассказов
Андрей Игошев

Остановите планету, я сойду…

По вере вашей да будет вам (Матф. 9:29)

Резервация

Хранитель Опыт в жанре Фэнтези.

Пустырь

Случай во дворе

Святая гора

Сегодня была война…

Преданный

Понятой

Бессмертный

Монолог мужчины библиотекаря