Джоанна Рок

Ее сердце – главная мишень

Joanne Rock

For the Sake of His Heir

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

©2018 by Joanne Rock

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Любовь Брианы Хансон к своему боссу мгновенно умерла, когда он повел к алтарю другую женщину. Да и потом, после его драматического развода, о реанимации своей любви она и не помышляла. Не желала становиться средством для его утешения.

Однако прежние любовные искры временами вспыхивали в ней. Как, например, сегодня.

Бриана работала в усадьбе Гейба «Соловьиная роща» на Мартинике ландшафтным дизайнером. Год назад Гейб предложил ей перейти к нему на постоянной основе, а до этого она облагораживала другие усадьбы острова. Свою работу Бриана любила, да кроме того, Гейб предоставил ей полную свободу творчества, обеспечив солидный бюджет, разделяя ее эстетические взгляды. Именно поэтому они поладили. Однако за рамки бизнеса это не выходило. Ничего личного.

Сегодня тем не менее что-то изменилось. Во время обеденного перерыва Бриана остановилась возле мастерской Гейба, переделанной из сарая. Ее интересовали его планы по поводу отделки входа одного из бунгало. Он очень трепетно относился к своему курорту, старался украсить и все свое свободное время проводил в столярной мастерской, изготавливая потолочные панели и реставрируя старые шкафы.

Застыв на пороге, она вдохнула терпкий запах стружки. Гейб в защитных очках вытачивал на станке изогнутую планку для входа в гостиную, весь погруженный в процесс. Бриана залюбовалась мощной фигурой босса, игрой мускулов. Вообще он в любое время красив. Темные волосы и голубые, как море, глаза, такие же, как у его старших братьев. Красавцы мужчины Мак-Нейл всегда привлекали внимание женщин, как на Мартинике, так и за ее пределами, а их богатство и бизнес простирались до Нью-Йорка и Силиконовой долины. Правда, Гейб отличался от братьев непринужденностью и тягой к ручному труду.

В мастерскую проникал морской ветерок, поднимая легкую древесную пыль. Белая рубашка, намокнув от пота, прилипла к его широкой груди, подчеркивая рельефные мышцы. Джинсы плотно облегали стройные узкие бедра, едва держась на широком ремне. Но это не выглядело сексуально. По крайней мере, Бриана пыталась убедить себя в этом. Ей вдруг стало жарко.

Гейб вдруг повернулся к ней, выключив станок.

– Привет, Бриана! Чем тебе помочь?

И поднял на лоб защитные очки, внимательно взглянув на нее синими глазами. Потом, наклонившись, смахнул стружку со станка, шагнул к ней. Она приказала себе прекратить любоваться им и хотела попросить выплатить ей жалованье сейчас, поскольку ее родственники оставили в Бруклине беспомощную бабушку. Бриана обязана ей всем. И работой, и жизнью на Мартинике, и здравым рассудком. Эта женщина дала ей шанс на лучшую жизнь, избавив от участия в болезненной семейной драме. Тем не менее бабушка больна, и Бриана надеялась, что старушка приедет на Карибы, а она станет заботиться о ней.

Не усложнит ли это ситуацию, ведь Гейб Мак-Нейл стал близким другом.

Изобразив улыбку, чтобы скрыть на лице следы вожделения, Бриана постаралась вспомнить, зачем, собственно, пришла.

– Привет. Прости, что прерываю, просто я думала, что ты собираешься на ланч, и хотела обсудить планы по поводу второго бунгало.

Расстегнув широкий рабочий ремень, Гейб повесил его на крючок возле скамьи и подмигнул ей, слегка толкнув плечом.

– Имеешь в виду Мотыльковое бунгало?

Бриане не понравилось предложение промоутеров назвать все постройки на территории гостиницы какими-нибудь экзотическими именами, иначе отель превратится в некий туристический развлекательный парк.

– Ну да, Мотыльковый будуар.

Она еле успевала за ним, он шел быстро, хотя и не спешил.

Он вообще никогда не спешил, благодаря чему слыл прекрасным столяром. Работал медленно и вдумчиво, творчески решая каждую задачу. Любая вещь, изготовленная им, сразу становилась уникальной.

– Пойдем в главный дом. – Гейб свернул на дорожку, соединявшую хозяйственную зону с садом. – У меня есть наброски плана, можешь взять их себе, посмотришь, что я хочу сделать с бунгало.

Они подошли к заднему входу отеля «Соловьиная роща». В нем было десять номеров с балконами, обращенными к Атлантическому океану, и мансардной крышей с темной черепицей во французском архитектурном стиле. Сама гостиница была белая, с темно-серыми ставнями, плотно закрывавшимися на время урагана.

– В центре сада я ничего не буду сажать, это помешает реконструкции. – Бриана знала, что реконструкция для Гейба означает больше, чем пара новых окон или обновленная дверь. Он тщательно обдумывал все детали, которые придавали строениям уникальный вид.

Бриане нравилось, что из них получилась хорошая команда. Ее ландшафтный дизайн обрамлял его работы, что вызывало всеобщее восхищение.

– Наш проект сулит стать многообещающим. – Стряхнув пыль с рубашки, Гейб открыл дверь в кабинет. – Я сегодня хотел поговорить с тобой о некоторых изменениях в планах. Собираюсь передать подрядчику часть работы по реконструкции.

Он придержал дверь, пропустив ее вперед. Бриана увидела его одиннадцатимесячного сына Джейсона, сидевшего на высоком стульчике. Няня мальчика, мисс Камилла, хлопотала на маленькой кухне, предназначенной лично для Гейба. Неподалеку располагалась большая спальня. У Гейба своя вилла в дальнем конце парка, а здесь он бывает, когда работает в офисе.

– Подрядчику? – Она, наверное, ослышалась. – Ведь ты лично руководишь перестройкой своего отеля вот уже два года. И ты лучший руководитель на острове. Ничего не понимаю.

– Пойдем. – Он мягко подтолкнул ее вперед, положил руку ей на талию, другой рукой приветственно махнув няне. – Мисс Камилла, если вам надо на ланч, я возьму Джейсона.

Пожилая женщина кивнула.

– Будьте бдительны, месье Габриэль. – Она говорила с заметным французским акцентом. – Наш милый Джейсон сегодня озорничает.

Бриана взглянула на темноволосого мальчика, пристегнутого к высокому стульчику. На нем были полосатые штанишки и ярко-голубая футболка. Два маленьких зуба блеснули в улыбке, когда он взглянул на отца, подогнув под себя босые ножки. Схватив ложку, малыш радостно забарабанил по подносу.

– Хорошо. – Гейб поцеловал малыша в лоб.

При виде этой сцены у Брианы сжалось сердце. И как могла мать Джейсона оставить ребенка и мужа?

Тереза Баудер, красивая женщина и талантливая певица, жила с ними всего полгода. Гейб познакомился с ней, когда она, расставшись с мечтами, приехала на Мартинику. Три года пыталась делать карьеру в музыкальном бизнесе, но ничего не получилось. Бриана все знала об этой женщине. Та славилась изящной красотой, а вечерами на пляже раздавался ее чистый приятный голос. Тереза пела песни под акустическую гитару.

Тот факт, что она вышла замуж за самого лучшего из братьев Мак-Нейлов, вызывал у Брианы тайную зависть. Но когда Тереза забеременела, ей позвонил бывший менеджер и позвал обратно в Нашвилл. Один из лучших продюсеров страны хотел снять фильм о жизни певицы и приглашал Терезу в Лос-Анджелес, чтобы она сыграла в фильме саму себя. Тереза уехала, оставив мужа. Гейб поехал с ней в Лос-Анджелес, дождался появления ребенка. Она заявила, что не хочет быть матерью, потому что главное для нее – карьера.

Гейб говорил об этом скупо. Просто вернулся на Мартинику вместе с сыном, которому на тот момент исполнилось всего четыре недели.

Бриана тоже поцеловала мальчика. Они стали большими друзьями за последние десять месяцев.

– Как поживаешь, малыш?

Сердце растаяло, когда Джейсон лучезарно улыбнулся ей. Взяв со стола толстого игрушечного зеленого динозавра, Бриана положила его на край подноса.

– Тебе пришло письмо, Бриана. – Гейб взял маленький конверт из пачки почты, которую передала Камилла. – Наверное, из дома.

– Спасибо.

Она увидела обратный адрес. Бабушка. В сердце вспыхнула надежда, что с ней все в порядке. Она совсем забыла о том, что собралась играть с Джейсоном в динозаврика, но мальчик напомнил, подтолкнул ей игрушку.

Бриана послушно взяла динозаврика и стала водить по подносу, однако все ее мысли были о бабушке.

– Прости, что так неожиданно сообщил тебе об отъезде. – Гейб достал из холодильника две бутылки с водой и протянул одну Бриане. – Именно поэтому передаю дела подрядчику. Мне нужно отремонтировать еще несколько бунгало. Однако я уезжаю с Джейсоном в Нью-Йорк и не знаю, когда мы вернемся.

Бриана крепко сжала в руке бутылку, так и не открыв.

– Ты уезжаешь?

Она считала его лучшим другом. Он предоставил ей прекрасную возможность, пригласив работать ландшафтным дизайнером в усадьбе «Соловьиная роща». Долговременный проект давал ей полную свободу творчества. До этого Бриана работала по контракту в нескольких местах и познакомилась с Гейбом, когда он строил беседку в своем обширном семейном поместье Ле-Франсуа. Тогда он готовился к свадьбе. Бриана, подавив влечение к нему, старалась поразить его своим мастерством.

– Да. Я собираюсь в Нью-Йорк повидаться с дедом. – Порывшись в кухонном шкафчике, Гейб положил на круглый столик маленький листок бумаги. – Присядь, Бриана.

Он придвинул ей плетеное кресло. Высокие французские окна были открыты, пропуская на кухню легкий морской ветерок. Погода на Мартинике всегда прекрасна, даже в февральский зимний день. Бриана не уставала восхищаться местным климатом, так сильно отличавшимся от холодного Бруклина, где она провела детство.

– С дедом? Ты имеешь в виду Малколма Мак-Нейла?

Она слышала историю о его богатой семье, исчезновении его невестки, наследницы Карелии Деграфф, и о том, что Гейб обнаружил свое родство с богатым владельцем «Курортов Мак-Нейла» Малколмом Мак-Нейлом. Его матерью была любовница Лиама Мак-Нейла. Тот признал своими троих ее детей, а потом бросил их, когда Гейбу было одиннадцать лет. Лиам в то время женился, и у него родились трое законных сыновей.

– Да. – Гейб придвинул к столу стульчик Джейсона, тот, расплывшись в улыбке, вновь забарабанил ложкой по подносу. – Здесь я прекрасно живу, наслаждаюсь работой в «Соловьиной роще», но Джейсон не должен быть прикован к этому месту, ведь он наследник Мак-Нейла.

Бриана расстроилась. Она любила работать с Гейбом. «Соловьиная роща» без него опустеет. И без Джейсона тоже. Ее взгляд обратился на мальчика. Как радостно общаться с ним!

– Надолго уезжаешь? – Она силилась скрыть эмоции.

Гейб поставил перед сыном тарелку с едой. Отобрав у Джейсона динозавра, Бриана крепко сжала его в руках.

– Нет. – Гейб уселся рядом с ней. – Я пробуду там, пока не узнаю больше о холдингах Мак-Нейла и не уговорю деда отказаться от архаичного завещания.

– Что ты имеешь в виду?

– Он написал, что все его наследники должны жениться в течение года, чтобы получить свою долю в наследстве. – Гейб положил листок, который держал в руках. Это был план реконструкции бунгало, о котором спрашивала Бриана, хотя уже благополучно об этом забыла. – Может, старик совсем выжил из ума, но мой личный опыт свидетельствует о том, что брак – это плохая идея.

Его лицо омрачилось, впрочем, как всегда, когда он вспоминал о бывшей жене. Бриана со страхом подумала, что Тереза навсегда лишила его веры в настоящую любовь.

– Но ведь ты не получил права на наследство, потому что быстро развелся. – Она не могла представить, что Гейб живет на Манхэттене или окунется в богатый мир бизнеса. Возможно, она слишком наивна.

– Правильно. Я никогда больше не женюсь, но разве справедливо, что из-за этого Джейсон должен лишиться наследства? Это нечестно по отношению к крошечному человечку. Поэтому я и собираюсь в Нью-Йорк, чтобы убедить деда изменить завещание. – Он поворошил мягкие черные волосы сына. – Кто сможет устоять перед этим маленьким чудом?

Джейсон пнул поднос босой ножкой, морковки подпрыгнули на тарелке. Это действие заворожило его, и малыш принялся внимательно изучать яркие оранжевые кусочки.

– Да, ты прав. – Улыбнувшись, Бриана пожала пухлую ножку ребенка. При виде обоих Мак-Нейлов на сердце потеплело.

Один из них такой очаровательный, другой – такой запретный.

Черт возьми.

Каким бы притягательным ни был Гейб, он явно не собирается завязывать новые отношения после неудачного брака. Бриана понимала, что его сердце разбито. И вообще она вряд ли имеет шанс стать для него больше чем просто другом.

– Мы с Джейсоном собираемся прожить некоторое время на Манхэттене. Несколько месяцев, по крайней мере. – Откинувшись в кресле, он взял со стола детскую чашечку с гранатовым соком. – Я набросал схему ремонта для нескольких объектов, поэтому ты будешь знать, что я хочу от подрядчиков. – Когда он передавал ей листок, задержал руку над письмом от бабушки. – Ты прочитаешь его? Бабуля не так уж часто пишет тебе.

Увидев неровный почерк, Бриана встревожилась. Ей стало совестно оттого, что она думает только о себе, своей жизни на Мартинике и чувствах к Гейбу, при этом начисто забывая о семье.

– Да, конечно. – Бриана вскрыла конверт. – Она стала писать мне реже, ее мучает артрит.

– Тем более надо прочитать, – настаивал Гейб.

Он принялся убирать со стола. Бриана прочитала короткое письмо. Сначала бабушка написала несколько строк о том, что никак не удается организовать посадку сада на крыше дома, этот вопрос ее очень волновал. Остальную часть Бриана быстро пробежала глазами.

Кроме последних строчек.

«Вчера на рынке на меня напал грабитель, какой-то наркоман. Ничего страшного, со мной все в порядке. Остались небольшие синяки. Это не проблема, но на рынок будет труднее ходить. Ты предлагала мне заказывать продукты на дом, я готова рассмотреть твое предложение. Сейчас у меня большой запас еды, на неделю хватит, не волнуйся.

До свидания, моя любимая девочка».

У Брианы екнуло сердце.

– О боже!

Бабушка, самый главный человек в жизни, ограблена, побита и страдает в одиночестве, а она тем временем сажает цветочки в этом Карибском раю, мечтая о недосягаемом мужчине.

– В чем дело? – Гейб мгновенно подошел к ней, положив руку на плечо.

– Мне надо домой. – Бриана встала, колени дрожали. – Срочно.

– Что случилось? Подожди!

Гейб обнял ее за талию, ощутив запретное удовольствие, которого не заслужил.

Но в данный момент Бриана была в шоке. Побледнела как полотно. Что такого в этом письме?

– Мне надо домой, Гейб. Бабушка получила травму. – Ее голос сорвался.

Гейб опешил. Он видел, как эта хрупкая женщина собственными руками ворочает огромные мешки с землей, и никак не мог представить ее плачущей. Тем не менее ее карие глаза блестели от слез.

– Кто получил травму? Бабушка?

Гейб неохотно отпустил Бриану, слегка коснувшись пальцами длинных пушистых волос, собранных в конский хвост.

Она всхлипнула, слеза скатилась по щеке. Ее оливковая кожа стала белой, как конверт, который она сжимала в руке. Всего лишь несколько мгновений назад она улыбалась Джейсону, и ей не надо было делать над собой усилие, чтобы развлечь ребенка.

– Прочитай. – Она передала Гейбу письмо Роуз Хансон, а пока он читал, достала из кармана рабочих брюк мобильный телефон. – Я собрала деньги, чтобы привезти ее сюда. Хотела сообщить ей об этом в эти выходные, во время связи по скайпу. Надо было бы звонить ей каждый день, а я делаю это только сейчас.

Бриана приложила телефон к уху. Гейб услышал, как на том конце кто-то ответил. Хотя, должно быть, это автоответчик, потому что Бриана дала отбой и вновь набрала номер.

– Не переживай. Все будет хорошо. – Он снова обнял ее, надеясь как-то утешить, но вдруг почувствовал удовольствие от этого прикосновения. – Мы пришлем к ней кого-нибудь на помощь. Например, сиделку.

Бриана отправила сообщение бабушке с просьбой немедленно перезвонить. Засунув телефон в карман, прижала руку ко лбу, облокотившись о стол.

Гейб жалел, что мало знает о семье Брианы. Ему лишь известно о том, что у нее было тяжелое детство, и бабушка, собрав все свои сбережения, отправила внучку на Мартинику к своей подруге, которая уехала на остров после выхода на пенсию. Бриане в то время было двенадцать лет. Ее опекунша – почти чужой человек – помогла девочке получить образование и познакомила с местным садовником.

Переживая собственную драму, Гейб мало интересовался жизнью Брианы, хотя при виде ее в нем что-то ярко вспыхивало. Он игнорировал вспышки, когда жил с Терезой, объясняя их тем, что восхищается профессионализмом и рабочим энтузиазмом девушки.

И вот сейчас, когда он прижал к себе ее голову, вдыхая запах волос, в нем вновь вспыхнули странные чувства. Ее волосы источали аромат цветов, которые она сажала в саду. От его взгляда не укрылись и округлые женственные формы, совершенно не гармонирующие с просторной рабочей одеждой.

– Там никого нет. – Бриана покачала головой, и ее темные мягкие волосы коснулись его подбородка. – С бабушкой жила моя мачеха Венди, а когда в прошлом месяце появился новый бойфренд, она съехала с квартиры. Я так волнуюсь.

– Я позвоню в патронажную службу и найду сиделку. – Гейб достал из заднего кармана джинсов телефон, надеясь, что няня Джейсона скоро вернется.

Его инстинкт – оберегать и защищать – игнорировать трудно. Бриана находилась рядом с ним в самые трудные дни. И в жизни Джейсона тоже была подобно солнышку. Гейб постоянно испытывал чувство вины оттого, что не способен найти новую мать для сына, а когда смотрел на Бриану, это чувство немного сглаживалось.

– Нет, не надо звонить. Это мой долг, а не твой, Гейб. Однако спасибо тебе. – Она дрожавшими пальцами набрала номер. – Это хорошая идея – попросить кого-нибудь позаботиться о ней, пока не приеду я.

– У-у-у! – За спиной Гейба раздался восторженный вскрик.

Повернувшись, он увидел, как сын подбросил вверх морковку.

Бриана, взглянув на малыша, улыбнулась дрогнувшей улыбкой, хотя и была совершенно расстроена. Она сильно отличалась от бывшей жены Гейба. Казалось, та с удовольствием предоставила Гейбу заниматься ребенком. Он не раз собирался в Штаты, чтобы бывшая жена смогла увидеться с сыном. Однако Тереза заявила, что сможет повидаться с малышом только после Дня святого Валентина. В этот день у нее должна состояться фотосессия для одного музыкального журнала.

Тем не менее Гейб надеялся, что она найдет окно в своем плотном расписании, чтобы сын увиделся со своей мамой.

– Может быть, тебе даже не надо будет лететь в Нью-Йорк, если найдешь сиделку. – Гейбу была ненавистна сама мысль о том, что Бриана вернется к той жизни, которая сделала ее несчастной. Тот дом бабушки хранит в себе тягостные воспоминания. – Сиделка будет приходить к ней, пока ты не найдешь способ доставить бабушку сюда.

Гейб хотел, чтобы Бриана осталась работать у него. Здесь у нее счастливая жизнь. Она вкладывает душу в свои сады, и он понимает, что отель станет другим, если она уедет.

– Я полечу ближайшим рейсом. – Пальцы сжали телефон. – Надеюсь, ты понимаешь, что мне срочно нужен отпуск.

– Конечно, я дам его тебе, более того, сохраню за тобой рабочее место. – Гейб не хотел, чтобы Бриана переживала по поводу работы. И эгоистически надеялся, что родственники не смогут ее убедить остаться в Нью-Йорке. Он желал, чтобы она вернулась на Мартинику, потому что здесь его дом.

– Спасибо тебе. – Бриана кивнула, на густых ресницах блеснула слеза. – Пойду собираться. Может быть, сегодня вечером уже удастся улететь. – Она сунула письмо в карман брюк, которые моментально обтянули ее бедра.

Что с ним происходит? Зачем обращает внимание на подобные вещи, когда Бриана нуждается в его помощи? Скала в его шатком мире. Ее улыбка освещает его жизнь. Он не может допустить, чтобы она в столь нервном состоянии встретилась со своей семьей.

– Не улетай.

Гейб явно хотел ей помочь, как когда-то она помогла ему одним лишь своим присутствием. В те тяжелые дни, когда он расставался с Терезой.

И он не в состоянии ее отпустить сейчас.

– Гейб, я должна. – Горячность и страсть в ее голосе несказанно удивили его. Он впервые услышал такой тон. – Бабушку кто-то избил. Ей восемьдесят лет, и она дала мне все, что у меня есть.

Но Гейб не хотел отпускать ее одну. Тем более в таком состоянии.

– Ты очень разнервничалась. С тобой может что-нибудь случиться. Я собираюсь в Нью-Йорк. Мы полетим вместе на моем самолете. Сегодня.

– Это невозможно. У тебя маленький сын, ему надо соблюдать режим дня. Его нельзя внезапно срывать с места.

Бриана с нежностью взглянула на Джейсона, погладив его пухлую ручку.

Гейб в окно увидел Камиллу, шедшую к ним по мощеной дорожке. Хорошо, что она вернулась. Теперь он сможет вплотную заняться Брианой. Взяв Джейсона на руки, он поцеловал сына в макушку.

– Мой сводный брат Кам знает пилотов, которые могут вылететь в течение часа. Если хочешь лететь сегодня, я позвоню ему, чтобы он нас взял. Это будет быстрее, чем обычным рейсом.

Вошла Камилла, и он, передав мальчика, попросил собрать его вещи для двухнедельной поездки. Камилла кивнула. Гейб, взяв Бриану за руку, вывел ее с кухни на залитый солнцем двор.

– Гейб, я никогда не смогу расплатиться с тобой.

– Зачем? Я ведь сказал, что мне надо быть в Нью-Йорке в любом случае, поэтому имеет смысл лететь вместе. Я должен тебе гораздо больше, Бриана, чем платил, если уж на то пошло. Ты работала не покладая рук и вложила в это место гораздо больше, чем кто-либо другой. Теперь моя очередь отблагодарить тебя.

Секунду Бриана колебалась, сжав губы, но в конце концов покорно подняла руки вверх.

– Хорошо. Пойду укладывать вещи.

– Замечательно. – Гейб кивнул, мысленно составляя список дел. – Я сообщу тебе время вылета, когда это станет известно. Как только прилетим, я возьму такси в аэропорту и доставлю тебя прямо к бабушке.

– Чудесно. – При этом Бриана напряглась. – Спасибо тебе.

И она ушла. Он размышлял о том, что постарается ей помочь перевезти бабушку на Мартинику. Они с Брианой – прекрасная команда на работе. Так почему бы им не стать партнерами и в личной жизни?

Какая притягательная мысль, хотя одновременно и тревожная. Может быть, потому, что совсем недавно он пережил развод. Правда, сейчас Гейб испытывал приятное влечение, которое исчезло из его жизни в тот момент, когда жена заявила о том, что покидает его. И это на третьем месяце беременности.

Глава 2

Бриана расхаживала перед своим домиком, под большим фиговым деревом, склоненным от постоянных ветров, ожидая Гейба, который должен был заехать за ней. Дорожная сумка стояла на маленьком деревянном крыльце. На остров опускались сумерки, окрашивая все вокруг в розово-персиковые цвета. Домик уже погрузился в тень широких ветвей.

Наклонившись, она подняла несколько листьев с тарелки, которую поставила прошлой осенью. Эту тарелку подарила подруга бабушки, Кэрол, которая привезла ее сюда четырнадцать лет назад совсем еще юной девочкой. На память. Кэрол все свои деньги потратила на проживание в частном доме престарелых. Зато Бриане оставила подарок – кованую тарелку с выгравированной на ней китайской пословицей: «Когда крыша крепка, нечего бояться ветра».

Бриана поняла это послание. Надо опираться на корни, которые Кэрол помогла ей пустить на Мартинике, и те ценности, которые бабушка постаралась ей передать, пока мир девочки не взорвался от семейной драмы. И не важно, что ее мать была наркоманкой и оставила семью, когда ее дилер перебрался в Майами. И не важно, что восьмилетнюю Бриану оставили с отцом. У того была аллергия на работу, а не на женщин. Даже тогда девочка чувствовала себя взрослым человеком в доме, подделывая подписи отца в школьном дневнике, инстинктивно понимая, что тревоги лишь возрастут, если кто-то узнает, насколько часто она бывает заброшена и предоставлена самой себе.

Тогда она еще не знала, что станет гораздо хуже, когда к отцу переедет любовница с детьми от предыдущих мужчин. Денег наркоманской пары едва хватало на то, чтобы прокормить этих детей. Если бы не бесплатные школьные завтраки, Бриана, наверное, не выжила бы. Ее забывали покормить, не говоря уже о том, чтобы купить пару ботинок или проверить домашнее задание. Повзрослев и став красивой девушкой, она вдруг ощутила на себе внимание иного толка, подчас приводившее в шок.

Бриана поежилась от этих воспоминаний. Услышав звук машины Гейба, вздохнула с облегчением. Два часа назад он написал, что им надо выехать в семь часов вечера, и вот без пятнадцати семь он уже здесь. Личный самолет взлетит сразу, как только они усядутся в кресла.

В некотором смысле эта любезность с его стороны гораздо важнее, чем предоставление дополнительного отпуска. И хотя Бриана понимала, что семье Мак-Нейл этот перелет ничего не стоит, тем не менее была очень тронута тем, что Гейб захотел подвезти ее. Опасное чувство. Босс и так уже привлекает ее во многих других аспектах.

Выйдя на дорожку с потертой сумкой на колесиках, Бриана увидела, как Гейб открывает багажник темно-серого «мерседеса». Согласившись поехать с работодателем, она надела лучшие темные джинсы и цветастую блузку в ярко-оранжевых и желтых тонах. Гейб, со своей стороны, выглядел так, будто собирался пройтись по красной ковровой дорожке «Оскара» со звездной актрисой. Эксклюзивные пиджак и темно-синие брюки от лучшего портного. Рубашка, расстегнутая у ворота, белоснежная. На манжетах поблескивают стильные запонки.

– Как бабушка? – спросил он.

– Не берет трубку, не отвечает на мои сообщения.

– Ты попросила кого-нибудь зайти к ней?

– Нет. – Бриана почувствовала себя виноватой. – В патронажном агентстве, куда я позвонила, сказали, что сегодня не могут никого к ней прислать, только завтра, и предложили позвонить в полицию, если я подозреваю, будто с ней что-то случилось.

– И ты позвонила? – Голубые глаза пристально взглянули на нее.

Она остро ощутила близость Гейба.

Кивнув, Бриана постаралась игнорировать то, как хорошо от него пахнет.

– Да, позвонила. Хотела выяснить, заявила ли бабушка об ограблении. Оказалось, нет. А когда я попросила кого-нибудь проверить ее, они пообещали прислать к ней машину завтра утром.

– Мы будем у нее раньше, – заверил Гейб. – Это весь твой багаж? – Он поставил в багажник ее сумку, при этом движении пиджак красиво обтянул его мускулистые плечи.

– Да, весь. – Бриана увидела в машине дочь мисс Камиллы, Надин, которая сидела рядом с Джейсоном. Поздоровавшись с ней, она вновь обратилась к Гейбу: – Даже не представляю, что я туда покидала.

Все ее мысли сосредоточились на бабушке. Какой негодяй посмел напасть на беззащитную, слабую старушку?

Нахмурившись, Гейб открыл для нее переднюю дверь.

– Ты остановишься у меня, когда прилетим в Нью-Йорк. Мой сводный брат Ян пригласил меня к себе. Они с женой на это время уедут за границу. У них большие апартаменты в центральном отеле. С пятью спальнями. Там есть консьерж, поэтому если ты что-то забыла…

– Нет, спасибо. – Бриана откинулась на кожаную спинку сиденья. Быть грубой не хотелось, однако она не может больше принимать от него подарки. Гордость не позволяет делать это. – Ты и без того столько сделал для меня.

Повернувшись к Надин и Джейсону, она потрепала малыша по коленке. Тот улыбнулся в ответ, издав радостный звук.

Очаровательный мальчик. Темные волосы и голубые глаза, такие же, как у отца. И как могла Тереза отказаться от него?

Гейб сел за руль, машина тронулась, оставив позади отель и все, ради чего Бриана работала всю жизнь.

– А знаешь ли ты, что я не летала самолетом вот уже четырнадцать лет?

Начав этот разговор, она надеялась, что он забудет о ее отказе поселиться с ним в шикарном отеле Манхэттена.

– Боишься летать? – Гейб объезжал группу туристов, фотографировавших окрестности.

Бриана боялась сидеть слишком близко от него. Его чуткость и доброта быстро разрушили барьеры, которые она возводила вокруг себя.

– Не думаю. – Она не могла припомнить все детали того давнего перелета. Почти всю дорогу плакала, считая, что жизнь ее окончена. – Это была тяжелая дорога, но лишь потому, что я ощущала себя бездомной.

Очень сложно объяснить ему свои чувства по отношению к своей семье.

– Я рад, что ты поехала со мной. – Гейб взглянул на Бриану, остановившись на тихом перекрестке.

Дружеские простые слова. Интересно, почему мгновенно пересохло в горле?

– Спасибо на добром слове. – Бриана взглянула на Надин, прячась от голубых глаз Гейба. – Надин, ты, наверное, удивилась тому, насколько оперативно тебе пришлось собраться в дорогу?

– Я каждый день спрашивала мать, когда же месье Мак-Нейл поедет в Нью-Йорк. Просто мечтаю увидеть этот город. – Девушка широко улыбнулась, ее улыбка была такой же теплой и открытой, как у матери. – Я начала упаковывать вещи еще две недели назад, когда впервые услышала о возможной поездке.

– Вот видишь, Бриана, – Гейб свернул на дорогу, ведущую к частной взлетной площадке, – поездка планировалась давно, ты лишь явилась спусковым крючком.

Бриана уцепилась за эту тему обеими руками, чтобы не думать об ожидающих ее семейных проблемах.

– Ты проделал прекрасную работу.

– Это мое хобби, ему я посвятил массу времени. – Лицо Гейба омрачилось, когда он заехал на стоянку и поставил машину рядом с черным эксклюзивным спортивным автомобилем. – Но теперь, став отцом, я меньше думаю о собственных увлечениях, поскольку необходимо заняться бизнесом, чтобы обеспечить будущее Джейсона.

На заднем сиденье Надин, снимая с кресла мальчика, рассказывала ему о великих приключениях, которые их ждут.

Бриана, выйдя из машины, взяла из багажника сумку.

– То, чем ты занимаешься, мало кто умеет делать. Работа с деревом – исчезающее искусство.

К ним подошел человек в униформе с тележкой и взял багаж. Теплый ветерок, взметнув локоны Брианы, закинул их ей на лицо, волосы прилипли к ее губам, влажным от бальзама.

– И умирает неспроста, – подхватил Гейб, когда они направились к блестевшему на солнце белому самолету. – В продаже полно деревянных декоративных поделок, люди просто покупают их.

Он поздоровался с пилотом. Бриана задумалась над этими словами. В них прозвучало пренебрежение к тому делу, которым он занимается столько лет. Может быть, она плохо знает Гейба? Интересно, как он относится к ее работе, если свою считает хобби?

Стюард провел их в салон самолета. Бриана приказала себе не думать на эту тему. Ведь у нее свои проблемы. Бабушка.

Гейб усадил Надин и Джейсона в заднем отсеке, вернулся к Бриане и сел рядом с ней, слегка коснулся рукой ее руки, застегивая привязной ремень.

Летчик поднял трап, закрыл внешнюю дверь и удалился в кабину. Через несколько мгновений взревел мотор, и самолет стал разгоняться.

Когда они взлетели, Бриана вернулась к прежнему разговору.

– Я все-таки не могу понять, почему ты столь пренебрежительно отзываешься о своем увлечении. А что ты скажешь о садовом дизайне? Это тоже умирающее искусство?

– Конечно нет.

– Ты в любой момент можешь купить саженцы дерева или куст. Кому нужна красота и изысканность, когда за тебя все сделают доллары?

За иллюминатором стало быстро темнеть, в салоне автоматически включился свет. И тогда Бриана увидела, что Гейб внимательно смотрит на нее.

– Ты думаешь, я полагаю, что дело только в деньгах? – Тон его был невозмутимым.

– Мне так показалось. Собственное мастерство по работе с деревом ты оцениваешь дешевле, чем умение зарабатывать деньги рядом с таким титаном бизнеса, как Малколм Мак-Нейл.

Гейб повернулся к ней.

– У меня сын. Его будущее для меня важнее любого увлечения или хобби. – Взгляд его стал жестким.

– Понятно. – Ей действительно понятно. – Я восхищаюсь людьми, которые заботятся о своих детях. – И, сделав глубокий вдох, она наконец задала мучивший ее вопрос: – А разве нельзя добиваться успеха, занимаясь любимым делом? Не хочешь объяснить это сыну?

Сверху из кондиционера ее обдувал легкий ветерок. Наверное, поэтому вдруг стало холодно. Или, быть может, Бриана похолодела от взгляда Гейба?

– Полагаешь, я должен научить сына уклоняться от своих обязанностей и заниматься тем, что ему нравится? – Он разгладил рукав пиджака, положив руку на разделявший их подлокотник. – Его мать уже оставила семью в погоне за славой. И будь я проклят, если совершу столь же эгоистичный поступок.

Глава 3

Непринужденного разговора не получилось, оба замолчали.

Все два часа полета Гейб проклинал себя за то, что позволил эмоциям возобладать над собой, обычно он держал их под контролем. Но слова Брианы разбередили рану, которую он старательно не замечал, запрещая себе даже вспоминать о бывшей жене, тем более в присутствии сына и Брианы.

Она вновь пробудила в нем влечение, как и в день первой встречи. Вместо того чтобы спорить с ней, лучше обсудить стратегию их действий, чтобы помочь друг другу.

Конечно, время еще есть. Он мог просто отвезти ее в Бруклин, как они и договаривались. Может быть, это самое лучшее решение. Ради бабушки Бриана примет его помощь, чего никогда бы не сделала ради себя.

Гейб почувствовал, как пальцы Брианы коснулись его рукава. Повернувшись, он увидел, что она смотрит на него. Скинула туфли, поджала под себя ноги. Конский хвост распустила, и шелковистые темные локоны волнами рассыпались по ее плечам. В приглушенном свете он заметил на ее носу золотистые веснушки.

– Прости. Я не имела права советовать, чему ты должен учить своего сына. Просто переживаю за бабушку, поэтому не могу мыслить разумно.

Гейб отложил телефон, на который пришло сообщение от помощника Терезы. Она назначила встречу с сыном на фотосессии в Нашвилле. Как бы сильно ни хотел Гейб, чтобы ребенок увиделся с матерью, общение в присутствии фотографов и журналистов нисколько не устраивало его. Спонтанные встречи не годятся. Их сыну нужна стабильность. Отогнав от себя тревожные мысли, он повернулся к Бриане:

– Тебе не за что извиняться. У меня другие тревоги в отношении Джейсона. – После секундного колебания Гейб все же решился. – Ты даже не представляешь, сколько раз я просил Терезу найти время для сына.

Бриана склонила голову.

– Значит, ты хочешь предоставить Джейсону больше возможностей для выбора жизненного пути?

– Да, именно так. Не хочу, чтобы сын погнался за какой-то мечтой, забыв о своей семье.

Больше всего Гейба убивало то, что Тереза не хотела быть матерью еще до рождения ребенка. Уговорила Гейба забрать младенца на Мартинику, когда тому едва исполнилось четыре недели. Ей была нужна полная свобода, чтобы путешествовать, не заботясь ни о ком.

Бриана плотнее завернулась в плед.

– Я поняла. Надеюсь, когда-нибудь ты тоже посвятишь себя своему любимому делу.

– Сейчас я думаю только о Джейсоне. Для меня важнее всего обеспечить ему стабильность. Ощущение семьи.

– Расскажи мне побольше о Мак-Нейлах, которые живут в Нью-Йорке. – Бриана уткнулась подбородком в колени. – У вас большая семья?

– Кроме дедушки Малколма, у меня три сводных брата: Камерон, Куин и Ян. Все они женились в прошлом году.

– По условию завещания деда?

Бриана покрутила на пальце золотое кольцо, на котором блеснул топаз. Неужели нервничает?

Обычно она не надевает драгоценности на работу, зато теперь Гейб увидел ее с другой стороны. Есть в ней что-то притягательное и очень, очень сексуальное.

Он мысленно заставил себя вернуться к вопросу.

– Я не очень тесно общаюсь с ними, поэтому не могу сказать. Но они нашли свои половинки почти сразу же, как только узнали о том, что наследство им не достанется, если они не женятся. – Подумав о родных братьях, Гейб добавил: – Однако Дамон и Джагер обожают своих жен, поэтому кто знает…

Бриана прикусила губу. Заметив ее белоснежные зубки, Гейб почувствовал всплеск желания.

– А твой отец? – осторожно спросила она.

Он прерывисто выдохнул, представив, какими сладкими могут быть ее губы.

– Мой биологический отец не входит в этот расклад. – Это совершенно точно. – Несколько лет назад дед поручил Лиаму возглавить «Курорты Мак-Нейла», после чего прибыль компании стала катастрофически уменьшаться. Поэтому Малколм сделал ставку на следующее поколение и внес поправку в завещание. Лиам никогда не был важен для семьи.

– Значит, Джейсон будет представлен своему прадедушке, дядям и их женам. – Бриана загибала пальцы, перечисляя их. – А есть ли у него двоюродные братья и сестры?

– У жены Камерона, Марисы, есть дочь от первого брака. У Дамона с Каролин недавно родился сын Лукас, ты слышала? – Дамон жил в Силиконовой долине, хотя иногда приезжал на Мартинику с семьей. Каролина даже не знала, что беременна, когда ее похитили год назад, поэтому Дамон испытал шок, узнав о том, что у них есть сын. – Кроме того, у Джагера и Делии этим летом должен родиться ребенок.

– Джейсон будет окружен кузенами, – улыбнулась Бриана. – Неудивительно, что ты хочешь сблизиться с семьей.

Она прекрасно понимает это. Для нее семья была очень важна, и вот теперь она увидела, как важна семья для Гейба.

– Я хочу укрепить наши связи. – Он знал, что Бриана одобрит его. – Поэтому и хочу поговорить с Малколмом. Хочешь еще воды?

– Хочу. – Она подняла пластиковый стаканчик. – О чем ты хочешь с ним поговорить? Убедить убрать из завещания поправку о женитьбе?

Когда Бриана передавала стакан, Гейб слегка прикоснулся к ее руке. Нет смысла отрицать, что это прикосновение приятно. Он восхищается ее чувственной красотой.

Гейб и себе налил воды. Надо было срочно охладиться.

– Я подумал, что мой голос уже ничего не решает, ведь мои братья уже выполнили волю Малколма. – Однако он знал, что это можно изменить, потому что у деда еще один сын, о котором он обмолвился лишь несколько недель назад. Старший брат Лиама, Донован, давно ушел от отца и отказался от каких-либо прав на имущество Мак-Нейлов. Создал собственный бизнес в Вайоминге, и у него есть дети. Малколм хотел привлечь к себе и этих наследников, но Гейб сомневался, что ему удастся это сделать. Донован держался в стороне от родственников.

– Неужели именно поэтому ты отправился в Нью-Йорк? – Бриана нахмурила темные брови, приняв стакан из его рук.

– Нет, я поехал для того, чтобы сблизиться с семьей ради сына.

– В общем, ты не хочешь, чтобы Джейсон был лишен наследства по вине Терезы. Никто не мог предвидеть это.

Гейб не сдержал улыбку.

– Спасибо, что защищаешь моего сына.

– Он имеет права на все привилегии, которые дает имя Мак-Нейла! – с жаром воскликнула она.

– Не могу с тобой спорить. Тем не менее существует лучший способ обеспечить права моему ребенку, который не рассорит меня с дедом.

Самолет скоро приступит к снижению. Гейб хотел получить ответ от Брианы еще до посадки.

– Какой?

– Я могу сделать то, что сделали братья. – Он внимательно смотрел на нее. – Жениться.

Бриана расширила глаза, открыв от удивления рот и качая головой, будто все, что он сказал, не имеет никакого смысла.

– Серьезно? А не ты ли утверждал, что больше никогда не женишься?

Да, он говорил это, когда развелся с Терезой. Просто сейчас заподозрил, что бывшая жена хочет изменить условия опеки. Сначала полностью отказалась от сына и даже радовалась этому. Зато теперь решила, что ребенка можно использовать в собственной рекламе, именно поэтому и пригласила его на фотосессию. Гейб, конечно, хочет, чтобы Джейсон общался с матерью, но не за счет стабильности семьи. А женитьба дала бы ему больше прав на ребенка.

– Этот брак будет совсем другим. Своеобразное партнерство в практических целях.

Да, конечно, все так. Но, черт возьми, эти «практические цели» включают в себя еще один пункт: лечь в постель с Брианой.

– Брак по расчету?

Гейб собрался с мыслями, намереваясь изложить ей свой план. Обсуждают же они с Брианой подробности ландшафтного дизайна.

– Одним словом, союз на двенадцать месяцев и один день. Я это делаю ради ребенка. Джейсон должен получить свою долю в наследстве Мак-Нейла.

Гейб пристально посмотрел на Бриану. Удивительно, она до сих пор, похоже, еще не поняла, какую должна сыграть роль. При этом он в курсе, что она ощущает влечение, как, впрочем, и он к ней.

Наклонившись, Гейб взял ее за руку. Она была прохладной. На ногтях поблескивал розовый лак.

– Бриана. – Он погладил ее ладонь, заглянув в глаза. – Выходи за меня замуж.

Она замерла, перестав дышать. Немыслимо. Мечтать о своем богатом и красивом боссе и понимать, что это сладкие, хотя и запретные грезы. И вот, пожалуйста.

Неужели и сейчас она грезит наяву? Надо бы проснуться, оттолкнуть его руку, пока они не перешли запретную черту.

Ей очень нужна работа, особенно сейчас. И она не может рисковать, хотя так хочется прижаться губами к его шершавому подбородку и вдохнуть кедровый запах.

Бриана высвободила руки, засунув их между коленей, чтобы избежать соблазна прикоснуться к Гейбу.

– Забавно! Взять в жены собственную садовницу! Представляю, как будет смеяться твой богатый дедушка.

– Я не шучу, а просто хочу обеспечить будущее моего сына. Женитьба – самый простой выход.

Бриана наконец поняла, что Гейб действительно не шутит.

– Ну, тогда женись. Замечательно. – Она понимала, насколько дорог ему сын, но не могла ему помочь. – Только не на мне. Я много потеряю при этом.

– Совсем нет. Если станешь моей женой, я помогу тебе решить вопрос с бабушкой. Она получит лучшую медицинскую помощь и круглосуточный уход.

Все закружилось перед глазами. Конечно, имея деньги, Гейб в состоянии помочь. И не только ей, но и бабушке.

Бриана покачала головой. За кого он ее принимает?

– Я не могу выйти замуж из-за денег. Это слишком приземлено. Конечно, я не испытываю особых романтических надежд по поводу собственного будущего, но не пойду к алтарю ради оплаты лечения бабушки.

Подвинувшись, она спустила ноги на пол. Никаких уютных поз. Никаких интимностей с этим мужчиной. Слишком уж рискованно.

– Бриана, я сделал тебе предложение не только поэтому. – В его голосе послышалось возмущение. – Я доверяю тебе. Ты ведь знаешь, какую власть получишь, став моей женой. Войдешь в мою семью, а это для меня много значит.

Их взгляды встретились.

– Почему ты мне доверяешь? Мы всего лишь работаем вместе. Хотя да, шутим и смеемся иногда. И тем не менее.

– Я доверяю тебе по двум причинам. Во-первых, ты хорошо относишься к Джейсону. Я вижу, как ласково ты смотришь на него. Это не притворство.

Бриана открыла и снова закрыла рот.

– Все любят детей.

– Нет, не все, – с горечью констатировал он. – Но существует еще одна причина. – Он взял ее за руку. – Между нами с самого начала возникло притяжение.

– Нет.

– Нет смысла отрицать. Мы оба старались не замечать этого и, кстати, правильно делали. – Он нежно сжал ей пальцы. Бриане вдруг стало очень тепло. – Другие женщины воспользовались бы этим. Богатство Мак-Нейлов притягивает их, мне частенько приходилось отбиваться от охотниц за деньгами.

Она раньше не задумывалась над этим. Была ли Тереза одной из них? Бриана не отважилась спросить его об этом.

– А ты, в отличие от других, – он заглянул ей в глаза, – уважаешь мою семью, и я знаю, что могу положиться на тебя.

Бриана не смогла подобрать подходящие слова. Он знает, что нравится ей, но не воспользовался этим.

– Гейб, это будет игра с огнем. Я не могу бросить работу ради того, чтобы на год стать твоей женой. А после этого и вовсе не смогу у тебя работать.

Она искала оправдание вместо того, чтобы просто сказать «нет». Значит, в глубине души все-таки хочет принять предложение. Гейб, казалось, понял это. Наклонился к ней. Его глаза блеснули.

– Мы составим добрачное соглашение. Ты изложишь в нем свои условия.

– Я люблю мою работу. – «Соловьиная роща» стала ее детищем, она вложила в нее всю душу. – И хочу усовершенствовать сад.

– Ты внесешь в соглашение условие о сохранении за тобой рабочего места. – Гейб пожал плечами, будто это такой пустяк.

Самолет качнуло, у Брианы закружилась голова. Гейб мягко привлек ее к себе. Она даже не сразу поняла, что он обнимает ее. В его глазах загорелся огонь.

– Мы должны продолжать игнорировать это. – Слова непроизвольно слетели с ее языка.

– Что? – Он крепче прижал ее к себе.

– Наше влечение друг к другу. – Бриана была не в состоянии отвергнуть помощь Гейба. Его деньги могут обеспечить ей спокойную старость. – Нам надо вести себя как прежде. Не хочу ощущать себя так, будто продала душу ради того, чтобы обеспечить уход бабушке.

Гейб посмотрел на ее губы.

– Конечно, я согласен учесть все твои пожелания.

Понимает ли он, сколько раз его жгучий взгляд заставлял ее сердце биться быстрее?

– И ты не должен пытаться убедить меня покинуть комфортную зону, даже если увидишь, что я колеблюсь.

Он мгновенно убрал руку с ее плеча.

И она уже горевала об этой потере.

– Договорились. Завтра я подготовлю брачное соглашение, и завтра же мы сможем подать заявление. У тебя есть американское гражданство? – Он говорил серьезно. Бриана кивнула. – У меня тоже есть. По законам Нью-Йорка расписать нас могут уже через сутки после подачи заявления. Так что все просто.

Ради бабушки она обязана это сделать.

Взглянув в его горящие глаза, Бриана почувствовала головокружение. Хотя и успела сказать:

– Хорошо.

Глава 4

Бриана согласилась.

Через час они уже ехали в лимузине в сторону Бруклина. Гейб взглянул в напряженное лицо Брианы. Да уж, она явно не выглядит так, как должна выглядеть женщина, которая радуется предстоящему событию. Он отправил Надин и Джейсона в другой машине, чтобы мальчик мог отдохнуть после долгого перелета.

Поэтому сейчас они с Брианой были одни. И это их первая поездка в качестве обрученной пары.

С Терезой было все по-другому. Он привез ее в Париж, чтобы сделать предложение в ресторане за ужином. Этакий романтический вечер для женщины, обожавшей все романтическое. Бриане он даже не купил обручального кольца. Тем не менее Гейб радовался, что эта помолвка совсем не похожа на предыдущую. Кроме того, оба знают, чего хотят. У них будет добрачное соглашение. Он уже позвонил своим адвокатам и велел подготовить его. Это выгодно им обоим.

Интересно, почему Бриана выглядит так, будто заключает сделку с дьяволом?

– С тобой все в порядке? – Он накрыл ладонью ее руку, спрятанную под кашемировой шалью.

Эта одежда была слишком теплой для Мартиники, но вполне подходящей для февральского Нью-Йорка. Гейб позаботился о том, чтобы Бриане доставили зимнюю одежду. Ему хотелось, чтобы она находилась в хорошем настроении, хотя, может быть, она переживает из-за бабушки.

– Я даже не думала, что возвращение домой вызовет такие странные чувства. – Бриана смотрела в окно на темные аллеи парка, мимо которого они проезжали. – Была уверена, что не скучаю по родным местам, а вот поди ж ты. – Она покачала головой. – У меня осталось так много воспоминаний. И да, не все из них плохие.

– Ты никогда не говорила, почему твоя бабушка отправила тебя на Мартинику. – Гейб надеялся, что разговор об этом поможет ей расслабиться. Он уже позвонил в патронажную службу, чтобы те прислали своих работников в Бруклин, к дому бабушки. Сам же, заботясь о Бриане, старался забыть о том, что не рассказал ей о своих истинных намерениях, надеялся, вступив с ней в брак, самостоятельно обуздать Терезу, если вдруг та захочет изменить условия опеки над сыном.

– Моя семейная жизнь складывалась нелегко еще до того, как отец женился второй раз. – Бриана взглянула на мелькнувшее за окном ярко освещенное кафе. – И когда привел Венди домой, я стала лишней.

Ее отец не имел права так поступать. Гейб никому бы не позволил такого по отношению к своему сыну, которого и так оставила родная мать.

– Вы не поладили друг с другом? – Он попытался мысленно представить ее детство.

А Бриана уже говорила, что у ее матери были проблемы с приемом обезболивающих лекарств, она убежала со своим дилером, когда дочери было всего восемь лет, оставив ее на попечение бабушки.

– Что-то вроде того. Моя мачеха была ревнивой. Не замечала во мне угрозу, пока я была маленькой, но, когда стала подрастать, она начинала злиться, если кто-то обращал на меня внимание.

– А как она злилась? – Гейб старался говорить спокойно. – Била тебя?

– Нет, не совсем.

«Иногда кидала в меня чем-нибудь. Иногда критиковала мою грудь, если не могла натянуть на меня слишком тесную одежду, из которой я уже выросла».

Гейб нащупал ее руку и нежно сжал.

– Теперь понятно, почему бабушка хотела забрать тебя оттуда.

– Я слышала, Венди сейчас лечится по поводу некоторых своих проблем. – Бриана уперлась ногами в пол, когда лимузин вдруг резко затормозил на красный свет. – Но она заботилась о бабушке, пока не легла в больницу два месяца назад.

– А где в это время находился твой отец? Он не принимал участия в делах семьи?

Гейб отдал бы все, чтобы вернуть мать. Ее смерть от рака потрясла его гораздо больше, чем исчезновение отца. Он и представить не мог, как можно не заботиться о своей пожилой матери. Хотя интересно и то, какие чувства к матери будет испытывать Джейсон, когда узнает о том, насколько легко она его бросила?

– Один из его сыновей от Венди стал успешным певцом. – Бриана скептически подняла брови. – И отец последовал за ним в Лос-Анджелес, чтобы стать его менеджером.

– Значит, у тебя тоже есть сводные братья, – отметил Гейб, когда лимузин остановился перед старинными особняками на Бушуик-авеню.

– Да, есть. – Бриана машинально кивнула. – Таил ер родился, когда отец еще жил с моей матерью, поэтому он всего лишь на несколько лет моложе меня.

Она оглядывала старинные особняки, очень похожие друг на друга. С коваными пожарными лестницами, одинаковыми урнами, расставленными с равными интервалами. На углу целовалась какая-то парочка, в конце ряда была химчистка, в ней ярко горел свет, а внутри кипела работа, хотя уже наступила ночь.

Гейб хотел еще спросить о том, почему никто из сводных братьев Брианы не приехал проведать бабушку, но она в спешке уже открыла дверь лимузина.

– У тебя есть ключ? – Гейб помог ей выйти, обняв за талию.

– Да, есть. Надеюсь только, что замок не поменяли. – Она вынула из сумки кошелек, вышитый розами. – Бабушка подарила мне его на прощание. Здесь монетка, чтобы я всегда смогла позвонить домой, и ключи от дверей.

Ее голос дрогнул от чувств.

Парочка перестала целоваться, уставившись на лимузин. Возможно, простое любопытство, однако Гейб встревожился. Надо скорее войти с Брианой в дом. Он вставил большой ключ в замок.

– Хорошо. Патронажная служба прибудет через несколько минут. Я велел моему водителю отъехать, чтобы пропустить их машину.

– Надеюсь, их помощь нам не понадобится.

Они вошли в полутемный холл. Бриана свернула налево, к комнате бабушки на первом этаже. На двери до сих пор висели забытые праздничные украшения – веточки сосны, перевязанные красной лентой.

Зазвонил телефон Гейба. За окном мелькнули фары большой машины, это прибыла медицинская помощь.

Бриана постучала в дверь.

Подождала.

Гейб взглянул на нее и понял, что она сейчас чувствует. Он помнил то ужасное время, когда болела его мать, хотя и был ребенком, тем не менее прекрасно знал, что это такое, когда твой любимый человек умирает у тебя на глазах.

– Хорошо. – Бриана сделала глубокий вдох. – Сначала войду я, посмотрю, что с ней.

– Я пойду с тобой.

Если никто не отвечает на стук, это еще не означает, что в доме никого нет. А что, если вернулась мачеха? Гейб снова взял Бриану за руку, желая защитить.

– Хорошо, пойдем. – Она кивнула, достав из кошелька другой ключ. – Только не пускай пока медицинских работников.

– Конечно. Я скажу им, чтобы подождали, пока ты не будешь готова.

Кивнув, Бриана повернула ключ в двери и вошла внутрь.

– Бабушка! – У нее дрожали колени. Даже больше, чем голос. Откашлявшись, она позвала снова: – Бабушка, это я, Бриана.

Она не хотела пугать старушку, но ей надо было скорее увидеть ее. Бриана заглянула на кухню. Там было холодно и не чувствовалось никаких запахов. На столе стояла чистая чашка.

Она взялась за дверную ручку, и в спальне раздался охрипший голос:

– У меня есть пистолет, сукин сын!

Гейб моментально заслонил собой Бриану.

– Бабушка. – Сердце бешено колотилось. Она узнала этот старческий голос. – Это я, Бриана. – Вцепившись в Гейба, она на миг прижалась головой к его плечу. – Я помчалась домой сразу, как получила твое письмо.

Дверь спальни широко распахнулась.

Гейб отскочил в сторону вместе с Брианой, все еще загораживая ее от бабушки. Бриана через его плечо увидела Роуз Хансон, одетую в розовую ночную рубашку, седые волосы были перевязаны какой-то полинявшей серой лентой.

– У вас есть оружие, мадам? – поинтересовался Гейб, хотя Бриана уже бросилась к бабушке.

– Только это. – Роуз протянула ему старый смартфон. – Мой сын показал, как включать звук выстрелов, но я забыла, как это делается, черт возьми. – Ее карие глаза обратились к Бриане. – Ты страшно меня напугала, моя девочка. – Подняв сухую руку, бабушка погладила ее по щеке.

– Я очень переживала за тебя, а ты не брала трубку. – Бриана закрыла глаза, две слезы скатились по щеке, когда она обняла бабушку. – Как ты себя чувствуешь? – Она вгляделась в лицо Роуз. – Здесь так холодно.

Бабушка почти не изменилась, только ростом стала ниже, будто время забрало у нее несколько дюймов. Семья ее матери приехала в Нью-Йорк из Пуэрто-Рико, и Роуз славилась экзотической красотой. С темными густыми волосами, золотистой кожей и выразительной улыбкой. Сейчас волосы поседели, но по-прежнему были длинными, как прежде.

– А это кто? – Роуз зажгла на кухне свет. – Ты никогда не говорила мне, что у тебя есть бойфренд.

– Это Габриэль Мак-Нейл, бабушка. – Бриана быстро взглянула на Гейба. Он стоял рядом с бабушкой, готовый ее поддержать. – Я говорила тебе о нем. Он владелец «Соловьиной рощи», где я работаю.

Роуз внимательно посмотрела на него, точно так же, как на друзей внучки, которых та приводила домой из школы.

– Вы далеко уехали от дома, Габриэль Мак-Нейл, – отметила она, слегка покачнувшись. Лицо ее было бледным.

– Мы только что обручились, миссис Хансон. – Гейб пододвинул бабушке стул. – И вот я решил поехать вместе с Брианой. Мы переживали за вас.

Роуз хмуро взглянула на стул, тряхнув головой.

– Не стоит баловать старую леди. Со мной все в порядке. Мне нужна только помощь по доставке продуктов, и все.

Бриана заподозрила, что бабушка что-то скрывает. Упрямая и гордая, Роуз Хансон в молодости была джазовой певицей. В квартире всегда висели афиши с ее изображением. Сейчас их не было, дом вообще выглядел пустым, будто кто-то вынес отсюда множество вещей.

Неужели Роуз заложила мебель, чтобы раздобыть немного денег?

– Как ты сейчас себя чувствуешь? – Бриана незаметно кивнула Гейбу, чтобы он пригласил в дом медиков. – Где у тебя болит?

– Нигде. – Роуз покачала головой, в то время как Гейб тихо двинулся к входной двери. – Меня не надо опекать, милая, просто купите мне немного хлеба и яиц. – Бабушка открыла дверцы шкафа. – Я уже съела все крекеры.

Бриана взглянула на полки – те пустовали.

– Ox. – Бабушка, поморщившись от боли, потерла правую руку.

Бриане стало жаль ее. И почему она не приехала раньше?!

– С тобой не все в порядке. – Она слышала, как Гейб провел в холл медиков. – Бабушка, мы пригласили к тебе врачей, чтобы осмотрели тебя. А потом поедем к нам, ты останешься у нас, пока не поправишься.

Старушка взглянула на дверь, в которую вошли два молодых человека с бейджиками на груди, одетые в темную медицинскую форму. Улыбнувшись, они представились и усадили бабушку в кресло.

– Давно у меня на кухне не было столько людей. – Роуз пустилась в воспоминания о том, какие устраивала вечеринки после своих концертов.

– Мы побудем здесь, – сказала Бриана, отходя с Гейбом в сторону, когда медики стали измерять бабушке давление и расспрашивать о здоровье.

– Как ты ее оцениваешь? – В голубых глазах Гейба мелькнула тревога.

– Она выглядит больной и слабой. И у нее пустой холодильник. Не знаю, есть ли у нее деньги.

В этот момент раздался звонок в дверь.

– Откройте! – послышался пронзительный женский голос.

Бриана замерла, сразу узнав этот мерзкий тон, и на секунду вновь почувствовала себя одиннадцатилетней девочкой, испуганной и бессловесной.

Гейб посмотрел в глазок, не заметив ее шока.

– Рыжеволосая дылда с кучей косметики на лице, – констатировал он. – Ты ее знаешь?

– Лучше откройте, иначе она разнесет весь дом, – отозвалась бабушка со своего кресла, где врачи осматривали ее синяки.

– Лучше бы она ушла. – Бриана понимала: раз уж она приехала в Нью-Йорк, ей придется встретиться не только с бабушкой, но и с другими членами семьи.

В дверь продолжали звонить, раздавались крики с требованием открыть дверь.

– Может быть, вызвать полицию? – предложил Гейб, с тревогой взглянув на Бриану.

Не желая проявлять слабость перед мужчиной, который не знал, какой запуганной девочкой она была, Бриана покачала головой.

– Мне все равно придется разговаривать с мачехой рано или поздно. Лучше сделать это сейчас.

Глава 5

Когда обрушился новый шквал звонков, Гейб открыл дверь и с удовольствием заметил, как нежданная гостья, сделав шаг вперед, споткнулась о край ковра. Он подхватил ее под руку, как и положено настоящему джентльмену.

Волосы мачехи были ярко-рыжего цвета и торчали в разные стороны, будто она только что проснулась, хотя глаза сильно накрашены. На ней были просторная мужская футболка и узкая мини-юбка. Окинув взглядом комнату, она увидела Бриану.

– Вы только посмотрите, кто удостоил нас своим посещением! – Женщина растянула губы в змеиной улыбке. – Решила продемонстрировать преданность семье? – В этот момент она увидела врачей, все еще хлопотавших возле бабушки. – Что здесь происходит, черт возьми?

Гейб подумал, что Бриана сейчас выгонит мачеху за дверь, словно змею, заползшую в сад, но она замерла в нерешительности. И в этот момент раздался голос Роуз.

– Замолчи, Венди. – Бабушка отмахнулась от нее, словно от надоедливой мухи. – Если бы тебя действительно волновало то, что здесь происходит, ты появилась бы неделю назад, когда я едва могла двигаться. Слава богу, ко мне не пришла твоя чучундра из соседней квартиры. Это она позвонила тебе и сказала, что здесь какой-то переполох?

Бриана, казалось, наконец обрела голос.

– Кто живет в соседней квартире, бабушка?

– Не твое дело, – фыркнула мачеха, покачнувшись на шпильках. Может, она навеселе?

– Там живет Ванесса, – ответила Роуз, держа на весу правую руку, которую забинтовывали медики. – Старшая дочь Венди. Держу пари, она в это время валялась в шезлонге на балконе с длинным бревном, которого называет бойфренд. Эта костлявая проститутка сразу же позвонила мамочке.

Гейбу понравилась Роуз. Он еще до встречи полюбил ее за то, что она отправила Бриану на Мартинику, избавив от жизни в Нью-Йорке. И вот теперь, когда он увидел ее, не смог сдержать улыбку. Теперь он понял, в кого Бриана такая решительная.

Венди уперла руки в бока и зашипела на Роуз:

– Вы должны быть благодарны ей за то, что она присматривает за вашей квартирой. Она позвонила мне, потому что, увидев лимузин, подумала, что к вам приехал какой-то бандит. – Отступив, она снова взглянула на Бриану. – Вот уж никогда бы не подумала, что мисс Звезда приедет к нам на лимузине.

– Я приехала не к вам. – Бриана скрестила руки на груди. – Я приехала, чтобы забрать с собой бабушку.

– Прямо сейчас. – Роуз куталась в шаль.

В доме было холодно. Гейб не мог понять почему. Либо у бабушки нет денег для оплаты отопления, либо что-то сломалось в системе. В любом случае бабушку нельзя здесь оставлять.

– Роуз никуда не поедет, – заявила Венди, выпятив грудь, будто собиралась вступить в кулачный бой. – Вы не имеете права принимать решения, которые вас не касаются.

Гейб не понимал, почему Венди вмешивается в жизнь свекрови. Или бывшей свекрови? Развелась ли Венди с отцом Брианы? Ее семейная жизнь куда сложнее, чем его. У него была мать, которая трепетно заботилась о нем и братьях, Дамоне и Джагере.

Один из медиков сказал:

– У миссис Роуз сломаны рука и, возможно, несколько ребер. Необходимо сделать рентген, и как можно скорее.

Проходя мимо Венди, Бриана присела перед креслом бабушки.

– На улице перед домом нас ждет машина скорой помощи, нам надо поехать в больницу.

Гейб надеялся, что Бриане удастся убедить бабушку. Он знал, что его будущая жена не успокоится, пока не обеспечит Роуз надежный уход. Мачеха тем не менее не унималась.

– Так кто же вы, если не бандит! – воскликнула она, с любопытством разглядывая его.

– Жених Брианы. Гейб Мак-Нейл. – Он не подал ей руки.

– Мак-Нейл. – Женщина поджала губы. – Роуз говорила мне, что вы босс Брианы. – Она прищурила глаза. – Что-то не вижу кольца на ее руке.

– Его подгоняют по размеру. – Это, вообще, не ее дело. Кроме того, Гейбу не понравился блеснувший от любопытства взгляд мачехи.

Медики помогли Роуз встать. Бриана принялась искать бабушкины туфли.

Венди ткнула в Гейба пальцем.

– Значит, вы тот самый человек, у которого была чванливая жена? – Она удовлетворенно кивнула. – Я читала о вас в одном из писем Брианы.

Бриана бросила на него извиняющийся взгляд.

– Эти письма Бриана писала мне, шпионка, – отозвалась Роуз. Она хорошо слышала. – И оставь в покое этого мужчину.

Гейб ничего не сказал, разговор был окончен. Он хорошо знает Бриану, поэтому уверен, что никаких личных подробностей его жизни она не описывала. Однако Бриана думала, что ее письма читает только бабушка. Если Венди захочет причинить неприятности Бриане или сыну Гейба, ей придется расплатиться за это.

Бриана взяла сумку Роуз и подошла к Гейбу.

– Я поеду с бабушкой в больницу.

– Конечно. Я тоже поеду с вами.

– Тебе не обязательно. – Бриана взглянула на бабушку, которую под руки вели медики. – Тебе надо побыть с Джейсоном, пока он не адаптируется в новой обстановке.

– Надин сумеет успокоить его. Джейсон в надежных руках. Я поеду с тобой.

Он хотел помочь. Провести с ней больше времени. И конечно, как можно скорее надеть ей на руку кольцо. Ему не нравилась подозрительность мачехи по поводу их предстоящего брака.

Чем скорее он женится на Бриане, тем лучше.

– Ш-ш-ш… Не будем будить ее, – раздался тихий мужской голос за дверью.

Бриана лежала в кровати и никак не могла проснуться.

Заморгав, она открыла глаза и оглядела незнакомую комнату.

«Это новый дом», – с дрожью вспомнила она. Гейб привез ее в квартиру сводного брата в четыре часа утра. Роуз они поместили в спальню на втором этаже, и он провел ее в комнату.

– Угу, – раздался детский голос, и Бриана улыбнулась. Потом послышались пыхтение и удалявшиеся возгласы «угу-угу!».

Отец с сыном уже встали. Ее будущие муж и сын, правда, только временные.

Улыбка исчезла с ее лица.

На что это она согласилась вчера?

Сев на кровати, Бриана откинула с лица спутанные волосы и взглянула на старинные часы, стоявшие на тумбочке. Почти двенадцать часов. Вместо пения птиц, которым наслаждалась по утрам, она услышала звуки улицы – рев моторов, автомобильные гудки. В отдалении завывала сирена.

Бриана медленно приходила в себя. Она согласилась выйти замуж за своего босса ради того, чтобы он помог бабушке. В ясном свете дня, не видя завораживающего взгляда Гейба, Бриана поняла, как много поставила на кон. Собственную гордость? Слишком поздно думать об этом. Сердце? Его как зеницу ока надо беречь от посягательств сексуального жениха.

Но больше всего волновал ребенок. Джейсон однажды уже был брошен матерью. Тереза настояла на том, чтобы Гейб с ребенком вернулись на Мартинику, чтобы она могла свободно заниматься карьерой. Разве может Бриана допустить, чтобы мальчик привязался к ней, если придется покинуть его через год, как она решила? Джейсон сейчас не сможет понять, что брак этот важен для его «наследства».

Откинув одеяло, Бриана поспешила в душ. Вымыв голову и почистив зубы, оделась и отправилась в библиотеку. Там было полно книг по архитектуре и дизайну.

Потом она заглянула на кухню, где обнаружила Надин и малыша. Он стучал деревянной ложкой по тарелке и радостно хихикал.

– Доброе утро. – Надин сидела, уткнувшись глазами в карту города. – Надеюсь, мы не очень шумим?

Джейсон взглянул на Бриану и протянул ей ложку. Она погладила его темные кудряшки и помогла сыграть барабанную дробь.

– Конечно нет. Мне надо было встать гораздо раньше. – Бриана посмотрела в сторону коридора. – Ты не знаешь, бабушка проснулась?

– Наверху тихо. Мистер Мак-Нейл сказал, что вы приехали очень поздно. – Надин свернула карту. – В десять утра приехала медсестра. Она сейчас в гостиной перед дверью бабушки ждет, когда та ее позовет.

– Хорошо. – Это заслуга Гейба. Он договорился о круглосуточном дежурстве, пока они ждали бабушку возле рентгеновского кабинета. – Пойду познакомлюсь с ней. А где Гейб?

Ей нужно увидеть его. Поговорить с ним. Объяснить, что, прежде чем заключать брак, сначала нужно подумать о Джейсоне.

– В кабинете. – Надин указала на высокие французские двери. – Это справа отсюда.

– Спасибо.

В окно она увидела серое небо и снежинки, кружившиеся на ветру. Совершенно другой мир, не похожий на «Соловьиную рощу». Бриана с детства не видела снега, у нее возникло желание выбежать на улицу и поиграть в снежки.

Но не только снег отличал этот мир. Она вспомнила пустую холодную квартиру бабушки. Зато сейчас старушка в первоклассном отеле на престижной Пятой авеню. Гейб представил ее служащим и сказал, что она может заказывать любую еду в местном ресторане.

Он поехал с няней ради своего сына. И обеспечил ее бабушке медицинскую помощь. Бриана ему многим обязана. Но она ему не ровня.

– Гейб. – Она постучала в приоткрытую дверь и, заглянув, увидела, как он махнул ей рукой.

Прижимая плечом телефон к уху, он указал на серебряный поднос с кофе и закусками. Приглашение позавтракать. Гейб подкатил сервировочный столик ближе к окну, где стояли два кресла.

– Я приехал пообщаться с Малколмом и другими родственниками, – говорил он в трубку, прикладывая то к одному, то к другому уху. – И если Малколма нет в Нью-Йорке, поеду к нему в Вайоминг. – Он замолчал, слушая ответ. – Хорошо. Сообщи мне в любом случае, Ян. И спасибо тебе за апартаменты.

Завершив разговор, Гейб взглянул на Бриану, застывшую посреди кабинета. Он поднялся раньше ее, чтобы поиграть с сыном. На нем были обычные джинсы и черная стильная рубашка, красиво облегавшая широкие плечи. Бриана почувствовала, как дрогнуло сердце.

– Доброе утро. – Он тепло улыбнулся ей. – Садись со мной завтракать. Я заказал самый крепкий кофе, какой только есть в отеле, как ты любишь.

Бриана осознала, что смотрит на него. Точнее, глазеет. Мысли при этом были далеки от платонических. Но, черт возьми, ведь они друзья. И она, конечно, сможет спокойно с ним поговорить.

– Спасибо. – Запах еды соблазнял. – Я не хотела тебе мешать, но мне нужно поговорить с тобой.

– Ты мне нисколько не помешала. – Гейб налил в чашки кофе. – Я тоже хотел с тобой поговорить. Ты хорошо спала?

– Беспробудным сном. Я пришла в шок, когда поняла, что уже полдень.

– Тебе надо было выспаться после вчерашнего. – Положив на тарелку яйца и тосты, он протянул ей тарелку. – Ты, наверное, голодна.

Взяв другую тарелку, он положил еду себе и сел рядом.

– Мне казалось, что вчерашний день – это сон, – призналась Бриана, сделав глоток кофе.

Секунду помолчав, Гейб отставил тарелку.

– Если ты имеешь в виду мое предложение, я надеюсь, что это был хороший сон. – Он достал из-под чайного столика большую резную шкатулку. – Может быть, это поможет тебе более реально ощутить нашу помолвку.

И открыл крышку. Бриана увидела множество обручальных колец на бархатной голубой подушечке. На свету сверкнули бриллианты. У нее перехватило дыхание. Эти кольца явно стоят целое состояние. Будто услышав ее вздох, Гейб подошел к ней и положил руку, твердую и теплую, ей на плечо.

Сердце Брианы сильно забилось. Наклонившись, он поцеловал ее в висок, и они вместе принялись разглядывать кольца.

– Я хочу, чтобы ты выбрала себе кольцо для нашей свадьбы.

Глава 6

Гейб думал, что Бриана придет в восторг, а она нахмурила брови.

– Что-то не так? – Отодвинув шкатулку, он сел на диван напротив нее. – Надеюсь, ты не передумала?

Ему необходимо, чтобы она вышла за него замуж. Во-первых, чтобы исполнить волю деда, во-вторых, упрочить собственные отцовские права. Но больше всего он хотел, чтобы Бриана осталась с ним навсегда. Притяжение, которое они так долго старались не замечать, на этот раз невозможно было игнорировать. И двадцать четыре часа, проведенные вместе, лишь упрочили их связь.

– Да, – покачала она головой, и темные локоны упали на белый свитер. Без косметики, после душа, она выглядела так всегда, когда приходила по утрам на работу.

Естественной. Простой. Красивой.

Гейб положил руку ей на колено, чего не мог себе позволить всю неделю.

– Это связано с твоей семьей? Ты о чем-то беспокоишься? – Он старался снять с нее нагрузку, но Бриана отказалась оставлять бабушку в больнице.

– Мы договорились с тобой о женитьбе ради личных интересов. – Бриана тоже отставила тарелку. – Ты уже мне помог с бабушкой, я тебе очень благодарна. Просто утром проснулась с мыслью о Джейсоне. Как это на нем отразится? Ведь мы привыкнем друг к другу. – Она быстро моргала, покачивая головой. – То есть мы с Джейсоном и так уже провели вместе целый год. А если проведем еще один?

В ее голосе звучала тревога, и эта чуткость тронула Гейба. Бриана в первую очередь подумала о Джейсоне. Тереза никогда так не беспокоилась о сыне.

На душе стало горько, и он захотел приободрить Бриану.

– Если уж подумала об этом, то ты постараешься сделать так, чтобы расставание прошло как можно безболезненнее. – Он погладил ее колено. – Я читал в книгах для родителей, что, если заранее подготовить мальчика, он легче перенесет разлуку.

Она взглянула на его руку, но он не отнял ее.

Ведь они по-прежнему друзья, и он успокаивает ее.

– В детстве многие люди покинули меня. Я знаю, как это больно, – тихо заметила Бриана, и в ее темных глазах мелькнула тоска.

– Я не буду потом запрещать тебе видеться с Джейсоном. – Гейб хотел, чтобы сына окружали только хорошие люди. – Хочу, чтобы в его жизни была любовь, Бриана.

– Спасибо тебе. – Она смахнула слезы. – Теперь мне гораздо легче.

– И никто не покидал тебя, когда ты была маленькой. Да, бабушка отправила тебя на Мартинику, но разве ты хоть на минуту усомнилась в ее любви? – Гейб не ждал ответа, поскольку истина более чем очевидна. – Дети чувствуют, когда взрослые делают правильные вещи, заботясь о них.

Бриана кивнула:

– Я знаю, что ты хочешь сказать. – Она улыбнулась ему. – Моя бабушка – прекрасный человек, да?

– Да. Такая же, как и ты. – Гейб сжал ее пальцы, отпустил, снова взял шкатулку с кольцами. – Поэтому не волнуйся о будущем, давай займемся бриллиантами и завтраком. – Пододвинул ей белую фарфоровую тарелку и взял одно кольцо. – Что ты скажешь об этом? Круглый бриллиант в классической оправе. Тебе в нем будет удобно, ведь ты много работаешь руками.

Бриана ткнула в него вилкой.

– Ох, Гейб. Все эти бриллианты невероятно шикарные. Они не подходят такой простой девушке, как я.

– Это не обсуждается. – Ему понравился задорный блеск в ее глазах. – А это тебе нравится? – Он взял другое кольцо. – Оно выполнено в старинной технике, огранка розой. Я думаю, твоей бабушке будет приятно, если ты выберешь это кольцо. Еще одна Роза.

Бриана придвинулась ближе к нему.

– Никогда не слышала, что существует подобная огранка. – Взяв кольцо, она повертела его в руках.

– Я тоже не слышал, пока сегодня утром ювелир не сказал мне об этом.

– Оно потрясающее. – Бриана залюбовалась кольцом.

Гейб смотрел на нее.

– Померяешь его?

– Неужели мы действительно с тобой поженимся? – Ее голос дрогнул.

– Да.

Ему нужен этот брак.

И не только брак. Ему нужна эта женщина.

Взяв ее за руку, он надел ей на палец кольцо. Из кухни доносилась барабанная дробь Джейсона. Надин подпевала ему в такт.

– Прекрасно сидит, – заявил Гейб, с восхищением взглянув на кольцо. – Будто сделано специально для тебя.

– Откуда ты узнал мой размер?

– Вчера ночью, в больнице, когда взял тебя за руку, ощутил твое кольцо с топазом. – Это ощущение напомнило о том, что он должен скрепить их договор помолвочным кольцом. – И по этому ощущению угадал твой размер.

– Неудивительно. Ты очень чутко определяешь размер, когда работаешь с деревом. – Бриана сжала и разжала палец, будто привыкая к кольцу. – У тебя волшебные руки.

Гейб взглянул на нее так, что она смутилась, прижала руку ко рту, будто пытаясь сдержать уже вырвавшиеся слова.

– Я рад, что ты заметила это. – Ему бы хотелось своими волшебными руками погладить изгибы ее прекрасного тела. – Надеюсь, в ближайшее время ты найдешь применение моим волшебным рукам.

– Хорошо, буду иметь это в виду, когда мне понадобится отреставрировать какую-нибудь старинную вещь.

– Можешь дать простор своему воображению. – Гейб наслаждался теплом, возникшим между ними. – Ведь ты творческая личность, не так ли?

– Испорченный человек. – Бриана покраснела. – В работе ландшафтного дизайнера много творческих моментов, впрочем, ограниченных бюджетом.

Гейб рассмеялся.

– Я не говорю о бюджете. – Он больше не желал давить на нее. Ведь у них была главная цель – женитьба. – Какие у тебя планы на завтра? Я поговорил с брачным агентом, который готовил свадьбу Джагера и Делии, и он сказал, что мы сможем расписаться уже завтра.

– Правда? Так скоро? – Заморгав, Бриана вскочила, мгновенно достав из кармана телефон. Взглянув на экран, перевела взгляд на Гейба. – То есть через двадцать четыре часа?

– Зачем откладывать. – Гейб опасался, что она передумает. – Сегодня утром я купил несколько платьев, а еще цветы. Хочешь посмотреть?

Ему помогала помощница Яна, которая была явно рада тому, что в пустых апартаментах наконец-то кто-то появился.

– Ты серьезно? Сейчас я не хочу смотреть платья. Не могу поверить, что все происходит так стремительно.

– Как я и обещал. – Еще он хотел, чтобы новость о свадьбе как можно скорее распространилась. Когда Тереза и ее адвокаты узнают об этом, они поймут, что ребенок будет жить в полноценной семье с двумя родителями.

– Я бы хотела, чтобы моя бабушка стала свидетельницей, если, конечно, будет хорошо себя чувствовать. – Бриана прикусила нижнюю губу.

Гейб заворожено смотрел на нее. Как бы ему хотелось ощутить ее на вкус!

– Сейчас бабушке нужен покой, много спать, чтобы восстановиться. А свидетелей мы можем нанять.

В этот момент звякнул телефон. Гейб, взяв трубку, принялся читать сообщения.

– Пойду наверх, поговорю с сиделкой, – сказала Бриана, но не двинулась с места, притронулась к его руке. – У тебя все в порядке?

Выругавшись про себя, он выключил экран. Известия не очень-то приятные.

– Это письмо от Яна, моего сводного брата. – Он раздраженно выдохнул и сунул телефон в карман. – Мой дед не вернется в Нью-Йорк, пока не убедит старшего сына увидеться с ним.

– Но ведь ты проделал такой путь, чтобы встретиться с ним! – Бриана нахмурилась. – Не понимаю. Сколько теперь нам придется ждать его?

– Нам не придется ждать, если сами поедем к нему. Твоей бабушке обеспечен круглосуточный уход, Джейсон тоже в надежных руках, поэтому без нас здесь обойдутся несколько дней. – Гейб не мог отрицать, что побыть вдвоем с Брианой – мысль заманчивая. – Что скажешь по поводу того, чтобы провести медовый месяц в Вайоминге?

Через двадцать четыре часа Бриана сидела возле постели Роуз, держа в руке свадебный букет. Она пришла к бабушке получить благословение. Бабушка спала. Лицо ее было умиротворенным, забинтованная рука лежала поверх кремовых простыней.

Бриана присела на край кровати.

– Бабушка?

Может быть, ей показалось, но старушка выглядела гораздо лучше, чем в тот день, когда они повезли ее в больницу.

– Позови еще раз, милая, – посоветовала сиделка Аделла, появившись в дверях. – Я не стала давать ей очередную дозу снотворного, поэтому она должна услышать тебя.

– Бабушка! – Бриана позвала громче, дотронувшись до ее хрупкого плеча.

А снизу уже звала Надин. Конечно. Они все ждут начала свадебной церемонии, которая должна состояться в гостиной сводного брата Гейба.

– Бриана, – надтреснутым голосом отозвалась бабушка. – Что случилось?

Роуз еще не открыла глаза. Бриана сжала ей руку, стараясь не касаться больной руки.

– Ничего не случилось, бабушка. Ты можешь открыть глаза? – Она хотела, чтобы бабушка увидела ее в шикарном шелковом платье, отделанном итальянским кружевом. – Сегодня я выхожу замуж за Гейба и хочу, чтобы ты увидела меня. Ты самый близкий мне человек.

Медленно подняв веки, Роуз взглянула на внучку.

– О, мое милое дитя. Встань передо мной, чтобы я смогла тебя как следует рассмотреть.

Бриана была преисполнена романтических чувств, хотя церемония носила чисто формальный характер. Через год они с Гейбом должны будут расстаться. А вдруг она больше никогда не выйдет замуж? Как бы ей хотелось радоваться этому красивому кружевному платью. На ней были голубые туфли, прекрасно гармонировавшие с букетом из темно-синего дельфиниума. Темные волосы она перекинула через плечо.

Бриана никогда не придавала особого значения одежде, всегда одевалась скромно, чтобы не вызывать злобу мачехи, но сегодня особенный день.

И этот день подарил ей Гейб.

– Нас распишут в гостиной внизу, бабушка. – Бриана уже мечтала о поездке в Вайоминг вместе со своим невероятно сексуальным бывшим боссом. – Регистратор уже ждет нас, но я хочу, чтобы ты знала.

Бабушка улыбнулась, но вновь закрыла глаза. Бриане было показалось, что она вновь уснула, как вдруг раздался старческий голос:

– Будь верна себе, Бриана. – Губы Роуз едва шевелились. – Ты никого не сможешь сделать счастливым, пока сама не станешь счастливой.

В горле Брианы запершило, ведь они с Гейбом расписывались исключительно в практических целях.

Она поцеловала старушку в лоб.

– Спасибо, бабушка. Я люблю тебя. Я собираюсь уехать на несколько дней, но скоро вернусь, а с тобой побудет Аделла.

– И я люблю тебя, Бри. Не торопись с возвращением, ведь у тебя такой красивый муж. – Глаза Роуз наконец полностью открылись, и Бриана увидела, что та подмигнула ей. – Иди и радуйся жизни, милая.

– Хорошо. – Правда, Бриана не знала, как сложится медовый месяц в браке по расчету. Может быть, он будет платоническим. Сердце забилось учащенно, казалось, она лжет самой себе.

Но ведь она нравится ему. И да, их тянет друг к другу.

– Бри, – позвала Роуз. – Венди, воспользовавшись моим отсутствием, въедет в дом. Если тебе что-то нужно там, поезжай и возьми, иначе она вынесет все, что у меня осталось.

Бриана застыла от ужаса и наконец поняла, почему дом показался таким пустым. У Венди хватило наглости выносить бабушкины вещи!

– Я сделаю так, чтобы она больше ничего не взяла. Может быть, стоит обратиться в полицию?

– Нет необходимости. Самые ценные вещи я спрятала там, где она никогда их не найдет.

– Где? – Бриана опасалась, что бабушка уснет под воздействием снотворного и забудет обо всем.

Раздался довольный смех, и она поняла, что та еще не уснула.

– В кладовке есть фальшивая стена за полками с бытовой химией. Миссис Венди никогда не возьмет в руки никакое чистящее средство. – Бабушка ткнула в Бриану скрюченным от артрита пальцем. – Поэтому выходи замуж, девочка, порадуй свою бабушку, у которой сейчас нет мужчины.

– Хорошо. – Бриана поцеловала Роуз в щеку. – Тебе скоро станет лучше, бабушка.

Подошла сиделка.

– Не волнуйтесь ни о чем, мисс. Ваша бабушка сильная, и я позабочусь о ней. Когда вы вернетесь, она поправится.

– Спасибо вам. – Бриане хотелось обнять женщину. – Я вам очень благодарна.

– Звоните мне в любое время. – Аделла проводила ее до двери. – А теперь идите к своему прекрасному жениху, поздравляю вас, и будьте счастливы!

Грудь сжалась при мысли о том, скольких людей они обманывают.

– Спасибо. – Бриана попыталась улыбнуться, как и подобает невесте, однако лепестки в букете невесты почему-то сильно дрожали, когда она спускалась по лестнице.

Сейчас ее волновала не столько свадьба, сколько попытки Венди наложить руку на бабушкино имущество. Как только церемония закончится, надо будет попросить Гейба надежно закрыть квартиру в Бруклине.

Из гостиной доносились звуки скрипки. Музыкант играл не традиционный свадебный марш, а что-то красивое и праздничное.

Неужели Гейб потратился на скрипача для столь формального бракосочетания?

Похоже, да, потратился.

И не только на скрипача, а еще купил шикарное платье и туфли и готовился надеть ей на палец дорогое обручальное кольцо с бриллиантом в виде розы. Прекрасный человек, добрый, чуткий, и хочет, чтобы она была счастлива.

Только вот он не знает, чего она боится. А вдруг она будет настолько счастлива, что не захочет расставаться с ним?

Спустившись в гостиную, Бриана увидела Надин и Джейсона, игравших в уголке, и помощницу Мак-Нейла. Гейб надеялся, что кто-нибудь из сводных братьев будет присутствовать на церемонии, но Ян, Куин и Камерон на этой неделе уехали из города, поэтому ему и Бриане придется отмечать собственную свадьбу в компании домашнего персонала.

Женщина-скрипачка, одетая в длинное бархатное платье, сидела на стуле с высокой спинкой, склонив голову над инструментом, наполняя комнату чудесными звуками.

Гейб выглядел потрясающе в темно-сером костюме с серебристым галстуком. Волосы, еще влажные после душа, были зачесаны назад. Бриана отметила, насколько он красив, когда волосы не падают на лоб. Все в нем – от наручных часов до кончиков лакированных туфель – выдает настоящего миллионера.

Бриана не могла оторвать от него глаз, однако при этом помнила, зачем она здесь.

В комнате воцарилась тишина. Все головы повернулись к ней. Она нерешительно встала на пороге. А ей был важен один-единственный взгляд, только он имел значение.

Взгляд Гейба. Его голубые глаза смотрели на нее с одобрением.

Скрипачка заиграла «Свадебный марш» Мендельсона. Вскинув голову, Бриана прямо взглянула на Гейба. Сколько раз она смотрела на него, убеждая себя, что он для нее недоступен.

А теперь он ее муж.

На целый год.

Отдав букет невесты Надин, Бриана вспомнила слова бабушки:

«Сначала сама стань счастливой».

А как можно стать счастливой, вступая в брак по расчету. Правда, Гейб смотрел на нее так, будто жаждал поцеловать. От этого взгляда таяло сердце.

Звуки свадебного марша затихли, и чиновник произнес поздравительную речь.

Бриана пыталась убедить себя в том, что Габриэль Мак-Нейл – тот самый парень, у которого она работала в «Соловьиной роще». Тот самый, над которым подшучивала и которого толкала плечом. А он своими умелыми руками может отреставрировать старое здание. И она верила, что он сможет позаботиться о бабушке, когда они уедут в свадебное путешествие.

Согласна ли она стать женой Гейба?

– Согласна, – выпалила она в ответ на этот вопрос.

Гейб надел ей на палец обручальное кольцо, она, в свою очередь, надела кольцо ему на палец.

Их пальцы сплелись. Близость Гейба успокоила Бриану. Это странно, потому что он – причина ее нервозности. Но, так или иначе, она надеялась, что брак не испортит их отношения и они останутся друзьями.

Слова чиновника вторглись в ее сознание.

– Можете поцеловать свою невесту.

Поцеловать. Невесту.

Каждое слово эхом раздавалось в голове. Бриана видела, как Гейб улыбнулся чиновнику и повернулся к ней.

И все вокруг исчезло. Люди, смотревшие на них. Джейсон со своим гугуканьем.

Гейб обнял ее за талию.

Она почувствовала его тепло сквозь шелк и кружево платья. Голова закружилась. Он склонился к ней так же, как в ее запретных фантазиях. Бриана закрыла глаза и, наверное, покачнулась.

Этот мужчина околдовал ее.

Бриана уже не владела собой. Еще секунда – и она кинется ему на шею, словно влюбленная девочка-подросток. Она вцепилась в лацкан темно-серого пиджака, чтобы устоять на ногах. Подняв лицо, прикоснулась губами к его губам, чтобы просто обозначить поцелуй. Однако Гейб прижал ее к себе.

Ее бросило в жар. Гейб поцеловал ее страстно и властно, будто хотел показать всему миру, насколько почетно быть миссис Мак-Нейл.

Глава 7

Поцелуй закрепил сделку. Гейб к тому же надеялся убедить Бриану, что физическая близость между ними может доставить обоюдное удовольствие.

И он никак не ожидал, что вкус ее губ окажет на него такое действие. На секунду забыл обо всем и в возникшей тишине стал страстно целовать Бриану. Втайне он мечтал об этом с момента их первой встречи.

Рядом кто-то откашлялся. Гейб пришел в себя. Это был регистратор, который их расписывал.

Гейб неохотно оторвался от молодой жены и заметил, как медленно поднялись ее веки и удивленно раскрылись губы.

Надин и другие гости зааплодировали. Ему вдруг захотелось подхватить невесту на руки и унести.

– Поздравляю вас, мистер Мак-Нейл. – Чиновник складывал свои бумаги в портфель. – Оставляю вам копию свидетельства о браке.

Гейб оторвал взгляд от Брианы и передал чиновнику чек, мысленно составляя список того, что нужно сделать до отъезда в Вайоминг.

– Хорошо.

– Можно вас сфотографировать, мистер Мак-Нейл? – Одна из горничных уже держала наготове фотоаппарат.

Бриана, стоявшая возле Гейба, взяла букет, и ее взгляд слегка помутился. Гейб понимал ее чувства. Не важно, что они расписались из практических соображений, их жизнь тем не менее изменилась.

Надин отдала Гейбу Джейсона. На малыше был фрак, а галстук-бабочка был просто вышит на рубашечке.

– Пришли мне на почту фото, – попросил Гейб горничную, прижав к себе Бриану, при этом четко осознавая, что эти фото появятся в Интернете раньше, чем они прилетят в Вайоминг.

Бриана машинально поцеловала Джейсона, прижавшись щекой к его щечке. Увидев это, Гейб подумал о том, как они сблизились за последние десять месяцев. Джейсон ее обожает. Совсем неплохо, что в жизни мальчика появилась такая женщина.

– Мне надо с тобой поговорить, – шепнула ему Бриана, когда горничная стала их фотографировать. – Это срочно.

– Хорошо. Я расплатился с клерком, музыкантша уже собирает вещи. У нас все закончено. – Гейб передал Джейсона Надин, чтобы та отнесла его в постель для дневного сна. Он хотел, чтобы все скорее разошлись, а они остались с Брианой наедине. Но ее тон встревожил его. – Что-то не так?

– Да, – покачала она головой, и ее прекрасные темные волосы блеснули в свете ламп, освещавших гостиную. – Я говорила с бабушкой перед свадебной церемонией. Она обмолвилась, что Венди постоянно обкрадывала ее, а теперь и вовсе может опустошить весь дом.

Гейб чуть не выругался и достал телефон.

– Я позвоню в полицию.

– Нет. Бабушка просила не делать этого. – Бриана задержала его руку, и это прикосновение напомнило ему о том, как приятно обнимать ее. – Может быть, до отъезда на Мартинику сложим куда-нибудь бабушкины вещи?

Их взгляды на секунду встретились. Бриана отняла руку. Гейб не сразу отпустил ее пальцы, наслаждаясь прикосновением.

– Ну хорошо, если ты так хочешь. – Он кивнул, вспомнив вчерашний разговор с Дамоном. – Когда Дамон приезжает в Нью-Йорк, нанимает охранников из фирмы, которая специализируется на защите частной жизни. Сегодня я приглашу пару ребят.

– Правда? – Бриана прикоснулась к его руке, на ее пальце сверкнуло обручальное кольцо. Она слегка придвинулась к нему.

– Позвоню им прямо сейчас. – Гейб был рад ей помочь.

– Спасибо. – Она сжала ему запястье. – Большое спасибо.

– Не за что, Бриана, ведь мы теперь муж и жена. Я сделаю все, чтобы ты была спокойна и счастлива. – Это не признание в любви, а клятва, которую он собирается сдержать, а еще он готов отблагодарить ее за то, что стала хорошим товарищем ему и его сыну. – Ты готова уехать через час?

– Да. Сумка уже уложена. Просто надо сменить платье. – Бриана взглянула на шелковое короткое платье и длинный жакет. – Правда, здесь миллион пуговиц на спине.

Гейб представил, как расстегивает эти пуговицы, помогая ей раздеться. Хороший повод отложить поездку.

Наклонившись, он шепнул ей на ухо:

– Я весь к твоим услугам.

Она быстро взглянула на него:

– Я не это имела в виду.

В ее голосе он уловил настороженность. И что-то еще. Любопытство? Смущение? Возможно, поцелуй пробудил в ней желание, скрывавшееся за их дружбой.

– Только подумай, сколько времени ты сэкономишь, если я расстегну несколько верхних пуговиц. – Встав позади нее, Гейб откинул ей волосы, ощутив тепло ее тела сквозь шелк и кружево. – Я расстегну несколько пуговиц, а ты наденешь жакет, чтобы никто не видел, что они расстегнуты, и пойдешь в свою комнату. Можешь пройти через кухню, если хочешь, но я думаю, что из гостиной сейчас тоже все уйдут.

Поджав губы, Бриана обдумывала его предложение, потом медленно повернулась, подставив спину и спустив с плеч кружевной жакет.

Сердце Гейба учащенно забилось. Он мог закрыть дверь изнутри, чтобы к ним никто не вошел, тем не менее стал медленно расстегивать пуговицы. Взору открылась узкая полоска бронзовой кожи между лопаток. Гейб пригнулся, вдохнул запах мыла и цветочного шампуня, пока Бриана не видит его, прикоснулся пальцами к ее коже, нащупал лямку бюстгальтера, поддерживавшего округлые груди.

– Достаточно, – выдохнула Бриана, шагнув вперед так быстро, что он чуть не оторвал пуговицу. – Спасибо.

И снова натянула на плечи жакет.

Сердце Гейба забилось так сильно, что он чуть было не потерял сознание.

– В три часа приедет машина, чтобы отвезти нас в аэропорт, – напомнил он, и его голос сорвался от неутоленного желания.

– Я буду готова. – Она взглянула на него через плечо. Щеки покраснели, глаза лихорадочно заблестели.

Гейб мог поклясться, что и ее сердце бешено забилось. Ему не терпелось скорее уехать в свадебное путешествие.

Через четыре часа полета Бриана по-прежнему не выкинула Гейба из головы. Казалось, все еще ощущала его прикосновения.

Они приземлились на частном аэродроме севернее Шейенна. Дул холодный резкий ветер. Бриана куталась в длинный темный плащ. Гейб повел ее к блестящему черному внедорожнику, стоявшему неподалеку с включенными фарами. Маленький аэродром пустовал. Всего лишь две взлетно-посадочных полосы и небольшой металлический ангар. Снег кружился над головой, снежинки блестели так же, как бриллиантовое кольцо на пальце Брианы.

Ей вдруг стало тепло, когда муж прикоснулся к ней сквозь плотную шерстяную ткань. Это ощущение сразу же напомнило о том, что произошло в гостиной. По спине пробежали мурашки.

Водитель, выйдя из машины, поставил в багажник их вещи. Его куртка была такой большой, что голова казалась неестественно маленькой в огромном капюшоне, низко надвинутом на лоб.

Бриана позавидовала ему, хотя теплая рука Гейба, лежавшая на ее плече, грела по-прежнему.

– Тебе не холодно? – шепнул он ей на ухо, вновь пробудив воспоминания о том, что произошло в гостиной.

Придется привыкать к его интимному тону. Ведь теперь она его жена.

Вторая жена. Интересно, сообщил ли он об этом Терезе? При мысли о его бывшей жене Бриана чуть не поскользнулась.

– Не ожидала, что здесь такой холодный ветер! – Она почти кричала, поскольку ветер завывал, и ее не было слышно.

Ничего не сказав, Гейб накинул ей на голову капюшон, завязал тесемки. Если бы он мог так же быстро решить другие проблемы! А вдруг мать Джейсона начнет преследование. Или он сообщит ей об истинных причинах женитьбы? Надо бы спросить его об этом.

Через несколько секунд они уже сидели на заднем сиденье машины. Опустив капюшон, Бриана вгляделась в бушевавшую за окном метель.

– Такое впечатление, будто мы где-то на краю земли. Ни людей, ни машин. Словно мы попали в снежный вакуум.

Более того, ей показалось, что они с Гейбом – единственные на планете.

– Я долго подбирал место, где бы мы могли пожить, и остановил выбор на ранчо, которое арендовал мой дед. – Гейб показал на карте точку. – Это здесь.

– Секундочку. – Бриана вгляделась в карту. – Ты хочешь сказать, что дед арендовал целое ранчо? Для себя?

– Он ждет встречи со своим блудным сыном, и к нему время от времени приезжает один из его внуков. Соответственно, он там не один. С ним еще помощник и медсестра, и ему нужны комнаты для служащих.

Бриана открыла рот. Ей был неведом этот роскошный стиль жизни.

– И мы, значит, поселимся с ним? – Наверное, это хорошо. Оставаться наедине с Гейбом в медовый месяц опасно, каким бы формальным ни был их брак.

– Не в этом доме, а в том же поместье. – Гейб снова указал на экран. – Видишь голубую точку, это гостевой коттедж. В нескольких милях от главного дома. Я думаю, нам там будет комфортно. К нашим услугам горничная, и я уже распорядился купить продукты. Но если хочешь поселиться в отеле или арендовать отдельный дом, еще не поздно.

Конечно, еще не поздно, если учесть, что ее муж организовал свадебное путешествие за несколько часов.

– Коттедж меня вполне устраивает. – Бриана попыталась улыбнуться и сделать вид, что все хорошо, хотя пальцы Гейба все еще играли с локоном ее волос, вызывая сладкую внутреннюю дрожь.

Однако она до сих пор не спросила, что думает его бывшая жена об их женитьбе. Да и говорил ли он ей вообще об этом. У Брианы с этой женщиной нет никаких отношений, они просто здоровались, и все. Тереза относится к ней как к наемному работнику, который должен трудиться на благо работодателя.

– Тебя что-то беспокоит? Ты получила известие о состоянии бабушки?

– С ней все в порядке, спасибо. Аделла постоянно присылает мне сообщения.

И все же трудно думать о чем-либо другом, кроме того, что она направляется в какой-то отдаленный уголок Вайоминга, чтобы провести брачную ночь с Гейбом. И не важно, что он согласился не использовать влечение между ними, эта возможность подспудно маячит в ее сознании.

– А секьюрити, которых я нанял для охраны имущества бабушки, все еще описывают ее вещи.

Еще за час до посадки самолета Гейб сообщил о том, что вещи бабушки увезены из квартиры.

– Это не срочно. Я рада уже и тому, что Венди больше ничего не возьмет. Мне больше всего хочется узнать, что она прятала в потайной кладовке.

Бриана, конечно, рассказала Гейбу о тайнике Роуз, чтобы он сообщил о нем сотрудникам охранной фирмы. Она не представляла, что бабушка держит там что-то ценное, но там есть нечто дорогое для Роуз, поэтому Бриане не хотелось ничего оставлять в доме после переезда бабушки на Мартинику.

– Когда мы приедем в коттедж, я проверю почту. Возможно, мне прислали фото, и ты сможешь их просмотреть. – Он обнял ее за плечи. – Тебя еще что-то беспокоит?

Да, беспокоит. Две вещи.

Во-первых, опасения по поводу его бывшей жены. Но в этом ей признаться нетрудно. Сложнее сказать о том, что она боится оставаться с ним наедине в романтическом коттедже, расположенном, казалось, где-то посредине Земли.

– Да, кое-что. – Бывшая жена Гейба – больной вопрос, поэтому, сделав вдох, она выпалила: – Ты сказал Терезе о том, что мы поженились?

Почувствовав, как напрягся Гейб, Бриана поняла, как ему больно вспоминать об этих разрушенных отношениях.

– Нет, – коротко ответил он, выпрямившись. В это время автомобиль свернул на узкую деревенскую дорогу. – Это ее не касается.

Но ведь он женился на Терезе, потому что любил ее!

А Бриана всего лишь средство достижения его цели.

Она хотела возразить, но внедорожник остановился перед большим красивым домом с ярко освещенными окнами, сквозь которые виднелись уютные комнаты со стенами, отделанными сосновыми панелями.

Увидев занесенное снегом убежище, Бриана подумала, что ей будет легче противиться Гейбу сегодня ночью, когда между ними повис вопрос о его бывшей жене.

Глава 8

Он ошибся, и надо все исправить.

Они вошли в дом, и Гейб почувствовал отчуждение Брианы. Теоретически он понимал, почему она хотела, чтобы он сказал о своем новом браке бывшей жене. Но он не желал этого, поскольку Тереза с каждым разом все неохотнее общалась с ним. Ее раздражали его звонки, а ведь он просто хотел, чтобы она чаще виделась с сыном.

Да, он предпринял меры, чтобы бывшая жена без него узнала о его женитьбе. Но Бриана не одобрила бы фотографии в желтой прессе. Поэтому надо срочно придумать, как восстановить отношения с новой женой, не испортить медовый месяц. Он не хотел обижать Бриану, хотя женился на ней не в порыве романтических чувств, а из практических соображений.

Поставив мясо в духовку, Гейб прикинул, где им лучше поужинать. Он уже зажег свечи в столовой, а еще разжег камин в гостиной на тот случай, если Бриана захочет поужинать там. Вино уже охладили к их приезду. Гейб откупорил бутылку, чтобы ощутить аромат, нарезал салат и поставил хлеб разогреваться в микроволновку. На волне оптимизма даже включил отопление на балконе своей комнаты на тот случай, если Бриана пожелает присоединиться к нему после ужина.

А сейчас он хотел исправить свою оплошность. Отвлечь Бриану от неприятного разговора и сосредоточиться на позитивных моментах брака. Поговорить о здоровье бабушки. О месте Джейсона в могущественной семье Мак-Нейлов. И убедить ее отдаться влечению, так долго мерцавшему между ними.

Выключив плиту, он слегка приоткрыл дверцу духовки и направился наверх, позвать Бриану к ужину. Проходя мимо стен из стекла, Гейб подумал, что этот дом похож на круглый стеклянный аквариум на краю земли. И хотя это место – часть большого ранчо, которое дед арендовал на месяц, никаких других строений отсюда не видно.

– Ужин готов, – объявил он, встав за дверью ее спальни. Не услышав ответа, тихо постучал в дверь, та открылась от его прикосновения. В комнате горел свет.

– Бриана. – Гейб не хотел вторгаться в ее комнату, но может быть, она спит.

Или принимает душ.

Приятная дрожь пробежала по телу, когда он вспомнил, как они целовались во время брачной церемонии. А потом он расстегивал пуговицы ее платья. Такие невинные прикосновения.

Однако они возбудили его.

Войдя в комнату, Гейб не нашел Брианы. Большая кровать была заправлена, на ней разложена теплая одежда, которую он для нее заказал. Свитер, шарф и варежки, возможно, не самые модные и стильные, но Бриану это не волновало.

И вообще она заслуживает красивые вещи. Гейбу хотелось приодеть ее. Услышав историю о мачехе, он понял, почему Бриана предпочитает простую одежду, а когда-то думал, что она носит бесформенные брюки и футболки потому, что это удобно для работы. Познакомившись с Венди, он понял, в чем дело. Мачеха старалась унизить Бриану, заставляла скрывать девичью красоту. Гейб страшно возмутился, узнав об этом.

Он уже хотел спуститься поискать Бриану, но вдруг что-то зашевелилось за балконной дверью.

Вот черт.

Повернувшись, Гейб увидел заснеженную ветку дерева, стучавшую в окно, вгляделся во тьму. Большой комок снега ударил в оконную раму. При этом раздался веселый женский смех.

За окном мелькнула тень. Кто-то ходил по балкону, опоясавшему весь дом по второму этажу. Схватив с кровати шапку, Гейб натянул ее на голову, открыл балконную дверь и мгновенно получил снежком в лоб.

Бриана слепила еще один снежок, скребя красными варежками по деревянному полу веранды. Серый капюшон был надвинут ей на лоб, а хвост перекинут через плечо.

Он не мог не ответить на этот вызов, особенно когда услышал ее смех. Неужели она забыла об их размолвке? Или просто нашла выход для своего раздражения? Он надеялся, что ужин сгладит разногласия, но если Бриана предпочла кидаться снежками, то он готов.

– Я тщательно обдумываю свои действия, – предупредил он, любуясь ярким румянцем на ее щеках и блеском карих глаз. Порыв ветра, подняв волосы, раскидал их по ее плечам. – Мне не хочется кидать снежки в мою молодую жену, но я найду другой способ справиться с тобой.

– Нет, тебе придется вступить со мной в борьбу! – Бриана повысила голос, чтобы ее было слышно сквозь завывания ветра. – Никаких скрытых угроз, мистер Мак-Нейл! Я предлагаю тебе старинный способ сражения – кидаться снежками. Это будет открытая борьба!

Гейб позабыл об этой стороне их отношений. Ведь они всегда шутили и поддразнивали друг друга. Правда, теперь у них другой статус, и это гораздо интереснее.

– Я не считаю это скрытой угрозой. – Он взглянул на снежок в ее руке. Они стояли друг против друга в нескольких шагах.

– Ну хорошо, никаких угроз. Ничего, что не предусмотрено в брачном договоре.

– В нашем договоре кое-что не учтено.

Бриана прищурила глаза, крепче сжав снежок.

– Наверное, мне надо было более внимательно его прочитать.

Оба знали, что проект договора Бриана прочитала очень внимательно, когда ее бабушка находилась в больничной палате. Она даже предложила изменить несколько формулировок и оспорила отдельные пункты, касающиеся ее жизни после года замужества.

– Неужели ты не уловила скрытый подтекст? – Гейб придвинулся ближе к ней, чтобы в любой момент обезоружить.

Снег хлопьями кружился между ними. Позади Брианы, в углу балкона, Гейб увидел небольшой сугроб.

– Мы с тобой поженились на год, а между нами уже возникли разногласия. – Она драматически вздохнула.

– Но ведь именно я подвергся атаке. – Гейб многозначительно кивнул на ее руку, в которой она по-прежнему сжимала снежок. – Может быть, я стану более покладистым, если ты сложишь оружие?

– Я буду сражаться до конца.

– На таком близком расстоянии? – Гейб приложил руку к груди. На нем были только рубашка и свитер, но при мысли о том, что она может прикоснуться к нему, становилось тепло. – Неужели ты кинешь снежок в своего молодого мужа, а, Бриана?

Он подошел к ней совсем близко, заслонив собой от снежного ветра. Ему показалось, или она слегка покачнулась, будто была готова упасть в его объятия.

Ее ресницы трепетали. Она прерывисто глотнула воздух.

И залепила снежком прямо ему в грудь. Отскочив назад, вскрикнула от восторга, несказанно довольная собой.

Гейбу ничего не оставалось, как порадоваться вместе с ней. Схватив ее за руки, он зажал их у нее за спиной и вместе с ней упал в сугроб, образовавшийся в углу балкона.

Он лежал внизу, ощущая под собой холодный снег, но сверху лежала Бриана, и это для него награда. Формы ее тела были прекрасны.

Она беззвучно рассмеялась, прикоснувшись к нему упругими грудями. Гейб едва сдержал желание засунуть руки ей под куртку, но тогда бы она замерзла.

Он не мог так долго лежать. Осторожно перевернув Бриану, Гейб положил ее рядом с собой. Теперь они лежали совсем близко, лицом к лицу.

– Сумасшедший. – Бриана обдала теплым дыханием его щеку. – Ты ведь в одном свитере.

Гейб поддерживал рукой ее голову.

– Мне никогда не было так тепло. – Он убрал несколько мокрых прядей с ее лица.

– Нам надо пойти в дом, – настаивала Бриана, став серьезной. – Здесь холодно.

– Я хочу искупить вину. – Гейб пристально смотрел на нее.

Бриана тихо вздохнула, прикусив губу. Гейб мог поклясться, что она едва сдерживает улыбку.

– Не слишком ли поздно назначать тебе наказание. – Она крепче прижалась к нему.

Огонь вскипел в крови, и Гейбу захотелось выполнить супружеский долг прямо здесь, на балконе, в сугробе.

– Нет, не поздно. – Обняв за плечи, он привлек ее к себе. – Скажи мне, жена, – он наслаждался этим словом, – какую повинность я должен выполнить?

Бриана заблуждалась, когда уверяла себя в том, что сегодня вечером будет держаться подальше от Гейба.

Она придумала игру в снежки, чтобы вернуться к прежним, шутливым отношениям. Мысли о бывшей жене заставили Бриану засомневаться в себе и в правильности решения выйти замуж за Гейба. Ей хотелось вернуться в более комфортную зону, где они могли бы дразнить друг друга и веселиться от души.

Но это, конечно, наивно. Возможно, Бриана подсознательно пыталась отгородиться от призрака бывшей жены, преследовавшего ее в этот день. Она глотнула холодный горный воздух в надежде потушить огонь, горевший внутри, вспыхивавший с новой силой, когда Гейб прикасался к ней.

– Ты можешь приготовить нам ужин, – предложила она.

– Уже приготовил. – Гейб непринужденно повел плечом, будто и не лежал вовсе в одном свитере на холодном снегу. – Это не годится.

Бриана прижималась щекой к его руке, ощущая тепло и сильные мускулы. Грудью она прижималась к его груди, причиняя приятную боль мужу. Его рука в перчатке гладила ее по спине сквозь толстую куртку.

– Я могу высушить твою одежду, ведь ты промок из-за меня. – Она хотела придать разговору непринужденность и легкость, ощущая искры, вспыхивавшие между ними.

– Ну наконец-то мы пришли к какому-то соглашению. – Гейб удовлетворенно кивнул. – С нетерпением жду, когда ты начнешь меня раздевать.

Бриана открыла рот, чтобы возразить, но отступать было поздно. Тем более она уже представила, как запускает руку ему под свитер. Расстегивает пуговицы на рубашке. Гладит скульптурно вылепленный торс, на который не раз уже смотрела с вожделением.

– Открою секрет, который, возможно, тебя очень удивит. – Она на секунду опустила голову, ощутив неловкость, но приказала себе не стесняться. Вновь подняв лицо, выпалила: – Я не очень опытна в отношениях с мужчинами.

Похоже, Гейб не сильно-то и удивился. Посмотрел на нее сверху испытующим взглядом. Задумчивым.

– Значит, ты смутилась, когда я попросил раздеть меня?

Дрожь пробежала по ее телу.

– Угу. Не совсем так. – Бриана пыталась определить, какие чувства испытала. – Я бы сказала, что заинтригована и, возможно, не готова.

– Заинтригована – это хорошо. – Улыбка, с которой он на нее взглянул, снова вызвала в ней дрожь. – Однако ты начинаешь замерзать. Полагаю, лучше продолжить нашу дискуссию в более теплом месте. – Он указал в другой конец балкона, занесенного снегом.

– Там сауна? – Бриана судила по форме постройки, обрамленной синими огоньками.

– Я включил отопление, принес полотенца и халаты. Можешь переодеться и подождать меня в сауне.

– А ты куда?

– Посмотрю, все ли у меня есть к ужину, чтобы мы потом могли поесть. – Слегка подтолкнув ее в направлении сауны, он повернулся в другую сторону. – Иди грейся, я скоро приду.

Бриана направилась к сауне в конце дома. Открыв сосновую дверь, вдохнула приятный аромат. Свет не включила, ей было достаточно углей в печи. Сняв куртку, шапку и варежки, она положила их на встроенную скамью. Разглядев в полутьме халат, Бриана стянула с себя свитер и джинсы, оставшись в нижнем белье ввиду отсутствия купальника. Погревшись минуту, она накинула халат и выскочила на улицу. Постояв на снегу босиком, вернулась в сауну, скинула халат и опустилась в пузырящуюся воду, блаженно закрыв глаза.

Прошло несколько минут. Бриана услышала шаги Гейба.

А если он голый? Она не хотела открывать глаза, но, когда все-таки приоткрыла, перед ней мелькнула его обнаженная мускулистая грудь, мгновенно скрывшаяся под водой.

Он устроился рядом, их плечи соприкоснулись.

По телу Брианы пробежала дрожь.

Она до сих пор не верила, что вышла за него замуж. Церемония прошла в каком-то тумане. В тот момент она думала только о бабушке и о том, что мачеха воровала вещи. Зато теперь находилась в бассейне рядом с Гейбом, почти обнаженная.

Брак казался ей вполне реальным.

– Я принес вино. Ты можешь согреться изнутри.

– Хорошо. Я чувствую себя немного виноватой оттого, что вытащила тебя без одежды на мороз.

Может быть, вино поможет не нервничать по поводу предстоящей брачной ночи.

Гейб взял с бортика бутылку и бокалы.

– На самом деле на улице не так уж холодно. – Он наблюдал за тем, как она выпила первый бокал, и налил ей второй. – И ты не должна чувствовать себя виноватой. А еще я должен подарить тебе свадебный подарок.

Поставив бокал на бортик бассейна, Бриана взглянула на него. Горячая пузырящаяся вода омывала ее обнаженные плечи.

– А я не подумала о подарке для тебя, – призналась она.

Они сидели в полумраке, окутанные паром, казалось, одни в целом мире.

Вино ли ударило в голову, но Бриана вдруг ощутила невероятное счастье оттого, что находится рядом с Гейбом. Возможно, это опасное чувство, но она никогда не была рядом с таким сильным, благородным, добрым и отзывчивым человеком.

И таким сексуальным.

Она взглянула на его обнаженную грудь, возвышавшуюся над водой. Гейб поставил бокал на бортик. Бриана заворожено смотрела на игру его мускулов.

– Я не ждал от тебя никакого подарка. У нас особый брак, и мы установили свои правила.

– Как сегодня, например. – Бриана не хотела это говорить, но слова сами сорвались с языка. – Меня не волнуют твои ожидания, потому что…

– Потому что их нет. – Он положил руку ей на плечо. – Давай используем это время, чтобы узнать друг друга лучше, и я буду рад просто поговорить с тобой. Я хочу сделать тебя счастливой.

– Знаю. – Ей хотелось закрыть глаза и чувствовать только его прикосновения. Наслаждаться ощущением близости. – Я понимаю, что больше ты ничего от меня не хочешь, но все-таки сегодня у нас первая брачная ночь, как я могу забыть об этом.

Гейб медленно погладил ее плечо и признался:

– Я тоже об этом постоянно думаю, но это не значит, что мы и вести себя должны соответствующим образом.

Если бы он продолжал ее гладить, она бы не сдержалась и поцеловала его.

– Говоря, что не опытна с мужчинами, я не имела в виду, что никогда не была с парнем. Конечно, была. – Вообще Бриана хранила девственность гораздо дольше, чем другие, долго не могла забыть издевательства мачехи, которые много лет преследовали ее. – Я просто считаю, что я не достигла высших степеней. Ты понимаешь?

– Секс не измеряется в баллах. – Гейб сказал это очень серьезно.

Тем не менее Бриана все-таки рассмеялась. Очень уж странный разговор для брачной ночи.

– Хорошо, я поняла. Правда, решив расстаться с девственностью, я подумала, что, возможно, слишком решительная. Начитавшись литературы, я почувствовала себя вполне подготовленной, а в результате – полный провал. – Бриана покачала головой, вспомнив выражение лица своего парня.

Явно никакого удовольствия.

Скорее, шок.

– Мне приятно думать, что ты готовилась к этому шагу и изучала литературу. – Гейб продолжал поглаживать ее, прикоснулся к застежке ее кружевного бюстгальтера. – Я просто заинтригован.

– Я понимала, что изучение различных сексуальных техник чересчур сложно для начинающей. – Бриана пожала плечами, и вода вокруг нее всколыхнулась. – Однако старалась не подать виду, что я новичок.

– А что потом? – Гейб коснулся ее коленом под водой. Бриана не отпрянула от него, ей было очень приятно. – Дальше было лучше?

– Я не горела желанием повторять эксперимент. – Взяв бокал, Бриана сделала глоток вина. – Зато сейчас не отказалась бы.

Глава 9

Спешить не надо.

Гейб снова и снова повторял эти слова, чтобы тело наконец ему повиновалось. Он больно прикусил щеку изнутри, сдерживаясь, поскольку не хотел испортить Бриане вторую попытку. Ее первый сексуальный опыт оказался таким плачевным, что она даже не захотела повторить.

До нынешнего момента.

И он должен сделать все возможное, чтобы доставить ей удовольствие. Показать, насколько он рад тому, что она выбрала его после неудачного первого раза. Глубоко дыша, Гейб пытался сдерживать возбуждение. Пока нельзя давать выход, по крайней мере, в том виде, в каком он хотел.

Не спеши.

– А если начать с поцелуя? – Он взглянул на ее изящный рот и услышал, как она судорожно выдохнула. Под его рукой учащенно забился ее пульс.

Бриана придвинулась к нему в бурлящей воде, прикоснувшись коленом к его бедру. Подняв руку, погладила его подбородок.

Они смотрели друг другу в глаза, и Гейб вдруг почувствовал вкус ее губ. Это как вкус каберне и снежных хлопьев, чувственный и невинный одновременно. Запретные образы ее продвинутых сексуальных техник возникли перед его глазами.

Не спеши.

Отбросив от себя эти образы, Гейб поцеловал ее нежную шею. Кожа была горячей, пахла экзотическими цветами – такими же, какие Бриана выращивала в саду. Он жадно вдыхал этот аромат, запустив руку в ее влажные волосы.

Крепко сжав его запястье, она теснее прижалась к нему, упершись бедром в эрегированный член. Ее упругие груди касались его груди. Гейб изо всех сил сдерживался, хотя нестерпимо хотелось сорвать с нее бюстгальтер. Однако вместо этого он нежно покусывал ей шею. Ухо.

Бриана изогнулась всем телом, подставляя ему себя.

Он продолжал целовать ей шею и плечо, пока она сама не спустила лямки бюстгальтера.

– Я хочу больше, чем поцелуи, – настаивала она, в ее глазах блеснул огонь. – Я готова.

Гейб напомнил себе о том, что ее понятие готовности может отличаться от его, но с радостью воспользовался предложением. Расстегнув бюстгальтер, он отбросил его в сторону. Бриана откинулась назад, ее груди выступили над водой, по ним стекали капельки воды. Гейб жадно обхватил ртом сначала один сосок, потом другой. Бриана застонала, умоляя о продолжении.

– Нам надо пойти внутрь. – Его спальня находилась рядом, прямо за стеклянными дверями.

– Мне и так хорошо, – шепнула она, слегка прикусив ему ухо. – Я не хочу останавливаться.

– Всего лишь на минуту. – Гейб хотел, чтобы она легла в кровать, где ей стало бы комфортно. Второй сексуальный опыт может тоже оказаться плачевным в горячей ванне. – Если встанешь, я заверну тебя в халат и мигом отнесу, ты и глазом не успеешь моргнуть.

Взглянув на него через плечо, Бриана кивнула, игриво улыбнувшись.

– Хорошо, если ты настаиваешь.

Выскочив из воды, она прикрыла себя руками, пока Гейб накидывал на нее халат. Убрав бутылку со ступенек, он сам вылез из бассейна, подхватил Бриану на руки и понес в спальню. Ее непринужденный смех подзадоривал его, ему не терпелось узнать, какой сюрприз преподнесет эта женщина.

Открыв дверь толчком ноги, он внес ее в комнату и поставил на пол. На нем были одни шорты, и с него стекала вода. Захватив полотенца из душа, он протянул одно Бриане, сам стал вытираться вторым. Третье полотенце бросил на пол, чтобы она не поскользнулась.

– Ты не замерзла? – Он смотрел, как она вытирает длинные волосы.

– Нет, уже согрелась. – Отложив полотенце, она взглянула на него потемневшими глазами. – И уже не нервничаю. Спасибо тебе за это.

Обернув полотенце вокруг бедер, Гейб привлек ее к себе.

– Я рад, что ты расслабилась. – Приподняв ей голову, он слегка прикоснулся губами к ее губам. – И попрошу тебя забыть обо всем, что было до этого момента.

Бриана обвила его шею руками, прильнув к нему всем телом. Гейб отнес ее в постель. Положил на середину кровати. В ее темных глазах горела страсть, волосы разметались по подушке. Он снял с себя полотенце и шорты, а Бриана, к его изумлению, стянула с себя халат и трусики. Она лежала перед ним обнаженная. Гейб на секунду замер, не в силах оторвать от нее глаз. Во рту пересохло. Он хотел ее так, как не хотел ни одну женщину.

– Пожалуйста. – Ее голос срывался, она протянула к нему руку. – Не останавливайся.

Бриана просто прикоснулась пальцами к его груди, и Гейб чуть не потерял рассудок. Лег с ней рядом в постель, повернув ее лицом к себе, почувствовал ее шелковистую кожу. Блаженно вздохнув, услышал, как Бриана застонала от наслаждения.

Гейб стал поглаживать ей спину, пытаясь сдержать стук сердца. Бриана принялась осыпать поцелуями его грудь. Он ощутил горячее тепло между ее ног. Бриана страстно вскрикнула, откинулась на подушку.

Не в силах сдержать себя, он обхватил губами ее твердые соски, засунув пальцы глубоко ей в промежность. Бриана обвилась вокруг него, обхватив руками и ногами, отдавая всю себя. Гейб ласкал ее до тех пор, пока она не выгнулась всем телом, перестав дышать.

И кончила в его объятиях, содрогаясь от наслаждения. Он обнимал ее и гладил. Бриана дрожала, а когда затихла, Гейб поцеловал ее в шею.

Она едва смогла отдышаться. Такого потрясающего оргазма она и представить не могла и теперь просто купалась в чувственном блаженстве, тело стало легким и расслабленным, будто в нем не осталось костей.

Это блаженство доставил ей Гейб – легко и умело. Ей хотелось доставить ему такое же наслаждение. Бриана вспомнила, что прочитала перед первым своим сексуальным опытом.

Теперь она могла применить свои знания на практике.

А Гейб уже надевал презерватив.

– Гейб? – Она задержала его руку. – Я хочу доставить тебе такое же удовольствие. – Ее пульс участился. – Я уже говорила, что изучала техники насчет того, как…

Он поцеловал ее, не дав договорить.

– Я больше не могу сдерживаться, Бриана.

Она отпустила его руку, предоставив свободу действий, понимая, что он хочет доставить удовольствие не только себе, но и ей.

Однако не была готова к тому, чтобы почувствовать его внутри себя. Он вошел в нее мощным толчком, мгновенно заполнив целиком. Обхватив его шею руками, Бриана приподняла бедра навстречу ему. Она мечтала о нем, когда работала у него, но такой близости и представить не могла. Закинув ноги ему на спину, чтобы плотнее прижаться, она погрузилась в небывалое блаженство.

На этот раз исследования не понадобились. Бриана забыла обо всех техниках секса, изученных ею. Тело знало, чего хочет.

Гейба.

Она хотела ощущать его везде. Прижаться каждой клеточкой тела. Их взгляды встретились, и они на секунду застыли. А потом снова принялись двигаться в такт. Несмотря на это, Гейб овладел ее губами. Поцелуй его был жарким и страстным.

Очередной оргазм потряс Бриану. Спазмы накатывали словно волны, одна за другой. Она вцепилась в Гейба, охваченная небывалыми ощущениями. Через секунду почувствовала, как он напрягся, услышала его сдавленный стон. И он взорвался так же, как она.

Через некоторое время, когда сердце немного успокоилось, Гейб повернул Бриану на бок и прижал к себе. Тепло разлилось по ней, она нежилась в его объятиях, купаясь в новых ощущениях. Взглянула на Гейба сквозь опущенные ресницы и увидела, как он растянулся рядом с ней, положив руку ей на бедро.

Буря чувств охватила Бриану, хотя она постаралась их не замечать. Может быть, она поступила мудро, избегая секса после первого раза. Может быть, глубоко внутри себя понимала, что ей нужны романтические чувства, – те самые, которые она сейчас испытывала к Гейбу.

Только вот нельзя идти этой дорогой вместе с ним. Бриана понимала это. Гейб Мак-Нейл женился на ней потому, что они друзья, и он верит, что она не влюбится в него и не воспользуется его великодушной натурой.

Она никогда не причинит боли этому человеку. Но на сердце вдруг стало тяжело. Бриана поняла, насколько будет трудно скрывать свои чувства. Тем более когда физическая близость была такой потрясающей.

– Бриана. – Гейб выдохнул ей в волосы, и она поняла, что он тоже смотрит на нее.

Повернувшись к нему, она увидела его серьезное лицо. Неужели он тоже осознал этот катастрофический сдвиг в отношениях?

– М-м-м… – Она не могла говорить, опасаясь выдать себя.

– Ты голодна? Я могу принести нам ужин. – Он погладил ее волосы.

– Нет, не голодна. – Ей не хотелось двигаться. И еще она не желала, чтобы он вставал.

Если бы подождать еще немного, можно овладеть своими чувствами, загнать их внутрь, справиться с ними. Но в этот момент Гейб поднял ее лицо и заглянул в глаза.

Бриана почувствовала, что тонет в голубой глубине. И ей не за что уцепиться.

Гейб снова поцеловал ее, и огонь между ними вспыхнул еще сильнее. Она жадно потянулась к нему, будто недавно они не испепелили друг друга страстью. Гейб погладил ей бедро, живот и грудь. Бриана снова возбудилась до предела.

Она не могла до конца насладиться им. Ей было мало его поцелуев и прикосновений. Она хотела ощущать его везде. Гейб исполнял ее малейшее желание, будто они созданы друг для друга. Он снова вошел в нее. На этот раз медленно. Не торопясь.

Задыхаясь от чувственной дрожи, Бриана отдалась ему. Все произошло очень быстро, между ними не было никаких преград.

На этот раз они кончили вместе. Бриана почувствовала, что частица ее сердца тоже взорвалась, как и тело.

Глава 10

Когда вновь пришла в себя, Бриана ощутила заманчивый запах еды, и в желудке у нее заурчало. Постель рядом с ней была пуста, ей на ноги было накинуто одеяло. Взглянув на телефон, Бриана обнаружила, что сейчас всего десять часов. Это было местное время Вайоминга. Для ее организма это означало полночь.

Неудивительно, что в желудке урчало.

Накинув на себя пушистый махровый халат, она услышала, как Гейб расхаживает по кухне, звякая посудой. Ее не удивило, что он ушел готовить ужин для них, он ведь всегда такой заботливый и чуткий. Бриана не думала, что ужин явился результатом их близости. Проведя рукой по спутанным волосам, она сказала себе, что надо держаться с ним легко и непринужденно.

И бдительно охранять оставшуюся частицу сердца, не затронутую Гейбом.

Бриана вошла в свою комнату, чтобы взять носки, и отправилась на кухню, на манящий запах, через просторный дом, попутно заглядывая во все комнаты. Стены дома были отделаны натуральной сосной, потолки высокие, с мощными балками и серебряными заклепками. Мебель обита грубым серым полотном, украшенным яркими красными и желтыми пятнами.

На стенах во всех комнатах висели пейзажи Вайоминга. Бриана узнала Башню Дьявола и Гранд-Титон. Когда она достигла кухни – источника заманчивых запахов, пейзажи сменились шкафами из натурального дерева и круглым столиком для двоих. На нем уже горели тонкие свечи. Гейб доставал из духовки два дымящихся стейка.

– Ты вовремя пришла. – Он усмехнулся, отложив рукавицу-прихватку. При виде его без рубашки, в спортивных брюках у Брианы перехватило дыхание. Даже еда не вызвала такого ожидаемого вожделения. – Мне пришлось второй раз разогревать мясо.

Она подошла к нему, он поцеловал ее в щеку и пододвинул стул, обитый кожей. На секунду она закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением, хотя уже догадалась, что он тоже хочет сохранить между ними непринужденность.

– Спасибо тебе. Я так голодна, что могла бы сгрызть сырую кость. – Бриана подняла бокал, благодаря тем самым своего шеф-повара. – Пью за твое здоровье.

Он тоже поднял бокал.

– Я лучше выпью за ночь, которую никогда не забуду.

Бриана открыла рот от изумления, не готовая к тому, чтобы говорить о том, что произошло между ними. Ей требовалось время осмыслить случившееся, восстановить защитные барьеры, в которых она так нуждалась.

– Хорошо, за ночь, – игриво промолвила она, не желая показывать виду, будто смутилась. Осушив бокал, она жадно накинулась на еду.

Гейб сделал вид, что не заметил ее бестактного поведения. Удовлетворив первый приступ голода, Бриана стала искать тему для разговора, который отвлек бы от того, насколько потрясающе выглядит Гейб с обнаженным торсом.

– Ты сообщил деду о своем приезде? – Отрезав хрустящего теплого хлеба, она поняла, что не похвалила Гейба за еду. – Ты приготовил прекрасный ужин. Я накинулась на еду, поэтому не сразу поблагодарила тебя. А теперь говорю спасибо.

– Пожалуйста. – Гейб ел гораздо медленнее, чем она. – Да, я сообщил деду, когда приземлится наш самолет. И информировал об этом моего сводного брата Куина, который живет с ним.

Бриана нахмурилась.

– А разве не Ян живет с Малколмом? Ведь именно Ян позвонил и сказал тебе, что дед остается в Шайенне.

– Это так. – Гейб взял бутылку красного вина, которое они пили в сауне, наполнил бокалы. – Просто Ян с женой на этой неделе уезжают в Сингапур, где реконструируется один из отелей Мак-Нейлов. Жена Яна, Лидия, – дизайнер интерьеров.

Бриана вспомнила, что апартаменты, куда поместили ее бабушку, принадлежат Яну и Лидии. Внутреннее убранство было очень красивым, и теперь она поняла благодаря кому.

– Ян и Куин по очереди живут с Малколмом?

Положив себе еще салата, она подумала о том, что ей хотелось бы иметь более близкие отношения со своими сводными братьями и сестрами. Тогда бы можно было договориться о том, чтобы те тоже присматривали за бабушкой.

Порыв ветра ударил в окно.

– Да. Камерон тоже помогает. Насколько мне известно, другие сыновья Лиама тоже не забывают Малколма. Общаются с ним гораздо больше, чем с собственным отцом. – Нахмурившись, Гейб отпил вина, будто желая смыть горечь при упоминании его имени. – И это вызывает у меня восхищение. Хотя Куин, Ян и Камерон – законные сыновья Лиама, они преданы ему не больше, чем Дамон и мы с Джагером.

Лиам не сильно отличался от ее отца. Бриана подумала, что у Лиама, наверное, более сильный характер. Ей хотелось говорить о семье Гейба, чтобы отложить обсуждение перспектив их брака. К этому разговору она еще не готова.

– А что ты знаешь о Доноване – старшем сыне Малколма, который отдалился от него?

– Дед ни разу не упомянул о нем, когда мы коротко встречались прошлой осенью. Я надеюсь больше узнать о Доноване, когда мы завтра придем к деду на ужин.

– Мы? – Бриана встала, чтобы помочь ему помыть посуду.

– Малколм, конечно, хочет познакомиться с моей женой. Он сказал мне это по телефону.

Гейб обошел ее, слегка прикоснувшись. Бриану это приятно возбудило.

Он поцеловал ее в плечо, когда поставил еще одну тарелку.

– Ах да, разумеется. – Бриана попыталась сосредоточиться на своих словах, едва сдерживая желание прильнуть к нему. – Ведь мы поженились ради того, чтобы выполнить его волю.

Она сказала это больше для себя, ведь это реальность, о которой нельзя забывать в порыве романтических чувств к Гейбу.

Но на него ее слова произвели сильное впечатление. Он застыл на месте. На секунду в кухне возникла тишина. Слышалось лишь тиканье настенных часов и завывание ветра за окном.

Повернувшись к нему, Бриана вытерла руки полотенцем.

– Гейб? Что случилось?

Он смотрел на экран телефона, неподвижно стоя возле плиты.

– Я тебе еще не все сказал о нашем браке. – Лицо напряглось, когда он встретил ее взгляд. – Мне нужна жена еще по одной причине.

Он сказал «жена». Не имел в виду ее. Ему нужна просто женщина в роли законной супруги. Холодок пробежал по ее спине, однако Бриана сдержала желание обхватить себя руками. Она не покажет ему свою слабость, и без того уже очень уязвима.

– Интересно, по какой же еще причине? – Бриана пыталась придать голосу силу, хотя колени подгибались.

Гейб передал ей телефон. Взглянув на экран, она увидела их свадебную фотографию. Гейб держал Джейсона, Бриана сжимала свадебный букет, стоя возле него в своем роскошном кружевном платье. Сначала она не поняла, при чем здесь это фото. Но потом увидела подпись:

«Бывший муж кантри-певицы Терезы Баудер Гейб Мак-Нейл отомстил бывшей супруге, женившись на своей садовнице».

Фото было размещено на сайте «Сплетник».

Не став дочитывать статью, Бриана отдала Гейбу телефон.

– Не понимаю. – Ее охватило тягостное чувство, казалось, она такая ничтожная, даже ее имя в статье не фигурирует. – Какое это имеет отношение к твоим словам? По какой еще причине ты женился на мне? – Когда он сделал глубокий вдох, дав ей еще секунду на размышление, до нее вдруг дошло. – О боже! – Она ухватилась за край кухонной стойки. – Ты женился в отместку бывшей жене.

Сердце Гейба горестно сжалось. Он не хотел причинить боль Бриане и тем не менее поставил в самое неловкое положение перед журналистами. В статье говорилось, что она была горничной у Терезы, хотя на самом деле работала ландшафтным дизайнером в компании Гейба.

Взглянув в ее расстроенное лицо, он понял, какие чувства она испытывает. Явно полагает, что он предал ее.

– Нет. Я женился на тебе не ради того, чтобы отомстить бывшей супруге.

Но было поздно. Его молодая жена уже расхаживала по кухне, пылая гневом.

– Однако это фото сделано горничной жены твоего богатого брата. Неужели она самовольно продала его прессе за несколько сотен долларов? Ни за что не поверю этому. Мак-Нейлы охраняют свою частную жизнь и хорошо платят своим работникам, чтобы те защищали их интересы.

– Пожалуйста, Бриана. – Отложив телефон, Гейб сделал шаг к ней. – Послушай.

– Ведь я знала об этом! – Бриана резко повернулась к нему, возмущенно всплеснув руками. – Я же была твоим дизайнером и тоже подписывала документ о конфиденциальности.

«Надо бы скорее закончить этот разговор, чтобы прекратить ее мучения».

– Я дал поручение горничной передать эти фото прессе.

Бриана открыла рот от изумления.

– И ничего не сказал мне? Сделал это, чтобы отомстить Терезе?

– Я хотел, чтобы о нашем браке стало известно всем. И как можно скорее. – Гейб стиснул зубы. Он не привык перед кем-либо оправдываться.

Но в браке надо идти на уступки. Они с Терезой, хотя и жили вместе, при этом существовали будто в параллельных мирах, пути их ни разу не пересекались. А если он хочет наладить отношения с Брианой, необходимо научиться разговаривать с ней.

И черт возьми, он действительно хочет наладить с ней отношения. И вроде бы ему уже удалось продвинуться в этой области.

– У нас законный брак, о нем все узнали бы и без участия папарацци, – возразила Бриана, скрестив руки на груди.

В махровом халате, со спутанными волосами, рассыпавшимися по плечам, она выглядела более хрупкой, чем в рабочих брюках и футболке, с завязанным на затылке конским хвостом. Гейб пожалел, что не сказал ей об этом накануне брачной ночи. Невыносимо думать, что Бриана считает его непорядочным человеком.

– Я хотел, чтобы адвокаты Терезы как можно быстрее узнали о нашем браке. – Он шагнул еще ближе. – Может быть, сядем и поговорим?

– Нам не о чем разговаривать. – Бриана враждебно смотрела на него, застыв на месте. – Ты женился на мне, желая привлечь к себе внимание бывшей жены. Чтобы она пожалела о своей потере. Не вижу иной причины, тем более ты скрыл все это от меня.

Хорошо. Единственный положительный момент этой ситуации – чем больше Бриана говорит, тем больше он ее понимает. Конечно, понимание не исправит то, что он натворил. Гейб страдал оттого, что причинил боль Бриане. Скрывая от нее подробности своего замысла, он даже представить не мог, что она отреагирует таким образом.

– Теперь я понял, почему ты так думаешь. – Он приблизился к ней, желая обнять. – Поверь, я всего лишь хотел, чтобы новость о нашем браке распространилась как можно скорее, а Тереза и ее адвокаты узнали о том, что Джейсон теперь обрел стабильную семью с двумя родителями.

Поджав губы, Бриана склонила голову.

– Я тебя не понимаю. Ты столько раз говорил мне о том, что хочешь, чтобы Джейсон больше общался с матерью.

– Да, говорил. – Но хотел гораздо большего. Чтобы сын был окружен любовью обоих родителей. – Несмотря на мои попытки, Тереза все больше отдалялась от него. Только на прошлой неделе позвонила мне и сказала, что хочет взять его на свою фотосессию в День святого Валентина.

Бриана нахмурилась.

– Она не желает видеть Джейсона, чтобы просто пообщаться, зато, когда ей понадобился очаровательный малыш для фотографий, сразу вспомнила о существовании сына.

Гейб тоже такого мнения, хотя ему и тяжело думать об этом.

– Надеюсь, это просто результат излишнего волнения по поводу ее новой карьеры. – Ему хотелось верить в лучшее. – Но если она действительно не хочет быть значимой частью его жизни, я не позволю ей таскать сына с собой по всему земному шару в качестве средства для собственной рекламы.

Бриана тихо присвистнула.

– И ты думаешь, известие о нашем браке остановит ее?

– Ни в малейшей степени. Но если она захочет отобрать у меня сына или пересмотреть условия нашего договора, адвокаты скажут ей, что у нее нет шансов забрать Джейсона себе. – Гейб хочет защитить сына любой ценой. Если Тереза откажется соблюдать интересы ребенка, Гейб станет его адвокатом и защитником. – Пусть люди из ее окружения знают, с чем столкнутся, если попытаются прийти за ребенком, которого она бросила.

Наконец Бриана кивнула, хотя ее лицо все еще было настороженным.

– Я могу это понять, Гейб. Ты хочешь защитить интересы Джейсона, это похвально. Но ты не предупредил меня о том, что собираешься распространить наши свадебные фото в Интернете.

Подойдя вплотную, он взял ее за руку.

– Я по-прежнему переживаю по поводу того, что не смог убедить Терезу остаться и этим подвел Джейсона. – Он погладил ее нежную кожу с внутренней стороны запястья. – Мне больно признаться в этом самому себе, а уж тем более тебе. Но пришлось сделать это.

Бриана медленно кивнула.

– Именно поэтому ты решил жениться, да? Не из-за завещания Малколма, а ради спокойствия и счастья Джейсона?

– Я обеспечу сыну наследство в любом случае, независимо от того, что решит Малколм. Однако я не смогу защитить моего ребенка, если по решению суда он будет передан Терезе. Она снова его бросит. Или разобьет сердце своей непоследовательностью и взбалмошностью, когда он подрастет.

Прикусив губу, Бриана уставилась в окно, за которым кружила метель. Снежные хлопья стучали в стекло.

– А что будет через год, когда наш контракт закончится? – наконец еле слышно спросила она, отвернувшись от окна и взглянув на Гейба. – Как тогда его защитишь?

Гейб, конечно, уже подумал об этом, но не хотел делиться с Брианой своими мыслями. Однако сейчас понял, что скрытность в отношениях с ней ни к чему хорошему не приведет.

Он нежно погладил ее темные волосы, все еще влажные после душа.

– В нашем соглашении прописано, что у тебя будет все, что ты захочешь, если мы расторгнем наш союз. – Гейб очень внимательно прочитал его. Каждое слово. – Правда, там ничего нет о том, что мы обязательно должны его расторгнуть.

Глава 11

Слова Гейба привели ее в шок. Он что, предлагает не разводиться?

На следующий день Бриана сидела в комнате одна. Яркие солнечные лучи, проникая сквозь окно, падали на стену.

Вчера она так утомилась, что не стала расспрашивать о том, что имел в виду Гейб. Они выпили чаю, потом она ушла спать. Но спала плохо.

Мысли о бабушке, беспокойство о ней смешивались с вопросами о том, что Гейб имел в виду, предложив не разводиться.

Возможно, он так же утомлен, как и она, и не в состоянии мыслить ясно. Бриана надеялась, что утром все поймет. Наконец она уснула в объятиях Гейба, а утром он встал рано и ушел, обмолвившись, что ему надо подготовиться к встрече с Малколмом и Куином.

Прошло уже три часа, а он все еще не вернулся, хотя прислал сообщение, что за ними заедет снегоход, чтобы отвезти их на главное ранчо к обеду, и велел Бриане одеться просто.

Снегоход.

Мысль об этом приятно взволновала, хотя она переживала по поводу одежды. Гейб просит одеться попроще. А разве нельзя предстать перед богатым дедушкой в обычной одежде? Бриана решила надеть лучшие джинсы и желтый кашемировый свитер, который обнаружила в шкафу. Гейб заказал для нее много одежды, и она была очень благодарна ему за это, потому что зимних вещей у нее не было.

Однако мысли о вчерашнем разговоре все еще не оставляли ее. Неужели он действительно готов пожертвовать собой, не оставив себе шанса жениться по любви. Ради своего ребенка? Или надеется, что его дружеские чувства к ней со временем перерастут в нечто большее?

При мысли о том, что Гейб может в нее влюбиться, у Брианы перехватило дыхание. Сколько раз она втайне мечтала об этом!

Однако она боялась даже надеяться. Ведь он, должно быть, думает только о практических целях. А она уже спит с ним. И это большая ошибка, которая еще обернется для нее большой бедой. Сначала он скрыл истинные причины женитьбы, потом втихомолку разослал свадебные фото по разным газетам, чтобы упрочить свои отцовские права. Что еще он скрывает от нее?

Отчаянно желая отвлечься от этих мыслей, Бриана уселась в кресло и открыла ноутбук, собираясь посмотреть почту. Охранная фирма, которая перевозила вещи бабушки, прислала видеорепортаж и фотографии квартиры. Их было много, но Бриану больше всего интересовало то, что спрятано в кладовке.

Конечно, у бабушки нет ничего особо ценного, но все-таки она хотела спрятать от Венди то, что ей дорого. Бриана включила видеоролик, где сотрудники агентства вскрывали умело замаскированную фальшивую стену. Парни работали неспешно, предъявляя вещи для кинокамеры и переписывая то, что клали в коробки. Иногда поясняли свои действия, иногда нет, но все было очень четко.

– Пластинка «Битлз» с дарственной надписью, – объявил первый сотрудник.

– С дарственной надписью? – переспросил второй, протягивая руку к конверту. – Кому?

– Здесь написано «Роуз». Похоже, все четверо поставили свои подписи. – Первый сотрудник – мускулистый мужчина в черной футболке – был виден только со спины. Он указал на подпись на конверте от пластинки. – Вот подпись Джона Леннона. А вот подписи трех других.

Бриана не поверила своим ушам.

И включила паузу, чтобы все обдумать. Она знала, что бабушка встречалась со многими знаменитостями, когда была певицей.

Но с «Битлз»?

И разве такие пластинки много стоят? Они не в самом лучшем состоянии. Бабушка давно запрятала свои сокровища.

Когда Бриана вновь включила видео, сотрудники агентства продолжали извлекать реликвии, связанные с артистической карьерой Роуз Хансон. Она вышла замуж за своего пианиста, но брак сложился неудачно. Через год Роуз выставила за дверь своего изменника мужа. Однако за это время у нее родился сын – отец Брианы. И конечно, это сократило время сценической карьеры.

И теперь, когда двое незнакомых мужчин доставали из чулана спрятанные сокровища, перед глазами Брианы встала вся жизнь бабушки. Среди найденных вещей были афиши и плакаты с изображением Роуз, выступавшей с известными группами и музыкантами. На некоторых постерах Роуз была одна. Бриана ее такой никогда не видела. На одном из плакатов певица танцевала на сцене с бубном, одетая в роскошный костюм. Все заработанные деньги она тратила на сына, который впоследствии забросил ее. У Брианы были свои причины не любить отца, а теперь еще она увидела его эгоизм с новой стороны. Это придало ей решимости быть честной с самой собой и своим сердцем.

Бриана не знала, сколько прошло времени, когда в дверях спальни появился Гейб. Солнце почти село. За окном виднелось раскрашенное вечерним пурпуром небо.

– У тебя все в порядке? – Поставив пакеты с покупками на пол, Гейб пересек комнату и подошел к ней. Его голубые глаза внимательно посмотрели ей в лицо.

Он невероятно красив. В темных волосах еще не растаяли снежинки, пальто распахнуто, шарф развязан.

– Да, в порядке. – Смутившись, Бриана смахнула слезу, которая непроизвольно стекла по щеке. – Просто разглядывала реликвии бабушки, спрятанные в кладовке. Они связаны с ее музыкальной карьерой.

– Музыкальной карьерой? – Гейб нахмурился, и в этот момент Бриана поняла, что он подумал о Терезе.

И о том, что Роуз совсем иначе относилась к своему сыну. Но, может быть, тогда было другое время? Если бы это происходило сейчас, оставила бы бабушка карьеру ради воспитания сына?

Ясно одно: если бы Роуз решила остаться на сцене, возможно, она нашла бы баланс между материнством и работой, никогда не бросила беспомощного малыша.

– Да. – Бриана повернула экран компьютера, и Гейб увидел бабушкины вещи – концертные афиши, фото с известными людьми, подписанные конверты от грампластинок, несколько костюмов и пару туфель. – Бабушка оставила карьеру, когда вышла замуж, зато сохранила несколько вещей в память о тех днях.

Точно так же Гейб отказался от всего ради сына. От работы, которую любил. От возможности найти настоящую любовь.

И вдруг его предложение оставаться в браке обрело для Брианы новый смысл. Да, конечно, глупо думать, что Гейб когда-нибудь полюбит ее.

От его пальто все еще веяло морозным холодом. Тем не менее Бриане хотелось прижаться к нему. Воспоминания о прошедшей ночи затуманивали разум. Правда, яркие, чувственные образы смешивались с ощущением его предательства. Он захотел продлить брак ради своего сына. Она, конечно, все понимает, однако осознавать это тяжело.

– Ого! – Гейб пересмотрел все фото и задержался на том, где Роуз выступала на сцене. – Здесь я вижу сходство между вами.

– Правда? – Бриана вгляделась в экран. – Ты так думаешь?

– Несомненно. У вас одинаковые глаза и рот. Вы обе очень красивые. – Повернувшись к ней, он приподнял ее лицо и поцеловал в губы.

Медленно и чувственно.

Ноутбук свалился бы на пол, если бы Гейб не подхватил его. Отставив его в сторону, он прижал Бриану к себе. Она утонула в его поцелуе. В его прикосновениях. Она давно мечтала о нем, но реальность превзошла все мечты.

– Обними меня, – прошептал Гейб.

Бриана безмолвно повиновалась ему, и вся ее решимость мгновенно улетучилась.

– Держись крепче. – Он поднял ее на руки.

И отнес на кровать.

Бриана так хотела его, что сама стала срывать с себя одежду. Пальцы дрожали от возбуждения. Гейб, раздевшись, лег рядом с ней, помог снять то, что еще оставалось, покрывая ее поцелуями. Закрыв глаза, Бриана наслаждалась его близостью.

Когда он стал ласкать ее груди, она вцепилась ему в плечи, изнемогая от желания почувствовать его внутри себя. Выгнув спину, крепче прижалась к нему. Гейб застонал от переполнявшего его желания, а когда вошел в нее, она была более чем готова к этому. С каждым движением его бедер, с каждым поцелуем возбуждалась все больше и больше.

Откинув голову на подушку, Бриана жаждала вновь испытать блаженство, которое Гейб доставил ей прошлой ночью.

– Бриана. – Ее имя из его уст прозвучало так чувственно, такими были и его прикосновения, особенно когда он смотрел ей прямо в глаза.

Ей хотелось забыться в этом ощущении. До тех пор, пока они не поймут друг друга. До тех пор, пока она не отдаст ему все. Не только тело, но и душу.

Гейб ускорил темп, делая глубокие толчки.

Мгновение – и ее возбуждение достигло предела. Бриана взорвалась, содрогаясь от наслаждения. Эти судороги и спазмы мгновенно довели до оргазма Гейба. Они закричали вместе. Бриана выдохнула, не в силах больше дышать, чувствуя полное изнеможение.

Такого момента у нее не было никогда в жизни. Когда Гейб растянулся рядом с ней, она подумала о том, что было бы еще лучше, если бы он доверял ей.

Если бы любил ее так, как она любит.

Открыв глаза, Бриана сказала себе, что этого нельзя отрицать. Ее сердце принадлежало Гейбу еще задолго до их свадьбы. Но такой уязвимой она еще никогда себя не чувствовала. Он мог легко причинить ей боль. Как она могла это допустить?

Высвободив свои ноги из-под его ног, Бриана приподнялась на локте. Тело все еще трепетало от ласк Гейба. Но ведь у них нет любви. Гейб не питает к ней такие же чувства.

– Нам надо ехать к твоему деду.

– Что случилось? – Он пристально взглянул в лицо Брианы, почувствовав ее отчуждение. Рука легла ей на бедро.

И даже сейчас, переполненная эмоциями и с ощущением удовлетворения, она вновь захотела его.

– Для меня все это очень быстро произошло. – Бриана сказала правду, хотя на самом деле хотела отдалиться от него еще и по другим причинам. Ей надо следовать своим путем, воплощать свои мечты, а не кидаться на шею человеку, который не любит ее. – Я буду выполнять наше соглашение, но считаю, что физическую близость между нами надо из него исключить.

Гейб нажал на газ, и снегоход рванул с места. Между гостевым коттеджем и главным корпусом было несколько миль.

Бриана сидела позади него. Обняв его за талию, прижалась головой к его спине. Он понимал, что она обнимает его по необходимости, ей просто надо удержаться на месте.

Отношения у них испортились, и Гейб не знал, как наладить их. Ему не хотелось ехать на встречу с Малколмом, но он надеялся, что вечер в обществе других людей поможет ему понять, как найти подход к Бриане.

Она явно злилась на него за то, что он сразу не раскрыл ей все причины своего желания жениться на ней. И он понял это. Но разве интимная близость не сгладила их разногласия? Он думал, что после второго потрясающего секса Бриана забудет обо всем, но этого не произошло.

Гейб опешил, когда она отстранилась от него после этого.

Он жалел о том, что обидел ее, хотя ведь и не скрывал своего практического подхода к браку. А что оставалось делать после того, пережитого с Терезой?

Он свернул на хорошо очищенную дорожку. Снег был утоптан, и снегоход пошел легко. Гейб почувствовал, как Бриана запрокинула голову, подставив руку под снежный вихрь, поднявшийся на повороте.

– Осторожно, – предупредил он, опасаясь, что она упадет.

– Здесь так красиво! – прокричала она сквозь шум мотора, вновь обхватив его за талию.

Прикосновение было таким соблазнительным, что Гейб сжал зубы. Больше она не будет прикасаться к нему, если он не найдет способ решить проблему, возникшую у них.

Гейб уже купил ей подарки на День святого Валентина, надеясь уговорить остаться в Шайенне еще на неделю. Увидев чудесные девственные леса, он захотел показать их сыну. И уже договорился о том, чтобы Надин с Джейсоном приехали сюда завтра, чтобы вместе насладиться этой зимней сказкой.

Однако будет невесело, если Бриана не захочет остаться с ними.

Когда вдали показалось ранчо, Гейб снизил скорость. Главный дом был выполнен в том же стиле, что и гостевой коттедж, но был гораздо больше, в три этажа, и сейчас все его окна светились.

Гейб мгновенно оценил дом с точки зрения плотника. Он бы кое-что исправил в нем. Правда, он больше не плотник и теперь ради сына приехал к Малколму Мак-Нейлу, чтобы установить с ним отношения и стать частью империи. Стиснув зубы, Гейб вспомнил, что сказала ему Бриана всего несколько дней назад.

«А что, если ты внушишь сыну мысль о том, что успеха можно достичь, занимаясь любимым делом?»

Она, конечно, права, хотя в данный момент успех представал в виде «Курортов Мак-Нейла». И пока Джейсон не станет законным наследником компании, личные интересы Гейба будут отодвинуты на задний план.

Снегоход остановился. Бриана сняла с себя серебристый шлем.

– Надеюсь, ты дашь мне порулить по дороге домой? – Она провела рукой по волосам, завязанным в конский хвост. – Это так здорово!

– Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, Бриана.

Интересно, знает ли она о том, как дорога ему.

Гейб начинал понимать, что она стала голосом совести в его жизни и ее мнение очень важно для него. И это было задолго до их свадьбы.

Улыбка на миг исчезла с ее лица, но Бриана мигом оправилась. Она воздвигала стену между ними – такую толстую, что Гейб ничего не видел сквозь нее.

– Если ты действительно этого хочешь, не ставь меня в неловкое положение перед твоей семьей.

Сначала Гейб не поверил тому, что она говорит серьезно. Но потом вспомнил, что мачеха с детства поселила в ней неуверенность.

– Они будут рады познакомиться с тобой. Пойдем.

Он хотел ее обнять. И целовать до тех пор, пока она не обретет уверенность в себе. Но он уважал ее желание больше не вступать с ним в интимные отношения и постарается выполнять его, пока она не изменит своего решения. Во всяком случае, Гейб надеялся.

Взяв за руку, он повел ее к крыльцу. Он и раньше держал ее за руку, еще тогда, когда они были просто друзьями, а значит, это не нарушение обещания.

– Я кое-что читала о Куине. Он владелец инвестиционного фонда. Наверное, такой богатый, что может купить и продать несколько маленьких стран.

Гейб помедлил на широких ступенях, ведущих к входной двери.

– Кто-то когда-то говорил мне, что успех не исчисляется большими деньгами. Помнишь?

Бриана в замешательстве прикусила губу. Это было хорошо видно под яркими огнями крыльца.

– Неужели кто-нибудь из семьи Мак-Нейл верит в это?

– Если ты сама веришь, этого достаточно. – Гейб не хотел, чтобы в его семье к Бриане отнеслись пренебрежительно, и уже жалел о том, что во всех газетах и журналах напечатали их свадебные фото, где Бриану называли его бывшей садовницей.

Почему никто не называет ее по имени? Она сама гораздо ценнее, чем ее работа.

Кивнув, Бриана засунула руку в карман красной куртки.

– Я верю. Спасибо за это напоминание.

Они поднялись по ступенькам к высоким двойным дверям с красивой подсветкой. Гейб позвонил и услышал, как повернулась ручка. Правая створка двери широко распахнулась.

– Добро пожаловать, брат. – Высокий мужчина, протягивавший руку, был таким же, как все Мак-Нейлы: голубые глаза, темные волосы и такой же, как у Гейба, квадратный подбородок.

Но даже в брюках свободного покроя и темной рубашке Куин выглядел более изысканно, чем другие братья. Волосы тщательно уложены, подбородок гладко выбрит. И одежда явно сшита на заказ у первоклассного портного.

– Бриана, это мой старший брат Куин. Куин, рад представить тебе мою новую жену, Бриану Мак-Нейл, в девичестве Хансон. – Гейб говорил быстро, чтобы Бриана не успела занервничать.

Однако ее улыбка была расслабленной.

– Рада познакомиться с вами, Куин. И простите, что глазею на вас. Просто вы поразительно похожи.

Если кто-то и глазел, так это Гейб. И глазел на нее. Она такая красивая. Такая очаровательная и естественная, с теплой улыбкой. Его сердце сжалось. Он ее муж всего лишь день, а уже наделал ошибок.

Куин любезно улыбнулся Бриане и взял их верхнюю одежду.

– Я понимаю вас, поскольку сам поражаюсь, когда смотрю на Камерона и Дамона. Добро пожаловать в нашу быстро растущую семью. Деду не терпится познакомиться с вами.

«Быстро растущую?»

Эти слова не выходили из ее головы, когда они пошли в дом, миновав большую гостиную, парадную столовую и бар. Все комнаты были хорошо освещены.

В доме вкусно пахло едой. Бриана ощущала запах специй и сладкий аромат лимона. Куин задержался в широком коридоре возле картин с изображением ковбоев.

– Простите меня. Не хотел, чтобы мои слова как-то задели вас. Я просто не раз беседовал с дедом, пытаясь разузнать историю семьи, пока он не обрушил на нас очередных родственников.

– Ты не должен винить Малколма за то, что у тебя есть я и мои братья, – напомнил Гейб. Сам он давно свыкся с мыслью о том, что у него никчемный отец, но ему не надо извиняться за него. – Это все выходки Лиама.

– Да, наш отец любил приключения, поэтому не удивлюсь, если однажды у нас обнаружатся еще братья и сестры. – Пожав плечами, Куин направился дальше по коридору. – Меня беспокоит то, что Малколм никогда не рассказывал нам о своем старшем сыне. Мы даже не видели его фотографий. А теперь, после двадцати семи лет разлуки, дед захотел воссоединиться с ним, хотя наш дядя по-прежнему враждебно относится к нему.

– Нельзя так долго хранить в себе недобрые чувства, – тихо посетовала Бриана, когда они вошли в уютную семейную комнату с кожаными диванами и огромным камином.

Гейб сразу же увидел деда, сидевшего в глубоком кресле со свернутой газетой в руках.

– Дедушка, к нам гости, – объявил Куин.

Гейб непроизвольно обнял Бриану за талию. Был ли это инстинкт защитника, или ему просто хотелось прикоснуться к ней? Он глубоко вдохнул, ощутив ее аромат.

– Хорошо. – Малколм в знак приветствия поднял трость из красного дерева, однако с кресла не встал. – Некоторые мои внуки устали от моей компании, я их утомил, поэтому мне нужны новые родственники.

Гейб подвел Бриану ближе к креслу дедушки, Куин последовал за ними.

– Ты никого не утомил, дед.

Протянув Гейбу руку, Малколм подмигнул ему.

– Изводить свое семейство – прерогатива всех стариков. Рад тебя видеть, Гейб. Ты проделал большой путь, чтобы повидать меня, и это много значит.

Проигнорировав протянутую руку, Гейб обнял старика за плечи.

– Честно сказать, я обрадовался, когда узнал о том, что мой отец увеличил количество родственников. Это обнадеживает. – Конечно, он шутил, но в его словах была и доля правды. Гейб повернулся к Бриане: – Дедушка, это моя жена, Бриана Хансон-Мак-Нейл.

– Бриана. – Малколм обеими руками сжал ее руку. – Добро пожаловать в нашу семью, дорогая.

– Благодарю вас, сэр. – Наклонившись, Бриана поцеловала старика в щеку. – У меня очень маленькая семья, потому я жаждала познакомиться с семьей Гейба.

Малколм довольно хмыкнул.

– Ты видишь, Куин, – он повернулся к нему в кресле, – иметь родственников не так уж утомительно.

– Я люблю своих родственников, дедушка, но скажу по секрету, что не без ума от них. – Куин молчаливо поднял бокал. – Гейб, если вы с Брианой хотите чего-нибудь выпить, бар там. – Он махнул рукой в сторону дальней стены. – А я пойду распоряжусь насчет обеда.

Куин ушел, оставив Гейба и Бриану с Малколмом. Гейб направился к барной стойке с множеством изысканных напитков.

– Бриана, что тебе принести?

– Минеральную воду было бы замечательно. – Она села рядом с дедушкой, поставив на камин украшенную бисером желтую сумочку.

Гейб, наливая в бокалы воду, услышал, как Малколм удобнее устраивался в кресле.

– Как прошла ваша поездка, моя дорогая?

– Поездка в Вайоминг – это наше свадебное путешествие, медовый месяц.

Держа в руках бокалы, Гейб подошел к ним.

Малколм рассмеялся, взяв свой бокал.

– Запоздалый медовый месяц, если учесть, что у тебя есть сын. Сколько лет твоему мальчику?

– Дедушка, не смущай Бриану упоминанием о моей бывшей жене. – Гейб уселся рядом с ней на кожаное кресло. – Мы поженились только вчера.

Нахмурившись, Малколм потрогал ремень дымчатого жилета.

– Ты не певица? – поинтересовался он, вглядываясь в нее.

Гейб напрягся, зная о том, что меньше всего на свете ей хочется обсуждать его бывшую жену, тем более вчера у них вышла размолвка по этому поводу.

– Я садовый дизайнер, – вежливо отозвалась Бриана, хотя Гейб заметил, как напряглись ее плечи. – Певица – это бывшая жена Гейба.

Старик еще сильнее нахмурился.

– Боюсь, я переписывался не с тем человеком. – Малколм стал искать свой телефон на кофейном столике, уронив при этом газету.

У Гейба похолодело в груди. Встав с кресла, он подошел к деду. Бриана отвернулась от них, уставившись на языки пламени, игравшие в огромном камине. Ее губы были плотно сжаты.

– Вот. – Малколм протянул Гейбу телефон. – Это Тереза, как там ее?

– Баудер. – Гейб повернул к себе экран, чтобы прочитать сообщение:

«Скоро увижу тебя, дедушка. Где ты остановился на этой неделе?»

Бриана резко повернулась к ним:

– Вы дали ей этот адрес?

Малколм покачал головой:

– Мне очень жаль, Бриана. Я думал, что разговариваю с…

– С женой Гейба. – Она закончила фразу за него, и ее губы расплылись в вежливой улыбке. – Это вполне естественная ошибка.

При мысли о том, что бывшая жена выкинула такой фокус, Гейба охватил гнев. Он принялся листать переписку, которая включала разъяснение, как добраться до ранчо, небольшой разговор о Джейсоне, свидетельствовавший о том, как мало Тереза общалась с сыном, и заверение, что она «скоро будет».

– Но я бы никогда не пригласил ее, если бы знал, что… – Малколм замолчал, явно смутившись. – Может быть, Куин придумает, как уладить это дело. Или я позвоню ей и скажу…

– В этом нет необходимости. – Бриана положила руку ему на плечо. – Пожалуйста, не переживайте насчет меня. Все в порядке. А если учесть, как мало Тереза знает о нашем браке, я не виню ее в этой выходке. – Бриана подняла потемневший взгляд на Гейба. – Мне кажется, наша семейная встреча несколько задерживается.

Глава 12

Всякий раз, когда раздавался звонок в дверь, Бриана внутренне вздрагивала, ожидая, что в гостиную ворвется бывшая жена Гейба со своим музыкальным окружением и в нарядах от-кутюр. И хотя очень недолго общалась с этой женщиной, когда та жила в «Соловьиной роще», она очень расстроилась, когда Тереза бросила семью. Гейб всеми силами старался уговорить жену вернуться домой. И что он почувствует теперь, когда снова увидит ее? А если боль? Что ж, это станет доказательством того, что он по-прежнему неравнодушен к Терезе.

И встреча с его сводными братьями вдруг показалась Бриане не такой уж страшной.

Во время коктейля, предшествовавшего ужину, она пообщалась с отпрысками Донована Мак-Нейла, половина из которых согласилась приехать на встречу. Это на время помогло ей забыть о Терезе и о том, какое значение ее приезд имеет для Гейба.

Ранчо, которое арендовал Малколм, находилось неподалеку от поместий, где жили члены семьи Донована Мак-Нейла. Дед специально выбрал его, чтобы было удобно добраться сюда. У Донована было три сына от первой жены, наследницы ранчо Кары Кальдерон. Старшие сыновья, Коуди и Карсон, двойняшки и младший сын Брок – единственный из детей, кто согласился приехать, хотя пока не прибыл.

Первая жена Донована умерла несколько лет назад. Донован женился на местной барменше Пейдж Самаре, с которой прижил трех дочерей – Мадлен, Мэйси и Скарлетт. Мэйси приехала сегодня первой. Верхом на лошади, в темноте, что, впрочем, не опасно, поскольку девушка прекрасно знала местность. Одетая в джинсы и красные кожаные сапоги, белую блузку и длинный ангорский свитер, Мэйси походила на персонаж из вестерна. На вид ей было не больше двадцати пяти лет. Она уселась в углу в гостиной с рюмкой виски и стала рассказывать деду о каком-то происшествии в загоне для ягнят.

У нее были темные коротко остриженные волосы и голубые глаза. Красивая, уверенная в себе, с прекрасным чувством юмора девушка. Бриана уже познакомилась с первой кузиной Гейба, однако младшую из сестер, Скарлетт, не была готова увидеть. Та была одета в пальто, голубом кружевном платье и изящных белых туфельках. В темных кудрях блестели ленты и заколки.

Стоя в дверях, Скарлетт махнула рукой Бриане и Гейбу, увидев их в другом конце гостиной.

– Приветствую вас, мои родные!

Куин попытался снять с нее пальто, такое же длинное, как и платье, но Скарлетт бросилась в гостиную с распростертыми объятиями.

К счастью, Гейб успел поставить бокал, когда она подлетела к нему, поэтому ничего не пролил.

– Я так рада тебя видеть! – Скарлетт отпрянула назад, чтобы лучше его разглядеть. – Ты единственный Мак-Нейл, который не носит сапоги. Это здорово! – Она снова обняла его и с сияющей улыбкой повернулась к Бриане: – Привет! Ты очень красивая, хотя и не такая, какой я тебя представляла. Дед сказал, что ты…

– Не похоже, что ты прилетела из Лос-Анджелеса, – отозвалась Мэйси с дивана, похлопав рядом с собой. – Садись сюда, и я объясню тебе, как дед перепутал жен нашего кузена.

– О! – Скарлетт с симпатией взглянула на Бриану, но не сумела скрыть разочарования. – Неловко, но простительно. – И наклонилась поцеловать Малколма в щеку. – Я еле различаю сводных братьев и сестер, поэтому восторгаюсь твоей способностью знать так много людей.

Куин плюхнулся на диван рядом с Брианой, а новые кузины принялись расспрашивать Гейба, чем он планирует заняться в Шайенне.

– Может быть, хочешь выпить что-нибудь крепче минеральной воды? – Куин понимающе взглянул на Бриану своими голубыми глазами.

– Нет, спасибо. Мне нельзя пить напитки, которые развязывают язык. – Бриана отпила воды, чувствуя себя крайне неловко в обществе множества Мак-Нейлов. Она чужая для них.

Только теперь Бриана поняла, какую совершила глупость, приехав сюда. Ведь знала о том, что Гейб не испытывает к ней тех же чувств, что и она. Так зачем продолжать мучить себя?

Куин понизил голос, а в гостиной между тем становилось все шумнее.

– Мне кажется, дед жалеет об ошибке, которую совершил.

Возле кухни кто-то из персонала издал возглас на французском языке. Забавно, но французская речь вызвала у Брианы ностальгию по Мартинике. Этот карибский остров не ее родина, тем не менее там она чувствует себя как дома. Здесь же, в Вайоминге, ощущает себя каким-то контрабандистом. Интересно, сколько они с Гейбом пробудут здесь, прежде чем вернутся в «Соловьиную рощу» вместе с Роуз. Бриана, наконец, займется своим любимым ландшафтным дизайном.

Конечно, ей будет больно расстаться с Гейбом на несколько недель или месяцев, но лучше, если они станут жить отдельно. Не обязательно жить в одном доме, чтобы соблюсти условия брачного контракта. Бриана очень дорожит их дружбой и не хочет ее разрушать.

– Я ни в чем не виню твоего деда, – заверила она Куина, испытывая благодарность за то, что он поддержал ее в тяжелый момент, когда она чувствовала себя очень одинокой. – Мы с Гейбом расписались только вчера. И многие люди не знают об этом.

– Дед гордится своей семьей и старается узнать как можно больше о каждом новом ее члене. – Куин взглянул на Малколма и снова обратился к Бриане: – Когда мы впервые узнали о том, что он хочет изменить свое завещание и вписать условие о том, что все его наследники должны вступить в брак, мы с братьями принялись спорить с ним, но он продолжал стоять на своем, сказав, что хочет иметь большую семью.

Бриана хотела сказать, что подобное требование лишь порождает фальшивые отношения, но прикусила язык. Это не ее дело. И чужая семья. Но разве она не может высказаться дипломатично?

– Ну да, конечно, он был бы рад окружить себя большой семьей, но разве принуждение к браку не приведет к разводам?

Наверное, все-таки стоило промолчать.

Куина, однако, ее слова нисколько не встревожили.

– Время покажет. Меня это тоже беспокоило поначалу. Но сейчас? Интересно, понимает ли дед, что он натворил.

Раздался звонок в дверь. Сердце Брианы дрогнуло. Положит ли приезд Терезы конец их отношениям с Гейбом?

Он взглянул на нее. Она отвела глаза, опасаясь выдать свои чувства.

Стиснув зубы, Бриана придвинулась к Скарлетт в надежде завязать с ней разговор, пока Гейб открывает дверь.

– Бриана, – шепнул он ей на ухо, вернувшись. – Мне очень жаль. Мы можем уехать, если хочешь.

Она молча покачала головой, прислушиваясь к звукам в прихожей.

– Дед поймет, – продолжал Гейб, положив руку на плечо Брианы.

– Нет. Спасибо. – Она не смогла сдержать резкость в голосе.

В гостиной возникло ощутимое напряжение.

– Это не Брок, – сказала Мэйси. – Там какая-то женщина.

Желудок Брианы сжался. Однако она была благодарна за это предупреждение, потому что через секунду в комнату вошла Тереза Баудер. Высокая, стройная, красивая. Бриане хотелось взглянуть на Гейба, оценить его реакцию, но она боялась увидеть это.

Старые чувства. Более глубокие, чем те, которые он испытывает к ней.

– Надеюсь, я не опоздала на семейный вечер Мак-Нейлов?

Тереза застыла на пороге притихшей гостиной. На ней был ярко-красный брючный костюм, в кожаной сумочке сидела собачка с громадными, как крылья бабочки, ушами.

За спиной Терезы стояли сопровождающие – такие же высокие, как она, девушки в экстравагантной яркой одежде.

– Тереза, это семейный обед, – осторожно предупредил Гейб.

– Но я мать Джейсона и всегда буду членом вашей семьи, Габриэль, – заявила его бывшая, спускаясь по ступенькам в сопровождении эскорта. – В День святого Валентина у меня фотосессия в Нью-Йорке для моего нового альбома. Ты сказал Джейсону, что он будет сниматься со мной?

Бриана даже через комнату почувствовала, как напрягся Гейб.

– Джейсон вряд ли понимает, что такое фотосессия, – наконец проронил он, – но приедет к тебе.

Скарлетт придвинулась к Бриане, коснувшись локонами ее плеча, и прошептала:

– Не волнуйся. Смотри, как сейчас я притушу этот фугас.

– Тереза Баудер! – воскликнула она, бросившись к новоприбывшим, восхищаясь нарядами девушек и гладя собачку Терезы, тем самым отвлекая на себя ее внимание.

При этом Скарлетт шумно требовала принести собачке миску для воды. Бриана, сделав глубокий вдох, продумывала линию поведения за ужином. У нее большой опыт общения с мачехой, поэтому сейчас будет нетрудно справиться с напыщенной певичкой. К счастью, в этот момент дворецкий пригласил всех к столу, и гости направились в парадную столовую. Сводного брата Мэйси и Скарлетт, Брока, который должен был прийти, явно уже никто не ждал.

– Садись рядом со мной, – услышала Бриана зычный голос Малколма, шедшего рядом с ней, слегка опираясь на руку Куина.

Стол был украшен свечами и красными вазами в форме сердец в честь Дня святого Валентина. Посуда из белого китайского фарфора, на каждой салфетке разложены лепестки красных роз. Просто и мило.

– Спасибо, – сказала Бриана Малколму, – но я сяду в сторонке. Не буду вам мешать.

– Буду рад ближе познакомиться с тобой. – Он отодвинул ей стул справа от себя, когда они подошли к столу. – Я настаиваю.

– А я сяду с другой стороны, – заявила Мэйси, садясь рядом с Брианой. – На меня можно положиться, как на каменную стену, когда надо досадить какой-нибудь женщине.

Взяв бутылку с красным вином, Мэйси налила себе бокал. Бриана не смогла сдержать улыбку, не верила, что девушка действительно может кому-то досадить, но ведь для бывшей жены, которая всем доставляет неприятности, можно сделать исключение. Бриане было горько думать, что Тереза хотела увидеться с сыном лишь для того, чтобы использовать его в своей рекламе. Душа болела за ребенка, и хорошо, что Гейб отстаивал свои родительские права. Ни один ребенок не должен служить прихотям родителей, которые вспоминают о нем только в корыстных целях.

– Спасибо. – Она быстро взглянула на Гейба, о чем-то оживленно разговаривавшего с Куином.

Скарлетт с Терезой укладывали собачку на лежанку в углу столовой.

– Похоже, она заявилась сюда потому, что Малколм Мак-Нейл – это Малколм Мак-Нейл. – Мэйси отпила вина, окинув собравшихся холодным оценивающим взглядом. – У всех мелькают доллары перед глазами при упоминании его имени.

– Ты так думаешь? – Бриане стало легче при мысли о том, что целью Терезы был дед, а не Гейб.

– Она бросила ребенка через две недели после его рождения и вдруг захотела приехать на семейную встречу на край света, в Вайоминг. – Мэйси округлила глаза. – Поверь мне, она приехала ради денег. Угу. – Толкнув Бриану под руку, она указала в угол столовой. – Посмотри.

Гейб подошел к Терезе и стал о чем-то разговаривать с ней, их разговор становился все напряженнее. Девушки из эскорта певицы достали телефоны, притворившись, будто пишут кому-то сообщение, а на самом деле тайком фотографировали бывших супругов.

Бриана не хотела участвовать в этой драме. В контракте не написано, что она должна публично конфликтовать с бывшей женой Гейба. И тем более их брак заключен совсем для других целей.

Чтобы защитить Джейсона, помочь бабушке.

Сама виновата. Потому что в своих отношениях с Гейбом видела нечто большее, придавала излишнее значение его заботе и вниманию.

Это ошибка. Гейбу не надо было одурачивать ее.

Она сама себя одурачивала.

Пришло время покончить с этим.

– Простите, – пробормотала Бриана, взглянув на гостей, с интересом смотревших на разыгрывающуюся перед ними сцену. – Мне надо ехать домой.

Похоже, никто не заметил, как она выскользнула за дверь.

Гейб не намеревался терпеть присутствие бывшей жены на семейном вечере. Он хотел сделать этот вечер особенным для Брианы, убедить ее в том, что их брак не фиктивный, а настоящий, и он готов сделать все, чтобы она была счастлива.

Однако вечер был безнадежно испорчен появлением Терезы и ее подружек, буквально ворвавшихся на семейный ужин. И теперь, когда Гейб тихо попросил ее удалиться, Тереза повысила голос.

– С какой стати мне уходить. Я имею полное право познакомиться с семьей моего сына, хочу поближе узнать людей, с которыми он проводит время, пока я занимаюсь карьерой.

– Здесь нет нашего сына, – напомнил Гейб, ощущая на себе взгляды присутствующих, особенно взгляд Брианы. Он не хотел причинять ей боль. – До сих пор ты не проявляла к Джейсону никакого интереса, отвергала все мои попытки помочь тебе увидеться с ним. Ему важно ощущать себя в окружении семьи, особенно тогда, когда мать бросила его.

– Ты должен был представить сына Малколму Мак-Нейлу, а не нашей садовнице. Надо было привезти сюда Джейсона, он только выиграл бы от знакомства с твоим дедом. – Тереза ткнула Гейба в грудь накрашенными красными ногтями.

Его терпение иссякло, Гейб вспыхнул от гнева. Он не позволит этой женщине оскорблять Бриану, которая прежде всего заботится о своих близких, а не о себе. Он понял вдруг, что любит ее.

И это понимание прозвучало как сигнальный звонок, мгновенно перекрывший все аргументы Терезы. Его чувства к Бриане на протяжении года становились глубже с каждым днем. Он думал, что испытывает к ней дружеские чувства и благодарность отца за заботу о сыне.

Но все гораздо глубже. Он любил Бриану так сильно, и эта любовь никогда не угаснет.

– Бриана – моя жена.

Это слово для него все. Бриана, вступив с ним в фиктивный брак, отдала гораздо больше, чем Тереза, будучи его настоящей женой.

– Она домашняя работница, которая украла тебя у меня! – Голос Терезы сорвался на визг.

Гейб увидел, как ее сопровождающие снимают эту сцену на телефон. Резко повернувшись, он промолчал, желая положить конец театральной постановке, а когда взглянул на стол, за которым сидели его родственники, не увидел там одного человека.

Женщину, которую он любит.

Надежды рушились.

С дрогнувшим сердцем Гейб бросился к двери, ни с кем не попрощавшись.

Глава 13

Снова шел снег. Возле крыльца по-прежнему стоял снегоход с двумя шлемами. Значит, Бриана не воспользовалась им, чтобы вернуться в гостевой коттедж. Гейб вздохнул с облегчением. Значит, она не поехала одна в темноте по незнакомой дороге. Но где же она? Достав телефон, он собрался ей звонить, но увидел ее сообщение:

«Твой кузен Брок приехал в тот момент, когда я выходила. Он взялся подвезти меня домой. Пожалуйста, разберись со своей семьей, а я поеду к бабушке, чтобы отвезти ее на Мартинику».

Схватив шлем, Гейб вскочил на снегоход, надеясь догнать Бриану и убедить ее изменить свое решение. А вдруг она уговорила Брока отвезти ее прямо в аэропорт? Но сейчас он мчался по заснеженному полю, освещенному лишь лунным светом, и не мог отправить ей сообщение.

Бриана права. Он совершил тактическую ошибку, распространив в Интернете свадебные фото и тем самым разозлив бывшую жену. Но Тереза сегодня сказала то, что он не может оспорить. Она навсегда останется частью семьи, и с ней надо как-то находить общий язык, чтобы Джейсон никак не пострадал, учитывая ее темперамент.

Снегоход мчался на полной скорости, бросая в лицо Гейбу пригоршни снега. Ему надо как можно скорее догнать Бриану, и он знает, что никакой транспорт на этой территории не может сравниться по скорости со снегоходом.

Через несколько минут он прибыл к гостевому коттеджу. В доме горели огни, сквозь огромные окна он увидел, как Бриана ходит из комнаты в комнату.

Гейб облегченно вздохнул, хотя понимал, что его ожидает трудный разговор. Как он сможет убедить ее остаться?

Она принесла в его жизнь неведомое прежде спокойствие. Да, именно спокойствие. И страсть. Сердце больно сжалось при мысли о том, что он может потерять ее.

Заглушив мотор, он бросился к крыльцу, ворвался в дом и помчался к спальне, где лежали ее вещи, хотя ночевала она в его постели. Невыносимо было даже думать о том, что это в последний раз. У них нет дружеских взаимовыгодных отношений, и их брак отныне не фиктивный, а самый настоящий.

Гейб никак не мог допустить, чтобы все разрушилось. Он тихо постучал в дверь, хотя та не была закрыта. Просто не хотелось без спроса вторгаться в пространство, ведь Бриана имеет право злиться на него.

– Бриана.

На большой кровати, покрытой белым покрывалом, стоял чемодан, куда она уже уложила несколько вещей.

– Я отправила тебе сообщение. – Бриана проскользнула в ванную, чтобы забрать туалетные принадлежности. – Я возвращаюсь в Нью-Йорк, забрать бабушку.

– Я прочитал его. – Ему хотелось прикоснуться к ней. Остановить. Но он видел, какие чувства переполняют ее, и ему нельзя было допустить ошибку. – Давай сначала поговорим.

– Я улетаю коммерческим рейсом. Через два часа. Мне действительно надо лететь. – Бриана положила сумочку с туалетными принадлежностями в чемодан и ушла обратно в ванную. – Через десять минут за мной заедет машина.

Время еще есть. Гейб подошел ближе к ней.

– Давай я тебя отвезу. Или улетим в Нью-Йорк вместе завтра утром.

– Я думаю, мне лучше уехать одной. – Ее темные глаза взглянули на него. В них не было никаких колебаний или сомнений.

Отвернувшись от него, Бриана стала собирать оставшиеся вещи.

Гейб снова почувствовал страх. Он боялся ее потерять.

– Я знаю, что совершил ошибку, когда распространил наши фото в Интернете. Но когда снова увидел Терезу, понял, что буду полным идиотом, если потеряю тебя, Бриана.

– Не надо так говорить. Ты не потеряешь меня. У нас впереди еще год брака согласно контракту, и я намерена выполнять его. Однако вместе мы жить не будем. Это невозможно, когда… – Она запнулась, прикусив губу. – Когда границы между нами стали такими зыбкими.

Гейб увидел, что она дрогнула, и в нем вспыхнула надежда.

– Так давай отменим все границы. Я люблю тебя, Бриана. И не хочу, чтобы нас разделяли какие-то стены.

По ее лицу он увидел, что она растерялась, никак не ожидая признания в любви. Губы зашевелились, будто она что-то хотела сказать, но потом покачала головой.

– Возможно, и любишь, но чувства, которые ты испытываешь ко мне, скорее называются дружбой. Поддержка и доверие важны для нас обоих, однако этого все равно недостаточно для долгой совместной жизни.

Бриана бросила в чемодан несколько блузок, не сворачивая их, оставив в стороне зимние вещи, которые купил для нее Гейб.

– Я люблю тебя, – повторил он на этот раз более уверенно. – Разве этого мало?

– У тебя даже не было времени пережить свой развод. И если ты выбрал меня в качестве средства утешения, я не выдержу этого. Мое сердце разобьется на кусочки. – Сунув руки в рукава красной куртки, Бриана положила в карман телефон.

Он предложил ей все, а она отвергает его? Гейб похолодел от страха.

– Нет, ты не средство утешения. Ты моя жена. И я уверяю тебя, что семья для меня – самое ценное в жизни.

– Я знаю. – Бриана прикрыла глаза рукой. – Ради Джейсона ты пошел на то, чтобы создать видимость семьи. А ему нужна настоящая семья.

– У нас и есть настоящая семья, – настаивал он. – Я не питаю иллюзий в отношении бывшей жены. Она никогда не любила меня и нашего сына.

– Я тоже не питаю иллюзий по поводу ее. Но бабушка моя пожертвовала всем, чтобы забрать меня из неблагополучной семьи. И я не хочу возвращаться в ситуацию, где придется бороться за крохи любви. – Она поджала губы. – Я тоже люблю тебя, Гейб, но заслуживаю большего.

Он был настолько ошеломлен, что даже не взял ее чемодан, когда она направилась к двери.

– Бриана, подожди! – воскликнул он, опомнившись, и бросился вслед за ней.

Но было уже поздно. Мелькнули фары машины, растворившейся в темноте. Бриана уехала, забрав с собой его сердце.

На следующее утро ее разбудили звуки джаза, раздававшиеся из соседней комнаты.

Заморгав от яркого солнца, проникавшего в окно, она не сразу поняла, где находится. За всю свою жизнь она столько не путешествовала. Нью-Йорк. Вайоминг. Снова Нью-Йорк. И это всего лишь за одну неделю.

Подавив в себе желание глубже зарыться под одеяло, Бриана заставила себя вновь открыть глаза. Мелодия Каунта Бейси напомнила о том, что бабушка очень любит джаз.

Поднявшись с кровати под песню «Ночной прыжок», Бриана сказала себе, что у нее есть своя семья. В жизнь вновь вернулась бабушка, и она должна радоваться этому, а не горевать о Гейбе. Надо гордиться тем, что она постояла за себя, отказавшись жить с ним без любви.

Однако радости Бриана не ощущала. В сердце поселилась пустота.

Умывшись и почистив зубы, она медленно оделась. Был уже почти полдень. Ее режим нарушился из-за поездок – сначала в больницу к бабушке, потом к деду Гейба в Вайоминг, на медовый месяц.

Бриана вновь почувствовала боль, вспомнив о том, какими нежными были прикосновения Гейба. Проклиная собственную слабость, она вновь вернулась в ванную и плеснула в лицо холодной водой, смыв навернувшиеся слезы.

Спустившись, она вошла на кухню и увидела бабушку, сиделку и Надин, весело танцевавших под музыку. Роуз держала детскую сумку-кенгуру, в которой сидел Джейсон, смотревший на нее восхищенными глазами.

– Привет, Бриана! – крикнула ей бабушка. – Посмотри, какой у меня есть прекрасный малыш. Разве он не восхитительный?

Надин прекратила танцевать, лицо ее стало озабоченным.

– Мы пытались уговорить ее не делать это, мисс Бриана. Клянусь, пытались!

– Я слежу за ее состоянием, – быстро вставила Аделла. – Она чувствует себя хорошо.

– С одной стороны, у меня няня, с другой – сиделка, – заметила Роуз, замедлив темп, когда музыка закончилась. – Я сказала им, что никогда не была окружена такой заботой. И, кроме того, этот малыш очень любит танцевать. – Она потерлась носом о нос Джейсона, и он рассмеялся.

Сердце Брианы растаяло. Она так скучала по Джейсону. Ей захотелось, чтобы Гейб увидел, какой любовью окружен его сын. В ее глазах снова защипало, черт возьми. Так хотелось быть членом их семьи.

– Милая, в чем дело? – Должно быть, Роуз заметила выражение лица внучки, потому что в ее глазах промелькнула тревога. – Надеюсь, ты беспокоишься не обо мне?

– Дорогая Роуз, садитесь на диван, – настаивала Аделла. – Сейчас я покажу вашей внучке, какое у вас давление. Лучше, чем у некоторых молодых.

Надин достала Джейсона из сумки-кенгуру, а Аделла между тем освободила бабушку от лямок. И только сейчас Бриана заметила, что на кухне готовятся ко Дню святого Валентина. Этот романтический праздник должен наступить через несколько дней. На плите остывали кексы, только что вынутые из духовки, в воздухе витал запах ванили и корицы.

Рядом на столике лежали вырезанные из красной бумаги сердечки, из которых женщины делали гирлянду. Несколько игрушек валялись на полу вместе с пластиковым стаканчиком и деревянной ложкой.

Роуз уселась на диванчик, Аделла достала тонометр и стала мерить ей давление.

– Дорогая моя, садись рядом. – Бабушка жестом указала Бриане на стул. – Наслаждайся чудесным днем в этих чудесных апартаментах. – Она взглянула в окно, из которого виднелся заснеженный Центральный парк. – Расскажи мне о твоем медовом месяце и супружеской жизни.

Этого оказалось достаточно.

Бриана ужаснулась, когда из ее глаз потоком хлынули слезы.

Через час она рассказала обо всем.

О том, как влюбилась в своего босса, ставшего лучшим другом, как получила от бабушки письмо, как Гейб предложил ей выйти замуж, как они составили брачный контракт.

– Тебе не надо было убегать со званого вечера, – наконец сказала бабушка, вырезая сердечки из розовой, красной и белой бумаги. Несмотря на гипс, она работала обеими руками. Бумагу принесла Аделла, чтобы изготовить гирлянды для дома престарелых, где она работала по выходным.

Бриана украшала кексы, находя утешение в том, что кто-то, а именно подопечные Аделлы будут радоваться Дню святого Валентина. Ей ненавистна была сама мысль о том, что Джейсон проведет этот день в студии, где его будут снимать вместе с женщиной, которую он едва знает.

– Я не сбежала, – возразила она. – Просто хочу дать возможность Гейбу выяснить отношения со своей бывшей женой.

Роуз скептически хмыкнула.

– Но ведь тебя там так хорошо встретили.

– Да, хорошо. – Брок отвез ее домой, Мэйси и Малколм усадили рядом с собой, а Скарлетт всеми силами отвлекала на себя бывшую супругу Гейба. – Тем не менее Гейбу надо наладить отношения с Терезой, чтобы вместе опекать сына, ты так не считаешь?

– Она отказалась от своего ребенка, когда тому было всего две недели. Сказала Гейбу, что не готова к материнству, еще задолго до рождения сына. Не каждая женщина мечтает о ребенке. – Бабушка отложила в сторону ножницы. – Может быть, лучше сразу признаться в этом, а не быть жалким подобием родителей, как твои – уж прости меня! – мать и мачеха.

– Может быть, – признала Бриана. – Однако Гейб должен выяснять с ней отношения, а не я.

– Ты согласилась стать его женой, по крайней мере на год. А значит, должна всегда принимать его сторону или хотя бы находиться с ним рядом на таких неловких семейных обедах. – Бабушка взглянула на Бриану поверх розового листа. – Супружество не особенно изменилось со времен моей молодости.

Бриану охватило беспокойство.

– Ты считаешь, я струсила?

– Ты сказала, что любишь его, но любовь твоя поверхностная. Когда у тебя появился шанс создать реальную семью, ты сбежала от мужа. Называй это как хочешь.

Сердце Брианы больно сжалось.

– Я хотела как лучше, бабушка. – Неужели она действительно все испортила? Ей надо было остаться в Шайенне и постараться решить все вопросы с Гейбом.

Она эгоистка. Такая же, как его ужасная бывшая жена.

Бабушка отложила бумагу с ножницами.

– Бриана, этот мужчина – Мак-Нейл. Каждая женщина в городе хотела бы встречаться с ним, не говоря уже о том, чтобы выйти за него замуж. А он выбрал тебя. Потому что доверяет тебе и ты ему нравишься. Ты была его ближайшим другом. А теперь он еще признался тебе в любви. Можешь считать меня сумасшедшей, но я не понимаю, почему ты не веришь ему.

Потому что испугалась. Ей потребовалось много времени, чтобы набраться мужества и решиться на секс после первого неудачного опыта, принесшего страшное разочарование. Однако больше она не хочет рисковать, опасается разбить себе сердце.

– Ты права. – Бриана украсила последний кекс и отложила в сторону нож. – Мне надо ему позвонить. Или вернуться к нему. Или… Что мне делать, бабушка?

Роуз поджала губы.

– У меня на этот счет есть некоторая информация.

– Что ты имеешь в виду? – Бриана услышала, как Надин поет песенку Джейсону в дальней комнате.

– Я переписываюсь с Малколмом.

Бриана ошеломленно смотрела на бабушку.

– С Малколмом? С Малколмом Мак-Нейлом?

– Он прислал мне поздравление по поводу вашей свадьбы. – Роуз достала телефон. – И вообще, с тех пор я с ним переписываюсь в Твиттере. Знаешь ли ты, что он присутствовал на моем концерте в клубе «Аист»? Не могу поверить, что он запомнил, а ведь это было так давно. – Пригладив волосы, бабушка рассмеялась.

Внезапно Бриана поняла, почему бабушка танцевала на кухне. Просто вспоминала тот чудесный день. Бриана никогда не видела ее такой счастливой.

– Бабушка. Ты флиртуешь с дедом моего мужа?

– Может быть, и флиртую. – Роуз пожала плечами. – В моем возрасте я научилась радоваться счастливым моментам. Завтра вернусь на Бушуик-авеню. Но сегодня нахожусь в шикарном отеле в Центральном парке, будто я королева Манхэттена.

– Замечательно, бабушка. Он хороший человек. И очень красивый. – Бриана представила, как сей почтенный джентльмен флиртует с ее бабушкой. – Но ты сказала, что у тебя есть какая-то внутренняя информация о том, что случилось между Гейбом и мной. Дед что-то тебе рассказал?

Бриана не смогла скрыть надежду в голосе. Ей так хотелось наладить отношения с Гейбом, если он вообще захочет сделать это после ее ухода.

– Да, сказал. – Бабушка пригнулась к столу. – Он сказал мне, что…

Какой-то шум раздался из гостиной. Хлопнула дверь, послышались восклицания Джейсона и Надин. И еще какой-то голос – низкий, мужественный и до боли знакомый.

Надежда и страх охватили сердце Брианы.

Роуз выпрямилась в кресле.

– Похоже, секрет раскрылся. По звукам скажу, к тебе вернулся муж, Бриана.

Глава 14

Потрясающе красивый, Гейб вошел в роскошную гостиную. Бриана поняла, что любит его еще сильнее, чем прежде. Однако придется объяснить ему, почему она ушла от него, хотя он тоже ее любит.

Да, бабушка права. Она слишком боится, поэтому и не желала рисковать. Но это больше не повторится.

Надин унесла Джейсона, чтобы оставить их наедине. На Гейбе был темный костюм, который он надевал для полетов, и очки летчика, поднятые на лоб. Когда он поставил кожаную сумку на пол рядом с собой, Бриана заметила усталые морщинки в уголках его глаз. Может быть, это усталость после перелета или эмоциональные переживания, такие же, как у нее? Так захотелось его обнять, что пришлось даже засунуть руки в карманы оливковых брюк. Бриана искала подходящие слова, но не могла найти.

– Гейб.

– Бриана.

Они сказали это одновременно, и оба на миг замолчали.

– Я много думал о том, что тебе сказать, – он снял очки и положил их на столик возле дивана, – но растерял все слова. Однако выслушай меня, пожалуйста.

Поразившись тому, что такой человек, как Гейб, растерял все слова, Бриана молча кивнула. Он подвел ее к окну, усадил в кресло, обращенное к парку, а сам сел рядом с ней.

– Бриана, ты помнишь, в каком я был состоянии, когда Тереза ушла от меня?

Она кивнула, почувствовав боль.

– Я пытался уговорить ее остаться, но не потому, что так сильно любил. Я злился на себя за то, что влюбился в женщину, которая бросила нашего сына. – В глазах мелькнула тоска, и Бриана подумала, что он никогда не избавится от этого горестного чувства.

Взяв его за руку, она сжала ее. Сердце переполнилось сочувствием к нему.

– Это было ужасно.

– Это было ужасно для Джейсона. Мои чувства к ней умерли, я просто хотел сохранить семью, быть примерным отцом и мужем, если она согласится воспитывать Джейсона вместе.

– Знаю. Именно поэтому я боялась поверить тебе, когда ты сказал, что любишь меня. Полагаю, ты хотел защитить ребенка любой ценой и сделать все возможное, чтобы Джейсон был счастлив.

Гейб покачал головой.

– Бриана, я боролся за тебя, потому что люблю тебя. Люблю такую, какая ты есть, и Джейсон тут ни при чем.

Бриана не могла поверить своим ушам.

– А разве ты женился на мне не ради сына?

– Я знал, что могу доверить его тебе. Ты никогда не обидела бы его. – Он взял ее руку, погладил ладонь и взглянул ей в глаза. – Это одно из немногих качеств, которые мне в тебе нравятся. Ты так нежно относишься к Джейсону. Тем не менее я влюбился в тебя задолго до того, как понял это. И женился на тебе не ради Джейсона, и не важно, что я тогда говорил.

– Не ради Джейсона? – В ее сердце вспыхнула искра надежды.

– Нет. Мне было легче убеждать себя, что я женился на тебе в практических целях, чем признаться себе в том, что влюблен в тебя.

Бриане показалось, что из открытой двери кухни донесся какой-то шепот, хотя, возможно, это был голос бабушки, раздавшийся в ее голове.

– Я боялась позволить себе любить тебя, знала, что ты потерял веру в любовь и супружество, думала, что эта горечь навсегда поселилась в твоей душе.

Что-то вспыхнуло в его голубых глазах, когда он взглянул на нее. Это что-то относилось лично к ней. Бриана почувствовала это, и ее сердце дрогнуло.

– Не бойся. – Он провел пальцем по ее щеке, будто она самая большая драгоценность в мире. – Я сделаю все, чтобы защитить тебя, Бриана. И никогда не заставлю тебя страдать.

Слабая улыбка дрогнула на ее губах.

– Я люблю тебя, Габриэль Мак-Нейл. И если ты хочешь, чтобы я была твоей женой, обещаю больше никогда не покидать тебя.

Он поцеловал ее в губы, вдохнув в себя эти последние слова, заглянул ей в глаза.

– А я обещаю тебе никогда больше не устраивать семейных обедов с бывшей супругой.

– Она явилась без приглашения и думала, что все будут восхищены ее появлением. Но ничего страшного. Тереза права в одном. Она навсегда останется членом семьи. Мы вместе подумаем над тем, когда и как она будет общаться с Джейсоном.

– Ты потрясающая, – восхитился Гейб. – Может быть, я не достоин тебя, но благодарен тебе за то, что ты дала мне шанс стать самым лучшим мужем.

– Ты уже стал им. – Бриана обвила его шею руками. – И вернул мне бабушку.

На этот раз женский шепот из кухни послышался явственно. Но это уже не имело значения. Значит, не придется рассказывать бабушке все от начала до конца.

Гейб взглянул в сторону кухни и усмехнулся.

– Мы с тобой не одни празднуем нашу любовь?

Они услышали покашливание, в гостиной появилась бабушка, держа в руках телефон, и направила на них камеру.

– Ну да, конечно. Я отправлю эти фото вашему дедушке, молодой человек. Он так же как и я жаждет узнать, как развивается ваша любовная история.

Бриана прильнула к Гейбу, камера щелкнула со вспышкой. За бабушкой в гостиную робко вошла Аделла в сопровождении Надин и Джейсона. Малыш с аппетитом поедал праздничный кекс.

– Ага! – воскликнул он, взмахнув ручкой.

Сердце Брианы растаяло, и она испугалась, что расплачется второй раз за это утро. Сглотнув слезы радости, она обхватила руками лицо Гейба.

– Я так люблю тебя, Гейб. – Она поцеловала его в губы. – Мы будем любить и беречь друг друга всю оставшуюся жизнь.

– Ты единственная женщина, которая завладела моим сердцем, Бриана. – Его слова были такими правильными, честными и правдивыми. – Навсегда.

Эпилог

Семь месяцев спустя

– Тебе, наверное, кажется, что ты выиграла в лотерею, оказавшись здесь, – заметила Скарлетт, глотнув лимонного сока.

Они с Брианой лежали на пляже.

Младшая кузина Гейба приехала на каникулы из Шайенна, правда, официальным предлогом было то, что она собралась помочь Бриане обустроить детскую для ее будущей дочки.

Живот был уже большой, когда Бриана смотрела поверх него на голубое Карибское море. При этом она все равно носила бикини, чтобы восхищаться жизнью, растущей внутри ее.

К обустройству детской они пока еще не приступили, однако Скарлетт оказалась прекрасным компаньоном для ежедневных походов на пляж.

– Именно так я себя и чувствую, будто выиграла в лотерею. – Бриана пролистывала журнал с фотографиями декора для детской комнаты.

Они с Гейбом вернулись на Мартинику, потому что она не хотела жить где-то еще. С «Соловьиной рощей» у нее связаны самые лучшие воспоминания. Она занималась ландшафтным дизайном, Гейб мастерил.

Бриана надеялась, что так они проживут всю жизнь.

– Я имею в виду не только Гейба. – Скарлетт завязала темные волосы в конский хвост. – Несомненно, жизнь с моим кузеном – сказка, но я говорю еще о здешнем климате, экзотических цветах. Это просто парадиз какой-то.

Прислушиваясь к шуму волн, бившихся о берег, Бриана согласилась.

– Здесь чудесно. Однако следующей зимой я привезу детей в Шайенн, чтобы поиграли в снежки. – А еще она хотела повидаться с бабушкой, подружившейся с Малколмом. Впрочем, старушка обещала приехать на Мартинику ко дню рождения малышки.

– В снежки. Угу. – Скарлетт подставила лицо теплому морскому ветру. – Может быть, я присмотрю за вашим домом, пока вы будете там?

На Бриану упала тень, и ее муж присоединился к разговору:

– За нашим домом, значит? А не хочешь ли ты заодно присмотреть за нашим ребенком, пока я на некоторое время уведу мою жену?

Сердце Брианы растаяло, когда она увидела, как Гейб пытается удержать Джейсона за руку, а тот упрямо прыгает в волну. Всего лишь за полтора года мальчик сильно подрос, превратившись в непоседу, и бегал везде без устали, пока под вечер не падал от усталости на кровать.

– Мама! – Он нежно похлопал Бриану по животу.

Да, это уже был маленький Мак-Нейл.

Скарлетт вскочила.

– Ты хочешь сказать, чтобы я поиграла с этим сорванцом? – Подхватив его на руки, она поцеловала племянника и отпустила бегать по берегу. – Согласна.

Гейб поцеловал Бриану в лоб, в щеку. Потом в губы. И этот поцелуй получился самым продолжительным.

– Как чувствуют себя сегодня мои девочки? Хочешь со мной погулять?

– Я пойду с тобой куда угодно, Гейб.

Он помог ей подняться с шезлонга и окинул взглядом. На лице расцвела улыбка – чисто мужская и собственническая.

– Я говорил, как мне нравится твой купальник?

– Не один раз. – Бриана игриво ткнула его пальцем в бок. – Особенно с тех пор, как я повадилась лежать на пляже со Скарлетт.

– Ты мне больше нравишься в бикини, чем в рабочих штанах, пропалывавшая сорняки.

Бриана прижалась лбом к его плечу, вдохнув едва заметный запах пота и морской соли. И это слегка возбудило ее.

– Неужели мы каждый день будем выигрывать в лотерею? – удивилась она, вспомнив меткое замечание Скарлетт.

Замедлив шаг, Гейб остановился и пристально взглянул на нее:

– Каждый. День.

Content

Джоанна Рок
Ее сердце – главная мишень

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог