Кэтрин Гарбера

Повторить мгновения счастья

Роман

Katherine Garbera

Billionaire’s Baby Bind

Billionaire’s Baby Bind © 2017 by Harlequin Books S. A.

«Повторить мгновения счастья» © «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Глава 1

Эмберли Холбрук не любила знакомиться с новыми людьми. Она предпочитала заниматься лошадьми и следить за порядком в конюшнях, где она работала. Обычно ее босс Клэй Эверетт позволял ей делать то, что она хочет, но к ним на ранчо приехал гость по имени Уилл Брейди, который сказал Клэю, что он любит кататься верхом. Поэтому Клэй попросил ее заглянуть к гостю и предложить составить ему компанию на прогулке.

Эмберли не горела желанием это делать. Во-первых, этот Брейди был из Сиэтла. Скорее всего, он городской щеголь, который не разбирается в лошадях. С такими гостями ей было трудно найти общий язык. По правде говоря, она не особенно старалась, несмотря на то что ее отец советовал ей быть с ними полюбезней, если она хочет сохранить работу.

Как бы то ни было, но отказаться выполнить просьбу Клэя она не могла. Ей нужна эта работа, потому что она определенно не хочет возвращаться на ранчо своей семьи в Тайлере, штат Техас.

Об этом ей напомнил ее отец, когда она позвонила ему ранее и рассказала о просьбе Клэя. У них с отцом были близкие отношения. Ее мать умерла, когда Эмберли было тринадцать лет, и ей пришлось присматривать за четырьмя младшими братьями и сестрами. Эмберли и ее отец много работали, чтобы дела у них на ранчо шли хорошо и ее братья и сестры были обеспечены всем необходимым. Иногда отец говорил, что лишил ее детства, но Эмберли никогда так не думала. У нее была ее семья, любимая лошадь по кличке Монтгомери, и это было все, что имело для Эмберли значение до того, как ей исполнилось восемнадцать. Впрочем, она признавала, что за свои двадцать четыре года пережила больше, нежели ее сверстники.

Эмберли понимала, почему она так нервничает из-за нового гостя. Этот городской парень взял напрокат «форд мустанг» и собирался ездить на нем по здешней пересеченной местности. Она видела этот полуспортивный автомобиль рядом с гостевым домом, который Клэй сдал гостю.

Ранчо Флайинг-Э Клэй Эверетт приобрел, находясь на пике своей карьеры. Он специализировался на скачках на диких бычках и успешно выступал на родео до тех пор, пока не получил тяжелую травму, поставившую крест на его карьере наездника. После этого он пережил еще несколько неудач в разных сферах деятельности, но не пал духом и в конце концов нашел себя, основав компанию «Эверест», которая предоставляла надежную «облачную» инфраструктуру другим фирмам. Эмберли понятия не имела, чем конкретно она занималась, лишь знала, что бизнес Клэя как-то связан с компьютерами. Что он весьма прибыльный и это дает Клэю возможность нанимать ее на полную ставку.

Она ухаживала за лошадьми, давала уроки верховой езды жителям округа и обеспечивала гостям Флайинг-Э постоянный доступ к лошадям. Территория ранчо была огромная. На ней располагался главный особняк и несколько гостевых домов поменьше. Коттедж Эмберли был словно создан специально для нее. Она всегда мечтала о собственном доме с большой прилегающей территорией, но ей, простой объездчице, это было не по карману. Поэтому работа с проживанием на ранчо Флайинг-Э была для нее наилучшим вариантом.

Она снова посмотрела на спортивный автомобиль.

Городской пижон.

В подростковом возрасте она смотрела такие телешоу, как «Светская девушка», и мечтала оказаться на Манхэттене, хотя знала, что была бы там белой вороной. Наверное, было неудивительно, что новый гость вызывал у нее любопытство.

– Ты будешь стучать, Эмберли, или ты собираешься простоять здесь целый день? – спросила ее Кара, когда она стояла в нерешительности перед домом, который ее босс сдал Уиллу Брейди. Этот приземистый дом с тремя спальнями был построен сплошь из дерева и стекла.

Семнадцатилетняя Кара была помощницей Эмберли. Она взяла Кару с собой на встречу с новым гостем, чтобы не сказать какую-нибудь глупость.

– Я просто жду, когда он приглушит музыку.

– Вряд ли он это сделает, – сказала Кара. – Странно, что старик не слушает ее в наушниках. Кажется, он привез с собой своего ребенка.

– Думаешь, Брейди старый?

Брови Кары взметнулись.

– Наверняка. У него есть ребенок. Именно поэтому я и решила…

– Знаешь, девочка, во времена моей молодости были компьютеры с системой ДОС, которые приходилось загружать полдня, – донесся до них глубокий низкий голос сквозь музыку группы «Уайт страйпс».

Щеки Эмберли вспыхнули, но она заставила себя повернуться и встретиться взглядом с его обладателем. У него были ярко-зеленые глаза. Их цвет напомнил ей о лугах, по которым она прогуливалась верхом каждое утро на рассвете.

Он вовсе не был старым. На нем была футболка с эмблемой Массачусетского технологического института, облегающая его широкие плечи и мускулистую грудь, вылинявшие джинсы и кеды «конверсы».

Эмберли боялась, что он будет именно таким, но в глубине души надеялась на это.

– Вы неплохо сохранились для своего возраста, – пошутила она. – Я Эмберли Холбрук, специалист по объездке лошадей, а это моя помощница Кара. Клэй попросил меня зайти к вам и сказать, что его лошади в вашем полном распоряжении.

– Спасибо, – ответил он и протянул руку Каре. – Я старик Уилл Брейди.

– Простите меня, пожалуйста. У меня слишком длинный язык. Моя мама постоянно меня за это ругает.

– Все нормально. Наверное, школьнице я действительно кажусь древним стариком.

Вытерев руки о джинсы, Эмберли сделала глубокий вдох, прежде чем обменяться рукопожатием с Уиллом. Его кожа не была грубой и сухой, как у мужчин, работающих на ранчо. Опустив взгляд, Эмберли заметила, что у него чистые, аккуратно подстриженные ногти.

Она провела большим пальцем по тыльной стороне ладони и, поняв, что сделала, быстро отпустила его руку.

– Никаких проблем. Возможно, я загляну к вам в конюшню сегодня днем. На утро у меня запланирован разговор с местным шерифом.

– Вы будете говорить о хакере под ником Мэверик? – спросила Кара. – Я слышала, что вы приехали к нам в город, чтобы его поймать.

Уилл пожал плечами и улыбнулся:

– Поймать его – это задача полиции. От меня лишь требуется собрать необходимую информацию и выследить его.

– Когда это произойдет, мы все будем очень рады, – сказала Эмберли. – Я почти всегда нахожусь в конюшне, так что заходите в любое время.

Кара перевела взгляд на Эмберли и красноречиво подняла бровь, но промолчала, и они, повернувшись, пошли назад в конюшню.

Эмберли была не из тех женщин, которым нравится сплетничать и пялиться на красивых парней, однако она два утра подряд проезжала верхом на Монтгомери мимо дома Уилла Блейка в надежде увидеть его. Но ей только удалось поговорить с Эрин Синклер, няней дочки Уилла, и подержать на руках одиннадцатимесячную Фэй.

Два дня назад ей передали, что Уилл не сможет отправиться с ней на прогулку, пока не отладит компьютерную программу. Что он не знает, сколько времени это займет. Поэтому ей не осталось ничего другого, кроме как сосредоточиться на своих прямых обязанностях. Ей нужно было объездить несколько новых лошадей, и она приступила к этой работе с энтузиазмом. Она предпочитала общество лошадей обществу людей. От животных знаешь, чего ждать, от людей – не всегда.

– Ты не можешь отрицать, что он красавчик, – сказала Кара. – И он совсем не старый.

– Он городской пижон, который не сможет отличить кобылу от жеребца. Зачем тратить на него время? – ответила Эмберли.

Они с Карой готовили лошадей для новых гостей, которые пожелали осмотреть ранчо Клэя.

– Я просто хочу сказать, что если бы этот парень смотрел так на меня…

– Твой бойфренд сошел бы с ума от ревности, – закончила за нее Эмберли.

Кара встречалась с одним из игроков университетской футбольной команды.

– Да, он ревновал бы меня. Но как долго? На следующий год он уедет, а я… Я даже не знаю, где я буду. Ты когда-нибудь жалела, что не попробовала поступить в колледж?

Эмберли думала об этом. В семнадцать лет она хотела уехать подальше от дома, братьев и сестер и фермерской жизни, стать самостоятельной. Но у ее отца не было денег для оплаты ее образования. Да и, по правде говоря, в школе она училась весьма посредственно. Зато работа на ранчо Флайинг-Э была у нее в кармане. За несколько лет до окончания школы она познакомилась на родео со старшим работником Эверетта Клэя, и тот сказал ей, что его хозяин всегда будет рад видеть на своем ранчо такую умелую наездницу.

Работа на ранчо Клэя не была ее мечтой, зато она давала ей возможность вырваться из отцовского дома и перестать нянчиться с братьями и сестрами, что было близко к мечте.

Ей было нетрудно забыть о том, что когда-то она хотела от жизни чего-то другого. Она была не из тех, кто постоянно жалуется, и ей было некогда думать о том, как все могло бы сложиться при других обстоятельствах.

– Нет. У меня есть мои любимые лошади. Кроме того, на этой работе я имею полную свободу действий. Чего еще можно желать? – произнесла Эмберли притворно веселым тоном.

– Надеюсь, что я однажды буду чувствовать то же самое по отношению к какой-то работе.

– Будешь. Тебе всего семнадцать. У тебя много времени впереди, чтобы сделать выбор.

– Я на это надеюсь, – сказала Кара, и у нее в кармане зазвонил мобильный телефон.

– Иди поболтай со своим другом. Я могу сама закончить готовить вторую лошадь. Он сказал, что не знает, когда сможет прийти сюда.

– А вот и я, – раздался мужской голос. – Надеюсь, я не помешал.

Эмберли почувствовала, как ее щеки вспыхнули. Ей не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, что она покраснела от смущения.

– Вы нисколько не помешали, – ответила Эмберли и надела соломенную шляпу, прежде чем выйти из стойла в главный проход конюшни.

Уилл Брейди выглядел так же привлекательно, как и во время их первой встречи. Его квадратный подбородок был гладко выбрит, зеленые глаза весело блестели. Вылинявшие джинсы и футболка облегали его фигуру в нужных местах. Эмберли пришлось поспешно напомнить себе, что он заинтересовал ее только потому, что он не похож на других мужчин на ранчо.

Она заметила, что его губы двигаются, и подумала, что была бы не против почувствовать их на своих губах. Только когда Кара вышла из стойла и как-то странно на нее посмотрела, Эмберли поняла, что он разговаривал с ее помощницей.

– Простите. Что вы сказали?

– Я просто хотел извиниться за то, что появился неожиданно и нарушил ваш распорядок.

Если вам понадобится больше времени, чтобы подготовиться к прогулке, я готов подождать на улице.

По спине Эмберли пробежала дрожь. В октябре в Техасе было еще тепло, и это означало, что дрожь у нее вызвал его бархатный голос. Черт побери, ей нужно положить конец этим глупостям.

Эмберли покачала головой.

– Я готова. Кара, ты покажешь мистеру Брейди его лошадь? – спросила она свою помощницу, которая наблюдала за ней с глупой ухмылкой.

– Конечно, мисс Холбрук, – произнесла Кара саркастическим тоном.

– Можете называть меня Уилл, – сказал он Каре.

– Мисс Холбрук, а Уилл может называть вас Эмберли?

«Ох уж эта девчонка!»

– Конечно, – ответила Эмберли.

– Спасибо, Эмберли, – сказал Уилл.

От того, как он произнес ее имя, по ее спине снова пробежала дрожь, и она поняла, что ей нужно немедленно положить конец этому влечению. Уилл приехал сюда, чтобы помочь Максу Сент-Клауду поймать киберпреступника и шантажиста по кличке Мэверик, который досаждает местным жителям, преимущественно членам Клуба техасских скотоводов, публикуя в Интернете компрометирующую информацию о них. Уилл был руководителем технического отдела в компании Макса. Ходили слухи, что они не только партнеры, но и старые друзья.

– Как вы оказались здесь, в Ройяле? – спросила Эмберли Уилла, когда Кара пошла за лошадью для него.

– Челси Хант и Макс давно друг друга знают. Она попросила нас установить личность Мэверика.

Мэверик отравлял жизнь всем в Ройяле. Он проникал в смартфоны и другие устройства, подключенные к Интернету, извлекал оттуда информацию личного характера и делал ее общедоступной.

– Мне нравится Челси. Она острая на язык, – сказала Эмберли.

Челси смелая и за словом в карман не лезет. Она хозяйка собственной жизни. Эмберли считала ее образцом для подражания и нисколько не сомневалась, что, если бы Челси понравился мужчина, она не стала бы ходить вокруг да около.

Кара привела жеребца для Уилла, и Эмберли пошла назад в стойло, где ее ждал верный Монтгомери. Она прижалась лбом к шее животного, которое повернуло голову в ее сторону, и сразу почувствовала себя лучше. Ей всегда было проще взаимодействовать с лошадьми, нежели с людьми.

Обычно ее это не беспокоило, но ей не хотелось чувствовать себя неотесанной деревенщиной рядом с Уиллом.

Уилл не ожидал, что будет чувствовать себя не в своей тарелке в Техасе. До этого он бывал только в Далласе и думал, что ковбойские шляпы и сапоги сейчас можно увидеть только в старых фильмах. Но, оказавшись здесь, на ранчо Флайинг-Э, он понял, что и то и другое носят в реальной жизни.

Эмберли была хорошенькой. Она могла его отвлечь от всего, что он оставил в Сиэтле. От всего, что он потерял. Откровенно говоря, эта поездка была именно тем, в чем он нуждался.

Макс и ухом не повел, когда Уилл сказал ему, что ему нужно взять с собой в Ройял свою маленькую дочку и ее няню. Его друг знал, что он заботливый отец-одиночка.

Сейчас, когда после смерти его жены Люси прошло уже много месяцев, его мать и теща стали говорить ему, что ему пора начать все заново. Что он еще молод и у него вся жизнь впереди.

У Люси за несколько недель до того, как она должна была родить, произошло кровоизлияние в мозг. Врачи все это время искусственно поддерживали ее жизнь. Затем они сделали ей кесарево сечение и отключили ее от аппаратов. Уилл попросил их сделать это через неделю после рождения Фэй, потому что не хотел, чтобы день ее рождения совпадал с днем смерти ее матери.

– Вы в порядке?

– Да. Просто задумался, – ответил он.

– Бывает.

У Эмберли был протяжный техасский акцент. Он так отличался от акцента Люси, который ему так…

Черт побери, он должен перестать думать о своей покойной жене. Он выбрался из Сиэтла, чтобы помочь другу, и собирается на конную прогулку с красивой женщиной. Этого должно быть ему достаточно, чтобы отвлечься.

– Да, бывает. Простите. Боюсь, что сейчас я не смогу вам составить хорошую компанию. Я думал…

– Вам нет необходимости меня развлекать. Когда у меня плохое настроение, я беру Монтгомери и отправляюсь на прогулку. Когда мчишься на лошади по бескрайним лугам, у тебя не остается времени на раздумья. Если вам нужно прояснить мысли, это отличный способ.

Эмберли улыбнулась, и он подумал о том, какие у нее красивые губы.

– Это то, что мне нужно. Поехали.

– Сначала мне нужно узнать, каковы ваши навыки верховой езды, – сказала она. – В зависимости от этого я выберу для нас маршрут.

– Я катался верхом в летнем лагере и играл в поло, когда учился в университете. Я перестал играть в поло несколько лет назад. Я хорошо держусь в седле. У меня даже есть собственная лошадь. Я арендую для нее стойло в конюшне неподалеку от моего дома. Но с тех пор как родилась моя дочь, я ни разу не катался верхом.

– Похоже, у вас неплохие навыки. Мы начнем в медленном темпе, а дальше посмотрим, как пойдет.

– Я в вашем полном подчинении.

– В моем распоряжении? Не помню, чтобы до сих пор я хоть раз командовала двуногими.

Уилл запрокинул голову и рассмеялся. Эмберли забавная. Он не был уверен, означало ли это, что она кокетка. Наверное, нет. Она производит впечатление простой бесхитростной девушки. Она разительно отличается от его покойной жены.

– Ну что, начнем нашу прогулку? – предложил он.

– Зачем вы сюда приехали? – спросила Эмберли, когда они забрались на лошадей.

Уилл заметил, как соблазнительно джинсы обтянули ее ягодицы, когда она перебрасывала ногу через седло. Ее движения были ловкими и уверенными, словно она ездила верхом уже много лет.

– Я здесь для того, чтобы вычислить Мэверика. У меня хорошо получается находить чужие цифровые следы.

Покачав головой, Эмберли тихо ударила ногами по бокам лошади.

– Я даже не знаю, что такое цифровой след.

– Большинство людей этого не знает, – улыбнулся он, – но сейчас, когда у всех нас есть смартфоны с выходом в Интернет, мы все оставляем следы, по которым нас можно вычислить.

– Теперь понятно, – ответила Эмберли. – Вы готовы ехать рысью или начнем шагом? – спросила она, когда они вышли на открытое пространство. Уиллу оно показалось бескрайним. В Сиэтле в октябре холодно и дождливо, но в Техасе в это время еще тепло.

Подставив лицо солнечным лучам, Уилл глубоко вдохнул. Сегодня такой чудесный день.

Тогда он снова вспомнил о Люси и покачал головой. Нет, он не будет оплакивать свою жену в присутствии этой сильной рыжеволосой девушки.

– Поехали рысью, – сказал он.

– Именно такой ответ я и надеялась услышать. Следуйте за мной. Я буду постепенно ускоряться.

Эмберли сорвалась с места. Уилл еще немного постоял на месте, погруженный в воспоминания, пока она не обернулась и не улыбнулась ему:

– Ну, вы едете?

Уилл снова сказал себе, что эта прогулка нужна ему, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.

– Да, черт побери.

Прогулки верхом всегда были отдушиной для Эмберли. Но сейчас, когда рядом с ней ехал Уилл, она не ощущала привычной свободы. Клэй попросил всех на ранчо быть поприветливей с Уиллом, и она старалась изо всех сил. Это ее работа. Он всего лишь очередной гость и не задержится здесь надолго. Ей совсем не хотелось думать о своем прошлом и о парне, в которого она когда-то безумно влюбилась, но в Уилле было что-то такое, что напомнило ей о той истории.

Оба мужчины были чужаками в привычном ей мире. Сэм Паскал приехал в Техас за приключениями в духе вестерна. Уилл ищет киберпреступника и одновременно с этим пытается развеяться. В глубине его глаз затаилась грусть. Похоже, он, так же как и она, борется с демонами прошлого.

Услышав у себя за спиной топот копыт, Эмберли обернулась. Уилл держался в седле уверенно, словно ездил верхом с раннего детства. Сейчас в нем было трудно узнать горожанина.

Эмберли перевела взгляд на луг перед собой и порадовалась солнечному октябрьскому дню. Было тепло, но в воздухе пахло осенью.

Замедлив свою лошадь, она подождала, пока Уилл ее догонит. Он сделал это быстро, и когда она снова повернулась и посмотрела на него, на его лице была широкая улыбка.

– Вы были правы. Это то, в чем я нуждался.

Глава 2

– Неплохо для городского парня, – сказала Эмберли Уиллу, когда они дали лошадям отдохнуть и перешли на медленный шаг. – Простите, что сомневалась в ваших навыках.

Уиллу нравилась эта девушка. Она была честной и прямолинейной, и это было для него в новинку. На работе все обращались с ним как с больным, а дома няня Фэй говорила с ним только о его дочери и смотрела на него с сочувствием. Эмберли, в отличие от них, обращалась с ним как с обычным человеком.

До сих пор он даже не подозревал, как ему необходимо уехать подальше от дома и побыть с людьми, которые не знают подробностей его личной жизни. В этот теплый осенний день рядом с Эмберли он на какое-то время почувствовал себя таким, каким был раньше. До женитьбы на Люси.

Он почувствовал угрызения совести и тут же их прогнал.

– Я и не догадывался, что вы оцениваете меня как наездника, – сказал он.

Эмберли сдвинула назад шляпу и посмотрела на него с улыбкой:

– Я относилась к вам с предубеждением, и это было несправедливо. Просто когда я в последний раз имела дело с городскими жителями на ранчо для отдыхающих в Тайлере, большинство из них были не очень хорошими наездниками. Мне следовало понять, что Клэй не позволил бы мне дать вам полную свободу действий, не будь он уверен в ваших навыках.

Ее красивые глаза были цвета крепкого кофе. Он был уверен, что, если она рассердится, они потемнеют. Интересно, какими они бывают в момент страсти.

Уилл тряхнул головой.

После смерти Люси он впервые подумал о сексе с другой женщиной, и это его удивило.

– По правде говоря, я и сам не знал, насколько хороши мои навыки, – ответил он. – Думаю, Макс попросил его поближе познакомить меня с Техасом.

Взяв одной рукой поводья, другой она сдвинула шляпу на лоб, а затем указала ему на бескрайние пастбища впереди:

– Вот это и есть настоящий Техас. Прогулка верхом – лучший способ с ним познакомиться.

Уилл обвел взором окружающий ландшафт. Он напомнил ему о некоторых местах, где он бывал в детстве. У его семьи тогда был загородный дом в Монтане. Там он чувствовал себе таким же свободным, как и здесь.

– Уверен, что верховая прогулка по равнине – это не единственный уникальный опыт, который можно получить в Техасе, – сказал он. – Вы упомянули о ранчо в Тайлере. Вы там были в гостях?

– Нет, – ответила Эмберли, отвернувшись, но он успел заметить грусть, промелькнувшую в ее глазах. – Я там работала во время школьных летних каникул. Клэй предложил мне эту работу после того как… – она запнулась, – когда я была готова покинуть наше семейное ранчо. Мой отец сказал, что я забываю о себе, нянчась с младшими братьями и сестрами. Он хотел, чтобы у меня была моя собственная жизнь. Я хорошо разбираюсь в лошадях и во всем, что с ними связано. У моего отца довольно большое ранчо в Тайлере. А вы откуда родом? Полагаю, с северо-запада?

– Да. Из Белвью. Этот город находится в десяти километрах от Сиэтла.

Он любил горы и свой дом у озера Вашингтон, но после смерти Люси все там стало каким-то чужим.

– Я слышала об этом месте. Кажется, там живет Билл Гейтс.

– Он пока не приглашал меня на чай, – рассмеялся Уилл.

Эмберли покачала головой и тоже рассмеялась:

– Вы готовы вернуться сейчас или хотите посмотреть что-нибудь еще?

– Что еще здесь можно посмотреть?

Она вытянула вперед руку:

– Вон там южное пастбище. Его пересекает река. За ней…

– Дайте угадаю. Северное пастбище?

– Не угадали. Там находится загон для кастрации. Мы пользуемся им весной.

Уилл покачал головой:

– Я туда не поеду.

– Все парни так говорят, – ответила Эмберли с дразнящей улыбкой. При этом она наклонила голову набок, ожидая его ответа, и ему вдруг захотелось сделать что-то импульсивное.

Например, наклониться в ее сторону и поцеловать ее.

Но он быстро прогнал от себя эту мысль. Он знал, что, если бы он поцеловал Эмберли, это ни к чему не привело бы. Он приехал сюда работать, а не заводить интрижки. К тому же он не готов к новым отношениям.

– Поехали назад.

Эмберли не сдвинулась с места. В течение нескольких секунд она пристально смотрела на него. Выражение ее лица было непроницаемым.

– Простите за неуместное замечание, – наконец произнесла она. – Следуйте за мной. Поедем шагом или рысью?

– Эмберли…

– Мое замечание было неприемлемым. На секунду я забыл о том, что вы наш гость.

– И за кого вы меня приняли?

– За обычного парня.

Развернувшись, она хлопнула ногами по бокам своей лошади и поехала в обратном направлении.

Уилл пустил своего жеребца галопом, догнал ее, перехватил ее поводья и заставил обеих лошадей остановиться.

Забрав у него свои поводья, она смерила его гневным взглядом:

– Больше никогда так не делайте.

– Я не смог придумать другой способ вас остановить, – бросил он в ответ.

– Зачем вам понадобилось это делать? Вы захотели вернуться на ранчо, и я поехала назад.

– Простите. Я погорячился. В моей жизни в последнее время все слишком сложно.

Эмберли кивнула и отвернулась:

– У всех сложная жизнь. Думаете, мы все здесь на ранчо неотесанные деревенщины?

Уилл не хотел ее задеть. Очевидно, потеря Люси негативно повлияла на его коммуникативные способности.

– Простите, – сказал он еще раз.

– За что вы извиняетесь?

– За свои слова. Они прозвучали заносчиво. Должно быть, вы подумали, что я намекаю на то, что ваша жизнь не сложная. Но я вовсе не это имел в виду. Я просто хотел сказать, что я запутался в своих проблемах. Что эта прогулка пошла мне на пользу, и вы просто замечательная.

Уилл замолчал. Что еще он мог сказать? Что считает ее красивой и хочет ее поцеловать? Возможно, он сделал бы это, если бы его не мучило чувство вины. Чувство вины из-за того, что боль утраты начала ослабевать.

– Я бы не заходила так далеко.

– Я вас не понимаю.

– Вам не следовало говорить, что я замечательная. У меня, как и у всех, есть свои недостатки.

Ее тон был небрежным, но во взгляде была грусть и усталость, и он понял, что ей знакомы душевные страдания.

– А мне вы кажетесь замечательной, – сказал он наконец.

– В таком случае я не стану вас разубеждать.

После этих слов ему вдруг захотелось узнать, что омрачает ей жизнь.

– Расскажите мне, – попросил он.

– Рассказать вам что?

– Какие у вас недостатки?

– У меня вспыльчивый характер. Полагаю, вы только что в этом убедились.

– Да, вы были весьма убедительны, – рассмеялся он. – Но мне нравятся бойкие женщины.

– Неужели? – Она покачала головой. – А как насчет вас? Какие у вас недостатки?

– Даже не знаю, с чего начать. – Он задумался. – Я не такой умный, каким считал себя раньше.

Эмберли рассмеялась:

– Думаю, это касается всех. Итак, мы возвращаемся в конюшню?

– Да, но поскольку я давно не катался на лошади, может, я заслуживаю небольшую фору?

– Чушь собачья. Если бы я не видела, как вы ездите верхом, я бы, возможно, вам поверила.

Подул ветер. Прядь рыжих волос выбилась из ее косы и упала ей на щеку. Уилл крепко схватился за поводья, чтобы не прикоснуться к ней.

Он только что вбил большой клин между ними. Разумный человек оставил бы все как есть.

Он помнил бы, что она не из тех женщин, которые подходят для мимолетных связей.

Но сейчас он не чувствовал себя разумным. Он чувствовал себя одиноким. Ему хотелось, чтобы их прогулка продлилась до самой ночи. А потом…

Нет, он не будет даже думать об этом.

– Уилл?

Подняв глаза, он обнаружил, что все это время Эмберли за ним наблюдала.

– Да?

– Не беспокойтесь. Я понимаю, что вы переживаете, и это, очевидно, связано с матерью вашей малышки. Вы привлекательный мужчина. Признаюсь, когда я вижу вас верхом на лошади, я испытываю эмоции, о которых я предпочла бы не говорить. Вы здесь гость, и я собираюсь относиться вам как к гостю. Так что не думайте…

– Что вы испытываете? – спросил он. Ему по-прежнему хотелось ее поцеловать и посмотреть, к чему это приведет.

– Я же сказала, что не хочу об этом говорить.

Спешившись, он отпустил поводья и подошел к Эмберли. Она смотрела на него, но он не был уверен, что правильно интерпретировал выражение ее глаз. Он надеялся, что в них было вожделение, и в то же время боялся, что принял желаемое за действительное.

– Спускайтесь, – сказал он. – Давайте на несколько часов сделаем вид, будто вы не работница ранчо, а я не гость. Будто мы обычные мужчина и женщина, которые решили провести вместе этот прекрасный день.

* * *

Никогда еще Эмберли так не хотелось слезть с лошади, но инстинкт самосохранения говорил ей не делать этого. Когда она в последний раз клюнула на красивые речи мужчины, это закончилось плохо. То, что она стала старше и умнее, не имеет значения. Сейчас, когда Уилл стоит пе ред ней, такой сексуальный с растрепанными волнистыми волосами, она вовсе не чувствует себя ни повзрослевшей, ни поумневшей.

Да, Уилл приехал сюда работать, а она должна делать так, чтобы ему было комфортно, но ей все равно следует быть осторожной.

Или, может, ей все-таки рискнуть?

На семейном ранчо в Тайлере она всегда была благоразумной. Причина этого, разумеется, была в том, что ей приходилось заботиться о своих младших братьях и сестрах. Но сейчас она находится вдали от дома и отвечает только за саму себя.

Ей ничто не угрожает, правда? Он просто хочет, чтобы она составила ему компанию. Что с ней может случиться за несколько часов?

С этой мыслью она повернулась, готовясь перебросить ногу через седло. В этот момент Уилл улыбнулся. Лицо его выражало облегчение, и Эмберли подумала, что он был так же неуверен, как и она.

Вот только их нельзя сравнивать. У него есть привязанности, и она не спросила его о них раньше. Она многого о нем не знает. Где мать его ребенка? Почему о Фэй заботится няня, а не она?

Конечно, если он предлагает ей просто провести вместе сегодняшний день, это не имеет значения. И все же…

– Прежде чем мы продолжили нашу прогулку, ответьте мне на один вопрос, Уилл. Где мать вашей дочери? Вы с ней больше не вместе? – спросила она.

Уилл сделал шаг назад, точнее, отпрянул, и она пожалела о том, что не сдержала свое любопытство. Он побледнел, отвернулся и выругался себе под нос.

– Нет, – ответил он, затем вернулся к своей лошади и ловко забрался на нее. – Мы не вместе. Она умерла.

Не дожидаясь ответа Эмберли, он ударил лошадь по бокам и умчался прочь, будто за ним гнались черти.

Эмберли стояла на месте и грустно смотрела ему вслед.

Когда у нее в восемнадцать лет случился выкидыш, она почувствовала себя так, словно часть ее умерла. С тех пор прошло шесть лет, но воспоминания о том кошмаре до сих пор преследуют. У них с Уиллом оказалось больше общего, чем она думала. Он так же отчаянно пытается справиться с болью утраты, как и она когда-то.

Натянув поводья, она дала Монтгомери команду и последовала за Уиллом, держась на значительном расстоянии.

Когда он подъехал к конюшне, Эмберли перешла на шаг, чтобы дать ему возможность спешиться и уйти до ее появления. Так будет лучше для них обоих.

С этой мыслью она повернула и поехала в сторону тренировочной площадки с бочками.

Глава 3

Уилл провел внутри конюшни всего пару минут в надежде избежать встречи с Эмберли, но он быстро понял, что она тоже будет его избегать после его глупой реакции на ее безобидный вопрос о матери Фэй.

Ему было тяжело осознавать, что он в двадцать восемь лет становится похожим на своего отца. Фэй не была виновата в этой перемене. Все дело было в нем самом. Он потерял энтузиазм, который раньше был его постоянным спутником. Психотерапевт, которого он посетил два раза по настоянию своей матери, сказал ему, что ему понадобится какое-то время, чтобы справиться с горем.

Но, выйдя из конюшни, он увидел Эмберли, тренирующуюся на площадке с бочками, и снова возбудился.

Он желал Эмберли. Боль утраты еще не прошла, но он ведь здоровый молодой мужчина, черт побери.

Убедив себя в том, что не делает ничего предосудительного, Уилл продолжил стоять на месте и наблюдать за ней.

В какой-то момент она подъехала к краю площадки, остановилась и посмотрела в сторону конюшни. Их взгляды встретились. Почувствовав себя идиотом, Уилл не придумал ничего лучше, кроме как зааплодировать. Безусловно, это тоже выглядело глупо.

Похоже, его сообразительность осталась в Сиэтле. И здравый смысл тоже, раз он пытается найти оправдание тому, что находит женщину сексуально привлекательной. Но ему необходимо это оправдание, чтобы справиться с чувством вины.

Но это его проблема, а не Эмберли. Несправедливо вовлекать ее в хаос, в который превратился его внутренний мир.

Она кивнула, затем отвернулась, дав ему понять, что их сегодняшняя прогулка окончена.

У него был шанс, но он его упустил.

Возможно, так даже лучше. Ему нужно поймать хакера. Он должен думать о работе и о дочери.

С этой мыслью он повернулся, подошел к гольфмобилю, который предоставил ему Клэй для перемещения по ранчо, сел в него и поехал в свой коттедж.

Эрин Синклер, няня Фэй, встретила его в прихожей.

– Мне нужно съездить в город за смесью для Фэй, – сказала она. – Малышка спит. Вы не против, если я поеду сейчас?

Он начал искать няню еще до смерти Люси. Его покойная жена была торговым представителем крупной фармацевтической компании и часто ездила в командировки. Хотя Уилл большую часть времени работал дома, он не смог бы уделять достаточно времени ребенку, и они с Люси решили, что без помощи няни им не обойтись.

– Конечно нет. Поезжайте.

Он вошел в комнату, которую они использовали как детскую, и посмотрел на личико спящей Фэй. Он попытался разглядеть в ее чертах черты Люси и, к своему ужасу, обнаружил, что начал забывать, как она выглядела.

Вздохнув, Уилл отошел от кроватки и покинул комнату. В его смартфоне было установлено специальное предложение, подключенное к монитору радионяни в детской. С его помощью он может присматривать за Фэй.

Он вошел в большую темную комнату, которую превратил в рабочий кабинет на время своего пребывания на ранчо Флайинг-Э. Там было четыре компьютерных монитора, подключенных к четырем разным жестким дискам. Все они были включены. На них были установлены многочисленные программы, которые смогут определить точку, из которой Мэверик выходит в Сеть. Основываясь на информации, полученной от пострадавших, Челси пришла к выводу, что этот человек прекрасно разбирается в Интернете. Это было им на руку, потому что в Ройяле не так много специалистов по компьютерам. С другой стороны, ни один хакер не афиширует, чем он занимается.

Уилл был способен, взглянув на код, увидеть его цифровой след. Мэверик, несомненно, использует Интернет не только для своих злодеяний, но и в тех же целях, в которых его использует большинство других людей. Уилл искал следы присутствия Мэверика в Интернете, чтобы затем с их помощью установить его личность.

Проверив все четыре компьютера, он убедился, что все составленные им алгоритмы работают, включил свой ноутбук, загрузил браузер и начал собирать информацию об Эмберли Холбрук. Он нисколько не удивился, когда увидел ее в списках участников родео, которые проходили в небольших городках Техаса, Оклахомы и Арканзаса. Она несколько раз была призером и победителем в скачках на неоседланной лошади вокруг расставленных бочек. Открыв одно из ее фото, сделанное во время последних соревнований, которые она выиграла, он увеличил его на экране. Эмберли довольно улыбалась, и у него создалось впечатление, что она чувствует себя счастливой, только когда ездит верхом на лошади. Почему это так?

Он заметил, что, когда Эмберли не сидит на лошади, она держится настороженно и ждет, как другие отреагируют на то, что она сказала и сделала. Поскольку он сам в последнее время вел себя подобным образом, ему было интересно, что заставило ее спрятаться в раковину.

Какое ему дело до этой женщины, черт побери?

Эмберли его заинтриговала. Она забавная, бойкая, сексуальная. Она заставила его думать о вещах, о которых он давно не думал.

И он только что от нее ушел. Решил, что у него достаточно проблем и ему незачем добавлять к ним интрижку с женщиной из Техаса. Он не задержится здесь надолго. Сразу, как только он найдет Мэверика, он уедет отсюда и вернется на северо-запад страны, где продолжит страдать.

Звучит ужасно. Он никогда не входил в число тех людей, которым нравится жалеть себя. Вряд ли Фэй будет хорошо с таким отцом, поэтому он должен начать новую жизнь. Но для этого ему сначала нужно понять, чего он хочет.

Уилл приехал сюда не только для того, чтобы помочь Максу, но и для того, чтобы на время спрятаться от воспоминаний, боли и чувства вины. Эмберли отвлекла его от проблем. Ему нравится ее честность и прямолинейность. Ему нравится эта женщина, а он был к ней несправедлив.

Но кто сказал, что жизнь вообще справедлива?

Именно эти слова сказал ему психотерапевт, когда он сокрушался из-за того, что Фэй никогда не узнает свою мать.

Он не знал, прав был тот или нет, но он не мог использовать Эмберли в своих целях и уехать. Это точно было бы несправедливо.

Был вечер пятницы. После их с Уиллом прогулки прошло два дня. Эмберли постоянно напоминала себе, что он скоро уедет и ей не следует его желать, но она не могла выбросить его из головы. Он ей даже снился.

Поэтому, когда ей позвонила ее кузина из Мидленда, сообщила, что в пятницу она будет в Ройяле, и предложила ей сходить куда-нибудь вместе вечером, она, не раздумывая, согласилась. Обычно по вечерам Эмберли валялась в пижаме на кровати и смотрела телевизор, но сегодня ей нужно было проветриться.

Она была готова потанцевать под музыку в стиле кантри, выпить немного текилы и пофлиртовать с каким-нибудь местным парнем, который не удерет от нее, не сказав ни слова. Она давно не расслаблялась. И хотя иногда она ведет себя так, словно ей пора в дом престарелых, она все еще молода.

Но она вовсе не чувствовала себя молодой. Из-за того что ей пришлось пережить шесть лет назад, она чувствовала себя гораздо старше своих лет. Когда Уилл сказал, что в его жизни в последнее время все слишком сложно, она прониклась к нему сочувствием, поскольку сама знала, что такое жизненные трудности.

Знала, как тяжело постоянно притворяться, будто у тебя все нормально, когда тебя переполняет отчаяние. После того как она потеряла ребенка и узнала, что у нее больше не будет детей, она целый год прожила как в аду.

Ей следовало радоваться тому, что Уилл видит в ней только сельскую девушку, которая хорошо разбирается в лошадях, но она почувствовала, что у них есть нечто общее, и захотела, чтобы он это понял.

Но он этого не понял.

Для сегодняшней встречи с кузиной она надела облегающие темные джинсы, льняной топ со сборкой на кулиске и сапоги ручной работы, которые ее семья подарила ей на Рождество. Волосы она, вопреки обыкновению, оставила распущенными.

Сделав легкий макияж, Эмберли взяла сумочку и вышла на улицу. Она уже была рядом со своим грузовиком, когда поняла, что во дворике перед ее домом кто-то есть. Посмотрев в сторону, откуда доносилось тихое жалобное скуление, она увидела собаку с всклокоченной шерстью. Положив сумочку на капот машины, она осторожно подошла к животному, села перед ним на корточки и протянула к нему руку.

Собака снова заскулила, затем медленно подошла к ней и понюхала ее ладонь. Эмберли заметила, что она хромает.

Когда она протянулась к ее задней лапе, чтобы вытащить из нее колючки, собака издала жалобный звук и отошла от нее.

– Все хорошо, мальчик. Я не буду тебя трогать, но мы сейчас поедем туда, где тебя осмотрят.

Выпрямившись, Эмберли достала из кармана мобильный телефон и предупредила кузину, что немного опоздает. Затем она вернулась в дом, взяла одеяло, миску и бутылку воды и вышла на улицу. Собака была на том же месте, где она ее оставила.

– Ты меня ждал. Хороший мальчик, – сказала она, поставила перед собакой на землю миску и налила в нее воды. Та начала пить, а она позвонила в ветеринарную клинику, которая работала круглосуточно. У Клэя была договоренность с этой клиникой. Он пользовался услугами ее специалистов.

Весь следующий час она провела в клинике. К счастью, у собаки был микрочип, и ветеринар смог связаться с ее владельцами. Те очень обрадовались, когда узнали, что их питомец найден. Эмберли решила дождаться их приезда. По правде говоря, ей уже не хотелось ехать на встречу с кузиной.

Пес по имени Барни напомнил ей о том, как она одинока. Он, в отличие от нее, вовсе не был одинок. Его хозяева оказались приятными людьми. Они искренне поблагодарили Эмберли за участие. Она была рада, что все хорошо закончилось. И все же какая-то ее часть хотела, чтобы пес оказался бездомным. Тогда она оставила бы его у себя, и хоть кто-то любил бы ее и нуждался в ней.

Ее возмутили подобные мысли. Ей надоело быть в подавленном настроении. Она наконец приняла то, что с ней произошло шесть лет назад, а теперь из-за какого-то приезжего парня снова начала хандрить. Она не собиралась сходить с ума из-за мужчины, однако в Уилле было что-то, что заставляло ее хотеть стать такой, какой она давно не была. Заставляло ее хотеть снова его увидеть.

Кузина ждала ее на стоянке «Уайлд Бот», придорожной закусочной с небольшим танцполом, где по выходным можно было услышать живую музыку. Помимо этого в закусочной был зал с бильярдными столами и механическим быком. Работники ранчо в округе Ройяла, которые не были членами Клуба техасских скотоводов, любили проводить здесь свободное время.

– Привет, дорогая, – поздоровалась с ней кузина. – Готова выпустить пар?

Эмберли кивнула. Наверное, вечер, проведенный среди шумной толпы местных жителей, – как раз то, что ей сейчас нужно. Он напомнит ей о том, где ее место и каков круг ее общения. В этом круге явно нет места парню из Сиэтла.

Полночь была любимым временем суток Уилла. В этот час ему лучше всего работалось, и сегодняшняя ночь не стала исключением. Фэй была совой так же, как и он. Малышка играла на полу у его ног, пока он сидел перед мониторами и следил за работой программ.

У Фэй начали резаться зубы, и она весь день капризничала. Эрин намучилась с ней за день, и Уилл позволил ей лечь пораньше, сказав, что сам присмотрит за малышкой и уложит ее. Он все равно собирался работать ночью.

Мэверик не был талантливым хакером, но он выходил в Интернет с нескольких устройств. Для менее опытного специалиста это могло бы стать проблемой, но Уилл, еще будучи школьником, начал ловить компьютерных пиратов, устроившись на работу в крупную компанию, производящую программное обеспечение. За прошедшие годы он стал специалистом по обнаружению разного рода злоумышленников в глобальной Сети.

– Па.

– Что, милая? – Он посмотрел на Фэй, которая протянула ему пластмассовое кольцо от пирамидки.

Он взял его у нее, и она и тут же взяла кольцо поменьше и дала ему. Это была одна из ее любимых игр. Она сначала передавала ему все игрушки, которые находила поблизости, а затем снова их забирала и выкладывала в ряд на полу. Всякий раз, когда он видел свою дочку или просто думал о ней, сердце его наполнялось нежностью.

Когда Фэй закончила играть, Уилл включил на компьютерах функцию уведомления, чтобы по окончании работы программ на его мобильный телефон пришло сообщение. Затем он одел Фэй потеплее, взял ее на руки, и они отправились на прогулку. Он вырос в городе Белвью, и самые ранние его воспоминания были связаны с прогулками вместе с матерью под звездным небом по берегу озера.

Он понимал, что маленькие дети в это время должны спать, но Фэй не выглядела сонной. Наверное, они оба еще не привыкли к разнице во времени.

Он направился к конюшне, рассказывая Фэй истории, которые рассказывала ему его мать, когда он был маленьким. Его дедушка по материнской линии был моряком, и, по ее словам, он мог часами любоваться морем и небом.

Услышав шум мотора, он повернулся и, увидев большой пикап, выезжающий из-за угла, сошел с грунтовой дороги на траву.

Грузовик остановился, и боковое стекло опустилось. Решив, что в машине Клэй Эверетт, Уилл направился к ней. По правде говоря, он не понимал, почему, живя с такой красивой женщиной, как Софи, Клэй патрулирует по ночам свое ранчо.

– Привет, Уилл. Вы в порядке? – спросила Эмберли.

Меньше всего он ожидал увидеть ее. Очевидно, она провела этот вечер вне дома. Ее густые рыжие волосы были распущены, и ему захотелось запустить в них пальцы.

Он пожалел о том, что так внезапно уехал от нее на той прогулке. Что плохого могло бы произойти, если бы он один раз ее поцеловал? Разве он предал бы тогда память Люси?

Он не сделал то, чего хотел, и очень жалел об этом. Он желал Эмберли и ничего не мог с этим поделать. Еще немного, и он потеряет над собой контроль.

– Да. Просто нам с Фэй не спится, и мы решили немного прогуляться.

Услышав свое имя, Фэй залепетала.

– Вы не возражаете, если я составлю вам компанию? – спросила Эмберли.

– Конечно нет, – ответил он.

Тогда она заглушила мотор и выбралась из машины. Уилл почувствовал цветочный аромат ее духов.

Запрокинув голову, Эмберли посмотрела на небо.

– Когда я была маленькой, мой отец говорил мне, что если я буду хорошо себя вести, я увижу ангела в небе.

– И вы его видели?

– Да. – Подняв руку, она указала ему на Венеру: – Вот он.

– Это Венера.

– Включите воображение, Уилл. Это особенный ангел. Он охраняет мой сон по ночам.

– Правда?

Эмберли кивнула. Но она уже смотрела не на небо, а на Фэй.

– Ангел будет присматривать и за тобой, малышка.

В ответ Фэй залепетала. Дослушав ее, Эмберли кивнула:

– Я знаю. Трудно поверить, что кто-то наверху за тобой присматривает, но это действительно так.

Фэй снова залепетала и в конце произнесла «мамамам».

– Твоя мама? – мягко спросила Эмберли. – Моя мама тоже на небесах. Они, наверное, дружат.

Фэй потянулась к ней, и она вопросительно посмотрела на Уилла. Тот передал ей малышку и стал наблюдать за тем, как они разговаривают друг с другом. Эмберли явно умела общаться с детьми. Он удивился, когда Фэй протянула к ней ручки. Обычно она стеснялась незнакомых людей.

– Обычно она не идет на руки к чужим людям, – сказал он, обнаружив, что они обе замолчали и смотрят на него.

– Мы с Фэй друг другу не чужие. Мы с ней познакомились, пока вы ее держали.

– Ну разумеется, – сказал Уилл.

Внутри у него словно что-то переключилось. Он вдруг понял, что хочет, чтобы его дочь подружилась с Эмберли. Что он хочет поближе познакомится с этой рыжеволосой красоткой, и ему наплевать на чувство вины, которое он будет испытывать потом.

Глава 4

Ночное небо походило на бархатное покрывало, на котором были вышиты звезды и серп луны. Глядя на него, Эмберли чувствовала, как усталость уходит. Малышка в ее руках была теплой и мягкой. Во время их прогулки она постоянно что-то лепетала, и Эмберли отвечала ей, несмотря на щемящую боль в груди. Она думала, что справилась с этой болью, но, похоже, ошиблась.

Она любила малышей. Ей нравилось, как они смеются и лепечут на своем забавном детском языке.

Ее отец сказал ей, что она не должна отказываться от создания семьи, но она не представляла себе семью без детей. Она не могла их иметь, поскольку в восемнадцать лет ей удалили матку.

– Вы что-то притихли, – сказала Эмберли, поняв, что за последние несколько минут Уилл не произнес ни слова. После того как они немного походили, она предложила ему полежать в кузове пикапа на одеяле для пикника и посмотреть на звезды. Уилл согласился, но сказал, что пойдет домой, когда Фэй уснет.

– Просто пытаюсь наладить работу приложения.

Он упомянул о том, что в его смартфоне есть предложение, которое показывает активность комет и метеоров. Пока он разбирался в приложении, Эмберли играла с Фэй.

– Если у вас не получится, мы можем просто придумывать истории.

– Какие истории?

– Вон та звезда называется Лаки.[1]

– Она приносит удачу?

– Нет, это просто название. Иногда ночью она падает на землю и превращается в рок-звезду. Вечером она возвращается на небо и светит мальчикам и девочкам, которые поздно возвращаются домой, – сказала Эмберли.

– Хорошо. Теперь давайте я попробую. – Приподнявшись, Уилл прислонился спиной к кабине пикапа. Фэй подползла к нему, и он посадил ее поверх себя. Они так красиво смотрелись вместе. Было видно, что Уилл очень любит свою дочь. К сожалению, этой любви будет недостаточно для Фэй. Со временем она будет остро ощущать нехватку матери.

– Видите вон ту звезду? – спросил он, указав на Сириус.

– Да.

– Она называется Лобо и умеет выслеживать злоумышленников, прячущихся в укромных уголках. Каждую ночь она следит с небес за тем, что происходит на земле, а днем превращается в компьютерный код и помогает находить плохих парней.

– То есть она выполняет ту же работу, что и вы, – улыбнулась Эмберли.

– Да.

– Кстати, как продвигается ваше расследование? Если это секретная информация, можете не отвечать.

Фэй заерзала на нем и уткнулась лицом в его плечо.

– Все идет хорошо, – ответил он, прижав ее к себе.

– Я рада. Вы останетесь здесь надолго?

– Возможно, на месяц.

Месяц… Этого времени недостаточно, чтобы построить серьезные отношения.

– Мне бы хотелось узнать больше о том, чем вы занимаетесь, – сказала Эмберли.

Развлекаясь сегодня вместе со своей кузиной и молодежью из Ройяла, она поняла, что ни один местный парень не сможет заставить ее перестать думать об Уилле. Наверное, это была не самая умная мысль, но она решила, что не будет его избегать.

– Зайдите как-нибудь ко мне, и я вам все покажу. Должен вас предупредить, что моя работа на самом деле не так увлекательна, как вам могло показаться из моего рассказа. Обычно я сижу в темной комнате и слежу за работой программ на нескольких мониторах.

– Для меня это так необычно. Я провожу время либо на улице, либо в конюшне. У меня даже нет компьютера. Только смартфон.

– Он вам и не нужен, – ответил Уилл. – Современные смартфоны выполняют все те функции компьютера, которые могут понадобиться рядовому пользователю.

– Хотите, я отвезу вас домой?

– У вас нет детского кресла, поэтому мы, наверное, лучше пойдем пешком.

Его ответ удивил ее. В детстве она не только не ездила в специальном кресле, но и часто каталась в кузове грузовика. До его дома совсем недалеко, дороги здесь довольно ровные, другие машины в это время суток они вряд ли встретят. Неужели он боится, что они могут попасть в аварию?

Его ответ лишь подчеркнул, какие они разные.

Но он останется здесь всего на месяц. Почему она допускает в своих мыслях роман с ним?

Ответ ей был известен. Она была очень одинока, и ее влекло к Уиллу.

Вздохнув, она поняла, что он пристально на нее смотрит.

Вот черт.

– Простите. Я, наверное, просто устала. Что вы сказали?

Покачав головой, он осторожно положил спящую Фэй на одеяло.

– Я ничего не говорил. Просто смотрел на тебя, жалея о том, что не поцеловал тебя во время той прогулки.

– Э-э…

Нет, он не должен заметить ее растерянность.

– Я думала, что мы оба поняли, что это плохая идея.

– Мне нравятся плохие идеи, – ответил Уилл, придвинувшись ближе. Он не прикоснулся к ней, но она поняла, что он собирается ее поцеловать.

Эмберли наклонила голову, и его губы прижались к ее губам. Она закрыла глаза и позволила себе забыть обо всем, кроме того, что происходило здесь и сейчас.

Уилл пытался удержаться от поцелуя, но в глубине души знал, что рано или поздно поддастся своему желанию.

Сидя в кузове пикапа вместе с Эмберли и Фэй, он впервые за долгое время понял, что получает удовольствие и не думает об их с Фэй утрате. Он не горевал и не испытывал чувства вины, а когда его губы коснулись губ Эмберли, все мысли вылетели из его головы. Он просто чувствовал, не думая ни о чем.

Господи, как же он нуждался в этом!

Слегка отстранившись, он посмотрел на Эмберли. Ее веки были полуприкрыты, губы стали влажными от поцелуя.

– Черт побери, лучше бы ты так не целовался.

Он посмотрел на нее с удивлением.

Эмберли пожала плечами:

– Мне было бы проще держать тебя на расстоянии, будь ты городским пижоном, который ничего не умеет.

Он запрокинул голову и рассмеялся:

– Рад, что не разочаровал тебя.

Фэй зашевелилась во сне, и он понял, что уже поздно и им пора возвращаться домой.

– Ты меня не разочаровал, а я тебя?

Погладив Фэй по спине, чтобы она успокоилась, Уилл снова переключил внимание на Эмберли. Ее волосы были растрепаны, губы слегка припухли от его поцелуя. Он знал, что не сможет уснуть этой ночью, потому что будет представлять себе, как занимается с ней любовью.

– Ты была просто восхитительна, – ответил он. – Будь мы сейчас здесь вдвоем, одного поцелуя мне было бы недостаточно.

Она кивнула:

– Мне тоже.

– Хорошо. Мне очень не хочется уходить, но я понимаю, что мне нужно отнести Фэй домой. Может, встретимся завтра и покатаемся?

Эмберли облизала губы, и он застонал.

– Что? – спросила она.

– Если ты будешь так делать, я не справлюсь с искушением и поцелую тебя снова.

Он непременно сделал бы это, но Фэй начала просыпаться.

– Мне просто понравился вкус твоих губ, – призналась она.

Уилл застонал:

– К чему мне эта твоя честность на ночь глядя?

– Я всегда говорю то, что думаю.

– Это достойно восхищения. Итак, встречаемся завтра днем.

– Хорошо. С часа до трех я буду давать урок верховой езды, так что приходи в начале четвертого.

– Договорились.

Он снова коснулся губами ее губ, затем взял на руки Фэй, быстро поднялся и выбрался из кузова.

Сделав несколько шагов, он обнаружил, что Эмберли перебралась к заднему откидному борту и смотрит ему вслед. Было темно, но в небе светила луна, и к тому же он включил фонарик на смартфоне.

– Спокойной ночи, Уилл, – произнесла она с улыбкой.

– Спокойной ночи, – ответил он и пошел в гостевой коттедж.

Образ улыбающейся Эмберли стоял перед его внутренним взором, пока он не вошел в дом и не увидел на столике в детской фото Люси. Чувство вины захлестнуло его с новой силой, и он, уложив Фэй в кроватку, пошел в душ, чтобы избавиться от аромата духов Эмберли.

Когда на следующий день Уилл не пришел в условленное время, Эмберли объяснила себе это тем, что ему нужно было выполнять свою работу. Клэй сказал ей, что Мэверик снова дал о себе знать. Судя по его рассказам, этот хакер был опасен. Однажды он совершил атаку на программное обеспечение, выпускаемое фирмой Клэя, что повергло в панику его клиентов. К счастью, ему не удалось причинить большого вреда.

Но Уилл не появился ни на следующий день, ни на тот, что последовал за ним. Неделю спустя она начала думать, что он больше похож на Сэма, парня, от которого она забеременела шесть лет назад, чем ей хотелось думать.

В конце концов Эмберли не выдержала и решила заглянуть домой к Уиллу. Ее встретила Эрин с Фэй на руках.

– Привет, Эмберли, – сказала няня малышки.

– Привет. Прости, что побеспокоила. Я просто заехала узнать, не хочет ли Уилл покататься верхом.

Эрин вышла на крыльцо.

– Его здесь нет. Он уехал в город на встречу с Максом и Челси. Они ловят хакера по кличке Мэверик.

– Клэй говорил, что он совершил очередную атаку. Меня раздражают люди, которые вредят исподтишка. Если бы я встретила этого Мэверика, я высказала бы ему в лицо все, что думаю о нем.

– Я в этом не сомневаюсь. Ты смелая девушка, – рассмеялась Эрин. Затем у нее в кармане запищал мобильный телефон. – Это таймер. Я пеку печенье для Фэй. У нее режутся зубы. Не хочешь зайти поболтать? Здесь на ранчо довольно скучно.

– А я привыкла к такой жизни. – Эмберли посмотрела на свои старые наручные часы: – У меня есть полчаса.

– Хорошо. Заходи.

Когда они прошли на кухню, Эрин усадила Фэй в детский стульчик и пошла к духовке. Пока она выкладывала печенье с противня на большую тарелку, Эмберли болтала с лепечущей малышкой.

– Что случилось с женой Уилла? – спросила Эмберли у няни.

– У нее произошло кровоизлияние в мозг еще до рождения Фэй. Врачи отключили Люси от аппаратов через неделю после того, как ей сделали кесарево сечение. Это была ужасная трагедия.

– Могу себе представить. Уилл нанял тебя после смерти жены?

– Нет. Люси планировала вернуться к работе почти сразу после родов, поэтому они начали заранее подыскивать няню для своей малышки. Они хотели, чтобы Фэй привыкала к няне с рождения.

Было очевидно, что Уилл и Люси хотели ребенка и тщательно готовились к его появлению на свет. Они строили планы, но произошло нечто неожиданное. Отец Эмберли всегда говорил, что перемены неизбежны. Что, как бы хорошо ни было, плохое рано или поздно произойдет.

Эрин налила им обеим чаю со льдом, и они заговорили о предстоящем осеннем фестивале в Ройяле. Теперь, когда Эмберли больше узнала о жене Уилла, ей стало некомфортно в его доме. Уходя, она увидела на столике ее фото. В отличие от нее, Люси обладала классической красотой. Нет, Эмберли не умаляла своих достоинств, просто она понимала, что совсем не похожа на покойную жену Уилла. Скорее всего, он поцеловал ее той ночью для того, чтобы отвлечься от своей привычной жизни.

Не найдя других объяснений, Эмберли провела следующие несколько дней в обществе лошадей, убеждая себя в том, что она довольна своей жизнью, и пытаясь выбросить Уилла Брейди из головы.

В следующую субботу Эмберли отправилась на осенний фестиваль в начальную школу Ройяла. Припарковавшись на стоянке у школы, она тут же поняла, что совершила ошибку.

Повсюду были семьи с детьми, что было вполне естественно. Сегодня выходной, а подобные ярмарки – это прежде всего семейные мероприятия.

Она выполнила всю работу, запланированную на первую половину дня, но пожалела о том, что не осталась на ранчо. Теперь из-за собственной глупости она вынуждена испытывать боль, глядя на то, чего у нее никогда не будет.

Когда она утратила способность к деторождению, это стало для нее тяжелым ударом. Но ее мудрому отцу удалось ее успокоить. Донести до нее, что, если бы врачи не удалили ей матку, она бы умерла.

Будучи подростком, она думала, что однажды у нее будет своя собственная семья. После несчастья, которое с ней произошло, она в конце концов смирилась со своей потерей.

Когда она неделю назад подержала на руках Фэй, это напомнило ей обо всем, чего ей не хватает.

Ей всего двадцать четыре года. Она слишком молода, чтобы чувствовать себя такой одинокой.

Чтобы не показаться окружающим странной, она выбралась из грузовика. Ей нужны тыквы. Несколько штук для пирогов и оладий и еще несколько для фонарей на Хеллоуин.

Она шла по спортивной площадке, на которой проходила ярмарка, когда ее окликнула Кара, торгующая яблоками в карамельной оболочке.

– Привет, Эмберли! Я рада, что ты приехала.

– Мне нужны тыквы.

Эмберли купила два яблока и познакомилась с бойфрендом Кары. Они были милой парой и, очевидно, хорошо ладили друг с другом.

К сожалению, Эмберли до сих пор не встретила мужчину, который понимал бы ее.

– Увидимся в понедельник, Кара, – сказала она и, взяв пакет с покупкой, пошла дальше.

Рядом с бахчевым развалом была площадка для фото. Дети разных возрастов выстроились в очередь, чтобы сфотографироваться на фоне гигантских тыкв. Проходя мимо смеющихся ребятишек, она решила, что купит то, что ей нужно, и сразу покинет фестиваль. По дороге домой она заглянет в кафе быстрого питания и купит себе что-нибудь поесть, возьмет это с собой и вернется на ранчо. Пожалуй, она устроит себе сегодня выходной и будет валяться на кровати и смотреть телевизор. И она определенно не будет думать об Уилле.

Он до сих пор горюет о своей умершей жене. Он не похож на человека, который женился бы на женщине, если бы не любил ее. Это означает, что он еще долго не будет готов к новым отношениям.

Эмберли была зла на саму себя. Какого черта она продолжает думать об Уилле, если запретила себе это делать?

Она купила пять крупных тыкв и сумку декоративных. Один из продавцов отнес все это в ее грузовик. Когда она подъезжала к кафе, ее настроение улучшилось. Она позвонила туда по дороге и сделала заказ, чтобы к ее приезду все было уже готово.

Войдя в кафе, Эмберли направилась к прилавку, чтобы забрать свой заказ, ее окликнули. Сразу узнав голос Уилла, она повернулась и увидела его. Он сидел за угловым столиком вместе с Максом Сент-Клаудом. Наверное, ей следовало бы помахать Уиллу в знак приветствия, но она все еще злилась на него, поэтому просто удостоила его легким кивком. В следующую секунду девушка за прилавком назвала ее имя. Эмберли подошла к ней и заплатила за сэндвич с мясом и плавленым сыром, картофель фри и луковые кольца, затем вышла из кафе, даже не взглянув в сторону Уилла.

Один из них должен быть разумным. Пусть это будет она.

Глава 5

– Уилл, что это было? – спросил Макс своего друга, когда они оба проводили взглядом Эмберли.

– Ничего.

– Поговори со мной. Я совершил ошибку, попросив тебя приехать в Ройял?

– Нет. Мое душевное состояние не отражается на моей работе. Думаю, я уже близок к тому, чтобы найти хаб, который Мэверик использует для большинства своих кибератак. Он использует несколько разных аккаунтов, но я подозреваю, что у них всех общий источник.

Откинувшись на спинку стула, Макс кивнул:

– Хорошо. Но я сейчас говорю не о твоей работе. Ты по нескольку раз в день присылаешь мне отчеты.

– Тогда о чем ты меня спрашиваешь?

Уилл пытался сосредоточиться на разговоре со своим боссом, но все его мысли были об Эмберли.

– Мы друзья, не так ли? – спросил Макс.

– Да. Но если ты не хочешь узнать, в какое жалкое существо я превратился, пожалуйста, не задавай мне сейчас этот вопрос, – предупредил Уилл своего друга.

Макс знал его до его женитьбы на Люси. Он был одним из немногих, кто знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что он испытал, когда потерял свою жену. Макс знал, как брак изменил его и каким тяжелым ударом стала для него потеря Люси.

– Что происходит?

– Обыкновенная история, в которой речь идет о красивой девушке и парне, который переживает трудный период в жизни и отчаянно пытается сделать все так, как нужно. – Сделав глоток кофе, он подался вперед, не желая, чтобы кто-то подслушал их разговор. – Черт побери, Макс, всякий раз, когда я пытаюсь делать то, в правильности чего я уверен, это неожиданно приводит к обратным результатам.

– В таком случае перестань пытаться, – сказал Макс.

– Если бы все было так просто.

– Но все действительно просто. Ты сказал, что пытался сделать правильную вещь, но результат был противоположным. Это не всегда работает, Уилл. Жизнь не похожа на компьютерную программу, которая работает по заданному алгоритму. В ней часто происходит что-то неожиданное, и ты это знаешь.

«Например, то, что случилось с Люси», – подумал Уилл, снова откинувшись на спинку стула.

– Да, я знаю. Спасибо, Макс.

Тот кивнул:

– Мэверик продолжает пакостить, и напряжение среди местных жителей нарастает. Я знаю, что ты делаешь все возможное, но сейчас, когда никто не знает, кто такой Мэверик, все подозревают друг друга. Поэтому чем скорее ты найдешь какую-нибудь зацепку, тем лучше.

– Я обязательно что-нибудь найду. Возможно, я уже напал на след, который приведет нас к Мэверику. Мне нужно понять, установлена ли вредоносная программа на сервере в Клубе техасских скотоводов.

– Я добавил тебя в список гостей, так что ты можешь это проверить.

– Спасибо. Я хочу поставить трекер на главный сервер клуба. Я почти уверен в том, что Мэверик – это кто-то из своих.

– Я тоже так думаю. Очевидно, ты не хочешь, чтобы члены клуба знали, зачем ты сюда приехал.

– Да.

– Полагаю, свидание было бы отличным прикрытием.

– Да, – согласился он.

– Я предлагаю эту идею в том числе и для того, чтобы помочь тебе решить проблему с девушкой, которая тебе нравится. Вижу, что тебя нужно к ней подтолкнуть.

– Спасибо, но меня не нужно к ней подталкивать. Я должен сам во всем разобраться. Всякий раз, когда я оказываюсь рядом с Эмберли, я забываю обо всем… о Люси. А когда я остаюсь один, я ругаю себя за это и испытываю угрызения совести.

– Ты не можешь наказывать себя за то, что ты жив, – сказал Макс. – Я попрошу Челси забронировать для вас на сегодняшний вечер столик в ресторане клуба. Тебе лишь осталось пригласить Эмберли на свидание.

Они обсудили, как Уилл установит трекер на сервер, затем покинули кафе и попрощались. Вместо того чтобы сразу вернуться на ранчо Клэя, Уилл отправился в один из бутиков и купил там платье в мелкий цветочек для Эмберли. Там же он приобрел янтарный кулон, который будет хорошо смотреться в глубоком круглом вырезе платья. Когда обе вещи упаковали, он написал записку со словами извинения и распорядился, чтобы его покупку доставили Эмберли Холбрук на ранчо Флайинг-Э.

Посмотрев на часы, он отправился на осенний фестиваль и встретился там с Эрин и Фэй. Его дочка выглядела очаровательно в джинсовом комбинезоне и коричневой футболке. Он вдруг подумал, что, если бы он оказался на месте Люси, он не захотел бы, чтобы она отказалась от новых отношений. Ему было трудно убедить в этом свое сердце, хотя умом он все понимал. Наверное, Макс прав, и жизнь – это не компьютерный код, который можно исправить, нажав несколько клавиш. Он понятия не имел, как ему дальше быть с Эмберли, но решил, что сегодня непременно с ней поговорит.

Если Эмберли даст ему третий шанс, он его не упустит.

Отвезя Эрин и Фэй домой, он пересел в гольф-мобиль и отправился в конюшню, где, скорее всего, находилась Эмберли. Он увидел ее на тренировочной площадке. Она ловко объезжала бочки, и он позволил себе какое-то время ею полюбоваться.

Заметив его, Эмберли остановилась, спешилась и подошла к забору, снаружи у которого стоял он.

– Что тебе от меня нужно, Уилл?

Эмберли не собиралась разговаривать с ним таким враждебным тоном. Вернувшись из города, она, как и планировала, устроилась на кровати перед телевизором, но быстро почувствовала себя в четырех стенах как в ловушке. Только она собралась выйти из дома, как ей привезли сверток от Уилла. В нем оказалось красивое платье, янтарный кулон и записка с извинениями.

Глядя на все это, она пришла в замешательство. Ни один мужчина, с которым она встречалась до сих пор, не делал ей таких подарков. Но Уилл отличался от ее бывших парней. Их даже нельзя считать парой. Что заставило его сделать подобное?

Она устала играть в игры. Это ей претило.

– Что мне от тебя нужно?

– Да. Мы с тобой поцеловались один раз, и я начала думать, что между нами может что-то быть, но затем ты исчез и не пришел на прогулку, о которой мы с тобой договорились. Должно быть, ты думаешь, что все сельские девушки спят и видят, как бы познакомиться с городским парнем, выйти за него замуж и уехать из родной глуши. Если так, то ты ошибаешься. Мне нравится жить так, как я живу. На твой поцелуй я ответила только потому, что подумала, что нас влечет друг к другу. – Покинув площадку, она закрыла за собой калитку. – Когда ты не пришел, я подумала, что ты по той или иной причине решил, что я тебе не нужна. Но затем ты прислал мне подарок и записку. Твои извинения показались мне искренними, и я теперь не знаю, что думать. Я устала чувствовать себя глупой из-за того, что я думаю одно, а твое поведение говорит о другом.

– Прости меня, Эмберли, – мягко произнес он в ответ. – Мне жаль, что я так себя с тобой вел. Я говорю это искренне. Ты мне нравишься, Эмберли. Когда мы вместе, я забываю о чувстве пустоты, которое я испытываю, когда не погружен в работу. Я пытаюсь выбраться из эмоционального болота, в котором я увяз после смерти Люси. Я не знаю, как это сделать. Я не играю с тобой и не буду делать этого впредь. Даю честное слово. Я просто собираюсь пригласить тебя на ужин и…

– Ты действительно хочешь со мной поужинать? – спросила Эмберли, перебив его.

После того как он все ей объяснил, она прониклась к нему сочувствием. Она знала на собственном опыте, как тяжело продолжать жить после большой потери. Она может быть ему другом. Просто другом. Это ей вполне по силам.

– Да, хочу.

– Хорошо, давай поужинаем вместе. Но только как друзья. Мы ведь можем быть просто друзьями, правда? – спросила она. – Ты можешь рассказать мне о Люси. Кто знает, вдруг нам вместе удастся придумать, как вытащить тебя из твоего болота.

Да, она хотела быть для него не просто другом, но за последние несколько дней убедилась в глупости этого желания. Гнев и возмущение, которые она испытывала в течение последней недели, были предсказуемыми, но помимо них она обнаружила в своей душе более глубокие чувства, которые ее напугали.

– Ты предлагаешь мне быть друзьями? – спросил Уилл.

– Да. По-моему, это неплохое начало.

– Хорошо. Раз мы теперь друзья, я могу обратиться к тебе за помощью. Мне нужно свидание для прикрытия. Я хочу установить специальную программу на главный сервер Клуба техасских скотоводов. Поскольку я подозреваю, что Мэверик – это кто-то из своих, я не хочу, чтобы кто-то узнал, что я собираюсь там делать.

– Значит, ты просишь меня стать твоим прикрытием?

– Да, таков мой план. Ты мне поможешь?

– Да, конечно. Мы же друзья. Итак, в котором часу мы ужинаем?

– В восемь. Я смогу побыть с Фэй до того, как она ляжет спать.

– В восемь мне удобно. Как дела у Фэй? Я заходила к вам на днях, и мы с ней и Эрин немного поболтали.

– Хорошо. Сегодня она немного капризничала, но это из-за того, что у нее режутся зубы.

Когда я вчера вытирал ей слюну, она укусила меня за палец.

Эмберли улыбнулась ему по-дружески. У нее все получится. Она сможет быть с ним милой и приветливой.

После ухода Уилла Эмберли переключила внимание на свою лошадь. Чистя Монтгомери, она поведала ему все, что было у нее на душе. Слушая ее, он опустил голову и ткнулся носом в ее грудь, и она обняла его за шею. Жаль, что она не разбирается в мужчинах так же хорошо, как в лошадях.

После того как они с Эрин уложили Фэй спать, Уилл прошел в свой кабинет, проверил работу компьютеров и положил в карман флешку, на которую он до этого загрузил программу-трекер.

Уилл нервничал и не знал, было это хорошо или плохо. Подойдя к зеркалу в ванной, он в очередной раз поправил галстук. Он предпочитал узкие галстуки вне зависимости от того, были они в моде или нет.

Заглянув в детскую, Уилл поцеловал спящую Фэй в лоб и предупредил Эрин, что его не будет дома несколько часов. Выйдя из дома, он вдохнул вечерний воздух и понял, что ему нравится в Техасе. Он знал, что в июне здесь стоит невыносимая жара, но в октябре погода в этих краях определенно была комфортной.

Он заранее отправил Эмберли текстовое сообщение, предупредив ее, что заедет за ней. Подъехав к ее дому, он улыбнулся, увидев на крыльце горку тыкв и прислоненное к ней пугало с табличкой, на которой было написано «Всем радостной осени!». Поднявшись по ступенькам, он постучал в дверь.

– Открыто. Заходи! – крикнула Эмберли.

Сделав, как она велела, он оказался в маленькой прихожей. Ароматы яблок и корицы, витающие в воздухе, напомнили ему о доме его родителей.

– Я почти готова. Мои непослушные волосы никак не хотят укладываться в прическу.

– Не торопись. – Направившись туда, откуда донесся ее голос, он пересек проходную гостиную. Эмберли стояла перед зеркалом в конце коридора, и у него перехватило дыхание. Он считал ее красивой и прежде, но сейчас это была другая красота. Ее рыжие волосы были уложены в небрежный высокий узел. Один непокорный локон выбился из него, и она пыталась убрать его назад. – Не вижу в этом проблемы.

Эмберли повернулась к нему лицом, и он сглотнул. Выбранное им платье пришлось ей впору. Как он и предполагал, расширяющийся от талии подол доходил ей до колен, а янтарный кулон отлично смотрелся в глубоком вырезе.

– Ты великолепно выглядишь, – сказал он.

Щеки Эмберли вспыхнули.

– Не смущайся, это правда.

– Спасибо за приятные слова. Я нечасто наряжаюсь, поэтому мне и пришлось повозиться с прической. Жители Ройяла привыкли видеть меня в джинсах и с косой. Думаешь, Мэверик работает в клубе или, может, даже является членом клуба? Если он окажется членом клуба, это будет отвратительно, правда?

– Да. Я не член клуба, но я знаю, какое это сплоченное сообщество. Итак, ты готова ехать?

– Да. Мне только нужно взять сумочку и шаль. Я решила, что она подойдет к моему наряду больше, чем джинсовая куртка.

Она исчезла за дверью рядом с зеркалом и через минуту вернулась.

– Пойдем.

Следуя за ней к выходу, Уилл подумал, что дом Эмберли отличается от гостевого коттеджа, в котором он сейчас живет. Интерьер коттеджа более стильный и элегантный, зато здесь по-домашнему уютно.

– Как долго ты здесь живешь? – поинтересовался он у Эмберли.

– Пять лет. Я устроилась на эту работу, когда мне было девятнадцать.

– Ничего себе. Ты же была совсем юной. Тебе не было страшно уезжать из дома?

– Нет. Мой отец давно знает Клэя. Дом моей семьи находится не слишком далеко отсюда, и я могу довольно часто навещать своих родных. Кроме того, у Клэя отличные лошади, и он позволяет мне брать дополнительные выходные, когда я хочу участвовать в родео. Одним словом, Флайинг-Э лучшее место для меня.

Эмберли была такой воодушевленной, когда говорила о своей работе, и Уилл понял, что хотел бы видеть ее такой всегда.

Она предложила ему стать друзьями, и он понимал, что это единственный выход, если он хочет, чтобы она оставалась такой, как сейчас. Если он будет за ней ухаживать, она начнет нервничать, и, хотя он подозревал, что ее дружбы ему может оказаться недостаточно, ради ее непринужденной улыбки стоило пойти на эту жертву.

Глава 6

Когда они прибыли, в баре Клуба техасских скотоводов было много народа. Они были записаны как гости Челси Хант, и она радушно их встретила. С тех пор как Мэверик начал свою вредительскую деятельность, все члены клуба пребывали в некотором напряжении.

Эмберли не разбиралась в информационных технологиях, но из любопытства набрала в поисковике имя Уилла Брейди. Судя по тому, что говорилось об Уилле в Интернете, если кто и был способен установить личность Мэверика, то это он. Уилл заработал миллионы, создав уникальную программу для правительства Соединенных Штатов. Помимо этого он был известен тем, что успешно блокировал атаку иностранных хакеров на правительственную базу данных. Очевидно, Уилл был уникальным специалистом по обнаружению киберпреступников.

В одной из статей была фотография Уилла и его покойной жены с приема в Белом доме, на котором ему вручили награду.

Увидев безукоризненно одетую Люси, Эмберли непроизвольно сравнила себя с ней. Это сравнение оказалось не в пользу Эмберли, и она порадовалась, что предложила Уиллу только дружбу. Он ей нравится, и она не будет пытаться убеждать себя в обратном.

Когда он ушел в компьютерную комнату, Эмберли направилась к стойке.

– Что желаете? – спросил ее бармен.

– Клубничную «Маргариту» со льдом, пожалуйста.

Немного поболтав с барменом, Эмберли взяла свой напиток и села за один из столиков. Она увидела нескольких знакомых из города, но все они смотрели на нее так, словно не знали ее. Неужели, надев платье и сделав высокую прическу, она так сильно изменилась?

Наконец ее узнала мать одной из девочек, которой она давала уроки верховой езды. Женщина подошла к ее столику, села напротив, и они мило поболтали несколько минут. Эмберли была рада этому общению. В этом клубе она чувствовала себя не в своей тарелке. Его членами были люди состоятельные, а она происходила из небогатой семьи.

Уилл вернулся вскоре после ухода ее знакомой. Обведя взглядом зал, он заметил Эмберли, улыбнулся и направился к ней. В деловом костюме с узким галстуком он выглядел как телезвезда.

«Мы друзья», – напомнила она себе, вздохнув.

– Я не заказала тебе напиток, – произнесла она извиняющимся тоном.

– Ничего страшного. Я сам сейчас закажу и присоединюсь к тебе.

Он ушел и через пару минут вернулся к ней со стаканом виски.

– Прости, что заставил тебя ждать.

– Все в порядке. У тебя получилось то, что ты задумал?

– Да. А ты как провела время?

– Мне было весело. Я увидела знакомых из города, но большинство из них меня не узнали.

– Правда?

– Да. Я женщина-загадка, и мне это нравится.

– Мне тоже нравится быть неузнанным.

– Тебя обычно узнают? – спросила она. – Я прочитала о тебе несколько статей в Интернете.

– Правда? Как интересно. На твой вопрос я отвечаю «нет». Меня узнают только дома и то главным образом лишь потому, что я живу неподалеку от того места, где я вырос. Когда я, например, иду в спортзал или бакалейный магазин, со мной все здороваются. Большинство людей знает о том, что произошло с Люси, и я часто испытываю неловкость.

Эмберли накрыла его ладонь своей:

– Хочешь поговорить о ней? Когда умерла моя мама, все перестали упоминать ее имя, словно ее никогда не существовало. Я хотела о ней говорить и однажды сказала об этом папе. Он признался в том, что так сильно по ней тоскует, что ему больно даже слышать ее имя. Я сказала ему, что тоже очень по ней скучаю, но мне становится немного легче, когда я о ней говорю.

Глаза Эмберли зажгло от подступивших к ним слез. После смерти ее матери прошло уже одиннадцать лет, но в такие моменты, как этот, боль утраты становилась острее.

– Я не знаю, хочу я о ней говорить или нет, – сказал Уилл, вытащил свою руку из-под ее руки, взял стакан и сделал глоток виски.

– Если захочешь, я буду готова тебя выслушать.

Он кивнул:

– Пойду загляну в обеденный зал и узнаю, когда нам подадут ужин.

Глядя ему вслед, Эмберли гадала, не слишком ли много она ему наговорила. Но она знала, что не могла молчать. Уилл сказал ей, что увяз в эмоциональном болоте. Она подозревала, что он не может оттуда выбраться, потому что не знает, как можно продолжать жить дальше и в то же время держаться за прошлое. Сама она оставалась верной памяти своей матери и в то же время приняла женщину, с которой начал встречаться ее отец, когда ей, Эмберли, исполнилось восемнадцать. Возможно, ей удастся помочь Уиллу.

В начале ужина они оба были немного напряжены, но, когда их разговор перешел на музыку и книги, они позволили себе расслабиться. Уилл хранил музыкальные и текстовые файлы в памяти компьютера и смартфона, а Эмберли перевезла из отцовского дома на ранчо Клэя музыкальную коллекцию своей матери и с удовольствием слушала кантри и рок восьмидесятых годов.

– Но ведь качество записей оставляет желать лучшего, – заметил Уилл. – На дисках появляются царапины.

– Ты прав. Тексты многих песен я знаю наизусть, за исключением тех строчек, которые не смогла расслышать. У пластинок и кассет есть свои минусы.

– Я могу показать тебе, как скачать на телефон альбомы, которые у тебя есть. Ты сможешь их слушать, катаясь верхом.

– Я не отсталая деревенщина и умею скачивать музыку из Интернета, Уилл, – ответила она. – Я просто предпочитаю слушать альбомы дома. Таким образом я словно переношусь в детство. Моей маме нравилось творчество Майкла Болтона. Слушая его песни, я вспоминаю, как они с папой танцевали. Каждый альбом Болтона был у них в трех видах – на пластинке, на кассете и на диске. Правда, это безумие? После смерти мамы папа перестал слушать эту музыку, но я хотела, чтобы у моих братьев и сестер сохранились воспоминания, поэтому мы с Рэнди включали записи, когда папы не было дома.

– Сколько у тебя братьев и сестер?

– Четверо. Два брата и две сестры. Я самая старшая. Рэнди на три года младше меня. Потом идут Джени, Майкл и Тэмми.

– У вас дома был целый детский сад, – сказал Уилл.

– А у тебя есть брат или сестра?

– Нет, я единственный ребенок в семье.

– Ты был избалованным? – подмигнула ему Эмберли.

– Возможно, – признался он. – Мы с Люси хотели иметь по меньшей мере двух детей. Она происходила из многодетной семьи. У нее было две сестры.

– Когда была жива мама, нас всех тоже баловали, но после ее смерти все изменилось. Папа много работал, и мне приходилось присматривать за младшими братьями и сестрами.

– Сколько тебе было лет, когда она умерла?

– Тринадцать, – ответила она. – Знаешь, ты сможешь иметь больше детей, если женишься повторно.

– Женюсь повторно? Да я даже представить себе не могу, как иду на свидание с другой женщиной. Так что я сомневаюсь, что у меня будут еще дети. А ты, наверное, не горишь желанием иметь детей, потому что заменяла мать своим братьям и сестрам?

Откинувшись на спинку стула, Эмберли убрала за ухо непокорный завиток и покачала головой:

– Нет. Я всегда хотела иметь собственную семью.

Она произнесла это таким тоном, словно сомневалась в возможности этого.

– Ты еще очень молода. У тебя когда-нибудь будет семья, – сказал Уилл.

Эмберли закусила нижнюю губу и снова покачала головой:

– Нет. Я физически не могу иметь детей.

Удивленный, он хотел задать ей еще несколько вопросов, но, судя по тому, что она опустила глаза и продолжила есть, она не желала это обсуждать.

Тогда Уилл накрыл ее руку своей, и она снова посмотрела на него. В глазах ее читалась боль, которая словно была эхом его собственной боли.

– Мне очень жаль, – сказал он.

Эмберли кивнула:

– Знаешь, я рада, что у нас не настоящее свидание.

– Это настоящее свидание, – возразил Уилл.

– Но мы же договорились, что мы просто друзья.

– Друзья могут ходить на свидания, – ответил он. – Как еще друзья могут стать любовниками?

Щеки Эмберли вспыхнули. Ему нравилось, что ее эмоции отражались на лице. Это хорошо сочеталось с ее прямотой. Эмберли не умела притворяться.

– Я не смогу продолжать с тобой общаться, если ты будешь так быстро менять свое мнение, – сказала она. – Я не шутила, когда…

– Эмберли? Я сказала Крису, что это ты, – произнесла Мейси Ричардсон, подойдя к их столику вместе со своим мужем Крисом.

Семья Мейси состояла в Клубе техасских скотоводов столько, сколько Эмберли себя помнила. Крис тоже был из Ройяла, но, в отличие от Мейси, он родился в бедной семье. Повзрослев, он уехал и разбогател. Вернувшись с большими деньгами, он смог жениться на Мейси и стать членом Клуба. Их дочь брала у Эмберли уроки верховой езды.

– Да, это я, – ответила Эмберли – Наверное, вы не узнали меня без соломенной шляпы. Мейси, Крис, это Уилл Брейди. Он гость Челси Хант.

Поднявшись, Уилл обменялся рукопожатиями с Мейси и Крисом.

– Я слышал, что вы приехали, чтобы поймать Мэверика, – сказала Мейси.

– Да, это так, – ответил Уилл.

– Это хорошо. Уверена, что вам удастся это сделать. Челси говорила о вас много хороших вещей. Ладно, мы не будем мешать вам ужинать. Пойдем, Крис.

После этого к ним подошли еще несколько членов клуба, включая Клэя и Софию, которые пожелали им приятного времяпрепровождения.

Когда они снова остались вдвоем, Уилл продолжил их разговор с того момента, на котором он был прерван. Упреки Эмберли были вполне справедливыми, и ему следовало с ней объясниться.

– Ты права. Я не буду тебя торопить. Мы можем превращаться из друзей в любовников постепенно, – сказал он, хотя в глубине души понимал, что промедление будет для нее невыносимым. Что, если бы между ними все произошло быстро, ему было бы легче отпустить прошлое. Перспектива романтических отношений с Эмберли была волнующей. Он не собирается от нее отказываться, поэтому не будет торопиться. – Итак, вернемся к книгам. Значит, у тебя дома хранится масса книжек в мягкой обложке с загнутыми уголками?

– С загнутыми уголками? Я люблю свои книги и бережно к ним отношусь. Иногда я покупаю книгу в мягкой обложке, а затем читаю ее на смартфоне, чтобы сохранить ее в хорошем состоянии.

Уилл не удержался от смеха и заметил, как тепло она улыбалась, наблюдая за ним. Внутри у него словно что-то переключилось, и он решил, что не отпустил ее из своей жизни до тех пор, пока не узнает ее лучше.

В конце вечера Уилл повел Эмберли домой. По дороге он включил новую песню «Чайлдиш Гамбино». Она напомнила ей джаз восьмидесятых годов, который слушал ее отец.

– Хорошая песня, – сказала Эмберли.

– Я был уверен, что тебе понравится.

– Почему?

– Потому что у нас с тобой схожие музыкальные вкусы.

– Ты так считаешь?

Он кивнул:

– Сегодня я узнал, что мы с тобой похожи больше, чем я предполагал до сих пор.

Понимая, что он имеет в виду ее потерю, она тяжело сглотнула. Страдания из-за утраты близких людей объединили их.

– Тебя это удивило? – спросила она.

– Да, но мне не следовало удивляться. Потому что с того самого момента, когда ты появилась на пороге моего дома вместе с Карой, я знал, что ты не похожа ни на одну из женщин, которых я знал до этого. Я думал, что одна из причин была в том, что ты из Техаса, но я сразу понял, что в тебе есть что-то такое, что отличает тебя от других женщин.

– Не каждой женщине дано родиться в великом штате Техас, – подмигнула ему Эмберли.

Уилл рассмеялся, и Эмберли это понравилось. Ей было приятно, что он понимал ее странное чувство юмора. Он отличался от других городских парней, которых она встречала. Возможно, именно поэтому она и решила дать ему второй шанс.

– Тебе повезло, – сказал он.

– У тебя в телефоне еще есть музыка кантри?

– Есть группа «Биг энд рич».

– Она мне нравится, но я думаю, что тебе нужно послушать кого-нибудь из старой школы. Я дам тебе несколько старых папиных кассет, – поддразнила его она, зная, что он может просто скачать песни с Интернета.

Уилл застонал:

– Просто дай мне список. Назови мне прямо сейчас имя исполнителя, и я прямо сейчас найду его альбомы.

– Каким образом? Ты же за рулем.

– С помощью голосовых команд.

– Это работает?

– Всегда. А разве бывает иначе?

– «Сири» меня ненавидит. Когда я что-нибудь ей говорю, она меняет это на что-то нелепое. Такое ощущение, что я говорю не по-английски.

– «Сири» не может тебя ненавидеть. Это компьютерная программа.

– А моя надо мной издевается. Однажды я продиктовала ей сообщение для моей кузины Эвы. Я сказала Эве, где мы с ней встретимся, и знаешь, что отправил ей мой телефон?

– Что?

– «Давай встретимся там, где мы однажды текли летним ветром».

Уилл рассмеялся:

– У тебя определенно есть акцент.

– Но не такой же сильный.

– Когда мы приедем к тебе, я настрою твой телефон таким образом, чтобы он тебя понимал.

– Ты можешь это сделать?

– Разумеется, черт побери. С людьми я, может, и не очень хорошо лажу, зато в технике разбираюсь отлично.

Эмберли повернула голову и посмотрела на него:

– Ты хорошо ладишь с людьми.

– С некоторыми. С большинством людей я теряю терпение.

Она ни разу не была свидетелем того, чтобы он потерял терпение. Возможно, она просто видела лишь то, что хотела. Возможно, он до сих пор хотел, чтобы она видела в нем только горюющего вдовца.

Они оба стойко выдержали удары судьбы. Эмберли не сомневалась, что нравится Уиллу. Она видела, как он на нее смотрит, и знала, когда мужчина ее хочет. Правда заключалась в том, что она не хотела, чтобы ей снова причинили боль.

Ей нравилось, что он уделяет много внимания своей дочери, хотя ему, очевидно, тяжело воспитывать ее одному. Ей нравилось, что он искренне хотел помочь жителям Ройяла, хотя сам жил в другом конце страны.

Ей следовало бы ограничиться дружбой с Уиллом, но вместо этого она начала в него влюбляться.

Ей было бы гораздо проще, будь он местным жителем. Она отдавала себе отчет в том, что, когда он найдет Мэверика, он вернется к себе домой в Сиэтл. Но что, если ей попытаться завоевать его сердце? Что, если она будет делать это медленно и осторожно, словно он мустанг, которого она хочет приручить?

Они покинули Ройял и поехали в сторону Флайинг-Э. Отвернувшись, Эмберли посмотрела на темное небо, в котором светила луна. Заметив Венеру, она подумала о своем ангеле и в очередной раз пожалела о том, что рядом с ней нет ее матери, с которой она могла бы поговорить. Сейчас она так нуждалась в мудром совете.

Свернув с шоссе на грунтовую дорогу, ведущую на ранчо, Уилл сбавил скорость. Когда через некоторое время он остановил автомобиль перед ее домом, она снова повернулась к нему лицом.

Он заглушил мотор, и они просто сидели и смотрели друг на друга, пока Эмберли первая не нарушила напряженное молчание.

– Не хочешь зайти? – спросила она.

Глава 7

Ужин прошел не так, как ожидал Уилл, и предложение Эмберли тоже оказалось неожиданным. Они договорились, что не будут торопиться. Он сказал себе, что не станет целовать ее сегодня, но ему было трудно сдерживать это обещание, когда она сидела рядом с ним и подол платья, которое он ей подарил, задрался выше колен.

Чтобы не поддаться искушению и не прикоснуться к ней, Уилл крепко вцепился обеими руками в руль. Охватившее его желание было таким сильным, что оно постепенно вытесняло из его головы здравые мысли. Ему хотелось быть уверенным в себе и очаровательным, каким он всегда был с женщинами, но сейчас он испытывал странную робость.

Он говорил с Эмберли о том, о чем ни с кем не говорил после смерти Люси. Для нее он под звездным небом сочинил историю, чего никогда прежде не делал.

Он хотел Эмберли, и это желание вытеснило все остальное. Возможно, причина ее робости была в том, как она на него смотрела по дороге на ранчо. Он не знал этого наверняка, но ему было все равно.

– Ты правда хочешь, чтобы я зашел? – произнес он хриплым голосом.

– Ты хочешь зайти? – спросила она.

– Черт побери.

Эмберли придвинулась ближе к нему, и ткань платья натянулась у нее на груди. Аромат ее духов окутал его, и он понял, что не сможет уйти от нее сейчас.

Потянувшись к ней через коробку переключения передач, он положил руку ей на затылок и запустил пальцы в ее прическу. Ему было необходимо ее поцеловать, чтобы доказать самому себе, что желание затуманило его разум. Что только из-за того, что он целый год ни с кем не целовался, эта женщина кажется ему особенной. Но когда ее розовые губы приоткрылись и она провела по ним кончиком языка, он понял, что обманывал себя. Кровь закипела в его жилах, в паху у него все напряглось. Ему казалось, что его брюки вот-вот лопнут по швам. Он был рад этой боли. Она поможет ему сохранить здравый смысл, напоминая о том, что происходящее вовсе не прекрасная фантазия, а реальность. Что все это происходит здесь и сейчас.

Он прижался губами к ее губам. Эмберли положила ладонь ему на грудь. Когда его язык проник внутрь ее рта, ее пальцы проскользнули между пуговиц на его рубашке и коснулись его кожи. Застонав, она придвинулась настолько близко к нему, насколько это позволяла коробка передач между ними. Его руки заскользили по ее бокам и спине. Ее тело было горячим и упругим. Она напоминала ему дикую лошадь, которая обещала подарить незабываемую поездку, если он сможет на ней удержаться. В глубине души он знал, что ему никогда не удастся ее укротить.

Уилл нисколько не сомневался, что близость с Эмберли будет потрясающей. Как назло, на мгновение он вспомнил о своем горе, о котором не думал весь вечер, и это заставило его оторваться от ее губ.

Эмберли была так красива, что у него захватило дух. Ее рыжие локоны рассыпались по плечам, щеки порозовели, губы были влажными и припухшими от поцелуя. Выразительные карие глаза наблюдали за ним. Они были полны желания.

Она хотела этой близости так же сильно, как и он.

Сегодня он понял, что они оба испытали потери, после которых их жизнь уже не могла быть прежней. Эти потери отгораживали их от остального мира, но заставляли тянуться друг к другу. Сегодня Эмберли показала ему себя настоящую, и он счел это за честь. То, что она поделилась с ним своей болью, означало, что она ему доверяет.

Прижавшись лбом к ее лбу. Уилл почувствовал ее дыхание на своей коже, затем обхватил ее руками и поднял. Ему пришлось приложить усилия, но он, несмотря на тесноту и неудобства, смог переместиться на пассажирское сиденье и посадить ее к себе на колени.

– Я даже не догадывалась, что ты такой сильный, – мягко заметила Эмберли.

– Я вовсе не сильный.

– Еще какой сильный. Я далеко не пушинка.

– Ты само совершенство, – ответил он.

Эмберли приложила пальцы к его губам:

– Не говори так. Я знаю, что я не совершенна и что на самом деле ты тоже не считаешь меня такой. Не надо лгать. Мы оба хотели этого с того момента нашей верховой прогулки, когда ты слез с лошади. Честность – это то, с чего у нас с тобой все началось.

Эта бойкая прямолинейная южанка заставляла его хотеть вещей, к которым он, возможно, еще не был готов. Но он не собирался останавливаться, потому что безумно ее желал. Чего он сейчас не хотел, так это разговаривать. По правде говоря, думать ему тоже совсем не хотелось.

Просунув руку между дверцей и сиденьем, он нажал на рычажок, и спинка кресла откинулась назад. Эмберли перевернулась у него на коленях и оседлала его. Тогда он медленно задрал подол ее платья и принялся поглаживать ее упругие бедра. Подавшись вперед, она взяла в ладони его лицо и накрыла его губы своими.

Боль в паху усилилась, и он, расстегнув брюки и приспустив их вместе с трусами, облегченно вздохнул, после чего просунул руку ей под трусики и сжал ее ягодицу. В ответ на это Эмберли потерлась грудью о его грудь. Застонав, Уилл оторвался от ее губ.

– Приподнимись, – сказал он ей.

– Что?

– Я хочу снять с тебя трусики.

Кивнув, Эмберли сделала, как он велел, и он стянул с нее трусики и бросил их на пассажирское сиденье. После этого он переключил внимание на ее декольте. Уткнувшись в него лицом, он принялся покрывать поцелуями ее нежную кожу. Она ерзала у него на коленях, дрожа от нетерпения, и он не знал, хватит ли у него самообладания для того, чтобы продолжать прелюдию. Было бы неправильно прямо сейчас подмять ее под себя и овладеть ею.

С этой мыслью Уилл нашел замочек молнии у нее сзади на платье и потянул за него. Затем он опустил корсаж, и его взору предстала ее высокая полная грудь в кружевном бюстгальтере, который закрывал лишь нижнюю ее часть. Спустив бретельку и одну чашечку, он наклонился и накрыл губами розовый сосок. Одновременно с этим он провел пальцем вниз по ее позвоночнику, схватил ее за ягодицы и приподнял чуть выше. Она потерлась низом живота о его пах, и напряжение внутри его восставшей плоти достигло предела.

Он прикусил ее сосок, и она, положив руки ему на плечи, снова потерлась о него. Тогда он просунул руку между ее бедер и раздвинул нежную складку. Простонав его имя, Эмберли вцепилась пальцами в его волосы, наклонила назад его голову и, продолжая двигать бедрами, накрыла его губы своими. Когда ее язык проник ему в рот и столкнулся с его языком, он принялся медленно вводить палец внутрь ее, а свободную руку запустил в ее густые шелковистые волосы.

Из ее горла вырвался хриплый стон, от которого кровь закипела в его жилах, и он почувствовал, как ее мышцы смыкаются вокруг его пальца. Тогда он добавил еще один палец, и она, схватившись за его плечи, закачалась на нем, словно он был одним из жеребцов, с которыми она так мастерски управлялась. Большим пальцем он поглаживал влажные лепестки у входа в ее лоно.

Наконец она запрокинула голову, громко прокричала его имя, задрожала и рухнула ему на грудь.

Ему казалось, что он вот-вот взорвется от желания, которое поработило все его существо. Он хотел овладеть ею, но что-то не позволяло ему удовлетворить свое либидо. Одно дело было доставлять удовольствие Эмберли, совсем другое – получать его самому. К этому он пока не был готов.

Она заерзала на нем, и он вытащил из нее пальцы. Он испытывал соблазн поднести их к губам и облизать, чтобы узнать ее вкус, но он не сделал этого. Она продолжала двигаться, и в какой-то момент головка его набухшей плоти оказалась у входа в ее заветное местечко.

Прежде чем он успел сообразить, что делает, Уилл напряг ягодицы и вошел в нее.

Это было божественно. Ее тело охотно принимало его, словно было создано специально для него.

Только когда она задвигалась под ним, побуждая его проникнуть глубже, он понял, что делает.

Он занимается сексом с Эмберли на переднем сиденье автомобиля.

Эмберли…

Он дал себе слово, что не причинит ей боль. Он знал, что если позволит себе продолжить…

Нет, он не может этого сделать. Он не может овладеть Эмберли, а потом лежать рядом с ней, наслаждаясь ее близостью. Взять ее на сиденье автомобиля было бы неправильно. Их первый раз должен быть особенным.

Ее внутренние мышцы продолжали смыкаться и размыкаться, и он понял, что должен остановиться немедленно, иначе потом будет уже поздно. Собрав воедино остатки самообладания, он осторожно ее приподнял, прервав контакт. Повернув ее лицом к окну, он быстро поправил трусы и брюки.

Он был так возбужден, что ему было бы достаточно двух-трех рывков, чтобы достигнуть экстаза, но он не пошел на поводу у своего либидо. Такая женщина, как Эмберли, заслуживает большего, нежели быстрый секс на автомобильном сиденье.

Теперь, когда здравый смысл частично вернулся к нему, он вдруг понял, что решился на близость с Эмберли потому, что они находились не в спальне.

Как будто спальня была предназначена только для…

Люси.

– Что происходит? – спросила Эмберли.

Уилл не мог ей ответить, потому что сейчас он был способен лишь извергнуть поток брани.

– Уилл? Не думай ни о чем. Все в порядке.

– Нет, не в порядке.

Она взяла в ладони его лицо и заставила его посмотреть на нее. Затем наклонилась и так нежно его поцеловала, что он почувствовал себя виноватым перед ней.

– Я у тебя первая… после Люси?

Он кивнул:

– Дело не в том, что я не…

– Тебе не нужно ничего мне объяснять, – ответила она. – Я прямо сейчас пойду домой.

Он хотел ее остановить, но не мог, поскольку не был готов заняться любовью с женщиной, которая не была его женой. То, что Люси умерла, а Эмберли сидела полуголая у него на коленях, не имело значения. Он не был готов заняться с ней любовью, поэтому позволит ей сейчас уйти.

– Прости, – сказал он.

– Не нужно извиняться. Мы друзья.

– Друзья не делают того, что мы делали сейчас.

– Иногда делают, – ответил Эмберли. – Спокойной ночи, Уилл.

Открыв дверцу, она выбралась из машины и подняла корсаж платья. Уилл взял ее руку и прикоснулся к ней губами. Он жалел о том, что не может подобрать подходящих слов, чтобы сказать ей, как много для него значит этот вечер. Сказать, как она изменила его отношение к жизни и к самому себе, но он мог только смотреть на нее. Высвободив свою руку, она провела кончиками пальцев по ее губам и направилась к дому.

Уилл тупо смотрел ей вслед, зная, что должен был пойти за ней. Но он не сделал этого, а просидел на месте до тех пор, пока она не скрылась в доме. Тогда он вышел из машины, обогнул капот и сел за руль. Его дыхание было учащенным, словно он только что пробежал кросс. Положив руки на руль, он опустил на них голову.

В его душе шла борьба. Совесть говорила, что ему следует вернуться домой, лечь в постель и всю ночь ворочаться без сна, потому что он заслуживает страданий.

Он продолжает жить дальше, тогда как Люси не может.

Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, но почувствовал аромат духов Эмберли и снова ее захотел. Зов плоти побуждал его пойти к ней в дом и закончить начатое, но он не мог этого сделать. Это было бы несправедливо по отношению к Эмберли.

После смерти Люси он сегодня впервые пытался заняться сексом.

Психотерапевт сказал ему, что ему будет сложно делать что-то впервые после ее смерти, но это будут важные этапы построения новой жизни. Что дальше он сможет это делать, не испытывая угрызений совести.

Он уже почти разрешил себе начать новую жизнь, но пока не был к этому готов. Что, если он никогда не будет готов? Что, если к тому моменту, когда он будет готов, он уже не будет нужен Эмберли?

Она та женщина, с которой ему суждено провести остаток жизни? Когда Уилл держал Эмберли в объятиях, он чувствовал, что она для него важна. Ему хотелось получить больше, нежели то, что взял сегодня. Он просто не знал, какого знака он ждет.

Люси не скажет ему, может ли он двигаться дальше. Уилл знал, что это решение ему придется принимать в одиночку. Что он сам должен понять, когда настанет время сделать выбор между прошлым и будущим.

Оно уже настало? Или, может, дело не в сроке, а в человеке? Ему уже давно не было так хорошо, как этим вечером с Эмберли.

Наконец Уилл успокоился и поехал в свой коттедж. Вылезая из машины, он заметил на сиденье трусики Эмберли. Засунув их в карман, он пошел в дом.

Эрин оставила свет в коридоре включенным, и он направился в комнату Фэй. При виде спящей малышки, похожей на ангелочка, у него защемило сердце, и он подумал, что она заслуживает иметь такого отца, который будет принимать активное участие в ее жизни, а не который целыми днями сидит в своем кабинете, погруженный в виртуальный мир, потому что боится жить в реальном.

Он мог лишь надеяться на то, что Эмберли была абсолютно серьезна, когда дала ему понять, что простила его за то, что он не довел их близость до конца.

Потому что между ними ничего еще не кончено.

Глава 8

Этой ночью Эмберли не смогла уснуть. Ее нельзя было назвать бесчувственной. Она понимала, что сейчас испытывает Уилл. Когда они ужинали в клубе, она поняла, что, если он хочет быть ей не только другом, ему понадобится время, чтобы подготовиться к этому.

Ей было больно. Она только свыклась со своей утратой и нашла свое место в жизни, как вдруг здесь появился Уилл Брейди и воскресил чувства, которые она похоронила глубоко внутри себя.

Завтракая утром у себя на кухне, она осознала, что книг и фильмов о любви ей недостаточно. Что ей нужна романтика в реальной жизни.

Но пока она должна сосредоточиться на работе. Она сказала Клэю, что объездит новую лошадь по кличке Сквайр и намерена заняться этим сегодня. Днем она даст урок верховой езды, а затем ей нужно будет потренироваться на площадке с бочками. В начале ноября она будет принимать участие в родео.

Зайдя в конюшню, она услышала звуки, доносящиеся из ее дальнего конца, в котором располагались стойла, предназначенные не для лошадей. Посмотрев в ту сторону, она увидела Софи, беременную жену Клэя, стоящую у одного из стойл и разговаривающую с быком внутри его.

– Софи? У тебя все в порядке? – спросила Эмберли, направляясь к ней.

Быка, с которым говорила Софи, звали Железный Рог. Это из-за него Клэй был вынужден навсегда бросить скачки на быках. Несмотря на это, Клэй спас животное от умерщвления и привез его на свое ранчо.

– Да. Я просто говорю об упрямстве с тем, кто знает, что это такое.

Эмберли улыбнулась:

– Об упрямстве Клэя?

Софи кивнула:

– Да Он обращается со мной так, словно я первая женщина на свете, которая забеременела.

Улыбка исчезла с лица Эмберли. Похоже, она никогда не сможет избежать разговоров о беременности и детях.

– А по-моему, очень мило, что он о тебе заботится.

– Ты так говоришь потому, что с тобой не носятся как с антикварной фарфоровой вазой.

– Со мной не носились. Мне велели избавиться от ребенка, – ответила Эмберли и тут же пожалела о своих словах. Кроме ее родных, только доктора, которые спасали ей жизнь, знали, что с ней произошло.

– О, Эмберли. Мне так жаль… Ты…

– Нет. У меня случился выкидыш, – перебила ее Эмберли. – Черт побери, я не знаю, зачем тебе все это рассказываю. Я просто хочу сказать, что тебе повезло, что Клэй так к тебе внимателен.

– Я согласна. Просто меня раздражает, что он всегда такой упрямый.

– Разве не все мужчины упрямы?

– Все, – ответила Софи, помахала ей рукой и покинула конюшню.

Эмберли пошла в стойло Сквайра, почистила, оседлала и вывела его на прогулку. Все ее мысли по-прежнему занимал Уилл. Она помнила, как они вместе катались верхом. Помнила, какое у него было выражение лица, когда он спешился и посмотрел на нее. Попросил у нее то, что она в тот момент не хотела ему давать. Сейчас она думала, что, возможно, тогда совершила ошибку.

После того, что случилось прошлой ночью, она старалась не чувствовать себя неловко. Она не покривила душой, когда дала Уиллу понять, что не рассердилась на него за то, что он не овладел ею в машине. Она смогла войти в его положение, поскольку знала на собственном опыте, что такое тяжелая утрата.

Тряхнув головой, чтобы прогнать гнетущие мысли, Эмберли сосредоточилась на происходящем. Сквайр был не в настроении, и, когда она попыталась пустить его быстрой рысью, он взбрыкнул. В первый раз она удержалась в седле, но, когда он снова встал на дыбы, она упала и ударилась плечом.

Разозлившись на себя за то, что отвлеклась, она поднялась, взяла поводья и повела лошадь назад к конюшне. Но Сквайр ткнулся носом ей в плечо, и она, посмотрев в его глаза, решила, что он готов еще к одной попытке.

Снова сев в седло, Эмберли поехала рысью по полю. В какой-то момент она наклонилась вперед и сказала ему, что он прекрасный скакун и она здесь только для того, чтобы его направлять.

Вдруг она кое-что поняла. Наверное, падение заставило ее посмотреть на все с другой стороны. Можно сказать, что прошлой ночью Уилл тоже взбрыкнул, но, если бы она действовала аккуратнее, она могла бы добиться своего.

Эмберли покачала головой.

Хочет ли она прилагать такие большие усилия ради мужчины, который живет на другом конце страны?

Сделав глубокий вдох, она поняла, что ей не важно, где он живет. Что если она не сделает все возможное для того, чтобы им обладать, потом она будет сильно об этом жалеть. Что она не сможет просто взять и уйти от него.

Именно по этой причине она согласилась ограничиться дружбой с Уиллом, хотя в глубине души знала, что ей нужно от него намного больше.

Прошлой ночью он сделал первый шаг от прошлого к будущему. Она готова дать ему время, но не собирается снова позволять ему уйти.

Отведя Сквайра в конюшню, Эмберли пошла домой, чтобы принять душ и переодеться. Увидев записку, прикрепленную к входной двери, она сняла ее и прочитала:

«Эмберли, спасибо тебе за чудесный вечер. Мне хотелось бы пригласить тебя сегодня на ужин. Пожалуйста, будь готова к семи часам. Надень что-нибудь нарядное.

Уилл».

Это была романтика, которой она так хотела!

Когда она вошла в спальню и открыла шкаф, чтобы выбрать подходящее платье, сердце ее бешено колотилось. Она была уверена в том, что на этот раз Уилл от нее не сбежит.

Уилл основательно подготовился к свиданию с Эмберли. Время, оставшееся до их встречи, он посвятил работе. Программа-трекер, которую он установил на сервер в Клубе техасских скотоводов, прислала ему разного рода данные, и он их анализировал.

Эрин отправилась в город за покупками, а Фэй сидела у него на коленях и грызла резиновое зубное кольцо, время от времени что-то лепеча.

Крепче прижав к себе малышку, Уилл читал информацию об Адаме Хаскелле. Этот человек вел уединенный образ жизни и, похоже, имел зуб на всех в Ройяле.

Его имя появилось в базе данных потому, что он написал несколько гневных писем членам городского совета и местным предпринимателям. Он нечасто выходил из дома, зато был активным пользователем сайта «Йелп» и участником городских форумов, на которых критиковал всех и вся в Ройяле. Уилл тут же отправил полученные сведения Максу. Возможно, его другу известно о Хаскелле больше.

Фэй заерзала у него на коленях, и он посадил ее на ковер. Она поползла к яркой игрушечной клавиатуре, которую он недавно купил для нее в городе, затем поднялась на ноги и сделала два неуклюжих шага.

Она пошла! Его малышка пошла!

Фэй плюхнулась на попку и снова поползла. Уилл забыл о компьютерах, встал из-за стола и опустился на корточки.

– Фэй, иди к папе.

Она улыбнулась ему, повернулась и поползла в его сторону.

В дверь позвонили, и он, взяв на руки дочку, пошел ее открывать.

На пороге стояла Эмберли.

– Привет, – сказала она. – Я не знала, каким образом я должна была сообщить тебе, что согласна пойти с тобой сегодня на свидание.

– Я думал, ты пришлешь мне сообщение.

– Какая же я недогадливая. Но я как раз проезжала мимо и решила заглянуть к вам.

– Правильно сделала. Не хочешь зайти? – спросил он, отойдя назад, чтобы пропустить ее внутрь.

Фэй узнала Эмберли. Она улыбалась ей и что-то лепетала.

– Если ты не занят, – сказала Эмберли.

– Я не занят. Представляешь, Фэй только что сделала два шага. Я хочу сделать так, чтобы она снова пошла.

– Правда? – улыбнулась Эмберли. – Мне хотелось бы на это посмотреть.

Тогда Уилл отнес Фэй в гостиную и посадил ее на пол. Она немного поползала, затем села и посмотрела на него.

– Давай я помогу, – сказала Эмберли, приподняла Фэй, поставила ее на ноги и взяла ее за обе руки.

Вдруг Уилл понял, что хочет записать эти чудесные мгновения на видео.

– Подожди, я схожу за видеокамерой. Я хочу ее снять.

– Иди. Мы пока попрактикуемся, да, Фэй? – Сев на корточки перед малышкой, Эмберли заговорила с ней.

Вернувшись, Уилл залюбовался ими. Его девочки были такими милыми. Установив камеру таким образом, чтобы она смогла записать весь путь малышки, он прошел в другой конец комнаты.

– Я готов, – сказал он, нажав кнопку на пульте дистанционного управления.

– А ты готова? – спросила Эмберли Фэй.

Малышка покачнулась, затем, держась за пальцы Эмберли, начала медленно, шажок за шажком, двигаться к нему.

Он хлопнул в ладоши и позвал ее, и она, отпустив Эмберли, продолжила идти. Когда она дошла до него, он поднял ее в воздухе, затем обнял и похвалил. При этом он почувствовал, как на его глаза наворачиваются слезы.

– Она молодец, – сказала Эмберли.

– Давай посмотрим, пойдет ли она к тебе.

Эмберли отошла назад и села на пол:

– Фэй, иди ко мне.

Уилл поставил дочку на пол, поддержал ее, чтобы она обрела равновесие, затем отпустил, и она неуклюже потопала к Эмберли, которая все это время с ней разговаривала.

Когда малышка подошла к ней, она взяла ее на руки и поцеловала в макушку. Уилл понял, что Эмберли особенная. У нее благородное сердце, и она заслуживает, чтобы рядом с ней был мужчина, который любил бы ее и заботился о ней. Ему хотелось верить, что он может быть таким мужчиной, но его все еще мучили сомнения.

Они с полчаса играли с Фэй и снимали ее на видео, пока не пришла Эрин.

– Посмотри, что умеет Фэй, – сказал ей Уилл.

Он поставил малышку на пол, а Эмберли отошла от них на несколько шагов. Она позвала Фэй, и та пошла к ней. Эрин грустно улыбалась. Было очевидно, что она расстроилась из-за того, что не увидела первые шаги Фэй.

– Мне жаль, что ты не видела ее первых шагов. Я их записал на камеру, так что ты можешь в любое время посмотреть, как это было.

– Она так быстро растет, – заметила Эрин.

– Да, – согласился Уилл.

– Я вас оставлю, – сказала она. – Ты, кажется, сказал, что не будешь ужинать дома.

– Да. У меня свидание с Эмберли.

– Как здорово, – ответила Эрин.

Эмберли ушла через несколько минут, сказав, что у нее много дел. Уилл чувствовал, что в их отношениях произошел сдвиг, и он с нетерпением ждал их свидания.

* * *

Эмберли не ожидала, что Уилл заедет за ней на лимузине. На нем был смокинг и белая рубашка с бабочкой. Его волосы были аккуратно зачесаны назад.

К счастью, она оделась подобающим образом. На ней были облегающее темно-фиолетовое платье с шифоновыми рукавами и тонким золотым поясом и золотистые босоножки с тонкими ремешками. Из украшений она выбрала янтарный кулон, подаренный Уиллом, и сережки-капельки, а волосы уложила в высокую прическу. Сейчас она совсем не походила на девушку, работающую с лошадьми, однако чувствовала себя абсолютно комфортно.

– Отлично выглядишь, – сказал ей Уилл.

– Ты тоже, – подмигнула ему она. – Почему ты заказал лимузин?

– На тот случай, если страсть снова застигнет нас в машине, – улыбнулся он. – На самом деле я просто хотел тебя побаловать. Подумал, что ты вряд ли когда-нибудь каталась на лимузине. Итак, ты готова ехать?

Эмберли кивнула, и он, положив руку ей сзади на талию, повел ее к автомобилю. Шофер поздоровался с ней и открыл для нее дверцу. Она остановилась у нее в замешательстве. Автомобиль был низким, и она не знала, как забраться в салон в узком платье, не выглядя при этом неуклюжей.

– Как мне сесть в машину? – спросила она.

– Просто опуститесь на сиденье, мэм, и переместите ноги внутрь, – ответил ей шофер.

– Спасибо, – сказала она и последовала его инструкции. – Когда ты в следующий раз закажешь лимузин, я заставлю тебя надеть килт, – предупредила она Уилла, который сел рядом с ней.

– Договорились, – смеясь, ответил Уилл.

Шофер закрыл дверцу, и они оказались в интимной обстановке. Освещение было приглушенным.

– Спасибо, что согласилась пойти сегодня со мной на свидание, – сказал он, положив руку на спинку сиденья за ее спиной.

– Спасибо, что пригласил. Ты меня балуешь.

– Я сам избалованный и решил, что ты заслуживаешь того же, – очаровательно улыбнулся он.

– Мне ты совсем не кажешься избалованным, – возразила она.

Автомобиль пришел в движение.

– Куда мы едем? – спросила Эмберли.

– Это сюрприз, – ответил он, достав из кармана шелковую повязку на глаза. – Я хочу, чтобы ты это надела.

– Я не люблю извращения, как в книге «Пятьдесят оттенков серого».

– Я тоже. Я просто не хочу, чтобы ты раньше времени догадалась о моем сюрпризе.

– Хорошо, – сказала она и позволила ему завязать ей глаза.

Когда он это сделал, Эмберли почувствовала себя уязвимой. Она почувствовала его теплое дыхание на своей коже, затем прикосновение его губ к ее щеке, повернула голову, и их губы встретились. Окутанная жаром его тела и ароматом его одеколона, она позволила ему взять инициативу на себя. Его язык проник в глубь ее рта, а пальцы поглаживали ключицу.

В какой-то момент лимузин остановился, и Уилл прервал поцелуй.

Черт побери, удовольствие, которое он ей доставил, было так велико, что она забыла обо всем остальном. Она даже не поняла, сколько времени продлилась поездка.

Эмберли подняла руку, чтобы снять с глаз повязку.

– Не трогай ее пока, – сказал ей он.

– Уилл.

– Ты мне доверяешь?

Она ему доверяла, иначе сразу не позволила бы ему завязать ей глаза и увезти ее в неизвестном направлении.

Эмберли кивнула.

– Хорошо, А теперь двигайся к выходу, – ответил он, взяв ее за обе руки.

Дверца открылась, и она почувствовала порыв ветра, ворвавшийся в салон.

– Повернись и свесь ноги, – сказал Уилл, когда она перебралась на край сиденья.

Она сделала, как он велел, и почувствовала под ногами не тротуар, а траву.

– Где мы?

Вместо того чтобы ответить на ее вопрос, Уилл подхватил ее на руки.

– Пожалуйста, вернитесь за ними через два часа, – обратился он к шоферу.

– Да, сэр, – ответил тот.

Обвив руками шею Уилла, Эмберли услышала шум удаляющегося автомобиля.

Когда Уилл шел, она чувствовала прохладу осеннего бриза, а затем ее внезапно обдало жаром, хотя они, явно, не заходили в помещение.

Поставив ее на пол, Уилл снял с ее глаз повязку, и она обнаружила, что они находятся на деревянной платформе. В ее центре стоял сервированный стол, окруженный большими инфракрасными обогревателями. Над столиком была протянута гирлянда из мерцающих огоньков, а рядом с ним стояла небольшая буфетная стойка с кастрюлями с подогревом.

Со всех сторон платформу окружали бескрайние поля ранчо. Небо начало темнеть, и Эмберли увидела свою звезду.

– Ты удивлена? – спросил Уилл.

Он даже представить себе не мог, как сильно ее удивил. Он словно заглянул ей в душу, увидел, что она жаждет романтики, и устроил этот сюрприз.

Это означало, что ее сердце в большой опасности.

Глава 9

После того как в восемнадцать лет Эмберли чуть не умерла, она пообещала себе, что впредь будет жить так, как хочет. Это давалось ей легко, когда она ехала верхом на лошади и ей не нужно было беспокоиться о том, что она неправильно себя ведет или кто-то может увидеть ее недостатки. В окружении людей она не всегда чувствовала себя уверенно.

Жить в Ройяле ей было намного проще, чем в Тайлере, потому что здесь никто не знал о том, что с ней приключилось шесть лет назад. Сейчас ей было хорошо, как никогда, и все остальное было для нее не важно.

Когда Эмберли увидела блюда, похожие на произведения искусства, она пришла в такое восхищение, что ей стало жалко их есть. Уилл быстро ее успокоил. Он сфотографировал все блюда на телефон и сказал, что отправит ей их снимки через мессенджер.

Он был очарователен, непринужденно держался и легко переходил от одной темы разговора к другой. Он неплохо разбирался в лошадях, которых использовали для игры в поло, и спросил ее, не появилось ли в последнее время что-то новое в области их разведения. Несмотря на романтическую обстановку, она с удовольствием обсуждала с ним темы, касающиеся ее работы.

– В прошлом месяце я читала статью о программе по разведению лошадей, которую возглавил один шейх из Саудовской Аравии. Он работает над улучшением беговых качеств животных, стараясь сохранить их выносливость.

– Это разумный подход, – сказал Уилл. – Когда я учился в университете, я знал одного парня, который ездил в Европу изучать старинный обычай конных танцев, состоящий в том, чтобы научить лошадей повторять определенные движения. Он применял некоторые приемы, когда мы играли в поло, и они работали.

– Методик для дрессировки лошадей довольно много. Работая недавно с Монтгомери, я опробовала технику, которую увидела на Олимпийских играх. Для победы в скачках вокруг расставленных бочек и лошадь, и наездник должны много упражняться.

– Как часто ты тренируешься? – спросил Уилл.

– Пару часов в день.

– В чем состоит смысл этого состязания? Нужно просто быстрее остальных объехать все бочки или еще и сделать это определенным образом?

– Нужно объехать бочки по траектории в форме кленового листа. Победителем станет тот, кто сделает это быстрее всех. Для фиксации времени прохождения используются фотоэлементы. Смысл состязания состоит в том, чтобы проехать как можно ближе к бочкам, потому что таким образом ты выбираешь кратчайший маршрут.

– Я бы с удовольствием посмотрел, как ты соревнуешься.

– Когда я в следующий раз буду участвовать в родео, я дам тебе знать.

– Круто, – ответил он.

Следующее родео состоится в ноябре. Он собирается задержаться в Техасе? Эмберли не стала задавать ему этот вопрос, чтобы ничего не усложнять. Она хочет жить одним днем, и ей не нужны новые поводы для беспокойства.

– Мне никогда раньше не покупал одежду мужчина. Даже отец. Мы либо ходили по магазинам с бабушкой, либо она сама выбирала для нас вещи на свой вкус.

– Когда я увидел то платье в цветочек, я подумал о тебе.

– Признаюсь, сама бы я его не выбрала, но, когда я его надела, я была приятно удивлена.

– А я сразу представил это платье на тебе, когда увидел его.

– У тебя хороший вкус, – подмигнула ему Эмберли.

До сих пор она не видела его таким веселым и очаровательным, и ей вдруг пришло в голову, что он подобно ей делает вид, что ему хорошо. Она сама поверила в собственную ложь, и ей хотелось, чтобы она стала правдой. Еще ей хотелось помочь Уиллу, сделать так, чтобы ему тоже стало хорошо. Она знала, что это произойдет в свое время и что ей нужно быть терпеливой. Но часть ее боялась, что это произойдет после того, как он вернется в Сиэтл.

– Итак, я стоял посреди реки в Монтане с клиентом, на которого мой отец хотел произвести впечатление. Он спрашивал меня, кто меня научил ловить рыбу нахлестом. Мне хотелось ответить «Фредди Крюгер», но отец никогда бы мне этого не простил, – произнес Уилл в конце ужина, когда они рассказывали друг другу истории из детства.

– И что ты ему на это сказал? – спросила Эмберли.

– Что у меня природный дар, – ответил он, сделав глоток вина. – Затем к нам подошел мой отец, который не слышал нашего разговора, и сказал: «У моего сына природный дар». Клиент начал смеяться, и я тоже.

– Забавно. Этот клиент в итоге сделал то, чего хотел от него твой отец?

– Да. После этого отец предложил мне работу в его фирме, но, несмотря на то что та поездка в Монтану доставила мне удовольствие, я понял, что не хочу прилагать усилия, чтобы очаровывать людей. Что мне гораздо проще иметь дело с компьютерами. Я отказался от предложения, и это разозлило отца, но к тому моменту я уже получил предложение работы от Макса и обдумывал его. В итоге я устроился в компанию Макса.

– Чем занимается Макс? – спросила Эмберли.

– Он компьютерный гений. Бывший хакер, превратившийся в миллиардера. Ему принадлежит компания «Сент-Клауд секьюрити солюшнз». Сейчас я занимаю пост технического директора.

– Мой отец был бы рад, если бы я осталась на нашем ранчо, – сказала она. – Я знаю, что, если бы осталась, я провела бы там остаток жизни. Было бы так просто прятаться там от остального мира, делая то, что мне нравится.

– Но ты хотела большего.

– Да. И по-прежнему хочу. Мне нравится работать на Клэя и Софи, но мне хотелось бы однажды иметь собственную конюшню.

Это была ее мечта. Поскольку ей не суждено иметь собственную семью, она готова посвятить свою жизнь лошадям.

– Почему ты пряталась бы, если бы осталась дома? – поинтересовался Уилл. – Ты производишь впечатление человека, который бросает вызов трудностям. Ты очень смелая.

Эмберли заставила себя улыбнуться. Она попыталась стать открытой для жизни, и жизнь нанесла ей удар. Ее отец сказал, что каждый поступок имеет свои последствия. До того рокового лета она этого не знал.

Эмберли сделала глубокий вдох. Она знала, что ей будет трудно сказать Уиллу о потере ребенка и гистерэктомии, но без этого он не сможет до конца понять ее мотивы.

– Я… э-э… в каком-то смысле неудачница. Может, нам отложить продолжение этого разговора до следующего вечера?

Уилл кивнул:

– Как тебе будет угодно. Но я хочу узнать больше о тебе, Эмберли. Хочу понять, что тобой движет. Думаю, причина, по которой ты хочешь спрятаться от остального мира, очень важна.

Отодвинув свою тарелку, она сложила руки на столе и подалась вперед.

– После окончания школы я устроилась на работу на ранчо для отдыхающих. Я думала над тем, чем хочу заниматься дальше. Я точно знала, что не пойду в колледж. Это было не для меня.

– Ты приняла правильное решение. Ты отлично разбираешься во всем, что связано с лошадьми. Я читал о родео, победителем которого ты стала.

– Правда? Я даже не догадывалась, что ты собирал обо мне информацию в Интернете.

– Я хотел больше узнать о тебе, даже когда бежал от тебя и притворялся, будто ты меня не интересуешь.

– Как мило, – ответила она, чувствуя, что важна для него. Ни один мужчина прежде не внушал ей подобного чувства.

– Итак, ты работала на ранчо для отдыхающих…

Эмберли откинулась на спинку стула, и на нее нахлынули воспоминания. Она вспомнила, как Сэм сказал ей, что никогда не водил пикап, и убедил ее разрешить ему сесть за руль. Как он остановил грузовик и придвинулся ближе к ней, чтобы заняться с ней любовью.

Как она сообщила Сэму о своей беременности, а он сказал ей, что возвращается к своей привычной жизни. Что ему не нужна ни она, ни ребенок, но он поможет ей деньгами.

– Там гостила компания парней с восточного побережья. Они носили ковбойскую одежду, шутили и флиртовали со мной. В конце концов я закрутила роман с одним из них. Он был у меня первым, а я у него нет. – Не зная, как рассказать Уиллу остальное, она молча уставилась на него.

Перестав есть, он внимательно наблюдал за ней, словно боялся что-то упустить.

Она снова глубоко вдохнула, и слова полились рекой, словно кто-то открыл в ее душе шлюз.

– Я забеременела и собиралась оставить ребенка. Но у меня случился выкидыш, возникли осложнения, и единственным способом меня спасти было удалить мне матку.

Она замолчала, и вокруг стало тихо, как будто ее слова потрясли даже животных и насекомых.

Уилл ничего не сказал, и она уже начала жалеть о том, что открыла ему душу, но вдруг он встал и подошел к ней. Она поднялась, и он заключил ее в объятия. Он ничего не говорил, лишь крепко прижимал ее к себе, и она почувствовала, что боль начинает ослабевать. Что она уже не так одинока, как прежде.

Уилл не знал, что сказать. Судя по выражению лица и тону Эмберли, она все еще переживала из-за того, что с ней произошло шесть лет назад. Это означало, что у них даже больше общего, чем он думал. Она никогда не сможет залечить до конца свои душевные раны так же, как и он.

Ему вдруг отчаянно захотелось сделать что-то, что хоть немного ее утешит.

– «Сири», играй плейлист Эмберли.

Плейер в его смартфоне включился, и заиграла песня Джека Джонсона «Вместе лучше». Она прекрасно подходила для того, чтобы выразить чувства, которые он испытывал в данный момент. Он взял одну руку Эмберли в свою, а другой обнял ее за талию и начал покачиваться в танце, фальшиво напевая себе под нос.

– У тебя есть плейлист для меня? – спросила она, наклонив голову набок и прижавшись щекой к его плечу.

– Да. Это несколько песен, которых, возможно, нет на твоих пластинках. – Он составил этот плей-лист сегодня днем после ее ухода. Ему захотелось сделать ей приятное.

В ответ она слабо ему улыбнулась. Он продолжал с ней танцевать, зная, что бывают ситуации, когда слова излишни. Зная, что бывает боль, которую способно притупить лишь время.

– Мне нравится эта песня, – сказала Эмберли.

– Мне тоже.

Он хотел, чтобы вместе им было лучше, нежели поодиночке. Они могли побуждать друг в друге лучшее. Сегодня он почувствовал, что они преодолели первое препятствие. Но он знал, что их осталось еще много.

– Думаю, мы будем больше чем просто друзья, – заявил он.

– Я тоже так думаю. Я хочу от тебя большего, нежели дружба. Но я не хочу совершить еще одну ошибку. Я выбрала мужчину, у которого до сих пор не было со мной ничего общего. Мужчину, который смотрит на мир не так, как я.

– Ты мне дорога, моя прекрасная сельчанка.

– А ты дорог мне, мой горожанин.

Заиграла следующая песня под названием «Сексуальная красотка вернулась», и Эмберли вопросительно подняла бровь.

– Вот черт. Не знаю, как она сюда затесалась, – пробормотал Уилл.

– Возможно, ты думал о том, как закончится наше свидание, – ответила она с дерзкой улыбкой.

Музыка сделала то, чего не смог сделать он. После пяти песен он обнаружил, что Эмберли полностью расслабилась. Она улыбалась и смеялась, и он был рад, что ему удалось ее развеселить.

– Ну, что скажешь? В твоей жизни есть место для технологий двадцать первого века?

– Ты тупица, Уилл. Я же говорила тебе, что тоже пользуюсь музыкальными приложениями на смартфоне.

– Да, но ты сказала, что ты слушаешь на смартфоне лишь ту музыку, которую давно любишь.

– Не все песни, которые ты выбрал, новее тех, которые слушаю я, – заметила она. – Думаю, тебе нравится та же музыка, что и мне.

– Она мне действительно нравится. Я пытался сделать так, чтобы ты расслабилась, – ответил он, понимая, что они оба говорят о второстепенных вещах, чтобы не говорить о своих истинных эмоциях.

– Спасибо тебе.

– Пожалуйста. Как насчет десерта?

– Предлагаешь мне сладкое?

Ее задор вернулся. Именно на это он и надеялся.

– Да. Я заказал ананасовый чизкейк с карамельным соусом.

– Звучит заманчиво, – ответила она. – У меня слюнки потекли.

– Именно на это я и рассчитывал.

Уилл выдвинул для нее стул, и она села на него. Все, что он заказал, приготовил шеф-повар из Ройяла.

– Хочешь кофе или еще вина?

– Кофе.

– Без кофеина?

– Боже упаси.

Он тоже терпеть его не мог. Это означает, что у них есть еще кое-что общее. Он налил им обоим по чашке кофе, затем снова занял место напротив нее. Глядя на ночное небо, он игнорировал вопросы, которые вертелись в его голове.

– Я все никак не могу наладить работу приложения, так что я не знаю, увидим ли мы сегодня что-нибудь интересное в ночном небе, – сказал Уилл.

– Ничего страшного, – ответила она. – Меня вполне устраивает просто сидеть здесь и смотреть на тебя.

– Правда?

– Да. Та программа, которую ты вчера установил в клубе, уже дала результат?

– Возможно. Ты знакома с Адамом Хаскеллом?

– Знаю ли я его лично? Нет. Но я наслышана о его репутации. Похоже, он имеет зуб на всех жителей города. Знаешь, он низко оценил в «Йелпе» мои уроки верховой езды, хотя не брал у меня ни одного урока.

– Я не удивлен. Его имя всплыло в одной из ссылок, которые выдал трекер. Затем я ввел его имя в поисковик, и полученная информация навела меня на мысль о том, что, вполне вероятно, это он похищает личные данные и выкладывает их в Сеть. Ты, случайно, не знаешь, насколько хорошо он разбирается в компьютерах? – спросил Уилл. – Для того чтобы оставить негативный отзыв в «Йелпе» и нападать на людей в социальных сетях, не нужно обладать высоким уровнем компьютерной грамотности.

По правде говоря, Уилл думал, что Мэверик не занимается подобной ерундой.

Глава 10

Только Уилл собрался задать Эмберли следующий вопрос о Хаскелле, как зазвонил его смартфон.

– Прости, но я должен ответить.

– Конечно, ответь.

– Брейди слушает.

– Это Сент-Клауд, – раздался в трубке голос Макса. – Где ты, черт побери? Похоже, Хаскелл тот человек, которого мы ищем. Мне нужно, чтобы ты прямо сейчас приехал в Ройял. За его машиной сейчас гонятся полицейские, а я сейчас получаю у шерифа ордер на обыск его дома. Мне нужно, чтобы ты приехал, залез в его компьютер и узнал, тот ли он, кого мы ищем.

Уилл не был готов заканчивать свой вечер с Эмберли, но он приехал сюда работать, и работа должна быть для него на первом месте. Когда Мэверик будет пойман, он сможет полностью сосредоточиться на своих отношениях с Эмберли.

– Я приеду сразу, как только смогу, – сказал он.

– Хорошо. Я пришлю тебе сообщение с адресом Мэверика. Встретимся там.

Разорвав соединение, он посмотрел на Эмберли:

– Хаскелл в бегах. Макс просит у шерифа разрешение на то, чтобы я покопался в его компьютере. Прости, что пришлось прервать наше свидание.

– Не извиняйся. Я так же, как и все остальные в Ройяле, хочу, чтобы этого мерзавца Мэверика поймали. Я могу чем-нибудь тебе помочь?

– Возможно, ты смогла бы мне помочь, если бы нас впустили в дом Хаскелла.

– Полиция мне позволит?

– Не знаю, – ответил он. – Но я не хочу, чтобы наше с тобой свидание заканчивалось.

– Я тоже не хочу этого. Я поеду с тобой. Мне пока еще не хочется возвращаться домой.

– Хорошо. Тогда я сейчас позвоню шоферу, и он за нами приедет.

Вскоре за ними приехал лимузин и отвез их в гостевой коттедж Уилла. Переложив из него коробку с сюрпризом для Эмберли в свою машину, Уилл направился в дом. Взяв флешку с нужной программой, заглянул к Фэй и предупредил Эрин, что ему нужно уехать в город по делам, и они с Эмберли сели в его машину и направились в Ройял.

– Я даже представить себе не могла, что твоя работа такая интересная, – сказала Эмберли. – Я думала, что ты целыми днями сидишь за компьютером, разрабатываешь программы и анализируешь данные.

Уилл рассмеялся:

– Обычно так оно и есть. В большом городе Хаскелл смог бы тихо ускользнуть. Будь он умнее, он не стал бы убегать от полиции.

– Если верить слухам, Хаскелл не блещет умом.

Уилл был уверен, что сможет получить ответы на свои вопросы, когда проверит компьютер Хаскелла.

– Ловля киберпреступников обычно происходит не так. Хотя однажды мне пришлось догонять убегающего хакера. Он установил на полицейский сканер программу, которая предупредила бы его, если бы копы решили нагрянуть к нему домой. Разработанный им код был хитрым, и мне пришлось поломать голову, чтобы понять, как он функционирует.

Уилл попытался убедить хакера перестать взламывать системы безопасности и начать работать на него, но парень отказался.

– Тебе было страшно? У киберпреступников есть оружие?

– У некоторых есть. Обычно я нахожу улики, передаю их копам и не езжу вместе с ними на задержание преступника, но бывают и исключения. Однажды мне пришлось надеть бронежилет и сидеть в грузовике со спецназом. Рядом со всеми этими крутыми парнями с оружием и в обмундировании я с ноутбуком на коленях чувствовал себя ботаником.

– Ты не похож на ботаника, – сказала Эмберли.

– Спасибо. Мне жаль, что наше свидание продолжилось таким образом.

– А мне нет. По правде говоря, это самое интересное приключение в моей жизни Уилл покачал головой. Ее голос был веселым, и он вдруг понял, как она молода. Да, она младше его всего на четыре года и пережила сильное потрясение в восемнадцать лет, но сейчас она чуть ли не хлопала в ладоши, словно мысль об участии в расследовании приводила ее в восторг.

– Почему ты так на меня смотришь? – спросила она.

– Как?

– Ты знаешь как.

– Э-э… мы приехали, – произнес Уилл, свернув на подъездную аллею, ведущую к обветшалому дому в фермерском стиле. Его двор зарос, у входа были таблички «Не ходить по газонам» и «Коммивояжерам не беспокоиться».

Когда они выбрались из машины, Уилл заметил в переднем окне вывеску «Охраняется „Смит и Вессон“».

– Не самый дружелюбный человек, – заметила Эмберли.

Макс ждал их у входа в дом. На обочине была припаркована патрульная машина с работающей мигалкой. Соседи смотрели в окна, но на улицу никто из них не вышел.

– Спасибо, что приехал. Шериф и его ребята собираются нам помочь. Пока ты будешь копаться в компьютере, мы поищем другие улики, – сказал Макс. – Я прервал твое свидание?

– Да.

– Прости. Мне жаль, что это не произошло в другой вечер.

– Мне тоже, но что тут поделаешь? Давай приступим к работе.

– Ты знаком с Эмберли Холбрук? Она работает на ранчо Клэя.

– Рад с вами познакомиться, Эмберли, – сказал Макс.

– Я тоже, – ответила она.

Вся группа вошла в дом Хаскелла. Макс, Уилл и Эмберли пошли искать компьютер.

– Он выглядит не слишком новым, – заметил Макс, когда они нашли его.

– Да, ему лет десять, – ответил Уилл. – Впрочем, хакеру и не нужен современный или сверхмощный компьютер.

Сев на потрепанный стул, он начал работать. В воздухе витал аромат духов Эмберли, и он подумал, что впервые за последний год не хочет, чтобы работа отвлекала его от реальной жизни. Ведь сегодня он обрел то, чего ему давно так не хватало.

Пока работала компьютерная программа, загруженная Уиллом, Макс и Уилл тихо разговаривали, а Эмберли стояла у стены, чтобы никому не мешать.

Она никогда раньше не видела Уилла за работой и с интересом наблюдала за ним. Он вставил флешку в порт, нажал несколько клавиш. На экране появились строчки текста, и его пальцы забегали по клавиатуре.

– Он один из лучших в мире, – сказал Макс Сент-Клауд, встав рядом с ней. Она знала об этом человеке лишь то, что он был партнером Уилла и что его невестой была Натали Валентайн, дизайнер свадебных платьев.

– Да, он очень хороший, – ответила Эмберли и поняла, как нелепо это прозвучало. – Простите мне мою неловкость. Я лучше лажу с лошадьми, чем с людьми.

Макс мягко рассмеялся:

– Все в порядке, не извиняйтесь. Мне, наверное, следовало оставить вас одних в комнате, но мне было любопытно на вас посмотреть.

– Почему?

– После того как… после рождения Фэй Уилл с головой ушел в работу. Думаю, вы первая женщина, которую он с тех пор пригласил на свидание.

– Так оно и есть, – сказала она.

– Хорошо. Вы мне поможете поискать флешки, другие устройства для хранения данных вроде съемного жесткого диска и планшетный компьютер?

– Конечно. Но как выглядит съемный жесткий диск?

Макс улыбнулся:

– Как тоненькая прямоугольная коробочка. Пойдемте со мной. Шериф выдаст нам перчатки.

Эмберли проследовала за ним в другую комнату, где им дали инструкции.

– Если мы разделимся и вы пойдете в гостиную, а я в спальню, так будет быстрее, – сказал Макс.

– Я тоже так думаю.

Сразу, как только Эмберли вошла в захламленную гостиную, ее внимание приковала стопка газет рядом с креслом-качалкой. Она была такой высокой, что доходила почти до подлокотника.

Она взяла газету, лежащую сверху. Это был выпуск «Ройял газетт» двухнедельной давности. В ней была заметка, рассказывающая о том, что в город приехал компьютерный специалист Уилл Грейди, чтобы поймать Мэверика.

Слово «Мэверик» было подчеркнуто ручкой, и это было интересно. Эмберли просмотрела еще несколько выпусков этого же издания и заметила, что каждая заметка о хакере была обведена.

Эти статьи для Хаскелла что-то вроде трофеев? Ему доставляет удовольствие читать о себе в прессе? Или, может, Хаскелл таким образом отдает дань уважения человеку, который так же, как и он, пакостит жителям Ройяла? Положив газеты на кресло, чтобы показать их полицейским, она принялась осматривать то, что в беспорядке валялось на столе. Там был пузырьки с таблетками и старый учебник для компьютерных курсов. Положив книгу на кресло, она продолжила поиски.

До сих пор она думала о Хаскелле как о старом брюзге, которого несколько раз видела в городе, поэтому фото, найденное ею на одной из книжных полок, показалось ей необычным. На нем Хаскеллу было чуть за двадцать. Он обнимал стоящую рядом с ним девушку и улыбался в камеру. Интересно, что стало с этой женщиной? Жила ли она когда-то в Ройяле? Была ли она причиной, по которой он ненавидел жителей города?

– Вы что-нибудь нашли? – спросил вошедший в комнату Макс.

– Газеты, в которых он подчеркнул каждое упоминание о Мэверике. Возможно, это имеет значение. Я видела нечто подобное в документальном фильме о серийных убийцах. Там говорилось, что для преступников упоминания об их злодеяниях могут быть чем-то вроде трофеев. Еще я нашла на столе учебник для компьютерных курсов. Может, он решил освежить свои знания? В комнате полно хлама и пыли.

– Этого полно во всем доме, – заметил Макс. – Думаю, что газеты могут быть зацепкой. Дайте мне, пожалуйста, книгу.

Эмберли протянула ему учебник. Он пролистал его и в самом конце в разделе для заметок обнаружил сделанные от руки записи.

– Надо показать это Уиллу.

Они вернулись в комнату, в которой работал Уилл.

– Преступник определенно использовал внешний источник, – сообщил им он. – Вы что-нибудь нашли?

– Вот это. – Макс передал ему учебник. – По этой книге Хаскелл изучал азы компьютерной грамотности. В конце есть записи, сделанные от руки. Этот учебник не содержит информации, которая помогла бы ему маскировать его присутствие в Сети. Пойду сообщу об этом остальным.

Когда он удалился, Эмберли положила руки на плечи Уилла, и он прижал ее к себе. Она видела, что он был расстроен, и ей хотелось его утешить.

– Давай закончим работать здесь и продолжим наше свидание, – сказал он. – Его я пока не готов закончить.

Эмберли надеялась, что ей удалось сохранить внешнее спокойствие. Она знала, что уже не будет прежней. Рассказав Уиллу о своем прошлом, она неожиданно для себя освободилась от тяжелого груза.

Она слышала голоса за стеной. Затем вернулся Макс и позвал их с Уиллом в гостиную. Мужчины разговаривали, а она просто стояла посреди захламленной комнаты, чувствуя каждой клеточкой своего тела, что ее жизнь изменилась навсегда.

Сердце ее наполнилось надеждой, когда она подумала, что, похоже, наконец нашла мужчину, которому может доверять.

Глава 11

– Думаю, мне следует отвезти тебя домой, – сказал Уилл Эмберли, когда они покинули дом Хаскелла.

– Хорошо, – ответила она и посмотрела на часы. – Завтра мне нужно рано вставать и заниматься лошадьми.

– Подожди минутку. – Оставив ее у своей машины, он повернулся и направился к Максу.

Наблюдая за ними, Эмберли вспоминала свой разговор с Максом. Она так и не поняла, предупредил он ее о том, что она должна быть осторожной с его другом или намекал на то, что Уилл еще не готов к новым отношениям.

Эмберли поежилась. Ночь была прохладной, но причиной ее дрожи была неуверенность. Она прекрасно знала то, что сказал ей Макс, но, услышав от другого человека, что она первая женщина, за которой Уилл начал ухаживать после смерти Люси, она вдруг подумала, что, возможно, зря согласилась пойти с ним на свидание. Что с ее помощью он, возможно, просто пытается справиться со своей утратой.

Но ее сердцу и ее телу было все равно. Возможно, временные отношения – это то, что ей сейчас нужно. Он для нее первый во многих смыслах. Он первый мужчина, которому она рассказала о том, что с ней произошло шесть лет назад. Он первый мужчина, которым она с тех пор по-настоящему заинтересовалась.

Шесть лет назад она думала, что любит Сэма, но потом поняла, что ошибалась. Чувства, которые вызывал у нее Уилл, были гораздо сильнее, но она не знала, настоящие ли они. Ей было трудно держать под контролем свои эмоции. Когда Уилл вернулся, снял с себя смокинг и набросил ей на плечи, она поняла, что борьба, которая идет внутри ее, закончится не в пользу здравого смысла.

– Если Макс что-то узнает, он мне позвонит, – сказал он. – Поехали домой.

Домой.

При упоминании о доме она вспомнила, как они с Уиллом внимали на видео Фэй, и ей не захотелось прогонять этот образ. Наблюдая за тем, как Фэй делает свои первые шаги, она испытывала столько радости, сколько давно не испытывала. Она поняла, что может иметь семью. Что для этого ей не обязательно рожать ребенка. Одна ее часть понимала, что так думать опасно, другая уже рисовала картины счастливой семейной жизни вместе с Уиллом и Фэй.

– Хорошо.

Уилл открыл для нее пассажирскую дверцу, и она, забравшись на сиденье, просунула руки в рукава его смокинга. От него пахло одеколоном. Застегнув ремень безопасности, она запустила руки в карманы и нащупала в одном из них какую-то карточку.

Она достала ее. Это была фотография Люси. При мысли о том, что Уилл носит в кармане фото своей покойной жены, она испытала чувство горечи.

Водительская дверца открылась, и она начала поспешно убирать фото назад в карман, но оно зацепилось за ткань, и Уилл уставился на ее руку:

– Что это?

Эмберли передала ему снимок:

– Вот.

– Я не надевал этот смокинг со дня ее похорон, – сказал Уилл. – Я даже не знал, что в кармане ее фотография.

Он посмотрел на снимок и провел пальцем по лицу Люси. У него было отсутствующее выражение лица, и она вдруг почувствовала себя лишней. Ей не следовало залезать в карманы его смокинга. Ей не следовало принимать его приглашение. Ей не следовало в него влюбляться. Физически Уилл находился рядом с ней, но мысли его витали далеко. Сможет ли он когда-нибудь расстаться со своим прошлым и быть с ней?

– Ты ей понравилась бы, – сказал он.

– Правда? – пробормотала она.

– Да.

– Я не цепляюсь за прошлое. Сегодня все не так, как было вчера.

– Ты не должен ничего мне объяснять.

– Но я хочу. Люси умерла, но она всегда будет частью моей жизни, потому что Фэй ее дочь.

– Я это понимаю. Я правда не расстроена.

Эмберли постаралась, чтобы эта ложь прозвучала как можно более убедительно. Она совсем не чувствовала уверенности. Ей было жаль себя.

– Эмберли.

Посмотрев на Уилла, она обнаружила, что он напряжен.

– Я хочу, чтобы ты знала, что я встречаюсь с тобой не только для того, чтобы справиться со своей потерей. Что я не вожу тебя за нос и не использую в своих целях.

Ей хотелось ему верить. Это были именно те слова, которые она хотела услышать, но она не была уверена, что сказала правду.

Уилл отвез Эмберли к ней домой. Там она сняла с себя его смокинг и вернула ему.

– Спасибо за интересный вечер.

– Пожалуйста.

Ему хотелось войти в дом. Чутье подсказывало ему, что ему не следует просто так ее отпускать, но он не был уверен, что продолжить их свидание было бы правильным решением. Поэтому сразу, как только за ней закрылась дверь, он уехал.

Приехав к себе, он какое-то время сидел в машине и смотрел на фотографию Люси. Их совместная жизнь была простой. Они познакомились в колледже. Оба происходили из одной социальной среды, и все говорили, что они были созданы друг для друга. Он любил и уважал Люси, но за несколько месяцев до рождения Фэй они почему-то начали ссориться и отдаляться друг от друга. Иногда он думал, что чувствовал себя виноватым именно по этой причине.

Войдя в дом, он прямиком направился в детскую. Достав из кармана фото Люси, он перевел взгляд с него на спящую малышку и подумал, что она с каждым днем становится все больше похожей на свою мать.

Когда он в очередной раз подумал, что ему придется растить дочку в одиночестве, его сердце пронзила боль. Сможет ли другая женщина однажды занять место Люси в их с Фэй жизни?

Ему очень нравилась Эмберли. Он хотел ее, но не был уверен, подходит ли он ей.

Будь она легкомысленной искательницей удовольствий, он без раздумий закрутил бы с ней роман. Но она не была такой. Когда она сегодня рассказала ему о трагедии, которая произошла с ней шесть лет назад, он понял, что не должен разбрасываться обещаниями, которые, возможно, не сдержит. Эмберли очень ранима. Она заслуживает больше, чем он может ей дать.

Проворочавшись остаток ночи без сна, он рано встал и пошел на кухню, где Эрин заканчивала кормить Фэй. Налив себе чашку кофе, он сел за стол.

– Как прошло твое свидание? – спросила Эрин.

– Хорошо. Вчера мы значительно продвинулись в деле Мэверика.

– Отлично. Это означает, что мы не задержимся здесь надолго?

– Я пока не знаю. Почему ты спрашиваешь?

– Просто хотела узнать, не пора ли мне начинать собирать вещи.

– Мы останемся здесь по меньшей мере до конца месяца.

– Мне нужно съездить в город.

– Поезжай. Я побуду с Фэй.

– Ты правда не против?

– Конечно нет. Я хочу наверстать упущенное за вчерашний вечер. Кроме того, вчера ты переработала.

– Ты же знаешь, что я не возражаю.

Уилл кивнул:

– Да. Но я также знаю, что ездить за покупками удобнее без Фэй.

– Это правда. Спасибо тебе, Уилл.

– Не за что. Поезжай. А мы с Фэй поработаем.

Кивнув, Эрин покинула кухню.

– Привет, ангелочек, – поздоровался Уилл с дочкой, погладив ее по щеке. – Ты покушала?

Фэй задергала ручками и улыбнулась ему:

– Да-да-да!

– Иди-ка сюда.

Допив кофе. Уилл взял ее на руки и зарылся лицом в ее мягкие кудряшки. Поменяв ей подгузник, он отнес ее в свой кабинет.

– Ты поможешь папе работать?

– Да-да-да!

– Другого ответа я и не ждал.

Посадив Фэй на диван, он дал ей игрушечную клавиатуру, после чего взял ноутбук и сел рядом с ней. Фэй принялась нажимать пальцами на кнопки, копируя его движения, и он мягко рассмеялся. Она рассмеялась в ответ. Возможно, однажды его дочь станет компьютерным гением.

Он понимал, что ему следовало начать работать с информацией, которую он нашел в компьютере Хаскелла, но его мысли были заняты Эмберли. Он набрал ее имя и фамилию в строке поисковика и, пройдя по одной из ссылок, обнаружил старую газетную статью, посвященную родео. Юношеские состязания в скачках вокруг расставленных бочек выиграла Эмберли. Там было ее фото. На нем она была совсем юной, и улыбка ее была открытой и веселой.

Сравнив девочку на фото с женщиной, которую он знал, он заметил, как сильно ее изменили переживания. Бросив на пол игрушку, Фэй подползла ближе к нему, уставилась на экран и начала что-то лепетать на своем детском языке.

Неужели она узнала Эмберли? Он оказывает своей дочери плохую услугу, позволяя ей привязаться к Эмберли, тогда как он не знает, что происходит между ним и этой женщиной. Да, он сказал Эмберли, что у них может быть будущее, но сейчас он в этом сомневался. Как он может что-то ей обещать, когда он точно знает, что не останется в Ройяле? Ведь его семья и родители Люси живут в Белвью.

После того как она увидела фото Люси в кармане его пиджака, захочет ли она с ним быть? Думает ли она, что он по-прежнему любит свою покойную жену?

У него не было ответов на эти вопросы. Его переполняли неуверенность и грусть. Эмберли ему подходит. Они совсем не похожи друг на друга. Возможно, его так тянет к ней именно по этой причине. Она дерзкая и смелая и говорит то, что думает. Он всей душой хотел, чтобы она была такой счастливой, как на фото на экране.

Он не хотел уподобляться мерзавцу с ранчо для отдыхающих, который использовал ее в своих целях, а затем бросил. Мерзавцу, из-за которого она боялась доверять мужчинам.

Но как он сможет сделать Эмберли счастливой, не рискуя при этом собственным душевным спокойствием? Держа за руку умирающую Люси, он поклялся самому себе, что больше никогда не влюбится. Он дал себе слово, что больше никогда не будет чувствовать себя таким одиноким и беспомощным.

В понедельник Эмберли все утро работала с лошадьми, изо всех сил стараясь не думать об Уилле. Днем приехала Кара со свежими новостями об Адаме Хаскелле. Удирая от полицейских, он разбился на машине, и его доставили в больницу на вертолете.

– Он все еще в критическом состоянии, – сказала Кара. – Шериф Бэтл забрал его машину для обыска.

Все это означает, что Хаскелл, скорее всего, и есть Мэверик и Уилл не задержится надолго в Ройяле. Эмберли была расстроена тем, как закончилось их свидание, и одновременно с этим злилась на себя за то, что гордость не позволила ей пригласить его в дом и отдаться ему. Но она так устала бороться за него с призраком Люси.

– Что ты знаешь о Хаскелле? – спросила Эмберли у своей помощницы. Семья Кары жила в Ройяле на протяжении нескольких поколений.

– Не так много. Он определенно не любит школьников. Однажды я попыталась продать ему подписку на журнал, а он меня обругал. Мне было очень неприятно.

После этого они еще двадцать минут работали с лошадьми.

– Эмберли? – обратилась к ней затем Кара.

– Да.

– Ты посмотришь, как я объезжаю бочки? Я постоянно теряю секунду-две и не понимаю где.

– Конечно, посмотрю. Я пойду на площадку, а ты седлай лошадь.

Покинув конюшню, Эмберли пошла на тренировочную площадку, чтобы убедиться в том, что бочки расставлены надлежащим образом. Направляясь туда, она заметила Эрин, двигающуюся ей навстречу. На руках у нее была Фэй, одетая в джинсовый комбинезон и рыжую рубашку с длинным рукавом.

– Привет, девчонки, – поздоровалась Эмберли с гостьями.

Фэй что-то залепетала и потянулась к ней. Эмберли дала малышке руку и позволила схватить ее за палец.

– Привет, – сказала Эрин. – Мы отправились на дневную прогулку и решили посмотреть лошадок.

– Отлично. Кара сейчас приведет сюда лошадь и будет тренироваться. Думаю, вам будет интересно за этим понаблюдать.

У Эмберли было такое чувство, будто Эрин пришла сюда не только для того, чтобы посмотреть на лошадей. Когда Кара вышла из конюшни и увидела Эрин с малышкой, она вопросительно посмотрела на Эмберли.

– Разомнись, Кара, – ответила та. – Когда будешь готова начать тренировку, дай мне знать.

– Прости, что помешала тебе работать.

– Все в порядке. Я как раз собиралась передохнуть. До сих пор ты ни разу не приходила в конюшню. Ты любишь лошадей? – спросила Эмберли.

– Они очень красивые. Я читала книги о них, но ни разу не каталась верхом.

– Мы можем это исправить. Хочешь, я научу тебя ездить на лошади?

– Было бы здорово, но я не знаю, когда это можно устроить, – ответила Эрин.

– Лучший способ познакомиться с лошадьми – начать за ними ухаживать. Думаю, Фэй понравится в конюшне. Когда Кара закончит тренироваться, мы все пойдем к лошадям.

– Хорошо.

Фэй начала извиваться в руках у Эрин и снова потянулась к Эмберли. Няня удивленно подняла бровь и передала ей ребенка. Прижав к себе малышку, Эмберли подумала, что ей будет очень не хватать Фэй и Уилла, когда они уедут. Несмотря на то что она не так много времени провела с Фэй, она к ней привязалась. Это было крайне неосмотрительно с ее стороны.

Подъехав к забору, Кара улыбнулась Фэй:

– Кто эта маленькая принцесса?

– Фэй Брейди, дочка Уилла, – ответила Эмберли.

– Она просто прелесть, – сказала ее помощница.

Эмберли не могла с ней не согласиться. Она вдруг поняла, что хочет стать матерью для этой девочки. К сожалению, это было невозможно. Хаскелл разоблачен, и это означает, что Мэверик больше не будет пакостить жителям Ройяла и они перестанут нуждаться в профессиональных услугах Уилла. Они с Фэй скоро уедут, забрав с собой часть ее сердца.

Вернув Фэй Эрин, она достала из кармана смартфон и велела Каре занять стартовую позицию.

Ранчо, лошади, подготовка к родео – вот что составляет ее жизнь, и ей не следует тешить себя напрасными надеждами.

Глава 12

Уиллу сообщили, что шериф Бэтл обнаружил в машине Хаскелла жесткий диск и другие улики. Днем полиция привезла их к нему домой, и он сразу начал пытаться взломать пароль, чтобы получить доступ к информации на диске. Кодировка отличалась от той, которую он обнаружил на домашнем компьютере Хаскелла. Она была сложной и замысловатой. Уилл не сталкивался ни с чем подобным раньше и сомневался, что оба кода создал один и тот же человек. Чтобы взломать пароль на жестком диске, Уиллу пришлось вспомнить времена своей юности, когда он незаконно проникал в разного рода базы данных.

Через шесть часов ему наконец удалось взломать код и найти все файлы, с помощью которых Мэверик шантажировал жителей Ройяла. Он тут же позвонил шерифу, и тот велел ему немедленно приехать в полицейский участок.

– Я все сделал, – сообщил он шерифу при встрече. – Диск содержит все файлы и алгоритмы, с помощью которых он получал доступ к чужим телефонам и страницам в соцсетях. Это неопровержимые улики.

– Именно это я и хотел от вас услышать, – сказал шериф Бэтл, доставая из кармана мобильный телефон. – Я сейчас позвоню в больницу и узнаю, пришел ли он в себя и можно ли его допросить. Спасибо вам за помощь, Уилл.

– Это моя работа, шериф.

Шериф отошел в сторону, набрал номер и попросил соединить его с доктором Лукасом Уэйкфилдом. Уилл попытался прислушаться к разговору, но в этот момент ему пришло сообщение от Макса, который только что приехал в участок. Уилл вышел из кабинета шерифа и встретил его в коридоре.

– На жестком диске есть вся информация, доказывающая вину Хаскелла. Бэтл сейчас разговаривает по телефону с его врачом. Он хочет узнать, когда Хаскелла можно будет допросить. Меня беспокоит, что кодировка и алгоритмы на жестком диске намного сложнее, нежели те, которые я обнаружил на домашнем компьютере Хаскелла. Скорее всего, их создали два разных человека, а может, преступник просто попытался пустить нас по ложному следу, – сообщил Уилл своему другу. – Я напишу несколько вопросов, чтобы шериф задал их Хаскеллу, когда поедет к нему в больницу.

– Никакого допроса не будет, – заявил шериф Бэтл, выйдя в коридор. – Хаскелл мертв.

Машина Хаскелла на бешеной скорости врезалась в отбойник на шоссе. Спасателям пришлось раздвигать ее искореженный корпус с помощью «челюстей жизни», чтобы извлечь из нее пострадавшего.

– Вот черт, – пробормотал Уилл.

Ему не нравилось отсутствие полной ясности в этом деле. Он привык ловить хакеров и видеть, как в результате его работы они отвечают перед законом. В деле Мэверика явно что-то было не так. Найти жесткий диск с уликами в машине Хаскелла оказалось слишком просто. Впрочем, он вряд ли ожидал, что попадет в аварию и умрет.

Макс выругался покрепче. Шериф сдержался, но он тоже не выглядел радостным.

Уилл испытывал чувство неудовлетворения. Он был мастером своего дела, и его удручало то, что он потратил так много времени на разоблачение Мэверика. Что человек, живший в обветшалом доме и изучивший основы компьютерной грамотности на курсах в местном колледже, несколько месяцев держал в напряжении весь город, пока не умер в больнице после дорожной аварии.

Факты, которыми располагал Уилл, никак не хотели выстраиваться в логичную схему.

– Вы, кажется, говорили, что у Мэверика, возможно, был сообщник, – обратился шериф к Уиллу.

– Это было всего лишь предположение. Хаскелл мертв и не сможет ни подтвердить его, ни опровергнуть. Возможно, он был гораздо умнее, чем все думали, и он использовал свою репутацию среди жителей Ройяла как прикрытие.

– Вы уверены, что я теперь могу сообщить горожанам, что Хаскелл был Мэвериком?

Уилл совсем не был в этом уверен, и это было на него не похоже. Он позволил Эмберли отвлечь его от работы и проглядел что-то очевидное? Разумеется, он не мог сказать об этом шерифу и Максу, которые ждали его ответа.

– Жесткий диск принадлежал Мэверику, – произнес он. – Это точно. Но веских доказательств того, что содержащиеся там алгоритмы создал Хаскелл и что диск принадлежал ему, нет.

– Это не очень хорошо, – ответил шериф.

– Вы можете объявить, что Мэверик пойман, и посмотреть, что будет, – предложил Макс.

– Я все еще слежу за работой программы, которая установлена на сервере клуба, и могу использовать код с жесткого диска для трассирования программы, чтобы посмотреть, не принадлежит ли он какому-то известному хакеру из «темного» Интернета, – сказал Уилл.

– Хорошо. Давайте сделаем и то и другое. Я устрою пресс-конференцию и сообщу, что мы считаем, что Хаскелл был Мэвериком. Если хакерских атак больше не будет… Черт побери, я не люблю работать, основываясь лишь на догадках, – произнес шериф Бэтл.

– К сожалению, без показаний Хаскелла информации, содержащейся на жестком диске и на его домашнем компьютере, недостаточно, чтобы утверждать, что он был Мэвериком, – заметил Уилл. Он был уверен, что дело не раскрыто и скоро произойдет что-то еще.

Шериф вздохнул:

– У нас нет другого выхода, кроме как разыгрывать те карты, которые есть у нас на руках.

– Вполне возможно, что мы имеет дело с группой хакеров, – предположил Уилл. – В этом случае после смерти Хаскелла другие ее члены могут залечь на дно.

Попрощавшись с ними, шериф отправился готовиться к конференции, а Макс предложил Уиллу чего-нибудь выпить, и они поехали в Клуб техасских скотоводов.

Тридцать пять минут спустя они уже пили скотч и смотрели по телевизору в баре клуба пресс-конференцию шерифа. Услышав, что Мэвериком был Адам Хаскелл, большинство посетителей бара не очень удивились.

– Он имел зуб на всех жителей Ройяла, – заметил кто-то.

– Думаю, он таким образом мстил им за то, что они якобы относились к нему с пренебрежением.

Потягивая скотч, Уилл по-прежнему не мог избавиться от ощущения, что ставить точку в этом деле еще рано. Через несколько минут к ним присоединилась Челси Хант. Уиллу было достаточно один раз взглянуть на ее лицо, чтобы понять, что она тоже не верит, что кибератаки закончились.

– Шериф ввел меня в курс дела до начала пресс-конференции, – сказала Челси, сев рядом с Максом.

– Я не ожидал, что все закончится таким образом, – ответил тот.

– Что-то мне подсказывает, что еще ничего не закончилось, – пробормотал Уилл.

И он оказался прав.

Когда три часа спустя он ехал назад на ранчо, ему позвонил шериф и сообщил, что на сайте «Скинтерест» появились фото обнаженной Челси Хант. Поскольку он не был близко знаком с Челси, он не стал ей звонить, а вместо этого связался с Максом.

– Сент-Клауд слушает, – раздался в трубке голос Макса.

– Это Уилл. Я еще не добрался до компьютера, но я хочу, чтобы вы с Челси оба знали, что я могу сделать трассировку и узнать, было ли размещение этих фото автоматически отсрочено, или преступник отправил их на сайт сразу после пресс-конференции шерифа.

– Хорошо. Будем ждать твоего звонка. Похоже, дело выходит из-под нашего контроля. Челси вне себя от ярости. Нам нужно узнать, запрограммировал Хаскелл отправку снимков заранее или их отправил кто-то другой после его смерти.

– Я сделаю все возможное и свяжусь с вами. До скорого, – ответил Уилл и разорвал соединение.

Неудивительно, что злоумышленник выбрал Челси в качестве очередной жертвы. В конце концов, она первая начала борьбу с Мэвериком, обратившись за помощь к своему давнему другу Максу.

Приехав домой, Уилл запустил трассировку с сайта «Скинтерест» и сообщил Максу, что через несколько часов у них будет какая-то информация. Его переполнял гнев.

Как он и предполагал, Мэверик утер им всем нос. Он дождался окончания конференции, во время которой шериф сообщил, что преступником был покойный Адам Хаскелл, после чего загрузил на сайт фотографии обнаженной Челси.

Уилл сообщил об этом Максу, и тот дал ему отдохнуть до конца дня. Сказал, что завтра они придумают, что будут делать дальше.

Уилл не стал писать, что сомневается, что они что-то придумают. Вместо этого он сел в машину и поехал туда, где ему хотелось быть.

Не имело значения, что их с Эмберли последнее свидание закончилось не так, как хотелось им обоим. Ему просто нужно было ее увидеть. Он нуждался в ней.

Дело Мэверика – это не единственное, что он не довел до конца в Ройяле. В его отношениях с Эмберли тоже была неопределенность. Он устал проигрывать. Ему надоело уклоняться от близости с ней. Ему нужно было с ней поговорить и не только. Но он не знал, как начать разговор об их отношениях, поэтому минут десять просто сидел в машине перед ее домом, не зная, следует ему выйти и постучаться в ее дверь или уехать. Возможно, ему сейчас лучше отправиться в город, найти шумный бар, напиться и, может быть, подраться с кем-нибудь, чтобы снять напряжение.

Вдруг входная дверь коттеджа открылась и в проеме появилась Эмберли. На ней были вылинявшие джинсы и облегающий топ. Ее волосы, как обычно, были заплетены в косу. Прислонившись к дверному косяку, она закусила нижнюю губу и встретилась с ним взглядом.

Уилл выключил хеви-метал, который слушал всю дорогу, и вышел из машины.

– Мы упустили Мэверика. Это не Хаскелл.

– Я слышала новости, – сказала Эмберли. – Кара переписывалась с подругой из города, и ей неожиданно пришла ссылка с сайта «Скинтерест».

– Я так… Я расстроен и сбит с толку. Я не мог поехать домой. Мне сейчас хочется быть только с тобой.

Эмберли кивнула:

– Тогда заходи.

Уилл пересек двор и поднялся по ступенькам. Она отошла в сторону, чтобы впустить его внутрь. Как только он вошел в дом и вдохнул ароматы яблок и корицы, его настроение начало улучшаться.

– Если ты хочешь чего-нибудь выпить, я могу угостить тебя пивом. Если хочешь поиграть в покер, я достану карты. Я могла бы предложить тебе покататься верхом, но я бы не советовала тебе садиться на лошадь, когда ты взвинчен. Это опасно и для лошади, и для наездника.

– Я не хочу кататься верхом.

– Тогда чего ты хочешь?

– Тебя, – ответил он. – Позволь мне заняться с тобой любовью.

На щеках Эмберли вспыхнул румянец. Несколько секунд она стояла неподвижно, затем захлопнула ногой дверь.

– Где ты хочешь это сделать? – спросила она.

– Ты уверена, что готова?

Несмотря на то что кровь бурлила в его жилах, он хотел дать ей возможность сказать «нет».

– Да, черти побери. Я безумно тебя хочу, Уилл. Когда я ложусь в постель, я всякий раз представляю себе, как мы с тобой занимаемся любовью. То, что произошло между нами тогда в машине, было прекрасно, но я хочу большего.

– Я тоже, – ответил он.

Уилл подошел к Эмберли вплотную, заключил ее в объятия и крепко поцеловал в губы. После этого он легонько прикусил зубами мочку ее уха, затем сказал:

– Я не знаю, как долго смогу быть с тобой на этот раз.

Вздрогнув от удовольствия, Эмберли схватилась за его плечи и слегка отклонилась назад.

– Все нормально, Уилл.

Она не покривила душой. Она так долго об этом мечтала. Мечтала о моменте, когда он забудет обо всем, кроме нее. Когда он будет нуждаться только в ней одной. Она не намерена его отпускать, не узнав, каков он во время близости. Схватившись за нижний край топа, Эмберли потянула его вверх. Большие теплые ладони Уилла нетерпеливо заскользили по ее животу и бокам. Сняв топ, она бросила его на пол. Уилл положил руки ей на талию и развернул ее лицом к зеркалу в прихожей, затем медленно расстегнул ей джинсы. Эмберли уставилась на отражение его рук, скользящих по ее телу. Затем она подняла глаза и обнаружила, что он тоже за ней наблюдает.

Встретившись взглядом с ее отражением, он наклонился и прошептал ей на ухо:

– Мне нравится, как ты смотришься в моих объятиях.

Затем он сделал шаг назад и стянул с нее джинсы, под которыми у нее были белые трусики из хлопка. Не теряя времени даром, он расстегнул ей бюстгальтер и накрыл ладонями ее грудь. Она прижалась ягодицами к его бедрам и почувствовала, как сильно он возбужден. Его пальцы ласкали ее соски, глаза, смотрящие на ее отражение в зеркале, потемнели от желания.

Повернувшись к нему лицом, Эмберли обвила руками его шею, наклонила его голову и накрыла его губы своими. Ей хотелось делать все медленно, но разве это было возможно, когда она сгорала от страсти? Ведь он был воплощением мужчины, о котором она всегда мечтала, и она находилась в его объятиях.

Проведя руками по ее спине, он сжал ее ягодицы, затем запустил руку между ее бедер и принялся ласкать ее сокровенное местечко через ткань трусиков. Одновременно с этим он прикусил зубами ее сосок и начал обводить его кончиком языка. Эмберли вцепилась ему в волосы и простонала его имя. В ответ на это он переключился на другой сосок и принялся его посасывать.

Тогда она быстро расстегнула пуговицы на его рубашке и принялась покрывать поцелуями его грудь, при этом расстегивая его брюки. Уилл схватился за края трусиков и потянул их вниз. Эмберли в ответ сжала рукой восставший символ его мужского естества. Ей не терпелось почувствовать его внутри себя.

Издав громкий стон, Уилл рывком приспустил свои брюки вместе с трусами. Затем он приподнял Эмберли, раздвинул ей бедра, поласкал складку между ними и, заглянув ей в глаза, погрузил палец в ее влажную пустоту.

Эмберли испытывала приятные ощущения, однако ей хотелось большего. Она немного подвигала бедрами, принимая глубже его палец, но затем, закусив губу, схватила его за запястье.

– Что? – спросил он.

– Я хочу, чтобы ты вошел в меня, – произнесла она хриплым от желания голосом и почувствовала, как все его тело содрогнулось.

– Не беспокойся, я сделаю это, – ответил он, не убирая руку.

– Мне нужно, чтобы ты взял меня прямо сейчас.

Уилл поставил Эмберли на пол и развернул ее лицом к зеркалу.

– Что ты делаешь? – спросила она, бросив на него взгляд через плечо.

– Я хочу, чтобы ты видела, как я занимаюсь с тобой любовью. Наклонись слегка вперед.

Не сводя глаз с его отражения в зеркале, она сделала, как он велел.

– Сними рубашку. Я хочу видеть твою грудь.

Улыбнувшись, Уилл выполнил ее просьбу, затем придвинулся ближе, слегка согнул ноги в коленях, и она почувствовала, как его восставшая плоть потерлась о ее промежность.

Она подалась назад, готовясь его принять, но он не вошел в нее. Как он может ее дразнить, когда она вот-вот взорвется от желания?

– Уилл…

– Одну секунду, – ответил он. – Смотри в мои глаза в зеркале.

– Хорошо, – сказала она, встретившись взглядом с его отражением.

Одобрительно кивнув, он прикусил зубами ее плечо, накрыл ладонями ее грудь и потер пальцами затвердевшие соски. Затем его правая рука скользнула по ее телу, он скопировал позу Эмберли и наконец вошел в нее стремительным рывком.

Простонав его имя, она оперлась руками о комод, опустила голову и задвигала бедрами. Погружаясь глубже в ее заветную пустоту, он ласкал руками ее грудь и живот и шептал ей на ухо нежные слова.

Каждый толчок его тела приближал момент ее кульминации. В какой-то момент его движения участились, и она подхватила его ритм. Он просунул руку спереди между ее бедер и потер пальцем складку у входа в ее лоно. Эмберли захлестнула волна наслаждения, и она выкрикнула его имя и задрожала всем телом. Тогда Уилл накрыл ее руку, лежащую на комоде, своей, прижался губами сзади к ее шее, сделал финальный рывок и достиг собственного экстаза.

Их взгляды встретились в зеркале, и она поняла, что влюбилась в этого мужчину. Что она хочет от него не только секса. Что в нем нуждается не только ее тело, но и душа.

Глава 13

Подняв Эмберли на руки, Уилл отнес ее в гостиную и опустил на диван. Он дал ей физическую близость, которой она хотела, но она заслуживает большего. Она заслуживает романтическую ночь, которую запомнит надолго.

– Ты расслабился? – спросила она с ухмылкой.

– Сейчас я определенно спокойнее, чем в момент моего приезда сюда, – сказал он, посадив ее к себе на колени. – Прости, если я был слишком…

– Ты был великолепен. Эта близость была нужна нам обоим. Я впервые почувствовала, что ты полностью мне открылся.

Так оно и было, но ему не следовало этого делать, потому что он не был уверен, что в конце концов ее не отпугнет мрак, который был в его душе. Впервые за долгое время он так близко подпустил к себе другого человека и не знал, как ему быть дальше.

– Не хочешь со мной поговорить? – спросила Эмберли.

– Нет.

– Прости. Я подумала, что, если ты поговоришь со мной о Мэверике и поделишься со мной подробностями своей работы, я смогу чем-нибудь тебе помочь.

Ну разумеется. Она имела в виду его работу, в то время как он мучился вопросом, как сохранить отношения с ней, не предавая при этом память Люси. Сегодня он впервые после смерти своей жены занимался любовью. Может, во второй раз ему будет легче?

– Я об этом как-то не подумал, – пробормотал он.

– Признаться, я предложила тебе поговорить со мной, потому что я нервничаю. Я не знаю, что делать в такой ситуации.

– Что ты обычно делаешь?

– Я не…

Румянец на ее щеках был красноречивее любых слов. После того что с ней произошло шесть лет назад, она, очевидно, не доверяла мужчинам.

– Хочешь, чтобы я ушел? – спросил он.

– Нет, Уилл. Ты единственный мужчина, которому я доверяю. Ты мне нужен.

Слова Эмберли согрели его сердце и придали ему сил. Он вдруг почувствовал, что готов горы свернуть ради этой женщины.

Это чувство было хорошо ему знакомо. Он влюбился в Эмберли.

– Может, ты пока примешь душ, а я приготовлю для тебя маленький сюрприз в спальне?

– Какой сюрприз? Я думала, что ты приехал сюда спонтанно.

– Достаточно вопросов, Эмберли. Ответь либо «да», либо «нет».

– Да.

– Оставайся в ванной, пока я тебя не позову.

– Ладно.

Проводив ее взглядом, Уилл застегнул брюки, вышел в коридор, поднял свою рубашку и надел ее. Глядя на вещи Эмберли, валяющиеся на полу, он вспомнил, с какой животной страстью занимался с ней любовью. Возможно, именно эта страсть пробила броню, которой он окружил свое сердце.

Собрав одежду Эмберли, он аккуратно свернул ее и положил на комод, после чего вышел на улицу и направился к своей машине. Достав из багажника коробку, которую положил туда после их прерванного романтического ужина на природе, он открыл ее и взял компакт-диск, который скомпилировал специально для нее. Он решил, что сборник музыки в любимом стиле Эмберли станет хорошим сюрпризом для нее, когда она в следующий раз поедет куда-нибудь на своем грузовике.

Открыв кабину грузовика, которую она никогда не запирала, он достал ключ из-за солнцезащитного щитка и вставил его в замок зажигания. Экран магнитолы загорелся, и он, нажав на кнопку, заменил диск Гарта Брукса на свой сборник, после чего убрал ключи за щиток и захлопнул дверцу.

Вернувшись в дом, он услышал, как Эмберли поет в душе, и улыбнулся.

Он хотел, чтобы эта ночь была идеальной и она запомнила ее навсегда. Хотел достойно отблагодарить ее за то, что она доверилась и отдалась ему.

К счастью, лепестки роз, которые лежали в коробке, не испортились, и он сделал из них дорожку от ванной до кровати в спальне. Насыпав немного на постель, он расставил повсюду свечи с ароматом лаванды и зажег их. Включив на своем смартфоне плейлист Эмберли, он разделся, положил свои вещи на кресло в углу и направился к двери ванной, откуда перестал доноситься шум воды.

– Уилл? Ты уже вернулся?

– Да. Оставайся на месте.

Открыв дверь, он быстро шагнул в ванную и сказал:

– Закрой глаза, Эмберли.

– Я не…

– Я помню, что ты не любишь всякие извращения.

Она весело рассмеялась, и он понял, что ему давно уже не было так хорошо.

– Я могу теперь открыть глаза? – спросила Эмберли, войдя в спальню.

– Да.

Она ожидала чего угодно, только не подобной романтики. В спальне играла красивая музыка, пол и кровать были усыпаны лепестками роз, повсюду горели свечи. В воздухе пахло лавандой.

Положив руки ей на плечи, Уилл подвел ее к кровати:

– Ты удивлена?

– Да.

Повернувшись, она заключила его в объятия и поцеловала в губы. Его руки заскользили по ее телу, и Эмберли на мгновение показалось, что ей снится прекрасный сон.

– Я не знала, увижу я тебя снова или ты уедешь назад в Белвью, не попрощавшись, – пробормотала она, уткнувшись лицом в его грудь.

Ее слова причинили ему боль, но он не мог ее винить. Ведь он тоже вымотал ей нервы своими сомнениями.

– Обещаю, что не уеду, не попрощавшись с тобой, – сказал он и, уложив ее на кровать, взял горсть лепестков и высыпал ей на грудь.

Эмберли вздрогнула, и ее соски затвердели. Тогда он принялся раскладывать лепестки вокруг них.

– Я не удивлена. Ты очень внимательный, – сказала она.

Наклонившись, Уилл приник губами к одному соску и обвел его кончиком языка, затем проделал то же самое со вторым.

– Ты меня слушаешь? – спросила Эмберли, вцепившись ногтями в его спину.

Не в силах оторваться от ее груди, Уилл пробормотал в ответ что-то нечленораздельное. Он понял, что никогда не сможет насмотреться на эту женщину и насытиться ей. Это было похоже на предательство, но он не позволит себе думать об этом до утра.

– Я слушаю твое тело, – произнес он и, взяв еще немного лепестков, посыпал ими ее живот и треугольник из рыжих волосков внизу его.

Затем он раздвинул ей ноги и опустился на колени между ними.

Поняв, что он собирается сделать, Эмберли покачала головой и попыталась отползти назад, но он удержал ее на месте.

– Лежи смирно, – сказал он, высыпал на нее еще горсть лепесток, после чего приник губами к нежным складкам между ее бедер и подарил ей самый интимный поцелуй из всех возможных.

В ответ на это Эмберли застонала и приподняла бедра, словно хотела, чтобы он поцеловал ее глубже. Уилл делал это долго, то погружая кончик языка внутрь ее, то водя им по влажным лепесткам, прикрывающим вход в ее лоно.

Когда он наконец отстранился и посмотрел на нее, он обнаружил, что ее голова запрокинута, глаза закрыты, а тело выгнуто дугой. Она выглядела такой красивой и желанной с ярко-красными лепестками на кремовой коже.

Желая продлить ей удовольствие, он начал погружать палец туда, где только что был его язык, как вдруг Эмберли схватила его за восставшую плоть и взмолилась:

– Возьми меня сейчас, Уилл, а то я взорвусь.

Разве он мог ей отказать? Он был готов ласкать ее сколько угодно, но вместо этого подчинился и слился с ней воедино.

Когда все закончилось, Уилл, тяжело дыша, прижался щекой к ее груди и прислушался к стуку ее сердца.

Он не хотел ее отпускать, но не был уверен, что заслуживает остаться с ней.

«Я не уеду, не попрощавшись с тобой».

Уилл вспомнил свои слова, когда шел на кухню за водой.

Он сказал, что не уедет, не попрощавшись с Эмберли. Но, как ни крути, он все равно уедет.

Когда он вернулся в спальню с двумя бутылками воды, крекерами и сыром, Эмберли сидела на кровати, прикрывшись одеялом.

– Подумал, ты захочешь перекусить, – сказал он.

– Спасибо.

Зачем он все это сделал? Зачем создал романтическую обстановку, которая может вселить в нее ложную надежду? Ведь он собирается вернуться в Белвью.

Он протянул ей бутылку воды, и она, сделав глоток, поставила ее на тумбочку.

– Уилл, я могу кое о чем тебя спросить?

– Конечно.

– Ты сказал, что не уедешь, не попрощавшись.

– Да. Мне бы не хотелось, чтобы ты гадала, уехал я или нет.

– Значит, ты все еще собираешься уехать? – спросила она.

Уилл опустился на край кровати.

– Да. Ты же знаешь, что мой дом и моя семья находятся в Белвью. Сюда я приехал только для того, чтобы выполнить работу.

Эмберли знала, что он приехал сюда работать. Знала с самого начала, что он не останется здесь и ей не следует в него влюбляться.

– Тогда какого черта ты устроил все это? – Она сделала охватывающий жест рукой.

Поднявшись, он подошел к креслу, где лежали его вещи, и надел трусы и брюки.

– Нам не удалось надлежащим образом завершить наше вчерашнее свидание. Я хотел показать тебе, как много ты для меня значишь.

Она по-прежнему не видела логики в его словах и поступках.

– Если я что-то для тебя значу, тогда почему ты собираешься уехать? Или ты думаешь, что мы можем попытаться продолжать наши отношения на расстоянии?

– Нет, я так не думаю. Вся твоя жизнь здесь, Эмберли. Мой мир… мир Фэй в Белвью.

– Ты имеешь в виду мир Люси? – спросила она. – Фэй, похоже, нравится в Ройяле. Кроме того, ей нет еще и года, и она легко привыкнет к смене места жительства. Твои родители и родные Люси смогли бы вас навещать.

– Это и мой мир тоже. Ты мне дорога, Эмберли. Я не ожидал, что смогу так привязаться к другой женщине. Когда умерла Люси, я дал себе слово, что не впущу в свою жизнь другую женщину. Потеря Люси сломала меня. Я продолжаю жить только ради Фэй, своих родителей и близких друзей вроде Макса. Я не переживу еще одну потерю.

– Я готова ради тебя рискнуть всем, – заявила Эмберли.

Она внимательно смотрела на его лицо, на котором эмоции быстро сменяли одна другую, словно картинки в калейдоскопе. В какой-то момент его губы дрогнули в мягкой улыбке, и она подумала, что ей удалось до него достучаться.

– А я нет. Я должен думать не только о себе, но и о Фэй, – ответил он. – Было бы несправедливо подвергать тебя новым испытаниям. Ты и так достаточно потеряла.

– Достаточно потеряла? Я люблю тебя, Уилл, и не хочу тебя потерять, – призналась она. – Если бы ты попросил меня поехать с тобой в Белвью, я бы это сделала.

Она действительно слишком много потеряла, но новое чувство могло заполнить пустоту, образовавшуюся в ее душе. Если она не приложит все усилия для того, чтобы убедить Уилла в том, что вместе им будет лучше, чем поодиночке, она будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

– Правда?

– Да. Когда ты любишь кого-то по-настоящему, ты готов на такое пойти.

Признание далось ей на удивление легко. Поднявшись с кровати, она подошла к Уиллу, положила ладонь ему на грудь и встретилась с ним взглядом.

– Я знаю, что потеря Люси стала для тебя тяжелым ударом. Я знаю, что ты боишься снова рискнуть. Но я также знаю, что у нас с тобой может быть замечательная совместная жизнь. Я готова поехать с тобой. Для этого мне просто нужно быть уверенной в том, что ты будешь рядом со мной, а не струсишь и не бросишь меня.

Уилл накрыл ее ладонь своей, но не сказал ни слова. Вместо этого он наклонился и крепко поцеловал ее в губы, и она подумала, что смогла его убедить. Что ей наконец удалось полностью разрушить стену, которую он возвел вокруг своего сердца.

Взяв ее на руки, он отнес ее назад на кровать.

– Уилл?

Вместо ответа он снова накрыл ее губы своими. Этот поцелуй был глубоким и долгим, и Эмберли подумала, что он будет длиться вечно. Но Уилл закончил ее целовать и вошел в нее.

Ей хотелось с ним поговорить. Это было необходимо, но во время близости ее разум отключился, а потом она забылась блаженным сном в объятиях мужчины, которого любила.

Проснувшись следующим утром, Эмберли поняла, что Уилла нет ни в постели, ни в спальне.

Раннее утро было ее любимым временем суток, и она подумала, не захочет ли Уилл прокатиться верхом и посмотреть южное пастбище.

Встав с кровати, она прошла в гостиную и позвала Уилла. Ответа не последовало. Тишину в доме нарушало лишь тиканье настенных часов.

Тогда она поняла, что прошлая ночь не была соединением двух любящих сердец, как ей казалось. Она была своего рода прощанием.

На глаза навернулись слезы, и она опустилась на пол, притянула колени к груди и опустила на них голову.

Почему мужчины ее бросают? Что с ней не так? Неужели ей суждено до конца жизни быть одной?

Глава 14

Эмберли думала, что готова к любому повороту в своих отношениях с Уиллом, но, проснувшись утром одна, пришла в замешательство. Ей следовало этого ожидать, но его внезапный уход застал ее врасплох. Она вдруг почувствовала сильную усталость, позвонила Клэю Эверетту и попросила его дать ей короткий отпуск. Клэй был не в восторге от ее идеи, поскольку в ближайшие выходные на ранчо Флайинг-Э должен был состояться большой фестиваль, посвященный Хеллоуину. Тогда она пообещала своему боссу, что съездит домой на несколько дней и вернется к празднику.

Ей было необходимо увидеть свою семью и побыть просто дочерью и сестрой, а не несчастной женщиной, в которую она превратилась по вине заезжего горожанина, чьи ласки и поцелуи вселили в нее надежду.

Все. С нее достаточно.

Она не может сейчас найти ответы на свои вопросы. Ей нужно было отвлечься от мыслей об Уилле Брейди. Он уехал, попрощавшись с ней странным образом.

Поместив Монтгомери в специальный прицеп для перевозки лошадей, она отправилась в путь. Она не собиралась даже смотреть на коттедж, в котором жили Уилл и Фэй, но все же бросила на него взгляд, когда он показался вдалеке. Машина Уилла стояла на подъездной дороге. При виде ее сердце Эмберли учащенно забилось, и она поспешно отругала себя. Не важно, что Уилл еще не уехал. Важно то, что его душевное состояние не позволяет ему быть с ней. Что его сердце все еще принадлежит Люси.

Наверное, она полная идиотка, раз позволила себе в него влюбиться.

Чтобы прогнать гнетущие мысли, Эмберли включила магнитолу. Когда вместо альбома Гарта Брукса, который она оставила внутри на днях, заиграла совершенно другая музыка, она достала диск и увидела наклейку со сделанной маркером надписью: «Сборник хорошей музыки для лучшей наездницы в Техасе».

На глаза Эмберли навернулись слезы.

Черт возьми, зачем он это сделал? Зачем заставил ее поверить, пусть даже на мгновение, что она значит для него больше, нежели есть на самом деле? Она три раза давала ему шанс, и с каждым разом он все глубже проникал в ее сердце.

Поддавшись искушению, она включила диск, и первой заиграла песня «Возвращение сексуальной красотки».

Она сначала рассмеялась, затем расплакалась и яростно переключила трек. Следующей была песня Джека Джонсона, под которую они с Уиллом танцевали. Перед этим она рассказала ему о своей потере, о невозможности иметь детей, и старая боль вернулась. Но Уилл потанцевал с ней, и ей стало легче.

Может, все-таки…

Что?

– Ты идиотка, Эмберли, – сказала она себе. – Ты снова связалась с недостойным мужчиной.

Но она прекрасно знала, что это не так. Что Уилл ее достоин. Что он тоже понес тяжелую утрату и не знает, как жить дальше. Она думала, что если они будут вместе, они исцелят друг друга, но им обоим, напротив, стало только хуже.

Ей не следовало связываться с Уиллом. Городские парни ей не подходят. Что еще должно произойти, чтобы она себе это уяснила?

Плоский ландшафт с нефтяными вышками постепенно сменялся холмами и зелеными пастбищами. Эмберли думала, что по мере отдаления от ранчо Флайинг-Э ее боль начнет ослабевать, но не тут-то было. Поэтому когда она остановилась, чтобы выпустить Монтгомери из трейлера и напоить его, она не сдержалась, обняла его за шею и расплакалась.

– Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы я разлюбила Уилла, – взмолилась она.

Монтгомери тихо заржал и ткнулся в нее носом.

Вытерев глаза, она снова загнала его в трейлер, продолжила свой путь и вечером свернула на грунтовую дорогу, ведущую на ранчо ее семьи.

Когда она подъехала к старому фермерскому дому, в котором выросла, братья и сестры выбежали ее встречать. Братья повели Монтгомери в конюшню, а сестры потащили ее на кухню, чтобы она помогла им приготовить ужин. Ее сестры весело щебетали, а она вопреки своей воле думала об Уилле. О мужчине, из-за которого она снова начала мечтать о счастливом будущем. Позволила себе поверить в то, что у нее может быть собственная семья.

После короткого, но драматичного романа с Уиллом ей придется приложить невероятные усилия, чтобы снова довериться мужчине. Она была уверена, что не сможет больше никого полюбить.

К ужину вернулся отец. Увидев Эмберли, он нисколько не удивился.

– Мне позвонил Клэй и сказал, что ты едешь сюда. У тебя все в порядке? – спросил он.

– Да. Я просто соскучилась по всем вам. Кроме того, мы всегда вместе вырезаем фонари из тыкв, – ответила Эмберли. – Разве я могла нарушить семейную традицию?

– Папа сказал, что ты, возможно, не приедешь домой в этом году, – сказала Тэмми. – Но мы знали, что ты нас не разочаруешь.

– У меня много работы, но мне удалось выкроить несколько выходных до фестиваля с родео, в котором я буду участвовать.

Отец кивнул, но Эмберли поняла, что он догадался, что она приехала сюда не только для того, чтобы повидаться с родными.

После ужина ее братья и сестры принесли тыквы, и все сели за стол и принялись вырезать фонари.

– Я так рада, что ты приехала. – Тэмми обняла Эмберли. – Я очень по тебе скучала.

– Я по тебе тоже, – ответила она. – Папа прислал мне видеозапись твоей тренировки. Ты делаешь успехи, малышка.

– Рэнди говорит, что я однажды буду так же быстро объезжать бочки, как ты.

Эмберли взъерошила волосы младшей сестры:

– Думаю, что скоро ты будешь делать это быстрее, чем я.

– Это вполне возможно, – согласился с ней отец. – Кстати, у Рэнди появилась подружка.

– Папа! – возмутился Рэнди.

– Правда? – удивилась Эмберли. – Почему ты ни разу не упомянул об этом, когда мы с тобой разговаривали по телефону? – пожурила Эмберли брата.

– Мужчине позволяется иметь свои секреты, – ответил Рэнди.

– Секрет – это то, о чем не знает папа, – заметил Майкл.

– И кто же все ему рассказал? – спросил Рэнди.

– Возможно, я упомянул, что тебе кто-то понравился в городе.

Рэнди бросился на младшего брата. Несмотря на то что их драка, как обычно, была шуточной, Эмберли их растащила.

– Не хочешь поговорить о ней? – обратилась она к Рэнди.

– Нет. Давай лучше готовиться к Хеллоуину.

Тогда каждый продолжил работать над своим фонарем. Все весело болтали и подтрунивали друг над другом. Эмберли была рада, что приехала. Она любила свой тихий уединенный коттедж на ранчо Флайинг-Э, но она так соскучилась по родному дому, наполненному веселыми голосами и смехом.

У нее защемило сердце. Когда она находилась в объятиях Уилла, она почти поверила в то, что они смогут создать крепкую дружную семью, о которой она всегда мечтала.

Закончив вырезать фонари из тыкв, братья и сестры отнесли их на крыльцо, чтобы полюбоваться своей работой.

– У тебя все хорошо, дочка? – спросил отец, подойдя к Эмберли сзади и положив руку ей на плечи.

– Все будет хорошо, – ответила она.

– Не хочешь поговорить?

– Пока нет, папа. Мне просто нужно было вспомнить, что такое большая дружная семья.

Отец больше ничего ей не сказал и заключил ее в объятия. Это придало ей сил. Она поняла, что у нее действительно все будет хорошо. Ведь она Холбрук, а Холбруков не так легко сломать.

Ее сердце все еще ныло от боли, но, приехав домой, она поняла, что проблема не в ней, а в Уилле. Он дал ей понять, что ему все еще трудно делать что-то впервые без Люси и пока он не готов к любви. Что, если он никогда не будет к ней готов?

Попросив Эрин не беспокоить его, Уилл уединился в своем кабинете, чтобы напиться.

Только он полез за бутылкой скотча, которую хранил в ящике рабочего стола, как вдруг дверь его кабинета начала открываться. Он планировал через несколько дней собрать вещи и вернуться в Белвью. Но он не хотел покидать Эмберли. Ему было очень жаль, что не существует способа все объяснить Люси. Сказать ей, что он даже не предполагал, что сможет полюбить другую женщину.

Он любит Эмберли, но боится остаться. Он понял, что, если потеряет ее так же, как потерял Люси, он не сможет это пережить. Именно поэтому он решил уехать в ближайшее время.

– Я же сказал, что занят, – пробурчал он, но в следующую секунду в дверях появились Макс и Челси. – Входите. И простите меня за грубость.

– Все нормально, – ответила Челси. – Я в последнее время тоже на всех ору. Что там с расследованием? Ты убедился, что Мэверик – это не покойный Хаскелл?

Войдя в кабинет, Макс и Челси сели на диван.

– Да. Я сделал трассирование, – сказал Уилл. – Кодировка была той же, что и на жестком диске. Публикация фотографий не была отложена на время и сделана автоматически. У человека, который загрузил фото на «Скинтерест», определенно есть профайл на этом сайте. Я собираюсь найти его и взломать. Возможно, через несколько дней у меня будет ответ.

– Спасибо тебе, – поблагодарила его Челси. – Если бы я умела, я бы сама взломала этот чертов сайт. Мне надоело играть в игры с Мэвериком.

– Нам всем это надоело.

У Челси зазвонил телефон, и она покачала головой:

– Мне нужно вернуться в город. Спасибо тебе за помощь, Уилл.

– Жаль, что я не смог добраться до Хаскелла до того, как он сбежал, – сказал он.

– Мне тоже жаль, – добавил Макс. – Поезжай без меня, Челси. Мне нужно поговорить с моим партнером.

Кивнув, она удалилась.

– Давай рассказывай, – обратился Макс к Уиллу, закрыв дверь.

– Что ты хочешь услышать? Я уже поделился с тобой последними новостями о Мэверике.

– Я имею в виду не Мэверика, а Эмберли, и ты прекрасно это знаешь. Ты так взвинчен из-за нее? Я видел, как вы с ней друг на друга смотрели.

– Не знаю, что ты там видел, – пробурчал Уилл.

– Мне ты можешь лгать, но не лги самому себе.

Его друг всегда был очень проницательным.

– Вот черт.

Рассмеявшись, Макс подошел к столу, заглянул в открытый ящик и достал оттуда бутылку скотча.

– Стаканы есть?

Уилл выдвинул другой ящик и достал из него два стакана. Макс наполнил их скотчем, после чего они сели на диван.

– Думаю, я ее люблю, – начал Уилл, сделав большой глоток. – Я не знаю, следует ли мне с ней быть. Что, если я ее подведу? Что, если я не смогу быть таким мужчиной, какой ей нужен?

– Хорошо, что ты наконец кого-то встретил. Уверен, Люси не хотела бы, чтобы ты похоронил себя заживо.

– Но часть меня умерла вместе с ней. Все произошло так неожиданно.

– Я знаю. Но прошло уже достаточно времени. Она простила бы тебя, если бы ты построил новые отношения.

– Я не хочу ее забыть, – произнес Уилл после длительной паузы.

Он боялся, что забудет Люси. Еще больше он боялся того, что с Эмберли также может произойти что-нибудь ужасное. Боялся, что не сможет этого вынести, потому что впустил ее в свое сердце.

– Ты ее не забудешь. Фэй похожа на Люси. Взрослея, она будет тебе о ней напоминать, – сказал Макс. – Но если ты будешь продолжать себя наказывать, ты ничего этого не заметишь. Ты будешь видеть только свое горе.

Уилл понимал, что Макс прав.

– Думаю, я чувствую себя виноватым, потому что впустил в свою жизнь новую любовь. Ты же знаешь, что до того, как… до того, как случилась трагедия, у нас с Люси были кое-какие проблемы. Мы спорили из-за того, следовало ли Люси бросить работу и сидеть дома с ребенком. У нас с ней были разные взгляды на воспитание детей.

– Ты не виноват в смерти Люси, – сказал Макс. – Все пары ссорятся. Ваши разногласия не имеют никакого отношения к тому, что произошло с Люси.

– Умом я это понимаю. Но… – Уилл уставился в свой стакан. – Мне трудно себя простить.

– Ты единственный, кто может это сделать. – Макс допил свой скотч. – Ты должен начать новую жизнь. Именно поэтому я собираюсь оказать тебе услугу.

– Какую?

– Я дам тебе бессрочный отпуск.

– Ты говоришь серьезно?

– Да. Тебе нужно как следует отдохнуть и наладить свою жизнь. О расследовании не беспокойся. Мы закончим его без тебя. Ты слишком долго только и делал, что работал и горевал. Думаю, тебе пора снова начать жить полной жизнью.

– Что, если она меня не примет? – спросил Уилл.

– Если любит, то примет.

Через несколько минут Макс поднялся, и Уилл проводил его до двери. Он понял, что застрял в прошлом не только из-за чувства вины, но из-за страха. Эмберли сказала, что любит его. После их близости он ушел, чтобы она не увидела, каким слабым сделали его чувства к ней.

Но он вдруг перестал бояться и понял, что хочет быть с Эмберли. Что хочет построить семью с ней и Фэй.

Подхватив малышку с ковра в гостиной, на котором она играла, он закружил ее в воздухе. Она весело засмеялась, и он поцеловал ее в макушку.

– У тебя все в порядке? – спросила Эрин.

– Более чем в порядке, – ответил Уилл.

В голове у него уже начал складываться план. Ему нужно показать Эмберли, что он хочет стать частью ее жизни.

Оставив Фэй под присмотром Эрин, Уилл отправился искать Клэя Эверетта. Если он хочет доказать Эмберли, что достоин ее, ему нужно научиться быть настоящим техасцем. Он знал, что обидел ее, и надеялся, что она сможет его простить. Он готов всю оставшуюся жизнь показывать Эмберли, как он ошибался и как сильно он ее любит.

Эмберли получила удовольствие от общения со своими родными, но она была рада вернуться на Флайинг-Э. Во время своего короткого отпуска она многое осмыслила по-новому и успокоилась. Возможно, Уилл осознает, что нельзя всю оставшуюся жизнь цепляться за прошлое, и вернется к ней. Она его любит и готова дать ему время, чтобы он осознал, чего себя лишает. Но даже если он не вернется, она не станет забиваться в уголок и жалеть себя. Она будет наслаждаться тем, что имеет, как делала до сих пор.

– Привет, Эмберли! – крикнул ей Клэй, когда она подошла к тому месту, где должно было состояться родео. Она увидела Эмили и Тома Нокс, которые недавно сообщили, что ждут ребенка, и Брэнди Лолес, которая ради этого родео прервала подготовку к собственной свадьбе. Натали и Макс стояли у переднего ряда сидений.

Для состязаний были оборудованы две большие площадки с сидячими местами для зрителей. Все присутствующие дети были в костюмах для Хеллоуина.

– Привет, Клэй. Я только что закончила свою смену в палатке с соломенными чучелами бычков. Детям очень нравится набрасывать лассо им на рога. Что мне делать дальше? – спросила она. Ей было гораздо проще переживать расставание с Уиллом, когда она была занята.

– Рад, что детям здесь весело. Почему бы тебе не сделать перерыв?

Она вздохнула:

– Я лучше поработаю.

– Думаю, тебе будет интересно посмотреть на следующего участника состязания по заарканиванию бычка, – сказал Клэй. – Один городской парень намерен доказать кое-кому, что у него есть все для того, чтобы стать настоящим ковбоем.

– Уилл?

Клэй лишь улыбнулся в ответ.

– Ты спятил? Он, конечно, умеет ездить верхом, но как ты мог разрешить ему заарканивать бычка? Это же опасно.

– Этому парню нужно кое-что тебе доказать.

– Да. То, что он спятил, – пробурчала Эмберли и побежала к площадке, на которой проходило состязание.

Пробравшись сквозь толпу, она увидела в первом ряду Эрин и Фэй. Когда она к ним подошла, Эрин лишь покачала головой.

– Я до сих пор не могу в это поверить, – сказала она. – Я всегда считала его здравомыслящим человеком. Я боюсь на это смотреть.

– Я тоже. О чем он только думает?

– Ему нужно кому-то что-то доказать. Ты же знаешь мужчин. Все они хотят казаться крутыми.

Прислонившись к ограждению, Эмберли посмотрела в сторону загона с бычком, затем перевела взгляд на стартовую позицию и увидела Уилла.

– Уилл Брейди! – крикнула она.

Он посмотрел в ее сторону.

– Ты убьешься!

– Я люблю тебя, Эмберли Холбрук, и мне нужно доказать, что я тебя достоин. Так что если мне суждено умереть, я умру счастливым.

Он ее любит!

Она не успела ему ответить, потому что в следующий момент выпустили бычка, и Уилл начал действовать. Ему удалось заарканить бычка со второй попытки. Очевидно, у него был хороший учитель. Она подозревала, что им был Клэй Эверетт.

Когда работники ранчо увели животное с площадки, Эмберли подбежала к Уиллу, и он заключил ее в объятия.

– Ты сказал правду? – спросила она.

– Да. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю.

Тогда он крепко поцеловал ее в губы, и вокруг них начали раздаваться аплодисменты и одобрительные возгласы.

– Прости, что я уехал таким образом. Я боялся, что подведу тебя. Что окажусь не таким мужчиной, какой тебе нужен.

– Все нормально. Я все время забываю, что ты делаешь многие вещи в первый раз и что я обещала дать тебе время.

– Мне больше не нужно время.

– Я рада.

Этим вечером, после того как они искупали и уложили спать Фэй, Уилл отнес Эмберли в спальню и поставил ее рядом с кроватью.

– Мне все еще не верится, что ты здесь, Эмберли.

– А мне не верится, что ради меня ты участвовал в состязании по заарканиванию бычка.

Уилл Брейди идеально ей подходил. Он был воплощением мужчины, о котором она всегда мечтала.

Наклонившись, Уилл нежно поцеловал ее.

– Поверь мне, Эмберли. Для тебя я сделаю все, что угодно.

Он медленно ее раздел, после чего принялся ласкать ее руками и губами, пока она не утратила способность мыслить. Тогда он уложил ее на кровать и приник ртом к одному ее соску, при этом пощипывая пальцами второй. Эмберли выгибалась дугой в его объятиях, постанывая от наслаждения.

Когда сладостная пытка стала невыносимой, она схватила его восставшую плоть и, раздвинув свои бедра, направила ее между ними.

– Я хочу, чтобы ты взял меня сейчас.

Приподняв корпус, он потерся грудью о ее грудь с затвердевшими сосками, после чего вошел в ее заветную пустоту.

Эмберли схватилась за его ягодицы, заставляя его проникать глубже в нее. Их взгляды встретились, и у нее возникло такое чувство, будто в этот момент произошло слияние их душ.

Она не верила, что обретет свою вторую половинку. После того, что с ней произошло шесть лет назад, она думала, что ей не суждено стать счастливой. Сейчас, когда Уилл вернулся, чтобы быть с ней, она была на седьмом небе от счастья.

Она чувствовала, как ее внутренние мышцы все плотнее смыкаются вокруг него. В какой-то момент напряжение внутри ее достигло предела, и вслед за этим на нее накатила волна экстаза. Уилл схватил ее за бедра, сделал еще пару рывков, затем задрожал, издав гортанный звук, похожий на львиный рык.

Эмберли погладила его по спине и поцеловала в губы.

– Ты еще более неистовый, чем жеребец, которого я недавно укрощала.

В ответ на это он рассмеялся, и она поняла, что ее место там, где он. Что она больше не будет одинокой.

Он вышел из нее, лег рядом и прижал ее к себе. Обхватив его рукой, Эмберли положила голову ему на грудь и прислушалась к биению его сердца. Она понимала, что после пережитой им тяжелой утраты он будет нуждаться в ее объятиях, в ее близости.

Сейчас она понимала его как никогда, и, поскольку у нее были собственные слабости, она не хотела, чтобы Уилл чувствовал себя слабым рядом с ней. Он вернул ей то, что она сама никогда не смогла бы вернуть.

– Ты спишь? – спросил он.

Эмберли подняла голову:

– Нет. В голову лезут разные мысли, и они не дают мне уснуть. – Это был самый счастливый день в ее жизни. Она боялась, что если уснет, то, проснувшись утром, обнаружит, что ей все это приснилось. – Я не уверена, что смогу жить в Белвью. Я имею в виду, что моя жизнь…

– Мы не будем жить в Белвью. Я собираюсь купить ранчо неподалеку от Ройяла. Там ты сможешь завести столько лошадей, сколько захочешь. Там мы будем растить Фэй. Если ты захочешь еще детей, мы их усыновим.

– Ты готов пойти на это ради меня?

– Да. В мире полно детей, которые нуждаются в родителях. – Он погладил ее по спине. – Ты хочешь иметь большую семью?

– Очень хочу.

– Отлично. В таком случае тебе придется выйти за меня замуж.

Приподнявшись, она посмотрела на него в бледном свете луны:

– Ты делаешь мне предложение?

Уилл рассмеялся:

– Просто констатирую факт.

– Ты уверен, что я захочу стать твоей женой? – поддразнила его она.

Тогда он обхватил ее руками и перевернулся, так что она оказалась под ним. Взяв в ладони ее лицо, он накрыл ее губы своими в долгом крепком поцелуе. Когда он оторвался от ее губ, они оба тяжело дышали.

– Я более чем уверен. Мы созданы друг для друга, и я хочу провести с тобой остаток жизни. Со мной ты ни в чем не будешь нуждаться.

Эмберли поверила ему. Он не из тех, кто разбрасывается обещаниями. Если он дал слово, он его сдержит.

– Уилл?

– Да? – ответил он, готовясь снова ею овладеть.

– Я люблю тебя, мой горожанин.

– А я тебя, моя милая сельчанка.

Примечания

1

Lucky – приносящий удачу, счастливый (англ.).

Content

Кэтрин Гарбера
Повторить мгновения счастья
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Примечания