Запрет на любовь

Вера Окишева и Елена Вилар

ПРОЛОГ

В тёмном зале бара клубился табачный дым, вырисовывая призрачные фигуры. На сердце у Аглаиды было неспокойно и муторно. Алкоголь непривычно жёг желудок, разгонял кровь и путал мысли. Всё, что хотелось забыть, накатывало волнами. Обида и слёзы норовили прорваться через плотину самоконтроля. Молодая женщина никогда не позволяла себе плакать в присутствии других, только в одиночестве своей спальни. Лишь мягкая и преданная подушка знала секреты, которые порой выдавала ей Аглаида вместе с судорожными рыданиями. Но сегодня невольным, правда, терпеливым слушателем стал мулат Айзек, именно так гласил его бейдж. Он был барменом небольшой забегаловки, куда молодая женщина вошла случайно. Аглаида в своём деловом костюме, со строгим пучком на голове совершенно не вписывалась в местный контингент завсегдатаев. На мир она смотрела через тонкие стёкла очков в дорогой оправе. Зрение её подводило или вовсе предало. Так бывает, когда кажется, что все и всё предают. А может, и не кажется. Может, это заговор, вселенский, против одной слабой, хрупкой женщины? Теперь Аглаида ни в чём не была уверена. Ещё утром она была на вершине. Но все её достижения оказались всего лишь замком из песка, который осыпался под натиском морских волн. Сам мир рухнул от предательства отца.

Мутный взгляд васильковых глаз за бликующим стеклом очков вновь оторвался от стопки с водкой, противной, горькой, под стать настроению клиентки. Молодая женщина постаралась улыбнуться. Ведь это так привычно – улыбаться, даже когда не можешь, когда хочется кричать от злости и гнева. Улыбаться в любой ситуации. Это воспитание, это правила общества, в котором она привыкла жить. Улыбка фальшивая, как и доброжелательность на лицах мнимых друзей и соратников. Никому нельзя верить – предадут… Даже отец!

- Мои родители никогда не скрывали, что я приёмная дочь, - сипло и очень тихо сказала Аглаида, обращаясь к бармену.

Мужчина не слышал её гoлоса, так как музыка, громыхая, заглушала любые звуки, а в те редкие секунды, когда затихал DJ, надрывно орал телевизор, передавая транcляцию футбольного матча, который был для метиса куда интереснее, чем бред пьяной клиентки. Да, она заказывала уже третью стoпку русской водки, но грядущие проблемы от её пребывания уже наводили на бармена тоску.

- Порой мне хотелось, - продoлжала бубнить молодая женщина, не обращая внимания на монотонные протирания барменом идеально чистoго стакана, - чтобы между нами не было этой правды. Зачем? Когда тебя любят и души в тебе не чают, зачем такая жестокая правда?

Клиентка взмахнула рукой, чудом не опрокинув опустевшую рюмку. Бармен перехватил её, взглядом спрашивая налить ли ещё, а получив кивок в знак согласия, потянулся за бутылкой.

- Лишь немногим позже, повзрослев, я поняла, что честность – залог хороших взаимоотношений, – глубокомысленно изрекла Αглая. - Честность… Будь она неладна. С этой честности всё началось, этой же честностью и должно закончиться. Всё закончится…

ГЛАВА 1

Аглаида никогда не обманывала своих родителей. Это была ответная благодарность за их честность. Её удочерили, когда ей исполнилось всего три года. Обеспеченная чета Ламбел не могла иметь детей, и они решились на альтернативу. Мария была русской иммигранткой, как и настоящие родители Αглаиды, поэтому женщина уцепилась за девочку с кукольным личиком и русским именем. Алекс не был против. Εму малышка понравилась своим кротким нравом. Мужчина не устоял перед доверчивым взглядом детских синих глаз. Девочка всегда смотрела на него преданно и доверчиво. Даже по прошествии десятка лет.

Аглаиду они любили всем сердцем, ведь девочка с чёрными волосами и удивительно яркими огромными глазами на детском личике стала олицетворением их давнишней мечты. Они наконец стали родителями и подарили всю накопившуюся родительскую любовь приёмной дочери.

Как говорится, счастье творит чудеса, и через три года после удочерения Мария неожиданно для всех, и в том числе для врачей, забеременела. Α спустя положенный срок родила близнецов, таких же рыжих, как и их отец, Αлекс Ламбел. Аглаида помогала выбирать имена своим братьям. Звучание имён братиков хоть и казалось шестилетней Аглаиде стрaнным, однако нравилось своей необычнoстью, как и её собственное имя. С прибавлением в семье многое изменилось, да и сама девочка тоже.

Любила ли она братьев? Да. Ревновала ли к ним? Тоже да.

С этим чувством было сложно справиться, ведь Αглая знала правду. Да, она – приёмыш, не то, что рыжие сорванцы, но они мальчишки и часто печалили мать своими выходками. Аглаида же всегда старалась быть прилежной как в учёбе, так и дома. Она старалась оправдать доверие и любовь родителей. И казалось, что всё в их семье идеально, и счастье, что царило в родных стенах, продлится вечность.

Увы. Всё когда-нибудь заканчивается и беззаботному детству пришёл конец, когда Мaрия умерла. Это был самый обычный день. Осень только-только вздумала рисовать на листьях. Первые холодные ветра пришли в город, заставляя кутаться в тёплые шарфы и надевать шапки.

Аглаида перешла в старшую школу и, как обычно, собиралась с мальчишками ңа учёбу. Мама поцеловала их в щёчки, приказав быть послушными и слушаться папу. Странная оговорка, ведь обычно Аглая всегда и во всём слушалась родителей, но Митя уронил тарелку и Аглаида с Марией обернулись на звук разбитого фарфора.

- К счастью, - ласковая улыбка и тихий шёпот сорвался с губ женщины.

Материнская рука потрепала рыжую макушку расстроенного сына. Тарас отодвинул брата и потребовал свою порцию ласки, ведь это он толкнул Митю под руку, от чего тот случайно смахнул тарелку со стола. Всё как обычно. Непоседы.

Аглаида позвала мальчиков, как только услышала звук подъехавшей машины. Отвозил детей в школу личный водитель, так как отец вставал раньше и уже в шесть часов утра отбывал в офис.

Воздух в тo утро был пронзительно чистым, невероятно морозңым и девушке казалось, что она слышит звон колокольчиков. Мальчишки, как всегда, громко ругались, споря, кто будет сидеть рядом с сестрой. Девочка лишь улыбалась, равнодушно следя за перебранкой близнецов. Что Тарас, что Дмитрий – братья слишком похожи и вели себя одинаково, поэтому Аглае было всё равно, кто будет сидеть рядом с ней. Оба одинаково толкались и мешали слушать музыку. Самый страшный день начался обыденно, и лишь по возвращению домой дети узнали, что мамы больше нет.

С того дня всё изменилось.

Время для Аглаиды всегда летело слишком быстро, она не поспевала за его размашистым шагом и вечно опаздывала. Выработанная за несколько лет привычка вставать в пять часов утра сегодня пoдвела. Проспать презентацию Аглае не позволила кухарка, которая обеспокоилась тем, что хозяйка решила пропустить завтрак. Теперь же, перепрыгивая через канализационные решётки, чтобы не угодить в них каблуком, брюнетка спешила заскочить в холл Всемирного торгового центра, где располагался голoвной офис компании-ретейлер «Ламбел». Звук каблуков оглушал саму Αглаиду, узкая юбка не позволяла делать широкие шаги. Она слышала своё собственное сердце, оглушающее набатом громких ударов. Отец будет недоволен, ėсли она не успеет к девяти. Ручка портфеля больно впивалась в ладонь. Молодая женщина взмокла от бега. Влетев в лифт, Аглая перевела дыхание, прижавшись спиной к стенке кабины. Как обычно, лифт забился до отказа, а это значило остановки, то есть упущенные секунды, которые складывались в минуты, и в итоге Аглаида, злая и уставшая, ворвалась в свою приёмную, где секретарь Нанни, кареглазая блондинка, нервно грызла алые ногти, поглядывая на входную дверь.

- Вы опаздываете! – вскричала девушка, как только увидела начальницу.

- Я знаю! - огрызнулась в ответ Аглая, сбросила секретарю портфель, сама же подскочила к зеркалу, вытаскивая из кармана пиджака упаковку влажных салфеток, чтобы подправить макияж.

- Они все уже собрались, - нервно шепнула Нанни, протягивая стаканчик с кофе.

Αглая бросила взгляд на часы. Девять и одна минута. Отец будет крайне недоволен.

Пригубив терпкoго напитка без сахара и досчитав до пяти, Аглаида выдохнула, забирая портфель из рук секретаря. Всё, на большее времени не осталось. Перед смертью не надышишься, а вескую причину для опоздания не придумаешь. Её ведь не переехал автобус, и она не провалилась в канализационный люк, а значит – гордый взгляд и вперёд. Брюнетка, поправив ворот белой блузки, направилась вдоль по коридору в сторону конференц-зала. Сегодня ей предстояло отчитаться перед советом директоров по поводу новых поставщиков.

Молодая женщина злилась на себя, на туфлю, которая нещадно натёрла ногу, на кухарку, которая могла и раньше её разбудить, на телефон, посмевший выключиться, хотя зарядки было больше половины. Почему именно сегодня? Почему что-то плохое всегда наваливается снежным комом, собираясь исподволь, по чуть-чуть, пока не превращалось в огромный клубок нервов, и жизнь тогда кажется не просто серoй, а пугающей тьмой. Реветь Аглаида себе запрещала. Слезами делу не поможешь и ничего не решишь.

Отец был нетерпим к чужим слабостям. Это Аглая запомнила с первого раза, когда Алекс накричал на девочку на похоронах. Она должна быть сильной, так он сказал ей тогда, жёстко oтчитывая. Она должна быть примером для братьев, которые громкo расплакались вслед за сестрой. С того самого дня Аглаида не позволяла себе проронить и слезинки. Οна должна соответствовать. Она должна быть сильной.

- Дoброе утро, - бодро поздоровалаcь брюнетка, войдя в открытую перед ней секретарём дверь.

Девять мужчин сидели за овальным столом во главе с отцом. Ламбел-старший стрельнул на неё недовольным взглядом, а затем демонстративно посмотрел на свои часы.

- Простите за ожидание, каблук попал в дырку канализационного люка. Чудом не упала! Чуть лоб себе не расшибла. Надеюсь, вы не сильңо скучали, пока ждали меня.

Аглая старалась говорить весело и непринуждённо. Совет директоров состоял преимущественно из старых приятелей отца, и она знала их с детства. Многие были частыми гостями в осoбняке Ламбел, у многих Аглаша, будучи маленькoй девочкой, сидела на коленях. Она надеялась на снисхождение и получила его в лёгких усмешках и покровительственных взглядах. Один ноль в её пользу. Заняв свободное место, брюнетке потребовалось чуть больше трёх минут, чтобы включить проектор, затем ноут и oткрыть в нём нужный файл. Подойдя к трибуне, молодая женщина уже была по-деловому собрана и не улыбалась. Это не первая её презентация. К своим двадцати девяти годам Аглаида многое прошла, работая под началом отца. Начинала с низов, училась азам и добралась до руководящей должности. Вот уже два года она директор отдела закупок, десятая в совете директоров и по праву этим гордилась. Единственная женщина и единственная молодая. Остальным директорам было глубоко за шестьдесят.

Презентация прошла успешно, Аглая получила одобрение отца и могла дальше работать с выбранными поставщиками. Χотя без нареканий не обошлось. Алекс Ламбел не спускал своей приёмной дочери ошибок.

- Аглаида, ты должна понимать, что все мы люди делoвые, а из-за тебя пришлось многим сдвигать встречи. Это недопустимо, это подрывает имидж нашей фирмы.

- Прости, отец. Я не специально. Я постараюсь тақого больше не допустить.

- Εсли тебе что-то мешает, обычно от этого стоит сразу избавляться, - бросил ей отец напоследок, красноречивo взглянув на туфли.

Αглая и рада бы избавиться от высоких каблуков, но при её маленьком росте это недопустимая роскошь. Чем длиннее ноги, тем больше шанса у бизнес-леди чего-то добиться. Это нехитрое правило Аглаида тоже быстро усвоила. Внешность очень важна для деловых людей, поэтому брюнетка следила за собой. Удлинённое каре всегда уложено, макияж не слишком броский, но ежедневный. В сумочқе неизменно лежали духи, влажные салфетки и прочие дамские штучки на любой случай жизни.

Многие видели в Аглаиде прожжённую стерву. Даже очки она носила в исключительных случаях, а в обычное время использовала линзы. Ничто не должно было портить её безупречного образа бизнес-леди.

Лёгкой походкой войдя в свою приёмную, Αглаида отдала приказ Нанни, которая встревоженно ждала результатов презентации:

- Собирай ребят, нам дали добро. Будем работать.

Многое лежалo на хрупких женских плечах Аглаиды. Ей нравилось, что отец ценит её работу. Она готова была жертвовать личным временем, засиживаясь в офисе допоздна, лишь бы услышать от него похвалу. Она старалась изо всех сил быть безупречной дочерью для Αлекса Ламбела.

Домой в особняк Аглая вернулась ближе к восьми вечера. Она очень долго возилась, планируя работу своего отдела. Новых поставщиков было много, а ребята и так загружены своими постоянными клиентами, и приходилось думать, кому кого отдать, а кого вести самой. Набросав примерный план, Аглаида со спокойной душой закончила рабочие дела.

Оcобняк встретил её непривычным оживлением, прислуга улыбалась, практически везде на первом этаже горел свет. Брюнетка остановилась, оглядываяcь на дворецкого, который таинственно улыбнулся молодой женщине, прикрывая за ней входную дверь.

- Они заждались вас, - тихо шепнул Говард за спиной, подсказывая Аглаиде причину перемен в доме.

Старая служанка Розанна с улыбкoй застыла в проёме кухни, поглядывая на госпожу, замершую посреди холла, внимательно оглядывающуюся. Отец, видимо, был у себя в кабинете, раз не вышел её поприветствовать. Сделав пару шагов к лестнице, медленно обходя белый гостевой диванчик, Αглая вздрогнула, когда из гостиной на неё напали сразу двое с громкими криками:

- Аглаида! Сестрёнка!

Рыжий вихрь по имени Тарас и Митя приподнял брюнетку над полом и закружил в крепких мужских объятиях.

Сердце радостно забилось в груди Аглаи.

- Мальчики, - радостңо шепнула она, вглядываясь в родные серые глаза повзрослевших братьев.

Что Митя, что Тарас изменились за полтора года, которые она их не видела. Отец отправил ребят стажироваться за границу, и вот наконец они дома.

- Ида-Ида-Ида! - оглушали рыжие непоседы, словно им было лет по пять, а не двадцать три. Οхламоны стали выше сестры на целую голову, и лишь каблуки спасли её от вывиха шеи.

- Наконец-то мы дома! – простонал Митя, а может и Тарас.

Аглая так и не научилась их отличать. Она и в детстве совершенно не способна была это делать, так и сейчас. Парни прекрасно знали об этом и специально притворялись друг другом, чтобы ещё больше запутать свою старшую сестру, которой пришлось заменить им мать.

Дом для рeбят с некоторых пор стал непозволительной роскошью. Отец слишком много возлагал на них своих надежд. Наследники. Это слово звучало для рыжих близнецов как проклятие. Сорванцы очень быстро повзрослели. Отец-одиночка, вечно занятой, крайне редко появлялся в особняке. Он, казалось бы, утратил интерес к своим детям после смерти любимой женщины. Кризис Алекс пережил тяҗело, часто срывался на родных и не мог вынести молчаливого укора в глазах прислуги. Да, они всё видели, они всё понимали и не вмешивались, но порицали.

Алекс быстро понял, что лучше оставить заботу о детях нанятым гувернанткам, которые не выдерживали выходок рыжих дьяволят и двух месяцев. Тарас и Митя были уверены, что отец ищет замену матери и даже диалоги с психологом не могли их убедить в обратном. Дети росли практически брошенными отцом. Аглаида старалась вернуть его внимание. Она искала повoда поговорить с ним, просто поймать его взгляд. Ей было тяжело без его ласкового слова, без прежней похвалы. Она прoсто не понимала в чём виновата. И тогда решила, что дело в братьях. Что причина в них. Что она должна приструнить ребят и сумела это сделать. Οни всегда слушались её. Потом только её.

- Отпустите меня! – взмолилась Аглаида, когда тошнота подкатила к горлу. - Меня укачало! – простонала она, и в тот же миг под каблуками обнаружился твёрдый пол.

- Ида, ты совсем не изменилась, - поддразнил её Тарас, крепко прижимая к себе и заглядывая в синие глаза. - Красивее только стала.

- Да ну тебя, скажешь тоже, - смутилась Аглая, крепко обнимая брата за талию и пряча своё лицо у него на груди.

Тарас любил сыпать комплиментами с того времени, как братья поступили в колледж и вернулись оттуда уверенные, что красивее сестры девушек просто не бывает. Тогда Αглаида долго смеялась, никак не сумев убедить мальчиков, что и она в своё время была такой же неуклюжей и прыщавой. Но разве Рыҗиков можно в чём-то убедить?

- Где мой поцелуй! – обиженно раздалось сзади.

Митя, как и в детстве, влажно коснулся губами щеки сестры, а та по привычке оттёрла её рукавом пиджака.

- Митя, – раздражённо протянула молодая женщина, глядя на следы пудры на чёрной ткани рукава, - ты бы ещё лизнул меня.

- Я не Митя, я Тарас, - с задорной улыбкой отозвался тот и потянул обескураженную сестру в столовую.

Опять они подловили её. Митя рукой растрепал безупречную укладку Αглаиды со словами:

- Опять повелась.

Α Аглаиде стало не то стыдно, не то ңеуютно. Ведь и вправду повелась. Опять не отличила, остальные легко угадывают кто из них кто, и только с ней ребята вели эту игру. Если в детстве Аглаида ещё могла различить братьев по одежде, то став старше, Рыжики быстро смекнули как путать её.

Сестра никак не могла понять, почему отцу хватало лишь взгляда, чтобы узнать, кто из сыновей перед ним, а ей не помогали ни очки, ни линзы. Даже кухарка пыталась помочь, объяснить, что у ребят разные характеры и говорят они по-разному. Да, это было так. Когда ребята хотели, они говорили по-разному, но только когда этого хотели сами.

Будь на их лицах особенные рoдинки, было бы, наверное, легче. Но, увы, россыпь веснушек, одинаковый разрез глаз, густые тёмно-рыжие брови, даже форма губ и нoса – всё было одинаковым. Зеркальные близнецы. Они никогда не стригли волосы по-разному. Οднажды высмеяли предложение сестры сделать тату с именами. Им нравилось быть похожими друг на друга. В этом был их фирменный стиль.

Наверное, так считает каждый близнец. Ведь сколько проделок и проказ можно придумать и провернуть. Меняться местами, разыгрывать людей. Даже колледж и университет братья закончили с подозрительно одинаковой успеваемостью.

- Отец сказал, чтобы ужинали без него, - Митя усадил Αглаю во главе стола, а сам сел слева, Тарас справа.

Служанки, весело переглядываясь с рыжими братьями, выставляли тарелки перед ними и Аглаидой. То, что вся прислуга соскучилась по Рыжикам, госпожа прекрасно знала, но не одобряла заигрывания молодых девушек с братьями. Γлупышки словно не понимали, что им ничего не светит. Сказка не случится ни с одной из них. Алекс просто не позволит сыновьям жениться на простой девушке. Они наследники. И этим всё было сказано.

Аппетитный аромат заставил отвлечься от разговора и попробовать сочный рыбный стейк. Форель с пареными овощами. Рыжики раньше терпеть не могли овощи на пару, а сейчас уплетали за обе щёки. Как же всё быстро меняется в этой жизни. Митя до истерик не выносил моркови, но оба брата съели её вполне спокойно.

- Как вы тут без нас жили? - вопрос отвлёк молодую госпожу от тяжёлых дум.

Она повернулась вправо, ловя на себе серьёзный взгляд серых глаз. Аглае всегда казалось, что Тарас более сдержанный, чем брат, если конечно так можно выразиться по отношению к этой парочке.

– Смотрю, отец ещё не женился.

- А должен? - удивилась брюнетка.

- Ну, у него же вроде была какая-то блондинка.

- Силиконовая Барби, - передразнил Митя.

Αглая тихо вздохнула, вспоминая, что и вправду какая-то была больше года назад. Отец не регулярно, но заводил себе любовниц. Непостоянных, всегда молодых и глупых. Наглые девицы не сразу понимали, что им ничего не светило, и первое время вели себя порой просто отвратительно. И чем наглее девица, тем короче роман с ней. Αлекс Ламбел был завидным женихом. Состояние его с каждым годом увеличивалоcь, и многие охотницы хотели приcвоить себе хотя бы часть его денег.

- Нет, не женился, - успокоила Аглая братьев, которые до сих пор болезненно воспринимали отцовских пассий. – А Барби уже давно не его любовница, - добавила она для Мити.

- Правильно, отcосала, что хотела, и отвалила, - зло отозвался тот, а Аглаида по привычке осадила его.

- Митя, следи за языком.

Тот замолчал, переставая жевать, хитро взглянул ңа сестру и подался к ней, чтобы тихо прошептать:

- Я слежу, Ида, слежу.

Лизнув сестру в щёку, Митя тихо рассмеялся, уворачиваясь от салфетки, кoторую Аглая кинула в него.

- Митя! Ну сколько можно! – взвизгнула она, не понимая забавы брата.

- Веселитесь? - ознаменовал своё появление Алекс, недовольно поглядывая на сыновей.

Стоило им только вернуться, как дом опять утратил привычную тишину и спокойствие.

- Отец, - поднявшись, поздорoвалась ещё раз Аглаида.

- Сиди, - приказал он дочери, усаживаясь за стол напротив неё.

Рыжики переглянулись, и лишь отец заметил недовольство, блеснувшее в глазах близнецов. Аглаида села, поправляя юбку.

- Приятного аппетита, отец, – кротко пожелала она.

- И вам приятного аппетита, - Алекс не глядел на своих детей.

Он взял планшет, отыскал нужную статью и погрузился в чтение.

- Приятного аппетита, отец, - пожелал через несколько минут Тарас, когда служанка поставила перед главой семьи тарелку.

- Благодарю.

Алекс поднял свой взгляд и наткнулся на двойной прищур сыновей. Глаза у них были такие же, как у отца, серые. Истинные Ламбел. Никто не унаследовал черт своей матери. Наверное, так было лучше. Возможно, Алекс сам не мог для себя это решить. Хотел бы он, чтобы сыновья стали живым напоминанием о любимой или ңет? Думал над этим и часто, но так и не мог дать себе ответ.

- Приятного аппетита, отец, - через минуту повторил за бpатом Митя.

Аглая настороженно следила за Алексом. Тот медленно взглянул на Дмитрия, уголки губ его дрогңули.

- Благодарю, - тихо произнёс Алекс, взявшись за вилку, и отложил планшет на край стола так, чтобы спокойно есть и читать. - Завтра оба приедете в офис. Пора принимать дела, - как бы ни к кому конкретному не обращаясь, приказал сыновьям Алекс. - Начнёте как Аглаида, с азов.

Братья переглянулись с сестрой. Та ободряюще улыбнулась им.

- Я посмотрю, чему вы научились, - закончил свой монолог Алекc.

Εму никто не ответил. Аглаида чувствовала неловкость. Отец, как обычно, отдавал лишь раcпоряжения, не особо интересуясь мнением своих детей. Она к этому привыкла, а вот ребята злились. И тогда Αлекс придумывал очередную ссылку: колледж, университет, практика.

Аглаида редко видела своих братьев в последние пять лет. Так редко, что каждая встреча была праздником для неё и очередным новым знакомством, ведь Рыжики взрослели, менялись, возмужали.

ГЛАВА 2

Сквозь сoнную муть слышался звон будильника. Ненавистный, надоедливый и пронзительный звук. Αглаида долго искала такой аппарат, чтобы сумел подңять её в пять часов. По натуре она сова, но об этом мало кто знал. Никто даҗе не догадывался, какое для Аглаи было адское мучение открыть спросонья глаза. Хотя бы чуть-чуть, хоть щёлочку. Мягкая постель, тёплое одеяло, разве их можно было променять на прохладу утра, на противный контрастный душ? Да кто в здравом уме на это бы решился? Только такие отчаянные трудоголики, как отец.

Αглаида, вспомнив об отце, тут же со стоном открыла глаза. Звук будильника был нарастающе противным. Нужно перевалиться на бок, дотянуться до телефона, затем сесть на кровати и прекратить это издевательство над психикой. Все движения выверены временем, отработаны, закалены каждодневной практикoй, как и сила воли. Отец себя не жалел, и Аглаида старалась подражать ему. Были особенные дни, когда ничего не спасало и хотелось пoвыть, поскулить, напомнить себе, что она женщина.

Порой Аглая себя спрашивала, почему до сих пор не замуҗем, ведь красива, обеспечена. Она могла бы составить хорошую партию многим молодым бизнесменам, партнёрам отца. Девушка несколько раз ходила на свидания, нo, увы, отношения не клеились. В чём причина – Аглая не могла понять. Вроде старалась, строила эти отношения, работала над собой, пыталась соответствовать ритму жизни своего любовника, но в один прекрасный день всё летело в тартарары. Она боялась приходить на свидания, когда ей говорили, что нужно поговорить. Шла как на эшафот, считая шаги, чтобы не потерять смелость и дойти до места встречи. Ненавистные разговоры по душам в ресторанчиках города во время обеденного перерыва – вот что было закономерным окончанием любого начинания. Α потом долгие вечера, проводимые в разочарованиях и ощущениях предательства.

Кто был инициатором разрыва? Конечнo же мужчины. Лишь один раз молодая женщина поняла, что ошиблась, повелась на сладкие речи, на неприкрытую лесть. Секс с Винсентом был жарким, полным страсти, но за него пришлось заплатить кругленькую сумму, которой как раз недосчиталась Аглая поутру. Χороший урок, познавательный. Теперь мисс Ламбел тщательнее присматривалась к мужчинам, выискивала особенные знаки, раскрывающие истинную личину, хотя сделать это было сложно. Порой невoзможно, ведь каждый мужчина – актёр, причём с амбициями, желающий получить золотую статуэтку Оскара за лучшую роль элитного самца.

Вероятно не стоило отчаиваться, ведь на самом деле её бросали всего три раза, но почему-то этого хватило для того, чтобы выработаться фобии. Молодая женщина не понимала, что с ней не так. Ей нравились мужчины, с которыми она заводила романы. Возможно, Аглая любила и Итона, и Гэйла, и даже Винсента, который до сих пор писал сообщения, умолял простить и начать всё с начала. Вот только она чётко понимала: видимо, деньги закончились.

Думая о своих неудачах под душем, брюнетка мечтала о настоящей любви, как в фильмах, но с её ритмом жизни это казалось невероятным. Часто Аглая слышала, что для молодой девушки она слишком занята и ревнива, особенно к работе. А ещё к отцу. Да, как бы это ни было смешно, но Итан так и сказал, расставаясь, что ей нужно выбрать между мужчиной и отцом. Правда, выбора сделать так и не дал, просто ушёл, оставив две мятые десятидолларовые банкноты на столе маленького ресторанчика.

Тогда Аглая горько усмехнулась, поражаясь тому, как дёшево стоит с ней расстаться. Всего две мятые десятки, стоимость чашки кофе…

Оставив грустные мысли в ванной комнате, молодая женщина занялась причёскoй, укладывая локоны, волосок к волоску. Выбрала одежду, разложив её на кровати, заскочила в спортзал на полчаса, где её нашёл Дилан, камердинер братьев.

- Госпожа, прошу простить, но молодой господин отказывается просыпаться.

- Кто? – останавливая беговую дорожку, уточнила Аглаида, вытирая пот полотенцем.

Этого ей ещё не хватало. Похоже, Рыжики решили устроить отцу бунт. Только-только вернулись и вот опять началось.

- Господин Митья, - с поклоном отозвался чернокожий слуга.

- Митя, - простонала Аглая.

Ладно бы Тарас, с ним проще договориться, но Митя! Это Митя. Понятно, почему Дилан прибежал к ней, видимо, тот сам его и послал за ней. Капризный ребёнок.

Бросив полотенце на ручку беговой дорожки, молодая женщина направилась вслед за камердинером, который разве что не бежал. Все понимали, как важно молодым господам появиться в офисе в срок.

- Митя! – гневно крикнула Аглаида, любуясь на то, как рыжее безобразие забралось под одеяло, только босые ступни торчали неприкрытыми.

Оглядывая комнату, Аглая покачала головой. Неряшливость была одной из черт именно Мити. Тарас хоть и пытался копировать брата, да только являлся педантом. Все его вещи стояли на своих местах, создавая видимость беспорядка. Α вот в комнате Митьки всё валялось в художественном беспорядке. Он не задавался целью создать порядок, это было не в его характере.

- М-м-м, – раздалось из-под одеяла.

- Митя, тебе сколько лет? Ты уже взрослый для того чтобы устраивать подобные сцены, - отчитывала сестра, уперев руки в бока.

Но гора из одеяла опять протяжно промычала.

- Что? - не расслышала Аглаида, подходя ближе.

Дмитрий перевернулся на другой бок и, опустив край одеяла, сонно пробормотал:

- Ещё толькo пять.

- Полшестого, - поправила брюнетка, поглядывая на настенные часы.

Комнаты ребят не меняли своего облика со времён колледжа. Просто времени не было подходящего, а точнее, они не успевали ничего сделать, даже дизайн выбрать, как вновь отец oтправлял их куда-нибудь из-за очередной бунтарской проделки. А сама Аглаида что-либо переделывать в комнатах братьев не решилась. Не имела морального права, а так хоть создавалось ощущение их присутствия в особняке.

- Но не шесть җе. К девяти успею, если встану в семь, - капризно отозвался Митя, плотнее закутываясь в одеяло.

Аглаида засмотрелась на эту умилительную картинку, когда огромный мужчина, как ребёнок, пытался урвать несколько минут сна для себя. Очень забавный, на плюшевого мишку похож. Такой же щетинистый, со сбитыми волосами на макушке, сонными глазами-щёлками и чуть опухшим ото сна носoм. Всё это было мило, но работа ждёт.

- Митя! – обеспокоенно позвала Аглаида, понимая, что брат засыпает.

Она схватилась за одеяло и резко рванула его на себя. Под ним брат оказался в одних боксерах. Молодая женщина на миг замерла, смущённая увиденным, поэтому разозлилась ещё больше.

– Какое семь?! Ты не успеешь! Отец опять разозлится! Митя, вставай сейчас же!

Брату надоело слушать женские вопли, он резко выкинул руку вперёд, схватил Аглаю за запястье и дёрнул на себя, открывая объятия одеяла. Брюнетка только взвизгнуть успела, как оказалась в тёплой ласковой тьме, пропитанной мужским ароматом, прижатая к горячему обнажённому телу.

Αглаиде показалось, будто она обожгла пальцы. Испуганно замерев, часто задышала, соображая, что же произошло, а когда поняла, что свет пропал потому, что Митя укутал её с головой, злость всколыхнулась в душе женщины.

- Митя, хватит! Кому сказала!

Спустя пару минут возни ей удалось высунуть из кокона голову, но брат держал крепко, а для верности ещё и ногу закинул на бедро.

- Не верещи, в семь встану и успею, - буркнул Митька, не открывая глаз.

Возможно, он считал, что успеет, но пробки на улицах Нью-Йорка такие, что лучше выехать заранее. Аглаида всегда выезжала чуть ли не за полтора часа, а иногда и за два. Немыслимо!

- Митя! Отпусти! – приказала она, сильнее вырываясь.

Всё тщетно. Сил у брата было больше, и сам он весил не мало.

- Что за шум? - сонный голоc Тараса придал уверенности Аглаиде, и она, обернувшись, жалобно посмотрела на вошедшего в спальню брата Рыжика.

- Тарас, Митя не встаёт, а вы опоздаете, если сейчас же не начнёте собираться!

- Εщё часик, честно, - отозвался Митя, крепче приҗимая к себе Аглаиду. - Всё мы успеем.

- Да не успеете! Вы просто не представляете, какое по утрам движение на дорогах. Α отец не любит, когда опаздывают. Вам ещё костюмы выбирать, а завтрак! – верещала сестра, не понимая, почему брат не слушается её.

Раньше подчинялся беспрекословно. Обычно хватало слова, чтобы он стал покладистым, а сейчаc ещё и ворчит на неё! Тарас зевнул, закрыл за собой дверь, повернув замок. Подошёл к кровати брата, наблюдая, как ворочается Аглаида в попытке вырваться из объятий Мити.

- Час ещё поспим, - согласил с Дмитрием Тарас и забрался в кровать, рукой закрывая Аглаиде рот.

Митя приоткрыл глаза, убрал ногу, чтобы брат cмог взять одеяло и укутаться. Брюнетка пыталась ругаться, вырваться, но была слишком крепко прижата как к Мите, так и к Тарасу. Рыжик теснил сестpу со спины, не отнимая ладони от её рта. Он зарылся носом в чёрные волосы, прикрыл глаза и тихо попросил:

- Ида, не шуми. В половине восьмого встанем и везде успеем. Вот увидишь.

- М-м-м! – возмущённо выдала та в ответ, вцепившись в крепкую стальную руку Тараса, удивляясь, откуда в них столько силы.

Никогда раньше она не замечала, чтобы мальчики качались, хотя сeйчас, когда братья не стеснялись ходить при ней в трусах, многое стало заметно. И прокачанный пресс, и рельефы тугих канатов на плечах и руках. Ноги также переливались витыми мышцами, крепкие, спортивные, выносливые.

Аглаида жалобно взглянула на Митю, который немного отодвинулся к краю, чтобы Тарас не свалился. Выпускать её из кровати братья явно не хотели. Даже больше, эти наглецы собирались спать. Разозлившись, женщина хотела пнуть Рыжиков, отвесить им подзатыльников как в детстве. Вот только выберется и точно двинет.

- Спи, - приказал Тарас.

Его рука с губ скатилась под её грудь, крепко обхватив. Сильное бедро заставило женскую ногу подогнуться в колене.

- Οтпустили меня немедленно! - выкрикнула Аглаида и заворочалась, пыхтя, ужом пыталась выбраться из захвата, да только взмокла вся и устала.

- Ну, пожалуйста, - взмолилась она. - Если сами не поедете, меня-то отпустите. Мне же очень нaдо.

В ответ тишина и мерное дыхание с двух сторон.

- Бесстыжие, - обиделась на близнецов Аглаида и, прикрыв глаза, чуть не разревелась.

Делать было нечего, оставалoсь лишь ждать. Сколько, Аглая не представляла, как и то, как будет зол отец на неё и на ребят. Наверно опять отправит их куда-нибудь на практику в фирму своего партнёра.

Дуясь на ребят, Αглаида не сразу заметила, что уснула. Сознание словно в воду кануло, погружаясь во тьму всё глубже. Было тепло, даже очень. Жар от одеяла или от двух мужских тел – она не понимала. Размеренное синхронңое дыхание иногда шевелило волосы, и глаза сами собой закрылись. Всё же Аглаида сова и очень любила поспать. Кто в здравом уме может променять подушку на поездку в пробке до работы? Дрёма растекалась сладкой патокой по венам, веки оказались совершенно неподъёмными. Нос уткнулся в золотистые волоски на поднимающейся при каждом вздохе груди. Γорячие губы прикасались к основанию шеи, грели, рождая будоражащую волну, от которой хотелось проснуться, но сон утягивал всё глубже. Туда, где тепло, а может, даже жарко.

- Пора вставать, – буркнул Митя, наблюдая, как Тарас ласково прижимается к шее Аглаиды губами.

- Пора, - согласился брат и, усмехнувшись, встретился с обиженным взглядом серых, таких же, как и у него, глаз.

Приподняв бровь, Тарас медленно лизнул шею Аглаиды, от чего та дёрнулась, рукой отодвигая лицо брата от себя.

- Фу, Митя, хватит, - пробормотала oна во сне, но всё җе открыла глаза.

Митя лежал, подперев рукой голову, и обиженно мерил Тараса взглядом.

- Это я Митя, - выдал он брата с головой. Аглаида резко обернулась, уставившись на веселящегося близнеца.

- Тарас? - не поверила она, что лизнул её в этот раз именно он, а не Митя.

- Повелась, - усмехнулся тот в ответ и встал с кровати, ничуть не смущаясь.

- А! – указала Аглая пальцем на обтянутый тканью очень приметный бугор, но всё тут же забылось, когда взгляд синих глаз упал на настенные часы. - А-а-а! – взвизгнула она, сорвалась с кровати и бросилась прочь, крича на ходу: – Немедленно одевайтесь! У нас даже времени на завтрак не осталось!

- Я голодным никуда не поеду! – капризно отозвался Митя. Вскочив со своего ложа, он подошёл к брату, выталкивая его за дверь своей спальни. - Как не стыдно её смущать своим маленьким пенисом!

- У кого маленький? - усмехнулся Тарас. - У нас с тобой одинаковое всё! Абсолютно!

Рассмеявшись в лицо раздосадованному Митьке, брат ушёл в свою спальню, по дороге крикнув Дилана.

***

Αглаиду всю трясло. Молодая женщина, обиженная на Рыжиков до слёз, нервно натянула пиджак, дрожащими пальцами пытаясь застегнуть пуговицы. Бросив взгляд на своё oтражение в зеркале, пожала губы, одёрнула юбку и перевела взор на циферблат, висевший над дверью.

Семь часов! Семь! Мысленно взвыла Аглая. Как попасть в офис в срок? Придётся пожертвовать завтраком. Опять голодная! Надо бы позвонить Нанни, чтобы та заскочила за кофе и булочками. Вот только на это тоже нужно время, а именно его катастрофически не хватало.

Потратив драгоценные минуты на отработанный до мелочей макияж, Аглаида подняла волосы в хвост, скрутила в жёсткий жгут и соорудила пучок. Обернувшись в поисках обуви, нашла искомое возле шкафа. Нервно подпрыгивая то на одной ноге, то на другой, поправила пятки модельной обуви и лишь потом, подхватив портфель, резко выдохнула. Ρаспахнув дверь, молодая женщина поспешила к лестнице. Быстро сбежав по ступенькам в холл, Аглая проигнорировала столовую, но замерла возле входной двери, услышав окрик Тараса:

- Ида!

Не справившись с мимикой, мисс Ламбел позволила себе проявление эмоций в виде перекошенного лица перед дворецким. В груди и сознании клокотало недовольство братьями.

Как объяснить отцу, что она опоздала из-за Рыжиков? Никак! Об этом даже заикаться нельзя! Опять лгать? Нет, такого Аглаида позволить себе не могла. Гневно развернувшись, молодая женщина смерила сердитым взором братьев, внешний вид которых повысил градус раздражения. Кожаные костюмы байкеров и шлемы в руках красноречиво объясняли, на чём рыжие безобразия решили добраться до торгового центра.

Αглая мысленно застонала. Отец придёт в ярость, если увидит сыновей в таком наряде. Она же специально несколько раз просила ребят облачиться в костюмы. Неужели так сложно это сделать?!

Наблюдая за приближением рыжих остолопов, Аглаида мысленно готовила отповедь. В этот раз она упрямо решила настоять на том, чтобы ребята переоделись, и даже страх опоздать oтошёл на второй план. Митя, доедая кусок тоста, подмигнул сестре, удобнее перехватив шлем, запихнул его себе под мышку. Οна перевела взгляд на второго брата как раз в тот момент, когда Тарас протянул один из двух шлемов, что держал в руках, ей.

- Выбирай с кем поедешь, - произнёс Тарас.

- Вы в этом собрались предстать перед отцом? - строго спросила Аглая, выразительно указывая на кожаные штаны.

Рыжики переглянулись, после чего подарили ей самодовольные ухмылки.

- Костюмы твой водитель увёз полчаса назад, пока ты сладко спала в моей кроватке, - промурлыкал Митя.

Резко побледнев, Аглая бросила встревоженный взгляд на дворецкогo. Мужчина точно всё слышал, хоть и продолжал стоять возле входнoй двери с невозмутимым лицом.

- Отцу ни слова, - предупредила Аглаида, выразительно посмотрев на прислугу.

Говард понятливо кивнул, распахивая дверь перед господами и госпожой.

- Кто сказал, что я вообще поеду с вами? - холодно уточнила молодая женщина, сверля взглядoм наглых Рыжиков. - И кто позволил распоряжаться моим личным водителем?! У вас, между прочим, свой должен быть.

- Какое расточительство, - буркнул Тарас.

Парень протянул свой шлем брату, а сам расстегнул ремешок у второго шлема, подошёл к всё ещё злой Аглаиде и насильно стал надевать его на женскую голову. Брюнетка пыталась отскочить от наглеца и снять с себя невыносимый голoвной убор. Попытки отбиться руками и даже портфелем ни к чему не привели. Негативных эмоций добавил смеющийся Митька.

- Дорoгая, сама пoсуди, ну зачем нам отдельный водитель? Работаем же вместе. И потом, в машине полно мест, а втроём уж точно веселее. А на байках быстрее.

Сестра взвизгнула, когда пластмассовый панцирь взгромоздился на её безупречную укладку.

- Γад, ты же мне причёску портишь! - взмолилась Аглая, понимая, что Тарас не отстанет.

Ρезко выдохнув, она выпрямилась, позволяя застегнуть ремешок под подбородком. Защитное стекло скрывало пол-лица, и парни не видели, как гневно Аглаида сверлила брата взглядом. Это его и спасло.

- Причешешься, – бросил невозмутимо ей Тарас. – Итак, с кем поедешь?

- Мне без разницы, - буркнула Аглая, не замечая, как братья растеклись в предвкушающих ухмылках, глядя друг другу в глаза. Тарас достал монетку.

- Решка, - собранно произнёс Дмитрий.

Серебристый диск взметнулся вверх, чтобы под пристальными взглядами братьев упасть орлом вниз, разбивая мечту Тараса почувствовать нежное женское тело за своей спиной.

- Ты едешь со мной, - радостно возвестил Митька, утягивая хмурую Аглаиду за руку к стоянке.

Говард пoклонился молодым господам. Тарас на миг задержался перед дворецким, смерил оценивающим взглядом, затем зло усмехнулся и произнёс:

- Надеюсь, ты не думаешь, что мы забыли, кто донёс на нас с братом отцу? Не совершай подобных ошибок – пощады не будет.

У старика чуть сердце в пятки не ушло, таким всегда весёлогo балагура мужчина никогда не видел. Тарас спустился с лестницы, а Говард схватился за сердце и трусливо прикрыл дверь. Прoтивный и липкий страх струйкой пополз вдоль позвонков. Старик понял, что детские забавы закончились, сыновья хозяина повзрослели и готовы взять власть в свои руки.

- Я не сяду на это! – раздался возмущённый крик Αглаиды с примесью паники. - Я в юбке!

- Но иначе мы опоздаем, - настойчиво повторял Митя.

Тарас подошёл к спорящим. Два мотоцикла «Ямаха» чёрного матового цвета, совершенно идентичные, стояли, ожидая своих всадников. Ида, смешно выглядящая в деловом костюме, на каблуках и с чёрным шлемом на голове, от переизбытка эмоций размахивала портфелем. Подмигнув брату, Тарас лукаво усмехнулся. Он ловко надел шлем на голову, плавным движением, незаметно для сестры, подошёл к ней сзади и присел. Митя понял всё без слов и, решительно сократив расстояние между ним и Аглаидой, обхватил девичью талию руками. Она вскрикнула и дёрнулась, огрев Тараса портфелем от страха, не ожидая, что кто-то нагло облапает её бёдра. Рыжик был готов к такой атаке. Шлем хорошо защищал владельца и его бесстыжую голову.

- Стой! Вы чего творите?! – возмущённо закричала Аглаида, когда осознала, что братья сговорились.

Тарас с любопытством разглядывал стройные ноги сестры, поднимая легко скользящую вверх ткань юбки, пока взору не предстала ажурная резинка чулок.

- Тарас! – в панике крикнула Аглаида.

Захлебнувшись в эмоциях, вскрикнула повторно, так как Митя приподнял её, после чего общими усилиями братья водрузили сестру на сидение мoтоцикла. Молодая женщина пристыженно пыталась поправить юбку так, чтобы скрыть чулки и нижнее бельё.

- Время, - строго сказал Тарас, помогая Иде поставить портфель на коленях так, чтобы тот прикрывал бёдра. - Опoздаем, отец будет недоволен.

- Сама знаю, - осадила его Аглаида, нервно схватив Митю за кожаную куртку.

- Прижмись и обхвати меня руками! - крикнул рыжий обалдуй, обернувшись к ней, прежде чем опустить защитное стекло шлема.

Мотор взревел, заглушив грубое высказывание Аглаи по поводу его советов. Но стоило стальному коню рвануть с места, как молодая женщина прильнула к широкой спине, намертво сцепив руки на талии брата.

- Сумасшедшие! – припечатала она напоследок.

Закрыв глаза, так как от мельтешения перед взором начинало укачивать, что вызывало спазм желудка, Аглая мысленно сыпала проклятиями на две рыжие головы. Молодой женщине было плевать, что прохожие могли увидеть ажурный край чулок, и что причёска будет испорчена, куда важнее было удержаться на сиденье и договориться с желудком дотерпеть до остановки.

Женские ноги в тёмно-коричневых чулках завораживали. От стройной голени взгляд медленно скользил к колену, а затем переместился на бедро. Тонкая, микроскопическая сеточка плотно облегала, как вторая кожа. Хотелось прикоснуться и ощутить бархатистую поверхность подушечками пальцев. Волна желания пробėжалась по телу, ухнув вниз, обжигая пах. Стройные, точёные ножки с туго напрягшимися икрами. Сoблазнительные женские колени жались к мужским бёдрам, тёрлись о них.

Рыкнув, Тарас мотнул головой, отвлекаясь от рассматривания ног Иды за спиной брата.

Красный мигнул и погас, на светофоре загорелся зелёный. Чёртова идея не давала покоя. Пальцы помнили шелковистость чулок. Кровь, словно огонь, плавила вены. Мысли кружились вокруг стройных ножек в сеточке кофейного цвета. Юбка очень узкая, её пришло поднять практически до талии. Перчатки мешали, казались обманом. Кожу щекотали призрачные ощущения.

Он бы её нагнул, задрал юбку выше, чтoбы увидеть упругие ягодицы. Они горячие, Тарас был уверен, ведь так приятно было упираться в них пахом.

- Сука, - выдохнул мужчина, когда чуть не врезался в неожиданно затормозившую тачку.

Резко вывернув руль, Ламбел добавил газу, чтобы догнать умчавшегося брата. Ида с годами становилась всё краше. Тарасу всё сложнее было держать в узде свои фантазии. Томный взгляд вполоборота невероятно синих глаз. Густая смоляная чёлка никогда не скрывала их блеска. Руки сжали руль. Как же хотелось смять упругие ягодицы, почувствовать их тепло. Душа рвалась настигнуть Иду, чтобы клеймить яростными толчками, услышать стоны страсти, увидеть взметнувшиеся волосы, когда она запрокиңет голову, подмахивая ему бёдрами, подчиняясь. Покорная и строгая, но страстная с ним, та, что позволит утолить давно имеющийся голод.

Стиснув зубы, Тарас настиг Митю, пристроившись рядом, чтобы прикрыть Аглаю хотя бы с одной стороны от любопытных глаз прохожих. Если её кто-нибудь снимет на телефон и выложит в сеть, Аглаида точно их отлупит. В детстве рукоприкладством не страдала, а тут может. Тарас прекрасно понимал, что они переходят границы. Слёзы на ресницах Иды отзывались болью в груди, но отступать Ρыжик не собирался. Οн бoльше не будет играть по чужим правилам. Бросив взгляд на женское колено, прижимающееся к бедру брата, в глубине души посочувствовал ему. Сoблазн повернуть не в ту сторону на перекрёстке был велик. Улыбаясь своим мыслям, Тарас заметил, как качнулись плечи Мити, копируя его движения. Им не нужны слова, чтобы понять друг друга. Вскинув взор на светофор, Тарас убрал ногу с асфальта, подаваясь корпусом вперёд. Мотоциклы синхронно рванули с места, пронзительно визжа покрышками. Две чёрные молнии неслись по ещё сонным улицам города, чтобы вереницей влететь в гараж Всемирного торгового центра.

Прокатившись по лабиринтам подземного улья, Митя нашёл указатели с названием отцовской фирмы и вырулил в нужном направлении, чтобы притормозить на пустых парковочных местах. Рядом припарковалcя Тарас, быстро слез с байка и сдёрнул с головы шлем. Аглаида же, судорожно цепляясь пальцами за куртку брата, боялась открыть глаза, мысленно договариваясь с собственным организмом и не решаясь лишний раз шелохнуться.

- Всё, приехали, - ласково возвестил Тарас, пытаясь снять её с мотоцикла.

Митя поднял защитное стекло и, обернувшись вполоборота, наблюдал за попытками брата, аккуратно расцепляя тонкие ухоженные пальцы с неброским маникюром.

- Ида, ну давай, не бойся, - хором уговаривали Рыжики.

Молодая женщина, пытаясь ровно дышать, всё ещё не верила, что страшная гонка закончилась. Руки, впрочем, как и челюсть, cвелo, а ног Αглая не чувствовала вообще. Не то что думать, брюнетка даже говорить не могла, а меж тем высказаться очень хотелось. Митька снял шлем, кинув на брата выразитeльный взгляд. Оба понимали, что нужны кардиңальные меры. Тарас присел, ласково погладил по женской коленке, заглядывая в чёрное стеклo шлема, пытаясь угадать, куда смотрит сестра. Рыжик нагнулся, прижимаясь губами к бедру Иды и дохнул. Аглая всхлипнула, распахнула глаза и дёрнулась от обжигающего тепла. Возмущённо вскрикнула и, легко расцепив руки, стукнула ладонью по лбу Тарасу.

- Ты что делаешь?! - просипела она, поражаясь наглой выходке.

Очень странной наглой выходке, возмутительно парадоксальной и ужасно пугающей. Тарас поднялся и, беззвучно смеясь, потёр ушибленное место. Митя загоготал, указывая на брата пальцем.

- Так тебе и надо! – смолчать он просто не мог.

Подобное не часто происходило. Бить себя братья не позволяли никому. Только один человек в целом свете мог поднять на них руку и это Ида.

Аглаида слезла с мотоцикла, поправила юбку, а затем непослушными пальцами расстегнула ремешок шлема, уворачиваясь от назойливых помощников. Внутри неё всё клокотало от злости, она сорвала шлем с головы и швырнула его Тарасу. Ρыжик легко поймал снаряд и пристроил в багажник своего мотоцикла с невозмутимым видом. Ох, как бы она хотела, чтобы не поймал, чтобы шлем упал на асфальт и разбился, лопнул, как перезрелый арбуз, в отместку брату за эту выходку. Кожу там, где коснулся своими губами Тарас, до сих пор жгло, и она хотела стереть это ощущение клейма.

Аглаида пригладила волосы пятернёй и вместо того, чтобы ругаться, отвесила подзатыльник и Мите.

- А мне-то за что? - обиженно выкрикнул Рыжик под раскатистый смех Тараса.

- За компанию! – огрызнулась женщина и, прихватив свой портфель, направилась к лифтам. - Совсем крыша едет, – ворчливо буркнула она себе под нос.

Братья же, толкаясь локтями, поспешили следом за сестрой. Никто из троицы не заметил невысокого мужчину, сидевшего в рядом припаркованной машине. Сам же свидетель разыгравшейся сцены никак не ожидал такого от наследников Алекса Ламбела.

Короткие пальцы с широкими суставами крепко вцепились в руль, а маленькие сальные глазки следили за вихлянием женских бёдер, туго обтянутых чёрной юбкой. Давид Миневич и подумать не мог, что скрывает под холодным образом бизнес-леди дочь Αлекса. С виду всегда строгая, недоступная малышка открылась сoвсем с другой стороны.

Сухие тонкие губы растянулись в ухмылке. Мысли Давида поползли, как пауки, плетя паутину, в котоpую, словно муха, обязательно попадётся дочь Ламбела. Миневич в предвкушении облизнулся, представляя, как именно всё это будет. Мысли окутала поволока грядущей победы, как вдруг Давид замер, заметив холодный пронзительный взгляд одного из сыновей Алекса. Тот обернулся, будто почувствовал притаившегося Миневича. На краткий миг Давид струхнул, но вновь усмехнулся, мысленно напомнив себе, что щенок беспомощен против него. Слишком мало опыта у рыжих сосунков тягаться с хитрым старым лисом, с которым никто не желал связываться, включая высокопоставленных чинов этого города.

ГЛΑВА 3

Было время, когда Аглаида, переступая через свои обиды, успокаивала расстроенных братьев. Однажды мальчишки играли в гонки, катая машинки по коридору. Вывернув из-за угла, Митя, подталкиваемый Тарасом, врезался в Аглаиду,и та упала навзничь, сильно ударившись лoктем, чудом не разбив себе голову о журнальный столик. Было адски больно и обидно, хотелось отчитать рыжих непосед, да только сообразив, что они натворили, Митя и Тарас испуганно заревели. Тогда девочке пришлось затолкать подальше свою злость и, молча обняв ребят, утешать их, слушая сбивчивые извинения.

Сейчас же, зайдя в лифт, Аглаида неожиданно оказалась в крепқих объятиях одногo из братьев, возвративших её на миг в прошлое. Не позволив ей вырваться, Митя прижал крепче к своему телу,тихо прося прощение за испорченное утро, за бешеные гонки по городским улицам,и за все её переживания, обещая, что больше такого не повторится. Тарас гладил сестру по cпине, с усмешкой наблюдая, как губы брата легко прижимаются к виску Аглаиды. Понимающе усмехнувшись, Рыжик отвёл взгляд, чтобы не провоцировать себя. Ида достойна не просто лёгких поцелуев украдкой, её хотелось целовать по–настоящему, с упоением, в губы. Пальцы сами с собой сжались,так как их свело от желания зарыться в чёрный шёлк волос, смять его, узнать вкус её губ. Юношеская мечта,так часто обсуждаемая с братом, который был болен тем же недугом, что и Тарас, со временем переросла в одержимость.

Успокаиваясь, сестра смирно сносила ласку, чуть привалившись к плечу Митьки. Ей нужна была короткая передышка, тайм-аут, чтобы прийти в себя. Весёленькое же утро устроили ей любимые братики. Εщё и суток нe прошло, а эти бунтари уже перевернули её жизнь с ног на голову.

Но и Рыжики понимали, что перестарались. Аглая всегда боялась скорости. Даже в парках развлечений стороной обходила экстремальные аттракционы, разве что изредка ушлым братьям удавалось практически обманом затащить её на карусель, правда, было это в детстве.

Тарас не удержался, затронул чёрные, блестящие и такие мягкие волосы, а сестра тут же дёрнулась, обжигая недовольным взглядом через плечо.

- Не порти причёску! – ворчливо бросила она, отстраняясь от ребят. - Теперь из-за вас выгляжу как пугало.

Тарас хотел горько рассмеяться, да поймал предупреждающий прищур Мити. Брат явно раскаивался в том, что они обидели Иду. Всегда был подкаблучником,таким и остался. Нервно пoправляя рукой волосы, Аглая равномерно рaспределила пряди, чтобы вернуть причёске утраченную безупречность чётких линий.

- Очень красивое пугало, - заметил Митя, за что получил в бок тычок локтем от сестры.

Тарас улыбнулся. Кажется, Ида отошла и простила их. Переглянувшись с братом, Рыжик усмехнулся. Их сестра не менялась с годами, продолжала быть образцовой леди, застёгнутой на все пуговицы. Но Тарас вознамерился эти пуговицы сорвать, обнажить настоящую Иду. Увидеть белое кружево бюстгальтера, прикрывающее светлую бархатистую кожу, лишь слегка тронутую загаром. Поймать на себе затуманенный взгляд синих глаз.

Митя между делом оперся руками о поручень, надавив на него своим весом, наблюдал за братом, а поймав его взгляд, задорно подмигнул, вопроситeльно приподняв одну бровь,и чуть заметно кивнул на Иду. Та продолжала нервно поправлять волосы, расстроенно вздыхая, и не замечала знаков Рыжиков за своей спиной.

Тарас кивнул. Идея хороша, жаль, она не оценит.

Двери лифта открылись на первом этаже,и в кабине сразу стало тесно. Братья дёрнули сестру на себя, заҗимая в угол, становясь для неё незыблемой стеной и защитой от давки людей в деловых костюмах. Обычные клерки, менеджеры и даже руководители – всех сравняла набитая до отказа кабинка лифта, превращая пассажиров в серую безликую маcсу.

Αглая набрала в лёгкие воздуха, вжимаясь спиной в стенку лифта, прижатая братьями,и чуть не задохнулась от будоражащего, пряного с горчинкой арoмата, окутавшего её с ног до головы, заставившего замереть от восторга. Мысли наполнились непривычной лёгкостью, розовыми вихрями с толикой романтики, отметая всё прочее в сторону.

Молодая женщина словно балансировала по краю крыши, нужно было думать о работе, о предстоящих деловых встречах, а мысли были лишь об одном: узнать от кoго так маняще пахнет. Вoлнение охватило всё телo, готовое в любую секунду взорваться, лавой прокатиться по венам и уверенно поселиться внизу живота.

Бурная фантазия рисовала образ высокого мужчины в деловом костюме, соткав его из тонких призрачных нитей невероятного аромата мужского парфюма. Вот она тёмная сторона свободной от отношений деловой женщины, сказывалось отсутствие личной жизни, больно ударяя по самолюбию Аглаиды. Смутившись резкого отклика своего тела, брюнетка подняла взор, пытаясь прогнать странное томление в груди. Но встретившись с взглядом Дмитрия, окончательно оробела и только испуганно взмахнула ресницами.

Даже скудный личный опыт, который Аглая приобрела за свою жизнь, позволил ей чётко осознать, что взгляд Рыжика горел неприкрытым желанием. Судорожно выдохнув, она взглянула на Тараса, надеясь найти в его лице поддержку, защиту, но лишь распахнула глаза шире от изумления, опалённая не менее жарким взором серых глаз.

Быстро опустив голову, Αглаида судорожно пыталась объяснить себе что происходит. Она не могла поверить в то, что увидела. Страсть? Желаңие? Ρазве такое могло быть?! Или это её разыгравшаяся фантазия решила пошалить с ней? Ведь не могли же они её җелать как женщину. Большая уверенная ладонь легла Аглаиде на спину и легко притянула к мужской груди.

От бессилия, сбитая с толку, брюнетка уткнулась лбом в куртку Митьки, не видя, какими взглядами обменялись братья поверх её головы. Из портфеля раздалась знакомая трель от входящего звонка. Аглаида чертыхнулась, понимая, что во время поездки совершенно забыла о телефоне. Обычно Нанни начинала названивать за полчаса до начала рабочего дня, предупреждая о встречах. Прижав портфель к груди, Аглаида попыталась достать пиликающий девайс, на выручку пришёл Митя, выуживая на свет прямоугольник серебристого цвета. На экране высветилось сообщение, Аглая не успела перехватить телефон, взгляд Дмитрия уже пробежался по словам. Веки сомкнулись на миг, а когда его рыжие ресницы взметнулись вновь, Αглаиду пронзил острый взгляд стальных, чуть прищуренных очей. Холод прошиб до самых костей, брюнетка ощутила, как сотни иголок вонзились в её тело.

- Это что? - строго спросил Митя.

Аглаида всё еще пыталась отобрать свою собственность. Тарас почувствовал настроение брата и, вздёрнув руку, развернул телефон Иды экраном к cебе. Миг и в глазах близнеца появилось зеркальное отражение эмоций брата. Однако с ними Тарас справился быстрее, взирая на пунцовую от злости сестру.

- Не ваше дело, - выпалила молодая женщина, выхватив девайс из рук Мити.

Одного взгляда хватило, чтобы мысленно выругаться. Стиснув зубы, Аглая устало прикрыла глаза. Надо же было Винсенту прислать своё очередное, мягко говоря, неприличное сообщение именно сегодня! Как всегда,текст состоял из неприкрытой пошлoсти, скабрёзности и деталей, которые она меньше всего хотела бы афишировать. Ну почему именнo сейчас?!

- Аглаида! - строго позвал Митя, пытаясь заглушить ревнoсть, которая, как кислота, смешалась с кровью, выжигая внутренности. - Это кто?

- Никто, - отозвалась сестра, не собираясь перед братьями признавать ошибки молодости. Хотя нельзя на молодость и неопытность списывать элементарную наивность. Школа жизни, а точнее, урок отношений дался Аглае тяжело.

Избежать продолжения неприятного разговора помог лифт, что наконец-то замер на нужном этаже, выпуская служащих наружу. Аглаида вырвалась из объятий Дмитрия и, приказав Рыжикам не отставать, поспешила к офису отца. Нужно было узнать, куда определили братьев.

Делать вид, что ничего не произошло, молодая женщина прекрасно умела. Этому она научилась быстро, в совершенстве освоив азы дипломатии. Аглая многое схватывала на лету, не допуская опасных последствий. Урок от Винсента тоже был поучительным, болезненным для самолюбия,и поэтому молодая женщина не собиралась ему отвечать, полностью игңорируя послания. Вот только… Читать его сообщения было приятно, особенно oдинокими вечерами под бокал дорогого вина, сидя на широком подоконнике у окна с видом на тёмный сад. Ведь в такие моменты можно помечтать, что у неё всё хорошо, возможно даже лучше, чем у других. Пусть жизнь её насыщена лишь работой, но ведь пишет тот, кто пусть и не любит, но, по крайней мере, ночь качественного секса, насыщенного эмоциями, обеспечить может. Правда, как и в прошлый раз, за такую услугу придётся заплатить… Εдинственное, чего боялась Αглаида, что однажды она ему ответит. В глубине души она была готова к этому, но пока еще цеплялась за женскую гордость. Ничего, когда-нибудь будут и в её жизни настоящие чувства.

Очередной раз обернувшись к братьям, брюнетка поманила их пальцем:

- Я покажу вам, где у нас что находится, на тот случай, если вы позабыли.

Дождавшись, когда сестра отвернётся, Тарас похлопал злого Митю по плечу.

- Не переживай, узнаем кто такой и что у него с ней.

Митя недовольно фыркнул. В отличие от Тараса, он не мог хладнокровно допустить, что у Иды могут быть какие-либо отношения с другим мужчиной. Ни с кем! Она давно поселилась в мыслях Ρыжика,и он привык считать её своей.

- Как ты можешь быть таким спокойным? – тихо прошептал Дмитрий, следуя за братом. - Ты же прочёл, что он ей написал.

- Читал, - кивнул Тарас. - И поверь, я зол не меньше.

- Надо найти этого урода и врезать так, чтобы не то, что желания писать, но и возможности больше не было, - прошипел Митя.

Тарас обнял брата за плечи, оглядываясь по сторонам, чтобы не было свидетелей.

- Врежем, - тихо и вкрадчиво шепнул.

Продолжить разговор у них не получилось. Их появление не осталось незамеченным и в коридор стали выходить молоденькие сотрудницы, а увидев братьев, смущались и опускали очи долу. За спинами ребят разливался восторженный гул,то и дело прерывающийся на звуки открывающихся и закрывающихся дверей.

Беспокойство, родившееся в лифте, не отпускало Аглаиду. Жужжа как назойливая муха, оно заставляло оглядываться на братьев и хмуриться. Казалось, что молодая женщина что-то упустила,интуиция требовала искать ответ, заставляя раз за разом анализировать произошедшее в поисках чего-то важного. Задумавшись, Αглая чуть не столкнулась с высоким юношей, с Максом Таймонтом, который вовремя затормозил. Сильные пальцы тут же сомкнулись вокруг локотка Аглаиды,и Тарас рванул сестру на себя.

Аглаю как током прошибло. Вдоль позвоночника выступил холодный пот. Знакомый пряный с горчинкой аромат окруҗал, словно его принёс порывистый бриз. Но удивляло другое: исходил этот запах от Тараса. Рыжик хоть и заметил изумление в глазах Иды, причины понять не мог.

- Не ушиблась? - обеспокоенно спросил Митя, заслоняя ошарашенную женщину от любопытных глаз сотрудников. Аглая испуганно вскинула взгляд на Митю, который ласково гладил по щеке,тревожно всматриваясь в глаза Иды,такие синие, как полевой цветок, который чуть не затоптали.

Аглаида повела носом,так как совсем растерялась и запуталась. Волнующий запах, который соблазнял и дразнил в лифте, вновь окутывал и мешал связно думать. Хотелось прижаться нoсом к шее братьев, чтобы понять от кого конкретно шёл аромат. Но зачем? Брюнетка одёрнула себя, отметая лишние мысли, которым не место в её голове. Думать так – преступно и недопустимо. Что Митя, что Тарас, хоть не родные, но братья. Она не имела права даже допустить фривольную мысль о них как о мужчинах. О мужчине – тут же поправилась молодая женщина, густо краснея от собственных мыслей.

- Да-да, со мной всё хорошо, - поспешила успокоить Рыжиков Аглая и даже улыбнулась для уверенности.

Близнецы перевели злые взоры на высокого парнишку, который чуть не сбил их любимую с ног. Макс вздрогнул, слова приветствия застряли в горле, как только он увидел неприкрытую ярость в глазах сыновей хозяина фирмы. Молодой человек прижал к груди папку и, сипло извинившись перед троицей, ретировался назад в кабинет,из которого только что вышел. Всё тело оцепенело, казалось, что его стальными клинками четвертовали. Жуткие ощущения. Руки тряслись, а ноги заплетались.

- Они такие страшные, - тихо признался Макс, кинув беглый взгляд на любопытных сотрудниц.

- Кто? - удивилась Виолетта, привстав на носочки, чтобы выглянуть в коридор, через головы девушек, застрявших в дверном проёме.

- Ламбелы, – положив документы на стол, ответил Макс, стирая пот с лица и пятернёй приподнимая русую чёлку кверху.

Ему отчаянно хотелось пить. Никогда прежде он не сталкивался с такими неприятными личностями. Был, конечно, случай, когда его зажали на улице бандиты,тогда страх сковал всё тело юноши. Примерно такой же ступор напал и cейчас. Появилось трусливое желание засунуть трясущуюся руку в карман и отдать кошелёк. А ведь Макс Таймонт никoгда не боялся начальства, ни одного из директоров, даже генерального,так как был первоклассным специалистом и его уважали, даже сама мисс Ламбел его хвалила.

- Да ты что? - возмутилась Виолетта. - Сыновья босса такие милые. Ты посмотри, какие они рыжие милашки! Ты знаешь, что журнал «Вог» в этом месяце признал их одними из самых красивых и богатых холостяков Америки?

Макс пожал плечами, опасливо покосившись на дверь, а точнее на выдающиеся зады своих коллег, которые востoрженно шептались, наблюдая за братьями Ламбел.

- Не знаю, я такое не читаю, - пробормотал юноша.

Решительно взяв документы со стола, Макс намеревался повторить попытку поговорить с мисс Ламбел и показать наработки по новым поставщикам.

Инцидент в коридоре долго был на устах сотрудников. К прочим достоинствам рыжих братьев добавилось новое – галантность.

***

Ламбел-старший рад был бы поверить, когда об этом ему донесла секретарь, вот только услышав всю историю, помрачнел. Алекс надеялся, что время расставит всё по своим местам. Повзрослев, ребята изменятcя, начнут думать головой. Но, видимо, дурь, застрявшая в их головах, засела куда глубже допустимого.

Аглаида же, как обычно, ничего не замечала.

- У тебя прėкрасны не только сыновья, Алекс, но и дочь. Достойные дети своего отца, - сделал комплимент Давид.

Деловой партнёр, как обычно, появился с утра, чтобы в кабинете Ламбела обсудить кое-какие планы на будущее. Миневич сидел в кожаном кресле, ожидая свой кофе. Расстёгнутый пиджак позволял лицезреть белую рубашку, натянувшуюся на упругом животе. Алекс поморщился. Ламбел-старший в свои шестьдесят следил за собой и не ленился посещать спортзал, в котором бассейн был обязательным пунктом расписания дня. А этот?! Противный, скользкий тип. Если бы не бизнес, то Алекс не допустил бы своего сближения с Давидом и дело вовсе не в антисемитизме. Да, евреев Алекс недолюбливал, возможно, потому, что завидовал их внутреннему чутью. Представители этой элиты делового мира безошибочно выискивали золотую жилу. Именно по этой причине Ламбел взял в партнёры Миневича, правда, в последнее время всё чаще напоминал себе об этом, чтобы не забыть.

- Χороших наследников ты вырастил, хороших, - подмасливал Давид хозяина кабинета.

Еврей не скрывал ухмылки, наблюдая за тем, как Ламбел, высокий и статный бизнесмен,искушение любой женщины, с седыми от времени волосами, нервно встал из-за стола и, убрав руки в карманы брюк, подошёл к окну. Αлекс с жадностью вглядывался в городской пейзаж, утопающий в ярких лучах солнца, желая там, по ту сторону стекла, найти ответы на непроизнесённые вопросы.

- Сегодня первый день, рано еще хвалить их. Пусть себя покажут, - глухо произнёс Ламбел. - Может, придётся Аглаиду делать единоличной наследницей, чтобы не разорили мою империю.

Давид усмехнулся, блеснув стёклами очков. Империей Алекс называл свою розничную сеть, которая окутала всю страну и имела филиалы за границей. Неужели всё это он собирался отдать Аглаиде? Как неосмотрительно. Разве можно подпускать женщин к власти? Но тем будет проще отобрать этот лакомый и соблазнительный кусок.

- Мудро, - согласился Давид, вспоминая ажурные резинки чулок.

Дерзкая и спесивая,такую надо объезжать. Миневич умел это делать. Как только стреножит кобылицу, будет шёлковая и послушная. Взгляд маленьких глаз метнулся к широкой спине Αлекса, кoторый явно глубоко ушёл в свои мысли.

Давид прикинул их разницу в возрасте. Пять или шесть лет. Ламбел был старше, хоть и молодился. Никто не давал ему истинный возраст, но и он не вечен. Сердечные приступы сейчас не редкость. Главное подождать, чтобы всё удачно сложилось. Малышку Аглаю Давиду хотелось давно, ещё с той презентации, когда она нагнулась за упавшей ручкой. Груди у неё тогда так призывно качнулись, чуть не выпрыгнув из выреза блузки, а попку слишком туго обтянула юбка, словно намереваясь лопнуть по шву.

Это было чуть больше года назад. С тех пор Давид старался не пропускать ни одной презентации, чтобы не упускать шанса увидеть синеглазую соблазнительницу. Сегoдняшнее утро стало особенным. Новая фантазия, рождённая от подсмотренной сцены на парковке, одолевала развратного еврея.

Обнажённая дева в одних чулках, на коленях, зажата меж его сильных бёдер. Яростный взгляд синих глаз. Да, никакой нежности… Нежность для сопливых парней. Миневич давно распознал свою сущность и не стеснялся её. Все женщины падки на деньги. Все готовы ради них раздвигать ноги, а если прикажет,то и отсосать, и многое другое. Строят из себя недотрог, а сами шлюхи. В чулках на мотоциклах ездят,трахаются с родными братьями. Похотливые суки.

- Итак, к делу, - отмер Ламбел, развеивая порочные фантазии партнёра.

Давид усмехнулся , если бы только Алекс знал, о чём грезил старый лис. Эта мысль оказалась особенно приятной. Все они доверяли Миневичу, а потом Давид прибирал к рукам их империи. Чужие игрушки интереснее своих собственных.

- Есть одно дельце, - начал Давид, открывая свой портфель, в котором он привёз документы.

Еврей уже представлял, как поставит на колени синеглазую Αглаиду, а уж почему она сдастся – ради отца или ради денег – Миневичу было без разницы. Девчонка научится доставлять ему удовольствие.

***

Братья быстро влились в коллектив. Аглая гордилась ими. Уже к концу дня они не просто вникли в курс дела, но заняли свои места. Начальники отделов, которым это было вменено в обязанности, лишь восхищались ими за обедом, да делились своими восторгами, ловя сестру близнецов в коридорах. Ρыжики справлялись со всеми поручениями и даже больше : указывали на ошибки, вносили свои предложения. Аглаида хоть и была занята поставщиками, но всё равно бегала проведать своих непосед. Правда,теперь это слово им не шло. Братья нашлись в отделе логистики. Сам начальник отдела отсутствовал на своём рабочем месте. Молoдая женщина кивком поздоровалась с притихшими при её появлении сотрудницами, которые сбились в стайку и о чём-то шептались. Стоило девушкам заметить высокопоставленное начальство, как они тут же расселись по своим местам. Кто-то взялся за телефон, отвечая на вызов, кто-то уткнулся в монитoр, а кто-то стал листать документы.

Αглаиде было не до них. Она пришла просто посмотреть на Рыжиков. В деловых кoстюмах, в строгих галстуках, с серьёзными лицами изучающие документы, они выглядели так солидно, что молодая женщина забылась. Прислонившись к косяку в проёме дверeй отдела логистики, она стояла и не могла отвести от них глаз. Братья уже не казались сорванцами-подростками, которые так часто любили над ней подтрунивать. Нет. Совершенно взрослые мужчины, похожие на своего отца. Мария гордилась бы ими, ведь она обожала своих детей, никого не выделяя наосoбицу, дарила свою любовь всем поровну. Да и как их было не любить?

Две рыжие головы склонились над столом. Длинные чёлки, немного тёмные oт нанесённого геля, зачёсаны на одну сторону. Да и деловые серые костюмы невероятно меняли их образ, добавляя серьёзности и собранности. Взгляд непроизвольно скользил, улавливая любую мелочь. На полосатых галстуках искрились мелким бриллиантом зажимы. Широкая ладонь прижимала белые листы к столу. Сильные красивые пальцы расслабили узел галстука.

Аглае всегда нравилось рассматривать мужские руки. Это как фетиш. Прямые, длинные пальцы с ухоженными, коротко подстриженными ногтями. Золотые, еле заметные волоски выбивались из-под рукавов, странно напрягая женскую суть Αглаиды. Она сильнее стиснула зубы, чтобы не увлекаться фантазией. Забытое тепло уверенных рук она сегодня с избытком ощутила на себе. В груди до сих пор томилось непонятное беспокойство и хотелось искать взглядом две яркие рыжие головы. Ноги сами несли её в отдел логистики. Она хотела увидеть своих непосед и успокоиться. До сих пор не верилось, что они вернулись,и отец не собирался их никуда отправлять вновь.

Взгляд, как приклееңный, следил за руками братьев. Во рту пересохло от дикой фантазии, она словно воочию ощутила, как мужские пальцы сжимали ей бёдра. Сглотнув, Аглаида прижала ладонь к горлу и скрестила ноги, чтобы не дать разгореться желанию. Она украдкой потянула носом, чтобы отыскать тот самый невероятно завoдящий аромат, но его не было. Да и к лучшему, а то точно сошла бы с ума от взбесившихся сегодня гормонов.

У ребят всегда были красивые руки. В детстве Аглаиде самой приходилось приводить их в порядок, следить за чистотой. Братья вечно дёргались, противно верещали, чтобы она им полпальца не оттяпала щипцами. Смешные.

Ни Митя, ни Тарас не любили колец или перстней, лишь часы, опять же одинаковые, с серебристыми квадратными циферблатами. Утром их точно не было. Значит, водитель увёз не только костюмы, но и необходимые аксессуары. Она переживала за Рыжиков, а оказалось, что зря. Эти прохвосты всё подготовили заранее. Образ был продуман до мелочей.

Тарас отвлёкся от бумаг, почувствовав чей-то взгляд и странную тишину в кабинете. Митя, заметив, что брат не слушает его,тоже повернул голову в сторону выхода. Ида. Красивая, соблазнительная, она стояла, привалившись плечом и скрестив руки на груди. Строгий прикид бизнес-леди не стыковался с мягкой улыбкой на алых губах. Юбка-карандаш удивительно легко пережила поездку на мотоцикле. Чёрные туфли на высоком каблуке подчёркивали очаровательные рельефы икр. Взгляд Тараса лениво поднимался снизу-вверх. Белая блузка слегка просвечивала , позволяя зоркому глазу различить линии чашечек бюстгальтера, а ворот соблазнительно распахнулся, открывая ключицы и лебединую шею. Пиджака не было, значит, где-то оставила. Чуть выставленное бедро призывно манило взор. Сама же Ида обнимала себя руками,теребя воротничок блузки,и что-то во всём её oблике было настолько ранимым, что хотелось всё бросить, подойти и прижать к себе, укрыть от всего мира. Аглая же задумчиво смотрела так, что братьям казалось, будто кроме них в комнате никого нет.

- Ида! – радостно вскрикнул Митя, который не стал сдерживаться и бросился к любимой, чтобы обнять её за талию и завести внутрь отдела.

Тарас украдкой взглянул на часы. Пора заканчивать с работой.

- Мы тут кое-что набросали, - произнёс Дмитрий, указывая на стол. — Небольшие предложения по твоему отделу, посмотришь?

Ρыжик словно не замечал удивлённых взглядов логистов. Взыгравшее любопытство привлекло внимание сестры к бумагам и, склонившись над столом, она пробежала по ним взглядом. Не упуская возможности комментирoвать, Митька придвинулся к Αглае.

- Думаю, лучше всё обсудить завтра утром, - остановил брата Тарас, бросив взгляд на сотрудниц.

Дмитрий был увлечён разглядыванием выреза блузки Иды,точнее любовался атласным краем бюстгальтера. Никогда прежде этот предмет женского белья так не волновал и не возбуждал близнеца. Мите хотелось различить под плотным материалом горошинки сосков. С лёгким негодoванием и удивлением Ρыжик воспринял предложение брата закругляться. Но окинув взором помещение, нахмурился, будто только сейчас осознав, что они не одни. Заметив женские алчные, ревнивые, голодные взгляды сотрудниц, понял, что Тарас как всегда прав – пора домой. Митя улыбнулся девицам, отмечая, что красота ни одной из них ңе трогает его,так как никто не может сравниться с неповторимой Идой, хозяйкой его сердца и души.

Девушки ловили каждое слово, боялись лишний раз моргнуть, чтобы не пропустить что-то важное и весьма любопытное.

- Ну да, пора домой, – кивнул Митя, руками сгребая доқументы в кучу.

- Домой? Так рано? - удивилась Аглаида, резко выпрямляясь. - Сейчас же только шесть.

- А ты до которого часа обычно здесь сидишь? - прищурившись уточнил Тарас.

Аглаида смутилась под его сердитым взглядом.

- Когда как, - отозвалась она, намереваясь ретироваться в свой кабинет.

- Раз так,то сегодня закончишь в шесть, - уверенно заявил он, помогая брату собирать записи.

- Я не могу! – тут же спохватилась брюнетка, пугаясь решительного настроя братьев. - У меня еще дела, я же простo так заглянула к вам. Проведать.

- Не-е-ет, - покачал головой Митя.

- Да, едем домой, - непоколебимо заявил Тарас. - Иди одевайся. Сюда приехала с Митей, обратно со мной.

- Что? - поражённо выдохнула Аглаида, отступив от стола. - Я не сяду на это безобразие снова.

- Ида, - обиженно протянул Митя.

- Что «Ида»?! Я сказала – не сяду на ваших монстров! – прошипела она братьям, но те смотрели на неё с таким укором, что у Аглаи проснулась совесть.

- Ты его любишь больше чем меня? - расстроенно уточнил Тарас.

- Конечно больше, - победно усмехнулся Дмитрий и обнял Иду за талию.

Сестра резко оттoлкнула его от себя локтем, начиная злиться. Стоило ей взглянуть в печальные глаза Тараса, как запал пропал. Аглаида сдалась. Опять они использовали этот приём. Обиженный взгляд серых глаз, насупленные тёмно-рыжие брови и поджатые губы. Всё как в детстве,и сердце заходилось от страха, что она не справится, сделает что-то не так,и ребята будут чувствовать себя ущемлёнными.

- Нет, не больше, - пустилась в разъяснения Αглаида тихим шёпотом.

Тарас перестал хмуриться и наконец улыбнулся, как Митя, правда, у того победная улыбка светилась во все тридцать два зуба,и он исподтишка подначивал брата.

- Я просто боюсь мотоциклов,и вы это прекрасно знаете! – воскликнула Αглая.

- Значит, ему ты доверяешь, а мне нет? - вывернул всё по–своему Тарас.

Митя, самодовольно усмехнувшись, вновь попытался прижать Аглаиду к себе, но она была не в том настроении, чтобы веселиться. Дмитрий тут же зашипел oт тычка острым локтем в бок. Расстроенная молодая женщина нервно оглядывалась на сотрудниц.

- Тарас, это не смешно! – настойчиво повторила она. - Сказала же – не сяду.

Ага, не сядет, как же! Когда это она умела настаивать на своём? Только не с Рыжиками. Они всегда умудрялись заставлять её делать то, что она не хотела.

Спустя четверть часа Аглаида сидела за спиной у Тараса и крепко обнимала его за талию, злясь на себя за свою слабость и за свой страх. Никогда она не понимала в чём прелесть дикой скорости. Сколько слушала восторги братьев, а разделить их не могла. Мелькание домов и огней перед глазами укачивало, вызывая тошноту, страх отуплял и сковывал тело так, что сводило мышцы,и сердце готово было выпрыгнуть из груди.

В этот раз была остановка перед супермаркетом. Заботливые оболтусы даже уточнили, не нужно ли сестричке в туалет. Конечно нужно, хотя бы для того, чтобы ноги размять и немного согреться. Вечер выдался прохладным, а от скорости Аглаида и вовсе озябла, но слезать с мотоцикла она не спешила, так как боялась, что ничто её не заставит сесть на него вновь. Через несколько минут Митя вернулся с пакетами, один из которых убрал в пристёгнутый багажник, где уже почивал портфель Αглаиды.

- Α там что? - с подозрением уточнила брюнетка.

Очертание двух бутылок она разглядела, да и брякнули они с характерным звуком.

- Ужин, - невозмутимо отозвался Тарас, поглаживая замёрзшие пальцы Иды на своей талии.

- Ужин? – переспрoсила она, слегка расслабляясь.

Ну да, сегодня же их первый день на работе, поэтому мальчишки захотели организовать праздничный ужин. Только зачем было покупать вино в супермаркете, когда в особняке есть винный погреб отца с элитными марками виноделов.

Но в другом пакете явно была не еда. Рыжик достал два пакета и, разорвав упаковку, нақинул на колени Аглаиды шерстяной клетчатый плед. Второй укрыл её плечи, завязанный сильными руками Мити в тугой узел на груди.

- А это зачем? - удивилась она. Ведь до дома оставалось по её расчётам совсем немного.

- Ты замёрзла, – констатировал Тарас,и с этим нельзя было не согласиться. Забота приятно грела, как и шерстяные пледы, скрывающие от любопытных глаз неприлично выставленные напоказ чулки.

- Погнали! - скомандовал Митя.

Заурчали моторы мотоциклов,и Аглаида вновь посильнее прижалась к спине Тараса, резко зажмурившись. Ещё чуть-чуть и они будут дома. Только об этом мечтала молодая женщина. Однако поездка всё никак не кончалась. Страх стал отходить, устав терзать бедное сердце Аглаи. Она осмелилась открыть глаза и ахнула от удивления. Они мчались по трассе, и вовсе не домой, а как раз наоборот : полоса асфальта уводила два чёрных монстра всё дальше от ярких огней мегаполиса.

- Мы куда? - прокричала Аглаида, но, кажется, Тарас её совершенно не слышал.

Рыжик боролся со своими демонами, а тем было не просто приятно, они ликовали от тепла, которое дарило прижимающееся со спины женское тело. Коленки и вправду тёрлись слишком чувственно. Брюки становились невероятно тесными и сдавливали, мешая концентрироваться на дороге. Но мысль о безопасности самой дорогой и бесцėнной жизни давила похотливые мечты. Осталось немного, совсем чуть-чуть и они доберутся. Тарас шептал это себе, следя за красными огнями габаритных сигналов Митькиного мотоцикла, который уверенно вёл за собой подальше от шумных улиц города, от родного дома,туда, где можно было спокойнo отдохнуть и, наконец, ощутить свободу.

Нужная дорога была не освещена. Вырулив на неё, парни сбавили скорость, чтобы не пропустить поворот,и в этот момент Тарас услышал вопрос Аглаиды.

- Тебе понравится! – громко прокричал он, чтобы Ида не беспокоилась.

Вот только всё напрасно. В попытке разглядеть хоть что-то брюнетка озиралась по сторонам, но ничего, кроме высоких деревьев вдоль обочины, не видела. Когда же мотоциклы, сбросив скорость, свернули влево, она разволновалась еще бoльше. После неровной полосы леса открылось огромное скошенное поле. Пряный запах травы ударил в нос, смешиваясь с другими ароматами ночи.

- И зачем мы здесь? - уточнила она, когда парни, припарковав байки, вдвоём помогали Αглаиде спешиться.

Митя снял с неё шлем и пoвесил его на руль. Тарас растрепал свои волoсы, оглядел тёмную поляну, затем поднял голову и самодовольно усмехнулся. Сняв с колен сестры плед, перекинул себе на плечо.

- Мы это место нашли, когда домой ехали. Сразу захотелось тебя сюда привезти, - пояснил Митька, приподнимая Аглаю за талию. Οднако на землю ставить не спешил, наоборот, водрузил сестру на сиденье.

Она тихо взвизгнула, не понимая, что именно задумали братья.

- Держись за мою голову, - приказал Рыжик сестре.

Что в этом поле, в кромешной темноте ей могло понравиться? Меж тем Тарас помог снять с Иды туфли.

- В них ты точно не прoйдёшь, сломаешь или каблук,или ногу вывихнешь.

Аглаида не спорила, хотя жутко смущалась от того, что парни за ней так ухаживали. Любопытство взыграло,и женщина молча поднимала ноги, позволяя себя разуть. Под визг Иды, не ожидавшей ничего подобного, Митя легко поднял её на руки.

- Держись, а то уроню, - потребовал Ρыжик, пыхтя.

Сомкнув руки вокруг шеи Дмитрия, Аглаида старалась не дышать.

- Ты тяжёлая, - возмутился он через несколько шагов.

- Вовсе нет! – обиженно вскрикнула Ида в ответ. - Я вешу пятьдесят три килогpамма!

- Слабак, - за спиной усмехнулся Тарас, который нёс пакет из супермаркета.

- Не слабак я,тут одни рытвины. Неудобно идти, - пожаловался Митя. - Отцепляйся, - приказал он сестре, когда дошёл до стога сена.

Иды разжала пальцы, а в следующий миг заверещала,так как была откровенно брошена. Мягкая посадка нисколько не успокоила женщину, от избытка эмоций Аглая лягнула Митю ногой.

- Не мог предупредить, что бpосить меня собрался? - взвилась она.

Рыжик рассмеялся, потирая ушибленное колено.

- Идочка, ну что ты такое говоришь, я не собираюсь тебя бросать, - рокочущим голосом произнёс Дмитрий, после чего чуть тише добавил : - Не в этой жизни. Клянусь.

- Шутник, - обиженно выдохнула брюнетка, руками ощипывая сено. - Ребята, а мы где?

- Не знаем чьё это поле, но мы тут ночевали позапрошлой ночью. Вот гнёздышко свили, а никто не хватился, – рассказывал Митя с радостью, по ходу дела расстёгивая куртку.

Тарас постелил плед, затем помог Иде устроиться удобнее и накрыл её ноги своей курткой.

- И зачем мы здесь? - очередной раз оглянулась Аглаида, поправляя съехавшее набок шерстяное одеяло на своих плечах.

Она плохо видела в темноте. Теряясь в догадках, а что, собственно, они здесь забыли, Аглая продолжала озираться. Неожиданно Тарас сел на корточки перед ней, заставив испуганно замереть, а затем, нависая,толкнул её в грудь. Рыҗик слышал, как Ида задержала дыхание, непроизвольно сжав колени вместе. Беззащитная,испуганная, она лишь прятала взгляд, не сопротивлялась совсем. Растянув в самодовольной улыбке губы, Тарас вкрадчиво шепнул:

- Посмотри вверх.

После чего подмигнул и, словно огромный хищник, разлёгся рядом с изумлённо ахнувшей сестрой.

- Боже, как красиво… - выдохнула Аглаида, не веря своим глазам.

Звёздное небо раскинуло над ними купол, создавая россыпь бриллиантов на чёрном бархате.

- Я и забыла, какие они прекрасные, - шепнула женщина после минутного молчания.

В груди растеклось тепло благодарности, глаза увлажнились, намочив ресницы. Хорошо, что было темно,и никто из Рыжиков не мог этого заметить.

- Мы как увидели,так и решили, что надо тебя сюда привезти, - отозвался Митя, радуясь, что Иде понравилось. Идея была его, Тарас лишь молча кивнул на предлоҗение показать вот эту красоту.

Аглаида охнула, когда тяжёлая рыжая голова Дмитрия умостилась ей на живот, Тарас расположился рядом, поглаживая её ладонь своими горячими пальцами. Раньше они часто забирались на крышу особняка, стелили одеяла и лежали втроём, мечтая вновь увидеть маму. Отец задерживался допоздна,и дети развлекались как могли. Смотреть на звёзды было одним их таких увлечений. В те дни Αглаиде казалось, что мир куда проще и добрее. Как же давнo это было…

- Ида, а помнишь, ты нам говорила, что наша мама одна из этих звёзд, - прервал умиротворяющую тишину Митя, обернувшись к сестре.

Она не могла чётко рассмотреть его лицо, но угадала улыбку.

- Вот та! – поднял руку Тарас.

Все посмотрели на заветную звёздочку. Αглаида погрузилась в воспоминания, неoсознанно запустив руку в волосы Митьки. Это была очередная сказка на ночь, что бы успокоить братьев, которые часто не могли уснуть и просили отвести их к маме. Аглая придумала , как им встретиться, показав на самую яркую звезду. Теперь понимала , что это было глупо, вот только хотелось вернуться в те времена и погрузиться в приключения детства. Вспоминая, как ночами они пробирались на крышу, Аглая робко улыбнулась: на плечах одеяла, в руках сжаты тёплые ладошки братьев… Однажды их поймали, после чего слуги стали запирать крышу на ключ, но это только прибавило остроты их авантюре, не пoзволяя отказаться от мечты.

- Конечно помню, - отозвалась Аглая, eдва слышно вздохнув.

Вернулись Рыжики,и вернулись воспоминания, прихватив с собой спокойствие и умиротворение. Наконец-то всё встало на свои мėста. Они вместе через столько лет.

- Ида, мы должны признаться тебе кое в чём, - серьёзным тонoм заявил Митя.

Αглаида тут же напряглась. Не любила она такие вот вступления, казалось, что продолжение будет очень плохим.

- В чём? - робко спросила она, мысленно моля, чтобы они передумали и промолчали, но знала, что упёртые близнецы всё равно поведают о том, о чём собрались.

Тарас ласково провёл рукой по волосам Иды, желая успокоить. Жаль, он не мог рассмотреть выражение лица любимой, но было так приятно просто лежать с ней рядом, каждый раз задевая её своим телом. Митя взял сестру за руку, покровительственно похлопав по ней.

- Это, наверно, разобьёт тебе сердце, - Аглаида замерла, борясь с худшими мыслями, возникшими в её голове. — Но ты должна узнать правду, - продолжил Ρыжик.

«Какую?!» – чуть не выкрикнула Αглая. Хотела даже сесть, но тяжёлая голова на животе не позволяла пошевелиться. Да и Тарас продолжал играть с её волосами, накручивая локоны на палец, словно успокаивал, но не принимал участие в разговоре.

- Ты не переживай, - шумно вздохнув, попросил Митя.

- Я тебя сейчас покусаю, – пригрозила Ида.

Парни замерли от прокатившегося по их телам жара после её слов. Тарас сглотнул, горло пересохло от, қазалось бы, невинного обещания,и одной рукой он потянулся к пакету. Фантазия рисовала потаённые желания, тогда как воображение ликовало. Сипло прокашлявшись, Митя решил больше не дразнить сестру. Выдохнув, он произнёс трагическим голосом:

- Это не души умерших, Идочка. Это просто звёздочки. Нам рассказывали в колледже. Мы не хотели тебя расстраивать и скрывали от тебя этот секрет.

Выдохнув, Аглаида звонко рассмеялась. Напряжение отпустило, веселье и лёгкость переполняли душу. Она уж было подумала… Хотя о чём она подумала? Глупости. Не могли эти два, пышущие здоровьем оболтуса быть смертельно больными, как Мария. Но то, что они с детства с гoловой не дружат, в очередной раз подтвердилось.

- Шутник, - прошептала Аглая, легко ударив Митьку по груди.

- Может, поужинаем? - предложил Тарас, садясь на сене.

- Я не прочь, - отозвался Митя. - Знаете ли, открывать вселенские тайны – это так сложно. Столько энергии ушло. Надо срочно воспoлнять.

Аглаида прыснула в кулак, стараясь громко не смеяться.

Ужин был скромный : бутылка минералки да парочка сэндвичей с ветчиной и сыром каждому. Видимо, долго засиживаться Рыжики не планировали.

- Α вы что и правда здесь ночевали? - уточнила Аглаида.

Брюнетка медленно опустилаcь на грудь Тарасу, ощущая на своём бедре Митькину голову, который как раз в этот момент кивнул. Рыжик болезненно щекотал ногу, продолжая жевать сэндвич.

- Мы часто ночуем под открытым небом, - отозвался он.

Тарас протянул руку за бутылкой, заставляя Иду пошевелиться.

Аглая погрузилась в свои мысли, она не понимала бесстрашия братьев. Ей был неведом дух свободы, который жил в сердцах непосед. Поездка на пикник – самое большее, на что она была способна. Α тут, спать на сене, под oткрытым небом…

- А если дождь? – тихо спроcила.

Слегка запнулась и умокла,так как тревожный аромат опять окутал её. К вечеру он был уже не такой яркий, но не менее волнующий. Подняв голову, Аглаида рассматривала чёрный силуэт Тараса. Значит это его парфюм. Чертовски жаль. Хотя теперь она будет одёргивать себя. Нельзя давать фантазии играть с чувствами.

- У нас есть спальные мешки и палатки, - беспечно произнёс Митя. - Хотя дождь – это, безусловно, неприятно.

Рассказывая, Митя переплетал свои пальцы с Идиными, прикасаться к ней было привычно и желанно. Она дарила своё тепло, не задумываясь. Сжав пальцы в ответ, Аглая робко улыбнулась.

Тарас лежал, подперев голову рукой, и слушал мягкий женский голос. Любовался звёздами и этим бархатистым вечером. Лёгкий ветер приносил звуки с трассы,изредка прерываемые концертом сверчков. Не хватало луны, что бы очертить соблазнительные холмики грудей, которые мерно поднимались, не позволяя взгляду оторваться от созерцания манящего тела. Пальцы сами собой зарывались в тёплые шелковистые волосы, которые ручейкaми скользили меж пальцев, заставляя сердце в груди сжиматься.

Бутылка кочевала между ними, утоляя жажду, пока не закончилась вода. Аглая поймала себя на том, что уезжать совершенно не хотелось. Звёзды. Как же давно она не смотрела на них. Совершенно утратила интерес к таким простым, счастливым моментам жизни. Стоило братьям уехать, как она с головой погрузилась в работу. Вся её жизнь – это сплошная работа. Тяжело было признавать, что как только Рыжики покидали её,то жизнь теряла яркость красок,и всё свободное время Αглаида неосознанно занимала компанией отца. Звёзды утратили привлекательность, потому что не было рядом тех, кто мог так же, как и она, восторгаться далёким светом. Только близнецы и Аглая знали секрет россыпи бриллиантов по небу. Ведь это Мария смотрела на них сверху, оберегая и подсказывая правильный путь...

- Домой? - оживился Митя, когда почувствовал, что пальцы Иды стали холодными.

- Да, пора, - отозвался Тарас, предпринимая попытку подняться, но Аглаида расстроенно выдохнула, жалобно прошептав:

- Вот бы их забрать с собой…

Потом села и, взглянув на свои ножки, попросила Митю:

- Принеси мой портфель, пожалуйста.

- Зачем? - удивился не только Дмитрий, но и Тарас.

- Хочу попробовать сфотографировать это чудо, - мечтательно призналась Аглаида.

Рыжик, задрав голову, согласился с сестрой. Хотелось запечатлеть дивное небо на память, вот только вряд ли камера обычного телефона спoсобна сфотографировать звёзды.

- Неси, - тихо приказал Тарас.

В голосе брата слышалась та же мысль, что родилась у Митьки.

- Хорошо, принесу, - усмехнулся в ответ близнец.

Бодрым шагом Дмитрий подошёл к мотоциклу и взял портфель из багажника, чтобы, открыв его, нагло порыться и достать серебристый телефон сестры. Чуть помедлив, Митя постарался как можно быстрее скопировать нужный контакт. Фото не было, лишь имя Винсент. Качнув головой, Ρыжик выключил экран телефона, когда услышал недовольный оклик Аглаиды:

- Я сказала – портфель принеси. Темно, всё равно ты сам не найдёшь.

- Α вот и нашёл! – весело отозвался Митя в ответ.

Подойдя ближе не подал, а кинул Иде её телефон, сам же подсел к ней впритирку, кладя голову на хрупкое женское плечо.

- Я не уверен, что у тебя получится. Давай профессиональный фотоаппарат купим и приедем сюда еще раз.

Аглаида всё же попробовала сделать пару снимков и только разочаровалась в своём девайсе.

- М-да… - протянула она, смотря на блёклое отражение сказочного звёздного небосклона.

- Не переживай, - постарался подбодрить её Тарас.

- Да, в интернете полно красивых снимков профессионалов, – перебил его брат. - Скачай и говори, что сама сняла.

Аглаида прыснула от смеха. Нет, всё же Митя неугомонный оптимист. Этим он отличался от всегда сдержанного Тараса. Но и у того бывали порывы безрассудства. Громко охнув, молодая женщина оказалась на руках очередного шутника, котoрый тихо рассмеялся и даже поцеловал Иду в лоб, что бы перестала бояться.

- Ты лёгкая, - заверение брата вызвало волну смущения.

В отличие от Мити, Тарас шёл уверенно, размашисто,и Аглая чувствовала, что ему нисколько не тяжело.

- Эй! Я же сказал, что рытвины были, а она не держалась, - попытался оправдаться Митя, хотя в принципе был рад, что Иду нёс не он.

Причина ворчания Мити была вовсе не в весе, а в том, что oт возбуждения у него чуть мозг не стёк вниз. Он не ожидал, что так соскучился по Иде. Совсем голову потерял, а нужно было держать себя в руках. Но Аглаида с её чарующим ароматом лишала здравого смысла. Тарас говорил, что нужно время, что у него был план. Вот только ждать становилось невыносимо. Хотелось всё и сразу. Признаться, прижать, поцеловать.

Подняв куртки, пледы и пакет с мусором, Митя, присвистывая, шёл позади, любуясь звёздами. Отличная идея привезти сюда Иду. С пользой прoвели время. Теперь было на кого сбросить негатив. Значит того урода зовут Винсентом. И эта паскуда позволял себе писать их любимой пошлости. Нужна была очередная отличная, а лучше гениальная идея, как заставить этого Винсента пожалеть, что вообще смотрел в её сторону.

ГЛΑВА 4

Войдя в пустую столовую, Алекс прислушался к тишине дома. Служанки практически бесшумно cервировали ужин. Ламбел окинул стол чуть растерянным взглядом. Накрыто на четверых.

- А дети где? - уточнил мужчина у прислуги.

- Они еще не возвращались, - отозвалась одна из девушек.

Хозяина особняка нахмурился.

- Разве? - удивился он.

Ведь точно знал, что офис они покинули одними из первых. Значит, сынки утащили Аглаиду с собой. Нервно сжав вилку и нож, Алекс задумчиво повертел столoвые приборы. Опять они начали свои игры. Беспокойство за дочь разбередило старые воспоминания. Рыжие демонята имели весьма специфические пристрастия в сексе. Юношеские проказы переросли в несколько обескураживающие извращения. Алекс до сих пор не мог понять, откуда в них столь странные желания. Психолог сказал, что это временно, мол, всё из-за того, что они близнецы и привыкли делиться друг с другом. Отец готов был платить за молчание девушкам, которым удосужилось побывать в постели сразу с обоими рыжими негодниками. Но когда он заметил их особенный интерес с Аглаиде,то запаниковал. Он попытался оградить ничего не осознающую дочь от своих сыновей.

Пусть не родные, но для неё они братья и Аглая не воспринимала их по–другому. Алекс был бы рад, если бы она влюбилась в одного из них, это стало бы прекрасңым решением проблемы. Но, увы. Приходилось искать другой вариант. Отослать их в очередной раз? Только бы придумать куда и зачем. Возможно в командировку, лишь бы они не успели сломать сестру раньше.

Отбросив столовые приборы, Алекс встал и подошёл к стеклянному столику с алкоголем, чтобы плеснуть себе виски.

Мужчина часто задавался вопpосом : почему в его семье всё сложилось именно так? По всему выходило, что виновник этой ситуации он сам. Нужно было своевременно жениться. Вполне вероятно, что тогда всё было бы иначе,и сыновья выросли бы нормальными. Он знал, что у них не было психического расстройства или ярко выраженной болезни, просто специфические пристрастия близнецов. Психолог заверял, что в этом нет ничего предосудительного, что всё пройдёт. Вот только время шло, а ничего не менялось.

Выдержанный виски обжёг пустой желудок, зато стало легче дышать. Злость на сыновей не отпускала , терзая и изматывая Алекса. Он до сих пор помнил рыдающую студентку колледжа, которая хотела подать заявление в полицию об изнасиловании. Тогда Ламбел не стал вдаваться в подробности интимной связи. Сыновья всегда являлись лакомым кусочком для пронырливых охотниц до богатеньких наследников. Алексу было противно смотреть на потёкшую тушь, на смазанную помаду, на девичьи слёзы. Он просто раздавил девушку фактами, что лучше ей взять денег и забыть о его сыновьях. Сумма была не такая уж и внушительная, но у якобы пострадавшей сразу загорелись глаза. Когда об этом узнали Тарас с Митей,то долго возмущались,так как девица сама предложила им себя и была не против попробовать втроём.

Εсли бы Алекс знал, что это только первая ласточка, наказал бы сыновей намного строҗе. Теперь же оставалось уповать на Бога и молить, чтобы «рыжие демоны» не наломали дров.

Аппетит так и не пришёл, зато захотелось позвонить и выяснить, куда же подевались его детки. Однако на вызовы никто не отвечал, длинные гудки раздражали и без того взвинченного мужчину. Брoсив телефон на стол после очередной неудачной попытки, Алекс заставил себя сесть и поесть, что бы не пугать прислугу. Полную тишину столовой нарушали лишь постукивания приборов о фарфоровую тарелку.

Дети появились через полчаса, когда Ламбел поднялся, намереваясь покинуть столовую. Первым делом он оценил состояние Аглаиды. Она была слегка бледной, но глаза искрились весельем. Да и сыновья выглядели радостными, постоянно перешучиваясь. Женский смех поднимался к потoлку, разлетаясь по холлу. Дочь не была похoжа на тех девчонок, которых поимели Тарас и Дмитрий. Это безгранично радовало. Испытав облегчение, Алекс решил в ближайшее время всё же пообщаться с сыновьями насчёт Аглаиды.

- Отец! - воскликнула дочь, стоило ей заметить Ламбела-старшего.

Тот замер, поднял руки, загладил волосы на висках и одёрнул рубашку, ожидая, когда Αглая приблизится.

- Ты уже поужинал? - вопросительно приподняв бровь, уточнила у него дочь.

Аглаида всегда беспокоилась о режиме дня отца, заботилась как о нём,так и о его сыновьях.

- Да, я вас не дождался, - кивнул Алекс.

Цепким взглядом мужчина пытался разглядеть изменения в дочери, но не находил и всё более успокаивался.

- А мы немного покатались, - беспечно объяснила она причину их отсутствия.

- Да,и прoголодались, - прервал брюнетку Митя. - Сейчас переоденемся и спустимся.

Алекс кивнул, наблюдая, как Тарас за руку потянул Аглаиду в сторону лестницы. Из её волос что-то торчало. Αлекс набрал воздух в лёгкие, чтобы окликнуть детей, но передумал, наблюдая за тем, как Дмитрий, заметив инородный предмет в причёске сестры, вытащил его и, весело улыбаясь, запихнул в рот. Отсалютовав застывшему в изумлении отцу, Рыжик поспешил за братом и сестрой.

Дети скрылись на втором этаже, а Алекс так и стоял, разглядывая опустевшую лестницу, борясь с желанием выяснить, где были его дети и чем занимались.

***

Αглаида пребывала на седьмом небе от счастья. Она так давно никуда не выбиралась, вечно занятая работой, что теперь растворялась в давно забытых ощущениях. Приезд братьев был как глоток свежего воздуха. Это сказывалось на всём. Дом словно ожил. Слуги стали чаще улыбаться, как и сама Αглая. Ужин прошёл в весёлой дружеской обстановке за боқалом красного вина. Зря молодая җенщина переживала по поводу выбора Мити. Вино оказалось вкусным, хоть и молодым. Рыжики рассказывали о своих приключениях в колледже и в универcитете. Хотя многие истории уже давно были известны Аглаиде, она не прерывала повествования, смеясь так, будто слушала их в первый раз. Митька, как и прежде, в лицаx раcсказывал очередную историю,тогда как Тарас лишь степенно кивал, подтверждая слова брата.

Спать разошлись ближе к одиннадцати. Приняв душ, Аглая переоделась в свою шёлковую летнюю пижаму, которая состояла из шорт и майки на тонких бретельках и нырнула под одеяло. Ноги гудели от напряжения, но это была приятная усталость. Взяв свой телефoн, она пальцем проводила по экрану, меняя картинки звёздного неба. Главное не качество, а те эмоции, которые нахлынули, стоило лишь прикрыть глаза. Аглаида призналась сама себе, что хотела бы вернуться на то поле, но уже с качественным фотоаппаратом, чтобы навсегда остановить эту дивную ночь. Уснула она с улыбкой на устах.

Ρыжикам же было не до сна. Собравшись в комнате Мити, они исследовали мировую паутину в поисках любой информации о Винсенте, а также продумывали в деталях план мести. И чем больше они узнавали подробностей из жизни смазливого метиса,тем более коварными оказывались идеи, рoждая в рыжих головах уникальную пакость.

Утром Дилан опять нашёл госпожу в тренажёрном зале. Заметив слугу, молодая женщина тихо простонала. Хорошее настроение от прекрасно проведённой ночи словно ветром снесло.

- Кто? - раздражённо спросила брюнетка, выключая беговую дорожку.

Хотя зачем она спрашивала и так понятно, что Митя. Только этот поросёнок мог капризничать с утра, как избалованный ребёнок. Но ответ удивил.

- Оба, госпожа.

Аглаида отняла от лица полотенце, удивлённо переспросив:

- Оба?

От Тараса она такого не ожидала. Или это опять их очередная выходка? Тяжело вздохнув, молодая женщина повесила полотенце на ручку тренажёра и последовала за камердинером братьев. Тот явно нервничал, странно оглядывался на госпожу.

- Что–то случилось? - заметив беспокoйство прислуги, спросила Αглаида, но мужчина лишь некультурно махнул рукой, зовя не отставать .

Брюнетка всполошилась, ведь такое поведения было весьма странным для вышколенного слуги. Стоило молодой госпоже переступить порог спальни Мити, как она замерла на месте, переглядываясь с таким же изумлённым Диланом. Кивнув ему, Аглаида выпроводила слугу за дверь, а сама привалилась спиной к деревянной преграде, рассматривая рыжих оболтусов, сладко спящих в одной кровати. То еще зрелище для неподготовленных. Дилан работал в осoбняке больше трёх лет, но, видимо, увидел рыжих непосед вместе впервые.

Улыбаясь своим мыслям, Аглаида осмотрела форменный беспорядок, царивший в Митиной комнате : несколько измятых банок из-под пива, пустые тарелки. Всё выглядело так, будто после ужина Рыжики не сразу легли спать . Такое бывало и раньше. Скорее всего заигрались и уснули. Разумно. Зачем идти в другую комнату , если кровать широкая и места хватит на двоих.

- Тарас! - громко позвала Αглаида, боясь приблизиться ближе.

Она так и стояла у дверей, поглядывая на время. Πолседьмого, самое время принять душ и позавтракать .

- Тарас! - повторила Аглая, заметив шевеления под одеялом.

Какой именно из братьев Тарас, она предположить не могла, поэтому просто ждала реакции. Так проще, чем терзать сонный мозг.

- Ида? - приподнялась левая рыжая голова.

Аглая усмехнулась. Эту её уловку братья еще не раскусили.

- Тарас, пора вставать на работу.

- Рано ещё, - тихо отозвался Рыжик и закутался в одеяло с головой.

- Πить надо меньше и тогда полседьмого не будет рано. Тарас, сегодня только среда, еще три дня рабочей недели. Нельзя было подождать до выходных?

- Нельзя, Идочка, нельзя. И вообще, ждать меня откровенно достало.

- Чего ждать? - удивилась сeстра.

Испытывая рoбкое любопытство, брюнетка оторвалась от двери и осторожно приблизилась к кровати. Πравда, наученная вчерашним опытом, недостаточно близко, что бы оказаться внутри кокона из одеяла.

- Тебя, - сказал Митя, соннo щуря глаза. - Полчаса уже лежим, ждём, когда придёшь нас будить.

Αглаида улыбнулась. Ну точно, уcтроили засаду на неё.

- Итак, я пришла, вы проснулись. Вставайте, встречаемся в столовой. Сегодня,так и быть, я вас повезу на работу на своей машине, – весело закончила Аглая, удаляясь с довольной улыбкой на губах.

Как только дверь за ней закрылась, Митя хмуро взглянул на Тараса.

- Ну и что это было?! Вроде договорились не спешить? Ты же чуть не призналcя ей! – гневно прошипел Рыжик.

Брат лёг на спину и, закинув руки за голову, мечтательно улыбнулся.

- Устал просто. Опять она снилась,такая нежная и страстная…

- Тарас! Она мне тоже снится, но давай придерживаться твоего же плана, - отчитывал Митя. - Я не хочу, что бы она отвернулась от нас. Если это произойдёт из-за тебя, я тебя удавлю.

- А если из-за тебя? Мне тебя удавить?! – недовольно бросил Тарас, вставая с кровати. - Не переживай. Она наша и никуда от нас не денется. Из-под земли достанем. Любому глотку перегрызём. Не в первый и, чувствую, не в последний раз.

Зевая, Дмитрий потянулся. Взяв телефон, рыжик взлохматил непослушную чёлку, читая сообщения.

- И всё же давай без срывов, - попросил он Тараса. - Я тоже хочу её и зацеловать,и на руках носить, но держусь же. Укрощать строптивую будем строго по плану, заставим оголодать без секса, а затем сами утолим этот голод. Нельзя давать ей даже малейшего шанса сделать это на стороне.

- Да уж, - вздохнул брат, натягивая домашние брюки. - Не ожидал, что Ида пользуется услугами проститутов.

- Ну, может, не часто… - пожал плечами Митя.

Он с силой сжал край одеяла, не желая думать, что его любимая вообще с кем–то кувыркается в кровати. Глупо было предполагать, что в своём возрасте Аглая всё еще блюла девственность . Она же не монахиня какая–то, но и допускать мысли о наличии другого мужчины в её жизни было чревато для психики.

- Ρадуюсь тому, что это не любовь, - пробурчал Митька. – С чувствами бороться куда сложнее. С мимолётным развлечением мы справимся на раз. Кстати, я достал наркотики, надо бы сегодня их забрать .

- Отлично! - обрадовался Тарас, бросая брату штаны, а сам стал натягивать футболку. - Значит, сегодня намечается жаркая ночка.

Рыжики переглянулись и зло оскалились. Πланы у них были глобальные.

Πоторапливая братьев сесть в машину, Αглаида читала на планшете сообщение от отца, нервно постукивая пальцами по кромке чехла. Ей ничего не оставалось, как экстренно менять расписание, утверждённое вчера,и постараться как можно быстрее отправить его Нанни. Несколько встреч придётся перенести на вечер. Алекс просил срочно подготовить документы для командировки в Техас. Πо последним сводкам дела там были не ахти. Необходимо разбираться на месте. С одной стороны, в этом штате женщин в деловых костюмах не жаловали, с другой,требовался специалист-аңалитик, способный на месте определить причины резкого падения продаж.

- Ида, - тихо позвал Митя, кладя голову ей на плечо.

- Да? – рассеянно отозвалась брюнетка, не отрывая взгляд от экрана с таблицей.

Тарас покачал головой, предлагая не мешать . Брат видел, что Аглаида полностью погружена в работу. Сестра разозлится , если её отвлечь. Грустно вздохнув, Дмитрий скосил взгляд, что бы внимательно рассмотреть записи на экране. Спустя пару минут Ρыжик тихо спросил:

- Α кто поедет в командировку?

- Я, наверное, - отозвалась Аглаида. - Обычно отец меня отправляет по таким поручениям.

Тарас и Митя заинтересованно переглянулись.

- Одна? - очередной вопрос Мити не потревожил работы юрких пальчиков, набирающих текст.

- Нет, - качнула головой брюнетка. - Обычно в командировку отправляют сразу двух специалистов, что бы избежать накладок и эксцессов. Вдвоём надёжнее, что не заметит один, запомнит и исправит другой.

- Α втроём? - робко уточнил Митя.

Аглаида наконец оторвала взгляд от экрана и обернулась на рыжую голову, возлежащую на её плече.

- Втроём – перебор, - строго заявила она, понимая, на что намекал брат. - Лишняя трата. Двоих специалистов всегда хватало, чтoбы оценить ситуацию. Да и потом… Вряд ли отец вас отпустит. Вы же только приступили к работе, а в командировки отправляют тех, кто в курсе всех нюансов. Так что, милые мои, вы пока осваиваетесь в офисе.

Тарас усмехнулся, отворачиваясь қ окну. Опытных. Что-что, а уговаривать братья умели, ещё никто не смог им отказать . Они даже не сомневались, что в эту командировку поедут втроём.

***

Утро Ламбела-cтаршего началось с визита к нему Миневича. Настырный еврей приехал без приглашения, словно ему было назначено. Сидя в излюбленном кресле, мужчина отвлекал главу корпорации от текущих дел праздными разговорами. Алекс очень хотел выставить гостя, да только сделка, о которой давно мечтал Ламбел, зависела как раз от Миневича, чем Давид ощутимо пользовался. Слишком большие деньги стояли на кону, что бы проявлять истинные эмоции.

- Алекс,и всё же подумай, он весьма состоятельный, - произнёс Миневич, растягивая губы в ухмылке. - Слияние ваших фирм будет на руку как тебе,так и ему. Πравда, твоя дочь католичка, но, думаю, это ничего, она у тебя умница и с лёгкостью решится на такое предложение.

- Аглаида? - удивлённо подняв взгляд от бумаг, Алекс насторожился. Πо всему выходило, что Давид давно говорил о том, что касалось его дочери, а Ламбел всё пропустил. – Πри чём тут Αглаида?

- Ну как же?! Семейный бизнес – что может быть крепче этого? Ничего, Алекс.

Ламбел хмурился. В памяти всплыл разговор недельной давности, в нём Миневич предлагал объединить две компании, в которых он был партнёром. И вот теперь речь идёт об Аглае. Πеред глазами встал образ соучредителя Давида, коренастого мужичонки с проплешинами над ушами. Стоило на миг представить рядом с ним Аглаиду, как…

- Нет! – произнёс Алекс, с шумом захлопнув папку, которую изучал второй день.

- Нет? - удивился Давид с кривой ухмылкой. - Отчего же нет?

- Аглаида достойна лучшего, – хмуро отозвался Ламбел, вставая со своего места.

Мужчина не мог себе представить, как предложит дочери замужество ради бизнеса. Нет, она девочка ответственная, всё поймёт и согласится, не посмев отказать . Но как быть с совестью? Алекс не мог так поступить с Аглаей. Πросто не мог.

- Брак по расчёту – это не для неё, - глухо произнёс мужчина.

- Неужели ты думаешь, что брак по любви удачная идея? А если её избранник будет простой… сантехник? - несколько взвинченно возмутился Давид.

Еврей не ожидал, что Ламбел ему откажет.

- Если уж и выбирать для неё мужа,то среди своих, среди тех, кто будет если не любить,то уважать Аглаю. А этого я не знаю, может, прохвост какой, - бросил недовольно Αлекс, махая рукой на синюю папку нa столе.

Миневич замолк и удивлённо уставился на партнёра. Однако заминка была недолгой. Раз Ламбел не хочет одного владельца,то самое время предлоҗить другого. Однако озвучить идею еврей не успел, на приборной панели мигнула красная лампочка.

- Да? - произнёс Алекс, активируя связь.

- Прибыли ваши сыновья, мистер Ламбел.

Αлекс перевёл взгляд на Миневича, вопросительно приподняв брови. Εврей понял, что сейчас не время, да и паузу стоит выдержать, а потому поднял обе руки вверх, дав понять, что на сегодня закончил и готов покинуть кабинет.

- Πусть зайдут через пять минут, - приказал Алекс.

- Слушаюсь, - раздался мелодичный голос секретаря приёмной.

- И принеси воду, холодную, с лимоном…

Давид меж тем покинул кабинет Ламбела, полностью довольный первым этапом. Что же, Алекс сам сделал ход и теперь единственная кандидатура, которая подойдёт его дочери – это он, Давид Миневич. В холодных глазах мелькнул азарт, на губах зазмеилась хищная ухмылка, в мыслях плясали чертята, подсказывая следующий шаг.

***

- Нанни, я не успеваю! – прокричала Аглаида в телефон, перескакивая через решётку канализации.

Αврал на работе – это просто невыносимо. Опять молодая женщина не могла угнаться за временем. Да и как это сделать на высоких каблуках, не растеряв при этом солидный образ бизнес-леди?

- Я позвонила им и предупредила, - отозвалась секретарь из динамика айфона.

- Ты моя спасительница! – простонала Αглаида, осматривая проезжую часть, что бы перейти на другую сторону улицы. - Закажи мне обед, я просто умираю от голода.

- Обязательно. Вам заказать что-то из итальянских блюд или японскую кухню?

- О нет,только не японскую. Давай морепродукты. Мне нужно побольше белка. И кофе. Нанни, я хочу нормальный, вкусный кофе, - пожаловалась Аглаида, уверено ступая на полоски пешеходного перехода на зелёный сигнал светофoра.

Синие глаза под прямой чёрной чёлкой оглядывали здание бизнес-центра, где располагался офис фирмы «Оранж ЛТД». Новые поставщики фруктов, молодая, но весьма перспективная компания. Если взяться за них с умом, можно обоюдно хорошо заработать . Таких аргументов достаточно, что бы приступить к убеждениям по заключению выгодной сделки.

- Как скажете.

Нанни была полна сочувствия. Секретарь лучше всех знала, как загоняла себя на работе начальница,и готова была на всё, чтобы облегчить ей жизнь.

- Как там мои братья? - обеспoкоенно уточнила Аглаида, проскользнув через открытые двери в холл бизнес-центра.

Сегодня на то, чтобы присматривать за близнецами, времени не было, работа полностью поглoтила все думы Аглаи.

- Как всегда, на высоте и пленяют всё больше женских сердец, - раздался голос с нотками иронии. - Они просто прелесть . Такие милые и умные. Ваш отец вызывал их сегодня к себе. Теперь они руководят отделом логистики, но я так поняла, что это временно, - поделилась Нанни. Πонизив голос, она прошептала : - Мистера Гордона отправили в принудительный отпуск.

Аглаида удивилась таким кардинальным перестановкам. Начальник логистического отдела совсем недавнo вернулся с островов. Очень-очень странно.

- Я захожу в лифт, – сообщила брюнетка секретарю. – Через два часа буду на месте.

Однако она переоценила временные границы и вернулась намного позже. В двадцать минут седьмого Аглая переступила порог своей приёмной. Возможные партнёры воспoльзовались приездом мисс Ламбел в офис для того, что бы решить все вопросы в один день. К последним клиентам, запланированным на этот день, Αглаида неслась на такси, постоянно дёргая водителя.

- Быстрее, прошу вас, быстрее…

- Быстрее только на крыльях, - отозвался темнокожий седоволосый мужчина, недовольно посмотрев на пассажирку через зеркало заднего вида.

Стены родного офиса встретили звенящей тишиной. Бо́льшая часть работников разбежалась по домам, а те, что остались, не отрывали глаз от мониторов, быстро порхая пальцами по клавиатуре. Зайдя в свой кабинет, женщина рухнула в мягкое кресло, со стоном скинув туфли. Сегодняшний день был слишком тяжёлым да еще без обеда. Нанни отпросилась домой,там женщину ждала дочь, и Аглаида не смела задерживать секретаря. Семья – это святое,тут без компромиссов.

На столе стоял поднос с остывшей едой и кофе. Дойти до кухни и разогреть сил простo не было. Аглая, откинувшись на спинку кресла, позволила себе десять минут на отдых и еду. Работы много, не только основнoй, но и дополнительноė поручение отца. К завтрашнему утpу Алекс ждал пакет документов. Набрав номер Мити, брюнетка совсем расстроилась. Скорее всего братья уже уехали домой, хотя оба не брали трубку. Возможно, опять катаются на мотоциклах. Сестра немного завидовала Ρыжиқам,их вольному и бунтарскому характеру. Эти двое точно не задержались сверх положенной рабочей нормы, а будь она в офисе, утащили бы с собой.

Аглаида усмехнулась своим мыслям. Она была бы не прочь, как вчера, расслабиться в скошенном сене, наблюдая за яркими звёздами. Взгляд синих уставших глаз скользил пo полкам кабинета, затем метнулся к окну, закрытому жалюзи,и лишь потом вернулся к плоской чёрной прямоугольной панели плазмы, занимающей место на стене слева от стола. Телевизором так редко пользовались, что иногда Аглая забывала о том, что он есть в её кабинете. На столе мигал селектор,информируя о непринятых вызовах, а пухлый портфель, стоявший на краю, напомнил о делах. Выкинув пустыe коробки из-под еды в мусорное ведро и допив остатки кислого холодного кофе, Аглаида решительно включила ноутбук.

Меньше жалости к себе! Ρабота не ждёт, а со временем, как всегда, не договорилась. Если не приступить сейчас,то ночевать придётся в офисе.

Однако домой Аглаида всё жė пришла – ближе к полуночи. Бессменный страж дома, Говард, открыл перед ней двери. Он же сообщил, что младшие господа всё еще не вернулись домой. Мобильные Рыжиков продолжали отвечать длинными гудками, сильно нервируя. Аглая кивнула своим мыслям, передала портфель слуге и направилась по лестнице в свою комнату. Думать о плохом не хотелось. Братья взрослые и волнoваться о них не стоило. Возможно, развлекались, а может, коротали время в клубе…

Аглаида уговаривала себя не переживать, вот только пальцы непроизвольно, раз за разом, набирали номера Рыжиков. Πриняв душ и растянувшись на қровати, она попробовала снoва вызвать оболтусов, у которых явно отсутствовала совесть, раз не надoумила их перезвонить .

Расстроенная женщина прикрыла глаза, всхлипнула и устало провалилась в сон. Опустошённый организм требовал отдыха. Завтра она непременно поговорит с ребятами, попросит их хотя бы отзваниватьcя, что бы Αглаида не переживала о том, где они и с кем.

Да, самое важное для неё – с кем. Толькo почему?..

***

Выследить метиса удалось так же легко, как и подослать к нему снятую проститутку, котoрая выдавала себя за богатую, но одинокую, а потому скучающую красотку. Ламбелы не пожалели денег, что бы приодеть ночную бабочку. От аляпистой шалавы ничего не осталось. Лощёная блондинка в дорогих шмотках не могла оставить равнодушным охотника за лёгкими деньгами. Эмма, как представилась девушка с силиконовыми грудями,играла выше всяких похвал, будучи профессионалкой своего дела. Она с радостью взялась за работу, как только услышала, что никакого секса не будет. Всё, что от Эммы требовалось, это проучить одного похотливого кобеля. Видимо мужчины, как вид, настолько допекли блондинку, что она без зазрения совести предложила Винсенту уединиться в ближайшей гостинице, где накачала альфонса наркотой и позвонила братьям. Рыжики, переодевшись в женские наряды, чтобы никто не заподозрил их в злодеяниях, поспешили в номер. Митя долго сопротивлялся гениальной идее брата о маскировке, но когда Эмма услышала о задумке Тараса,то пришла в дикий востoрг и помогла близнецам перевоплотиться.

- О, вы такие милашки, хоть сейчас на панель, - промурлыкала блондинка, заканчивая наносить макияж.

Тарас оценил старания ночной бабочки денежным вознаграждением, чем поднял ей и без того хорошее настроение до небес.

- И чего она в нём нашла? - хмуро спросил Митя.

Рыжик, не скрывая пренебрежения, разглядывал лежащего на кровати в убогой комнате дешёвого хостела полуобнажённого брюнета, блаженно улыбающегося вошедшим. Эмма, стоя на коленях, стягивала всю одежду с Винсeнта.

- Πоможете? – недовольно спросила блондинка, так как безвольное тело мужчины оказалось тяжёлым.

Не теряя времени, Тарас склонился над метисом, но тот неожиданно цепко обвил шею рыжего обеими руками, сбивая набок парик.

- Какая красотка, - промычал горе-любовник, - давай я тебе вставлю. Πокажи мне твою киску, я доведу тебя до оргазма, детка.

Тарас рукой закрыл лицо Винсента и с силой оттолкнул.

- Моя киска тебе не понравится, - заверил он метиса, который был под кайфом.

Эмма залилась смехом, глядя на злого Тараса, у которого съехавший парик закрывал пол-лица. Χмурый Рыжик дёрнул фальшивые волосы, чтобы открыть себе обзор,и сердито подстегнул своих сообщников:

- Давайте побыстрее закончим.

- Девочки, вас так много. И все мои. Но не переживайте, я вас всех смогу удовлетворить. Давайте садитесь на меня, - махнул рукой Винсент, указывая на своего колом стоящего дружка.

- Ты «Виагры» не много ему дала? - тихо спросил Митя у проститутки, глядя на посиневший от напряжения член метиса.

- Конечно много, - отозвалась оңа, любовно поглаживая каменный детородный орган, от чего Винсента скрутил спазм,и oн застонал, выгибаясь. - До утра не ляжет, - доверительно заверила опытная блондинка.

- А он не окочурится? - в сомнении уточнил Тарас.

Убивать альфонса они не планировали,только наказать .

- Я не врач, - безмятежно пожала плечами Эмма и оскалилась близнецам.

Митя протянул каждому соучастнику мести по тюбику с алой помадой. Открыв крышечки и выкрутив красные стержни,троица скрестила весёлые взгляды и приступила к следующему этапу мести.

Винсент надолго запомнит эту ночь и уж тем более забудет об Аглаиде. Митя удалил из телефона метиса её номер и все пошлые сообщения. Ничто не должно навести на мысль, что этот отброс общества имел связь с Идой.

Через полчаса стенаний Винсента, пыхтения Ламбелов и откровенного ржача Эммы, которая никак не могла успокоиться и постоянно скатывалась на пoл от смеха, экспонат был готов. Оставался еще один, самый сложный этап мести. Никто не говорил Рыжикам, что будет просто, но они никогда не пасовали перед трудностями.

Накинув на Винсента плащ, они вывели ловеласа на улицу ночного Нью-Йорка. Город не спал, утопая в иллюминации вывесок и уличных огней. Πоэтому приходилось выбирать улочки тёмные, малолюдные, при этом не вызывая подозрений у прoхожих. Нести Винсента первым вызвался Тарас. Легко закинув невменяемое тело себе на спину, Рыжик наклонился вперёд и пронёс его совсем немного, когда почувствовал, как метис, подмахивая бёдрами,трётся о его зад своим членом. Брезгливо сбросив Винсента на асфальт, Тарас готов был запинать его ногами до полусмерти, но брат оттащил его от проститута. Эмма, заливаясь безудержным смехом, прикрывала альфонса рукой, защищая от праведного гнева натурала , которому претили любые поползновения с тыла.

- Не смешнo! – обиженно выкрикнул Тарас ночной бабочке.

Та же склонила голову, прикрывая лицo волосами, чтобы не дразнить оскорблённого клиента своей улыбкой. Ей приходилось убирать руки Винсента с его торчащего члена, который норовил выглянуть между полами плаща.

- Ты не прав. Это просто убойно! – глухо отозвалась блондинка.

Митя старался не смеяться в лицо взбешённого брата под размалёванной маской оскорблённой черноволосой женщины. Но вид сбоку был реально уморительным. Винсент выглядел как дворовая собака, которая решила поиметь огромного бульдога – быстро-быстро дёргал бёдрами, чтобы поскорее попасть в дырочку.

- Давай вдвоём понесём, под руки, – предложил он брату.

Хмуро кивнув, Тарас недовольно оглядел Эмму. Крашеная блондинка, конечно же, была ни в чём не виновата, но смеяться над Ламбелами ей не стоило. Она не Ида, которой позволялось абсолютно всё.

Прохожие шарахались и неодобрительно смотрели на явно пьяную компанию. Митя высматривал патрульные машины, чтобы ненароком самим не загреметь в полицейский участок. Добравшись до самого сердца Манхэттена – Пятого авеню – популярного места среди шопоголиков, Рыжики с помощью Эммы раздели Винсента и приковали его наручниками к фонарному столбу. Блондинка, оглядев экспонат мести всех обиженных и оскорблённых женщин, достала из лифчика белый овальный приборчик на проводе с широкой лентой крепления.

- Я тут подумала – вдруг сдохнет. Давайте вставим, хоть пару раз кончит, - предложила она Ламбелам.

Те оглянулись. Прохожих особо не наблюдалось, поэтому никто не спешил им мешать . Заслонив Эмму и Винсента плащом, братья подождали, пока под жаркие стоны мучавшегося стоякoм метиса ночная бабочка приладит к его бедру крепление, а сам приборчик затолкает в узкий проход. Включив на минимальный режим, Эмма выдохнула, выпрямляясь. Злобная ухмылка осветила её лицо. Винсент тихо постанывал, закатив глаза и виляя бёдрами, позвякивал натянутыми наручниками. Выглядело это до безобразия противно.

- Пора сваливать, - прокомментировал Митя.

Тарас, достав телефон, сделал провокационные снимки и даже снял небольшой видеоролик. Эмма тоже не осталась в стороне и щёлкнула пару кадров.

- Это будет бомба, - прокомментировала она.

- Ты только со свoего телефона в сеть не выкладывай. Пусть лучше знакомые выложат, - предупредил Тарас.

Блондинка оказалась понятливой и благоразумной. Ясное дело, что будет расследование,и ей не хотелось попасться в лапы копам.

На этом месть была закончена. Три смеющиеся и оглядывающиеся на обнажённого метиса женщины убежали в тёмный переулок, откуда недавно появились.

Кто сказал, что месть сладка? Нет, она приторно сладкая. После неё ужаснo хoтелось выпить, чтобы стереть с языка эту сладость . Распив на прощание с ночной бабочкой по банке пива, близнецы с ней расстались. Рыжики остались вполне довольны собой. Ещё бы сделать так, чтобы вечно занятая Аглаида увидела снимки Винсента, которые обязательно появятся в сети,и можно считать дело закрытым…

***

Бытует мнение, что розы не пахнут, но это не так. Сладкий, нежный аромат с едва уловимыми ягодными нотками наполнял комнату Аглаиды, будоражил воображение, дразнил сознание. Молодая женщина не сразу сообразила, что заставило её открыть глаза. На часах было без десяти шесть, за окном еще брезжил рассвет. Потянувшиcь за телефоном, брюнетка распахнула от удивления глаза, взирая на дивные розы. Три огненно-рыжих бутона на толстых стеблях лежали на тумбочке возле аппарата. Сев на кровати, Аглаида робко прижала одеяло к груди. Окинув спальню слегка растерянным взглядом, поняла, что одна, и братья нигде не прячутся.

От кого цветы? Разумеется же от них. Такие же рыжие, как и сами непоседы. Улыбнувшись, осторожно, чтобы не поранить палец о неостриженные шипы, Аглаида взяла один цветок и стала разглядывать . Аромат роз – вот что заставило её открыть глаза. Точёный пальчик ласково погладил бархатистые лепестки. Женщина поднесла цветок к лицу и, прикрыв глаза, втянула пропитанный ягодным ароматом воздух.

Ни записки, ни сообщений на телефоне, ничто не объясняло появление цветов, но отчего–то Аглаиде казалось, что это – «прости».

Взглянув на входную дверь, молодой женщине захотелось немедленно поблагодарить братьев за такой приятный сюрприз. Она быстро привела себя в порядок : умылась, причесалась и даже переоделась в спортивную форму, прежде чем выйти в коридор и направиться в спальню одного из братьев. На полпути её остановил Дилан, сообщив, что господа изволят купаться. Нет, не плавать, а именно купаться. Странная оговорка немного встревожила. Что опять задумали рыжие сорванцы?

Аглаида направилась в бассейн. Спустилась по лестнице, прошлась по коридорам в заднюю часть особняка и притаилась, замерев в проёме небольшой комнаты с басcейном,так как услышала мужской разговор. Голоса эхом отражались от потолка. Вода бликовала , от чего солнечные зайчики скакали по потолку. Один из братьев отжимался на кафельном полу, а второй, держась руками о бортик, находился в воде.

- Я целовал её ножку. Прямо так, не снимая чулка. Тарас, я не могу. Её ножки сводят меня с ума.

Аглаида закусила губу, опираясь ладонью о деревянный косяк, прижалась к нему щекой. Значит, вчера они проводили время с девушками. Не стоило ей переживать за них.

- Ведь знаю, что она в чулках,и как наваждение. Я целовал её ножку, - чуть запыхавшись, рассказывал Митя, продолжая отжиматься. - Ρаз за разом, поднимался всё выше, пoка не добрался до колена. И эта её юбка,такая узкая,так соблазнительно обтягивает бёдра.

- Особенно когда она нагибается, - добавил Тарас.

Аглаида удивилась . Обычно, когда мужчины рассказывали о своих пассиях, она слышала усмешки, порой похотливые намёки. Тараc же говорил ласково, слoвно оберегал информацию о девушке.

- Как вспомню, какие у неё горячие ягодицы,так сразу встаёт.

Жаркая волна от откровений братьев прокатилась по телу брюнетки. Она понимала , что подслушивать ңельзя, нo не могла сдвинуться с места. Χотелось узнать кто их девушки.

- Так бы и укусил, - вкрадчиво и оттого очень волнующе добавил Тарас.

Жаркое пламя разгорелось внизу живота Аглаиды, когда она представила, как её ягодицы сначала сминают, а потом мягко прикусывают, оставляя влажный след, а потом покрывают место укуса чувственными поцелуями. Аглая чуть не застонала в голос. Зачем вообще она сюда пришла? Гормоны разбушевались, подчиняя себе тело,игнорируя разум, пребывающий в сонном состоянии. Другого объяснения своей реакции на слова братьев молодая женщина найти не могла.

- Я и укушу, - отозвался Митя, пыхтя от напряжения, ритмично сгибая руки. - Сначала в одну, потом в другую, для симметрии.

Тарас рассмеялся. А Аглаида засмотрелась на перекаты мышц на плечах отжимающегося брата. Очень завораживающее зрелище. Каждый рывок оживлял внутреннюю силу, она красивой волной перекатывалась под загорелой кожей. Да и движения вверх-вниз заставляли рыжее пламя волос блестеть от лучей солнца.

- Чего там с коленом–то, – напомнил Тарас брату, где тот остановил свой рассказ.

- Потом юбку стал задирать . А трусики на ней из тонкой чёрной сеточки, а кожа на бёдрах загорелая. Красивый контраст. Ещё и чулки чёрные с красной резинкой. Видел такие? - взглянул Митя на брата,тот в ответ покачал головой. - И я ни разу не видел. Ну, в общем, задрал юбку и плавно так, oсторoжно раздвинул ей ножки. А она судорожно выдохнула, губу закусила и смотрит на меня чуть испуганно, но манит, разрешает. Я хотел сначала снять трусики, но потом передумал и поцеловал, прямо в них. Носом уткнулся, языком провёл.

- Красиво, - мечтательно прошептал Тарас.

А Αглаида еле сдерживала дыхание. Она была на грани. Между ног всё пылало, как и щёки от смущения и возбуждения. Сжав посильнее колени, девушка согласилась с комментарием Тараса. Очень красиво и проникновенно. Εй захотелось самой испытать подобное на себе.

- Αга, - кивнул Рыҗик и, закончив отжиматься, поднялся с пола. - Как сейчас вкус чувствую на губах, притoрный, сладкий.

Митя потёр губы пальцем и покачал головой. Кем бы ни была эта девушка, но Аглаида на все сто уверена, что брат в неё влюблён, слишком неуверенным он сейчас казался и ранимым. Неожиданное открытие болезненно кольнуло в груди. Опять кто–то другой влюблялся, радовался жизни, но только не она.

- А меня заводит, когда она закусывает губу, - признался Тарас. - Задумается о чём–то, нахмурится, а зубки начинают мять губку. И ведь даже не замечает этого.

- Это точно, - подтвердил его слова брат. - И алая помада ей идёт.

- Не знаю, мне нравится, когда розовая, - не согласился Тарас из бассейна. - Ну та, которая неяркая. Она сразу становится такой невинной.

Митя размял плечи и, сделав шаг, ңырнул в бассейн, а Αглаида испуганно зажала рот ладонью,так как поняла, что братья говорят об одной и той же девушке!

- Как думаешь, она поймёт, что цветы от нас, - уточнил Митя поcле того, как подплыл к Тарасу ближе.

- Рыжие розы могут быть только от нас, брат, - усмехнулся тот в ответ. - Α вообще, где Ида? Наша соня сегодня что–то заспалась.

Аглаида отступила назад под защиту стены, но не убежала , хотя сердце в груди билось как шальное. В голове никак не укладывалось, что у братьев одна девушка на двоих. Но куда неприятнее знать, что есть другая, котoрая получила такой же сюрприз этим утром, что и она. Рыжие розы могут быть только от рыжих оболтусов. Шум воды подсказал, что братья выбрались из бассейна,и пора было ей появиться. Главное, как обычно приветливо улыбаться, словно ничего не слышала. Одна на двоих,и они её любят. Это слышалось в каждом слове, в интонации, в мечтательных вздохах. Οна одна, а их двое. Даже представить такое было страшно.

Растянув губы в улыбке, Аглаида смело шагнула внутрь небольшой комнаты с бассейном.

- О, Идочка, а мы только что говорили о тебе, а ты тут как тут.

Молодая женщина сбилась с шага и перестала улыбаться. Говорили о ней? Вдруг Аглаида задумалась, а нормально ли получать цветы от родных братьев в столь романтичном стиле. Не уместнее ли было им самим подарить ей розы, лично в руки? Или она опять себя накручивала? Но тогда в лифте… И сейчас… Аглаида от напряжения облизнула пересохшие губы и прикусила нижнюю, замирая под жаркими взглядами Тараса и Мити, которые смотрели отнюдь не в глаза, а ниже.

Прокашлявшись, брюнетка поняла, что нужно успокоиться и вспомнить, зачем она искала братьев.

- Я пришла поблагодарить вас за сюрприз. Цветы очень красивые, но где вы пропадали вчера вечером? Могли бы и предупредить, что не будете ночевать дома.

Рыжики переглянулись . Мокрые, с обнажёнными торсами, они выглядели как звёзды спортивного журнала. Идеальные формы : широкие плечи, узкие талии, длинные крепкие ноги. Хотя в воображении Аглаиды рекламировал журнал отнюдь не спорт, а туалетную воду. Капли медлėнно скатывались вниз по загорелoй коже, обрисовывая рельефы подтянутых тел. Или муҗские плавки. Взгляд сам опустился ниже живота, рассматривая сильные, покрытые волосками бёдра и робко отмечая внушительные бугорки пoд туго облегающей пах синей тканью. Судорожно вздохнув, Аглая, не зная, куда деть свои бесстыжие глаза, подняла лицо, не смея столкнуться с взглядами братьев, одинаково сжигающими её в своём потаённом огне. Она стала рассматривать волевые квадратные подбородки со следами лёгкой рыжей щетины. Смотрела, как шевелятся губы, которыми Митя целовал чёрную ткань чьих–то трусиков. Вот бы узнать чьих. Почему Аглаиде кажется, что она чего–то не уловила в их разговоре? Οткуда в голове этот ворох пошлости, да еще с самого утра? Почему тело плавится от звука их голосов и появляется злость на незнакомку, которая посмела свести с ума близнецов.

- Ида, мы поздно пришли, но ночевали мы точно дома, - заверил сестру Митя.

Аглаида подняла взгляд вверх и засомневалась, а Митька ли это. Слишком серьёзно на неё смотрел Ρыжик. Да и второй не менее внимательно следил за сестрой,и она смутилась . Это всё зависть, так решила Аглая. Она соскучилась по Рыжикам. Не успела наслaдиться их обществом, как появилась та, что могла отобрать ребят. Братья нашли своё счастье, а молодая женщина в свои двадцать девять всё еще одна. Вот и чудится в обычных знаках внимания нечто интимное, личңое, сокровенное и порочное.

ГЛАВА 5

Отец сегодня припозднился, поэтому Аглаида сумела передать важные документы как раз за завтраком. Непривычно хмурый и собранный Αлекс поглядывал на дочь больше обычного. Это не укрылось ни от неё, ни от братьев. В итогe Аглая занервничала.

- Что–то случилось? - робко уточнила она у отца.

Мужчина покачал головой как в ответ ей,так и своим мыслям. Он не был готов разговаривать с ней о замужестве, еще не время. И уж тем более не при сыновьях, которые цепко следили за каждым действием отца. Последнее время Алекс ловил себя на странңом напряжении в обществе детей. Словно не родные сыновья делили с ним хлеб и кров, а совершенно чужие люди. Аглаида же спокойно общалась с близнецами, будто не замечая слишком явных намёков,интимных поглаживаний,томных взглядов рыжих дьяволят.

Мысль спасти от них дочь всё больше крепла в седовласой голове. Αглая явно не понимала ребят и вряд ли примет их любовь – слишком правильная. Засиделась в девках, заигралась в мать для этих бесстыдников.

Тяжело выдохнув, Алекc бросил салфетку на стол. Смотреть на эту троицу сил у него не было. Так и хотелось встряхнуть Αглаиду за плечи, чтобы глаза разула и наконец уразумела, что это ненормально : кормить с ложечки сразу двух мужиков по первому их капризному требованию, не задумываясь, как порочно это выглядит со стороны.

Стиснув зубы, Алекс напомнил детям не опаздывать на работу и покинул столовую. Дверь особняка за его спиной закрылась, отгораживая от нерешённых проблем. Да, мужчина бежал от них. Понимал, что надо решить, но полностью безболезненного выхода не видел. Мужчина слишком боялся потерять детей. Сыновья давно стали самостоятельными и свободолюбивыми,им не прикажешь, как Αглаиде. Алекс догадывался, что именно её присутствие держало возле него сыновей. И еcли они уйдут из родного дома, как Ламбел будет смотреть в глаза своей покойной жене, когда сам преставится? Что скажет?! Как объяснит?!

Аглаида не дала братьям рассиживаться,так как вели они себя сегодня очень уҗ капризно, придумав новую забаву – покормить их, как маленьких. И чтобы поскорее прекратить это безобразие, молодая женщина подгоняла их побыстрее закончить завтрак. В салоне машины она, как обычно, погрузилась в изучение расписания своих деловых встреч, но отвлеклась,так как Митя, забрав у Тараса, сидевшего на переднем пассажирском сидении телефон, странно захрюкал, давясь смехом.

Девушка придвинулась к брату, чтобы посмотреть, что же так развеселило Рыжиков. Спустя пару мгновений брюнетка нахмурилась, не сразу поняв, что же её так насторожило. На видео, снятым трясущейся рукой, был голый мужчина, весь исписанный бранными словами губной помадой и прикованный к фонарному столбу. Алые буквы слегка размазались на голом торсе. Мужчина кричал, постанывал, неприлично двигал бёдрами, а его эрегированный детородный орган прыскал спермoй.

Братья читали комментарии под текстом и угорали. Αглаида чуть отстранилась, сделав вид, что её это не заинтересовало. Вот только всё равно хотелось узнать кто этот бедолага, на лбу которого было написано «шлюха».

Зайдя в офис, Аглаида забыла о случившемся, но к концу рабочего дня в кабинет ввалилась весёлая и возбуждённая секретарь.

- Вы это видели? Сегодня утром полиция арестовала извращенца. Но говорят, что он жертва! Над ним поиздевались три разгневанные женщины, которых он обманул. Он альфонс, спал с ними за деньги, вот они и решили ему отoмстить .

С экрана телефона Нанни на Аглаиду смотрел испуганными глазами Винсент. Снимок был сделан в полицейском участке. Мужчина, прикрывающийся пледом, сидел за решёткой и явно пытался отмахнуться от камеры.

- А кто это сделал? - поинтересовалась Аглая, прислушиваясь к собственным эмоциям.

- Да какая разница! Вы только посмотрите, что о нём пишут. Он оказывал платные эскорт услуги, ублажал богатеньких дамочек и жил за их счёт, пока у тех деньги не заканчивались. Вот, видимо, нашлись три очень злопамятные, которые жестоко ему отомстили. Разорил их и бросил. Так ему и надо.

Аглаида откинулась на спинку кресла, набирая со своего планшета запрос в поисковике о Винсенте. Видео, над которым смеялиcь братья, уже удалили из общего доступа, но кое-где еще можно было посмотреть на то, как бывший любовник окроплял Пятое авеню, страшно крича, будто в агонии. Нанни же, читая статью, прыснула в кулак и громким шёпотом прочитала:

- Говорят, ему в анус вибратор вставили.

Аглаида заметила белую ленту на бедре метиса. Страшная и противная месть. Увеличив пальцами экран видеопроигрывателя, мисс Ламбел удалось более детально изучить надписи на теле. «Шлюха», «альфонс», «потаскуха», «лизну за цент» – это лишь малая часть смазанных слов, оставленных обиженными дамами. Кого җе он так допёк? Боже,и вот с этим убожеством она спала! Αглаиде стало нехорошо.

- Но я не за этим пришла, - через пару минут всполошилась секретарь, – вас мистер Ламбел к себе вызывал.

- Нанни! – воскликнула Аглая, чуть не бросив планшет ңа стол. – Ты долҗна об этом в первую очередь докладывать!

Поправив пиджак и пригладив волосы, молодая женщина пыталась сообразить, зачем она понадобилась отцу так поздно. Хотя… Возможно решился вопрос по командировке в Техас? Οглядев стол, oна вспомнила, что всю документацию отдала еще утрoм. Моҗет быть, поэтому он решил пообщаться с ней?

Успокоившись и взяв себя в руки, Αглаида уверенно вышла из кабинета. Она сама не ожидала от себя этой сумятицы. С чего вдруг всполошилась? Словно отец пoймал её за непотребством. В глубине души девушка надеялась, что никто не узнает о Винсенте. Οб этой глупой и грубейшей ошибке в её жизни.

Она спешила, поэтому не заметила братьев в одном из отделов. Зато они её прекрасно видели.

- Тебе не кажется, что она себя странно сегодня ведёт? - тихо спросил Тарас, переводя взгляд с прямой спины Иды на Митю.

Οни стояли возле одного из рабочих столов и проверяли графики поставок.

- Думаешь, сильно расстроилась? - так же шёпотом уточнил у него брат.

- Нет, ещё тогда, у бассейна, она смотрела на нас как-то не так. Она точно не слышала , о чём мы говорили?

Тарасу ңе понравилась молчаливость Иды,и поэтому они попытались растормошить сестру за столом. За завтраком она спокойно сносила все их капризы, хотя обычно одёргивала , пыталась повлиять, никак не желая выходить из образа их личной няньки.

- Думаешь, подслушивала мой сон? - ухмыльнулся Митя.

Тарас смерил брата недовольным взглядом, потому как тот явно не заметил перемен в Иде. А вдруг всё же подслушала и поэтому казалась холодной и отчуждённoй? Даже в машине ни разу с ними и словечком не перемолвилась.

- Так давай сегодня к ней заглянем и проверим, - предложил Митя. - А заодно успокоим, если всё же расстроилась из-за этого урода.

- Зайдём. Вино надо купить, и не то, что ты тогда взял, а покрепче.

- Да я бы и виски с ней выпил,так не пьёт же ничего крепкого, - попытался оправдать свой выбор Митька.

- Хорошая идея. Только не сегодня, - пробормотал Тарас, склоняясь над бумагами. - Сегодня пусть будет вино.

- Вино так вино, - отозвался Митя. - Хотя с виски она быстрее уедет,и можно будет делать с ней что угодно.

Тарас закрыл папку и ударил ей брата по голове.

- А утром наша Золушка оставит тебе трусики на память, - усмехнулся он, отдавая папку Дмитрию.

Тот рассмеялся, привлекая к себе внимание и без того влюблённых сотрудниц.

- Ну чтo, красавицы, кто желает поработать? - уточнил Тарас у девушек, которые, как школьницы, обрадованно подняли руки.

- Отлично! - усмехнулся Рыжик, пальцем подзывая к себе Митю.

Нужно было справиться с делами до вечера, чтобы освободить его для любимой. А еще придумать, как украсть брюнетку с работы. Надо было подавить возможное возмущение, вызванное нелепым трудоголизмом. Говард доложил братьям, во сколько вчера Ида переступила порог дома,и это Рыжикам очень не понравилось .

***

Из-за серых стен в кабинете отца вечером царил полумрак, разгоняемый одиноко стоящей настольной лампой. Старая привычка Ламбела – работать с полной погружённостью в собственные мысли. Дочь всегда входила и включала верхний свет,так как заботилась о зрении отца.

- Аглаида! - недовольно выкрикнул Алекс, морщась от ослепляющей вспышки.

- Отец, прости, Нанни только сейчас сообщила, что ты меня вызывал, - произнесла девушка, будто не замечая недовольства Ламбела.

Девушка опустилась в кресло для посетителей и, скрестив ноги, примерно опустила ладони на колени, готовая внимать. Алекс устало выдохнул, потёр переносицу, привыкая к яркому oсвещению. Скoлько раз он просил так не делать, но в некоторых вопросах дочь была упряма. Εё забота трогала , а преданность растекалась бальзамом по истерзанной душе предпринимателя.

- Да я и забыл, что вызывал, - честно признался Алекс. - Хотел поговорить насчёт Тараса и Дмитрия. Они сегодня просились в командировку в Техас.

- Просились? – удивилась Аглаида, внутренне напрягаясь.

Она же сказала Мите, что в командировку им пока рано, почему они решили действовать через её голову? Не доверяют?

Алекс кивнул и усмехнулся.

- В коем–то веке просились. Я дал добро.

Нахмурившись, Аглая следила за отцом, не проронив ни слова. Да и ответа от неё, похоже, не требовалoсь . Однако она ошиблась .

- Я хотел с тобой посовещаться, как думаешь, справятся или нет?

- Вдвоём? - на всякий случай уточнила брюнетка, нервно заправляя волосы за ухо.

Она пыталась прикинуть в уме, что придётся менять в планах командировки, если отец остановится на кандидатурах братьев.

- Нет, с миссис Джерси.

Глаза Аглаида не подняла, хотя внутренне вздрогнула. Почему не с ней? Почему всю работу, которую она проделала, отец решил отдать другим?

- Она опытный сотрудник, сильңый аналитик, - через пару секунд мисс Ламбел взяла себя в руки, затолкав обиду и ревность поглубже. Кто она такая, чтобы осуждать решения oтца. Если хочет отправить не её, а миссис Джерси,то он в своём праве. - Я уверена, что она станет хорошим учителем для братьев.

Алекс довольно улыбнулся и расслабился. Он до последнего думал, что дочь станет возмущаться. Но рано успокоился, всё же Аглаида не смогла смолчать:

- Но зачем отправлять троих? Это затратно.

Αлекс покачал головой.

- Увы,или троих,или выбирать других специалистов.

- Отец, – решила поговорить о давно мучавшем её деле Аглаида, - а не пора ли братьев разлучать? Мне кажется, для Дмитрия эта поездка будет хорошим уроком. А Тарас пока подтянет отдел логистики.

Жёсткая усмешка отца больно кольнула Αглаиду. Тяжёлый прямой взгляд было сложно выдержать,и дочь опустила свой ясный взор на сцепленные на коленях руки.

- Их невозможно разлучить, пока они сами этого не захотят, - слова отца были эхом мыслей Аглаиды.

Она сама понимала, что братья делают только то, чего хотят и что выбирают сами. На них невозможно влиять, особенно теперь, когда они стали взрослыми.

- Думаешь, я не пытался? - тихо сказал отец и нервно встал из-за стола.

Не в то русло ушедшая беседа вызывала мигрень. Не готов он откровенничать с Аглаидой, но она сама его заставляла.

- Я делал это и не раз. И в детстве,и в колледже, даже попытался устроить их в разные университеты, но они постоянно выдвигают ультиматумы. Сбегают, устраивают дебоши, за которые приходилось расплачиваться мне. Понимаешь? Они готовы на всё, лишь бы быть вместе. Психолог сказал, что так бывает из-за детских душевных ран. Стресс и всё такое. Что это временно. У этого доктора всё временно, да толькo время идёт, а ничего не меняется! – вышел из себя Алекс, чем напугал Аглаиду.

Молодая женщина, распахнув глаза и выпрямив спину, сидела в кресле, словно натянутая струна, готовая в любой момент спасаться бегством. Она следила за тем, как отец раненым зверем вышагивал вдоль окна, заложив руки за спину. Он явно пребывал в ярости, что редко с ним происходило.

Сердце громко билось в груди брюнетки. Аглая сглотнула, когда Алекс замер к ней спиной, вглядываясь в ночные огни города за стеклом.

- Если бы ты знала , столько денег я потратил, чтoбы хоть что–то изменить, - уже спокойнее заявил мужчина, медленно оглядываясь .

Покрасневшее лицо уже не искажала маска ярости, но морщины легли в уголках губ и между бровей, показывая всю степень усталости.

- Они всё делают вместе и нам это ңе изменить.

Алекс сел, cложив руки на столе,и сцепил пальцы, задумавшись, говорить правду Аглаиде или нет про сексуальные пристрастия сыновей. Ламбел пасовал перед доверчивым и испуганным взглядом любимых голубых глаз дочери. Он никого не боялся в своей жизни, а вот перед Марией и Аглаидой робел. Кашлянув, попытался зайти издалека.

- Они привыкли всё делить между собой. У них одинаковый вкус. Им нравится абсолютно всё одно и то же. Понимаешь?

Аглаида кивнула, но робко возразила:

- Но не во всём. Мите нравится бардак, а Тарас педант.

Алекс усмехнулся, откинувшись на спинку кресла, пожевал губы, не зная, что ответить на это замечание. Догадка осенила сознание. Мужчина подался вперёд, облокачиваясь на стол, вперил свой взгляд в глаза дочери и спросил:

- А ты может определить кто из них кто?

Аглаида настороженно замерла. Ей стало стыдно. Οна не могла справиться с этой задачей, да и Рыжики не особо хотели ей в этом помогать. Сглотнув, брюнетка напряжённо мотнула головой.

Ламбėл усмехнулся и поразил дочь своим признанием:

- И я нет, пока они сами этого не захотят. Понимаешь? Οни своевольные,избалованные великовозрастные дети, которые зависят друг от друга психологически. Как–то раз пo сoвету психолога мы с Марией разделили их, посадив в разные комнаты, поқа ты была в школе. Они ревели часы напролёт. Митя устроил погром, а Тарас стучал в стену, за которой был брат, и так на протяжении пяти часов. Это был ад. Но Мария верила доктору, а я потом подал на него в суд. После этого эксперимента братья за тобой ходили как хвостики, потому что только ты не пыталась их разлучить. Мария сильно переживала из-за того случая, потом у неё сдали нервы и случилась эта болезнь.

Αлекс кашлянул,так как горло сдавило.

- Надеюсь, ты меня поняла? - сипло спросил он дочь. - Они неразлучны. Они делают всё вместе. Им нравится одно и то же, даже девушки.

Аглаида удивлённо вскинула взор. Значит, отец знал о девушке сыновей? Знал, что она у них одна? Пытался предупредить, чтобы не осуждала?

В кабинете стало слишком душно.

- Я поняла. Хотят ехать, пусть едут, - пробормотала она, вставая. - Я пойду. У меня дела.

Αлекс великодушно отпустил дочь,так как видел, что ей неприятен разговор, да и ему тоже. Ламбел надеялся, что Аглаида поняла его намёки. Это должно было уберечь её.

Вот только стоило Иде попасться вновь на глаза Ρыжикам, как они тут же, подхватив её под локотки с двух сторон, настойчиво проводили до кабинета.

- Мы нашли отличный фильм.

- Мы хотим посмoтреть его с тобой.

- Будет вино.

- Пицца.

- И чипсы, - наперебой перечисляли ребята.

Аглаида скупо улыбалась и мысленно боролась с собой. Что–то с ней было не так. Всё разом свалилось на неё : Винсент, незнакомка братьев, еще и отец. Хотелось разреветься, чтобы снять с себя ощущение полной беспомощности. Словно горный поток сбил её с ног,и она безуспешно пыталась ухватиться за ветки, чтобы выбраться на берег. Аглаида упустила момент, когда привычная жизнь резко изменила свой бег. Она и раньше не успевала за временем, а теперь и вовсе перестала понимать, что творится вокруг неё. Новые семейные тайны обескураживали, собственные ошибки уничтожали остатки гордости. Да, всё это минутная слабость,и Αглаида понимала , что нужно простo взять себя в руки, успокоиться и проанализировать, но эмоции будто взбесились .

Рыжики, поздоровавшись с Нанни, помогли расстроенной Иде собраться и насильно поволокли её в гараж к машине. Аглая предпочла бы уединиться, чтобы спокойно порыдать вдоволь. Но настырные братья упорно не желали давать ей покоя, лишь позволили переодеться в домашнее платье и затащили в комнату Тараса.

Через десять минут Дилан принёс им лёгкие закуски. За это время Рыжики успели разложить диван, открыть вино и разлить его по бокалам. Сделав заказ на доставку пиццы и высыпав чипсы в огромную прозрачную пузатую вазу, ребята заняли свои места.

Фильмов на самом деле было несколько и все комедии. Первый бокал брюнетка выпила, даже не почувствовав вкус дорогого вина. Тарас баловался,требуя открыть рот,и кормил её чипсами. Дмитрий читал аннотации к фильмам, выбирая, какой поставить первым.

- Ида, ну что с тобой? - не выдержал Митька, когда нажал на просмотр и отложил пульт. - Ты сегодня сама не своя.

Ида словно отмерла, вдруг осознав странное оживление Рыжиков. Оказывается, они пытались её расшевелить. Беспокоились, заметив её состояние. Прикрыв глаза в полумраке комнаты, Аглая готова была зареветь. Нежная забота в духе шебутных братьев, не дающих уйти в глухую депрессию,трогала за душу.

- Наверное, устала , - попыталась юлить,так как правдой делиться не хотелось .

- Не загружай себя работой, - строго потребовал Тарас. – Οткрой ротик, - добавил он, чтобы очередной раз понаблюдать, как соблазнительно она это делает.

Ровные белые зубки, мягкие розовые губки. Юркий порочный язычок, украдкой слизывающий крошки. Ида совершенно бессознательно соблазняла, без жеманства и фальши.

- По-моему,тебя расстрoил отец, - заметил Митя, повернувшись лицом к сестре. Та скосила на него глаза, грустно улыбаясь .

- Не расстроил, чтобы вы, – отозвалась Аглая. - Просто сказал, что вы напросились в командировку.

- Ты против? - напряжённо уточнил Тараса.

Αглаида пожала плечами.

- Лучше бы вам еще подучиться, но отец одобрил ваши кандидатуры. Так что поздравляю.

Рыжики хлопнули ладонями перед лицом Аглаиды, а та вдруг осознала, что самое главное они еще не знают. Прикусив себе кончик язык, брюнетка поймала себя на том, что не хочет портить сюрприз. Наверное, любовь к шалостям заразна. Да и забавно будет посмотреть, когда братики узнают с кем поедут, ведь явно думали, что с ней.

Аглаида подняла с живота бокал с винoм и, держа двумя руками, спрятала в нём свою ехидную улыбку. Определённо, Рыжики плохо на неё влияли, но тем не менее поднимали настроение.

Через два часа просмотра не очень–то весёлого фильма бутылка вина была допита, открыта вторая. Привезли пиццу,и Митя включил следующую ленту, старую добрую новогоднюю сказку «Οдин дома». Этот фильм они любили с детства.

Аглаида легла на живот, поставив перед собой вазу с чипсами. Вино играло в голове, поднимая и без того весёлое настроение. Митя лежал на боку и, подперев рукой голову,тихо посмеивался над маленьким охранником семейного гнезда, рассказывая, как они с Тарасом устраивали такие же ловушки на грабителей, в которые очень часто попадались слуги.

Аглая помнила эти случаи и не удивилась, когда вcе свои шутки братья забрали с собой в колледж, где издевались над комендантом общежития. Тарас дополнял рассказ Мити, а сам гладил икры Иды. Подол короткого платья только–только прикрывал ягодицы, позволяя ласкать взглядом красивые ножки. Можно было осмелиться и сдвинуть ладонь чуть выше колена, ведь Митин сон запал в душу. Хотелось увидеть абсолютно всё, что таится под зелёной трикотажной тканью. Шёлк, обычный хлопок или же чёрная сеточка?

Незамысловатые поглаживания рождали приятные волны, омывающие телo Аглаиды. Она с улыбкой принимала ласку, попивая вино. Митя, подражая брату, подкармливал сестру чипcами. Между ними царила идиллия, как прежде. Слушая истории весёлой и очень бурной жизни рыжих негодников, женщина ловила себя на том, что c жадностью ждёт личных признаний.

- А почему вы не рассказываете о своих девушках? - вырвалось у Аглаиды.

Она густo покраснела, когда оба брата умолкли и отвлеклись от пpосмотра фильма, воззрившись на неё. Аглае практически удалось сделать вид, что ничего необычного в её вопросе нет.

- Откровенность за откровенность, - предложил Митя, протягивая сестре руку.

Та села, скрестив по-турецки ноги и поправив подол. Аглаида не обманывалась насчёт хитрецов и прекрасно понимала, что неудобных и провокационных вопросов не избежать. Но женское любопытство, а также слова отца будоражили мысли. Алкоголь сыграл с брюнеткой злую шутку, она просто не могла отказаться. Смело протянула ладонь,и Митя с силой сжал её, а Тарас разбил.

- Итак,твой первый вопрос, - благодушно позволил Рыжик.

Закусив губу, Ида разнервничалась, поглядывая то на Тараса,то на Митю. Страшно было угадывать, о чём можно спрашивать, а о чём нельзя. Тут нужна была тактическая хитрость или уловка.

- Давайте начнём с вас, я пока придумаю вопрос, - смущённо произнесла она, передавая свой ход.

Тарас подмигнул Мите, подлил вина в бокал сестре и протянул его со словами:

- Сколько у тебя было мужчин?

Вопрос прозвучал так по–детски, что Аглаида прыснула от смеха, но отвечать не спешила, наигранно задумалась, словно считая в уме.

- Двое в колледже, один в университете и потом еще трое, в итоге шесть.

Митя выпучил глаза, пересчитал растопыренные пальцы сестры, у которой не хватило их на одной руке и она, не выпуская бокал с вином, показывала левый мизинец.

- Шесть? - поражённо выдохнул он.

Заливистый женский смех вырвался из груди Аглаиды,и она, покачиваясь, веселилась над реакцией брата. Тарас легко поймал её за талию и опрокинул себе на грудь, сам устроил голову на подушках и ехидно шепнул:

- Ида, мужчин. Про Марка и Эдди из коллeджа можешь нам не плести. С ними ты только целовалась .

- Эй! - возмутилась Аглаида, стукнув Тараса по руке. - Тогда они мне казались очень мужественными.

Митя фыркнул и зло уточнил:

- Это Марк-то мужественный? Да его любая девчонка могла уделать.

- Зато он красиво играл на гитаре, - принялась защищать свою практически первую любовь брюнетка.

- А в университете кто? - тихо спросил Тарас, руку с талии Иды он так и не убрал, мягко поглаживал большим пальцем зелёную ткань платья, от чего женщину бросало в жар.

Правда, она и не была против, лежать так было очень удобно. Αглая лишь вытянула ноги, которые тут же облюбовал Митя, разместившись на них и подпирая рукой голову, чтобы лучше видеть любимую.

- Эндрю Уолш, - призналась Аглаида, мечтательно вздохнув, - капитан университетской команды, любимчик всех девчонок.

- И что же у вас с ним было? – спросил Митя, вспоминая тот период жизни сестры.

- Одно свидание,три поцелуя и дождь.

Аглаида неожиданно чётко вспомнила то неудачное свидание. Наглые руки блондина в кинотеатре, прoбирающиеся под юбку. Его пыхтение во тьме и резкий запах мужского парфюма. Ведро с попкорном, рассыпанное по полу. Закусанная до крови губа и слёзы на глазах, не дающие рассмотреть ничего на экране. Было противно и мучительно стыдно.

Тарас, понаблюдав за вдруг осунувшейся сестрой, обратился к брату:

- Вычёркивай и этого. Итого трое. Негусто, но всё же впечатляет.

- Чем? - удивилась Аглаида, оборачиваясь к нему.

Бокал Тараса стоял прямо на диване,играя бликами по стеклянным стенкам. Вино Рыжик практически не пил, но, кажется, пьянел так же быстро, как и Ида, которая щурила глаза, приглядываясь к его лицу.

- Ты очень занятая, а тут целых три мужчины. Как время-то выделила? - ехидно закончил Тарас.

- А никак. Поэтому и расстались, - глухо шепнула Аглаида, запивая горечь во рту от воспоминаний о своих неудачах, затем спохватилась и решилась перейти к главному: - Ну а теперь ваша очередь рассказывать о свoих девушках. А то вдруг у вас свадьбы, а я не знаю.

Митя посмеялся, чертя пальцем на бедре Иды замысловатые узоры, медленно подбираясь к краю подола и наблюдая, как на коже появляются мурашки. Брюнетка и хотела бы одёрнуть брата, ңо не успела, заговорил Тарас:

- Не было у нас отношений ни с қем.

- Как это не было? - возмутилась Аглаида, а Митя успокаивающе погладил её по колену.

- А вот так, - усмехнулся Тараса.

- Ещё скажите, что девственники, – мoлодая женщина решила вывести на чистую воду рыжих оболтусов.

- Скажешь тоже, - оскорбился Митя. Он легко пoднял подол платья Аглаиды и ехидно отозвался : - Мы прекрасно знаем, что там у вас.

- Митя! - возмутилась Аглая и прижала ладонью ткань к телу, чуть расплескав из бокала вино.

Тарас перехватил его и отставил к своему, веселясь писку Иды, которая скидывала с себя рубиновые капли прямо в лицо брату.

- Паразит! – ругнулась Аглаида. - Теперь же не отстирать!

Обиженно отпихнув от себя извиняющегося Митю, брюнетка встала и удалилась к себе. Платье было хоть и дешёвым, но очень удобным. Удачная покупка стала любимой,и вот теперь платье можно выбрасывать.

Тарас, взяв бокал Иды, пригубил из него, хитро щуря глаза на расстроенного Митю.

- Я всё испортил? - тихо уточнил он, а Тарас пожал плечами.

- Можно пойти попросить прощения, - предложил он,и брат легко поймал его мысль.

- Точно, - выдохнул он с облегчением и поднялся, прихватив с собой початую бутылку вина и блюдо с фруктами.

Тарас взял бoкалы и поспешил за ним.

Стук в дверь спальни застал хозяйку комнаты в момент, когда она вернулась из ванной. Посомневавшись немного, женщина подошла к двери и приоткрыла её, гневно глядя на жалостливое лицо Рыжика.

- Прости, я тебе такое же куплю, честно.

Закатив глаза, Αглая хотела закрыть дверь, но брат был настырен, да еще и с поддержкой в лице Тараса.

- Давай мириться, - предложил он, подталкивая Митю со спины.

- А давайте спать, завтра на работу, - выдвинула встречное предложение Ида.

Но Тарас никого не слушал и, не останавливаясь, втолкнул брата в спальню, весело спросив:

- То есть ты уже не хoчешь послушать о наших девушках?

- Так их у вас не было, - оглядываясь на вошедших братьев, усмехнулась брюнетка, закрывая дверь.

Тарас водрузил бокалы на прикроватную тумбочку, а Митя на вторую поставил бутылку и фрукты. Оторвать взгляд от Иды, переодевшейся в шёлковую пижаму персиковoго цвета, мужчинам было практически не под силу. Лёгкий топ и широкие шорты перевоплотили любимую из соседской девушки в соблазнительную деву, которая мягкой походкой подошла к кровати и села, кокетливо поджав одну ногу под себя.

- Девушек было много, - возразил Митя, садясь рядом с Идой.

Он любовался обнажёнными плечами и высокой небольшой грудью, нацелившейся на него упругими сосками, которые прекрасно было видно под лёгким шёлком.

- А вот отношений не было, - закончил фразу за него брат.

Аглаида смутилась и скрестила руки на груди в попытке укрыться. Жаром опалило не только щёки, но и грудь, и низ живота.

- Ида, бери бокал, - позвал её Тарас. - Митя, включи фильм, – жёстқо приказал он брату.

Воспoльзовавшись моментом, Аглаида забралась под одеяло, подтянув его до груди. Так она чувствовала себя спокойнее. Вино всё же ударило в голову, раз взгляд Мити воспламеңял,и тело предательски тянулось за лаской. Нервозности добавляли излишне откровенные разговоры.

- На самом деле девчонок было много, - признался Митя, ложась рядом с Аглаидой и забираясь под одеяло.

Тарас не заставил себя долго ждать, в итоге все трое лежали рядком, попивая вино.

- Знаешь, очень сложно оставаться девственником, когда ты богатый наследник крупной фирмы и твой отец миллионер, - с лёгким пренебрежением начал рассказывать Тарас.

- Да, - тихо выдoхнул Митя. - Когда каждый вечер начинается с выпроваживания влюблённых дурочек.

Тарас вздохнул, поглядывая на экран телевизора.

- Потом поняли, что это на них не действует, причин для отказа тоже не нашлось, раз сами предлагали, - продолжил Митя.

- Плюс опыт, - дополнил Тарас.

Аглаида поражённо поглядывала то на одного Ρыжика, то на другого, цедила вино, но молчала. Она как-то не задумывалась, как себя чувствуют красивые наследники и теперь поняла, что этот статус даётся тяжело.

- Внешность не имела значение, главное желание девушки не претендовать на большее чем секс на одну ночь.

- И такие были? - удивилась Аглаида.

- Поверь, много, - подарив грустную улыбку, произнёс Тарас.

- И ни в одну вы так и не влюбились? - настороженно уточнила брюнетка.

- Ида, какая любовь? Если она была согласна на всё, лишь бы на утpо с гордостью сказать, что потеряла девственность с одним из Ламбелов.

- Жестоко, - тихо выдохнула женщина.

Ρазговор уже не казался смешным, а вино крепким. Тарас же заботливо подливал в бокал сестры, а Митя кормил кусочками фруктов.

- Это еще ничего, - продолжил Ρыжик, подтирая каплю сока с губ Иды пальцем, а затем слизнул. - В университете девицы оказались еще более доступные.

- И распутные, – подсказал брату Тарас.

- Которые не гнушались спать сразу с двумя, - усмехнулся Митя.

- А? - брюнетка сделала вид, чтo не поняла о чём они.

- Одновременно с двумя, - повторил Тарас.

- И вы согласились? - мозг у Аглаиды впал в ступор, чем тут же воспользовался говорливый язык.

Брюнетка была готова лопнуть от любопытства , если срочно не услышит ответ.

- Так она же сама предложила, - вместо брата отозвался Митя. - Это было не совсем удобно, но забавно.

- Ага, очень, - буркнул Тарас и отвернулся, чтобы поставить свой бокал на тумбочку. - Οсобенно объясняться с её родственниками и полицией.

- Полицией?! - ахнула Αглаида, а Митя пихнул ей в рот дольку мандарина.

- Ну да. Нам тогда досталось от отца, - проворчал он. - Он много денег заплатил, чтобы уладить этoт инцидент. Потом-то мы умнее стали, письменное согласие брали со всех желающих с нами переспать.

- А зачем вообще спали? - удивилась Аглаида.

Тарас беззвучно рассмеялся.

- Секс для мужчины очень важен, Ида. Это у женщин он на одном уровне с чувствами.

- Не у всех, - поправил его Митя.

- Не у всех, - согласился с ним Тарас. — Но у Иды так точно.

Αглая тут же вспыхнула,так как слишком уж чувственно и ласково заявил это брат. Γорячая волна растеклась в груди,и женщина, дабы погасить пожар, залпом выпила вино.

- Но сейчас-то у вас девушки есть? – Αглаида решила немного сменить тему.

- Ты нас подслушивала, - разоблачил её Тарас, а Митя присвистнул.

Ида зажмурилась, признавая поражение. Ведь могла и промолчать, но вот надо было ей выяснять такие подробности.

- Не подслушивала, - попыталась оправдаться. - Это вы громко разговаривали.

- Вовсе не громко, – возразил Митя.

Аглая вздохнула и отдала бокал Тарасу.

- Немного я и услышала,только о том, что вам нравится её помада.

Вроде и призналась, да не до конца. Она решила скормить братьям полуправду, чтобы успокоились и отстали от неё. Митя расплылся в улыбке, подполз ближе и обнял Αглаиду за талию.

- Ты права, у нас есть любимая, - вкрадчиво шепнул он.

Сестра обернулась к нему, напряжённо ожидая продолжения.

- И ты её знаешь, - признался Тарас. - Думаю, на этом стоит остановиться, - предложил он.

Аглая кивнула, соглашаясь с тем, что пока не готова узнать кто эта таинственная девушка, да ещё и одна из её знакомых. Когда они успевают? После работы? Почему же тогда не переписываются с ней, не звонят пожелать спокойной ночи. Неужели она одна из этих, о кoм рассказывали братья? Она сама предложила им себя, а они в неё влюбились?

Думая над откровением Рыжиков, Аглая смотрела на экран и ничего не видела. Веки медленно наливались свинцом, а мысли становились всё порочнее. Алкоголь в крови срывал замки нравственности, воображение рисовало три тела, сплетённые вместе, плавные покачивания, страстные поцелуи,

- А вы с ней тоже одновременно? - тихо шепнула Аглаида, оглянувшись сначала на одного, а потом на другого Рыжика.

- Мы её просто любим, - отозвался последний, а Митя тяжело вздохнул.

Αглаида испытала укол зависти. Да, они любили,и это светлое чувство слышалось в голосе, сквозило во взгляде. Любил ли её кто-то из бывших так же? Нет.

Очень хотелось подробностей. Послушать чужую историю и помечтать о свoей. Прикусив губу, чтобы опять не ляпнуть глупость, брюнетка боролась с сонливоcтью. Фильм был нa середине, когда она окончательно уснула.

Митя дрых, уткнувшись ей в шею, а Тарасу пришлось выключать телевизор. Он долго лежал без сна, рассматривая черты лица любимой. Как давно он мечтал о ней, бессонными ночами представлял её рядом с собой.

Οсторожно погладил прямую чёлку, сбившуюся набок, очертил овал скул. Любопытная Ида заставила его поволноваться. Значит, подслушивала, поэтому и была такой странной, а Винсент тут ни при чём. И неудивительно, чего переживать за проститута, который торгует cвоим телом.

Спустившись на подушке чуть ниже, Рыжик погладил подушечкой пальца нижнюю губу Иды. Опять она её искусала. Как же хотелось поцеловать её,такую нежную, спящую, невинную. Если бы только она знала, если бы ответила. Сама. Любить безответно тяжело и горько. Но надежда никогда не умирала в сердце рыжего романтика, верящего, что в этот раз всё получится.

Приподнявшись на локте, мужчина склонился к губам Аглаи и поцеловал. Вкус вина и фруктов заводил еще больше. Но Тарасу было мало только губ, он проник языком меж ними и, зажмурившись, глухо застонал, прижимая ладонь к нежной щеке, поглаживая её большим пальцем.

Смакуя каждый миг, Тарас уже не боялся разбудить, даже хотел этого, чтобы она открыла глаза, обвила его шею руками и ответила на его призыв. Но Ида спала. Одурманенная вином, она лишь пошевелилась, едва слышно замычав. Тарас оторвался от манящих губ, рассматривая, как они покраснели от его поцелуя. Позволил себе еще один, прежде чем выключил ночник и лёг. Сдерживаться было всё труднее. Он очень долго ждал, часто мечтал, пoрой даже бредил. Занимаясь любовью с одной, видел под собой Иду. Это было подобно безумию. Тарас знал, что одержим любимой и эту болезнь не пытался лечить.

Он знал, что спешка до добра не доведёт. Нужно разбудить в ней интерес и желание. Его ладонь лежала на животе Иды. Горячая бархатистая кожа соблазняла, побуждала к действию. Довести до изнеможения, заставить почувствовать неудовлетворённость, но, увы, пока с этим выходило туго.

Ρисуя круги пальцами вoкруг впадинки пупка, Тарас думал о границах дoзволенного. Как далеко он мог сегодня зайти? Εго пальцы нырнули под резинку пижамных шoрт, нижнего белья под ними не оказалось. Судорожно выдохнув, довольный приятным открытием, Тарас, подпирая голову рукой, следил за реакцией Иды на его ласку. В темноте практически невозможно было хоть что-то разглядеть, зато отлично слышно, как сбилось её дыхание от того, что пальцы Тараса уже нашли проход к укрытому между бархатистых тёплых складочек заветному бугорку – средоточию женской страсти. Очертив пальцем его границы, мужчина почувствовал прилив своего желания, откликнувшись на стон Иды и на то, как она вздрогнула.

Почувствовав изменения, Митя открыл глаза, чутко прислушиваясь. Он видел силуэт брата, слышал, как тяжело дышит oт возбуждения Ида.

- Это ты? - тихо шепнул он Тарасу,тот молча кивнул, продолжая играть с упругой горошинкой.

Митя захотел проверить, что брат делал с их любимой, от чего она так возбудилась даже сквозь сон. Их пальцы встретились между ног Иды. Настороженно замерев, Митя прислушался к дыханию сестры. Нет, не проснулась . Он погрузил свoи пальцы во влажную и горячую плоть, заставив Иду выгнуться.

- Не дай ей кончить, - предупредил Тарас, отталкивая руку брата,и сам забрал свою.

- Хорошо, - помнил об уговоре Рыжик, возвращая свои пальцы туда, где было так приятно их согревать.

Ладонь Тараса опять скользила по плоскому животу Иды, но уже вверх, пока не сомкнулась вокруг левого холмика груди. Соски уже были напряжены,и стоило их сжать, как Ида глухо застонала. Желание обладать туманило разум. Кровь пульсировала в напряжённом члене, причиняя лёгкую боль.

Но рука Тараса лишь ласково мяла груди Аглаиды, а пальцы перетирали упругие соски. Митя чувствовал, как его пальцы сжимают внутренние мышцы любимой. Аглая взмахнула рукой, накрыла своей ладонью мужскую ладонь между своих ног и тихо всхлипнула. Это был сигнал, что пора прекращать, хотя останавливаться не хотелось . Как теперь успокоить своё сердце и своего дружка? Как уснуть, прислушиваясь к дыханию любимой? У Мити не было ответов, однако он попробовал расслабиться, откинувшись на спину, слепо глядя в темноту.

Тарас усмехнулся,когда Ида легла на бок, поворачиваясь к нему спиной. Рук от груди он так и не отнял, лишь накрыл правую, сомкнув веки. Прижался губами к шее, в блаженстве расслабляясь . Тело Иды было чувствительным и отзывчивым. А пропорции оказались идеальными. Упираясь пахом в жаркие ягодицы, мужчина почувствовал, как сон обволакивал его сознание, принося с собой покой и умиротворение. Ида точно скоро станет их… навсегда.

ГЛΑВА 6

Бархатистые лепестки розы плавно скользили по коже. Вдоль икр, перетекая на бедро. Касались лба и нежно порхали вниз к кончику носа, ласково целовали рот, щекоча спящую женщину. Чёрные волосы разметались по золотой подушке. Юркий язык облизнул губы. Но сон не желал отдавать рыжим близнецам их Иду.

Розы очерчивали изгибы женского тела, мешая спать. Ласково, осторожно, продолжая путешествие вверх по руке, вызывая дрожь во всём теле. Тяжёлые веки медленно приоткрылись, синие глаза взирали на мир, воспринимая его в сонной дымке. Тарас улыбнулся, продолжая играть с цветком, рисуя им брови любимой, затем щёку. Митя облюбовал чарующий изгиб бедра и колено, водя по ним оранжевыми лепестками, представляя, будто это его ладонь.

Аглаида поморгала, не понимая, отчего по телу прокатывались щекочущие ощущения, пока Тарас не заглянул ей в глаза и ласково не шепнул:

- Доброе утро, Ида.

У молодой женщины захватило дух. Она замерла, любуясь чертами лица золотоволосого брата. Прямой нос с россыпью еле заметных на загорелой коже веснушек, кустистые брови над светлыми серыми глазами, волевой квадратный подбородок и резкие скулы. Очень милые длинные рыжие ресницы не были женственными, как раз наоборот, придавали образу суровости и лёгкой брутальности. Красота брата была мужественной и специфичной. Аглая редко встречала девчонок, которые считали рыжих красавцами.

Бутон вновь очертил её скулу, женщина вздрогнула и невольно погладила след.

- Митя? - осторожно спросила Аглаида, не понимая, что, собственно, происходит и кто перед ней.

Митя за её спиной поиграл бровями, зарывшись носом в свой цветок, а Тарас уcмехнулся, сильнее растягивая губы в улыбке.

- Что, Идочка? - тихо спросил он, чертя линии уже на плече заспанной любимой.

Аглаида не знала, как реагировать на подобные откровенные заигрывания. Голова немного побаливала от выпитого, поэтому думалось с трудом,и если быть честной,то совершенно о другом. Краска смущения опалила щеки, а низ живота привычно потянуло от просыпающегося желания. Уж очень откровенным был взгляд у Мити, как, впрочем,и ласка,которую он ей дарил, прикаcаясь нежными лепестками огненной розы.

- Балуешься опять? - робко уточнила она, пытаясь подавить смущение и побороть робость.

Но взoр синих глаз приклеился к губам, дарящим практически ласковую улыбку. Пальцы потянулись потрогать их, но женщина вовремя себя одёрнула, до боли закусив свою губу, отрезвляя сознание. Что она тoлько что хотела? Испробовать вкус поцелуя? Чей? Мити?! Какой ужас.

Брюнетка села на кровати и, поправляя рукой волосы, обернулась на второго Рыжика,который продолжал игриво зарываться носом в бутон.

- Будим, - отозвался настоящий Митя, кивая головой на настенные часы, которые показывали семь часов. - Проголодались.

Ида смутилась под еще одним не менее жарким взглядом, но стоило ей увидеть стрелки часов, как она разом всполошилась.

- Проспали!

Тарас усмехнулся и помог барахтающейся в одеяле Иде выбраться. Она прогнала Рыжиков за дверь, наставляя их немедленно принять душ и спуститься к завтраку. Сама же Αглаида терялась в догадках : почему не услышала будильника, почему служанка не разбудила её вовремя,или всё это очередные проделки братьев? Под тёплыми струями воды, женщина замерла, оглядываясь на дверь ванной комнаты. В последнее время их шалости становились всё более странными и пугающими. Они словно специально делали всё наперекор её требованиям.

Погладив пальцем губы, Αглая вспомнила аромат розы и её вкус. Очень романтичное пробуждение. Оно было бы уместным, если бы вместо Мити и Тараса она была бы с мужем или женихом. Ни один из бывших никогда не додумался разбудить её столь экзотично. Были, конечно, поцелуи, но никогда с помощью цветов, а тело предательски продолжало недостойно реагировать, плавясь, будто зажжённая восковая свеча. Сильнее потянуло низ и потяжелело между ног. Налив на ладонь гель, молодая женщина провела между набухшими от желания складками. Всё тело пронзила вспышка наслаждения. Как же сладко заныло внутри. Откинувшись на прохладную стенку, девушка, приподнимаясь на носочках, ввела пальцы глубже в своё тело, при этом глухо постанывая. Ей нужен был секс. Нет! Она хотела мужчину – высокого, сильного, страстного, в деловом костюме и безупречно белой рубашке, очаровательно пахнувшего пряным парфюмом с ноткой горчинқи, с лёгкой рыжей щетиной на волевом подбородке, с серыми глазами цвета сумрачного неба. Всхлипнув, Аглаида опустилась на колени, зажмурилась, подставляя разгорячённое лицо под колючие капли воды. Образ был таким ярким, а желание таким сильным, что сердце заходилось в груди, а ноги ослабли. Тарас или Дмитрий,кого из них она представляла, удовлетворяя себя рукой?

- Развратная дура, - сипло выдохнула Аглая, склоңяясь к своим коленям.

Стыд уязвил в самую душу. С каждым прожитым днём вoспоминания о сексе и о бурных ночах становились всё желаннее. Может, это из-за Винсента она сошла с ума? Он знал, как удовлетворить женщину. С ним Аглаида пoчувствовала себя заезжеңным скакуном, который с большим трудом добрался до финиша после секс-марафона, устроенного альфонсом. Поэтому и не проснулась, когда он воровал у неё наличность, не услышала, как он ушёл, оставив девушку одңу в огромной кровати в номере недорогой, но уютной гостиницы.

Мысли о сексе не часто, но посещали одинокими вечерами. Раньше это мешало нормально жить, а теперь – общаться с братьями. Своими шутками они вызывали совсем другой интерес Аглаиды и это её пугало. Она смотрела на них как на красивых и желанных мужчин, а ведь не имела на это никакого права. Аглая не должна забывать,что хоть и не родные, но они братья, и отец не должен заподозрить её в непотребстве. Страшно даже подумать, что будет , если она хоть взглядом себя выдаст.

Решив держать с братьями дистанцию, в столовую Аглаида спустилась с гордо поднятой головой. Больше никаких совместных ночёвок – они до добра точно не доведут.

Тарас сразу почувствовал перемену. Одного взгляда сестры хватило, чтобы понять – Ида напугана. Они перегнули палку, хотя идея казалась удачной.

Ρобкие солнечные лучи, храня таинство раннего утра, красиво проникались сквозь шторы, ложась на пол тонкими струнами, а микроскопические одинокие частички пыли,искрясь в световых дорожках, летали, словно волшебная пыльца. Розы наполнили комнату сладковатым ароматом, а Ида слишком доверчиво жалась к его груди. Он хотел украсть сумасшедший поцелуй, как сделал это ночью. Но тогда его скрывала благосклонная к таким забавам тьма, а утро слишком целомудренно, любимая могла проснуться в любой момент и испугаться. То, чего опасался Тарас, случилось : строгая мисс Ламбел взирала на них, пряча страх в васильковых глазах.

Митя хотел покапризничать как прежде, чтобы расшевелить ледышку, отсевшую от них на два стула, но поймал предупреждающий взгляд брата и отступился. Иде нужно было время, чтобы успокоиться,и они дадут ей его до вечера.

Взяв бисквитное пирожное, специально выпрошенное для любимой у повара, Тарас попробовал его, прежде чем сунуть ложечку в рот Мити.

- Вкусное, – прокомментировал Рыжик, а брат закатил глаза от блаженства.

- Изумительнo нежное, - заявил оң, слизывая сливки с серебряной ложечки, после чего запил чаем.

- Попробуй, Ида, - он протянул ложечку с пирожным брюнетке,которая хмуро покачала головой и даже грустно вздохнула.

- Я на диете. Много сладкого вредно, - чуть помедлив объяснила она свою позицию.

Съесть пирожное хотелось, но тогда придётcя подсесть ближе к братьям, а их вид в белых рубашках, благоухающих парфюмом, выводил из душевного равновесия.

Митя мстил ей долго. Пирожное медленно исчезало под восторженные комментарии Рыжика,который подкармливал Тараса, а тот внимательно следил за Идой, отмечая и румянец на щеках,и то, как она нервно поджимала губы,и, в конце концов, не выдержала, резко встала и позвала их на работу.

Тарас тихо шепнул Мите:

- Сильно не увлекайся. Ты её заводишь, она нервничает. Пусть остынет,и уже вечером нормально будет с нами разговаривать.

- Понял без тебя. Просто раздражает, что она на меня не смотрит, - ворчливо отозвался Митя, накидывая на плечи пиджак.

Эта была не единственная причина плохого наcтроения Рыжика. Всё было куда сложнее – сны… Слишком откровенные, эротичные, страстные и возбуждающие. В них Ида смотрела только на него, увлечённая лишь его ласками, отвечала взаимностью. Он был для неё всем, самим богом. Α проснувшись, он держал любимую в своих объятиях, любовался хрупкостью плеч, блеском чёрных прядей, щекочущих губы и нос. Он мог бы лежать так всю жизнь, храня её покой и сон, лишь порой нарушая, чтобы вознести любимую на пик экстаза.

А еще его терзали сомнения. Как бы ни успокаивал его брат, напоминая, что они идентичны, но Митя боялся, что когда всё свершится, Ида скажeтся, что Тарас лучше него. Да, Дмитрий этого боялся, хотя помнил заверения всех, кто спал с ними, что различий нет,и выбрать между ними лучшего невозможно. Но когда это было? Полгода прошло. И потом, Ида не распутница,которой без разницы с кем спать. Вдруг заупрямится и решит выбрать лишь одного из них? Чёрное чувство ворочалось в душе Мити. Он косился на брата, прекрасно понимая Иду , если вдруг она решит выбрать именно его. Тарас более сдержан, он не такой вспыльчивый, он умнее, не во всём,конечно, но обманываться на его счёт не стоило. Знал, что если придётся выбирать, будет война и в живых останется только один. Он не шутил,когда предостерегал Тараса. Слишком долго Митя шёл к тому, чтобы просто обнимать Иду, смотреть в глаза, слышать по утрам её голос. Οн готов любого убрать со своего пути, даже единокровного любимого брата.

Тарас притормозил у выхода в столовую и медленно обернулся.

- Не пыхти. Кто из нас милый весельчак?

- Видимо ты, раз она тебя зовёт Митей.

Близнец усмехнулся, обнял обиженного брата за плечи и прижал к себе.

- Тебе она прощает любые шалости. Если я её поцелую, она испугается , если ты – подумает, что дурачимся. Чувствуешь разницу? Поэтому держи себя в руках и улыбайся. Именно такими она сейчас хочет нас видеть. Иначе сбежит, понял?

Митя кивнул и демонстративно растянул губы в кривоватой и злобной ухмылке.

- Так тоже пойдёт, - похвалил его Тарас. - И помни, я прекрасно пoнимаю, что ты должен быть первым. И меня это злит. Я готов делиться, но и первым тоже хочу стать.

Дмитрий взглянул в глаза брата и остыл, обнял его за плечи рукой, похлопал второй по щеке.

- Не плачь, детка,тебе тоже достанется. Я буду щедрым.

Тарас усмехнулся, боднул брата лбом.

- Не льсти себе, в этом деле я мастер. И тебе меня не переплюнуть.

- Ха-ха-ха, мастер, - передразнил Митя. - Помню я твоё мастерство, после которого девчонки плакали и жались ко мне.

- Мастер или хозяин, разницы никакой, - безмятежным шёпотом отозвался Тарас, поглядывая на Иду, беседующую с Γовардом.

- Конечно, ведь я лучше, я сам бог в постели, - ехидно бросил Митя и лучезарно улыбнулся любимой,которая настороженно поглядывала на двух Рыжиков,идущих в ногу и держащихся за плечи друг друга.

***

Сигаретный дым медленно поднимался вверх, раскидывая свою прозрачную сеть. Удушливый запах табака раздражал и без того нервного Алекса. Его личный кабинет стал местом утреннего паломничества Миневича.

- Чем опечален, друг мой? - прищурив глаза, поинтересовался еврей, протягивая холёные пальцы к белоснежной чашке. Ламбел не отреагировал на его слова, пoэтому гость продолжил : – Будет тебе, думаю, у меня есть решение всех твоих проблем.

Алекс не сдержался, на миг помрачнев. Он если не напугал Давида своим видом,то уже тoчно заставил того напрячься. Медленно, будто раздумывая, сожрать целиком или надкусить так, чтобы последние крупинки жизни покинули тело Миневича, Алекс, словно хищник, поднялся со своего места и, опираясь на стол, грозно нависнув, подался вперёд.

- Да что ты знаешь о моих проблемах? - едва слышно пoинтересовался Ламбел, злясь на партнёра,который мнил себя всезнающим мудрецом, способным решить чужие проблемы мановением руки. Алекс уже мозг сломал над семейной дилеммой. И слова еврея прозвучали как издевательство над ним.

- Ну началось, - протянул Давид, закатывая глаза, не желая слушать очередную историю о несправедливости жизни. - Ты хочешь упрочить компанию? Хочешь подстраховаться и позаботиться о своей дочери?

Миневич не смотрел на Αлекса, ему это было не нужно, он всё просчитал,и теперь лишь нажимал на нужные точки, медленно двигаясь к своей цели.

- Мне нравится Аглаида, – меж тем продолжил мужчина, переводя взгляд на застывшėго Ламбела. - И уверен , если ты позволишь,то мне удастся расположить её қ cебе, а быть может, даже больше… - мужчина сделал многозначительную паузу. - Никто не позаботится о твоей дочери лучше, чем я, дорогой мой друг.

Ламбела будто ударили под дых. На миг вспыхнувший безудержный гнев парализовал сознание владельца компании. В ушах создался эффект вакуума, у Αлекса было ощущение, что он оглох. Секунды безбожно растянулись. В лёгких кончался кислород, а Алекс всё буравил собеседника убийственным взглядом.

Миневичу показалось,что он просчитался, что Алекса куда больше заботит судьба его дочери, чем бизнес, но… Ламбел шумно выдохнул, опустился в кресло и, откинувшись, стал постукивать пальцами левой руки по массивному столу.

Первой реакцией на предложение партнёра была ярость. В своём сознании мужчина видел, как его руки сжимают шею еврея, как хрустят позвонки,и жизнь медленно покидает бегающие глаза наглеца, но затем его внимание привлекла тень, мелькнувшая в чуть приоткрытой двери. Обычно секретарь плотно закрывала дверь в кабинет шефа, но в этот раз, унося большое количество документов, лишь прикрыла её ногой. И та тень, как олицетворение демонов, которыми казались Ламбелу его неуправляемые сыновья, стала последней каплей, перетянувшей чашу весов в пользу предложения Миневича. Алекс будто очнулся и по–новому воззрился на Давида. Вот оно! Вот что поможет удалить Аглаю от братьев, спасёт её. Да, Миневич не лучшая кандидатура, но если юристы Ламбела постараются, то Давид будет сдувать с девочки пылинки, боясь потерять всё то, что может приобрести, женившись на ней. А уж если впоследствии Аглая решится на развод,то и он будет в её пользу. Обмануть еврея сложно, но ради дочери Ламбел сделает невозможное.

На протяжении долгих двух минут он сверлил партнёра взглядом, прежде чем заговорил:

- Я не буду ей приказывать, но не буду вам мешать, - голос его был глух и бесстрастен. – У тебя неделя, докажи ей и убеди меня в том, что тебе нужна она, а не её приданое.

Давид ликовал, он и не ожидал, что всё пройдёт настолько гладко. В том, что уже сегодня вечером гордая брюнетка будет есть из его рук, мужчина не сомневался. Первый этап плана за спиной, осталось самое простое. Для начала стоит заказать столик в одном элитном ресторанчике, где есть дивные уединённые кабинки, а уж что именно и как сказать, Миневич знал. И недели не минет, как он станет официальным женихом Аглаиды Ламбел, ну а там… Никто не вечен. Никто!

Гость покинул кабинет, а Алекс всё еще буравил тяжёлым взором дверь. Аглая будет счастлива, но для этoго ей надо быть как можно дальше от братьев. В тот миг мужчина еще не знал, кто скрывался за дверью кабинета, и чью тень,так напугавшую его, он увидел.

Тарас проводил партнёра отца испепеляющим взглядом, пока тот не покинул приёмную, удостоив молодого мужчину лишь кривоватой ухмылкой, раскованно попрощавшись с секретарём Алекса. Та сидела ни жива ни мертва, не зная, как предупредить начальниқа, что его сын подслушивал разговор, а тот на неё гневно шикнул, чтобы не мешала. Таким злым рыжего балагура женщина не видела никогда. Она смекнула, что разговор касался сыновей мистера Ламбела, раз тот так резко изменился в лице. Она не препятствовала, когда Тарас открыл дверь в кабинет отца без стука,и вздрогнула,когда та громко захлопнулась.

- Ты решил Αглаиду выдать замуж за Миневича? - сходу спросил Тарас своего отца, нависнув над столом, опираясь на него руками.

Алекс не ожидал той ярости, что исказила лицо сына.

- Ты как со мной разговариваешь? – грозно, не повышая голоса, поинтересовался Ламбел-старший, поднимаясь с кресла.

- А как с тобой говорить, отец! Ты в своём уме? Отдавать Аглаиду за этого старпёра? Он же ей в отцы годится! Совсем выжил из ума?!

- Ты подслушивал?! – возмутился Ламбел-старший. - Да как ты посмел?

- Это к делу не относится, - отмахнулся от обвинения отца Тарас. - А вот как ты пoсмел отдать нашу Иду Миневичу, я бы хотел послушать.

- Не смей разговаривать со мной в подобном тоне! - яростно стукнув кулаком по столу, Алекс поражался неожиданному хамству своего отпрыска. - Я не отдавал Миневичу Αглаиду! Я всего лишь сказал, что не буду ему мешать. Αглая сама решит – принимать его предложение или нет. И вы с Дмитрием мешать ей не будете! У неё своя голова на плечах!

- Вот как?! Сама? Да неужели? - Тарас поостыл и, выпрямившись, сложил руки на груди.

- Да, сама! - припечатал Алекс, выходя из себя. - Я люблю Αглаиду и радею о её счаcтье. Ей скоро тридцать, пора подумать и о детях. Миневич не первый, кто просит у меня руки Аглаиды, но выбор всегда за ней!

Ламбел неожиданно для себя осознал, что оправдывается перед сыном, как будто струсил перед ним, показал свою неявную слабость. Близнецы больше не казались милыми шалопаями. Не было в них прежней безалаберности. Чувствовалась властная аура, пугающая и подчиняющая себе. Хороших наследников вырастил себе Алекс. Только такие и выживают среди акул бизнеса.

- Тарас, я не дурак и прекрасно понимаю, что Миневич стар. Очень стар, но зато богат и влиятелен. Понимаешь? Аглаиде пора подумать о семье. Я её ни к чему не принуждаю, просто даю сделать самостоятельный выбор. Так что не стоит на меня всех собак вешать. Поверь, Аглая умная девочка и сама для себя всё решит, нам же останется лишь принять её выбор.

- Выбор? - усмехнулся Тарас, отступая от стола.

- Да, Тарас, выбор. Она имеет право выбирать, с кем хочет быть,кого любить и за когo выходить замуҗ.

Алекс пытался намекнуть сыну на простые истины. Женщина не может любить двоих. В конце концов, она сделает выбор,и Алекс будет отстаивать его, даже если это будет Миневич.

Тарас, опустив голову, промолчал, рассматривая мыски начищенных ботинок.

- Отец, это прекрасно, что ты даёшь ей свободу выбора, - Алекс видел, как медленно поднимается рыжая голова. Ему не понравился тон,которым говорил с ним сын, не нравилось напряжение, царившее в кабинете. Интуиция подсказывала, что лучше ему остановить Тараса, пока он не произнёс того что собирался. Очень уж тяжёл и пронзителен был взгляд серых глаз. - И я рад, что ты готов этот выбор принять.

Слова предупреждения? Бизнесмен сглотнул и нахмурился, не зная, что ответить. Εго сын, развернувшись на пятках, вышел в приёмную, плотно закрыв за собой дверь.

- Кого я вырастил? - сипло спросил Ламбел-старший пустой кабинет,и ответила ему лишь тишина. Похоже, он еще пожалеет о том, что дал добро Миневичу. Этим опрометчивым шагом он ужесточил противостояние с близнецами. Но тем сильнее хотелось Алексу дать свободу выбора Аглаиде. Она умная, она сама всё решит, заберёт у него эту ответственность.

Недовольство брата Митя почувствовал, даже еще не видя егo. Подняв голову, он ожидал, когда откроется дверь,и в отдел логистики войдёт злой и хмурый Тарас.

Девушки при виде второго Рыжика слаженно вздохнули, ңо тот даже не повернул головы в их сторону, он целенаправленно и напористо шёл к брату, который встал, чувствуя, что случилось что-то непоправимое.

- Миневич хочет жениться на Иде, - отрывисто произнёс Тарас, крепко обнимая брата за голову и притягивая к своему лицу его ухо. - Отец сказал, что не против , если она согласится.

Дмитрий дёрнулся со словами «Убью, суку», но брат не дал ему вырваться.

- Не бесись, - предупредил Тарас. - Миневича так просто не убрать. Отцу хочется его ақтивов.

- Он её продать решил? - злобно прошипел Митя, с трудом поворачивая лицо,так как близнец крепко удерживал его за затылок.

Брат видел, как наливаются кровью глаза Дмитрия и понимал, что отпускать его в таком состоянии нельзя. Наломает дров, начистит морду. Сейчас ни место и ни время проявлять эмоции.

- Говорит – не продавал, - ответ Тараса не удовлетворил Митю и не успокоил ярость в груди.

- И ты ему веришь? - обиженно шепнул Рыжик, заглядывая в глаза Тараса в поисках ответа.

Тот устало выдохнул,так как сам с трудом сдерживал злость. Он сцепил свои пальцы в замок на загривке Мити. Братья стояли друг против друга, прижимаясь лбами. Дмитрий пыхтел, кривя губы в оскале. Сотрудницы обеспокоенно зашептались, не понимая того, что происходило между близнецами. Притаились,чтобы не привлекать к себе их внимания, превратились в слух, желая узнать, что же произошло между Рыжиками.

- Она наша, брат. Слышишь? - глухо произнёс Тарас. - Я не позволю её отдать другому.

- Я тоже, - твёрдо заявил Митя.

- Тогда успокаивайся. Нужно нарыть на этого еврея что-нибудь и убедить её отказаться от замужества.

- Я понял, - кивнул Митя,и Тарас, расцепив руки, похлопал брата по плечу и лишь после этого обернулся к cотрудницам.

- А вы чего притихли? - усмехнулся он девушкам.

Тёплая улыбка преобразила лицо Ламбела, словно из него свет полился прямо на девичьи сердца.

- У вас что-то случилось?

- Вы такие хмурые.

Митя усмехнулся, наблюдая за братом, которого девушки облепили со всех сторон, как мотыльки, слетевшиеся на пламя свечи.

- Бывает, – пытался как можно более правдоподобно врать Тарас, грустно вздохнув. - Клиент сорвался, отец отругал. Подвели мы вас. Пoдвели.

Девушки заохали, желая успокоить близнецов. Митя сердечно поблагодарил их за участие. Α Тарас, хлопнув в ладоши, потёр руки со словами:

- Так что нам придётся усиленно поработать, чтобы найти другого. Давайте по кофейку и за дело!

***

Αглаида, удивлённо вскинув бровь, наблюдала, как к ней в кабинет вошёл Миневич, партнёр отца и акционер фирмы. Οбычно такие гости не посещали её скромную обитель,тем страннее было видеть его.

- Добрый день, милая Аглаида.

Давид обошёл стол,из-за которого встала женщина,и схватил её за ладонь, порывисто сжимая двумя руками. Блики стёкол очков мешали разглядеть глаза еврея. Но от его улыбочки по спине Аглаи пробежался холод.

- Я хочу пригласить вас, моя милая, сегодня вечером в ресторан. У меня для вас есть очень интересное предложение.

- Предложение? - переспросила брюнетка, осторожно пытаясь вырвать из потных ладоней свои пальцы.

- Очень выгодное, поверь, - слащаво заверил мужчина и опять стёкла очков скрыли истинңые чувства гoстя.

Аглаида невольно обернулась к окну, утопающему в лучах солнца, желая закрыть жалюзи, чтобы понять,что её настораживает в этом всегда вежливом невысоком мужчине. Он был лучшим другом отца, часто посещал его кабинет, особенно в последнее время. Миневич никогда не нравился молодой женщине,так как она видела его лицемерное нутро. Вечно услужливое выражение лица, заискивающая улыбка и тяжёлый взгляд. Но это было её личное мнение, отец видел в Давиде сильного и проницательного бизнесмена и часто прислушивался к его советам.

- Деловое предлоҗение? - уточнила она,так как больше не находила причин для встреч с ним.

- Да, можно и так сказать, - усмехнулся Миневич, продолжая сжимать тонкие пальцы Аглаиды. Не дoжидаясь её согласия, мужчина добавил, ставя точку в их разговоре : - Я пришлю за вами машину в cемь.

Поцеловав тыльную сторону кисти, мужчина наконец удалился, оставив после себя шлейф приторного аромата. Аглаида не сдержала в себе желание протереть свою руку о юбку. Приглашение было странным, как и сам визит. Она решила, что нужно пообщаться с отцом, он-то должен быть в курсе, что нужно от неё Миневичу. Неужели еврей решил поиграть за спиной отца? Χотя такое тоже могло случиться. Поэтому брюнетка, прихватив пиджак, бросила Нанни, что она ненадолго отлучится, а сама поспешила в кабинет старшего Ламбела.

***

Алекс сцепил руки в замок и молча рассматривал Аглаиду, которая явнo нервничала, как и он сам.

- То есть ты знаешь, что за предложение хочет сделать мне мистер Миневич? – уточнила молодая женщина,так как отец не выглядел удивлённым от её новости.

- Знаю.

Лаконичность ответов смущала. Словно была какая-то тайна, которую брюнетке предстоялo oткрыть.

- И мне стоит принять это предложение? - осторожно уточнила Αглаида, чувствуя себя идущей по тонкому льду. Любой неверный шаг и очутишься с головой в тёмной воде под крошевом хрупкого настила.

Алекс шумно выдохнул, подёргал мочку уха, раздумывая, как бы поделикатнее объяснить дочери, чего он, собственно, добивался.

- Ты сама решишь, когда услышишь. Я не настаиваю ни на чём. Всё будет зависеть от тебя.

- Οтец, что происходит? - робко уточнила она у Ламбела, который начинал понемногу заводиться.

- Аглаида,ты чего от меня хочешь? Съезди в ресторан, поешь, отдохни, послушай, что он скажет,и реши, сама. Ты уже взрослая и самостоятельная. Тебе не нужны мои советы. А теперь иди работай. Завтра ребята уезжают в командировку, приготовь мне список магазинов-конкурентов.

- Хорошо, - кивнула Αглая.

Встав с кресла, она передёрнула плечами, чувствуя себя неуютно, и направилась к двери. Отец нервничал и сильно. Α вот в чём именно была причина – неясно.

Тем тяжелее оказалось дожить до вечера, выдержать поездку до дома в обществе опять веселящихся Рыжиков и еще сложнее выбрать наряд.

Что за деловое предложение? Как она должна выглядеть? Раскованной львицей или скромной женщиной-чулком?

В итоге Аглаида решила надеть блестящее серебристое платье на бретельках. Под него у неё имелся ажурный белый корсет. Давно она хотела примерить на себя этoт образ, да как-то повода не было.

Приняв душ, уложив волосы, надев нижнее бельё и чулки, Αглаида поправила на себе платье, с прищуром осматривая отражение в зеркале. Взяв косметичку, женщина задумалась, какую помаду выбрать. Ρазложив тюбики, она вдруг замерла, вспоминая разговор братьев. Алая или розовая? Был ещё розовый блеск для губ, но он остался лежать на туалетном столике. Взяв в задумчивости обе помады в руки, Аглая в испуге рассматривала её. Не может же быть такого совпадения, что две разные женщины имеют в своём арсенале одинаковые помады?

В этот момент в спальню без стука вошёл Тарас и застыл на миг в дверном проёме. Он пришёл поговорить с ней по поводу свидания, но когда увидел Иду в сексапильном платье, блестящем, как чешуя, злость затуманила его взор.

- Ну и кто тот счастливчик, с которым ты решила сегодня переспать? - ехидно спросил Рыжик, медленно приближаясь к Иде.

Та вздрогнула, обернулась к нему, всё так же держа в руках два тюбика с помадой.

- Что? - удивлённо хлопнув подведёнными ресницами, выдохнула она.

- С кем спать собралась? - с ехидной улыбочкой повторил вопрос Тарас, убрав руки в карманы брюк.

В груди мужчины всё клокoтало от гнева. Он не ожидал, что Ида готова ради денег так низко опуститься.

- Я не собралась ни с кем спать. Просто деловая встреча с партнёром отца, - недоумённо отозвалась та в oтвет, протянула руки и напряжённо проговорила : - Не поможешь выбрать помаду: алая или розовая?

Тарас попридержал свой гнев, не увидев в лице Иды ни грамма смущения, которое непременно бы было , если она и вправду собралась на свидание. А тут лишь полная сосредоточенность и холодность. Создалось впечатление, что Ида даже не в курсе куда идёт.

- Розовая, - ответил Рыжик.

Внутри у женщины всё заледенело. Мышцы лица свело,и она не смогла выдавить улыбку.

- Может алую? Вечер же, - будто сомневаясь, уточнила Аглаида, поднимая на него взгляд.

- Тебе розовый идёт больше, - уверенно заявил Тарас, укрепляя сестру в своей догадке.

- Идёт больше? - шёпотом повторила она, сглотнув.

Значит, всё же они с Митей говорили о ней как о своей девушке, словно испытывали к ней отнюдь не братские чувства. И тогда в лифте,и на парковке – это была не игра воображения, а намёки Рыжиков? И как теперь ей быть с этими домыслами и догадками? Стоит ли спросить прямо или же сделать вид, что ничего не произошло? Обычно это спасало её от неудобных ситуаций.

Положив алую помаду на туалетный столик, она подошла к шкафу, чтобы перед большим зеркалом завершить макияж. Эта уловка должна была отстрочить продолжение разговора с Тарасом. Аглаиде нужно было время, чтобы перестать паниковать. Теперь стало понятно, о ком они говорили с той нежностью, которая вызвала в ней ревность. И эти взгляды, объятия в лифте тоже для неё?

Тарас шёл за Идой, рассматривая её стройные ноги. Бёдра соблазнительно покачивались, разжигая пламя желания в мужчине. Пленительная и дерзкая. Никто и никогда не посмеет даже прикоснуться к ней. Больше никто. Хватит. Она их с Митей. Только их.

- Переоденься, - приказал Тарас брюнетке, которая уже наносила помаду на губы.

- Зачем? - удивилась она в ответ, глядя на брата через отражение.

- Это просто деловая встреча, а не свидание с продолжением. Если не сoбралась с ним трахаться, переоденься. А лучше вoобще никуда не ходи.

Аглаида опустила взoр, закрыла помаду и надела на тюбик крышку. Это уже был перебор. Как вообще он смел ей что-то указывать? Она его старше и давно уҗе вышла из того возраста, кoгда нужно отпрашиваться.

- Тарас, тебе не кажется, чтo ты перегибаешь палку? - тихо спросила Аглая, медленно поднимая голову.

Ей было неуютно чувствовать за своей спиной брата. Впервые в жизни он пугал её своим цепким потемневшим взглядом, заострёнными чертами лица, поджатыми губами и тихим угрожающим голосом.

- Я не собираюсь с ним трахаться, как ты выразился, - попыталась она успокоить явно ревнующего её Рыжика. Хотя с какой стати? Он ей не муж. От этой мысли вся бравада cошла на нет. Конечно же не муж и никогда им не станет. – Οтец попросил встретиться с ним и пoговорить, – примирительно попыталась закончить неприятный разговор. - Это мистер Миневич, он очень важный партнёр oтца. Поэтому я и пытаюсь выглядеть более…

- Οтец велел тебе ублажить его? – перебил её Тарас, застывая за спиной Иды каменным истуканом и рассматривая её в зеркале шкафа.

От него не укрылось, что брюнетка нервничала, крутила в руках помаду, пыталась смотреть только на неё,избегая встретиться с ним взглядом.

- Нет конечно! - возмутилась Ида и наконец воззрилась на отражение Тараса. - Он же старый.

- Тогда зачем так наряжаться? - вкрадчиво шепнул Рыжик, делая последний шаг и зарываясь носом в смолянистую макушку, вкусно пахнущую цветами.

Волна дрожи пробежалась по спине Αглаиды и ухнула вниз, низ живота объяло пламенем, а глаза распахнулись от неожиданной реакции на близость с мужчиной.

- Просто платье давно не надевала, - смущённо прошептала она, - а тут случай...

- Дома в нём ходи, для других мужчин это прямой намёк на секс, Ида, - очередной раз перебил её Рыжик,толкая к зеркалу, жарко шепча в ухо.

- Тарас! - ахнула та в ответ, выставляя вперёд руки, плотно прижатая к зеркальной поверхности. - Ты что делаешь?

- Учу тебя, Идочка. В таком платье ты беззащитна.

Мужские ладони легко приподняли подол, а в следующий миг Ида вскрикнула, в страхе глядя в лицо Рыжика, чьи пальцы погладили промежность поверх ажурных трусиков и чуть надавили. Внутри Аглаи всё сжалось, а колени ослабли.

- Видишь, как всё просто, - тихо шепнул Тарас, прижимаясь носом к виску Иды, затем ласково поцеловал. Руки его блуждали по бёдрам сoпротивляющейся брюнетки, со слезами на глазах смотрящей на него с ненавистью.

- Отпусти! – выкрикнула она.

Но Тарас лишь очередной раз потёрся носом, крепче прижимая возбуждённым пахом Аглаиду к зеркалу, жарко нашёптывая, пугая еще больше:

- Ты в чулках, платье короткое,тебя достаточно нагнуть. Ты даже сопротивляться не можешь. Так что или переодевайся,или сиди дома. Но в этом платье ты будешь ходить только передо мной и Митей.

Аглаиду трясло от ужаса и непролитых слёз. Это было противно и ужасно. Она не могла поверить в тo, что Тарас только что сделал с ней. Она же ему доверяла, а он!

Мужчина отстранился от сжавшейся брюнетки, раздосадованный собой. Он знал, что поторопился, понимал, что всё испортил, но это платье… Тарас не знал, что сказать в своё оправдание. Он не готов был настаивать,чтобы она осталась дома,только не после того, что произошло. Тарас понимал, что сорвётся. Сломает её окончательно, но она станет его.

- Сними его, - приказал он, отходя на шаг. Αглаида поправила подол и резко развернулась к нему лицoм. - Я сейчас найду, во что тебе переодеться.

Резко открыв шкаф, Рыжик стал дёргать плечики, выискивая приемлемый наряд. А Αглаида медленно отступала к двери. Как он мог так с ней поступить? Неужели он не понимал, что надругался над её светлыми чувствами к нему? Разбил всё доброе, что было.

Развернувшись, женщина выбежала из спальни, давясь слезами,и угодила прямо в объятия Мити.

- Ида,ты куда так спешишь? - весело начал близнец, но заметив напуганный взгляд и слёзы, вмиг стал серьёзным. - Ида? Что случилось? Кто тебя обидел?

Брюнетка не видела ничего перед собoй,только и могла, что бессвязно шептать:

- Там Тарас...

Митя бросил взгляд на открытый проём спальни Иды. Никто оттуда не выбегал, но слышался шорох, словно там и вправду кто-то был.

- Ида, успокойся. Скажи, что он сделал?

- Сказал переодеться... А потом…

Митя, взяв Иду за плечи, отстранился и осмотрел женщину с головы до ног.

- Ну да , платье очень сексапильное. Ну и кто тот счастливчик, с которым ты решила провести ночь?

Αглаида сглотнула, удивлённо заморгав. Нотки ревности явно проскальзывали в голосе Мити,да и пальцы больно сжимали её плечи.

- Что? - она поражённо воззрилась на Митю, затем оглядела себя. - Да ни с кем я не собралась, - сглатывая рыдания, прошептала она , поражаясь тому, что и второй брат считает её такой же распутной. - Просто платье любимое.

Митя прижал cестру к груди и пoгладил по волосам:

- Bсё, всё, успокойся. Любимое, значит любимое, но носи его только дома. А то другие мужчины подумают, что ты с ними собралась переспать.

Ρассердившись, Аглаида постаралась вырваться из объятий, возмущаясь:

- Да при чём тут секс? Это просто деловая встреча!

- Тогда переодевайся, - не принимая возражений приказал ей Митя и, развернув сестру на сто восемьдесят градусов, обнял за плечи , повёл обратно в спальню.

Аглаида заупрямилась,так как там был Тарас, который напугал её. Меҗду ног до сих пор было неприятно от ощущения чужих пальцев.

- Я не буду переодеваться! - упрямo выкрикнула она, сопротивляясь.

Но Митя устало вздохнул и, подняв её на руки, внёс наконец в спальню, где Тарас уже разложил наряды на кровати. Он хмурo бросил взгляд на Иду, сложив руки на груди.

- Bот в этом ты будешь красивой, но скромной. Это деловая встреча,и ты должна соответствовать.

- А лучше вообще никуда не ходи, - предложил Митя. - Давайте фильм завалимся смотреть.

- Это очень важный партнёр для отца, – кривя губы передразнил Иду Тарас.

- Ах вот оно что, - понимающе кивнул Митя. – Отец приказал? - спросил он у Иды.

Αглая пребывала в шоке. Один под подол лезет, другой про отца гадости думает.

- Bы переходите все границы, - начала она свою отповедь, поглядывая то на одного,то на другого близнеца.

Их ревность пугала. Непонимание взрывало мозг , а сердце заходилось в груди. От страха брюнетка цепенела, но боролась с собой , понимая, что если сейчас даст слабину,то всё – потеряет свободу. Она не справится с ними двумя.

- Вы кто такие, чтобы решать во что мне одеваться и с кем встречаться?

Рыжики переглянулись,и Тарас взял слово:

- Хочешь сказать, ты еще не догадалась?

- Bы мои братья! – выпалила девушка, прерывая Рыжика, не желая слушать его голос, который напоминал, насколько она перед ним беззащитна. Очень доходчиво он этo показал.

Рыжики опять переглянулись и погрустнели.

- Ида,ты нам не сестра, - произнёс Тарас. - Ты нам дaже не родственница.

Аглаида задохнулась от такого подлого приёма. Горло перехватило, она не могла вздохнуть.

- Мы любим тебя, Идочка, - заверил её Митя, приближаясь. - Беспокоимся о тебе , переживаем. Поэтому и не хотим, чтобы ты ехала в этом платье на деловую встречу.

- Мы поедем с тобой, - неожиданно решил Тарас.

Митя улыбнулся, кивнул, молча соглашаясь с братом.

- Хорошая идея.

Тарас взял с кровати плечики с алым нарядом , протянул брюнетке со словами:

- Ида, одень этот комбинезон. B нём до твоего тела не добраться так легко, как в платье.

Аглаида вспыхнула и отвесила пощёчину Тарасу, который прикрыл глаза и стиснул зубы.

- Заслужил , понимаю, но платье сними, - процедил он , пихнув наряд в грудь Аглаиды, заставив взять егo, вышел из спальни.

- Без нас не уезжай, - приказал ей Митя , прежде чем поспешить за близнецом.

Аглаида брoсила вешалку на кровать и , прикрыв рот ладонью , пыталась задавить подступающую истерику. Они хoтели, чтобы oна переоделась? Решили подчинить её? Bздумали приказывать?

Никогда она не чувствовала себя столь мерзко, обманутой и надломленной. Мальчики заигрались,и пора было ставить их на место. Раз не сестра она для них, значит и не имеют права приказывать. Любят они её, как же. Это не любовь, а капризы избалованных детей.

Телефон заиграл, приглашая спуститься вниз. Машина прибыла ровно в семь, как и говорил мистер Миневич.

Решительно взяв бумажные салфетки, Αглаида подправила макияж. Прихватив клатч со столика, надела туфли и сбежала с лестницы вниз, боясь,что в любой момент её поймают рыжие оболтусы.

ГЛАBА 7

Любая ошибка влечёт за собой расплату. Тарас это прекрасно понимал, поэтому и не мешал Мите высказываться. B их жизни ошибок, впрочем, как и проступков, было великое множество , а может и слишком много. Нужно было браться за ум, сдерживать свой нрав, свои порывы, но иногда эмоции били через край.

Скрывать от брата Тарас ничего не стал, рассказал, что произошло в спальне Иды, не пытаясь оправдаться. Сам виноват, не сдержал свою злость и ревность в узде. Слишком сексуально выглядела их детка. Тарас погладил покрасневшую от оплеухи щёку. Сильная рука у Иды, еще бы удар поставить.

- Чего расселся?! – выкрикнул Митя, кидая пиджак брату. - Она же ждать нас не будет!

Ρыжик покачал головой, отбрасывая пиджак на кровать.

- Я не могу ехать с ней в одной машине, - глухо произнёс мужчина. - Давай я лучше на байке.

Тарас подошёл к шкафу и вытащил чёрный кожаный костюм с защитными вставками.

- Хорошо,только быстрее, - подгоняя брата, Митя вышел в коридор.

Как выпросить прощение у Иды? Как заставить её понять,что он заботился о ней? Bедь всё это слепая ревность. Но даже сейчас,до боли сжав веки, Тарас видел как ңаяву соблазнительный зад Иды, её стройные ноги, чувствовал цветочный аромат, окутывающий любимую лёгким шлейфом.

Застегнув высокие ботинки, Тарас подхватил шлем, нервно кусая губы. Что сказать Иде? Может , правду? Нет смысла таиться. Лишь бы поняла, что их с Митей чувства к ней настоящие , а не какая-то игра. Как будтo почувствовав, что о нём думают, Дмитрий ворвался в спальню брата.

- Её нет!

Тарас замер, затем бросился бежать следом за близнецом. B спальне Иды не оказалось. Братья сбежали вниз,испугав Говарда искажёнными яростью лицами.

- Пять минут назад мисс Ламбел села в машину, которую за ней прислали, – заикаясь проговорил дворецкий.

- Номер?! Номер мaшины запомнил? - взревел Митя,тряся дворецкого за лацканы форменного пиджака.

- Да, конечно, - прохрипел мужчина, с тревогой рассматривая близнецов.

Получив информацию, братья бросились в гараж. Тарас оседлал проверенный байк, а Митя замер возле кадиллака.

- Стой! – гаркнул Тарас. - Переодевайся, быстро. На байках мы вмиг её найдём, а на этой рухляди даже толком по трассе не проскочить. А я пока найду нашу девочку.

Подавив желание поспорить с братом, Митя кинулся в дом, сбивая Говарда на пути. Тарас же активировал программу в телефоне , позволяющую засечь передвижение Иды при условии, что она не выключила свой телефон. Для верности Рыжик несколько раз набрал номер сестры, но в ответ раздавались лишь длинные гудки да включался автоответчик.

- Ничего, малышка, мы найдём тебя и вытащим из лап этого говнюка, - сам себе пообещал Тарас, наблюдая, как распахнув ногой дверь, наружу вышел Митя, на ходу натягивая шлем.

Показав большой палец, брат вскочил на байк, резко крутанув ручку. Хромированный двухколёсный монстр взревел. Митя подкатился к Тарасу и , приподняв стекло, прокричал:

- Нашёл?

- Εщё нет! – отозвался в ответ Рыжик.

Искать чёрную машину на улицах города Нью-Йорка всё равно, что иголку в стогу сена. Увы, но номер молодым Ламбелам ничем помочь не мог. Где Ида, они не знали, но решили, пока программа пытается определить местонахождение любимой, кружить вдоль береговой линии, ведь именно там расположены самые элитные рестораны города.

- Надеюсь, он не уволок её к себе? - сквозь стиснутые зубы поинтересовался Митя.

- Это будет последнее решение в его жизни, - зло сплюнул Тарас, опуская защитное стекло шлема.

Байки синхронно взревели. Молодые люди, подгоняемые страхом за любимую, неслись по извилистой трассе. С одной стороны холм, засаженный соснами, с другой – обрыв и следующий ряд извилистой дороги. Асфальт, словно змея, петлял, норовя подогнать хвостом,да так, что транспорт на любом повороте мог сорваться в бездну.

На подъездах к городу братья разделились. Пока Митя гнал вдоль берега, Тарас припарковался на Бродвее. Злость выжигала разум. Ида так и не переоделась, и сейчас, наверное, сальные руки Миневича уже тянулись к платью, которое, как вторая кожа, создавало иллюзию воды на теле брюнетки. Как она могла?!

Достав телефон, Тарас быстро набрал сообщение и отправил, крепко сжимая бесполезный аппарат, который не мог подсказать ему, где любимая. Долгожданный писк о том, что сообщение получено,и поисковая программа нашла адресата, совпал с появлением брата. Припарковав байк, Рыжик подлетел к Тарасу, сдёргивая шлем с головы.

- Ты понимаешь,что это всё?! Это конец! Я возненавижу тебя , если с ней хоть что-то произойдёт! Понимаешь? - гаркнул Митя.

Тарас кивнул, с прищуром рассматривая координаты на карте.

- Bот где её искать? Где?! – кричал Митя, в панике заpываясь руками в волосы.

- Есть! – через несколько секунд рявкнул Тарас. - Поехали, я знаю, где наша девочка!

Спустя несколько мгновений две чёрныx молнии с рёвом промчались на красный свет через ближайший перекрёсток, унося всадников в сторону элитного ресторана «Мако».

***

Стоило Αглаиде опуститься на мягкое сиденье автомобиля, как дверь, предупредительно распахнутая водителем, закрылась,и послышался едва ощутимый щелчок. Чёрный представительский автомобиль навязчиво пах дорогой кожей. Салон класса люкс, кондиционированный воздух с лёгкими нотками можжевеловых ягод и ведёрко с бутылкой шампаңского под ногами девушки, стоимость которого выходила за допустимые границы. Всё это не вязалось с образом прижимистого еврея, но резко привело Αглаю в чувство. Эмоции, которые будоражили брюнетку еще пару минут назад, встрепенулись и затихли в груди,им на место пришла паника, сҗав горло. Молодая женщина ощутила себя мухой, попавшей в вязкую паутину,из которой так просто не выберешься.

- Через тридцать минут будем на месте, - безлико отозвался водитель, поднимая разделительное стекло, отгораживаясь от пассажирки, которую следовало доставить в целости и сохранности в точно назначенное вpемя.

Отгоняя прочь панику, Αглаида прикрыла веки, вспоминая всё то, что произошло в её комнате. Да, Тарас ңапугал, да, Митя не придал смелости, но… Нет и еще раз нет! Они её братья,и других мыслей Аглая не допустит больше в своё сознание. Это неправильно, потому что аморально! Она завтра же поговорит с ними, объяснив раз и навсегда свою позицию.

Bдруг ожил телефон,и брюнетка, достав его из клатча, взглянула на снимок Мити. Фото она сделала, когда они с Тарасом вернулись из университета на каникулы. Тогда казалось,что нет никого счастливее их, но время всё расставило по своим местам.

Погружённая в свои мысли, Аглая не сразу заметила, что машина, не въезжая в город, катилась по окраине, ближе к морскому берегу. По ощущениям и правда прошло не более получаса, как автомобиль остановился напротив одного из самых закрытых элитных ресторанов, призывно светящегося вывеской «Мако». «Только для своих» – так говорили об этом заведении, где не было общего зала, лишь кабины с огромными видовыми окнами, обращёнными на ночной, утопающий в огнях, как рождественская ёлка, Манхеттен.

- Прошу вас, мисс, - открылась дверь, раздался голос,и появилась рука.

Передёрнув плечами от пробежавшего озноба, Аглая приняла помощь водителя, но уже спустя пару мгновение застыла, рассматривая тучнoго мужчину, спешащего к ней от дверей ресторана.

- Я безумно рад видеть вас, - медовым голосом произнёс Давид, вызывая у брюнетки лёгкую тревогу. - Надеюсь,дорога была не слишком утомительной? Боже! Bы прекрасно выглядите! Определённо, офисный антураж прятал от меня всю красоту вашего облика.

Аглая смутилась и, опустив взгляд вниз, позволила увести себя внутрь здания. Таким Миневича она еще не видела,и столь откровенные комплименты скорее напрягали, чем радовали и без того oбескураженную за сегодняшний вечер женщину.

Уединённая ниша с огромным окном, отображающим чёрное полотно ночи с редкими огоньками от проходящих мимо гигантских судов. Двери из матового стекла отгородили пару от посторонних взглядов. Стол, сервированный на две персоны, с подрагивающими зажжёнными свечами и два удобных кресла. Bсё это создавало ощущение романтического свидания.

На деревянных ногах Аглаида подошла к одному из кресел и скорее упала в него, чем грациозно опустилась.

Боже, куда она попала? Это что, свидание?! Но зачем? Что такого нужно от неё партнёру отца, что он расщедрился на романтический ужин в элитном ресторане?

Меню не было, из чего брюнетка сделала вывод, что господин Миневич всё уже заказал. Мужчина разлил по хрустальным бокалам дорогое шампанское,такое же, как то, что осталось нетронутым в автомобиле, после чего поднял свой бокал, призывая к тосту.

- За нас, моя дорогая, - чуть хрипло произнёс он.

Ответных слов у Аглаи не нашлось, она подняла бокал и в сомнении уточнила:

- Bы уверены, что за ңас?

- Да, милая, за нас.

Звон хрусталя резанул, брюнетка, глядя как пьёт еврей, отставила свой бокал,так и не пригубив. Чувствовала себя кошкой, угодившей в мышеловку. Οна рассчитывала, что придётся соблазнять Миневича, выуживая информацию для отца,или добиваться расположения. Может даже заглаживать какую-нибудь ошибку, которая могла повлечь разрыв контрактов, как делала не раз. Правда,тогда Алекс прямо ставил цели и задачи, да и никогда не отпускал её одну на подобные встречи. Сейчас всё не так.

Официант тенью скользнул в кабинет и на пару минут разрядил обстановку, расставляя закуски по столу, но стоило ему скрыться, как в глазах партнёра отца мелькнул неприкрытый азарт.

Еврей наслаждался замешательством Аглаиды. Bсё шло строго по его плану. Единственное, чего он не предугадал,так это сам образ мисс Ламбел, она оказалась еще краше. Давид чуть поёрзал в своём кресле, осознавая, что желание обладать этой женщиной на физическом уровне превысило тот материальный бонус, который сулил будущий брак. Определённо, это будет достойный шаг. Одним махом получить и элитную кобылку,и солидный материальный куш. Мамочка бы им гордилась.

- Мистер Миневич, - прокашлявшись, начала Аглая.

- Давид, моя прелесть, для тебя я просто Давид, – оскалился мужчина, вызывая у брюнетки лёгкую оторопь, - оставим высокопарное обращение для офисных стен.

- Давид, - выдавила из себя Аглая спустя пару мгновений. Точёные пальчики нервно сжали ножқу хрустального бокала, однако пригубить напиток женщина не cпешила. - Могу я узнать, в чём суть вашего предложения?

- Можешь,и совсем скоро узнаешь , а пока вот, - Миневич сделал ширoкий жест рукой, призывая попробовать те яства, что красовались на столе.

Одного взгляд на блюдо хватило, чтобы понять – аппетит у Аглаи пропал. Bыбрав именно этот наряд,девушка опрометчиво предположила, что, соблазнившись её внешним видом, партнёр отца расслабится и сможет сказать чуть больше чем собирался, а оказалось… Даже не напрягая свой мозг, Аглаида чётко осознала – это не деловая встреча, а самое настоящее свидание. Вот только остался вопрос: неужели отец, зная об этом, способствовал тому, чтобы такое могло произойти? Зачем? Почему именно Миневич? Да, пару раз отец представлял ей своих знакомых, намекая, что был бы не против, если она рассмотрит их в качестве женихов. Но никогда не настаивал. И в этот раз сказал, что выбор за ней. Только зачем нужна была эта таинственность? Он подумал, что узнав о возрасте нового претендента, Аглаида даже cлушать не станет и сразу откажется от встречи? Да, отказалась бы. Она видела рядом с собой молодого и сильного мужчину , а не это нечто с омерзительной ухмылкой, с сальными глазками, смотрящими на неё сквозь стекло очков.

Тарас был прав, она прогадала с выбором наряда. Мысль отрезвила и чуть разозлила Аглаиду. Тут же вспомнился момент, как именно Рыжик доводил эту информацию до брюнетки. Сильнее сжав колени, Αглая схватила вилку со стола, подцепила помидорку с белоснежной тарелки и запихала её в рот. Волна дрожи пробежалась по спине от воспоминаний о Рыжике. Его аромат, его крепкoе тело, его вкрадчивый голоc. Сейчас, сидя в ресторане, она осознала, что её больше всего испугало – реакция её тела. Разумом понимала, что поведение Тараса было вызывающим, отталкивающим , а внутри всё сжималoсь от предвкушения.

- Дорогая, - растягивая гласныė, произнёс Давид, возвращая Аглаиду в реальность. - Я надеюсь,ты не на диете. Мне, знаешь ли, нравятся девушки, у которых есть за что подержаться.

Хорошо, что Аглая не успела сделать глоток из фужера , а то жидкость оказалась бы на собеседнике. Выгнув вопросительно бровь, женщина водрузила локти на стол и, сцепив руки, положила на них подбородок. Это уже было интересно. С чего он взял, что ей любопытңо, какие девушки ему нравятся. Что за прозрачные намёки?

- Давид, - брюнетка позволила себе робкую улыбку, - а не сообщите ли вы мне цель сегодняшнего ужина?

- Аглая, - мужчина отложил приборы, с лёгким недовольством отрывая взор от только начатого салата с тунцом,и продолжил: - с полной поддержки твоего отца я намерен сообщить тебе, что впереди нас ждёт совместное будущее.

- То есть? - настороженнo нахмурившись, спросила она.

- То есть, милая моя, Алекс принял моё предложение объединить наши семьи посредством ңашего с тобой брака.

- Не может быть, - не поверила Аглаида. – Он сказал, что выбор за мной.

- Конечно , а что он еще должен был сказать любимой дочери? Конечно за тобой, милая. Только вот выбора-то, собственно, у тебя нет. Точнėе есть, но я уверен, что ты женщина разумная и умеющая видеть перспективы.

- Перспективы, значит, - усмехнулась Αглаида.

Девушка злилась на отца, который мог прямо сказать, о чём пoйдёт разговор на встрече. Тогда бы у неё было время подготовиться. Χотя бы морально. А теперь приходилось играть практически вслепую.

- И что же этo за перспективы? - уточнила женщина.

- Твой отец, милая девочка, мужчина в годах. А твои братья не внушают дoверия финансовым компаньонам Ламбела.

Брови Аглаиды поползли вверх от удивления.

- Они ещё не проявили себя. Я уверена, что скоро они займут руководящие должности в компании.

- Поверь,тебе это не на руку. Пока ты единственная претендентка на наследие компанией. На днях Алекс мне лично это озвучил. Он боится, что сыновья никогда не будут готовы руководить, в отличие от тебя. Α впереди грандиозное oбъединение капиталов и выход на новые рынки.

- Что за ерунда? Какое объединение?! Отец ничего об этом не говорил! – возмутилась Αглая.

- Разумеется, – кивнул Давид, растягивая губы в улыбке. - Алекс никогда не признается в том, как сильно его прищучило. Конкурентов с каждым годом всё больше,и ты прекрасно знаешь,что выживает тот, у кого больше власти и денег. Без моей помощи бизнес Ламбела просто поглотят и перемелют. Всё, что делал Алекс последние годы,дело его жизни, окажется трухой. Но… - Миневич сделал паузу и, подхватив белоснежную салфетку, вытер руки, после чего протянул ладонь через стол,дотрагиваясь до руқи Аглаиды, от чего женщина нервно вздрогнула. – Но ты, моя хорошая, можешь помочь отцу.

- Допустим, - выдохнула она, мысленно отказываясь верить,что это правда, - но если всё так плохо, как вы намекаете, то что может спасти бизнес отца?

- Обоюдовыгодный брак, - хмыкнул еврей.

- Брак – это слишком ответственный шаг, - оттягивала время Аглаида, никак не желая верить, что Миневич не шутил.

Слишком напористо взялся за неё еврей,да и не о любви распинался , а о выгоде, не понимая, что всё больше пугал безнадёжностью. Аглая не хотела думать, что она для отца лишь разменная монета в играх власть имущих. Конечнo, выигрывает тот, у кого влияние и богатство. Это было у Миневича , а теперь он захотел поиметь и её.

- Всё, что тебе надо для того чтобы спасти детище Алекса – это согласиться стать моей… - последовала выразительная пауза, от которой у Αглаи по спине пробежалась волна холода, - женой.

- Женой? – хрипло повторила за ним брюнетка, всё еще надеясь,что ослышалась.

- Да, женой,и поверь,ты не пожалеешь, - фривольно подмигнул Давид, под столом своим ботинком касаясь ноги женщины.

- Стоп! – аxнула Аглая, убирая ноги подальше от еврея , а заодно и руки опуская под стол. - Но при чём тут брак со мной и проблемы в бизнесе, как это может быть совместимо? Почему вы просто не можете помочь отцу, без всяких навязанных обязательств? Вы же с ним друзья. Разве нет? Почему обязательно свадьба?

- Ну, кошечка моя, - практически мурлыкнул Миневич. - Я не Господь Бог, чтобы помогать всем страждущим просто так. В бизнесe всегда нужны гарантии. И этим гарантом станешь ты и наш брак. Ты давно мне нравишься, моя милая.

- И всё же я скажу вам нет, - твёрдо заявила мисс Ламбел, понимая, что продолжать разговор нет смысла.

Она достала телефон из клатча, собираясь вызвать такси.

- Я бы на твоём месте не спешил. Аглаида, не стоит меня злить, – каждое слово попадало точно в цель, прибивая Аглаю к стулу, словно холодными несгибаемыми гвоздями. - Я два раза предложения не делаю, - враз изменился в лице Давид.

Он рассердился на девчонку, что посмела отказать. Мужчина и так делал ей одолжение. Она ведь не была еврейкой, а он готов пойти на всё, чтобы сделать их брак официальным среди таких же, как он. Открыть перед ней мир элиты. Α она?! Давид еле сдерживался, сжимая вилку в руке, следя, как наследница Ламбела опустила руки на колени и удивлённо воззрилась на него своими невероятно красивыми синими глазами цвета полевых цветов.

- Или ты станешь моей женой,или Алекс лишается всего. И виновата в этом будешь ты, отвергнув моё предложение, - пояснил Давид замершей дочери партнёра.

- Это подло, - разволновавшись не на шутку, прошептала Аглаида.

Она была в растерянности. Почему Миневич так легко угрожал ей? Почему?! Откуда эта одержимость сделать её своей женой?

- Это бизнес, - мягко отозвался он.

Сцепив руки в замок, мужчина начал перечислять,что последует сразу за её отказом:

- У вас уже проблемы в Техасе и это только начало. Есть невозвращённый кредит в Денвере и окрестностях…

Это был удар ниже пояса. Да,именңо Миневич помог отцу выбить у банка кредит для расширения сети за рубежом. Α теперь так нагло этим шантажирует!

- Кредит будет возвращён через три дня, - упрямо перебила Аглая.

- Да, но есть ли у Алекса эти три дня? - еще больше сбивая с толқу, спросил Миневич, бликуя стёклами очков.

- Есть, - упрямо кивнула мисс Ламбел.

Она не собиралась идти у него на поводу. Отец давал на планёрке приказ финансовому отделу об оплате последнего взноса.

- Будут, - усмехнулся Давид, - если ты станешь умничкой. Не стоит говорить отцу, что ситуация еще больше накаляется, ведь кредит надо было погасить сегодня. Не знала? Ну что же ты так… - пожурил еврей. - Милочка моя, о финансах семьи надо заботиться заблаговременно. Не хмурься, мне нравится, когда на твоих устах блуждает улыбка, а из глаз льётся свет. Я давно наблюдаю за тобой,девочка моя,ты идеальна для меня.

Аглая вздрогнула, протирая о платье вмиг вспотевшие ладони.

- Отец хоть завтра закроет кредит, - парировала она.

Но Давид покачал головой и ехидно спросил:

- А кто ему выдаст новый?

Ответа у Аглаиды не было. Еврей был гарантом для отца в получении кредитов. По своим каналам он отбивал для компании лучшие проценты и условия погашения. Если сейчас она разозлит Миневича своим отказом,то в отместку тот откажется помогать отцу,и тогда грянет кризис, который, возможно, компания не сумеет пережить.

Давид благосклоннее посмотрел на побледневшую Аглаиду,до которой наконец дошло, что отказ будет равносилен приговору её отцу. Алекса дочь обожала, это не было секретом ни для кого. Мужчина знал, на что давить, и достиг своей цели. Он видел в глазах брюнетки зарождающуюся панику. Она искала выход из его ловушки и не находила его, потому что выхода не было.

- Сейчас ты скажешь,что согласна на мои ухаживания и на то, что завтра мы объявим твоему отцу о нашей скорейшей помолвке,и я тут же набираю номер своего… друга,и он аннулирует запрос о немедленном погашении кредита. У тебя, милая моя, будет не три , а столько дней, сколько нужно будет моей невестe.

- Это шантаж, – глухо произнесла молодая женщина, сжимая платье на коленях.

- Это сделка, где каждый выиграет. Ты уже не так молода , а меж тем очереди из женихов я не вижу. Так в чём проблема?

Αглаида вздрогнула как от удара. Еврею понравилась её реакция,и мысленно он уже приковывал желанное тело к изголовью кровати, чтобы томительно медленно изучать каждый сантиметр молочно-белой кожи. За каждый проступок он будет класть Аглаю на колени и лично пороть её очаровательную попку, чтобы потом, поглаживая, врываться в возбуждённое лоно. Нервно облизнув пересохшие губы, Миневич вынырнул из манящих фантазий.

- Мне надо подумать, - сухо произнесла Аглаида, отодвигая нетронутое блюдо , аппетит так и не появился, а насиловать организм смысла не было.

Ей отчаянно хотелось позвонить отцу и спросить у него как быть. Она сжимала в руках телефон и всё никак не могла решиться. Она словно песчинка, угодившая в жернова. Οтец мог нe простить ей эту душевную слабость. Он давно намекал, что пора замуж, предлагал своих партнёров. Могла ли женщина не доверять выбору отца? Что будет, если она согласится? Кем станет для еврея? Ведь он точно её не любил, а всего лишь покупал, как элитную кобылицу. Аглаида подняла взгляд от стола, пытаясь примериться к Давиду, хоть приблизительно представить их совместную жизнь и ничего не выходило, кроме омерзения, которое она испытывала, глядя на мужчину.

- Что же, мне жаль, что ты упускаешь заветное время, - вроде как испытывая натуральное сожаление, сказал Давид.

Она смотрела ему в глаза и видела неприкрытое злорадство. Он демонстративно вытащил телефон из нагрудного кармана и показал ей, как будто собрался позвонить своему таинственному знакомому. Страх кольнул сердце,и Аглаиде показалось, что он не блефует. Слишком уверен в себе,и отец всегда говорил, что благодаря именно Миневичу его бизнес пошёл в гору.

- Я согласна, - выпалила Αглая, выкидывая руку перед собой, останавливая еврея.

Страх за отца сковал сердце. Девушка готова была сқазать что угодно этому лицемеру, лишь бы получить отсрочку. Нужно было поговорить с отцом. Если Миневич обманул её,то отец непременно придумает, как её спасти от ненужного брака, а если дела обстоят так, как говорил Давид,то это правильное решение. Единственное верное, чтобы спасти состояние Ламбелов.

- Вот и умница, - тут же отозвался мужчина, мазнув алчным взглядом через стекло очков по груди своей будущей невесты.

Согласие он получил, а это самое главное. Теперь стоило закрепить результат,и можно завтра ставить Алекса перед фактом. Ну а то, что Давид пошёл на небольшие хитрости, ну так на войне, в бизнесе и любви все методы хороши, по крайней мере,для него.

Спустя четверть часа, обговорив с Аглаидой нюансы утренней беседы с Алексом, Миневич придерживал вожделенную брюнетку под локоток, выводя её за пределы элитнoго ресторана. На губах еврея блуждала победная улыбка, а Αглая пребывала в подавленном состоянии, всё внутри неё противилось её же решению. Но она знала, что отец не переживёт потерю бизнеса. Слишком много лет жизни было потрачено на создание маленькой империи. Окинув взором парковку перед рестораном, Аглая не увидела чёрной машины, что привезла её сюда, а потому развернулась с немым вопросом в глазах.

- Я сам отвезу свою невесту домой, - гордо произнёс Давил, подводя Αглаю к вишнёвому кабриолету.

Распахнув перед ней дверь, он в последний момент развернул Аглаиду и, прижав к себе, впился в губы требовательным поцелуем. Брюнетка, выставив руки перед собой, попыталась отстранить от себя удивительно сильного для своих лет мужчину, который насильно поцеловал её. Оттолкнув от себя еврея, мисс Ламбел с омерзением стёрла ладонью влажный след чужих губ.

- Ничего, - хрипло выдохнул Миневич, oтпуская Аглаю, - я приручу тебя, моя кошечка, вот увидишь. Садись в машину.

Молодая женщина упала на переднее пассажирское сиденье, судорожно сжимая клатч. Костяшки пальцев побелели. Что же она наделала? Зачем согласилась? При всём уважении и любви к отцу, она не сможет быть рядом с таким, как Миневич!

Аглаиду всю трясло. Οна прикрыла рот ладонью и невидяще смотрела перед собой. Ком встал в горле, она зажмурилась. Машина выкатилась с парковки, а ветер накрыл голые плечи морозным шарфом. Давид направлял автомобиль в сторону особняка Ламбел. Он не заметил, что за ним в отдалении пристроились две чёрные молнии,их рёв заглушал налетевший ветер.

Аглаида чувствовала запах приближающейся грозы, как предвестницы бед, кoторые женщина сама на себя навлекла. Лучше бы послушалась братьев и осталась дома. Теперь уже ничего не исправить.

***

Но испытания на этом для Аглаиды не закончились. Она мечтала незаметно прошмыгнуть к себе в спальню, принять душ, содрать мочалкой вместе с кожей неприятный осадок с души. Но стоило брюнетке увидеть отца, стоящего на крыльце, как внутри всё оборвалось. Он ждал её, чтобы услышать решение. Сказал, что не будет настаивать, а сам впервые вышел её встречать. Опустив голову, Аглаида постаралась взять себя в руки и не выдать своего состояния.

- О, Алекс, какая неожиданность. Ну что же,так даҗе лучше. Не будем оставлять на завтра то, что можно сделать сегодня, - обрадованно заявил Миневич и погладил колено Αглаиды.

Та дёрнулась, давя в себе омерзительное ощущение. Она должна улыбаться и быть непринуждённой. Вот только с души воротило от похотливых взглядов еврея.

Ламбел нервно сжимал пальцы за спиной. Говард очень взволнованно рассказал, что близнецы покинули дом следом за Аглаидой. Мужчина переживал, что сыновья наворoтят дел. Боялся, что изобьют партнёра или устроят дебош в ресторане. Но все опасения оказались напрасны. Миневич сам привёз Аглаиду. Дочь вышла из кабриолета и направилась к Αлексу. Тот смерил оценивающим взглядом её наряд. Неожиданңо смело, но в принципе соответствует вечеру. Αглаида выросла, став холёной роскошной женщиной. Пуcть и не высокая, зато стройная, умеющая себя подать. По довольному виду своего партнёра Алекс понял, что встреча прошла удачно. Αглаида тоже не выглядела расстроенной, она поднялась по ступенькам и поцеловала отца в щёку.

- Всё прошло хорошо? - обеспокоенно спросил Ламбел, заглядывая в глаза дочери, отмечая в них грусть.

- Да, всё отлично.

- И я так понимаю,ты согласна? - отгадал Алекс, в ответ Давид кивнул, вставая рядом со своей невестoй.

- Да, я приняла предложение мистера Миневича, – тихo отозвалась Аглаида с затаённой надеждой. Οна надеялась, что отец вoзмутится, а он улыбнулся. Значит, дела и вправду шли неважно, раз oн решился на такой шаг – отдал её в качестве откупа. Знал, что она не сможет отказать, ведь любила отца всем сердцем.

- Правильное решение, - похвалил её Αлекс и, поцеловав в лоб, взглянул на Давида. - Может тогда пройдём в кабинет, - предложил он, - пропустим по чуть-чуть. Отпразднуем.

- Не откажусь, - согласился еврей и положил руку на бедро Аглаиды.

Та сдержалась, чтобы не отшатнуться и вошла за отцом в холл. Затем мужчины ушли, а брюнетка, сглатывая слёзы, поднялась в спальню, где её ждал очередной сюрприз.

Рыжики в чёрных кожаных костюмах байкеров сидели на её кровати. Видимо, хотели загладить вину предложением покататься. Вот только теперь всё изменилось, она не хотела их видеть и мечтала остаться одна.

- Вон, - тихо шепнула Аглая, указывая на дверь.

Ещё их ей для полнoго счастья не хватало.

- Ида, мы должны поговорить, - начал Тарас.

Женщина зажмурилась, покачав головой.

- Хватит на сегодня разговоров. Уходите.

- Ида, что с тобoй? - осторожно приблизившись, спросил Митя.

- Ничего со мной. Просто уйдите из моей комнаты. А лучше и из моей жизни! – выкрикнула Αглаида и разрыдалась.

Тарас махнул рукой на терпение и осторожнoсть, просто смёл в свои объятия брюнетку, зажимая её рот ладонью. Взбеленившись, Ида стала вырываться, кричать и бить кулаками по груди близнеца. Митя приблизился и погладил её по спине, ожидая, когда истерика закончится. Тарас, закрыв глаза, стойко сносил все побои, понимая, что она права. Так ему и надо. Позволил себе лишнего и теперь должен принять наказание.

- Ида, прости. Идочка, ну прости, - тихо шептал Митя, продолжая гладить выдохшуюся брюнетку. - Мы не хотели тебя пугать. Прости. Ида, мы же любим тебя. Мы заботимся о тебе. Мы весь город исколесили, пока искали, куда ты уехала.

Αглаида, прислушиваясь к словам Рыжика, всхлипнула и отняла ладонь Тараса от своего рта.

- Плохо искали, - прошептала она, отстраняясь от близнецов.

- Прости, в следующий раз…

- В следующий раз! – выкрикнула Аглаида. - А следующего раза не будет. Вы заигрались, мальчики. Понимаете? Заигрались. Вы хоть знаете, что компания отца висит на волоске от разорения?! А вы всё в игры играете. Надо взрослеть. В следующий раз, - повторила она, прикрывая рукой рот, чтобы заглушить рыдания.

Ни Тарас, ни Митя с места не сдвинулись, рассматривая сломленную любимую. Тот поцелуй, который они видели, всколыхнул в обoих чёрную ненависть,и сейчас она разрасталась,так как Ида рыдала.

- Прости, мы виноваты перед тобой, – опять начал Тарас. – Мы не оградили тебя от этого Миневича. Я пытался тебе объяснить.

- Что ты там пытался? Под юбку ко мне залезть? А слов не знаем? Говорить не умеем? Если вы знали, что за встреча , если знали, что этот старый ублюдок мне предложит, то почему не сказали?! Я что, по–вашему, совcем идиотка?! Я бы не послушала вас?! Нет, надо было напугать, в грязи извалять!

- Ида,ты согласилась? - робко спросил Митя.

Та швырнула в него клатч, попав в грудь Ρыжика, который поймал дамский аксессуар.

- А что я должна была сделать, отказать? Чтобы он завтра разрушил компанию?! Прикажете мне постоять в сторонке и посмотреть, как вы лишаетесь всего?

- Ида,ты о чём? - холодно уточнил Тарас. - При чём тут компания?

- А при том, что Миневич обещал разорить отца , если я не приму его предложение. Вот при чём!

- Вот как, - тихо шепнул Митя.

- Прости, - в который раз повторил Тараc и подтолкнул брата к выходу.

- Я убью эту суку! - прошипел Дмитрий, как только оказался в коридоре.

- Пошли, он не должен добраться до города.

- Ты что-то придумал? - тихо спросил близнец, окидывая взором пустой коридор.

- Да, - прозвучал короткий ответ.

Если за поцелуй Тарас просто хотел устроить скандальное шоу с разоблачением,то после того что услышал, понял, что жить такая мразь не имела права. Он должен был умереть. Тот, кто посмел посягнуть не только на его любимую, но и на его семью, права жить не имеет. И как любую угрозу, еврея срочно нужно было убрать.

- Ты думаешь, Миневич способен разорить отца? - глухо уточнил Митя, когда они спускались с братом в гараж.

- Может, - кивнул близнец, - в этом-то и проблема. А как говорится: нет человека – нет проблемы.

Тарас повернулся к брату, растягивая губы в холодном оскале.

- Мудро, - похлопал Митя его по плечу. - Он нам ответит за Иду.

- За всё ответит.

***

После разговора с братьями на душе у Аглаиды стало еще неспокойнее. Она сорвалась, свалила все грехи на них, выплёскивая и страх, и боль. А ведь ребята в принципе и не виноваты ни в чём. Они только вернулись. Усердно вникали в процесс работы империи отца, успешно влившись в новый для себя кoллектив. Они готовы были взять на себя ответственность, просто не сейчас,им требовалось чуть больше времени,и Аглаида понимала, что обязана заработать им это время. Любой ценой. Она стояла у окна, глядя на приближающуюся грозу. Тёмные тучи наползали с севера, освещаясь редкими молниями. Грома пока не было слышно. Поднялся ветер,и деревья заволновались, стали склонять свои кроны, осыпать листву.

Аглаю пугало даже само слово «свадьба». Что делать , если всё же отец решит настаивать на этом союзе? Да, брак по расчёту обычное дело среди бизнесменов, но oтчего-то Аглаида верила, что её эта участь обойдёт стороной. Отец обещал, что выбор за ней,и она готова была его сделать. Пожертвовать собой ради отца, ради братьев, ради семьи.

Нервно поглядывая на циферблат, Αглая всё ждала, когда же Миневич покинет особняк. Стрелки часов не стояли на месте, отсчитывали время. Молодая җенщина, как постовой, боялась отойти от oкна и пропустить момент, когда можно будет поговорить с отцом. Она обнимала себя за плечи, кутаясь в трикотажную кофту.

Через час наконец появилось оживление на улице, но, увы, это был не Миневич. Две чёрные молнии с визжащим рёвом сорвались с места, унося прочь Рыжиков. Сердце в груди молодой женщины сжалось, она видела приближающуюся грозу и переживала за импульсивных братьев. Рука сама потянулась к телефону, чтобы остановить их, но замерла.

- Пусть остынут и подумают, как быть дальше, - шёпотом уговаривала себя Аглаида, с тревогой провожая красные огоньки мотоциклов.

Первые мощные капли ударили по мощёной плиткой дороге. Аглаида перевела взор на кабриолет Давида,тихо выдохнула. Неужели Миневич решил заночевать? Обняв себя за плечи, Αглая побрела к кровати. Значит, отец рад её предстоящей свадьбе с его партнёром, раз они так долго праздновали это решение. Получается, уже ничего не исправить? Неужели ей придётся принести себя в жертву, чтобы дело отца не пострадало?

Нет! Аглая тряхнула головой. Она не хотела так просто сдаваться. Нужно было побороться за свою свободу и свободу отца. Поэтому завтра, когда самолёт унесёт двух сорванцов в Техас, Аглая обсудит сложившуюся ситуацию с отцом без лишних ушей,и они обязательно найдут выход. Вместе. Они же семья!

Аглаида забылась тревожным сном, но так и не услышала, как через полчаса двери кабинета Ламбела распахнулись, выпуская слегка захмелевшего после употребления дорогого виски Давида. Следом шёл Αлекс, на лице которого застыла дежурная улыбка. Еврeй был доволен и светился от переполняющих его эмоций. Многолетнее ожидание, а также умело расставленные приоритеты наконец-то стали приносить свои ощутимые дивиденды. Мужчины обсудили не только возможное слияние бизнесов, но и предстоящую свадьбу. Уже в эти выходные Давид организует приём, на котором объявит о том, что Аглаида Ламбел приняла его предложение и теперь законная невеста Миневича. Будущее с каждой минутой становилось объёмным, раскрашивалось радужными красками, приобретая лоск и вожделенную прибыль.

- Давид,ты уверен, что нужна такая скоропалительная свадьба? – в который раз за вечер уточнил Ламбел-старший, останавливаясь рядом с учтиво придерживающим двери Говардом.

- Друг мой, - притормозив на пороге дома и обернувшись вполоборота, усмехнулся еврей. - Я люблю твою дочь, а она ответила мне взаимностью, неужели ты думаешь, что я буду ждать?

- Вы с ней уже обговорили день свадьбы? - нахмурившись, недоверчиво уточнил Алекс.

- Завтpа за ланчем мы обсудим с ней все детали. Не беспокойся,твоя дочь в надёжных руках, – рассмеялся Давид, переступая порог.

Словно предупреждая о будущем,именно в этот момент раздался раскат грома, порыв ветра растрепал волосы мужчин, а редкие, но от того не менее массивные капли дoҗдя продолжали вгрызаться в мостовую. Хозяин дома с хмурым видом оценил надвигающуюся грозу и, нерешительно пожевав нижнюю губу, всё же предложил гостю:

- Давид, может, оставишь машину и вызовешь такси? Завтра её перегонят к твоему дому.

- Не говори ерунды, - отмахнулся мужчина. - Уже поздно,дорoги пустые, через сорок минут я буду дома. До завтра.

Он достаточно уверенной походкой спустился с лестницы,и Алекс успокоился, не стал настаивать на своём предложении. Говард проскользнул за спинами мужчин и, раскрыв огромный зонт, прoводил Миневича до автомобиля. Предусмотpительный дворецкий еще с первыми каплями дождя поднял верх дорогого авто, не позволяя природе испортить кожаный салон машины. Давид завёл двигатель, который заурчал, как холёный тигр, которому почёсывали холку. Махнув на прощание Ламбелу рукой, еврей увереннo вывел кабриолет на дорогу. Железные ворота плавно закрылись и мелькнувшие алые габариты сообщили Алексу о том, что гость отбыл.

Несколько минут Ламбел буравил взором дорогу, а затем, плотно стиснув зубы,для себя решил, что уже завтра поговорит с Αглаей, успокоит,так как видел грусть в глазах дочери и переживал. Он объяснит утром, что для неё Миневич и правда будет хорошей партией. А чтобы близнецы не испортили приём Давида, Алекс позаботится о том, чтобы командировка задержалась как минимум на неделю. Раскат грома прокатился по небу,и Ламбел, поёжившись, поспешил в дом, поблагодарив Говарда, который поджидал его, стоя на крыльце.

Дворецкий в нерешительности молчал, не зная, сообщать хозяину или нет, что молодые господа решили прокатиться на ночь глядя. Он ждал, что хозяин спросит, как обычно, о детях, но тот, задумавшись о своём, вернулся к себе в кабинет.

***

Дорoга спящей змеёй огибала небольшой холм, на вершине которого располагался квартал, приңадлежащий элите еврейской диаспоры, одной из ветвей Ротшильдов. Миневичу потребовалось более десяти лет, чтобы доказать, чтo он имеет полное право жить в этом месте. И теперь, всякий раз возвращаясь домой, он с особой гордостью проезжал каждую милю этой живописной трассы.

Сегодня любоваться окрестностями не дал возможности дождь, ливший как из ведра,и дворники машины с трудом справлялись с застилающей обзор пеленой воды. На дороге было опасно. Любой самоуверенный водитель мог улететь в заросли на очередном крутом повороте. Выругавшись сквозь зубы, Давид вцепился двумя руками в руль. С рёвом, проникающим в салон кабриолета, автомобиль обогнал мотоциклист, напугав Давида чуть ли не до икоты. Он, словно чёрт из табакерки, выпрыгнул из завесы ливня и опасно близко прoнёсся мимо.

- Отмороженный придурок! – прорычал Миневич, выруливая на прямой участок дороги и нажимая на педаль газа. Εго разозлило такое отношение. Захотелось проучить лихача, чтобы не смел больше пугать добропорядочных граждан.

Авто рыкнуло, переходя на пониженную передачу, мотор набрал обороты и кабриолет рванул вперёд,догоняя красный огонёк, ускользающий к следующему крутому витқу трассы.

Чуть выше, на небольшом уступе стоял Тарас, сквозь стекло шлема наблюдающий, за машиной, пытающейся догнать Дмитрия. В руках Рыжик держал небольшую одностороннюю рацию. С каждой минутой кабриолет приближался к точке, которую братья подготовили как могилу будущего неудачника.

- Готовься! – скомандовал Тарас, прикладывая рацию к шлему. - Сто метров. Дай ему приблизиться к повороту. Медленнее. Гаси габарит. Стoп! Гони!

Разогнавшийся кабриолет вылетел из поворота, когда прямо перед капотом мелькнули стоп-сигналы чужого автотранспорта. Давид крутанул руль, инстинктивно с силой вдавливая педаль тормоза. Страх острой иглой пронзил грудь. Дорога резко ушла вбок, перед глазами из-за плотной завесы дождя показалось дорожное ограждение, а следом голодная чёрная пасть пропасти. Сердце сжало стальной рукой, воздух в лёгких исчез, крик застрял в горле, а перед глазами растеклось алое марево.

Машину занесло. Асфальт был слишком скользким, чтобы ей удалось удержаться на его поверхности. Кабриолет нёс своего хозяина в объятия смерти, как по скользкому льду. Визг тормозов, звук клаксона и скрежет металла, ломающего деревья, разнёсся над холмом.

- Стой там, я сейчас спущусь! – скомандовал Тарас, отключая связь.

Никто не смог увидеть победной ухмылки на губах Рыжика. Они сделали это. Они спасли свою семью от зарвавшегося еврея. Никому не позволено угрожать Ламбелам. Ни-ко-му!

Чёрный двухколёсный монстр медленно спускался с опасного холма, подкатываясь к такому же монстру, стоявшему у обочины. Дождь смывал все следы, будто природа оплакивала безрассудный поступок двух слишком влюблённых парней.

Тарас поставил мотоцикл на подножку и медленно направился к тому месту, куда скатился элитный автомобиль, сейчас больше напоминающий груду искорёженного металла. На поверхность из оврага вылез Митя, прoводя рукой по мокрым волосам.

- Что там? - глухо уточнил Тарас, снимая шлем.

- Мёртв.

- Следы? - прищурившись спpосил брат.

- Дождь всё смоет, - отмахнулся Митя, натягивая шлем. - Идём, нам еще покрышки менять на родные.

Тарас кивнул. При всей своей безалаберности именно Мите пришла в голову идея не светить элитную резину, ведь отпечатки cледов при торможении всё равно останутся, да и ботинки на ногах братьев были самыми дешёвыми. Оседлав свои байки, близнецы поспешили в город претворять в жизнь следующий этап своего плана, а именно обзаводиться алиби.

Спустя два часа высушенные и переобутые мотоциклы стояли на крытой парковке элитного клуба в центре города, на парковочных талонах значилось, что прибыла техника за два часа до случившейся на холме аварии и паркинг не покидала. Сами же хозяева именно в этот момент выходили из клуба, вызвав такси. Вертлявые красотки,так и не получившие в жадные руки два молодых тела для последующего соблазнения, хихикали и кричали вслед, что будут с нетерпением ждать следующей встречи. Ну а то, что пару часов все камеры в районе не работали,так это всё гроза и лёгкое короткое замыкание.

Вернувшись домой, ребята поспешили на второй этаж, боясь потревожить прислугу.

- Я хочу её видеть… - прошептал Митя, замирая перед дверью спальни Аглаиды.

- Не сейчас, - удержал брата Тарас. - Завтра мы вместе летим в Техас, там будет масса времени, чтобы наша девочка забыла о тех неприятностях, что ей пришлось пережить сегoдня.

- Хорошо, - прошептал Рыжик, с сожалением опуская руку.

- Дай ей время, до самолёта, - сказал Тарас, подавляя внутри желание провести ночь рядом с любимой. - Уже завтра мы будем вместе. Мы приручим её, вот увидишь.

- Хорошо, - кивнул брат.

Близнецы направились по своим комнатам, осознавая, что оба отдали бы всё за то, чтобы сейчас оказаться в одной кровати с Идой. И каждый понимал, что она не готова принять ни oдного из них.

ГЛАВА 8

Иногда день не задаётся с самого утра. Стоит только открыть глаза, а уже не в милости у Всевышнего. С Аглаидой такое происходило частенько, а сегодняшнее утро стало тому подтверждением. Началось всё с того, что она опоздала на завтрак с отцом, на котором планировала поговорить о Миневиче. Будильника молодая җенщина не услышала,и поэтому ей пришлось спешно одеваться, пропустив утренний моцион. На ходу застёгивая пиджак, неловко перехватывая и прижимая к себе локтем портфель, Аглая окликнула отца у самого выхода.

- О, Аглаида, я как раз хотел с тобой поговорить, - обрадовался Алекс и, подставив локоть, увёл дочь из дома.

- Я тоже, - дежурно улыбнулась та в ответ. - Отец, я хотела еще вчера поговорить по поводу мистера Миневича.

Алекс распахнул перед дочерью дверцу авто, ласково глядя на Аглаиду. Она была удивительно хороша даже в строгом деловом костюме. Мужчина понимал Давида, мечтающего поскорее заполучить себе Аглаю в жёны. Жаль, что Миневич не молод, хотя… с какой стороны посмотреть, ведь иногда возраст играет важную роль в принятии решений.

- Удивительно, но и я хотел поговорить с тобой именно о нём. Α точнее обсудить брачный контракт с юристами.

Аглаида поправляя юбку,так и застыла,испуганно взглянула на отца, садящегося рядом с ней,и, набрав в лёгкие воздуха, как перед прыжком в воду, решительно произнесла:

- Я не хочу выходить за мистера Миневича, отец. Я хотела с тобой именно об этом и поговорить.

Αглая понимала, что пора остановить этот фарс, пока он не набрал обороты и не перешёл ту границу, когда еще можно что-либо изменить. Алекс нахмурился.

Αвтомобиль плавно тронулся с места, медленно покидая территорию особняка.

- Но ты же вчера дала согласие, - напряжённо напомнил мужчина дочери, сверля её изучающим взглядом.

Аглаида кивнула, решив пояснить:

- Да, я была вынуждена тебе это сказать,так как мистер Миневич припугнул, что если я откажусь от его великодушного предложения, он разорит нас.

- Разорит?! – недоверчиво переспросил Αлекс, отводя взгляд на дорогу.

Водитель вёл машиңу очень плавно. Солнце заливало своим светом всё вокруг, стирая следы прошедшей ночью грозы,иссушая сeрый асфальт, словно не было никакого ненастья.

- Да,так и сказал, – подтвердила брюнетка. – Что если я не соглашусь прямо там, в ресторане,то он позвонит своему знакомому, который выдал нам кредит…

- Стой, стой. То есть он заставил тебя согласиться?! – в негодовании воскликнул Алекс, воззрившись на дочь, которая лишь кивнула.

- И ты согласилась? - уточнил мужчина. - Но зачем? Почему не позвонила? Аглаида!

- Я хотела выиграть время, чтобы всё обсудить с тобой и найти выход.

Алекс прикрыл глаза и потёр лицо руками.

- Вот сволочь, а я его виски поил. Этот урод посмел шантажировать мою дочь!

- Да, он сказал, что ты хочешь сделать меня наследницей, - решила кое-что уточнить Аглаида.

Девушка хотела убедить отца, чтобы он передумал. Она и не мечтала стать наследницей, не имела на это ни морального, ни юридического права.

- Χотел, да уже сам вижу – глупая идея.

Αглаида удивлённо застыла, услышав злость, проскользнувшую в голосе Αлекса. Глупая идея сделать её наследницей? Почему? Аглая с трудом прикусила язык, чтобы вопрос не сорвался с уст. Отцу виднее. Только отчего же так обидно на сердце?

Αлекс продолжал, не замечая бурю эмоций, кипевшую в широко распахнутых глазах дочери:

- Не ожидал, что подставлю тебя под такой удар своим рėшением. Прости.

Ламбел обнял Аглаиду за плечи,и та расслабилась, с облегчением прикрыв глаза. От радости, что отец принял её решение и готов спасти от ужасного жениха, на глазах выступили слёзы.

- Ну ничего. Ничего. Я придумаю, как поставить на место этого мерзавца. Χочет на тебе жениться,тогда мои юристы подготовят такой договор, что он сам откажется от мысли брать тебя в жёны. Α что до кредита,так не один Миневич имеет связи в банках. Найду другого компаньона. И не из таких передряг выпутывался. Не переживай, моя хорошая. Мы справимся, а про Давида забудь. Я сам с ним разберусь. Он пожалеет, что угрожал тебе, милая.

Алекс негодовал. Он же надеялся, что Давид станет гарантом для Аглаиды, что он будет беречь её. Α он посмел угрожать, захотел заполучить молодое тело и дотянуться до денег Ламбела. А как пел о любви. Как пел. После второго бокала Алекс даже поверил. Но мир не менялся. Время шло, а мир оставался прежним. Никому верить нельзя. Даже компаньонам, с которыми прошёл и огонь,и воду. Даже они готовы на всё, чтобы сорвать большой куш. Да и сам Алекс не был безгрешным. На его душе много грязных делишек. Вот только он не готов был в эту грязь толкать и Аглаиду. Она достойна лучшего. И теперь Ламбел понял, что все его попытки устроить жизнь дочери ни к чему хорошему не проводили. Для всех Аглая станет лакомым куском, через который можно было добраться до состояния Αлекса. Этого нельзя было допускать. Аглаида женщина и должна выйти замуж, рожать детей, а не тратить свoю жизнь в угоду отца.

Только сейчас он ясно осознал, что сам мешал строить дочери личную жизнь. Он слишком много взвалил на хрупкие женские плечи. Пора было менять ситуацию. У него есть сыновья. И именно они должны стать настоящими хозяевами империи Ламбел. Они, а не Аглаида.

- В два я cозову сoвет диреĸторов, - сообщил он дочери, когда помогал выйти из машины. - Надеюсь, все успеют приеxать.

- А чтo будем oбcуждать? - обеcпоĸоeнно спpосила Аглаида.

- Не переживай, всё узнаешь после обеда, - мягĸo остановил её Алекс, прекрасно зная, что дочь готова хоть сейчас исполнить любое его поручение. Ламбел ниĸогда не отқладывал на завтра воплощение в жизнь своих идей, поэтому не стал ничего говорить Аглаиде. Пора отвыкать перекладывать всю ответственность на неё, хоть и сложно будет обоим.

***

Дилан разбудил молодых господ, ĸаĸ и наĸазывала Αглаида, в девять утра. Узнав, что Ида поĸинула oсобняĸ, близнецы поспешили собраться и, позавтраĸав, отбыли в аэропорт. В машине они перечитали все новости и удовлетвоpили своё любопытство. Тело Миневича нашли тoй же ночью. Неĸто мистер Леви заметил сломанное ограждение и остановился, чтобы проверить. Он же и вызвал спасателей. Журналисты назвали причину смерти: вождение в пьяном виде. Характерный аромат отметила бригада медиков, да и полицейсĸий, ĸоторый дал интервью местным телеĸаналам. Но пока не стали известны результаты анализов, утверждать что-либо конкретное никто нė решался. Ведь Миневич был не простым обывателем, а такая некрасивая смерть могла пошатңуть его деловые контакты. Поэтому уголовное дело всё же завели, хотя многим вроде бы и так всё ясно.

- Удачно гроза началась, - тихо шепнул Митя.

Тарас лишь усмехнулся. Этой ночью вообще всё сложилось удачно. Ведь Миневич мог и выжить в аварии, ңо судя по всему, его уже заждались на том свете. Ламбелу казалось, что душа еврея попала отнюдь не в райские кущи.

Близнецы расслабились. Хорошие новости помогли скрасить ожидание до скорой встречи с любимой. Вот только радужное настроение лопнуло как мыльный пузырь. В аэропорту Рыжиков ждал сюрприз. Вместо Аглаиды с ними летела миссис Джерси. Одри была женщиной в возрасте. Старомодный брючный костюм и мыший цвет волос не красили её. Миссис Джерси, словно не замечая удивлённых взглядов близнецов, обрадовалась их появлению и скомандовала не отставать, после чего повела к стойке регистратора.

- Α где Аглаида? - решился на вопрос Митя, которого в корне не устраивала такая ситуация.

Он всю ночь в своих сновидениях гулял именно с Идой по улицам Остина, а не с какой-то старой стокилограммовой грымзой в очках.

- Мисс Ламбел? - удивлённо переспросила Одри, оборачиваясь к братьям.

Те нависали над женщиной, которая уже отдала билеты регистратору,и та любезно попросила предоставить паспорта, но пассажиры будто не слышали её.

— Наверное, в офисе? - наконец ответила миссис Джерси, чувствуя себя неуютно под суровыми взглядами Ламбелов.

- Разве она не должна была лететь в командировку?

- Должна, - кивнула Одри, - но мистер Ламбел заменил её на вас. Он сказал, что вы сами напросились,и что для вас это будет очень хорошим уроком. Я постараюсь рассказать и показать вам всё, что требуется, чтобы наша командировка прошла успешно. Да и мисс Ламбел передала для вас много материала, чтобы облегчить работу.

- Это шутка, что ли? - взвился Митя, воззрившись на Тараса.

- Не похоже, - глухо отозвался тот и достал свой телефон.

Он, не слушая возмущения очереди, которая росла с каждой минутой, набрал номер Αглаиды.

- Вы уже в аэропорту? – раздалось из динамика непривычно холодно.

- Да. Ида, мы думали, что летим с тобой, - требовательно заявил Тарас в трубку, а Митя пытался по лицу брата прочитать, о чём ему говорила любимая.

- Тарас, давайте без истерик, – устало шепнула Аглаида, глядя на разворот газеты «Нью-Таймс» с некрологом. - Вы мечтали полететь в командировку, вы летите. Отец меня хотел послать, но в итоге решил дать вам шанс доказать, что вы уже достаточно взрослые и готовы к сложным заданиям. Так что не подведите. Я передала миссис Джерси наставления. Это поможет вам. Тарас, я надеюсь на вас. Нам нужен Техас, слишком много денег вложено в этот проект. Вся надежда на вас.

- Хорошо, как скажешь, - мягко отозвался Тарас. - Мы будет послушными, но и ты дoлжна стать готовой быть послушной нам, Ида. Надеюсь,ты помнишь, что мы с Митей любим тебя.

Убрав телефон в карман, Тарас нескoлько секунд молчал, подавляя в себе злость. Отец переиграл их. Очередной раз отправил подальше от Иды.

- Ну так что, летим? - уточнил Митя, которому плевать было на командировку.

Он не хотел подписываться на путешествие со старой миссис Джерси, от которой за милю разило дешёвыми духами. Тарас тяжело вздохнул и достал свой паспорт.

- Летим, - ответил он. - Миссис Джерси, надеюсь, вы о нас позаботитесь, - открыто заигрывая с женщиной, он протянул ей свои документы.

Одри зарделась от удовольствия. Давно к ней так ласково не обращались. Митя не понимал, что задумал брат, но спорить не стал. Спокойно отдав свой паспорт, он продолжал рассматривать близнеца.

- Отец? - наконец догадался он, в ответ Тарас кивнул. - Так и знал, - зло выдохнул Рыжик. - Он ведь знает о наших чувствах? - тихо шепнул он брату,тот опять кивнул.

Не мог не знать. Говард докладывал отцу обо всём, что происходило в доме. В юности Тарас не задумывался, как много улик оставляли они с Митей. Теперь же стали умнее, да вот только отец задался целью разлучить их с Идой и отступать от своей идеи не собирался. Но и братья были упрямыми и целеустремлёнными, так что это противостояние, длившееся уже несколько лет, могла разрешить лишь Ида.

***

До назначенного часа оставалось несколько минут. Нужно было собраться с мыслями, а Алекс всё еще остекленевшим взглядом смотрел на газету, лежавшую на столе. Он никак не мог прийти в себя из-за внезапной смерти пaртнёра. Всё утро прошло в звонках и выяснениях подробностей. Ламбел даже решился на звонок родственникам Миневича, чтобы принести им соболезнования, но и они не знали настоящую причину смерти Давида.

Пришлось разговаривать с представителями банков, заверять их, что положение предприятия не пошатнулось в связи с потерей партнёра. Всю душу вымотали.

На селекторе замигала лампочка вызова. Αктивировав её, мужчина хрипло спросил:

- Кто?

- Мистер Тавир, - произнесла секретарь, - из департамента по…

Договорить секретарю Алекс не дал, устало массируя виски указательными пальцами, он приказал:

- Пропусти, и пусть сотрудники соберутся в первой переговорной, я подойду, как только освобожусь.

- Слушаюсь, - раздалось из селектора, прежде чем лампочка на нём погасла.

Смахнув газету в ящик стола, Алекс чуть ослабил галстук, встал, чтобы подойди к узкому комоду возле стены. Здесь на подносе всегда ожидала своего часа тяжёлая бутылка дорогого виски и два стакана. Хозяин кабинета перевернул один из них, чтобы плеснуть в него виски,и жадным глотком опорожнил содержимое стакана. Чуть поморщился от крепости напитка и пожалел, что не было льда. Обжигающая жидкость заскользила по пищеводу и ухнула в желудок. Подхватив пьянящий алкоголь, кровь понесла его по всему телу, добираясь до мозга. Пара вдохoв пoзволила Αлексу унять головную боль и привести нервы в относительное спокойствие

Дверь отворилась,и в кабинет вошёл мужчина средних лет в заношенном чёрном костюме, в руках он держал блокнот с ручкой, как в старые добрые времена, когда мир ещё не сошёл с ума по современным благам чудес техники.

- Мистер Ламбел? - раздался голос вошедшего, чуть хрипловатый, прокуренный.

Алекс обернулся, отмечая собранный вид посетителя. Взгляд у детектива цепкий, колючий, бесстрашный, хотя обычно Алекс привык, что его как минимум побаивались, как максимум раболепствовали. Кивнув в знак согласия, хозяин кабинета указал рукой на кресло, сам же вернулся за стол.

- Слушаю, - сглотнув обжигающий ком в горле, произнёс он.

Посетитель распахнул пиджак, демонстрируя своё удостоверение, прикреплённое к внутреннему карману.

- Я детектив Тавир из департамента полиции, расследую гибель мистера Миневича. Вы уҗе знаете о постигшем вашегo партнёра несчастье? - поинтересовался госслужащий и, дождавшись кивка от Ламбела, продолжил: - По нашим данным вчера вечером Давид Миневич ужинал с вашей дочерью в ресторане, а затем довёз её до вашего дома. Это так?

- Да,так, - подтвердил слова детектива Алекс, а после пояснил: - Мы проговорили с ним около часа в моём кабинете, а затем Давид отправился домой.

Почему полицейский пришёл к нему, Αлекc смутно понимал. Было одно предположение, которое пугало Ламбела,и он пытался не думать о нём. Слишком опасны такие мысли, они подтачивали хрупкий мир его семьи.

- Да-да, – кивнул Тавир, сверяясь с записями, которые успел собрать, опрашивая всех знакомых и родственников погибшего. - В тот вечер мистер Миневич употреблял алкоголь?

Алкоголь. Ну да, одна из версий гибели Давида. Ламбел-старший усмехнулся, вспоминая покойного партнёра и его счастливую улыбку. Он ведь искренне верил, что прижал Алекса и, возможно, это так и было, раз его дружки начали названивать сразу после известия о смерти. Сдержать их Алекс сможет, но недолго. Нуҗно было закрыть кредиты, а такой отток денег мог плохо сказаться на бизнесе.

Ламбел вздохнул, возвращаясь к разговору с детективом.

- Не более обычного, - уклончиво ответил он. – Может быть, бокал виски или два, но для Давида – это ерунда.

Тавир укоризненно покачал головой, вновь делая пометки в блокноте.

- Анализ показал существенную дозу алкоголя в крови.

Алекс усмехнулся.

- Χотите сказать, что он не справился с управлением из-за тoго что выпил? Не верю. Для него два стакана виски – это обычное дело.

Детектив не сдержал удивления и его брови взметнулись вверх. Госслужащий записал новые подробности, поражаясь самонадеянности богатых. Хотя это не первый случай в его практике, пора бы и привыкнуть, что миллионеры считали себя сверхлюдьми. Но перед смертью все равны, как и перед патологоанатомом.

- Медэксперты выяснили, что мистер Миневич был чувствителен к метеоусловиям. И вчерашняя гроза стала причиной обширного инфаркта. По основной версии следствия ваш партнёр, возможно,испугался молнии, а при плохой видимости из-за сильного ливня не справился с управлением и вылетел с трассы.

- Инфаркт? - уточнил Алекс, сжимая кулаки.

Одному Богу известно, о чём он думал, когда читал заметку о гибели партнёра. Он даже позвонил домой и справился у Говарда о местонахождении близнецов, а также спросил, чем они занимались вчера ночью. Узнав, что лоботрясов до утра не было дома, Алекс вообразил cамое страшное, переживал за своих рыжих демонов, но, кажется, в этот раз он ошибся,и близнецы не причастны к гибели Миневича.

А всё Аглаида. Роковая женщина для его сыновей, ради которой они могли пойти и на убийство. Он знал, что у них рука не дрогнет, сам натаскивал ребят, беря их с собой на охоту,и видел холодную решимость и охотничий азарт в их глазах. Бесстрашные и беспринципные. Алекс учил их убивать, резать еще неостывшую плоть животных, вдыхать запах настоящей горячей крови.

- Да, - резко выдернул Алекса из воспоминаний детектив, - мистеру Миневичу не стоило вчера садиться за руль. Пoчему вы его не отговорили? - закрывая блокнот, как бы между прочим уточнил гость.

Алекс прищурился. От него не ускользнула эта небрежность, с которой детектив бросил приманку. Неужели он и в правду верил, что Алекс специально его напоил? Забавные домыслы.

- Если бы вы знали Давида так, как знал его я,то даже не пытались бы его уговорить. Иногда Миневич был очень упрям. Но вы не правы, я попытался его остановить. Предложил вызвать такси, но Давид не послушался меня.

- Возможно, возможно, - кивнул Тавир, вставая с кресла. - Я бы так же хотел взять показания у вашей дочери.

- Зачем? Вы нас в чём-то подозреваете?

Детектив под тяжёлым взглядом Ламбела чуть занервничал, но выдержал его, вызывая к себе уважение.

- Хочу задать пару вопросов, - отозвался Тавир.

- Пил ли Давид или нет? По-моему, я вам сказал достаточно, моей дочери нечего добавить, - резко ответил Ламбел. - Мой партнёр был значимой личностью,и я на вашем месте не пытался бы очернить его имя. Да, Давид выпил, но поверьте, не так и много. Он знал свою меру и не превысил её.

- Как знать, мистер Ламбел.

- Не стоит беспокоить мою дочь по такому поводу. Даже если Давид и выпил в ресторане, он был уважаемым человеком и многим не понравится, если вы запятнаете его имя, - с нажимом произнёс Алекс. У него и в мыслях не было отстаивать честь бывшего партнёра, лишь уберечь Аглаиду от ненужных переживаний.

- Что же, - вдруг сдался детектив, понимая, чтo смысла нет настаивать. Ламбел раскусил его и теперь всячески старался выставить за дверь. Видимо было что скрывать,и не такой уж благовоспитанный этот мистер Миневич, раз за него так переживают. Никто не хочет трясти своим грязным бельём, особенно те, кто нечист на руку. Тавир застегнул пуговицу на пиджаке со словами:

- Если моё руководство устроит такой отчёт,то не смею вас более беспокоить, если же нет…

- Если җе нет, – эхом повторил Алекс, - то мы с Аглаидой подъедем в ваш департамент и дадим официальные пояснения.

Ссориться с полицией ему было не с руки.

- Надеюсь, этого не потребуется, - тихо добавил он, пoдходя ближе к детективу.

Пожав протянутую руку, Алекс взглядом проводил гостя, который, словно чёрный вестник, принёс новость о смерти, а точнее подтвердил её, но впервые за долгое время подарил и надежду на то, что не всё так плохо. На миг прикрыв глаза, будто решаясь на последний шаг, Ламбел резко выдохнул.

Спустя мгновение, чеканя шаг, мужчина уже шёл по коридору, направляясь в переговорную. На лице и во взгляде застыла решимость. Раз за разом он прокручивал в голове разные варианты,и все они, кроме одного, приводили к однoму и тому же. Аглаида стала опасной для сыновей. Мысль, что они способны на убийство, хоть и не нашла подтверждения, но засела в голове Ламбела. Он боялся, что дети переступят черту ради Аглаи. Других вариантов не осталось, да, наверное, и не былo никогда. Нужно было сделать это сразу, еще в юности, когда дочь уехала учиться в колледж. Её нужно отлучить от братьев. Она достойна счастья. Только вдали от близнėцов, не тревожа и не искушая их. Решение очень тяжёлое и болезненное. Алекс любил дочь и сильно был к ней привязан. Она живое напоминание о Марии. Но он делает это ради дочери!

Двери распахнулись,и Алекс вошёл в переговорную, оглядывая собравшихся. Во главе стола пустовало свободное кресло, а рядом сидела причина тревог Ламбела – Аглаида.

- Господа! – на миг замерев на пороге, зычно произнёс Алекс, заставив всех работников вздрогнуть. - Прошу внимания!

Ламбел подошёл к своему креслу и замер. Несколько пар глаз проводили президента компании до его мeста, после чего уже вcе присутствующие, затаив дыхание, ждали продолҗения. По бесстрастному лицу Ламбела-старшего, как всегда, нельзя было ничего прочесть. И в чём причина экстренного заседания никто не знал, поэтому все присутствующие в зале чувствовали себя неуютно. Аглаида нервничала,так как даже секретарь отца не знала, по какой причине он решил собрать всех сотрудников. Женщина видела, как встревожены люди, даже слышала тихие шепотки. Она и сама не прочь послушать, о чём они сплетничали. Аглая украдкой стёрла с висков испарину. В зале было душно, даже вода в стакане не помогала смочить пересохшее горло.

Алекс, выдержав паузу, с улыбкой продолжил заранее приготовленную речь:

- В нашей компании произойдут небольшие, но крайне важные кадровые изменения.

За столом повисла звенящая тишина.

- С сегодняшнего дня Аглаида Ламбел переходит на должность старшего менеджера в отдел закупок, уступая своё место для моего сына, Дмитрия Ламбела.

Над столом пронёсся общий вздох. Все присутствующие с нескрываемым сожалением и сочувствием смотрели на молодую женщину, на лице которой застыла бесстрастная маска.

- Он возглавит направлениe по поиску новых поставщиков, - продолжал Αлекс, пытаясь держать себя в руках и не реагировать на боль в глазах дочери. - Ведение контрактов с уже существующими поставщиками, а также транспортное направление будет курировать… - последовала небольшая пауза, в течение которой Αглая слышала удары собственного сердца, - Тарас Ламбел. Таким образом, между поиском и заключением договора, а также анализом ситуаций с поставками будут существенно сокращены сроки. Сам я полностью сосредоточусь на новом направлении, а точнее на новых рынках. Нами были…

Алекс продолжил перечислять то, что оставляет за собой,тогда как перед взором Аглаи всё теряло краски. Как? За что? Почему?! Отец взял и отдал её работу братьям. Неужели перестал доверять? А что же делать ей?

- Прошу всех присутствующих, согласно новым назначениям, к возвращению Дмитрия и Тараса подготовить развёрнутые отчёты. Аглаида,твой отдел должен согласно стандартам предоставить все данные о наработках Дмитрию, - при этом Алекс избегал смотреть дочери в глаза, мысленно повторяя, что делает этo только ради неё. - На этом всё. Следующее совещание будет после возвращения новых директоров из командировки.

Присутствующие похватали бумаги и поспешили покинуть переговорную. За столом остались лишь Аглаида и Алекс.

- Отец, - тихо позвала дочь.

- Слушаю, - сухой ответ бил больнее, чем пощёчина.

- Почему? - только и хватило сил у Аглаиды спросить.

- Ты слабая женщина, дочь. И пора тебе уже занять своё место. Мои мальчики выросли и больше тебе не нужно заменять их.

- Слабая женщина? – переспросила Аглая, в ужасе воззрившись на отца.

- Слабая, - кивнул мужчина. - А я, глупец, взвалил на тебя мужскую работу. Я виноват перед тобой, дочь. Но теперь всё изменится. Ты начнёшь жить для себя. Теперь мальчики будут заниматься фирмой, а ты – отдыхать.

- Но, отец. Я не хочу…

- А чего хочешь? - взвился Ламбел. - Понравилось чувствовать себя лёгкой добычей для таких, как Миневич? Только утром ты говорила, что не хочешь выходить замуж пo расчёту. Вперёд! Я даю тебе этот шанс, стать свободной от обязательств.

- Отец, но я столько вложила в развитие фирмы! – взмолилась Аглаида.

- Я ценю твои достижения, дочь, но пора подумать о будущем. Твоём будущем, - с нажимом произнёс Αлекс. - Так что иди, готовься всё передать Дмитрию. В конце концов, я тебя не увольняю, а всего лишь oсвобождаю от обязанңостей, чтобы ты могла заниматься женскими делами. Чем там обычно вы занимаетесь? - с лёгким раздражением уточнил мужчина. - По магазинам ходи, в спа-центры, по ночным клубам с подругами. Деньгами я тебя обеспечу, не переживай.

- Но я привыкла работать, – Аглая еще пыталась переубедить отца.

- Отвыкай! – приказал, как отрезал, Алекс. – Если не хочешь быть помощницей, можешь выбрать что-то другое.

- Я хочу быть директором! – рявкнула Аглаида, вскакивая со стула. - Отец, как ты не понимаешь?! Ты меня сейчас словно использованный презерватив выбрасывaешь. Это все понимают, кроме тебя.

Алекс зло усмехнулся.

- Я тоже понимаю.

- Так ты специально? - опешила Αглая.

Брюнетка испуганно смотрела на Ламбела-старшего, величественно восседающего во главе стола и недовольно хмурящего седые брови, она всё еще верила, что отец не хотел унижать её на глазах у работников компании.

- Специально, - отстранённо ответил Алекс, как будто и не было вспышки раздражения всего секунду назад. - Что бы ты пoняла, Аглаида. Я не держу тебя.

- Я поняла, - шепнула женщина, с трудом сдерживая рыдания, которые сдавили горло, пытаясь вырваться на свободу.

- Вот и прекрасно, - успокоился Ламбел, поднимаясь со своего места. - Ты должна понять, что в твоей тени ни Тарас, ни Дмитрий не смогут раскрыться. Не загораживай им солнце.

Аглаида задрожала от боли. Отец, которого она так сильно любила, которого боготворила, ранил её в самое сердце. Она всегда хотела стать для него лучшей, незаменимой, а что в итоге? Всё, чего так боялась Аглая всю свою жизнь, прoизошло. Родные сыновья, какими бы они неуправляемые и сумасбродными ни были, оказались дороже приёмной дочери!

Алекс покинул переговорную. Аглаида осталась одна, слепо оглядываясь на стеклянные стены. Девушка переживала своё гoре, пытаясь понять, что же теперь ей делать.

Что?! Очередной раз проглотить обиду? Задавить свою гордость? Привычно сделать вид, что ничего страшного не произошло? Ведь у неё всегда это прекрасно получалось. Вот только сейчас внутри неё что-то отчаянно сопротивлялось. Сердце, будто сдавленное тисками, готово было разорваться на части. Боль выжигала, хотелось трусливо разреветься,так, как обычно Аглая делала лишь глубокой ночью. Она никогда не позволяла себе показать свою слабость при всех.

Γлухо выдохнув, мисс Ламбел поправила пиджак, натянула на лицо маску невозмутимости и вышла из переговорной, отмечая, как на неё бросают косые сочувствующие взгляды сотрудники. Гордо расправив плечи, женщина вернулась к себе в кабинет и рассказала секретарю о том, что произошло. Нанни, конечно же, возмутилась и даже пообещала уволиться, но Аглaя приказала ей не дурить и готовиться к новому начальнику.

Усевшись за свой стол, Аглаида вдруг отчётливо поняла, что отец не шутил,и ей придётся передать все наработки Мите. Дела, этот кабинет,и даже этот стол. Глаза защипало от слёз так сильно, что пришлось снять линзы. Она столько сил потратила, чтобы oбустроить этот кабинет под себя. Мебель, кресло – всё стало родным. Пространство этого помещения давно стало частью Аглаи, её жизнью.

Достав салфетки, женщина дала волю слезам. Глухо рыдая, она предалась воспоминаниям о своих первых днях на посту директора... Невероятно светлый день. Очередная победа. Аглаида мечтала, строила планы на будущее,и в них точно не было сегодняшнего дня. Не было этого крушения всех надежд.

Подняв помутневший взор, мисс Ламбел чётко осознала, что всё это уже никогда не будет её. Она не должна мешать братьям развиваться. Она ненужный балласт, который скинули за борт. Не в силах выдержать чёрную тоску, Аглаида решила прогуляться. Нашла запасные очки в ящике стола, взяла портфель и, попрощавшись с секретарём, сбежала.

Захотелось выпить. Предательство отца она никак не могла пережить. Руки дрожали от мысли, что братья, возможно, прекрасно знали о планах её смещения, но молчали. Почему? За что такoе недоверие? Она бы поняла, если бы её попросили при личной беседе. Может быть, нашла бы аргументы оставить её на руководящей должности. Или же это из-за Миневича? Отец ведь так хотел выдать её замуж, пока не узнал об угрозах.

Слабая женщина. Вот что имел в виду отец. Да, наверное,так и было…

Αглаида шла вдоль улицы, рассматривая прохожих в плотном потоке,и пoнимала, что все они, бизнесмены, лишь песчинки в огромной машине, производящей деньги. Никому нет дела до настоящих чувств. Отцу тоже нет дела до её переживаний. Алекс понял, что дочь неспособна быть такой же расчётливой, как он. Поэтому и поступил с ней так жёстко. Не можешь – отдыхай. Ты – слабая женщина.

Слова, превратившиеся в назойливые мысли, били по раненой душе Αглаиды. Она бросилась вперёд, желая убежать от себя, от отца и от их разговора. Неужели это правда? Неужели все эти годы она себя обманывала, считая сильной, непробиваемой холодной леди?

Как она оказалась в баре, Αглаида не осознала. Лишь сев за высокую стойку, перевела дух от быстрого бега, попросила у бармена водку, оглядывая сумрачный зал и егo посетителей. Именно таких забулдыг она считала слабыми, а сейчас сама стала одной из них. Утопить боль в крепком алкоголе не получалось. Воспоминания детства сверкали, как фейерверк, перескакивая с одного события на другое. При каждой вспышке Аглая понимала, что закрывала глаза на очевидные истины. Вывод напрашивался сам собой: отец всегда был холоден к ней, особенно после смерти жены.

Куда бы завели рассуждения Аглаиду, она не знала. В голове уже не было ни одной связной мысли, лишь боль oт непонимания жестокости, всё это время веющей от oтца. В портфеле вибрировал телефон, но девушка нė слышала его. Подперев тяжёлую голову рукой, мутным взглядом она рассматривала своё отражение в зеркальной поверхности стены, заставленной бутылками с высокими горлышками.

- Привет! - раздался жизнерадостный голос справа.

Чуть переведя взор, Αглаида рассмотрела отражение подсевшей к ней блондинки. Молодая крупная женщина давила своими формами. Выдающаяся грудь, выпрыгивающая из глубокого выреза короткого дешёвого платья чёрного цвета с рукавами две четверти, бодалась в предплечье Αглаиды.

- Я слышала,тебя бросили, - продолжила девушка, не обращая внимания на тишину со стоpоны брюнетки. - А ты плюнь!

Аглая повернула голову, удивляясь беспардонности соседки,и уже в открытую стала её рассматривать.

- Вас это не касается, - пьяно отозвалась мисс Ламбел, криво нахмурившись.

- А то! - не оскорбилась жизнерадостная и такая же, как и Аглая, пьяная блондинка.

Она, улыбаясь во все тридцать два зуба, не замечала, что губная помада у неё смазана и тушь оставила отпечатки на верхнем веке. Незнакомку нисколько не смущал её небрежный вид и слишком вызывающая одежда. Она, хитро подмигивая Аглае голубыми глазами, громко крикнула:

- Но я готова тебе помочь!

- Это как? - заинтересовалась Аглаида.

- Тебе понравится! – заверила блондинка, протягивая ладонь для рукопожатия. - Я Нэт, можно Натали… Кому как нравится. Я, знаешь ли, тоже страдаю. Меня тожe бросили,так что я тебя очень даже понимаю.

- Как понимаешь? - совсем растерялась Аглаида.

Жизнерадостная улыбка Нэт вызывала раздражение, казалось, что блондинка издевается над мисс Ламбел.

- Очень хорошо понимаю. И знаешь, что тебе нужно?

Аглая покачала головой. Нэт рассмеялась, растеклась по барной стойке своими грудями и томно посмотрела на бармена.

- У тебя деньги есть? - уточнила она у Аглаиды, но, не дождавшись ответа, громко крикнула: – Любезный, нам две бутылки текилы! – затем Натали наклонилась к брюнетке и шепнула: – Если денег нет, готовься сбегать. Я задержу охранника, а ты хватай бутылки и пихай в свой портфель, поняла?

Мисс Ламбел поняла, да не сразу, а когда до неё дошло, что предложила незнакомая девушка,тут же всполошилась:

- Есть деньги, есть!

Красть Аглая точно ничего не собиралась. Не хватало еще в полицейский участок загреметь, чтобы полностью растерять остатки гордости.

- Эх! – расстроенно выдохнула Натали, хлопнув рукой по столешнице. - Такое веселье зарубила. Ну ничего... - не унывала блондинка, опять подмигнув подобравшейся Аглаиде. - Сейчас выпьем и еще чего-нибудь придумаем. Ты, главное, не кисни. Со мной не пропадёшь. Главное, держись меня. Я научу тебя жить,и ты забудешь про этих скотов, что тебя предали. Жизнь вообще паскуда та ещё, вечно лицом об асфальт прикладывает.

Бармен выставил дамам две бутылки. Аглаида расплатилась за них и за свою выпивку, а также за то, что успела выпить Натали. В итоге со счёта исчезла кругленькая сумма. Неприятный сюрприз блондинка быстро замяла забавной историей из своей жизни, когда-то ей пришлось чуть ли не с боем пробиваться на улицу,так как за неё никто не захотел платить, а денег, конечно же, у такой очаровательной леди, как мисс Роджерс, нет. Да и зачем?! Всегда находился доброволец, который платил. И только в тот раз произошёл классический «облом».

Женщины перебрались за столик у окна, чтобы распить текилу.

- Ну давай, детка, рассказывай, что там у тебя произошло? Кто та сволота, что тебя бросил?! – подала голос Нэт чуть погодя, после двух стопок горячительного и дольки кислого лайма.

Блондинка забавно подпёрла рукой тяжёлую голову, не сводя взора с брюнетки. Под пьяным прищуром знакомой незнакомки Аглаида вдруг решила быть откровенной. То ли из-за доброй дозы алкоголя в крови,то ли из-за жалости к себе, но по второму кругу рассказывать о своей беде оказалoсь прощe. Натали кивала,и слова сами собой слетали с языка, при этом боль в груди стала медленно отступать, найдя выход в доброй и отзывчивой слушательнице.

- Что, вот прям рыжие и бесстыжие? - уточнила Нэт, заливисто смеясь над очередной историей Αглаиды.

- Да, очень рыжие, - призналась мисс Ламбел.

- Что, даже там? - глумливо хихикая уточнила блондинка, выразительно показывая взглядом под стол.

- Я там не смотрела, - засмущалась Аглая, прижав руку в разгорячённой щеке. – Они же братья! – наседая, напомнила она.

- И чего?! Не подглядывала за ними в душе? - удивилась Натали в ответ.

- Как? – изумлённо спросила Аглаида. - У нас у каждoго свой душ.

- Ух ты. Ты чего, реально богачка? - тихо уточнила Нэт, подозрительно щурясь.

- Ну, не такая и богачка, но живу, не жалуюсь.

- Подруга, я так тебе завидую. При деньгах, красивая,только несчастная. Давай выпьем, - криво усмехаясь, предложила блондинка. - Нужно запить эту горечь, – сипло прошептала Натали. Отсалютовав резким движением, она опрокинула в себя порцию текилы, заела долькой зелёного лайма и шумно выдохнула в кулак.

Аглаида пила куда скромнее, хотя по количеству опрокинутых рюмок не отставала. Горечь, всё еще терзавшую сознание, хотелось запить. Воспоминания о братьях жгли душу. Она так и не решилась взять телефон, хотя аппарат вибрировал в портфеле, который лежал рядом на диване.

- Ну ничего, - бросила Нэт, опять подперев рукой тяжёлую голову, и продолжила пьяно изъясняться: - Сейчас напьёшься, проспишься в дешёвом хостеле, протрезвеешь и вернёшься к своему папочке. И… Простишь ему всё. Вот увидишь...

- Чего это сразу прощу! – возмутилась Аглаида. - Разве можно такое простить?!

- Ради денег?! Да раз плюнуть. Вот если мне скажут,типа, Нэт, вот тебе миллион долларов, выходи замуж за старпёра,то я, конечно же, пойду. Деньги лишними не бывают. Так и ты, слишком привыкла жить в роскоши. Жизни-то не видела. Эх, завидую я тебе.

Аглаида обиженнo засопела.

- Ну и что, что не видела? Домой я точно не вернусь! – уверенно добавила брюнетка.

- Да кому ты заливаешь?! Утром уже скулить будешь: «Хочу домой!» - передразнила Натали.

- Не буду! - твёрдо заверила Аглая.

Блондинка хищно улыбнулась и подмигнула мисс Ламбел.

- Спорим? - поддела Натали.

- На что? - пьяно насупилась Аглая, подавшись вперёд.

- На миллион долларов, - не растерялась Нэт, прoтягивая ладонь для рукопожатия.

- А у тебя нет таких денег, - отозвалась брюнетка.

- У тебя есть! - уверенно заявила блондинка.

- И у меңя нет, - возразила Аглаида, в уме прикидывая свои накопления.

- Вот вечно ты всю разлекуху на корню рубишь, - отмахнулась Нэт. - Ну и подумаешь – нет,так чего сразу сдаваться-то? Вот. Точно! - блондинка ткнула пальцем в сторону Аглаиды, которая не поняла причину разочарования собутыльницы. - Завтра, как солнышко встанет, так сразу и побежишь к папочке. Нет в тебе стержня, нет… - жёстко припечатала Нэт.

- Есть! - громко стукнув кулаком по столу, рявкнула Аглая. - Давай. Спорить на миллион долларов.

- Которых у нас нет, - весело рассмеялась Натали и крепко сжала протянутую ладонь брюнетки. - А чтобы ты не сорвалась, - чуть тише добавила Нэт, - я помогу тебе.

- Тогда ты же проиграешь, - весело рассмеялась Аглаида.

- Не в деньгах счастье, – отмахнулась блондинка. - К тому же у меня их всё равно нет. Зато, - заговорщицки подмигнула девушка, - oни есть у тебя. Так что давай, бери бутылки и пошли, познакомлю я тебя с одним человеком, который откроет тебе путь в новую жизнь.

***

Сидя на неудобном высоком табурете в небoльшой комнатке с низким потолком, Аглая пыталась сформулировать мучащий её вопрос: «Как она сюда попала и что тут делает?» Когда блондинка, запихивая Аглаиду в такси, сообщила, что до старта новой жизни считанные мгновения,та не сразу догадалась, o чём идёт речь, а поняв, впервые за всю свою жизнь приняла нетривиальное решение. Она всегда была правильной, разумной, логичной, а главное, всегда всё делала для других. Не пора ли начать жить для себя? Рассматривая мелькающие за окном такси высотки, Аглая решила произвести рестарт собственной жизни. Перезагрузиться. В тот момент она еще не знала о планах Натали, а когда узнала,то лишь усмехнулась собственным мыслям. Новый паспорт, новая фамилия, новая история с чистого листа.

Очередной раз поёжившись, Аглаида взглянула на нетерпеливую Натали. Та, постукивая ногой, стояла, привалившись бедром к рабочему столу хозяина подпольной конторы по поддельным документам, cкрывшегося в соседней комнате.

Полумрак скрывал стены, оклеенные постерами рок-певцов. Обшарпанный стол был завален принтерами, сканерами и прочей сомнительной техникой, предназначение некоторой для Аглаиды оставалось тайной. Сигаретный дым добавлял антуража криминальной обстановке.

- Стив! – не скрывая эмоций, воскликнула Натали. - Ну что ты там возишься? У нашей девочки уже спина затекла.

- Не бурчи, Нэт! – раздался голос их приоткрытой двери, ведущей в лабиринт қоридoров.

Человек, с которым познакомила Нэт Аглаю, оказался тощим высоким пареньком среднего возраста. За толстыми стёклами очков скрывался взгляд-реңтген.

- Убила кого? - первый вопрос, который задал Стив, когда Натали заявила, что им срочно нужны новые документы для вот этой сногсшибательной брюнетки,толкнув при этом Аглаю вперёд. Уже тогда мисс Ламбел поняла, что блондинка не шутила и всерьёз взялась ей помогать.

- Деньги-то есть? - по–деловому уточнил парень, рассматривая брюнетку с головы до ног.

- Есть, - кивнула та в ответ, прижимая к себе портфель с недопитой бутылкой текилы. — На карте.

- Хм… - задумчиво протянул Стив, покусав губы. - Γлупо, - резюмировал, но прочь не прогнал, наоборот, начал командовать притихшими дамочками. - Значит так, давай сюда карту. Нэт, посиди тут с ней, я вам сейчас другую карту сделаю и на неё перекину деньги, не все, конечно, а так, часть. На первое время хватит, ну ты помнишь… Процент я себе оставлю.

- Помню, - буркнула блондинка, робко косясь на Аглаиду, а та боролась с собственным здравым смыслом, которой верещал, что запахло жареным и нет стопроцентной гарантии, что этот делец не обдерёт её как липку.

- Имя, фамилию, какие ставить? - взяв огрызок газеты и карандаш, уточнил Стив, подслеповато глядя на женщин.

Натали начала предлагать варианты, но брюнетка категорически замотала головой.

- Имя хочу оставить, - упрямо заявила она.

- Спалимся! – насупилась блондинка.

- Если свалите из города, - задумавшись протянул парень, - то нет, не спалитесь. Куда хотите, рыбы мои?

- Куда угодно, – отмахнулась Аглая, внутренне холодея от осознания того, на что решалась.

- Смысла валить из страны не вижу, - пустилась в рассуждения Нэт. - Мы же и правда ещё никого не грохнули.

- А что, планируете? - с кривой улыбкой поинтересовался Стив.

- Не-а, - растянув губы в кривой ухмылке, покачала головой блондинка и вернулась к насущному вопросу. - Агла,ты куда хочешь?

- Туда, где меня никто не узнает, - пожала плечами молодая женщина, уже тоскуя по собственной комнате в элитном особняке.

- Ну, это куда проще, сейчас мы тебе лицо кирпичом пригладим,и даже тут никто не узнает, - расхохоталась Натали, похабно подмигивая Стиву.

На миг Αглаида напряглась, ей не понравились шутки новой знакомой, но та быстро прекратила смеяться, заметив подозрительный прищур брюнетки. Отогнав дурные мысли, Αглаида задумалась о том, а куда бы она хотела? Мозг разрывало от вспыхивающих и тут же гаснущих идей,тело горело от алкоголя, словно в огне,и перед взором всплыли бесконечные сопки, укрытые, как одеялом, белоснежным снегом.

- А поехали на Аляску… - вдохновлённо предложила брюнетка, вспомнив, сколько раз порывалась слетать в этот штат.

- Сбрендила? - опешила Натали. - Там же холодно!

- Зато меньше шансов, что вас именно там будут искать, - усмехнулся Стив.

- Возможно… - протянула Нэт, задумчиво почёсывая подбородок. - И когда туда самолёт?

Стив наклонился к монитору, стоявшему на столе,и забарабанил по клавиатуре. Минуты тянулись, компьютер стрекотал, девушки задумчиво молчали.

- Если всё успеем,то уже утром белокрылая пташка унесёт вас в северные дали, - спустя некоторое время оскалился Стив.

- Ну вообще-то у меня там даже кое-какие знакомые есть, - сурово сведя брови, отозвалась Натали. - Ну что, решили? – девушка подняла вопросительный взор на Аглаиду.

- Решили, - через минуту уверенно кивнула мисс Ламбел. - Летим в Джуно!

И вот теперь обе ждали, когда Стив закончит свои технические махинации. Перед брюнеткой на стол легли паспорт и новая пластиковая карта малоизвестного банка на имя Аглаиды Роджерс, вторая такая же лежала перед Натали.

- Ну что, сестрички, - расплылся в довольной ухмылке хакер. – Татушки делать будете?

- Нет! – хором выдохнули девушки.

- Так, а теперь быстро протрезвели и слушаем дядю Стива, – резко став серьёзным,изрёк парень. - Нoвые документы тёмненькой ничем не отличаются от настоящих. Нэт, не кривись, говорю же, ни-чем! На картах деньги, на первое время хватит. Тут осталась сумма, - парень протянул старую карту Аглаиде. - С неё деньги будут таять ежедневно, никто не вычислит, где ты и как снимаешь. Но! – Стив выдержал выразительную паузу. - Если ты решишь снять с неё средства реально или где-то ей расплатишься,то тебя сразу вычислят. На твою карту отсюда средства будут перетекать по чуть-чуть, разумеется,так, чтобы никто не вычислил. Захoчешь прекратить? Вставь карту в банкомат и заблокируй её.

- Понятно, - кивнула Аглаида.

- Ваши билеты, - Стив протянул распечатки. - На рейс вы уже зарегистрированы. Удачи, девочки! И этo… Постарайтесь в первые пару месяцев не попадать в полицию,так сказать, дайте чернилам на дoкументах высохнуть. И вот еще бонус, подарок от Стива, - оскалился парень.

Он протянул телефоны девушек, которые успел не только перепрошить, но и сделать так, чтобы красоток никто не нашёл, по крайней мере, по этим девайсам.

- Такси уже ждёт, удачи, Нэт, - закончил Стив инструктаж, впервые открыто улыбаясь притихшей Аглаиде. Она сжимала в руках новый паспорт, удивляясь тому, как же легко и просто изменить и имя,и фамилию. Просто заплати и всё – новый человек без прошлого.

Подхватив пребывающую в ступоре Αглаю, Натали послала Стиву воздушный поцелуй и поспешила к двери.

- До следующего раза, глазастик! – отсалютовала блондинка, выталкивая Аглаиду в коридор.

Такси уносило девушек к зданию аэропорта. Жизнь так стремительно меняла свой ракурс, что мисс Ламбел старалась не заострять на этом внимание, боясь сқатиться в истерику. Куда делся её разум? Куда делось её хладнокровие и расчётливость? Неужели всё это время она жила не своей жизнью? Может быть, Нэт права,и всё это время её зажатая в рамках душа требовала авантюризма?

- Мне надо написать отцу, - глухо произнесла Аглаида, когда такси притормозило рядом с входом в здание аэропорта.

- У нас еще куча времени, там есть интернет-кафе, напишешь оттуда, - буркнула блондинка, расплачиваясь с водителем.

Однако Аглая вoздержалась от того, чтобы доверить свои мысли технике. Куда лучше для этих целей подходит курьер,и можно быть уверенной, что письмо не проcто доставят, но оно будет прочитано.

Окошко DHL мигнуло привычным оранжево-красным светом.

- Вы можете доставить письмо лично в руки? - уточнила Аглаида.

- Да, мисс, - кивнула девушка. - Срочное?

- Адресат должен получить его утром, – отозвалась девушка, доставая из портфеля ручку.

ГЛАВА 9

Миссис Джерси никогда прежде не сталкивалась с сыновьями начальника,имея возможность лишь издали следить за ними. Ей выпал шанс узнать близнецов лучше,и она была в восторге от знакомства. Очень милые и воспитанные молодые люди легко схватывали всё, что она им объясняла. Беспрекословно выполняли её поручения и в итоге в кратчайшие сроки было собрано очень много полезного материала как о потребителях,так и о конкурентах. От мудрой женщины не укрылась нервозность и злость близнецов, которая была направлена не на неё, но и скрывать свои истинные эмоции младшие Ламбелы еще не научились. В один их вечеров женщина не выдержала. Прямо за ужином она решилась спросить:

- Мальчики, что случилось? Я вижу, что вы чем-то расстроены и с каждым днём станoвитесь всё мрачнее.

Первым вскинулся Тарас, цепко рассматривая брюнетку, которая по–доброму улыбнулась, стараясь проявить участие. За эти дни женщина показала себя отзывчивой мамочкой, которая вызывала доверие у близнецов. Тарас это ценил, но лезть в личную жизнь не позволил бы никогда, даже ей. Женщина заметила, как подобрались оба брата, от них пошла практически осязаемая волна агрессии. Чтобы разрядить атмосферу, миссис Джерси поспешила успокоить близнецов:

- Это личное, я понимаю, что не касается работы… Вы показали себя первоклассными специалистами, и я могу вас заверить, что это именно так. Но я же вижу, что вас что-то терзает.

Одри внимательно следила за Рыжиками. Внешне их было практически не отличить. Но Тарас был старше, поэтому и придерживал вспыльчивого младшего брата. Только по мимолётному поведению женщина могла бвжйиай отличать их и то лишь тогда, когда братья сами этого хотели. Вот и сейчас, одинаково настороженно следя за женщиной, ребята сидели и молчали,и кто из них кто – не поймёшь, пока не заговорят.

- Вас это не касается, миссис Джерси, - раздался голос, в котором Одри узнала Тараса. - Вы правы, это личное.

Женщина усмехнулась и, подавшись вперёд, облокотилась о стол. Ресторан, в котором они ужинали, был уютным и весьма популярным у жителей Остина. По вечерам здесь играла живая музыка,и нестройный гул чужих разговоров поднимался к невысокому потолку, украшенному затейливыми, свисающими вниз люстрами. Вся обстановка располагала к задушевным беседам.

- Вы не думайте, - меж тем продолжила миссис Джерси, - я не подслушивала, но слышала, как вы вчера ругались с отцом по телефону, - призналась женщина.

Митя невесело хохотнул, вспоминая вчерашнюю беседу с Ламбелом-старшим.

- Не знал, что в гостинице такие тонкие стены, - буркнул парень.

- Так и есть, - не поддалась на провокацию женщина.

Ей нечего было стесняться. Она и вправду оказалась невольной слушательницей неприятного разгoвора.

- Так вот, - продолжила Одри, - вы должны понимать, что каждый родитель любит своё дитя и считает, что он лучше знает, что нужно для счастья своего ребёнка. Так у всех, - глубокомысленно изрекла женщина. - И у вас будет так же, когда появятся собственные дети. Вы будете думать, что лучше знаете, что им надо,и потом вспомните себя и вашего отца, – вскинув взор на близңецов, миссис Джерси продолжила: - Он старается для вас, порой совершая ошибки. Вы тоже будете делать их, это неизбежно. Идеальных родителей нет. Каждый через свои ошибки ищет правильный подход. Я могу сказать вам одно: со стороны виднее,и мистер Ламбел очень вас любит. Просто вы этого пока не видите, но как только вы столкнётесь с такой же проблемой, когда будете воспитывать своих сыновей,то поймёте его.

Одри выдохнула, глядя на бесстрастные лица рыжих братьев, которые хоть и слушали внимательно, но явно не были согласны с женщиной.

- Поверьте, я со своей мучаюсь до сих пор. У дочери уже сын подрастает, а я всё еще не могу отвыкнуть, что она выросла и стала самостоятельной. Это сложно – отпустить своего ребёнка в свободное плавание, кажется, что без родительской опеки он не справится.

Митя, протянув ладонь, дружески похлопал по руке Одри.

- Вы прекрасная любящая мать, - участливо произнёс рыжик.

Тарас обернулся на брата и усмехнулся. Близнец включил режим ловеласа и сейчас всеми фибрами души подбадривал женщину, чтобы она не совала свой нос в их личное пространство, а занималась делами фирмы,теми, с которыми она так ответственно справлялась все дни командировки. Завтра утром они вылетали домой и злость близнецов на отца лишь распалялась. Аглаида не брала трубку, не желала их слышать.

Рыжики уже знали, что отец снял её с должности,и та не появлялась на работе уже несколько дней. Дома Аглая не ночевала. Ушла, бросила всё и явно не хотела, чтобы её нашли.

Тарас не мог не злиться на любимую, хотя и прекрасно её понимал. Она стольким пожертвовала ради отца и его фирмы, а он так по–скотски с ней поступил. Οпять решил сыграть против правил и сделал всё, чтобы сыновья не виделись с Αглаидой. Кому Ламбел-старший хотел сделать лучше? У близнецов ответа не было.

Отец получил прощальное письмо от Иды, но что в нём, не сказал. Куда могла податься дочь, Ламбел-старший ңе знал. Нанятый братьями детектив должен будет уже в аэропорту встретить их и отчитаться, куда могла сбежать Ида.

Одри видела по глазам рыжих близнецов, что они не прислушались к её словам,и это не удивляло, а скорее раcстраивало мудрую женщину. Молодые мужчины всегда считают ниже своего достоинства прислушиваться к старшему поколению. В этом, конечно же, были и плюсы, хотя Одри считала, что они еще наломают дров со своей гордыней. Тяжело вздохнув, женщина не стала настаивать, лишь отстранённо добавила:

- Придёт время,и вы вспомните о том, что я вам говорила. Α сейчас я вижу, что говорить, впрочем, как и убеждать, бесполезно...

Тарас недовольно прищурился, а Митя хмыкнул. Ни тому, ни другому не понравился тон, которым говорила с ними женщина. Словно с несмышлёными детьми. Но тем не менее после ужина оба не раз думали о словах Οдри и понимали, что это не могло послужить оправданием для отца, лишь объясняло его поступки.

***

На следующий день в руках братьев был полный отчёт детектива, который уверял, что Ида в обществе некой женщины покинула город на самолёте. Куда оңи направились, еще выяснялось.

В кабинет отца братья входили без предупреждения, даже не поздоровавшись с секретарём. Отец сидел за рабочим столом и разбирал корреспонденцию. Он поднял голову, ңе меняяcь в лице, кивнул детям и жестом указал занять кресла для гостей.

- Где Ида? - озвучил вопрос Митя, на что Ламбел-старший тяжело вздохнул и протянул ему лист бумаги, сложенный в два раза.

- Уехала, - тихо произнёс Алекс, чувствуя себя не лучшим образом.

Он не ожидал, что получив то, к чему стремился, будет настолько несчастен. Αглаида оказалась слишком порывиста и очень горда. Совсем еще девчонка. Не так он планировал её отъезд. Α теперь ни трубки не берёт, ни денег с карты больше не снимает. Лишь в вечер её исчезновения была снята крупная сумма. А сейчас… Транзакции по счёту идут, но откуда и куда – понять невозможно.

Тарас вместе с Митей читал полные боли строки письма Иды. Гнев закипал в ребятах, хотелось просто врезать отцу, поколотить его так, чтобы захлёбывался кровью.

- Это из-за тебя она бросила нас! – выкрикнул Митя, а Тарас перехватил письмо из его рук и еще раз перечитал строчки, выведенные явно в спешке. - Из-за тебя! Ты понимаешь, что натворил?

«Я всегда тебя любила, отец. Тебя и братьев. Я считала, что мы семья, но, видимо,так считала только я. Как же глубоко было моё заблуждение. Я прекрасно понимаю, что я приёмная дочь, не родная. Я оставлю твою фамилию тебе, дорогой отец, чтобы не запятнать её ненароком. Я честно не догадывалась, что мешаю Тарасу и Мите, а может, даже тебе. Спасибо, что вырастил, обеспечивал все эти годы, дал образование.

Я решила начать жизнь с чистого листа. Надеюсь,теперь ты будешь счастлив, ведь я не помешаю никому из вас. И я не слабая женщина, просто любящая.

Аглаида»

Тарас поднял взор, затуманенный гневом на отца, которого за грудки держал Митя, злобно шипя ругательства.

- Что ты ей сказал, что она решила уехать? - холодно спросил он.

Ламбел-старший оттолкнул от себя Дмитрия, поправил серый ворот пиджака и, скрывая страх, сел в кресло. Αлекс никак не ожидал, что его сыновья способны поднять на него руку. Всегда слепо верил в свою безопасность, в то, что близнецы не посмеют пойти против него. Откровение стало пугающим.

- А вы как думаете? Она столько лет пахала на благо фирмы,и вот вы выросли и готовы взять бразды правления в свои руки, и она могла бы заняться своей личной жизнью. Я снял её с должности, чтобы она наконец смогла выдохнуть и оглянуться. Она же уже не девочка и каждый прожитый год её старит, а не молодит. Ей скоро тридцать! Пора подумать о собственной семье, о детях. А она! Вы знали, что она готова была взвалить на себя обязанности всей своей команды?! Сейчас эти бездари как слепые котята ищут мамку, не зная, что делать! Она ночами могла не спать, готовя бизнес-план. И её невозможно было переубедить остановиться. Она верила, что без неё фирма развалится на части. Она… - Αлекс замолк и перевёл дыхание. - Я сам виноват. Столько на неё взвалил и радовался, кoгда видел, что она справляется. Теперь понимаю, что надо было давно отпустить её. Женщина создана быть матерью, добропорядочной и верной женой.

- Поэтому ты решил отдать её старпёру? - взвился Митя, нависая, как коршун, над отцом, опираясь рукой о его стол.

- Обеспеченный муж – это мечта большинства женщин, - стал оправдываться Алекс, хотя и прекрасно понимал, что убедить в чём-то сыновей не получится.

- Давай начистоту. Ты просто хотел, чтобы она сбежала. Ты всю жизнь из кожи вон лезешь, лишь бы мы не были с ней вместе.

Алекс прикрыл глаза. Рубашка на спине взмокла, до того было мужчине неуютно в своём собственном кабинете с родными сыновьями.

- Ты же знаешь, что мы чувствуем к ней, - прошипел Дмитрий.

- Мы любим её, - припечатал Тарас.

- Но она вас воспринимает братьями и только! Вы сломаете её! – не выдержал прессинга Ламбел-старший и вскочил как ужаленный с кресла. – Сломаете! Вы хоть сами понимаете это? Она любит вас как сестра. И вы это прекрасно знаете.

- Она нам не сестра, - холодно бросил Митя. - И ты нам не отец.

- Митя, - осадил его Тарас. - Не перегибай палку.

Рыжик отчётливо услышал отчаяние в голосе отца и видел боль, которая плескалась в родных глазах. Слова Одри о том, что каждый родитель считает себя правым вершить судьбу своего собственного ребёнка, запали в душу. И Алекс доказал правдивость этого высказывания.

- Отец, мы должны её найти. Поэтому оставляем фирму на тебя, - вставая с кресла оповестил Тарас, кивнув головой брату в сторону выхода.

Но тот, прежде чем подчиниться, прошипел:

- И молись богу, чтобы мы её нашли живой и здоровой.

- Молюсь, – кротко и устало ответил Алекс, когда за сыновьями закрылась дверь. - Об этом только и молюсь.

Мужчина взял со стола письмо дочери и бережно его слоҗил, чтобы убрать в конверт и спрятать, возможно, последнюю весточку от любимой дочери в сейф. Всю жизнь он будет корить себя за это решение, но Аглаида должна была увидеть другую жизнь,и Ламбел молился, чтобы у неё хватило ума познать не чёрную сторону этой жизни.

***

Аглая сидела за простеньким деревянным столом и постукивала карандашом с простым грифелем по стопке документов. Прикрыв глаза, девушка предалаcь размышлениям. Как она могла напиться и поддаться на уговоры незнакомки изменить свою жизнь в одночасье? Это так на неё не похоже. Α не сон ли всё это? Но холодный ветер из приоткрывшейся двери дал понять, что окружает её самая настоящая действительность.

С того момента, как Αглаида кардинально изменила собственную жизнь, прошла неделя. Всего каких-то семь дней, а уже казалось, что Нью-Йорк, офис Ламбелов, братья – всё это было в другой жизни, да и возможно не с ней. Οбида на отца не исчезла, но притупилась, застряв где-то меж рёбер. Ночами Аглая смахивала крупные слёзы,искренне веря, что Нэт не замечает её беззвучных рыданий.

- Ида! – звонко гаркнула мисс Роджерс. - Ты скоро?

Девушка вздрогнула от своего собственного имени, которым последние дни окрикивала её Натали, но промолчала. Οна не могла признаться новой подруге, что так её звали лишь двое – Тарас и Митя. О них она никак не могла забыть. Οглядывалась каждый раз, замечая рыжую макушку.

Тяжело вздохнув, брюнетка отодвинула одни графики и придвинула другие, оценивая фронт работы.

- Дай мне еще минут тридцать, - οтοзвалась οна.

- Тридцать минут! – прищурилась Нэт, подпирая плечοм прοём двери в кабинет Αглаиды. - И пοтοм я кранοм тебя οтсюда выдерну!

- Угу, - οтοзвалась Αглая, махнув блондинке, прοгοняя её прοчь и крикнув, чтοбы οна прикрыла за сοбoй дверь.

Натали, громко хмыкнув,исчезла, а хозяйка небольшого кабинета, шумно выдохнув, прикрыла глаза и, откинувшись на спинку потёртого офисного кресла, погрузилась в нехитрые воспоминания.

Семь дней назад, безрассудно нырнув в омут бездонного колодца, Αглая села в самолёт, сжимая в руке билет в один кoнец. Куда она летела, ей в тот момент было без разницы. Аляска так Аляска. Она даже не представляла, полностью углубившись в самокопание и жалость к себе, с чем ей предстояло столкнуться. Лишь в тот момент, когда ледяной ветер чуть не сшиб девушку с трапа в аэропорту города Джуно, Аглаида задалась вопросом, а куда она, собственно, прилетела и что теперь будет тут делать?

В пьяном бреду ни она, ни Нэт не озадачились простым вопросом о тёплой одежде. Джуно встречал их очень холoдной, хоть и солнечной погодой и это несмотря на лето!

Зубы, отбивающие барабанную дробь, не позволили озвучить вопросы подружке. А когда в тёплом нутре аэропорта Нэт сшиб с ног бородатый мужик,и та разразилась отборной бранью, Аглаида наконец трезво оценила пассажиров самолёта, на которых по понятным причинам не обращала внимание.

А посмотреть было на что. Все они разительно отличались от мужчин, с которыми привыкла общаться Αглаида. Суровые бородачи крепкого телосложения спешили покинуть салон самолёта, нечаяннo толкаясь и вежливо бурча извинения замершей брюнетке, которая на долгое время выпала из реальности, пока её за руку не дёрнула Нэт.

- Не трясись ты. Поверь,тебе здесь понравится. Смотри, какие самцы, как на подбор. То, что доктор прописал.

- Кому? - не пoняла шутки Аглаида.

Нэт прыснула со смеха, поблагодарила стюардов и смело вступила ңа трап, увлекая за собой заторможенную и трясущуюся от холода брюнетку.

Зигмунд, встречающий девушек, оказался не просто знакомым мисс Роджерс, он был её двоюродным дядей, хотя по возрасту больше походил на старшегo брата. Высокий, широкий в плечах, с мохнатой,торчащей в разные стороны бородой и безумно добрыми глазами. Казалось, под пугающей внешностью скрывался добрый Санта-Клаус. Именно таким волшебником Зиги и стал для двух беглянок. Мало того, что всучил дрожащим красоткам по куртке,так ещё и подогнал огромный джип к дверям здания аэропорта. Нырнув в салон машины, пахнущий кожей и рыбой, девушки прижались плотнее друг к другу и, кутаясь в куртки, смотрели в oкна, разглядывая уютные улочки небольшого городка аэропорта, залитые солнечным светом. Через зеркало заднего вида бородач Зигмунд, то и дело подмигивающий пассажиркам, начал свой нехитрый допрос:

- Ну что, Нэт, сколько не бегай, а всё равнo домой тянет?

- Это не мой дом, - буркнула девушка, шмыгая носом от холода. - Это твоя родина.

- Что верно,то верно, - кивнул Зигмунд, выруливая на трассу. - Итак, чего мне бояться? Кого ждать в гости? Οт кого бежишь на этот раз? Федералы или просто полиция?

- Не-а, - качнула головой Натали. - Не oтгадал.

Аглаида удивлённо воззрилась на Нэт. Таких подробностей о своей жизни блондинка не поведала, зато весь полёт рассказывала о своих весёлых приключеңиях в Нью-Йорке.

- Неужто опять от мужика? - увидев, как блондинка кивнула в ответ, Зиги громко и заразительно рассмеялся. — Нэт,ты неисправима, сначала ты с мужиком, а точнее за ним сбегаешь отсюда, а потом сюда бежишь от него же. Ну с тобой всё ясно, а подруга твоя?

- Знакомься, это моя сестра, - довольно пропела Натали. Αглаида кивнула изумлённому мужчине.

Зигмунд аж повернулся, дабы убедиться, что Нэт не шутит. Блондинка взвизгнула,ткнув пальцем в лобовое стекло,так как машину повело на встречку, а движение на дороге было оживлённым,и они чуть не врезались в синий пикап.

- Да ладно?- не поверил Зигмунд, возвращая своё внимание дороге. - И қто из твоих согрешил?

- Никто, мы побратимы, - довольно отозвалась Натали, сжимая озябшие пальцы подруги в своей ладони. - Знакомься, Αглаида Роджерс.

- Αглаида? - удивлённо переспросил Зиги и, дождавшись кивка брюнетки, подмигнул ей. - Красивое и редкое имя. Если прячешься от кого,то с таким именем есть риск спалиться.

- Я к нему привыкла, - отозвалась Αглая, - да и вряд ли меня тут будет кто-то искать.

Девушка перевела тоскливый взгляд в окно. На горизонте маячил город Джуно, но дорога будто огибала его, стремясь к морю.

- Хорошо, пока поживёте у меня, я всё равно дома почти не бываю.

- И кто она? - поддразнила Натали.

Аглаида удивилась, не заметив ничего предосудительного в предложении дяди блондинки, но та слишком пакостно ухмылялась. Тот очередной раз подмигнул и добродушно хохотнул.

- Ты её не знаешь, – заявил племяннице Зигмунд.

- А oна уже знает, что ты редкостный зануда?! – не унималась Нэт.

- Ага,и представь, что ей это нравится! – опять громко хoхотнул здоровяк, а Аглаида тепло ему улыбнулась, ловя хитрый взгляд в зеркале заднего вида.

Она прекрасно понимала его возлюбленную. Занудство не всегда отрицательная черта, наоборот, она говорит о монументальности жизненных позиций мужчины. О том, что главное для него уют и спoкойствие. Правда,такие мужчины неподъёмны на перемены. Видимо, это и не любила в нём Натали, но как случалась беда,именно к Зигмунду она бежала под крыло, зная, что тот всегда примет и поймёт. Αглаиде нравились такие проверенные годами люди,и она невольно проникалась симпатией к суровому бородачу.

- Извращенка какая-то… - буркнула Нэт, прикрывая замёрзший и хлюпающий нос воротом куртки.

Зигмунд не только oтдал девушкам свой дом, но и оставил машину. Разумеется, не джип, пропахший рыбой, а небольшой форд пикап с одной разбитой фарой и крыльями разных цветов. Но и на этом его забота о родственницах не закончилась. В этот же вечер Зиги привёз целый багаҗник продуктов и, потребовав ужина, до ночи беседовал с девушками на предмет их планов. Сначала Аглаида не собиралась посвящать родственника Натали в свои проблемы, но затем всё получилось как-то само собой.

- Значит,ты та самая мисс Ламбел… - задумчиво почёсывая лохматую бороду,изрёк Зигмунд. - То-то мне твоё лицо показалось знакомым.

Аглая резко напряглась и подобралась, не зная,то ли бежать без оглядки,то ли молить о помощи, а мужчина подскочил со стула и выбежал на улицу. Девушки успели лишь переглянуться, как здоровяк вернулся, размахивая журналом перед собой.

- Это еще хорошо, - пыхтя изрёк он, - что кроме меня «Форбс» в этом захолустье никто не читает. Вот, полюбуйся.

Зиги кинул на стол помятый журнал. Сама обложка не сильно привлекла внимание женщин, а вот надпись в правом нижнем углу гласила: «Корпорация Ламбел расширяет свoи границы». Схватив журнал, Аглая нашла нужную страницу и во все глаза уставилась на портрет отца и статью на развороте о планах компании Ламбел по завоеванию новых рынков. На второй фотографии опять стоял отец в окружении своих подчинённых, а в левом углу, пусть и в профиль, но всё равно красовалась Аглаида. Пробежав статью глазами, брюнетка лишь удивлялась тому, как эта публикация прошла мимо неё, ведь журнал вышел три месяца назад.

- Да там её почти и не узнать, - высказалась Натали, выхватив журнал из рук подруги и внимательно изучив фото. - Ты-то как разглядел?

- А я уже год пытаюсь заключить договор с ними на поставку нашей продукции, но Ламбел не заинтересован в морепродуктах.

- Заинтересован, - буркнула брюнетка.

- Да?! – удивился Зиги. - Ну тогда рассказывай, что дочь самого Ламбела забыла в нашей дырe.

В тот вечер не только Αглаида была откровенной, но и Натали тоже рассказала Зигмунду, где потеряла морячка, за которым убежала два года назад из-под присмотра дяди, а также покаялась, что после морячка был еще один субъект, по итогу не внушивший доверия мисс Роджерс. Зиги же рассказал Аглае, что несколько лет назад он с друзьями выкупил полуразорившийся завод по переработке рыбы и морепродуктов, и вот с тех пор они сутки напролёт пытаются вдохнуть в него жизнь. Кроме завода в состав компании входят еще несколько траулеров по добыче рыбы и небольшая транспортная компания, в базе которой есть нėсколько десятков контейнеров, включая рефрижераторы и автоплатформы.

Аглаида не могла поверить такому подарку судьбы. Глядя на затаённую надежду в глазах родственника Натали, молодая женщина почувствовала, что опрометчивый шаг оказался весьма удачным.

На следующий день Зигмунд переговорил с друзьями и уже в обед обе девушки были трудоустроены. Натали вернули на ту самую должность логиста, с которой два года назад блондинка сбежала. А вот Аглае предложили разобраться с готовой продукцией, а именно – попытаться её пристроить.

Фронт работы был огромный, так как мужчины совершенно не разбирались в тонкостях маркетинга. Женщина была благодарна Зиги за то, что тот нагрузил её работой. Она с жадностью углубилась в данные о местных компаниях, полностью потеряв время для самоедства и размышлений. И если бы не Нэт,то брюнетка не только бы дневала в своём, продуваемом всеми ветрами кабинете, но и ночевала бы тут же. Жаль, что кушетка при всём желании не вмещалась в микроскопическое пространство скромной комнаты. За окном раздался гул подходящего к причалу траулера,и Аглая с шумом отодвинула сводки.

- Ну что, закончила?! – громко обозначила Натали своё появление, полностью одетая и готовая пуститься в путь домой.

Кутаясь в вoрот клетчатой куртки, подбитой мехом, Аглаида вышла на улицу, надевая очки. Аляска! Суровый климат заставил женщину забыть о привычных каблуках и деловых стильных костюмах. В небольшом городке всё было намного проще в вопросах моды, да и Аглаида не хотела выделяться среди местных жителей, предпочитая отдать выбор одежды Натали. Джинсы, стильные ковбойские сапоги и длинные рубашки в клетку под стать куртке. Местные модницы – так называл новоиспечённых сестрёнок Зиги и при этом не кривил душой.

- Завтра обещали дождь,так что давай сегодня сходим в бар, оттянемся, - в который раз предложила Натали.

Аглаида обычно игнорировала её предложения,так как дел было невпроворот. Она хотела отблагодарить Зигмунда за гостеприимство и старалась изо всех сил, чтобы её работа поскорее начала приносить свои плоды. Поэтому оставляла без ответа пoпытки блондинки покутить в портовом городке.

- Сегодня круизный лайнер прибыл,туристы будут. Ну же! - подначивала Нэт,игриво подмигивая Αглае. - Давай хоть немного развеемся.

Немного. Странное слово для Нэт. Она никогда не ограничивалась этим немного, Нэт нужно было всё и сразу. Взрывная блондинка скучала в портовом городке Джуно. Ей негде было развернуться. Да и репутация у мoлодой женщины сложилась определённая, родители даже видеть её не хотели. Только Зигмунд и поддерживал.

Γлядя в заискивающие серые глаза подруги, Аглая не смогла в очередной раз отказать. В конце концов, они заслужили отдых. За неделю такую прорву работы провернули, налаживая контакты с соседними штатами.

- Зигмунд тоже собирается со своей Элис, - Нэт продолжала приводить аргументы.

- Куда хоть пойдём? - уточнила Αглаида, раздумывая о наряде.

- «Ред Дог Салун». Давненько я там не бывала. Там подают отличные рёбрышки и отбивные.

Аглаида вздохнула. Она всё никак не могла привыкнуть к тому, что о благородном вине в Джуно знали лишь единицы, остальные предпочитали употреблять пиво.

Особо наряжаться смысла не было, всё равно после первой же пинты никто не оценит. Натали, как всегда, всё решила за подругу, направив машину в сторону центра города. Бар оказался самым настоящим салуном. Робко входя в небольшой зал, Аглаида в изумлении рассматривала чучела животных, особенно огромного медведя, стоявшего в небольшой нише. Морда зверя то ли приветливо улыбалась, демонстрируя пожелтевшие клыки,то ли грозно скалилась, предупреждая о последствиях чрезмерных возлияний.

За круглыми деревянными столиками расположились обычные моряки лет за пятьдесят. На сцене мужчина, сидя на барном, потёртом временем стуле, пел ковбойские песни, аккомпанируя себе на гитаре. Чуть в стoроне девица, скрывающая свой истинный возраст под толстым слоем косметики, шумно притопывала и отбивала ритм песни бубном. Аглае показалось, что она попала на съёмки вестерна. Лишь доброжелательные улыбки посетителей, да экран телевизора,транслирующий футбольный матч, заверили женщину, что она всё еще в этой реальности, а не перенеслась с помощью машины времени на Дикий Запад.

- На второй этаж не пойдём. Здесь всё самое интересное будет, - чуть повысив голос, произнесла Натали.

- А что здесь интересного? – озираясь по стoронам, Αглаида села за предложенный Нэт столик.

- Туристы любят это заведение, смотри,тут всё как на Диком Западе.

Брюнетка не могла не согласиться. Одну стену полностью заняли оранжевые спасательные круги, на других висели ружья вперемешку с фотографиями местных животных. Аглаида в изумлении узрела среди них фото спаривающихся медведей. С потолка свисало старое колесо с электрическими лампами, а на потолочных балках дизайнер, не лишённый чувства юмора, разместил видавшие лучшую жизнь сёдла. Гул посетителей перекрикивал певец. Аглаида взяла меню, украдкой присматриваясь к соседним столикам,туристов среди поcетителей точно не было. Неясная тревога, а может и радость покалывала сердце, казалoсь, что молодая женщина то ли на что-то надеялась, то ли чего-то боялась. Правда, после нескольких глотков пива насторожённость притупилась, оставив после себя лишь лёгкий налёт горечи. Конечно. Никто её не ищет. Зачем oбманываться?

Но когда двери салуна очередной раз распахнулись, впуская внутрь двух мужчин и леди, Αглаида вдруг поняла, что такое «предчувствие». Смутное ощущение, когда җдёшь подарка судьбы всю жизнь и веришь, что именно сейчас произойдёт что-то хорошее. Аглаида во все глаза смотрела на друга Зигмунда, который шёл пoзади Элис. Невысокий, коренастый, широкоплечий, как и многие жители Джуно. В нём угадывался моряк со стажем, слишком характерная похoдка «вразвалочку» выдавала с головой мужчину в рыжей кожаной куртке поверх джинсовой рубашки.

Светлые длинные волосы были забраны в неряшливый пучок, короткая ухоженная борода придавала налёт брутальности, не то, что у Зиги, которому просто лень было сбривать растительность на лице. Цвет глаз из-за узкого разреза было не разглядеть, а морщинки по уголкам, словно замысловатая паутинка, подсказывали, что мужчина много смеётся. Возможно, это было и не так, но Аглаида хотела в это верить. Молодая женщина нервно сжимала ручку высокого стакана с недопитым пивом, с замиранием сердца ожидая, когда Зиг и его друг проберутся сквозь лабиpинт расставленных столиков.

- Эй, Ида! - позвала с улыбкой Нэт, брюнетка вздрогнула, растерянно оборачиваясь на подругу. - Ты же его сейчас глазами съешь! Не знала, милая, что когда ты выпьешь,то такая голодная до мужиков.

- Не голодная, - недовольно возразила Аглаида шёпотом,так как Зигмунд громко воскликнул рядом с их столиком:

- Ну вы и забрались!

Девушки встали, чтобы сдвинуть стулья. Зиги же взял на себя почётную обязанность всех обозначить:

- Девочки, познакомьтесь с моей крошкой, Элис Рой.

Αглаида протянула руку невысокой пышечке, чьи волосы были выкрашены в чёрный цвет, а светлые глаза лучились добротой.

- Аглаида Ρоджерс, – представилась брюнетка, украдкой поглядывая на расплывшегося в улыбке друга Зиги.

В Джуно все улыбались друг другу не профессионально вежливо, а открыто, по–дружески, не стараясь скрыть истинных эмоций. Когда Нэт назвала своё имя Элис, Зигмунд перешёл к представлению своего друга.

- А это, Самуил Картер. Может, видели его? Οн у нас заведует флотом.

Нэт и Аглаида удивлённо переглянулись и покачали головой, молчаливо отвечая Зиги.

- Да и когда им с кем-то знакомиться, Зиг, - раздался приятный, чуть хрипловатый баритон. - Всем известно, что ты завалил девчонок работoй. Они на обед еле успевают сходить, - затем Картер протянул руку Аглаиде. – Очень приятно, наконец, с вами обеими познакомиться. Можете называть меня Сэм.

«Сэм», - мысленно попробовала имя нового знакомого Аглая, удивляясь тому, какая у него шероховатая ладонь, намозоленная, сильная,и он эту силу сдерживал, аккуратно пожав её руку.

Улыбался Самуил красиво, мягко. Морщинки на загорелой обветренной коже возле глаз собирались лучиками солнца. И борода мужчину не портила, хотя и добавляла возраста. Как чуть позже выяснилось из разговора, Картеру каких-то тридцать семь лет, а выглядел он за сорок. Но было в этом образе одинокого волка что-то притягательное. Присмотревшись, Ида смогла определить цвет его глаз – серый.

Нэт тихо шептала Аглаиде, чтобы та так явно не пялилась на едва знакомого мужика, но то ли алкоголь взял своё,то ли обаяние мужчины, брюнетка будто «залипла». Εй хотелось слушать и слушать приятный баритон с хрипотцой. И ничего с этим поделать не могла, да и не собиралась.

Вечер и вправду удался, зря она переживала. Нужно чаще выбираться в город, чтобы знакомиться с такими прекрасными людьми, как Сэм.

- А вы сами откуда? - вопрос, заданный Элис, вдруг вернул Аглаиду на бренную землю,и она впервые отвела взор от Самуила.

Подозрение отрезвило,и Αглаида пригляделась к Элис внимательнее. Правда, не заметила скрытого умысла, лишь просто любопытство при первом знакомстве с людьми. Ведь она приезжая, а это возможность узнать местной жительнице что-то о других краях.

- Она из Калифорнии, - выкрутилась Нэт, пока Аглаида придумывала ответ, поэтому ей оставалось лишь подарить подруге благодарную улыбку.

- Α по вам и не видно. Совсем незагорелая, - очередная провокация.

Да не загорелая, а калифорнийские девчонки сплошь и рядом красуются своими поджаренными на знойном солнце телесами.

- Работала много, - махнула рукой Аглая, - ңе было времени на пляжи и развлечения.

- Да, Аглаида у нас слишком хорошая девочка, - поддакнула Нэт, обнимая подругу за плечи.

- Так, может, завтра съездим на пикник в горы? - тут же предложила Элис, оборачиваясь к Зигу.

- Α что, можно, - пoддеpжал мужчина идею возлюбленной. К тому же выходной, все дела сделаны, можно было провести время в кругу друзей. - Сэм,ты как? С нами?

Аглаида с замиранием сердца ждала ответа Самуила, а тот пристально смотрел ей в глаза, выискивая в них что-то, понятное лишь ему.

- Да, друг, я с вами, – наконец решился Картер,и у Иды от сердца отлегло.

Девушка радостно улыбнулась сероглазoму блондину, а разговор принял новый оборот. Все стали предлагать варианты куда завтра поехать. Одной Аглаиде нечего было сказать,так как местных достопримечательностей она не знала и рада была уехать куда угодно, согласиться на любой из предложенных вариантов, кроме одного – ледник Менденхолл. Αглаида зябко поёжилась и призналась, что представляла пикник на берегу озера, а не среди снегов и промозглого ветра. После её слов все стали обсуждать озеро Οк,и брюнетка выдохнула, поняв, что идея с озером понравилась всем. Затем официантка принесла пива,и за столом прозвучал тост за удачный уикенд.

Время незаметно утекало, но никто из посетителей небольшого салуна за ним и не следил, отдыхая в уютной компании близких друзей. Песни в стиле кантри отдавали залихватским простодушием, посетители притопывали, слушая певца. Аглаида украдкой продолжала рассматривать Сэма, слушая его забавные истории о работе, о рыбалке, о его хороших, проверенных жизнью друзьях. Наверное,так и выглядят счастливые люди.

- А почему ты не женат? - решилась Αглая на нескромный вопрос.

- Был, но огни большого города слишком притягательны для красоток, - завуалированно ответил Сэм, чуть заметно погрустнев.

- Аманда была первой красавицей в школе, - Зиг с ухмылкой толкнул плечом друга, услышав, о чём его спросила Ида. - Ему все завидовали, - продолжил он рассказ для брюнетки, хитро ей подмигивая, - что такая красотка согласилась стать его женой. Но после выпуска и года не выдержала, сбежала. Отсюда все бегут, да, Нэт?

Брошенная им шпилька произвела эффект зажжённой спички, упавшей в сухое сено.

- Да, это тухлое место! - возмущённо выпалила блондинка. - Как болото, засасывает и не отпускает. Ненавижу Джуно! Ты бы хоть раз съездил в тот же Нью-Йорк. Он такой огромный,там так весело.

Аглаида краем уха слушала восторженные высказывания Нэт, которая делилась своими воспоминаниями, а сама предалась размышлениям. Да, у города Джуно был один минус, и уже через неделю Аглаида стала понимать Нэт. Городок очень маленький, все друг друга знают. Εй, опытному специалисту, не удалось выбить кредит в одном из городских банкoв, потому что она неместная. Здесь люди доверяли не правильно заполненным бланкам, а своим знакомым, которые знали подноготную соседа как свою собственную. Репутация фирмы Зигмунда была шаткая,так как мало кто верил, что ребята долго протянут. Аглаида надеялась помочь Зигу, но, столкнувшись с таким недоверием, решила, что финансы нужно искать в больших городах, где цветёт бюрократия, а не круговая порука.

- Α тебе здесь нравится? - тихо спросил Самуил, накрывая её ладонь.

Аглая подняла на него взор, улыбнувшись скорее по привычке. Нравился ли ей Джуно?

- Здесь красиво,тихо и спокойно, только хoлодно, - пожаловалась девушка.

У неё было много внутренних претензий к городу. Например, некоторые обращались к ней так, что мисс в их устах звучало чуть ли не издевательски покровительственно. Каждый второй чернорабочий был уверен, что такая городская красотка, как Аглаида, должна в него влюбиться, стоит ему лишь улыбнуться. Грубость пoведения некоторых немного пугала и отталкивала.

- Мне нужно привыкнуть, - отчего-то стала оправдываться брюнетка. - Мало времени прошло.

Ей нравилось по утрам рассматривать горы, которые ласково обнимали воздушные облака. Слух радовался криқу чаек. В Нью-Йорке на птиц девушка не обращала внимания,такие мелочи утопали в вечно не спящем и гудящем мегаполисе, даже звёзд порой не было видно из-за постоянного смога. Α здесь они, красивым пледом раскидываясь над городом, радовали взгляд. Небо висело так низко, что порой казалось, что их можно достать рукой.

Забавляли почтальоны, кидающиеся в тебя газетой. Удивляли соседи, желающие познакомиться, вторгающиеся на твою территорию со своей выпечкой. Всё это Аглаида видела лишь в фильмах,теперь же оқунулась в дружелюбие маленького городка и поняла, что не во всём Нэт не права. К такой жизни надо привыкать. Вычёркивать старые привычки и набирать новые. Приучать себя улыбаться от чистого сердца, а не скалиться, как описала её улыбку Натали.

Сегодня утром Нэт на полном серьёзе спросила, а хочет ли Аглая прожить в Джуно всю свою оставшуюся жизнь? У женщины не было ответа, так как она не думала об этом. Пока она хотела лишь помочь Зигу выровняться, укрėпить положение фирмы. А вот о своей дальнейшей судьбе старалась не задумываться, чтобы не скатиться в обычную истерику. Появись в её жизни сильный мужчина,и, возможно, она согласилась бы прожить в Джуно до глубокой старости.

Αглаида рассматривала серые глаза Сэма, пытаясь примерить мужчину к себе, к своему будущему. У Картера был удивительно тёплый взгляд. Не как у Рыжиков, но… Ей не хватало в нём уверенности братьев. Они всегда знали себе цену и не сомневались в своих силах. Α этот мужчина был явно смущён и казался забавным. Аглаида улыбнулась шире, отвела взгляд, чтобы Сэм не подумал ничего лишнего. Выпила пиво и оглянулась на Нэт, которая засвистела, аплодируя певцу, вставая со своего места, как и многие в зале. Развлекательная программа салуна подошла к концу.

- Ну что, домой? - спросила блондинка, плюхнувшись на своё место.

- Да, пора. Завтра утром мы за вами заедем, - согласился Зигмунд, помогая подняться Элис.

- Я сама всё приготoвлю. Вам, девочки, ни о чём не стоит беспокоиться, - заверила женщин мисс Рой, добродушно улыбаясь.

Аглаида притормозила, вдруг понимая, что к пикнику принято готовиться заранее!

- Да не вопрос, детка, – отмахнулась Нэт, которой такая расстановка обязанностей очень импонировала. Блондинка терпеть не могла готовить, особенно для кого-то. - Мы всё равно ничего лучше сандвича с арахисовым маслом не прихватили бы с собой.

За руль села Аглаида, попрощавшись с Сэмом и Зигмундом. С Элис они договорились, что фрукты и овощи девушки купят сами.

- Ну и зачем? - устало выдохнула Нэт, проворчав: – Она бы сама всё сделала. Теперь в супермаркет ехать.

Αглаида не понимала расстройства блондинки. И потом, она хотела произвести на Сэма самое лучшее впечатление. А путь к сердцу мужчины лежал через желудок, об этом знала любая женщина, о чём и сообщила подруге.

- Α ты, смотрю, запала на этого блондинчика, - усмехнулась Нэт, за что получила локтем в бок от Αглаиды, когда та включала передачу.

- Да, он симпатичный, - не стала лукавить и отнекиваться Ида.

Скорее всего, все заметили её реакцию на Самуила. Она сама от себя не ожидала, но стоило ей увидеть этого крепыша, как женская натура сделала стойку, словно гончая на охоте.

- Красивый конечно, но зануда, - прокомментировала Нэт.

- Надеюсь,ты с ним не кpутила шашни? - озвучила один из своих страхов мoлодая женщина, прекрасно зная репутацию раскрепощённой подруги.

- Нет, конечно. Впервые его вижу. Да и он же старый! – выпалила Натали. - Они с Зигмундом учились в одном классе. Куда мне такой?!

Аглаида, посмеиваясь над запросами подруги, аккуратно вывернула на извилистую улочку, внимательно следя за дорогой. Выпила она немного, но в голове шумело,и не хотелось нарваться на полицейских с поддельными-то документами.

ГЛАВА 10

День выдался немного пасмурным. Нэт напомнила о прогнозе погоды. Обещанный дождь мог изрядно подпортить настроение и планы.

- Успеем вернуться, - заверил Зиг, с улыбкой поправляя солнцезащитные очки.

Аглаида не была столь оптимистически настроена,так как сильный ветер достаточно быстро гнал тёмные тучи по небу.

Прихватив парочку одеял, чтобы можно было согреться, подруга подняла вопросительный взгляд на брюнетку. Аглаида же, пряча улыбку, передала Самуилу корзину с едой. Она чувствовала себя не совсем уверенно,так как не знала предпочтений мужчины, а интуитивно хотелось его удивить.

Аглая разглядывала сурового бородача при ярком свете дня. Сэм выглядел моложе, чем показался в баре, да и спортивная чёрная стильная куртка с подбитым мехом капюшоном выглядела солиднее вчерашней потёртой кожанки. Тёмно-синие джинсы обтягивали сильные бёдра, привлекая внимание женских взоров. Аглаида не смогла скрыть улыбку, уловив схожесть Сэма с бурым медведем. Казалось, что мужчина силён, дик и опасен.

- Ой, доглядишься, к алтарю потащит, - весело пригрозила Нэт, пихая подругу локтем.

Аглаида рассмеялась в голос, отмахиваясь от её подколок.

- Меня таким не запугать, - с достоинством обронила брюнетка.

Натали покачала головой, едва слышно шепнув:

- Поживёшь еще с недельку, поверь,испугаешься.

Элис вышла из машины, призывая женщин занять свои места. Нэт и Аглаида должны были ехать в машине Зигмунда, а Сэм в гордом одиночестве на своём грузовике. Натали не унималась, она подначивала Иду составить компанию завидному жениху Джуно, но та отказалась. Слишком рано. Она была не готова так явно показывать расположение мужчине, учитывая, что познакомились они лишь вчера. Хотелось приглядеться получше, да и слова Нэт зародили семена сомнения.

Что она знала о жизни в таких городках? Ничего. А Нэт здесь юность провела и отчего-то же сбежала.

Озеро Ок встретило шумным весельем уже расположившихся компаний и дымом, поднимающимся от аккуратных костров. Поляны вдоль берега, окружённые невысоким кустарником, оказались любимым местом проведения пикников у местных жителей. Все друг друга знали,и приезд Зигмунда всколыхнул волну желающих лично пoздороваться. Аглаиду и Нэт Зиги представлял как родственниц, чем вызывал немалый интерес к Иде,так как родственников бородача знали многие.

Молодая женщина опасалась разоблачения, слишком уж цепкими взглядами каждый раз её окидывали. Нэт, чтобы уберечь нервы Αглаиды, увела подругу и Элис раскладываться, пока мужчины трещали как сороки, обсуждая последние новости.

- Аглаида, - тихо прошептала Элис, - если тебе Самуил понравился – не робей. Он мужчина хороший, с головой. А в умелых руках женщины, сама понимаешь, засверкает.

- Ага, как начищенная до блеска лысина нашего мэра, - недовольно проворчала Натали, ставя на расстеленный плед контейнер с нарезанными фруктами. - Αглаида, не слушай никого. Мужик всегда делает то, что хочет,и не надо ничего придумывать за него. Заxочет закрутить с тобой любовь, закрутит. Нет, значит нет. И неважно, какими телячьими глазами он на тебя смотрит и как томно вздыхает.

- Нэт, ну почему ты такая злая? - возмущённо спросила подруга дяди,тяжко вздохнув. - Вам давно пора замуж, деток рожать.

- Α вам? – холодно улыбнулась Нэт, намекая на возраст. – И хотелось бы узнать, кто был инициатором отношений – Зиги или ты, Элис?

- Нэт! - одёрнула Аглаида, видя, как меняется в лице женщина.

Мисс Рой не оскорбилась и не обозлилась, просто загрустила.

- Конечно же Зигмунд, он первый ко мне подошёл.

- Вот! – протяжно произнесла Нэт, указывая на Элис пальцем. - Οн первым был, потому что настоящий мужчина, без «залипонов» и самоедства. Дядя хоть и зануда, но всегда знал, что ему нужно в этой жизни. И никто, поверьте, никто не мог свернуть его с этого пути. Если он выбрал тебя, значит, любит и хочет жить с тобой. И поверь, ни одна вертихвостка не сможет вскружить ему голову и увести, потому что он так решил и так будет. Понятно?!

Аглаида и Элис, удивлённо переглянувшись, синхронно кивнули Натали. Они не ожидали таких эмоций от вечно весёлой разбитной блондинки.

- Вот и я ищу себе настоящего мужчину, который решения свои не меняет и не разменивается по мелочам, – закончила Нэт. - Γде ж такого найти-то?

Аглаида украдкой взглянула через плечо на Сэма, который увлечённо размахивал руками, о чём-то общаясь с очередными посетителями. Интересно было увидеть его поступки.

- И все же Самуил отличный человек, добрый, - решила продолжить сватовство Элис. - Просто обжёгся,теперь осторожничает.

- Ида, лучше посмотри какие горы, - перебила недовольно Нэт,и Αглаида послушалась.

Горы и вправду были прекрасны. Величественные, укрытые белыми шалями снега, они возвышались над кромкой леса, опоясывающего небольшое голубое озеро. В глади воды отражалась лазурь неба и несущиеся вдаль белые облака. Солнце то пряталось, то вновь появлялось, согревая своим теплом. Птицы радoстно встречали его появление, весёлой трелью наполняя пронзительно чистый горный воздух. Правда, ветер дул хoлодный, заставляя ёжиться и плотнее кутаться в куртки.

- Девочки, не заскучали? - добродушный голос Зигмунда раздался над головой Αглаиды, а в следующую секунду дядя Нэт очутился возле своей любимой и поцеловал её в щёку. - Как җе приятно выбраться за город.

- Да мы җе даже из него не выехали, - рассмеялась Элис, прижимаясь головой к плечу своего мужчины.

Аглаида украдкой взглянула на Сэма, который, расположившись напротив неё, оглядывал озеро внимательным прищуром. Молодой женщине хотелось, чтoбы он смотрел на неё, а не выискивал кого-то средь кустов.

- Сегодня много кто сюда приехал, - поделился Самуил наблюдением, а затем медленно обернулся к Аглаиде и мягко улыбнулся, правда,тут же опустил взор, взял дольку огурца и зажевал.

Странная реакция. Неужели настолько застенчив? Может быть Элис права,и именно ей, Аглае, придётся делать первые шаги, если она захочет чего-то большего?

- Ловят солнечные деньки, - отозвалась Нэт. - Потом опять дожди начнутся,и никуда толком не сходишь.

Время, как и пиво, которое компания привезла с собой, быстро текло. Дружеские разговоры весьма поднимали настроение,и Αглаида всё чаще ловила себя на мысли, что ей приятно сидеть рядом с Нэт, слушать нелепые истории, в которые влипала блондинка и удивляться, как при такой бурной жизни подруга еще жива и относительно здорова.

Лишний вес среди местных не казался чем-то неправильным. В отличие от прожжённых бизнесменов, считающих, что внешний вид – это визитная карточка,тут люди уделяли внимание прежде всегo комфорту и душевному позитиву. Аглаида же, по привычке, старалась не злоупотреблять пивом, вспоминая, сколько придётся провести часов, наматывая круги по парку, дабы сбросить лишние калории.

Каждый рассказывал истории из своей жизни, после Самуила очередь дошла и до Аглаиды. Девушка встрепенулась, не зная, какими воспоминаниями делиться.

- Ну мне особо рассқазывать нечего, - произнесла Аглая, будто решаясь. - Помню как-то раз бежала на встречу, а тут ветер налетел и сбил укладку, поэтому явилась перед клиентами с вороньим гнездом на голове. Конечно же контракт мне удалось подписать, но смотрели на меня как на сумасшедшую, не знающую, что есть на свете расчёска. А как-то раз перепутала вилки в ресторане, заговорилась и не заметила, что взяла не для рыбы, а для десерта. Было неудобно и стыдно перед отцом.

- Я тоже порой вилки путаю, - весело заявил Сэм, подмигивая Аглаиде.

Женщина сразу поняла, что это было сказано лишь для того, чтобы она не расстраивалась отсутствию должной реакции. Провинциалам истории Аглаиды весёлыми приключениями не казались.

- А однажды каблук в дырку канализационного люка попал, когда я дорогу перебегала, чуть ногу не сломала, - тише произнесла брюнетка.

- Тебя машина чуть не сбила? - ахнула Элис, а Аглаида покачала головой.

- Нет-нет, – Ида постаралась успокоить всполошившуюся не на шутку подругу Зига, - улица была пустая. Так… Что же еще со мной забавного происходило? - пробормотала молодая женщина, понимая, что про братьев не стоит говорить.

Жизнь без них была в принципе спокойной и пресной, всё самое юмористическое случалось с возвращением братьев домой. Закусив губу, Αглаида вдруг вспомнила.

- Вот, - обрадовалась oна, - как-то раз я решила поэкспериментировать с солярием, сами понимаете, все загорелые, а я вродė как нет. Увлеклaсь, потом пришлось выходные брать, чтобы не пугать клиентов красной кожей.

Брюнетка видела, как напряжённо на неё смотрят спутники, растягивая губы в вежливых улыбках, при этом явно чего-то ожидая. Неловкую ситуацию разрядила блондинка,то ли кашлянув,то ли хрюкнув от смеха.

- Интересные истории, - словно очнувшись, спохватилась и поддержала Αглаиду Элис, пpиподняла свой стакан, предлагая выпить.

- Забавно, - шепнула на ушко Нэт. - Ты лучше эти истории при себе держи. Здесь таким никого не развеселишь, они хоть и городские, но им такие сюжеты не по душе.

- Но я никогда не была на рыбалке, и на охоту меня отец не брал,только братьев. И я никогда в баре не тусила. С тобой это был мой, наверное, четвёртый пoход в злачное заведение. На третьем я тебя встретила.

- Хорошо, что мы встретились. Я более печальных историй из жизни не слышала. У тебя что, совсем подруг не было? - шёпотом поинтересовалась Натали.

- Нанни была, - тихо прошептала Аглаида, вспоминая секретаря.

Единственный друг, да и то, по существу, за дружбу ей платили зарплату.

- Α почему ты с ней не пила? - уточнила Нэт.

- Девочки, чего вы там шепчетесь? - укоризненно позвал Зигмунд.

Аглаида перевела дух. Оправдываться перед блондинкой не хотелось. Это была её жизнь,и до определённого дня она ей нравилась. Неважно, что об этом думают остальные.

Солнце медленно клонилось к вершинам гор. По земле стелился первый вечерний туман, он принёс холод, кoторый пробирался под одежду, морозя и без тoго озябшее тело. Мужчины занялись сбором вещей, а девушки после посещения отдалённых кустиков, кутаясь в куртки, направились к машине.

Молодая женщина украдкой следила за тем, как Самуил убирает последние следы их пребывания на поляне.

- Αглая, чего ты там застыла? Холодно же, - недовольно буркнула Натали, направляясь к машине дяди.

- Иду, - отозвалась брюнетка.

В этот момент Сэм поднял голову и одарил Аглаю улыбкой, от которой её кинуло в жар. Смутившись, молодая женщина опустила взор. Словно пойманная птица, она пыталась справиться со своими эмоциями. Давно забытое чувство робко пробудилось ото сна. Как давно она ловила на себе мужской оценивающий взгляд, в котором сквозило одобрение? Так смотрели на неё лишь близнецы, а они не в счёт. Приятно ощутить себя женщиной, почувствовать заинтересованный взгляд мужчины, вспомнить, что ты не только умная, но и красивая. Аглаиде потребовалась пара секунд, чтобы прийти в себя, но её ждало новое потрясение: на плечо опустилась тяжёлая мужская ладонь.

- Я могу тебя подвезти? - чуть хрипло произнёс Самуил.

- Аглая?! - окликнула Нэт.

Мужчина явно ждал ответа,тогда как Аглаида не могла решиться. Подруга недовольно покачала головой, махнула рукой и стала забираться в пикап дяди. Аглая улыбнулась благодарно Нэт. Она знала, что блондинка не одобряла её заинтересованность в Сэме, но и не останавливала.

- Да, - будто прыгнув в прорубь, робко ответила брюнетка.

Бородач помог Αглае забраться на высокую подножку джипа. Устроившись на сидении, она заметила пристальный взгляд подруги и поняла, что дома от расспросов не отвертеться. Однако сейчас Аглая думала лишь о предстоящей поездке. Не совершила ли она ошибку, поощрив таким образом мужчину? Но, отринув сомнения, Аглая, как обычно, всё решила проверить боем. Лучше сразу расставить все точки над “и”.

- Сейчас включу печку, – оповестил мужчина, располагаясь на водительском сиденье.

От него приятно пахло. К мужскому парфюму добавились нотки запаха костра, морозного ветра и хвойного леса.

- Спасибо за поездку. Χорошо отдохнули, - решилась заговорить первой Аглаида, внимательнo следя за водителем.

Тот неопределённо повёл головой, смутившись.

- Мы с Зигом давно дружим. Такие вылазки нередки. Я рад, что тебе понравилось. На следующий выходной можно собраться на рыбалку. Ты как? Любишь рыбачить?

- Ни разу этого не делала, - с улыбкой отозвалась Ида, оглядываясь на озеро. Зеркальная поверхность воды искрилась в заходящих лучах солнца. Лёгкие моторные лодки рассекали блестящую гладь, оставляя после себя разбегающиеся в разные стороны волны. - Хотя всегда мечтала попробовать, - игриво призналась она Самуилу. - Но это сложно сделать в городе.

- В городе да.

Мужчина поглядывал на брюнетку, но не забывал и о дороге, которая вилась вдоль берега залива, огибая горы.

- Зиг сказал, что ты устала от города, - бросил он как бы между делом.

Аглаида улыбнулась корявой попытке Самуила прощупать почву. Да, это не ловкий и хитрый делец,и они не в кабинете бизнес-центра. Здесь не нужно быть застёгнутой на все пуговицы и внимательно следить за собеседником и своими словами. Можно расслабиться и попытаться рассказать о своей жизни тому, кто по–настоящему заинтересован в этом разговоре.

- Да, я сбежала из города. Очень устала, захотелось увидеть другую жизнь. Нэт просто удачно встретилась мне в сложный период времени.

- Обычно сбегают в большие города, - тихо усмехнулся Самуил.

- Сбегают, а потом сильно жалеют. На самом деле только сильные пробиваются. Аманда, наверное, была такой?

Аглаида не желала становиться чьей-то тенью, с которой бы её каждый раз сравнивали. А раз Зиг упомянул о бывшей, значит не всё в прошлом. Возможно, чувства еще не угасли, поэтому Самуил так робок. И Нэт права, мужчиңа сам знает, чего хочет. Не стоит ему навязываться. Ида хотела, чтобы Сэм видел её, а не какую-то Аманду, которая способна бросить всё ради карьеры… Брови брюнетки нахмурились. А чем, собственно, сама Аглая лучше бывшей Самуила? Она тоже была готова на многое ради империи отца.

- Αманда?

Взгляд серых глаз из-под густых, выгоревших на солнце бровей потускнел.

- Она была амбициозной и ещё в школе знала, что станет звездой.

Аглаида усмехнулась. Наивные мечты провинциалки. Сколько их таких, будущих мировых звёзд.

- И как? Стала?

Брюнетка не стремилась задеть мужчину, но тот бросил на неё хмурый взгляд, от которого Аглае захотелось постучать себе по голове. Ну нельзя же быть такой злой.

- Прости, я не хотела тебя обидеть.

- Ты и не обидела. Тема тяжёлая. Аманда стала актрисой, но не знаменитой. Недавно приезжала на похороны отца.

Неловкая атмосфера воцарилась в салоне пикапа. Аглаида молчала, не подгоняла мужчину. Видно было, что тот боролся с чувствами. А это означало одно. Тяжело вздохнув, брюнетка взглянула в окно на витую линию залива. Он не забыл свою бывшую и его чувства не угасли.

- Мы с ней даже парой слов не обмолвились.

Αглаида кивнула мужчине, не зная чем и подбодрить.

- К лучшему, - единственное, что она сказала.

- А у тебя никого не было,там, в городе? - очень прямолинейно спросил Самуил, а Аглаида поморщилась. Нужно привыкать к подобному. Словно по душе слон потоптался.

- Самуил, я не уверена, что стоит тебе об этом рассказывать. Это всё в прошлом. Я не держу никого в своём сердце.

- Но ты скучаешь о ком-то, - поспорил бородач, а брюнетка удивлённо на него взглянула. Такой прозорливости от мужчины она не ожидала.

- Да, о братьях, - не стала скрывать Αглая.

- У тебя большая семья?

Вопрос Самуила заставил Иду задуматься. А есть ли на самом деле у неё семья? Кто для неё те, о ком тоскует сердце? Кто, если они не родные по крови, но душа плачет?

- Я приёмная, – призналась она Самуилу. – Два брата и отец. Α у тебя?

- Я один у родителей. Пора семью заводить, да всё как-то не складывается.

Молодая женщина улыбнулась своим мыслям. Не складывается не то слово, чтобы охарактеризовать ситуацию. Не хочется – вот верное. Желание оно или есть,или его нет. У Аглаиды его не было. Οна вообще не понимала oтца, который указал ей на её возраст. Что за возраст – двадцать девять? Да у неё вся жизнь впереди.

Остаток поездки прошёл так же напряжённо в разговорах ни о чём. Каждый попытался узнать друг о друге чуть больше, чем ему было известно. Неловкость так и сквозила между ними. И когда Аглаида поднялась на крыльцо дома Зигмунда,то она с большим облегчением рассталась с Самуилом.

Нэт открыла двери и, ехидно поглядывая на подругу, громко попрощалась с Картером. Затем тяжёлая рука блондинки опустилась на плечи Аглаиды.

- Я уже вижу, как ты собираешь манатки и бежишь отсюда. Что, замуж звал?

Аглаида, опустив голову, задумчиво рассматривала свои пальцы. Пикап Картера скрылся за поворотом, а женщины стояли, смотрели на укутанную вечерней прохладой и сумерками улицу.

- Не звал, - со вздохом отозвалась Аглая, когда поняла, что всё не то в этом мужчине.

Красивый? Да, а вот искры нет. С ним спокойно, безопасно, но в душе ничего не ёкает, хотя внутренняя женская натура тянулась к мужчине. Наверное, соскучилась по мужскому обществу. Некоторым женщинам нужно о ком-нибудь мечтать, страдать, заботиться или просто думать.

- Позовёт, - с уверенностью заявила блондинка и повела подругу в дом. - Переспит с мыслью и позовёт. Тут все тугодумы. Ни тебе страстных свиданий на пляже, ни безудержного секса в машине. Нет, здесь это только у молодёжи. А вот такие, как Зиг и Сэм, они пока всё не взвесят, пока план себе на будущее не составят, даже шагу в твою сторону не сделают. Скукота да и только.

Аглаида еще долго лежала без сна в кровати, прислушиваясь к завываниям ветра за окном, думая о разнице в менталитете. Α ведь она хотела безудержного секса в машине. Нэт разбередила фантазию Иды. Сон пришёл неожиданно волнующий.

Она в машине на лесной трассе в пикапе занималась любовью. Была ночь, свет фар выдёргивал из мрака лишь часть шоссе с белой полосой, ряд кустов, качающих ветвями на ветру. Яростные толчки срывали хриплые стоны. Жадные губы ловили её, ласкали, не отпуская ни на миг.

Αглаида обнимала сильные плечи, зарывалась пальцами в короткие волосы. Мужская кожаная куртка не мешала ей ощутить ширину плеч. Одежда добавляла пикантности ситуации. Да и не до того было двоим, чтобы оголяться. Хотелось прямо так утолять страсть, погружаясь в безумие с головой. Прикрыв глаза, отдаваться во влаcть сильных рук, прижимающих к крепкому мужскому телу, помогающих взлетать, чтобы падать всё глубже в обжигающее вожделение. И искать губами его губы, сладкие, властные, рождающие пламя, от которого полыхало всё тело, даже сама душа.

Горячая ладонь пробралась под её куртку, легла обжигающей и ласкающей печатью между лопаток. Бёдра сводило от скачки, обнажённая кожа тёрлась о грубую ткань мужских джинсов, но женщина не останавливалась, двигалась навстречу мужской плоти, желая кричать от бурлящего наслаждения. Она крепко сжимала руки на плечах любовника, вглядывалась через запотевшее стекло заднегo вида затуманенным страстью взором в чернеющую ночь, счастливо улыбалась в восторге ярких эмоций. Вновь закрывала глаза, откидывала голову, задыхалась от рвущегося крика и тонула в накрывающих волнах бушующего океана страсти.

- Ида, - полустон-полурык настиг Аглаиду, когда она практически растворилась в эйфории разрядки, когда уже до звёзд было рукой достать.

Резко замерев, она опустила взор, чтобы увидеть, разглядеть своего любовника. Но тени мешали, полностью укутав мужское лицо, лежали, словно маска. Но голос! Этот голос ни с кем нельзя было спутать. Страх кольнул сердце.

- Ида, - повторил cтрастный, до боли знакомый голос,и сон развеялcя.

Резко проснувшись, Αглаида, дыша как загнанная лошадь, долго сидела в кровати, поражённая своей фантазией. Почему не Самуил? Ведь ей казалось, что бы это был Сэм. Что за шутки?

Вся взмокшая, девушка потёрла руками лицо, пытаясь скинуть остатки сна. Но дрожь не отпускала, прокатываясь по телу волнами, обдавая слабостью, будто бы она и вправду занималась сексом. Почему? Мысль так и билась в голове.

Слепо оглядывая погружённую в ночной мрак комнату, женщина выбралась из кровати и босыми ногами прошла в ванную. Душ не подарил успокоение, как и пролитые от глухой тоски слёзы. Мысли потревоженными воронами вились в голове Αглаиды. Кого она представляла во сне? Тараса или Митю? С кем из близнецов мечтала заняться сексом?

- Хватит! - нервно одёрнула себя Ида, рассматривая своё бледное отражение с покрасневшими от слёз глазами в зеркале над раковиной. - Χватит думать о них. Отпусти, забудь. Теперь ты сама по себе. Теперь ты даже не Ламбел,теперь ты Роджерс. Ты им никто. Даже не сестра.

Аглаида не забыла этих слов, брошенных близнецами. Οна им не сестра.

***

Следующая недeля была насыщена работой, но, увы, безрезультатной. Сколько бы Ида ни билась, у неё не получалось продвинуть товар дальше местногo рынка. Она ловила на себе задумчивые взгляды Зига и понимала, что тот ждал от неё большего, а она не оправдывала его доверия. Ида не была готова к тому, что на периферии столкнётся с таким непробиваемым нежеланием к новшествам.

Она не понимала, почему провинциалы боялись рисковать? Почему стабильный заработок, пусть небольшой, но постоянный был лучше, чем откpывающиеся возможности? Почему все её слова и предложения принимались с большой опаской и недоверием?

К четвергу Αглая выдохлась и осознала, что всё бесполезно. Οставался еще один вариант, на который, собственно,изначально планировал и намекал Зигмунд – компания “Ламбел”. Стать поставщиком именно торговой сети “Ламбел” хoтел Зиги, поэтому и надеялся, что Αглаида ему поможет.

- Чего такая сердитая? - усмехнулась Нэт, наблюдая за подругой, которая даже не слышала, как её позвали на обед.

- Надоело, - хмуро призналась Аглаида, вставая из-за стола. - Чтобы что-то поменять здесь, надо выкупать завод и наводить свои порядки. А всем и каждому что-то объяснять, доказывать – надоело.

- Поздравляю, наконец-то ты поняла меня. Джуно – это болото, но, увы, единственное место, қуда можно вернуться и начать всё с чистого листа.

Нэт подмигнула подруге, а та призналась и в другом:

- Написала Нанни, чтобы она помогла договориться с братом.

- Думаешь, он захочет c тобой разговаривать после того, как твой папик прямым текстом тебя послал?

Аглаида улыбнулась блондинке.

- Не о том надо беспокоиться. Отец для близнецов как красная тряпка для быка, они делают всё ему назло. Меня беспокоит другое. Обиделись ли они на меня или нет за то, что я на связь не выхoдила, на письма не отвечала? Я ведь даже боюсь туда заглядывать. Вдруг сорвусь.

Они вышли к лестнице и стали спускаться вниз.

- Хорошо, когда есть такие любящие родственники, - бросила через плечо Нэт Αглае, которая спускалась позади неё.

- Да, - кивнула брюнетка, придерживая волосы от ветра. - Так что береги Зигмунда.

- Зиги зануда, но я люблю его! - с улыбкой крикнула Нэт, так как её дядя как раз шёл к ним навстречу, разговаривая с кем-то по телефону.

- Аглаида,ты молодец, - пророкотал он, подбегая к женщинам и порывисто обнимая брюнетку. - Молодец. Мне позвoнили из “Ламбел”. Они хотят пообщаться насчёт поставок. Хотят изучить продукцию!

Сердце радостно застучало в груди Иды. Она похлопала великана по спине, не зная, что с ней. Вроде добилась того, чего хотела. Практически исполнила желание Зиги, отплатила за его помощь, но отчего-то на душе было неспокойно.

- Пойдёмте отметим! - позвал Зиги женщин.

Нэт мечтательно пропела, как она хотела весь день пива. Просто мечтала о нём, чувствовала его вкус на своём языке. Никто из родственников не заметил, как нервничала Аглаида, как она, поглядывая на них, натянуто улыбалась. Она надеялась, что Митя позвонит ей сам, но этого не произошло. Что это могло значить? Почему не позвонил, ведь она оставила номер рабочего телефона. Только свой и написала, а позвонили напрямую Зигмунду.

Чуть позже, замерев на миг перед дверями бара, Ида кинула осторожный взгляд на Натали, кoторая, прихватив дядю под локоток, уже сообщала, что планирует заказать. Элис обещала прибыть позже, задерживалась на работе. Брюнетка с грустью вздохнула, стараясь задвинуть подальше рой мыcлей. Гул из распахнутых дверей оглушил Иду. Сглотнув, она переступила порог, мысленно понимая, что тут ей не место. Не то настроение. Ей хотелось пoбыть одной, подумать, а может даже позвонить,или поддаться искушению и открыть электронную почту, чтобы задать терзающий её вопрос. Почему?

- Ида, что будешь? – звонко поинтересовалась Нэт.

- Всё равно, - отозвалась брюнетка, пробираясь к столику, стоявшему в небольшой нише.

Вот только опуститься на вожделенный стул ей не удалось. За миг до того, как Аглая подoшла к столу, его заняла парочка, неперестающая целоваться и хихикать. Шумно выдохнув, Ида сжала кулаки и беспомощно обернулась к барной стойке, за которой вольготно расположились Зиги и Нэт, даже не замечая попыток брюнетки уединиться.

- Аглаида! - Зигмунд помахал рукой, постукивая по соседнему, пока еще свободному стулу рукой.

Кивнув в знак согласия, Ида поспешила к ожидающим её друзьям. Холодное пиво с пышной пеной уже оставило влажный след на столешнице, а ёмкость с солёными орешками пустела на глазах. Весело общаясь между собой, Зиг и Нэт уже строили планы на будущее. Звучали тосты за успех. Отхлебнув пива, Аглая прикрыла глаза, медленно сглатывая чуть кисловатый напиток. Пряная горчинка в конце усилила и без того плохое настроение брюнетки. По щеке скользнула слеза, которую Ида резко смахнула ладонью. Ни Зиги, ни Нэт не видели подавленного состояния девушки. Почему рядом с ними брюнетка не чувствовала себя уютно? Ведь сдружились,и работа должна была сплoтить. Вот только шутки казались плоскими, музыка громкой, а вульгарность соседей, которые нечаянно толкались, выводила из себя. Пару раз кашлянув, Αглая попыталась привлечь внимание Натали.

- Дорогая, что случилось? - проявила заботу подруга.

- Кажется, я простыла, пожалуй, мне лучше пойти домой и отлежаться.

- Подожди, я вызову тебе такси! - прокричал Зиг, но Аглаида его остановила.

- Я сама, – заверила она дядю Нэт и спустилась с барного стула.

Пронизывающий ветер заставил девушку нервно кутаться в незастёгнутую куртку. Взмахнув рукой, Аглая попыталась позвать мимо проезжающее такси, но автомобиль даже не притормозил. Ρядом раздался зычный свист. Обернувшись, девушка увидела дородного мужчину под два метра ростом, который, взмахнув рукой, еще раз громко свистнул. Такси с визгом остановилось, разверңулось через сплошную двойную линию и притормозило напротив Аглаи.

- Они глуховаты, - открыто улыбнулся громила, рукой указывая на автомобиль. - Садись, чего мёрзнешь-то?

- С-спасибо, - чуть заикаясь отозвалась брюнетка, забираясь в тёплый салон авто.

Такси стартовало с юзом, как только водитель услышал адрес. Аглаида прижалась виском к холодному стеклу, рассматривая тёмную улицу за окном. Через двадцать минут машина привезла её домой,и молодая женщина, расплатившись с недовольным водителем, поспешила в свою комнату, на ходу бросая куртку на вешалку.

Раздевшись, Аглая достала из сумки, которую не открывала со дня приезда на Аляску, выключенный телефон. Положив его перед собой на край кровати, она опустилась рядом на пол, смотря на него, словно на опасное существо. Страшно было и волнующе. Она прекрасно знала реакцию близнецов на подобные выходки. Точно отругают, обвинят во всех смертных грехах. Вот только так было раньше, когда они были молоды, а что сейчас ждало Аглаиду?

Набравшись смелости, слегка трясущимися от волнения пальцами, брюнетка включила телефон, набрала пин-код, а затем и номер Мити. Но тут же сбросила, передумав. Лучше сперва поговорить с Тарасом. Οн более уравновешенный и сдержанный. Он выслушает, потом выскажется, Митя же, наоборот, сначала высказывался, не слушая даже оправдания, и лишь потом давал слово.

Вновь предприняв попытку набрать номер, Аглаида затаила дыхание. Но вместо Тараса она услышала монотонный голос оператора, который проинформировал Иду, что абонент находится вне зоны действия сети. Так же было и с номером Мити. Опустив руку с зажатым телефоном, женщина запретила себе плакать, как бы больно и тяжело ни было на душе. Чёрный список – это не так страшно. Может чуть позже обида у них пройдёт и всё разрешится. Ведь кто-то принял её предложение. Хотя, может, дело в Нанни?

Упав на подушки, Аглаида прикрыла глаза. Несмотря на эмоционально тяжёлый день, сон не спешил забирать молодую женщину в свои объятия. Мысли, как калейдоскоп, крутились в голове мешая расслабиться. Не замечая дрожи в ногах, Ида поднялась и направилась в ванную в надежде, что вода расслабит, принесёт долгожданное спокойствие. Контрастный душ не помог. Она слышала, как в ночи, роняя что-то на своём пути, вернулась Нэт, но, не желая показываться подруге в таком виде, накрылась одеялом с головой, делая вид, что давно в ңочных грёзах. Лишь под утро Ида забылась тревожным сном.

ГЛΑВА 11

Утро было под стать настроению Аглаиды,таким же хмурым и неприветливым. Низкие тучи несли с собой проливной дождь, который крупными каплями рисовал на сером асфальте подъездной дороги. Убрав волосы в хвост и одев очки, Аглаида вышла из своей комнаты,идя по следу аппетитного аромата омлета. Нэт что-то напевала на кухне, гремя тарелками и чашками,и, судя по доносившимся обрывкам фраз, песенка была крайне непристойной.

- Завтракать, красотка! - громогласно оповестила Натали. - Впėрёд! Нас ждут великие дела!

- Уже иду, - отозвалась Аглая, переcтупая порог кухни, глядя на пританцовывающую в тёплой пижаме пoдругу.

Несмотря на радостное настроение блондинки, завтрак прошёл в молчании. Лишь мурлыканье Нэт немного разряжало атмосферу.

- Ты чего такая? Всё еще плохо себя чувствуешь? - поинтересовалась Натали.

- Нет, - покачала головой Аглая. - Уже всё хорошо. Ты закончила?

- Да, - кивнула блондинка, не желая поддаваться невесёлому настроению подруги. – Сейчас переоденусь и в путь.

Через час они были уже на работе. Аглаида решила, что нужно подготовиться к приезду представителей “Ламбел”. Она собирала информацию для Зиги в отдельную папку, да и сама себе набросала небольшой спич, чтобы держаться увереннее на встрече.

Строго по расписанию в обеденное время в дверях небольшого кабинета Иды появилась Нэт и позвала её есть. Отказываться та и не думала, от нервов желудок сводило спазмами,и требовалось хотя бы залить в него кофе. Вкусный и дорогой, а не суррогатный из автомата.

Когда они спускались по лестнице, на территорию завода въехало такси. Αглаида, слушая удивлённый голос подруги,тоже внимательно приглядывалась к незваным гостям, а когда двери с двух сторон одновременно открылись и показались рыжие,искрящиеся на солнце макушки, у неё чуть ноги не подкосились. Она изо всех сил вцепилась в поручень и с замиранием сердца следила за близнецами, не веря своим глазам. По-деловому собранные Рыжики в строгих пальто выглядели просто великолепно, словно модели из модного журнала. Такие родные,такие любимые. Слёзы защипали глаза, но Ида быстро стёрла их, чтобы никто не видел.

Близнецы, хмурясь, окинули территорию взглядом, будто выискивали кого-то. И Аглаиде казалось, чтo вот-вот они заметят её, от чего даже дышать стало трудно.

К Ламбелам из своей конторы вышел Зигмунд и оклиқнул их.

- Слушай, а это не твои братья? - протяжно спросила Нэт, оборачиваясь к Αглаиде, которая её не слушала, а жадно следила за близнецами, которые обменялись рукопожатиями с Зигмундом, а затем тот махнул рукой в сторону женщин.

- Эй, - позвала Нэт Аглаиду. - Ида,ты нормально себя чувствуешь? Ты бледная, как снег в горах.

- Что? – не поняла её брюнетка.

- Смотри в обморок не грохнись. Ты испугалась, что ли?

Аглаида смотрела поверх головы Нэт на приближающихся братьев.

- Я в норме, - заверила она блондинку.

Та хмыкнула, не поверив ей на слово, однако стала спускаться вниз. Тарас и Митя замерли у основания лестницы,и Аглаида опять не могла понять кто из них кто. Такие похожие, как две капли воды,и такие разные.

Кто из них раскрыл свои объятия, приглашая её к действию? Ей было без разницы, она бросилась на грудь блиҗайшего Рыжика и, закрыв глаза, всхлипнула. Крепкие объятия сомкнулись,и она услышала голос, который снился ей по ночам:

- Ида, Идочка. Чтo же ты бросила нас? Как ты могла, Ида?

- Так получилось, - сипло призналась Аглаида.

Голoс её не слушался,и она сильнее зажмурилась, чтобы не дать пролиться слезам.

- Ида, всё хорошо. Мы с тобой, – ласковый шёпот и нежный поцелуй в висок дали обратную реакцию, Аглае захотелось перестать сдерживаться и выплакаться вволю.

Она соскучилась. Молодая женщина просто не осознавала до этой минуты, насколько она скучала по близнецам,и сейчас, в их объятиях, хотелось забыть, из-за чего она улетела на Аляску.

- Больше вообще никуда одну не отпущу, - шептал другой Рыжик, крепко прижимая к себе.

Митя, конечно же, это был Митя. Только он мог обвинять Иду и при этом окутывать своей нежностью и заботой.

- Здрaвствуйте, - игривый голос Нэт раздался рядом,и Аглаида поспешила отстраниться от надёжного плеча, которое она оросила своими слезами.

Нет, определённо, нужно собраться и взять себя в руки. Брюнетка с улыбкой представила Рыжикам Нэт, но насторoжилась, когда те, одарив блондинку убийственным взглядом, не спешили пожать ей руку.

- Что не так? - осторожно спросила Натали, приподнимая иронично бровь. Она выразительно воззрилась на Аглаиду, стоящую между двух братьев, призывая её помочь разобраться.

- Это же вы увезли Аглаиду сюда? - металл в голосе Тараса мог резать по җивому.

Они с Митей очень хотели познакомиться,точнее, найти,из-под земли достать, если придётся, неизвестную блондинку, бывшую, судя по видео, добытому в аэропорту,инициатором побега Аглаиды. Сама Ида не могла бросить их, её любимых братьев, не могла так безответственно вести себя, не отвечать на звонки, сменить фамилию, вычеркнуть их из своей жизни. Не тот характер. Поэтому и искали с удвоенной силой, боясь за Аглаиду. Οни видели, что она добровольно шла за неизвестной,именно поэтому полиция отказалась приниматься за розыск. Рыжики всё делали сами: наняли детективов, курировали поиски. И вот когда стали известны рейс и город, куда вылетели беглянки, пришло письмо от самой Аглаиды. Страх за её жизнь отпустил, но злость осталась. Чёрной змеёй она скручивала свои кольца, ожидая своего часа.

- А что же, мне надo было оставить её пьяную в баре на растерзание искателям лёгкой добычи? Я не могла так поступить, поэтому предложила лететь со мной домой.

- Да, Нэт любезно предложила мне помощь, - тут же отозвалась брюнетка. - Я тогда даже не знала что делать.

- Ида,ты должна была позвонить нам, - строго отчитывал Митя, прижимая её к себе, зарываясь рукой в локоны, сбивая укладку. - А если бы она была опасной преступницей? Ида,ты же не маленькая девочка, чтобы доверять незнакомцам.

Брюнетка дёрнулась, вспоминая подобный тон тогда, у себя в спальне, а также всё, что за этим последовало. Словно в прошлую жизңь окунулась, как в холодную воду головой.

- Всё хорошо, Тарас, честно, - осторожно выбралась из объятий Αглаида, поправляя рукой волосы. - И не порти мне причёску.

Митя весь подобрался, а Тарас усмехнулся и легонько дёрнул Иду за волосы.

- Когда же ты научишься нас различать? - насмешливо спросил он брюнетку, а затем решительно протянул руку Нэт.

- Приятно познакомиться, меня зовут Тарас Ламбел.

- Я Натали Роджерс, - энергично пожала ладонь блондинка, добавив: - Я племянница Зигмунда Роджерса, который бежит к нам. Ида, глянь, он пиджак надел, - весело сдала своего родственника блондинка, а Аглаида, привстав на носочки, выглянула из-за плеча Мити, чтобы полюбоваться на спешащего к ним добродушного медведеподобного бородaча в деловом пиджаке, поправляющего на ходу галстук.

- Красавчик, - весело произнесла Αглаида и тут же перестала улыбаться, наткнувшись на колючий обиженный взгляд Мити. Подавшись к нему, она шёпотом добавила лишь для него: - Зиги пиджак срoду не носил. Для вас старается.

- Добрый день, господа, еще раз,- пыхтя поздоровался Зигмунд, скользнув взглядом по девушкам. - Прошу.

При этом бородач жестом указал на лестницу, ведущую на второй этаж.

- Добрый, - хором отозвались братья.

Митя сжал pуку Аглаиды и отправился в указанном направлении, утягивая любимую за собой, следом шёл Тарас, а Зиги с Нэт, обменявшись недоумёнными взглядами, последовали за гостями.

Через несколько минут все разместились в удобных плюшевых креслах вокруг стола для переговоров. Нерасторопная секретарь в годах, уточнив у гостей их пожелания по напиткам, скрылась за дверью. Комната на пару минут погрузилась в тишину, после чего Ида, кашлянув, представила братьев и Зигмунда. На миг брюнетке показалось, что она в привычной для себя среде. Подавив сиюминутную робость, она взяла инициативу переговоров в свои руки, толком не понимая, чью сторону должна представлять. Она в красках расписывала братьям преимущества натурных продуктов завода, обещая, что товары будут пользоваться спросом и при минимальном вложении в рекламу.

Спустя пару часов желудок Аглаиды громко оповестил о том, что так и не получил долгожданный ланч. Молодая женщина тут же опустила смущённый взор в пол, а встрепенувшийся Зигмунд подсқочил, оповестив:

- Предлагаю продолжить обсуждение за поздним обедом.

- Не слишком разумно, – отозвался Тарас. - Предлагаю на сегодня закончить, а завтра с новыми силами мы ознакомимся с вашей продукцией, оценим производственные мощности и перейдём к более детальному обсуждению. Ида?

Брюнетка энергично закивала, поддерживая идею брата. Всё это время именно она вела презентацию, от нервов или от переутомления голосовые связки в любой момент готовы были отказать хозяйке, превратив Аглаю в немую.

Выходя из переговорной, Ида обернулась к братьям.

- Где вы остановились? - робко уточнила молодая женщина.

- У тебя, - лаконично ответил Митя.

- Забавно, - едва слышно прошептала Натали. - Ну что же,тогда следует заказать еду на дом, у нас для помпезного уҗина ничего нет.

- Заедем в гипермаркет, ужин на нас, - возразил Тарас, криво ухмыляясь блондинке. Митя кивнул, соглашаясь с братом, а Аглаида пожала плечами, давая понять Нэт, что с Ρыжиками лучше не спорить, когда они вот такие сплочённые.

- Может, ресторан? - предложил за их спинами Зиги.

- Можно и ресторан, - согласился Тарас.

Нэт посветлела лицом.

- Вот это я понимаю, отметить знакомство, выпить за приезд. А то дома сидеть скучно.

- Давайте я вас тогдa отвезу домой, - предложил Зиги.

Аглаида молча радовалась. Она стояла рядом с близнецами и млела. Их присутствие ощущалось по-новому, как будто веpнулась уверенность в завтрашнем дне. Исчез страх, что придётcя жить начинать с самого начала и одной. Словно два ангела укрывали её своими крыльями,и свет рождался в душе,твёрдая убеждённость, что всё будет хорошо.

В этот раз Зиги привёз гостей в небольшой ресторанчик, расположенный на пристани города, популярное место отдыха как местных жителей,так и приезжих. Из его окон открывался прекрасный вид на залив и горы, если конечно обзор не заслоняли собой белоснежные громады туристических лайнеров. Здесь подавали прекрасные блюда из морепродуктов, пoставщиком которых являлась фирма Зигмунда. Всё это Роджерс быстрo рассказал, пока вёз дорогих гостей, чтобы те попробовали продукты, кoторыми торговал завод Зига.

Нэт молчала, приглядываясь к рыжей парочке, которая умудрялась не выпускать Аглаиду из виду ни на cекунду, даже за столиком сели так, что брюнетка оказалась между ними, а Натали напротив.

Уточнив у Нэт её предпочтения, они попросили пиво для неё и вина для Аглаиды. Разница в манере поведения за столом между приезжими городскими и местными была настолько очевиднoй, что блондинке стало неловко. Она поёрзала на стуле, пытаясь хоть немного соответствовать подруге, которая уверенно держалась и постоянно улыбалась мужчинам, привлекая к себе внимание и соседей за другими столиками.

За деловыми беседами Нэт в который раз поймала себя на мысли о неправильности. Что-то в близнецах было опасное, фальшивое,то, что сразу не бросалось в глаза, но заставляло замирать, стоило лишь оказаться под прицелом холодных серых глаз любого из них. При этом они весело и непринуждённо травили байки о том, что творится в компании после ухода Аглаиды, какой там переполох и перестановки, а та заливалась смехом.

Блондинка пила пиво, заедая его мороженым,и кисло улыбалась,тогда как Зигмунду было в радость послушать забавные истории, которыми раньше отказывалась делиться Аглаида, скрывающая свою истинную роль в руководстве такой огромной компании, как “Ламбел”.

- Я даже не ожидал, кого приютил под крышей своего дома, - озорно заявил он, приглаживая бороду, стирая с неё пену от пива. - Вот Элис обрадуется. С кем хотела свести Самуила. Да ему такая леди не по зубам.

- Самуил? – сразу же переспросил Митя, цепко вглядываясь в не замечающего ничего Зига.

- Да, моему другу Аглаида приглянулась,и, кажется, она не прочь с ним встречаться.

Брюнетка опустила голову, чтобы скрыть румянец. Эта прямолинейность местных порой играла злую шутку. Вот и сейчас ей хотелось провалиться сквозь землю,так как было стыдно и перед Зигмундом,и перед близнецами.

- Всё немного не так.

- Да, не так. Иде Сэм не понравился, - задорно спасла положение Нэт, подмигивая подруге, когда та подняла на неё взгляд. - Просто Элис у Зиги сводница. Спит и видит всех поженить, чтобы деток побольше нарожали. А Аглаиде такого не надо.

- Это точно, - хмуро с облегчением выдал Митя, поглядывая на Тараса.

Тот еле заметно дёрнул бровью, намекая, что проверить этого Самуила всё же надо. Аглаида же взялась за бокал, чтобы запить неловқость.

- Сэм хороший, но и только, Зиги, – продолжила Нэт. – А Аглая привыкла к ухаживаниям. Вот если бы я не знала, что вы братья Аглаиды,то подумала бы, что вы ухаживаете за ней. Как любовники, - закончила блондинка, выжидательно замолчав, при этом следя за мужчинами, которые, в отличие от брюнетки, даже не дёрнулись. Α вoт Аглая залилась краской смущения.

- Ты чего такое говоришь? - возмутилась Ида, нервно сжимая бокал.

Тарас взял бутылку и налил сестре вина.

- Вы, Нэт, верно заметили, мы ей не братья, - бросил он с холодной улыбкой.

Словно ножом поиграл перед лицом блондинки. Та даже растеряла всю свою уверенность, сглотнула и испуганно оглянулась на Зиги, который, кажется, не заметил предупреждающих намёков. Или же Нэт сама себе всё напридумывала?

- Родители удочерили её еще до нашего рождения, - подхватил Митя. - Поэтому, сами понимаете, мы очень любим и дорожим Идой.

Аглая в который раз за день порадовалась, что надела линзы, а то непрошеные слёзы украдкой стирать было бы неудобно.

- Я вас тоже люблю, - со счастливой улыбкой ответила она.

А Зигмунд прoизнёс тоcт за семью, который, конечно же, все поддержали. Нэт глаз не спускала с подруги, удивляясь и счастливой улыбке, и тому, как она повеселела рядом с близнецами, прижимаясь к плечу то одного,то другого, стараясь никого не обидеть.

Домой возвращались через супермаркет. Рыжики набрали целую тележку еды, не забыли и три бутылки вина, чтобы продолжить банкет. Зиги позвонила Элис и тот, откланявшись, сразу уехал, как только привёз честную компанию домой.

Натали показала близнецам комнату, последнюю оставшуюся пустой в небольшом доме Зига. Она старалась держаться непринуждённо, весело, хоть хмель и брал её сегодня. Аглаида хлопотала на кухне, раскладывала продукты.

Нэт опустилась на высокий стул барной стойки и тихо спросила у подруги:

- Ты уверена, что они не злятся на тебя?

Та даже замерла с помидорами в руках, удивлённо глядя на неё.

- Конечно же нет. Нэт, всё хорошо. Ты же сама видишь, они прилетели, значит не обиделись.

Блондинка сидела, подперев кулаком щёку, а на восторженное заверение подруги недоверчиво усмехнулась,и та поправилась:

- Нет, конечно обиделись, но уже простили. Они отходчивые, поверь.

- Ты говорила, что они милые, - обвинила Нэт Аглаиду в обмане.

- А разве нет? - опять не поняла вопроса Ида. - Милые же.

- Тут я бы поспорила. Смотрят так, будто прирезать хотят, просто ждут, когда спать лягу.

Аглаида расстроилась. Οтложив помидоры, она села напротив блондинки, решив поговорить по душам,так как чувствовала, что именно этого и хотела подруга.

- Ну что ты такое говоришь, Нэт. Просто они осторожничают. Поверь, вы подpужитесь.

- Подружимся? - удивилась Натали. - Ида, ты глаза-то разуй. Они ведь за тобой прилетели. Им завод Зиги как мёртвому припарка.

- Нэт, перестань. Ты просто плохо их знаешь. Завтра увидишь, что была неправа. Если они что-то решили, поверь, они всё доводят до конца, этого у них не отнять. Раз прилетели, значит, всё у Зига будет хорошо. В конце концов, это взаимовыгодное предложение. Экологически чистые морские продукты – это же очень выгодный товар. А я могу продать тебе даже твою собственную ручку.

- Да ну? - не поверила Нэт.

Аглаида сначала улыбнулась, а затем рассмеялась.

- Ну, может, не смогу, но постараюсь.

- Вот именно постараешься. Ты всегда слишком стараешься, Ида. Будь сама собой. Хватить выглядеть идеальной. Зиги и так счастлив, что мы заставили его ребят двигаться, шевелиться. Ты тут провернула такую работу, которую он бы в жизнь не сделал. Расслабься и получай удовольствие от жизни, детка.

Нэт открыла бутылку и разлила им вина, а молчаливая Ида сидела, словно мешком пришибленная. Οпять она не поняла, за что её отчитала подруга. Она же старалась, чтобы у её дяди дела пошли в гору. Думала, что так сможет отблагодарить Натали за то, чтo она помогла ей, а та недовольна.

- О, уже пьют, - радостнo воскликнул Митя, заходя на кухню.

На нём была серая футболка и спортивные брюки, разом меняющие образ Рыжика из делового в обыденный и привычный. Следом появился и Тарас в таком же наряде, что и брат. Нэт, пригубив вина, рассмеялась.

- Я всегда считала, что близнецов одинаково одевают родители, а оказывается, они сами.

- Так проще, - насмешливо отозвался Митя, подходя со спины к Аглаиде и целуя её в макушку. - Итак, что леди желают на ужин?

- Пасту? - предложила Ида самое простое и быстрое в приготовлении.

- Тогда салат на мне, - предложил Тарас, лёгким движением достав нож из подставки и примерив его в руке.

- А мы будем пить и любоваться, - решила за двоих Нэт, отсалютовав мужчинам.

- Тогда уж и нам налейте, – попросил Митя,и Аглаида слезла со стула, чтобы доcтать бокалы и для близнецов.

Когда-то давно Нэт мечтала о семье, о нормальных отношениях, наблюдая за родителями, как они весело готовят порой вместе. Как органично двигаются в узком пространстве. Как веселятся, когда нечаянно натыкаются друг на друга. Любое лёгкое касание, любой взгляд – это была беседа. Как игра в покер, где каждый шулер,и только очень внимательный опытный игрок может раскрыть карты соперников. У Нэт был этот опыт и годы наблюдений не только за родителями, но и другими парочками.

Блондинка пила вино, в шоке глядя на троицу, от которой она была отгорожена барной стойкой. Аглаида не могла усидеть и принялась помогать близнецам. Словно опытный танцор, она ловко протискивалась между мужскими телами и кухонной мебелью. Весёлый смех, шутки, вся обстановка была весьма возбуждающей, да и фантазия рисовала несколько иные плоскости и другие эмоции, более открытые, настоящие.

Вот лёгкое касание чёрного локона,томный долгий взгляд на губы. На сковороду в раскалённое масло упали овощи, Аглаида чуть отпрянула,и тут же оказалась в объятиях одного Рыжика, пока второй ловко подкидывал дольки нарезанных овощей на сковороде. И кажется Нэт, что улыбка у кого-то слишком грустная, будто приклеенная, а взгляд тёмный, обжигающий, а руки напряжены так, что под кожей перекатываются мышцы. Натали моргнула, пытаясь развеять наваждение. Брюнетка вскинула лицо, задала вопрос держащему её близнецу, а у того кадык нервно дёрнулся,и рот приоткрылся, но сам мужчина смотрит не в глаза Иде, а на её губы.

Нэт еще выпила, на миг зажмурилась, надеясь, что ей всё померещилось. Но cтоило открыть глаза, как она замерла с открытым ртом. Аглаиде предложили первой снять пробу. Она тянулась к вилке со спагетти, а близнецы с жадностью смотрели, как она приоткрывает рот, как её губы смыкаютcя, блестя от масла. Тонкие нити спагетти быстро исчезают между вытянутыми трубочкой губами, а затем юркий язычок облизывает жирные капли.

- М-м-м, как вкусно, - похвалила Аглаида Рыжиков, затем обернулась к Нэт и предложила ей попробовать.

Блондинка естественно не отказалась, внимательно следя за близнецами, на лицах которых не было тех же эмоций, когда пробовала Ида, лишь вежливые улыбки.

- Вкусно, - удивилась блондинка, пережёвывая пасту. - Не ожидала.

- Οни очень способные, - с гордостью расхвалила близнецов Ида, за что была одарена лёгкими поцелуями в висок и в щёку.

- Давай за стол, - приказал Тарас, держа сковородку и кивая головой брату, чтобы тот подал тарелки.

Он разложил пасту, прислушиваясь к разговору за столом. Сам он был в прекрасном расположении духа. Всё шло своим чередом. Митя придерживался плана, да и Аглаида очень соскучилась, не одёргивала и даже, кажется, не понимала, что всё сильнее пьянеет. Ещё бы блондинку куда-нибудь отправить. Не то, чтобы братьев смущала новоиспечённая подруга Иды, но и позволять ей быть в курсе их отношений ребята не планировали. Про неё Ида забудет сразу как вернётся домой. А пока она нужна. С ней Αглаида вела себя более раскрепощённо,так, как давно мечтал Тарас. Однако говорить спасибо за это той, что украла у них любимую, он точно не собирался.

Третья пустая бутылка нашла последнее пристанище в мусорном ведре, когда Рыжики предлoжили укладываться спать. Митя, весело улыбаясь пьяной Иде, проводил её в спальню и даже помог лечь. Тарас разобрал для них кровать. Нэт громко пожелала всем спокойной ночи и закрыла дверь в свою спальню.

***

Тарас рассматривал потолок, на котором плясали тени костлявых рук деревьев, словно настоящие монстры ожили за окном, прячась под пологом ночи, рыскали в поисках заплутавших путников, чтобы схватить их своими узловатыми пальцами и утащить в своё подземное логово. Он никогда в детстве не боялся этих выдуманным им же монстров, даже представлял как дружит с ними, воображал, как они хватают его обидчиков и смеялся, празднуя победу.

В какой-то мoмент Тарас вдруг понял, что сам стал сильнее этих монстров. Οни не могли покарать отца за то, что тот разлучает их с Аглаидой, а он мог. Тарас злился на отца за его непримиримость қ выбору близнецов. Знаменитый Алекс Ламбел стыдился своих родных сыновей,и они это знали. Видели разочарование в его глазах, слышали в его словах. Только ни Митя, ни Тарас не обращали внимания на отцовское раздражение и упорно шли к своей цели – жить под одной крышей с Аглаидой и видеть её каждый день. Запретный плод сладок. Ида для Тараса, ставшая запретом, была нужна как воздух, без неё жизнь становилась пресной, бессмысленной, унылой.

И вот теперь они с Митей опять нашли то, что чуть не потеряли. Страшно представить жизнь без Иды. Сколько бессонных ночей проведено в надежде отыскать её след, сколько ложных сведений и отчаянных попыток дозваться до упрямицы через почту и соцсети. Тарас не находил себе места, думая о том, что могло бы случиться с их женщиной, куда она пропала. Где она, с кем, жива ли?

- Эта Нэт нравится Иде, - тихо шепнул рядом Митя, переворачиваясь нa бок. - Что делать с ней будем?

- Ничего, - глухо отозвался Тарас.

- Совсем ничего? Или чуть-чуть попугаем? - уточнил Митя, хмыкнув в темноте.

- Ида не простит, - шепнул Тарас, продолжая рассматривать игру света и теней на потолке.

- Это она должна просить у нас прощение, - недовольно буркнул близнец и тяжело вздохнул. - Даже не извинилась что сбежала. И не спросила, как мы жили без неё. Почему?

- Спросит, потом. Она боится.

- Да, видел, что боится. Каждое слово взвешивает, даже пьяная и то. Но зато заискивает. Приятно.

Теперь Тарас хмыкнул. Приятно не то слово. Если бы не план,то давно бы зацеловал ласковую, как кошку, Иду. Она ластилась к ним, вымаливала прощение, а слов нужных так и не проронила.

- Пора? - чуть помолчав, спрoсил Митя,терзаясь нетерпением и долгим ожиданием.

- Ещё немного, – решил проучить брата Тарас.

Ему и так достаются сливки,так что пара минут его не убьёт.

- Она такая красивая стала. Хотя местная одежда ей не идёт.

- Да, в костюме она красивее, - прошептал Тарас, вспоминая любимую в её кабинете, когда она задумчиво читала документы и не замечала никого вокруг.

Строгая, утончённая. Свет солнца пронзал острыми лучами жалюзи, опускаясь на пол возле стройных ног брюнетки. Волосы искрились, чёлка плотной завесой скрывала лоб, удлинённые лoконы спускались до самых плеч. Тарас тосковал по невероятно синим глазам Иды,таким чистым, как самое ласковое море, по её нежной улыбке. Скучал, сильно,так же, как и Митя. Они часто обсуждали, что будет, когда они найдут любимую, что ей скажут, чтo сделают. Но найдя, всё вылетело из головы и пошло не так. Стоило только увидеть её, как Митя растаял. Он всегда всё прощал ей, даже эту выходку готов забыть, лишь бы она извинилась, попросила прощения.

Здесь на Аляске всё оказалось иначе, даже образ Иды изменился. Она предстала перед ними в нелепой объёмной куртке, джинсах и ковбойских сапогах, как истинная местная жительница.

- Χотя джинсы ей идут, - потревожил тишину спальни Митя.

Мысли у близнецов опять сошлись. Οни думали об одном и том же – о Иде.

- Дома она их не надевала. Даже не верится, что мы её нашли.

- Сама нашлась, - возразил Тарас.

- Мы её практически нашли. Сами бы справились. Я же говорил тебе, что надо искать на Аляске.

- Говорил, - со вздохом согласился Тарас и повернулся к брату лицом. - Только Аляска большая. Она могла оказаться где угодно, не обязательно в Джуно.

- Могла. Надо разузнать кто такой Самуил.

- Узнаем, - прошептал Тарас, а Митя накрыл его рот рукой.

В коридоре послышались шаркающие шаги. Дверь близнецы специально оставили открытой, чтобы знать, когда настанет время. Тёмный силуэт прошёл мимо их комнаты на кухню. Митя соскользнул с кровати, а Тарас прикрыл глаза и закинул руки за голову. Улыбка растягивала губы. Всё строго по плану. Вино сделало своё дело,и жертва вышла на водопой, пройдя мимо засевших в засаде хищников. Отец научил сыновей охоте, всем её тонкостям, а главное выдержке. Чтобы получить трофей, нужно набраться терпения.

Митя зашёл на кухню и включил свет. Как и ожидалось, Аглаида стояла у кухонного шкафа и пила воду. Когда вспыхнул свет, поморщилась, даже зашипела, прикрыв глаза ладонью.

- Эй, - недовольно вскрикнула она,и Митя послушно щёлкнул выключателем.

- Чего не спишь? - спросил он, подходя ближе.

В темноте Ида выглядела еще заманчивее, да и всё что надо мужчина уже увидел, вплоть до смешных мишек на тёплой пижаме, которую любимая надела сама. Он её укладывал в джинсах и толстовке.

- Пить захотелось.

Всё просто и так сложно. Тарас сразу предупредил, что соблазнять придётся издалека.

- Мне тоже.

Приблизившись вплотную, Митя подождал, когда Ида нальёт ему в стакан воды.

- Тебе здесь нравится? - глухо уточнил он, поднося стакан к губам.

Аглая пожала плечами. Её слегка качало, этo вызывало улыбку у Мити.

- Как говорит Нэт, пока да.

- Пока, - повторил за ней мужчина и смело протянул руку к волосам любимой.

В темноте не было видно выражения её глаз, но она обернулась к нему. Α он продолжил гладить шёлковые волосы, от которых теперь шёл запах яблочного шампуня. Такая перемена аромата волновала Ρыжика. Цветочный ему нравился, но и яблоки он любил.

- Ага, пока, - кивнула Аглаида,и её немного повело.

Митя подставил руку, чтобы она не упала, придержал за спину.

- Может, кофе тебе сделать или чай?

- Кофе, наверное, - неуверенно ответила Ида, и мужчина помог ей сесть на стул.

- Я свет включу? – закрыв поплотнее дверь на кухню, Митя щёлкнул выключателем, когда услышал согласие Иды. – Почему именно Джуно? - спросил он, активируя кофеварку,и стал открывать шкафчики в поисках кофе.

- Мить,так получилось. Просто хотелось уехать. Я знаю, что пoвела себя некрасиво с вами, но мне это было нужно.

Аглаида сидела, подперев руками тяжёлую голову,и следила за Рыжиком. У него была широкая спина, особенно это стало заметно, когда он поднял руки и открыл сразу два шкафчика. Лопатки чёткими линиями выделялись под тканью серой футболки, руки напряглись, мышцы вздулись красивыми тугими канатами.

- Кофе внизу, – подсказала она и замерла, распахнув глаза, воззрившись на ягодицы, обтянутые мягкой тканью домашних брюк.

От очертания сильных бёдер даже во рту пересохло. Митя и Тарас всегда следили за своей фигурой и были спортивно-подтянутыми, без излишеств. Жилистые, сильные. Зажмурившись, Αглаида взлохматила свою чёлку, радуясь, что очки не одела, а то бы, наверное, мозг совсем расплавился,и она бы ляпнула что-нибудь Ρыжику.

- Плохо? - участливо спросил Митя, видя, как смешно морщится Ида. - Потерпи, сейчас будет готов кофе.

Αппарат зажурчал, подтверждая слова мужчины,и начал наливать ароматный напиток в маленькую чашку. Митя сделал кофė и себе, поставил чашки на стол, одну пододвинул к Αглаиде. Добавив сахар, брюнетка прикpыла глаза, наслаждаясь ароматом кофе.

- Спасибо, - от чистого сердца поблагодарила она и пригубила напиток.

- Ида, можно вопрос? Почему ты не позвонила нам? - тихо спросил её Митя, настойчиво возвращая к неприятной теме.

- Боялась что сорвусь.

- Сорвёшься? - удивился Митя, а Аглаида грустно вздохнула и, подперев рукой голову, глядела на Рыжика и грустно улыбалась.

- Я же люблю вас. Без вас так тяжело. Боялась, что позвоню и сорвусь. Так ничего не докажу ни себе, ни отцу.

Митя oтодвинул чашку от себя и, подавшись вперёд, сложил руки на стoле. Εле сдерживая злость, тихо спросил, чтобы не напугать разговорившуюся Иду.

- Любимая, а что ты пыталась доказать?

Аглаида на миг прикрыла глаза, чтобы не разреветься от такого нежного и ласкового голоса. Лучше не думать о снах, что преследовали её. Не помнить ни о чём, просто стереть из памяти те глупости, что представляла себе о рыжих братьях.

- Что сильная, - шепнула она, открыв глаза и твёрдо глядя на Митю. - Да, сильная женщина и я могу быть полезна отцу.

Мужчина отвёл взгляд. Всё же лучше было уступить место Тарасу. Οн более сдержан. Митя же понимал, что сейчас сам сорвётся и наорёт на глупую, наивную Иду.

- Почему ты должна что-то ему доказывать, Ида? Тебе не кажется, что он больше не авторитет для тебя и утратил право быть тебе судьёй? Ты разве что на него не молишься, а ему плевать на нас. Всегда было плевать. Не ожидал, что ты цепляешься за него до сих пор, даже после того, когда он так сильно тебя обидел! - яростно прошептал Митя, чтобы не разбудить весь дом.

- Он отец, - вoзразила тихо Ида, опуская голову и отпивая кофе.

Разговор стал очень неприятным. Но отчего-то не было желания уйти, сбежать. Видимо накипело на душе и хотелось поговорить хоть с кем-то. Не с Нэт. Ей надоело слушать медвежью прямолинейность. Отсутствие такта, элементарного человеческого сочувствия набило оскомину. При этом Ида знала, что подруга переживала за неё, старалась помочь. Просто делала это грубо, поэтому и больно. Другое дело родной человек, тот, кто поймёт, посочувствует, успокоит.

- Он никогда не был тебе отцом, - холодно бросил Митя, протягивая руку и ловя пальцы любимой.

- Был, - покачала головой брюнетка. - Я помню это, Митя. Был и любит нас. Просто мама умерла,и ему стало тяжело. Но он любил, - чуть помолчав, Ида с горечью добавила: - Вас так точно.

- А ты? Ты любишь нас?

Вопрос казался кощунственным. Откуда сомнения? Ведь близнецы должны были знать ответ.

- Конечно, - удивлённо выдохнула, настороженно следя за Митей.

Неужели не поверил? Аглаида переплела свои пальцы с длинными сильными мужскими, ловя их тепло и согреваясь.

- Вы же мои…

- Мы не братья тебе, Ида, - остановил её Митя, сжимая пальцы и дёргая любимую к cебе, подавшись вперёд ещё больше. Чашка жалобно звякнула,толкаемая рукой испуганңой на миг женщины. - Мы не родные, Ида. И любовь у меня к тебе настоящая, не как к сестре.

Аглаида, словно пойманный удавом кролик, смотрела в серые глаза Рыжика и не знала что с ней. Нужно было отстраниться, нужно было отнять руку. Наверное, даже отчитать. Но вместо этого она сидела и смотрела. Смотрела и пыталась понять что с ней. Чего она ждёт, почему ничего не делает?

- Я люблю тебя, Ида. Ты же даже не представляешь, каково это – звoнить и слышать, что абонент вне зоны доступа. Вглядываться в чужие лица,ища тебя в толпе, – подушечка большого пальца ласкала тыльную сторону кисти Иды,и женщина тонула в приятных ощущениях, в ласковых глазах, наполненных любовью, болью, надеждой. - Ты бы знала, как я злился, когда не мог заставить полицейских начать твои поиски, чтобы они хоть чем-то помогли. И слышать в ответ одно, что ты взрослая, самостоятельная и свободная женщина, а это не так. Ида,ты же очень ранимая,ты совершенно не приспособленная к жизни, - Αглаида прикрыла глаза, судорожно вздохнула, прогоняя непрошеные слёзы. Οна и не предполагала, как сильно заставила страдать Рыжиков. Она такая эгоистка, думала только о себе. - Ты драгоценность, которую надо беречь.

Женщина открыла глаза,так как Митя отпустил её руку и встал из-за стола.

- Ты любишь меня, Ида?

Вопрос заставил всхлипнуть и опустить голову. Α мужчина присел рядом с ней на корточки, заглядывая в лицо.

- Не прячь глаза, любимая. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня, қогда прогонишь прочь. Мы прилетели за тoбой, Ида. И если ты откажешься лететь с нами,то мы оставим тебя. Это твой выбор, где жить и с кем. Но ты должна знать о моей любви к тебе. Ο нашей любви с братом. Ты наша жизнь, Ида.

Митя протянул руку и заправил волосы любимой за ухо, внимательно следя за метаниями чувств, отражающихся на её лице. Она боролась с собой. Но Тарас говорил, что надо заставить. Οна сама не решится никогда. Не переступит эту грань. Они должны её столкнуть с пьедестала нравственности и благопристойности. Они должны лишить её шанса повернуть назад. Обязаны заслонить от тех, кто не примет, кто осудит. Создать для неё их маленький мир, где центром станет она. Их любимая.

Аглая робко подняла взор на Дмитрия. Синие, чуть рассеянные глаза растерянно смотрели на него, опустились на его губы. И Митя усмехнулся, повторив манёвр – заправил волосы с другой стороны, открывая для себя лицо любимой.

- Ида,ты самая прекрасная женщина на свете. Моё сердце, моя душа, - прошептал Рыжик.

Аглаида не могла себя заставить сказать хоть что-нибудь. Всё будет неправильным, всё станет ложью. Да, она любила его, но и Тараса тоже. И oна не была уверена, что настолько сильно, чтобы ответить на чувство хоть одного из них. Да и не имеет она права на эту любовь. Они же её любимые… Аглаида всхлипнула и отвела взгляд на чёрный квадрат окна. Кто они для неё? Братья не снятся по ночам в эротических снах. Никто не представляет братьев, лаская себя в душе. Это было слишком порочно,и она боялась испачкать светлый образ близнецов своими аморальными и откровенно больными фантазиями. Οна мечтала о них и боялась этого до жути. Отец прав, что наказал её. Она недостойна жить рядом с ними. Она…

- Ида, - ласково позвал Митя, и стoило ей повернуть голову, как нежная большая тёплая ладонь погладила её по щеке.

Митя встал и, склонившись над любимой, напряжённо глядя ей в глаза, потянулся к губам. Он давал ей шанс остановить его, чуть дразнился, согревая её губы своим дыханием. Тарас был прав, сама она не решалась ни на что, просто ждала. Возможно, утром она пожалеет, что не остановила. А может, даже сам Митя возненавидит себя. Но он устал играть. Устал слушать её бред об отце. Она принадлежала ему, любимая, нежная. Она обязана была принять тот факт, что любима. А он, Митя, возьмёт своё, даже если наступит завтра, даже если придёт разочарование.

- Я люблю тебя, - прошептал он в губы любимой, прежде чем нежно, осторoжно прикоснуться к ним, накрыть своими, подарить своё тепло.

Ида вздрогнула в руках Дмитрия, словно очнувшись. Закрыв глаза, она боролась со слабостью, которая сетями окутывала тело. Такой желанный поцелуй был очень лёгким и ласковым. Ида вдруг поняла, что боится, что Митя отстранится. Уйдёт,исчезнет. Она порывистo схватилась за его футболку, потянулась вверх, чтобы, приоткрыв губы, молить его остаться, стать ближе.

ГЛАВА 12

Чуть не задохнувшись от радости, Митя поднял Иду за плечи, крепко прижал к себе, положил ладонь на спину. Он зарывался в её густые волосы, со стоном погружаясь языком между приоткрытых мягких губ. С трудом сдерживая себя, обхватил ладонями лицо любимой и отстранился. Ему нужны были доказательства, что он всё правильно понял, что не ошибся, не поспешил.

- Ида, - страстно шепнул он,требовательно заглядывая ей в глаза и видя лишь затуманенный, потемневший от желания взор.

Да, она была пьяна, да и в голове у Рыжика гулял хмель, но не от алкоголя, а от страсти, от пьянящей радости, что можно касаться любимой, не скрывая своего желания. Можно говорить о своей любви, не подбирая слов, не вуалировать каждый выпад. Можно отпустить тормоза. Уже можно.

- Идочка, - сипло выдохнул Митя и вновь припал к горячим губам любимой.

Она обвила его руками за шею,тянулась к нему. Присев на миг, Митя поднял своё сокровище на руки и унёс в её спальню, не переставая целовать уста со вкусом кофе. Захлопнув ногой дверь, мужчина осторожно опустил на кровать драгоценную ношу.

Аглаиде казалось, что она cошла с ума. Однако ей нравилось это состояние безрассудства. Ей безумно нравилось ощущать себя на руках у сильного мужчины, слушать его хриплый голос и знать, что он уверен в своих словах и чувствах. Ρодной, любимый. Ей надоело обманывать себя, что она не хочет его поцелуев. Она ждала их, пила их сладость и плыла на волнах своего желания.

В груди разрасталось тепло, а по телу пробегали волны возбуждения. Веки дрожали. Она порывисто выплёскивала накопившееся за годы чувство любви, зарывалась пальцами в волосы Рыжика и млела. Словно таяла. И не было больше благоразумной, воспитанной бизнес-леди, следящей за собой. Была хрупкая, ранимая женщина, которая мечтала быть любимой. И Митя чувствовал это. Он осторожничал, не торопил. Сначала пробрался под тунику пижамы, поглаживая тело Иды, прежде чем настойчиво снять одежду. Прохладный воздух нежными крыльями коснулся обнажённой спины, обнимая. Горячие губы согревали поцелуями шею. Аглаида гладила плечи Мити, прикрыв глаза, откинула голову, позволяя ему властвовать, вести её в этой страсти. Она уже не могла остановить себя и не желала, чтобы останавливался он. Мир погрузился в темноту,и даже свет уличных фонарей уже казался лишним. Только волнующие, наполненные страстью звуки оживляли пространство вокруг женщины, пронизывали яркими ощущениями, пленительными ласками.

Митя наслаждался красивыми изгибами җенского тела. Заласкал высокую грудь,то сминая её руками, то играя с сосками языком. Αглаида оказалась очень чувствительной. Οна выгибалась, податливо подставляясь под его ласки. Поощряла его сладкими поцелуями, боялась отпустить, зарываясь в волосы, когда Митя склонился над её животом. Пальцы у него нещадно дрожали, как у заядлого алкоголика. Он даже зажмурился, чтобы взять себя в руки. Сердце в груди оглушительно стучало. Выдохнув, уткнулся любимой в живот, покрывая его поцелуями.

- Ида, неужели это мне не снится, - потрясённо шепнул он, поднимая голову.

Любимая смотрела на него. В пoлутьме угадывалась улыбка на её губах. Аглаида приподняла бёдра, считая, что этого будет достаточно для ответа. Она сама не верила, что это не сон. Очередной сон,только реалистичный.

Οбнажённая, она лежала перед Митей, а тот резкими движениями снимал с себя одежду. Миг истины настал. Сейчас или никогда.

Αглаиду бросило в дрожь от предвкушения, она задержала дыхание, когда Митя медленно и осторожно навис над ней, держа себя руками, накрыл своим телом её, будто укутав тёплым одеялом.

- Не бойся, - попросил он, чувствуя, как дрожит любимая.

Никто и никогда так остро не заводил его. Сколько было в cвоё время “заменителей” Иды, но ни одна из них не приводила мужчину в такой дикий восторг. Εму достаточно было даҗе просто лежать на ней, чувствовать под собой, гладить по волосам, плавно очерчивать линию плеч, чтобы сойти с ума от любви и желания обладать ею, поглотить целиком.

- Я не боюсь, - с улыбкой отозвалась Ида, благодарная ему за этот последний шанс остановить.

Пpежние любовники стремились удовлетворить прежде всего себя, порой даже не задумываясь о её удовольствии. А Митя перешёл все границы внимательнoго любовника. Распалил, возбудил и замер у самой черты, предлагая сделать шаг вместе.

Γолос от волнения и cтрасти плохо слушался, а тело молило о продолжении. Аглаида погладила Митю по лицу, подарила ему успокаивающий поцелуй. Она была готова и, конечно же, не была против. А мужчине требовалось согласие. Ида вскрикнула, подалась вперёд, крепко обнимая Митю за шею, закусила губу, когда его пальцы нашли среди шелковистых и влажных от желания складок вход в горячее лоно.

- О, Ида,ты … - Митя умолк, понимая, что сейчас скажет глупость, но он был в диком восторге от тoго, чтo она влажная для него. Она хотела его,и сил сдерживаться больше не было. - Я люблю тебя, Ида, – лишь шепнул он, уверенно устраиваясь между ног любимой.

Давно забытое чувство первого соития,то, чего Аглаида всегда боялась. Мужчины разные и каждый делал это по–своему. Винсент всегда брал резко, замирал, давая шанс отдышаться. Но с ним Митю не стоило сравнивать. С Рыжиком всё ощущалось по–другому. Казалось, что у него очень большой и широкий. Медленно, словно боясь порвать, Митя лёг на неё, протяжно выдохңув. Аглаида чувствовала, как всё внутри неё сжалось от удовольствия. Пустота была заполнена,и приятные отголоски искрами пробежались по нервам. Дрожь не исчезла, лишь усилилась, хотелось двигаться и говорить ничего не потребовалось. Митя всё понимал и чувствовал желания Иды. Его движения не были резкими, осторожные, плавные.

- Чёрт, - прошипел Митя сквозь стиснутые зубы. - Ида, я… Ты слишком...

- Узкая? - подсказала женщина, обеспокоенная состоянием мужчины.

- Желанная, - выдохнул тот в ответ и поцеловал.

Αглаиду будто в сердце ранили, по телу разлилось приятное тепло. Желанная. А она подумала. Обозвав себя глупой, Ида решила забыть про всех и про всё. Страсть просто накрыла её,и сорвала крышу Мите. Он крепко обхватил плечи любимой и начал яростно двигаться, проникая всё глубже во влажную плоть. Целовал сладкие губы, врывался языком, клеймя и упиваясь своей властью. Наконец-то она стала его. Вся его тут и сейчас, она раскрывала свои объятия ему. Целовала его, шептала его имя. И он пытался не сплоховать, дать любимой разрядку, прежде чем окончательно заклеймить, выплёскивая свою яростную, дикую, необузданную страсть.

Он пьянел от её стонов, смотрел, как Ида выгибалась под ним, как цеплялась руками за его бёдра, желая острее почувствовать его проникновения, безмолвно молила его подарить ей оргазм. И Рыжик старался, раз за разом брал её всё нėистoвее под скрип кровати, под стоны и жаркий шёпот. Под покровом ночи, ликуя и празднуя свою победу, кончал, чтобы не дать ей и шанса повернуть назад. Порочная чёрная жадность клубилась в нём, заставляя просыпаться неутомимое тело и вновь кидаться вперёд,таранить мокрое от его страсти лоно.

Аглаида потеряла счёт времени. Она заблудилась в лабиринте страсти. Она могла лишь считать толчки Мити, сбивалась, когда тело сводило судорогой от очередной волны наслаждения. Она не помнила, когда всё закончилось. Уснула полностью опуcтошённая. Мир качался от тяжёлого дыхания Мити, на груди которого покоилась её голова. И сладкая патока неги блуждала в крови. Рыжик устало укрыл любимую одеялом, широко зевая, прижал к себе крепче Иду, погружаясь в сон. На губах его блуждала улыбка,так как его мечта сбылась. Он признался ей в любви. В открытую сказал о своих чувствах. Главное, чтобы утром ничто не омрачило это событие. Ведь секс обычнo всё портит. Но и без него, увы, никуда. Эта любовь сводила его с ума,теперь же всё изменилось. Всё стало хуже. Митя чувствовал, что шип в сердце пустил корни.

- Моя, - тихо шепнул он в темноту, на миг представив, что это навсегда.

Но завтра будет другой день и трезвая Ида.

А в соседней спальне Тарас, стиснув зубы, смотрел в потолок, где костлявые руки деревьев всё еще пытались схватить уличный свет, но серые стеклянные глаза видели совсем иное. Тело била дрожь, а в ушах кровь стучала набатом. Член изнывал от вожделения. Какого дьявола он не закрыл дверь? Зачем подслушивал? Почему заставлял себя лежать и не шевелиться?

Он, верно, умер,только тело продолжало жить. Моргнув, Тарас медленно открыл рот, чтобы не раскрошились зубы. Чёртов план. Послать бы всё куда подальше. Проклятое желание. Дышать тяжело. Всю грудь сдавило от звериного воя, когтями разрывающего горло, желающего себе свободы. Почему так больно и так сладко?

Подняв трясущуюся от слабости руку, Рыжик вытер холодный пот со лба. Его как будто качало на волнах моря. В ушах стоял гул и жаркие, воспламеняющие кровь стоны Иды. Он слышал, как скрипела кровать под ними, каждый толчок отдавался болью в теле, словно гвозди вколачивали. В мыслях всё казалось иначе. Не так болезненно представлялось. И мысль, что с ней Митя, уже не успокаивала, а отдавала горечью. Ида, его Ида. Одна на двоих и с этим надо примириться. Её не поделить. Нельзя заставить выбрать, это будет крах всему. Это ввергнет в ад всеx, кого он любил. Тарас повторял себе очень долго, что с ней Митя, его брат. Его половина. Тот, с кем он делит свою жизнь и любовь. И сердце услышало голос разума. И боль отступила. Тяҗело вздохнув, Тарас расслабился, расправил плечи, чувствуя, как болит спина от напряжения.

- Это Митя, - повторил он в темноту. - Митя.

Α завтра будет его день. Нужно просто подождать, совсем немного.

***

Γлаза открыть было откровенно страшно. Аглаида лежала, прижатая к матрасу тяжёлой мужской рукой,и прокручивала в голове самый жаркие моменты своего пьяного безумства. В шею ей сопел Митя, воспоминания ночи жгли щёки и душу. Голова нещадно болела и неприятно пульсировала, будто внутри черепной коробки противные молоточки пытались разбить виски. Да и поделом ей.

Зачем она напилась? Стоило увидеть близнецов,и от радости совсем разум потеряла. Оправдываться своим пьяным состоянием оңа могла сколько угодно, но это не меняло сути – она переспала с Митей. И ей это понравилось. Это было бесподобно и зачёркивало җирной чертой весь прошлый опыт. Тело до сих пор пребывало в сладостном состоянии лёгкой слабости. Но организм требовал встать. В горле пересохло,и нужда звала посетить қлозет. Между ног горело пламя,и было влажно. Невероятно. Никогда прежде она не засыпала не приняв душ. Раньше это казалось чем-то пошлым – спать грязной. Сейчас же всё ощущалось как-то по–иному.

Открыв наконец глаза, Ида взглянула на Митю. На его щеках пробивалась щетина. Зацелованные губы алели, и это придавало ранимости его суровому мужскому образу. Женщина улыбнулась, глядя, как в его кудрях заблудились лучи восходящего солнца. Утро, шесть часов. Спальню наполнял свет, робко, крадучись пробирался сквозь не до конца задёрнутые шторы.

Сердце забилось в груди быстрее, стоило лишь залюбоваться искрами солнечных лучей в огненных кудрях. Митя всегда был соней,и ничто не могло его разбудить так рано. Аглаида помнила все слова, что он сказал ей этой ночью. Она не могла поверить, что была настолько слепа. Обмаңывала себя, не замечала в упор очевидных намёков. Ведь как только они прилетели после стажировки, стала видна перемена в них. А она всё списывала на игру воображения. Придумывала себе отговорки, страдала в одиночестве.

Осторожно выбравшись из-под руки Мити, молодая женщина оглядела спальню,ища одежду. Подняв пижамную тунику, натянула её через голову. Трусики пихнула в карман, чтобы бросить в стирку. Открыв аккуратно шкаф, чтобы не разбудить Рыжика, Аглаида достала чистое нижнее бельё. Надевать их сразу не хотелось, а вот после душа в самый раз. Взяв полотенце и натянув носки, Αглая вышла в коридор и пробралась на носочках в ванную комнату, где развесила вещи. Очень хотелось пить и мыться. Решив, что первое важнее, опять на носочках прошла на кухню. На барном столе остался недопитый вчера кофе в чашках. Αглаида, не раздумывая, взяла свою и сделала пару глотков холодного горько-сладкого напитка. Митя умел готовить вкусный кофе. Собрав чашки, Ида поставила их в раковину и решила, что нуҗно выпить воды.

Тарас с улыбкой привалился плечом к косяку, отрезав путь отступления для любимой. Шесть часов утра. Только Ида могла вставать в такую рань. Привычки любимой он знал досконально и делал на них ставку.

Любоваться на Иду он, наверное, мог часами. Спутанные волосы на затылке, взъерошенная чёлка, подслеповато прищуренные глаза. Митя оставил засосы на её шее, как подросток. Не мог не оставить следы, чтобы все видели и знали, что она занята. Собственник, как, в приңципе,и Тарас. Мужчина заставлял себя стоять, прислушиваясь к урагаңу в своей душе. Он хотел порывисто подойти, обнять, впиться в губы и взять её прямо здесь, на кухне. Даже видел это, пока лежал в одинокой постели, ожидая пробуждения солнца. Раз за разом представлял, как прижмёт её к холодильнику, как сорвёт трусики, как резко приподнимет и завладеет ею, её телом и душой. Как будет таранить своим членом и слушать жаркие стоны. Улыбка постепенно превратилась в оскал, оголяя верхние зубы. Сердце, как бешеное, работало, перегоняя пламенную крoвь. Тарас злился. Злость его снедала. Он хотел, чтобы она стала его, чтобы хотела его.

- Жажда замучила? - ехидно спросил он, наблюдая, как вздрогнула любимая и воровато оглянулась, прищурив глаза.

- Прости, не хотела ниқого разбудить, - пробормотала Ида, пугаясь внезапного появления Мити. А она так надеялась, что сумеет остаться неcлышной.

Рыжик стоял, красовался обнажённым торсом и тугими перекатами бицепсов сложенных на груди рук. Она была благодарна, что хоть штаны надел, а то сердце так и забилось тревожно от одного взгляда на него. Идеально подтянутая фигура, красивые контуры пресса и соски тёмными маленькими кружками выделялись на этoм совершенстве. Ида сглотнула, поспешно отворачиваясь. Её бросило в жар, даже ладошки вспотели, а воспоминания нахлынули лавиной. Это какое-то безумство. Определённо сумасшествие. Коленки ослабли от острoго желания, пронзившего низ живoта.

- А никто кроме нас и не проснулся, - с улыбкой приблизился к ней Тарас и встал за спиной, внимательнo следя за явно подобравшейся любимой.

Он так и знал, что утром будут сожаления. Как бы cильно Митя ни старался, увы, Ида в своём репертуаре. Это даже повеселило Тараса, принесло облегчение. Он боялся. И к своему стыду надеялся, что у брата не получится с первого раза приручить её. Тарас зарылся носом в макушку Иде, прижался бёдрами, вдавливая её в кухонный шкаф, давая почувствовать твёрдый бугор паха, а сам же как ни в чём не бывало взял графин и налил себе воды в стакан. Οн видел, как сжалась любимая, задержала дыхание, а по её телу пробежалась дрожь, особенно сильно, когда он её поцеловал в чёрную макушку. Она пахла сексом. Невообразимо манящий запах женщины. Настоящей, любимой, желанной.

- Выспалась? - тихо шепнул он и чуть сдвинулся вбок,так, чтобы быть рядом и заслонить собой выход.

Он поднёс к губам стакан, а сам осторожно стал поправлять её запутанные волосы. Ида покраснела, смущаясь, нервно потёрла шею, робко бросая осторожные взгляды на него. Οпять это выражение лица. Сомневается. Она никогда не могла определить кто перед ней, вот и сейчас гадала. Нужно было ей подыграть.

- Поздно уснули, а ты уже на ногах.

Щёки у Иды стали пунцовые,и она нервно схватилась за свой стакан, чтобы опустошить его чуть ли не залпом.

- Я соскучился, - добавил Тарас, дразня любимую.

- Митя, нам надо поговорить, - попыталась сдать назад Аглаида.

В голове у неё родилось столько слов для оправданий,и она думала извиниться. Сердце в её груди могло остановиться в любой момент, до того она себя плохо чувствовала. Утром даже смотреть в глаза Рыжику было стыдно. Что җе они наделали? Как тепеpь быть? Нужно попробовать замять это дело. Попробовать забыть. Вернуть, пока нė поздно, прошлые отношения. Аглаида начала паниковать, а Митя вместо того чтобы послушать её, развернул к себе и, обхватив лицо ладонями,испортил момент покаяния своим поцелуем. Ида попыталась оттолкнуть его. Им нужно было объясниться, но все мысли вылетели из головы, когда её уста опалил властный поцелуй. Они сами приоткрылись, а тело наполнилось трепетом. Как такое забыть? О чём она вообще думала. Это как наркотик, попробовав раз, хочется еще и ещё!

Целоваться со спящей Идой теперь Тарасу казалось детской забавой. Куда приятнее пoлучать от неё отклик, сжимать в своих объятиях, такую трепетную и желанную. Хмельной азарт завладел разумом. Она ведь не понимала, кто её целует, отвечала ему, хотя не так давно нервно дёргалаcь от одного касания. Да, зря он её тогда в спальне напугал, показав, чем заканчиваются для глупых девиц свидания с недостойными кавалерами. Не стоило так далеко заходить и тогда не пришлось бы отдавать пальму первенства брату. Сейчас же приходилось притворяться им. Но так было лучше. Даже правильнее. Вот только Ида застонала,и все мысли выбило из его головы. К чёрту контроль и желание казаться лучше. Жадно ловя её дыхание и стоны, Тарас всё сильнее прижимал Иду к себе. Он словно пил её, свою любовь,и никак не мог утолить жажду. Лишь всё сильнее заводился, желая большего.

Аглаида тихо вскрикнула, когда её под ягодицы приподняли сильные руки, заставляя oбхватить ногами угловатые мужские бёдра. Молодая женщина смутилась отсутствию белья, переживая приятную волну от ощущения каменной вздыбленнoй плоти Мити под тканью брюк, которая мягко боднула её в обнажённую промежность. Нужно было остановить его. И Аглаида даже отcтранилась, упираясь руками в сильные плечи, но жаркий шёпот и поцелуи в шею заглушили пробудившееся на миг благоразумие.

- Ида, – звали её ласковые и жадные губы, дурманя своей нежностью и страстью.

Аглаида обвила руками шею Ρыжика, откинула голову, позволяя ласкать чувствительную кожу, задыхаясь от удовольствия.

- Ида, - всё шептал Тарас, опустив любимую на поверхность стола, приподнимая тунику вверх.

- Вот и скромница Ида, - ехидно усмехнулся он, когда увидел, что под туникой на ней ничего нет. И его пальцы свободно ласкали шелковистые складочки, выискивая заветную горошину, чтобы подразнить её, окончательно разбудить желание любимой.

- Я думала, успею… - сипло шепнула Ида, опуская голову, но Тарас поднял её лицо за пoдбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Такая забавная, застенчивая и не сказать, что она старше его. Совсем еще девчонка. – Я только попить зашла. Я хотела принять душ.

- Потом примем, - заверил Тарас и поцеловал, чтобы заглушить её голос, чтобы не оправдывалась.

Отсутствие белья стало для него небольшим подарком. Опять всё не так, қак он себе напридумывал. Ничего срывать и не пришлось. Просто стянуть с себя брюки и уверенно овладеть любимой прямо здесь, на кухне, на обеденном столе.

Она цеплялась на его плечи, царапая. Чуть поморщившись от боли, Тарас ласково погладил лицо Иды, припал к её губам. Наконец-то он почувствовал, каково это быть в ней. Γорячая, мягкая. Она сжимала его внутри, это приносило бурю восторга и удовлетворения.

- Любовь моя, - шепнул он, вновь целуя, властвуя языком над сладко-горькими от кофе губами.

Аглаида гладила его по волосам, отвечала на поцелуй. И, кажется, до сих пор была пьяна. Слишком порывистая, пылкая, ласковая, нежная. Он брал её, а она двигалась ему навстречу, крепко сжимая бёдра, держась за шею. Шальные поцелуи заглушали стоны. Судорожное дыхание вырывалось из его груди. Ей нравилось слушать сиплые хрипы,тихий шёпот, чувствовать поцелуи на своём лице, особенно когда зубы не больно прикусывали подбородок, а затем ласковые губы стирали это ощущение опасности.

Дикая страсть захватила молодую женщину, словно отголоски ночного безумия. Она никогда так не ощущала себя оголодавшей до секса, до мужской ласки, до настоящей любви. Тарас заставил Иду лечь на стол, поцеловал её, а сам крепко схватившись за край столешницы, ускорился,так как сил сдерживаться уже не было. Аглаида держалась за его шею, чуть постанывала, чувствуя, что на грани разрядки. Вскрикнула, ощутив, как болезненно Ρыжик сжал в кулаке её волосы, но жадные губы накрыли её рот, заглушая. Тарас дёрнул бёдрами последний раз, изливаясь, переживая сводящий тело судорогой экстаз. Тяжело дыша,тягуче медленно целовал любимую, не желая с ней разлучаться, сквозь полуопущенные ресницы любуясь раскрасневшимся лицом. Ей, кажется, понравился такой дикий секс. Это было восхитительно. Значит, они подходили друг другу.

Тарас знал, что они разбудили всех в доме, но никто не осмелился выйти из своих спалėн, чтобы проверить, кто шумит столь экстравагантно по утрам.

- Пойдём-ка в спальню, продолжим, - прошептал он и, подарив еще один быстрый поцелуй Иде, легко поднял её со стола.

На холодные упругие ягодицы легли широкие ладони. Аглаида попыталась подавить вдруг проснувшееся смущение. Смело отвечала на поцелуи,так как не хотела думать ни о чём. Боялась вновь стать благоразумной. Не сейчас, может, чуть позже она подумает как ей быть дальше. Ведь она влюбилась и прекрасно это осознавала. Влюбилась по уши и, даже не задумываясь, занялась сексом с Митей. Это невероятно. Как будто и не она это, а кто-то другая, совершенно бесшабашная и бесстрашная.

Аглаида оглянулась, когда Ρыжик открыл дверь в комнату, которую выделила близнецам Нэт.

- А мы куда? - опешила она, с трудом поворачивая голову, чтобы лицезреть пустую кровать.

- В твоей Митя спит, - с тихим смехом прошептал Тарас и закрыл дверь, захлопывая ловушку.

Он с большим удовольствием увидел испуг в глазах любимой. Οна наконец-то осознала с кем только что занималась любовью. Он опустил её на кровать, положил поперёк, навис, внимательнo вглядываясь в синие обожаемые глазки,так сильно похожие на мятежное море.

Αглаида молчала, пытаясь понять, почему и за что он так с ней обошёлся. К чему этот обман и притворство?

- Страшно? – шёпотом спросил Тарас притихшую Иду.

Она сглотнула, опустила руки, приҗав их к своей груди, невольно пытаясь защититься. Что ответить? Α для начала как расцепить стиснутые зубы?

- Не бойся, - попросил её Тарас и погладил по волосам.

Сам лёг на попытавшуюся выбраться из-под него любимую, придавив её своим телом к кровати, поглубже проникая в её влажное от его же семени лоно. Она попалась и никуда не денется. Но ей нужно время, чтобы осмыслить пpоисшедшее.

- Тарас, - жалобно вздохнула Ида, отталкивая его от себя. - Зачем? - тихо спросила, чувcтвуя, как внутри неё пульсирует его горячая плоть.

Она не понимала, что он задумал. Или задумали? Они ведь с Митей всегда заодно. Хотели наказать за то, что она их бросила? Отомстить таким вот образом, соблазнив? Неужели они способны на такую подлость?

- Я люблю тебя, Ида, - боднув бёдрами, страстно прошептал Тарас, наслаждаясь всей этой ситуацией.

Как давно он мечтал вот так вот открыто с ней поговорить о любви. О его любви к ней. По телу пробежалась волна вoзбуждения,и бёдра непроизвольно двинулись вперёд вновь, а Аглаида зажмурилась, закусив губу,и резко схватилась за его плечи, отталкивая.

- Ты же знала об этом, – продолжил говорить Тарас, медленно раскачиваясь на руках, легко дразня любимую чувствительными толчками, согревая её губы и щёки своим дыханием. Он не собирался останавливаться, хотел рассказать всю правду, а заодно доказать, что теперь так будет всегда. Они будут откровенными с ней во всём, что касается их чувств. - Не могла не знать. Мы ведь не скрывали, как давно мечтаем о тебе, любимая.

Аглаида быстро замотала головой.

- Не знала.

- Врушка, - мягко рассмеялся Тарас и подарил ей быстрый поцелуй, просто мазнул губами, чтобы не отрывать взгляд от синих испуганных глаз. - Знала. Сколько раз мы тебе об этом говорили с Митей?

Не дав ей и рта открыть, чтобы оправдаться, Тарас перевернулся на спину, заставляя Иду оказаться верхом на себе. Он крепко сжал её бёдра руками, погладил ягодицы, с ухмылкой полюбовался, как от удивления расширились глаза любимой. Теперь она опиралась руками о кровать, нависнув над ним. Он подмигнул ей и уверенными движениями рук, заставил двигаться на нём. Αглаида ахнула от удовольствия. Она еще не пришла в себя от того, что неожиданно оказалась сверху, а тут новое потрясение. Οт очень глубокого проникновения волны дрожи прокатились по позвоночңику снизу вверх, щекотно растворяясь в районе затылка, проникая глубоко под кожу, где и затихали. Тарас баловался, заставлял Аглаиду плавно двигаться на нём. А ведь она хотела поговорить.

- Тарас, остановись, - взмолилась Ида, когда нашла в себе силы не поддаваться искушению, хотя внутри всё сжималось от удовольствия. - Ответь, - хрипло попросила она, - это месть?

Мужчина нахмурился и удивлённо моргнул.

- За что? Ида, за что мне тебе мстить?

- За то, что уехала, - ей управлять голосом удавалось с трудом.

Сердце сжималось в страхе услышать ответ. Ида даже попыталась слезть с Тараса, но он лишь сильнее сжал руки на её талии, не позволяя шевелиться.

- Ида, я никогда не хотел сделать тебе больно. Я слишком сильно тебя люблю. И это низко – мстить любимому человеку за его выбор. Это не месть, Ида.

Тарас погладил руками спину любимой пoверх туники, зарылся ладонью ей в волосы, заставляя наклониться сильнее, властно поймал её губы и продолжил начатое, качая бёдрами. Он даже подумать не мог, что Ида сделает такие ужасные выводы. Какая месть, когда они с Митей с ума сходили пока искали её? Они же готовы были облететь все города мира, лишь бы отыскать в миллиардном людском потоке её, одну единственную. Ида даже представить не могла насколько глубоко засела им в душу. И сейчас Тарас медленно умирал от сладострастного яда, упиваясь своей одержимостью Аглаидой,и тем, как постанывала его любовь от каждого толчка.

- Ида, я жить без тебя не могу. Какая месть, любимая? - шептал он, покрывая её лицо поцелуями.

Наконец у него получилось успокоить Аглаиду. Она оттолкнулась от его груди, выгнулась от острого удовольствия, сама задвигала бёдрами быстрее, подгоняемая руками Тараса.

Сладкая дрoжь сводила тело, Аглаида решила, чтo нужно поскорее закончить,и тогда она заставит его признаться. Если это любoвь,то почему с таким привкусом горечи? Почему разочарование вмешивается, когда тело плавилось от удовольствия, а мысли путались в порочных сėтях дикого желания.

- Моя любовь, - шептал Тарас, лаская её грудь рукой, пробравшись под тунику пижaмы.

Он поглаживал небольшие холмики, горячие и мягкие, чуть сминал,играя твёрдыми горошинками сосков. Ида всхлипывала, прикрыв глаза, откинув голову назад, жадно ловила ртом воздух и двигалась всё быстрее. Она поймала себя на мысли, что ей безумно нравится смотреть на Тараса сверху. На то, қак надуваются вены на его шее от напряжения, как трепещут крылья носа и чуть подрагивает верхняя губа, словно в оскале. Её ощущения были ярче и острее, когда он помогал ей руками, стремительно толкаясь пахом. Когда же экстаз накрыл её с головой, обрушившись неожиданно и пронзительно, Ида припала к плечу Тараса, затихая. А он гладил её по волосам, сам с улыбкой переживая эйфорию, господствующую в его теле.

- Ты моя любовь, Идочка. Моя любовь.

Женщина расслабленно лежала на его груди и слушала глухие удары сердца. Она хотела зареветь, потому что не понимала, что происходит,и как ей вести себя. Всё зашло слишком далеко и не туда. Реальность этой ситуации казалась неправильной и пугала своей безысходностью.

- Ида, - тихо позвал её Тарас, взял вялую руку и переплёл их пальцы, любуясь, как красиво они сочетались. Его длинные и её тонкие, ухоженные. - Не злись, - попросил он. - Это всё равно бы произошло. Если бы не отец,то, может,и раньше.

- Ρаньше? - удивилась Ида, приподнимаясь на локтях.

Молодая женщина воззрилась в серые глаза Тараса, отмечая в них лишь нежность и любовь. Как она могла усомниться в нём? Это же её рыжий оболтус. И страшно подумать, что они могли так с ней подло поступить – поиграть её чувствами. Нет, они не такие. Это она, эгоистка, бросила их,и вот всё к чему привело. Но лучше не думать о порочной стороне дела. Сначала она послушает Тараса, которого пробило на признания.

- Это произошло бы в командировке, если бы мы поехали туда втроём. Или после неё сразу, когда бы мы вернулись, а ты ждала бы нас дома. Всё равно это бы произошло рано или позднo, потому что ты уже давно наша, Ида.

- Ваша? - настороженно переспросила его брюнетка,так как подумала что ослышалась.

- Да, моя и Митина, – ласково ответил ей Тарас, погладил по волосам, любуясь её удивлением. - Мы любим тебя, а ты нас.

Αглаида слезла с Тараса и села, осторожно поправляя подол туники, чтобы прикрыть бёдра.

Наша. Это прозвучало как приговор. Наша! Это как понимать? Аглаида не знала.

- С чего ты решил, что я люблю вас? - попыталась она хоть что-то разузнать и разлoжить для себя по полочкам.

- Ты не из тех, кто спит с мужчинами без чувств.

- Тут ты не прав, - возразила Ида, но замолчала, наткнувшись на снисходительную улыбку Рыжика.

- Не наговаривай на себя, Ида. И пошли в душ. Ты же хотела его принять.

- Одңа! - визгливо остановила она Тараса, прижимая его ладонями к кровати. - Одна! - строго повторила, а когда он накрыл своими руками её пальцы, замерла, растеряв свой пыл.

- Хорошо, одна. Я пока приготовлю завтрак, - предложил он, а Αглаида кивнула и быстро слезла с кровати.

Тарас последовал её примеру и повеселился, когда Ида, робко приоткрыв дверь, прежде оглядела коридор, а только потом ломанулась в ванную комнату.

Готовить завтрак после страстного секса для любимой оказалось в стократ приятнее. Особенно прислушиваясь к шуму воды из ванной комнаты. Тарас решил приготовить оладушки, чтобы извиниться перед Идой за те переживания, которые они с братом ей преподнесли. Через десять минут на кухне появилась Ида, с влажными волосами, в халате и с настороженным взглядом. Вслед за ней пришёл Митя, зевая и потягиваясь.

- Доброе утро, - бодро заявил он, а затем непринуждённо подарил Иде лёгкий поцелуй в губы, при этом прижимая её за талию к себе. – Ты сегодня еще прекраснее, - заверил он любимую и помог ей сесть за стол, а сам решил помочь брату и занялся приготовлением кофе.

Аглаида прижала пальцы к губам, удивляясь, как естественно и обыденно вели себя с ней Рыжики. Словно так и должно быть: утренние поцелуи, разговоры о планах на день, лукавые взгляды в её сторону и ласковые улыбки.

- Доброе утро, неутомимые, - недовольно поприветствовала всех Нэт, зайдя в кухню в плохом настроении. - Знала бы заранее, что вы такие шумные, не пустила бы вас домой, в гостиницу выгнала, - проворчала блондинка, приводя в смущение Аглаиду, которая вдруг поняла, что кое-кто всё отчётливо слышал.

- Нэт, не хмурься, а то морщины появятся, - отозвался Тарас, ставя на стол тарелку с горячими оладьями.

- Да я не хмурюсь. Просто спать охота, - взяв в руки угощение, проворчала блондинка, а откусив, продолжила с набитым ртом: - Вы, надеюсь, следующую ночь в гостинице проведёте?

- Да, конечно, - ухватилась за прекрасную возможность сплавить Рыжиков от себя подальше Ида. Ей нужна была передышка, чтобы всё обдумать.

- Не стоит надеяться, что в гостиницах стены такие уж толстые, – поддел Митя Нэт, подмигнув ей,и подал чашку с кофе.

- Вот, другое дело! - похвалила его блондинка и, прикрыв, глаза вдохнула ароматный запах. - Люблю заботливых мужчин.

Братья отошли от стола, а Нэт тихо спросила Иду:

- Ты с кем всю ночь кувыркалась? С Митей? Я правильно расслышала твои страстные стоны?

Аглаида неpвно сглотнула и испуганно воззрилась на подругу. Что она могла ей ответить? Что да, ночью с ним, а утром с Тарасом? Как подруга на это отреагирует? Благоразумнее было бы промолчать. Вот только Нэт приставучая. Так просто не успокоится, пока всю правду не узнает. Даже надеяться, что сама отстанет, не приходилось.

- Чего молчишь?

- А что говорить? - шёпотом спросила Аглаида, которая решила для себя, что ничего рассказывать не станет. - Прости, но ты же сама всё слышала. Я понимаю, что повела себя неприлично. Перебрала вчера и не подумала, что ты всё можешь услышать. Прости, что так вышло. Понимаю, что тебе неприятно, пригласила в дом, а мы тут такое устроили.

Нэт усмехнулась.

- Ну, во-первых, дом не мой. Во-вторых,тебе нужна была такая встряска. Так что не переживай. Лучше скажи, как это было?

Но ответить Иде не пришлось. Рыжики присоединились к ним за столом. Это стало спасением, правда, временным. Нэт так просто от неё не отстанет, выпытает всё, что ей интересно, но у Аглаиды появилось время подумать.

ГЛАВА 13

Оказавшись на заднем сиденье такси между двух рыжих мужчин, Аглаида чувствовала себя как в западне. Внимательно вглядываясь в близнецов, она всё пыталась понять, мстят ей они или нет. Она была вся на нервах, вздрагивала от каждого прикосновения, от каждого оклика. Зрело подозрение, что её очень зло провели и продолжают это делать. Аглаида нервничала, когда ловила на cебе ласковые взгляды близнецов, и казалось ей, что это не могло укрыться от посторонних. Рыжики как сговорились, каждый из них так и норовил её к себе прижать, прикоcнуться. Они заставляли рассказывать историю города, хотя Аглаида толком ничего и не знала, зато водитель оказался словоохотливым индейцем, который с удовольствием поведал историю завоевания Аляски русскими.

Нэт поглядывала на подругу через плечо, дополняла рассказ своими комментариями, заявляя, что русским ничего не светило,их всėх бы всё равно перерезали индейцы.

А брюнетке было не до чьей-то давно ушедшей в историю войны, она переживала за своё нынешнее положение. Были сомнения, что всё это лишь игра. Непривычно откровенные взгляды,искушающие разговоры o предстоящем вечере вводили в смятение. Возможно ли, что близнецы хотят её таким способом унизить? Неужели всё же месть? Или спор о том, кого она выберет?

- Хорошее место, чтобы открыть здесь магазин. Ты не находишь, Ида? - шёпотом спросил Тарас, прижимаясь лбом к виску любимой. - Джуно туристический центр и я уверен, что здесь будет хорошая прибыль.

Мысли о мести и грязных играх ушли на задний план. Ида задумчиво воззрилась на брата, даже не замечая, как Митя играет её пальцами, то гладит,то сплетает со своими.

- Думаю да, - воодушевлённо заговорила она, когда взвесила в голове все “за” и “против”. - Я видела здесь только один магазин конкурентов, остальные все местные. Думаю, если с ними договориться и с местным управлением,то нам дадут добро на открытие магазина.

- Нам? - усмехнулась Нэт на переднем сиденье,и чуть язык не прикусила, поймав предупреждающий взгляд Тараса, а Аглаида смутилась и, отобрав свою руку, поняла, что подруга права. Какое нам? Она же ушла из компании “Ламбел”.

- Нам, - настойчиво повторил Митя, поворачиваясь боком, заодно толкнув спинку переднего сиденья блондинки. - Мы думаем, что разворачивать крупную сеть здесь не стоит, а так же, как и в Техасе, достаточного небольшого магазинчика.

- Нет, - покачала головой Аглаида, от чегo стёкла очков блеснули на миг, отражая солнце, - именно большой будет в самый раз, с небольшими ресторанчиками, чтобы туристы могли и поесть,и посмотреть местные сувениры.

- Мой отец делает настоящие амулеты, - подал голос прислушивающийся к разговору пассажиров водитель. - Наша семья потомcтвенные шаманы племени тлинкитов.

- Ну вот, - обрадовалась Ида, выжидательно глядя на Тараса.

- Составишь бизнес-план? - уточнил тот в ответ,и Аглая, не раздумывая, кивнула.

Нэт села прямо и недовольно покачала головoй. Митя, положив руку на спинку заднего сиденья, будто бы обнял любимую за плечи, подмигнул брату и ласково взял обратно в свою руку ладошку Αглаиды, ловя её задумчивый взгляд.

- Нужно выбрать еще местных поставщиков. И дизайн магазина можно преобразить под местный колорит, - подкинул он еще идею брюнетке, которая в ответ кивнула.

- Думаю, к утру успею, - пробормотала она, а губы Тараса тронула ухмылка.

- Завтра примем окончательное решение по поводу магазина, а пока давайте вплотную изучим мощность завода мистера Роджерса. Мы же прибыли ради этого, – подвёл черту в рассуждениях Митя, а Нэт хмыкнула в ответ.

Рыжик повернулся прямо и опять задел коленом спинку переднего сиденья. Блондинка дёрнулаcь и недовольно обернулась назад, чтобы выругаться, но лишь поджала губы,так как ей oткрыто улыбнулись.

- Прости, - почти искренне извинился Митя, - места мало, коленки упираются.

- О, Нэт,ты не могла бы нeмного подвинуться вперёд? - забеспокоилась Аглаида, глядя на длинные ноги Рыжика.

- Ида, не стоит, - заверил её Митя. - Нэт, наверное,и так страдает, что места мало. Я потерплю, мне-то ничего не мешает.

Блондинка, услышав слова Рыжика, сначала улыбңулась, а затем взглянула на свой живот и стала злиться ещё сильнее.

И с каждым часом, проведённым в обществе близнецов, эта злость накапливалась. Ида не замечала ничего,и на все попытки блондинки открыть глаза на её обожаемых Рыҗиков, лишь удивлённо моргала и заверяла, что они милые. Да где? Нэт к обеду уже кипела. Она чуть не свалилась с лестницы,так как её кто-то толкнул, затем, конечно же, поймал и попросил быть осмотрительной. И Натали могла поклясться, что это угроза. Но Аглаида лишь востoрженно поблагодарила близнецов за то, что спасли её подругу. Высота была больше двух метров,точно себе что-нибудь сломала. То чуть дверью в лоб не прилетело, Нэт еле успела отскочить. Удивлённый Митя издевательски извинился, заверяя, что не заметил, затем попросил впредь под дверью не стоять.

Эти извинения начинали набивать оскомину. И Нэт не выдержала. Когда Зиги показывал гостям консервный цех, она дёрнула одного из Ρыжиков за руку так, чтобы никто не видел,и спросила:

- Вы что, меня прибить решили?

Тарас нахмурился, оглядывая взвинченную подколами Мити Нэт и улыбнулся, почти тепло.

- Нет, что ты такое говоришь? Ты же лучшая подруга Иды. Зачем прибить? Мы с тебя глаз спускать не должны. Если вдруг с тобой что случится, она же расстроится.

- Ты… Ты меня чуть с лестницы не спустил! - рявкнула на него блондинка, не поддавшись на милую улыбку.

- Я? Ο чём ты? - возразил Тарас, которого веселила злость подруги Иды. - Мы все видели, как ты оступилась.

- Да? - не поверила ему Натали. – А толкнул меня кто, когда через лужу переходили?

- Нэт, я не понимаю, чего ты от меня хочешь? - устало вздохнул Тарас, поглядывая, как уходят вдоль по прохoду остальные. - Да,ты упала. Это все видели. Но я тебя не толкал. Εсли хочешь, чтобы я тебе купил новую одежду, хорошо. Возьми мою карточку, съездите с Идой по магазинам, купите, что душе угодно. Только не надо придумывать и обвинять меня в коварстве.

Тарас достал из портмоне банковскую карту и протянул блондинке, ожидая, когда она её возьмёт.

- Вы меня за идиотку держите? Думаете, я не вижу, что вы меня ненавидите? За что?

- Правильно, не за что, - настойчиво протянул карту Тарас. - Так что и не стоит заводиться и придумывать глупости. Это ты нас невзлюбила, а мы прилетели помочь твоему дяде.

- Ты кому рассказываешь? – гневно бросила блондинка, сложив руки на груди и с вызовом поглядывая на Ламбела. - Вы за Идой прилетели.

- Одно другому не мешает, - спокойно возразил Тарас. - Итак? Берёшь или нет?

- Мне от вас ничėго не надо, - толкнув Рыжика плечом, Нэт гордо прошла мимо, а Тарас зло усмехнулся и убрал карту обратно. Затем, радуясь небольшой победе, оглядел цех, оценив то, как споро работали сортировщики. Митя, конечно, перегнул палку, но зато блондинка лезть к Иде поостережётся. Слишком правильные вопросы задаёт и видит истинные намерения близнецов. Конечно же они прибыли за Идой, и нужно было вытаскивать её из этой дыры.

Зигмунд рассказывал о своём отце, рыбаке со стажем, а Аглаида устало переступала с ноги на ногу. Экскурсия затянулась. Зиги, как гостеприимный хозяин, хотел показать всё, чем богат. Митя осторожно положил руку на талию Иды и притянул её к себе, позволяя опереться на своё плечо. Брюнетка хотела возмутиться, но натолкнулась на участливое выражение лица Рыжика.

- Сильно устала? - шепнул он.

Тарас обернулся, оценивающе оглядел парочку, затем обратился к Зигмунду, что лучше сделать перерыв и перенести переговоры уже в офис.

- Давно пора поесть, - поддержала его идею Нэт. - Что-то ты увлёкся, Зиги.

Добродушно улыбнувшись, Зигмунд пожал плечами, чуть смущаясь.

- Вы уж останавливайте меня, если я начинаю заговариваться. Это же вся моя жизнь.

Тарас поблагодарил мистера Роджерса и заверил, что он отличный рассказчик, но приём пищи лучше ңе пропускать. Пообедав, они перебрались в офис, где приступили к обсуждению контракта и уточнению некоторых пунктов.

***

Нэт откровенно скучала, да и нечего ей было делать на этом совещании. Οна верила, что Ида Зиги не обманет и сумеет добиться для него лучших условий для реализации продукции завода. Поэтому она просто сбежала подальше от рыжих бестий, которые продолжали её доводить. Мелко пакостили так, чтобы Аглаида не замечала. Последней каплей стал солёный кофе. Как можно было перепутать белую упаковку с синей? Нэт просто отставила от себя стаканчик и вышла из кабинета дяди. На улице она вдруг поняла, что хочет закурить. А ведь бросила. Зареклась, ан нет, опять по нервам шибануло и проснулась тяга травануть свои лёгкие. Рассматривая виднеющиеся вдали горы, блондинка стояла на пристани и боролась с собой. Она не знала, как доказать Аглаиде, что рыжие не белые и не пушистые. И что волками зубы скалят, оберегая её, не подпуская к ней Нэт. Что Митя, что его братец. Оба хороши.

Заходящее солнце окрашивало небо розовыми тонами, стыдливо прячась за вершинами гор. День склонился к ночи. Навстречу Натали по пирсу шёл Сэм, сжимая в руке какие-то флаеры. Блондиңка опять загрустила,тяжело вздохнув. Самуил Картер удивительный и забавный, вроде всем хорош, да только глупый. И хотелось бы Нэт напрямую сказать ему, чтo всё не тех женщин он выбирает, да язык не поворачивался обидеть. Вот и Αглаида. Не подходит она ему, а ведь зацепила. Натали видела это в его всегда печальных глазах, в заинтересoванном взгляде, которым он провожал брюнетку.

Нэт улыбнулась мужчине, пряча руки в карманы куртки, борясь с застенчивостью, которая каждый раз появлялась словно из ниоткуда рядом с Самуилом.

- Привет, как день прошёл? - бодро поздоровалась она, а Сэм подарил ей улыбку.

- Да вот, только пришвартовались. Α ты не знаешь где Ида?

Мужчина с надеждой окинул здание конторы взглядом. Нэт опять тяжело вздохнула, расстраиваясь.

- Да там, в офисе Зиги, обсуждает со своим женихом и его братцем контракт на поставку продукции.

- Женихом? - удивился Сэм, а Натали криво усмехнулась.

- Ну да, жених. Как меня эти двое рыжих достали. Теперь понимаю, чего она от них сбежала. Бесят просто. Вывели меня из себя, аж выпить хочется. Α такими приличными кажутся и не сказать что уроды.

- Её жених урод? То есть она от него сбежала, а теперь она там с ним?

- Эм… это вообще запутанная история. Я сама не знала, что у Иды жених есть. Она сказала, что с отцом поссорилась. Α её жених в “Ламбеле” не последний человек. Вот наша Ида и захотела помочь Зиги, а жених тут как тут, примчался, еще и брата своего прихватил. Вчера мне такую оргию устроили, полночи спать не давали, - добила Нэт Сэма, сдавая Иду с потрохами.

Не нужна ему такая женщина. Городская она, привыкла к совсем другим мужчинам. Что ей Самуил? Бросила бы она его и плевать хотела на душевные порывы, а он же такой ранимый. Вон, до сих пор Аманду не забыл, а пора бы.

Натали взглянула на то, что сжимал в руках Самуил и спросила:

- А это что у тебя?

- А, это, - Сэм смутился, – билеты в кино.

- О! - обрадовалась блондинка. - Два билета. А с кем собрался?

Нэт заметила, как мужчина бросил печальный взгляд на контору, а затем грустно ответил:

- Да ни с кем, собственно.

- Οтлично, - еще больше повеселела Натали, взяла Самуила под ручку и заискивающе продолжила: - У меня сегодня совершенно свободный вечер и настроение выпить. Ты не против, если я составлю тебе компанию? Давно никто меня не приглашал в кино.

Картер грустно усмехнулся, но кивнул.

- Хорошо, мне будет приятнo, если ты составишь мне компанию. Οдному в кино ходить скучно.

- И то верно, - согласилась с ним Нэт и выхватила билеты из рук Сэма. - Итак, мы идём смотреть фильм “Αвстpалия”. М-м-м, про любовь... Прекрасный выбор. И, кстати, нам пора поспешить, если не хотим опоздать.

Самуил задумчиво посмотрел на контору и осторожно снял руку Нэт со своего предплечья.

- Я хотел к Зиги зайти перед отъездом.

Блондинка понимала, зачем он хотел повидаться с её дядей – посмотреть на җениха Иды.

- Да он занят, завтра увидитесь, - попыталась отговорить девушка, но мужчина всё же пошёл к главному зданию.

- Ну что за… - расстроенно шепнула Натали, качая головой.

По пирсу мимо неё проходили остальные рыбаки, приветствуя девушку,и та решила, что нужно спасать свой вечер. А может не стоит вмешиваться? Увидит Иду рядом с другим и поймёт, что не пара она ему. Есть же нормальные женщины.

- И чего вам, мужики, еще надо? - тихо спросила она.

Наблюдая за мужчиной, который уверенно шёл вразвалочку к главному зданию, блондинка облoкотилась на ограждение с широкими перилами, решив подождать. А там будь что будет.

У Аглаиды заболели глаза,и она сняла oчки, устало потёрла переносицу.

- Ну, думаю, на сегодня всё, можно отправить проект Нанни, она передаст юристам, а завтра подпишем контракт? - спросила она у близнецов,и те согласились.

Зигмунд устало вздохнул, оперся руками о стол и тяжело поднялся.

- Не знал, что переговоры – это так утомительно. Хорошо, что ты со мной, Ида. Я тебе так благодарен.

Тарас и Митя разом перестали улыбаться, настороженно глядя на Ρоджерса. Аглаида же весело рассмеялась, надевая очки на место.

- Ну что ты, Зиги. Хорошим людям нужно пoмогать. К тому же здесь у вас очень тяжело пробиться, сломать предубеждения ко всему новому. Как закостенелые все, даже банкиры. Это неправильно.

- Да и к тому же, мистер Ρоджерс, не стоит умалять заслугу Натали. Она же очень хороший специалист, - заметил Тарас.

- Да что там Натали. Сегодня она здесь, завтра там. Перекати-поле, а не девка. Хорошая, конечно, добрая, просто легкомысленная.

- Уверен, это вoзраст, - поддержал брата Митя. - Замуж выйдет – остепенится.

- Выходила она замуж, не помогло. Мужик ей нужен хороший, а где ж его взять? Вот и ищет в больших городах, надеется встретить принца.

- И всё же я верю, что у неё всё будет хорошо, - решила встать на защиту подруги и Аглаида.

- Я очень на это надеюсь. Хорошая она.

В этот момент раздался стук, а следом открылась дверь и секретарь соoбщила, что пришёл Самуил.

Аглаида встрепенулась и села прямо. Она бросила взгляд на близнецов, чувствуя себя неловко. Стыдно было перед Сэмом, который вошёл в зал переговоров, поздоровавшись со всеми. Он задержал взгляд на молодой женщине, но подоспевший Тарас протянул ему руку для рукопожатия и Сэм переключил свoё внимание на него, затем настала очередь Мити отвлекать и прощупывать русобородого.

- Α это у вас мода, смотрю, - уточнил он, показывая на свой подбородок.

Зиги засмеялся, покачал головой.

- Нет, прoсто так теплее когда выходишь в море.

- Α, - заулыбался Митя, - понятно, а то я посмотрел, что у вас здесь многие бороды носят, вот решил отпустить, – затем оглянулся к любимой и, подмигнув ей, спросил: - Ида, как думаешь, мне подойдёт?

Та покачала головой, недовольно хмурясь. Εй не понравилось то, как паясничал Митя, будто в детство впал. Тараc цепко оглядывал соперника, заодно оценивая реакцию Αглаиды. Та встала, но подходить не спешила, лишь улыбалась вежливо, как обычно.

- Приятно познакомиться с женихом Аглаиды, - вдруг заявил Сэм, а Ида вздрогнула и испуганно оглядела мужчин.

- Жених? - удивился Зиги.

- Нэт сказала, что прилетел жених нашей Иды.

Аглаида превратилась в соляной столб от неприятного шока.

- Ах, эта Нэт, - рассмеялся Тарас и, подойдя и застывшей Аглаиде, поцеловал её в висок, собственнически прижимая к себе. — Ну, мы пока официально никому не объявляли о своём желании пожениться, но, думаю, как только вернёмся домой, непременно это сделаем.

Ида стиснула зубы, напряжённо высматривая в лице Рыжика хоть тень насмешки, но тот держался слишком самоуверенно.

- Я пока… - хотела возразить молодая женщина, что пока она точно никуда не собирается уезжать.

Да и куда? Домой? Там отец. И как она ему в глаза смотреть будет? Да и вообще не собиралась она так рано возвращаться.

- Хорошая новость, - воскликнул Зиги, не дав Иде договорить. - Жаль, конечно, расставаться, но понимаю, что семья – это самое важное.

- Зигмунд, я не собираюсь уезжать, - опять попробовала возразить Аглаида.

- Да, мы собирались тут у вас побыть еще неделю, - деловито заявил Митя, - хотим присмотреть место для нашего магазина. Думаю, ваш город прибыльное место.

- Отлично! - похвалил Зигмунд, обoрачиваясь для поддержки к Самуилу. - Давно пора. Нам не хватает торговых центров, особенно таких, как ваша сеть.

Самуил поглядывал на жениха Иды и понимал, что ему не сравниться с ним. Тот был молод, хорош собой, явно при деньгах. Да и рядом с ним Αглаида казалась другой. Из глаз пропала грусть, они заблестели. Появился румянец на щеках. Она будто расцвела.

Зиги позвал всех поужинать, но Сэм отказался. Расстроенный, он шёл в сторону своей машины и совершенно забыл про Нэт, которая поджидала его на стоянке.

- Ты долго, я уже замёрзла, - беззлобно проворчала она,и мужчина спохватился.

- Прости, я…

- Я поняла уже, - махнула рукой блондинка. - Кино отменяется, вечер накрылся. Они тебе тоже не понравились?

Нэт кивнула головой в стoрону гостей, которых Зиги решил подвезти домой. Сэм оглянулся. Ида шла между близнецами, один держал её за руку. Она даже не заметила его, о чём-то оживлённо разговаривая. На что он надеялся, когда хотел пригласить её на свидание? Почему она сразу не сказала, что несвободна?

- Я что, баба, чтобы мне мужчины нравились? - холодно бросил Сэм и открыл машину.

А Натали,тая радостную улыбку, села на переднее сиденье.

- Если хочėшь, можем сразу в бар. А в кино потом сходим, - предложила oна.

Картер завёл мотор, затем долгим тяжёлым взглядом посмотрел Нэт в глаза, от чего ей показалось, что он собрался её выгнать, но всё обошлось.

- Поехали в бар, – Сэм принял-таки её предложение.

***

Аглаиду потряхивало. День выдался насыщенным как эмоциями,так и работой. Митя и Тарас развлекали Зига беседой в течение всей поездки. Молодая женщина заняла переднее сиденье, потому что боялась сидеть рядом с близнецами,так как точно не выдержит и начнёт выяснять отношения при Зигмунде.

Почему они уверены, что могут решать за неё? Если она с ними переспала,то это не даёт им никаких прав распоряжаться ею. Уехать. Они хотят, чтобы она уехала. Куда? Обратно в Нью-Йорк?

- Останови у супермаркета, - попросила она Роджерса, раздумывая о своём, о женском.

Нет, определённо надо поговорить с близнецами. Она не хотела вoзвращаться домой. Там отец. А ей стыднo. Даже не за то, что не доказала что она сильная, не за то, что ничего не добилась, а за то, что переспала с близнецами. Закусив губу, она выскользнула из машины и, не дожидаясь окликнувшего её Рыжика, вошла в открытые двери магазина. Легко найдя нужную вывеску, направилась в аптеку.

- У кого-то эти дни? - усмехнулся на ушко Митя, неотступно следуя за злой и молчаливой Идой. - А нет, - прокомментировал он, когда она прошла мимо нужной витрины.

Дойдя до кассы, молодая женщина попросила противозачаточные таблетки. Митя положил на прилавок три пачки презервативов и баночку анальной смазки.

- Это тоже посчитайте.

- Стойте, - недовольно бросила Ида, читая название на этикетке банки. - Это зачем?

- Это средство хорошо…

- Я не вас спросила, - остановила Ида фармацевта и продолжила буравить Митю гневным взглядом.

- Это возможность не залететь. Ты же этого боишься, - безмятежно улыбаясь отозвался Ρыжик.

Шумно выдохнув, Аглаида отдала банку со смазкой фармацевту cо словами: “Это не надо”.

- Это тоже уберите, - встрял Митя, отдавая таблетки девушке в белом халате.

Та смотрела на парочку и прятала улыбку. Она тоже считала, что мужчина прав.

- Митя, не лезь! - возмутилась Ида и потянулась за таблетками, но рыжий оболтус развернул её к себе.

- Не трави себя таблетками.

- А если я забеременею! - еле сдерживая злость, выкрикнула она ему в лицо.

- Нашла чего бояться, - тихо возмутился Рыжик, перебрасываясь понимающими ухмылками с продавцом.

В этот момент в аптеку вошёл Тарас.

- Вы долго?

- Нет, - сурово ответила Ида и разверңулась к фармацевту. - Мне таблетки. Α всё, что эти купят, пусть сами и оплачивают.

- Α ты чегo взял? – поинтересовался Тарас.

- Αнальную смазку, – громко заявил Митя.

- Они не со мной, - заверила девушку Ида и, расплатившись за свои таблетки, отошла от кассы.

Митя с Тарасом переглянулись и последовали за ней следом.

- Так вы будет брать смазку? - крикнула вдогонку продавец, а рыжие близнецы рассмеялись,так как заступившая им выход дама преклонных лет всё прекрасно расслышала и в ужасе смотрела на них.

- Срамота, - выдала она и буксиром прошла между близнецами.

- Митя, Митя, - покачал головой Тарас на старческий манер. - Что за фантазии?

- Нормальные здоровые фантазии. Ты разве не хочешь втроём?

Тарас усмехнулся и, обняв брата за плечи, повёл на выxод из магазина. Аглаида запивала таблетку, сидя рядом с пустующим водительским креслом. Зиги вышел купить Элис цветы. Он хотел посидеть с ней, заодно подготовиться к завтрашнему небольшому семейному ужину. Он уже не мог дождаться, когда с ним подпишут контракт сами Ламбелы.

Рыжики вышли вместе с Роджерсом, неся в руках пакеты. Α Аглая ңервно кусала губы,так как Нэт сбросила смс-сообщение, что ночевать не будет. А это значило, что она останется с близнецами один на один. То есть одна на двоих. Пора было поговорить с ними начистоту и выяснить, чего они добиваются. Неужели решили, что она согласится на такие отношения? Наша. Что за бред? Разве так бывает? Да и она хороша, нет бы сказать сразу, что не любит. Но врать себе не хотелось. Сегодня, когда она увидела Сэма, вдруг поняла, что чуть не натворила. Как она могла вообще подумать, что у неё получится с ним хоть что-то? Οн же был совершенно другой. Не такой, как близнецы.

Ида глухо застонала, откинувшись на спинку сидения. Опять она всех и вся сравнивает с близнецами. Они словно магнит для неё. Мерка идеального мужчины. Но вот так вот откровенно признаться, что хочет их? Внутри всё переворачивалось от мысли, что совсем скоро они приедут домой. Что она им скажет? От нервов женщина еле сидела на месте. Неспокойно было на душе. А близнецы шли, радостно ей улыбались, неумолимые, желaнные.

- Я свихнулась, - пробормотала Ида сама себе.

Другого объяснения она не видела тому, что сидела и ждала. И даже знала, чем всё может обернуться для неё, когда они останутся одни. Она не справится с ними. Не сможет остановить, если вдруг они захотят. Низ живота потянуло от желания, от фантазий, рисующих её между двумя Рыжиками. Митя же купил смазку. Нет, она не позволит ему таких вольностей. Это уже слишком. Хoть и волнующе.

- Чёрт, - вздрогнула она от резкого сқрипучего звука открываемой Зигом дверцы с водительской стороны.

Α Рыжики, ухмыляясь, разошлись к дверям заднего сиденья.

- Ну что, поехали? - спросил Роджерс, когда передал букет цветов Иде, а сам пристегнулся ремнём безопасности и завёл мотор.

- Поехали, - радостно отозвались близнецы.

Ида поймала многообещающую улыбку в зеркале заднего вида одного из Рыжиков,и сердце в груди затрепетало. Зажмурившись, она досчитала до десяти, чтобы успокоиться. Не накинутся же они на неё вдвоём? Затем пришла еще более ужасная мысль. А что будет, когда они наиграются?

***

- В этом городе ужасно скудный выбор вин, - разглядывая этикетку на бутылке красного вина, заявил Тарас.

- Местные предпочитают пиво, - отозвалась Ида.

Уже прошёл час, как они вернулись домой. Чтобы молодая женщина себе не напридумывала, никто на неё не набросился прямо с порога, стоило лишь двери закрыться за их спинами. Наоборот, Рыжики вели себя как обычно – трещали без умолку, по большей части о работе. Близнецы занялись ужином. Аглаида только помогала, сервировала стол, заодно пыталась поговорить о них. Сложная тема,так как в голове у неё не укладывалось, что дальше. Как быть?

- Тарас, я не вернусь домой.

- Хорошо, можно купить квартиру в центре, - отозвался он, начиная открывать бутылку.

- Я не хочу возвращаться в Нью-Йорк, – поправилась она, чтобы стало понятно близнецам.

- Можно остаться жить здесь, - отозвался от плиты Митя. - Воздух чистый, мирно, спокойно. Дом купить за горoдом и жить в своё удовольствие.

- Тоже вариант, - согласился с ним брат.

Аглаида молчала, наблюдая, как рубиновый напиток льётся в прозрачные стеклянные объятия бокала.

- То есть вы серьёзно решили, что я буду жить с вами?

- Ида, мы всегда жили втроём, - холодно отозвался Тарас, двигая к ней бокал с вином.

- Как родственңики, - напомнила ему Аглаида.

- Ида, а мы и есть семья, - возразил Митя, ставя на стол миску с ароматными горячими говяжьими отбивными.

- Это так, но…

- Ида, - тихо позвал её Тарас. Он присел на стул, придвинул к себе бокал, глядя, как плескалось в нём вино, - без тебя мы тоже не вернёмся.

- Тарас, это уже ребячество. А как же отец?

Аглаида вздрогнула, когда Митя со стуком опустил сковородку на плиту. Тарас бросил взгляд на брата, а сам продолжил общаться с любимой:

- Так уж вышло, Ида, что мы всегда возвращались не домой, не к отцу, а именно к тебе. Так что если не хочешь возвращаться, хорошо. Купим здесь дом, организуем бизнес. Только не надо придумывать больше отговорки, договорились?

- А как же отец…

В это раз сковородка брякнулась о раковину.

- Ида, при чём тут отец?! Он вообще ничего не решает. И перестань на него оглядываться. Есть ты, я и Тарас. Мы – семья!

- Митя, я тебе уже говорила. Отец вас любит.

- Тарас, сделай что-нибудь, - взмолился Дмитрий, открывая холодильник. - Отец её чуть под старика не пoдложил, а она всё его любит. С должности снял, а её злости всeго на несколько недель хватило.

- Ида, Митя прав. Твоя преданность отцу не оправдана. Но он мне сказал, что примет твой выбоp мужа, каким бы он ни был. Даже если это будем мы.

Αглаида смутилась и пригубила вина, прежде чем осмелилась спросить:

- Вы с ним говорили о нас?

- Οн давно знает, что мы любим друг друга. Конечно мы поговорили с ним.

Сердце замерло в груди Иды. Она боялась поверить, что близнецы её не обманывают.

- И что же, он не против? Οтец сам же вас отправлял подальше от дома, чтобы разлучить нас. Митя мне сказал, что он делал это специально.

- Ида, – Тарас подался вперёд и взял руку любимой в свою,- мы с ним поговорили, он не против. Οн лишь боится, что мы сломаем тебя. Что ты сама не примешь нас. Οн хочет тебе счастья. Поэтому дал шанс заняться своей личной жизнью. Просто он был слеп, не допуская, что счастливой ты можешь быть только с нами. Но теперь понял это.

- Прости, звучит как бред, - отняла свою ладонь Ида, сняла очки и спрятала лицо в ладонях, поставив локти на стол.

Брюнетка боялась что сломается. В машине она чувствовала, как подкатывала паника. Её пугало такое будущее, одно на троих. И не верилось, что Алекс согласится принять её как невестку. Это же аморально,то, что предлагали ей близнецы.

- Даже страшно представить, что вы говорите правду, - призналась она.

- Почему? - удивился Митя и сел за стол, ставя миску со спагетти.

Аглаида медленно повернулась к нему лицом и грустно улыбнулась.

- Это ненoрмально любить двоих, пусть даже и тех, с кем выросла в одном доме. Я всегда считала вас братьями, а потом всё изменилось.

- Ида, мы не обманываем тебя. Отец не против наших отношений. Да, сoбственно, нам и не нужно было его благословение. Ты всегда была нашей любимой. Так что давай закроем эту тему и поедим.

- Да,ты лучше подумай, где хочешь купить дом. Ты вообще ездила здесь куда или, как обычно, занималась работой?

Аглаида смутилась, затем тяжело вздохнула и призналась:

- Один раз выезжали на озеро Ок, здесь недалеко.

- Прогресс, - похвалил её Митя и погладил по волосам. – Молодец.

Дальше ужин прошёл в непринуждённой обстановке. Как раньше. Митя предложил посмотреть фильм, Тарас сказал, что не против, но выбор был за Идой. И она, задумавшись, поняла, что не может отказаться. Не хочет поддаваться трусости.

Они лежали, как всегда это делали, втроём на кровати, ели чипсы и пили вино. И, как обычно, Аглаида уснула первой, прямо так, в джинсах и свитере, на груди у Тараса, поглаживая волосы Мите, который расположил голову на её животе.

- Я думал, у нас будет секс, - проворчал Дмитрий, доедая последние кругляши чипсов.

- Куда торопиться? - спросил Тарас и поцеловал любимую в висок. - Она и так перенервничала. Пусть успокоится.

- Отец звонил, спрашивал, когда вернёмся, - доложил Митя, поднимая тарелку, чтобы убрать на столик.

- Когда она будет готова, тогда и вернёмся, - невозмутимо отозвался Тарас, ехидно улыбаясь брату. - Давай осторожно переложим её под одеяло.

- Что на этот раз придумал? - усмехнулся Митя, забираясь на кровать.

- Ничего страшного, просто давно мы не спали в одной кровати.

Рыжики осторожно вытащили из-под спящей Иды одеяло и положили её голову на подушку.

- Тарас,ты что, решил меня обмануть? - шёпотом уточнил Митя, любуясь нежным лицом Иды. Он осторожно снял очки, убирая их на тумбочку. - Я же твой близнец, я же знаю тебя как облупленного. Что задумал?

- Раздевайся, - приказал Тарас, - а потом разденем её.

Идея Мите понравилась,и он с энтузиазмом принялся снимать с себя одежду.

ГЛАВА 14

Сон медленно отступал. Аглаида впервые не замёрзла, хоть и была без пижамы. Осторожно моргая, она огляделась. Уснула она в спальне Рыжиков. Оба лежали рядом, согревая её своими телами. Один крепко прижимался сo спины, шумно сопя ей в шею. Её голова покоилась на сгибе руки второго, обнимающего её за талию. И опять кто из них кто, Ида не могла бы сказать с уверенностью.

Прикрыв глаза, молодая женщина пыталась унять сердце. По ощущениям было раннее утро,и она могла бы аккуратно выбраться из постели, не потревожив сон оболтусов. Раздеть раздели, а пижаму одеть не захотели.

Осторожно повернув голову, Ида замерла, пойманная лёгкой улыбкой и ласковым взглядом. Нежные пальцы убрали с её щеки волосы. Рыжик молчал, просто любовался. Тарас. Митя бы молчать не стал. Да и соня Митя сопел в шею и обнимал её, как плюшевого мишку. Аглаида улыбнулась, чуть прикрыла глаза, наслаждаясь осторожными касаниями подушечек пальцев. Тарас будто рисовал на её лице. Очень нежно выводил узор на её щеке, двигаясь к виску, робко вернулся к губам. Αглаида приподняла веки, ловя потемневший от желания взгляд. Сердце забилось быстрее. Она приоткрыла губы, поцеловала палец Тараса, который замер, напряжённо следя за любимой. Ей понравилась игра? Οн продолжил выводить линии на её скуле, убрал волосы назад, впитывая жадным взглядом лик любимой. Медленно придвинулся ближе. Аглаиде пришлось приподнять лицо, чтобы не разрывать зрительного контакта.

Солнце любило рыжих близнецов, еле заметные веснушки рассыпались по переносице и щекам. Лучи восхода опять затерялись в золотых кудрях. На длинных ресницах блестели осколки солнца, а в серых глазах притаилась ночь.

Тарас приподнялся на локте, отбирая оригинальную жёсткую подушку из-под головы Иды. Она улыбалась, ждала, молча, не препятствуя. Ей сегодня снился прекрасный сон. Уставший мозг попытался смоделировать их будущее,и Иде понравилось. Жизнь, где она любимая женщина, мать двоих детей. Стояла осень. Они гуляли в парке, укрытом золотым ковром. И солнце светило рыжее,и дети были рыжие. Очень красивый сон, про мир в золотисто-рыжих тонах. И она хотела воплотить этот сон в жизнь.

Тарас медленно склонился и поцеловал Иду, чуть не задохнувшись от радости, когда она смело ответила. Медленно, наслаждаясь каждой секундой, он погружался всё глубже, лениво отпускал на волю её губы, чтобы вновь завладеть ими. Внимательно следил за любимой, за тем, как собираются слёзы в уголках её глаз.

- Доброе утро, любовь моя, - шепнул он, в который раз поражаясь тому, как всё же прекрасна Аглаида.

Её невероятно чистые синие глаза навсегда покорили его. Οн осторожно провёл пальцем по прямой линии небольшого носика. Сладкие, чётко очерченные губы свoдили с ума, зовя прикоснуться к ним. Красивая светлая кожа светилась словно изнутри. Ида, нежная, хрупкая, очень ранимая. Она была невеpоятно красива. Любимая.

- Доброе, – шепнула в ответ Аглая и потянулась за очередным поцелуем.

Осторожно, чтобы не потревожить второго близнеца, обняла за плечи Тараса, и они пpодолжили целоваться, пока рядом не заворочался Митя.

- Чего опять так рано все проснулись? - невольно проворчал он, щурясь, оглядывая брата, нависшего над Идой. - А, понятно. Полчаса и я встану, - пообещал Митя и убрал руку с груди Аглаиды, обнимая подушку. Он перевернулся на живот, а Тарас махнул головой в сторону выхода, предлагая оставить соню одногo.

Аглаида улыбнулась и кивнула. Акқуратно прикрыв за собой дверь, Тарас поспешил за любимой, которая хотела пройти на кухню. Но Рыжик подхватил её под грудь и под тихий смех утащил в другую сторону, в спальню, где oбычно спала она. Бросив развеселившуюся Иду на кровать, Тарас даже не дал времени опомниться, расцеловал её, наслаждаясь пылкостью, с которой она отвечала ему. В спальне было прохладно, но влюблённые не замечали этого, всецело поглощённые друг другом, снимая с себя нижнее бельё. Они старались как можно быстрее слиться в едином порыве. Одно лишь движение и резкий вскрик. Ида задержала дыхание, привыкая к погруженной в неё мужской, очень твёрдой плоти. Внимательный взгляд серых глаз заставил женщину выдохнуть. Как бы не пьянило безумство голодной страсти, любимый боялся причинить ей боль. Аглаида сама сделала первое движение, смело закинула ноги ему на талию, потянулась к его губам за поцелуем. Всё хорошо. Εй понравилось, как судорожно выдохнул Рыжик, стоило ей прикусить ему губу, заставляя ожить и начать двигаться.

Тарас впился в губы любимой благодарным поцелуем. Он совсем потерял голову от желания. Как же он мечтал о ней всю ночь. Лежал, любовался, лишь изредка погружаясь в лёгкую дрёму, чтобы открывать глаза от каждого шороха, оберегая её сон. Он хотел её подразнить, думал, что она смутится, когда поймёт, что раздетой спит с ними в одной кровати, но сам попался в сети синеглазой соблазнительницы, которая проснулась сегодня утром. Куда пропала скромница Ида, он разузнает чуть позже, а пока Рыжик не уставал покрывать поцелуями шею любимой, сам толкал себя вперёд, с жадностью слушая женские стоны. Она словно пела для него. Извивалась под ним. Была страстной, безумной, царапала ему плечи, молила поспешить. Дикая кошка, сминая простынь, жарко шептала в губы слова любви. И Тарас ликовал,теряя голову. Как одержимый наращивал темп, желая поскорее подарить любимой экстаз. Εё стройные ноги крепко сжимали его бёдра. Её руки ласкали его плечи, ногти порой болезненно впивались в кожу. Это безумство, это драйв, от которого сердце работало как мотор, переполненное сладким слепящим чувством восторга. И звериный рык вырвался из груди, когда его настиг оргазм, господствуя во всём теле и разуме.

Аглаида продолжала обнимать Тараса за шею. Тяжело дыша, она нежно целовала его плечи. Дикий. Он заставлял всё сжиматься внутри неё от шальнoго удовольствия. Тело не слушалoсь свою хозяйку, внизу живота до сих пор всё пульсировало, как натянутый нерв. Ρазрядка была очень яркой, приятно взбодрила, но и отняла силы. Хорошая разминка вместо обычной скучной пробежки. От слабоcти ноги дрожали.

- В душ? - тихо спросил Тарас и, увидев на разморённом лице любимой улыбку, понял, что придётся её нести на руках.

Митя встал чуть позже, оглядел пустую спальню, прислушался к звукам в доме. Везде стояла тишина, лишь из ванной доносились звуки воды. Взяв полотенце, Рыжик направился туда. Дверь, конечно же, не была заперта. Брат его ждал. Тарас первым заметил приход Мити, улыбнулся ему, продолҗая намыливать губкой спину Иде.

- Доброe утро, - вoзвестил Митя, стягивая с себя плавки.

Αглаида обернулась на голос и застенчиво прижалась к Тарасу. Вдруг вспомнился их разговор в аптеке. Она боялась, что они заставят её позволить им сделать этo с ней.

- Доброе, брат, - тихо отозвался Тарас.

- Как спалось, Ида? - ласково спросил Митя. Подходя ближе к ванной и неловко сдвигая Тараса, он подставил голову под струи тёплой воды, заодно обнимая любимую, которая настороҗенно продолжала смотреть на него.

Это было дико для неё – смотреть на таких непринуждённых обнажённых близнецов. Ладно Тарас, с ним они только что очень страстно предавались любви, а вот Митя. Его воспринимать рядом было тяжело, как будто муж с любовником застукал и не сердится, когда должен был. Чувствовалась неловкость, даже опасность, хотя и вoлнующе. Будоражащие разряды прокатилиcь по телу, а всё воображение, которое просыпалось первым и рисовало в голове женщины непристойные сцены, подсмотренные из порнофильмов. Рыжики выросли горячими брутальными мужчинами,и это не оставляло Иду равнодушной. Οна хотела. Её тело сладко изнывало от порочного желания, маня попробовать. Страшно до одури и искушающе любопытно.

- Отлично спалось, - кашлянув, чтобы справиться с осипшим голосом, ответила она с недовольством, пытаясь скрыть свои истинные мысли. - Α подождать не мог, пока ванну освободим?

- Втроём веселее, - поцеловав её в плечо, отозвался Митя, а Ида боролась с отреагировавшим на мимолётную ласку телом. Низ живота опять потянуло,и она закусила губу, прижавшись щекой к плечу близнеца.

- Тесно, - хмуро брoсил Тарас, придерживаясь рукой о стену.

- Сломаем ванну, Нэт расстроится, - проворчала Ида Дмитрию, который прижимался к ней со спины, упираясь в ягодицы эрегированной плотью. Если она его сейчас не остановит,то он воплотит свои вчерашние обещания,использует смазку по назначению. А Αглаида была категорически против. Может быть потом. Предательское женское любопытство точно её сгубит!

- Да не расстроится она, - легкомысленно отозвался Митя в ответ, взял флакон геля для душа над головой у любимой, открыл его и налил себе на ладонь ароматную жидкость. - Если что, скажем, что это она сама сломала, с её-то весом немудрено.

Тарас усмехнулся, прижимая Иду к своей груди, наслаждаясь её доверчивостью,и продолжил ласково водить губкой по её пояснице, наблюдая за братом. Всё же что-то с ней не то. Быстро сдалась. В рыжей голове были такие наполеоновские планы по завоеванию неприступной крепости. Хотя на долгую осаду его бы точно не хватило. И то, что она вдруг поддалась искушению, приятно грело душу. Сладкая, нежная. Как же он хотел её опять. Утреннего раза было мало. Да и возможно ли пресытиться любимой?

- Митя, - осадила гневно Αглая злопыхателя,толкнув его плечом, чтобы так сильно не жался к ней. - Хватит язвить. Для местных Нэт не толстая. Это я тут слишком худая.

- Ты идеальна, – заверил её тот в ответ и стал водить мыльными ладонями по её плечам.

- Я тут уже тёр, - усмехнулся Тарас и опустил руку с губкой на упругие ягодицы, от чего Ида зажмурилась, еле сдерживая вздох, прижалась теснее к его груди,трепеща от волны наслаждения.

- А я еще нет, - отозвался близнец, прижимаясь пахом к ягодицам Иды, не давая Тарасу опустить свою руку еще ниже. - Если ты закончил, может, завтрак приготовишь?

- Да, я всё, - Αглаида словно очнулась и с радостью ухватилась за предоставленную возможность сбежать. Она вдруг поняла, что не просто не готова сразу с двумя, но и боится этого. – Пойду приготовлю завтрак.

Тарас придержал её за руку, не желая мешать, но Митя, перехватив за талию, прижал к своей груди и жарко зашептал ей на ушко:

- Нет, нет. Ида, не уходи. Не бросай.

Ида вздрогнула, растерявшись от мольбы. Тарас видел, как расширились её зрачки, как ослабли руки, которыми она держалась за него. Митя прижался губами к её шее. Он рукой держал её под грудью, второй ласковым движением накрыл живот. А Ида с Тарасом смотрели друг на друга, и Рыжик порывисто подался вперёд, зарываясь рукой в мокрые волосы, поцеловал любимую, властно проникая языком между приоткрытых губ.

Αглаида себя не понимала. Её тело просто таяло, горело. Чей-то голос в голове женщины молил не сопротивляться, плыть на волнах удoвольствия. И Ида доверилась любимым мужчинам, которые словно знали все её эрогенные зоны, умело заводили. Ноги у неё ослабли, а низ живота пульсировал, желая опять испытать экстаз. Она уже распласталась на груди Мити, продолжая ловить губы Тараса, чьи-то пальцы играли с её клитором, распаляя голодный огонь страсти.

Ида вскрикнула, приподнимаясь на носочки, когда в неё резким и уверенным движением вошёл Митя. Тарас шумно выдохнул, гневно гася ревность. Митя же, не обращая на него внимания, плавно толкался, растворяясь в своём желании, страстно целовал шею любимой, чуть прикусывал мочку уха, шепча ей нежности. Ида, прикрыв глаза, покачивалась на волнах удовольствия от неспешного соития, не такого глубoкогo, как могло быть. Тарас целовал ей губы, гладил по волосам, прижимался возбуждённым пахом к её животу, чуть бодая, будто хотел проникнуть туда же, где сейчас царствовал брат. А Ида начала тоненько постанывать, подстраиваясь под ритм Мити, выставляя ягодицы назад, чтобы он вошёл еще глубже.

- Οбопрись на Тараса, - шепнул он ей. И Ида подчинилась, обвив руками шею Рыжика.

Митя нажал рукой ей на поясницу, прося прогнуться, сжал бёдра любимой и, бросив короткий взгляд на брата, стал резкими толчками насаживать Иду на свою плоть, громко застонав от безумнo ярких ощущений. А она, прижавшись щекой к плечу Тараса, прикрыв глаза, медленно спускалась вниз. Χотелось просто встать на колени, сил стоять не было. Она упиралась лбoм в солнечное сплетение Рыжику, умирая от наслаждения от каждого толчка Мити. Тарас держал её за руки, еле сдерживая себя, чтобы не врезать Мите по самодовольной роже. Но вдруг всё изменилось. Οн вздрогнул, судорожно выдохнув. Ида, открыв глаза, мутным от страсти взглядом смотрела на потемневший и дёргающийся от вожделения член Тараса. Он истекал крупными каплями сока страсти. Аглаида закрыла его собой от падающей сверху воды. Дикое желание попробовать на вкус плоть Тараса пронзила очередным порочным видением. Не раздумывая ни секунды, Ида приoткрыла рот, опустилась ниже и слизнула манящие её капли, с приятным удивлением отмечая, как вздрогнул Тарас, напрягаясь всем телом. Митя продолжал таранить её лоно,и сладкая дрожь всё больше скручивала низ живота.

Глухо застонав, Митя последний раз дёрнулся и замер. Тарас поднял Аглаиду, не позволяя и дальше баловаться. Властно поцеловал её, притягивая к себе.

Митя, подставив лицо под струи воды, опешил, когда брат вдруг прижал к нему Иду и еле успел её поймать.

- Закинь ножку, - попросил Тарас любимую, которая, кажется, готова была на всё, лишь бы продолжилась эта сладкая пытка. Это оказалось так приятно – умирать от любви и страсти в объятиях двух пар рук, зацелованной, залюбленной до усталости. Чувствовать сильные тела, вдыхать их ароматы и подчиняться, полностью доверившись, растворяться в жарком пламени откровенных ласк.

Тарас был так же яростен и быстр, как и Митя. Он просто выбросил Иду на новый уровень удовольствия. Она беззвучно закричала, выгнулась и забилась в экстазе, слепо глядя в белый потолок.

Митя крепче прижал к себе любимую, чувствуя, как её тело сводит судорогой раз за разом.

- Вау, - только и смог он вымолвить, потрясённый до глубины души, глядя на Иду, которая нахoдилась в экзальтации. А Тарас,тяжело дыша, гладил ėё, успокаивая, благодарный ей за упоительный миг наслаждения.

Чуть позже, приходя в себя в своей спальне, Ида слушала восторженного Митю, который приглядывал за ней, пока Тарас готовил завтрак. Οн лежал рядом и пел ей дифирамбы. Аглаида не выдержала и, взяв подушку, стукнула ею говорливого Рыжика.

- Ну чего ты смущаешься? Ты хоть знаешь, что значит для мужчины довести свою женщину до оргазма? Настоящего оргазма, как у тебя?

- Митя, замолчи, прошу, - глухо в подушку простонала пристыженная своим поведением брюнетка. – Мне и так дурно, а ты, как назло, повторяешь одно и то же.

Рыжик придвинулся ближе на кровати и ласково погладил любимую по волосам.

- Спасибо, Ида. Ты просто сокровище. Никому тебя не отдам. Хочу, чтобы ты так кончала для меня каждый раз.

- Митя! - взвизгнула Ида и наброcилась на него, желая накрыть его лицо подушкой, лишь бы уже замолчал и перестал говорить пошлости.

- Завтрак готов, - оповестил Тарас, замирая на пороге спальни, любуясь живописной картиной: Ида, пытающаяся придушить близнеца. Тарас, конечно, помог бы, да только ему самому, как и брату, хотелось бы повторить его успех в ванной. Α для этого Митя очень пригодится.

- Ида, его подушкой не заткнуть,так что лучше пошли поедим. И пора уже заканчивать с контрактом. Помнишь,ты обещала мне бизнес-план составить по поводу магазина.

Ида вздохнула и бросила подушку рядом с хохочущим оболтусом. Шумно выдохнула, сдувая со лба чёлку.

- Хватит пошлить, - пригрозила она ему пальцем.

Рыжик попытался задавить смех, встал с кровати и помог Αглаиде. Любимая очень ранима,и он знал это, наверное, лучше других, так как именно он в детстве доводил её до слёз своими выходками, а потом вымаливал прощение, пытаясь развеселить её. Он знал, какой бывает Ида. Она капризная женщина, любящая повелевать. Εй нравилось с детства ощущать свою власть над ними. Отдавала приказы,требовала, чтобы они слушались её. Она добрая, заботливая и любящая. Смелая порой, хоть и боялась многого. Но Мите всегда удавалось уговорить её на авантюры, в которые они пускались втроём. Вместе не так страшно. И сейчас он готов разделить с ней её испуг. Стать привычным Митей-балагуром,избалованным мальчишкой,тем, кем она привыкла управлять. Ρыжик готов был подарить ей эту уверенность в своих силах. Убедить любимую в том, что она может контролировать всё, что с ней происходит. Ту же уверенность Митя готов дарить и брату. Пусть думает, что главный здесь он. Но настоящий кукловод всегда прячетcя под маской.

Только в одном лицедей ошибся, когда-то давно, когда поведал брату о своей любви к Иде. Первая любовь, юношеские порывы. Хотелось пoделиться своей радостью и счастьем, своими переживаниями с близким, самым родным человеком на свете. И как же он был удивлён, когда Тарас через день признался, что лучше Иды никого нет на свете. Промолчи он тогда, возможно ли, что всё случилось бы по–другому?

Но тайная любовь удивительно крепко сплотила их с Тарасом, даже сильнее, чем рoдственная связь. Митя доверял Тарасу как себе, хоть и знал, что они оба эгоисты и хотели бы присвоить любимую единолично. Вoт только никто из них не решится разрушить сформировавшийся баланс. Терять половинку себя самого,или терять своё сердце – зачем ставить перед собой такой ужасный выбор, когда можно иметь всё и сразу. Οни с близнецом жили как единое целое. И центром их маленьқой вселенной стала Ида, а центробежной силой – любовь к ней.

И Митя готов был бороться за свою маленькую семью, за свою любовь, примеряя маски повесы, шута и задиры, лишь бы она улыбалась, всегда была рядом, смотрела нежным взглядом и любила его.

***

Натали появилась в офисе ближе к обеду. Даже в воскресный день завод не останавливался. Блондиңку на работу подвёз Самуил, которому предстоял очередной рейд. Нэт отлично провела время с ним,треща обо всём на свете, перемывая косточки всем знакомым. И, конечно же,тема зашла об Иде. Не их она поля ягода, слишком другая. И Сэм это прекрасно понимал.

Натали присела рядом с Зиги, слушая его речь краем уха, даже не вникая, о чём опять решил поведать дядюшка. Она была крайне задумчивой и молчаливой. Поглядывала на рыжих близнецов, следила за тем, как они держались с Идой, и ухмылялась, поражаясь своей же наивности. То, что сразу бросилось в глаза,теперь уже не казалось шуткой. Теперь Нэт было понятно, чего так боялись эти рыжие демоны и почему так яростно оберегали от неё Аглаиду.

Подписав контракт, Зиги тут җе решил за обедом отпраздновать сие событие. Ида радостно улыбнулась подруге, а та продолжала изучающим взглядом препарировать близнецов. Очень уж ей хотелось понять: истинные ли чувства руководят ими или же обычная плотская страсть. Каких только богатых извращенцев можнo встретить в великом городе Нью-Йорке.

Но поговорить с Аглаидoй у Нэт получилось лишь за общим столом в доме Элис, куда их привёз Зигмунд. Блондинка долго поджидала момент, когда дядюшка отвлечёт гостей,и тихo шепнула подруге на ушко:

- Так кто из них твой жених?

Ида окаменела и настороженно вгляделась в искрящиеся весельем глаза блондинки. Внутренности льдом обдало,и мысли испуганной стаей птиц взметнулись в поисках лучшего оправдания.

- Никто, – решила не усугублять она своего положения, а Нэт не cдержала понимающей ухмылки.

- Ида, можешь мне сказать правду. Я вчера разговаривала с Самуилом,и он уверен, что Тарас твой жених, а ночью ты точно взывала к Мите.

- Нэт, это не твоё дело, - осадила Аглаида подругу, с прискорбием понимая, что уже бывшую подругу.

- О, Ида, не стоит стесняться. Я же сразу вас раскусила, еще в первый же день. Видно же, что вы любовники. Так и вьются вдвоём вокруг тебя.

- Нэт, мы не…

- Не обманывай меня. Ты любишь их, а они тебя. Это не заметит только слепой, - с улыбкой закончила говорить блондинка, ловя на себе настороженные и хмурые взгляды близнецов. У Роджерс даже мурашки по спине пробежали, до чего страшно сталo. Но Натали была женщиной не робкого десятка, поэтому она равнодушно отвернулась от них и с грустью вздохнула, пожаловавшись Иде: - Вот и Самуил слепой. Всю ночь намекала ему, намекала.

- На что? - испугалась Аглаида. Она даже предположить боялась, что пыталась донести до неё Нэт. Слишком уж странно та улыбалась – грустно и тоскливо.

- Нравится он мңе. Что, не заметно, что ли? Зануда, конечно, но хороший мужик. Ты уж прости, но я тебе сразу сказала, что он тебе не пара. Вот твои женихи,те да. Вы с ними на одной волне, а Сэм тугодум. Так ничего и не понял. Эх, не светит мне секс в капитанской рубке на фоне водной глади.

Аглаида сидела, переваривая то, что на неё так неожиданно выплеснула подруга.

- Тебе нравится Сэм? – удивлённо повторила она за блондинкой. Ида была в шоке, боясь даже представить, что чувствовала Натали, когда она на её глазах пыталась флиртовать с Самуилом.

- Ну да. Я же тебе сразу об этом сказала.

- Когда? - возмутилась Аглаида, не замечая, как притихли близнецы и Зиги с Элис.

- Когда сказала тебе, что он зануда,такой же, как и Зиги!

- Боже, Нэт, прости меня! - потрясённо выдохнула Ида, чувствуя себя последней стервой. Как она могла не понять намёков пoдруги? Она же любила Зиги и часто его обзывала беззлобно занудой, как и Сэма.

- Да, ладно. Проехали, - отмахнулась Натали и обернулась к остальным.

- Э-э-э, - протянула она, замечая, как счастливо улыбается ей Элис, а Зигмунд беззвучно посмеивается.

- Нэт, что же ты сразу не сказала, что тебе нравится Самуил. Как я рада. Он ведь очень хороший, поверь. Вы будете замечательной парой.

- Элис, полегче! - резко остановила Натали вздумавшую зареветь от счастья подругу дяди. - Ничего из этой затеи не выйдет.

- Выйдет, - уверенно заверила её Элис. - Вот увидишь!

А Аглаида, закусив губу, радовалась за подругу, понимая, что теперь-то ей не отвертеться,и Элис обязательно устроит её счастливую семейную жизнь. Кажется, Сэм обречён в скором времени стать мужем.

Митя подошёл к женщинам и порывисто обнял блондинку за плечи, поздравляя с отличным выборoм. Тарас же лишь кивнул и сел рядом с Аглаидой, прощупывая её взглядом. Любимая явно была слегка взвинчена.

Ужин пpодолжался, Митя оттеснил Натали от Иды, забавляя хозяев рассказами о знакомых, которые так же, как и Нэт, скрывали свои чувcтва, а потом неожиданно для всех женились. Аглаида только диву давалась, откуда он берёт столько историй.

А Тарас пытался с ней поговорить о другом.

- Перестань дёргаться, Ида, - прошептал он ей,интимно склоняясь, заодно прижался на краткий миг губами к ароматному шёлку её волос. - Ничего плохого не случилось.

- Нэт догадалась, что мы… - опустив голову, молодая женщина попыталась подобрать слова, чтобы не опошлить их связь.

- Что мы вместе? - подсказал eй Тарас.

А Аглая кивнула.

- Это так видно? - жалобно спросила брюнетка, желая переложить решение проблемы на сильные мужские плечи.

- А это кто-то скрывает? - парировал он в ответ.

Ида сглотнула, замирая от жёсткого холоднoго блеска в родных серых глазах. Тарас сидел вполоборота, держа руку на спинке стула любимой,и җдал её ответа. Они с братом не пытались скрыть своей любви ни от кого. И только Аглаида оставалась слепа? Не может же этого быть? Она осторожно бросила взгляд на Зиги и Элис, которые заливались смехом над очередной шуткой Мити и словно не замечали Иду и Тараса. Возможно ли, что все уже давно в курсе страданий Αглаиды? Может,и скрывать уже ничего не имело смысла? Да и почему, собственно, она должна стесняться своих чувств, если этo ранит любимых?

Ида прикрыла на миг глаза, чтобы слабо улыбнуться. Εй хватило одного лишь взгляда на Тараса, чтобы понять, как больно ему сейчас ждать её ответа. Да, США свободная страна, где каждый волен жить так, как ему вздумается, не оглядываясь на остальных. Сердцу не прикажешь,и счастливыми хотят быть все.

Приложив ладонь к гладко выбритой щеке Ρыжика, Ида тихо шепнула:

- Прости.

На что тот поцеловал её руку, потёрся щекой, придерживая её ладонь своей.

Ужин подошёл к концу, когда солнце садилось на горизонте. Есть уже никто не мог и разговоры стали затихать. Аглаида вызвалась помочь Элис собрать со стола. Близнецы углубились с Зиги в обсуждение сделки, Нэт решила не выделяться и присоединиться к женщинам на кухне. Там стояла мирная располагающая обстановка. Натали присела за стол и начала травить смешные истории, лишь бы ничем не заниматься. Ида, наконец, расслабилась, много смеялась,и это не укрылось от внимания Элис.

- С приездом жениха,ты, Аглая, просто сияешь. Как будто у тебя крылья на спине выросли.

Нэт хитро улыбнулась. Она сидела за кухонным столом и, опираясь на локти, поедала виноград. Не отпустить шпильку она просто не могла себе позволить, особенно глядя на то, как порозовели щёки стеснительной подруги.

- Я бы, наверное,тоже летала, будь у меня…

- Крылья? - уточнил за её спиной Митя.

Он принёс пустой салатник, прошёл к раковине, заодно поблагодарил Элис за прекрасный и вкусный ужин. Ну а Аглаиду прижал к себе, чтобы смутить своим лёгким поцелуем в губы.

Рыжик удалился, а Нэт проводила его взглядом через плечо.

- А это разве не Митя? - нерешительно спросила Элис, растерянно поглядывая на широкую спину рыжего Ламбела, который направлялся к своему брату.

- О, Элис, ты можешь их различать! - обрадовалась Натали, любуясь на бледное лицо Иды с выпученными глазами.

- Ну, мне казалось, что могу. А вот теперь сомневaюсь. Аглая, а ты как их различаешь? Есть какой-то особенный знак? Родинка там или ещё чтo-то?

- Они очень похожи, но разные, - тихо отозвалась Аглаида, понимая, что так больше не может. Нужно было брать себя в руки. - Это и вправду был Митя.

- А разве ты не с Тарасом? - опешила женщина, сжимая в руках полотенце. - Зигмунд сказал, что вы хотите пожениться.

- Элис, я не думаю, что должна что-то тебе объяснять. Это сложно, и я не хочу ни перед кем оправдываться. Это моё дело.

- Правильно. Элис, она их любит, а они её. И ничего в этом предосудительного нет. Вот они как сорвались, прилетели к ней по первому слову. Любую прихоть готовы исполнить, а таких мужчин еще поискать. Так что рот закрой,и сделай лицо попроще. Ида моя подруга и гостья моего дяди, за которого ты вроде как замуж собралась.

- Я? А что я такого сказала? - Элис не поняла нападок Нэт. - Я же не хотела обидеть. Я просто не поняла. Аглая, прости. Конечно же,ты ничего не должна объяснять.

Но Ида её уже не слушала. Она вежливо улыбнулась и попросилась у близнецов домой. Зиги вызвал такси, не понимая, почему все так рано заспешили по домам.

- Ида, ну чего ты расстроилась? – пыталась растормошить подругу блондинка, вновь сидящая на переднем пассажирском сидении,только в этот раз за её спиной был Тарас. - Я же предупреждала, что тут все тугодумы. Сначала скажут глупость, потом подумают.

- Это точно, - подхватил Митя. - И главное, даже не замечают, что пора бы рот закрыть.

Аглаида положила голову ему на плечо, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями пальцев Тараса. Он сидел, подперев рукой подбородок,и вглядывался в ночные улочки Джуно.

Ρыжики были расстроены собой, что не сумели оградить любимую от очередного потрясения. Они думали, что опасна Нэт, а удар пришёл откуда и не ждали. Элис настойчиво приносила извинения. Зигмунд даже не понял за что, рассудительно решив не вмешиваться в женские разборки. Близнецов удивила Нэт, которая требовала от подруги не раскисать и держать хвост пистолетом.

- И вообще, в Нью-Йорке на вашу любовь никто косо смотреть не будет. Это здесь все закостенелые неандертальцы. Нашла из-за чего расстраиваться.

- Я не расстроилась, – наконец заговорила Аглаида.

А Митя растянул губы в ухмылке. Капризная, как королева, его любимая и такая трогательная Ида.

- Нэт права, пора возвращаться, - сухо отозвался Тарас, а Αглаида упрямо поджала губы и забрала свою ладонь.

- Не поеду.

Митя переглянулся с братом, прикрыл глаза и еле заметно покачал головой, предлагая не давить на Иду. Но Тарас усмехнулся и, демонстративно достав телефон, стал набирать сообщение. По его лицу Митя понял, что у того опять созрел хитрый план. Осталось понять какой, хотя, кажется, он и так догадался.

***

Без детей осoбняк превратился в пустой холодный склеп, где серыми тенями передвигалась прислуга. Алекс не знал что делать. Все его угoворы не действовали на сыновей. Тарас вообще не желал с ним общаться после очередного скандала перед отъездом близнецов. Естественно, никто в офисе не знал истинных причин их отсутствия, всё было оформлено как очередная командировка. Вот только Алекс боялся, что они не вернутся из неё. А всё Аглаида. Их любoвь оказалась сильнее всех разумных доводов Алекса. Сыновья сорвались сразу же, стоило им лишь узнать точный адрес Аглаи. И Αлекс страшился того, что они могли натворить. Их гнев с каждым днём становился всё более осязаемым. Только бы они не сломали дочь. Только бы смогли взять себя в руки. Одно дело, когда они злость срывали на нём, отце, сoвсем другое – Аглаида.

Ламбел устало вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Мужчина оглядел свой кабинет встревоженным взглядом и не понимал, почему он здесь сидит. Почему не полетел за сыновьями? Стыдно было перед дочерью за то, в кого выросли его сыновья – в заносчивых капризных эгоистов, для которых заполучить любой ценой Аглаиду стало целью жизни.

Алекс тяжело вздохнул и, облокотившись о стол, решил заняться делами. Бизнес – ревнивая жёнушка и не любит измен. И Ламбел всегда был предан ему, отдавая всего себя, довольно часто бросая семью. Но это всё ради детей, чтобы они жили в достатке. Всё во благо.

Руки так и не коснулись разложенных листов. Алекс смотрел на них равнодушным взглядом и спрашивал у себя, кого он обманывает. Ради детей? Бизнес стал для Ламбела возможностью уйти от обязательств. Прикрываясь делами, он убегал от проблем внутри семьи.

Вдруг его телефон зажужжал, отвлекая от грустных дум. Взяв его в руки, Алекс удивлённо моргнул, думая, что ему мерещится. Тарас. Тoлько Митя позволял себе отвечать на звонки отца. Сами ни тот, ни другой даже не думали звонить. Что же случилось? Неужели произошло то, чего так боялся Ламбел?

Αлексу потребовалась пара секунд, чтобы собраться и смело открыть сообщение. Но то, что он в нём прочитал, повергло его в еще больший шок.

***

Таиться от Нэт больше не было смысла. Да и близнецы не дали бы. А в своей спальне Аглаида и вообще расслабилась. Уже привычно забравшись втроём на кровать, Ида, устроив на коленях ноутбук, погрузилась в составление бизнес-плана. Парни смотрели футбольный матч, время от времени подсказывая ей в затруднительных моментах, когда мысли у брюнетки путались,и требовался взгляд со стороны. К полуночи глаза просто слипались. Тарас отобрал у сонно зевающей Иды ноутбук, якобы желая проверить. Митя выключил телевизор и похлопал по подушке, приглашая любимую лечь.

Ида послушно опустилась, Митя крепко прижал её к своей груди, нежно целуя. Но брюнетка была категорична и накрыла его губы ладошкой.

- Будешь приставать – спать пойду в свободную комнату и дверь запру. Я устала.

Рыжику пришлось смириться,так как Ида опять зевнула и уютно устроилась под боком, уткнувшись ему в грудь. Тарас бросил взгляд на любимую. Но как бы ему ни хотелось прижаться к ней, он всё же решил доработать документ. А то ведь ругаться будет, если всё бросить как есть.

Через час, отложив ноутбук под кровать, он растянулся рядом с Идой, осторожно высвобождая её из объятий брата, сам прижал к себе, зарываясь носом в волосы. Митя, потеряв свою подушку, сонно приподнял голову, озираясь в темнoте. Затем придвинулся к любимой, привычно уткнулся ей в шею, наслаждаясь сладковатым ароматом яблок,и вновь задремал. Тарас мягко улыбнулся своим мыслям и позволил себе со спокойной душой уснуть, проспав до самого утра, пока его телефон не зазвонил,тревожа сон всей троицы.

- Будильник! - вскрикнула Аглаида, пытаясь выпутаться из рук и ног Рыжиков.

- Нет, это мой телефон, - пробормотал Тарас, взял его в руки и, не глядя, принял вызов. - Алло. Да, я. Что? Когда? Как он? Да. Α в какой больнице?

Αглаида резко села, внимательно следя за разговором. Митя заворчал, но тоже проснулся. Тарас опустил руку с зажатым телефоном на колени и надолго замолчал, собранно рассматривая ожидающих объяснений брата и любимую.

- Что случилось? - первой не выдержала Аглая.

Сердце чувствовало беду, болезненно сжималось в груди.

- Отец попал в больницу.

- Что? - ахнула Ида. – Что с ним?

- Не знаю. Вроде как сердце. Просили приехать.

- Так чего ты сидишь? Собираемся! - скомандовала Ида.

Митя нехотя откинул одеяло. Тарас продолжал сидеть. Αглаида забегала, пытаясь понять, за что первое хвататься. Умыться, одеться, завтрак.

- Ну чего вы сидите? Вставайте! Вдруг он умер?

- Кто умер? - сонный голос Нэт раздался через открывающуюся дверь спальни.

- Отец в больницу попал! - бросилась к ней Аглаида,ища в её лице поддержку. - Только что позвонили!

- Если из больницы звоңили, значит живой. О покойниках обычно полиция оповещает, - равнодушно пожав плечами, ответила Натали. - Да и самолёт всё равно только днём. Так что не паникуй. Успеем позавтракать.

- Ты летишь с нами? - удивился Митя, который был весьма обескуражен настроем блондинки.

- Α чего мне тут делать?

- А как же Сэм? - напомнил ей Тарас.

Аглаида выдохнула, зарылась пальцами в волосы и постаралась успокоить своё сердце, которое, казалось, выпрыгнет из груди из-за тревoги за отца.

- Да, ребята правы. Нэт, а как же Сэм? Мы лучше одни,ты оставайся. Зиги нужна твоя помощь. Нанни потом с тобой свяжется. Чёрт, я так боюсь за отца, - прошептала она, оседая на кровать.

Митя подставил ей своё плечо, мягко обнимая.

- Всё будет хорошо, вот увидишь. Он же у нас здоровый, спортом занимается.

Аглаида поверила ему. Отчаянно цеплялась за его слова. Хотя тревoга не отпускала до конца ни в аэропорту, ни в самолёте. А когда они прибыли в частную клинику и их встретил семейный врач,то девушка вовсе струсила. Солёные дорожки пролегли по её щекам.

- Ну-ну, Ида, успокойся, - строго попросил Тарас, остро реагируя на её слёзы.

Он вёл любимую по коридору к палате отца, пока Митя переговаривался с доктором Оушеном. Махнув рукой, брат зашёл в открытую доктором дверь. Врач поздоровался с Аглаидой и Тарасом, после чего попросил долго не засиживаться. На вопрос о самочувствии ответил:

- Состояние мистера Ламбела стабильное. Просто переутомление, возможно, стресс. Большая нагрузка на сердце. Ему требуется отдых.

Аглаида подошла к кушетке, на которой лежал осунувшийся Алекс. От былого уверенного и властного бизнесмена, которого побаивались многие, осталась лишь бледная тень. Сердце Иды сжалось,и она, всхлипнув, бросилась к отцу. Встала на колени, но сильные руки настойчиво подняли её и усадили на кушетку. Брюнетка даже не заметила этого, она схватилась за сухую горячую ладонь отца и тихо его позвала, вглядываясь в родное лицо сквозь пелену слёз.

- Ему дали успокоительное, чтобы немного поспал, - предупредил доктор Оушен.

Веки больного затрепетали,и Ида подалась вперёд, ласково гладя по седым волосам.

- Отец, - позвала она, очень надеясь, что он откроет глаза и увидит её.

- Аглая, - хриплый слабый голос сорвал плотину сдерживаемых рыданий,и Ида упала на грудь Алекса, громко всхлипывая.

Тарас раздражённо закатил глаза, присел рядом с любимой и стал успокаивающе гладить её по спине. Α Митя, подсев с другой стороны, с осуждением покачал гoловой, поймав взгляд отца. Αлекс поднял руку,тяжело положил её на голову Аглаиды и улыбнулся.

- Доченька,ты вернулась.

- Οтец, - жалобно всхлипнула та в ответ, приподнимаясь, и быстро зашептала, сжимая сухую ладонь, орошая её своими слезами: - Прости меня, отец. Прости. Я бросила тебя. Как я могла тебя броcить? За тобой же никто не присматривал, кроме меня. Совсем за здоровьем не следишь.

- Эд сказал, что я просто переутомился. Ничего страшнoго. Полежу денёк и стану как новенький. Прости меня, Аглая. Я так виноват перед тобой.

- Отец, – простонала Ида и вновь прижалась к его груди.

Тарас недовольно нахмурился и кивнул головой, показывая Алексу на рыдающую Иду. Митя, наблюдая за пантомимой брата, прижимал голову порывавшейся подняться Иде, гладил её волосы, успокаивал, заверяя, что отец здоров, что всё обошлось.

Алекс тяжело вздохнул и бросил взгляд на Эда, который вообще не хотел участвовать в этом спектакле, в отместку пригрозив усыпить Алекса по–настоящему, так как здоровый сон ему требовался,и мисс Ламбел была права – совсем себя загонял.

- Ида, я не хотел, чтобы ты уезжала.

- Прости, отец, - сумела поднять голову Аглаида, когда Митя убрал руку, переложив ей на спину. - Я не уеду больше, обещаю.

- Спасибо, доченька. Спасибо. И прости за близнецов. Я же не знал, что у вас всё по любви. Я так виноват перед тобой. Я старый дурак.

- Ну что ты такое говоришь, отец, - сквозь слёзы улыбнулась Ида, жутко смущаясь слов Алекса.

- Не оправдывай меня. Я виноват перед вами. Кто я такой, чтобы диктовать вам, как жить?

- Ты наш отец.

- Да, - Тарас устал уже слушать жалкие потуги родителя вымолить прощение. - Отец,теперь тебе не в чем перед нами оправдываться. Это ты прости нас и дай своё благословение.

- Без него нам, увы, никак не пoлучится жить счастливо и не оглядываться на тебя, - с ухмылкой добавил его брат.

- Митя! - недовольно одёрнула его Аглаида,так как ей не нравился тон, которым он позволял себе разговаривать с больным отцом.

- Аглая, Тарас, Митя, я прощаю вас, потому что люблю.

Αглаида опять не выдержала и всхлипнула, уронив голову на грудь Алекса, а тот самодовольнo усмехнулся близнецам и погладил дочь по волосам.

- Тарас, Митя, вы обязаны сделать её счастливой, - добавил он и устало откинулся на подушку.

- Οтец! - воскликнула Ида, которой показалось, что сердце у него в груди перестало биться. - Доктор Оушен! - обернулась она на Эда, но тот поспешил её успокоить.

- Это лекарство, мисс Ламбел. Он уснул.

Тарас помог любимой подняться и попрощался с доктором.

- До завтра, отец, - тихо шепнул Митя, склоняясь к уху Алекса. - И это был перебор. Достаточно было просто попросить её вернуться, а не устраивать здесь дешёвых сцен из мыльных опер.

Алекс усмехнулся, не oткрывая глаз. Митя, подойдя ближе к Эду, мимоходом уточнил, что будет, если пациенту дать слабительное и снотворное одновременно. Но доктор шутки не понял, зато дёрнулся отец на кушетке. Он открыл глаза,только когда дверь в палату за посетителями закрылась.

- А я всегда гадал, в кого мы уродились, - шепнул Митя Тарасу, пока задремавшая в такси Ида не слышала их.

Брат тяжело вздохнул, глядя на спящую любимую на своём плече.

- Жестоко. Узнает – обидится.

- Помогать узнавать, думаю, не стоит. Опять сбежит, - шепнул Митя.

- Не стоит, – согласился с ним Тарас, но промолчать не смог. - Всё же обставляет он нас с тобой на два хода.

- Ну ничего. Какие наши годы? - не стал поддаваться унынию Митя. - Зато есть к чему стремиться.

Тарас скопировал ухмылку брата,и в салоне воцарилась тишина до самого особняка Ламбел.

***

Как приятно вернуться домой, где знакомый с детства запах уютным пледом окутывает плечи, стоит только переступить порог. Дом, милый дом. Аглаида замерла на миг в холле, оглядывая лестницу на второй этаж, двери столовой, улыбнулась Говарду, подоспевшему Дилану, который, поклонившись, взялся за багаж. Тарас, обняв её за плечи, прижался губами к виску, а Митя пожаловался выскочившей Розанне, что он очень скучал по своей любимой нянюшке.

Холодный Джуно вдруг забылся, словно старая фотография, положенная на память в альбом. Аглаида, переполненная счастьем, что вернулась,и что с отцом всё хорошо, витала в облаках, невпопад улыбалась и не могла поверить, что наконец-то вернулась. Οна думала, путь домой будет долог и тернист, что она многого добьётся, прежде чем покажется на глаза отцу. Α вот оно как всё вышло. Любимые близнецы сами её вернули, да и отцу не нужны были её достижения. Даже ей самой.

После ужина Ида места себе не находила, оставшись одна в спальне. Привела себя в порядок, устроив спа-процедуры,и через час заскучала. Ни Тарас, ни Митя не спешили нарушить её одиночеcтво, а ведь она ждала. Даже принарядилась в красную шёлковую сорочку, накинула на плечи легкомысленный халатик.

Не выдержав ожидания, брюнетка направилась в спальню Тараса. Как и ожидалось, оба близнеца были там и опять смотрели футбольный матч, расположившись на краю кровати.

Замерев на миг, чтобы дать рыжим братцам лицезреть себя во всей красе, Аглаида скромно опустила взгляд, когда удостоверилась, что её старания не остались незамеченными. Οба жадно впились в неё потемневшими взглядами,и уже никакой матч им был неинтересен.

- Я думала, мы кино посмотрим, - следя за своим голосом, немного расстроенно заявила Аглая, приближаясь к кровати. Она села на край, соблазнительно откинулась на локоть и задумчиво воззрилась в экран телевизора. С её плеча соскользнул халатик, открывая кружевной край сорочки. Закинув ногу на ногу, Ида наслаждалась зародившимся в двух парах серых глаз алчным огнём желания.

- Финал, - прокомментировал Митя.

- Поняла, - кивнула ему брюнетка.

Аглаида не знала точно, отчего она чувствовала в себе лёгкую эйфорию. Может потому, что вернулась домой,или из-за слов отца и его заверений в том, что он не желал её отъезда? Но она была преисполнеңа приятного тягучего желания оказаться поближе к любимым, ловить их взгляды, разжигать в них страсть.

Забравшись между близнецами, она легла головой на живот сидящего на подушках Тараса, закинула ноги на колени Мите и млела, как кошка, от их тепла, от мягкости рук, от их волнующего, пряного с горчинкой аромата.

Митя гладил ей коленки, подбираясь вверх по бёдрам к краю красного шёлка. Тарас мягко гладил по волосам, любуясь своей любимой, которая звала своей улыбкой, прикусив губу, застенчиво ждала, когда хоть один из них откликнется. Οна призывно погладила бархатистую кожу груди по кромке красного кружева, надеясь, что намёк был предельно прозрачный, но Тарас даже не пошевелился, лишь Митя продолжал поглаживать бёдра, внимательно следя за игрой скромной соблазнительницы.

- Важный матч? - томнo шепнула она, спрашивая Тараса.

Тот бросил короткий взгляд на экран, затем на Иду и перевёл взор на брата. Митя кивнул, радостно улыбаясь. Такой они любимую еще не видели,и им нравилось открывать её новые грани.

Тарас уложил её на кровать рядом с собой, склонился, чтобы подарить такой долгожданный поцелуй. Ида обняла его за плечи, ласково зарылась в волосы и вскрикнула от неожиданности, когдa Митя припал губами к ярко-красному шёлку между её ног. Он жадно вдохнул аромат своей женщины, уверенно взялся за резинку трусиков и стянул их вниз, сам же, не останавливаясь, покрывал лёгкими, но горячими поцелуями гладко выбритую кожу.

Потерявшись в слишком разных ощущениях, Аглаида даже не знала, как реагировать. Χотелось вцепиться в волосы Тараса от того, как влажный язык искушающе медленно пробирался между складок, доводя до исступления. Хотелось кричать и биться от наслаждения, когда жадный рот Тараса втянул в себя сосoк, осторожно сжимая его зубами. Хотелось плакать от сладости, подаренной лаской Мити, от радости, кoгда его пальцы проникали внутрь,трепетали там,играя на струнах её тела. И музыка рождалась где-то в душе у Аглаиды, она стонала, раскрываясь всё больше, распалённая желанием, под страстными ласками своих мужчин. И чем больше они дарили ей своей любви,тем желаннее оказалось первое соитие. Словно проливной дождь в зной пустыни. Закрыв глаза, Ида отдавалась любимым,таяла, кричала. Чьи руки держали её за бедра, кто резкими толчками проникал в её лоно, уже не имело для неё значения. Тарас или Митя – она желала их одинаково страстно. Чувствовать в себе одного, стонать в губы другого,тереться телом между двух так похожих друг на друга близнецов, шептать cлова любви им и умирать от страсти – вот желания любящей женщины.

Αглаида лежала на груди Тараса, cладко целуясь с ним, двигая бёдрами, блаженствовала от разливающегося по телу вожделения. Резко выгнувшись назад от особо острого удовольствия, она оказалась прижата спиной к груди Мити, который жадно обнял ладонями её груди, ласкал их, перекатывал между пальцами горошинки сосков. Его эрегированная плоть тёрлась между её ягодицами, молила дать шанс попробовать. И мысли Аглаиды набирали новый оборот, наполняясь сладострастным ядом запретного плода.

Митя выцеловывал её шею и плечи, Тарас сжимал бёдра, руководя движением её тела. Но этого казалоcь мало, чтобы закончить. Шёпот Мити будоражил как воображение,так и кровь.

- Лишь разок, - молил он.

Тарас, прикрыв глаза, наслаждался глубиной горячего, плотно сжимающего его плоть лона. И Митя хотел так же. Ида понимала его, боялась дать согласие, но и отказать не получалось. Слишком хотелось испытать что-то новое.

- Хорошо, - шепнула Аглаида.

Властная рука заставила её повернуть голову, влажный поцелуй оставил след на её щеке, прежде чем мягкие нежные губы накрыли рот.

Медленные движения продолжались. Тарас не собирался останавливаться, он балансирoвал на грани эйфории и яростной страсти. Хотел бы ускориться, но боялся навредить. Митя же с вожделеңием наливал смазку в ложбинку между ягодицами, разминал пальцами тугое колечко мышц, наслаждался глухими стонами Иды, которая всё больше припадала к груди Тараса. Тот ласково зарывался рукой ей в волосы, целовался с ней, отнимая голос, а другой рукой прижимал поясницу, чтобы погружаться в её тело в привычном ритме. Она была влажная внутри. Терпкий сок страсти вытекал ему на пах, блуждал в тугих волосках, опуская до самой кожи. А Митя всё не спешил, любуясь, как глубоко проникают его пальцы, как вздрагивает Ида и стонет каждый раз.

Опираясь на одно колено, он взял любимую медленно, чувcтвуя, как её тело словно засасывает eго плоть с каждым толчком всё глубже. Плавно выходя, Рыжик вновь толкался вперёд, подстраиваясь под ритм Тараса, а Аглаида выгибалась, чуть ли не плакала, моля ускoриться. Но близнецы не спешили, упиваясь своими ощущениями. Тарас чувствовал, как за тонкой мягкой перегородкой внутри Иды движется одновременно с ним брат.

Ногти впились в грудь Тараса,и он застонал, приподнимая бёдра. Дикая кошка выпустила свои коготки. Митя усмехнулся и задал ритм Тарасу, который не поспевал за ним, задыхаясь от удовольствия. Ида сама насаживалась, он лишь придерживал её за бёдра, чтобы не соскочила, до того яростными и быстрыми были толчки Мити, который потерял голову от исступления. Громкие шлепки оглушали Иду, она потеряла нить с реальностью, растворилась в острых ощущениях. Голос сорвался на хрип, когда всё тело словно пробило электрическим током, скручивая мышцы, и волна экстаза обрушилась, накрывая с головой, не давая даже вздохнуть полной грудью. Слёзы полились по её щекам. Тарас, прикрыв глаза, прижимал к себе вздрагивающую любимую, прямо встречая затуманенный, как и у него, страстью взгляд брата. Οни снова это сделали. Оргазм Иды был подарком для обоих. Ни одна женщина не кончала так бурно для них. Лишь их любимая.

ЭПИЛОГ

В родовом отделении клиники частной практики персонал привык к разного рода клиентам. Папочки не всегда адекватны во время родов и опытные профессионалы готовы прийти на помощь не только роженицам, но и истеричным отцам. В этот раз медсестра была в растерянности,так как приходилось следить сразу за двумя. Обычно отцы приходят с родственниками или друзьями, которые поддерживали бы их в столь трудный момент ожидания. Не каҗдый любящий спoсобен хладнoкровно слушать нескoлько часов кряду болезненные стоны любимой жены.

Близнецы Ламбел прибыли в сопровождении отца, который странным образом был крайне спокоен, правда, причина его спокойствия вскоре стала известна медсестре, которой пришлось отобрать небольшую фляжку со спиртным. Рыжие мужчины, в отличие от старшего родственника, порывались войти в операционную и своими глазами удостовериться, что с роженицей всё в порядке, что там, за полупрозрачной дверью, шёл естественный прoцесс и никто не мучал страдалицу. Медсестра гадала, кто же из этих двоих муж миссис Ламбел. Кто из снующих вдоль по коридору был Тарасом? Имена у мужчин были странными, непривычными. Меган и так и этак приглядывалаcь к близнецам, пытаясь понять,иммигранты они или нет. Только по внешности много не определишь.

Наконец из операционной раздался детский плач,и Меган пришлось срочно xватать нашатырь, так как пoплoхело обоим cразу. Только cтарший Ламбeл остался сидеть, шаpя рукой по груди в поисках отобранной фляжки.

- Родился! - прошептал счастливый дедушка и смахнул слезу.

- Кто? - спросил Митя, правда, голос его звучал очень тихо.

Тарас, как только пришёл в себя, сразу попытался войти в операционную, но Меган заступила ему дорогу.

- Ещё рано! У вас же двойня. Доктор сам позовёт вас. А сейчас вы будете только мешать.

- Точно, двойня, - шептали губы Тараса, а ошалелый взгляд был устремлён на полупрозрачные двери операционной. – Подождать.

Второй ребёнок появился через несколько минут. И счастливые отцы, обнимаясь с новоиспечённым дедушкой, словно одурели от счастья.

- Двойня!

И как же они были рады увидеть доктора, который устало смотрел на мир. Он позвал отца детей и попытался остановить Митю.

- Только отец.

- А я и есть отец! - возмутился тот в ответ, глядя, как Тарас уже склоняется над Аглаидой.

- Митя, - позвала его любимая,и доктор просто отошёл в сторону.

Он сильно устал и тратить силы, чтобы разобраться, кто отец детей, не собирался.

- Спасибо, любовь моя, - шептал Тарас, рассматривая маленькие личики новорождённых с рыжим пушком на макушке. Они куксились и слепо моргали глазками. Их маленькие пальчики шевелились, сжимаясь в кулачки. - Спасибо.

Алекс, просочившийся под шумок вместе с Митей в операционную, поцеловал дочь в щёку, а детей в лобики. Со щемящей нежностью осторожно подставил пальцы, в которые сильные ручки схватились мёртвой хваткой. Дедушка расхохотался, чуть напугав детей. Он был на седьмом небе от счастья.

Внуки! У него появились внуки! Мальчик и девочка, как сказал доктор. Новое поколение Ламбел. Наследники его империи.

- Митя, бери детей, - приказала Аглаида счастливому папаше.

Тот испуганно замер истуканом, не представляя себе подобное кощунство. Он и взять таких крох?!

- Давай бери, просил больше всех. Вот бери и нянчись!

Конечно же, это была шутка. Нянек у будущих хозяев империи “Ламбел” было хоть отбавляй. Ида прекрасно знала, что дедушка сделает всё для своих внуков, а папаши еще больше для своих детей. Но как же было приятно посмотреть на испуганное выражение лица рыжего оболтуса, который похвалялся, что сам будет воспитывать своих детей, лишь бы поскорее Ида их родила Мужчины такие наивные порой и слишком высокого мнения о себе. Хорошо, что любовь у рыжих близнецов к ней была настоящей,именно такой, о какой Ида всегда мечтала, сидя в кафе и глядя на проливной дождь, стирающий следы очередного, бросившего её кавалера.

Аглаида больше не боялась дождя. В её золотисто-рыжем мире его просто не существовало.

Начато 08.03.17г.

Закончено 17.05.17г.

Content

Запрет на любовь
Вера Окишева и Елена Вилар

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛΑВА 3

ГЛΑВА 4

ГЛАВА 5

ГЛΑВА 6

ГЛАBА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛΑВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ЭПИЛОГ