Серые полосы

Сборник стихов и рассказов

Дмитрий Амелин

© Дмитрий Амелин, 2018

ISBN 978-5-4490-7272-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БРАСЛЕТ

Знакомая арка во двор, как всегда, темна и безлюдна. Арс сто тысяч раз проходил ее без проблем. «Арс» — коротко от Арсения. Чего язык мучить, когда быстро надо представиться.

Яркие граффити на стенах прохода во двор, темного даже днем, отсвечивали, только благодаря краскам насыщенного цвета, а уж ночью…

Странный блеск на брусчатке у самой стенки резанул глаз…

— Интересно, что это? — парень наклонился…

Изящный браслетик из серого металла, похожего на серебро, подмигнул рубиновым сердечком.

— О, как! Кажись, свезло… — и оглянулся, взглянув в конец тоннеля — вдруг замаячит тень хозяйки этой вещицы. Никого!

Вещь явно принадлежала девчонке — не стал бы он, например, таскать на руке такие «сердечные» страсти. Во дворе, небольшом и уютном, Арс знал всех девочек — росли вместе. Новенькие, вроде бы, не мелькали с такой штучкой…

Арс ухмыльнулся: если не отыщется девчонка, продать бы! Или в ломбард загнать, что ли? Но для начала он решил, как следует осмотреть вещицу, и вышел под свет единственного фонаря, торчащего посреди двора.

Скрипнули качели — сесть-то надо куда-то! Ночью никто не рисковал скрипеть ими — грозный окрик бабы Вали с первого этажа пресекал все попытки с восьми вечера.

Браслетик и впрямь оказался серебряным и, несмотря на ажурную вязь рисунка, довольно тяжелым.

— Нормально весит, — обрадовался Арс. — Если б еще камень был настоящим — вообще класс! Но камушек оказался простой бижутерией — слишком большой и странно легкий. Парень крутил его в руках, пытаясь разглядеть на свету, и вдруг обнаружил, что он с секретом.

Что-то щелкнуло — видать, нажал на кнопку-защелку — и сердечко распахнулось…

Арс ахнул:

— Вот это да-а-а… — протянул, глядя восхищенно на картинку внутри. Глаза, только глаза — взгляд огромных небесно-голубых глаз завораживал. Всего пол-лица миниатюрной фотки — больше бы внутрь этой штуковины и не поместилось бы.

— Чужая, — подумал парень, потому что таких глаз ни у одной девчонки в его и соседних домах не наблюдалось. — Или из журнала какого-нибудь… Мало ли…

Спать хотелось немилосердно, и Арс решил отложить решение этого дела на завтра. Нажал пальцами, чтобы захлопнуть медальончик — замок щелкнул.

Видение исчезло.

Никогда в жизни Арсу не удавалось продержаться с открытыми глазами в постели больше, чем пять минут — проваливался в сон, будто на нем весь день пахали. Ладно, если б после тренировки на тренажерах или после игры на стадионе! Засыпал без задних ног, даже если дурака валял весь день.

И сейчас то же самое. Вспомнил взгляд завораживающих бездонно-голубых глаз и словно улетел в выжженное летним зноем небо.

Сон был странным. Вот, говорят, сны помнятся только те, что под утро снятся, потому и запоминаются. Этот — как многосерийный фильм по видику! Только заснул — первая серия — и все остальные до утра. Очнулся — даже устал. Хотя… Мог бы смотреть и смотреть… Еще и еще…

Во сне была эта девчонка — с глазами выгоревшего летнего неба. А еще остров в океане, полет с ней на пару на высоте птиц и брызги прибоя… Сказка!

Прелесть утра грубо нарушил противный скрип тормозов машины у подъезда. Арс выглянул — из «Пежо» вышла девчонка. Подняла взгляд вверх, скользнув только по ошеломленному лицу парня, выглядывавшего в окно. Она смотрела выше. И вдруг улыбнулась, и Арс по-дурацки ответил такой же улыбкой, даже не подумав, что не ему она предназначалась. Просто улыбка была такой сияющей, что, казалось, осветилось и ожило вокруг все — листья, небо, качели…

В этот миг мир стал другим…

Это была девчонка из сна. Или из медальона, или из мечты… Черт его знает!

Браслет! Арс кинулся к подушке, под которую спрятал вещицу, падая ночью в постель, схватил браслет — и мигом к окну…

Замер. Теперь их было двое — она и друг, с которым выросли в этом дворе, на одном стадионе, в одной команде. Вместе тусовались на дискотеках и в клубах. Потом Витька ушел в армию, даже где-то воевал на юге. Писал очень редко. «Вернусь — расскажу».

Вернулся. И что теперь?

— Эй, ты! — охрипшим вдруг голосом просипел Арс.

— О! Арсен, я верну-у-улся!

— Вижу…

— Дружище, я женюсь! Знакомься, это Мария! — сумасшедшей красоты девчонка подняла на Арса взгляд, полный такого счастья, что парень чуть не поперхнулся…

— Супер! И когда? — Арс все еще надеялся, что у него будет, хоть маленький, но шанс.

— Через месяц… — и солнце вдруг сердито закрылось тучкой.

Все.

Вспомнив вдруг о браслетике, который теперь жег ему руку, Арс сказал:

— У меня есть подарок для Марии…

— Потом, потом, — заспешили оба. А Виктор открыл дверцу машины:

— Успеешь еще, сейчас торопимся — дел по горло…

Они уехали. Теперь Арс часто видел Марию. Все пытался поймать сиянье ее глаз, улыбки. Если получалось, то словно подзаряжался от какой-то волшебной батарейки.

Браслет решил сначала оставить себе, а потом придумал порадовать девчонку и друга, положив в конверт с подарком.

Порадовал, да… Мария взяла браслетик в руки, надела:

— Спасибо, Арс! Спасибо, что сберег. Я уж думала, что потеряла навсегда.

А потом глянула своими волшебными глазами и вдруг все поняла:

— Знаешь, Арсений, пусть он тебе останется на память. От нас обоих. Мы ведь уезжаем. Навсегда, так сложилось…

И уехали. Когда было особенно грустно и одиноко, Арс доставал браслет и так, чтобы никто не видел, касался губами крохотного фотоснимка в медальоне. Всего в пол-лица, на котором светились весной и счастьем пронзительно-голубые глаза…

Что-то щелкнуло в груди — видать, нажали на кнопку-защелку — и сердце захлопнулось…

Стихи

Старые телеграммы

Минуты, как чьи-то старые телеграммы

Нестройным штопором вьются вокруг

Словно отголоски незавершившейся драмы

Мертвою пылью на голову опускаются вдруг

Пыльный свет слабо бьется под волосы

Все вокруг покорно плавает в замерзшей тиши

Прозрачное солнце кладет тончайшие полосы

Так, что света и тени не видно межи

Звук глухим эхом пугает летучих мышей

Спящих неслышно где-то под темною крышей

Кроме нас с тобой здесь нет ни души

Лишь время свои похороны празднует пышно

Не нарушай еле слышным дыханьем своим

То, что так долго эти стены хранили

Звук, даже этот, станет здесь совершенно другим

И раскопать сможет тайну из умершей пыли

С дуновением ветра, который давно

Покинул эти мокрые старые серые стены

Мы вылетим сквозь мутное окно, Что трудолюбивый паук занавесил пологом своей паутины

***

А мне ведь тоже больно было отпускать.

Но замыкая птиц, лишая их свободы.

Ты не получишь дар их в воздухе летать, и будешь ждать,

когда тебя научат.

Нет, я не кидался на скалы,

я лишь тихо спал.

Но слышал дикую отдачу шума моря.

И волны бились среди серых скал,

но я не прятался,

я отпускал заложников на волю.

Лети за море, я останусь в холода,

мой путь так долог и по сути одинокий.

А кто поймал и держит птиц в руке,

они сломаются, и ты найдёшь другую.

Не выбирай, отбившихся с пути, они ослабли , падкие на крылья. Мне тоже было больно отпускать,

ведь я был тоже птицей поневоле

Сумасшедшие

Опои меня воздухом пьяным,

Утоли мою жажду в Тебе,

Если нужно, солги, когда надо,

Просто знай — я зависим в тебе.

Дай мне знать, когда ложь станет правдой,

Когда стены покроются мхом,

Прикоснувшись к губам раскаленным,

Я опять опьяненный тобой.

Давай будем теряться от мира,

Забурившись на крышах домов,

Сумасшедшие, да и только,

Пускай ночь, скрывает глупцов.

Смотрим в небо, лишь звезды откроют,

Твои синие-море глаза,

Я ладонь твою крепко сжимаю,

Утоли мою жажду дождем.

Опои, утоли на секунды,

Воздух-хмель, я тобой опьянен.

Не секрет, все давно уже знают,

Кто влюблен — тот рассудка лишен.

Луна поэта

Я возвратился, чтоб взглянуть в твои глаза,

В них отразились, и луна, и звезды.

Ты можешь думать — это не серьезно,

Но я тебе все искренне сказал.

Твой взмах ресниц,

Как бабочки полет,

Растопит у любого в сердце лед,

И мне приток огромных, свежих сил,

Один лишь лунный взгляд твой подарил,

Теперь, ты понимаешь важность строк?

Так долго продолжается урок.

Рыжая

Я хотел подарить тебе небо,

Я хотел подарить тебе дождь,

Я хотел подарить тебе солнце,

Лишь с тобой, я испытывал дрожь.

Упоительны — твои речи,

Сладких губ твоих — вкуса весны,

Твои рыжие, длинные косы,

Я влюбился в них с первой весны.

Когда встретил тебя — я запомнил,

Потерял тебя — я забыл…

Я искал тебя в толпах прохожих,

Я искал тебя в лицах чужих.

Мы с тобой дотянулись до солнца,

Но в итоге, лишь обожглись…

И ночь сгорит

Я свет не зажгу, не раскрою окно, В страницу не вникну словами мгновений, И в этой тиши меня привело

Тебя ощущать сквозь мир сновидений.

Светло, потемнело, темно, расцвело…

И так прорываются дни сквозь недели, А мне не сказать, что в душе отлегло

И сердцу не вскрикнуть, что сны надоели

И снова в тиши, рождающей сон, Касается взгляд мой о нежные очи, И пылкие губы летят в унисон

По щедрым минутам сгорающей ночи…

Шанс

Я умер, так и не поняв,

Как жизнь меняет краски смысла.

Я ожил так и не поняв,

Как жизнь дарует шансы дважды.

Влюбившись, я не оценил,

Любовные пороки страсти,

А разлюбив, я все раскрыл,

Все скрытые от глаз ненастья.

Пересядьте! Ну же господа!

Теперь я тот, кто суд свергает.

Не осуди меня друзья,

Но я из тех, кто все прощает.

Твои глаза

Меня спасли твои глаза,

Меня спасли твои ладони,

И может угрожаешь мне,

Но только лишь в делах любовных.

Околдовала ты меня,

На мне испробовав порывы,

Порывы злости и любви,

Твои нелепые обиды.

Не обижайся на меня,

Ведь я немного сумасшедший,

И мы с тобой уже три дня,

Кидаем взгляды в эти стены.

Держи так крепко… Я боюсь…

Открыть глаза в немых страницах,

И только лишь твои глаза

Спасают меня уже трижды.

Любовный крест

Не любить, не желать, и забыть!

Эти чувства до судорг знакомы мне,

Чтоб как я, ты не стал у забора впредь,

Наклонившись к чертовой земле.

Что ж ты друг мой, забытый судьбой,

Погасил ты огонь, уже тлеет он,

И измазавшись пеплом, что грязь,

Я направляюсь дороги топтать.

Я иду. А ночь в спину мне шепчет:

«Не люби, не желай, но забудь!»

Про меня уже люди шептают,

Но люблю я! Люблю я! Люблю!

Что ж киваешь ты, головой своей,

Не смотри мне в глаза! Я прошу!

С искалеченною душою,

Я забыть все равно не смогу…

И упав средь дворов на колени я,

И не важно, то дождь или снег.

Я останусь с землей безнаказанной,

Наблюдать, как ко мне несут крест.

Не читайте молитв мне безбожники,

Свеч мне купленных в церкви не ставь.

Вы глупцы?!Вы прощенья не купите!

Я вот душу, во дворах потерял…

И пускай мой враг,

Друг любимый мой,

Жизнь мою, за собой уведет.

А я крест свой жду заколоченный.

Ты не рядом…

Ты в сердце моем…

К****

Подруга дней моих ненастных,

Поклон тебе за доброту,

Поклон тебе, что жизнь напрасно, я не потратил… не смогу…

Твой взгляд порой я вспоминаю, и так легко мне! Так легко!

Остановив меня однажды, не в пропасти, а на краю.

В твоих глазах нашел спасенье,

В руках твоих искал тепло.

Подруга дней моих ненастных,

Поклон Тебе за доброту,

За твои мудрые советы,

За свет твой, пролитый во тьму.

За то, что руку мне протянешь, когда весь мир, пойдет ко дну. Когда, как мотылек порхая,

Не оказался в том огне,

Когда от боли я страдаю,

Ты успокоишь в тишине…

Не плачь, подружка дорогая!

Мы все с тобой переживём!

Мы все невзгоды подсчитаем,

запишем их, затем сожжем.

И если мир весь ополчится, на плечи твои рухнет вдруг,

Моя рука не шелохнется,

Запомни, я твой вечный друг…

Проклятые

Ты моё проклятье, наказанье.

Ты мой грех, любить тебя нельзя.

За тебя гореть в слезах отчаянья,

И опять, я на коленях алтаря.

Не любить, быть проклятым, по сути.

Отравила ты мою любовь,

В окнах наших свет погас однажды,

В темноте — я сердце не найду…

Отведи дорогами больными,

Хрупких рук твоих, забвенье тишины,

Мне с тобою грешно и так нежно,

Без тебя мне кажется — умру…

Не держаться за руки минуты,

И губами ты меня не тронь,

Мы во взглядах что-то потеряли,

То, что называется — любовь.

Я уйду из дома — остановишь.

Снова замахнусь я на тебя,

Бледными, усталыми посмотришь,

Не читаю больше в них себя…

Так давай! Кричи! И бей посуду!

Кидайся! Как кошка на меня!

Мы опять сидим с тобой в прихожке

Тише… Не буди наше дитя.

Стоим с тобой на ветру

Не стой на ветру, не надо.

Я руки твои берег.

В глазах твоих, когда надо,

Искал ответ на вопрос. Скажи, почему сегодня?!

Стоим с тобой на ветру.

А ты посмотришь так нежно,

И скажешь: " От тебя я бегу».

Теперь я здесь завсегдатай,

Где льют напитки страстей,

Где винами карта богата,

Подлей-ка мне друг, поживей!

Я выбегу за тобою,

Слегка касаясь перил.

А ты уже за воротами,

Моих старо-новых друзей.

Тебя я догнал сегодня,

Я руку твою держу.

Опять стоим против ветра,

В глазах я твоих тону.

Сердись на меня, кидайся,

Я жизнь твою загубил.

Я знаю, виновен, признался,

Тебя я не сохранил.

А ты сердито посмотришь,

И руку мою сожмешь,

Закинув ее через шею,

Домой меня отведешь.

Опять мы с тобой в глухом доме,

Где свадьбу играли друзья.

Ты помнишь?

С тобой мы в разводе.

Я помню.

Во мне вся вина.

И палец мой безымянный,

Давно уже без кольца,

Сегодня сгорят снова свечи,

И биться будут сердца.

Боюсь, за грехи с тобой наши,

Нам в рай не попасть никогда!

Боюсь за любовь нашу грешную

Пылать нам с тобой до конца…

Падает снег весною

Падает снег весною,

Даже не знаю я.

То ли влюблён в весну я,

То ли еще зима. Падаешь снег?!

Падай.

Только цветы не тронь,

Я опять у могилы,

Но все еще живой.

Гори

Гори моя звезда, гори.

Гори так ярко, чтобы не погасла.

Веди меня моя звезда, веди,

Что б жизнь моя не шла напрасно…

Как много в жизни нужно повидать,

Но только так, как жизнь меня учила.

Идти, и улыбаться на глазах

Когда в душе раскопана могила.

Чужая осень

Эта осень не моя,

Моя осень теплая,

Эта осень холодна,

Эта осень поздняя…

Пожелтев от холодов,

Листья летят желтые,

А за ними в степь долой,

Птицы окрыленные,

Улетайте далеко, где тепло вам будет,

Здесь останусь только я,

С осенью холодной,

Не слышны уже ручьи,

Слышно только листья,

Не слышны уже ручьи,

Слышно только мысли.

Мои мысли о тебе,

Осень золотая,

Только осень не моя

Мне она чужая.

Адское племя

Улетайте журавли, улетайте,

Но оставьте мне место в стае.

Я на поле паду побежденным,

А с войны приду победителем.

Не смотрите вы так сестрицы,

Не дошел я до адского племени,

Вы летите птицы, летите,

Где сирень цветет на границе.

Я смотрю в то небо холодное,

Но не знаю, когда все закончится.

Я останусь на этой границе,

Где война бушует, ругается.

На войне, нет победителей,

Есть свинцовые пули, свистящие.

Я товарищей телом укрою,

Пускай спицы в меня все вонзаются.

Вы летите журавли, летите,

Пролетайте над головами.

Мы рожденные были свободными,

Но свобода в крови окупается.

В свои двадцать ушел он из дома, сам.

На нем выбор, солдата свободного,

А я знаю, что май будет сниться нам,

Он останется тем не известным там,

Но он знает,

Что Родина выживет!

А я стану птицей небесною,

Защищать буду небо я песнею.

Ты лети, моя песнь запоздалая,

По местам, где схватки жестокие.

Успокой солдат побежденных,

Все мы знаем

На войне нет победителей.

Остановим войну

Останови войну, останови!

Останови, кто братьев убивает,

Останови войну, останови!

Останови кто власть,

За Божество считает.

Нам выпала не легкая судьба,

Смотреть как рушится,

Гниет наша планета.

И как ребенок, у кого мечта,

Была не убивать, а рисовать портреты.

Смотреть как голод,

Захватил весь мир,

Мы не признаем этого,

Да нам с Вами не скажут.

И как религию пришедшую с небес,

Извратили, сделав государством.

И как весь мир, страну мою назвал-

«Угрозою для всей цивилизации».

Вы можете не слушать, но прошу!

Вы просто на секунды оглянитесь!

Вчера цвели цветы в Вашем саду,

А завтра их сорвем для Наших Братьев.

Ставрополье, край мой милый!

Мой край родной, мое богатство,

Ты так прекрасен! Так красив!

Ты сердце заставляешь биться,

Меня заставил жить душой.

Так пусть же жаворонок звонкий,

Разносит жизни голоса.

Пускай летит над полем желтым,

Колышет эти колоса. Ты жизнь! Ты край мой! Ты надежда!

Ты Ставрополье! Ты мечта!

А я ребенок твой ненастный,

Благотворю твои края.

Так пусть же каждый преклонится,

Перед святой твоей красой.

Пускай же каждый насладится,

Упавшей утренней росой.

И в небе жаворонок звонкий, Пускай летит!

Лети малыш…

Ты тоже можешь так влюбиться,

Всего лишь оглянись мой друг.

Мое село, родные степи.

Люблю степей твоих простор.

Люблю Казачьей песни звуки,

Люблю свободу, твой задор.

Поля, усыпанные в злаках,

И чуть уставшие глаза,

Им любоваться не устану

Россия — Родина моя!

Привет весна!

Привет весна!

Давай лучи!

Гони скорей зимы мечты,

Бегут ручьи и птицы звон,

Пускай трезвонят все о том,

На трон взошла, краса весна,

Пускай цветут ее луга,

Цветут деревья, а пурга,

Уйдет с метелью навсегда!

Весна пришла!

Цветут сады,

Вдохнула жизнь, опять в мечты,

На крышах воют пусть коты,

Пускай прилив весенних сил,

Подарит миру, новый мир.

Земле — красу, а нам любовь,

С весной приходит к нам гармонь.

Приходит воздуха глоток,

Где мир по новой оживет!

Гиена

Как часто все-таки бывает,

Что нас совсем не понимают.

Мы ищем воздуха в воде.

Ты продал дьяволу все чувства,

Ты проиграл в этой борьбе.

Нужна ему. Как воздух в вене. Как искалеченной гиене,

Залижешь раны в тишине.

Нет, он не болен, Ты послушай!

Он продал дьяволу всю душу,

Он не полюбит никого,

А ты допей свое вино,

С виной намешаны в бокале,

И в полудреме, полупьяным,

Он ищет омут не в тебе.

А ты смотри не подвели,

Добей его! Он зверь измучен,

Он без души, он так замучен,

Чего поставила бокал?

Допей его! Виновен сам!

Его вину давно признали,

Ведь, как известно вы не знали,

Кому доверили его.

Зачем сердца вы доверяли?

Вам иглы в них потом вгоняли,

Вам воздух в вены загоняли,

А вы любили не его.

Амур

Кто мы друг другу?

Я теперь не знаю…

Мы не друзья,

Мы не враги,

Да мы никто…

Теперь с тобой друг друга обвиняем,

Уткнувшись в угол,

В серой тишине.

Ты не вини меня,

В тебе была ошибка!

Я не виню тебя,

Во мне была стрела…

Которую, Амур в сердца пускает,

Но к сожалению досталась, только мне…

Пепел розы

Пускай цветут цветы, в ненастные морозы,

Пока в моей душе, дотлеет пепел розы.

Зачем ко мне пришла, крестовыми походами?

Зачем ты принесла отравленную розу?

Цвела в моем саду, да только ты забыла,

Как в жизни хорошо, когда шипы укрыла.

Дай руку мне прошу, я на колени падкий.

Цвести в моем саду, я сорняку не дам здесь…

Пускай ты так мила, красна и откровенна.

Но роза для меня — цветок обыкновенный.

Скажи мне почему? Теперь я ненавижу…

Когда цветут цветы, когда тебя я вижу.

Каждый день

Я плюю вам в лицо

Осколки разбитых истин.

Надоело быть подлецом

Срывать, по одной, мысли,

Успокаивать себя сном

Что будет всё как раньше,

Видеть вокруг одно,

Взглядов погрязших в фальши.

Не осталось в вас ничего

От имени Человека.

Каждый день плюем мы в лицо,

Каждый день плюем мы в лицо,

— Вот символ нашего века

Мой брат — это каждый

Мой брат не по крови

Мой брат — это каждый,

Одна лишь примета — быть человеком.

Мой брат не поднимет оружие смерти,

Мой брат не захочет убить человека.

Мой брат — это каждый, здесь нет чужих наций.

Мой брат — это каждый с религией разной.

Семью мы не делим, друзей выбираем,

А нацию просто единой считаем.

Религия наша — быть человеком!

Не потерять во взглядах все это…

Мой брат — это тот, кто живет на Кавказе.

Мой брат — это тот, кто живет по всей Азии.

Мой брат — это тот, кто приехал с Востока.

Сестра моя та, кто граничит с Россией.

И ты не дели людей — все мы едины!

Хочу я сказать, что семья моя это-

Весь «Мир», что шагает по Нашей планете…

Живи, улыбайся, ведь мир так прекрасен!

Единая нация в стране живёт нашей…

Ворон войны

Когда небо сольется с землею,

а огонь воспарит в небеса,

Когда пули летят над тобою,

пролитая мима лица.

Когда рядом лежит друг погибший!

Когда пуля в плече так болит!

Когда кровью испачканы руки,

а душа всё болит и горит.

Когда нервы уже на пределе,

из окопа бежишь на врага!

Когда в сердце вонзается пуля,

упадешь ты в поте лица.

У тебя будет меньше секунды,

что бы мысли свои отпустить,

А потом ты вновь возродишься,

будешь вороном в небе кружить.

Ворон в небе огонь рассекая,

Пролитая окопы врага,

Чёрный дым тебя заслоняет,

Словно ангел, посланник огня.

Ты расправишь крылья свободы,

Воспаришь и раздашь дикий крик.

Долетит твой зов до любимой,

Но останешься в небе парить.

Кто-то книгу напишет про подвиг,

Но, а кто-то не скажет, тая,

Только ворон всё знает и помнит,

Но не скажет нам, в небе паря.

Вечный май

В пустом поле, туманами серыми,

И в околице, в степь за селом,

Долетят твои чёрные вороны,

Долетят твои пули с свинцом.

Пусть укроют меня небывалые,

Ты молитвами нас защити,

Пускай нежится твое пение,

По Земле родимой лети,

Остановимся в поле потерянном,

В небе громкие вспышки гремят,

И сжигая страницы истории,

Пускай пепел летит в родной край!

Пускай помнят героя, что в памяти,

Вечный май — не отпустил,

Пускай подвиги его вечно славится,

Ну а мы, всегда помня, скорбим…

Тишина

Сегодня день, когда склонив колено,

И с гордостью представ перед тобой,

Ты наш герой! Ты наш спаситель мира!

И тишина, заслужена тобой.

Так преклоните люди свои головы!

Перед душой, погибшей на войне,

Перед глазами, видевшие воронов,

Которые кружили в тишине.

Кто видел смерть, но вырвался с объятий,

Кто погибал, но продолжал идти,

Кого не ждали у порога матери,

И кто остался в мёртвой тишине,

Так пусть же небо, будет только мирное,

Душа спокойная за Родину мою,

И Вы колено преклоните Братья,

За Неизвестного,

Погибшем на войне…

Детство

Мама, верни мои детские книжки,

И детские вещи, отдай тоже.

Я не хочу быть свободной птицей,

И вместо лиц, разглядывать рожи.

Мама, сотри мою память, всюду…

И сделай как раньше — не моё, а наше.

Мама, клянусь, я вымою всю посуду,

И никогда не захочу становиться старше.

Мама смотри, я бегу по дорожке,

Только смотрю, я уже под ноги,

Мам, я хочу, снова, как раньше,

Парить руками, и смотреть в безмятежные прошлое.

Там в моём детстве, простые законы,

Смеялись с друзьями, бежав по лужам.

Мам, клянусь, я уберу игрушки в доме,

Только пусти погулять во двор с друзьями.

Мама, верни мои детские книжки,

Я буду читать тебе вслух вечерами.

Мам, я спрятал твои все морщинки,

Они не идут тебе, ты выглядишь старше…

Мам, послушай, так бывает больно,

Но мы ведь не скажем, потому что большие.

Мам, а давай, снова, как в детстве,

Скажу на ушко, чтоб никого не расстроить.

Там в нашем детстве, все было банально,

Решали проблемы, путём двух мизинцев.

Сейчас, мы стали немного постарше,

Решаем криками и кулаками.

Мам, присядь, посидим на дорожку,

Я подержу твои тёплые руки.

Я помню, зимой, тащила нас с горки,

И согревала своей милой улыбкой.

Мам, теперь, я готов послушать.

Увы, уже совершил ошибки.

Мамуль, давай не будем ругаться.

Для мамы всегда вы — маленький ребенок.

Черствая сестра

По сердцам разбитым,

Не спеши так быстро,

Ведь в глазах у встречных,

Боли не унять.

По глазам открытым,

Не спеши так быстро,

Ведь в глазах у многих,

Всё мертво итак…

Тех, кто жил сердцами,

Ненависть подруга,

Тех, кто жил обманом,

Черствая сестра.

Не спеши так быстро,

Ведь любовь — не камень,

То, вновь расцветает,

То, мертва опять.

Жить и Ждать

Кто-то ушел на верх,

То есть ушел на век.

На холодных камнях замерзая,

В океане бездонном теряясь.

Кто-то забыл сказать,

Что нужно жить и ждать,

Обвиняя безликих прохожих,

И кидая в огонь день похожий.

Руку мою возьми,

В жизнь нашу посмотри,

Мы рисуем немые картины,

Позволяющим жить с неживыми.

Чувствуя лик святых,

Свечи горят за них.

И пускай за чужими глазами,

Да за спинами, над головами.

Видишь эти цветы,

Они уже мертвы.

Тот, кто вырван из дома родного,

Будет бледным, как небо над морем,

Так пускай покидают родные края,

И сгорая на солнце в лучах.

Все равно уже будут другими,

Не родными, и не чужими.

Ревную тебя, потому что люблю

Ревную тебя, потому что люблю,

Я образ твой с трепетом в сердце храню.

Мечтаю, мой ангел, увидеть тебя,

И утром проснувшись,

И в сумерках дня,

А может быть небо тебя подарило?

К мечтам и надеждам дорогу открыло.

Увижу тебя, сердце словно в огне,

Любовь — это счастье, так нужное мне.

Ну что же мне делать?

Раздумья легки.

Пути наши к счастью недалеки.

Мне не нужно

Мне не жить, и не ждать…

О чем сердце просило?

Пускай в строках моих,

Скрыты схемы любви,

Пускай Бог мне судья!

Пускай ты мой Иуда…

Но колено мое,

Будет чистым всегда…

Выхожу в поле

Есть край один,

Роднее нет на свете,

Меня манил твой запах диких роз,

Меня пленил твой тополь на рассвете,

Что разбросал свой белый пух.

В моих краях, душистые ненастья,

Плетут ограды, ивы у пруда,

А зори здесь, словно бардовые приправы,

Присыпав горизонт,

Как тихо здесь всегда!

Я выйду в поле,

Степь. Не видно края,

И ветер буйный,

Словно злится на меня.

Ах, край мой!

В тебе я утопаю.

В твоем неистовом,

Душистом августе.

Держи меня

Не держаться за руки больше,

Не смотреть в родные глаза,

Не касаться губ твоих нежных,

Не шептать на ушко слова,

Не любил, скорей всего болен,

Простудившись соленной слезой,

И не быть единственным в мире,

Окрыленным твоей красотой.

Не держаться больше в минутах,

В этих ярких, любовных цепях,

Не любить, Словно воздух под колбой,

Угнетает и гасит меня.

Удержи меня,

О черные очи,

Задержи мея утром в словах.

Все равно потерял я надежду,

Все равно, потеряла меня…

Камень

В неловких моментах,

Вся жизнь пробегает…

Бежит, и смеется нам вслед.

А мы как цветы,

Нас свет выжигает,

Нет места нам в этой струе.

Не бейся об стены,

Не лезь ты на скалы.

Живи и стремись к высоте.

Мой сон,

Твоя жизнь, и я словно камень.

Меня не пробить твоей звезде.

Content

Серые полосы
Сборник стихов и рассказов
Дмитрий Амелин

БРАСЛЕТ

Стихи

Старые телеграммы

Луна поэта

Рыжая

И ночь сгорит

Шанс

Твои глаза

Любовный крест

К****

Проклятые

Стоим с тобой на ветру

Падает снег весною

Гори

Чужая осень

Адское племя

Остановим войну

Ставрополье, край мой милый!

Привет весна!

Гиена

Амур

Пепел розы

Каждый день

Мой брат — это каждый

Ворон войны

Вечный май

Тишина

Детство

Черствая сестра

Жить и Ждать

Ревную тебя, потому что люблю

Мне не нужно

Выхожу в поле

Держи меня

Камень