Колман Орландина

В объятьях убийцы

Орландина Колман

В объятьях убийцы

Внезапно какой-то странный шум разбудил девушку. На этот раз это были не шаги и не голоса. Что-то скреблось и шуршало за окном. Она осторожно ощупала кровать рядом с собой и дотронулась до мужа. Значит, там снаружи был не он.

Она хотела его разбудить, но затем передумала. Вдруг он опять поднимет ее на смех? Нелли решила сначала сама посмотреть, в чем дело. Ведь это могла быть просто кошка.

Девушка встала и подошла к окну. Сквозь занавеску пробивался слабый лунный свет. За окном двигалась какая-то тень. Нелли чуть не закричала, но потом вспомнила, что недалеко от окна росло высокое дерево со свисающими вниз ветками. Может быть, это ветер шевелил их так сильно и прижимал к стеклу. Именно они и скребли по окну.

Она раздвинула занавески и окаменела от ужаса. К стеклу снаружи прижималось безобразное лицо. Дикие глаза смотрели прямо на нее. Рот был искажен омерзительной усмешкой.

* * *

Нелли Дорфилд наслаждалась каникулами. Она с огромным удовольствием изучала биологию в Университете Глазго, но с трудом переживала разлуку со своим горячо любимым отцом, лордом Эдвардом Дорфилдом. Только во время каникул она могла заботиться о нем в полной мере. И только в Дорфилд-холле она чувствовала себя действительно дома, ощущая тесную связь с родовым замком.

Раздался звонок в дверь. Экономка миссис Грэхэм пошла открывать.

– О, мистер Уорнер! Доброе утро! Леди Нелли будет вам рада!

Дональд Уорнер, соседский сын, всегда был для экономки желанным гостем. Она испытывала почти материнскую любовь к молодому человеку, которого знала еще ребенком. В детстве он и Нелли все время играли вместе, и старой экономке больше всего на свете хотелось, чтобы молодые люди, которых она так любила, однажды поженились.

Соседи уже давно судачили об этом. Всем казалось, что многолетняя дружба между молодыми людьми обязательно перерастет в нечто большее.

Дональд ответил на сердечное приветствие экономки, взбежал по широкой мраморной лестнице наверх и постучал в дверь комнаты Нелли. Девушка встала и пошла ему навстречу. Ее большие голубые глаза радостно засветились.

Бурно поздоровавшись с ней, молодой человек сразу же приступил к делу:

– Представь себе, Нелли! Мне дали стипендию для учебы в одном из университетов США! На целый год! Они хотят, чтобы я стал специалистом по микроэлектронике.

– Правда? – удивилась Нелли. Она хотела броситься ему на шею, как делала это всегда в радостные моменты. Но вдруг что-то ее остановило. Он решил уехать, оставить ее ради карьеры?

Но радостно возбужденный молодой человек не заметил перемены в ее настроении.

– Я возьму тебя с собой! Конечно, если ты согласишься… – выпалил он.

– Возьмешь меня с собой? – не поняла она.

– Конечно, в качестве моей жены, Нелли!

Девушка оправилась от первого шока. Все было в порядке – она была частью его нового плана.

– Почему ты ничего не говоришь? – спросил он недоуменно.

Она улыбнулась:

– Извини, но это так неожиданно. Ты уже все решил, а я узнаю обо всем только сейчас…

– Извини, радость моя. Я об этом не подумал.

– Ты наверняка думал, что я приду в восторг от твоей идеи.

– Признаюсь, я действительно так думал.

– И ты не спрашивал себя, что я могу сказать по этому поводу?

– Нет, честно говоря, я думал, что само собой разумеется…

– … что я буду вне себя от радости?

Дональд смущенно пожал плечами:

– Да, я так думал…

Она испытующе посмотрела на него:

– Ты думал, что достаточно будет рассказать мне о твоих планах и я тут же пойму, что этот шаг будут лучшим в моей жизни.

Молодой человек опустил глаза:

– Нет, так я, конечно, не думал. Но надеялся, что, поразмыслив, ты согласишься. Думал, что наша любовь достаточно сильна…

– Дон, только не обижайся. Мы близкие друзья с самого детства. Но разве мы когда-нибудь говорили о любви?

Дональд подошел к окну. Вся его поза выражала глубокое разочарование. Поняв, что была слишком резка, Нелли подошла к нему сзади.

– Я не хотела тебя обидеть, Дон. Но правда, разве мы говорили когда-нибудь о любви?

Он повернулся к ней:

– Об этом речи не было, Нелли. Но я думал, что наши чувства говорят сами за себя.

Она хотела возразить: «Твои чувства, Дон, а не мои». Но в этот момент ей стало ясно, что ее тянет к этому молодому мужчине. Они всегда прекрасно понимали друг друга и полностью доверяли один другому. Возможно, когда-нибудь эти чувства и переросли бы в любовь.

– Я счастлива, что ты включил меня в свои планы на будущее, – сказала она с улыбкой. – Но дай мне немного времени. Я еще не разобралась в своих чувствах. До сих пор мы были друзьями, товарищами. И вдруг ты заговорил о любви…

– Прошу тебя, Нелли! Не думай, что я тебя к чему-то принуждаю. Я и сам осознал, как сильно тебя люблю, только когда принял решение поехать в США.

Нелли положила ему руки на плечи:

– Я очень ценю это. И ценю твое предложение. Но даже если бы я хотела, то не смогла бы уехать сейчас. Из-за отца…

Парень печально опустил голову:

– Ах да, твой отец. Он определяет всю твою жизнь.

– Почему ты так говоришь? Просто я люблю его больше всех на свете.

– Да, больше всех. Теперь мне это ясно.

– Прошу тебя, Дон, пойми меня. У меня ведь нет никого, кроме него.

Молодой человек выпрямился:

– Ах вот как? Никого? Разве я не предложил тебе только что…

Нелли опустила голову:

– Прости меня. Конечно, ты всегда готов быть рядом. Но отец, ты же знаешь, нуждается в моей помощи.

– Согласен. И он ею активно пользуется.

– Конечно, и это его право.

– Но у его дочери тоже есть право жить своей жизнью.

– Верно! И он мне его предоставляет.

– Ах да, послав тебя учиться в Глазго.

Нелли в отчаянии покачала головой. Дон загнал ее в угол. И он был прав.

– Вот видишь, тебе и возразить нечего, – торжествующе сказал он.

Она смущенно кивнула:

– Мне правда очень жаль…

– Это твое последнее слово, Нелли?

– Дон, я правда не могу оставить отца одного. И мои чувства к тебе еще недостаточно сильны, чтобы я забыла о своих обязанностях здесь и уехала в Америку в качестве твоей жены.

* * *

Нелли плохо спала. Обида, которую она причинила лучшему другу, мучила ее. Она чувствовала себя виноватой и долго не могла заснуть. Страх от того, что она приняла неправильное решение, беспокоил ее так же сильно, как и неясное предчувствие какой-то беды. Она заснула лишь около четырех часов утра, но уже в семь проснулась вновь.

Контрастный душ немного взбодрил ее. Полчаса спустя она спустилась вниз и удивилась, застав отца за столом, накрытым для завтрака.

– Доброе утро, отец, ты сегодня рано встал.

– Доброе утро, Нелли. Сегодня пришлось встать пораньше. Мне нужно съездить в город.

– Одному?

– Нет. За мной заедет Стэнтон.

– У вас какие-то дела в городе?

– Да. Я рад, что он меня подвезет. В последнее время я не люблю водить машину.

– Я бы могла тебя отвезти. Я все-равно хотела съездить в город.

– Спасибо, детка. Но у тебя наверняка другие планы, и я не хотел их нарушать.

– Но мы могли бы договориться встретиться где-нибудь в городе в определенный час. Тогда каждый мог бы свободно распоряжаться своим временем.

– В другой раз, детка. Я уже не смогу отменить договоренность со Стэнтоном.

– Ну хорошо, хорошо, – приветливо ответила Нелли, взяла тост и намазала его маслом и джемом.

– Ты неважно выглядишь, – заметил сэр Эдвард.

– Я плохо спала ночью, папа.

– Ты тоже? Странно. У нас что сейчас, полнолуние?

– Нет. Оно наступит только на следующей неделе. Дело не в этом.

Эдвард улыбнулся:

– Любовные страдания? Так ведь?

– С чего ты взял, папа?

– Ну как с чего? Предстоит разлука с Дональдом. Разве тебе все равно? Все-таки целый год порознь…

Она хотела сказать отцу, что Дональд непременно хотел взять ее с собой. Но затем передумала. Ведь тогда бы и он почувствовал себя виноватым, поняв, что дочь осталась из-за него, отказалась от своего счастья, и это бы его расстроило.

Раздался звонок в дверь. Миссис Грэхэм пошла открывать. Вскоре в дверь столовой постучали.

– Войдите, – крикнул лорд Эдвард. – А вот и Стэнтон!

Дверь открылась, и на пороге появился Эрнст Стэнтон, привлекательный мужчина лет сорока пяти:

– О, прошу прощения. Я помешал вам завтракать, лорд Эдвард.

Лорд Эдвард вытер рот салфеткой и поднялся из-за стола:

– Ничего страшного, дорогой друг. Я уже закончил. Мы можем немедленно отправляться в путь.

Адвокат подошел к Нелли и поклонился ей:

– Счастлив вас видеть, леди Нелли. Когда у вас начались каникулы?

– Три дня назад.

– Тогда я буду иметь удовольствие видеть вас чаще? – спросил мужчина с обворожительной улыбкой.

– Возможно. Ну а если вы так счастливы видеть меня, то, думаю, вам не составит труда взять и меня с собой в город. В этом случае я могла бы поберечь свой старенький «Остин».

Стэнтон явно смутился и, как бы ища помощи, взглянул на лорда:

– У нас сегодня масса дел. Может быть, как-нибудь в другой раз?

– Но я же не буду ходить вместе с вами. Вам нужно лишь подвезти меня. Высадите меня где-нибудь…

– Нелли, дорогая, – вступил в разговор отец девушки. – Ты разве не видишь, что сэр Эдвард не может взять тебя сегодня?

Нелли улыбнулась, как бы извиняясь:

– Конечно. Я не хочу навязываться.

– Ну, тогда пойдемте, Стэнтон. А тебе, Нелли, я желаю хорошо провести день.

– Я тебе тоже, папа.

Стэнтон еще раз поклонился и вместе с лордом Эдвардом вышел из столовой.

Нелли задумчиво посмотрела на солидную фигуру отца, рядом с которым адвокат казался щуплым. Что они задумали? Почему ни за что не хотели, чтобы она поехала вместе с ними?

Вдруг что-то заставило ее вскочить с места и поспешить к входной двери. Лорд Эдвард садился в машину своего адвоката и финансового консультанта. Это был новенький красный «Форд», сияющий в лучах утреннего солнца. Когда она в последний раз была в Дорфилде, у Стэнтона еще была видавшая виды машина блеклого синего цвета.

Лорд заметил дочь, стоящую в проеме двери, и помахал ей рукой.

Она помахала ему в ответ и натянуто улыбнулась. Какая-то неясная тревога вдруг охватила ее. Когда автомобиль двинулся с места, она принялась так судорожно махать ему рукой, как будто прощалась с отцом навеки. Она смотрела вслед красному «Форду», пока тот не скрылся за поворотом. Тяжело вздохнув, она вернулась в дом.

Откуда взялась эта тревога? Дело было не в отъезде Дональда и не в том, что она часто беспокоилась об отце, который еще не до конца оправился после смерти своей горячо любимой жены два года назад. Но сейчас лорд чувствовал себя совсем неплохо и очень обрадовался приезду Нелли три дня назад. То, что он, как и дочь, плохо спал этой ночью, могло иметь самые разные причины. Возможно, он беспокоится о вещах, о которых она и понятия не имела…

Она выпила уже остывший чай и налила себе горячего. С удовольствием отхлебывая его, она стала думать, чем бы полезным занять себя до обеда.

Миссис Грэхэм постучала и вошла в столовую. С недоумением она обвела взглядом накрытый стол:

– Но вы же почти ничего не ели, леди Нелли!

Девушка посмотрела на остатки своего тоста и смущенно кивнула:

– Да, действительно. А я и не заметила. Что-то у меня сегодня нет аппетита. Скажите, Молли, отец часто ездит со Стэнтоном в город?

– Нет. Это второй раз за последнее время. Сегодня у них, судя по всему, какая-то особая причина для поездки. Сэр Стэнтон так гордится своей новой машиной, что он непременно захотел показать ее вашему отцу. Очень красивая модель. Уж никак не сравнить ее с теми старомодными драндулетами, на которых он ездил до сих пор.

– Да, машина действительно очень эффектная. И быстрая наверняка.

– В этом можете не сомневаться. Я слышала, как сэр Стэнтон рассказывал, как она прекрасно держит дорогу при скорости сто двадцать миль в час. Но она и безопасная при этом. Стэнтон буквально вчера приятелям расхваливал подушки безопасности. Это приятно слышать, если вспомнить наши узкие дороги со всеми их бесчисленными поворотами. Вот и на прошлой неделе какая-то машина не вписалась в поворот и упала в овраг.

– Ужас какой! Кто-нибудь погиб?

– Да. Два молодых парня. Тот, что сидел за рулем, только-только получил права.

Информация о двух погибших молодых людях еще больше испортила девушке настроение.

– Вы можете убирать со стола, Молли. Я пойду наверх и приберусь в своей комнате.

– Хорошо, леди Нелли. Я приготовлю обед к часу дня. Лорд Эдвард, правда, к этому времени не вернется…

– Он намекал на это? – удивилась девушка.

– Ну да. Сказал, что, мол, сегодня задержится и чтобы мы его не ждали.

Но уже несколько минут спустя обе женщины узнали, что им больше не придется ждать возвращения хозяина дома.

Раздался резкий звонок телефона. Нелли сняла трубку. Какое-то время она молча слушала то, что ей говорили. Миссис Грэхэм взволнованно смотрела на нее. Лицо девушки смертельно побледнело.

– Да, понимаю, сержант, – наконец выдавила из себя Нелли. – Благодарю вас.

– Ради бога, скажите, что произошло? – взмолилась Молли, когда Нелли положила трубку.

– Они попали в аварию. Слетели с дороги и врезались в стену.

– И что? Они поранились?

– Отец разбился насмерть. Ударился головой о лобовое стекло…

Миссис Грэхэм в ужасе закрыла лицо руками:

– Бедный лорд Эдвард! И надо же было этому случиться именно сейчас, когда он немного стал приходить в себя…

– Сэр Стэнтон легко ранен. Его спасла подушка безопасности.

– А почему не лорда Дорфилда? Почему…

– Для пассажира, сидящего рядом с водителем, подушка безопасности в базовой комплектации не предусмотрена. Для пассажира ее нужно заказывать отдельно, а Стэнтон этого не сделал. Так сказал сержант. Он думал, что это меня как-то утешит.

– Почему утешит?

– Потому что я должна смириться с тем, что это был удар судьбы. Или роковая случайность…

* * *

Нелли осталась одна со своим горем. Дональд был далеко и как раз в эти дни не мог приехать, чтобы поддержать ее. Слишком многое зависело там, в Америке, от его присутствия. Профессора поручили ему какое-то важное дело, которое нужно было выполнить за несколько дней. Любая задержка могла поставить под вопрос весь проект. Дональд, правда, звонил каждый день, чтобы выразить свое сочувствие. Но это не могло по-настоящему утешить ее. Молли Грэхэм время от времени обнимала ее и терпеливо выслушивала упреки, которыми осыпала себя Нелли.

– Ну скажите на милость, что вы могли сделать в этой ситуации? – недоуменно спрашивала экономка.

– Мне нужно было лучше за ним смотреть, Молли.

– Ерунда какая! За мужчиной в его возрасте не нужно смотреть! Ну кто мог предположить, что такой опытный водитель, как сэр Стэнтон, слетит с дороги?

– Он говорит, что ему перебежал дорогу заяц.

– Ну что ты на это скажешь?! – возмутилась старая экономка. – Захотел спасти зверюшку и угробил человека!

– Ах, Молли, разве можно так говорить?

– Прошу прощения! Я не то хотела сказать. Но что ни говори, ваш отец погиб в результате его ошибки.

– Я знаю, Молли. Но какой смысл сейчас говорить об этом? Нам нужно думать, как жить дальше.

Экономка тяжко вздохнула:

– Вы правы. Если бы хоть Дональд был здесь! Тогда у вас был бы кто-то, на кого можно опереться. Я говорю…

Тут раздался звонок в дверь. Нелли удивленно вскинула голову. А вдруг это Дональд? Что если ему все-таки удалось вырваться на пару дней?

– Это сэр Стэнтон, – вздохнув, сообщила Молли, выглянув в окно, из которого можно было видеть украшенный колоннами главный вход в дом.

Разочарованная, Нелли опустила голову:

– Как он некстати! Нельзя ли как-нибудь от него отделаться, Молли?

– Да нет, как-то неудобно. Наверняка он хочет предложить вам свою помощь. И я думаю, что она вам пригодится.

– Ну хорошо. Пусть войдет. Надеюсь, надолго он не останется. Мне сейчас не до гостей.

Сначала она хотела принять Стэнтона в маленьком салоне. Но потом передумала. Эта небольшая комната показалась ей слишком интимной для подобного случая. Кабинет отца подходил лучше, хотя он и будил в ней болезненные воспоминания.

Эрнст вручил ей букет белых роз и низко поклонился. Левой рукой он опирался на трость.

– Примите мои глубочайшие соболезнования, миледи, – произнес он мягким голосом.

Она взяла цветы, немало удивившись букету в столь печальное время, поблагодарила и указала кивком головы на трость:

– Все еще болит?

Стэнтон улыбнулся:

– Пустяки! Когда я думаю о той боли, которую причинил вам…

– Ах, оставьте! У вас пострадала нога. Что-то серьезное?

– Я немного повредил коленную чашечку. Это быстро пройдет.

– А что с гематомами? Ведь это очень больно!

Он кивнул:

– Это все пройдет, говорят врачи. Можно мне сесть?

Девушка смутилась:

– Ох, извините. Я так невнимательна.

– Ничего страшного. После всего, что вы пережили…

Она указала ему рукой на удобное кожаное кресло у камина и села рядом.

– Я не могу выразить, как я сожалею о случившемся. Я упрекаю себя с утра до вечера, – начал адвокат.

– Это был несчастный случай. Такое предвидеть нельзя.

Он покачал головой:

– И тем не менее. Если бы я отреагировал по-другому…

– Вы не хотели задавить зайца.

– Вот именно! Почему я побоялся сбить зайца? Ведь заяц – не олень, столкнуться с которым опасно для жизни автомобилиста.

Нелли встала и подошла к украшенному искусной резьбой шкафу. За одной из откидных дверец скрывался маленький домашний бар.

– Хотите коньяку? Думаю, он сейчас нам обоим не повредил бы.

– Да, охотно. Это как раз то, что нужно.

Нелли взяла бутылку, подошла к маленькому столику у камина и налила коньяк в бокалы.

– Как вы справляетесь с ситуацией? – спросил Стэнтон, отхлебнув коньяка.

– Я поручила все похоронному бюро.

– А как обстоят дела с финансами?

– Отец открыл мне счет в банке. Этих денег хватит, пока не будут улажены все формальности.

– Разрешите мне позаботиться об этом, Нелли? Вы, конечно, знаете, что я управлял состоянием и вообще занимался всеми делами вашего отца.

– Он что, сам не мог это делать? – удивилась девушка.

Адвокат пожал плечами:

– У него было много деловых контактов. Состояние Дорфилдов вложено в самые разные объекты. После смерти вашей матери сэр Эдвард был совершенно выбит из колеи. Казалось, что его больше ничего не интересует. И вот в этот момент моя помощь ему очень пригодилась.

Нелли задумалась:

– Странно, он никогда мне об этом не рассказывал.

– Это и понятно. Вы были такой юной, когда уехали учиться в Глазго. А он, наверное, думал, что у него еще много времени впереди…

Нелли кивнула:

– А теперь вот я осталась одна и совершенно ничего не знаю о наших делах.

Стэнтон взял бокал:

– Надеюсь, вы разрешите мне ввести вас в курс дела.

– Вы хотите рассказать мне, из чего складывается мое состояние?

– Да. Я мог бы сделать для вас краткий обзор. Когда я вновь встану на ноги…

– Хорошо, но учтите, меня интересуют все детали, мистер Стэнтон. Конечно, я доверяю вам, как и отец. Но мне было бы полезно разобраться в моей новой ситуации, а не сидеть без дела. Безделье только наводит меня на печальные мысли.

– Дорогая Нелли! Как я вас понимаю! Такая энергичная молодая женщина имеет право…

– Вот именно. Я того же мнения и с благодарностью приму вашу помощь.

– Почту за честь. Ну а до тех пор я и дальше могу управлять всем, не так ли?

– Что вы имеете в виду под «всем»?

Адвокат смущенно улыбнулся:

– Вашим состоянием. Многочисленными владениями. Поверьте, в моих руках ваше добро будет в целости и сохранности!

* * *

Прохладным июльским утром при большом стечении народа прошли похороны лорда Эдварда Дорфилда. Собрались не только все соседи из округи, приехали и многочисленные гости со всей Шотландии. Представитель парламента специально прибыл из Лондона, чтобы отдать последние почести многолетнему члену палаты лордов.

Нелли находилась в состоянии, похожем на транс, и смотрела на происходящее как бы со стороны. Она почти не почувствовала пожатия руки сэра Стэнтона, когда тот подвел ее к открытой могиле. Машинально она бросила букет красных роз на гроб. Если бы она могла плакать, то ей было бы легче. Но она не проронила ни слезинки. Казалось, она вообще не понимает, что происходит вокруг.

Некоторые из пришедших на похороны были приглашены затем в Дорфилд-холл. Стэнтон предварительно составил список приглашенных, а миссис Грэхэм позаботилась о еде и напитках.

Стэнтон подошел к Нелли и протянул ей бокал с коньяком. Несмотря на обилие людей в гостиной, девушка чувствовала себя одинокой и беспомощной.

– Выпейте, Нелли, – попросил Стэнтон. – Вам сейчас это нужно, для того чтобы прийти в себя. Держитесь, пока все не кончится.

– Это не кончится никогда, – мрачно возразила она ему.

– Вы неправы, дорогая. Любая душевная боль имеет свои пределы.

– Вам откуда это знать? Вы не можете понять моего положения.

– Нет, могу. Я тоже когда-то потерял любимого человека.

Нелли залпом выпила коньяк. Стэнтон улыбнулся:

– Вот видите. Сейчас вам станет лучше. Давайте пойдем куда-нибудь, где нам не будут мешать.

Девушка удивленно посмотрела на мужчину:

– Мешать? Что вы имеете в виду? Я не могу вот так взять и уйти. Гости…

– О них позаботятся слуги. Посмотрите, несмотря на печальное событие, все прекрасно общаются друг с другом. И никто не заметит…

– Ну хорошо. Пойдемте в малый салон. Мне действительно хочется побыть одной. Но сначала я спрошу Молли, не нужна ли ей.

– Все устроено великолепно, – возразил Стэнтон. – Молли постаралась на славу.

Нелли улыбнулась:

– Да, я знаю. И тем не менее…

– Как вам будет угодно. Я вас подожду здесь.

Нелли прошла между собравшимися в холле и двинулась по длинному коридору на кухню. Миссис Грэхэм с красным от напряжения лицом как раз давала указания двум молоденьким девушкам. Случайно она подняла голову и увидела Нелли:

– О, миледи! Как вы себя чувствуете? Я могу чем-нибудь помочь?

– Спасибо, Молли. Все в порядке.

– Ну слава богу! Сэр Стэнтон вовсю заботится о вас…

– Что вы хотите этим сказать?

– Если бы не он, вы бы упали в обморок у могилы. Похоже, ему нравится…

– Что нравится?

Экономка смущенно улыбнулась:

– Ему нравится разыгрывать из себя друга, который по-отечески заботится о вас. Думаю, он хочет стать для вас незаменимым.

Девушка испытующе посмотрела на миссис Грэхэм:

– Похоже, это вам совсем не по душе.

– Знаю, что мне не нужно было откровенничать. Но я так давно вас знаю…

– Конечно, Молли. Что у вас на душе? Говорите, не стесняйтесь.

Молли подождала, пока обе девушки уйдут их кухни. Ее лицо приняло серьезное выражение:

– Мужчины в этом возрасте очень опасны. Они кое-чего добились в жизни, выглядят еще хоть куда и уверены в себе. Это привлекает молодых девушек.

– Да он же мне в отцы годится!

– Вот именно! Такой друг пытается заменить отца и таким образом завладевает сердцем невинного существа…

– Я собираюсь сохранить свою невинность, дорогая Молли. Вам не о чем беспокоиться.

– Что же, посмотрим, леди Нелли. Часто бывали случаи, когда неопытные богатые девушки…

– Вы сгущаете краски!

– А вот и нет. Я знаю больше, чем вы думаете. С вашей дорогой матушкой у меня были очень доверительные отношения. И она кое-что поведала мне…

– Хорошо, Молли. Я буду осторожной. Это вас успокоит?

Экономка опустила глаза. На ее лбу образовалась глубокая складка, которая никак не подходила ее доброму круглому лицу.

– Вам нужно пойти к гостям, – сказала она. – Поговорите с людьми. Это отвлечет вас от печальных мыслей.

Нелли кивнула:

– Вы правы. Вам больше незачем беспокоиться обо мне. Я сама о себе позабочусь.

– Если уже не поздно, – пробормотала миссис Грэхэм, когда девушка вышла из кухни.

Стэнтон поджидал ее в коридоре:

– Ну что, вы нужны на кухне?

– Нет, но миссис Грэхэм считает, что мне нужно пойти к гостям.

– Хорошая идея. Сейчас вы немного успокоились, и некоторые люди наверняка захотят поговорить с вами. До этого времени никто не решался с вами заговорить.

– Мне так неудобно!

– Почему вам должно быть неудобно? Все понимают, в каком вы состоянии.

– Спасибо, Эрнст. Вы очень чуткий человек.

– Надеюсь, что я для вас не просто чуткий человек, а настоящий друг.

– Да, и пусть это так и останется.

Стэнтон посмотрел на ее красивое тонкое лицо и не понял, что она хотела этим сказать. Но увидев ее неопределенную улыбку, решил сейчас ее об этом не спрашивать.

Нелли смешалась с гостями и заговаривала то с тем, то с другим. Некоторые из собравшихся выразили ей еще раз свои соболезнования. Люди стали расспрашивать о планах на будущее и хотели знать, как продвигается учеба в университете.

Нелли обо всем рассказывала и постепенно почувствовала, как возникла связь между ней и гостями. Она больше не чувствовала себя одинокой. Интерес людей к ее судьбе утешил девушку.

Когда все гости ушли, она была совершенно без сил. Заботы последних часов настолько истощили ее силы, что она почувствовала себя опустошенной. Напряжение спало, уступив место душевной пустоте и отчаянию.

Попрощавшись с гостями, она удалилась в малый салон и опустилась на диван. Но стоило ей закрыть глаза, как перед глазами у нее все поплыло. Только сейчас она вспомнила, что уже несколько часов ничего не ела. В течение вечера ей все время подносили бокалы с вином, но от закусок она отказывалась. И теперь это дало о себе знать.

На какое-то время она погрузилась в полудрему. Весь прошедший день показался ей каким-то нереальным. А что если это был всего лишь сон? Что если она проснется и обнаружит, что все осталось, как было?

Как сквозь пелену, она увидела, что в комнату кто-то вошел. Она попыталась открыть глаза и рассмотреть вошедшего в слабом свете настольной лампы.

– Нелли? – спросил мягкий голос.

Она хотела подняться, но все ее тело как будто было налито свинцом. Она посмотрела на мужчину, который медленно приближался к ней.

– Вот вы где спрятались…

– Я совершенно без сил. Решила немного отдохнуть…

– Конечно, конечно! Вам нужен покой. Должен сказать, что держались вы молодцом. Сейчас все ушли. Все позади. Вы можете полностью расслабиться, дорогая Нелли.

Мужчина опустился рядом с ней на диван и взял ее за руку. Медленно он поднес руку девушки к губам и запечатлел на ней долгий поцелуй.

Она хотела забрать руку, но у нее не было сил. Кроме того, ей понравилось это прикосновение, его тепло поднималось вверх к плечам и вызывало в ней неизвестное доселе наслаждение. Сопротивляться не хотелось. Да и зачем? Каждое выражение человеческого участия действовало на нее благотворно. Главное для нее было сейчас не оставаться одной…

– Нелли, – опять донесся до нее вкрадчивый голос. – Нелли, дорогая! Разве ты не видишь, какие чувства я к тебе испытываю?

Она не ответила. Ей вновь показалось, что она спит, что она далека от всего земного.

– Ну скажи же что-нибудь, Нелли! Скажи, есть ли у меня надежда?

– Что? – спросила она, не понимая, что он имеет в виду.

– Нелли, дорогая! Ты нужна мне. И я тебе нужен. Ты разве этого не знаешь?

Девушка глубоко вздохнула:

– Я вообще ничего не знаю.

– Но ты же знаешь, что я люблю тебя. Ведь знаешь?

* * *

Нелли чувствовала себя бесконечно одинокой. Когда все формальности с наследством были улажены, она еще острее ощутила потерю отца. Дональд присылал из Америки утешительные письма, но они не помогли ей побороть одиночество. Слишком велико было расстояние между ней и ее верным другом.

Дональд умолял ее как можно скорее покинуть дом. Он писал, что ужасный климат Шотландии только усиливает ее печаль и в конце концов приведет к настоящей депрессии.

«Если уж ты не можешь решиться приехать ко мне сюда, – писал он, – то уезжай хотя бы в Глазго. Несмотря на каникулы, там у тебя много старых друзей. Да и в университете всегда что-то происходит, ты отвлечешься и не будешь чувствовать себя такой одинокой. Принимай участие в разных делах, да и просто развлекись немного. Ничего зазорного в этом нет».

Нелли понимала, что в принципе он прав, но не могла ни на что решиться. Просто поехать к Дональду в Бостон она не хотела, хотя главный аргумент, по которому она не сделала этого раньше, больше не существовал. Причина была в том, что она до сих пор не разобралась в своих чувствах к Дональду, хотя и очень скучала по нему.

Душевный паралич овладел ею с того вечера, когда Стэнтон признался ей в любви. Она испытывала к нему сильное физическое влечение, хотя и пыталась видеть в нем лишь друга, относящегося к ней по-отечески.

Но этот зрелый интересный мужчина хотел от нее, конечно же, большего. Он пользовался любой возможностью предложить ей свою помощь. При этом он настойчиво ухаживал за ней.

Миссис Грэхэм наблюдала за его активностью с растущим беспокойством. Она пыталась заменить девушке семью, почти по-матерински помогала ей преодолевать разные трудности и все время подбадривала ее. Добрая женщина с любовью готовила для девушки еду, после смерти лорда Дорфилда обедала и ужинала вместе с ней. Все это на определенное время поднимало настроение Нелли.

– Сэр Стэнтон пытается стать для вас незаменимым, – вновь подняла щекотливую тему экономка, когда как-то вечером он задержался в Дорфилд-холле особенно долго. Все чаще он приглашал Нелли в рестораны, что весьма раздражало миссис Грэхэм. Ей было не по душе, что ее юная подопечная остается на долгое время без ее присмотра.

– Даже не знаю, что бы я делала без него, – признавалась ей Нелли. – Я ничего не понимаю в этих бесконечных бумагах. В них разбирается только он.

– Вот это-то и странно, миледи. И опасно. Вы становитесь слишком зависимой от него.

– А что делать? Он же управляет моим состоянием.

– И вы предоставили ему полную свободу действия.

– Я ему доверяю. Ведь и отец ему полностью доверял.

– Ну хорошо. Возможно, он действительно неплохо управляет вашим состоянием. Но вы ведь прямиком идете к тому, чтобы доверить ему и свою жизнь.

– Ну нет, до этого еще не дошло…

– Он добьется своего. Глядя, как он вас обхаживает…

– Это так заметно?

Молли горько рассмеялась:

– А глаза-то у меня на что? Как он на вас смотрит! Какие томные взгляды на вас бросает!

– Но я вижу в нем только друга, который заботится обо мне, как отец.

– Такая-то забота часто и приводит к неравным бракам.

– Молодые мужчины меня не привлекают. Я еще ни разу не влюблялась в своих сокурсников.

Миссис Грэхэм вздохнула:

– Жаль! Как бы я хотела, что бы вы и Дональд поженились!

– Мне очень нравится Дональд, Молли. Но это не любовь. Во всяком случае не то, что я понимаю под любовью. К тому же он далеко. А в любовь на расстоянии я не верю.

– А вы вообще-то знаете, что такое любовь? Это сильное чувство, соединяющее мужчину и женщину?

Нелли печально покачала головой:

– Не думаю, что я его испытала.

– Вот видите! Поэтому я и беспокоюсь за вас. Этот Стэнтон воспользуется вашей неопытностью.

– Но Молли! Вы не доверяете моему рассудку?

– Вот к рассудку это не имеет никакого отношения, леди Нелли!

– Я буду осторожной!

– Надеюсь, – вздохнула миссис Грэхэм.

Тем же вечером стало ясно, насколько оправданными были опасения миссис Грэхэм. Сэр Стэнтон опять остался на ужин, якобы для того, чтобы потом что-то еще обсудить с Нелли. Поужинав, они прошли в кабинет лорда Дорфилда, и там адвокат попросил Нелли сесть рядом с ним за письменный стол.

Объясняя ей некоторые счета, которые ей предстояло оплатить, он придвинул свой стул вплотную к ней. Вдруг он положил ей руку на плечо и слегка притянул к себе. Она не сопротивлялась. Этим вечером она чувствовала себя особенно беззащитной, и ей хотелось к кому-нибудь прислониться. Близость другого человека, исходящее от него тепло действовали на нее благотворно. Теперь она не чувствовала себя такой одинокой.

Вдруг давление его руки усилилось. Он повернул ее к себе и заглянул ей в глаза.

– Нелли, – сказал он нежно. – Мне трудно вот так спокойно сидеть рядом с тобой.

Она захотела встать, но он не дал сделать ей это, а обнял ее и второй рукой притянул к себе еще ближе. Прежде чем она успел опомниться, он прижался губами к ее губам и нежно поцеловал.

Теплая волна пробежала по всему ее телу и подарила ей ощущения, незнакомые ей до сих пор. Она почувствовала, как его язык проник в ее рот, и ее возбуждение стало еще сильнее. Нелли хотел отодвинуть его от себя, но у нее не хватило сил. Ее как будто парализовало.

– Нелли! – страстно прошептал ей Стэнтон прямо в ухо. – Выходи за меня замуж. За мной ты будешь, как за каменной стеной.

Быть защищенной, иметь рядом человека, к которому можно прислониться, – это как раз то, чего ей хотелось сейчас больше всего на свете.

– Я же тебе нужен, – продолжал искушающий голос. – Я отдам тебе все, что имею. Сделаю тебя счастливой.

«Как хорошо чувствовать себя в объятиях мужчины», – думала она, в то время как желание еще большей близости становилось все сильнее.

– Нелли, любимая! Ну скажи же хоть что-нибудь!

Но она не произнесла ни слова. Ее рассудок был словно парализован.

Через мгновение он опять поцеловал ее, на этот раз интенсивнее и требовательнее. Одновременно он рукой стал гладить ее грудь.

Яркая искра осветила ее рассудок. Она отодвинула его руку, тело ее напряглось.

Он почувствовал, что она отодвигается, и прекратил свои действия.

– Я могу подождать, Нелли, – сказал он подчеркнуто мягко.

* * *

Нелли никак не могла заснуть. Она все время спрашивала себя, что же с ней происходит. Еще никогда мужчина не был так близок с ней. Было ли чувство, которое она испытывала к нему, любовью? Или непреодолимым влечением? Горячая вона накатывала на нее при мысли о страстных поцелуях Стэнтона, о том наслаждении, которое они вызывали в ней.

«Что же мне делать? – спрашивала она себя. – Теперь я не знаю, что правильно, а что нет. В моих чувствах царит хаос. Почему ты ушел от меня, отец? Без тебя я чувствую себя такой беспомощной!»

И прежде чем заснуть, она поняла, что напору Эрнста Стэнтона она сопротивляться долго не сможет.

Прошло всего две недели, и он добился своего. В один из безрадостных дождливых дней, когда, как казалось, солнце уже никогда не появится на небе, Нелли почувствовала себя особенно одинокой. Боль от потери отца стала невыносимой. Страстно желая защиты и любви, Нелли уступила желаниям Стэнтона.

С тяжелым сердцем она написала Дональду о том, что выходит замуж за Эрнста Стэнтона. Она пожелала ему удачи в карьере и попросила сохранить о ней хорошие воспоминания.

Дональд писал ей отчаянные письма, но отговорить от рокового шага не сумел. Внутренняя неуверенность в себе делала ее упрямой. Она смутно чувствовала, что поступает неверно, но признаться в этом даже себе не решалась, а просто плыла по течению. Расстаться со Стэнтоном она уже не могла, да и не хотела. Лишенная воли, она отдала себя в руки судьбы.

– Не нравитесь вы мне, леди Нелли, – печально констатировала миссис Грэхэм. – Вы, знаете ли, совсем не похожи на счастливую невесту…

– Возможно… Может быть, мое настроение изменится позже…

– Сомневаюсь. Когда такой человек, как сэр Стэнтон, добьется своего…

– Не нужно так говорить о моем будущем муже, Молли. И хотя он на двадцать лет старше меня…

– Вот именно! Вы никогда себя не спрашивали, почему он до сих пор не был женат?

– Вероятно, он просто не смог встретить женщину, которая ему была бы нужна…

– Возможно. Но в любом случае, это должна была быть женщина с деньгами.

– Почему, Молли? Он же успешный адвокат…

– Но его семья полностью разорена. Дом, в котором живут его родители, заложен и перезаложен.

– Откуда вы знаете? – спросила девушка испуганно.

– Это знают многие, это не секрет. Не обращаете внимание на очевидные вещи только вы, потому что он вам в глаза напустил туману. Не сочтите меня невежливой, но я очень беспокоюсь о вас и поэтому считаю себя обязанной говорить вам об этом. Хоть я и понимаю, что я всего лишь ваша экономка и мне по статусу не положено…

Нелли нежно обняла добрую женщину:

– Ах, Молли! Я же знаю, что вы мне только добра хотите. Но правда, у вас нет повода беспокоиться обо мне.

Миссис Грэхэм тяжко вздохнула:

– Ах, если бы лорд Дорфилд был жив! Ничего бы такого не произошло!

– А что такого особенного произошло?

– То, что вас соблазнил немолодой мужчина. Вам нужен человек, который искренне будет любить вас и которого вы бы любили, как мужчину, а не как отца или как опекуна.

– Но он любит меня.

По лицу Молли было видно, что она сильно сомневается в этом.

– Что ж, остается только надеяться, что все будет хорошо.

– Все будет хорошо, – ответила Нелли. Но по ее голосу было ясно, что она и сама в этом не уверена. Странное ощущение приближающейся беды охватило ее. Так было и в тот момент, когда она в последний раз помахала рукой отцу…

Сэр Стэнтон вплоть до свадьбы был очень внимателен и предупредителен с ней. И во время свадебного путешествия в Венецию все его внимание было обращено на молодую жену. Постепенно у нее оставалось все меньше сомнений в том, что она поступила правильно.

Однако после возвращения в Шотландию отношение Стэнтона к Нелли стало постепенно меняться. Под предлогом того, что ему нужно заботиться о своих больных родителях, он часто оставлял девушку по вечерам и выходным одну. Раньше он подробно объяснял ей все, что касается Дорфилд-холла, теперь же запер все документы у себя в конторе и только время от времени приносил ей какие-то бумаги на подпись.

Молли наблюдала за всем этим с растущим беспокойством. Ее вопрошающий взгляд так часто задерживался на красивом бледном лице Нелли, что в конце концов девушка не выдержала.

– Что вас так беспокоит, Молли? – спросила она экономку как-то вечером, когда вновь осталась одна.

– А вы сами не догадываетесь, миледи?

– Думаю, что догадываюсь…

– Вы слишком много времени проводите в одиночестве. Разве вы не для того вышли замуж, что бы не чувствовать себя одинокой?

– Вы правы, Молли. Думаю, мне все-таки нужно было уехать в Бостон. Дональд лучше бы обо мне заботился. Вы не знаете, как у него дела?

Миссис Грэхэм смущенно опустила глаза:

– У него все хорошо. Он иногда пишет мне и спрашивает, как у вас дела.

– Правда? Он действительно верный друг. И вы ему отвечаете?

– Конечно, – поколебавшись, ответила Молли.

– И что же вы ему пишете?

– Ну, как мы тут живем…

– Скажите честно, Молли, он знает, что муж часто оставляет меня одну? Вы писали ему о моем подавленном состоянии?

– Да, леди Нелли. Не обижайтесь на меня, но я пишу ему правду. Я поведала ему, что вы несчастны.

– Не нужно было этого делать!

– Разве? Почему ваш друг не должен знать правды? Это, конечно, его расстраивает, но с другой стороны, он понимает, что был прав.

Нелли задумчиво кивнула:

– Тогда я еще этого не знала. Дональд был далеко, а Эрнст постоянно рядом. А мне было так одиноко…

– Ну и сейчас вам не лучше. Вам нужно поговорить об этом с мужем.

Девушка с благодарностью посмотрела на экономку:

– Вы правы. Так дальше продолжаться не может. Мое душевное состояние еще хуже, чем вы думаете. Я просто пытаюсь этого не показывать, но иногда впадаю в настоящую депрессию.

– Понимаю, и это положение нужно изменить. Ваш муж несет ответственность за вас, и нельзя, чтобы он от нее увиливал. Вечно он печется о своих родителях! А ведь они совсем не такие больные, как он говорит. Я справлялась об этом. Да, и работа в конторе не требует постоянных сверхурочных.

– Я тоже подозреваю это. Я поговорю с ним.

Сэр Эрнст приехал около полуночи. Хотя Нелли ужасно хотелось спать, она решила его дождаться. Она сидела в малом салоне и потягивала портвейн.

– Ты еще не ложилась? – спросил Стэнтон удивленно и немного виновато.

– Да, я хочу видеть тебя не только за завтраком и ужином. И мне не нравятся твои отговорки. Где ты был, например, сегодня так поздно?

– Уж не ревнуешь ли ты? – спросил он с усмешкой.

– Если даже и так, не вижу причин над этим смеяться.

– Извини, мои партнеры по бизнесу задержали меня допоздна.

– Что это за партнеры по бизнесу? Раньше у тебя были только клиенты. А с ними по ночам не встречаются.

– Согласен. У меня появились кое-какие дела…

– Какие же? Ты не хочешь посвятить меня в них?

– Но, дорогая, ты в этом ничего не понимаешь.

– Ах вот как? Так объясни мне.

– Это слишком сложно.

– Речь идет о твоих деньгах или о моих? – спросила она уже раздраженно.

Стэнтон замер:

– Но ты никогда этим не интересовалась.

– Пора начать. Хватит все время полагаться только на тебя.

– Ты чем-то недовольна?

Нелли пожала плечами. Стэнтон подошел ближе и взял ее за руки:

– Ты мне больше не доверяешь?

– Как я могу доверять мужчине, который живет своей жизнью? Что я о тебе знаю? Я сижу тут целый день одна…

– Но любимая! Так живут все женщины, которые замужем за успешными мужчинами.

– Да, но не по вечерам и по выходным! – в отчаянии воскликнула она. – Ничего не изменилось со дня смерти отца. Я одинока и ужасно несчастна. Чего ты мне только не обещал! Ты хотел сделать меня счастливой…

Стэнтон обнял ее:

– Моя бедная девочка! Я так виноват перед тобой.

– Тогда измени ситуацию! У тебя передо мной такие же обязанности, как и перед твоими родителями. Они совсем не такие больные, как ты рассказываешь. Но если ты и дальше будешь так вести себя со мной, то заболею я. У меня депрессия…

– Депрессия? Я не знал…

– Откуда тебе знать? Тебя нет рядом, когда меня нужно утешить, когда я тоскую об отце. Я думала, что мое положение улучшится, а оно становится все хуже и хуже.

Она освободилась из его объятий. Ее обида на него была сильнее привязанности, которую она испытывала к нему вначале. То, что она его не любит, было очевидно. По неопытности она приняла неожиданно возникшее физическое влечение за глубокое, настоящее чувство.

Он почувствовал, как она отдаляется от него, и решил вмешаться, вероятно, поняв, что зашел слишком далеко. Стэнтон виновато улыбнулся:

– Я вижу, что мне нужно срочно что-то предпринять. Твоя депрессия очень беспокоит меня. Я что-нибудь придумаю…

Эрнст удивил свою жену уже следующим вечером. Он приехал домой задолго до ужина и вручил ей роскошный букет красных роз.

– Признаю, что последнее время я уделял тебе слишком мало внимания, – начал он виновато. – Как я вижу, ты все еще очень страдаешь от потери отца. Мне нужно было поддерживать и утешать тебя. Вместо этого я оставил тебя один на один с этой болью. Теперь все будет по-другому. Тебе нужно сменить обстановку и думать о другом.

– Да, это было бы неплохо, – Нелли благодарно улыбнулась.

– Я кое-что придумал, что тебе наверняка понравится. Мы уезжаем на море, в Корнуолл!

– Да что ты? Это же чудесно! В это время года там так хорошо!

– Я уже снял для нас дом. Ну, что ты на это скажешь?

– Великолепно! Когда мы уезжаем?

– На следующей неделе. В конторе я все уладил.

Нелли обняла мужа:

– Спасибо, Эрнст! Я так рада!

Стэнтон довольно улыбнулся.

– Хорошо, что мы вчера откровенно поговорили друг с другом, – он поцеловал ее в лоб. – Все будет хорошо, любимая.

С восторгом она принялась собирать чемоданы. Настроение ее заметно улучшилось. Нелли не могла дождаться, когда окажется в Корнуолле. Она мечтала о шуме морских волн, о залитом солнцем пляже. В тот момент она, конечно, не могла знать, каким кошмаром обернется для нее эта поездка…

* * *

Нелли надеялась, что во время отпуска их отношения наладятся и станут более сердечными. Но ее постигло горькое разочарование.

Эрнст избегал любой близости между ними и все время искал повод, чтобы уйти из дома. Уже на второй день он нашел какой-то мужской клуб, члены которого убивали время игрой в карты. Стэнтон отлично играл в бридж и в клубе попал в свою стихию. То, что Нелли страдала от одиночества, сидя в доме на берегу, его мало трогало.

Как-то теплым летним вечером она сидела у дома на скамейке и размышляла. Пламя свечи, стоящей на столике перед ней, колебалось от легкого ветерка, дующего с моря. Розы на живой изгороди источали нежный аромат.

«Насколько другой была бы моя жизнь, если бы тогда я послушалась Дональда, – сокрушалась Нелли. – Он был прав: Эрнсту нет до меня никакого дела. Все его клятвы и уверения в любви всего лишь скрывали его истинные мотивы – ему были нужны лишь мои деньги. Я должна была послушаться Дональда и вернуться в университет в Глазго. В Дорфилд-холле я зачахну».

Неожиданно какой-то шорох за живой изгородью заставил ее насторожиться. Но в тусклом свете свечи она не смогла ничего разглядеть, хотя и напряженно вглядывалась в темноту.

«Нужно вернуться в дом», – подумала девушка. Она задула свечу и поднялась со скамьи. Но стоило ей подойти к входной двери, как сзади на нее кто-то напал и повалил на землю. Сильная рука схватила ее за горло и сдавила. Нелли потеряла сознание.

Когда она очнулась, то увидела, что лежит раздетая в постели. Эрнст сидел на краю кровати и с тревогой смотрел на нее.

– Что произошло? – прошептала она.

Стэнтон взял ее за руку:

– Нечто ужасное, радость моя!

– Кажется, на меня напали.

– Да, какой-то бродяга. Он повалил тебя на землю и разорвал на тебе одежду.

– Господи! – простонала девушка. – Он изнасиловал меня?

– Нет, Нелли! Я подоспел вовремя и спугнул его. Думаю, ты ничего не заметила.

– Нет. Он душил меня, я потеряла сознание. Как долго я была без чувств?

– Приблизительно полчаса.

– А что этот человек? Ты его…

– Увидев меня, он убежал.

– И его не поймали?

– К сожалению, нет. Но я заявил обо всем в полицию. Его ищут.

Нелли в изнеможении закрыла глаза. Горло у нее болело, в голове гудело:

– Принеси мне, пожалуйста, стакан воды.

Стэнтон встал:

– Сию минуту. Может быть, выпьешь коньяка?

Она покачала головой. Говорить ей было больно. Взгляд девушки упал на стул рядом с кроватью. Там лежала ее изорванная и запачканная грязью одежда. Она похолодела от ужаса. А что если бы Эрнст не подоспел вовремя?

Стэнтон вернулся со стаканом воды в руке:

– Вот, моя дорогая, выпей, тебе станет легче.

Нелли с трудом отхлебнула воды. Каждый глоток давался ей с трудом. Со стоном она вновь откинулась на подушку.

– Попытайся заснуть, – сказал Стэнтон с нежностью в голосе, – завтра утром все предстанет в другом свете.

– Ты останешься со мной? – спросила она с надеждой.

– Конечно. Я так упрекаю себя, что вечерами оставлял тебя одну!

– Мы ведь уедем? Завтра или послезавтра?

– Зачем? – удивился Эрнст и беззаботно улыбнулся. – Тут так хорошо, морской воздух благотворно влияет на тебя. Ты так посвежела всего за пару дней. Кроме того, ты понадобишься полиции. Для очной ставки, например…

– Нет! Я этого не вынесу. Да и того мужчину я не видела. Ведь было очень темно.

– И тем не менее, дорогая! Твои показания очень важны.

Нелли закрыла глаза.

– Мне нужно поспать, – пробормотала она. – С меня довольно.

Стэнтон наклонился к ней и поцеловал во влажный лоб. Затем погасил свет и ушел.

Нелли заснула тут же, но облегчения сон не принес. Ее мучили кошмары. Какое-то темное существо нападало на нее. Тяжелое тело прижимало ее к земле, сдавливало грудь. Она больше не могла дышать и отчаянно пыталась закричать. Но не могла издать ни звука.

* * *

Расследование местной полиции не дало никаких результатов. Бродяга как сквозь землю провалился. Никто его не видел.

– Ну, тогда мы можем уехать, – предложила Нелли. Она хотя и оправилась от шока, но с того дня плохо спала.

– Дорогая, – мягко возражал Стэнтон, – это невозможно. Я снял дом на три недели.

– Но я чувствую себя тут несчастной!

– В Дорфилд-холле ты тоже чувствуешь себя несчастной.

– Да, но там я хотя бы в безопасности, Эрнст.

– Но и здесь тебе теперь ничего не грозит. Ведь я же присматриваю за тобой. Разве этого недостаточно?

– Меня замучили кошмары. Даже когда просыпаюсь, то слышу какие-то голоса и шаги…

– Тебе нужно сходить к психиатру. Думаю, что все эти ужасы ты себе воображаешь.

– Ничего я не воображаю, – возразила она ему с раздражением. – Вчера ночью, например, кто-то прошел мимо окна нашей спальни.

– Ерунда! Наверное, это был я. Я ходил на кухню, чтобы выпить воды.

– Нет! Кто-то был за окном. А ты в это время лежал в постели.

– Это невозможно. В комнате же полная темнота.

– Конечно, поэтому я видела тебя в общих чертах, – согласилась она. – Лунный свет пробивался через занавески.

– Ты начинаешь действовать мне на нервы, – стал раздражаться Эрнст. – Но как хочешь. Можешь разбудить меня сегодня ночью, если вновь услышишь голоса и шаги.

– Спасибо, Эрнст, – ответила она покорно.

Погода переменилась. Мощный циклон закрыл теплое летнее солнце и пригнал тяжелые темные облака. Начались проливные дожди.

Настроение Нелли окончательно испортилось.

– Нам правда нужно тут оставаться? – жаловалась она Стэнтону.

– Я же сказал тебе, что снял дом на три недели и заплатил деньги вперед…

– Это так важно? Разве мы не можем, несмотря на это…

Он бросил на нее презрительный взгляд:

– Ну, перестань ныть, наконец! За что мне все это?

– Прости, – ответила она. – Но эта погода сводит меня с ума.

– У тебя опять депрессия? – насторожился он.

Выражение его лица ей не понравилось. В нем появилась какая-то жесткость.

– Не знаю, – ответила девушка осторожно. – В подавленном настроении при такой погоде нет ничего необычного.

– Ладно. Но больше я ничего подобного не хочу слышать, – явно рассерженный, он вышел из комнаты.

К вечеру дождь наконец прекратился. Поднялся сильный ветер и прогнал прочь тяжелые облака. Нелли вышла из дома и глубоко вздохнула. Воздух был прохладен и свеж. Он пах морем, мокрой травой и цветами. Соль буквально ощущалась на языке.

– Дождь закончился, Эрнст! – крикнула она. – Давай пойдем погуляем!

Стэнтон тоже вышел из дома и посмотрел на покрытый дымкой берег. Спускались сумерки.

– Не лучшая идея, – сказал он наконец. – Так сыро. Не хочется заработать насморк.

– Жаль, – ответила она и пошла назад в дом. – Надеюсь, что завтра погода разгуляется.

Он вошел за ней и запер за собой дверь.

– Я проголодался. Ты не думаешь, что пора бы…

Нелли испуганно взглянула на часы:

– Ой, ты прав! Я сейчас же что-нибудь приготовлю. Принеси, пожалуйста, бутылку красного вина из подвала. Мне оно понадобится для соуса.

Эрнст пробурчал что-то вроде «ладно» и исчез в подвале. Занимаясь готовкой на кухне, девушка удивилась, что муж так долго не возвращается. Обеспокоенная, она подошла к двери в подвал и посмотрела на лестницу вниз. Эрнста видно не было, но было слышно, как он что-то делает. Интересно что? Ведь полка с вином стояла прямо рядом с лестницей.

– Эрнст? – крикнула она. – Ты что, не можешь найти вино?

– Да нет, сейчас приду, – ответил он.

Некоторое время спустя он пришел на кухню и открыл бутылку с вином.

– Что ты там делал так долго? – спросила девушка, с удивлением увидев паутину у него на волосах.

– Я просто посмотрел, что за вещи там стоят.

– Думаешь, это понравится хозяевам?

Он засмеялся:

– Да они и не заметят ничего.

– И что там интересного?

– Да так, пара сундуков и ящиков с разным барахлом. Ничего особенного.

– Надеюсь, ты все положил на место?

– Не волнуйся. Еда уже готова?

– Да, но сначала убери паутину с волос.

– Ой! – вскрикнул он и лихорадочно провел рукой по своим густым темным волосам, слегка поседевшим на висках, что, по мнению Нелли, было очень сексуально.

Ужин прошел в удивительно гармоничной атмосфере. Они допили бутылку красного вина, и Нелли расслабилась.

– Вот такой ты мне нравишься больше, – сказал Эрнст и улыбнулся.

Она ответила на его улыбку:

– И я себе такой нравлюсь больше. Все мне кажется уже не таким мрачным. Наверняка я сегодня буду хорошо спать.

– И видеть приятные сны.

Действительно, стоило Эрнсту выключить свет, как Нелли тут же уснула. Ей казалось, что кровать приятно покачивается под ней. Было такое ощущение, что волны несут ее в море, но она не тонула, а качалась на воде, словно чайка.

Внезапно какой-то странный шум разбудил девушку. На этот раз это были не шаги и не голоса. Что-то скреблось и шуршало за окном. Она осторожно ощупала кровать рядом с собой и дотронулась до мужа. Он мирно спал рядом. Значит, там снаружи был другой человек.

Она хотела его разбудить, но затем передумала. Вдруг он опять поднимет ее на смех? Нелли решила сначала сама посмотреть, в чем дело. Ведь это могла быть просто кошка.

Девушка встала и подошла к окну. Сквозь занавеску пробивался слабый лунный свет. За окном двигалась какая-то тень. Нелли чуть не закричала, но потом вспомнила, что недалеко от окна росло высокое дерево со свисающими вниз ветками. Может быть, это ветер шевелил их так сильно и прижимал к стеклу. Именно они и скребли по окну.

Она раздвинула занавески и окаменела от ужаса. К стеклу снаружи прижималось безобразное лицо. Дикие глаза смотрели прямо на нее. Рот был искажен омерзительной усмешкой.

Нелли попятилась назад и закричала.

Эрнст мгновенно проснулся и сел в постели.

– Ты что, с ума сошла? – набросился он на жену.

Нелли закрыла лицо руками:

– Это какой-то ужас, Эрнст! Посмотри! Там за окном лицо!

Мужчина медленно поднялся:

– Опять тебе что-то померещилось. Ну кто может стоять посреди ночи за окном?

Он подошел к окну, открыл одну створку и выглянул наружу:

– Ничего не видно. Вокруг ни души. Это ветка задевала за окно. Похоже, ее сломало ветром.

– Но это лицо! Я видела его совершенно четко.

– Успокойся же ты, наконец! Тебе это приснилось.

– Нет, не приснилось! Оно было там, похожее на ужасное привидение.

– Привидений не бывает, дорогая.

– Тогда это был живой человек. Наверное, он убежал, когда ты подошел к окну.

Эрнст закрыл окно:

– Ерунда! Это только твои фантазии. Давай спать!

– Эрнст, пожалуйста, – стала умолять его Нелли. – Выйди из дома и посмотри, не бродит ли там кто-нибудь. В прихожей есть карманный фонарь.

– Ну хорошо, – пробурчал он. – Если ты обещаешь потом оставить меня в покое…

– Да, конечно! Спасибо тебе.

Эрнст сунул ноги в шлепанцы, надел халат, не зажигая света. Она услышала, как он вышел сначала в прихожую, а затем во двор. Скрипнула калитка. Затем Эрнст вернулся.

– Ни души поблизости! И у дома нет следов. Земля в саду размокла от дождей. Если бы кто-нибудь пробрался в сад, то я наверняка бы увидел отпечатки ног.

Нелли вздохнула:

– Наверное, ты прав. Не пойму, что это было. Давай спать.

Эрнст лег рядом с ней и натянул одеяло до подбородка:

– Я замерз, – сказал он с укоризной.

– Извини, пожалуйста. Я больше не буду тебя тревожить.

Вскоре Эрнст опять крепко уснул, а Нелли ломала голову. Неужели ей все это действительно приснилось? Уж не сходит ли она с ума? А может быть, кто-то и вправду был во дворе? Чего хотел этот человек? Почему полиция так и не нашла того бродягу? А что если он спрятался где-то поблизости?

* * *

Когда на следующий день Нелли вышла к завтраку, она выглядела бледной и невыспавшейся. Муж озабоченно посмотрел на нее.

– Похоже, ты еще не оправилась от вчерашнего шока, – констатировал он иронично.

Нелли села и налила себе чаю.

– Не знаю, – ответила она, – спасибо, что приготовил завтрак, Эрнст. Надеюсь, чай прояснит мне голову.

– Ты все еще веришь, что видела человека за окном?

– Я уже вообще не знаю, чему верить, а чему нет. Прости, но я в полном смятении…

– Возможно, на тебя вино так подействовало.

– Не исключено. Но после ужина прошло несколько часов…

– Тогда тебе это просто приснилось.

– Может быть. Давай больше не говорить на эту тему. А почему бы нам не сходить погулять? Это бы меня отвлекло.

Эрнст выглянул в окно.

– На небе собираются тучи. Думаю, скоро опять начнется дождь. Давай подождем с прогулками, пока погода не наладится, – он пару раз кашлянул. – Кроме того, я, кажется, подцепил насморк.

– Ой, как жаль! Это моя вина. Погнала тебя на улицу, а ночь была холодная и сырая…

– Не бери в голову… Надеюсь только, что это было в последний раз, когда ты меня заставила встать среди ночи с постели.

– Обещаю! – ответила она виновато. В тот момент она действительно думала, что этот ужас скоро кончится.

Эрнст оказался прав. В течение часа все небо обложило облаками, и опять хлынул дождь. Нелли собрала посуду со стола и решила заняться уборкой в доме. Время от времени она поглядывала в окна. Потоки воды, бегущие по плитам садовой дорожки, превратились в бурные ручьи. Пару плит вода подмыла настолько, что они даже сдвинулись с места.

– Нам нужно осторожно выходить из дома. Дорожку в саду размыло, – сказала она мужу.

Эрнст поднял голову от книги:

– Я и не собирался выходить из дома.

– Ну конечно, не сегодня. Я имею в виду, когда дождь кончится. Плиты теперь лежат неровно.

Вдруг Эрнст оживился и подошел к окну:

– Ты права. Выглядит ужасно.

– Может быть, плиты опять опустятся и лягут на свои места?

– Не знаю. Хозяева наверняка расстроятся.

– Ну мы же не виноваты, Эрнст.

– Я этого и не говорил. Когда погода придет в норму, я посмотрю, что натворил дождь. Возможно, все не так страшно, как кажется сейчас.

Нелли вновь принялась за уборку, и тут заметила, что забыла тряпку для пыли в гостиной. Приоткрыв дверь, она увидела, что муж не читает книгу. Она лежала закрытая у него на коленях, в то время как он задумчиво смотрел перед собой.

– Ты о чем задумался? – полюбопытствовала она.

Эрнст вздрогнул от неожиданности:

– Я? Да так… ни о чем конкретном…

«Странно, – подумала Нелли. – Такой ответ совсем не в его духе. Не думал ли он обо мне?»

Она взяла тряпку и принялась энергично вытирать пыль с мебели, стараясь отогнать от себя неприятные мысли.

За ужином Эрнст опять открыл бутылку красного вина. Разлив вино, он поднял свой бокал:

– Такую погоду можно вынести лишь при наличии хорошей выпивки. Скажешь, не так?

Нелли тоже подняла свой бокал и чокнулась с ним:

– Во всяком случае, вчера вечером вино значительно улучшило мое настроение. После него я отлично спала. Вот если бы только потом не…

Эрнст снисходительно улыбнулся:

– Давай не будем об этом, дорогая.

– Хорошо, – согласилась она, сделала глоток вина и довольно вздохнула.

Эрнст похвалил еду и вино. Через какое-то время бутылка была пуста.

– Я сегодня веду себя легкомысленно, – сказала Нелли. Ее лицо раскраснелось.

– Ну а почему бы иногда не вести себя легкомысленно? – спросил Эрнст с улыбкой. – Подожди минутку. Я принесу еще одну бутылку.

Она хотела было ему сказать, что на сегодня довольно, но он уже скрылся в подвале.

Нелли чувствовала воздействие вина не только в голове, но и во всем теле. Но Эрнст ничего слушать не хотел и налил ей вина из новой бутылки.

– Я рад, что ты повеселела и больше не жалуешься на жизнь. Лучше немного выпить, чем видеть дурные сны.

После ужина они уселись перед телевизором. Но фильм был таким скучным, что Нелли задремала.

Когда фильм закончился, она проснулась и с удивлением оглянулась.

– Ты проспала весь фильм, – заметил Эрнст. – И, кажется, тебе снилось что-то приятное, потому что ты все время улыбалась.

– Правда? Я совершенно не помню, что мне снилось.

– Давай-ка лучше в постельку. Там все-таки удобнее, чем в кресле.

Слегка покачиваясь, девушка поднялась:

– Ты прав. Давай только выйдем на минутку глотнуть свежего воздуха. Кажется, дождь прошел. Я целый день просидела дома.

Эрнст взял жену под руку, и они вышли во двор. В облаках появились просветы. Тусклая луна освещала живую изгородь и кусты, слегка покачивающиеся на ветру.

– Что-то холодно становится, – сказал через какое-то время Эрнст и высвободил свою руку. – Я вернусь в дом.

Нелли оперлась о стену и глубоко вдохнула:

– Воздух чудесный! Я побуду тут еще минуту, а затем вернусь в дом.

Тем временем небо почти очистилось от туч, и теперь уже полная луна освещала землю: каменные плиты на дорожке, на которых подобно бриллиантам сверкали капли воды. Вдруг между плит шевельнулось что-то белое.

Нелли уставилась на это место и не поверила своим глазам. Медленно она подошла на пару шагов ближе. Теперь она четко увидела, что это такое. Белая кисть руки!

С воплем она бросилась в дом и без сил упала в кресло. Прибежал испуганный Эрнст:

– Боже мой! Что теперь-то произошло?

– Там… там рука между плит! – пробормотала она в смятении. – Она шевелится! Там покойник!

– Что ты выдумываешь? Как покойник может шевелить руками?

– Пойди сам посмотри!

– Ты просто пьяна!

– Да нет же! Я лишь немного навеселе. Но я правда видела руку!

Покачав головой, Эрнст вышел в сад и пробыл там какое-то время. С недовольной миной он вернулся и презрительно на нее посмотрел. Она со страхом ждала, что он скажет.

– Я все обыскал. Ничего там нет! Тебе и вправду пора в сумасшедший дом!

* * *

Нелли не могла заснуть, хотя и крайне устала. Нервы ее были на пределе, но мозг работал четко и ясно.

«У меня не было никаких галлюцинаций, – повторяла она сама себе. – Там была рука. Рука мертвеца. Мне нужно опять выйти в сад и убедиться, что я не ошиблась».

Ровное дыхание мужа говорило о том, что он крепко спит. Нелли натянула на себя халат и сунула ноги в тапочки, затем тихо вышла из спальни и нашла в прихожей фонарь.

Выйдя в сад, она посветила на плиты и быстро нашла ту, рядом с которой видела руку. Приглядевшись, она обнаружила, что дерн рядом с этой плитой поврежден. Похоже, кто-то рыл землю. Уж не появился ли опять тот незнакомец? Почему Эрнст не увидел руки? Или ее кто-то убрал незадолго до его появления?

Вдруг яркий свет осветил Нелли. В испуге она выпрямилась. В дверном проеме стоял Эрнст.

– Ты в своем уме? – закричал он.

Нелли отреагировала спокойно:

– Подойди сюда, Эрнст. Мне нужно тебе кое-что показать.

Муж нехотя приблизился к ней. Он уже не казался таким уверенным в себе.

– Вот та плита, рядом с которой из земли торчала рука. Кто-то ее убрал. Но она была здесь. Видишь, тут разрыт дерн.

Он посмотрел туда, куда показывала ее рука:

– Я ничего не вижу. Тут все размыто дождем.

– Последние два часа дождя не было. Это совершенно свежий след. Или руку убрал кто-то неизвестный, или это был ты.

– Зачем бы я стал это делать? – спросил он резко.

– Чтобы не соглашаться со мной. Чтобы и дальше считать подобные вещи плодом моей фантазии.

– Зайди в дом. Мне нужно с тобой поговорить, – вдруг сказал Эрнст.

Он схватил ее за руку. Нелли хотела выдернуть руку, но он крепко держал ее.

– Не упрямься! Зайди в дом. Или будем и дальше стоять на холоде?

Нелли подчинилась. Он ввел ее в дом и запер за собой дверь. Затем бесцеремонно подтолкнул в гостиную и насильно усадил в кресло.

– Я хочу коньяка. Тебе налить? – спросил он.

– Спасибо, не надо. Я уже достаточно выпила вина.

– Тогда признай, что тебе все это привиделось под воздействием алкоголя.

– И не подумаю! У меня голова совершенно ясная. Кто-то затеял дьявольскую игру со мной.

– Ну и кто?

Она видела, как спокойно он наливает себе коньяк. Неужели все это абсолютно его не волновало?

Их взгляды встретились. Его был холодным, ее – возмущенным.

– Может быть, это ты? – спросила она резко. – Хочешь пугать меня до тех пор, пока я не сойду с ума.

– Мне-то в этом какая корысть? Сумасшедшая жена – это что-то ужасное!

– Если, конечно, не отправить ее в сумасшедший дом.

Эрнст осушил свой бокал и поставил его на стол, затем медленно пошел на нее:

– Ты несправедливо подозреваешь меня, Нелли. Я хочу иметь красивую молодую жену, которая вновь станет совершенно здоровой.

– Я не больна! – в гневе крикнула она.

– Хорошо, я вижу, что дальше так дело не пойдет. Ты не ошиблась. Я тоже видел руку.

Нелли облегченно вздохнула:

– Ах вот как? Почему ты сразу мне этого не сказал?

– Я подумал, что будет лучше убедить тебя в обратном.

– Но почему? Ты же видел, как я обиделась на то, что ты мне не поверил!

– Потому что правда еще ужаснее, дорогая Нелли.

– Какая еще правда? – изумилась она.

– Это тот самый бродяга. Я убил его, когда он тебя душил, а ты лежала без сознания. Это была необходимая самооборона. Иначе он убил бы тебя.

Нелли закрыла лицо руками:

– Какой кошмар! Но почему ты ничего не сказал полиции?

– Откуда знать, поверили бы они мне? Мне не хочется на полжизни угодить в тюрьму.

– Но это же была явная самооборона! Они бы признали это. Ты как юрист должен это знать.

Он покачал головой:

– Это было слишком рискованно. Бродягу никто не хватится. Откуда мне было знать, что этот ливень размоет землю и обнажит труп?

– Ты зарыл его под плитами дорожки?

– Да. Признаться, тогда я был в панике. Немного остыв, я понял, что совершил ошибку.

– Умоляю тебя, Эрнст. Иди в полицию. Еще не поздно. Они все правильно поймут.

– Исключено. Теперь это уже невозможно.

– Тогда я туда пойду и расскажу, какой ужас я пережила…

– Ты хочешь донести на меня? – спросил он зло.

– Нет. Я хочу исправить положение. Они мне поверят. И хороший адвокат сможет…

– Ты слишком наивна, чтобы все понять. Ни один человек мне теперь не поверит. Если ты хочешь навлечь беду на мою голову…

– Конечно, не хочу. Я только хочу снять этот груз с нас. Ты ведь невиновен.

– И тем не менее ты хочешь сдать меня властям? – Эрнст холодно посмотрел на нее. – Тогда мне придется сказать, как все было на самом деле. Этого человека убила ты! Бутылкой, которая стояла рядом с дверью.

Нелли потеряла дар речи и уставилась на мужа. Лишь пару мгновений спустя она смогла говорить:

– Как я могла его убить, ведь я была без сознания?

– Ты потеряла сознание после того. Когда он сжал тебе горло, ты схватила бутылку и из последних сил ударила этого типа по голове. Это была чистой воды самооборона.

Она в недоумении посмотрела на мужа:

– Я ничего не помню!

– Неудивительно. Твое сознание отторгло это воспоминание. Это часто случается в стрессовых ситуациях.

– Все равно не понимаю. Если это была самооборона, то зачем ты закопал этого человека? Если бы я сказала правду…

– Еще минуту назад ты сама не знала правды. Как бы ты стала описывать ход событий? Ты бы запуталась, противоречила сама себе…

– Но ты был бы моим свидетелем…

– Я не в счет, ведь мы женаты.

Нелли молча уставилась перед собой. То, что она только что узнала, было ужасно!

– Теперь и ты убедилась, что даже правдивые показания могут быть даны слишком поздно. Мне пришлось спрятать труп, чтобы защитить тебя. Ты должна меня поблагодарить.

– Не знаю, благодарить ли тебя. Ты не должен был так поступать. Мне бы они поверили. Врач засвидетельствовал бы, что у меня следы его пальцев на шее…

– Я знаю, как работает система правосудия, лучше, чем ты, – мрачно возразил Эрнст.

* * *

На следующий день Нелли проснулась поздно. Постепенно она вспомнила, что произошло прошлой ночью. Страх охватил ее. Как ей теперь жить?

– Давай прогуляемся, – предложил Эрнст за завтраком. – Погода, кажется, наладилась.

Действительно, теплый солнечный свет проникал в комнату. Мысль о поездке вдоль побережья была заманчивой.

– Но сначала мне нужно пойти в полицию. Если я все им объясню…

– Ты что, спятила? Ни одна душа не хватилась этого бродягу!

– Да, но он лежит там, в саду.

– Я приведу дорожку в порядок и поправлю плиты. Сегодня вечером, когда стемнеет.

– А что ты сделал… с рукой? – спросила она его со страхом.

– Опять засунул под плиту.

Нелли ужаснулась его хладнокровию. Неужели вся эта история не волновала его?

– Тебе нельзя постоянно об этом думать, – стал уговаривать ее Эрнст. – Собери что-нибудь перекусить и попить. Мы устроим пикник на берегу.

– У меня совершенно нет настроения.

– Тогда заставь себя. Самое время взять себя в руки.

– Наверное, ты прав. Но одна мысль о том, что там, в саду…

– Я ничего не хочу больше об этом слышать! И если ты еще раз заведешь речь о полиции…

Нелли послушно встала и пошла на кухню собирать корзину для пикника. Полчаса спустя они тронулись в путь.

День был прекрасный. Песчаная коса на южной оконечности острова предстала в ярком солнечном свете во всем своем очаровании. Легкий бриз доносил до них пряный запах моря. Прозрачная вода, большими волнами разбиваясь о скалы, сверкала и переливалась.

– Все могло бы быть так хорошо, – вздохнула Нелли. – Чудесная погода, беззаботные люди вокруг нас…

– Отвлекись ты, наконец! – попросил Эрнст. – Просто отодвинь мрачные мысли в сторону.

– Не могу. И никогда не смогу. Как мне жить в этом ужасе, в вечном страхе, что все всплывет наружу? А тебе как будто все нипочем.

– Просто я смирился с тем, что в этом деле ничего изменить нельзя.

– Нет можно. Сказать правду. И ты не сможешь помешать мне сделать это.

– Смогу. Я сейчас скажу тебе нечто, что изменит твое решение. Это не была самооборона!

На мгновение Нелли онемела.

– Что ты этим хочешь сказать? – наконец выдавила она из себя.

– Ты убила этого человека, не обороняясь. Ты вдавила ему пальцы в глаза. Он ужасно закричал. Потом ты встала и схватила бутылку. Он беспомощно лежал на земле, и ты стала наносить ему удары бутылкой по голове.

– Неправда! Я была без сознания.

– Дорогуша! Я уже сказал тебе, что шок стер этот эпизод из твоей памяти. Я подоспел, когда ты его добивала. К сожалению, я не сумел тебя остановить.

– А почему ты рассказываешь мне это только сейчас?

– Я щадил тебя, потому что жалел. Поэтому я вначале сказал, что это я убил этого типа. Но, пригрозив пойти в полицию, ты вынудила меня сказать тебе всю правду. Это была не самооборона, а убийство.

Нелли опустила голову и беззвучно заплакала. Она была раздавлена.

– Теперь понимаешь, почему нельзя идти в полицию? Ты что, хочешь оказаться в тюрьме?

Она покачала головой:

– Что же мне теперь делать?

Он обнял ее за плечи:

– Я помогу тебе. Мы сегодня ночью откопаем тело, упакуем его в мешок и бросим в море.

– Что? Откопаем? Я этого не вынесу!

Эрнст нахмурился:

– Тогда я сделаю это сам. Но тебе придется помочь донести тело до машины. Этот человек довольно тяжелый.

Нелли обреченно кивнула.

Когда солнце стало клониться к закату, они отправились назад. Дорога вилась вдоль берега, то удалялась от кромки воды, огибая скалы, то вновь приближалась к морю. На казавшихся необъятными лугах паслись огромные стада овец.

Эрнст с интересом смотрел в их сторону.

– Нигде не видно пастухов, – констатировал он с удивлением. – Наверное, животные знают свой ареал.

– По-моему, некоторые животные больны, – заметила девушка. – Вон там, например, баран еле передвигает ноги. Смотри! А сейчас он вообще рухнул на землю.

Эрнст остановил машину на обочине и стал наблюдать за животным, которое упало.

– Это какая-то эпидемия, – сказал он.

– Разве больных животных не должны забивать? Ведь есть их мясо нельзя.

– Скотоводы не хотят уменьшать поголовье. Если бы законы были построже…

– Смотри, там еще один больной баран.

– Похоже, что так.

– Поедем дальше! – попросила она. – Я не могу смотреть, как мучаются эти несчастные животные.

Полчаса спустя они уже были дома.

– Ложись, отдохни недолго, – предложил Эрнст. – Мне нужно кое-чем заняться.

– Чем это? – спросила она боязливо.

– Нужно кое-что подготовить для сегодняшней ночи.

– Что подготовить?

Но Эрнст не ответил, а спустился в подвал. Через какое-то время Нелли услышала, как заработал мотор машины. На дворе смеркалось.

Когда мужчина вернулся, было уже темно. Она посмотрела на него, ожидая, что он скажет.

– Нам нужно потерпеть до ночи, – начал он. – Хотя ближайшие соседи довольно далеко, но я все-таки хочу дождаться, пока они уснут.

Молча они поужинали. Нелли почти не могла есть. Руки ее дрожали.

– Ты останешься дома, – категорично сказал он. – Истерички мне не нужны.

Такой расклад устраивал девушку. Она бы просто не выдержала, если бы увидела труп. Сложив руки, она сидела в гостиной и прислушивалась к звукам, доносящимся из сада.

Через час Эрнст вернулся, оставив резиновые сапоги за дверью.

– Откуда у тебя сапоги? – удивилась она.

– Из подвала. Как раз мой размер. Пойдем, поможешь мне дотащить его до машины.

Нелли обхватила конец пластикового мешка, плотно обвязанного веревками.

– Подними его повыше. Не хочу, чтобы на земле остались следы, как будто что-то волокли.

Она подняла мешок изо всех сил и вместе они затолкали его в багажник.

– Запри дом и садись в машину. Ну что ты стоишь, как истукан?

Нелли робко взглянула на дорожку:

– Ты все поправил?

– Да, засыпал яму и утрамбовал землю. Давай поторапливайся!

Молча они доехали до крутых скал на берегу моря. С одной из них они сбросили мешок в воду. С шумом волны сомкнулись над ним.

– А что если он всплывет? – со страхом спросила Нелли.

– Не всплывет, – заверил Эрнст. – Я все продумал и обложил его камнями. Можешь не волноваться.

Нелли посмотрела на мужа:

– Ты действуешь так спокойно и уверенно, будто заниматься подобными вещами тебе не впервой.

Эрнст горько усмехнулся:

– Швырять трупы в море? Нет, такого я еще не делал.

* * *

Нелли надеялась, что после того, как они утопят тело в море, она успокоится. Но она ошибалась. Совесть мучила ее день и ночь. Самым ужасным было то, что она не могла поговорить об этом с Эрнстом. Муж больше не хотел ничего слышать о происшедшем.

Она страшно испугалась, когда как-то утром в дверь позвонили двое полицейских и предъявили ей ордер на обыск. Эрнста в этот момент в доме не было, он отправился в супермаркет за продуктами. Нелли беспомощно пожала плечами.

– А что, собственно, произошло? – пробормотала она. – Почему понадобился обыск?

Полицейский постарше смущенно вертел в руках форменные белые перчатки, глядя на свои начищенные до блеска сапоги:

– Мы получили анонимный звонок, мадам. Весьма сожалеем…

– Разве вы реагируете на анонимные звонки?

– Не всегда. Но в этом случае… Кроме того, от вас поступило заявление о нападении…

Нелли почувствовала, что у нее перехватило дыхание. Зачем Эрнст вообще заявил в полицию? Ведь таким образом он лишь привлек к ним лишнее внимание.

– Да, конечно. Это было ужасное нападение. Я до сих пор не оправилась.

Более молодой полицейский сочувственно на нее посмотрел:

– Могу понять, миссис. К сожалению, мы ничего не могли сделать. Начнем с подвала, сэр?

Старший полицейский кивнул:

– Участком займемся позже.

Нелли старалась сохранять спокойствие. С чего ей волноваться? Труп лежит на дне моря, скоро его не обнаружат. Пусть себе обыскивают подвал. Главное, чтобы они не заметили, что под плитами недавно была разрыта земля.

Тем не менее она спустилась вместе с полицейскими в подвал. Эрнст что-то там делал подолгу. Нелли надеялась, что он не оставил каких-нибудь подозрительных следов. Резиновые сапоги он вымыл и поставил на место.

Мужчины с интересом посмотрели на стеллаж с вином, затем принялись рассматривать содержимое ящиков и сундуков. В одном из сундуков они обнаружили всевозможные карнавальные костюмы и маски.

– Похоже, тут живут большие любители переодевания. Странно видеть такое в загородном доме, правда, Боб?

Молодой полицейский кивнул.

Полицейские перешли к какому-то большому ящику. А Нелли подошла к сундуку с костюмами. Одна из масок привлекла ее внимание. «Лицо в окне!» – пронзила ее мысль. Действительно, маска ужасно напоминала страшную рожу, которая так напугала ее той ночью.

Она порылась в ящике и наткнулась на вещь, совсем не подходившую к остальным костюмам, – те находились в хорошем состоянии, а некоторые были даже элегантными. Это же было что-то вроде плаща – изорванного, со следами грязи. Ткань была слегка влажной, похоже, что плащ надевали совсем недавно…

Бродяга! Уж не был ли он тут, в подвале? Или это Эрнст спрятал его одежду? Зачем он это сделал? В море она была бы спрятана более надежно. Кроме того, на плаще наверняка остались следы крови.

Но сколько Нелли ни осматривала плащ, следов крови на нем не обнаружила. Может быть, муж их смыл?

Не имело смысла ломать голову над этими вопросами. Она спросит Эрнста, когда он вернется.

Полицейские закончили осматривать подвал.

– Тут ничего нет, – констатировали они.

– Пошли, посмотрим в саду, – предложил Боб, – я пока принесу лопаты из багажника.

Затем они осмотрели участок, ища подозрительные места, время от времени вонзая лопаты в мягкую землю.

– Дожди за последние дни размочили землю, – заметил старший полицейский. – Будет трудно установить, копал ли кто здесь в последнее время или нет.

Его товарищ кивнул.

– Давай посмотрим под плитами. Похоже, их недавно трогали.

– Их подмыло дождевой водой, – вступила в разговор Нелли. – Некоторые даже сдвинулись с места. Мой муж вчера укрепил их.

– Жаль, но нам придется разрушить его работу, мадам. Мы должны проверить все.

– Конечно, сержант. Вы ведь выполняете свой долг.

Затаив дыхание, она наблюдала, как двое крепких мужчин подняли плиты и потыкали лопатами в землю.

– Тут никогда никакие трупы не лежали, – утвердительно сказал сержант. – Звонивший разыграл нас.

Они бросили лопаты назад в багажник. Смущенный сержант подошел к Нелли:

– Пожалуйста, извините нас за вторжение, мадам. Нам ужасно неловко…

Нелли испытала такое облегчение, что изобразила на лица самую приветливую улыбку, на которую была способна:

– Ну что вы! Вы же не перевернули весь дом верх дном, мне на вас жаловаться нельзя!

– Мы положили плиты на место и утрамбовали. Надеюсь, сэр Стэнтон не будет на нас сердиться…

– Совершенно уверена в этом. Он наверняка поймет, почему вы так тщательно все проверили.

Задумчиво она смотрела на отъезжающую полицейскую машину. Качая головой, она уставилась на дорожку. Оказывается, никаких трупов там никогда не было. А рука, которую она видела, была все-таки плодом ее воображения.

Но почему же тогда Эрнст утверждал, что зарыл труп под плитами? Или просто он придумал все это на ходу, чтобы она не мучила его больше своими страшными видениями? Ведь сумасшедших успокаивают, не противореча им…

Ну а как же маска? Кто повесил или приклеил маску с наружной стороны окна? Она пошла в спальню и внимательно осмотрела стекло, но никаких следов клея не обнаружила.

Тут она услышала, что вернулся муж. В руках он нес две большие сумки с продуктами.

– На ближайшие дни еды нам хватит, – гордо заявил он, а затем, увидев ее испуганное лицо, настороженно спросил: – Что случилось?

– Приходили полицейские, они обыскали дом, – ответила она, опустив глаза.

– Что? А у них был ордер на обыск?

– Да, они получили анонимный сигнал о том, что тут лежит труп. Они обыскали подвал и сад.

– И они что, весь сад перекопали?

– Нет. Только потыкали лопатой в разных местах, а потом подняли плиты на дорожке.

– Ну и что? Что было дальше? Найти ничего они не могли.

– Нет. Но они сказали, что под плитами не мог лежать труп. Что ты на это скажешь?

Эрнст рассмеялся:

– Вот видишь, как хорошо я поработал! Я только засыпал яму землей из дальней части сада, а остальное сделал за меня дождь. То есть нет никаких оснований для беспокойства! Давай сделай нам что-нибудь поесть!

Нелли молча кивнула. Вообще-то она хотела спросить его о рваном плаще и маске. Но не решилась. Он опять стал бы сомневаться в ее рассудке. Кроме того, руку трупа она видела собственными глазами…

* * *

Несмотря на то что полиция прекратила расследование, Нелли не обрела покой. Совесть мучила ее и не давала спать. Утром она поднялась с постели совершенно разбитая. Когда она готовила завтрак, а Эрнст брился в ванной, раздался звонок в дверь. Она пошла открывать.

– Доброе утро, леди Стэнтон, – приветливо поздоровался с ней почтальон. – Вот маленькая посылка для мистера Уэгмана. Вы примете ее? Думаю, владельцы дома вернутся через пару дней.

– Да, в эти выходные. Тогда же закончится и наш отпуск.

– Как хорошо, что им не пришлось пережить весь этот театр с обыском. Миссис Уэгман так трясется над своим домом, а мистер Уэгман – над садом.

– Откуда вы узнали об обыске? – спросила девушка, неприятно пораженная.

– От местной полиции я узнаю довольно многое. Так сказать, по служебной линии. Я также слышал, что случилось там внизу, на берегу. Рыбаки увидели, как на воде плавает какой-то длинный мешок. Сейчас его как раз вытаскивают на берег. Похоже на человеческое тело…

У Нелли потемнело в глазах, она смертельно побледнела.

– Вам плохо, миледи? – забеспокоился почтальон.

– Нет, нет, все в порядке. Я просто представила себе эту картину, и мне стало нехорошо: человеческое тело в воде…

– Это правда. Скоро мы все узнаем. А для вас еще и письмо есть.

Нелли схватила конверт и сунула его в карман передника. Письмо было от Дональда. Его переслала ей миссис Грэхэм. Хорошо, что Эрнст ничего не увидел.

– Спасибо, мистер Руперт. Посылку я оставлю на видном месте для хозяев. А вам желаю доброго дня.

– Вам того же, миледи. До свидания!

Нелли закрыла за почтальоном дверь и вернулась на кухню. Она быстро вскрыла конверт и пробежала письмо глазами. Затем прислушалась к звукам, доносящимся из ванны, и поняла, что Эрнст выйдет оттуда еще не скоро. Она опять принялась за письмо. Сердцу ее стало тепло. Дональд все еще любил и беспокоился о ней. Он извинялся за то, что вмешивается в ее жизнь. Но сведения, полученные им от экономки, очень беспокоят его. В конце он написал:

Если тебе понадобится моя помощь, то только скажи. Прошу тебя, возвращайся в Глазго и принимайся за учебу в университете! Это поможет тебе дистанцироваться от мужа. Как мне кажется, это единственный способ разобраться в самой себе. Я пишу это не потому, что надеюсь на крах твоего брака. Но думаю, что этот человек сбил тебя с толку. Продумай еще раз.

Тут дверь в ванную комнату отворилась. Нелли быстро сунула письмо в карман.

На пороге появился Эрнст в банном халате.

– Кто приходил? – спросил он.

– Почтальон. Принес посылку для Уэгманов. Эрнст, мы не могли бы уехать прямо сейчас? Из-за этих двух дней до выходных…

– С чего бы вдруг нам уезжать?

– Я уже несколько раз говорила об этом.

– Я думал, что отговорил тебя.

– Кое-что произошло, Эрнст.

– Что, осмелюсь спросить?

– Почтальон рассказал, что рыбаки выловили из моря длинный мешок.

– Они уже выяснили, что внутри?

– Еще нет. Но они предполагают, что внутри труп человека. Ах, Эрнст, мне страшно! Пожалуйста, давай уедем!

Мужчина нахмурился:

– Так быстро это сделать невозможно. Нам нужно убраться в доме и упаковать чемоданы. Кроме того, такой внезапный отъезд навлечет на нас подозрение.

Нелли вздохнула:

– Что же нам делать?

– Нужно подождать до завтра.

– Я не выдержу! Если это действительно тот бродяга…

– Думаю, что так оно и есть. Но расследование будет длиться какое-то время.

– И что, мы будем сидеть сложа руки и ждать, пока они не возьмут нас в оборот?

– Хорошо. Упакуй чемоданы и приберись в доме. Я пока оденусь.

Нелли лихорадочно принялась за дело. Приблизительно в два часа дня они тронулись в обратный путь.

Около полуночи Нелли и Эрнст приехали в Дорфилд-холл. Заспанная миссис Грэхэм вышла им навстречу, услышав шум двигателя.

– Вы уже вернулись? – удивилась она. – Что-нибудь произошло?

– Моя жена почувствовала себя неважно. Погода там последнее время испортилась. Нелли впала в депрессию.

– Как жаль! А я-то думала, отдых на море пойдет ей на пользу…

– Я тоже так думал. Ей лучше сразу лечь в постель.

– Конечно, сэр. Мне помочь миледи?

Нелли покачала головой. Она была совершенно без сил. Еле волоча ноги, она поднялась по лестнице.

– Спасибо, Молли. Я справлюсь сама. Мне просто нужно выспаться…

– А в Корнуолле со сном были проблемы? – спросила удивленная экономка. – Там же чистый, здоровый воздух…

– Вы что, не слышали? – нетерпеливо перебил ее Стэнтон. – Она плохо спала, ее мучили кошмары, по ночам она бродила по дому…

– Ужас какой! Завтра начну ее лечить.

– Спасибо, миссис Грэхэм. Спокойной ночи, – сказала Нелли и отпустила экономку.

Она заснула мгновенно. Опять у нее было такое чувство, что она качается на волнах. Под ярким голубым небом ее куда-то несло течением. Вдали она видела пальмы и белый песок пляжа.

Вдруг к ней подплыло что-то темное. Это был длинный мешок! Веревки развязались сами собой, из мешковины стал выбираться кто-то ужасный. Показались две руки, затем обнажилась облепленная водорослями голова, в которой горели два страшных глаза. Труп раскрыл рот и изрыгнул поток грязной воды, смешанной с водорослями. Белые мертвые руки потянулись к ней.

Нелли закричала что есть мочи и села на кровати. Кто-то заставил ее лечь назад. Крича, Нелли заметалась на постели.

– Спокойно, спокойно! – стал уговаривать ее голос, идущий откуда-то издалека. – Спокойно!

Она стала махать руками, пытаясь сопротивляться. Две сильные руки схватили ее за запястья.

– Нелли, Нелли! Да проснись же ты, наконец!

Ей казалось, что она летит в какую-то бездонную черную дыру. Ее тело расслабилось и обмякло.

– Все кончено, – пролепетала она.

– Нелли, Нелли! – опять донесся до нее знакомый голос. Яркий свет ударил ей в глаза. Она с трудом подняла веки.

– Все хорошо. Ты видела дурной сон.

Она испуганно огляделась:

– Где я?

– Дома. В Дорфилд-холле, дорогая.

Девушка медленно повернулась на бок и узнала своего мужа:

– О, Эрнст. Это было ужасно. Труп в мешке…

– Тебе непременно нужно это забыть, Нелли.

Кошмар прошел, но ужасное прошлое опять пугающе встало перед ней. В отчаянии она зарыдала и никак не могла остановиться.

* * *

После этого нервного срыва Стэнтону удалось убедить жену в необходимости обратиться к врачу. Она не сопротивлялась, и он отвез ее в одну из частных клиник.

Стэнтон присутствовал при обследовании. Он описал врачу состояние жены. Сказал, что она страдает манией преследования и тяжелыми нарушениями сна. Ее навязчивые состояния якобы настолько интенсивны, что она уже не может контролировать свое поведение.

Нелли беспрекословно выдержала всю процедуру. Она уже не понимала, что с ней произошло на самом деле, а что-только плод ее воображения. Бродяга, маска в окне, рука мертвеца, мешок… Что это было? Сон, наваждение или действительность?

Она не видела, как Стэнтон незаметно покинул кабинет врача. Любезная медсестра привела ее в светлую, окрашенную в светлые тона палату и помогла лечь в постель.

– Сейчас вам нужен полный покой, леди Стэнтон, – мягко объяснила она.

От укола шприца Нелли вздрогнула, но вскоре на нее снизошли мир и покой.

Проснувшись утром, девушка с удивлением огляделась. Как она попала в эту комнату?

Дверь отворилась, и вошла молодая медсестра. С ободряющей улыбкой она подошла к постели Нелли:

– Доброе утро, леди Стэнтон. Я – сестра Мэри. Как мы сегодня себя чувствуем?

– Я себя чувствую очень хорошо. А вот как вы себя чувствуете, я не знаю. Ведь вам приходится так рано заступать на дежурство…

Сестра Мэри удивленно взглянула на пациентку. Пожалуй, впервые кто-то из больных стал иронизировать над ее «мы».

– Вы правы. Нелегко вставать ни свет ни заря. Вы хорошо спали?

– Прекрасно! Пожалуй, впервые за долгое время.

– Вот и отлично! Ванная комната находится рядом. После того как вы умоетесь и примете душ, я принесу вам завтрак.

– Спасибо. Я здорово проголодалась.

Медсестра ушла. Нелли встала с постели и приняла душ. Вернувшись в палату, она огляделась, ища свою одежду. Но на стуле рядом с кроватью ее вещей не было. Она открыла стенной шкаф, но и он был пуст. Расстроенная, она опять надела ночную рубашку и легла в постель.

Вскоре вновь появилась Мэри, катя перед собой тележку с завтраком.

– Я сейчас подниму изголовье кровати, чтобы вы могли сесть, – сказала она.

– Где моя одежда? – резко спросила Нелли.

Медсестра смущенно улыбнулась:

– Знаете, у нас так принято. Мы запираем одежду наших пациентов, чтобы они от нас не сбежали.

– Я разве в закрытой клинике? – удивилась Нелли.

– О нет! Оттуда бы вы действительно не убежали. Мы доверяем нашим пациентам.

– Но тем не менее запираете их одежду, – горько усмехнулась девушка.

Мэри взяла Нелли за руку:

– Леди Стэнтон, напрасно вы так. Мы желаем только добра людям, заботу о здоровье которых нам доверили. Некоторые из них не отдают себе отчета о своем поведении. Мы хотим защитить их от необдуманных шагов.

– Но я отдаю себе отчет о своем поведении. Просто я пережила ужасные вещи.

– Я знаю. А пока подкрепитесь, выпейте чаю. А вот это стакан воды, чтобы запивать таблетки.

Нелли с отвращением посмотрела на блюдце с разноцветными таблетками и покачала головой:

– Это еще что? Эти штучки выглядят красиво, но я не собираюсь их глотать.

– Ну, будьте умницей и быстренько проглотите их, – уже энергичнее сказала медсестра.

– Почему вы говорите со мной, как с ребенком? Я что, уже признана недееспособной?

– Конечно, нет! Но вам придется выполнять предписания врача. Большего от вас не требуется.

– А откуда он знает, что это пойдет мне на пользу? Он вчера лишь мельком осмотрел меня и при этом слушал лишь то, что рассказал ему о моем состоянии муж.

– Не принимайте все так близко к сердцу. Мы во всем разберемся. Чуть позже вы сможете изложить главному врачу свою версию вашего состояния. Ну а пока примите лекарство. Иначе мне придется доложить, что вы оказываете сопротивление.

Нелли мгновенно поняла, что ее положение безнадежно. Из книг и фильмов она знала, как обращаются со строптивыми пациентами в психиатрических клиниках. Лучше было не обострять ситуацию.

Она сунула таблетки в рот и отхлебнула воды.

– Глотайте! – приказала сестра.

Нелли языком передвинула таблетки за щеку и проглотила воду.

– Откройте рот, миледи! – последовал новый приказ.

Выхода не было. Под строгим взглядом медсестры Нелли проглотила таблетки и покорно раскрыла рот.

– Ну вот и чудно! А сейчас позавтракайте.

Девушка принялась за еду, но вскоре почувствовала сильную сонливость. Она отодвинула тележку от кровати и опустилась на подушки. Прежде чем уснуть, она поняла, что ее накачали успокоительным и снотворным, чтобы она вела себя тихо…

Когда Стэнтон подошел к ее кровати, она едва могла говорить. Он наклонился над ней и улыбнулся:

– Как ты себя чувствуешь, дорогая?

Она приоткрыла глаза и пробормотала:

– Сегодня утром хорошо. Но потом они заставили меня выпить пригоршню таблеток, и с тех пор… мне так… хочется спать…

– Выспись как следует. Ты должна спать как можно больше. В этом смысл терапии.

– Терапии? – хотела возразить она, но язык у нее не ворочался.

Несколько дней и ночей Нелли постоянно спала или дремала. Когда Стэнтон приходил, она практически его не замечала. Он изображал нежность, и это было ей противно. Каждый раз она радовалась, когда дверь за ним закрывалась.

Но как-то утром в ее палату вошла Молли Грэхэм с загадочным выражением на лице, села у постели и взяла девушку за руку:

– Наконец-то мне удалось выяснить, куда вас упекли. Я сумела незаметно проследить за сэром Стэнтоном и тут же позвонила Дональду. Он прилетит ближайшим рейсом и вызволит вас отсюда.

– Слава богу! Самое время! Иначе они действительно превратят меня в сумасшедшую. Но сегодня мне лучше. Мне удалось незаметно выплюнуть таблетки.

– Отлично! Но продолжайте разыгрывать пациентку, которая и говорить-то не может. Ну а теперь пока! До скорого свидания!

Бдительность сестры Мэри несколько ослабла, поэтому Нелли удалось и во второй раз выплюнуть таблетки в унитаз. С нетерпением она стала ждать следующего дня. А вдруг Дональд уже сегодня даст о себе знать?

Где-то в середине дня к ней пришла гостья – элегантно одетая дама. Она подошла к ее кровати и прошептала:

– Привет, дорогая!

Только сейчас Нелли поняла, что это вовсе не женщина. На нее смотрели голубые ясные глаза Дональда!

– Это ты? – не поверила своим глазам Нелли. – Я с трудом тебя узнала.

– Здорово получилось, да? А парик мне идет, верно?

– Особенно в сочетании с этой красной шляпкой! Пальто такое шикарное. Но что все это значит?

– Одежда для тебя. Я вытащу тебя отсюда.

– Но ведь сестры это заметят!

– У них как раз обеденный перерыв. Я проходил мимо и приветливо помахал им рукой. А теперь поторапливайся, у нас не так много времени.

Он сдернул с себя шляпу и парик, снял пальто. Под ним на нем был надет белый врачебный халат.

– Переоденься в туалете!

Нелли юркнула в маленькую ванную и лихорадочно переоделась. Затем она вынула из косметички губную помаду и тушь для ресниц и накрасилась, чтобы еще больше походить на свою «гостью». Только она хотела выйти из ванной, как услышала, что дверь в палату открывается. Сердце ее замерло, она вновь захлопнула дверь туалета.

«Все пропало», – подумала она в отчаянии. Но потом услышала голос Мэри:

– О, простите, доктор.

– Леди Стэнтон в туалете, – произнес Дональд.

– Понятно, – ответила Мэри и закрыла за собой дверь.

– Можешь выходить, – прошептал Дональд.

Нелли вышла из ванной и удивилась. На лице Дональда не было и следа макияжа. Теперь он опять был похож на настоящего мужчину. Каждая медсестра наверняка примет его за молодого симпатичного врача.

Он первым вышел из палаты и сделал Нелли знак рукой следовать за ним. Идя друг за другом, они пошли по коридору. Нелли даже помахала рукой, проходя мимо открытой двери комнаты сестер. Ее сердце билось как бешеное.

В конце коридора дверь была закрыта. Дональд знаком попросил одну из молоденьких сестер открыть ему дверь, что та послушно и сделала. Привратник также без колебаний нажал на кнопку автоматического замка, пожелав «господину доктору» и мадам хорошего дня.

* * *

Дональд спрятал Нелли у своих родителей. От миссис Грэхэм он узнал об отчаянных попытках Стэнтона найти пропавшую жену. Сначала «безутешный» муж решил нажать на экономку. Но она не испугалась его угроз подать на нее в суд. Тогда он попытался подкупить ее. Но и это не помогло. Молли молчала как рыба.

Хотя Нелли и чувствовала себя у родителей Дона в безопасности, настроение ее не улучшилось. Правда, она довольно быстро оправилась от воздействия лошадиных доз медикаментов, но тени прошлого преследовали ее. Она так и не смогла найти хоть какое-то объяснение происшедшего. Больше всего ее мучил страх, что ее обвинят в убийстве.

Дональд, которому она рассказала все в малейших подробностях, верил каждому ее слову. Однако его удивляло, что полиция после обнаружения трупа не появилась в Дорфилд-холле. Ведь по логике вещей они должны были бы немедленно допросить сэра Стэнтона, на жену которого напал этот бродяга.

Как-то утром Дональд позвонил в полицию Корнуолла. Он выдал себя за адвоката семьи Стэнтон, которому леди Нелли рассказала о нападении на нее в арендованном доме. Он хотел узнать, не удалось ли за прошедшее время поймать того бродягу.

Ответ был отрицательный.

– А как насчет трупа, который выловили в море? – спросил Дон.

Полицейский на другом конце линии смущенно замолчал, потом откашлялся и сказал:

– Видите ли, произошло нечто странное. В мешке оказался дохлый баран.

– Что? Не может быть!

– Мы тоже считаем это странным. Но, вероятно, какой-то фермер решил не возить заболевшее животное на бойню и таким образом сэкономить деньги.

– В местной прессе ничего об этом не было, – удивился Дональд. – Как правило, они смакуют подобные вещи.

– Это верно, сэр. Но мы попросили их ничего не писать. Не хотели позориться.

– Понятно. Однако леди Стэнтон эта новость не обрадует. Вероятно, ей придется смириться с тем, что напавший на нее никогда не будет найден.

– Похоже, что так, сэр. Сожалею, но мы закрыли дело. До свидания.

– Благодарю, что вы так подробно мне все объяснили. До свидания.

Дональд положил трубку и задумался. Теперь все происшедшее предстало перед ним совершенно в другом свете. С серьезным лицом он повернулся к Нелли, которая вот уже несколько минут стояла в дверях:

– Это невероятно! Твой муж вел с тобой ужасную игру. В мешке был дохлый баран! То есть никакого трупа ты с ним в море не бросала. Все твои страхи были напрасными.

– Да, но нападение на меня и убийство…

– Об этом ты знаешь только с его слов. Сама ты ничего не помнишь.

– Верно, – согласилась она. – А что если он просто все это внушил мне? Но зачем?

– Чтобы уничтожить тебя!

– Для чего?

– Его целью было засадить тебя в сумасшедший дом. Затем он объявил бы тебя невменяемой и стал бы распоряжаться твоими деньгами.

Нелли упала в кресло:

– Ужас! Почему я раньше этого не поняла?

– Ты была близка к этому. Но в нужный момент он тебя нейтрализовал и убедил врачей в том, что у тебя проблемы с психикой. Ты не могла сопротивляться, любовь моя.

Нелли встала, подошла к нему и обняла:

– Что бы я без тебя делала…

Дональд поцеловал ее в лоб:

– Спасибо, родная. Я так хочу, чтобы наши отношения вновь стали…

– Я знаю, – ответила она. – Но дай мне время. Когда все будет позади…

Молодой человек нежно погладил девушку по длинным белокурым волосам:

– Мы выведем его на чистую воду. И тогда он исчезнет из твоей жизни.

– Надеюсь, – сказала она и вздохнула.

Миссис Грэхэм сообщала им обо всех шагах Стэнтона. Он не заявил в полицию о пропаже жены. Если же она от него спряталась, то лучше для него было об этом помалкивать. Но с каждым днем он становился все раздражительнее. Это было Дональду только на руку, так как облегчало его задачу застать Стэнтона врасплох.

Как-то ночью с помощью Молли Грэхэм ему удалось проникнуть в кабинет Стэнтона. У экономки был второй ключ от комнаты, а письменный стол можно было открыть одним из маленьких ключей от многочисленных секретеров, стоящих в разных местах дома. Когда Стэнтон удалился в свою спальню на верхнем этаже, молодой человек принялся за дело.

Как он и предполагал, Стэнтон хранил документы, относящиеся к Дорфилд-холлу, не в своей конторе. Вероятно, он боялся, что кто-нибудь из служащих мог сунуть туда нос. Дональд принялся страницу за страницей просматривать материалы. На первый взгляд все было в порядке. Но затем он наткнулся на несоответствия. Он пролистал несколько листов назад и обнаружил счета, которые были в двух экземплярах. В них речь шла о значительных суммах. Вероятно, лорд Дорфилд в последнее время так же мало заботился о своих финансах, как затем и его дочь.

Вдруг в холле раздался какой-то шум. Дональд замер и прислушался. В коридоре раздались шаги, они приближались к кабинету. Появления миссис Грэхэм Дональд не опасался. Но он все-таки выключил фонарь. К счастью, он предусмотрительно запер дверь и не зажигал свет. Он быстро поставил папки с документами на свои места и запер шкаф.

В дверном замке повернулся ключ. Это мог быть только Стэнтон, ведь миссис Грэхэм дала Дональду свой ключ.

Молодой человек понял, что положение его отчаянное. Он бросился к большому окну, задернутому тяжелыми гардинами, и влез на подоконник. К счастью, тот был настолько широк, что Дональд без труда смог сесть там на корточки.

Дверь открылась. Кто-то подошел к столу и зажег настольную лампу. Через щель в занавесках Дональд увидел, как Стэнтон сел за стол и достал из кармана халата связку ключей.

От страха у Дональда выступил пот на лбу. Если Стэнтон заметит, что папки стоят в другом порядке, он может заподозрить неладное.

Но, судя по всему, Стэнтон пришел в кабинет вовсе не для того, чтобы просматривать документы. Вместо этого он открыл боковую дверцу письменного стола и достал оттуда бутылку коньяка и бокал. У Дональда камень с души упал.

Но он ошибался, думая, что Стэнтон пришел пропустить один стаканчик перед сном. Мужчина наливал себе снова и снова. Лишь после четвертого бокала он убрал бутылку. Бокал он оставил на столе. Покачиваясь, Стэнтон встал и пошел к двери, забыв выключить свет. Выйдя из кабинета, он запер за собой дверь и пошел прочь. Затем вновь наступила тишина.

Дональд быстро выбрался из своего укрытия и сел за стол. Он хотел привести все в папки в порядок и затем уйти. Когда он опять снял их с полки, на пол упал большой конверт, спрятанный, вероятно, за папками. Дональд вынул из него какие-то документы. Это были доверенности на различные транзакции и выплаты, оформленные на имя Эрнста Стэнтона. На всех них была подпись лорда Дорфилда. Но, присмотревшись внимательнее, Дональд обнаружил, что почерк на разных документах различается. На одних штрихи были быстрыми и даже немного небрежными, в других ощущалась какая-то неуверенность.

Дональд хотел было взять весь конверт с собой, чтобы отдать подписи на экспертизу. Но затем понял, что это будет слишком рискованно. Если бы Стэнтон, просматривая документы, обнаружил пропажу, то понял бы, что они украдены. Поэтому Дональд решил взять лишь пару документов. Он был убежден, что подписи подделаны.

Это ему уже на следующий день подтвердил специалист. Взволнованный, Дональд рассказал о своем открытии Нелли.

– Получается, что он уже много лет обманывал моего отца. Странно, что папа этого не заметил.

– Возможно, что однажды он все-таки это заметил. Послушай, мне пришла в голову страшная мысль: Стэнтон не мог допустить, чтобы твой отец разоблачил его махинации. Ради этого он мог пойти на все. Понимаешь?

Нелли уставилась на него, широко раскрыв глаза:

– Уж не хочешь ли ты сказать, что это как-то связано со смертью моего отца?

– Именно! Почему Стэнтон ни за что не хотел брать тебя с собой? И с чего вдруг он съехал с дороги?

– Он побоялся задавить зайца.

Дональд горько рассмеялся:

– Ты и вправду веришь, что такой прожженный тип, как Стэнтон, пожалел зайца?

– Он побоялся столкновения.

– Но это же смешно! Когда видишь, сколько кошек и кроликов лежат раздавленные на наших дорогах, понимаешь, что большинство водителей этих столкновений даже не замечают. Свидетелей той аварии не было. Стэнтон просто хладнокровно направил машину в стену. Он знал, что подушка безопасности защитит его от тяжелых травм.

Нелли закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Мысль о том, что ее горячо любимого отца подло убили, была ужасной.

– Смерть твоего отца решала все его проблемы. Все его махинации оставались нераскрытыми, и кроме того, путь к наследнице значительного состояния был открыт.

Девушка кивнула:

– Если бы отец не умер, я бы ни за что не вышла за Эрнста. Мне бы и в голову не пришло взять в мужья человека, который по возрасту годится мне в отцы.

– Это было ему ясно, поэтому он и стал прикидываться твоим другом, стараясь заменить тебе отца.

– Да, но как мы все это сможем доказать, Дон?

– Мы должны добиться от него признания. Все нужно как следует обдумать, мне наверняка придет что-нибудь в голову. Необходимо заманить его сюда. Понимаешь, любимая?

По ее лицу было видно, что она сомневается:

– Я не вынесу присутствия этого ужасного человека.

– Тебе не придется ничего делать. Я сначала сам его обработаю. И когда я его почти дожму, ты нанесешь последний удар.

Нелли смело кивнула:

– Я готова! Можешь на меня положиться.

– Хорошо. Если ты все это вынесешь, то в твоей голове все встанет на свои места. Моих родителей мне, конечно, придется во все посвятить.

– Разумеется. Я же знаю, что они полностью на нашей стороне.

Продумав весь план до мелочей, Дональд поговорил с матерью. Она тут же согласилась помочь молодым людям. Получив от сына подробные инструкции, она позвонила в Дорфилд-холл.

Трубку взяла миссис Грэхэм. Она сообщила, что сэра Стэнтона, к сожалению, нет дома. Но затем озабоченно спросила:

– Уж не случилось ли чего-нибудь с леди Нелли, мадам?

– Нет, нет, все в порядке. Ей значительно лучше. Но ее беспокоит неопределенность будущего.

– А насчет странных происшествий в Корнуолле ничего не выяснилось?

– Нет еще, но скоро выяснится. Но уже сейчас ясно, что Стэнтон хотел морально уничтожить несчастную девочку.

– Ужас какой! Я уже давно об этом догадывалась. Но теперь вы хотите призвать его к ответу?

– Нет. Нам нельзя действовать напролом. Мы хотим заманить его в ловушку.

– Очень хорошо. Я могу вам чему-нибудь помочь?

– О да. Позвоните мне, когда он вернется.

– Конечно! Будет сделано. До скорого свидания, как я надеюсь.

Спустя полчаса после этого разговора Молли услышала, как к дому подъехала машина Стэнтона. Она набрала номер Уорнеров и сообщила об этом. Через минуту Стэнтон вошел в холл.

– Никаких новостей о моей жене? – спросил он и внимательно взглянул на экономку.

Молли в последнее время научилась прекрасно лгать.

– Нет, – ответила она, ничуть не покраснев.

Стэнтон явно нервничал, у него бы загнанный вид.

– Видно, придется сообщить в полицию. Пусть они ее ищут.

– Не думаю, что миледи это будет по душе, сэр.

– Плевать я на это хотел! – закричал он, уже не сдерживая себя. – Как ее муж я имею право…

– Извините, что противоречу вам. В наше время каждый из супругов может расторгнуть брак в одностороннем порядке.

– Что вы об этом знаете? С чего это вы вообще вмешивайтесь в мои дела?

– Вы сами заговорили со мной, сэр. Понятно, почему я заступаюсь за миледи. Я знаю ее с детства. И лорд Дорфилд…

– Замолчите! Скоро все изменится. Как только полиции ее разыщет…

– Вы действительно считаете разумным подключить к делу полицию? Я имею в виду, в вашей ситуации?

Стэнтон позеленел от злости:

– Вы уволены!

– Уволить меня может только миледи! – холодно возразила Молли.

Ее спокойствие только еще больше разозлило его.

– Это мы еще посмотрим. Я покажу вам, кто в доме хозяин. Я…

В это время раздался звонок телефона.

* * *

Стэнтон снял трубку, и его нахмуренное лицо просияло:

– Миссис Уорнер? У вас для меня хорошие новости?

– Все не так просто, – ответила мать Дональда на другом конце провода. – Ваша жена у нас, сэр Стэнтон. Мы охотно приняли ее. Из-за нашего сына. Ведь они еще детьми всегда играли вместе. Но…

– Да? – Эрнст слушал внимательно. – Говорите дальше, мадам.

– За прошедшие дни леди Стэнтон настолько стала действовать моему мужу и мне на нервы, что мы уже не можем дальше терпеть. Она все время жалуется на что-то, все время кричит, как безумная…

– Кричит? Но тогда ее нужно вернуть в клинику!

– Если вы будете так говорить, я положу трубку. Любящий муж не может просто так отправить жену в клинику для душевнобольных. Он попытается сначала помочь ей своей любовью и заботой, чтобы она наконец избавилась от своих навязчивых идей.

– Я все испробовал, но это не помогло.

– Нужно еще попробовать, иначе вы не сможете рассчитывать на мою помощь.

– А вы хотите мне помочь?

– Да, поэтому я и звоню. Как уже сказано, мы не можем больше терпеть присутствия Нелли в нашем доме. Если бы ей некуда было идти, мы бы, конечно, терпели и дальше. Но мы уже немолоды. Кроме того, помимо постоянного нервного напряжения она причиняет нам еще и массу дополнительных забот. Мне приходится все время готовить для нее что-то особенное. Но после всех моих стараний она съест пару кусочков или вообще не притрагивается к еде. Все время ей что-то не так…

– Конечно, больше вы этого терпеть не можете, – ответил Стэнтон, стараясь изобразить сочувствие.

– Поэтому было бы лучше, если бы вы забрали жену домой.

– Я тоже так считаю.

– У вас хорошая экономка. Она сумеет выполнять все желания молодой хозяйки.

– Да, конечно. Миссис Грэхэм любит мою жену, как родную дочь.

– Ну, тем более. Мы договорились. Но, пожалуйста, не приезжайте раньше девяти часов вечера. Тогда моего сына не будет дома. Он не должен вас видеть в нашем доме. Он этого не потерпит…

– Я понимаю и приеду в начале десятого. Не могу дождаться вновь увидеть жену.

– Много радости она вам не доставит, сэр Стэнтон.

– Я к этому готов.

– Вы обещаете мне действовать только с любовью и терпением?

– Обещаю. Во всяком случае, я попробую, миссис Уорнер. Огромное спасибо за ваш звонок.

С торжествующей миной на лице Эрнст положил трубку:

– Ну, что вы скажете теперь, миссис Грэхэм? Моя жена у Уорнеров!

– Правда? Хотя я и сама могла бы догадаться. Думаю, что молодой Уорнер был влюблен в леди Нелли. Но почему теперь он хочет от нее избавиться?

– Вот видите, какова любовь современной молодежи. Если женщина надоедает мужчине, он ее просто бросает. Никакого постоянства, не то что у моего поколения.

Он отвернулся и поэтому не мог увидеть, как на него посмотрела Молли. Иначе бы он понял, что она о нем думает на самом деле. Стэнтон ушел в кабинет, а она отправилась на кухню, ломая голову над тем, что же задумали Уорнеры.

Незадолго до девяти вечера Стэнтон уехал. Погода была не из лучших. Небо обложили тяжелые облака, моросил дождь. Такая погода всегда плохо действовала на Нелли и вызывала у нее бессонницу.

Он припарковал машину чуть в стороне от подъездной дороги, чтобы из дома ее не было видно.

Миссис Уорнер увидела, как он подходит к крыльцу, и поэтому ему не пришлось пользоваться звонком.

Хозяйка раскрыла перед ним дверь и втянула его за рукав в прихожую.

– Проходите в гостиную, – прошептала она. – Там нам никто не помешает.

Стэнтон удивился этой странной конспирации. Разве Дональд еще не ушел?

Миссис Уорнер указала ему на удобное кресло и села напротив. На столе стояли две коньячные рюмки.

– Мы не должны огорошить Нелли, – объяснила мать Дональда с улыбкой. – С девочкой нужно обращаться осторожно. У нее случилась истерика со слезами, когда час назад я ее спросила, не хочет ли она вернуться к мужу.

– Но для этого я и приехал, мадам.

Миссис Уорнер изобразила добрую улыбку:

– Конечно. Но сначала я должна убедить ее, что так будет лучше.

Женщина достала бутылку коньяка и налила рюмки до краев.

Стэнтон хотел было сказать, что это слишком много для него, но смолчал, чтобы не обидеть женщину.

– За будущее Нелли! – сказала миссис Уорнер. – За лучшее будущее!

– За наше будущее! – сказал Эрнст и понял свой бокал.

Женщина сделала пару глотков, поставила рюмку на стол и внимательно посмотрела на гостя:

– Вам что, не нравится коньяк? Вы едва пригубили его.

– Нет, нет, нравится, – поспешил заверить он, хотя коньяк был слишком теплым и обжигающим. Но он не хотел расстраивать хозяйку, смело выпил половину бокала и скосил глаза на этикетку. Марка коньяка была ему не знакома. «Наверное, какая-нибудь дешевка», – подумал он.

– Я хотела бы побольше узнать о вас, прежде чем передать Нелли под ваше попечение. Что вы за человек? Расскажите немного о себе, – сказала миссис Уорнер и вновь наполнила рюмки до краев.

Стэнтон был неприятно поражен этой просьбой. Ему устраивали допрос? Не так он представлял себе встречу с миссис Уорнер. Он схватил рюмку и осушил ее за один прием.

– Что сказать? Я трезво мыслящий человек, юрист, одним словом. С фантазией у меня плохо.

Женщина рассмеялась:

– Я бы так не сказала. То, что вы придумали в Корнуолле, свидетельствует об очень богатой фантазии! – она опять налила его бокал до краев. – Маска в окне, рука мертвеца, шутка с дохлым бараном! Просто гениально! Откуда только вы достали руку?

Эрнст опять сделал большой глоток коньяка и улыбнулся польщенный:

– Это была надутая и завязанная внизу резиновая перчатка. Выглядело очень натурально!

– Ну а нападение на Нелли? Тут вы, по-моему, несколько перегнули палку.

Эрнст опять потянулся к рюмке.

– Вам-то откуда знать, – сказал он. Взгляд его затуманился. – Хотя, действительно, тут я перестарался.

Женщина довольно усмехнулась. Он попался в ловушку и подтвердил ее подозрение, что именно он и был тем «бродягой».

– Вам нельзя было действовать так жестоко!

Стэнтон виновато кивнул. Язык у него уже едва ворочался. Он все время путался в ответах.

– Это верно. Но мне нужно было сделать так, чтобы она потеряла сознание.

– Что же вы за человек, сэр Стэнтон! Так мучить свою милую молодую жену только затем, чтобы добраться до ее денег…

На какое-то мгновение Стэнтон протрезвел:

– У нас… Стэнтонов… никогда не было… денег…

– Поэтому вы и лорда Дорфилда обманывали на крупные суммы?

– Кто вам это сказал? – промямлили он.

– Мой сын. Он знает вашу «бухгалтерию».

– Чушь! Откуда? Он ничего не докажет.

– Еще как докажет, сэр Стэнтон. Помимо всего прочего вы подделывали подписи лорда Дорфилда.

– Ложь! Сплошная ложь!

– У Дональда все доказательства на руках. Можете не беспокоиться.

Миссис Уорнер встала и открыла дверь:

– Можешь заходить, Дональд. Он готов.

Стэнтон уставился на молодого человека остекленевшими глазами. Руки его дрожали. Он попытался встать, но опять повалился в кресло.

Дональд поднес ему бумаги с подделанными подписями к лицу:

– Вам известны эти документы?

Стэнтон побледнел.

– Откуда… э-э-э… откуда… они у вас? – пробормотал он.

– Из вашего письменного стола, сэр.

Лицо совершенно опьяневшего мужчины исказилось от злобы:

– Это же… кража… со взломом! Я на… вас…

– Ничего вы не сделаете! Все кончено, Стэнтон. Ваша карьера, ваш брак… Можете все это забыть…

Стэнтон обмяк. Голова повалилась набок. Глаза сами собой закрылись.

– Он отключился, – констатировала миссис Уорнер.

– Как у тебя это получилось? – удивился Дональд.

Женщина коварно улыбнулась:

– Я добавила в коньяк чистого спирта. Такая смесь кого хочешь свалит с ног.

– Мама, ты чудо!

– Чего не сделаешь ради счастья детей? – вздохнула она.

* * *

Нелли услышала шаги на лестнице. Она нетерпеливо глянула на дверь. Постучав, в комнату вошел Дональд.

– Он еще тут? – спросила девушка со страхом.

– Да. И он останется на ночь.

– Я боюсь, Дональд.

Молодой человек подошел к ней и нежно обнял:

– Его ты можешь больше не бояться. Он полное ничтожество. Представь себе, он во всем сознался. Даже в нападении на тебя.

Нелли опустила голову на плечо Дональда:

– Значит, это был он. А ведь он чуть не убил меня.

Молодой человек поцеловал ее в лоб. Она еще теснее прижалась к нему и закрыла глаза. Глубокий вздох вырвался из ее груди:

– Что бы я без тебя делала, Дон…

– Теперь тебя больше никто не обидит, любимая.

Его губы прикоснулись к ее приоткрытому рту. Они страстно поцеловались.

Потом она спросила:

– И что же теперь будет дальше?

– На очереди последняя часть представления. Мы поразим этого подлеца его же собственным оружием. Все уже приготовлено. Мама прекрасно сыграла свою роль. Если ты исполнишь свою не хуже, мы его окончательно разоблачим.

– Не знаю, хватит ли мне сил.

– Уверен, что у тебя все отлично получится, дорогая. Не забывай, что он сделал с тобой и твоим отцом.

Дональд объяснил девушке свой план. Она полностью его одобрила.

– Я все сделаю как надо, – заверила Нелли своего друга.

Они прошли в гостиную и при свете карманного фонаря посмотрели на спящего Стэнтона. Его губы шевелились, как будто он что-то говорил.

– Ему что-то снится, – прошептал Дональд.

– Нет, нет, – пробормотал Стэнтон.

Нелли брезгливо посмотрела на мужа сверху вниз. Как она могла когда-то подумать, что любит этого человека? Она взялась за руку Дональда и крепко сжала ее.

– Можно начинать, – прошептал он.

Стэнтон пошевелился, не просыпаясь, и опять пролепетал что-то нечленораздельное. Со стоном он схватился за грудь.

Нелли и Дональд на цыпочках вышли из комнаты.

* * *

Стэнтон дрожал. Голова его раскалывалась от адской боли. На грудь давило что-то тяжелое, он отчаянно хватал воздух ртом, но не мог вздохнуть.

Во сне его мучили кошмары, и он никак не мог проснуться. Ему снилось, что он бродит в полной тьме и ищет, за что бы схватиться. Его руки слева и справа касались холодных стен. Вдали мерцал слабый свет. Казалось, что он в туннеле. Но свет все отодвигался и отодвигался. Выхода не было…

Давление на грудь стало невыносимым. Вдруг прямо перед его глазами зажегся яркий свет. Его веки дрожали. Он пытался открыть глаза, но тщетно.

Откуда-то издалека до него донесся страшный голос. Сначала он был тихим, но потом стал намного громче:

– Стэнтон! Стэнтон! Стэнтон!

Он хотел ответить, но язык его не слушался.

– Стэнтон! Твой час настал! Сейчас ты ответишь за все!

– Я, я… – пролепетал он.

– Ты стоишь перед судом, Стэнтон!

– Помогите, помогите! – закричал он. – Что вы от меня хотите?

– Ты убил лорда Дорфилда!

Эрнст Стэнтон широко раскрыл глаза. Только сейчас до него дошло, что все это не сон. Его зрачки расширились от ужаса. За светом, его слепившим, угадывалась фигура человека, закутанного в обветшалый плащ.

– Я тот самый бродяга, – прошептал голос.

– Но ведь никакого бродяги не было… – пролепетал Стэнтон.

Ужасный голос холодно рассмеялся:

– Посмотри на меня. Сейчас ведь ты не спишь.

Свет немного опустился, и Стэнтон закричал от страха. Широко распахнутыми от ужаса глазами он уставился на призрачное лицо, на котором подобно углям горели два темных глаза. Рот был искривлен в дьявольской гримасе.

Стэнтон не знал, происходит ли все это с ним во сне или наяву. Мгновенно он вспомнил о коньяке, которого перебрал.

– Белая горячка! Я сошел с ума!

– Твое похмелье пройдет, но реальность останется. Ты должен ответить за свои преступления.

– Пощадите, пощадите! – заскулил адвокат.

– Слишком поздно! Слишком поздно!

– Я все возмещу. Деньги…

– Деньги? – возмутился голос. – Больше тебе себя не в чем упрекнуть?

– Я мучил Нелли. Она должна простить меня.

– Поздно! Нелли мертва!

– Мертва?! Нелли?

– Да. Но не радуйся слишком рано. Ты получишь ее деньги, но не сумеешь ими воспользоваться. Ты – виновник ее смерти.

Свет погас. Комната опять погрузилась во тьму. Стэнтон попытался встать, но ноги его не слушались. С ужасом он уставился в темноту.

Тут в углу комнаты он увидел какое-то свечение. Свет медленно приближался к нему. Он исходил от женской фигуры в длинном белом одеянии. Почти не касаясь пола, фигура приблизилась к нему. Стэнтон увидел белое знакомое лицо.

– Нелли! – прошептал он. – Нелли, ты же не мертва.

– Нет, мертва. Я пришла оттуда, – ее слабый голос звучал печально.

Стэнтон закрыл лицо ладонями.

– Я пришла, чтобы тебя забрать, Эрнст.

– Куда?

– На тот свет. К твоему судье. Но сейчас покайся, прежде чем предстать перед ним.

– Я… я…

– Говори, Эрнст.

– Я мучил тебя.

– Зачем ты это делал?

– Я хотел, чтобы ты сошла с ума.

– Это тебе удалось. В отчаянии я покончила с собой. Ты довел меня до смерти.

– Пощади! – заскулил Эрнст.

– Тебе не может быть пощады, – прошипела Нелли и обхватила его горло руками. Напрасно он пытался освободиться от ее хватки. – Ты умрешь. Но сначала ты сознаешься в своем ужасном преступлении: ты убил моего отца.

– Но это был несчастный случай – проговорил Стэнтон и умоляющее поднял руки вверх.

– Да, но ты его подстроил.

– Я не хочу умирать. Я хочу…

Руки плотнее обхватили его горло.

– Если не хочешь умирать, признайся, что ты убил лорда Дорфилда.

Его сопротивление было сломлено. Вдруг все ему стало безразлично. Главное, чтобы все это закончилось.

– Да, – прошептал он.

– Скажи громко: я убил лорда Дорфилда.

– Я убил лорда Дорфилда, – выдавил он из себя.

Тут ярко вспыхнул свет. В холодном свете люстры Стэнтон увидел трех людей, окружавших его. Дональд снял ужасную маску и торжествующе смотрел на него сверху вниз.

– Это было признание в присутствии двух свидетелей. Моя мать и я слышали, как вы сознались во всем Нелли. Мы все это время находились в этой комнате.

Стэнтон не стал прибегать к обычным юридическим уловкам. Он знал, что его игра проиграна. Отправляясь на долгие годы за решетку, он сможет как следует поразмыслить над своими преступлениями. Он сделал слишком высокие ставки и проиграл.

В то время как счастливые Нелли и Дональд обнялись, он в отчаянии закрыл глаза.

Читайте в следующем номере

Шарлотта Буше

Мужеубийца

В подвале послышался какой-то шорох. Эдвард? Он что, тоже в подвале? Его тоже столкнули с лестницы? Нет, в этом не было никакого смысла, никакой логики. Но люди не всегда поступают логически и совершают иногда бессмысленные вещи. У меня раскалывалась голова, и я слегка сжала виски руками. Тут же почувствовала под руками что-то влажное и липкое. Кровь? Так и есть, я разбила голову.

Когда я поднялась, чтобы поискать Эдварда, у меня так закружилась голова, что я чуть опять не упала. Постояв некоторое время у поручня лестницы в самом низу, я двинулась вдоль прохода к маленькому окошку. Оно оказалось так высоко, что мне понадобилось бы два моих роста, чтобы дотянуться до него руками. Что-то прошмыгнуло мимо по каменному полу. Крыса? К счастью, я их не боялась.

www.miniroman.ru

№ 049, 16.07.2014

Издание выходит один раз в две недели

Главный редактор: Максим Попов

Адрес редакции: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Сервисный телефон: +7 (920) 335-23-03

Для писем: 241050, Брянск, проспект Ст. Димитрова, дом 44

E-mail: info@privetonline.ru

Распространение: Андрей Ефимов,

телефон: 8 (499) 394-01-05,

e-mail: a.efimov@pmbl.ru

© Учреждено и издается ООО «ПМБЛ»

Адрес издателя: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия.

Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77 – 53235 от 14.03.2013 г.

Отпечатанный в этом журнале текст является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналоги с действительными персонажами или событиями случайны. Редакция не несёт ответственности за содержание рекламных материалов. Все права принадлежат издателю и учредителю. Перепечатка и любое использование материалов возможны только с письменного разрешения издателя.

Content

Колман Орландина В объятьях убийцы

Орландина Колман В объятьях убийцы

Читайте в следующем номере