Алекс Нагорный

СКАЙРОК. Воздаяние паранормов

Предисловие

«Внимание! Запущена процедура выхода из подпространства».

На центральной панели появилось изображение с внешней телеметрии интерстэллара. Космос вернулся к привычному облику со звёздами на чёрном фоне. Рэй Бари понял, что корабль идёт с колоссальной скоростью, так как планета, представляющая из себя газовый гигант, пронеслась справа, оставаясь в зоне видимости не больше минуты.

Нейроинтерфейс вывел голосферу ситуационного плана участка космоса, и парень наконец-то получил полную сводку о точке назначения экспедиции. Вначале отразилась визуальная модель звёздной системы, затем прошла классификация всех космических объектов. Картинка снова изменилась. Планета, виденная ранее с водными пространствами и материковыми зонами, заняла центральную позицию на голосфере контроля. Её изображение продублировалось на центральном мониторе.

С виду обычная, с ярко выраженной атмосферой, циклоны и облачные скопления наблюдаются по всей поверхности. Материки с полосками рек, горными образованиями, зелёными участками растительности и светлыми пустынями. В теневой зоне Рэй не обнаружил признаков городов и мегаполисов, что должны гореть миллионами огней.

«Внимание! Обнаружены зонды боевой орбитальной группировки сателлитов».

«Зафиксировано сканирование и множественные захваты корабля как цель».

«Отслеживаю сопровождение сканерами и сенсорикой».

«Веду анализ намерений неизвестных».

Не успела последняя фраза отобразиться бегущей строкой, как в зону видимости попал следующей объект, достойный более пристального внимания. Однозначно, этот спутник планеты – искусственного происхождения. Корабельные базы охарактеризовали его именно так, но подробностей классификации и точных технических данных не нашлось. Искин, действуя в автоматическом режиме, запустил несколько зондов с системами телеметрии и сенсорики разведки, включавшую биометрические сканеры и массу вспомогательных элементов. Ознакомиться с данными судьба не позволила…

На низкой орбите планеты в нескольких десятках точек родились искры и понеслись навстречу кораблю, оставляя за собой синеватые линии на фоне космоса. На поверхности спутника, словно атмосферный циклон, образовалось движение масс. Постепенно концентрируясь в точке, они поменяли цвет, достигнув максимума стали абсолютно белым пучком энергии. Он в мгновение преодолел расстояние до интерстэллара.

Удар невиданной мощи заставил Рэя почувствовать каждую кость и клетку своего организма. Полное ощущение измятого и переломанного скелета резко и больно отозвалось в затылке, пальцы невольно скрючились. Парень вцепился в подлокотники и сжал челюсти с такой силой, что появился риск раскрошить зубы. Невольный стон вырвался наружу, в мыслях поселилась уверенность в скорой смерти. Однако он выдержал, как и бронированный модуль. Система мониторинга продолжила отражать события космической драмы.

До корабля добрались искры стартовавшие с боевых сателлитов планеты. Дефлекторы защиты не справились ввиду многочисленных повреждений после первого удара. Искин мелодичным женским голосом доводил информацию в реальном режиме:

«Внимание! Многочисленные пробои корпуса».

«Борьба за живучесть невозможна».

«Внимание! Произведено автоматическое отделение грузового модуля».

Услышав сообщение, Бари взвыл от беспомощности. Мысли о том, что девушка в саркофаге погибнет не проснувшись, ввергла парня в панику. От желания броситься сломя голову на выручку уберёг здравый смысл и очередное оповещение:

«Внимание! Разрушения корпуса прошли отметку в девяносто процентов».

«Корабельные системы не отвечают на запросы центрального блока».

«Произвожу отстрел автономного модуля жизнеобеспечения».

Через секунду Рэя ещё раз вдавило в ложемент. Изображение на мониторах пропало, освещение сменилось на дежурное. Так продолжалось не менее десяти минут, когда телеметрия вновь ожила парень сосредоточился в поисках грузового модуля, который по всем прикидкам не должен далеко отлететь от уничтоженного интерстэллара. Все попытки засечь утраченный элемент ни к чему не привели. Началось экстренное снижение к поверхности планеты. Описание которой при знакомстве с базами корабля он явственно вспомнил, как и галактику, куда направлялся со странным грузом…

Относительно молодая галактика, где вокруг ядра друг за другом вращаются две точки зарождения звёзд. В научной терминологии это называется спиральной галактикой с перемычкой – «баром» из ярких звёзд, выходящей из центра и пересекающей галактику посередине. Доступна оказалась лишь визуальная информация, поэтому один из рукавов спирали отметился маркером.

Многократное приближение выделенного участка завершилось видом звёздной системы, состоящей из образующей звезды и девяти планет, сильно отличающихся друг от друга, как по размерам, так и внешне. Одна заинтересовала наличием ярко выраженных астероидных колец, величественно смотревшихся при переходе в слепую зону. Тень, отбрасываемая на поверхность, добавляла эффекта.

Другая планета привлекла внимание, но не распространённым видом материковых частей и водных пространств, а спутником. То, что вращающийся на орбите объект не природного, а искусственного происхождения парня смутило…

Воспоминания оборвались. Модуль вошёл в плотные слои атмосферы, раскалённая плазма обволокла его полностью, дальнейшее наблюдение вести не представлялось возможным. Искин продолжал анализ окружающей среды, на основании чего сработали двигатели торможения. Удар о поверхность, несмотря на это, вышел весьма ощутимым. Сознание сдалось, и, прежде чем насладиться спасением, он потерял сознание, погрузившись в темноту на неопределённый срок…

Глава 1

Мне не нравятся сумерки по многим причинам. Основная из них, это огромное число тех, кто страстно желает меня убить. Не только меня, вообще, убить человеческое существо. Днём всё гораздо проще. Все механические твари плохо ориентируются при свете Солнца. Когда первый раз осознал себя как ребёнок или человек, они уже существовали и истребляли. Старик лишь отчасти прояснил их появление, чётко вбил в голову опасность, которую они представляют.

Самые страшные, на мой взгляд, киллфайтеры, способные бесшумно парить над землёй, а в случае необходимости двигаться на огромных скоростях. Ещё помню то время, когда нужды преследования у них не было. Снабжённые системами ведения огня киллы убивали зазевавшихся, превращая тела в тысячи дырок. Не спасала даже броня, впрочем, о ней отдельно.

Мехвариоры, наземные аналоги киллфайтеров, защищены пластинами, специальной бронированной чешуёй. Старик утверждал, что они похожи на зверей, некогда обитавших на Земле, приводил сравнительное название – гиена. Мне эта информация ни о чём не говорила, зато головная часть «гиен», оборудованная механической пастью, где роль зубов играют фрезы, вращающиеся с огромной скоростью, укрепила в сознании опасность.

Мелким я всегда спрашивал Старика, как они думают, и почему не охотятся, например, за зайцами. Пояснение по теме всегда одно – это программа на уничтожение человечества. Крупные животные попали под раздачу по ошибке или вследствие сбоя этой самой программы, поэтому никого крупнее зайца на Земле больше нет. Старик часто сетовал, что людям осталось мало времени, кормил меня рассказами своего старика о былых временах расцвета и процветания человечества.

Коллектор, по которому я проложил основные маршруты передвижения, в этом месте заканчивается выходом к руслу Волги. Раньше этот район был полностью погружён под воду из-за плотины, остатки которой виднеются вдали. Поросшие деревьями и кустарниками, они сохранили очертания грандиозного сооружения. Обернувшись на город, осмотрел остатки небоскрёбов, смотрящих на меня чёрными глазницами пустых окон. Вздохнул.

Давно привык и не мыслил себя в другой среде обитания. Многочисленные завалы плит постепенно превращаются в холмы, строительным материалом служат пыль и песок, приносимые ветрами. Острые углы сдаются влаге, тому же ветру и времени, исчисляемому с начала истребления.

Старик не забывал рассказывать мне на ночь истории, переданные ему по наследству. Оказывается, человечество совершило много ошибок на пути эволюции и понесло закономерное наказание. Что именно сделал человек, мой наставник не уточнял, лишь напомнил, что пришедшая беда не сплотила человечество, а привела к взаимному уничтожению.

Конечно, сейчас уже не те времена. Убийство себе подобных закончились, но по словам Старика население многомиллионного города превратилось в жалкую кучку.

Дальше мне следовало берегом добраться до близлежащего лесного массива. Там, как минимум в трёх из двадцати ловушек, ждёт добыча. Так оно и вышло. Три тушки крупных зайцев заняли место в ранце. Тропинка огибает развалины поросшие травой. Следуя традиции остановился, посмотрел на конструкцию в форме креста, торчащую из земли, склонённую на бок. Обряд молчаливого созерцания привил наставник, рассказывая, что это поможет обрести спокойствие и выжить. Что думать в этот момент он не сказал, поэтому я всегда прислушиваюсь к окружению.

Знакомый звук опасности резанул слух. Резко рухнул на живот и замер без движения. Смертоносный объект завис надо мной. Киллфайтеры держатся в воздухе используя гравитацию, Старик рассказывал, когда речь заходила о специфике. Звук не похож на естественный, природного происхождения. Я ощущаю вибрацию внутренне. Раньше такие эффекты получались при нахождении под высоковольтными линиями. Такое объяснение получил при первом знакомстве и безоговорочно принял его.

Фольга, вшитая в одежду, затрудняет тепловое обнаружение, особенно днём, когда солнце прогревает всё вокруг. Привычка оставаться неподвижным не раз спасала мне жизнь. Киллфайтеры патрулируют квадраты в среднем тридцать минут, затем в район направятся мехвариоры прочёсывать местность. Это значит, что маршрут для меня закрыт на несколько суток. Придётся пользоваться другим, у меня их несколько. Мы со Стариком единоличники в этом отношении. Кроме нас никто не знает всех переплетений подземных коммуникаций города.

Выждав, перебежками, от развалин к развалинам, добрался до обрывистого берега. Скатился вниз, сделал несколько кувырков и, больно ударившись, остановился, чтобы тут же пуститься бегом к коллектору. Только там появится возможность перевести дух…

Иногда боевые механизмы удавалось уничтожить, точнее вывести из строя. Старик научил меня разбирать их, использовать различные элементы. Например, питание, систему освещения, всё полезное включая броню. Оружие тоже можно использовать, если аккуратно демонтировать. Главное, найти действующее, укомплектованное боеприпасами.

Внутри коллектора всё привычное, родное. Каждый камень, мусорная куча или разлом вбиты в память. Когда проходили первые вылазки, мы использовали источники света, сейчас мне этого не требуется.

Вышел к открытому участку. Давним взрывом здесь вывернуло наружу подземные коммуникации. Гигантскую воронку преодолел с максимальной осторожностью. Яма навскидку пятнадцати метров в диаметре поросла травой, но до сих пор заставляет задуматься о мощности боеприпаса, применённого во времена войны между всеми и каждым.

Влезая в железобетонную трубу, услышал работающие неподалёку сервоприводы мехвариора. Мороз пробежал по коже, ведь в случае обнаружения мои шансы уцелеть стремятся к нулю. Повезло, что нахожусь не в прямой видимости, а в углублении. Нужно вести себя осторожнее и быстрее покидать зоны патрулируемые киллфайтерами.

Три тушки зайцев добавили радости, когда задумался о посещении Пасечника. Этот человек никогда не покидал своей зоны обитания, обосновавшись на территории «трёх кварталов». Занимался разведением, точнее контролем популяции пчёл. Злющих, норовящих покусать любого гостя. Как он нашёл с ними общий язык, не понятно. Одну тушку сменяю на мёд, а если повезёт, то Пасечник выдаст его прямо в сотах, хоть и поставит условие возврата воска.

Дождавшись, когда звуки боевой машины исчезли, возобновил путь по лабиринтам коллектора. Под площадью, бывшей ранее стадионом, находится развязка. Сменив направление, попал в ветку, ведущую непосредственно к берлоге Пасечника. Пару лет назад мы с ним пробили бетонную стенку канала и оборудовали выход из коллектора прямо в подвал дома, избранного им для жилья.

В шутку называю его жилище берлогой, хотя нет ничего общего. По крайней мере мебель в подвале друга шикарная. Сам помогал с поисками. Находки Пас дотошно сортировал и в результате отсеивал, забирая только самое презентабельное, целое, требующее минимального ремонта. Имеется несколько картин, довольно красивых. На одной люди терпят бедствие, спасаются, зацепившись за обломок мачты. Другая отражает безмятежность одинокого парусника, плывущего в океане. Любитель уюта и эстет одним словом.

Тесноты в городе нет. Всё население не больше нескольких десятков, но я не считал. Основная программа убийц – это ликвидация групп. Два человека вместе представляют приоритетную цель. Вот и Старик погиб из-за того, что мы дольше обычного находились рядом друг с другом на открытом участке. Обширное сканирование поверхности Земли ведётся со спутников, судя по рассказам, в определённое время. Глубина проникновения под поверхность разная, зависит от многих факторов.

Мы потеряли бдительность три года назад. В результате в наш район направились несколько десятков механических убийц, воздушных и наземных. Не видя шансов уцелеть обоим Старик пожертвовал собой, оглушив меня, спрятал на дне бетонного колодца. Сколько времени он успешно удирал от преследователей, я не знаю. Где и как погиб, мне тоже неведомо. Придя в себя и вернувшись в родное укрытие, наставника я не дождался ни в этот день, ни в другой, ни через неделю.

– Шорох, ты что ли? – недовольный тон Пасечника раздался за закрытым проломом.

– Ты что ещё кого-то ждёшь этим маршрутом? – подал голос. – Давай отворяй.

– А что я за это получу? – не унимался друг, но стальной лист, прислонённый ко входу дрогнул.

– Скорее, с чем расстанешься, – усмехнулся, влезая в берлогу. – Как насчёт мёда в сотах за свежего зайца?

– Да запросто, только выбираю сам. Давай показывай, – он довольно улыбнулся. – Надеюсь, есть из чего. Не с одним же зайцем ты пришёл?

Пока он довольно потирал руки и задавал вопросы, я достал добычу и небрежно положил на стол. Пасечник, как всегда, ощупал тушки, понюхал на предмет свежести, безошибочно ткнул в самого крупного и вопросительно посмотрел.

– Вижу, что выбрал, а чё так хитро улыбаешься? – поинтересовался, зная о чем пойдёт речь.

– Забираю вот этого, – он отодвинул тушку от остальных. – Слушай, ты ведь голодный? – не разочаровал меня в предположениях. – Может одного приготовим прямо у меня? Вернёшься к себе уже сытый.

– Разводи огонь, только не забудь о маскировке. Надеюсь, дым нас не выдаст, – я протянул ему ещё одну тушку. – На, разделывай. Потроха можешь оставить себе.

Друг сцапал лакомство и занялся по хозяйству, причём своего зайца отнёс в хранилище, располагающиеся гораздо глубже подвала. Меня он туда не пускал никогда, даже ссорились по этому поводу. Уверенность, что под домом есть бункер не покидала меня со знакомства с Пасечником.

Вернулся довольно скоро и ловко разделал зайца, аккуратно снял шкурку, намереваясь оставить её себе. Я не возражал. Мне нравится мой сосед, добродушный, отзывчивый. Один минус – заставить его покинуть жилище могут лишь роящиеся пчёлы, и то, на очень короткое время. Спустя час мясо покрылось хрустящей корочкой, аромат заполнил помещение, активизировав процесс слюноотделения.

Найденной утварью сервировали стол и чинно приступили к трапезе, соблюдая правила вбитого Стариком этикета. Он утверждал, что когда всё закончится, нужно будет возрождать культуру, а принятие пищи – это самая важная из культур. Его слова я запомнил навсегда: «Важно не только что ты ешь, но и то, как ты это делаешь. Не превращайся в дикаря. Оставайся человеком даже в мелочах».

Для Пасечника я герой, так как бываю на открытых участках, передвигаюсь по городу и являюсь источником новостей. Сегодня темой для разговора послужила моя встреча с ликвидаторами. Пас постоянно ахал, не забывая откусывать мясо. Потом с надеждой ожидал рассказа о встрече с другими людьми и сильно расстроился, когда этого не случилось.

– А сколько зарядов осталось в рельсотроне? – поинтересовался, как всегда, зная ответ.

– Три.

Вообще, этот образец оружия демонтировал и привёл в порядок Старик. Он и меня научил проводить модернизацию трофейных систем, но пока отработать знание на практике возможности не представилось.

Странное творилось с охотниками. Машины с орудиями укомплектованными боеприпасами почти не попадались. Я чаще замечал, что механические убийцы стареют, новых образцов давно не встречал. Всерьёз задумываться о возможном завершении преследований посчитал несвоевременным, несмотря на износ убийц.

Образцы хоть и выглядели непрезентабельно, работали исправно, а порвать человеческое тело можно и без оружия. Особенно мехвариоры с их фрезами не только в механических челюстях, но и интегрированными в конечности. Материал, способный противостоять им, это их же броня, чешуйки которой я использую для изготовления защиты. Этой полезной профессии научил Старик. Я являюсь приемником инженера, охотника и убийцы, способного вывести из строя техногенных монстров. При некоторой доле везения, конечно.

– То есть ты, как минимум, неделю не будешь проверять ловушки? – задал вопрос хозяин берлоги.

– Да нет, выжду пару дней и навещу, – пожал я плечами. – Просто маршрут использую другой.

– А, ну, да. Ты же наизусть знаешь каждый закоулок, что ниже улиц, – усмехнулся друг, отправляя последний кусок мяса в рот. – Ну что, теперь по чайку?

– Слушай, Пас, всегда хотел тебя спросить, откуда чай? – вдруг вспомнил о дефиците. – Не подумай, но его вкус ни с чем не спутаешь, несмотря на то, что ты добавил липового цвета и душицу.

– Шор, ты как маленький, – он деланно пожал плечами и развёл руки. – Я кто, по-твоему?

– Вроде как пасечник, – ответил, но не по сути своего вопроса, который задавал с намёком, так как давно хотел узнать о странностях с дефицитом, частенько встречаемым у друга.

– «Пасечник» – главное слово в этом предложении, – он хитро улыбнулся, доставая сервиз.

– То есть, хочешь сказать, что выменял? – деланно удивился я.

Насколько мне известно, чая в городе нет ни у кого, включая поисковиков, что шарят по окрестностям, совершая длительные вылазки. Пасечник сделал вид, что не понял подначки, добродушно заговорил, разливая ароматный напиток.

– Ну, да. Мёда все хотят, тем более сахар не то что добыть или найти, – он закатил глаза, делая акцент на бредовости мысли. – Внешний вид только и помним. Белый и ничем не пахнет, в отличие от мёда.

С этим я согласен, так как мёд это единственное более или менее доступное, что можно добывать в реалиях наступившего мира. Как рассказывал Старик, всё изменилось с момента преображения Луны. Когда-то холодный спутник планеты дарил свет путникам в ночи, позволял ориентироваться мореплавателям, питал музу творческим людям, заставляя их создавать романтические шедевры.

Всё закончилось в одночасье, Луна сбросила покров, став страшным монстром на небосводе. Испещрённая кратерами поверхность теперь выглядит иначе. Если использовать обычный бинокль, то видны технические каналы и цепи сооружений, образующие фигуры правильной геометрии. Иногда они выглядят подсеченными изнутри, напоминая об активности объекта, созданного неизвестными. Название его – Ометэя. Откуда узнал об этом Старик? Думаю, ему наставник рассказал.

– Шор, вот ты часто бываешь там, – он мотнул головой за спину. – Скажи, монстры на самом деле стареют или это очередная байка?

– Знаешь, Пас, хорошо, что спросил, я как раз хотел поговорить на эту тему, но не знал с кем, – я поддержал новую тему. – Только сначала скажи, от кого и что ты слышал.

– Жмот рассказал, – пояснил друг.

– Это тот, что живёт на бывшем полуострове за плотиной? – уточнил, отхлёбывая ароматного напитка.

– Именно, – кивнул Пас и продолжил. – Ты же помнишь, что он любит наведываться в административную часть ГЭС и к турбинам. Так вот. На него вышел мехвариор, когда Жмот скручивал проволоку с обмотки. Пацан подумал, что всё, но железяка его не видела прямо перед собой. Только фрезы противно жужжали, как он сам говорил.

– Очень интересно, – отреагировал на сказанное, отодвигая посуду. – И что он сделал?

– Да ничего. Спустился своим излюбленным методом внутри трубы, как зимой с горки, – пояснил хозяин берлоги. – После этого неделю не вылезал, но потом всё-таки сходил, проверил.

– Не тяни, а? Что дальше было? Что нашёл? – меня раздражает его манера разговаривать с паузами, особенно в моменты важных бесед.

– Да всё просто. Куча деталей, оплавленных и разбросанных по всему залу, – Пасечник понял, что затягивать с рассказом не стоит, и не нужно плести интриги. – Ту тварь свои расстреляли.

– На основании чего такой вывод? – уточнил, увидев странность.

– Накануне там сверкало и грохотало, – пояснил про между прочим друг. – Жмот как раз осматривал развалины со своего полуострова, прежде чем вернуться.

– Нашёл что-нибудь, не знаешь? Может, энергоёмкости или броню лепестковую? – мне стала интересна возможность поживиться или выменять у отшельника полезные элементы.

– Он не уточнил, но вот передать тебе кое-что просил.

– Говори или заберу зайца. Слушай, Пас, о серьёзным ведь разговариваем, ты с этого должен был начать, как я пришёл, – ткнул его кулаком в плечо, не сильно, ради шутки и концентрации внимания. – Давай, я слушаю.

– Да он просто просил, чтобы ты нашёл время заглянуть к нему, – ответил Пас обиженным тоном, наверняка думая о зайце. – Больше ничего, честное слово. И дал вот это, – друг протянул мне какой-то предмет, бережно завёрнутый в тряпицу.

Сердце ёкнуло, так как я догадался о предмете и его происхождении. Дрожащими руками развернул и ахнул. На моих ладонях, с правильными гранями технологически совершенного механизма, появился блок интеллекта и памяти механического монстра. Чёрный полированный корпус с прозрачной круглой вставкой по центру. В ней, не касаясь стенок из-за удерживающего поля, находится кристалл. Быстро спрятал вещь, осознавая, что это огромное везение, ведь в случае разрушения или повреждения боевого механизма блок самоуничтожается. Возникло желание немедленно отправиться к Жмоту, набрав с собой столько мяса для обмена, сколько смогу унести. У меня есть солидные запасы, так как добычу я разделывал и вялил, иногда солил про запас. Зачастую это выручало не только меня, но и соседей, ведь с голодом шутки плохи.

Ещё раз порадовался тому, что смогу продолжить эксперименты Старика по разгадке принципов действия искусственного мозга. Цель – изменить приоритетные цели механических убийц. Мой наставник добился определённых успехов. Всё благодаря тому оборудованию, что сохранилось в подвале моего убежища. Вероятно, раньше это был научно-исследовательский комплекс по изучению технических монстров. После некоторых усовершенствований трофейные энергоёмкости возможно использовать для запитки подземного бункера с оборудованием, чудом уцелевшим после всего произошедшего с Землёй и в частности с городом.

– Ладно, Пас, – я вздохнул, посмотрев на хронометр, закреплённый на левом предплечье. – Время к вечеру, а мне ещё добираться. Давай не жмоться, отсыпь мёда, только в сотах, – уточнил важную для себя деталь. – А я тебе послезавтра барсука притараню покрупнее. Если повезёт, то не одного. Натопишь жирку, сам знаешь о его пользе.

– Окей, Шор, – друг встал и подошёл к шкафу-хранилищу своих богатств. – Ловлю на слове!

С этими словами он выудил два солидных комка сот, запечатанных пчёлами и полных мёда, протянул мне вместе с целлофановым мешком. Я аккуратно упаковал дефицит, заодно и «валюту», и засобирался в путь, помня о скором наступлении темноты. Сегодня мне предстоит ещё один опасный поход.

Прежде чем отправиться, предпринял дополнительные меры по снижению своего теплового излучения. Фольгированный материал, использованный в обмотке подземных кабелей, в обилии найденных в коммуникациях, как нельзя кстати подходит для этих целей. Эластичность материала позволяет не задумываться о работе суставов, свободу которых ограничивать чревато. Подготовку начал прямо в берлоге и при участии хозяина. Пасечник недовольно бурчал всё время, пытаясь отговорить меня от похода. Безрезультатно, так как моё желание порыться в найденных Жмотом деталях возобладало над осторожностью.

– Ну, что? Ты всё-таки не откажешься? – переспросил Пас, проверяя надёжность обмотки.

– Я уже всё решил. Лучше присмотри за моими вещами, не попрусь же я по норам гружённый под завязку.

– Да без проблем, у меня как в сейфе, – вздохнув, согласился друг. – Держи рельсотрон поближе.

Слова друга по поводу оружия воспринял правильно и проверил надёжность ремней. Старик хорошо научил меня тактическому способу ношения и подвесу, а также основным приёмам внезапного скоротечного огневого контакта в замкнутых пространствах. Когда первый раз он провёл со мной занятия мне показалось, что его профессия учёного и инженера не основаная.

На подготовку ушло не больше сорока минут. Я включил налобный фонарик, светодиоды которого почти не выделяют тепла и нырнул в дыру коллектора. Пас немедленно забаррикадировал вход, оставив меня наедине с лабиринтами городских артерий.

Пятьдесят метров относительно комфортного передвижения привели к первой развилке. Пришлось воспользоваться непопулярным у меня ходом, значительно сокращающим путь, но чертовски неудобным. Мне дались нелегко эти триста метров на четвереньках в трубе, по дну которой помимо силовых кабелей тянутся гофры сверх защищённых телекоммуникационных линий.

Выпрямился в канале основного коллектора, внимательно оглядываясь. Я специально оставляю некоторые вещи так, чтобы незваный гость обязательно их сдвинул. Своего рода сигнализация. Всё оказалось на месте, именно так, как было при моём крайнем визите в этот сектор.

Одну из центральных веток подземных коммуникаций проложили незадолго до начала всеобщего конца. Строители предусмотрели возможность скоростного перемещения. Естественно, что транспорт предназначенный для этого давно утрачен, но я приспособил другой. Велосипед с погнутой рамой, колёса без шин, без сиденья, давно претерпел модернизацию. Порядка пяти километров под землёй преодолел с относительным комфортом и хорошей скоростью, глубина тоннеля великолепно скрывает шум, поэтому эхо грохота голых ободов по бетону оставляю без внимания.

Тридцать минут виртуозной езды между кучами мусора завершились у новой развилки. Здесь располагается комплекс из нескольких служебных помещений. Хорошее место для перевалочного пункта такого бродяги, как я.

Тут тоже установлены сигналки, проверка которых не выявила ничего подозрительного. Кроме меня никто не посещал место, что порадовало. Хотя чему удивляться, если любой другой, проникший в лабиринты подземного города, рискует ноги переломать при первом же шаге в коридорах и тоннелях.

Привал, вообще, казался хорошей идеей, но не в этот раз. Не задерживаясь, отправился далее, тем более, что до разрушенной плотины осталось сделать всего пару переходов. Беспокоил меня только один, из-за необходимости выхода наружу. При разрушении ГЭС участок коммуникаций утрачен, вместо него остались вывороченные из земли трубы ходов, обрамлённые кривой арматурой рассыпавшегося железобетона, похожие на техногенные ромашки.

Темнота дала о себе знать, когда выбравшись на открытый участок, пришлось выключить фонарь из опасения обнаружения луча механическими убийцами. Нога зацепилась за торчащий метал, обмотка запуталась, и я неудачно упал, чудом не вывихнув ногу. Хотя нет, вывихнул таки, придётся вправлять.

Кусок деревяшки зажал зубами и закрепил ногу в трещине. Неудобно самому выделывать такие трюки. Дёрнул, в глазах полетели звёзды, резкая боль сообщила о несостоявшемся лечении. О повторной попытке не могло быть и речи, оставалась слабая надежда, что обошлось без перелома. Наложил тугую повязку и хромая продолжил путь. Н-да. Не везёт что-то сегодня. Разрыв преодолеваю с большим трудом, постоянно контролируя окружение. Рельсотрон использую как костыль, не забывая о его прямом назначении.

Тридцать метров небезопасного расстояния завершились очередным входом в коммуникации. Улёгся продвинувшись на пару метров вглубь. Боль сильная в районе ступни, а подозрение насчёт перелома начинают посещать чаще. Из обезболивающего с собой пара дефицитнейших таблеток Кеторола, хранимого мной особенно бережно.

Посмотрел и убрал назад в нагрудный потайной карман. Жалко драгоценность такую изводить на рядовой, в общем-то, случай. Отдохнул немного и дальше туда, где один из центральных узлов собирает тоннели воедино в большом зале. Хорошо, что выпрямиться можно, с костылём на четвереньках много не поползаешь.

Под землёй не слышны звуки с поверхности, поэтому я сильно удивился нарастающему гулу, сопровождаемому вибрацией. Застыл без движения, превратившись в оголённый нерв. Сверху что-то происходит из ряда вон выходящее. Посыпалась бетонная крошка с пылью, трещины свода стали увеличиваться. Расползаясь, они давали возможность песчаной породе беспрепятственно сыпаться внутрь. Оторопело наблюдаю, как падает труха и куски чудом уцелевшей штукатурки. Пыль, поднявшаяся с пола и заполнившая пространство, мешает смотреть, и вызывает приступ кашля.

Первый ощутимый удар, точнее сотрясение как от землетрясения, заставил присесть, не заметив боль в ноге. За спиной обрушилось перекрытие, завалив выход. Приступ паники прошёл быстро, есть ещё путь отхода. Стараясь передвигаться максимально быстро, прошёл опасный участок, прежде чем очередной удар не вышиб опору из под ног. Гул перерос в непрекращающийся грохот.

Что за чертовщина происходит в тихом месте над мирным, мёртвым мегаполисом? Этот вопрос не даёт покоя вместе с желанием бежать из лабиринта, вырваться на поверхность из западни, в которой оказался по неизвестной причине. Твою ж фрезу макаке в челюсть! Ещё один мощный удар сотряс всё вокруг. Упав на спину, увидел, как потолок с частями стен срываются и уносятся прочь, оставляя после себя искорёженную арматуру с кусками бетона. Что-то ударило по голове, и сознание погрузилось в успокаивающую темноту…

Глава 2

Я пришёл в себя довольно быстро, одним глазом глянул в небо и засмотрелся на звёзды. Судя по расположению созвездий, сейчас около четырёх-пяти утра. Пасечника я покинул в полночь, примерно пару часов занял путь в подземелье… Ё-моё! Я ж тут без сознания почти два часа валяюсь!

Прошиб холодный пот от мысли, что в таком состоянии я уязвим абсолютно для всех. Успокоился и постарался как следует очистить слезящиеся глаза. Песок виновник, ибо присыпало основательно. Освобождение рук вызвало затруднение, всё одно справился с сыпучим пленом достаточно сноровисто. Теперь есть возможность оглядеться как следует и себя осмотреть, ощупать кости.

Вдумчиво провёл диагностику, как мог, конечно. Общий вердикт – цел, хотя потрёпан, но не сильно. Н-да, а вот фонарь в хлам разбит и мотается на перебитой лямке. В ранец его, до поры до времени. Что дальше? А дальше проверка фольги на предмет разрывов и открывшихся участков. Охотников за людьми никто не отменял, тем более, что после такого грохота и спецэффектов твари просто обязаны ринуться в этот район. Ещё не знаю, что конкретно случилось, но в грандиозности произошедшего не сомневаюсь. Интересно, это что так должно было долбануть, чтобы оголить, разломать и вырвать из земли часть тоннеля, пусть и старого.

Превозмогая острую боль в стопе, вылез на бруствер, завершающий некогда целую стенку тоннеля. В очередной раз впал в ступор из-за открывшейся картины. Передо мной простирается каньон. Судя по всему, объект падал по очень пологой траектории. На вскидку, километров в двух от места, где я стою, был первый контакт с землёй.

Городские, некогда многоэтажные постройки снесены, чётко по воображаемой линии. В начале задев верхушки небоскрёбов, он ломал всё на пути, постепенно снижаясь погружался в почву. Пропаханная яма искрится расплавленными кусками породы, многочисленными очагами кипящего металла на всём протяжении. Отследив вектор, посмотрел в другую сторону. Метрах в пятидесяти техногенный канал резко заканчивается котлованом, углубившись в землю метров на двадцать, может, чуть меньше, мне сложно определить на глаз. Ширина борозды не менее полутора десятка метров.

– Нехило землю поцарапало, – машинально проговорил, опомнившись от собственного голоса.

Подумал о безопасности. То, что горящие, тлеющие и расплавленные фрагменты разбросаны на всём протяжении места катастрофы, это хорошо, если киллфайтеры нагрянут, то их тепловизоры заклинит от непомерного количества источников теплового излучения. Следовательно, меня обнаружить такого, всего замотанного в фольгу, мало шансов. Пока думал о последствиях падения неизвестного тела, присмотрелся основательнее.

В конце пропаханного каньона чётко вижу объект правильной когда-то геометрии. Куб, а это был именно он, утратил остроту углов и рёбер в результате прохождения сквозь атмосферу. Они попросту оплавились. Неподдельный интерес созрел в душе, и я, вопреки здравому смыслу, спустился на дно гигантской траншеи. Благо, песчаная почва поспособствовала, съехал на заднице и лишь внизу озаботился возвращением. Нереально вылезти в том месте, где спустился, так что предстоит прогулка к началу соприкосновения с Землёй этого странного объекта.

Продолжая опираться на рельсотрон, доковылял до куба и занялся осмотром по кругу. Железяка как железяка, на мой взгляд, ничего выдающегося, но с невидимого мне ранее торца зияет проплавленное отверстие. Скорее всего, это была дверь, утраченная при падении или из-за температурного воздействия. Почему так решил? Всё очень просто.

Логика у меня железная – просто так сейфы в небе не летают, следовательно прибыл он из космоса, а войдя в плотные слои атмосферы любой заусенец или острый угол становится проблемой. Нагревается и разрушается в первую очередь. Посему считаю версию с расплавленной дверью основной. Влез, стараясь не касаться краёв. Осматриваю – всё выжжено, покрыто копотью. Внутри находится единственный предмет цилиндрической формы на массивной подставке. Естественно, тоже покрытый копотью. Приблизился.

Странный «саркофаг», особенно то, что с одной стороны что-то назойливо пикает. Протёр подозрительное место ладонью и обнаружил под сажей экран, клавиатуру с непонятными иероглифами, мигающие зелёным и красным диоды, хотя в том, что это диоды, я не уверен. На небольшом мониторе схематично изображена фигура человека и бегущая строка, наверное, с пояснениями. Страх, интерес и ощущение прикосновения к чему-то значимому заполнили сознание. Не отдавая себе отчёта, действуя автоматически, протёр верхнюю часть находки и ахнул.

Это наверное всё-таки саркофаг, технически совершенный и созданный неземной цивилизацией специально для пребывания человека. Целостность его оказалась нарушена, чего я не увидел в начале осмотра. Обгоревшее в нескольких местах, исцарапанное осколками тело неизвестного выглядит плачевно. Крови потеряно много, судя по луже под телом, но человек внутри дышит, я вижу это по вздымающейся груди.

Не знаю, что на меня нашло, я в панике начал бить по этому хранилищу, особо не думая о результатах. Идея выстрелить из рельсотрона показалась удачной. Нагнетатель загудел, приводя разгонный модуль в боевое состояние. Выстрел. На прозрачной поверхности появилась царапина, дефицитный боеприпас ушёл рикошетом в стену, задев меня. Кожу в районе скулы у самого виска обожгло, тёплые капли крови заструились по подбородку. Не обращаю внимания, думая о человеке внутри. Машинально вытер лицо. А что я хотел? Этой штуковине не повредили даже высокие температуры и удар при падении.

Запаниковал от своего бессилия, но ненадолго. Рассудив здраво, что ключ это пульт в изголовье, начал нажимать на все кнопки подряд. Безрезультатно. Боясь того, что пропустил что-то, выудил из ранца тряпку и протёр всю поверхность вокруг монитора. В неприметном месте, гораздо ниже прозрачной крышки, выдвинулась панель. Наверное, случайно активировал.

Центральная её часть засветилась, появились контуры человеческой ладони. Машинально приложил руку, не обратив внимание, что она в крови. В пальцы кольнуло, панель вернулась на место, механический мелодичный женский голос что-то сказал на непонятном языке. Отшатнулся, так как из-под крышки ударил яркий свет. Прозрачная поверхность пришла в движение, разделившись ровно по центру, исчезла в бортах, открыв доступ к израненному телу.

Я действовал быстро. Используя остатки обмотки, как бинты, перетянул кровоточащие порезы. Так себе помощь, конечно, но это временно. Нужно немедленно покинуть опасный район и дальнейшие процедуры проводить в спокойной обстановке, желательно, не испытывая недостатка в нужных материалах. Единственное правильное решение – как можно быстрее пробраться в свой подвал. Исполнением занялся немедля.

Вопрос транспортировки встал остро, так как первая же попытка взвалить себе человека на плечи, завершилась падением и жуткой болью в сломанной стопе. Соорудил волокуши из кусков толстого силового кабеля, благо, техногенного мусора вокруг предостаточно. Обмоткой кабелей зафиксировал пострадавшего и связал себе подобие сбруи. После пары десятков минут двигался по дну техногенного каньона…

К счастью, далеко идти не пришлось. Борозда оголила подземные коммуникации города, и я наткнулся на канал, прямиком ведущий в центральный коллектор. Спустя пять часов добрался до цели измождённый, с ноющей распухшей ступнёй, но довольный и с чувством выполненного долга…

На себя потратил немного времени – соорудил шину, зафиксировал конечность, выпил одну таблетку обезболивающего. Теперь предстоит всерьёз заняться найдёнышем, продолжавшим терять кровь, несмотря на мою первую помощь. По уму нужно наложить медицинские скобы на множественные порезы, но о таком дефиците я давно не слышал ни от кого из оставшихся жителей города. Старик научил нескольким способам, одним из которых решил воспользоваться.

Разогрел мёд с воском, но не до кипения, отставил в сторону и принялся разоблачать пострадавшего. Первым делом расстегнул поясной ремень, по всей длине которого находятся герметичные контейнеры, отложил в сторону. В поисках замка или пуговиц комбинезона потерял больше минуты, пока не коснулся воротника в районе подбородка. Материал разошёлся по всей длине, а я заорал, шарахнувшись назад, запнувшись о кресло упал, и, на корячках, отполз к стене. В голове мысли запутались, судорожно перебираю варианты.

Собравшись, вспомнил рассказы Старика о существовании на Земле особей женского пола. По всем предметам выходило, что человек, найденный мной в саркофаге, это именно девушка. На Земле большая их часть почему-то вымерла. Старик рассказывал, что женщин берегут и охраняют сильнее всего, что только уцелело на планете.

Окончательно придя в себя, продолжил оказание помощи пострадавшей. Стараясь не обращать внимание на детали, точнее на кардинальные отличительные признаки физиологии, завершил процедуру разоблачения. Планомерно, промывая водой каждую рану, накладывал разогретую смесь воска и мёда, которая, остывая, перекрывала кровотечение.

Не менее сорока минут ушло на обработку всех ран. Мысли о том, что передо мной девушка, отодвинулись на второй план, оставив в приоритете лишь борьбу за жизнь человека. Завершив процедуру, перенёс её на единственное доступное место, на своё. Плотно укрыв, оставил в покое.

Произошедшие события слегка выбили меня из колеи. Соорудил лежанку из тех вещей, что натаскал когда-то, улёгся, и несмотря на усталость долго не мог уснуть, ещё раз прошёлся по воспоминаниям. Как ни старался сконцентрироваться, главные вопросы вертятся вокруг тем – что делать, и как себя вести. По иронии судьбы, Старик ничего такого не рассказывал об отношениях между полами. Лишь поверхностно упоминал.

Отдал должное и тому факту, что гостья рухнула с неба, и тому, что наверняка по-русски не понимает ни чёрта. Это может стать дополнительной проблемой. На то, что она рано или поздно придёт в себя, я очень рассчитываю, как и на то, что расскажет массу невероятного, языковой барьер почему-то не показался непреодолимым препятствием. За такими мыслями провалился в тревожный сон…

Проснулся, открыл глаза и заорал. Нереально большие, зелёные глазищи сверлят меня с нескрываемым любопытством. Острые черты лица, тонкие брови, неестественно алые губы вкупе с ямочками на щеках, задорным курносым носиком и радикально чёрными волосами. На моё пробуждение гостья отреагировала неадекватно. Шарахнула пару пощёчин, что-то затараторила на непонятном языке, примериваясь получше ударить. Попытался отодвинуться от взбесившейся фурии, но острая боль в ноге помешала. В глазах потемнело, и прежде чем выдавить из себя какой-нибудь звук, отметил изменение выражения лица бестии с бешеного на озабоченное. Как ни старался сдержаться, но стон вызванный острейшей болью, вырвался из груди. Я безвольно откинулся на подушку, потеряв интерес к окружению.

– Тайла, клоури бране? – в зазвучавшей тарабарщине разобрал только вопросительную интонацию.

– Нет, спасибо, я лучше ещё полежу, – ответил, не надеясь на понимание, твёрдо рассчитывая больше не открывать глаза.

– Бране крис амон айон, – вероятно, подвела итог собеседница, а может и приговор огласила.

– И всё же, я настаиваю на покое для себя, – решительно возразил, не понимая, о чём идёт речь, и не питая надежд понять когда-нибудь.

Допрос с «пристрастиями» прекратился. Глаза открывать не стал на всякий случай, вспоминая злое выражение её неестественно красивых глаз. Решил, что лучшей тактикой станет выжидание. Надеюсь, что гостья когда-нибудь догадается оценить мой вклад в своё спасение. В общем, продолжил лежать с закрытыми глазами, стараясь на слух определить, чем она занимается.

Так себе идея, как выяснилось. Эта фурия злая даже не шуршит, не то что ногами, но и когда в вещах роется. Как раз приоткрыл глаз и застал её за этим занятием. Мысль подсказать, что её пояс с контейнерами я убрал от греха в тумбочку, зависла без исполнения. Всё по причине злых взглядов бросаемых в мою сторону. Еле успел зажмуриться в очередной раз.

Странно, но одежду гостья проигнорировала, хотя шкаф с большим выбором вещей на все случаи жизни проверила. Сомневаюсь, что ничего подходящего для себя она там не обнаружила. Но факт остаётся фактом. Открыл для себя неведанное ранее чувство неудобства из-за вида нагого человеческого тела, поэтому прекратил подглядывать исподтишка. Тумбочку она всё-же проверила, судя по характерному скрипу дверки.

Все мысли сами собой сконцентрировались вокруг больной ноги. Она ощутимо распухла и каждый удар сердца отдавался острой болью. Терпеть становится всё тяжелее. Вспомнил про последнюю таблетку, что лежит в нагрудном кармане куртки, и потянулся за ней. Неожиданно твёрдая рука остановила меня, шёпот, исходящий от девушки проник в сознание. Непонятная речь заполнила всё вокруг, раздаваясь одновременно отовсюду, принося спокойствие и умиротворение, заглушая боль и погружая сознание в эйфорию. Невольно открыл глаза и перестал дышать, созерцая странное по сути действие гостьи.

Не переставая шептать, девушка вытащила из поясного контейнера шар полированного металла, положила его на ладонь свободной руки и усилила тембр голоса. На то, что я открыл глаза и внимательно смотрю, гостья никак не отреагировала. Почувствовал давление со стороны необъяснимой силы. Тело перестало реагировать на мозговые импульсы, словно меня парализовало.

Откуда взялся луч света, выхвативший предмет на ладони девушки, я не понял, но продолжил заворожённо смотреть как он исчез, а шар засветился. Гостья бережно поднесла его к моей груди, не переставая шептать. Верхняя полусфера раскрылась как лепестки, явив содержимое. От неожиданности окаменел в шоке, попытка закричать провалилась. Не смог выдавить ни звука.

Из контейнера-сферы вылез сгусток светящихся волокон, ощупывая пространство перед собой паутинообразными нитями. Нечто коснулось моей груди и отшатнулось назад. Через мгновение светящиеся нити вновь потянулись ко мне увереннее, оно заняло положение чётко над сердцем, интенсивность света усилилась, а окружающее пространство погрузилось во тьму. Я мог видеть только светящийся сгусток, обхватывающий меня постоянно удлиняющимися волокнами энергии и света.

Изучив тело «донора», энергетический клубок проник в грудь, распоров одежду и мышечные ткани вместе с рёбрами. Новые нити вырвались из сгустка энергетической субстанции. Подобно змеям, увенчанные яркими точками на концах, они вытягивались из раны. Повторяя контуры тела, превращали меня в мерцающую радужными всполохами куколку гигантского насекомого.

Боль пронзила каждый нерв, заставив дёрнуться в конвульсиях. Тысячи раскалённых игл протыкают кожу, погружаясь глубже, приносят новые, ни с чем несравнимые страдания. Паралич не позволил двигаться, помешать деянию я был не в состоянии, а если бы и мог, каким образом это сделать? Сознание не потерял вопреки ожиданиям, когда последняя светящаяся нить исчезла во мне. Рана затянулась, окрасив разрез светом на несколько секунд, и всё закончилось.

Постепенно окружение вернулось к изначальному виду. О произошедшем напоминал лишь пустой блестящий контейнер в ладонях девушки. Теплота сконцентрировалась и разлилась по телу, избавляя от боли, усталости и тревоги. Веки потяжелели, пришло умиротворение, и я уснул безмятежным сном…

Очнулся резко. Порадовало отсутствие болевых ощущений и необычная лёгкость во всём теле. Пошевелил пальцами и повертел ступнёй, нога отозвалась здоровой реакцией на действия. Открывать глаза сразу посчитал излишним и прислушался к окружению. Тихо, лишь запах жарящегося мяса распространяется и вызывает нешуточный аппетит. Неужели гостья кашеварит? Она же не местная, от слова «вовсе».

Разлёживаться неправильно, когда кто-то хозяйничает в моём доме, посему демонстративно заворочался, надеясь привлечь внимание. Будет бить, как в прошлый раз, или нет? Не успел подумать на тему возможного истязания, как нахлынули воспоминания о светящемся создании. Поёжился, стараясь почувствовать нечто инородное внутри. Никакого результата, кроме фиксации на уровне мысли присутствия гостьи, ненужно открывать глаза и смотреть, чтобы знать о её действиях.

Что это? Новая возможность, как следствие слияния с чужеродным организмом, или нечто другое? Судя по состоянию, ничего отрицательного пока не проявилось, а плюсы от симбиоза налицо. То, что случившееся можно охарактеризовать именно как «симбиоз» – не сомневаюсь, осталось понять насколько он станет выгодным. Ну, что же, буду надеятся на то, что в ближайшее время всё прояснится.

– Кому молчим? – раздался вопрос на чистейшем русском языке.

От неожиданности я невольно вздрогнул и открыл глаза. Уставился на всё ещё нагую девушку, пребывая в ступоре, с офигевшим, наверняка глупым выражением и открытым ртом. Изумление? Нет – шок.

– А-а-а? Как же… Это? – выдавил из себя, спешно отводя глаза, но плохо получилось, не смотреть на неё сложно.

Как сказал бы Старик: «Нет слов, одни междометия остались!»

– Как-как? Задницей об сопло, – непривычно витиевато выразилась. – Лежать долго собрался?

– А где спасибо за спасение? – перебил разгорающийся наезд вопросом, предположив, что девушка скоро материться начнёт – точно, матершинница инопланетная попалась.

– В расчёте, – отмахнулась, усаживаясь на корточки рядом. – Рот прикрой и пялится перестань, а то выглядит так, типа впервые видишь что-то.

Ещё и вредина с примесью циника – подумав, добавил в характеристику к пункту про мат. Хотя могу и ошибаться, вдруг это такая реакция на кризисную ситуацию? Или, может быть, это общая особенность девушек как биологического вида? Запросто может. Пока размышлял, гостья разнервничалась от нетерпения. Диалог ей подавай, а не пялится на неё – ой, как сложно. Подозрение о конце относительно спокойной жизни переросло в уверенность. Старик, кажется, называл это загадочным словом «подженился».

* * *

Оливия очнулась, осмотрела помещение, одновременно проводя детальное сканирование ментальной составляющей. В зоне прямой видимости спит абориген, в ауре враждебности нет. Запустила общую диагностику – повреждения есть, с ними работают биосимбионты, состояние удовлетворительное, не требующие дополнительного медикаментозного вмешательства. Получила сжатую информацию о ранениях, отчёт о возможных причинах и общее время необходимое для полной ликвидации последствий. Нейросеть выходит из состояния гибернации и подгружает базы.

Оценила объём полученной информации, можно запускать обработку, чтобы определить уровень эволюционного развития, научный и технический потенциал, используемые технологии местными аборигенами. Тридцать минут внешнего покоя с внутренней концентрацией, закончились обобщённой сводкой и подтверждением готовности к выполнению миссии. Стоп. О какой миссии идёт речь? Нет ответа. Миссия и всё? Так не бывает.

Самое странное ожидало дальше, когда девушка попыталась ответить на основной вопрос, на вопрос о самой себе. Пустота – нет никакой информации. Хотя нет. После экстренного сканирования массивов памяти нейросети, нашлись обрывки повреждённых или затёртых данных, разрозненных, ничего толком не поясняющих. Скорее, похожих на инструктаж, или свод последовательных действий в той или иной ситуации. Надо полагать, применимо к загадочной миссии.

Оли начала вспоминать как здесь оказалась. Повезло, что некоторые функции усовершенствованного мозга автоматически активизируются. Например, сбор данных при чрезвычайных ситуациях. Сознанию в этот момент не обязательно контролировать процесс фиксации событий и осуществлять анализ. Полезная возможность, особенно при нахождении в состоянии стазиса, когда человек в полной отключке. Выкладки получились сумбурные, но пролили толику света на последние часы перед приходом в себя.

Итак. Пробой в основании анабиозной капсулы и, как следствие, множественные повреждения, опасные для жизни, активировали запись событий… Человек, на кровь которого сработал биометрический сканер и извлечение Оливии… Первая помощь… Трудности передвижения… Травма человека, спасшего её…

Бегло ознакомившись с хронологией, Оли нашла взглядом спасителя. Ментальное проникновение в сознание парня сходу не получилось, что странно. Она точно знала, что сопротивляться силе её мысли дано лишь единицам. Эмпатичиское воздействие со считыванием мыслеобразов вышло удачнее, девушка оценила тяжесть его состояния. С лёгкостью определила то, что пара костей в ступне раздроблена. Нужно срочно вмешиваться, иначе неизбежны тяжёлые последствия, вплоть до летального исхода. Тем временем парень заворочался. Попробовала привести его в чувство, ударила. Констатировала неадекватную реакцию на себя. Тут же появилась подсказка, точнее выдержка из остатков руководства.

Необходимо выделить потенциального лидера из местных, войти в контакт и добиться расположения. Единственный из найденных в пострадавшей базе способов – физическая близость. Девушка не анализируя, не думая о правильности, последовала инструкции, найденной в частично восстановленном массиве памяти. Привлечь внимание – сделано. Показать себя – выполнено. Добиться желания близости и поддаться инстинктам самца…

Вот тут и случилась первая грандиозная неудача. Парень не знает, что нужно делать. Анализ мыслеобразов подтвердил полное отсутствие не то что практики, вообще понятий об этой стороне жизни. Он девушку первый раз видит. Ситуацию усугубил аналогичный уровень познаний в этой области у Оливии. Теория нашлась в базах, а вот с практикой… Не было её…

Нелепая ситуация, и спросить не у кого, наставления не рекомендовали обсуждать эту тему прямо. Подумав, плюнула на инструкции, решив довериться интуиции. Парень, что спас её, значит, по умолчанию союзник. Осталось выяснить, в чём именно союзник? Запустила процедуру восстановления данных с надеждой, что получится докопаться до миссии.

Сейчас главное закрепить успех и спасти аборигена, вселив биосимбионт, это поможет избавиться и от речевого барьера. После установки и нейроконтакта, Оли освоит язык на уровне подсознания, поймёт обороты речи и смысловые значения. Однако, есть риск, так как установка в таком возрасте опасна. Решила, что одного симбионта с него хватит. Выдержит ли? Девушка разнервничалась…

* * *

Первый день после «исцеления», точнее вечер, я не разговаривал с гостьей из принципа. Тяжело пришлось, но зато игнор подействовал. Наезды она прекратила и наконец-то оделась, только я не понял, лучше стало или хуже. В смысле, привлекательность девушки лишь повысилась с обретением одежды, которая подчёркивает все физиологические отличия – трудно сказать, мне хорошо от этого или плохо. Потратил много нервов на борьбу с самим собой, кое-как приспособился не обращать внимания на детали, или делать это не так явно. Вроде, получилось.

Сегодняшнее утро встречаю, готовя завтрак, с твёрдым намерением не сдавать позиции, вести себя как хозяин и старший, знающий больше о местных реалиях.

– Не считаешь, что наше общение как-то не правильно началось? – не выдержала молчания гостья.

– Наше? – мне не понравилось обобщение. – По-моему, это ты начала меня бить, а затем подселила светящуюся штуковину. Кстати, достаточно болезненная процедура, если что, – пробубнил, не оборачиваясь.

– Зато теперь ты как новенький, – тут же нашлась. – И я могу общаться с тобой на твоём родном языке, без проблем с пониманием.

– Язык, может быть, ты и знаешь, а как быть со смыслами, названиями? – решил не сдаваться сразу.

– Ну, твои-то я пойму, а к моим привыкнешь. Меня Оли зовут, Оливия, если полностью, – представилась, разворачивая меня за плечо.

– Шор, ой, – запнулся. – Зови Шорохом. Я только это имя помню.

– Шор мне больше нравится, – заявила с ноткой кокетства.

Девушка придвинулась ко мне вплотную, давая лучше рассмотреть свои огромные зелёные глаза. Смутился, почувствовав на лице её дыхание, попытался отстраниться и задел сковороду, та незамедлительно упала, весело разбрызгивая топлёный жир. Куски мяса дополнили натюрморт на полу.

– Ты чего-то разнервничался? – верно подметила моё состояние.

– А какого ты так близко подкралась? – огрызнулся, жалея о завтраке.

– Подошла, – заявила обидчиво. – Кстати, рада знакомству, – произнесла подозрительно ласково.

С последней фразой развернулась и направилась чётко к шкафу с оружием, точнее с единственным рельсотроном, несколькими силками, набором метательных ножей и так, ещё по мелочам. Достала ствол, повертела в руках, показав знакомство с предметом. Пару раз приложилась, изображая прицеливание. Тут взгляд её изменился, стал цепким, губы сжались. Ствол оружия она недвусмысленно направила на меня. Испугаться не успел…

– Насчёт три, – произнесла, глядя мне в глаза, и тут же скомандовала. – Три!

Я отчего-то знал, что от меня требуется. Приседая, отметил выстрел мне в голову. За моей спиной раздался треск, звуки падающих кусков бетона и визг фрез, распиливающих арматуру, заполнили помещение. Как говорил Старик, «с бабами оно завсегда не понятно».

Оливия метнулась ко мне и увлекла к выходу. Я не сопротивлялся, подсознательно отдавая себе отчёт в правильности её действий. Начался бег. Подземный коридор ведёт в один из общих залов с многочисленными комнатами. Попытка остановиться ни к чему не привела, Оли буквально тащила меня за собой, не давая перевести дух. Резко остановилась, ударила по плечу. Я отскочил к стене, девушка к противоположной, а в том месте, где мы стояли мгновение назад, с неприятным, нервирующим звуком рассекаемого воздуха, пролетела дисковая фреза.

Из кухни послышался грохот удара тяжёлого объекта о бетонный пол. То, что мехвариор пробрался внутрь моего убежища – неоспоримый факт. Проход без двери в крохотную комнату, точнее подсобку, девушка избрала в качестве временного укрытия, буквально закинув меня внутрь. В косяк ударилась вторая фриза. Её вращение застопорилось, когда зубья заскрежетали об арматуру. Орудие завибрировало, действуя на нервы.

– Почему не предупредил? – бросила мне Оливия, контролируя единственный вход.

– А ничего, что мы ещё толком не разговаривали? – ответил вопросом.

– Историю планеты расскажешь позже, а сейчас будь любезен, поведай, что ещё нам угрожает помимо боевых модификантов, – продолжила допрос на редкость спокойным голосом.

– Ну есть ещё летающие, бегающие и ходящие, похожие на человека по конструкции, но последние – редкость, – коротко перечислил, думая о том, как выйти из западни.

– Беги! – девушка подбородком указала на дверной проем, – доверься чувствам и беги.

Уверенность в её голосе добавила решимости, и я побежал…

Тут же сделал открытие для себя. Я великолепно знаю все ходы и лабиринты подземного комплекса в котором живу, но никак не рассчитывал увидеть их отображения в виде полупрозрачной схемы прямо перед своими глазами. Парадоксальные ощущения, не сомневаюсь, что девушка видит аналогичную картину. Мы отмечены зелёными маркерами в форме треугольников. Мехвариор – красным. Сейчас он располагается в кухне, сканирует окружение, определяясь с маршрутом погони.

Я продолжал бежать, чётко следуя одному из пяти возможных путей, помеченных пунктиром на виртуальной карте. Маркер Оливии не двигается, маркер преследователя начал движение с невероятной скоростью. Пометив меня как приоритетную цель, он не обратил внимание на появление в тылу Оливии. Хлопок рельсотрона услышал, когда добрался до тупика коридора.

– Всё, возвращайся, – крикнула девушка.

Вернувшись, застал её сосредоточенно копошащейся в затылочной области механического монстра. Подошёл ближе и присмотрелся внимательнее. Неприметная пластина раскрошена, а Оливия занята выламыванием гнезда коммуникационного разъёма. Я за всю жизнь и не догадывался об этом уязвимом месте грозного противника.

– Что дальше? – отважился отвлечь её коротким вопросом.

– Мне нужен блок с кристаллом интеллекта, – пояснила, не оборачиваясь.

– Зачем?

– Сам потом поймёшь, некогда объяснять, – сказала, как отрезала.

При последней фразе что-то хрустнуло, часть головы мехвариора пришла в движение, раскрылась. Из неё выдвинулся модуль с блоком, похожим на тот, что передал мне Жмот через Пасечника. Девушка спокойно забрала драгоценность и утвердительно кивнула своим мыслям, словно нашла что-то знакомое, а скорее то, с чем часто приходилось иметь дело.

– Нам нужно искать другое укрытие, – холодно проинформировала.

– Почему? – выдал дежурную фразу.

– Не корчи из себя тупого, – наконец обернулась ко мне. – Харе тупить!

– И всё же? – я решил не сдаваться, так как это убежище служило мне домом всю сознательную жизнь, а до этого Старику и Бог весть ещё кому до него.

– Объясню в более спокойной обстановке, – огрызнулась. – Срочно собирай самое необходимое, и бежим из этого сектора. В запасе не более тридцати минут на всё про всё, – добавила спокойней, но выражение лица не изменилось.

Подумалось не вовремя о том, что даже в гневе девушка довольно привлекательная, а серьёзность в выражении добавляет неповторимого шарма.

– Нам нужен склад, – перешёл я к делу. – Там всё приготовлено на случай экстренного бегства, правда, на одного человека.

– Не проблема, – с этими словами она отбросила рельсотрон.

– Ты что? – я не мог оставить без внимания такое расточительство.

– Зарядов нет и не будет, а костыль тебе больше не нужен. Вон как скакал по коридорам, – добавила с ухмылкой.

Мне стало интересно, это она сейчас пошутить хотела? Но вопрос остался не озвученным. Сборы много времени не заняли. Да и что там сборов-то, забрать ранец, вещь-мешок, и готово. Другой вопрос, куда теперь податься? Ничего на ум не пришло, кроме как наведаться к Пасечнику и там переждать какое-то время. В то, что друг меня выгонит, я не верил, но и не исключал такой вариант. Если что, можно отсидеться в одном из узлов развязки городских коммуникаций. Там есть вполне нормальные помещения. Приложив немного сил и сноровки, более или менее комфортные условия для жизни создать нетрудно. Кое-какая защита будет, а множество ходов даже на руку. Жаль, конечно, расставаться с лабораторным комплексом, но ничего не поделаешь. Девушка не шутит, и опасность, нависшая над нами, реальна.

– Я не услышала, – напомнила Оли, примеряя ранец. – У тебя есть резервное место для укрытия? – поправила поясной ремень с контейнерами и отрегулировала длину лямок.

– Есть.

– Вижу, – показала, что в курсе. – Подтверждаю получение данных.

– В смысле? – удивлению моему нет предела. – Что значит, получила и подтвердила?

– Симбионт в тебе уже выполняет свои прямые функций, я позже поясню, какие именно, если понадобится. Уверена, что ты сам всё поймёшь, – безразлично пожала плечами, проводя ревизию содержимого.

– Н-да. Другого объяснения трудно было ожидать, – сказал, ни к кому конкретно не обращаясь.

Я лишь хотел убедиться в правильности своих выводов. Получается, что чудовище во мне организовало связь между нами в буквальном смысле этого слова. Непривычно одно, что девушка может видеть нужную ей информацию, а я не умею контролировать этот процесс. «Только бы мысли не читала», – непроизвольно подумалось, ведь у всех должны быть свои секреты.

– Скоро ты сможешь это контролировать, – словно прочитав мои мысли, пояснила Оливия. – Выдвигаемся к Пасечнику? – добила осведомлённостью.

Кивнул, направляясь к ветви тоннелей, ведущих к жилищу друга. Девушка последовала за мной, не задавая лишних вопросов. Да и смысл их задавать, маршрут уже скопирован и находится в у неё. Странная мысль посетила: почему мехвариор вычислил местонахождение убежища впервые за столько лет? А вот ответ, вероятно, мне не понравится. Предполагаю, что всё сводится к появлению в моей жизни этого странного человека. Всё-таки кое-что уточнить необходимо, обязательно займусь этим позже.

Пробираясь по подземным лабиринтам, не забываю контролировать Оливию. Она пару раз зацепилась за арматуру и свисающие концы силовых кабелей. Посоветовал идти за мной след в след, что она послушно выполнила.

Знакомый лаз в берлогу Пасечника, как всегда, закрыт изнутри куском листового металла. Постучал условным стуком, но не получил отзыва. Постучал ещё раз, недоумевая о причинах паузы, ведь Пас всегда на месте. Вместо этого через долгие пять минут раздался тихий шёпот.

– Шор, это ты? – голос Паса дрожит. – Не стучи, просто ответь, – через секунду уточнил друг.

– Открывай уже, или ты думал, что условный сигнал все в округе наизусть знают?

Металл заскрежетал о бетон, посыпалась пыль. А когда лаз открылся полностью, я проник внутрь и наконец выпрямился, чтобы оказаться в объятиях друга. Бросились в глаза дорожки недавних слёз.

Не выпускал он меня долго. Оливия, влезшая следом и рассматривающая берлогу хозяина, дала о себе знать, кашлянув. Реакция друга оказалась предсказуемой, так как полностью скопировала мою.

Пас выпучил глаза, шарахнулся спиной о препятствие в виде шкафа и медленно стёк по дверке на пятую точку. Вид офигевший, глупый. В ауте, короче, парень.

– Здравствуйте, меня зовут Оливия, но вы можете называть меня Оли, как Шор, – произнесла виновница всего, очаровательно улыбнувшись.

В конце этой фразы друг заорал, пытаясь спиной продавить дверь…

Интермедия первая

Мегагород живёт своей жизнью. Планета в зоне отчуждения галактики Шанрака заселена колонистами с самого начала исхода. Выгодное положение заметили сразу. Приближённость Сатимы к внешней границе чёрной туманности и скопление богатых минералами систем в ближайших районах, сказались на выборе миллиардов колонистов. Лучшего перевалочного пункта не придумать из-за центрального положения этой крошечной системы, по меркам космоса.

В самом деле, всего одна планета с несколькими спутниками на орбите вращается вокруг звезды. Зато какая планета? Размеры превосходят средние в несколько раз. Поначалу существовала проблема с повышенной гравитацией, но при тотальном засилии имплантов всё разрешилось в одночасье. Заселение произошло быстро. Отсутствие ископаемых на Сатиме не смутило, люди нашли другое, более выгодное применение, обосновав перерабатывающие комплексы под любые добываемые в зоне ресурсы.

Рентабельность предприятий сказалась на численности поселенцев. Жизненные пространства на планете перешли в разряд дефицита, заставив предприимчивых перенести производственные мощности под поверхность. Города, страдающие от вредных выбросов вновь ожили, экологию восстановили очень быстро, использовав реакторы и генераторы самых инновационных технологий. Свободные пространства подарили пышную природу, дав толчок ещё одному, перспективному направлению развития.

Удалённость от центральной части Содружества помогла организоваться туристическому, курортному бизнесу. Дешевизна отдыха в части зоны отчуждения, по сравнению с остальными курортными планетами Содружества, сыграла на популярности среди колонистов, обеспечив Сатиме великолепное экономическое будущее…

– Ваш напиток! Сэр, – Морика отвлёк работник отеля.

– Поставьте, – он небрежно протянул карточку. – Чаевые на ваше усмотрение.

– Благодарю, – человек поклонился, коснувшись устройством электронного носителя. – Вы как всегда щедры!

После этих слов признательности работник удалился, оставив Морика Кирка наблюдать неспешный заход светила за кромку горизонта океана.

Прибрежные отели не уступают по роскоши центральным комплексам, а уют маленьких бунгало не сравнить с хоромами, напичканными хайтэк технологиями. Именно это чувство уединения и отсутствие суеты привлекает сурового человека. Кроме того, по роду занятий ему противопоказаны толпы туристов в ближайшем окружении.

На этом участке побережья лишь административный комплекс имеет многоэтажность, из-за магазинов и персонала, обслуживающего обширное пространство, занятое сетью домиков, как одноместных, так и рассчитанных на семьи. Спокойствие и отсутствие дегенератов, швыряющих деньгами и просаживающих крупные суммы в увеселительных заведениях, нравилось Кирку, позволяло расслабиться, хоть на чуть-чуть.

Коммуникатор на предплечье подал сигнал. Морика встал с раритетного гамака и спешно покинул берег. Войдя в бунгало закрыл все жалюзи, сотканные из местных растений, проверил сигналки, расставленные вокруг дома и только тогда сел за стол. Ввёл код, полученный на берегу во второй коммуникатор, что извлёк из бронированного футляра, и приготовился к сеансу связи, которого ждал последние двое суток.

Голограмма собеседник смутила, но виду подавать Кирк не намеревался. Многие заказчики представали перед ним и в более странных одеяниях. Однако, что-то смутило. Не мог вспомнить о возможностях шифрования, когда лицо собеседника под капюшоном выглядит так, словно завихрения неоднородных масс. Да и сама одежда странная, материал словно живой организм, но это так, чистые наблюдения.

– Я перешлю вам данные об одном судне, – без вступлений начал собеседник. – Не смутит его класс?

– Детали? – охотник за головами принял правила переговоров.

– Интерстэллар.

– Будет дороже, так как его остаточный след почти невозможно проследить. Перемещается не так как основные корабли, – отреагировал, скрыв своё удивление.

– Я дам вам приметы следа, – успокоил собеседник.

– Что искать?

– Задача найти груз. В целости и сохранности доставить его по координатам, которые дам позднее. Данные по исходной точке отправки я уже передала, как и полное описание пилота, его биографию, происхождение и биометрию. Лишнем не будет. Главное условие – не при каких обстоятельствах не вступать в контакт с грузом. Это возможно?

– Груз человек? – уточнил охотник.

– Отчасти, – последовал расплывчатый ответ. – Вас это не должно беспокоить. Он в саркофаге, открыть который невозможно. Я предупредила вас от глупостей, связанных с попытками вскрыть его. Постарайтесь.

– Оплата?

– Проверьте свои счета после сеанса, – уклонился от цифр собеседник. – Но это после согласия. Чуть не забыла, вам будут мешать вплоть до устранения, начиная с этой минуты. Так как?

– Переводите, – Кирк подтвердил заключение сделки. – Меня всегда стремятся устранить, но как видите безрезультатно.

Связь тут же прервалась, личный коммуникатор сообщил о пополнении счёта на столь безобразную сумму, что охотник не сразу услышал писк индикатора. Несколько точек проникновения за периметр вернули Морика в реальность. Готовность наёмника это его жизнь, чего он никогда не забывал и не пренебрегал своими правилами. Меньше минуты ушло на сборы. Эргономичный кофр занял место за спиной, термические закладки в бунгало приведены в действие. Последний взгляд и выход через подготовленный пролом в задней стене к гравикару.

Нейроуправление активно, транспорт резко стартует сбив первого преследователя, целящегося из переносной системы. Выстрел совпал с ударом и реактивный боеприпас взмыл вверх, оставляя длинный след в сумеречном небе, завертелся не найдя цели и взорвался. В зоне отдыха начался переполох, грозивший заторами на узких гравинаправляющих, пришлось поспешить к стоянке лайтфлаев. Наёмник взломал первый попавшийся, не поднимаясь выше пары-тройки метров над поверхностью, взял курс в космопорт, где его ждал рейдер. За спиной громыхнуло, вспышка отразилась в панели заднего обзора. Бунгало заполыхало от взрыва термических закладок, огонь выжег следы и биометрические метки ускользнувшего охотника.

Гонка за целью началась, но кто ещё втянут? Как его вычислили, если само существование охотника за головами экстра класса, неуловимого одиночки, многие ставят под сомнение, как миф? Об этом Морике Кирку придётся думать находясь на борту своего корабля…

Чёрная туманность галактики Шанрака является смертельно опасной частью открытой вселенной. Зонды-разведчики ещё не возвращались оттуда. Известны лишь крохи информации о строении этого чёрного пространства: из звёзд преобладают нейтронные и белые карлики, газовые скопления и сплошные тайны, сопровождающиеся домыслами и догадками. Эта галактика – первое пристанище самого ужасающего, опасного и лютого творения чёрного космоса…

В определённый момент после объединения в Содружество и создания общего Парламента Пяти Галактик неизвестно откуда, просто как факт, появились трое существ, не принадлежащих ни к какому разумному виду, хотя внешне и выглядевших согласно самому распространённому антропоморфному строению тел. Во всех правительствах сразу специально для них создали должность. Предоставленная Контролёрам власть приближалась к безграничной.

Борьба с тёмной сущностью незаметно прекратилась, порождение космоса остановилось в своем продвижении. Галактика разделилась на две неравные части, между которыми появилась зона отчуждения, куда немедленно устремились пионеры, разведчики и просто авантюристы. Там же открылись залежи самых редких минералов и ископаемых. Богатство ресурсов не поддавалось описанию.

Со стороны материи осуществлялись одиночные прорывы границ, цель которых вызывала недоумение и лишний повод задуматься. После стремительного захвата любого объекта в космосе, населённого колонистами, сущность отступала, оставляя после себя «пустоту». Но пустоту странную – все сооружения и конструкции оставались с виду целыми, исчезало лишь население.

Единственной действенной мерой против этих проявлений считалось присутствие одного из галактической троицы неизвестной расы. Высадка представителя на захваченную территорию неизбежно приводила к отступлению тёмной материи. Однако, что конкретно там происходило и как боролись пришельцы – такую информацию добыть не удавалось. Со временем правительство Содружества остановило попытки разобраться в феномене и смирилось с фактом всесилия появившегося «трио», дав им негласный титул – «Контролёры».

Много тайн, недоступных для понимания, сопровождают их, но основной загадкой на которую обращают внимания абсолютно все – это среда их обитания. Они появляются с территории чёрной материи, ведут себя как хозяева непослушного питомца…

Глава 3

Выводить Паса из аморфного состояния – то ещё занятие. Первую мысль, изолировать добродушного медвежонка от общества бестии, исполнить не позволила сама фурия. Девушка активно вступила в роль реаниматора, отодвинула меня и занялась отработанным способом приведения в чувства. Эхо от хлопков по щекам долго гуляло по берлоге друга. Неудивительно, что Пасечник пришёл в себя быстро.

– Это же, же, – он указал дрожащей рукой на Оливию.

– Да-да, Пас, это именно то, о чём ты подумал. Успокойся, а то ведёшь себя не как отважный укротитель пчёл, – попытался я надавить на самолюбие.

Идея назвать его медвежонком появилась, когда Пасечник повесил себе на стену трофейную картину, выменянную у Жмота. Там медведи веселятся вокруг поваленного дерева. Тоже круглые, наверняка, добрые.

Добродушный «медвежонок» наконец-то собрался и трезво, без истерик, осмотрел девушку с ног до головы, пару раз зацепившись взглядом за отдельные элементы. Оценив по своим неизвестным критериям, гостью хозяин, видимо, одобрил – заполошно кинулся исполнять прямые обязанности, обеспечивая радушный приём. Говорить, однако, сразу не стал ничего. Молчаливо поставил чайник и расставил приборы на столе, не забыв про гордость – мёд.

Настала очередь Оливии впадать в ступор, заворожённо глядя, как из ячеек сот медленно и аппетитно капают капли ароматнейшей субстанции. Не удержалась, макнула палец, облизала и зажмурилась. На уровне подсознания я понял, что она полностью отдалась дегустации. Её вкусовые рецепторы первый раз столкнулись с этим продуктом.

– Что это? – прозвучал с восхищением прогнозируемый вопрос.

– Мёд, – Пасечник многословностью не страдал. – Очень полезный, – добавил гордо, разливая чай.

– Это всё здорово, – прервал я начинающуюся дискуссию о вкусах. – Пас, что это было с объятиями и слезами?

Тут друга прорвало, и он поведал о визите Жмота. Наш персональный сталкер оказался свидетелем падения объекта. А когда сопоставил время и степень разрушения пришёл к выводу, что мне пришла амба. Причём выводы сделал уже у Пасечника, когда тот рассказал о том, что я выдвинулся к нему. Маршрутов на полуостров у меня несколько, но самый быстрый и любимый оказался разрушен. Я у Жмота не появился.

Пока Пас вещал, Оли не переставала жевать соты, причмокивая и щурясь от удовольствия. Хорошо, что успели предупредить, что воск глотать не нужно. Иначе она и его бы съела, а воск Пасу жалко, продукт хоть и натуральный, но злоупотреблять им чревато, и мы вдвоём кое-как отняли вкуснятину.

Естественно, я в очередной раз огрёб. Чётко поставленный удар в солнечное сплетение намекнул, что вначале требовалось как-то объяснить свои действия и только потом тянуть руки к её еде. Причём, объяснял о коварстве продукта уже не я, а Пас. Мне на полу рядом со стулом, было не до того. Оставил себе заметку на будущее.

Постепенно разговоры свелись к обсуждению моей, точнее нашей с Оливией проблемы. Потеря убежища, дома, но самое главное, лабораторного комплекса. Пасечник повёл себя предсказуемо, предложив помощь.

– А теперь, – Оли стала чересчур серьёзной. – Кратко и тезисно поведайте мне главное. Что это за планета и почему здесь идёт истребление людей?

– Попытаюсь, но есть проблема, – я сделал паузу, акцентируя внимание.

– Я готова, – Оливия отодвинула чашку. – Слушаю. Обещаю не перебивать, а все дополнительные вопросы задам после.

Рассказ получился длинным, но не полным. Мы из-за своей молодости и отсутствия достоверной информации не смогли объяснить причину начала конца. С точки зрения девушки, этот вопрос оказался главным, красочные рассказы о техногенных убийцах, не перестающих охотиться на главного противника – человека, Оливию не сильно интересовали. Она словно знала больше нас, предугадывала описываемые признаки монстров, стереотипы их поведения. С тактикой убийц Оли тоже оказалась знакома.

– Где они концентрируются? – ошарашила вопросом в итоге. – Базы известны?

Мы переглянулись, предположения о существовании таких точек имелись, но чтобы добровольно туда наведаться, и мысли не возникало.

– Зачем тебе? – я удивился.

– Не могу точно сформулировать, но судя по тем фактам, что услышала, не всё с техникой хорошо, или наоборот. Всё слишком хорошо, – начала не говорить, а раздумывать вслух. – Модели не обслуживаются, новых не появляется. Но есть момент, это то, что механизмы научились работать вместе, несмотря на серьёзные отличия функционала. Например, киллфайтеры должны убивать, а они занимаются разведкой. Мехвариоры должны постоянно прочёсывать территории, но эти механизмы действуют по наводке, – здесь она задумалась. – И те, и другие – автономные многофункциональные боевые машины, их искусственный интеллект запрограммирован под определённые схемы действий. Странно, но похоже, что кто-то снял ограничение и активировал режим обучения. Вот они и кооперируются, ищут совместные тактические приёмы, – здесь она осмысленно посмотрела нам в глаза. – Есть предпосылки, что в ближайшее время появится новый вид, более совершенный во всех смыслах. Разобраться я смогу, хотя и сомневаюсь, что мои действия повлияют на ситуацию в масштабах планеты. Зато будете знать, кто ваш главный враг.

– Что ты хочешь сказать? – я не мог её понять и негодовал. – Если остатки человечества, разрозненного, живущего по норам, постоянно преследуемого, будут знать кто враг, то смогут повлиять на ситуацию? Или, самое сказочное, выйти победителем? Иди сюда.

Взял её за рукав и повёл коридорами к выходу из подвала. Пасечник поспешил за нами. Я буквально волок девушку по лестничным переходам, минуя пролёты, не обращая внимание на каменную крошку и техногенный мусор. Она часто спотыкалась, но упасть я не позволил. Выход в цоколь некогда административного здания, путь по стоянке автомобилей, где от средств передвижения остались голые ржавые скелеты кузовов, и выход на поверхность.

Не рассусоливая, взял девушку за подбородок и затылок, сжал и направил её лицо в небо. В мёртвой тишине разрушенного мегаполиса, опустошённого и зловещего, мы трое смотрели вверх, где на дальней орбите весит технический монстр, кроваво-чёрное космическое творение.

– Там всё зло.

Пояснять или уточнять что-либо посчитал ненужным. Разжал руки и отступил от девушки на шаг. Я не знаю, что она думала, какие мысли рождались в её умной голове, и что означал этот странный взгляд, наполненный тоской. Мы простояли не меньше тридцати минут, после чего, не разговаривая, вернулись в берлогу друга…

* * *

Лишнее подтверждение конца спокойной жизни пришло с резким пробуждением. Я не знаю, кому взбрело в голову первому искупаться ночью, но не сомневаюсь, что никто не сговаривался. Истошный крик Паса перетёк в визг Оливии. Гулкий звук удара пустым тазом по явно одушевлённому предмету без мозгов, и панические вопли. Топот босых ног по коридорам, сопровождаемый ругательствами с одной стороны, и мольбами о пощаде с другой.

– Стоп! – заорал я, накидывая плюсовую клему на аккумулятор.

Лампы загорелись, «в свете прожекторов» предо мной предстала композиция с двумя персонажами в главных ролях. Где-то я видел аналогичную картину. А именно, один индивидуум лежит на боку, в мольбе протягивая руку к деспоту с мечом. Небольшое отличие: в роли индивидуума – голый Пасечник с пустым тазом в качестве детали туалета, в роли деспотичного монстра – Оливия, одетая по форме «ноль», с куском трубы вместо меча. Выражение лиц соответствующие, но сходу определить, кто первопричина нарушения спокойствия, невозможно, посему пускай будут оба. Актёры, забыв о ролях, синхронно обернулись ко мне.

– Как маленькие, – решил сразу наезжать, чтобы сбить накал страстей. – Не можете днём помыться? Не терпится? Ну эту, – кивнул в сторону Оли. – Понять можно. С неба упала, не мылась с дороги. А ты? – обратился к другу. – Подсматривать ходил, или у тебя фобия какая? Типа, боязнь светлоты, и как следствие – ночное расписание, – не дожидаясь оправданий или какой другой реакции, скомандовал. – Отставить водные процедуры. Всем спать!

Выключил свет с удовлетворением отметив, что крики с дракой прекратились. Гладиаторы что-то бубнят и, по-моему, вместе идут по коридору к своим комнатам. Порадовался, тут же опечалился – сна больше не будет. Вспомнил, что сам давно не мылся, вздохнул и направился исполнять ночной моцион…

«Два пробуждения за ночь это уже слишком», – такая мысль пришла, когда почувствовал настойчивое тормошение за плечо. Открыл глаза, но вслух сказать ничего не успел, так как Оливия прикрыла мне рот ладонью. Взгляд испуганный, но без признаков паники.

– Минута на сборы, – прошептала. – Твоего друга я уже растормошила.

Я понятливо кивнул.

– Плохо, что оружия нет никакого, – добавила с досадой, располагая метательные ножи по телу.

Когда успела прихватить? Отдал должное сноровке девушки, распределила всё с максимальным удобством, так, что в любой момент один из ножей всегда оказывался под рукой. Не обошла вниманием и голени, и предплечья. Сразу понял – это ей знакомо, пользоваться умеет, в отличие от меня. Раздумывал спешно собираясь, поэтому не обратил внимания, что творится за спиной. Обернулся готовый выдвигаться за девушкой.

Оли стоит лицом ко мне, а над ней, прямо за спиной, встав на задние конечности, завис механический убийца. За мгновение до атаки Оли развернулась, садясь на шпагат обнажила кортики. Перекатом вперёд переместилась за противника, обратным сальто обрушилась верхом на его голову, отточенным движением лезвия сковырнула защитную пластину и загнала клинок под основание. Сноп искр осыпал и девушку, и механическую тварь. Туша начала заваливаться, Оли ловко соскочила с поверженного монстра.

– Охренеть, – только и смог сказать.

Перед глазами, запоздало возникла оперативная схема. Маркеров слишком много, к треугольникам добавились квадраты. Мехвариоры разных типов прочёсывают разветвлённые лабиринты укрытия, раскрытого по непонятной причине. Отметил, что это чересчур странно, постоянство обнаружения напрягать начинает.

Воительница потащила меня по коридорам. Бежали, не оборачиваясь, так как всё происходящее фиксируется, передвижения противника известны. Влетели в неприметную дверь и забаррикадировали изнутри. Эту комнату я ещё не видел. Металлические шкафы стоят не только вдоль стен, но и по центру рядами. Два открыты, из одного Пасечник достаёт какие-то вещи. Присмотрелся.

Комплекты военной амуниции, абсолютно новые, с полным набором тактических приспособлений. Налокотники, наколенники, шлемы сферы, системы подвеса оружия… Чудом сбережённые другом. Успел подумать о трудностях с сохранением тайны такого богатства и мысленно поаплодировал Пасечнику. Я бы, например, не вытерпел и давно рассказал всем о находке, а он выдержал, приберёг на чёрный день.

– Переодевайтесь. Размеры проставлены на дверках, так что долго искать не придётся, – сказал, не оборачиваясь. – Шорох, извини, что не открыл тебе секрет раньше.

– Проехали, – подбодрил друга, отыскав подходящее по размеру обмундирование. – Это единственный сюрприз на сегодня или ещё будут?

– Мехвары уже тут, – вклинилась Оли. – Потом поворкуете. Варианты отхода, надеюсь, продуманы?

Тот кивнул, не отрываясь от сборов. Удар снаружи сотряс входную дверь. Времени до взлома барикады совсем немного, поэтому вопрос с отступлением встал остро, я вопросительно глянул на Пасечника.

– Жаль, оружия нет никакого, – друг словно процитировал Оливию.

– Да вон оно, переодевается, – указал на девушку, когда парень поднял на меня глаза. – Видел бы ты её выкрутасы. Коррида и танец с саблями какие-то. Оливия, – обратился к ней. – Скажи, у тебя страх в голове есть? Ты одна такая отмороженная, или это понятие отсутсвует у девушек, как явление?

– Ой, что ты! Мы все такие трусихи! Повезло просто, – отмахнулась.

– Ну ну, – покачал головой. – Почти верю.

Собрались в центре комнаты, оглядывая её в последний раз, жалели, что не унесём всё. Это же сколько можно выменять полезного и нужного! Натиск снаружи усилился.

– Куда? – я нервно задал вопрос закончившему сборы хозяину.

– За мной, – вздохнул Пас. – Ты ведь в курсе, что помимо твоих нор, город пересекают и другие подземные магистрали. Так вот. Одну я тебе сейчас покажу.

Переспрашивать не стал и вместе с Оливией поспешил за другом к какой-то подсобке. Дверь на вид так себе, хлипкая, а вот внутри совсем по-другому, основательно и серьёзно. То, что это переход в распределительный узел, и подумать не мог, тем более, что магистраль относится к типу основных. Сечение труб, что вижу перед собой, до полутора метров, задвижки отсутствуют. Пришёл к выводу, что это новая недостроенная линия, о которой я и Старик не знали. Строительство начали, видно не закончили в связи с известными событиями, так что трубы есть, инфраструктура готова, но до запуска ещё строить и строить.

– До полуострова доберёмся? – уточнил я.

– Должны, я, правда, далеко не ходил, – пожал плечами Пасечник.

– Что за полуостров такой, о котором я уже неоднократно слышала? – Оливия включила тактический фонарь на шлеме.

– Ещё один из нашей банды живёт там. Жмотом кличат. Не полуостров теперь, то раньше было, – Пас занялся ликбезом Оливии. – Сейчас, это так, горка рядом с руслом, что сразу за разрушенной плотиной.

– Он что, жадный? – уточнила с удивлением, а мы заржали.

– Нет, не жадный, просто имя у него такое, – пояснил, с трудом удерживая смех. – Он, наоборот, щедрый. Иногда доходит до абсурда.

Отсмеявшись, двинулись в единственном возможном направлении, вперёд по трубе. Шли молча, пока не достигли первой развязки. Здесь, как и в берлоге у Пасечника, трубы обрывались. Выбор нового направления предоставили мне, пояснив, что у подземного жителя, то есть меня, система ориентирования в коммуникациях развита на уровне инстинктов, а компас придуман для детей.

Занялся прикидкой маршрута, вспоминая направление движения, сверяя предполагаемое местонахождение под землёй с поверхностью. Сосредоточился. Полупрозрачная схема перед глазами изменила масштаб, показывая весь пройденный маршрут. На неё наложилась информация с поверхности, та, которую помню начиная со здания Пасечника.

По мере продвижения схема обрастает деталями, автоматически дополняется, навсегда оставаясь в памяти. Попробовал убрать изображение, сменить детализацию, разделить по уровням и глубинам – всё получилось. Вернул к первоначальному без проблем и обернулся, вопросительно глянув на Оли, та улыбнулась краешками губ и кивнула – мол, всё так и должно быть. Отметил отсутствие маркеров преследующих мехвариоров, подумал над этим и тут же получил данные об ограниченном радиусе нейросканирования. Причём, сразу пакетом в мозг. На виртуальной карте область очертило пунктиром и затемнило.

Вопросы к Оливии накапливаются. Не покидают мысли о преследователях, где они сейчас, преследуют или потеряли нас? Почему обнаружили? Не отдавая отчёта действиям глянул на сосредоточенную Оли, нехорошие мысли вновь полезли в голову. Неужели дело в ней? Вышел из задумчивости от того, что вышли к очередной развязке, оказавшейся тупиком. Друзья беспокойно вертят головами, шарят по сторонам лучами тактических фонарей.

Беспокойство передалось и мне, только в отличие от них, повода нервничать пока не вижу.

– Причина ступора? – нарушил молчаливое обыскивание.

– Там дальше бетонные коробки, под землёй, сомнительной надежности, – Пас указал лучом фонаря направление. – Можно, конечно, попытаться пролезть, но что-то я сомневаюсь в успехе. Грунтовые воды здесь поднимаются слишком высоко, родников много, так что, если учесть, сколько вода точила железобетон, то так себе зайтека получается. Шор, как считаешь? – закончил вопросом, пристально глядя на меня.

Я прислушался, различил отчётливые звуки падения капель, еле уловимое журчание воды из глубин трасс, подготовленных для прокладки труб. Только сейчас обратил внимание на сырость, запахи плесени, затхлости, что заставили невольно поморщиться. Старик всегда говорил: «Сырость – враг костей». Верю.

– Придётся выйти на поверхность, – подвожу итоги осмотра.

– Интересно, как? Дверей с табличкой «выход тут» я не вижу, – усомнился друг.

– Вот ты, Пас, всю жизнь прожил в подвалах, как и я, а такую простую истину не усвоил, – иронично покачал головой. – Это что? Правильно – будущая развязка, крупный подземный комплекс. Следовательно, тут сходятся вспомогательные коммуникации. Инженеры не дураки, позаботиться об обслуживании сложного технического узла были обязаны, в первую очередь о постоянном доступе. Причём, с поверхности тоже.

Друг хмыкнул, сконцентрировался, отыскивая приметы дверей на стенах обширного пространства, заваленного остатками строительного и техногенного мусора. Обнаружили старые, тронутые тленом инструменты, что сказало о спешном завершении работы или, попросту, о бегстве строителей. Искомое отыскала Оли, указав на потолок.

– Нам наверх? Не это ищем? – выразительно съехидничала Шиза ходячая, обращаясь к озабоченному Пасечнику.

– Шорох, глянь, – перевёл друг стрелки.

Осмотрел серьёзную колёсную задвижку, отметив для себя основательность запора и конструкции под потолком в целом. Это вход в ствол шахты на поверхность. Диаметр позволяет доставлять крупногабаритные грузы, узлы и агрегаты к месту работ без особого напряжения.

– Да, то что нужно, – подвёл итог. – Теперь сооружаем гору из мусора, – добавил оценив высоту свода подземелья. – Допрыгнуть не получится.

Приступили к строительству. Удачно получилось, материалов вокруг хватило для возведения нормального кургана. Дно лифтовой кабины мощного подъёмника, открывшееся взорам сразу, как справились с запором, порадовало малым люком. Влезли – опять повезло. Оборудовано средство механическим приводом. Крути себе рукоятку и потихоньку поднимайся. Похвалил мысленно конструкторов за прозорливость. Иначе бац, отключат питание и сиди, а тут уже предусмотрен выход из неприятной ситуации.

Подъём происходит медленно. Пас занял место у кривой рукоятки, с чем никто не спорил – пусть худеет. К скрипучему звуку вращения прибавились щелчки трещётки стопора.

– Глубоко тут, – Оливия сделала оценку.

Мы не ответили, каждый думая о своём, но взбаламошную такой расклад явно не устраивает, что выразилось в покусывании губ. Нервничает, интересно с чего вдруг?

– Ты можешь чуть подробнее рассказать о укладе жизни на Земле? – прервала зеленоглазая молчание, пристально посмотрев на прищурившегося меня, луч фонаря её шлема ослепил. – Хоть в общих чертах, что и как началось? Как развивались события, почему нет организованного сопротивления? Всё что помнишь из историй, расскажи, я в курсе о сроке давности событий.

– Фонарь поправь, – строго подметил, отводя глаза. – Слепит.

– Не увиливай, – нахмурилась.

– Баш на баш, – среагировал на напор. – Ты поясняешь, откуда прибыла. Заметь, что я отдаю себе отчёт и делаю скидку на твою потерю памяти. Или ты рассчитывала утаить факт частичной амнезии после подсадки мне симбионта? – глянул искоса.

Действую я наобум, конечно, способность к ментальной связи зарождалась, но не достигла приемлемого уровня, так что рассчитываю на удачу с блефом. Пасечник, тем временем, округлил глаза и вытаращился на нас, забыв крутить привод. О секрете он не знал, а новое слово подействовало катализатором.

– Кто первый? – кивнула согласившись, и на редкость спокойно поинтересовалась: – Я начну, или всё же ты?

– Могу я, – влез в диспут Пасечник, не переставая пялиться с изумлением.

– Шор, дополнишь, если он что-то забудет, – Оливка распределила очерёдность. – Никто не против? Что за… – отвлеклась на застывшего. – Пас? Рукоятка тугая, иль силёнки потерял? Крути давай.

Друг встрепенулся, завращал ручку с удвоенной энергией, косясь на сердитую фурию. Вновь ствол шахты наполнился эхом звуков трещётки и скрежетом ржавого металла.

– Так вот, – занятый делом друг начал повествование. – До нас дошли крохи о произошедшем из рассказов старших. Тех, кто более точно знал, не осталось. Старость и тотальное истребление тому виной. Ведь как по логике, так у молодых больше шансов получалось выжить, при банальном бегстве, хотя бы.

– По существу можно? – нетерпеливо перебила Шиза.

– Можно. Просто хотел пояснить, почему нашему поколению известно мало, – обидчиво насупился Пас. – Началось всё толи с появления сущности, посланной с целью корректировки жизненного поведения, толи с вторжения карателей из другой галактики. Наказание это, одним словом, – Пас вздохнул, поудобнее прикладываясь к ручке. – К этой мысли все приходили. Ошибок много человечество сделало, а что послужило последней каплей к радикальным мерам? Да всё что угодно.

– Да, почти верно, – я подключился. – Выразилось вторжение в разграничении сухопутной части Земли по границам океанов, морей и рек. Далее по государствам, потом регионам, районам и областям. Пересекать линии никто не мог, – тут и я вздохнул, вспомнив драматические рассказы Старика. – Остро встала проблема продовольствия, где-то образовался переизбыток, а где-то дефицит. Много смертей случилось, особенно в индустриальных центрах. Наши придумали как перехитрить машины, что висят на орбитах. Один человек мог перейти границы, но без поклажи. Пустым. Вот и стали перекидывать продукты из района в район горстями, в карманах и тому подобными способами. Какое-то время это работало, но продлилось, правда, недолго. С орбитальных сателлитов ударили, потом случилась высадка механических убийц, или наполовину механических. Связь пропала. Что в других местах, у соседей творилось и предполагать никто не решался, в своём регионе и то полная изоляция наступила…

Ком подкатил к горлу, говорить дальше я не смог. Мы не сговариваясь задумались. Какие мысли посетили в этот момент Оливию? Предполагать не вижу смысла, но по задумчивому, отрешённому выражению определить о скверном расположении духа Шизы труда не составило. Прониклась? Возможно и так, но её тут не было, когда механизмы по истреблению человечества закрутились, поэтому оценить весь ужас девушка не может, хотя, кто этих инопланетян знает…

Скрежет снаружи резанул по нервам. Отточенный, отливающий синевой коготь меха пропорол пол, чудом не отрезав мне часть ступни, заставив инстинктивно подпрыгнуть и зацепиться за решётку стенки, поджав ноги. Снопы искр расплавленного металла из под фрез заполнили кабину подъёмника. Один или несколько убийц вышли на след? Если хотя бы пара, то нам конец. Я судорожно ищу выход из западни, не переставая контролировать друзей.

Расстояние между кабиной и стенами шахты мало, но монстр настойчиво лезет в узкий проём, стараясь зацепить меня крючковатым, варварским оружием манипуляторов. Еле успеваю перескочить в сторону, удаляясь от зоны поражения, не забывая про пол и стены. Мехвариор мечется между целями, кидаясь то к одному, то к другому, оставляя новые, рваные пробоины.

Очередная атака, фреза проходит сквозь решётку и цепляет тактический наколенник. Металл с прессованным пластиком превращается в разлетающиеся лохмотья. Вращающиеся зубья визжат, наматывая ремни крепления, сильный рывок чудом не сорвал меня на пол, а оголившийся сустав начинает медленно кровоточить. Боль, вторгается иглами в мозг, держа сознание на грани отключения, но колено цело, информация поступила пакетом, неожиданно, обозначая активность симбиотических связей во мне. Ремни наконец треснули, я вырвался, едва не оставшись без ноги.

Подарок Шизы заработал и не воспользоваться бонусом грех. Мгновение ушло на оценку положения, данные поступили и отразились посредству изменившегося интерфейса. Как по волшебству. На мысленный вопрос о природе явления изменений мозга всплыла подсказка: «Модификация нейронов проходит успешно. До завершения симбиотического слияния осталось…»

Глава 4

Истошный вопль Пасечника перевал информационный обмен. Секунда не прошла, как Оли отреагировала, и буквально выдернула его из под удара лезвий манипуляторов. Изумился: «Сильная девушка, откуда и что берётся в такой, с виду, хрупкости?»

Подъёмный механизм застопорился, противно хрустнув шестернями.

– Потолок, – я выдохнул подсказку. – Выше лезьте! Оливка, помоги Пасу. Резче! – сорвался на крик.

Дополнительных вводных не понадобилось, Шиза втолкнула нашего толстяка в люк на крыше кабины и взлетела за ним, с изяществом, достойным отдельного внимания. Движения грациозные, резковатые, никаких лишних отклонений от цели.

Избегая фрез меха перебрался ближе, выждав момент нырнул следом. Появилась возможность осмотреть рану и перевести дух. Нейросимбионт выдал сводку, очередной раз отметив несущественные повреждения мягких тканей и подытожил:

«Процедура регенерации проходит успешно. Для ускорения процесса требуется…»

Затем помощник внутри перечислил микроэлементы для пополнения. Очередной удар сотряс подъёмник, вернув в реальность. Атаки усилились. Вероятно, искусственный интеллект машины убийства просчитал возможности потери целей.

– Лестница! – я указал на скобы в жёлобе стены.

– Вижу! – коротко отозвалась зеленоглазая.

Дождавшись, когда Оли поможет Пасу зацепиться, ударил ногой по стопору главной шестерни подъёмника и взвыл от боли. Ударил ещё, прикусив губу, и ещё… Защёлка поддалась и кабина рухнула вниз, унося меха. Не мешкая начали подъём, я замыкающий, постоянно оборачиваюсь, смотрю вниз. Погони нет, а надолго? Везение не отвернулось и на сей раз. До поверхности осталось совсем чуть-чуть, что спасло от технического монстра.

Выбрались, закрыли тяжёлую крышку и заперли. Вход оборудован сейфовым люком с запорами по окружности. Несмотря на надёжность привалили дополнительным мусором и обломками металлоконструкций, коих вокруг в избытке. Огляделись. Место сразу узнал, это территория Чела. Бывшая фабрика или производство какое-то, а то, что на шум осторожный хозяин не отреагировал никак, показалось подозрительным. Как и то, что створка открытой оказалась. Чел не позволял себе такой безалаберности в обеспечении безопасности. Странно это. Нехорошие мысли появились вместе с тревогой за ещё одного хорошего человека и соседа.

– Осмотрите территорию на предмет ловушек, – предупредил друзей.

– Нет ничего, я проверила.

– Интересно как? – огрызнулся на её самоуверенность. – Ты никуда не ходила.

– В зоне сканирования чисто, – мутно пояснила. – Проверь сам, уже должно получаться.

Сконцентрировался и действительно получилось. Нейроинтерфейс переключился в тактический режим автоматически. Не понял как это произошло, но все ловушки отчётливо отобразились в полупрозрачном окне перед глазами, наложившись на виртуальную карту. Попробовал представить трёхмерную модель – получилось. Легко настроил прозрачность по минимуму, затем несколько раз деактивировал и вновь включил полезный наворот. Хватило мысленной команды.

Ловушки разряжены, или сработали в холостую. Характеристика некоторых впечатлила, если в них угодить человеку, то останутся одни подошвы обуви. Сметёт всё к чертям. Попросил Оли заняться поиском хозяина, сам присел и, наконец, осмотрел рану. Поразился скорой остановке кровотечения из порезов. Ремнями исполосовало знатно, пришлось просить Пасечника помощи бинтовать. А симбионт в очередной раз настырно утверждает, что нет повода для беспокойства. Глаз у него нет, что ли?

Обшарпанные стены вокруг навевают мрачные мысли. Некогда преуспевающее производство мертво, оборудование сломано, разграблено. Техногенный мусор, никому не нужная продукция, ржавые детали навсегда застыли в уцелевших звеньях автоматических линий. Обвалившийся во многих местах потолок зияет дырами, открывая взорам мириады звёзд и монстра, подсвеченного зашедшим за горизонт Солнцем. Сейчас светило окрашивает объект в бордово-красные тона, подсветив лишь половину, угнетает видом испещрённой фигурами и иероглифами поверхности. Что там на нём, или в нём? Тайна, разгадать которую вряд ли удастся.

– Я нашла, – с сожалением произнесла Оли. – Мне очень жаль, – добавила опустив глаза.

– Ничего не трогай, – поспешил предостеречь. – Бывали случаи со смертельными сюрпризами.

Поспешили к находке. Растерзанное тело Чела в самом углу цеха, как поломанная, рваная кукла брошенная на свалку. Ворон истошно крикнул, когда кусок арматуры, запущенный Пасечником, сбил его с тела. Я невольно погрузился в мрачные мысли.

Невосполнимые потери человечества – что или кто способен остановить истребление? Ответа нет, как и выхода из тупика. Тотальное уничтожение, а кто виной? Судя по рассказам и истории, достигшей моё поколение, то виновники сами люди, как не парадоксально это может звучать. Неужели нельзя было исправить ошибки, которые свершают абсолютно все, измениться вовремя, оглянуться и предотвратить апокалипсис? Ответов ждать нет смысла, так как нет их априори, некому их дать.

Может всё дело как раз в ответственности, не взятой на себя кем-то, группой лиц, нацией? Риторика. Не легче только от неё, риторики этой – мало нас на Земле осталось, основные виды зверей и те вымерли, или стремятся к забвению. Что далеко ходить, тех же девушек взять, как пример, так нету их. Почти. Посмотрел на мрачную Оливию. Вздохнул, глядя на всхлипывающего, но не плачущего Паса – ранимая, добрая душа.

– Его нужно сжечь, – прервала драматическую паузу Оли.

– У нас, на Земле, – сделал ударение Пас. – Принято хоронить.

Не дожидаясь реакции от нас, друг принялся шарить по кучам мусора в поисках подходящего инструмента копки. Я молча, кивнул и присоединился, оставив девушку расшифровывать незнакомое понятие. На удивление быстро сориентировалась. Задавать вопросы по поводу пояснения благоразумно не стала, за что получила благодарные взгляды от нас. Помня о возможных преследователях, провели быстрое погребение, без обряда, которому учил Старик.

Заводские цеха, это место я хорошо знаю, посему за прокладкой дальнейшего маршрута дело не стало. Лишний раз порадовался тактическим наворотам в результате симбиотического сливания. Лаз в коммуникации выбрал ближайший, чтобы не оставаться на поверхности долго. Мехвары запросто могли вызвать подкрепление, у искусственного интеллекта всё с этим отлажено хорошо, что подтверждалось каждый раз при скоординированных атаках тварей. Не только один вид наносил удары, зачастую приходилось удирать от нескольких моделей техномонстров, включая киллфайтеры…

До хозяйства Жмота добрались без приключений. Пути известны, правда в месте недавнего приземления Оли возникла заминка. Её модуль пропахал знатный каньон, все коммуникации наружу вывернуло. Каким чудом я остался цел – ума не приложу. Осмотрел место без спешки, при свете фонарей и ахнул. Арматуру вокруг узлом завязало, а в шаге от моего бывшего положения железобетонный блок валялся. Всё же добрались.

Реакция Жмота на Девушку оказалась предсказуема, и никак не отличилась от моей или Пасечника. Вновь удары по щекам и опрыскивание водой предприняла Шиза, для вывода из ступора. Чуть дольше получилось, чем с нами. На вопрос о причине неадекватного поведения, наш сборщик хлама лукаво отвёл глаза, потупился и наотрез отказался дать пояснение. Это насторожило и Оливию, так как она просканировала ауру Жмота, наверняка покопалась в его мыслеобразах. Затем взяла и покраснела, на изумление нам. Поставил галочку в уме – прояснить скользкий момент. По возможности.

– Оли, два раскрытых убежища за короткое время, это перебор. Не считаешь? – настало время поднять вопрос. – Всё началось с твоего появления. Скажи, что не так?

Она задумалась, взгляд застекленел, Шиза блуждает по лабиринтам нейросети, как она пояснила перед уходом в себя. Отвлекать никто не посмел, ожидая результатов умственных изысканий. Пауза затянулось, побудив желание её прервать. Пока роется в информации идёт драгоценное время, раздражает мысль о возможном раскрытии и этого убежища. Судя по выражению лиц, не меня одного.

– По-пан-дос! – нормально так начала. – Активность постоянного нейросетевого сканирования… Как я упустила? Поиск идёт всё время, отклика ждёт, а я, дура, не заблокировала ни чёрта! Прости Шорох, если сможешь, – бросилась мне нашею.

– Вот видишь, как хорошо, что разобрались, – опешил от неожиданности. – Перестань, неудобно. Лучше скажи как прекратить это твоё сканирование.

– Не моё, а наше, – придвинулась лицом к лицу. – Твой симбионт практически полностью морфировал. Исправил мозг, снял ограничения. Теперь и ты сканируешь пространство в поисках.

– В поисках чего? – попытался отстраниться.

– В поисках точек концентрации массивов данных, – затараторила. – В моём мире так. Для поддержки информационного фона и получения необходимых баз знаний.

– Не совсем понял, – прервал. – Тормоза в голове причём?

– Долго объяснять, это отдельная тема, – её близкое дыхание странно влияет на мою физиологию. – Так, объясняй, что делать.

– Отключить эфирное сканирование нейросетей легко, – перешла наконец к делу. – Всё подвластно мыслям.

– А навороты? – очень жаль потерять бонусы, о чём забеспокоился.

– Временно окажутся недоступны, но после я научу ими пользоваться без глобальной сети, – пояснила, чем огорчила.

Пререкаться времени нет, посему принял к исполнению её наказы по деактивации опасных функций, точнее полностью отключил всё. Получилось со второго раза за что меня похвалили, дав высокую оценку прогрессу симбиотического слияния. Пас с Жмотом выдвинулись на разведку. Убедились в отсутствии рыщущих поблизости убийц и быстро вернулись. Озадачились обсуждением планов, совмещая с приготовлением пищи.

– Что это за слизь? – Оли поковыряла в тарелке.

– Злаковые, – Жмот пояснил, жуя с аппетитом. – Очень полезно. Сытно, опять же. Да и другого попросту не отыскать, разве что зайчатину, – глянул на меня.

Зеленоглазая покосилась на субстанцию, пропадающую в недрах желудка хозяина и попробовала, зацепив самым кончиком ложки. Пасечник предварительно выделил мёда для вкуса, сейчас сидел и улыбался, отмечая изменение выражения лица Шизы.

– Недурно, – заключила, принявшись уплетать кашу.

Оценивать кулинарию в нашем положении не к месту, поэтому завершили трапезу быстро, да и ночь как-никак. Я поел быстрее всех и занялся разбором спасённых вещей, подводя итог спешного бегства, проводил инвентаризацию. Негусто. Блок с инфокристаллом оказался на месте. Покопаться в нём очень захотелось, пощупать, поэкспериментировать и, глядишь, что-нибудь да всплывёт. За действиями пристально наблюдает Оли, не переставая жевать. Зацепилась взглядом за деталь в моих руках, встрепенулась, словно что-то вспомнила. Проверяя наличие, похлопала себя по карману в котором лежит аналогичный образец искусственного интеллекта и облегчённо вздохнула.

– Мне нужно изолированное помещение, – созрела для пожеланий. – Экранированное, но это не главное, можно обойтись. Есть такое?

Мы с Пасом синхронно развернулись к Жмоту, адресуя немые вопросы. Хозяин в ответ хмыкнул, стал более серьёзен, принимая сложное решение.

– Обещай ничего не сломать, – согласился со вздохом.

– Тебе расписаться? – Шиза съехидничала в своём амплуа. – Если не покажешь где можно поработать без напряга, то разнесу тут всё, – заявила без доли шутки. – Для дела нужно! – добавила вставая.

– Убедительно! – покачал головой хозяин. – Давайте за мной.

Дважды приглашать не потребовалось и мы спешно отправились за провожатым. Что-бы Жмот допустил в святая святых, барахолку и мастерскую, в едином целом, постороннего – это нонсенс. Однако факт налицо, идём по лабиринтам укрытия, что изрезали полуостров, превратившийся в обычный холм после спада уровня воды. Люди устроили оборонительный рубеж в этих местах, наивно полагая, что враг появится, сразится в открытом бою. Ошиблись. Врагом стали сами люди, сами себе, начав опустошительную гражданскую войну за ресурсы и продовольствие.

В подземном бункере хозяин собрал всё, что можно унести, могло пригодиться. Не важно для каких целей и в какой момент. Оливия молча очистила верстак и аккуратно извлекла из кармана контейнер с мемокристаллом. Я следил за её манипуляциями не отрываясь. В глубине души затеплилась надежда, только не совсем понятно, на что.

Девушка попросила отойти подальше, протянула руку к блоку памяти и замерла в трансе… С кончиков пальцев сорвались нитевидные молнии, в помещении погас свет. Разряды сменились, извивающиеся отростки обволокли предмет, их окончания ярко засветились. Белёсые, мерцающие нити проникли в кристалл, как в нечто мягкое. Лампы мигнули, вспыхнули ярчайшим светом и взорвались, разлетевшись на осколки.

Всё завершилось в считанное мгновенье, мы не могли оторвать взглядов от девушки и почерневшего блока памяти искусственного интеллекта. По коже пробежали мурашки, волосы зашевелились, дав животному страху проникнуть в каждую клетку. Что это значит и кто она такая на самом деле? Не могу поверить, что всему виной симбионт.

Паузу прервал Пас, упавший на пятую точку. Рядом присел Жмот, не в силах вытереть пот. Я застыл в оцепенении, готовый последовать за друзьями, но не смог пошевелиться.

– Теперь, более-менее понятно, – без эмоций проговорила Шиза. – Вы чего? – оценила состояние всеобщего ступора.

– Оли, я тоже так смогу? – с опаской глянул на руки.

Пасечник отодвинулся от меня, на всякий случай, а Жмот остался на месте, даже моргать перестал.

– Наверняка, и не только это, – ответила расплывчато. – Не обольщайся, сразу ничего не получится. – развеяла надежду. – Я могу продолжать говорить?

– Извини, – поправился. – Продолжай, конечно.

Прежде чем продолжить, Оли прошла вдоль верстака и направилась к выходу, поманив нас. Растолкали Жмота и поспешили назад в кухню, где ждала девушка, усевшись в полюбившееся кресло хозяина. Кстати, до сих пор находящегося под впечатлением.

– Кое-что соответствует предположениям, – продолжила, дождавшись пока усядемся и приготовимся слушать. – Только иллюзий по поводу скорого решения не стройте. Проблем хватает, – задумалась на мгновенье. – Ну во-первых, вы оказались правы, когда тыкали меня лицом в небо, – посмотрела на меня с укором. – Основной центр контроля находится на орбите, до него нужно добраться. Можно не буквально, достаточно наладить устойчивый канал связи для взлома. Боевые орбитальные сателлиты молчат несколько лет, что хорошо. Возможно на главной станции сбой, или ещё что-то произошло, – сделала паузу, лакомясь мёдом. – Ещё, у такой сложной системы всегда есть дополнительные точки доступа. Для контроля, проверки, ремонта или корректировки задач. Они могут находиться и на планете, и в космосе. Вот их и следует искать. Вероятное место расположения ближайшей – атомная электростанция, что выше по течению… Э-э… – пощёлкала пальцами, глядя на нас в поиске подсказки. – Как река называется?

– Волга! – ответили хором.

– Выше по течению Волги. Туда нужно пробираться, если вам это нужно, – подвела итог монолога. – Итак? Решение есть по поводу услышанного? – взгляд убедительный, чувствуется что знает, о чём говорит. – Не забудьте, перед решением подумать о боевых механизмах. Наверняка их в избытке там, куда предлагаю отправиться, – добавила сканируя ауры, что почувствовал.

– А зачем тебе ввязываться, впрягаться, разборки чинить? Ты ведь чужая, неизвестно откуда прилетевшая, – я счёл нужным прояснить момент.

– Не находишь, что узнать о космосе можно только через космос? – вопросом ответила.

– Не понял, ты к чему?

– Как я узнаю, откуда я, сидя на заднице тут? Отвечу сама – возможно в попытках разобраться с этой фигнёй, что творится на планете, я найду ответы, или подсказки по поводу себя, любимой, кстати, – на последней фразе Шиза съехидничала.

– Слушай, Шорох, тебе важны её мотивы? – Пасечник подал голос, махнул в сторону девчонки. – Радовался бы, что хоть кто-то действовать решился, – он почесал затылок. – Хотя, результат непредсказуем, можем и кони двинуть.

– Ладно, проехали тему с мотивациями, – я отмахнулся. – Каков план, он ведь созрел в твоей головушке, а, Оли? – перешёл к делу.

– План уже сказан, добраться до района АЭС, а там, на месте, определимся, – грубовато пояснила. – И кто из нас местный? Давайте, без мямлей, накидывайте предложения. Жду. Кто первый?

С этой вводной разговор принял деловой характер. Жмот пришёл в себя и принял активное участие. Его понять легко, самый любознательный собиратель хлама, коллекционер и охотник до приключений. Несмотря на кажущуюся слабость в теле, из-за худобы, парень обладает знатной выносливостью, гибкостью и силой. Жилистый, одним словом. Сюрпризов от него ожидали, само собой, но то, что он предложил, произвело неизгладимое впечатление.

– Пойдёмте со мной, – Жмот явно гордится. – Есть кое-что стоящее.

Интрига задела весь отряд, а зная этого прощелыгу, я готовился к чему угодно. Путь по коридорам бункеров показался длиннее обычного из-за нетерпения путников. Повороты, переходы, лестницы ведущие то вниз, то вверх. Чуть не потерял ориентиры, но знание схемы бункеров и казематов привил в своё время Старик, своими жёсткими методами.

Определил, что направление движения всё чаще стремится к поверхности. Ярусов в фортификационной системе много, верхние захламлены больше и время их не пощадило, вкупе с погодными условиями. Слишком велики перепады температур зимой и летом. Кстати, до начала истребления разница такой не была. Погода на Земле изменилась с тех пор, стала ближе к естественной, неиспорченной деятельностью человека. Парниковый эффект, опять же, исчез как явление. Об этом ещё Старик говорил, как о чём-то положительном.

Автомобиль, точнее микроавтобус с надписью «Росинкасс» по бортам предстал в своём великолепии, ровно посередине бункера, приспособленного под гараж. Обратил внимание на колёса, камер нет, вместо них цельная резина. Потрескавшаяся на глубину в пару сантиметров она цела внутри. Броневик оказался приспособленным к чрезвычайным ситуациям, соответственно узлы и агрегаты повышенной надёжности. Бронирован неплохо впридачу.

– О-бал-деть! – единственное членораздельное слово выдал Пас. – Это как? Работает?

– Работает! – гордости Жмота нет предела. – Я не зря лазил по городу, и район не обошёл вниманием. Наскрёб запчастей, восстановил. Кое-что заменил, например питание. Сейчас установлена ёмкость от киллфайтера, – продолжил хвалиться.

Оли осматривала авто с нескрываемым любопытством. Я нервничал, вдруг опять проверит своими щупальцами из рук, и амба машинке, никуда не доберёмся. Но она и не думала проводить опасный эксперимент. Изучала дотошно, даже под днище заползла. Что там её заинтересовало, ума не приложу, хотя есть догадка. Девчонка не видела таких средств передвижения, вот и взялась со всем тщанием.

– Необходима доработка, – выдала, оторвавшись от занятия.

– Поясни пожалуйста, почему придралась? – Жмот обиделся.

– Не придирка это, – снисходительным тоном пояснила хозяину. – Доработка нужна для маскировки, в первую очередь от искусственного интеллекта убийц. Как думаешь, какая реакция ожидается на громыхающее, чадящее чудо от мехов?

Наш сталкер задумался, хотя вариантов ответов мало. Я тоже, озадачился таким поворотом дел. Засекут в два счёта, размолотят, потратив немного времени из-за брони, но результат в итоге один, приедем быстро и не туда, да и не так.

– Оли, не тяни резину, а? Говори что нужно для создания маскировки, – я первым не выдержал, а девушка покачала головой с укором.

– Первым делом, Жмот, – тут она осеклась. – Я правильно называю имя?

– Да, всё верно. Продолжай, пожалуйста, – названный среагировал.

– Так вот, первым делом Жмот вывернет наизнанку закрома и соберёт все чешуйки трофейной брони мехвариоров. Можно взять помощника, – добавила. – Остальные займутся сбором термоизоляционной фольги, – покосилась на меня. – Это мы с тобой. Вопросы есть? Вот и отлично. Вперёд, дальнейшие инструкции получите после завершения поставленных задач.

Оли выдала предложение таким тоном главнокомандующего, как в фильме, что давно смотрел вместе со Стариком. Он нашёл среди оборудования гаджет с записью. Жаль, что сломался быстро, но запомнить фильм наизусть я успел.

Не мешкая приступили, разойдясь по лабиринтам парами. Работа не сложная досталась, знай сматывай полосы, носи к броневику, и опять, иди, сматывай, неси. Однообразие подействовало на меня не так, как хотелось. Раньше я бы занялся размышлениями о насущном, но сейчас поймал себя разглядывающим Оливию. Неосознанно любуюсь формами, жестами, стараюсь запомнить черты лица, хоть и хмурого. Внутри происходит непонятное. Реакция тела просто поставила в тупик, что это? Я нормальный вообще?

Не желая мириться с проявлением повышенного внимания к девушке, сосредоточился на процессе добычи изоляции. Надолго не хватило, опять внимание на ней. Так могло продолжаться долго, и неизвестно до чего-бы я додумался, как…

Оли обернулась, молча притянула меня к себе и прижалась губами к моим. Прострелило до мозга костей, колени затряслись, во рту остался сладкий вкус мёда, мурашки побежали по телу и… Х-х-лесь! Звонкая пощёчина заставила меня сесть там, где стоял. Так это не она меня притянула, как показалось, а я её. Это доходчиво объяснили дополнительными непопулярными методами. Громко, ощутимо, местами обидно. Как угораздило, главное почему всё так складывается, что со мной происходит? Оправдаться не дала, скомандовав завершение мероприятия по сборам. Обиделась.

Вернулись к броневику красные, я от стыда, Шиза от злости. Сменили настроение, когда пришли двое добытчиков пластин с четырьмя мешками, набитыми под завязку. Следов инцидента не осталось, била меня строптивая фурия на удивление не сильно, хотя могла покалечить. Видел, как умеет воевать с мехвариорами, а что обо мне говорить? Переломает как тростинку, без напряга и усилий.

– Какие будут указания? – довольный Жмот бросил ношу. – Оли, может ещё что-нибудь понадобится?

Бестия взяла мою руку и придвинула к глазам, оценивающе глянула на хронометр, что на предплечье.

– Утром сделаем монстра, – прокомментировала. – Сейчас идите отдыхать, часа четыре до рассвета есть. А ты, – обратилась ко мне. – Принеси модуль с мемокристаллом, и не верти головой. Я прекрасно видела, как ты уложил его в ранец. Знатный трофей, и он мне нужен.

– Зачем? – изумился. – Хочешь его спалить, как первый?

– Неси, сказала, – зло процедила сквозь зубы. – Не делай мне нервяк. Или добавить, без тормозов в этот раз? – прозвучала недвусмысленная угроза.

Поверил в неминуемую расправу, пошёл за ранцем в компании Паса и Жмота. Счастливчики, придут в обжитой сектор хозяина, выберут по комнате с постелями, и на боковую. Мне же возвращаться к Шизе, смотреть на очередной испорченный модуль, а может и нет. Не сказала ведь зараза, что задумала.

– Жмот, у тебя спальники есть? – мысль пришла.

– Один, – буркнул друг. – Зато, большой, – непонятно зачем усмехнулся. – Забирай, я так понял, спать ты ляжешь у броневика, типа лень идти назад.

Кивнул и поплёлся следом. Рассудил, что тощий знает о девушках гораздо больше, но молчит зараза. Между тем усталость дала знать о себе, как-никак длинный, суматошный день с ночью выдались. Вернувшись к жилым секторам подземелья, Жмот отыскал классный спальник и передал мне, знатно зевнув. Свой ранец нашёл на месте и не задерживаясь отправился назад, прихватив мёд для Шизы. Может оттает.

По пути возник интерес, что она хочет сотворить с модулем, так как сомневаюсь в его бесцельном уничтожении ради подтверждения информации, добытой из первого. Вспомнил о недавней близости, нежные губы, неповторимый аромат медово-цветочного букета, и… Твою ж… Разява… Споткнулся об угол железобетонной плиты. Далее гадал, почему не прибила, может ей понравилось? Какие у девушек бывают желания? Почему меня тянет к ней? Мысли чехардой понеслись вокруг воспоминаний на протяжении всего остатка пути к импровизированному гаражу.

Глава 5

Вернулся вымотанный дорогой по лабиринтам, заваленной мусором и техногенными обломками. Усугубило отсутствие Жмота, который в роли проводника вёл по безопасным маршрутам и предупреждал о препятствиях.

Оливия продолжает знакомиться с броневиком, за этим занятием я застал её, влезшую по пояс в отделение с мотором. Выглядит занятно, задница с длинными ногами торчат наружу. Что там интересно нашла? Хотя, девушка инопланетянка, у них такого нет давно, или, ещё нет. Но это вряд ли, по техническому и научному развитию она однозначно переплюнула землян. Технологии нейросимбионтов чего только стоят, особенно нейросеть. Нужно узнать и освоить весь её функционал, и, по возможности, скорее. Предчувствую, что в ближайшем будущем многое из арсенала приобретённого в результате симбиотического слияния мне понадобится.

Приблизился, стараясь не отвлекать увлечённую Шизу. Встал и невольно сосредоточился на девичьих ягодицах. Да что такое? Задница, как задница, правда аккуратнее, формы чуть-чуть непривычны, вроде и всё, но притягивает, не могу оторваться, засматриваюсь. Мандраж непонятный в теле появился. Помотал головой в попытке избавиться от нахлынувших, странных чувств и желаний.

– Кх-м, – кашлянул, привлекая внимание. – Ты просила, я принёс, – вытащил модуль с инфокристаллом из ранца.

– А я всё думала, сколько ты сможешь пялиться на мой зад, – неожиданное заявление прозвучало. – Забыл, что я мысли читать способна? Твои отчётливо проявились в этот раз, а главное недвусмысленно, – вынырнула из моторного отделения и уставилась, практически смеясь в лицо. – Чего застыл?

– Да, я…

– Угомонись, – оборвала потуги объяснить ситуацию. – Смотреть будешь за процессом?

– С интересом понаблюдаю, а за каким? – обрадовался смене темы разговора.

– С нетерпением жду, когда ты начнёшь пользоваться мозгами, – непонятно ответила, с издёвкой. – Попробуй провести оценку, посмотри со стороны на то, что будем делать, как планируем действовать. Подключи смекалку, воображению дай волю, в конце концов, – уставилась на меня огромными зелёными глазами. – Ясно с тобой всё, в голове другие думы, – махнула рукой от безысходности и отвернулась. – Пояснить?

– Будь любезна, – а что ещё ответить?

– Мы собрались выдвинуться на этой тарантайке, – начала серьёзно. – Маршрут среди агрессивной среды, по враждебной территории, где охота ведётся на всё, что двигается и размером крупнее зайца, – сделала ударение. – Так?

– Ну да, – подтвердил.

– Как думаешь, вот это, – указала на броневик. – Привлечёт внимание?

– Конечно, что за вопр… – тут до меня дошло. – Постой, ты хочешь сказать, есть возможность отвести внимание от броневика, используя модуль мехвариора?

– Какой умный мальчик, – съехидничала. – Иди сюда, – потянула за рукав. – Мёд давай, я знаю, что припас для меня.

Я вынул лакомство, расстелил спальник и уселся. Девушка не отвлекаясь от поглощения мёда искоса взглянула на импровизированную лежанку, и села рядом. Приблизилась при этом настолько, что её бедро плотно прижалось к моему, будоража нервы, но я никак не отреагировал. Остался серьёзен, готовый выслушать и затем увидеть воочию то, что задумала сотворить с кристаллом Оливия.

Естественно, она подтвердила догадку. Суть метода проста, как оказалось. Необходимо использовать блок памяти в качестве идентификатора, свой-чужой по простому. Проанализировав все задуманные преобразования с авто, я и сам пришёл к такому выводу. Изоляция от избыточного выделения температуры, накладка чешуйчатой брони на броневик, возможно ещё что-нибудь этакое придумает. Всё сводится к созданию агрегата, имитирующего боевую машину истребления. Просто всё оказалось, лишь мозги включить. Лишний раз убедился в прозорливости ума у этой, шизанутой на голову, особы женского рода, зауважал в итоге сильнее прежнего.

– Шорох, будь добр, отойди ради своей безопасности, – строго попросила, без намёка на неисполнение. – Могу задеть, неумышленно, – снизошла до пояснения.

Разместив модуль перед собой, оставаясь сидеть на спальнике приступила к исполнению. Положение сменила, скрестила ноги и грозно зыркнула на меня. Повинуясь недвусмысленному приказу, отошёл за броневик, но так, чтобы видеть происходящее. Сосредоточил внимание на девушке. Несмотря на скудность освещения от пары мелких лампочек просматривается всё хорошо, ракурс обзора удачный.

Вновь лампы потухли, тьма поглотила свет без остатка, оставив лишь девичью фигуру, подсвеченную внутренним источником, необъяснимым по сути происхождения. Кисти её рук обволокло голубоватым маревом, нити энергии робко коснулись объекта напротив. Резко запульсировали, передавая сгустки света по воображаемым паутинам артерий, и врезались в кристалл. Наступила пауза в действии, лишь мерцающая поволока указывает ритм. Минуты растянулись, я заворожённо смотрел на преобразования вокруг девушки. Страстно захотел активировать нейросеть, но сдержался, помня о постоянной угрозе обнаружения.

Хлопок и вспышка ослепила меня на некоторое время. Вновь обрёл способность видеть и замер. Обнажённое тело Оливии источает языки голубого пламени, усиливающиеся и затихающие с пульсацией, в такт биения сердца. Хлопок и темнота полностью воцарилась в бункере. Мозг, на уровне подсознания, выдал подсказку о завершении воздействия на искусственный интеллект монстра, убийцы. Беспокойство за девушку полностью завладело мыслями, не отдавая отчёта действиям я бросился к ней, припоминая нахождение относительно броневика. Неожиданный удар вверг в беспамятство…

Очнулся и сразу впал в ступор, осознав положение в котором оказался. Дышать не могу, не говоря о том, чтобы двинуться. В голове бардак от нахлынувших ощущений, а эмоции бьют через край. Лежу в объятиях Шизы, сопящей в шею, это будоражит так сильно, что кричать хочется, не смотря на желание остаться в таком положении навечно. То, что спиной ощущаю её грудь и говорить не приходится. К этому приплюсуем девичьи ноги, одна из которых лежит между моих. И ещё нюанс, жесть, что творится с организмом внизу живота.

Сверху хихикнули в два голоса, громко, не стесняясь разбудить или поставить в неловкое положение. Вопрос о том, как я в нём оказался созрел, но сразу перешёл во второстепенные. Мне без разницы как, главное – почему. Только сформулировал, как тут же потерял нить размышлений. Оли зашевелилась, добавив новых ощущений, я ещё не разобрался, к какому разряду их относить, к хорошему или…

– Подъём и за работу, – раздался сзади, заспанный голос. – Жмот, и ты, Пас, готовьте пластины и термоизоляцию, мы сейчас, – раздала указания. – Шор, ты как?

Я вздрогнул от вопроса, ещё и неудобство вызванное таким пробуждением сказалось. Промычал что-то, мол – «нормально всё», но не встал сразу из-за изменений физиологии снизу. Решил ещё немного полежать, успокоиться.

– А что со мной случилось? – спросил на удачу.

– Я тебя предупреждала, чтобы держался подальше, – усмехнулась, причём с нотками ласки во взгляде. – Вот и задела тебя, горемыку. Пришлось реанимировать, своими методами, – подытожила.

Сказав, так лукаво посмотрела, что мне стало неуютно. Вдаваться в подробности посчитал лишним, незачем друзьям знать детали. На том побудка закончилась. Оли, без стеснения, вылезла из спальника, облачилась в комбинезон, предоставленный для работы Жмотом и занялась делом. Я выждал, пока кровь отхлынет от всяких мест и присоединился к друзьям. Работы предстоит много, успеть необходимо до завтрашнего утра…

Дело по созданию монстра закипело с яростью и неистовством занятых.

Во время работы я много размышлял о женщинах, их роли в жизни мужчин. Присутствие девушки открыло в каждом дополнительные резервы, коих в обычных ситуациях не находилось. Бравада Паса и восторг, исходящий от Жмота, сопровождали Оливию повсюду. Почему девушек не стало, точнее осталось так мало на Земле? Я за всю жизнь не увидел ни одной в мёртвом городе. За что наказали человечество ещё и таким образом, ведь то, что женщина необходима мужчинам, мы трое поняли, однозначно.

Ещё один факт всплыл из рассказов Старика о функции женщин, как матерей. Невольно задумался над вопросом своего появления на свет. Кто та, что дала мне жизнь? Ну а чувство заботы, что зародилось сразу с момента появления строптивой фурии в моей жизни, лишь усиливается. У ребят по-моему аналогично. Постоянно трутся рядом по поводу и без, а мне это неприятно. Интересно, так должно быть? Готов долбануть Пасечника по башке за улыбку, подаренную парню Оливией. Бред какой-то.

Прошёл день и половина ночи до завершения преобразования броневика. Жмот выгреб все закрома с деталями и механизмами, включая дефицит и даже фрезы мехвариоров. Жаль, что вооружения никакого не оказалось, лишь пустые рельсотроны, без боеприпасов и в плачевном состоянии.

Мои инженерные навыки пригодились, даже похвалу заслужил, а выразилась она сливанием наших с Оливией губ. Шиза обозначила название – поцелуй, а мне стало интересно, что ещё есть в арсенале похвал у девушек. В этот раз, при поцелуе, я почувствовал нечто большее, чем в прошлый. К ощущениям добавилось невообразимое проникновение её озорного, иногда злющего язычка так, что я чуть-чуть не потерял контроль над собой. Реально замаячил шанс слететь с катушек.

Тем не менее, все работы завершились и мы уснули, все вместе, вповалку, на всё том же спальнике. Оли легла за моей спиной, обняв так, что кровь вскипела, но я выдержал.

– Встали живо! Собираемся, – крик Оливии вторгся в сон. – У нас проблемы!

На автомате подорвался, словно сомнамбула, принялся облачаться в военное обмундирование с тактическими наворотами. Благо далеко мы его не убирали, всё у броневика складировали. Сонливость прошла к середине занятия, и я смог проанализировать происходящее, плюсом к завершению сбора, смысл, как и речь девушки начали доходить до меня.

Ситуацию осознал после окончательных сборов внутри броневика с друзьями. Вид у парней беспокойный, чего не сказать о Шизе, этой даме страх, не говоря уже о мелочах, типа вероятной опасности, не ведомы. Забрался я на водительское место, рядом Оли, парни в отделении с сейфом, за перегородкой с окном в кабину.

– Оли, что за кипешь? – я наконец-то созрел для вопросов.

– Мехи рядом, – коротко пояснила.

Девушка прильнула к лобовому стеклу, на котором для обзора осталось пара полосок, остальное мы тщательно закрыли изоляцией, фольгой и лепестковой бронёй. Последовал её примеру, прильнул к аналогичной смотровой щели на стекле двери, периодически менял сектор обзора на тот, что впереди. Минуты идут, но пока угрозы нет. Хотел задать наводящие вопросы, обсудить положение и дальнейший план, но не успел.

– Заводи, выдвигаемся, – Оли немногословна и как всегда в таких случаях сосредоточена.

Внезапно, перед авто встали два мехвариора и застыли, направив сенсоры и сканеры прямо на нас. Мысль промелькнула, что это первый и последний тест на профпригодность Оливии. Если у неё не получилось взломать инфокристалл, то сейчас нас разберут на органы, вместе с броневиком. Шиза клацнула тумблером, снаружи заработали фрезы, которыми оборудован передний отбойник, установленный и доработанный по моей оригинальной идее. Мехи дёрнулись было, но тут же успокоились, потеряв интерес к непонятной технике, занялись рысканьем по бункеру.

– Оли, смею утверждать, что всё получилось, – прошептал соседке по кабине.

– Выезд найдёшь?

– Э-э… – я замешкался, запуская двигатель.

– Жмот, ты худой, лезь сюда, – распорядилась обернувшись. – Покажешь дорогу наружу.

Хозяин бункеров пролез сквозь небольшое окно, Пас, к примеру точно застрянет, и уселся между нами. Затем, не говоря слов, жестами вывел нас на дорогу. Трасса пересекает весь бывший полуостров, достаточно хорошо сохранилась и проблем с выездом на плотину не испытали. Там повернули направо и двинулись к городу.

Среди обломков трудно отыскать проезд, хлама много, некоторые участки завалены обрушившимися зданиями и представляют непроходимые баррикады из бетона, арматуры, битого стекла и прочего мусора. Приходится съезжать с главной дороги и петлять по второстепенным, в поисках объезда. Вид мёртвого города удручает. Невольно представил жителей до начала конца, детей, играющих на современных площадках, стариков, чинно сидящих на лавочках в скверах.

Посмотрел на Оли. Девушка превратилась в один орган, зрение. Ни на что не отвлекается, рассматривает мегаполис, которым завладела смерть и хаос. О чём она думает сейчас? Наверняка, что-то личное, или наоборот, решает глобальное, то, что сможет помочь в поиске истины. Далеко в глубинах души затеплились признаки надежды на чудо. Вдруг она послана провидением, и отыщет для Землян способ остановить тотальное истребление? Мечты…

Авто подбросило на очередном ухабе, что вывело из раздумий окончательно. Целиком сосредоточился на вождении, отогнав фантазии прочь из дурной головы. Пара киллфайтеров появились резко, с двух бортов одновременно. Поравнялись, развернулись головными частями к нам, продолжили полёт боком вперёд, параллельно с нами. Не отстают и не обгоняют. Мы затаились, стараясь не двигаться в ожидании результатов сканирования. Беспокойство стремится перерасти в панику, так как летающие убийцы не спешат действовать, не атакуют и не оставляют сопровождение подозрительной цели.

– Приготовьтесь, – прошептала Оли.

– К чему? – я удивился, зная о бесполезности любых действий с нашей стороны.

– Если через минуту они не свалят, ищи место, – стал шептать скороговоркой. – Остановка, и бежим в разные стороны. Ищем укрытие, желательно в городском коллекторе.

Её тон мне не понравился, однако высказываться не стал, послушался и прикинул наше положение в городе относительно подземных коммуникаций. Самый маленький из трёх районов, лабиринтов достаточно под поверхностью, так как он ещё и старый, много чего есть созданного во времена закладки строительства основателями. Следующая минута ожидания показалась вечностью.

Я уже приготовился исполнять план Шизы, как произошло чудо. Киллы отвернули головные части, ещё секунду повисели рядом в сопровождении, и резко взмыли вверх, оставив нашего монстра в покое. Честно выдохнул с облегчением, впрочем, как и все, включая бесстрашную, шизанутую и отмороженную на голову бестию с зелёными глазами, что сейчас строго смотрит на меня.

– Чёт я труханул, – Жмот нарушил молчание. – Оливка, ты реально рассчитывала спастись бегством?

– Попробовать то можно, – пожала плечами, не отрываясь от наблюдения за дорогой. – Шор, веди ровнее, колёса пожалей, хоть они и цельно литые.

– Да я стараюсь! – возразил на упрёк. – Круче меня никто не знает города, хотя, – посмотрел на тощего. – Есть кандидат в конкуренты.

– Кстати, ну проберёмся, прошкрябаемся или процарапаемся мы через город, – начала Шиза. – А дальнейший маршрут кто-нибудь просчитал? – правомерный вопрос задала. – До атомной электростанции, – не поленилась уточнить.

– Я могу помочь, – гордо заявил Жмот.

Вопросительные взгляды устремились к тощему, включая Пасечника, протиснувшегося наполовину из заднего отсека. Вредный мелкий выдерживал театральную паузу, разжигая интерес. Вот гадёныш.

– Дать по башке? – поинтересовалась Шиза, как бы промежду прочим. – Молчать долго собрался? Могу ускорить включение речевых функций. Криком для начала, причём твоим, и от боли, – небрежно аргументировала.

– Откройте бардачок, – поспешно откликнулся интриган. – Там всё.

Уговаривать себя не дали и синхронно с Оливкой потянулись к ручке, столкнулись и я уступил ей право посмотреть заначку Жмота первой. Удивлению нашему нет предела, так как девушка извлекла самое редкое, что можно отыскать в руинах мегаполиса и под ними. Это карта автомобильных дорог, тоненький атлас, области проживания с окрестностями и частичным охватом соседних регионов. Я почти подпрыгнул, а Оливия нахмурилась, зачем-то ударив меня по колену. Топнул на педаль от неожиданности, броневик дёрнулся и заглох.

– У тебя эмоциональный всплеск, – строго проговорила, повернув мою голову лицом к себе. – Ты чуть-чуть не активировал свою нейросеть, она почти полностью прошла все стадии слияния и восстановления, от того мощность импульсов нейросканирования слишком высока, даже для меня, – опять загадкой пояснила.

– В смысле? То есть, как сильнее твоей? – не успокоился я.

– Симбионт другой, как-бы выразиться точнее, – призадумалась. – Представь, что вселенная многогранна и ты живёшь в одном из секторов неизученной, или противоположной грани. Отличающейся как огонь от воды. Вот тот, что подсажен к тебе, как раз подходит под такое объяснение. Очень упрощённое. Короче, он не отсюда, в самом глобальном смысле, понятно?

Издевается наверняка. Окончательно запутала своим, типа, суперкаким понятным объяснением. Помотал головой и отложил дополнительные вопросы до более спокойной обстановки. Завёл двигатель, тронулся, поглядывая на девушку, углубившуюся в изучение драгоценности. По-моему она банально запоминает все страницы, это точно на сто процентов.

Городская дорога вывела на пригорок, с которого прекрасно видна разрушенная плотина и часть полуострова, бывшего пристанища Жмота. Парень, с печалью во взгляде, прощался с родным местом, ставшим домом ему и его предшественникам. Каждый бункер, каземат, участок подземного лабиринта изучен человеком, как пальцы на руках. Я его понимаю, так как сам испытал нечто похожее, когда бежал из родного подземелья. Да и Пасечник думает о том же, судя по выражению лица и влажным глазам. Вдруг…

Ярчайшая голубая точка прочертила небо и ударила в полуостров. Мгновение спустя в месте соприкосновения образовалась растущая в объёме сфера, скрытая наполовину под поверхностью. Почва бугрится и валом отступает от голубоватой, мерцающей границы. В эпицентре родилась жёлтая точка, за секунду изменила спектр на белый, и вспышка ослепила нас. Вновь обретя способность видеть все устремили взгляды к происходящему апокалиптическому действию. Докатившийся грохот совпал с видом вздымающейся земли на полуострове.

В эпицентре горит абсолютно всё, но сфера удерживает внутри себя раскалённые массы. Не на долго. Распавшись, голубое марево высвободило всё, что успело набрать и сконцентрировать разрушительную силу. Ударная волна, словно нечто осязаемое, начала движение. Опрокидывая, ломая, сметая всё на своём пути, вихрь разрушения приближался к нам…

Я вышел из гипнотического ступора, вызванного зрелищем и вдавил педаль в пол. Броневик помчался прочь, невзирая на мелкие препятствия. Включенные фрезы впереди и по бортам, режут сталь арматуры, цепляющей наш маленький, ничтожный по сравнению с безудержной силой, транспорт. На мелкие препятствия не обращаю внимания, стараясь отыскать укрытие на противоположной стороне холма, по которому тянется дорожное полотно. Назад стараюсь не смотреть.

Когда до солидного здания с монолитными стенами, выбранного как последний рубеж, осталось не более десятка метров, нас подтолкнуло так, что колёса оторвались от земли. Чудом не кувыркнулись в момент приземления. Броневик выдержал и основной удар мы застали в подземном гараже, ощутив всю мощь, свалившуюся из космоса на многострадальную Землю…

С потолка не переставая падает штукатурка, вперемешку с пылью и более крупными кусками бетона. Мы сидим не решаясь двинуться, хотя это ничем не усугубит, и без того, опасного положения. Когда сотрясение пошло на спад, обрадовались, однако не на долго. Всё в точности повторилось ещё два раза, причём эпицентры находились в противоположной полуострову стороне, там, где когда-то жили мы с Пасечником. Повезло с укрытием, оно выдержало ударные волны, хотя пострадало изрядно…

– Выходим? – я задал вопрос всем. – Осмотрим урон броневику.

– В штольню рухнул? – отрезала бестия. – Ещё сеть активируй, чтобы все мехи в районе в курс поставить, мол – тут мы, давайте все к нам на огонёк! – почти проорала.

– Да что не так-то?

– Фольгу доставайте для начала, – ответила более спокойно. – Безопасность никто не отменял, как и термосканеры, что шарят повсюду. Давайте живенько!

Сориентировались быстро, как просила Оливия. Помогли друг другу с термоизоляцией, после чего вышли наружу, оценили повреждения нашего доморощенного покрытия на авто и принялись за ликвидацию последствий. Работали молча, изредка обращая внимание на пропущенные участки. Совместно устраняли сложные поломки, расходились и продолжали ремонт самостоятельно. Время потеряли изрядно.

С чувством выполненных задач собрались в броневике, где позволили себе немного расслабиться. Плохо получилось из-за мыслей о нависшей угрозе с орбиты. Предположения Оливии и мои о потере боевой мощи ввиду сбоя не подтвердились, а вот то, что оружие находилось в консервации столь долгое время и активизировалось сейчас, насторожило всех. Очевидная причина всплыла в мыслях каждого, но вслух пока никто ничего не высказал. Вдруг ошибаемся?

Оливия штудирует карты по памяти, на пару с тощим, контролирующим ответы по атласу. Пасечник настаивает на обеде, а я молча и бездумно смотрю на всё это. Никаких мыслей, все ушли, осталась одна пустота.

– Охота с орбиты на кого? – я не выдержал, обращаясь к Оли.

– Пораскинь серым веществом внутри башки, – отмахнулась, не отвлекаясь от занятия.

– На тебя?

– Уверен, что не на тебя? Или ты сделал вывод на основании моего присутствия? – тон изменился на резкий. – В тебе как раз нечто, способное напугать любой искусственный интеллект, не находишь?

– Ну а ты? – я не сдавался. – Простая, как фольгированный материал? Да?

– И я не простая, – смягчилась. – Только что тебе даст выяснение вопроса? Изгоните меня, а ты? – иронически посмотрела. – Так что не тупите, уважаемый. Держимся вместе и пуще прежнего стараемся. Цель обозначена, отгадки там, – закончила резко.

Высказав, показала в потолок пальцем, небо имеет ввиду, что ж неясного.

– Ладно, извините все. Накатило что-то…

– Проехали. На будущее, повторюсь – ты научись включать мозги, тем более, что они уже другие. Когда это поймёшь, станет всё просто и легко, – посоветовала снисходительно, и подсев рядом, приобняла. – Есть моя вина, не спорю. Выбора только не было. Прости.

На этом диспут о поиске виноватых завершился. Изгнал лихие думы и созрел до обсуждения маршрута. По прикидкам, всего-то сотня с небольшим километров до контрольной точки. Но преодолеть их придётся по открытой местности, где преобладают обширные пространства полей. Населённые пункты, по пути, все сплошь и рядом без подземных катакомб. Так что, веселье нам обеспечено. Лесами, разве что, попробовать…

После отдыха заняли места согласно расписания, утверждённого в начале. Я за руль, Шиза рядом устроилась в качестве штурмана, остальные сзади в произвольном порядке. Тронулись, с трудом пробираясь сквозь последствия ударов. То, что встретили снаружи навсегда останется в памяти, как кошмар судного дня.

Город горел, точнее то, что могло гореть. Горел тремя эпицентрами, куда пришлись выстрелы с орбитальной системы сателлитов. Маршрут поменяли, согласно открывшимся проблемам, свернув ближе к руслу реки, рассчитывая пробраться берегом, как можно дальше от мегаполиса. Так и получилось. Правда скорость соответствовала пешеходу на прогулке. Медленно, под постоянным контролем мехвариоров и киллфайтеров, снующих повсюду.

Мехи активизировались во всей черте руин мегаполиса, во всех уголках районов. Похоже, что сигнал поступил с самого центра, с бордового объекта, искусственного спутника. Заключается он в поиске нас, то есть, меня или Оливии. Однако, выбрались, теперь двигаться чуть легче.

Отдалились от города километров на двадцать, если считать по прямой. В районе руин городка Хрящёвки, Оли, внезапно, не объясняя причин, скомандовала поворот и смену курса. На территорию не въезжали, посчитав неуместным испытывать удачу. Теперь мы отдаляемся от береговой линии минуя развалины.

Проехали худо-бедно около двадцати километров, среди полей и полос деревьев, поросших густой травой и кустарником. Обстановка гораздо спокойнее, чем в черте городских развалин. Мехвариоры совсем не попадались, а киллфайтеров заметили всего пару.

– Вот скажи, на милость, – я скорчил недовольство. – Какого рессора в жопе, мы изменили направление?

– Тебе таким же манером отвечать? – отреагировала спокойно. – Лучше посмотри вперёд и расскажи, что ты видишь?

Я выполнил указание как по приказу, отданному высшим руководством, не успев осознать факт безоговорочного подчинения. Впереди действительно виднеются сооружения специфического назначения. Порылся в памяти, вспоминая рассказы Старика, ведь сам я тут не был, до этого момента. Прикинул описания и сделал выводы. Сверился с картой, совпало.

– Это полигон для испытаний автомобилей, – огласил. – Сосновка, если быть точным.

– Больше ничего? – уточнила, наверняка зная ответ.

– Предложить то, что предлагала Жмоту? – добро так интересуюсь, ласково. – С башкой связано. Или начнёшь говорить без игр в угадайки? – нервно ответил потому, что бесит прямо.

– Каньон ничего не напоминает, который перечёркивает весь комплекс сооружений? – небрежно ответила.

И тут до меня, наконец-то, дошла суть неправильного в увиденном пейзаже…

Глава 6

Каньон, а по другому эту канаву, длинной в пару километров, не назвать, начинался и заканчивался, копируя борозду с вывороченной почвой, после приземления Оливии, точнее, падения. Не факт, что от транспорта, скорее от хранилища, сейфа. Однако, что-то не совпадает, не могу сказать конкретно, отличия чувствую на уровне подсознания.

Кроме всего, от финальной точки исходит ментальный след, похожий на след ауры Оливии. Как я могу это различать, не знаю. Не рискнул активировать новые возможности, помня об опасности обнаружения. Хотя, разум всё чаще самостоятельно подключает нужные функции, делает это безопасно, избегает обнаружение, зная о тотальном контроле. Возжелал скорее овладеть арсеналом способностей, открывшимся в результате симбиотического слияния. Непременно поговорю с Шизой на эту тему, хватит с меня тайн.

Обратил внимание на факт, касающийся отношения к ней. Дело в том, что я начинаю психовать и злиться по неясной причине, ощущение такое, что девушка недодаёт мне чего-то. Не знаю конкретно, что мне от неё нужно, но вот так складывается, и всё тут. Ненормальное в душе творится с её появлением в жизни. Интересно, все девушки так на мужчин действуют? Вопрос ценой в рабочий рельсотрон. Ладно, лирика всё это, разберусь позже, при удачном стечении обстоятельств и настроений. Отвлёкся мыслям. Между тем, черноволосая бестия продолжает испытующе смотреть на меня.

– Увидел, наконец, – сделала вывод. – Рада за тебя. Теперь рули ближе к краю, и езжай к конечной точке. Туда, где воронка и рассмотрим посылку, – попросила сдержанно. – Надеюсь, что интерес у тебя пробудился, – утвердила.

– Есть такой, он особого плана, – кивнул и усмехнулся.

– Поясни!

При этом восклицании у Паса и Жмота проснулся интерес, два лица с внимательными выражениями возникли в окне перегородки и приготовились внимать.

– Там кто, твой соратник, или соратница по несчастью? – решил не скрывать. – Обнаружил след ауры, примерно как у тебя, – добавил, видя её непонимание.

– Останови! – вскрикнула. – С этого момента поподробнее, – насторожилась. – Рассказывай всё по порядку.

Броневик резко встал, парни сзади не успели среагировать, ударились лбами в перегородку кабины. Промолчали, боясь прослушать разговор. Недоверия или ещё какие-нибудь причины скрывать свои внутренние преобразования отсутствуют, посему я всё рассказал. Пропустил единственную тему внутренних перемен, касающихся появления девушки в моей жизни, а в остальном, информацию выдал полную. Без проблем ответил на наводящие вопросы Оливки.

Она надолго задумалась, друзья не вмешивались, появилось время сосредоточится на каньоне, точнее над тем, что давно привлекло внимание в кратере. Местоположение уточнил и рассказал, но друзья оказались заняты обдумыванием услышанного, так что изучать объект приходится самостоятельно. В меру использую обретённые возможности, и дистанционно, в целях безопасности.

Новый сюрприз преподнесло сознание, выдав несколько образов, с пояснением, словно бегущей строкой и дополнило голосом:

«Носитель обнаружен. Начата подготовка к переброске массивов данных.»

Сосредоточив мысли я, независимо от желания, активировал новый дар. Туман заволок всё вокруг, оставив лишь коридор для концентрации взгляда. Пространство пришло в движение, меняя привычные очертания. Броневик исчезает, точнее, перевоплощается вместе с предметами. Появилось ощущение, что я сжался в точку, размеры которой постоянно стремятся к нулю. Всё вокруг преображается, но не исчезает, а меняется.

Мысленно прошёл сквозь структуру материалов, стараясь не потерять связь с реальностью. Точка, в которую превратилось моё сознание, начала стремительное движение вперёд, к интересующему объекту. Воздух, земля, предметы на пути, вообще, всё перестало существовать в привычном понимании. Это мой разум, сосредоточенный на главном, сейчас, вопросе, мчится сквозь атомные структуры окружения вперёд к объекту… Может так выглядит мир для той сущности, что создала симбиотическую связь с моей?

Новое оповещение:

«Начата переброска массивов данных.»

Дальше стало ещё интереснее. Я пронёсся сквозь другую, непривычную среду и оказался в Белёсом мареве с тёмными точками. При мысленном приближении любой из них, в разуме появлялась информация, о существовании которой я не предполагал. То, что она доступна обрадовало и мой мозг принялся поглощать крупицы данных, как губка. У кого, или откуда, я добываю знания, разбираться с которыми предстоит много лет, возможно не одну жизнь? Ответа нет, кроме стремления вычерпать всё, что стало доступно.

Внутренние мысли постепенно приходили в порядок. Мозг сам нашёл способ структурировать данные, разбирать их и размещать, согласно степени важности и категориям. Процесс превратился в рутину, где из одного хранилища всё переносится в другое, предварительно проходя дополнительную инвентаризацию с присвоением кодов быстрого доступа. Так я представил себе выкачивание знаний из ёмкости транспортировщика.

Сам индивид, что послужил временным хранилищем, не имеет понятия о важности и характере данных, вообще не знает о них ничего. Это я понял на подсознательном уровне, как неоспоримый факт. Процесс продолжился до полного завершения перезагрузки данных от него ко мне. Каким образом я получу знания из массива информации, мне неизвестно, однако уверен, что всё разрешится в нужный час.

«Переброска массивов данных завершена.»

После этого оповещения я потерял нить происходящего, вырубился, вероятно от перегрузки мозга не привыкшего воздействиям…

Очнулся. Ощущения такие, что выть хочется от головной боли. Мысли путаются, окружение расплывается перед глазами. Прекратил попытки оглядеться и попробовал определить, где и с кем нахожусь. Через минуту пришёл к выводу, что лежу в заднем отделении броневика, заботливо укрытый, с холодным компрессом на лбу.

Мерное покачивание и периодические подскоки на ухабах, сказали о продолжении экспедиции, и о нормальном состоянии друзей. Все целы, что прочёл сканируя ауры, и здоровы. Однако число пассажиров увеличилось на одного. Почему-то не удивлён.

– Давно я такой? – обратился ко всем. – Пас, ты тут? Поясни, что за гадкое состояние.

– Это у тебя нужно спрашивать, – друг заботливо смочил компресс. – Светопреставление устроил то ещё! Вся электрика в броневике отрубилась, ты завибрировал так, что голова могла запросто оторваться. Оливия вовремя опомнилась, тебя зафиксировала. После тело изнутри вспыхнуло так, что мы ослепли, а дальше…

– Что там? В себя приходит? – раздался вопрос Оливки с места водителя. – Сейчас остановимся, как раз полоса леса перед Черемшаном. Один, гравимост в колено, переправу искать.

Я больно отреагировал на остановку, прочувствовал мозг чем-то отдельным, бултыхающимся в голове. Еле стерпел, чуть не заорав. Манипуляторы поломанные что-ли везёт, никакого сострадания к ближнему.

– Рассказывай, – Шиза и не думала о моём покое.

– Вы может первыми поведаете? Судя по новому пассажиру, есть что, – я решил отложить болезненные воспоминания.

– Вынуждена настаивать, – безапелляционно заявила бестия и возобновила движение.

Начал вспоминать и меня прорвало, как только начал концентрироваться. Знания появились, сформировались и поступили в мозг пакетом. Открытие такой информации ввергло меня в панику, но я достаточно быстро справился.

– Хорошо, – согласился со всеми, так как интерес прочёл у каждого. – Можно начинать?

– Башка. Предложение по ускорению мыслительного процесса, причём, непопулярными методами, – сухо пробормотала Оли. – Не тяни резину, вещай или долбану! – дополнила громче и выразительнее.

– Начну с объекта, рухнувшего на испытательный полигон, – спокойно начал, не открывая глаз. – Это автономный спасательный модуль с судна класса интерстэллар, редкий экземпляр. Нет в открытой вселенной чёткой информации о создателях технологий, используемых на кораблях этого класса. Домыслы лишь одни и предположения, – сам обалдел от сказанного. – Дальше продолжать?

Тишина послужила ответом на вопрос, некоторые дышать перестали, вроде.

– Продолжу, но скажу не всё, так как иная информация не для всех ушей. Без обид, Пас, Жмот. Что касается только Оливии, то скажу лишь ей, отдельно, – предупредил на всякий случай. – Внутри модуля, как в клетке – пилот, Рэй Бари. Воздействовать на биометрию и сенсорику для открытия возможно, но с определённым набором ДНК, и снаружи. Нанят неким субъектом, которого боится как огня. Детали задания, или того, что там он исполнял, странные, не всё мне понятно. Тебя, Оли, он уже видел, так как транспортировал в галактику Млечный Путь, а именно в Солнечную систему, и понятия не имеет кто ты. Вообще, использовали парня вслепую, как мне кажется, – сделал паузу, сканируя персональные настроения. – Корабль подвергся атаке с орбитальной системы сателлитов, контролируемых Ометэей, – выдал и впал в ступор от того, что знаю. – Это кратко.

Я не стал говорить при всех о данных, что перекочевали в мою многострадальную голову. Отложил на время, рассчитывая сам разобраться, по возможности. Уж больно много их свалилось, довольно специфических знаний. Одно можно с уверенностью сказать – для получения знаний нужно чётко формулировать запрос в память. Пока только так.

Пауза, тем временем, затягивалась, что раздражает:

– Вы там думаете реагировать и дополнять рассказ? – я не выдержал. – Что было после отключки? Эй, ау?

– Можно я? – вызвался Пас.

– Угу, – автоматом буркнула Шиза. – Давай, если что, поправим.

– Когда тебя жёстко стебануло, мы попрыгали, поохали и уложили сюда, – начался рассказ. – Оли сменила тебя, весьма успешно, кстати и мы покатили по ухабам к рытвине. Нашли там этого, – он прервался, а я понял, что показывает на кого-то. – Вывалился из странной конструкции, как на картинках о будущем. Двери нет, типа, шлюз только, но странный. Открывается с исчезновением обшивки. Посмотрел я на это, а этот бац, и мордой в грунт. Оли спустилась, благо запасы изоляции есть и смастерить обвязку смогли. Потом вытащили страдальца, Оли ещё несколько раз спустилась, – он снова остановился. – Что там, внутри то? – уже к ней.

– Там всё как после синтезатора коктейля, – подала голос бестия. – Всмятку куча добра. Как этот чудик, Рэй Бари, если тебе верить, – поправилась. – Так вот, как он уцелел? Совсем непонятно. В рабочем состоянии один рельсотрон нашла, благо боезапас большой и сменных элементов питания достаточно. Вроде и вс…

Не договорила. Броневик вновь резко встал, а я отчётливо различил чужие ауры впереди по маршруту. Настроены агрессивно, не принадлежат искинам механических убийц. Люди, но почему их несколько вместе, не боятся охотников, выслеживающих группы, как приоритетные цели? Странно это. Я приготовился, рассчитывая на любой поворот событий. Глаза открывать больно, поэтому положился на новые возможности контроля за реальностью.

– Парни, давайте этого в сейф, – шёпот Оливии не предвещал ничего хорошего. – Оклемается и сам выберется.

Руки друзей подхватили меня и переместили в тесное пространство, где пришлось поджать ноги, лёжа на спине. Через мгновение перестал слышать звуки, причина – дверь закрыли. Тишина резанула нервы. Не знал, что страдаю фобиями и отнёс состояние к нервному, поэтому не стал паниковать, погрузился в мысли. Диагностика себя вышла на первый план.

Отчётливо представил работу нанобиотов, что попали в организм вместе с имплантом. Симбионт послушно отреагировал на запросы и выдал сводку. Ничего особого не случилось, кроме перенапряжения коры головного мозга. Усилением которой незамедлительно занялся мой внутренний постоялец. Не стал сопротивляться. Фраза, точнее мыслеобразы настроения «партнёра» отчётливо всплыли в сознании:

«Подготовка к завершению модификации запущена.»

«Анализ подтвердил готовность к началу заключительной стадии слияния.»

«Исполняю рекомендацию по отключению мозговых функций реципиента.»

«Протокол активации найден. Запускаю процесс.»

После последнего образа я вновь погрузился в небытиё.

Очнулся в поту. Попытка подскочить завершилась ударом головой об стенку сейфа. Лишь после этого вспомнил всё, что произошло. Или почти всё. В памяти всплыли воспоминания прихода в себя и предшествующих тому событий. Ничего нового не почувствовал, за исключением невероятной внутренней свободы и бодрости в теле. По-моему, меня подлатали. Ну что же, для начала займусь вызволением себя из стального плена.

Моя физическая суть изменилась на клеточном уровне, следуя мысленному приказу. Очертания тела обозначились в темноте мерцающей границей неоднородной энергии серо-голубого цвета, постоянно пребывающей в движении, словно клубящиеся массы атмосферных завихрений. Атомарная структура проникла сквозь металл, как лучи рентгена, не встретив препятствий.

Вновь преображение, и вот я нахожусь вне стального сейфа, материализовавшийся и прежний. Сильная усталость вдруг навалилась, потеря энергии на изменение оказалась слишком высока. Пришлось искать способ восстановить утраченное. Решение подсказал разум, чётко отобразив потоки солнечного ветра, в погоне за которыми учёные бились на протяжении всего пути эволюции.

Так как я нахожусь на теневой стороне планеты, пополнение выходит трудно. Ждать завершения не смог, предчувствуя беду нависшую над друзьями. Да и долгая это процедура, как выяснилось. Внутренние силы ещё есть, так что паниковать рано, и я начал действовать.

Первое, что в планах, это определение местоположения, а дальше по ситуации. Оружия никакого, да и чему удивляться? Открыл дверь броневика, благо все элементы смазал Жмот, действие без лишних звуков получилось. Осмотрелся. Полумрак вокруг мешает, но не так чтобы очень. Ангар подземного типа, под потолком с оной стороны узкие, горизонтальные окна. Одна из стен представляет из себя ворота, складывающиеся вверх. Привод переделан на ручной, заметил конструкцию с ручкой для вращения. Вокруг транспортные средства, некоторые давно превратились в ржавые остовы, другие сохранились лучше, хоть и выглядят старыми. Ясно.

Выходов в коридоры несколько, все без дверей. Валяются рядом сорванные с петель, что мне на руку. Нет нужды перевоплощаться. Что-то подсказывает о соблюдении осторожности использования этой возможности. Редкая способность и энергетически затратная.

Выбрал тот, что сохранился лучше, осторожно начал движение. Стены местами сохранили краску на штукатурке, что редкость. Сыростью и плесенью меня давно не удивить, как и паутиной. Корневища деревьев пробили перекрытия в некоторых местах, выворотив солидные куски бетона. Коридор прямой, длинный. По бокам, на равном расстоянии, сплошь дверные проёмы, ведут в небольшие помещения, всё указывает на склад. Представил, где такое сооружение может быть, но вариантов слишком много, а особых примет нет. Снаружи можно определиться, но туда ещё рано, да и друзья где-то тут, внизу.

Знакомый до боли, визжащий звук фрез возник сзади и резанул по нервам. Моя реакция поразила, резко отпрыгнул в сторону, предугадывая направление атаки. Мех пролетел в опасной близости, затормозил, развернулся и приготовился к новому прыжку. Уход за мгновение до касания механической лапы с фрезами показался мне слишком быстрым, или это охотник медленный? Следующее, что я автоматом выполнил, это кувырок через голову атакующего монстра, удар в основание шарниров шеи, и открытие ячейки с модулем. В замедленном режиме проводил взглядом падающую тушу, стоя на ногах и держа мемокристалл в руке. Извлёк, не заметив, или не отдавая отчёта действиям. Ощущение изменения в окружении не покидает. Или я слишком быстро двигаюсь, или всё же…

Додумать не дал импульс в сознание и пакет информации о мехвариоре. Бронирование, подвижные сочленения, количество и виды вооружения, слабые места на корпусе и рекомендованные точки воздействия. Всё это вихрем пронеслось и предстало в виде схематичного наложения на тушу меха. Далее прошли тактические характеристики охотника с зонами поражения, углами и направлениями вероятных атак и всё остальное в том же духе. Один нюанс, я это не считываю из памяти, а знаю и, что удивило, могу прогнозировать.

Но самое важное другое – на самом деле я всё время пребываю с закрытыми глазами, точнее не всё, а только в момент концентрации и смены состояния на боевое. Открытые глаза способствую возвращению в реальность, но стоит закрыть, как появляется нечто сродни боевого нейроинтерфейса, о чём я теперь знаю. Могу определить массу названий и характеристик с описаниями, после процедуры переброса данных с живого носителя.

Новая способность мозга оказалась далеко не последней на сегодня. Из проёма вышел человек в кожаном фартуке, замер при виде меня, коротко глянул на валяющегося робота и потянулся к поясу. Серьёзных размеров тесак для разделки занял место в его руке. Закрыл глаза, зная о новом свойстве, и обратил внимание на себя, словно на размазанную в пространстве субстанцию, или тень. Переметнулся к готовящему ударить и коснулся туловища, легко толкнув. Хруст ломающегося позвоночника, человек застывает неуклюжей, поломанной куклой. Только странно это, ноги уже оторвались от пола, а он не падает, не движется, просто завис в коридоре.

Подсказчик внёс ясность:

«Режим боевого транса активен. Время до прекращения один час.»

«Внимание! Предостережение! Опасно длительное использование. Рекомендуется применение с чередованием режимов.»

Ну что поделать – буду чередовать. Вернулся к прежнему состоянию и проследил, как напавший ударился мешком о стену и рухнул, будто запись сняли с паузы. Оценка повреждений выдала множественные травмы не совместимые с жизнью.

Отключить подсказки и другую информацию, лишнюю в бою, оказалось просто. Теперь я превратился в нечто, убивающее мгновенно, не дающее шанса тем, кто настроен на уничтожение меня. Глаза хоть и закрыты, способность видеть я не потерял, наоборот, взгляд стал вычленять то, на что не обращал внимания раньше. Занялся дальнейшим прочёсыванием подвала…

Первой обнаружил Оли. В одной из комнат где собралась группа лиц, девушка заняла место на металлической столешнице. Руки и ноги зафиксированы, сама находится под действием сильнейшего транквилизатора, что прочёл, мимолётно коснувшись её сознания. Хоть и траванули Шизу не по детски, она, на удивление, всё понимает и чувствует.

Отсутствие одежды на девушке, как и мыслеобразы людей, мне не понравились. Разбираться нет смысла. Намерения по отношению ко всем захваченным ясны, посему я начал убивать. Морфировал в боевое состояние и прошёл фантомом смерти по помещению. Жалеть никого не стал, зная о готовящемся деянии хозяевами подвального комплекса.

Остановился и вернулся в привычную форму, люди, точнее трупы, разлетелись рваными кусками, обдав Оливку и стены кровью. Воздействовать на неё, с целью вывести из под действия транквилизаторов, труда не составило, но стало для меня последней каплей. Перерасход энергии сказался и я вырубился, как только зеленоглазка начала приводить себя в порядок…

Выяснилось, что не надолго. Первым делом сканировал окружение, что умею делать безопасно, не боясь обнаружения. Друзья и новенький рядом, местоположение тоже самое – пыточная, или разделочная. Обсуждают мою очередную выходку. Привлёк внимание, привстав на локтях.

– В этот раз, он превзошёл себя, – Оли отреагировала. – Может смотреть сразу. Гляньте ребят на берсерка, глазки изумлённые состроил, – язвит, сразу понятно.

– Может уберёмся отсюда? – я нарочито серьёзно парировал. – Рассказать, что хотели эти уроды?

– Не стоит. И так ясно, каннибализмом господа балуются. Баловались, точнее, – сменила тон Шиза. – Торопиться, кстати, некуда. Ты всех убил, – пожала плечами, разбирая трофеи.

Глянула на меня, послав мысль о ненужности вдаваться в подробности о способности морфирования. Ответил положительным посылом и девушка продолжила занятие, подтвердив получение информации. Обратился к ней ещё раз, указав на необходимость разговора тет-а-тет, она согласилась, но чуть позднее.

– С мехом ручным разобрались? – уточнил непонятное.

– Испорченный образец, – туманно пояснила.

– Место определили? С картами сверились, или не выходили отсюда?

– Перед рекой. Дальше – руины города, левее – наша цель, – отвлеклась и посмотрела с прищуром. – А может, нам уже не нужно туда? А, Шорох? Ты слишком много знаешь для аборигена, ни разу не покидавшего планету. Поделишься с друзьями?

Но судьба вновь распорядилась иначе…

– Баламут! Ты там? – раздался скрипучий голос.

В окно под потолком посмотрело бородатое лицо со шрамами. Уровень земли совпал с верхней границей зала, вопрошающему пришлось присесть. Мы затихли, надеясь не попасть в зону обзора. Полутьма помогла остаться не увиденными.

– Тихо, – шикнула Оли. – Разбирайте примитив, живее! – указала на кучу колюще-режущего металлолома. – Единственный штурмрэйл испохабили, – повертела его и откинула в сторону. – Уроды.

Друзья последовали указу и выбрали оружие, а я побрезговал, решив выкрутиться как-нибудь без этого добра.

– Слышь, там? – продолжил после паузы бородатый. – Мы идём, иль ты вздумал закроить женщину? Все уже знают! – сказал и исчез.

Оливия поморщилась, раздала указания и мы заняли позицию в коридоре, распределившись по пустым комнатам. Единственный путь внутрь проходит по нему, а проёмы сами выдали тактику. Осталось надеяться, что гостей не больше пяти. Я ещё не способен к переходу в боевой транс, энергии почти нет.

Гостей оказалось всего трое. Синхронно атаковав, ребята махом их ликвидировали, не дав ничего понять и отреагировать соответствующим образом. Самоуверенность подвела уродцев. Оценив внешний вид гостей пришёл к выводу, что за границами руин мегаполисов творится чёрт знает что. Это не люди, а дикари, чёрные от въевшейся грязи, пропахшие зловонием немытых годами тел. Сплюнул.

– Вот теперь я настаиваю на побеге, – выдала Шиза. – Бегом к авто, оно не пострадало.

– Рэю помогите, – крикнул Пасу. – Я пока не боец.

Друзья подхватили нового члена команды и мы помчались в ангар. Лебёдка сработала, ворота ушли под потолок, открыв пологий выезд на поверхность. Оливия схватила меня за рукав и втолкнула на пассажирское сиденье, сама сев за руль.

– Заодно посекретничаем, – шепнула. – Вижу, что тебе не терпится поделиться, – повернулась к остальным. – Чего замерли, дверь не нашли? Резче давайте, нам придётся выше по реке пролезть, брод нужен…

Окольными путями миновали развалины пригорода, нервно ожидая новых атак или засад. Повезло, сгущающиеся сумерки помогли остаться незамеченными, хотя не факт что есть ещё такие дикие твари. Как ни крути, а население вымерло. Возможно, что эти кучки отребья единственные на пути к цели, но рисковать нет смысла.

Брод нашли, преодолели и сменили курс на противоположный. Нужно объехать руины и выбраться к АЭС, или тому, что от неё осталось. Светомаскировка, как и термоизоляция соблюдены, крадёмся со скоростью пешехода. Дождавшись более-менее нормального участка, Оли прикрыла окно между кабиной и задним салоном. Настало время для разговора.

– Оли, двигатель слишком много выделяет тепла для ночи, – обратил внимание. – Давай на сегодня закруглимся с ездой. Видишь, там лесополоса? – кивнул в нужном направлении. – Подыскивай место стоянки.

– Хорошо, – согласилась, вняв доводу.

– А вы, – приоткрыл окно назад. – Размещайтесь на ночь. Мы первыми караулим, потом разбудим кого-нибудь. Всё, отбой.

За стенкой началась возня готовящихся спать парней. Подождал пока Оли найдёт скрытное место. Проконтролировал положение броневика под деревьями, и пристально посмотрел в красивые глаза девушки, с нетерпением ожидавшей беседы.

– Что ты помнишь? – затронул самое важное на мой взгляд. – Спрашиваю, так знаю о твоей амнезии.

– В принципе, я помню всё, что связано с бытом, технологиями, понятиями. Знаю специфическую информацию, – задумалась. – Но ничего о прошлом себя, о жизни. Я словно родилась с багажом знаний в твоём подвале. Вот и всё, – придвинулась ко мне, чтобы лучше видеть глаза. – Это честно, без утайки.

– Родителей не помнишь, – проговорил утверждая. – Тогда слушай внимательно. Готова?

– Не пугай меня так, – сказав прижалась. – Я телепат, эмпат и паранорм, если помнишь. Образы твоих мыслей мне не нравятся. И я замёрзла, – резко переключилась.

Пришлось рыться в багажном отсеке под сидениями, в поисках чего-нибудь для покрывала. Нашлась мешковина приличных размеров, мы вплотную прижались боками, укрылись и продолжили. Но прежде я вновь почувствовал мандраж от близости. Взял себя в руки, не понимая как с этим бороться.

– Этот парень, Рэй, доставлял тебя сюда не случайно. Твои родители позаботились об этом, но каждый преследовал свои цели. Кто они не знаю, могу сказать лишь о огромной силе, страхе людей перед ними, и их безграничной власти. Это точно. У тебя две матери, что не укладывается в голове. Один отец, имеющий к людям столь отдалённое отношение, что представить трудно, – выдал и оценил спокойствие Оливии. – Кто-то позаботился о ликвидации памяти, кто-то о её восстановлении с исправлениями и корректировкой целей появления на Земле. Симбионт, что ты мне подсадила, предназначался тебе, как и информация в живом носителе. Сказать в двух словах о чём речь?

– Я догадываюсь, – нерадостно прошептала.

– Нет, не догадываешься, – опроверг грубо. – Первоначальная задача стояла проконтролировать завершение ликвидации человечества. Однако данные поправили, заменив на помощь в спасении. Кто именно, что затеял из родителей – не могу сказать, нет информации. Симбионт? – поставил вопрос, задумался. – Он на самом деле не отсюда, в глобальном смысле, как ты и говорила. У него третья, отличная от всех программная задача, связана с населённой частью Содружества Пяти. Но я не разобрался – какова именно конечная цель, – замолчал, давая переварить сказанное. – Интересно получается?

– Я должна была стать убийцей?

– Ты уже убийца, в какой-то мере. Не совсем человек, есть внутри ещё сила, энергия, материя, да что угодно, отличное от привычного.

– Тебе не кажется, что всё спланировано третьей стороной, хозяином симбионта? – правильно спросила.

– Я в этом уверен, как и в том, что это не твои всемогущие родственники, а нечто высшее, – подвёл итог. – Обдумай всё, утром поговорим на свежую голову. Кстати, нам нет нужды пробираться к АЭС.

– В смысле? – чуть не крикнула.

– Тише! – шикнул. – Нужное для претворения в жизнь планов, есть у нас с тобой, на двоих. Завтра объясню, а сейчас спать.

Попытки поговорить ещё я пресёк, выслушал ряд замечаний по теме, не поддался и заставил готовить постель. Шиза сопротивлялась некоторое время, потом сдалась и мы улеглись.

Так вышло, что девушка вновь оказалась сзади. В её объятиях уснуть невозможно. Формы её тела чувствуются даже сквозь комбинезоны, что одевались под военные доспехи. Заворочался чаще, подыскивая приемлемое положение.

– Повернись, – прошептала Оли.

– У меня проблемы с некоторыми частями тела, – стыдно, но предупредить счёл нужным.

– Повернись, не думай ни о чём, – вновь шёпот с оттенками ласки прозвучал из её уст, в самое ухо.

Как только я повиновался наши губы слились в долгом поцелуе, принёсшим необъяснимые, будоражащие чувства. Непонятное желание овладело всеми клетками организма, руки сами потянулись к телу девушки. Она поддалась, отвечая взаимностью со своей стороны, и тут меня прострелило. Срываю одежду с неё, она рвёт с меня, тела наконец соприкасаются, переплетаются и сливаются, даря другие, новые, не испытываемые никогда ранее, ощущения. Вершина блаженства судорогами прокатилась по нашим телам, чтобы воспрянуть с новой, неистовой силой. Теперь мы спокойнее, внимательнее изучаем друг друга, чтобы подарить лучшее, на что способны…

Утро встретили лежащими в нежных объятьях. Пожалел, что ночь столь коротка, нужно одеваться и готовиться к очередному дню, наполненному опасностями, риском для жизни и непредсказуемым будущим.

– Что мы сделали? Ты подарила мне себя? – произнёс, восторженно наблюдая за одевающейся девушкой.

– Можно и так сказать, только подарок вышел обоюдным, – застенчиво улыбнулась. – Эй, внутри! – заорала, стуча в стенку. – Подъём! Готовимся к ознакомлению и исполнению изменённого плана, – занялась командованием.

Поведение изменила радикально, превратившись в знакомую Шизу, причём так резко, что ойкнуть не успел. Неожиданно брошенный комбинезон ударил в лицо.

– Одевайся, или хочешь всем рассказать о ночи? – чмокнула в нос. – Помни, это только между нами, остальным знать не обязательно…

Согласился, вспоминая отдельные моменты, это только для нас…

Глава 7

Приступили к общей проверке с инвентаризацией. Значимого урона дикари не нанесли, всё уцелело, кроме штурмрэйла, разбитого уродами по непонятной причине. Элемент питания не взяли, заряды оставили, просто сломали. Стало быть, оружия у нас как не было, так и нет, что никого не напрягает, привыкли.

Зато с амуницией всё в порядке. Военные образцы, как-никак, новые, с полным набором тактических элементов. Здоровью вреда каннибалы причинить не успели, что друзья отметили отдельно, выразив благодарность нам с Оливкой. По легенде, дабы не смущать парней деталями перевоплощений, мы с ней вместе действовали, успев сговориться перед захватом…

– А когда успели? – насторожился Жмот.

Пасечник притих, заинтересованно посмотрел на меня, через секунду перевёл взгляд на Оли.

– Я ведь телепат! – отмахнулась бестия.

– А как он выбрался из сейфа? – тощий не сдался.

– Так это… Как, как? А психокинез, он для чего в арсенале инопланетян? – нашлась, что предъявить. – Дистанционно открыла, когда Шору полегчало. Делов-то! – врёт и не краснеет.

– Тогда ладно, – согласился тот.

– Почему Шор такой счастливый? – от друга не ускользнуло моё приподнятое настроение.

Зеленоглазая посмотрела на мою физиономию, хмыкнула.

– Хм, а моё состояние никого, выходит, не смущает? – нашлась с ответом, озадачив двусмыслицей. – Ночь хорошая выдалась. Тёплая, – улыбнулась мимолётно и стала серьёзной фурией. – Шевелитесь лучше, ехать пора. Настроения их заинтересовали…

– Объясняйте дальше. Почему не нужно к электростанции? – Пас подключился к викторине допроса.

– До неё осталось не больше десятка километров, – я спокойно ответил. – Там увидите. Так что, горемыки? Едем?

Вопросы прекратились, долгих сборов устраивать не требовалось и через несколько минут, потраченных на размещение в броневике, наша команда выдвинулась по просёлку к району АЭС. Дорога так себе, изрядно заросшая кустарником и молодой порослью. Авто буквально сминает молодые берёзы, тополя и редкие сосенки, пропуская их под днищем. Местность в этих местах холмистая, в отличии от родных руин мегаполиса, рельеф изрезан оврагами, иной раз представляющими серьёзную преграду. Повезло, что строители дорожной ветки использовали грунтовые насыпи, вместо рухнувших повсеместно мостов. Так что, пробираемся к цели не испытывая серьёзных затруднений.

Очередной переезд через овраг не отличается от предыдущих. Такая же насыпь, молодняк деревьев, кустарники и пышная трава. Ничего подозрительного, на первый взгляд, но не в моём случае с симбионтом, что прогрессирует в объединении и модернизации организма. Нити сознания потянулись, преодолевая расстояния, образы хлынули потоком. Множество аур впереди. Настроения разные, от любопытства до враждебности, с преобладанием чувств опасности перед неизвестным. Сконцентрировался, вычленяя отдельные мыслеобразы. Засада? Непохоже на засаду, скорее защита от непрошенных гостей.

Броневик достиг середины переправы, в кустах, на противоположном обрыве, вспыхнуло, раскатистый грохот донесся одновременно с появлением густого, сизого облака над укрытием неизвестных. По лепесткам брони ударила дробь, не причинив никакого вреда. Бахнуло второй раз и следующая порция шариков попала в броневик. Между тем вариативная нейросеть, как правильно её теперь называть, сформировала информацию о оружии. Очень старинное, или антикварное, с использованием энергии взрыва для разгона боеприпаса. Заряд свинцовый, множественный. Что за бред? О таком даже Старик не упоминал в рассказах о прошлом.

– Громкую связь включи, – крикнул Пасу назад. – Она точно есть, поищи.

В салоне сзади засуетились.

– Впереди смотрите, напротив пассажира должен находиться тумблер и ещё что-то. Хотя постой, – друг затих. – Нашёл! Продублирована сюда.

Опередил их. Пока парни рылись, я нашёл микрофон в чехле, в бардачке сбоку. Старинный, со скрученным в спираль проводом. Раритет, что поделать. Пощёлкал тангентой, снаружи раздались характерные щелчки, значит работает. Динамики скрыты в районе фильтров кондиционера.

– Долго плеваться свинцом собираетесь? – выдал недовольно фразу. – Надоедать начинает! – от откровенной ругани воздержался. – Есть способ лучше. Обоснуйте претензии, тогда посмотрим, как быть. Или пропустите, хотя особо и так не мешаете. Выбирайте! Рыпаться не советую, покрошим.

– Назовитесь! – крик из кустов прозвучал ближе, чем думал.

– Угу, можно подумать, что это как-то поможет? Вы всех знаете, особенно из больших руин мегаполиса? – добавил иронии в голос.

Ответа не последовало, в ауре незнакомца прочёл удивление, вперемешку со смятением. Не знает как поступить. Точно, растерялся, ведь надеялся услышать другое. Интересно что?

– Ау? Что замолчал? – Шизе надоела длинная пауза. – Говорить будешь? Можем проехать, не обращая внимания на вашу возню с наездами. Неудачными, на минуточку. Так как?

– Вы в колодец рухнули? – Жмот отреагировал. – Нафиг с ними базарить? Что-то мне на стол, в качестве позднего завтрака, неохота.

– Эти, не такие, – я отмахнулся.

– Уверен?

– Абсолютно! – заверил я безапелляционно.

На самом деле, мне хватило секунды, чтобы прочесть в аурах людей отличия от дикарей, пленивших команду.

– Они не каннибалы, – Шиза поддакнула.

– Смотрите, ты у нас рулишь, вместе с Оли! – согласился с напором тощий.

Ожидание затягивается, нервозность в коллективе растёт. Захотелось вновь воспользоваться громкоговорителем, однако вовремя поймал ментальную нить созревшего решения в умах людей, сидящих в укрытии.

– Покажитесь, – неуверенно выдал некто. – Я знаю как выглядят люди из мегаполиса, раскрою враз…

Договорить он не смог… Небо заволокло, нечто отчасти похожее на грозовые тучи, грациозно сформировалось в виде циклона, медленно опустилось сизым туманом к поверхности. Поразительно то, что дымка не затронула участок, где находился броневик и засада из числа местных. Граница в форме правильной полусферы километрового диаметра осталась девственно чистой, лишь солнце исчезло за образовавшимися тучами.

– Ты этого ожидал, утверждая, что нам не нужно к АЭС? – спросила Оли.

– Да, – я вздохнул. – Это только начало, – добавил, и обратился к держащим оборону: – Мы выходим. Если не хотите сгинуть, то не делайте глупостей. Сейчас мы нужны друг другу.

– Выходите! – неуверенно, с испугом ответил неизвестный. – Я так и знал, что с появлением вас начнётся. Одних слухов о женщине, мне, идиоту, не хватило, – продолжил с досадой. – Давайте скорее!

Вышедший из кустов абориген произвёл впечатление. Старик в разномастной одежде, собранной из образцов военной формы. Защитная куртка с элементами броневставок выдержала все времена войн, так, по крайней мере, на общий взгляд. Всё остальное аналогичное, не лучшего состояния. В целом, достаточно уверен в себе, если судить о мыслях первоначального считанных с ауры.

Не обращая внимания на удивлённые взгляды разношёрстной компании, мы покинули транспорт и бегом преодолели оставшееся расстояние переправы через овраг. Пятеро хмурых личностей, как две капли воды похожих формой одежды на лидера, выразительно замерли увидев нашу Шизу, не обратившую на них ни малейшего внимания. Если бы не Пас, то хозяева рисковали впасть в ступор по общепринятой тенденции первых минут знакомства с инопланетянкой. Вид наш подействовал дополнительно, всё с иголочки, полная экипировка.

– Харе глаза ломать! – крикнул наш толстяк. – Укрытие показывайте, срочно! Вы что, ждёте ещё гостей? Сдаётся, вслед за туманом сюда прибудут мехи, или что похуже! – покосился на меня. – Шор, я прав?

– Как никогда, – подтвердил подталкивая вперёд Рэя, – Чудо с неба номер два, давай вперёд, хоть ты и не бельмес по русски. Не стой столбом, потом научим по нашему болтать. Да, Оли?

Девушка хмыкнула, схватила новенького за рукав и увлекла за собой. На его попытку сопротивляться и заговорить, она шикнула, а я порадовался тому, что парень не может задавать вопросы, хоть это состояние и временное.

Прошли не более сотни метров, как перед нами возникла поляна с неприметным холмом, явно рукотворного происхождения. Молодая поросль хорошо скрыла массивную дверь бункерного типа, как и тропинку ведущую к укрытию. Распознав во мне старшего предводитель встретивших отвёл меня в сторону. Я не сопротивлялся, почувствовав отсутствие дурных мыслей по отношению к нам.

– Что за штука? – сбил его с ритма дознавателя, начав первым.

– Для начала, Дикий, – он протянул руку. – Слухи не врали, – глянул на Оли. – А это, как что? Вы где находитесь, ничего не приходит на ум?

– Район атомной станции, – подтвердил знание реалий. – Что не так?

– Всё так, – кивнул, поправив двухствольный антиквариат, оружие, как оказалось. – А раз так, то должен догадываться о неимоверном количестве лабиринтов по округе. Тут ещё и филиал института ядерщиков находится, разграбленный с давних пор. Так что внизу ещё один город, если не крупнее, а жителей десяток не наберётся. Идём что ли?

– Ты спросить что-то хотел?

– Передумал. Мне теперь точно ясно, что ты из руин мегаполиса, раз не шаришь, что под нами, – Дикий отмахнулся. – Пошли, чего уж.

Он дотронулся до невзрачной сухой ветки, за дверью бункера что-то щёлкнуло, колесо задвижки завертелось и через минуту перед нами открылся вход с крутой лестницей вниз. Факела, находящиеся тут же, заняли места в руках хозяев и мы двинулись за провожатыми.

Катакомбы поразили с первых шагов, как только наша группа ступила в первый коридор. Лабиринт создавался с учётом всех возможных катаклизмов широт, думаю и прямое попадание спецбоеприпаса выдержит. Мощные стены, свод, наверняка и пол, дополнительно обрешеченны стальными сетками, а о толщине железобетона предположить страшно. Не то, что моя бывшая обитель с исследовательским бункером.

– Есть водная подушка, – пояснил Дикий, видя интерес с нашей стороны.

– В смысле?

– На всём протяжении катакомб проходит прослойка из резервуаров с водой. Подпитка из речки, – ответил обыденно. – Защищает от проникновения не только ударной волны, ещё гасит излучения, любые. Хоть с орбиты. Вот нас и не засекают.

– Ого! Не страшно, на случай прорыва? – я изумился инженерам прошлого.

– Нет, – Дикий пожал плечами. – Сделано всё умно и надёжно, с технологиями соответствующими. Так что, – развёл руки. – Так что, сами понимаете – у нас безопасно, сравнительно с другими укрытиями. Мы можем жить несколькими группами, мехвариоры и киллфайты не просекают наличие групп людей.

Путь по коридорам вывел в зал по обе стороны которого проходят вполне широкие магистрали с рельсами. На одном из путей ожидает механическая трезина. Заняли места и путешествие продолжили с комфортом. Хозяева чувствуют полную безопасность, что передаётся и нашей группе. Залов, точнее развязок с выходами во внутренние лабиринты, попалось несколько. Все прекрасно сохранились, следов разрушений не увидели нигде. В очередном сделали остановку и спустились на два уровня ниже, использовав подъёмник. Очень схожий по конструкции приводов, как в берлоге у Пасечника.

Тут я почувствовал некую аномалию в окружении, объяснение не получил даже подключив новые возможности мозга с загруженной памятью. Данных не оказалось, хотя ощущение знакомое, словно испытанное ранее, вопрос только когда и кем? Аналитичекая способность без труда вычислила нахождение источника, лабиринты бункеров атомщиков отразились полупрозрачной трёхмерной схемой. Запомнив, убрал до поры за границу периферийного зрения.

Сооружение превзошло все ожидания. Действительно грандиозно. Поместится всё население города, что на поверхности, с пригородами. Комплекс жилого сектора показался огромным, а обжитым нашолся один. Нормальные комнаты со спальными местами и мебелью. Спартанского вида, но кого это смущает в настоящем времени? Кухня, зал общих сборов с множеством посадочных мест, помещения общего пользования. Всё в рамках объекта, способного спрятать людей на длительный срок, в сравнительно комфортных условиях.

– Дикий? – здоровяк, хлебавший что-то за столом встал. – Ты привёл чужаков?

– Это не то, что ты думаешь, – наш проводник положил ему руку на плечо. – Сядь. Это нормальные люди. Тут другое, – продолжил указывая нам места за столом, предлагая присоединиться к трапезе. – На поверхности происходит то, чего никогда не наблюдалось, включая записи предшественников. Серый купол накрыл местность…

– Это… Эт… – заикаясь перебил Дикого здоровяк. – Дд-ее-вуу-ш-каа?

– Да, Лютый. И что с того? – его осекли. – Успокойся. Ничего не грозит, никто не видел, что она у нас. Так что расслабься и продолжай есть, – строго выдал старший.

Здоровяк взял себя в руки, но не перестал смотреть на Оливку. Такое вот впечатление девушка производит, пора привыкнуть. Вспомнил не в тему моменты ночи и улыбнулся мыслям, на что наша красавица отреагировала, прочитав мои мыслеобразы, застенчиво улыбнулась и отвела глаза. Не похоже на неё никак.

– Дикий, – мне не даёт покоя вопрос с аномальным местом в лабиринте. – Скажи, пожалуйста, в секторе, что находится между жилым и тем, где находились кабинеты научного персонала – что было?

– Это закрытое для посещения место, – старший задумался, припоминая что-то. – Мы туда не суёмся, хотя понятия не имеем почему. Предшественники предупредили, что не стоит, – почесал затылок. – Мы и исполняем. А что?

– Можем прогуляться туда? Есть основание предполагать разгадку с полусферой, – не соврал, почти. – Так как? Обещаю, если будет опасно – сразу свалим оттуда. Идёт?

– Странный интерес, но почему нет? – он оглядел соратников ища поддержку. – Давно хотел заглянуть, да попутчиков не находилось. Когда хочешь?

– Сейчас, – выдохнул, боясь, что передумает. – Идём?

Оливия притянула меня к себе.

– Не нравится, что мы разделяемся, – заявила с беспокойством.

– Мне нужно туда, срочно, – попытался воздействовать ментально.

– Не пробуй, ты ещё слаб, – отреагировала на мои потуги. – Иди, я знаю, что это важно. При условии, что я с тобой, без вариантов!

Шиза отпустила меня от себя, дав возможность вернуться к разговору с хозяином.

– Как скажешь! Только идём втроём, – объявил я решение Дикому.

Честно, обрадовался сговорчивости хозяина, поэтому предупредил друзей, чтобы оставались тут, все вместе в небольшой столовой, на всякий случай. Пусть следят друг за другом, так как чья-то аура среди аборигенов показалась не такой уж безобидной. Времени вычленить подозрительного не хватило, мы взяли с собой немного перекуса в виде сушеного мяса и отправились в путь, назад к заинтересовавшему сектору с аномальным излучением.

Отрезок прошли без затруднений, благо не так далеко и остановились у запечатанного входа с массивной дверью.

– Это шахта лифта в низ, – Дикий внёс пояснение. – Может показаться странным, но тут абсолютно рабочий биометрический замок военного образца, – он остановил рассказ в неловкой паузе. – Я не сказал сразу, предчувствовал что ты сможешь открыть. Считай как угодно, но в душе что-то ёкнуло. Так как? Попробуешь?

– Минуту, посовещаюсь с напарником, – объявил и отошёл вместе с Оли на несколько шагов.

– Подключайся, – начал сразу с дела. – Фокус с сейфом у меня не пройдёт.

– Поясни, – удивилась, сделав огромные глаза.

– Энергии очень много ушло, – покачал головой с досадой. – Тут ведь как, получается? Возможности – это хорошо, только лошадь пить постоянно хочет. Короче, не вытяну я проникновения сквозь атомы материала повторно за короткий срок.

– Кровь можешь дать? – протянула ладонь, вынув кортик из ножен. – Пару капель. Но не забудь, как только подумаешь о ней, распадётся на молекулы с атомами. Это такая суть твоя, новая, реальная.

– Об этом ты не говорила, – глянул на неё с укором.

– Об этом я и не знала, до того, пока не начала тебя осматривать. Ты порезался, а кровь улетучивалась из раны, оставаясь в привычном состоянии всего пару секунд.

– Ладно, – отмахнулся. – Говори пошагово, что и как делать!

Короткая вводная, повтор и вот лезвие рассекло ладонь. Отвернулся, в точности исполняя указание. Думаю о лесе и небосводе. Внезапно привиделся образ Ометэи. Видение совпало с характерным звуком запущенного механизма за массивной дверью. Встряхнул головой, прогоняя мрачные мысли.

Что проделала Оли не видел, но вид у девушки получился не лучше моего, после потери сил на морфирование. Только бросил взгляд на сенсоры замка, измазанного кровью, как та начала улетучиваться, как дым. Долго созерцать не позволила открывшаяся дверь, дающая доступ к шахте с поднимающейся лифтовой кабиной.

– После вас, – попыталась любезничать и чуть не упала.

– Дурёха, – успел бережно придержать девушку. – Ты разве такая же, как я?

– Возможно, но это вряд ли. Дайте минуту и всё придёт в норму, – проинформировала, усаживаясь на пол.

Дикий во все глаза, с открытым ртом и паническим выражением смотрел на нас, боясь пошевелиться. Интересно, Оли снова показывала фокус с руками, или что-нибудь похлеще отчубучила? Спрошу потом, а сейчас нужно ещё одного человека из аморфного состояния вытаскивать. И почему всё я?

Прибегнул к проверенному способу, а именно, отхлестал очередного горемыку по щёкам, чем вернул в реальность. Абориген внятно сформулировать своё состояние не смог, но зато кивал, когда я интересовался количеством пальцев на руке. Так продлилось около пятнадцати минут. Оли пришла в себя после сеанса воздействия на электронику запора, что послужило сигналом к возобновлению миссии исследователей.

– Не был уверен до конца, думал не сможете открыть, – выдал членораздельно Дикий.

– Сам в шоке! – я выразил солидарность. – Теперь, ни в коем случае не суйтесь вперёд меня и девушки.

При упоминании о Шизе наш бывший гид вздрогнул и отдалился от опасной бестии на шаг. Мог и дальше, только стенка кабины помешала. Выяснив все нюансы дальнейшего передвижения приготовились к встрече с закрытым, неизвестным сектором бункера атомщиков. Что-то мне не просто подсказывает, а кричит о правильном выборе в пользу скорой вылазки.

Открывшиеся двери лифта представили взору чистый коридор, с работающим дежурным освещением по всей протяжённости. Не успел удивиться. Моя схема выдала чёткий маршрут к обширной подземной полости, явно не рукотворного происхождения.

Поделился с Оли, скинув мыслеобраз. Она получила пакет уже в виде файлов, готовых к открытию и отображению. Интересно получается, выходит, что мой мозг начинает работать как компьютер, или искусственный интеллект? Нет. Вероятно, что я на уровне подсознания выбрал способ подключения к сети подруги. Так проще. Как оказалось и она в состоянии посылать мне информацию аналогичным способом, что и продемонстрировала, скинув скорректированный маршрут.

Совместными усилиями мы нашли способ обойти защитный периметр, оборудованный турельными системами вооружений, по характеру и специфике схожего действия с оружием Дикого. Сейчас ползём в системе вентиляции над последним рубежом обороны от непрошенных гостей.

– Оли, твой зад действует на меня как мемокристалл киллфайта, – я не выдержал и шлёпнул её. – Может теперь я первый?

– Паразит, – деланно выругалась, но вперёд пропустила. – Нашего попутчика тебе не жаль? Его внимания мои формы думаешь не привлекут? Хотя, с кем я вообще говорю? – вздохнула и осеклась.

Вентиляционное ответвление привело нас к цели. Одного удара подготовленной девушки хватило, чтобы решётка вывалилась вместе с фильтрующим элементом. Падала пару секунд, показав немалую высоту для подземелья. Посетила мысль, что строительство системы бункеров началось именно из-за этого места. Прав или нет? Посмотрим на находки.

Пока размышлял, фигурка Оливки юркнула в отверстие. Шума от приземления никакого.

– Ты там как? – правомерный вопрос сорвался с моих уст.

– Отлично! Прыгай, только перед приземлением подумай о сломанных ногах, – странное предупреждение прозвучало, но я уже летел вниз.

Ш-шши-ихх. Ноги амортизировали удар, когда тело независимо от моего желания частично морфировало, и тут же пришло в норму после приземления. Через мгновение, автоматом поймал Дикого, не позволив получить травмы. Хозяин, посчитав высоту смешной, последовал за нами не глядя вниз – мол, с ними всё нормально, а я не хуже. Что и выдал с видом испуганного зайца на моих руках. Осмотрелись.

Похоже на карстовую пещеру, отчасти. Огромное пространство подсвечено источниками света, смонтированными прямо на скальные породы. Проводка проходит аналогично. Все цепи, включающие и коммуникационные кабели измерительной аппаратуры тянутся из глубины образования, уходят вверх. Наверняка в комплекс исследовательских групп учёных, что изучали аномалию. Кстати, излучение усилилось, став более различимым. Я вычленил некую закономерность в сигнале. Он повторяется, имеет структуру пакета, весь каскад, в целом, больше всего походит на идентификационные запросы. Чем они посылаются? Кому? Куда?

– Тут внимательнее, – придержал подругу за рукав. – Не делай резких движений. Мы уже близко.

– Близко к чему? – она обернулась перед поворотом. – Ой!

Так получилось, что я невольно протолкнул её за угол и мы синхронно подняли глаза, увидев то, что послужило причиной создания целого комплекса подземных сооружений. В это сложно поверить – мы стоим в начале полости, возникшей от падения космического тела. Огромное, пугающее, представляющее из себя загадку со всех точек зрения. Моих новых, полученных знаний хватило только для первоначальной характеристики. Хотел выдать порцию информации вслух, но не успел рта открыть. Дикий упал в обморок.

– Гексагоном, один из сателлитов боевой орбитальной системы, в корне отличатся от тех, что крутятся сейчас на орбите Земли, – заворожённо выдала Оливия, задрав голову вверх. – Он не из числа их принадлежности.

Две не равных усечённых, шестигранных пирамиды, соприкасаются основаниями, со смещением одной грани вперёд, как мне кажется. Или назад? Я не знаю где у этого объекта что находится. Верхняя часть отличается большей высотой от нижней пирамиды. Чёрный, матовый материал, на металл не похож, нутром чувствую гораздо больший запас прочности. Возникла ассоциация с чёрным бриллиантом, оригинально обработанным неизвестным мастером. Грани имеют еле различимые, но явственно видимые борозды, похожие как две капли воды на дорожки материнских плат электроники. Дна не касается, висит в пространстве. Мозг выдал подсказку о гравитационной платформе. Стал понятен интерес учёных – я бы тоже в ступор впал, в их случае. Вопрос обнаружения пока не поднял, но интерес промелькнул, ведь не зная, что под поверхность пещеру не отыщешь. Стало быть, был тот, кто знал о существовании объекта.

– Что дальше, Оли? – я произнёс не отрываясь от наблюдения.

– Смело иди к нему, – сказала уверенно. – То, что творится над этим объектом, включая поверхность и недра, это не что иное, как защита тебя от всего. Явная сфера обороны пассивного характера. Уверена, что если есть кто-то в этой галактике способный ступить на борт Гексана, так это ты. Я позже поясню природу своих выводов, а сейчас, – она подтолкнула меня вперёд. – Давай, иди…

Глава 8

Уговаривать себя не дал и осторожно сделал первый шаг к кораблю. Мандраж пробежал по телу, пришлось срочно брать себя в руки. Сконцентрировался на предстоящем, готовясь к любому повороту судьбы, постоянно пытаясь разгадать волы идентификационного излучения. По мере приближения частота их начинает увеличивается. Что это, пошла реакция на моё появление в непосредственной близости? Запросто, только я пока никаких озарений не чувствую, вариативная сеть и разум молчат. Паниковать рано, не ощущаю агрессии в окружающем пространстве.

Прошёл под самое основание этой неправильной, перевёрнутой пирамиды, и интуитивно протянул руку, благо высота положения Гексана позволяет. Дотронулся, переборов последние крохи неуверенности, спровоцировав ответные действия, которые ожидал, но не представлял всех реалий.

Линии, что казались дорожками электронных плат ожили пульсацией световых потоков. Ритм вначале менялся, то ускоряясь, то замедляясь до полной остановки. Сгустки энергетической субстанции непрерывно рождались в узлах концентраций на гранях, затем волнами ниспадали к основанию. Так продолжалось до тех пор, пока биение моего сердца не совпало с ними частотой.

Над головой исчезла обшивка начиная от центра, плавно разошлась в стороны. Причём фрагментарно, ячейками, увидеть которые смог после полной концентрации. Открылся шлюз, освещение включилось, открыв внутренности на обозрение. Никаких излишеств, все поверхности ровные, повторяют рисунки линий снаружи. Появившийся светящийся диск заставил отступить, начав движение ко дну пещеры. Замер, достигнув уровня щиколоток. В уме родилась подсказка, это ничто иное, как энергетический подъёмник. Решительно ступил в центр и застыл в ожидании подъёма на борт, что и произошло в следующее мгновение. Я был готов, посему не удивился.

Мелодичный голос проник в сознание, дублируясь полупрозрачными, всплывающими окнами нейроинтерфейса:

«Биометрические и ментальные характеристики проверяются.»

«Внимание, найдены совпадения.»

«Уровень допуска соответствует статусу полного.»

«Произвожу перераспределение контрольных функций.»

«Предлагаю принять пакеты данных.»

Я мысленно согласился, обратив внимание на восстановившуюся целостность обшивки. Шлюз закрылся, отрезав меня от Оливии и Дикого. Совещаться больше не с кем, так что придётся всё брать в свои руки. К этому я оказывается готов, страха, ровно как и неуверенности – нет. Ожидаю завершения процедуры приёма, поймав себя на думах о предыдущих хозяевах странного корабля, с невиданными до селе технологиями. То, что нанороботы входят в состав и структуру всего окружающего, я не сомневаюсь, да и мозг постоянно выдаёт подсказки по технологической теме, независимо от моего на то желания.

По мере загрузки начинаю отчётливо понимать корабль, не знаю как правильно выразить эти ощущения. Он полностью работоспособен, находится около четырёхсот лет с гаком, в состоянии гибернации. С причинами, связанными с появлением на планете, дело оказалось сложнее. Данные хоть и поступили, но оказались недоступны из-за личного шифра последнего капитана, или владельца. Чёткого представления о происхождении и постройке тоже не получил, ровно как других информационных данных прошлого Гексана.

На мгновение показалось, что разгадка близка, но я ошибся. При малейшем приближении к сокрытым данным срабатывает блок, уводящий нити сознания в сторону, не говоря о работе нейроинтерфейса, начинающего давать сбои. Прекратил бесполезное занятие, сосредоточившись на доступном, коего мне за глаза хватает на данном этапе ознакомления.

Вооружения, в моём представлении, нет. Имеется ввиду что-то со стволом, в качестве направляющих для зарядов. Есть энергетическое, судя по характеристикам достаточно мощное, компенсирующее всё, включая торпеды. О них я информацию получил. Защита порадовала свойствами, о которых мечтать невозможно. Полный иммунитет к любым сканирующим излучениям, а о телеметрии, вообще, лучше не упоминать при такой мощи.

Искин прервал наблюдения:

«Пакеты загружены. Приветствую нового преемника!»

Фраза прозвучала не так, как ожидал, несвойственная роботам интонация сбила с толку, заставив внутренне насторожиться. В мыслях родилось абсурдное предположение о наличии членов команды, и тут же исчезло. За столь долгий срок любое живое существо превратится как минимум в мумию, а как максимум в ничто, типа кучки пыли на палубном покрытии.

Между тем, в сознании возник план судна и материализовался в виде всё той же трёхмерной схемы перед глазами. Заново настроил модернизированный интерфейс, отрегулировал прозрачность и расположение окон. Информационные пакеты, как оказалось, включают нейросредства контроля и управления Гексаном. Они распаковались и прекрасно соединились со всем остальным, что находится в моих мозгах с момента вмешательства Оливии со своим симбионтом.

Первое желание, впустить девушку с новым знакомым, отмёл из-за благоразумия, посчитав правильным познакомиться с кораблём самостоятельно. Вдруг реакция на не идентифицированных гостей не станет блистать дружелюбием и гостеприимством. Рискую не успеть без опыта управления остановить возможную расправу с нарушителями, так что направился прямиком к капсуле, позволяющей перемещаться во всех направлениях по кораблю.

Цель, рубку с капитанским мостиком, достиг в считанное мгновение, подумав о системе телепортов, не удивившей меня, что обязательно произошло бы несколькими сутками ранее. Всё оказалось знакомо, точнее вовремя подсказано. Мест для контроля и управления три, а не одно. Формы футуристические, эргономика вызывает уважение, как и всё остальное, что находится в рубке, включая места для избранных членов экипажа, чьё присутствие одобрено капитаном. Мной значит.

Беглого ознакомления хватило. Не задерживаясь, помня о переживающих друзьях, спустился ярусом ниже, в сектор жилой зоны и общественных помещений. Проверил каюты, посетил кубрик, зал совещаний, тренажёрный комплекс. Заглянул в медицинский отсек, находящийся ярусом ниже и решил отложить полную экскурсию до поры.

В принципе достаточно, ведь детальный план Гексана присутствует у меня в голове, поэтому вернулся к малому, как выяснилось, вспомогательному шлюзу. После прикосновения к неприметной панели сенсоров шлюз открылся, повторив фокус с исчезновением. В очередной раз восхитился технологиями неизвестных. Спуск и я снова под основанием корабля, словно не отлучался, только появился спиной к ожидающим.

– Ну вот, а говорили, что не выйдет, – раздался скрипучий голос. – Повернись, мил человек, только медленно, – это уже непосредственно мне.

– А если быстро? – я попробовал переиграть.

– Глотки перережем твоим парням, – хихикнул другой голос. – А с девочкой, уж как-нибудь, сам понимаешь. Поднимемся, на ней. Прокат и роды, всё такое – сам подумай, какие выгоды. Правда это уже после нас.

– Я поворачиваюсь, – огласил решение.

– Не забудь про осторожность, – голос Лютого я узнал сразу. – И дверь в это чудо техническое не закрывай.

– Как скажешь, только не предпринимай ничего, – стараюсь говорить спокойно. – Предупрежу – шлюз мне не подвластен, открывается сам при приближении и закрывается. На ваши биопоказатели не сработает, а вот на мои и членов команды…

– Проверим! – Лютый огрызнулся. – Повернись, руки держи чтобы мы их видели.

Моментально просканировал окружение, сделал неутешительный вывод по поводу ребят, находящихся связанными, в отключке, ещё и в районе жилой зоны. Оливия, отчего-то тоже связана и без сознания, лежит в компании с Диким. Почему не защищалась? Странная барышня, не поверю, что раскидать десяток дегенератов ей труда составит. С мехвариором в лёгкую расправилась, а может у неё тормоз в голове сработал, на убийство людей после моего рассказа в броневике?

Проверил и сразу всё встало на свои места. Перекус заряжен сильнейшим снотворным. Пока меня не было, они решили сушёным мясом побаловаться, результат на лицо и неприятно печален. Чья идея травануть? Ага, понятно. Лютый собрал вокруг себя «революционеров» с целью захвата лидерства, тут ещё мы в новых военных образцах замаячили, девушка с нами, опять же… Всё навалилось к одному, став катализатором. Своего рода последней каплей, снявшей тормоза в мозгах уродцев.

Повернулся, как и приказали, увидев картину, сорвавшую спокойствие настроя. С Оли стягивают брюки, оголяя до беспамятства будоражащие формы. Уяснив для себя, что переговоров проводить не собираюсь из-за приступа агрессии, приступил к действию. «Слушай, Гексан, подскажи мне боевой арсенал, раз уж знаешь меня хорошо», – задал мысленный вопрос.

– Капитан, – некто, затеял вполне обычный диалог. – Могу предложить несколько способностей, к применению в данной ситуации, но должен предупредить об ограниченном времени использования. Ваше энергетическое ядро требует восстановления запасов.

– Интересно! Позже познакомимся с тобой, – не к месту развеселила ситуация с говорящим искином. – Давай, вещай.

– Первым, предложу психокинез, очень классная вещь. Передвижение объектов в пространстве, с контролем структуры и формы, – с ленцой, почти зевая выдал незнакомец. – Психометаболика – воздействие на собственное тело, изменение организма. Психопортация – исчезновение в одном месте и появление в другом, – он остановился. – Думаю, что пока хватит…

– Удачно я тебя вызвал! – мысленно потёр руки в предвкушении.

– Чуть-чуть не забыл, – снова возник собеседник. – До концентрированного удара с орбиты осталось менее получаса, по времени планеты.

– А ты разве не в состоянии защититься? – деланно удивился.

– Я, вообще-то, не всесилен, – почти обиделся, судя по интонации. – Того, что скрыл местность на два часа вам, капитан, недостаточно?

Я этого меланхолика уже не слушал, так как мозг активировал перечисленное, повинуясь нестерпимому желанию остановить надругательство над любимой. Арматура, валявшаяся на дне пещеры поднялась, скрежеща выпрямилась, и пробила грудные клетки насильников. Не остановившись на этом, железные пруты зафиксировали оставшихся, пробив кисти и голени, пригвоздили вопящих от боли к стенам. Лютому я выделил нечто интереснее.

По началу не обратил внимания на изменение своего тела. Исчезнув облаком пыли в одном месте, я появился рядом с неудавшимся предводителем, но в другом обличии. Воздействие изменившее меня затронуло и одежду, изменив её молекулярную структуру, может и на атомарном уровне.

Я превратился в странного, мифического персонажа, облачённого в комбинированную наноброню. Шлем с проекцией тактической ситуации закрыл голову. Амуниция бойца, странный плащ с капюшоном. Кортики возникли прямо из кистей рук, имея возможность удлиняться по мере необходимости. В арсенале нашёл оружие интереснее, например лепестки возникающие на предплечьях, или чешуя.

Получив мысленную команду они срываются, настигают любую цель и превращают её в решето. Затем растворяются и молекулы возвращаются назад, сливаются с основной моей массой, а буквально через секунду, вновь готовы к использованию. Скорее это и есть психометаболика, дающая возможность меняться, применимо к разным ситуациям.

Интересно, от меня прежнего, человеческого, что-нибудь осталось? Мысль появилась и улетучилась. Посмотрел на Лютого, с парящими лепестками напротив лица. Острые, с синеватым контуром на режущих кромках, они производят впечатление. Ноги обвиты арматурой, руки пока свободны и нервно теребят древнее ружьё, как теперь понятно. Настроение моё не изменилось, всеми силами стараюсь контролировать ярость, однако делать это невозможно, глядя на Оливию в рваной, практически отсутствующей одежде. Что за скоты? Скотам – скотская смерть.

– Ты? Ты… – Лютый не договорил.

– Вот что за человек? – я начал монолог, заткнув оратора. – Ничему история не учит. Ты хоть имеешь отдалённое понятие о том, что из-за таких сук и скотов как ты на Землю обрушились все гадости? – глянул на оцепеневшего урода. – Старик рассказывал про интересную казнь, – сделал зловещее лицо и у Лютого намокли штаны в районе паха, завоняло мочой. – Посадка на кол.

Мысли давно продумали расправу. Металлический стержень пробил ничтожество от копчика вдоль позвоночника и, сопровождаемый отвратительным клокотанием крови, вышел через глотку. Оставил гада в таком положении, пожалев о невозможности выставить это на публичное обозрение в качестве предупреждения. Что с человеком не так, в общем смысле? Разве только страх смерти или физических истязаний может заглушить звериную природу? Тогда в кого превращаюсь я? Может в сущность столь же отвратительную, действующую по своим, деспотичным законам. Какая теперь разница?

Помня о кратковременности использования новых возможностей я морфировал в привычное состояние, поспешив к девушке. Привести в чувство сразу не показалось хорошей идеей, поэтому озаботился её внешним видом. Восстановил, так сказать, во избежание. Одел в то, что осталось целым. Пришлось пожертвовать брюками, сотворив оригинальные шорты. Тактический обвес на бёдрах и наколенники очень оригинально смотрятся. Залюбовался на мгновенье, но вовремя опомнился, подумав о связанных друзьях в каземате. За ними ещё бежать, а времени до удара с орбиты осталось мало.

– Отравление серьёзное, – проговорил про себя. – Как его ликвидировать?

– К-хе! Капитан? – искин, или кто он там, привлёк внимание.

– Чего тебе? – я автоматом ответил.

– Протяните руку немного вперёд, ладонью вверх, – лениво попросил собеседник.

Я машинально выполнил указание.

– Вот, закрепите инъектор чуть ниже плеча на руке.

С этими словами у меня на ладони материализовался прибор, с несколькими точками индикаторов, продуманный для комфортного крепления. Незамедлительно исполнил инструкцию, для чего пришлось снова расстёгивать амуницию и проникать к указанному месту на теле. Обхваты появились автоматически, плотно прижав аппарат к руке Оливии. Осталось подождать результата.

– Как ты это сделал? – я наконец созрел о вопросе.

– Нет ничего проще, – снизошёл неизвестный разум до ответа. – Могу телепортировать что угодно на ограниченные расстояния, в пределах корабля. Хотите, вас заберу, как выберусь из пещеры?

– Ты и это сможешь? – удивление моё зашкалило.

– Дайте распоряжение, – подтвердил он. – Не забудьте про скорый, большой «бум». Скинуть вам точное местоположение информационной закладки? Как раз по пути.

– Что за закладка? – уточнил, отдавая требуемые указания по средству нейроинтерфейса.

– Не теряйте время, ваша напарница пришла в себя, – отрезал собеседник и замолк.

– Вредина! – я чуть не сплюнул, он уже задолбал манерой речи.

Оли действительно очнулась, первым делом осмотрела себя, затем удостоила внимания окружение. Сделала хмурое выражение, отреагировав таким образом на внешний вид. Испорченные брюки особо привлекли, а вот разбросанные тела, изуродованные и пронизанные арматурой, удостоились лишь мимолётного внимания.

– Что тут было, с кем ты разговаривал и почему я в таком виде? – посыпались вопросы недовольной фурии.

– Ты наверно распсиховалась, и истыкала всех железяками, – решил поднять настроение. – Как следствие, вырубилась от перевозбуждения.

– А если серьёзно? – оборвала хмуро.

– Некогда, – обрезал допрос, став серьёзным. – Через минут, эдак, двадцать с орбиты жахнут и сделают в планете новую дырку. Ровно в том месте где мы и находимся. За мной давай, нам бедолаг вытащить ещё успеть нужно.

– А что с…

– Ты можешь просто бежать за мной, а вопросы оставить на потом? – пришлось буквально рявкнуть.

– Ладно, – Шиза удивилась моему тону. – Молчу, милый – ты главный на некоторое время.

– На всегда, – поправил. – Эй, как там тебя? Гексан, или кто ты, – обратился в полный голос к искину. – Забирай Дикого на борт и в медотсек определи, а нас вытащишь позже, когда тут закончим.

– Хорошо, капитан, – аналогично, во всеуслышанье ответил некто с корабля.

Оли, после короткого диалога, попыталась впасть в ступор, пришлось подтолкнуть не гуманным образом к выходу в коридоры бункеров. Она поддалась и придя в себя ринулась с новыми силами. Судя по всему, инъектор добавил порцию стимуляторов.

Бег я остановил около странного помещения, бывшего каземата с сорванной с петель, погнутой дверью бункерного типа. Место своеобразное, отличается от увиденных комфортом. За многие годы тут похозяйничали аборигены, но остатки былого проступают, режут глаз. Один сан узел чего стоит. Разбитая сейчас сантехника и та кричит о заботе, комфорте и внимании к гостю, или к тому, кто тут находился. Видно, что содержался высокопоставленный и очень опасный узник. Стены заметно толще, армированы дополнительно. Давно не встречал в казематах такого усиленного и модернизированного помещения.

Не успел как следует отдышаться, когда Оли дёрнула за рукав, указывая на стены спальной комнаты, пройденной мимоходом.

– Сюда обрати внимание, – кивнула, указав заинтересовавшее. – Нейросеть не забудь задействовать.

Молча выполнил. Посмотреть есть на что. По непонятной причине, точнее при концентрации внимания и применении окна сканирования нейроинтерфейса, активированного не зависимо от меня, стены ожили формулами, расчётами и систематическими выкладками. Не думая, помня о ограниченном времени я зафиксировал каждую деталь и отложил в массиве памяти, с пометкой разобраться срочно.

Неожиданно нас шатнуло, ударив о стены. Окружение задрожало, появился риск не добраться до соратников. Свод покрылся трещинами, посыпался грунт, куски бетонных блоков, даже стальные обручи-усилители сдвинулись с мест, готовясь свалиться на головы. Самое отвратительно, чего не ожидали, начала просачиваться вода из гидроподушки над комплексом лабиринтов атомщиков.

– Твою же, – сплюнул, придержав Оли. – Раньше началось…

– Да что ты говоришь? – съехидничала. – А то, я прямо не заметила. Далеко ещё?

– Пара поворотов, там жилая зона уродов начинается, что пытались… – осёкся, вспомнив о неведении подруги. – Пытались штурмануть корабль, – нашёлся с продолжением.

До искомого каземата добрались и тут же наткнулись на проблему. Дверь заперта, искать отмычки не то что времени, желания никакого нет. Пришлось использовать способность проникновения сквозь материю. И вновь, игра движения окружающего пространства нахлынула на сознание. Физическая суть вторично изменилась на уровне клеток, молекул, атомов, повинуясь мысленному приказу. Переход завершился, я восстановил прежнее состояние, материализовавшись из субстанции, из непривычного состояния постоянно двигающейся, клубящейся, необъяснимой материи. То ещё ощущение, сдаётся мне, что не привыкну никогда.

Оказавшись внутри оглядел парней. Лежат немного потрёпанные, без сознания. Просканировал тщательнее, никак не привыкну закрывать глаза перед использованием потенциала мозга. Обнаружил целостность костей и вздохнул более свободно. Ведь если вспомнить оборудование медицинского комплекса на Гексане, то такие мелочи, как пара ссадин, ничего не представляют из ряда вон выходящего. Пометил положение тел, и, не мешкая, передал на корабль для телепортации бедолаг. Убедившись в получении данных, проделав трюк с переходами состояний тела, вернулся к ожидавшей в коридоре девушке.

– Теперь, придвинься ближе, – подтянул Оли. – Удивляйся, но вопросы позже. Договорились? Вот и отлично! – не позволил ей рта раскрыть.

Вспышка ослепила, а ровно через секунду мы оказались в изолированном пространстве, судя по всему находящимся внутри корабля. Телепорт довольно вместителен, друзья живописно расположились на полу рядом с нами, стоявшими обнимая друг друга. Я аккуратно отстранил Оливку, не забыв чмокнуть. Зараза строптивая сама отпрянула, но позволила поцеловать. Завертела головой и уставилась в прозрачные панели шириной амбразур, за которыми просматривается оборудование, пока неизвестного смысла и назначения.

Да, мы точно на корабле, а это ничто иное, как телепорт, совмещённый с отсеком карантина. Такую информацию выдала подсказка корабельного интерфейса нейроконтроля сразу, как только я сформулировал вопрос. Полезная предусмотрительность, на случай непрошенных гостей, или заразы какой-нибудь. Мало ли в космосе возможностей её подцепить.

– Нас когда выпустят? – поинтересовалась постучав по обшивке.

– Как только проверят, зададут вопросы и убедятся, что все свои, – пояснил, а самого интересует то же самое.

– Кто задаст? – уточнила, обернувшись и впившись взглядом в меня.

– Есть тут один меланхолик, – пожал плечами, состроив безразличие на лице. – Потом познакомлю, ты его уже слышала.

– Сам-то его видел? – харизматично покачала головой. – Капитан, – хмыкнула и улыбнулась.

Хотел было возразить, но всё сложилось иначе.

– Капитан, ваше присутствие требуется на мостике, – в прозвучавшей фразе нет и доли меланхолии. – Членами экипажа я займусь, троим нужна срочная помощь.

В стене открылся вход. Как и у основного шлюза, створки улетучились от центра ячейками. Поспешил к системе перемещения, зная её точное расположение в комплексе. Оли без лишних слов последовала за мной, стараясь не отставать и, по возможности, не задавая вопросов. Её реакция отлична от моей первой, что указало на знакомство с кораблями в прошлом. Прочёл мыслеобразы девушки, пока бежали в рубку по коридорам яруса, отведённого на Гексане под управление. Количество кают и залов обширно, рассчитано на серьёзную по количеству команду. Есть что изучать после наступления спокойствия и умиротворения, если это станет возможно, хоть когда-нибудь.

– Оли, сядь по правую руку, – попросил, размещаясь в центральном ложементе. – Будешь старпомом капитана, если такие должности бывают в космосе.

– Очень щедро, – шикнула, но исполнила просьбу. – Ты хоть знаешь, как и что делать?

– Кое-что есть в голове, некоторые местные постарались просветить, – сделал ударение на «местных». – Вдруг неправильно сделаю что-то, а ты поправишь. Да?

– Угу, всегда мечтала понянчиться с человеком, сидящим верхом на молекулярной торпеде. Заметь, на выпущенной из направляющего ствола.

Оливка провела непонятную аналогию, но я уже не слушал, погружаясь в другую реальность с которой предстоит сталкиваться постоянно, на протяжении неизвестного количества времени. Всё говорит, точнее, кричит именно о таком будущем, уготованном для нас.

Подключился к управлению, задействовав полное слияние с корабельными системами. Не предполагал о том, что телеметрия и сэнсорика полностью изменят восприятие. Я стал одним целым с кораблём, ощущая его ровно также, как своё тело. Разум получил такое количество информации, что будь мой мозг прежним, не модифицированным симбиотической связью, то шанс слететь с катушек оказался бы суровой реальностью.

Знать абсолютно всё не так-то просто, пришлось срочно упорядочить потоки данных, разделив на первоочередные и второстепенные. Оставил активными лишь те из окон интерфейса, что мониторят управление и живучесть. Нет, ну в самом деле, на кой чёрт мне знать в данную секунду о состоянии синтеза кислорода или воды?

– Как там тебя, Гексан? – спешно обратился к кораблю.

– Прощаю незнание моего имени, – обидчиво отозвался искин. – Только из-за того, что официально я не представился.

– Отложим официоз, – прервал ранимую натуру. – Мы сильны?

– Не понял сути вопроса, – деланно удивился корабельный хранитель. – Уточните.

– Мы можем раздолбать орбитальную группировку? – требуется прояснить важное.

– Капитан! – он удивлённо воскликнул, первый раз за всё время. – Вы сами поняли, что спросили? Представьте атаку насекомого на динозавра. Уйти бы целыми, желательно незамеченными, а там будем смотреть, как решить поставленную задачу.

– А я поставил задачу? – тут и я изумился повороту разговора. – Когда успел?

– Когда заговорили о ликвидации, – собеседник перешёл к холодному безразличию. – Сейчас попрошу немного сбавить контроль. Я чуть лучше управляю Гексаном и выйти из положения смогу удачнее, чем под вашим сдерживанием.

Повиновался, переключившись в режим наблюдателя, оставил все ощущения и сводки о ситуации. Действительно, у него точно лучше получится вывести нас из опасной зоны удара. Оли подтвердила правильность доводов, наладив нейросвязь. Заверила, что основная функция капитана не сводится к банальной рулёжке. Подтвердил правоту большинства, мысленно улыбнувшись напарнице, которая явно больше знает о кораблях и космосе. Сосредоточился на происходящем, прикрыл глаза для лучшего восприятия с использованием новых возможностей мозга.

Корабль, пока что, находится в зоне активной защиты над сетью лабиринтов атомщиков. Завис в нескольких метрах над землёй между двумя холмами, выбирая лучшее направление, чтобы покинуть опасный участок. Как по мне, так можно двигаться в любую сторону, но искину виднее. Хранитель активировал маскировку, включая защиту от телеметрии и корабль, чьи контуры я видел отчётливо до этого момента, попросту исчез, испарился.

Началось движение к границе сферы, медленно, копируя рельеф поверхности. Отчётливо вижу несколько провалов почвы, вызванные спадом уровня гидроподушки над бункерами. Значит успели вовремя, миновав начало интенсивного затопления. Повезло с возможностью телепортации на корабль. Мы с Оливкой наверняка выжили бы под водой, ввиду новых способностей, чего не сказать о друзьях, и это на все сто процентов.

За границу вылетели спустя десяток минут. Поразился виду полусферы, состоящей из клубящихся масс сродни атмосферным завихрениям. Словно облака перемешали с тучами, следом встряхнули как следует и поместили в замкнутое пространство. Искин предупредил о начале самого опасного этапа.

Подъём сразу не начали, стараясь как можно дальше отдалиться от зоны удара. Стелющийся низко маршрут привёл к руслу Волги, где крутые берега способствуют дополнительной маскировке. Несмотря на мощную систему против обнаружений, посчитали возможным прогресс в этой области у явного врага, за годы проведённые Гексаном в стазисе. Вдруг технологии позволят раскусить и засечь? Лучше перестраховаться, о том решили коллегиально, втроём.

Убравшись дальше, вверх по течению, ускорились, преодолели приличное расстояние почти моментально, приступив к пологому подъёму на орбиту. Там ждут сложности, исходящие от цепи орбитальных сателлитов. Прошмыгнуть придётся в сравнительно малую ячейку. Посмотрел на местность в районе бункеров атомщиков. Труда никакого, стоило лишь мысленно обернуться. Как оказалось, за секунду до удара.

Зрелище вздымающейся почвы, испаряющейся и переходящей в клубящиеся газы высокой температуры, не оставило равнодушным. Буро-красные разводы перемешались в завихрениях с ярко-белыми, запустив хоровод смертельного танца. Пар речки Черемшаны, задетой орбитальными выстрелами, поднялся на запредельную высоту. Всё вместе очень похоже на термоядерный взрыв, виденный мной в том же гаджете, что сохранил видеофайлы. Поёжился, представив о хаосе в эпицентре. Тем не менее, мы уверенно приблизились к другой опасной зоне пространства, теперь в космосе.

Отдельные сателлиты орбитальной группировки увидел не сразу, только после переключения вида и смены масштаба. Ориентируясь по маркерам на схеме сосредоточил внимание именно в их районе. Похожи на кристаллы, как и корабль, но мельче и грани одинаковые, нет смещения вершин. Усечены, кстати не все. Размещены в шахматном порядке, строго соблюдены геометрические пропорции. Неизвестные предпочитают порядок, что тут непонятного.

– Внимание, – искин привлёк внимание. – Мы вышли за внешнюю границу сателлитов, минуем прямую видимость с Ометэей.

– Так радоваться или нет? – Оли уточнила смысл сказанного.

– Уже радуйтесь, – хранитель подтвердил отсутствие опасности. – Мы уходим от звезды. Дальше я в вашем распоряжении. Познакомимся, подлечимся и вы огласите планы на ближайшее будущее, – он вдруг остановился. – Нет, про спасение Земли я знаю, не стоит так думать. И про ликвидацию группировки получил приказ. Всему своё время, – подвёл итог, заодно ответив на наши мысленные вопросы. – Теперь точно можно расслабиться, – облегчённо добавил, словно человек. – Корабль покинул сектора сканирования и действия разведывательных зондов.

Глава 9

Спокойствие не пришло вот так, запросто. Слишком много эксцессов за последнее время произошло, что сказалось на моей нервозности. Подумал о инъекторе с набором стимуляторов на руке Оливии, успокоительное для капитана пришлось бы сейчас в тему. Отключился от управления, попытался покинуть капитанское кресло, больше похожее на медицинский ложемент и пошатнулся. Вестибулярный аппарат не смог моментально адаптироваться к смене восприятия окружения с непривычки. Ухватился за стойку с полупрозрачными панелями и сенсорами контроля. В голове бардак, кругом всё ходит.

– Шор, как себя чувствуешь? – Оли участливо придержала за плечи. – Нормально, нет? Тошнит сильно?

– Терпимо, – почти не соврал. – А с тобой, судя по всему, всё в полном ажуре, – позавидовал жизнерадостной бестии. – Не впервой?

– Уверена, имела опыт раньше, – кивнула. – Легко перенесла слияние нейросети с корабельной сенсорикой.

– Кто бы сомневался, – пробубнил, хоть и старался быть мягким. – Как насчёт исполнения озвученного списка, того, что с латанием ран и знакомством? – высказал громче, обращаясь к хранителю, с трудом выпрямляясь.

– Так проходите в кают-компанию, – местный инкогнито охотно отреагировал. – Проверю ваших товарищей в лазарете, затем присоединюсь, – выдал готовое решение.

– Не пойдёт! – возразили не сговариваясь, резко, в один голос с Оли. – Сами жаждем проведать! – сказали, переглянулись, и улыбки промелькнули на лицах.

Возражений со стороны искина не последовало, перечить капитану, старшему помощнику с лоцманом в одном лице, это чревато наказанием по службе. Расположение медицинского комплекса известно, труда с дорогой никакого. Мы обоюдно решили прогуляться, вместо перемещения в капсуле. Отметил, что корабельная инфраструктура продумана, из любой точки можно попасть куда угодно практически моментально.

– Интересная конструкция шлюзов в отсеки и каюты, – высказал вслух восхищение технологией.

– Ты так и не понял? – Оли покачала головой.

– Чего именно?

– Корабль, это подвижный остов, где всё интегрировано, взаимосвязано и дополняет друг друга, – начался краткий ликбез.

– Я ещё не копался в информационных базах о конструкционных деталях и особенностях, – пояснил пробел в знаниях. – Продолжай.

– А что тут непонятно? Нанороботы, макро и микро частицы, имеющие способность влиять на кристаллическую структуру любых материалов. Высокопрочные соединения комбинируются со сверх эластичными. Этот корабль больше подходит к огромному концентратору колоний нанитов всех типов, известных Содружеству Пяти, – сказала и осеклась на последних словах. – Сгусток наноматерий, одним словом.

– Что за Содружество? – такая информация от меня не ускользнула. – О нём, кстати, упоминалось в массивах данных, изъятых из памяти Рэя.

– Я название и факт о нанороботах помню, а остальное нет. Уж прости! – отмазалась, а как ещё. – Амнезия, если вдруг забыл, – добавила, намекая, что большего не скажет.

– Хорошо, сам разберусь, – подыграл, не нагнетая ажиотаж. – Если вспомнишь, то не забудь про меня. Мы пришли.

Спустившись ярусом ниже оказались в коридоре, где среди глухих переборок и стен, попадались вполне прозрачные участки. Ровно наполовину от палубы до арочного свода. Это несколько палат, где выздоравливающих можно не только рассматривать через панели, но и навещать при желании. Медицинские каюты представлены несколькими типами, одиночные и рассчитанные на нескольких пациентов.

Первым попался Пасечник. Застали его за оригинальным занятием, к которому я отнёсся двояко, с некоторым подозрением. Парень лежал, держа в руках прозрачный планшет, скрупулёзно изучая что-то, невидимое нам. Между делом, кидал мячик в стену и ловил не глядя, когда тот отскакивал. Нисколько при этом не напрягаясь, менял силу броска вместе с углом. Иной раз, мяч ударялся сразу о несколько поверхностей, рикошетил, упорно возвращаясь в руку друга.

– Постой, – остановил руку Оливку, потянувшуюся к сенсорам замка. – Давай других посмотрим, что-то смотритель нахимичил с лечением.

– Согласна, мне тоже это показалось чересчур, – выразила солидарность. – Кто следующий?

– По порядку палат движемся, – я сделал шаг по коридору. – Вон, там Жмот.

Следующий подопечный хранителя Гексана спокойно лежал, смотря в потолок. Ничего странного не делал, я решительно подошёл ближе к прозрачной панели. Случайно коснулся её и чуть не вскрикнул. Без всяких предпосылок, в месте касания открылись окна интерфейса, словно проецируемые, или голографические. Показав всю информацию о пациенте, выдали сводку процедур и глубину вмешательства в организм. Строение скелета, мускулатура, внутренности – всё отразилось всплывающими окнами, сопровождаемое точными данными. Сохранил информацию, отложив детальное разбирательство, после чего ещё раз глянул на выздоравливающего, толкнул Оли и двинулся к следующему.

Рэй Бари по поведению сравнялся со жмотом, а Дикий произвёл впечатление внешним видом. Если честно, я про этого аборигена успел забыть, а искин нет. Последовав распоряжению, принял человека за своего и эвакуировал, но чуть раньше, поэтому я его не заметил в телепартационном карантине. На поверку, это оказался мужчина, старше нас, но не так сильно, лет на десять максимум. Если мне по подсчётам около двадцати, то ему ему под тридцать. Выбритый, помытый, прошедший комплекс регенерационных процедур, он выглядит вполне отлично. Оли хмыкнула и глянула на меня, проверив от пят до макушки.

– Сравниваешь? – внутри ёкнуло. – Иди, если хочешь. Он посолиднее, постарше и вообще, может имел опыт близкого общения с девушками.

– Ты придурок? – шарахнула в плечо, а хотела по морде треснуть. – Ревнуешь?

– Если эти чувства так называются, то возможно, – постарался запомнить слово. – Не хочу, даже думать не могу, что ты с кем-то кроме меня.

– Глупый, – поцеловала, игриво скользнув язычком по нёбу. – Ты точно, придурок. Зато мой, – хихикнула и побежала назад. – Лови! Поймаешь до кают-компании, тогда повторим пройденное в броневике!

Как не гнался за бестией, так и не поймал. Расстраиваться не стал, прочитав мыслеобразы избранницы о будущем отбое ко сну. Понравилось, но пришлось прогнать приятные мысли. Наши возвращаются, о чём проинформировала система оповещения. Все разбужены, переодеты в корабельное, готовы для совместного принятия пищи. Посмотрел на себя, на Оли, одетую в рваньё и шорты, и вздохнул, так как мы поменять одежду не успели.

Старые друзья и двое новеньких, молча заняли предложенные места, не смея нарушить серьёзность момента даже шорохом. Предстоит разобраться со всем, что выпало на наши головы. Пролить свет на произведённые манипуляции с парнями, познакомиться с искином, или кто он тут такой. Повестку вечернего совета все знают, что удивило, однако придавать этому факту особое внимание не стал. Догадался, что хранитель Гексана позаботился. Осмотрел затихших, сосредоточившихся, серьёзных членов обновлённого коллектива, в ближайшем будущем и экипажа.

Не успел рта раскрыть, как в кают-компанию вошёл ещё один, доселе неизвестный персонаж. Молодой парень с тонкими чертами лица, слишком симметричными, для среднестатистического человека. В глазах отражена вселенская мудрость, а иными словами, у гостя лицо всезнайки, заготовившего ответы на любой поставленный вопрос. Кто это такой, догадаться не трудно. Другой вопрос в том, почему он так выглядит.

– Судя по всему, ты и есть искин? – само сорвалось с языка.

– В некоторой степени, – он кивнул, давая излить первую волну вопросов.

– Почему не торчишь в гнезде аппаратуры, в форме мемокристала? – Оли подала голос.

– А так разве плохо? – сухо парировал.

– Ты киборг? – я снова перенял эстафету познавательной викторины.

– Что это такое? – парень заставил усомниться в выводе о его искусственной сущности. – Хотя постой, я понял, о чём ты, – усмехнулся, несвойственно для искусственного разума. – Я гораздо сложнее, чем можете представить. Не стоит копаться в базах, там нет ничего, – остановил нас с Оли. – Сказать большего о себе, своей природе, происхождении – я не имею права. Так что, продолжим общение, начав с другой темы?

– Давай попытаемся, – я деланно оскорбился. – Таинственный знайка, который не представился своему капитану! А что? Сам меня назначил главным.

– Мелан, – он слегка поклонился.

– Нас, ты наверняка знаешь, – предположила Оли. – Или требуется уточнить, представиться?

– Нет, это излишне, – занимая свободное место подтвердил хранитель. – Капитан, не хотите поделиться записями со стен пребывания предыдущего хозяина Гексана?

– Запросто, только зачем тебе они сейчас? – я приготовился к передаче пакета.

– Ближайшие минуту предстоит определиться с направлением, – пролил свет собеседник. – Данные помогут, исходя из предположения о желании отправиться туда, откуда прибыли трое из присутствующих.

– Двое, это понятно кто. А третий?

– Я тоже не тут рождён, если забыли сей факт, – он напомнил.

Передача произошла мгновенно, на лице Мелана пробежала то ли ухмылка, то ли улыбка, разговор готовился возобновиться. Я случайно обратил внимание на ребят, точнее на их глаза. Правый показался странным, отличным от привычного, положенного физиологией человека. Прикрыл веки, задействовав возможность многократного приближения из тактического арсенала, и ужаснулся. Сетчатка и белки претерпели изменение структуры. Чётко наблюдаю ячеистое строение, сотовое, хотя невооружённым глазом этого не заметить, всё же мурашки пробежали по спине, от мысли о глобальной переделке организмов друзей.

– Это имплант, позволяющий пользоваться преимуществами нейросети, – пояснил чудо лекарь, увидев мою реакцию.

– Ты много их установил? Имплантов? – подумал о пользе раз и навсегда прояснить вопрос.

– Несколько видов, в том числе работающих на усиление параметров организма, – не заставил ждать с ответом. – Зрение, мышечная сила, реакция, центральный сетевой имплант. Он не имеет ничего общего с твоим симбионтом, как и с вариативной сетью Оливии, но поможет не отстать, иметь те же свойства. Даст возможность общаться, полноценно пользоваться преимуществами мозга, работа которого улучшена. Сетка глаз, поможет модулировать нейроинтерфейс, способный поддерживать ряд функционалов, таких как у вас с Оли.

– Убедительно, – я согласился с доводами. – В психику не лез?

– Простите, капитан? – он приподнял бровь.

– Проехали, – замял тему с юмором. – Не бери в голову! Так, а что там с выбором направлений, точек назначения? Может план выработаем, как считаете, Мелан, Оли? – обратился к основным участникам совещания, оставив парней в покое, переваривать инфу насчёт себя.

– Проясню насчёт координат, переданных Капитаном Шорохом, – взял слово хранитель. – В некоторых предшественник побывал, а в другие попасть не успел. Кроме того, известна отправная точка.

– А ты разве не сопровождал его? Так говоришь, будто предыдущий капитан с тобой не общался, – правильно поставила вопрос бестия.

– Нет, я не общался, – сказал уверенно, не пытаясь врать. – С ним находился мой предшественник. К сожалению исчез, вместе с капитаном.

– Так, стоп! – я окончательно запутался. – Кто ты тогда?

– Просто, хранитель. Появляюсь лишь в том случае, если что-нибудь идет не так. Состояние глубокого стазиса, в моём случае, исчисляется даже не сотнями лет, – он вздохнул. – Это хорошо. На меня не воздействует изменения разума тех, кто проходит путь. Могу начать с чистого листа, если так выразиться, по Земному. Устраивает пояснение?

– Вернёмся к нему позднее, – мой мозг грозится лопнуть от перегрузки загадками. – Мелан, что ты предлагаешь? Не забудь, основная цель – покрошить группировку на орбите Земли, – решил напомнить о самом важном.

– Для этого необходимо вернуться к началу, – меланхолик пояснил момент. – Всё остальное по пути. Пополнять запасы всё одно где-то придётся. Вам остаётся выбирать, какую из контрольных точек посетить раньше, какую позже. Вполне вероятно, что способ отключения, или перераспределения функций Ометэи, попадётся раньше, – Мелан привёл крайний довод.

– Собственно терять нечего, начнём с ближайших координат, – выдал решение. – Смысла нет устраивать жеребьёвку. А так, сможем понять, по каким критериям этот капитан выбирал места. Глядишь и разгадаем методику, про которую ты упомянул. Я так понял, нахрапом Ометэю не взять.

– Правильно, капитан, – хранитель обрадовался, судя по интонации. – В таком случае, наш курс на ближайшую точку.

– Теперь, проясни пару вопросов о нас, – вспомнил ещё один момент. – Как показало первое знакомство, ты в курсе моего арсенала. Не объяснишь, во что я превращаюсь? На каком основании назначен капитаном? Не за красивые же глаза?

– Что конкретно интересует? – уточнил Мелан, расслабленно откинувшись на спинку.

– Начни с малого, а заверши основным, – я обобщил. – Мне известно о симбионте, о его влиянии, но некоторые преобразования откровенно пугают. Откуда взялись паранормальные способности?

– Я считал, что вы в курсе, – хранитель удивлённо обвёл нас взглядом. – Выходит, что это не запланированная акция инициации? Вы не знаете запустившего механизм?

– Запустившая, как раз, вот, рядом сидит, – мотнул головой в сторону Оливки. – В её случае, к произошедшему, больше подходит другое определение. Не столько инициация, сколько спасение от гибели. Девушка не в курсе ваших вселенских глобальностей, – я иронизировал, с откровенной ухмылкой.

– Хоть что-то, – он спокойно отреагировал на подоплёку с издёвкой. – Значит всё правильно, однако вдаваться в подробности бесполезно. Судьбу или принимают, или нет. В вашем случае, на конечный результат решение не влияет, – усмехнулся. – Пока всё, – развёл ладони, показывая отсутствие уточнений и завершение темы. – Одно должно всех успокаивать – я рядом, и помогу.

Парни ни слова не проронили за всё время разговора, смотрели изумлённо на нас, думая о своём. Отчасти понимаю их, сам испытал нечто похожее при первом столкновении с проснувшимися возможностями. Например, по выражению Паса понятно, парень погрузился в лабиринты сети, изучает, систематизирует, настраивает интерфейс. Рэй более сдержан, у него до всего случившегося была установлена сеть, посему её отчасти модернизировали, добавили имплантов. Установленным образцам скорректировали задачи или вовсе заменили на более совершенные, с точки зрения хранителя. Ему я доверяю в выборе модификаций, персонально подобранных для каждого члена команды.

– Отвлекитесь! – пришлось повысить голос, привлекая внимание. – Я прекрасно понимаю, новые возможности, всё такое. Неужели никого кроме меня не напрягает махонький пункт, касаемо настоящего положения? – завершил предложение встав с места.

– Шор, чего взбесился? – Оли грубовато одёрнула.

– Мне одному нечто странное очевидно?

Присутствующие наконец бросили играться с новинками и сосредоточили взгляды на мне. Очень вовремя, моё состояние приближалось к грани срыва.

– Можешь акцентироваться на сути проблемы? – выдал Жмот несвойственное привычному стилю предложение.

– Что тебя завело? – Пас подал голос. – Что не так? Мы целы, здоровы. Нам презентовали кучу наворотов, о которых я, не то чтобы не слышал, даже в смелых фантазиях не мечтал.

– Да то, что мы в космосе! – я не выдержал, наверняка побагровел. – Мчимся с офигительной скоростью, нахрен из Солнечной системы. Вон, Сатурн проскочили! Не факт, что галактику родную за кормой не оставим! Тут зад – это корма? – переключился на Мелана. – Да, в принципе, пофигу – корма или что, – сам ответил за хлопающего глазами хранителя.

– И чё? – прозвучала фраза, рушащая любые доводы.

Осталось махнуть рукой, сесть в кресло и залпом выпить коктейль, заботливо поданный Оливкой, оккупировавшей пищевой синтезатор. Друзьям обстоятельство пребывания в открытом космосе оказалось до лампочки диодной, что выяснилось после прочтения всех мыслеобразов в кают-компании.

– Кх-м! – затянувшуюся после тирады паузу нарушил Мелан.

– Чего тебе? – буркнул автоматом.

– Мы скоро переходим в подпространство, – последовал меланхоличный ответ. – Запланировано несколько выходов с целью корректировки курса. По возможности, я предусмотрю пополнение запасов.

– Это внесёт изменения в несуществующий распорядок на корабле? – назло съехидничал.

– Нет. Первое знакомство с переходом чревато неприятностями, как при слиянии с кораблём во время маневрирования. Возможно, что для вас эти впечатления окажутся хуже.

– Предложения? – решил не многословить.

– Пройти в каюты и поспать, – не понял ноток сарказма хранитель. – Состояние стазиса легко программируется. Отдохнёте некоторое время, потом продолжите ругаться, если желание останется.

Почувствовал логику в его словах. Более не желая продолжать разговор, поднялся. Нарочито медленно прошёл через всё помещение и вышел. Оливия последовала за мной, мимоходом что-то шепнула Пасечнику, похлопала по плечу Жмота и захватила с собой коктейль. В коридоре догнала и взяла под руку, виртуозно держа поднос с посудой. Так мы добрались до моей каюты, прогулявшись, не пользуясь никакими капсулами перемещения. Спать желания никакого, особенно с прекрасной девушкой, но против доводов Мелана не пошёл. Молча разделись, заняли одну из двух кроватей и, водрузив на голову полуобручи системы стазиса, погрузились в принудительный сон…

* * *

Видел не то, что сон, скорее поток мыслей, иногда бессвязных. Почему всё приключилось со мной, ведь Оливия могла рухнуть где угодно? Чем руководствовался симбионт, в разумности которого я не сомневаюсь, когда принял, образовал со мной связь? Насколько я изучил феномен, по крохам разрозненных данных, шансы обычного человека стремятся к нулю при попытке слияния с производной, появившейся из-за грани вселенной. К примеру, в свою уникальность не верю ни грамма. Откуда, или каким образом он попал к девушке, и кто за этим стоит? Масса вопросов без ответов.

Проснулся резко, вроде только закрыл глаза и уже лежу смотря в спину Оливки, очнувшейся через мгновение после меня. Желание проснулось, отдалось нестерпимо в теле и тут же угасло. Меланхолик стоит у столика, рядом с нашей кроватью, размеренно попивая коктейль. Всё настроение сломал. Нужно ввести правило запрещающее вламываться к капитану.

– На то есть причина, – прозвучал ответ на мои мысли.

– Не сомневаюсь! Но можно ведь не пялиться? – проследил за его взглядом. – Оли, он сейчас прожжёт в тебе отверстие. Мелан, в самом деле!

– Капитан, меня физиология не интересует, если вы о деторождении и зачатии, – довёл хранитель свою позицию. – Вы так и будете корчить застенчивость? Я буду на капитанском мостике. Поторопитесь, – сказал и вышел, дав возможность спокойно одеться.

В шкафах, точнее в ячейках, интегрированных в переборки и стены каюты, нашёл всё необходимое из корабельной формы, включая комплект обмундирования для девушки. Порадовали комбинезоны, с использованием нанотехнологий и экзокорсетов. Секунда и мы готовы к любым ситуациям, вплоть до внезапной разгерметизации. Полноценная защита, прекрасно дополняемая боевыми модулями, выполненными по тем же технологиям наноматерии.

Справки из базы Гексана всё расставили по местам. Экзоскафандр, некая комбинация, или конструктор, предусматривающий всё. Уменьшение нагрузок, усиление физических показателей, установка системы подвесов, манипуляторов, для использования тяжёлого вооружения, крепящихся к спине или к торсу в районе пояса. Сейчас используем лишь функцию корабельной униформы, лёгкого скафандра минимального бронирования.

До рубки добрались с использованием капсулы, из-за срочности. Настроение хранителя не скрылось, возбуждение прочёл не напрягаясь. Мелан, как и говорил, ожидает сидя по левую руку от капитанского ложемента. Что же, это его право, как ни крути, а без этого меланхолика я испытал бы трудности в первое время, разбираясь с кораблём и управлением. Хранитель сосредоточен, кисти рук заняли места на полусферах, взгляд отсутствующий, что говорит о нахождении сознания в лабиринтах нейросети.

– Вещай тезисно, желательно кратко – что, как, и почему? – прервал его занятие, подключаясь к нейроконтролю.

Панели во все стены зала, как и мониторы вспомогательной аппаратуры, отобразили ситуацию в космосе, в ближайшем окружении Гексана.

– Мы вышли из подпространства для корректировки курса, – он начал доводить суть.

– Не вижу ничего из ряда вон выходящего, – я высказал мнение. – Корректируй. Причина паники?

– Нету паники, капитан, – опроверг моё заблуждение. – Есть нестандартная ситуация, – разговор продвинулся ближе к проблеме. – Вот это место, – Мелан вывел на центральную панель участок космоса с мигающими маркерами.

– Понятно, – Оли подключилась. – Вижу грузопассажирский лайнер, фрегат и корвет, – дала оценку, заставив меня восхититься познаниями корабельных классов. – Кстати, лайнер серьёзный, колониальный. Вероятно участвует в ротации персонала.

– Странная группа, не правда ли? – продолжил всезнайка.

– Мы где? – Оли уточнила и обратилась к корабельным базам. – Ого! Тут не территория Содружества Пяти. Даже близко нет, – её удивлению нет предела. – Мало того, эта часть не разведана, экспедиционный флот тут не был, разве что зонды картографы? Не иначе, или в базах значилось бы пустое пространство.

– Позволь, я поправлю, – меланхолик сменил тон на обидчивый. – Это мои базы, они подробнее чем в содружестве, поэтому ты не смогла точно идентифицировать место. И да, у меня свои, оригинальные названия, что привело тебя к заблуждению. Кстати, для потерявшей память в следствии амнезии, ты много помнишь.

– Извини, признаю поправку, – Оливка превратилась в язву. – Только не после амнезии, а в следствии осознанной корректировки. К сведению, я потеряла часть памяти.

– Успокоились! Оба! – я почти орал. – Вы лаяться будете, или продолжим? – мне надоела их перебранка.

– Извини, капитан! Больше не повторится! – отрапортовали в унисон, покосившись друг на друга.

К этому времени пришли остальные члены команды. Стараясь вникнуть в проблему, парни заняли свободные места в рубке и сосредоточились на разговоре, предпочитая слушать не вмешиваясь, без уточнений, не прося пересказа пропущенного.

– Как я понял, вас смутили три корабля, – высказал, не понимая сути проблемы. – Чем смутили? И раз все знают где мы, пусть пояснят и нам, – адресовал вопросы Мелану, как владеющему полной информацией.

– Не совсем, – вопрошаемый приступил к развёрнутому пояснению. – Не сами корабли, а их действия. Понимаете, капитан, это охотники. Обратите внимание сюда, – он изменил масштаб, дав возможность отобразиться полному отображению ситуации. – Это сферически расставленная сеть сторожевых зондов. Мимо не проскочит даже Гексан, со своими возможностями, из-за расстояния между отдельными элементами цепи. Вот, – он указал. – Видите строение решётки, более крупные зонды, а между ними сигнальные дроны, аналогия паутины.

– Так, и что? – я недоуменно возразил. – Пробьём паутину и уйдём, сразу же, как выйдем за периметр, или примем бой. Да и отсюда, с нашей позиции, разве нельзя выскочить в подпространство?

– Молекулярные мины не позволят, – меланхолично пожал плечами хранитель. – А для входа в подпространство нужна скорость и некоторое время, так что – нет. Не получается.

– Какой выход? Постойте, но они нас не видят, ведь так? – я не сдавался, цепляясь за мелочи. – Найдём прореху и тихо свалим? – посмотрел на качающих головами Оли и Мелана. – Ясно. В таком случае, жду предложений, – вздохнул, уступая лидерство в обсуждении более сведущим.

Между тем, пользуясь отменной маскировкой, Гексан подошёл к группе кораблей на достаточно близкое расстояние. Появилась возможность детального изучения с использованием всего комплекса телеметрии и сенсорики. Схемы с диаграммами заполнили вспомогательные мониторы, оставив центральному демонстрацию общей картинки. Голограмма контроля отображает трёхмерную модель, которая обрастает подробными деталями по мере получения новых данных. Корабли находятся впритирку, соединены многочисленными рукавами переходов, вплоть до магистралей малого транспорта.

– Как мы видим, они тут надолго, – взял слово хранитель. – Вероятно в этой, пограничной части содружества, у них поставлен бизнес. Ловят потеряшек, пользуясь местом для засады. Тут давно не пролегают основные маршруты, но есть такие как мы, чьи базы сохранили информацию о возможной точке корректировки. Где-то поблизости станция должна быть, хотя не факт что сохранилась и не утилизирована.

– Вывод?

– Отключить часть элементов ловушки, – обыденно заявил докладчик.

– Из тебя нужно по нитке тянуть информацию? – уточнил нетерпеливо.

– Я подготовлю вирус, кто-нибудь из вас проникнет на фрегат, в зону с оборудованием контроля и запустит его в сеть, – Мелан коротко обрисовал план.

– Иначе никак? Не радужная перспектива наведаться в гости к охотникам, – я засомневался. – Дистанционно не получится?

– Для такого действия необходима прямая загрузка в систему, – отрезал знайка. – Что возможно только из аппаратной. Находится она на фрегате, так как корвет, вероятнее всего, используют для активных манёвров, а лайнер служит базой и складом.

– Логично, – я согласился. – Показывай арсенал в корабельных хранилищах.

– О силовом методе не может идти речи, – он осадил мой пыл. – Сделать дело надо тихо, не привлекая внимания. Из оружия достаточно того, что уже есть. Ментальные атаки и всё такое. Дополнишь кинжалами или кортиками, на выбор. Не делай такие глаза, это не то, с чем ты привык иметь дело, – усмехнулся. – Приникать придётся издалека, начиная с лайнера. На нём не установлен контроль целостности корпуса, как на других. Так что, решайте кто ещё с тобой отправится, а я подготовлю вирус.

Глава 10

Естественно, что компанию мне, диверсанту, составила Оливия. Девушка сослалась на свою отличную подготовку во всех видах единоборств и не только. Спорить с женщинами занятие бесперспективное, как оказалось, не несущее никакого результата, кроме головной боли и истерик. Логика не работает никакая кроме их, женской.

Оборудование по минимуму, наноброня, экзокорсет, полезные мелочи в чехлах и контейнерах для облегчения жизни шпиона. Оружие по форме длиннее кортиков, имеет молекулярную заточку, гарантирующую пробитие практически любой защиты, кроме тяжёлой. Дротики с транквилизаторами дополнили скудный арсенал, но самое основное, это мои личные способности. Ими решено воспользоваться в крайнем случае, помня о внутренней энергии ядра, расходуемой очень быстро при морфировании тела. Вспомнил слова Мелана: «Запомните, в физической форме и молекулярном строении человека вы более уязвимы, ядро защищено и ему не повредить, а с телом дела хуже. Не забывайте чередовать состояния, или ослабнете в самый неподходящий момент.»

Обшивку лайнера прорезали в районе нижних палуб. Защитная мембрана установлена и предотвратила утечку. Потратили немного времени и вот, мы с напарницей в зоне технических коммуникаций. Первая фаза проникновения прошла чётко, без эксцессов. Оли распотрошила кабель канал, пытается отыскать сеть системы безопасности. Технический регламент эксплуатации корабля не соблюдён, судя по маслянистым разводам на полу, и капающего конденсата с теплообменников систем жизнеобеспечения. Освещение давно не инспектировалось, так как на всём протяжении коридора, в обе стороны, есть участки без рабочих источников света.

– Знаешь, Оли, – произнёс осматриваясь. – Здешнему экипажу наплевать на состояние лайнера.

– Это лишний раз подтверждает, что они тут пользователи, гости, а не хозяева, – озвучила своё мнение. – Выйдет из строя что-то, или нет – им чхать. Так что не обольщайся насчёт них. От дикарей каннибалов отличий мало. Не могу найти канал подключения.

– Думаю, оно и не требуется. Если тут так всё запущено, не факт что система слежения вообще рабочая, – я добавил предположение. – Пошли.

Маршрут не проложить. В базах не нашлось конструкции данной версии корабля, пришлось ограничится отображением схемы своего передвижения, с созданием трёхмерной модели карты. Конфигурацию корпуса имеем, осталось заполнить пробелы с внутренностями. Типовые наброски есть в арсенале, например, предположительное нахождение капитанского мостика, реакторного отсека, кают пассажиров и грузовых ангаров. Всё в общих чертах.

– Какой же он здоровый! – чуть не присвистнул.

– Ты круизных не видел, – отмахнулась бестия.

Зал машинного отделения произвёл впечатление. Между основными помещениями и корпусом есть пространство, шириной не менее двадцати метров. Вверх поднимаются пролёты лестниц с площадками и балконами, лифтовые направляющие открытого типа и пандусы, идущие вдоль, по всей длине стен отсека, для передвижения технического персонала. Есть кабинеты и комнаты специализированного назначения, с оборудованием управления силовыми агрегатами. Где-то дальше должен находиться реакторный отсек. Обратил внимание на грузовые манипуляторы всех типоразмеров, несколько из них антропоморфной конструкции. Про пустые контейнеры, разбросанные тут и там, вообще молчу. Представил, какой тут был муравейник при работе команды.

Миновали зал не так быстро, подъём получился трудным. Какие-то юмористы перетянули пролёты тончайшей проволокой, для затруднения движения. Пришлось работать кортиками, как резаками по металлу. Но в конце-концов достигли первого пассажирского отсека, многоярусного, как я и предполагал. Сразу пришлось затаиться. Прежде чем пройти в общий коридор прислушался, за дверью находятся двое. Оли кинула взгляд на свои метательные ножи.

– Нет, они куда-то спешат, – придержал подругу. – Нездоровый ажиотаж ощущаю. Люди возбуждены.

– Сейчас проверю! – она серьёзно отреагировала.

Вытащила из поясного контейнера блестящий шарик и выкинула его за дверь. Нажала комбинацию клавиш на коммуникаторе, активировав шпионский глаз. Картинка, спроецированная на забрало шлема, показала несколько групп в разномастной одежде, включая элементы бронескафов. Люди покидают каюты и спешат по коридору в одном направлении. На кадровых работников и служащих судовых компаний не похожи ни каким местом. Впрочем и до путешествующих им далеко. Сброд, одним словом.

– Всё, выходим, – скомандовала коротко.

Первым делом вскрыли незамысловатый запор первой попавшейся каюты. Беглый осмотр ничего не дал, кроме полезной находки какого-то тряпья. Использовали для маскировки, надели поверх своих экзоскафандров, рассчитывая сойти за своих, в случае нечаянного обнаружения. Для этого пришлось деактивировать шлемы, оставив тактические монокуляры. Не мешают, быстро убираются в контейнеры, как и шлемы, по команде, а все тактические функции исполняют независимо от малого размера.

Удобство нанотехнологий, переоценить сложно. Вот есть на мне шлем, или броня, а через секунду отличить от незащищённого человека невозможно. Все колонии нанитов в контейнерах, распределённых на теле. Ничего не заметно, включая экзокорсет, как основную составляющую. Мелан намекал, что данные материалы менее затратны по расходу энергии при моём перевоплощении, и изменении атомарной структуры физического тела.

Дальше дело пошло веселее и мы, не испытывая особых затруднений, добрались до первого рукава перехода. Тут встретили серьёзную проблему в виде охраны, пресекающей любую попытку прохода на фрегат. Бойцы сильно отличаются от сброда, заполонившего лайнер. Подготовка другого уровня, больше подходит хорошо оплачиваемым наёмникам, по словам Оливки.

– Предлагаю разделиться и пройти техническими рукавами, – предложил первое, что пришло в качестве решения.

– Давай попробуем, – без энтузиазма согласилась напарница. – Шансов мало, но кто знает.

Так и сделали. Выбрали себе каждый по той части лайнера, что понравилась, разделив его на половины, собираясь проверить все переходы, со своего конца каждый. Связь поддерживать не трудно, проверка систем подтвердила её защищённость от прослушивания, а на крайний случай, договорились о телепатических сеансах, опробованных ранее, на борту Гексана.

Меня подвела самоуверенность и пренебрежение осторожностью. Вскрывая все двери подряд на пути к цели я оказался там, где не следовало. То, что очередное помещение приспособлено под переодевание и экипировку космических гладиаторов, я понял слишком поздно.

– Новенький? – громогласно поинтересовались откуда-то сверху и сзади. – Почему до сих пор не готов?

Прежде чем я ответил, вообще, как-то отреагировал, высокий человек втолкнул меня спиной вперёд в кабину подъёмника, с дверью которого я возился. Отметил его физическое состояние, пришёл к неутешительным выводам о том, что за пределами Солнечной системы можно всё. Особенно что касается модернизации чего угодно.

Огромный рост представителя аборигенов получился в результате замены нижней части тела от поясницы, ввиду утраты, скорее всего. Руки представляют манипуляторы, изготовленные грубовато на мой взгляд. От человека осталась часть головы и половина грудной клетки. Тактический обвес амуниции, в этом случае, интегрирован с искусственными частями. Спешно заблокировал свою сеть, остановив сканирующий режим. Только после завершения экспресс анализа, когда лифт тронулся вверх, я обернулся.

Вполне обычные люди, одеты как попало, обвешаны оружием ближнего боя. Бреневставки расположены таким образом, что складывается представление о рыцарях, только не совсем правильных из-за применённых технологий. Некоторые ведут себя нарочито спокойно, можно сказать с показной воинственностью. Другим подходит определение «запуганных зайцев». На меня не обратили внимания, вскользь прошлись взглядами и только.

Побег невозможен, предпринимать сейчас что-либо глупо, посему решил не дёргаться, следить за событиями и искать возможность слинять по-тихому. Дело усугубил факт – я не успел предупредить напарницу. Зная Шизу можно смело рассчитывать на разбор полётов с пристрастием, по счастливому возвращению, естественно.

Кабина, скорее решетчатая клетка подъёмника, остановилась открыв взору зал столь огромного размера, что в первые секунды дыхание спёрло. Такого я не видел никогда, если только в гаджете, когда смотрели файлы со Стариком. Это очень похоже на амфитеатр с несколькими десятками ярусов, переполненных зрителями. Тысячи голосов слились в сплошной фон, разобрать темы обсуждений конкретных групп нет возможности, но общее настроение предвкушения кровавой бойни я различил отчётливо.

Ситуация не понравилась. Ещё добавил предупреждение Мелана, не высовываться и не светить дар псионика-паранорма. Скверное положение из которого мозг ищет выход. Из всех вариантов, сводящихся к: «порвать всех нафик и за борт», самым приемлемым оказалась афера с участием и победой. В этом случае страдает только пункт о не привлечении излишнего внимания, но в меньшей степени, чем с очевидными, силовыми методами. Кроме того, разметать столько народу и роботов мне не удастся. Выдохнусь на втором десятке из-за дефицита энергии.

Пока раздумывал, нас построили посередине арены, давая заинтересованным делать ставки, выкрикивать оскорбления дохлякам, типа меня, и почитать кумиров. Саму площадку огородили металлической сетью, единственная дверь намекает на отсутствие возможности бегства. Охрана по периметру вооружена рельсотронами, но в большинстве – импульсным оружием, имеющим меньшую пробивную силу. Правильное решение, ведь лишние отверстия в корпусе сказываются отрицательно на общем самочувствии, дышать в вакууме плохо.

Чтобы не выделяться, частично деактивировал наноброню. Экзокорсет, как носитель колоний нанитов, на теле не сильно заметен, вполне может сойти на какой-нибудь апгрейд, используемый повсеместно. Так что я соответствую. Кортики выдают, пришлось с ними распрощаться, используя психокинез отправил их к точке проникновения. Энергии хватило на это действие, как и способностей, усиливающихся с каждым прожитым днём. Что не говори, а моё усовершенствование происходит постоянно, и конца процесса пока не наблюдается.

Вдруг трибуны взревели, вставшие зрители ликуя приветствуют новые действующие лица. Прежде чем познакомиться с появившимися сверху арены персонажами, пришлось упасть на колени. Тычки рукоятями намекнули на моё действительное положение в местной иерархии, а именно, на никакое положение. Максимум, это пушечное мясо, достойное сдохнуть потехи ради. Космос начинает мне нравиться всё меньше. Не так я представлял путешествия к далёким мирам и встречи с представителями иных цивилизаций.

– Приветствуем Его сиятельство, Графа Роше! А также, сегодняшнего гостя арены! – зычно объявил глашатай и сделал паузу для акцента. – Встречайте! Его светлость, Герцог Макен Тайл!

Зрители возликовали, зал погрузился в непрекращающиеся выкрики приветствий и радости. Общее настроение предвкушения зрелищем заполнило всё. Попытки вычленить из общей ментальной составляющей хотя бы одну, отличающуюся нить сознания, не привели ни к чему. Массовый психоз ожидания кровавого безумия читается отовсюду.

Гравитационное ложе с высокопоставленными гостями и их свитой заняло почётное место, застыв вблизи арены, уступило место для спуска следующей гравиплатформы. Одного мимолётного взгляда на которую хватило, чтобы сердце ёкнуло. Различить ладную фигурку Оливии среди нескольких неопрятных личностей труда никакого. Попытался связаться с напарницей и получил только подтверждение о приемлемом состоянии. Мыслеобразы дали частичный ответ на произошедшее. Она вляпалась почти так же, как и я, но попала к рабам. Дёргаться посчитала преждевременным, отдавшись течению событий. Всё в точности повторилось, как с моим появлением на гладиаторской арене. Только одно непонятно, в качестве кого она тут?

Между тем, площадь арены разделили на несколько зон, где планируются поединки на выбывание. Весьма жестоко, ведь останется только один выживший, если судить по коротким правилам. Их нет, а покинуть арену можно умерев, желательно красиво и кроваво. Этим счастьем мы обязаны высокопоставленному гостю, для которого хозяин готов идти на всё. Какая прелесть. Вариантов у меня попросту не стало, кроме как помножить на ноль абсолютно всех гладиаторов, что попытался передать Оливии. Судя по отрешённому виду девушки, я не понял, получила она от меня информацию, или нет. Ну это и не важно, так как её введение в курс на моё положение никак не повлияет.

Прислушался к оратору, не перестававшему вещать всё время, пока размышлял…

– …Призом сегодняшнему победителю, – последовала пауза для большего ажиотажа. – Послужит выбор любого раба, и свобода! Если пожелает, конечно!

Последнюю фразу зрители встретили ликованием, смехом, и откровенной неуверенностью в выборе свободы победителем. К дальнейшему я потерял интерес, вплоть до начала поединков. Единственно, старался не выпускать из зоны видимости Шизу, рассчитывая на знак, или ещё какой-нибудь посыл с её стороны. Ожидание оказалось напрасным. Хоть бы подмигнула, зараза зеленоглазая.

Поединки начались с объявления и церемониального удара в гонг. Первым мне достался крепыш в маске, сделанной из забрала шлема. Заняли позиции напротив друг друга, замерев в ожидании сигнала к битве. Закравшаяся мысль не калечить человека, а вырубить надолго, улетучилась мгновенно. Противник, не дожидаясь, провёл удачную серию ударов, что оказалось не запрещено. Ощутимо досталось прежде, чем я поймал ритм боя и приспособился к частичному морфированию. Способность влиять на свою скорость помогла дополнительно. В режиме транса я могу передвигаться неуловимо быстро, но открыто демонстрировать способности опасно.

Тактический анализ оппонента произвёл машинально. Выяснил о искусственной руке и замене части поясницы усиленными компонентами. Зоны слабых мест наложились цветными контурами непосредственно на крепыша. Направления ударов, просчёт вероятных атак, манёвры, блоки, всё детально разбиралось мозгом и выдавалось готовой тактикой противодействия. В принципе, нужда пользоваться всем арсеналом возможностей отпала. Хватило этого, малого. Основная трудность для меня, не забывать прикрывать глаза, когда пользуюсь способностями. На изучение потратил недопустимо много времени, постоянно уходя от атак противника.

Очередной удар я встретил уходом с линии атаки и короткой контратакой в шею. Провернулся и нанёс локтем удар в затылок. Соперник захрипел, автоматически потянул руки в запоздалой защите, не видя моего положения. Добил его скользящим в горло, сломав кадык, тем самым завершил бой. Тело бойца на секунду застыло без движения, затем рухнуло плашмя на арену. Готов.

Со вторым поединком я закрепил методику, два последующих не отличились. Старание моё окупалось, зрители достойно оценили разыгранную трудность побед, выдавая всё больше подбадривающих выкриков. Ставки на меня возросли, судя по довольным, чьи улыбки всё чаще сопровождали мои достижения.

Всё изменилось в одночасье, когда организаторам показались скучными бои. На арену вывалили оружие, рефери сбежали оставив всех биться со всеми. Кровавая мешанина дополнилась стонами раненых, с кем не церемонились, добивая бедолаг. Группа гладиаторов спонтанно разделилась на две команды. В таком виде, диспозиция просуществовала не долго, ровно до того, пока наиболее предприимчивые не ударили в спины лидерам, представляющим опасность.

В таком положении всеобщей свалки я всё чаще пользовался даром трансзамедления времени. Подобрав пару клинков, метался между бойцами, нанося точные удары, несущие моментальную смерть. Усталость и истощение ядра дали знать при очередном броске, когда пришлось, действуя исключительно по тактической сводке, пропустить вблизи лица топор, способный легко располовинить тело. Ухожу от сыплющихся ударов кувырками, переворотами, подныривая и прикрываясь другими дерущимися. Пол арены покрылся скользкой, вязкой жижей из мозгов и крови, дополненной частями тел.

С очередным противником дрался уже без преимуществ паранорма. Когда уверенность в скорой смерти завладела моим сознанием, вмешалась случайность. Третий, смертельно раненый боец, появился между нами, прыжок вперёд и удар ногами опрокинул его, заставив взмахнуть руками, к которым намертво примотаны лезвия клинков. Мой противник среагировал на несуществующую атаку, отвлёкшись дал мне возможность проткнуть себя коротким дротиком.

Сверху сзади что-то изменилось, последовал удар, в голове зазвенели тысячи колокольчиков, я упал лицом в кровавую кашу и вырубился, накрытый сверху, чем-то очень тяжёлым. Последняя мысль посетила, а касалась она только Оливии…

* * *

Видение поглотило внезапно, без шансов выйти из небытия, парализовав разум. Слишком реальное, отдаю в этом отчёт. Странный склеп, в котором я появился, мрачен. Единственное отверстие в куполе даёт проникнуть лучам и осветить центральную часть с алтарём. Подтёки на стенах, выщерблены, время безжалостно даже для камня, испещрённого промоинами, словно паутиной. Алтарь в центре заволокло сизое марево, не давая хорошо видеть рисунки на гранях. Лишь верхняя плита достаточно просматривается в скудном свете.

Дальнейшее я созерцал, пребывая в состоянии сомнамбулы, не в силах пошевелиться. Меня пробило холодным потом, обжигающие струйки побежали по спине, лбу, плечам. Слишком. Это слишком реально. Тело закололо резко, словно наружу пробивались миллионы раскалённых игл, но отреагировать на физическое неудобство я не мог, так как находился явно под действием гипноза или ментального давления со стороны истинной сущности неизвестного…

Мрак в склепе пришёл в движение и собрался в клубящееся облако. Концентрация его увеличивалась, а вместе с этим стали проявляться нитеобразные пульсирующие и извивающиеся образования, похожие на каналы или артерии. Извиваясь, словно змеи, они меняли цвета от чёрных до бордовых. С набором плотности масса постепенно обретала очертания сначала кокона, потом преобразилась в нечто похожее на человеческую фигуру в длиннополом плаще с капюшоном. Выглядело это ужасающе, так как по её поверхности пульсировали нитевидные артерии, давая возможность наблюдать прохождение энергии от чёрного ядра, находящегося в районе груди воображаемой человеческой фигуры. Стакан с водой, появившийся на алтаре, под воздействием неосязаемой силы придвинулся к краю и начал падение, но где-то на середине полёта замер в пространстве, как и выливающаяся вода. Я понял, что время остановилось…

Преображение закончилось, передо мной в зловещей неподвижности застыло нечто человеческое, но в тоже время не имеющее с людьми ничего общего. Неожиданно, не отдавая отчёт причине появившихся знаний, я понял, что или кто это. Чувства страха и обречённости проникли в каждую клетку организма, потому что увидеть «Контролёра» на его территории, не доводилось никому.

Серая сущность в плаще застыла мрачным изваянием напротив. Марево под капюшоном пришло в движение и приняло черты лица, состоящие из серой неоднородной массы, находящейся в постоянном движении. Свет от источника над алтарём наткнулся на невидимую преграду и, преодолевая её, потянулся тонкими извивающимися щупальцами, стараясь коснуться фигуры. Если это удавалось, то он молниеносно поглощался, делая атмосферу в помещении ещё мрачнее…

– Ты напрасно влез в это, – раздался голос из застывших в ухмылке уст сущности в человеческом облике. – Но дело сделано. Жду встречи с тобой. Судьба определит, кто из нас останется…

Сколько по времени всё продолжалась я не знаю, но падающий стакан с водой, словно индикатор событий пришёл в обратное движение и занял место на алтаре, где появился. Фигура растворилась, свет вернулся к изначальному состоянию, и ничто, кроме стакана не указывало на произошедшее. Я понял, что вода предназначается именно мне, как доказательство, что я не пережил обширную галлюцинацию. На самом деле это совершенно не похоже на видение. Я словно нахожусь в другом пространстве, таком же реальном и осязаемом. Спокойно выпил, пробежавшая по телу прохлада окончательно вернула меня в настоящее.

Посетил логичный вопрос, почему он не уничтожил меня, не может? Значит ли это, что во мне существует противовес его силе, могуществу? Что скрывает подсаженный мне симбионт на самом деле? Опять одни вопросы…

* * *

Очнулся первый раз. Несколько пар сильных рук держат меня перед господами, что-то говорящими. Вырубился. В следующее посещение сознания ощутил движение носилок, на которых лежу. Открытые глаза подтвердили версию мелькающими источниками света. Сознание не долго присутствовало и в этот раз. В третий, я позаботился о диагностике организма, особенно проверил доступную энергию ядра. Сводка появилась как всегда подробная, с диаграммами, выкладками и рекомендациями на ближайшее время. Одним словом – я цел, другим – пуст. В попытке встать перенапрягся и вновь отключился.

Так продолжалось раза четыре. Понять, что же конкретно произошло, и определить своё нынешнее положение я не смог. Прекратив попытки оставил всё идти своим чередом, тем более, что с каждым разом энергии становится чуть больше. Есть способность восстанавливаться, даже при отсутствии мощного источника поблизости…

Какое прекрасное видение посетило. Огромные глаза Оливии смотрят с нескрываемой… Очнулся. Поймал взгляд злой фурии, нежные когда-то руки хлещут по щекам со всей дури. Помещение чуть лучше, чем виденные каюты на грузопассажирском лайнере. Мы не одни, судя по наличию ещё одной ауры рядом. Мыслеобразы бестии трогать не стал, боясь вновь отключиться от задуманного деяния по отношению к себе.

– Может харе, а? – выставил руки в защиту. – Угомонись. Я очнулся.

– У тебя входило в план всё портить? – наехала без вступления про здоровье и самочувствие. – Я, как дура последняя, ничего не знаю о планах капитана, решившего не привлекать внимание, действовать очень скрытно, ни в коем случае не светиться. Я всё правильно перечислила? Ничего не забыла?

– Так получилось…

– Ты мог мне сообщить? Тогда не пришлось бы прикидываться рабыней, в надежде оказаться в постели гостя хозяина, – продолжила, соврав мне.

О том, что Шиза попала к рабам не по собственному желанию, я узнал до поединков, в последний момент, прочитав несколько мыслеобразов подруги. Упоминать сейчас о осведомлённости счёл лишним.

– Где оказаться? – до меня не сразу дошёл смысл.

– Фигурально. Идиот контуженный, – покачала головой. – На фрегате, рядом с блоком контроля зондов. Вирус загружать, – расшифровала для меня, как раз контуженного. – Но нет, ты решил всё сделать сам. Ну что, поздравляю! Мы конечно приблизились к цели знатно, только внимание теперь к нам повыше. Как додумался выступить гладиатором?

– Всё случилось в точности наоборот, – я сменил смятение на строгость. – Кто это с нами? – кивнул в сторону заморыша в грязной одежде. – При нём говорить, хотя бы, можно?

– Говорить можно, – успокоилась. – И да, поздравляю с приобретением личного раба.

– Двух, судя по твоему присутствию, – поправил фурию.

– Не надейся! Ты когда выбирал, невнятно махнул рукой, и шарахнулся плашмя, мордой в пол. Битва всем понравилась, ты остался один выживший, вот хозяин и отвалил тебе меня и этого, – теперь она мотнула головой в сторону горемыки. – Дальше какой план? – резко сменила тон и тему, сосредоточившись на деле.

Совещались долго, без повышенных тонов и упрёков, однако обсуждение зашло в тупик. Всё свелось к отвлекающему манёвру, выполнить который своими силами мы не в состоянии. Привлечь внимание целого экипажа фрегата, или одной охраны, весьма многочисленной и подготовленной, показалось невыполнимым и, в то же время, единственным планом.

– Я могу кое-что предложить? – тонкий, ребячий голос вторгся в брифинг.

Мы синхронно обернулись, скептически оценивая замарашку, а в душе, всё же, надеясь на чудо.

– Поведай, как ты понял наш разговор? – первой очнулась Оли.

– Какая разница? – я прервал начинающийся допрос. – Говори, если есть что, – вновь обернулся к пареньку.

– Во-первых, ваш язык, он не сложен для тех, кто имеет прогрессивную нейросеть, – объяснил отсутствие языкового барьера. – Во-вторых, предложить есть что, но сначала ответьте, – замарашка сделал короткую паузу, перебираясь ближе. – Возьмёте меня с собой?

– Есть альтернатива? – Оливка пожала плечами. – Почему я подумала именно об этой просьбе? Не в курсе?

– Даём слово, – я кивком подтвердил озвученное и приготовился слушать…

Глава 11

– Итак, победитель, – вошедший без стука посыльный деловито осмотрелся, остановил внимание на мне. – Рад, что твоё самочувствие пришло в норму, – в голосе промелькнули нотки скепсиса. – Его Сиятельство, Граф Роше, желает видеть тебя на ужине. Переодевайся, если есть во что. Я подожду снаружи.

– Мне полагается раб, – я принялся воплощать нехитрый план. – Правильно?

– Да, у тебя их даже два, – согласился здоровяк.

– Беру с собой обоих, имею право!

– Хм. Никто не против, но на дармовую кормёжку пусть не рассчитывают, – покладисто согласился посыльный. – И пускай не вздумают крутиться у хозяйского стола, – зло глянул на Оли с заморышем.

Он развернулся, вышел из каюты, буркнув что ждёт в коридоре и проводит на фрегат, где намечается трапеза. Для переодевания мне ничего особо не понадобилось, разве что, частично активировать наноскафандр. Экзокорсет послушно отозвался на команды мозга и сносная одежда заняла своё место. Пришлось экспериментировать, создавая отличающиеся элементы, брюки, куртку с броневставками, накидку и обувь, чтобы не выбиваться из общей разномастно одетой толпы.

Бестия проделала тоже самое, а с чудиком случилась заминка, выразившаяся в обыске шкафов и ячеек хранилищ в поисках чего-нибудь подходящего. Повезло в очередной раз. Убиенный, чьи апартаменты мы заняли, оказался запасливым. Ужин на фрегате способствует претворению плана, хоть и стал неожиданным сюрпризом. Главное, иметь возможность не вызывая подозрений разделиться, и исполнить свои нехитрые задачи.

Грязь и мусор вдоль стен, подтёки, на стенах попались несколько кровавых пятен. Коридоры заполнены шатающимся сбродом, в отличии от времени накануне поединков. Присутствуют и патрули, одетые лучше и вооружённые соответственно. Цепкие взгляды наёмников без труда вычленяют нас из общей массы, как чужаков. Наверняка повышенное к нам внимание связано с общей информационной базой. Взял на заметку. Если есть центральное хранилище данных, то это не такой уж и сброд, как кажется. При удачном стечении обстоятельств, взломаю и переброшу себе массивы, авось найдётся что-то полезное. Поделился выводом с Оли, сбросив несколько мыслеобразов. Получил ответ в виде предостережения от свершения необдуманных действий.

Переход на фрегат произвёл впечатление чистотой, работающим механизмом автоматического движения, и охраной, облачённой в одинаковые бронескафандры. Эти парни наверняка кадровые военные, сопровождающие высокопоставленного гостя. Одно не ясно, как он в своём статусе оказался среди космического отребья, ведущего противозаконную деятельность. Сильно сомневаюсь, что бои гладиаторов разрешены повсеместно и являются обычным развлечением.

– Оли, что думаешь о госте? – пользуясь моментом шепнул на ухо. – Вообще, можешь пояснить происходящее? – я сильно рассчитывал, что память в этой области у неё не пострадала.

– Взятки, – ошарашила, но не так, что бы очень. – Корвет военный, вероятно где-то находится и база экспедиционного флота. Деньги всем нужны, а нахождение вельможи в такой дыре, на задворках обитаемых галактик, говорит само за себя. Он тут в своеобразной ссылке, и не за хорошие заслуги. Так что, – сделала паузу пропуская охрану вперёд. – Прими к сведению первоначальную поправку к характеристике гостя.

– Я пока не давал ему характеристик, – поправил напарницу. – Не забудь, как начнётся кипиш, рули в аппаратную к блокам управления зондами.

– Ты уже продумал, как вы избавитесь от соглядатая?

– Жёстко, но без лишнего шума, – я мысленно потёр руки. – Кажется подходим к церемониальному залу. Мелковат что-то, хотя что можно ожидать от кают-компании.

Ничего сверх непредсказуемого не произошло. Нас представили гостю, Герцогу Макен Тайлу, как победителя с дарами щедрого хозяина. Отвели место в конце столов, занятых приближёнными и гостями, удостоившимися внимания и расположения хозяев.

Трапеза по случаю навестившего должностного лица плавно перетекла в пьянку, как объяснила мне Оливия, несведущему о таком времяпрепровождении. Люди неожиданно превратились в стадо, поделившееся на группы. Там они откровенно несли чушь заплетающимися языками. Хотел попробовать напитка и получил по рукам от бестии, заявившей, что при таком раскладе мы не то, что миссию выполнить, сами себя не унесём в случае чего. Поверил на слово, так как с алкогольным опьянением никогда не сталкивался.

– Такое знакомство я тебе устрою по развращении на Гексан, – Шиза прошипела, делая вид, что тянется за куском к подносу.

– Чего-то я не пойму, это действительно рвёт мозг до неузнаваемости? – обратил внимание на беседующего типа с закрытыми глазами, водящего по залу дулом малого импульсника.

– Сомневаешься? – Оли указала на другого персонажа, спящего в тарелке.

– Ладно, проехали, – отодвинул мысли о возлияниях. – Действуем. Оли, ты, как и договаривались, ждёшь начала свалки и только потом выдвигаешься к узлу. Можешь действовать грубо.

– Спасибо, капитан! – съехидничала.

Я встал и обратился к надсмотрщику, стоящему за спиной, и успевшему знатно заправиться горячительными, пользуясь случаем. Примитивная просьба проводить в санузел нас с замарашкой сработала, как и положено. Офицер не счёл нужным предупреждать ещё кого-либо, спокойно пошёл первым, показывая местоположение затребованной комнаты. Вышли из кают-компании, прошли пустым коридором, оборудованным сенсорами слежения, до неприметных дверей. Коснувшись сенсоров замка бугай подал мне сигнал к действию.

Ускорение и после скользящего удара в шею, ловко подхватили обмякшее тело и втащили его внутрь, где заперлись. Система вентиляции проходит над нами в виде центрального ствола, спрятана только за потолочное покрытие. Мелкий уже орудовал с решёткой, когда я присоединился. Уверенные действия нового напарника порадовали, явно знает что делать и как. Через минуту мы замерли внутри канала воздуховода, определяясь с направлением.

Нейросканирование и сопоставление пройденного маршрута с виртуальным, дополнили трёхмерную модель фрегата. Грузовые ангары вычислили и двинулись, стараясь не производить шума. Магистраль несколько раз меняла направление. Путь увеличился из-за мест, непроходимых с нашими габаритами. В одном пришлось поработать взломщиками, вернув кортики с места проникновения. Трудно и затратно по энергии вышло, так как расстояние прямо отразилось на способностях к психокинезу.

Наибольшую трудность представили промежуточные фильтры, их пришлось обходить. Через час достигли грузового сектора, не такого большого, как на лайнере, но и не маленького. Сквозь решётку воздуховода оценил загрузку первого ангара. Линии многоярусных хранилищ под контейнеры полностью заполнили обширное пространство. Заморыш искал нужный и отрицательно замотал головой, когда не обнаружил признаков своего груза.

Пробрались в соседний, где сразу нашли то, что требовалось. Контейнер стоит обособленно, придавая немного бардака в складскую строгость. Выбили решётку, я спрыгнул и поднял голову вверх.

– Прыгай, я поймаю, – приготовился.

Тот замотал головой, оценивая высоту. Его можно понять, около пятнадцати метров, но я в своих возрастающих силах уверен, как никогда. Смбионт продолжает усовершенствования организма.

– Прыгай, или оставим, – прошипел я, когда неуверенная заминка затянулась.

Он сдался и прыгнул. Поймал лёгкого партнёра, отметив, что пройти курс восстановления в медблоке Мелана ему придётся сразу, как выберемся. Худоба нездоровая, на мой взгляд.

Парень подбежал к грузовому контейнеру, приложил ладонь, и тут я только понял, что он отличается от остальных нестандартными размерами, как и внешним видом. В районе приложения появился голографический пульт, нехитрые манипуляции со стороны хозяина привели в движение механизмы запоров. На сводку я не обратил внимания, хотя не заметить всплывающие диаграммы сложно. Створки контейнера открылись и появился груз, заставивший меня судорожно искать укрытие на уровне инстинктов.

До конца испугаться не позволил возглас сзади, заставивший четверых мехвариоров рвануться в атаку. Секунды я наблюдал, как патруль охранения превращается в разделанные куски плоти. Фрезы непревзойдённых убийц, чей интеллект настроен только на методы устранения целей, не оставили шансов военным. Последним действием стал выстрел рельсовой пушки с хребта одного их мехов. Заряд прошил насквозь кабину антропоморфного манипулятора, где находился работник складского ангара. Прозрачные панели окрасились алым, когда боеприпас разорвался внутри, от соприкосновения с живым организмом, на который запрограммирован механизм подрыва.

Завершив кратковременный бой монстры собрались вокруг нас. Я старался не дышать, а напарник напротив, отнёсся к убийцам как к питомцам. Ещё чуть-чуть и начал бы их гладить и ласкать, но до этого не дошло. Склонившись к одному, парень застыл на минуту и взмахнул рукой. Фрезы противно взвыли, набирая обороты, четвёрка убийц разделилась и бросилась врассыпную, исчезнув с поля видимости за стеллажами контейнеров и рядами накопителей грузов.

– Так, понимаю, – я перевёл дух. – Начало отвлекающего манёвра наступило?

– Угу, – напарник сопроводил кивком немногословный ответ.

– Тогда, дело сделано. Уходим отсюда. Не волнуйся за Оли, с ней всё будет в порядке, – предупредил его беспокойство. – Она взрослая девочка, похлеще половины здешних бойцов. Меня, к примеру, переломает в два счёта, а ты видел как я на ринге бился, – привёл доводы. – Так что давай, уходим к точке эвакуации.

До оговоренного места встречи добирались смелее, не опасаясь обнаружения. Да и о какой погоне с поисками могла идти речь, если на всём пути нас сопровождали звуки боя и истошные крики мечущихся в агонии распиливаемых людей. Паника и хаос завладели всем фрегатом. Оли догадалась связаться и предупредить, что у неё всё готово. Осталось решить вопрос со скафандром для нового члена команды. Предстоит выход в космос и полёт до корабля, при помощи малой автономной системы.

Спрыгнули в коридор заваленный трупами. Некое подобие баррикады больше похоже на спонтанный завал из того, что под руку попалось. Распределительный щит корабельных коммуникаций обнаружили в одной из фальшпанелей каюты руководящего состава. Там же разжились подходящим скафандром. Подключиться труда не составило, так как мои массивы скачанных данных содержат полезное обеспечение, способное взломать большинство кодируемых сигналов. Если не знать, от чего именно защищаться, то вычислить моё вторжение невозможно.

Проконтролировал системы безопасности, точнее телеметрию. Бои идут повсеместно, а тактика внезапной смены точек нападения приносит результаты. Всего один мехвариор получил серьёзные повреждения, но продолжает вести огонь, и очень результативный. Броня монстра испещрена попаданиями боеприпасов разгонников, вперемешку с тёмными пятнами копоти зарядов импульсного вооружения. Пара пробоин от крупного калибра повредили приводы трёх конечностей, оставив только рельсотрон, в бронированном горбу. До ликвидации такого врага ещё далеко.

– Мы не переборщили с манёвром отвлечения? – задал я риторический вопрос. – Можешь не отвечать, этих уродов мне не жалко.

Выбрав маршрут, максимально короткий, без скопления крупных сил обороняющихся, мы бегом преодолели большую часть корабельных лабиринтов. Воспользовались грузовым рукавом между фрегатом и лайнером, переправились по транспортиру и углубились в трюмы, где смогли очередной раз прерваться. Оли вновь вышла на связь, предупредив о очередном успехе операции, а спустя четверть часа мы втроём покинули борт мечущегося в агонии трио кораблей…

– Мы готовили вторую группу, чтобы вызволять вас, – Мелан недовольно осматривал нас через бронированное стекло. – Не нужно нервничать, эта процедура обязательно для всех, включая капитана. Я не потерплю никакой заразы на борту. Немного времени в модуле карантина ещё никого не убили, – пояснил наше вынужденное заточение.

– Может хватит вредничать? – огрызнулась Оливка, нервно барабаня пальцами по ложементу. – Лучше пареньком займись, его физическое состояние поправить нужно. Вон, одни глаза на лице остались из-за худобы.

– Ещё десят минут, – узурпатор свобод сказал как отрезал, и исчез из поля зрения.

Его сменили озабоченные лица Жмота с Пасечником. Рэй тоже появился, но его интересует только Оливия, с которой парень не сводит глаз с самого первого момента знакомства. Я ещё на Земле заметил его отношение к девушке, но открытых действий к сближению он не предпринимал, посему акцентироваться посчитал преждевременным и на разговор пока не выводил. Да и что греха таить, Шиза хоть и вредная, непредсказуемая бестия, однако всем нравится. А Бари её транспортировал, вполне мог запасть. Чего уж.

Положенное время закончилось, нас выпустили, забрав заморыша для следующих процедур. Я собрал экипаж в кают-компании с целью подведения итогов вылазки и обсуждения дальнейшего плана. Нужно прояснить момент с посещением добытых мной точек координат. Прежде чем явиться на совет принял ванну, смыв с себя остатки усталости и грязь минувшего времени.

Заняли места и слегка перекусили, прежде чем приступить к важным обсуждениям. Кроме того, мне не терпелось узнать детали прорыва. Дверь открылась и в кают-компанию вошла ещё одна девушка. Белокурые волосы, чёрные глаза, задорные ямочки на щеках и ладная спортивная фигурка в обтягивающем скафе подействовали ошеломляюще. Пас выпал в осадок, Жмот уронил бокал с напитком себе на колени, Дикий попытался впечататься в стенку рядом с пищевым синтезатором, а Рэй замер с куском во рту. То, что это тот самый замарашка, подаренный мне в качестве приза, и в голову пришло не сразу.

Мелан её привёл в порядок, регенеративный курс сработал, от угловатой худобы не осталось и следа. Длинные, белоснежные волосы вместо грязных клочков, виденных ранее, усугубили эффект неожиданности. Красавица просто. Застенчиво смотрит испуганными глазами по сторонам. Отыскав меня обрадовалась и поспешила занять место рядом, с противоположной от Оливии стороны. Очень старается спрятаться от изучающих взглядов мужской части экипажа.

– А я всё гадала о реакции, – Оли откровенно, громко рассмеялась. – Не ошиблась! Мужики предсказуемы и слепы до поры до времени, – хитро улыбаясь, глянула мне в глаза. – Так ведь, Шорох?

– Эм-м… Чего сразу я?

– Ты же первый, кто встретил и меня, и Гильду, – пояснила. – Или я не права?

– Допустим, но ваша внешность в обоих случаях… – договорить не позволил дружный хохот. – Да ну вас. А ты, – ткнул Шизу легонько, – могла раньше сказать, что это девушка.

– Не просто, девушка, – Оливия сделала загадку в выражении. – Маркиза наша гостья, вот так-то!

– Так понимаю, данный факт грозит внесением корректировки в маршрут? – уточнил, косясь на новенькую.

– Если капитан не воспротивится, – ответили в голос Мелан и бестия. – Ты главный – вот и решай.

– Добавлю важный момент, капитан, – продолжил хранитель, подошедший после девушки. – Это поможет принятию решения.

– Весь во внимании.

– Координаты родины маркизы Гильды Брум есть в нашем списке, – меланхолично заявил докладчик. – Таким образом, нарушения первоначального плана не предвидится.

Я внял и согласился с аргументом, но остался вопрос, ответ который меня интересует в большей степени.

– Важный вопрос, откуда у неё боевые машины? – озвучил давно запланированное. – Мехвариоры, да ещё и управляемые, судя по последним событиям.

– Мы используем их для обороны, – чётко, ответила девушка. – Это распространённые боевые единицы, доставшиеся по наследству. Перепрограммировали, исправили ряд функций и приоритетов. Ранее они действовали наоборот, уничтожая население моей планеты.

– И почему я не удивлён ответом? – выразительно глянул на друзей. – Подробности можешь не говорить, одно непонятно, как вы справились? Судя по примеру Земли, до базы далековато.

– База находится на поверхности, и несмотря на трудности мы её захватили, – внесла ясность Гильда.

– Тогда понятно, – я вздохнул. – Детали о вашей победе узнаем позже, когда прибудем на место. Поделитесь наглядным опытом. А теперь, раз следующая точка определена, предлагаю не задерживаться.

Мне не терпелось познакомиться с методикой противостояния, посему я торопился и не дал более никому произнести речь. Друзей это не расстроило, они продолжили трапезу, косясь на девушку. Мне мысли парней понятны, так как скрыть их они не пытаются. Пасечник, оказавшийся ближе всех к новенькой, старался изо всех сил произвести впечатление, но его знаков внимания маркиза словно не замечает. Может воспитание не позволяет? Кто его знает, этих благородных.

Очередной сюрприз случился, когда гостья заявила мне, что нигде на корабле она спать не собирается, кроме как в каюте вместе со мной и Оливией. Благо, что я занял обычную, четырёхместную, вместо капитанских хором, похожих на стадион. Так что пришлось отпустить девушек вперёд, укладываться без меня. Не хочу смущать маркизу, да и сам боюсь смутиться.

Раз выдалось время прошёл в рубку и занял своё законное место. Получил сводку о прохождении участка зондов, по состоянию энергоресурсов и обобщённых данных. Искин, как оказалось он тоже есть на Гексане, посоветовал погрузиться в сон перед переходом. Почему-то мне стало очень любопытно понаблюдать, как это происходит, вот и остался на мостике.

Переход в подпространство – это нечто новое и неизведанное. Я приготовился, удобнее расположившись в кресле пилота. Ожидая начала процесса, сосредоточил внимание на центральной панели, где по-прежнему отображался космос с мириадами звёзд. Изображение передаётся столь естественно, что я подумал о технологии дающей полное ощущение присутствия в открытом космосе. Повинуясь мысленному указанию, все стены и даже пол исчезли, оставив лишь кресло со мной посреди холодной пустоты, спокойствие которой нарушают точки звёзд.

Началось движение, но как-то ненавязчиво, неуловимо в первые секунды. Прямо по курсу зародилась точка, вспыхнув ярчайшей звездой на фоне остальных. Резко погаснув, стала абсолютно чёрной, приближаясь и увеличиваясь, она изменяла видимое пространство за собой, словно линза. Свет от звёзд потянулся к её центру неровными линиями. Закручивающиеся в спирали нити лучей собрались вместе, образовав единый сгусток на фоне чёрного пространства космоса.

Пучок света, сконцентрированный в одной точке, устремился навстречу мне, увеличиваясь в размере, он постепенно заполонил всё пространство. Боль в глазах, вызванная невыносимой яркостью, заставила отвести взгляд и посмотреть на себя. Тело, представляющее полупрозрачную оболочку, вибрировало с такой частотой, что граница смазалась, превращая очертания в еле узнаваемые. Свет поглотил всё без остатка, заставив сознание отключиться.

Придя в себя я не сразу понял, что произошло. Центральная панель по-прежнему демонстрировала космос, белый космос с черными точками, представляющими звезды. Резко прошиб холодный пот. Видеть подпространство изнутри жутко и противоестественно. Осмысливать факт сил не осталось, в затылке пульсировала боль. Не нашёл ничего лучше, как последовать совету Мелана насчёт сна.

Прежде чем отправиться в каюту и погрузиться в стазис, решился на прогулку по кораблю. Дошёл до грузового трюма. Неожиданно, похожие на барабанную дробь звуки доносились отовсюду, как показалось. Диалоговые окна нейроинтерфейса ожили, обрушив потоки информации о многочисленных пробоях внешней обшивки корабля:

«Внимание! До достижения критического уровня повреждений осталось семь и двадцать три сотых процента».

«Внимание! Автоматическая система аварийной герметизации активна».

«Утечка дыхательной смеси остановлена, уровень потери приемлемый».

«Рекомендуется воспользоваться автономными дыхательными средствами».

«До выхода из метеоритного поля осталось четырнадцать минут».

Неожиданно сильный удар выбил опору из-под ног. Пол рухнул вниз, и я сильно ударился головой о потолок трюма. Следующим стало стремительное падение и более мощный удар об палубу, затем тело закувыркалось, с очередным ударом сознание отключилось.

Возвращение далось тяжело. Голова гудела, тело ныло, а острая боль в левом предплечье намекала на сломанную руку, о чем тут же получил сводку:

«Рекомендуется пройти процедуру регенерации».

На ближайшей стене трюма участок покрытия изменился. Система мониторинга имела свойство проявляться на любой поверхности корабля. Схема расположения медицинского отсека чётко отобразилась на участке стены, ставшем панелью монитора. Добраться до места и пройти курс регенерации труда не составило, и уже через час я вернулся в трюм, где красная надпись недвусмысленно намекала на проблемы. Повезло, что каюты снабжены автономными системами поддержания жизнеобеспечения. Проверив те, где разместились члены экипажа я успокоился. Друзья в безопасности.

Комплекты скафандров техников, по счастливому стечению обстоятельств, хранились в специально отведённых ячейках именно здесь, в трюме. Получив допуск на выход за пределы корабля, я облачился в защиту и, вооружившись кофрами с наборами инструментов, шагнул к шлюзу выхода в космос.

Специальный скафандр, оборудованный системой передвижения в пространстве, а также снабжённый механизмом гравитационной компенсации, позволил достаточно быстро осмотреть корабль. Как и предполагал, внешняя обшивка восстанавливалась автоматически, наниты работали, выбитые ячейки сот заменялись новыми. Нашёл место, куда пришёлся основной удар, и судя по вскрытому борту, вдоль которого прошла линия разлома с рванными краями, ни о какой самовосстановительной функции речи не идёт. По крайней мере, видимых изменений, как у пробоин мельче, я не наблюдаю.

На ремонт, а точнее латание дыр, ушли сутки. Несколько раз попал в щекотливые ситуации, когда прозевал из-за усталости заправку сжатым газом ёмкостей питания скафандра. Повезло, что далеко отлететь не дал страховочный фал, про который я вовремя вспомнил.

Автономная система поддержания среды сбоила, не справившись с утечкой из газовых и жидкостных резервуаров, пробитых словно шрапнелью. Нескольких долгих часов ушло на замену уничтоженных ёмкостей и ремонт частично уцелевших. Когда перезапустил процесс синтеза и восстановления среды и первые потоки воздуха устремились по магистралям, на корабле пошёл снег. Стены, пол, потолок покрылись ледяной коркой, затрудняя передвижение. Меня выручила система гравикомпенсации.

Быстро отладить функционал поддержания среды не удалось, необходимо время, поэтому холод ещё остаётся в коридорах, не попадая в каюты. Мне осталось лишь ждать, когда корабль довершит начатое восстановление.

Гексан продолжает движение в подпространстве, приближаясь к точке выхода в заданных координатах. Я попытался выяснить в базах, какое расстояние мы преодолели, но ответа так и не получил. Мелана не хватает, а разбудить не могу.

Так прошла долгая неделя полёта и ремонтных работ. Сидя в кресле пилота, я меланхолично наблюдаю пустоту космоса. К тому, что пространство снаружи корабля белое привык и воспринимаю картинку как должное. Раздражающих факторов в виде бегущих строк и всплывающих окон нейроинтерфейса, попросту не замечаю…

* * *

Рэй Бари, перед тем как вместе со всеми погрузиться в стазис, вспомнил, как именно его нанимал неизвестный, оказавшийся самым могущественным из трёх существ в Содружестве Пяти…

История жизни Рэя Бари не отличалась от основной массы населения Содружества, можно сказать среднестатистическая, самая распространённая история жизни молодого человека. Хотя есть некоторые отличия, например, в статусе его семьи. А именно в её достатке.

Отцу Рэя повезло, и он получил контракт в свои десять лет от экспедиционного флота Содружества, обеспечив тем самым родителей и будущую семью. Авансовый платеж за восемь лет учебы, перечисленный родителям, позволил приобрести особняк на родной планете, сделав из пока ещё подростка завидного и перспективного жениха. Неудивительно, что после окончания учёбы, положенный сроком на целый год, отпуск закончился браком и рождением сына.

Пока отец поднимался по служебной лестнице, регулярно присылая солидные суммы денег, парень достиг возраста, подходящего для заключения контракта. Самоуверенная надежда на династическую преемственность не оправдалась, контракта парень не получил. Семья расстраивалась недолго, и в десять лет Рэю установили нейросеть уровня выше среднего. Далее оставался выбор профессии, влекущий за собой установку дополнительных нейроиплантов определённой направленности, связанной со спецификой будущей работы. Самомнения и стремления к самому лучшему молодому человеку хватило для выбора довольно редкой, во всех смыслах, специальности пилота межгалактического уровня. Все заработанные средства отца практически целиком уходили на покупку баз и на медикаментозный разгон в клинических условиях для их скорейшего и глубокого изучения. Вера в будущее вновь поселилась в сердцах членов семьи, ведь такая профессия в тот момент считалась основной из востребованных.

Вообще, паренёк рос в хороших условиях. Отсутствие материальных проблем прибавило характеру своенравность. Появилось и окрепло умение отстаивать свою точку зрения, не оглядываясь на проблемы с обучением и испорченные отношения с преподавателями. Рэй следовал собственным, интуитивно верным законам поведения, не обделяя себя удовольствием быть юным «революционером». Ирокез стал первой его осознано выбранной причёской. Позже на смену пришёл короткий ёж, который полюбился и остался, став неотъемлемой частью имиджа. Одним словом – хулиган, но хулиган умный и справедливый.

Всё изменилось, когда пришло уведомление о гибели отца при неясных обстоятельствах в галактике, не входившей в Содружество Пяти. Тогда парень ещё не знал, какую роль эта галактика сыграет в его жизни. Последний год учёбы, а точнее освоение специальности пилота межгалактического тягача, дался семье очень тяжело. Фамильный особняк пришлось продать и переехать в небольшую, но уютную квартирку в рядовом мегаполисе родной планеты.

В характере и поведении юноши произошли неизбежные изменения. Рэй осознал высокую ответственность за будущее семьи. Любимые бабушка и дедушка продолжали баловать его, совали мелочь незаметно от матери. Все копейки, полученные или заработанные на обязательной практике, парень копил, чтобы потратить с пользой. Ему хватило на базу по рукопашному бою, но вот медикаментозный разгон остался недоступен и овладевать солидным пакетом пришлось самостоятельно, в ущерб части сна и свободного времени. В конце концов обучение закончилось, показатели тестов и практических экзаменов по владению специальностью впечатляли всех.

Далее события развивались по общепринятому сценарию поиска работы молодым специалистом. Многие потенциальные соискатели устремили свои взоры в наиболее перспективное место найма – это галактика Шанрака, где в рискованных условиях велась добыча самых редких минералов в Содружестве, что оплачивалось весьма щедро. И дело связано не только с риском – сама удалённость галактики подразумевала наличие огромной флотилии для перевозки добытого в центральные сектора Содружества Пяти. Шансы пилота уровня Рэя устроиться на работу высоки именно там, – так считала и мать Бари, и бабушка с дедушкой.

Сбор немалых средств на сертификат длительного перелёта к точке будущей работы произвели всем семейством, практически опустошив счета до нуля. Кредитов хватило на приобретение самого дешёвого способа добраться до галактики Шанрака. Спустя год полёта в анабиозе, переполненный самыми лучшими надеждами на будущее, Рэй оказался на станции Апока рядом с зоной отчуждения чёрной туманности, обители мрачного и смертоносного порождения космоса…

За время жизни в качестве соискателя, надежды несколько поугасли. Бари уяснил для себя наиболее важные моменты: друзей у ищущих работу не бывает априори, каждый стремится дискредитировать всех вокруг, чтобы выбор пал на него. Но это не самое страшное, что могло произойти.

Размеры космического мегаполиса, нацеленного только на подбор персонала, позволили вместить несколько миллионов претендентов. Сотрудники станции, как и администрация, находились в режиме самоокупаемости, естественно, что источником дохода для них являются непосредственно претенденты и никто другой.

Его попытались обобрать сразу после пристыковки. Банальное предложение снять номер получше выливалось в тотальное опустошение карманов, ведь многие даже не предполагали, сколько времени понадобится на поиски работы, точнее для получения предложения о найме.

В момент первого выхода в приёмные станционные залы Бари провёл свой первый настоящий бой с местными, точнее – давно живущими в состоянии безысходности кадрами. Это не говоря уже о жилых зонах и секторах. Оказалось, что на станции Апока давно появились банды, даже возникла вторая криминальная администрация.

Рэй грустил, так как из всех знаний в жизни ему пока что пригодилась лишь рукопашная подготовка, и он часто хвалил себя за то, что из-за мальчишеского задора, экономя кредиты на лакомствах и развлечениях, установил и самостоятельно прокачал до приемлемого уровня необходимые базы. Это обстоятельство помогло выжить и просто избегать банального отъёма денег в обычном переходе между административной частью станции и секторами, отведенными под жилище претендентов на трудовые контракты. Бари вышел победителем из нескольких стычек, даже позволил себе несколько раз заступиться за ребят прибывших с ним одним рейсом и не только за них, чем снискал к себе уважение. Оба соседа, подбодривших его перед началом собеседования, были именно из их числа…

Первое, что случилось за порогом переговорной, это полная парализация нейросети, имплантов и нейроимплантов, чего никогда и нигде не случалось. Огляделся в полутёмном помещении, удивило полное отсутствие мебели. Хотя нет, в луче ударившего со свода света, ровно по центру обнаружился стол с единственным креслом. Отделкой этого помещения строители не обеспокоились и всю техническую начинку, переборки, элементы и рёбра жёсткости оставили доступными для обозрения. Это показалось странным, на фоне кабинета с приёмной, блистающих роскошью.

– Рэй Бари, – не уточнил, а констатировал голос, звучащий отовсюду. – Присядьте.

Ничего не оставалось, как повиноваться, тем более, что тон не подразумевал возражений и действовал гипнотически. Мысли не возникло задать вопрос или не выполнить просьбу.

– У вас самые лучшие результаты пилотирования межгалактических буксиров, – продолжил голос. – Не напрягайтесь и не пытайтесь перезапустить свою сеть. Не тратьте силы, – отреагировал невидимый собеседник на потуги парня. – Я изучил персональные данные и пришёл к выводу, что вы успешно справитесь с задачей, – тут собеседник выдержал паузу. – Точнее не задачей, а выгодным предложением. Называйте как удобно. Вы заинтересованы в получении высокооплачиваемого контракта? Это не вопрос – это констатация факта. То, что я сейчас скажу не предлагалось ещё никому, – он сделал ещё одну паузу. – Кивните, если готовы выслушать детали.

Терять абсолютно нечего, перспектива застрять в поисках работы не казалась привлекательной, особенно после намёка со стороны администрации на последующие репрессии. Поэтому, не задумываясь, кивнул, так как незримый собеседник упомянул ещё и оплату. Загадочность предложения чрезвычайно заинтриговала, не позволив отреагировать по другому.

– Отлично, тогда слушайте внимательнее, – продолжил после очередного кивка собеседник. – Я уверен, что вы никогда не слышали о кораблях класса интерстэллар, уточню лишь одну деталь – расстояние для них понятие относительное, основное – это время. Управление схоже с кораблями, что вы изучали, и на которых проходили практику. Главное – это возможность осуществлять перелёты в масштабах вселенной. Вам предлагается совершить автономное путешествие с грузом в точку с определёнными координатами. Их получите уже отправившись, но об этом позже. На перелёт планируется не больше пары месяцев. Важно доставить груз в изолированном модуле, доступ в который категорически воспрещён. Если вы согласны, кивните, и я продолжу, – добавил он, оставаясь невидимым.

Парень кивнул и приготовился слушать, оглядывая помещение в поисках неизвестного, помимо своего желания.

– Это хорошо, что вы всё понимаете. Сканирование ментальной составляющей, как и анализ мыслеобразов подтверждают готовность выполнить контракт, поэтому я активирую сеть и позволю вам говорить. Подробности скину файлами, зашифрованными на уровне ДНК. Будет слегка неприятно, – подвёл итог неизвестный.

Нейросеть отозвалась всплывшей на границе периферийного зрения строкой информации, сообщающей о начале запуска. Затылок неожиданно кольнуло, боль могла привести к потере сознания, но этого не случилось.

В этот раз нейросеть грузилась дольше обычного. Предварительный анализ доступного объёма памяти выдал ошеломляющие результаты. Если всего час назад неиспользованного массива данных было более девяноста процентов, то сейчас осталось меньше двадцати. Всё говорило не только о получении вводных по контракту, но и колоссального объёма другой информации неизвестного предназначения.

Попытка проникнуть в зашифрованные кластеры отозвалась резкой болью в висках, он безвольно опустил голову на руки, которые успел положить на стол. В затылке запульсировало, перед глазами поплыли красные круги, и замерцали тысячи звёздочек, как после хорошего удара.

Прекратив попытки узнать о дополнительном багаже знаний, появившемся словно ниоткуда в столь короткое время, парень решился задать первый важнейший для себя вопрос.

– Всё это хорошо, господин Неизвестный, – начал он, еле ворочая языком. – Но мы так и не поговорили об оплате моих услуг, – сказав это, снова обвёл окружающую пустоту взглядом, не намереваясь больше разговаривать до получения ответа на поставленный вопрос.

На этот раз пауза затянулась.

– Вы напрасно нервничаете, Рэй Бари. Я только что перевёл на счета вашей семьи сумму с девятью нулями. Думаю, этого хватит для безбедной жизни даже вашим будущим правнукам, причём не где-нибудь, а в особняке на столичной планете, который я уже купил и оформил на ваше имя, – совершенно спокойно проинформировал неизвестный.

– Н-да, это реально происходит со мной, и вы не убьёте меня после выполнения миссии? – уточнил пришедший в себя Рэй.

– А какой смысл тебя убивать? В случае твоей смерти ничего не изменится, – спокойно пояснил невидимый собеседник. – Это нерационально, мы так не поступаем. Ты мне нравишься, поэтому я подарю тебе один совет, и, желательно, чтобы ты к нему прислушался, потому что советов мы, как правило, не даём. Ты готов?

– Да, конечно, – ответил Рэй со всем почтением, на которое только был способен. – Почту за честь выслушать ваше наставление и исполню его в точности, – добавил в порыве уважения и восхищения собеседником.

– Чтобы ни происходило, не приближайся к грузу, который мы поместим в изолированный модуль, – Контролёр взял паузу. – Надеюсь, тебе всё ясно. Если так, встал, пошёл прямо к кораблю и на старт. Удачи, Рэй.

После этих слов освещение в комнате вспыхнуло и резануло по глазам. Парень не сразу понял, насколько темно было в этом месте всё время так называемого собеседования. То, что аудиенция закончена, уточнять парню не потребовалось…

Потом он вспомнил некоторые моменты знакомства с той, которую видит с капитаном странного корабля…

Он проверил груз, несмотря на запрет. Проник в запретное хранилище. Источники света на скафандре активировались автоматически. Как только уровень освещения позволил, Рэй огляделся. По центру изолированного грузового отсека установлена анабиозная камера неизвестной конструкции. Подойдя ближе, парень замер от увиденного.

Внутри лежит девушка в сером обтягивающем комбинезоне, выражение лица безмятежно, дыхание ровное. Многочисленные диаграммы контроля состояния на дисплее в изголовье подтверждают, что с объектом всё в полном порядке. Рэй поразился внешности спящей. Черты лица, симметрия, пропорции и правильность фигуры, все признаки красивой девушки бросились в глаза и приковали внимание. Не в силах оторваться, он разглядывал девушку до тех пор, пока не поступила информация о заканчивающейся дыхательной смеси. Пришлось срочно вернуться на борт интерстэллара.

Рэй ожидал от груза всего чего угодно, но никак не думал, что им может оказаться человек. Мысли его запутались. Логически не противоречивого объяснения по горячим следам парень не придумал, а копаться в корабельных базах с целью выяснения всех обстоятельств попросту не рискнул, боясь проколоться. Мысли о пассажирке в грузовом модуле не выходили из головы. Её образ буквально отпечатался в памяти во всех мельчайших подробностях. Он осознал, что наизусть может назвать количество складок на её губах…

Две недели полёта превратились в кошмар. Ежедневные поиски предлогов, чтобы добиться от искина разрешения проинспектировать изолированный модуль, и оставаться рядом с саркофагом столько времени, на сколько хватало дыхательной смеси.

Пытался проанализировать ситуацию, понять, почему так отреагировал на человека, по большому счёту не зная о нём ничего. Нормального ответа не нашёл, констатировал лишь одно – однозначную и бесповоротную влюблённость в неизвестную девушку. Влюблённость – граничащую с безумием…

Интермедия вторая

Морика Кирк не понимал, зачем груз отправили так далеко за пределы Содружества Пяти. Одно дело центральные пространства, где контрабанда ценится куда больше. Мысль, что человек в саркофаге имеет прямое отношение к нелегальным переброскам давно утвердилась. Иначе что, и самое важное – где можно найти что-то столь ценное, как не в зоне отчуждения галактики Шанрака. Судя по оплаченной сумме, это весьма дорого стоит.

Последний раз след интерстэллара исчез за границей, недоступной для полётов его рейдера. Не хватит ни топлива, ни ресурсов корабля, а главное жизни самого охотника. Отчаяние овладело Кирком. Он остался дрейфовать у места входа беглеца в подпространство, раздумывая над объяснением нанимателю. Потеря средств тяжела, но больше всего наёмника волновала репутация. Так прошло время.

Сигнал поступил от того же нанимателя, с указанием новых координат появления пропажи. Не корабля, а именно груза. Это случилась на границе обитаемой части Содружества. Судя по сведениям, объект до сих пор находится там. Приняв новые вводные Морика отправился в указанную точку, где попал в капкан, расставленный охотниками за рабами. Его связей хватило для радушного приёма, но этим всё ограничилось. Проверяя систему слежения, собранную специально под задачи единственного человека, охотник сопоставлял данные, пытался понять, куда отправился груз и кто теперь его владелец. Судя по всему это подготовленные люди, способные нанести ощутимый урон.

Рассказ Графа Роше, а следом подтверждение из уст Герцога Макен Тайла, члена верхней палаты парламента произвели впечатление. Человек единолично нанёс непоправимый ущерб сразу трём кораблям, один из которых принадлежит военному флоту экспедиционных сил Содружества.

– Я верю вам, друг мой, – в очередной раз слушая графа отвечал наёмник. – Это печально. Вспомните, откуда он попал к вам? Где его судно, если вы его пленили и принудили стать гладиатором?

– Я не слежу за каждым из ловцов, – раздражение графа находилось на пределе. – Мне это не нужно. А корабль могли уничтожить.

– Настоятельно советую провести опрос и найти пленивших, – Морика Кирк мог быть убедительным. – Мне нужны обломки его корабля, если он уничтожен.

– Это потребует затрат…

– Я покрою все затраты, – прервал гость хозяина. – Приступайте, вот аванс.

Суммы хватило для начала бурной деятельности по розыску сведущих, но охотник не обольщался и продолжал изучать крохи разрозненных данных, лично опрашивая тех немногих, кто контактировал с новым хозяином груза. Саркофага у графа нет, значит он всё ещё у неизвестного, или среди обломков его корабля.

Информация противоречива, данные биометрии, чудом сохранившиеся в местном медицинском комплексе, оказались более чем странными. Закралась мысль о новейших разработках в военной сфере. Или в области нейронных преобразований. Но что тогда представляет из себя груз, кто его ищет и зачем? Почему наниматель, зная о отправке всё, включая место старта, не позаботился и не перехватил ценность? С финансами такого уровня реально нанять армию, готовую на всё…

Глава 12

Закончилось моё одиночество в одночасье. Я по обыкновению дремал в капитанском кресле и думал на разные темы. Мне не давала покоя промелькнувшая информация о Контролёрах, загадка которых связана с истреблением человечества на Земле, и не только. Кто это такие? Почему меня перевели в ранг врага, если я толком им не сделал ничего. Симбионт внутри молчит, не даёт данных на эту тему, хотя по остальным вопросам регулярно получаю подсказки, вплоть до тонкостей конструкции корабля с рекомендациями по ремонту. Как так получилось, что обычный, ничем не выдающийся человек попал с Земли в космос? Как уснул, не заметил. Очнулся, увидел сначала лицо Пасечника, а затем и всю пухлую фигуру.

– Пас, ты чего не в стазисе? – задал правомерный вопрос, убедившись в отсутствии остальных.

– Я один, – ответил с беспокойством. – Холодно, – поёжился.

Машинально проверил показатели из его каюты и понял, почему друг вышел из принудительного сна. Я просмотрел крохотное повреждение его модуля жизнеобеспечения. Температура постепенно падала, а дойдя до неприемлемой аппаратура подала сигнал к пробуждению. Забеспокоился и проверил остальных членов экипажа. С ними полный порядок, единичный случай произошёл с одним членом, остальные спят в комфортной среде.

– Сейчас отогреешься, – подбодрил. – Включи систему скафа, полегчает. Не пойму, почему автоматически не активировался обогрев. Вот что, – решение созрело. – Иди переоденься в новый, на корабле кое-что произошло, вполне возможно твой экзокорсет повреждён, или сбоит.

– А где взять новый?

– Чёрт, ты же не получил всей сводки по Гексану, – вспомнил, что только я владею полной информацией за исключением Мелана. – По коридору, слева отсек, первый. Там всё есть.

Друг вернулся быстро, довольный и готовый к действиям. Только сейчас обратил внимание на панели обзора с белым пространством за бортом и замер, пребывая в смятении. Пришлось объяснить, как выглядит космос в подпространстве. Добряк идиотом не числился, всё понял без дополнительных вопросов.

– Мне кажется, что корабль сам изменил маршрут, – я проговорил догадку, посетившую незадолго до его пробуждения. – Жаль, что нет возможности разбудить Мелана. Странно, почему никто не может вмешаться в его сон. С остальными проблем нет, активируй побудку хоть сейчас.

– Он хотя бы человек? – логично поинтересовался друг.

– Кто его разберёт? – я пожал плечами вспоминая хранителя. – Информация закрыта. А факты таковы, что он ест, спит как люди, у него есть эмоции. Даже юморить пытается, – остановился припоминая другие факты. – Знает подозрительно много, секреты сплошные у него, особенно про четыре сотни лет. Надеюсь, все эти загадки просуществуют недолго.

– С ним потом. Слушай, перекусить хочется, – он встал с ложемента. – Пойдём, а?

Я успел лишь подумать над тем чтобы встать, как вжался обратно. Пасечник пошатнулся и поторопился вернуться на место. Окружение пришло в движение, начался выход из подпространства, в точности повторивший действия при входе. Мне удалось сдержать приступ тошноты, а друга вытошнило желудочным соком.

Нанопокрытие палубы избавилось от последствий, задействовав колонии уборщиков. Первый раз наблюдал их работу, впечатлился возможностями корабля ещё раз. Кроме того, поступили данные о благополучном завершении восстановления. Наниты уборщики не работали до этого, их основной блок контроля повредило ударом метеоритов.

– Почему я не удивлён присутствию бодрствующего капитана? – высказал Мелан, появившийся в рубке первым. – На каком основании измена точка выхода? – уставился на меня.

– То же самое хотелось адресовать в тебе, – я парировал наезд. – Мало одного изменения, оказывается разбудить хранителя невозможно. Объяснить нет желания?

– А мне незачем просыпаться по пустякам, – заявил недвусмысленно. – Я пробуждаюсь только в случае угрозы кораблю. Искин сам оценивает опасность, на основании чего принимает решение.

Перебранка грозила зайти в тупик. Остановил её Пасечник, обративший наше внимание на панели обзора и мониторы контроля. Мелан мельком взглянул, получил требуемую информацию и занял место слева от меня. Появились и остальные. Оли, без лишних вопросов, подключилась и через минуту владела ситуацией в полном объёме, готовая нести бремя моего помощника.

– Капитан, примите поздравления, – продолжил хранитель. – Судя по отчётам мы обязаны вам спасением и корабля, и жизней экипажа. Одно непонятно, почему вы со всеми не погрузились в стазис? – официальный тон меланхолика взбесил, но я сдержался.

– Гулял, – буркнул. – Что перед нами? – перевёл разговор ближе к реалиям.

– Перед нами преддверие галактики Ратанды. Обитель цивилизации разумных рептилий, – Оли первая предоставила справку. – Рош, система некогда бывшая столичной.

– Смею добавить, – Мелан вновь подал голос. – Акцент ставить нужно на слове «бывшая». Но это не главное. Тут вполне развитая инфраструктура, спокойно можем сделать нечто важное, без чего страдаем.

– Внимательно?

– Мы обновим корабельные базы, – не заставил себя ждать докладчик. – Надеюсь все заметили пробелы в навигационных данных по Содружеству. Не говоря о той части космоса, куда отправляемся исследовать координаты точек. С того времени, когда Гексан бороздил просторы прошло много времени. Прогресс не стоит на месте и вполне возможно обзавестись сносными картами. Если судить о трудолюбии в познании космоса у рептилоидов, то лучшего места, чтобы получить всё самое свежее из навигационных данных, поблизости не найти.

– Убедительно и доходчиво, – я согласился с хранителем. – Так, а куда мы конкретно?

– К планете Рош, в одноимённой системе и направимся. Осталось немного, мы вышли из подпространства очень близко, – Мелан охотно всё пояснил.

Определившись с курсом и приняв решение посетить бывшую планету столицу, занялись подготовкой к высадке. На этот раз хранитель приготовил очередной сюрприз в виде усовершенствований наших скафандров. Я не спорил, помня о произошедшем гладиаторском побоище. Список дополнений получили в виде пакета данных, для модификации нейроконтроля опциями и успокоились. Корабль с невероятной скоростью приближался к цели, времени осталось на принятие пищи и плановую проверку отремонтированных систем. По истечении получил множество комплиментов от всех, включая нашего корабельного меланхолика.

Планета предстала прямо по курсу через пару часов с небольшим. Необходимость аппаратного приближение отпала и панорама обзора демонстрировала картинку без изменений. Вполне обычная планета, если сравнивать с Землёй. Спутник имеется что насторожило, так как ассоциации с этими объектами неудачны. Суша, где преобладают водные пространства, горные массивы выделяются на поверхности каменными грядами, частично поросшие зеленью. Шапки льдов на полюсах. Всё согласно моего представления о планетах.

Решение оставить Гексан на орбите я воспринял настороженно. Но доводы Мелана вновь разбили мои сомнения. Корабль отличен от всех по конструкции, а привлекать излишнее внимание не в наших интересах. Согласился, ознакомившись с одним из малых шаттлов, предназначенных именно для таких целей. Вполне комфортабельный и надёжный корабль, разве что мест для сна экипажа не предусмотрено конструкцией, функционал судна другой.

Проходя рядом со спутником обратил на него внимание. Предчувствие беды проникло в сознание и прежде чем я озвучил мысль друзьям, Гексан тряхнуло так что клацнули зубы.

В всплывшем окне нейроуправления побежали строчки сухих сводок от корабельного искина:

«Дефлекторы развёрнуты. Мощность максимальная.»

«Обнаружены множественные цели.»

Голосфера контроля показала общую ситуацию. Нас преследуют быстроходные корабли в количестве двух двоек. Маркеры стремительно приближающихся торпед дополнили картину. Первый манёвр уклонения автоматика корабля произвела самостоятельно, дав нам время взять ситуацию под контроль. Росчерки импульсных зарядов окрасили окружение. Я спешно произвёл слияние нейроуправления и осмотрелся глазами корабля. Телеметрия и сенсорика стали моими органами чувств. Управлять в таком состоянии легче, из-за полного осознания возможностей корабля.

Первая двойка торпед пронеслась в опасной близости с брюхом, когда я провёл манёвр ухода, дождавшись максимального сближения. Это сработало. Детонаторы получили сигнал о достижении дистанции подрыва и сработали. Заряды, не задели нас, исчезнувших из места столкновения. Оружейные шахты открыл Мелан, проведя бортовой залп из разгонных орудий.

Перезарядка боеприпасов долгая, зато результат попадания разрушительный. Оторванная гондола с двигателем истребителя пронеслась вперёд, сам преследователь неуклюже закувыркался. Потоки воздуха под давлением вырываются, затягивая корабль в осевое вращение. Ведомый не успел среагировать вовремя и уходя от столкновения с ведущим подставил борт под импульсники Гексана. Дефлекторы истребителя сконцентрированы впереди к моменту соприкосновения с трассами зарядов, поэтому защиты должной не получилось. Несколько вспышек по борту, куски брони окутанные плазмой разлетелись, открыв второму залпу лишённые защиты внутренности. Через мгновение оранжевый шар подрыва поглотил преследователя.

Вторая двойка отступила лишь для того, чтобы дождаться ещё несколько групп, спешащих к месту боестолкновения. Я воспользовался преимуществом в скорости и увёл корабль ближе к спутнику, где приблизился к поверхности вплотную. Полёт на бреющем между гребнями кратеров, с вывороченными ударами метеоритов породами, затянулся. Однако плоды свои принёс, нас на время потеряли. Маскировка сработала, но энергетический след двигателей, работающих в режиме форсажа выдал положение. Дальнейшее произошло очень медленно, так как стресс привёл в действие мой режим трансзамедления…

Пучок боеприпасов разгонников ударил в борт, пробив защиту. Несколько зарядов, не встретив препятствий, прошли насквозь. Я наблюдал за происходящим словно сквозь пелену. Заряды проломили внешнюю броню, затем поддалась обшивка. Стена пошла трещинами, раскрылась техногенным цветком, пропуская внутрь боеприпас рельсотрона. Заряд раскаляется из-за запущенной цепной реакции подрыва, и не прекращает движения. К середине пространства рубки, он представлял из себя растущую сферу голубой плазмы, желтеющей к краям из-за сжигаемой воздушной среды…

Мгновение спустя противоположная стена исчезла, превратившись в мусор и обломки, выбрасываемые под давлением в космос. Кресла друзей уцелели, но перегрузки слишком сильные. Почти все ребята потеряли сознание. Усиленная симбионтом способность организма переносить перегрузки помогла справиться, принять единственное решение. Выбрав кратер направил корабль ко дну, рассчитывая скрыться из видимости и произвести посадку, но просчитался с оценкой полученных Гексаном повреждений. Маневровая система вспомогательных двигателей не сработала. Пропадая в забытье я ощутил всё как своим телом, из-за корабельной телеметрией и сенсорики. Удар получился мощным, с последующим кувырканием по дну. В итоге провал в полость пробитой стенки кратера, что находилась напротив точки первого касания с поверхностью…

* * *

Увиденное после обретения сознания шокирует. Рубка превратилась в кусок оторванного помещения с отвалившимися фрагментами внутренней обшивки, местами возникают разряды замыканий, осыпая порванную как бумагу палубу искрами. Каналы технических рукавов торчат, вывороченные и погнутые. Из разрывов свисают куски шлейфов, трубки испускают газ, из некоторых капают технологические жидкости, применяемые в поддержании жизнеобеспечения корабля. Ко всему прибавилась копоть от пожара.

Сводку разрушений смотреть страшно, отсутствие двух стен говорит само за себя. Это только тут, в рубке, а что творится в других отсеках… Экзоскафандры справились у всех членов экипажа, приведённые автоматикой в самый мощный режим защиты. Это помимо сработавшей индивидуальной защиты ложементов. Прозрачная бронированная наноматерия появилась из скрытых полостей, прикрыв тела дополнительно. Кресла превратились в изолированные коконы.

Скафы, когда явная угроза миновала, приняли форму средних по бронированию, для уменьшения неудобств передвижения. В данном положении пробираться через завалы и разрушения в тяжёлой броне весьма затруднительно. Активировал открытие защиты, выбираясь нашёл взглядом ячейки с оружием и хранилища инструментов первой необходимости. Часть утрачена вместе с фрагментами корабля, но пара-тройка отсеков целы. Уже хорошо.

Не вовремя посетил вопрос о причине нападения. В голову ничего из ответов не пришло, атаковали нас сразу, без попыток организовать сеанс связи и предъявлений ультиматума. Сомневаюсь, что Ротанда находится в состоянии войны, об этом Оливия знала бы, такие вещи не исчезли из её памяти, если подумать и вспомнить. Освещение так себе, источники автономные, тусклые. Что находится за проломом снаружи корабля непонятно, не видно ни черта. Отложил изучение пространства за бортом, занявшись командой.

– Шорох, ты что-ль? – Пасечник подал голос. – Помоги, а?

Голос друга раздался в шлеме, тактическая связь заработала автоматически.

– Нейроинтерфейс активен? Пас, учись управлять доступными средствами, – напомнил о самостоятельности.

– А, точно! – он спохватился. – Кавардак, голова кружится и окна интерфейса слетели. Восстанавливаю.

– Давай, шустрее выбирайся и подключайся, – подбодрил друга. – Поможешь с остальными прояснять ситуацию, – озадачил парня, глядишь на шок времени не останется. – Ты не ранен, кстати?

– Нет, вроде цел. Не помню последнего момента, когда корабль нырнул в кратер.

– Ничего интересного, расскажу или скину запись, – отмахнулся и отыскал остальных.

Я рассматривал нагромождение из кресел членов команды, целых, превратившихся в защитные коконы. Сорванные с мест ударом, они хаотично валяются у уцелевшей стены, вперемешку с кусками основной панорамы обзора и контрольных приборов. Целы все, о чём сообщают персональные коммуникаторы. Биометрические показатели доступны капитану, чем я воспользовался, проверив информационные сводки каждого. Ребята в полном порядке, произошла отключка сознания, и только.

– Пас, не стой истуканом, – ткнул друга в плечо. – Погнали, – я первым приступил к вызволению друзей. – Ну, берись тут…

– Угу…

Разбор затянулся на час с небольшим. В очередной раз выручили экзоскафандры с системой усилителей. Ворочать ложементы то ещё занятие, но мы справились, выстроив все коконы в ряд на палубе уцелевшей части рубки. Приступили к вызволению и привидению в чувство пострадавших. Ошарашенных и подающих признаки активности усаживали вдоль той же стенки. Вскоре все пришли в норму, инъекторы впрыснули убойные порции стимуляторов, ощутимо ускорив процесс.

– Как думаете, куда мы вломились? – задал вопрос сразу всем.

Оливия первым делом спрыгнула в пролом и уже оттуда подала голос, пригласив последовать её примеру. Не забыв собрать уцелевшее и распределив вещи между друзьями, я шагнул в темноту пролома. Внешние источники на скафандре осветили пространство частично, чего хватило для первого знакомства с новым окружением. Открытие последовавшее за беглым осмотром привело меня в замешательство.

Окружающие стены сооружения, куда мы пробили брешь, относятся к искусственным, что нуждается в дополнительном пояснении. Наличие инея и льда внесло ещё больше загадок. Пробоину завалило в результате внешнего взрыва преследующей нас торпеды, отрезав выход в кратер. Вопросительно глянул на подругу, а следом и на Мелана, как на самых продвинутых в коллективе. Немой вопрос расценили правильно.

– Рёбра жёсткости и фрагментарная конструкция. Материал стен близок к металлу, – начал перечисление хранитель. – Оливия, что можешь добавить?

– Это очень похоже на один из рукавов центральных шахт охладителей реакторов. Они выходят к поверхности и холод космоса великолепно справляется с задачей. Конденсат отводится и используется на нужды станции, если это станция конечно, – провела рукой по стене. – Иней, значит какой-то газ тут есть. Может и атмосферный, пригодный для дыхания, но экспериментировать не советую. Сейчас, по крайней мере.

– Может база в планетоиде? – вновь перенял эстафету Мелан.

– Пока не ясно, нужно больше информации, – бестия направилась вглубь. – Пойдёмте, тут ловить нечего.

Прошли не сказать что много. Канал тянулся прямолинейно, надоедая своим однообразием. Никакого мусора, всё чисто. Только иней на стенках и в некоторых местах откровенные сосульки. Оли, шедшая в авангарде остановилась, призвав к осторожности. Направление изменилось вниз, открыв взорам пропеллер принудительной закачки воздуха или газа. Лопасти вентиляционного оборудования вращались под действием восходящего потока. Сам двигатель не работает, только легче нам от этого не стало. Других выходов или ответвлений нет. Возвращаться показалось плохой идеей, поэтому друзья озадачились поисками вариантов спуска.

– Долго будете смотреть? – решение пришло спонтанно. – Здесь поработайте плазменными горелками, – я указал место.

– Поясни? – Пасечник недоверчиво осмотрел участок стены.

– Там полость, – ответил всем сразу. – Началась недавно, нейросканирование показывает наличие вполне нормального параллельного прохода. Возможно, это тоннель. Или канал для коммуникаций. Пока не вскроем – не узнаем.

Жмот присоединился к работе и они вдвоём шустро справились. Оли первой заглянула в прореху и сразу юркнула внутрь. Через пару секунд связалась с нами, доложив о приемлемом маршруте. Последовали за ней и оказались в узком коридоре, упирающимся в начало винтовой лестници, расположенной в вертикальной трубе, параллельно изгибу вентиляционной шахты.

Начали спуск преодолевая узкие пролёты с площадками. На некоторых попадались двери, наглухо запечатанные. Подумал, что их попросту заварили, если в космосе есть такие понятия. Интересно от кого или с какой целью? Спускаться пришлось довольно долго, пока не достигли небольшого зала. Тут пришлось выбирать одно из четырёх направлений.

– Я что-то слышала! – Гильда подала голос первый раз за всё время после крушения. – Это там, за стенкой.

– Ерунда, – Шиза отмахнулась. – Кто тут может быть?

– Но я слышала, – обиделась маркиза.

– Просто будьте внимательнее, – пришлось вмешаться. – Всех касается! Если услышите, или увидите что-то – сразу дайте знать.

Небольшой горизонтальный участок и вновь лестничные пролёты, но уже в обычной, прямоугольной шахте, более широкой. Тут двери на промежуточных площадках встречаются чаще, всё такие же непроходимые. Толщина внушительная, исключающая бесполезную работу горелками. Так продолжилось около двух часов, однообразного непрерывного спуска, с переходами и сменой направлений, пока не попали в тупик. Кроме разнокалиберных дверей ничего больше.

Вспышка плазмы, ударившей в дальнюю стенку подействовала как удар по голове. Не успел отреагировать, как Пас сделал ещё несколько выстрелов в глубь зала. Отстрелявшись он, не опуская оружия, направился к подозрительному месту. Прежде чем зазвучали возгласы друг вернулся, держа за хвост полукрысу, полуящерицу с заострённым гребнем на позвоночнике. Размер зверька с хорошего зайца, но вид противный до тошноты.

– Извините, – скромник отшвырнул гадость. – Напугался, – он пожал плечами.

– Это крысы, – констатировала Оли, переворачивая тушку ногой. – Редкий вид, кстати, на вкус не хуже ваших зайцев.

Проверять вкусовые качества нового блюда никто не захотел. Вид не то что отталкивающий, хуже я не встречал, не говоря о запахе. А может просто подруга издевается таким образом. Осмотрели коридор и обратили внимание на углубления по бокам, прикрытые решётками. Вскрыли и убедились в солидных размерах каналов, с кабелями и коробами тянущимися по дну.

Незамедлительно вверх взлетели оставшиеся решётки и проход обнаружили. Пришлось, конечно, ползти по трубе на четвереньках, но зато удалось преодолеть тупик и оказаться в нормальном помещении, с подобающей отделкой стен, пола и вполне цивилизованным освещением, работающим, хоть и тусклым. Дверь поддалась и мы вышли на балкон, с которого осмотрели поистине эпическое творение неизвестных.

Пирсы и площадки для летательных аппаратов всех типоразмеров, многоуровневые сооружения тянутся на всём протяжении видимого пространства. Некоторые носят функции административного назначения, с окнами и огромными прозрачными стенами, для лучшего обзора и контроля. Искусственная полость может вместить город, или даже не один.

Между отдельными элементами проходят трассы направляющих гравиплатформ. Рукава для пассажирского передвижения и бесчисленное количество техники. Манипуляторы на балках застыли в ожидании получения и распределения грузов. Антропоморфные погрузчики исполинских размеров ждут своих операторов. Более мелкие стоят в боксах или прямо посреди многочисленных площадок.

Одна конструкция оказалась пандусом с кораблём или транспортником, покоящимся в стапелях. Главные шлюзы исполина открыты. Во внутренних ангарах видны скопления грузов в цистернах и контейнерах, размещённых в вертикальных блоках и накопителях. Полное ощущение прерванной работы, словно все ушли минуту назад.

Ответвления комплекса сооружений соединяются с таким же, соседним. Далее наверняка есть ещё. Громадные лепестки шлюзов в потолке и на дне поражают. По самым скромным оценкам, малый из видимых около двухсот метров в диаметре. Дальше виден вход крупнее, способный принять грузопассажирский лайнер или военный фрегат.

– Если это не база, то тогда я не знаю, – я развёл руками.

– То, что это спутник, тебя не торкает? – Оли съехидничала.

– Привал! – дал команду. – Тут вполне можно дышать, я проверил показания. Среда пригодная, – сказал и касанием деактивировал шлем скафа.

Наноматерия раздалась, через секунду я вздохнул вполне нормально, сводно, полной грудью. Воздух достаточно чистый, кислород на приемлемом уровне, практически нет отличий от привычного, Земного. Разве что, влажность повышена, но это мелочи, зато есть возможность полноценно перекусить. Голод давно даёт о себе знать урчанием в желудке.

– Отлично! – Жмот первым последовал моему примеру. – Я займусь перекусом.

– Ага, прям ужас как тяжело концентрат развести! – хихикнула Оли, Гильда её поддержала.

– Всё дело в консистенции! – друг поднял вверх указательный палец. – Я лучший в своём роде!

Никто и не пытался спорить, усталость тоже взяла свою и все расположились вповалку вдоль одной из стен помещения. Мебели не обнаружили, только несколько распределительных блоков с аппаратурой.

Перекусили сносно, хоть и безвкусно. С ностальгией вспомнил ароматный мёд, а когда глянул на девушек, то отчётливо прочёл их беседу и в образах, и в мимике. Оливка взахлёб, исходя слюной рассказывала о натуральном продукте, вкуснее которого не встречала, хоть и не помнит почти ничего. Маркиза кивала, утверждая что знает о чём идёт речь.

Пару раз я был уверен, что девчата повыдёргивают друг другу волосы в ходе дискуссии, но всё обошлось. Следом за трапезой наступило время беспокойного сна. Пришлось обнимать сразу двух девушек. Гильда так и не смирилась с перспективой остаться рядом хоть с кем-нибудь из мужчин кроме меня. Её поведение перешло в разряд подозрительных. Тем не менее мы уснули.

Я очнулся от пристального внимания и открыл глаза. Передо мной стояло нечто, похожее по строению на человека. Неестественно длинные руки с пальцами, заканчивающимися отточенными когтями доходят монстру до колен. Затылок заострён и вытянут назад. Удлинённые челюсти поражают несколькими рядами зубов, а хвост имеет нарост в окончании, с шипами. Чудовище имеет мелкую броню, состоящую из узких чешуек, способных стать иглами. Зрачки смутили вполне человеческим видом.

Монстр не атаковал, но в его готовности к стремительной атаке нет сомнений. Он изучает, пристально, не моргая и не шевелясь смотрит, словно сканирует… Да, именно сканирует нас на ментальном уровне. Я инстинктивно вошёл в состояние транса, переключившись на другое восприятие пространства занялся поиском нитей сознания существа. Видимый спектр изменился, когда я прикрыл глаза. Способность видеть осталась, преобразившись и дав возможность отсечь лишнее, вычленить только нужное.

Первые потоки я обнаружил. Тонкие, еле уловимые и наполненные скорее интересом, чем агрессией. Попробовал настроиться на их пульсацию, чем встревожил монстра. Он оскалился, прижав острые уши, коих насчитал три пары и принял боевую стойку, озираясь по сторонам. Зверь не понял откуда исходят дополнительные ментальные нити. Прежде чем попробовать второе прикосновение к сознанию я настроился на положительные эмоции. Может он знает страх, который для него раздражитель? Так я вроде не показал, что испугался. Чудовище заклокотало…

Жуткий девичий визг ударил по нервам столь неожиданно, что даже монстр шарахнулся в сторону и следом вылетел из комнаты. Лихо цепляясь за стены спрыгнул с немалой высоты, исчез в сумраке между техникой и лабиринтами нижних ярусов. Вскочил и попытался проследить его путь, но попытка оказалась тщетна. Не успел.

– Шорох, миленький! – голос Оливки дрожит. – Что это было?

– Я обделался в скаф, – проинформировал Жмот. – Пас, ты как? – он посмотрел на немигающего, как и все остальные, друга.

Девчата верещат, причём бестия сильнее. Не похоже на эту строптивую девушку.

– Оли, не истери! – пришлось дать подруге лёгкую пощёчину. – Приводи в чувство личный состав! – пришлось заорать.

– Кроме меня, – Мелан совсем спокойно отреагировал. – Сдаётся мне, что тут есть обитатели крупнее крыс.

– Какое неожиданное умозаключение! – Оли всё ещё дрожит, но язвит по привычке. – Никто бы не догадался…

– Всё ребята, – пришлось приобнять девушек. – Собирайтесь, нам пора. И да, – глянул на Паса и остальных. – Мы тут не одни. Вопрос сколько тех, других? И что это такое, или кто? Про идеи пока не спрашиваю, нужно успокоиться.

Успокоились совсем не быстро. Парни наотрез отказались убрать импульсники и держат теперь их в руках постоянно. Девушки более сдержаны, ограничились тем, что не отходят от меня. Оли растрезвонила, что я вроде как общаться пытался с гостем. Еле переубедил.

Мы пробирались сквозь технические сооружения и площадки соблюдая максимальную осторожность. Прижимались к теневым участкам стен и пользовались любыми укрытиями, пока не достигли противоположной стены, похожей на ту, где вышли в комплексы. Почему я стремлюсь туда? Объяснить не могу. Предчувствие сработало, о чём поведал без утайки, не придумывая иных причин. Мне поверили и приняли маршрут за основу…

Глава 13

Наше тернистое путешествие проходит по лабиринтам коридоров и тоннелей, эпического по масштабам, сооружения. Понятия нейросеть и мозг представляют для меня одно и тоже. Оли лишний раз подтвердила наше отличие от остальных обитателей Содружества, делая акцент на отсутствии специальных имплантов. На вопрос, как правильно называть свою способность разума к принятию любого интерфейса и моделировании, девушка посоветовала оставить привычное «нейросеть». Спорить не стал, добавив «вариативная», как у Оливки.

Постоянное сканирование и поиск активных источников мозговых импульсов не приносят результатов. Возможно, что обитатели шифруются, узнав мою способность к пеленгу. Группа пробирается из одного комплекса в другой. Все сооружения однотипны и отличаются степенью бардака на ярусах, в помещениях и площадках распределения грузов. Проходя по очередному лабиринту технического соединения, обратил внимание на ответвление вглубь. Такие попадаются с завидным постоянством, как правило заваренные или запаянные наглухо.

В этот раз повезло, нет привычных клякс расплавленного материала на стыках. Удалось раздвинуть массивные створки дверей и подобраться к переборке, способной выдержать большое давление, или сдержать ударную волну. Внимательный осмотр принёс результаты. Перекрытие не опустилось в паз до конца из-за контейнера, вероятно свалившегося из захватов манипуляторов, направляющие которых проходят в каждом коридоре.

– Пас, попробуй пролезть, – я подвёл друга ближе. – Ты самый габаритный. Если сможешь, то мы следом.

– Точно! – Оли развеселила ситуация. – Детектор пропускной способности, – она шутливо подтолкнула засмущавшегося добряка. – Не обижайся, я любя, как самого харизматичного члена экипажа, и самого доброго!

– Что только не сделаешь ради… – он замешкался, покосился на меня.

– Договаривай, – усмехнулся помимо желания. – Я знаю о какой награде идёт речь! – тут уже не сдержался и откровенно улыбнулся, заставив друга покраснеть сильнее. – Да поцелуют они тебя, обе! Так ведь, Гильда? – глянул на маркизу, удивлённую поворотом беседы. – Ладно Пас, шутки в сторону, – я перешёл на серьёзный тон. – Лезь.

Наш персональный медвежонок покряхтел ради проформы и принялся за поручение. Пролез практически без труда, пришлось экзоскафандр перевести в режим лёгкого, бронированного по минимуму. Помогло и следующий разведчик приготовился. Мелан отстранил меня, заявив о важной роли капитана. Я внял его озабоченности, не стал сопротивляться, пропустив хранителя вперёд. Пять минут ожидания закончились призывом первопроходцев следовать за ними.

Все закрытые проходы ведут к магистралям, вполне подходящим под характеристику стратегических. Перед такой мы встали, оценивая пропускную способность. Несколько гравитационных направляющих соединены в одну. На путях покоится локомотив. Часть футуристического состава скрывается в тоннеле, тянущемся в обе стороны.

Это посадочный узел, или небольшая станция с несколькими перронами на ярусах, подвесными рукавами для пешего передвижения, эскалаторами. Выше и ниже расположены идентичные пути, площадки для габаритных грузов, персонала и пассажиров, всё соединяется переходами и лифтовыми направляющими. Определились, выбрав центральную артерию для продолжения похода.

Обойти локомотив не получилось, слишком мало расстояние до стен тоннеля, а проползти пару десятков метров между ним и полотном направляющей удалось. Дальше нас ожидает прямой путь, подсвеченный дежурными источниками со стен и свода. Двинулись после небольшого привала, как всегда затеянного для перекуса активистами Жмотом и Пасечником.

Я воспользовался моментом для беседы с молчуном Рэем. Его неотрывные взгляды на Оливию начали всерьёз беспокоить. Ладно бы парень предпринимал что-нибудь из активных действий, так нет же, молчаливое созерцание и поток мыслеобразов недвусмысленного содержания. Это всё, что от него исходит.

– Рэй, приотстанем? – больше утвердил чем предложил.

– Я знаю о чём ты спросишь, – он послушно снизил темп ходьбы.

– Так говори, раз знаешь.

– Да, она мне нравится, но это не то, – он пожал плечами. – Просто внутри что-то прострелило, хотя я полностью отдаю себе отчёт в несуразности. Ещё на своём корабле заметил исходящие от Оливии потоки энергии, – он честен, я прочёл его ауру. – Представляешь? Не с того не с сего, как параноидальный бред в голову влез, и всё! Вот, теперь борюсь с этим. Вашим взаимоотношениям ничего не угрожает с моей стороны, даю слово.

– Как ты терпишь? Я прикончить готов ради этой девушки, а ты? – я восхитился им и его монологом.

– А что я? Насильно мил не будешь, так земляне выражаются? – он ускорился, завершая диалог.

– Ну вот и поговорили… – задумчиво проводил его, потом спохватился и сам ускорил шаг.

Оливка, по традиции шедшая в авангарде, вновь подала знак остановиться. Связь работает, но мы решили не использовать её ближайшее время, не зная о местных обитателях всех подробностей. Задействовали нейрокоммуникации, и то, лишь в экстренных случаях, отдав предпочтение языку жестов. Повинуясь призыву приблизился к подруге, настороженно осматривающей завал впереди.

– Видишь?

– Знатная баррикада, – отметил очевидное. – Была!

– Направление обороны в нашу сторону, – начала сухо перечислять. – Защита продумана, куча режущих кромок, следы многочисленных попаданий импульсников на стенах и потолке. Тут проходили бои, но защитники не справились, – указала на брешь. – Что-то громоздкое прошло.

– Ну, у нас выбор небольшой, – я осмотрел подозрительный участок. – Вперёд или назад. А прошло, действительно, не совсем понятное, пробило и испарилось? Так не бывает, хотя не бывает и этого, – обвёл окружение. – Всего этого не существовало в моём понимании, до некоторого времени.

– Тогда, вперёд, – вынесла вердикт, дав сигнал остальным на выдвижение.

Тронулись дальше, преодолели первый поворот магистрали и упёрлись в опущенную переборку, способную выдержать ударную волну. Преграда оказалась непроходима, пришлось искать пути обхода, заглядывая в каждую трещину покрытий. Выручила способность определять полости. Найденный шлюз, заметить без дара невозможно. Сливается со стеной, без сенсоров замков, нет ручек и прочих примет наличия входа. Горелки пошли в ход.

Через этот неприметный шлюз попали в очень узкий ход, который вывел к своду одного из многочисленных комплексов. В этом располагаются производства, цеха и ангары я вычислил без труда. Далее надлежит перебраться через обширное пространство по узкому мосту, без перил и других поддерживающих безопасность конструкций.

Переход по балке на высоте тридцати этажей выдержали. Ход, близнец предыдущему, вывел в другую магистраль, пролегающую параллельно комплексу. Тут тоже есть баррикады, однако повезло с переборкой, оказалась поднята наполовину, обеспечив доступ дальше. Прежде чем переступить через воображаемую линию разграничения я почувствовал посторонние ауры в окружении. Нити сознания отчётливо прослеживаются, исходят от нескольких источников. Успел остановить Оливию, придержав за рукав…

– Чёрт, как их много! – Оливия приготовила штурмрэйл. – Как ты просмотрел?

– Я не всесилен, – следуя её примеру перевёл оружие в боевое положение. – Не забудь про режим пассивного сканирования, настроенный только на фиксацию маршрута.

Пока мы переговаривались остальные приготовились к отражению вероятной атаки. Кто на нас собрался напасть неизвестно, но догадки прозвучали, ребята вспомнили посещение стоянки монстром. Прежде чем первый из обитателей оказался в зоне видимости, в покрытии магистрали открылся люк. Появившийся человек мельком осмотрел нас и махнул рукой в жесте призыва. Дополнительного приглашения не потребовалось, через минуту отряд исчез, прикрыв за собой вход в узкий лабиринт.

Вопросы в спину задавать неудобно. Человек уверенно ведёт нас запутанными ходами к одному ему известной цели. Время затянулось, ходьба превратилась в бег, затрудняющий осмотр меняющегося окружения. Хорошо что я фиксирую и отражаю на трёхмерной карте маршрут. Полезная способность вселяет некую уверенность в будущем. Если что, назад дорогу всегда найдём. Остановились у лифтов. Проводник активировал механизм и через пару минут двери открылись. Вошли внутрь, где я сразу отметил лучшее состояние в окружении. Всё говорит о частом использовании и поддержании транспорта на должном уровне. Нет привычной копоти, следов спешного бегства, мусора вдоль стен. Проводник, не говоря ни слова, прикоснулся к сенсорам и начался затяжной спуск, завершившийся просторным залом.

– Как вы пробились сквозь заслоны рептилий? – спросил проводник, как только занял одно из кресел. – Хотя это теперь не важно, раз вы здесь.

– А где мы? – правильный вопрос возник у Паса.

– Это один из контрольных постов, – он активировал изображения на многочисленных мониторах.

Сразу на тончайшие панели внимания никто не обратил, как и на оборудование. На рабочие места по периметру зала внимательно взглянули только тогда, когда освещение усилилось. Это действительно похоже на пост, великолепно оборудованный и технологически продвинутый. Особенно поразил идеальный порядок.

– Мой друг не совсем точно сформулировал вопрос, – мне потребовалось подключиться к диалогу. – Имеется ввиду глобальный смысл. Вопрос не конкретно к этому помещению. Так как? Проясните?

– Первый раз вижу представителей «Контролёров» не знающих, куда прибыли, – показывая всем видом идиотизм ситуации заявил хозяин. – Может и цель визита мне вам рассказать? – совсем запутал ответом.

– Почему би и нет! – Шиза парировала в своём репертуаре.

– Да что не так? – раздражение появилось в его тоне. – Корабль отозвался на идентификацию, в следствии чего разрешено пересечь защитный барьер. Погоня автоматически самоликвидировалась. Корабль из списка допущенных, такие производились и на этой станции. Даже готовые образцы есть, достаточно укомплектовать хранителями и флот готов исполнять любые задачи. У вас есть хранитель, вот он, – жестом указал на Мелана. – Жаль что корабль не спасли, но это поправимо. Так вот, после ненавязчивого сканирования прибывших, биометрия показала, как минимум, присутствие одного контролёра. Все директивы исполнены верно, так что, – он развёл руками. – В этом отношении упрекать меня не в чем, а вопросы относительно происходящего на станции будут правомерны, – он продолжил без перехода. – Но я опять смогу всё объяснить. Тем более после того, как Контролёр отдаст распоряжение, все проблемы решатся. Не мне же вам объяснять, как это делается?

Я безвольно упал в кресло, смотря на Оливию, находящуюся в аналогичном моему состоянии прострации.

– Оли, к слову, а контролёром тебя назвали, – только и смог отметить факт. – Давай уже всё обсудим без излишних секретов. А вы, уважаемый, чёрте кто, – я грозно остановил оратора. – Помолчите. Возможность доклада ещё представится. Итак Оливка, отойдём, посекретничаем?

– Я правда не знаю, что ответить, – девушка опустила глаза.

Видя её высочайшую степень замешательства и полное отсутствие мыслей по теме, я не выдержал. Обнял красавицу, усадил себе на колени и смахнул скупую слезу, медленно катившуюся по её щеке.

– Дурёха, хоть и умная самая, и боевитая, и вредная безмерно, – начал снисходительно. – Пазл начинает складываться, – улыбнулся, стараясь успокоить. – Ты помнишь мой рассказ о твоём мутном прошлом, связанным с родителями?

– Продолжай! – голос Шизы обрёл привычную твёрдость.

– Трое твоих родителей, – сделал акцент. – Я сразу заподозрил в этом противоестественное. Так вот, всё сводится к одному из предков, наверняка давшему тебе другое начало, – проговорил догадку. – Контролёр есть в тебе, о чём утверждает наш хозяин. Предлагаю поговорить с ним, а выводы потом сделаем. Время потеряно много, а оно слишком дорого. Согласна?

– Тогда всех зови, – согласилась. – Нечего тайны делать среди друзей.

Коллектив собрался, расставив кресла вокруг хозяина. Лица сдержанные, в мыслеобразах каждого читаю непреодолимое предвкушение прикосновения к загадке, способной перевернуть мировозрение. Человек удостоверился в готовности слушать.

– Это станция выращивания клонов, – оратор вверг всех в ступор началом повествования. – Инициаторы её создания давно покинули как галактику, так и эту часть обитаемой вселенной. Законсервированный объект получил статус спящего, находящегося в глубокой конспирации, резервного и всех остальные характеристики из этой темы можно отнести к его сегодняшнему положению. Единственная лазейка оставлена для Контролёра, коим является эта прелестная девушка. Базы данных, хранящиеся у молодого человека, – посмотрел на меня. – Полные и подтверждающие все полномочия. Кстати, дайте распоряжение на зачистку станции от плодов неудачных экспериментов. До того как я остался единственным из научного состава, некоторые деятели пытались повысить боевые функции клонов, весьма неудачно. Всё у них получилось, кроме возможности контроля особей.

– Приступайте, – Оли автоматически распорядилась. – Но не уничтожайте, а изловите всех. Кто знает, может эволюция дала и им шанс? Судя по реакции одной из особей, они прогрессируют, – посмотрела на меня, ожидая подтверждения.

– Да, особь пыталась выйти на контакт, – пришлось подтвердить.

Человек развернулся к панелям, из стены выдвинулись две полусферы. На одну положил ладонь хозяин, ко второй прикоснулась Оливия, запустив процессы внутри всех комплексов станции. Мониторы ожили, демонстрируя залы с гроздями капсул. Они подсвечивались, давая возможность увидеть эмбрионы внутри. Количество невозможно подсчитать, как и объём занятых под плантации пространств. Хранитель удовлетворительно хмыкнул и лишний раз выразился в подтверждение правильности всех своих действий.

– Это займёт определённое время, – неотрывно следя в мониторы доложил хозяин. – Уверяю, всё будет готово в установленные сроки. Работа на верфях продолжится сразу после восстановления технического и инженерного персонала. Информационные базы и хранилища имплантов готовы к установке, так что не волнуйтесь, ваши планы исполнятся.

Перебивать его никто не решился. Тем более планы наши, точнее мои, не исключают такого бонуса, как флот с войсками. О земле и её проблеме я помню постоянно, а тут такая возможность обретения военной мощи. Как бороться с орбитальной группировкой я не знаю, как и о силах, сконцентрированных на Ометэи. Посему, пусть будут войска клонов, да хоть кого угодно, лишь бы в тему и сработало.

– Мне интересно, а корабль, когда выходил из подпространства, уже был запрограммирован на эти координаты? – шепнул на ухо Оли. – Или это совпадение?

– Уверена, что не совпадение. Заметил, как Мелан довольно выглядит? – скосила на обсуждаемого глаза. – Он знает больше чем мы считаем. Присмотримся к нему?

– Обязательно, – согласился с подругой. – Подозрительно спокойно он расстался со своим кораблём…

Выяснять дальнейшее посчитал бессмысленным. Этот хозяин не имеет представления о планах инициаторов. Его задача поддерживать работу и ждать визитёров с полномочиями. Об этом нам дали понять.

– А что вы можете предложить сейчас? – Мелан присоединился к разговору. – Интересует корабль с возможностями подпространственных переходов, – уточнил.

– А куда вы хотите попасть? – неожиданно переспросил хозяин станции.

– Вот координаты, – на одной из панелей пробежали строчки переданных данных.

– Хм. Есть способ лучше, – ответчик пожал плечами. – Смотрите.

С этими словами в центра помещения появилась голограмма космоса с мириадами звёзд, галактики разных форм заняли видимое пространство. Один участок приблизился, став узнаваемым для меня, точнее сопоставимым с теми данными, что перекочевали из массивов Рэя. Несомненно это Содружество Пяти, причём полная карта показывала всё, включая содержимое белых пятен базы Мелана. Мы завороженно смотрели на искрящуюся звёздную массу. В каждой обитаемой системе, привлекшей внимание, без труда отыскивался спутник, точнее станция как и эта, замаскированная под планетоид естественного происхождения. Пояснение не потребовалось. Перед нами развитая сеть, созданная неизвестными, хранившаяся в тайне, ключ от которой сгинул на Земле до поры до времени. Осталось понять взаимосвязь всей цепочки событий и понять задуманное инициаторами. Зачем им привлекать неизвестного Землянина к воплощению неопределённого пока мной плана? К чему всё? И главное, не дающее покоя – мы не одни владеем тайной. Есть тот, кто отправил Оливию, как носителя сущности контролёра в Солнечную систему, снабдив живым носителем зашифрованных до поры данных. Ещё и симбионт неизвестного происхождения чудным образом оказался у девушки. С многим придётся разобраться.

– Нам нужно попасть в эту систему, галактики Живан, если судить по карте. Это возможно? – Мелан указал точку.

– Это моя система! – Маркиза Гильда Брум не смогла сдержать эмоций радости. – Вы не обманули!

– Смысл обманывать. А если судить о сводке нашего любезного хозяина, – я припомнил подробности переданных данных по состоянию станции. – То времени, до её полной готовности, у нас валом. Посетим остальные для полноты картины, как считаете?

– Ты капитан, тебе и карты в руки, – Жмот отнёсся к предложению предсказуемо безразлично.

– Я всегда знал, что ты выведешь меня из пещеры на волю! – Пас витиевато выразился. – Я только за! Тем более столько новых наворотов, – мечтательно прикрыл глаза. – Уверен и ещё будут.

– Землю не забудем очистить? – Дикий подал голос. – Это ведь цель? Если да, то я с вами, – вдруг осёкся. – А и если не с вами, куда тогда? Пешком до дому?

Все захохотали представив абсурдную картину. Совещание закончили полным согласием с планом по освоению баз, решив о нелишнем бонусе в последующем освобождении Земли. У меня родилась ещё одна мысль, но я её не стал озвучивать.

* * *

Для подготовки переброса времени не понадобилось вовсе. Как оказалось, система телепортов поддерживалась в рабочем состоянии на всех станциях клонирования. Данные о готовности поступили с основного числа объектов, с некоторых пришли отчёты об ошибках. Не придали этому большого значения, а напрасно, как теперь выяснилось. Всё шло хорошо. В небольшом сферическом зале нас окутало синевой…

Вновь пространство изменилось. Мысли застыли при виде всё того же склепа в пещере с алтарём, но что-то добавилось в окружении видения.

– Не пытайся заговорить, Землянин. Я расскажу тебе кое-что, проливающее свет на события с твоей планеты, а ты решишь как поступать дальше…

Невидимая сущность приняла очертания фигуры человека, одетого в тунику из ярко-белого материала. Возникшее кресло приняло его в свои объятия, слившись воедино, как показалось.

– Большинство цивилизаций прошли через горнило уничтожения. Ваша не исключение. Все постоянно воюют, убивают и грабят, только продвигаясь в развитии, эволюционируя, происходит все уничтожения друг друга поразомну, но без изменения сути. На любой планете вслед за объединениями в общности возникает вражда, двигающая прогресс. Вы стремитесь к лучшему для себя. Испорченный глобализм, проблем общих нет, только личные. Вот вас и ломают, дают возможность взглянуть на цивилизацию с другой стороны, не единоличной, а общей, – он вздохнул устало. – И это ещё не всё. Казалось, люди поняли, объединились и прогресс зашагал вперёд неся благополучие и процветание. Угу, на какое-то время да. Потом история повторяется и нужна дубина для вправки мозгов. Заметьте, всегда через потери, смерти и уничтожение большей части населения. А иначе не доходит.

Снова пауза, слова с вопросами застряли у меня в горле, стало нестерпимо больно за всё, что произошло на Земле.

– Какой вывод сделают Земляне, от него и зависит будущее. Напрямую, без соплей и вздохов о былом. Но ты представляешь кое-что другое, совсем скоро от человека в тебе мало что останется, только оболочка. Советую как можно скорее осознать и принять эту ношу, не подведи предков, создавших вас…

Всё исчезло, словно кошмар, оставив в памяти сказанное и пот, выступивший холодными каплями на спине…

Через секунду мы оказались в воде, не успев отреагировать. Нахлебались знатно. Барахтались пока не догадались о функции плавучести скафандров. Только после этого оценили синеву простора моря и теплоту светила, в точности, как на картине у Пасечника в берлоге. Даже плавсредство видно на горизонте, правда без паруса, и другого вида, отличающегося футуризмом в обводах.

– Мы где? – сплёвывая воду выкрикнул Жмот.

С подошедшего судна показались лица удивлённых девушек, без сопровождения мужчин. Они окинули нас пристальными взглядами, особенно заинтересовала мужская часть моей команды. Затем прозвучал предсказуемый вопрос:

– Вы кто?

– Маркиза Гильда Брум, с друзьями! – сплёвывая воду представилась наша единственная, пока, титулованная особа. – Нам необходимо попасть к Императрице.

– Ваше сиятельство? – прозвучало с изумлением, сродни появлению привидения. – Вас давно перестали искать! Какое счастье, поднимайтесь на борт, скорее же!

– Скажи, ты у нас не дочка названной особы?

– А как ты догадался? – вдруг сделала хитрое выражение. – И по закону Империи Брум, ты станешь моим мужем, будущим императором…

Content

Алекс Нагорный
СКАЙРОК. Воздаяние паранормов

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13