Добрые дела Тоши и Часика

Веселая повесть

Виктор Иванович Песиголовец

© Виктор Иванович Песиголовец, 2018

ISBN 978-5-4490-5909-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

©Виктор Песиголовец

Добрые дела Тоши и Часика

Повесть

Глава первая, из которой мы узнаем, как состоялось знакомство Тоши и Часика

В городе Вишневый Рай, в просторном, очень уютном домике, стоящем на берегу прозрачной и тихой реки Марьяшки, жил семилетний мальчик Тоша. Он ходил в школу и уже заканчивал второй класс. Учился Тоша совсем даже неплохо, но, по правде говоря, иной раз из-за недостатка прилежания получал и не очень высокие отметки.

Жил Тоша с папой и мамой, которые работали в строительной организации. Папа умел все: класть кирпичи, штукатурить стены, клеить обои, устанавливать ванны и посудомоечные раковины. Но больше занимался плотницким делом: стелил полы, укладывал паркет, обшивал внутренние стены и потолки домов натуральным деревом, а также материалами, изготовленными из древесины. Мама же была маляром, но не простым, а старшим над девятью другими и называлась бригадиром.

История, о которой пойдет речь в этом повествовании, произошла в конце марта, когда у всех школьников начались весенние каникулы.

Был субботний день. Папа и мама оправились в соседний город навестить своих друзей. А Тоша ехать отказался. Дело в том, что он просто не мог оставить без присмотра приблудившегося два дня назад крошечного котенка, которого назвал Снежком за его белую шубку. Котенок очень плохо кушал, с охотой хлебал только молоко и подолгу дремал, скрутившись калачиком на коврике у камина.

Когда родители уехали, Тоша немного посидел возле спящего Снежка, а потом включил свой компьютер, решив полчасика поиграть в одну новую и весьма забавную игру. Но не успел — кто-то настойчиво позвонил в дверь.

— Кто там? — озадаченно спросил Тоша, выскочив в прихожую из своей комнаты.

— Да кто же, как не я! — весело ответили на крыльце.

По голосу было трудно определить, какой гость пожаловал — молодой или старый, добрый или плохой. Ясно было только одно — за дверью стоит мужчина, а не женщина.

— А что вам нужно? — поинтересовался Тоша.

Мужчина на крыльце сначала недовольно хмыкнул, а потом нетерпеливо воскликнул:

— Что за глупый вопрос? Я шел мимо, гляжу, у вас калитка нараспашку! Как не зайти?

Тоша выскочил в гостиную и вернулся оттуда с плетеным стулом. Приставил его к двери, залез сверху и посмотрел в глазок.

На крыльце стоял невысокий сухощавый парнишка в потрепанной курточке малинового цвета и черной кепчонке. На его длинной и худой шее висел серый шарфик. Незнакомец был лопоухим, длинноносым и оттого немного смешным. В его серых глазах, как показалось Тоше, светилась искорка то ли озорства, то ли доброго лукавства.

Спрыгнув со стула, мальчик на мгновение задумался, а потом оттянул задвижку замка, и дверь открылась.

— Ну, привет! — сказал незнакомец и, щурясь, стал бесцеремонно разглядывать Тошу.

— Привет! — поздоровался мальчик и, в свою очередь, уставился на непрошеного гостя.

— Войти можно? — спросил тот.

— А по какому делу вы пожаловали? — вопросом на вопрос ответил Тоша. И, на всякий случай, прибавил: — Или вам папу позвать?

Гость вдруг залился звонким смехом:

— И как ты собираешься это сделать? Ты думаешь, я не знаю, что твоих родителей нет дома, что они на вашей новой машине укатили в гости?

— Вы что, специально следили за нашим домом? — испугался мальчик и уже собрался было захлопнуть дверь, но незнакомец шагнул через порог в прихожую и добродушно улыбнулся.

— Не бойся! — успокоил он Тошу. — Я ничего плохого делать не собираюсь. Наоборот, хочу с тобой подружиться. Я ведь все о тебе знаю: и как тебя зовут, и в какую школу ты ходишь, и в какой класс. Я даже знаю одно твое потаенное желание.

— И какое же? — мальчик с недоверием покосился на визитера.

— Ха! Ты хочешь заполучить рогатку твоего одноклассника Васьки Воропаева! И мечтаешь научиться из нее метко стрелять!

Парнишка стоял подбоченившись и с ухмылкой на тонких губах наблюдал за тем, какую реакцию на мальчика произвели его слова.

А тот удивленно хлопал ресницами: ему действительно страстно этого хотелось, и он уже второй день размышлял над тем, на что можно попытаться выменять у Васьки его чудесную рогатку: на перочинный ножик с перламутровой колодочкой или на черный пластмассовый пистолетик.

— Верно! — вынуждено признался Тоша и, отступив в сторону, неуверенным жестом пригласил незнакомца в гостиную.

Тот без лишних церемоний проследовал туда, снял кепчонку, сунул ее в карман курточки и опустился в одно из мягких кресел. Затем откинулся на спинку и блаженно потянулся.

— Хорошо тут у тебя! Уютно, тепло.

— А у вас дома что, холодно? — страх и неуверенность почти покинули мальчика, и он опять стал с интересом рассматривать гостя. Сколько же ему лет — как двоюродному брату Даньке или меньше? Нет, определенно меньше! У брата под носом уже виден пушок, который скоро придется сбривать, а у этого на верхней губе ничего нет. Но зато он чуть выше ростом…

— У меня дома тоже хорошо! — парнишка размотал шарф на своей тонкой шее и почесал ее двумя пальцами возле немного выпирающего кадыка. — Кстати, я живу в другом городе, а сюда приехал, чтобы навестить свою чудесную бабушку.

— И где же находится ваш город? — поинтересовался Тоша, присаживаясь на краешек дивана.

— На побережье! — ответил гость. — Совсем недалеко от моря.

— Какого моря?

— Синего!

Мальчик округлил глаза:

— А что это за море такое?

— Черное! Именно так оно называется, хотя с виду — синее, особенно летом! — улыбнулся парнишка. И со вздохом посетовал: — Жаль, что мой дом находился не здесь, а то я бы обязательно пригласил тебя в гости. Показал бы тебе свою коллекцию разных часов — настенных, напольных, настольных, наручных и карманных. У меня их больше сотни.

— Больше сотни часов? — в очередной раз удивился Тоша. — Интересное у вас хобби и редкое. Среди моих знакомых нет никого, кто бы коллекционировал часы.

— Да ну? — не поверил гость. — Коллекционированием часов увлекается множество людей. Это ведь очень приятное занятие. К тому же иметь в доме много часов крайне полезно.

— Вы так считаете?

— Да, я так считаю! — в глазах незнакомца вспыхнули искорки задора и чего-то такого, очень похожего на вдохновение. Он продолжил почти торжественно: — Даже не представляю, как бы сложилась моя жизнь, не имей я своих часов! Без них я, наверно, чувствовал бы себя глубоко несчастным человеком.

Мальчик не нашелся, что сказать в ответ и лишь неопределенно пожал плечами. Ему подумалось, что следовало бы чем-нибудь угостить парнишку, ведь он, как ни крути, гость, а гостей принято потчевать чаем.

Тоша вскочил с дивана, и предложил:

— А давайте выпьем чаю!

— Это можно! — с энтузиазмом согласился парнишка и от удовольствия даже потер руки. — Чай — это самый полезный напиток из всех, которые я знаю. Он даже полезней лимонада.

Мальчик побежал на кухню, достал из серванта две чашки и сахарницу, а из ящика стола — две чайные ложечки. Потом метнулся к тумбочке, на которой стоял электрочайник и включил его. Через минуту чайник зашипел, затем в нем забулькало, и он отключился.

— А разливать кипяток по чашкам буду я! — проговорил гость, который, как оказалось, стоял в дверях кухни и наблюдал за действиями Тоши. — Где у тебя чай?

Мальчик указал на один из навесных шкафчиков:

— Там! На нижней полке пачка рассыпчатого черного чая, а на верхней — пачка зеленого в пакетиках. Он с жасмином. Берите себе, какой хотите. А я буду зеленый чай. Он очень вкусно пахнет…

— Я тоже буду зеленый, раз он с жасмином! — парнишка бросил в чашки по пакетику и залил их кипятком. Затем снял крышечку сахарницы и вопросительно взглянул на мальчика: — Тебе сколько ложечек сахару класть? Побольше?

Тоша кивнул.

— Понял!

Когда чай был готов, они взяли свои чашки и вернулись в гостиную.

Некоторое время сидели друг против друга и молча пили душистый напиток.

— Кстати, я забыл представиться, — парнишка поставил свою чашку на журнальный столик, подхватился и, церемонно поклонившись, гордо произнес: — Я ни кто иной, как сам юный господин Часик, широко известный в определенных кругах коллекционер часов! — и помолчав несколько секунд, прибавил уже более будничным голосом: — Но тебе не надо называть меня господином, мы ведь совсем скоро станем закадычными друзьями. Называй меня просто Часиком и обращайся ко мне на «ты». Договорились?

Тоша утвердительно кивнул. И тут же осведомился:

— Часик — это имя или фамилия?

Гость широко улыбнулся:

— И то, и другое!

— Но разве так бывает? — засомневался мальчик.

— Еще как бывает! — заверил парнишка и опять принялся за свой чай.

Немного помявшись, Тоша задал вопрос, который в этот момент интересовал его больше всего:

— А чем ты, Часик, занимаешься, кроме коллекционирования часов?

Его лицо вмиг преобразилось, с губ исчезла ироническая улыбка, глаза наполнились светом благородства и тихой радости.

— Я потомственный благодетель! Постоянно делаю добрые дела! — произнес он негромко, но очень торжественно.

Мальчик невольно улыбнулся:

— Вот так ходишь и делаешь добрые дела?

— Да, хожу и делаю, а иногда сижу и делаю или лежу и делаю! — ответил Часик уже спокойно и пристально взглянул Тоше в глаза. — А ты пробовал делать добрые дела?

— Ну, не знаю, — задумался он. — Смотря, что считать добрым делом. Я, например, часто помогаю папе ухаживать за машиной, а маме — поливать комнатные цветы. А еще я дважды бегал в магазин за хлебом для нашей соседки бабушки Таи, она старенькая и уже плохо видит… Это добрые дела?

— Безусловно! — отчеканил гость. И похвалил: — Ты молодец!

Когда они допили чай, Тоша отнес чашки на кухню, ополоснул их под краном и спрятал в сервант. А вернувшись в гостиную, сразу спросил:

— Ты сказал, что иногда делаешь добрые дела сидя или лежа. Но разве это возможно?

Часик широко улыбнулся:

— Ну, конечно, возможно! Вот представь: ты вяжешь для своей мамы теплый шарфик. Или пришиваешь к папиной рубашке оторванную пуговицу. По-твоему, этого нельзя сделать сидя или лежа?

— Конечно, можно! — засмеялся мальчик. — И как я об этом не подумал?

Глава вторая, из которой мы узнаем, как Тоша и Часик делали свои первые добрые дела

— Думаю, пора нам сделать вместе какое-нибудь доброе дело! — сказал Часик, когда они с Тошей выпили еще по одной чашке чая с жасмином и вдоволь наговорились.

— Да, пора нам сделать доброе дело! — согласился мальчик. — А какое?

Часик поднял указательный палец и, потрясая им, стал говорить:

— Начинать нужно, как и положено, с самого простого! А самое простое доброе дело — это сделать скворечник! Но, конечно, одного такого доброго дела на двоих будет маловато. Поэтому сделаем два скворечника.

— Идет! — обрадовался Тоша.

Он представил, как берет в руки молоток и забивает гвозди в мягкую, податливую древесину. У папы это получается очень легко, очень красиво…

— Итак, решено, делаем два скворечника! — подытожил Часик. — Где у тебя инструменты и доски?

Мальчик озадаченно почесал затылок:

— Инструменты в гараже. А вот доски… Не знаю, где их взять…

— Веди меня в гараж! — скомандовал Часик. — На месте сориентируемся.

Гараж оказался не запертым. Папа так спешил, что даже ключи оставил в замке. Хотя обычно никогда их там не забывал, всегда прятал в ящичке трюмо в прихожей. Тем более что в связке ключи не только от гаража, но и от сарая, где лежит садовый инструмент, а еще — от летней кухни и бани.

Войдя, в просторное помещение, в котором возле стен стояли несколько шкафов и столиков, а также маленькая пилорама, Часик даже присвистнул от удивления. Его глаза вмиг загорелись.

— Вот это местечко! — проронил он, как бы сам себе, с интересом оглядываясь по сторонам. — Здесь есть все условия для того, чтобы делать и делать добрые дела!

Тоша подошел к самому большому шкафу и, открыв обе дверцы, чтобы его содержимое увидел Часик, со знанием дела сказал:

— Здесь мы найдем все, что нам нужно для изготовления скворечника.

— Скворечников! — веско поправил приятель. И напомнил: — Мы же решили сделать два добрых дела, а не одно.

Он взял с полки молоток, слесарные щипцы, снял с крючка, приваренного к внутренней стороне дверцы, маленькую ножовку и положил все это на бетонный пол. Затем нагнулся и, поковырявшись в большой металлической коробке, стоящей на самой нижней полке шкафа, выудил горсть гвоздей разных размеров и тоже бросил у своих ног.

— Инструменты приготовлены, — удовлетворенно констатировал Часик. — Теперь давай искать что-нибудь деревянное, пригодное для изготовления скворечников.

Они походили по гаражу, заглянули во все углы и даже за шкафы, но ничего подходящего не обнаружили. И тут взгляд парнишки упал на новую, еще не выкрашенную дверь из тонких досок, которая лежала на полу у дальней стены гаража, кое-как прикрытая куском брезента.

— Так вот же материал! — воскликнул Часик и, опустившись на корточки перед дверью, стал сдирать с нее брезент. — Да, это именно то, что нам нужно!

— Нет, нет, нет! — запротестовал Тоша. — Эту дверь папа сделал для нашего сарая, потому что старая подгнила и нуждается в замене.

— Так ты теперь прикажешь отложить наше дело, что ли?! — округлил глаза от удивления Часик. — Нам эта дверь намного нужнее, чем какому-то там сараю.

— Но папа… — попытался возразить мальчик.

Однако приятель не стал его слушать:

— Мы сейчас разберем эту штуку на дощечки, распилим их на кусочки и сделаем два скворечника!

Тоша опять попытался сказать, что папа страшно рассердится, если они испортят дверь, но Часик остался непреклонным:

— Я думаю, что твой папа все поймет! — заявил он, уже привычно потрясая в воздухе указательным пальцем. — Не может такого быть, чтобы взрослый человек не понял стремления своего сына и его друга совершить доброе дело — предоставить кров небесным птицам!

Скрепя сердце, мальчик сдался.

Часик довольно долго возился с дверью, оказалось, что разобрать ее не так просто, как ему думалось. Наконец, он управился и, вытирая обильный пот со лба рукавом курточки, одобрительно заметил:

— Дверь была сколочена очень крепко! Твой папа — классный мастер!

Тоша в ответ лишь сокрушенно вздохнул. Во-первых, ему было жалко папиного труда, вложенного в эту, теперь уже бывшую, дверь. А во-вторых, мальчик побаивался папиных нравоучений, а также маминого гнева, за которым могло последовать наказание — запрет садится за компьютер в ближайшие два, а то и три дня.

Постояв с минуту в раздумье над кучкой дощечек, парнишка потянулся, снял свою кепчонку, швырнул ее на какую-то бочку в углу гаража и опять опустился на корточки.

— Нам нужно отпилить двенадцать одинаковых по длине дощечек — по шесть на каждый скворечник, — проговорил он, деловито оглядывая ножовку. — Потом отпилим четыре квадратика — это будут пол и крыша. Понадобятся еще две дощечки подлиннее. Мы прибьем их по одной к каждому скворечнику; эти дощечки потом прикрутим проволокой к стволам деревьям в сквере, который находится в конце вашей улицы. И все — два добрых дела сделаны!

— Ты, я вижу, очень опытный изготовитель скворечников! Знаешь точно, сколько чего понадобится, — похвалил приятеля Тоша. И это не было с его стороны лестью, он действительно так считал.

Но Часик отрицательно покачал головой:

— Я никогда раньше не занимался такими простыми добрыми делами, как изготовление скворечников, — признался он. — Это мне логика подсказывает, сколько нужно дощечек и квадратиков на эти птичьи домики.

— Кстати, а ты уверен, что в них поселятся скворцы? — вдруг спросил мальчик и этим вопросом немного расстроил Часика.

— Да какая разница, кто поселится — скворцы или не скворцы?! — с досадой воскликнул он, бросая на пол ножовку. — В сквере полно бездомных птиц! И если наши скворечники станут жилищем для каких-нибудь других пернатых, например, воробьев, то и что с того? Разве они, эти юркие сорванцы, не заслуживают, что бы мы сделали для них доброе дело?

Понимая, что брякнул лишнее, Тоша решил немного разрядить обстановку и миролюбиво произнес:

— Да, все верно! Пусть в наших скворечниках живут те птицы, которые еще не нашли себе кров…

— Именно так! — улыбнулся парнишка и, подобрав ножовку, кивком головы указал приятелю на невысокий табурет, который стоял возле одного из столиков: — На полу пилить неудобно, нужна какая-нибудь подставка.

Мальчик принес ему табурет, а потом отошел в сторонку, чтобы не мешать.

Часик пилил с большим рвением, то и дело, поплевывая на руки, как заправский мастер из старых кинофильмов. Однако зубья пилы только скользили по древесине, не оставляя на ней более-менее заметных следов.

А когда он резко усилил нажим, полотно ножовки, жалобно звякнув, попросту треснуло посередине. Удивленный и немного приунывший из-за потери папиного инструмента, мальчик понял, что его приятель, по всей вероятности, никогда до этого не занимался плотницким делом.

Перемену в настроении Тоши Часик, конечно, заметил.

— Ну, прости! — виновато улыбнувшись, извинился он. — Как говорится, лес рубят, щепки летят, сам понимаешь… Но ничего такого уж страшного не произошло — вон, на дверцах шкафа висят еще две ручные пилы…

— Ты что, никогда не держал в руках ножовку? — со вздохом поинтересовался мальчик.

Человечек отрицательно замотал головой:

— Конечно, не держал! Моя стихия — занятия посложнее! Я, уж прости за высокопарные слова, птица высокого полета!

— Понятно! — проговорил Тоша немного недовольным тоном. И, помолчав, прибавил: — Мне тоже больше не хочется заниматься простыми добрыми делами.

— Хочется или не хочется — сейчас не имеет значения! — рубанул рукой воздух Часик. И, указав пальцем на кучку досок, заявил: — Мы обязаны доделать то, что начали!

— Конечно, мы доделаем! — не очень решительно заверил мальчик. И, немного подумав, прибавил: — Только пилить теперь буду я! Меня папа научил.

Парнишка досадливо поморщился:

— Не доверяешь? — и тут же признался: — Что ж, ты имеешь для этого все основания. Но чем я займусь?

Кроме работы с ножовкой, оставалось еще одно-единственное действие, и как раз оно нравилась Тоше больше всего. Но ради нового друга он без лишних раздумий пошел на жертву. С тоской поглядывая на молоток, валяющийся возле скомканного куска брезента, мальчик предложил:

— А ты собьешь из дощечек, которых я сейчас напилю, домики для птиц! С этим-то ты, справишься?

— Запросто! — пообещал повеселевший Часик, расправляя свои узенькие плечи. — Я за свою жизнь, чтобы ты знал, забил немало гвоздей!

Мальчику пришлось изрядно повозиться, но уже через час заготовки для скворечников лежали посреди гаража, разделенные на две кучки. Правда, даже при беглом взгляде, было видно, что дощечки отпилены неровно.

— Дальше действовать буду я! — не без пафоса заявил парнишка. — А ты садись на табурет, отдыхай и наблюдай за тем, как работают опытные мастера!

И он приступил к делу.

Трудно сказать, сколько гвоздей ушло на изготовление первого скворечника, но явно намного больше, чем это требовалось. При этом почти все они, пробив доски насквозь, торчали наружу в разные стороны. Часик сильно исколол ими ладони. К тому же он умудрился дважды ударить себя молотком по пальцам левой руки — указательному и большому, ногти на них посинели.

Однако парнишка нисколько не унывал.

— Вот, первое доброе дело, считай, сделано! — отрапортовал он, с гордостью взирая на плод своего труда.

Тоша долго смотрел на кое-как сбитый ящичек, который Часик считал подходящим жильем для пернатых, и озадаченно почесывал затылок. Потом не выдержал, глубоко вздохнул и задумчиво спросил:

— А как птицы будут попадать внутрь?

Парнишка сначала всплеснул руками, а потом хлопнул себя ладонью по лбу:

— Об этом я не подумал! — Он опустился на корточки перед скворечником и взял в руки молоток. — Сейчас я отобью эти две дощечки и в каждой вырежу полукруг. Потом приколочу их на место, и получится круглая дырочка — вход в домик!

— И чем же ты будешь вырезать эти полукруги? — осведомился мальчик. В его голосе чувствовалась плохо скрытая ирония.

— Как это чем? — удивился Часик. — Ножичком, конечно!

— Отверстия в досках ножом не делают! — со знанием дела возразил Тоша. — Для этого есть долото!

Он направился к ящику с инструментами и быстро нашел на одной из полок то, что ему было нужно.

Потом вернулся к скворечнику, легонько отстранил приятеля. И осторожно, боясь пораниться, отодрал от скворечника с помощью щипцов две передние дощечки. Тут же положил одну на пол и, споро орудуя долотом и молотком, сделал в ней что-то похожее на полукруг. Затем выбил такой же на второй дощечке.

— А я пришпандорю их на место! — завил Часик. — Ты же видишь, забивать гвозди я умею.

Мальчик ничего не сказал, только тихо вздохнул. И отошел в сторону, уступая место парнишке.

Второй скворечник получился гораздо лучше, хотя изъянов в нем тоже хватало.

Они взяли в сарае раздвижную стремянку, захватили свои изделия, моток проволоки и отправились в конец улицы, в сквер.

Бабушка Тая, вечно торчащая у калитки, провела юного соседа и его приятеля недоуменным взглядом, что-то недовольно пробубнила себе под нос и поковыляла на улицу — ей, наверно, хотелось увидеть, куда же они пошли.

Уже возле самого сквера Тоше и Часику встретился полицейский. Он остановился и, указав пальцем на ящички, которые нес мальчик, нарочито удивленным голосом поинтересовался:

— Неужели это скворечники?

— Да, это именно они! — подтвердил Часик, гордо выпятив свою узкую грудку.

— А где вы их взяли? — глаза полицейского уже вовсю искрились смехом. — Наверно, приобрели у какого-то опытного мастера?

— Сами сделали! — ответил мальчик немного обиженно.

А Часик с пафосом прибавил:

— Мы в эти скворечники душу вложили! А то, что они, может быть, не очень красивые, так вот что я вам скажу: главное ведь не форма! Главное, что птицам в этих домиках будет вполне уютно и комфортно! Надеюсь, вы со мной согласны?

— Согласен! — полицейский на мгновение встал по стойке смирно, козырнул и, смеясь, пошел своей дорогой.

Через час довольные друзья сидели в гостиной Тошиного дома и, переговариваясь, пили душистый час с жасмином.

Глава третья, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик делали кормушку для птиц и что в нее положили

На следующий день было воскресенье.

Утром, сразу после завтрака папа и мама уехали на дачу — начинался огородный сезон. А Тоша напоил молоком Снежка и стал с ним играть. Но котенок вскоре уснул у пылающего камина, и мальчик решил немного почитать папину спортивную газету. Только взял ее в руки и прилег на диван, как пришел Часик.

— Привет! — бодро поздоровался он, быстрым шагом входя в прихожую. Два пальца на его левой руке были забинтованы. — Надеюсь, родители не сильно тебя ругали за дверь?

— Привет! — ответил Тоша, улыбаясь во весь рот. Он очень обрадовался приходу своего нового друга, хоть вчера и получил из-за него хорошую взбучку от папы и мамы. Но, разумеется, рассказывать о ней не собирался. Наоборот, сделал вид, что ничего такого не произошло: — Да, в общем-то, все в полном порядке!

— Ну, вот! А я тебе что говорил! — весело воскликнул Часик. — Твои родители прекрасно поняли, какой ты у них добродетельный мальчуган!

Войдя в гостиную, они сели, как вчера: Часик — в кресло, а Тоша — на краешек дивана. Но обоим не сиделось.

— Кажется, мы попусту теряем время! — заметил гость, когда они без особого энтузиазма поговорили минут пять о том, о сем. — Нужно спешить делать добрые дела!

— Нужно! — охотно согласился мальчик. — Но больше дверей у нас нет.

— И не надо! — заявил парнишка. — Ведь от той вчерашней двери кое-что осталось…

— Осталось, — вздохнул Тоша, вспомнив вечерний разговор с родителями. — Папа сказал, что щепки от двери пойдут на растопку камина…

Часик, как ужаленный, вскочил с кресла.

— А где они? Надеюсь, их еще не сожгли?

— Нет, они в сарае, вместе с дровами, — пояснил мальчик.

— Показывай! — распорядился гость. — Там были, кажется, две или три целые дощечки. Мы сделаем из них кормушку для птиц. Какое-никакое, а доброе дело! А потом придумаем еще что-нибудь. Я даже знаю, что именно, но об этом — потом.

Друзья взяли связку ключей из ящичка трюмо и потопали к сараю.

Сверху на куче дров для камина лежали остатки двери. Часик сразу выхватил из этого хлама три дощечки длиной сантиметров по двадцать пять и одну значительно короче. Осмотрел и с радостью констатировал:

— Из этого получится прекрасная кормушка для птиц! Только у нее должны быть бортики…

— А вон же валяются старые оконные штапики! — подсказал Тоша, показывая пальцем в угол сарая, где были разбросаны с десяток почерневших узеньких деревянных реек. — Из них, я думаю, вполне получатся эти самые бортики.

— Безусловно! — согласился парнишка. — Захвати несколько штук. А ты — молодец, разбираешься в кормушках!

На этот раз они возились недолго. Уже через полчаса что-то похожее на миниатюрный щит было готово.

Часик придирчиво оглядел его со всех сторон и удовлетворенно крякнул. Потом попросил у Тоши четыре маленьких гвоздика, вбил их по углам кормушки и начал рыскать по гаражу в поисках веревочки, толстой нитки или проволоки. Но ничего такого парнишке на глаза не попадалось.

— Как же мы повесим кормушку на ветку? — сокрушался он, ударяя себя руками по бокам. — Найти бы где-нибудь обрывок бельевого шнура или хотя бы рыболовную леску!

Причитания друга вскоре надоели мальчику, и он побежал за веревочками в дом. Но вернулся оттуда с пустыми руками:

— Ничего подходящего я не нашел! Даже обычных ниток. Их куда-то мама положила, а я не знаю, куда…

— Как так, ничего не нашел? — удивленно округлил глаза Часик. — Я же видел возле входной двери кроссовки, а на них — красивые беленькие шнурочки. Нам они вполне подойдут!

— Да ты что! — опешил мальчик. — Это же папины любимые кроссовки!

— Ну, так пусть папа купит себе новенькие шнурки! — криво усмехнулся парнишка. — А старые пойдут на наше доброе дело!

Не сразу, но Тоша все-таки согласился. Он сходил в дом, вытянул из папиных кроссовок шнурки и принес в гараж. Часик сразу же привязал их к гвоздикам на кормушке.

А потом друзья пошли за дом, в небольшой сад, и повесили свое изделие на ветку раскидистой груши.

— А что мы положим в кормушку? — спохватился мальчик. — У нас дома есть пшено, подойдет?

— Конечно, подойдет! — качнул головой парнишка. — Тащи пшено, хлебные крошки! Можешь и мелочи немного захватить!

— Мелочи?! — изумленно переспросил малыш. — Зачем она птицам?

— Ну, ты даешь! — хохотнул Часик. — Скажи, ты бы отказался от горсти мелочи?

— Наверно, не отказался бы, — неуверенно проговорил Тоша. — Но я же не пти…

— А с чего ты взял, что птицы откажутся? — не дал договорить приятель. И, наставительно подняв указательный палец, непререкаемым тоном прибавил: — Деньги, мой друг, пусть и мелкие, никому не помешают! Даже воробьям!

Мальчик не стал спорить, только недоуменно пожал плечами и побежал в дом. В кухне от буханки хлеба отрезал приличный ломоть, положил в карман, в недрах шкафов отыскал полупустой пакет с пшеном и сунул его за пазуху. А потом заскочил в свою комнату и начал изо всех сил трясти над кроватью гипсовую свинку-копилку. Но, увы, денежки из нее не посыпались. Пришлось разбивать…

Глава четвертая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик спасали кота Мурелу от промозглой сырости

Управившись с одним добрым делом, друзья вернулись в гараж и стали гадать, чтобы такого хорошего сделать еще.

— Скажи, а что это за рыжий кот, которого я видел у вас во дворе уже два раза? — вдруг спросил Часик.

— Да это Мурела, кот нашей соседки бабушки Таи! — доложил мальчик. — Очень ласковый, я часто его подкармливаю вкусненьким. Он просто без ума от колбасы.

— Хм… А ведь этот Мурела мерзнет! На улице промозглая сырость, — заметил парнишка.

Тоша посмотрел на него вопросительно:

— Что же ты предлагаешь?

Часик вскочил с табурета, на котором сидел, и возбужденно забегал по гаражу. Минуты через полторы остановился и, раскачиваясь с носков на пятки, громко произнес:

— Я предлагаю немного утеплить бедного кота, пока он не подхватил воспаление легких!

— Как утеплить? — не понял мальчик. — Батарею к нему привязать, что ли?

— Не говори глупостей! — отмахнулся приятель. — Мурелу нужно просто одеть.

Серо-голубые глаза Тоши округлились от удивления:

— Одеть? Во что?

— Ну, в какой-нибудь свитер, — подумав, ответил парнишка.

— А ты уверен, что Муреле это понравится? — с сомнением проговорил мальчик. — Я никогда в жизни не видел кота в свитере…

— Шутишь? — не поверил Часик. — Неужели действительно не видел?

— Нет! — покачал головой мальчик. — А ты видел?

— Тысячу раз! — парнишка подошел к воротам гаража и, немного приоткрыв их, выглянул во двор. — Слушай, мы тут болтаем, а Мурела мерзнет… Если ты его позовешь, он придет?

— Раньше всегда приходил…

— Ну, так давай, окликни его!

Тоша подбежал к приоткрытым воротам и, высунув голову на улицу, стал громко звать Мурелу.

Но тот не появлялся.

— Где же кот? — заволновался Часик. — Может, уже слег от простуды? Позови его еще!

— Мурела! Мурела! Кис-кис-кис! — опять прокричал мальчик.

И почти сразу из-за угла гаража ленивой походкой вышел здоровенный рыжий котяра с пушистым хвостом. Он подошел к мальчику, ласково потерся о его ноги. Потом взглянул на незнакомца, видимо, посчитал его неопасным, и сел на задние лапы как бы в ожидании дальнейших событий.

Тоша шагнул внутрь гаража:

— Иди сюда! — пригласил он Мурелу и тот, ничего не подозревая, последовал за ним.

Мальчик принялся его поглаживать по спине, а Часик, прикрыв ворота, напомнил:

— Для начала животное надо бы покормить!

Тоша метнулся в дом и вернулся с приличным куском копченой колбасы.

Пока кот с блаженным урчанием уплетал угощение, друзья, присев на корточки, принялись оживленно обговаривать, во что же конкретно одеть усатого питомца.

Недолго думая, мальчик предложил свой старый свитер.

— Ладно, тащи! — распорядился приятель. — Возможно, он подойдет.

Однако увидев вязаную вещь, принесенную Тошей, категорически запротестовал:

— Нет, нет! Это Муреле совсем не к лицу!

— Ну почему же? По-моему, очень даже к лицу! — не согласился расстроенный мальчик.

— Ну что ты такое говоришь! — с досадой всплеснул руками Часик. — Зачем Муреле какая-то затасканная, вылинявшая тряпка? Ни один порядочный кот не станет такое носить! Да и фасон явно не тот. Нужно что-нибудь другое — понаряднее, помоднее!

Тоша опять побежал в дом, перерыл все вверх дном в платяном шкафу, но среди своих вещей ничего подходящего не нашел. И вернулся к Часику ни с чем.

— Если у тебя нет наряда для Мурелы, так, может, у родителей найдется? — подсказал приятель с самым благодушным видом. — Только лучше поискать у мамы, у нее и размер поменьше, и одежда намного ярче, чем у папы.

— Мамины вещи трогать нельзя! — твердо возразил мальчик.

— А старые, которые ей давным-давно надоели? Их что, тоже нельзя трогать? — осведомился слегка приунывший Часик.

— Ну, старые, наверно, можно, — поразмыслив, неуверенно произнес Тоша.

Парнишка поднял с пола кота, сунул его в руки приятелю и скомандовал:

— Тогда идем смотреть! Веди меня прямо к маминому гардеробу!

Они зашли в дом, проследовали через прихожую и гостиную в спальню родителей, где стояли два больших платяных шкафа — один папин, другой — мамин. Но у мамы еще был узенький шифоньер с зеркалом на всю дверь. Вот с него-то они и начали осмотр.

Не прошло и минуты, как Часик выудил из его недр бело-розовую водолазку.

— Вот то, что нужно! — радостно изрек он, разворачивая пахнущую мамиными духами одежку. — Это Муреле подойдет на все сто, хоть и тонковато на вид!

— Но мамины вещи… — начал было Тоша.

— Стоп! — остановил его парнишка. — Ты же говорил, что нельзя трогать новые вещи, а старые можно. А эта штука разве новая?

— Не знаю, — пожал плечами мальчик.

— А ты вспомни, когда она появилась в доме! — Часик легонько погладил кота, начинающего проявлять беспокойство.

— Наверно, в прошлом году, — неуверенно промолвил Тоша и тоже приласкал Мурелу. Тот сразу успокоился, перестал вырываться из его рук. — В начале осени мама часто одевала этот свитер, когда они с папой ходили на прогулку или в кафе.

— И это ты называешь новой вещью?! — вскричал парнишка. — Она же валяется в шкафу уже добрых полгода. Полгода, понимаешь?

— Ну, да, понимаю! — легонько вздохнул мальчик.

— Тогда решено! — Часик стал крутить в руках водолазку туда-сюда, придирчиво осматривая ее. — Пусть этот свитер согреет нашего бедного Мурелу!

Тоша в тот миг подумал, что его друг совершенно прав. Раз этому предмету одежды больше полугода, то он действительно никак не может быть новым и, возможно, давно уже надоел маме.

Друзья вернулись в прихожую и опустили кота на пол. Он потянулся и начал безмятежно умываться.

Бросив взгляд на Мурелу, потом на водолазку, Часик скомандовал:

— Давай ножницы!

— Зачем? — не понял мальчик.

— Рукава нужно укоротить, а низ подрезать, — пояснил парнишка.

Как только в его руках оказались ножницы, он несколькими ловкими движениями отделил от свитера нижнюю часть и принялся отрезать рукава.

Управившись, со знанием дела заметил:

— Чтобы водолазка не свисала, нужно чем-нибудь подпоясать Мурелу.

Тоша побежал в гостиную и, порывшись в ящиках книжного шкафа, нашел два красных банта. Вернулся в прихожую и протянул их приятелю:

— Может, это подойдет?

Часик буквально выхватил банты из рук мальчика и, прицыкивая языком от удовольствия, стал их развязывать. Потом покрутил ленточки перед собой в воздухе и с восхищением пробормотал:

— Боже мой, какие чудесные вещички! — и прибавил почти благоговейным тоном: — Одну мы повяжем Муреле вокруг талии, а вторую прикрепим к хвостику. И будет наш кот разодет, что тебе царь! А разодетый кот и глаз радует, и сердце.

Рыжий великан все еще сидел у их ног и продолжал спокойно умываться.

— Ну-ка, давай его сюда! — распорядился Часик.

Мальчик взял на руки Мурелу, и парнишка проворно напялил на него водолазку. Потом повязал ему вокруг живота ленту.

— Во так…

Кот попытался было вырваться, но немного успокоился, когда Тоша ласково погладил его между ушек.

Часик тем временем вторую ленту завязал бантиком на самом кончике пушистого хвоста Мурелы. Тут он уже не выдержал, бурно возмутился и, рванувшись из рук мальчика, спрыгнул на пол. И сразу подбежал к входной двери.

Парнишка поглядел на животное с умилением и, улыбаясь, рассудительно заметил:

— Господи, что делает стильная одежда с котами! Был такой себе, вполне обычный усатик, а сейчас он прекрасен, как бог солнца Аполлон!

— Ну что, открывать дверь? — осведомился мальчик.

— Да, пусть Мурела явится миру во всей своей красе! — разрешил Часик. — Ты же видишь, ему не терпится!

Как только приоткрылась дверь, кот пулей вылетел во двор, метнулся к распахнутой калитке и выскочил на улицу. Приятели побежали вслед за ним.

Они увидели испуганного Мурелу, который стоял, как вкопанный, возле кустов сирени и угрожающе шипел. С двух сторон к нему с опаской, но неумолимо приближались две небольшие собаки, которых нерадивые хозяева отпустили на прогулку одних, да еще и без намордников. Наконец, кот улучил подходящий момент и рванул вдоль улицы. Собаки с лаем погнались за ним. Мурела не стал испытывать судьбу, прыгнул сначала на забор, отделяющий двор бабы Таи от внешнего мира, потом — на высокий тополь и уже через мгновенье оказался на самой его верхушке. Каким-то непостижимым образом с кота слетела одежка вместе с лентой и повисла на нижней ветке. А бант, украшавший его хвост, упал возле забора.

Полаяв с полминуты, собаки разбежались по своим дворам.

Тоша тут же закричал:

— Мурела, Мурела! Иди сюда!

Но тот не сдвинулся с места, лишь жалобно и протяжно замяукал.

— Да слазь же ты! Не бойся! — настойчиво продолжал звать мальчик.

Однако никакие уговоры на Мурелу не действовали. Он намертво вцепился в верхушку дерева и начал издавать такие громкие, такие пронзительные звуки, что на улицу высыпали жители близлежащих домов.

— Что здесь случились? — спрашивали они друг у друга. — Кто загнал бедного котика так высоко?

— Собаки! — коротко пояснил им Часик и, ухватив мальчика за рукав курточки, потащил во двор: — Пошли домой! Тут уже без нас разберутся.

Вскоре приехала пожарная машина…

Мурелу сняли с дерева, хоть и не без труда — он не давался в руки спасателю, который полез за ним по выдвижной лестнице.

Пожарные еще не успели уехать, как к воротам Тошиного дома подкатила новенькая легковушка. Это вернулись с дачи папа и мама.

— Ладно, мне пора! — стал торопливо прощаться парнишка. — Приду завтра. Пока!

Выскользнув на улицу, он растворился в толпе.

Когда мама увидела на ветке злополучного тополя свой искромсанный свитер, то чуть не упала в обморок, но ее вовремя поддержал за талию папа.

Тоша был наказан, он простоял в углу гостиной почти весь вечер…

Глава пятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик готовили завтрак приболевшему дедушке

Утром, перед уходом на работу, к Тоше зашла мама и сообщила, что ночью из Харькова приехал дедушка Родион — папин папа. Вообще-то он направлялся по служебным делам в Воронеж, но в дороге почувствовал себя не совсем здоровым и решил сойти с поезда на несколько остановок раньше — в Вишневом Раю, чтобы денек отлежаться в доме сына, невестки и внука.

Мама попросила Тошу присматривать за дедушкой, а в девять часов покормить его завтраком, который она приготовила и оставила в кухне на столе.

— Запомни: твоя еда — в тарелке с голубой каемочкой, а дедушкина — в тарелке с красной, — разъяснила мама. И, уже убегая, на ходу бросила: — Только, ради бога, не очень надоедай дедушке, он ведь нездоров, и ему нужен покой!

Повалявшись несколько минут в постели, Тоша поднялся, умылся и, как всегда, тщательно почистил зубы. Затем захватил на кухне молоко для Снежка и пошел в гостиную.

Котенок лежал на своем коврике, скрутившись калачиком. Но когда мальчик ласково провел рукой по его пушистой спинке, открыл свои голубенькие глазки. Тут же встал на лапки, потянулся, почесал себя за ушком и поковылял в уголок возле камина, где стояли его мисочки для еды и воды. Тоша вылил в одну молоко из чашки и стал наблюдать за тем, как его неторопливо лакает Снежок.

Мальчик ожидал, что, насытившись, маленький усатик захочет поиграть. Но, увы, этого не случилось, он опять улегся на свой коврик.

Делать было нечего, Тоша вышел из гостиной и отправился на кухню завтракать.

Едва доел свою овсянку с курагой, как в дверь позвонили.

Конечно же, это был Часик.

Поздоровавшись, он первым делом поинтересовался:

— Ты был в саду, смотрел, что там с нашей кормушкой?

Мальчик отрицательно покачал головой:

— Я только недавно проснулся…

— Тогда захвати немного хлеба, и пошли!

На улице было сыро и ветрено.

Приятели нырнули за угол дома и по узкой бетонной дорожке прошли в глубину сада.

Кормушка была на месте — висела, покачиваясь, на ветке груши.

— Да здесь совершенно пусто! — подойдя к дереву, вскричал Часик с негодованием. — Бедным птичкам и поесть нечего!

Тоша тоже заглянул в кормушку и озадаченно констатировал:

— Даже монеток нет! — Затем вопросительно взглянул на друга: — Как ты думаешь, куда они подевались?

— Как это куда? — переспросил тот немного раздраженно. — Ясно же, что пернатые просто потратили их на что-то вкусненькое. Может, на печенье или булочки…

Мальчик скептически почесал затылок:

— И как, по-твоему, птицы могли что-то покупать? Ты когда-нибудь видел в магазине воробьев или грачей с денежками в лапках?

— Нет, не видел, — признался Часик со снисходительной ухмылкой. — Но у птиц немало друзей, в том числе и среди людей.

— И что? — не понял Тоша логику приятеля.

— Вот птицы и попросили этих своих друзей купить им булочек! — терпеливо пояснил Часик.

Малышу это утверждение показалось несколько сомнительным, но он не стал спорить. Как ни крути, а монетки исчезли. Куда? В сад ведь никто посторонний зайти не мог… Ну, кроме, пожалуй, Тимы — паренька лет десяти, который жил с родителями в соседнем коттедже. Этот Тима, случалось, перелезал через невысокий заборчик, разделяющий усадьбы, и шастал в чужом саду.

Часик взял из рук задумавшегося Тоши кусок хлеба, раскрошил его на своей узкой ладони и высыпал в кормушку. Постоял с минуту, озирая неуютный сад, и решительно проговорил:

— Пора в дом! Пусть птицы спокойно позавтракают. А мы подумаем, что сегодня сделаем доброго.

Приятели пришли на кухню, приготовили себе ароматный чай и сели за стол. Не спеша хлебали из чашек и беседовали.

Между тем, старенький металлический будильник, который стоял на холодильнике, уже показывал без пяти минут восемь. Скоро нужно было нести завтрак дедушке Родиону.

Когда Часик узнал об этом, то сразу забыл о своем чае и начал придирчиво изучать содержимое тарелки с красной каемочкой.

— Боже праведный! — наконец, воскликнул он, скорчив брезгливую гримасу. — Что это за еда для больного старого человека — вареная куриная грудка, квашеная капуста и кусочек черного хлеба?! К тому же грудка холодная, как лед, а капуста, кажись, переквашена…

— А давай, мясо подогреем в микроволновке? — предложил Тоша, отставляя свою пустую чашку на край стола.

— Подогретая еда — никуда не годная еда! — категорически заявил парнишка, потрясая своим тонким, как карандаш, перстом. — Уж лучше мы сварганим для твоего дедушки что-нибудь свеженькое. И ему доставим удовольствие, и доброе дело сделаем!

Неожиданная идея друга очень понравилась Тоше. Угостить приболевшего дедушку Родиона едой собственного приготовления — это, пожалуй, не просто доброе дело, это самое доброе дело, какое только можно придумать! Но что и как готовить, мальчик не представлял. И честно признался в этом Часику.

— Пустяки! — беззаботно отмахнулся тот. — Положись на меня, я в еде разбираюсь не хуже самого опытного кулинара!

— И что же мы будем готовить? — спросил повеселевший Тоша.

Парнишка задумчиво забарабанил пальцами по столу и через несколько секунд рассудительно молвил:

— Старики ведь любят простые кушанья. Например, пюре и яичницу… Так что, особо заморачиваться не будем. Найдутся ли у вас в доме картофель и яйца?

Мальчик выскользнул из-за стола, заглянул сначала в холодильник. Потом метнулся к широкому шкафу, распахнув дверцы, запустил руку в пластиковое ведерко, которое стояло на нижней полке. И удовлетворенно отрапортовал:

— И яйца, и картошка есть!

— Тогда не будем терять время! — вмиг зажегся Часик, вскочив с места, будто ужаленный. И распорядился: — Давай сюда несколько картофелин!

Тоша положил перед ним три крупных клубня.

— Этого хватит?

— Вполне!

Прежде мальчику не приходилось чистить картошку, но он много раз видел, как это делает мама. Поэтому хоть и не очень тщательно, зато довольно быстро освободил от кожуры один из клубней. И сразу же взялся за второй, увидев, как неумело орудует ножичком приятель. Потом сам же помыл, порезал и сложил картофель в кастрюльку, а уже Часик залил ее водой и поставил на газ.

После этого они принялись делать яичницу — отыскали в шкафчике для посуды небольшую сковородку и взяли два яйца. И тут возникла проблема — в холодильнике не оказалось никакого жира.

— Как же вы так живете, без сливочного и растительного масла? — упрекнул Часик, недоуменно пожимая плечами. — Это же черт знает что!

— Да, наверно, масло просто закончилось, — вздохнул мальчик. И поинтересовался: — Что будем делать?

Парнишка развел руками:

— А делать нам нечего, кроме как искать что-то жирное и подходящее для жарки яиц.

— Не знаю, найдем ли мы что-нибудь, — пробормотал расстроенный Тоша.

— Успокойся! — махнул рукой Часик. — Нам нужно жира совсем немного, совсем чуть-чуть… Может, у твоей мамы есть какой-нибудь крем с нейтральным запахом? Ну-ка, покажи, где хранится ее косметика!

— Мамина косметика — на трюмо, а трюмо в спальне родителей, — рассеянно обронил мальчик, пытаясь оценить в уме идею приятеля. — И еще есть всякие лосьоны, шампуни и кремы в ванной на втором этаже…

— Пошли!

Уже через несколько минут Часик с торжественным видом держал в руке маленькую жестяную баночку, на которой было написано: «Косметический вазелин для губ».

— Это именно то, что нам нужно!

Когда содержимое баночки зашипело на горячей сковородке, кухню наполнил странный, довольно резкий и совсем не аппетитный аромат.

— Слушай, а дедушка не отравится? — заволновался Тоша.

— Конечно, нет! — беззаботно ухмыльнулся Часик. — Это же вазелин для губ, он не может быть ядовитым!

Утверждение приятеля показалось мальчику вполне логичным, и он успокоился.

Управившись с приготовлением яичницы, «опытный кулинар» проверил вилкой готовность картофеля. Затем слил в мойку кипяток из кастрюльки и попросил:

— Давай скалку или что у вас там есть, нужно растолочь картошку.

— В ящике стола лежит толкушка, — подсказал Тоша. И как бы вскользь заметил: — Но мама для приготовления пюре обычно пользуется блендером…

— Зачем нам блендер? — хмыкнул Часик. — У нас всего-то три клубня…

— А что мы добавим в пюре? — поинтересовался мальчик и этим вопросом поверг приятеля в полнее замешательство.

Тот молчал секунд пятнадцать, и, наконец, признался:

— Я об этом забыл! А что следовало бы добавить? Сметану?

— Мама добавляет теплое молоко, — ответил Тоша. И, открыв холодильник, стал шарить глазами по полкам. — А молока-то и нет!

— Как нет? — заволновался человечек. И тут же радостно воскликнул, указывая пальцем на открытую баночку сгущенки, которая стояла на одной из полок: — А вот же оно!

— Такое молоко не подходит! — покачал головой мальчик. — Оно же сладкое.

Часик резко выпрямился и, подперев руками свои бока, громко захохотал:

— Ну, ты и чудак! Это же прекрасно, что молоко сладкое! С ним наше пюре будет стократ вкуснее.

— Да ну, скажешь тоже! — не поверил Тоша.

— А я тебе авторитетно заявляю, что со сгущенкой картошка приобретет непередаваемый вкус! — выкрикнул Часик и, схватив баночку, вылил примерно треть ее содержимого в кастрюльку с картошкой. — Вот увидишь, твой дедуля будет просто ошеломлен и, чего доброго, попросит добавки!

Минут через пять приятели уже стучали в дверь комнаты для гостей, в которой отдыхал дедушка Родион.

— Войдите! — раздался слишком бодрый как для больного старика голос.

— Привет! — весело поздоровался Тоша, переступая порог. И тут же бросился в объятия широко улыбающегося не очень пожилого человека в светло-серой пижаме, который полулежал на кровати с книгой в руке. — Я за тобой так соскучился!

Поцеловав внука, дедушка Родион немного удивленно взглянул на Часика.

— Здравствуйте! — степенно поклонился тот и поставил на тумбочку тарелку, прикрытую крышечкой.

— Это мой самый лучший друг! — представил его мальчик.

Гость проворно спустил ноги с кровати и протянул парнишке руку:

— Очень приятно познакомиться!

— Как ваше здоровье? — с вежливой улыбкой осведомился Часик.

— Да уже все в порядке! — беззаботно тряхнул копной седых волос дедушка Родион. — У меня в поезде немного разболелась нога. Я ее еще в детстве травмировал, играя в хоккей… Вечером уеду, меня в Воронеже на заводе ждут.

— А мы тебе завтрак принесли! — сообщил Тоша и похвастался: — Мы сами его приготовили!

Старик снял с тарелки крышку и радостно прищурился:

— О, картофельное пюре и яичница! Я это с удовольствием съем!

Часик подал ему вилку и нож:

— Приятного аппетита!

Дедушка Родион живо подцепил вилкой изрядную порцию вязкой сероватой массы и отправил в рот. Но тут же поперхнулся. Когда приступ кашля прошел, секунд двадцать смотрел на яичницу, как бы решая, стоит ли ее пробовать. Потом все-таки отломил кусочек желтка и осторожно лизнул его языком. В следующее мгновение старик оцепенел, сильно переменился в лице, его брови сошлись на переносице, а лоб пересела глубокая острая морщина.

В полной тишине прошло не меньше минуты. Тоша и Часик недоуменно хлопали ресницами, ожидая комментариев гостя.

Наконец, он сдавленно проговорил:

— Я забыл, ребята, мне этого нельзя! — и, задумчиво взглянув на внука и его приятеля, робко поинтересовался: — Не найдется ли в доме какой-нибудь другой еды?

— Есть квашеная капуста и куриная грудка, — грустно пролепетал мальчик.

— Куриную грудку мама готовила? — как бы мимоходом спросил дедушка Родион, отводя глаза в сторону.

Тоша утвердительно качнул головой.

— Ну, тогда несите, — немного повеселел старик. А когда приятели покидали комнату, громко бросил им вдогонку: — Пюре и яичницу не вздумайте давать домашним животным, им это вредно!

В коридоре расстроенный Часик горестно изрек:

— Не понравилась деду наша стряпня. Вазелин, видать, был не первой свежести, он и испортил блюдо…

— Такое доброе дело сорвалось! — проронил мальчик, чуть не плача. — Эх!

Глава шестая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик приводили в надлежащий вид папины брюки и пуловер

Когда дедушка Родион, позавтракав, решил прогуляться по Вишневому Раю, приятели стали гадать, какое же доброе дело им совершить взамен того, что не получилось.

Тоша сидел на диване, а Часик взволнованно метался по гостиной, не находя себе места.

— Уже одиннадцатый час, а мы все еще ничего не придумали! — убивался он. И в десятый раз справлялся: — Неужели у тебя нет никаких идей?

Мальчик лишь отрицательно качал головой и вздыхал.

Но через некоторое, не очень продолжительное, время, у него все-таки возникла одна мысль:

— А может, сделаем что-нибудь хорошее для моих родителей?

— Ну, давай! — сразу же согласился парнишка. И, упав на диван рядом с приятелем, спросил: — Но что конкретно ты предлагаешь?

Тоша неопределенно пожал плечами:

— Ну, не знаю… Давай пропылесосим здесь палас, а в кухне вымоем пол?

— Это не совсем то, что нужно! — задумчиво почесал шею Часик. — Это будет доброе дело для всего дома, для всей вашей семьи, то есть и лично для тебя. Получится, что ты совершил его для себя самого. А это не считается. Добро полагается делать другим людям. Например, твоей маме или твоему отцу.

— Может, купим им что-нибудь? — предложил мальчик. — У меня есть немного карманных денег…

— Нет, нет, нет! — замахал руками парнишка. — Добрые дела лучше делать без денег. А то выходит полная ерунда: купил в магазине конфет или пирожных, раздал прохожим, и все! Разве можно это со спокойной совестью записать в свою копилку добрых дел, ведь не было приложено никакого труда? За деньги только подарки именинникам покупают.

— Ты прав! — согласился Тоша. — Нужно придумать что-нибудь другое.

И он опять стал размышлять.

Наконец, ему пришла в голову одна вполне стоящая идея.

— Я слышал, как вчера вечером папа просил маму привести в порядок его любимые серые брюки и красный пуловер, — возбужденно заговорил мальчик, вскакивая с дивана. — Так вот вместо мамы это могли бы сделать мы!

— Прекрасно! Восхитительно! Расчудесно! — вмиг загорелся Часик. — Где она, эта одежда? Скорее неси ее сюда!

Красный пуловер и серые брюки приятели нашли в ванной комнате — в стопке вещей, приготовленных мамой для стирки.

— Итак, приступим! — парнишка деловито окинул взглядом пачки, банки и флаконы с моющими средствами, которые стояли на полке.

— А ты умеешь стирать? — на всякий случай поинтересовался Тоша.

— Да что тут уметь? — отмахнулся Часик. И, наклонившись, стал вытаскивать из-под ванны большую пластмассовую миску, в которую мама обычно складывала постиранные вещи, чтобы потом вынести их на улицу и развесить сушиться за домом. — Стиральную машину включать не будем, постираем руками в этой вот славной посудине!

Парнишка поставил миску на пол, бросил в нее пуловер и брюки. Затем сыпанул туда порошка сразу из двух пачек и плеснул какой-то ужасно пахнущей жидкости из флакона с голубой этикеткой. Секунду подумав, взял еще один флакон — с бело-розовой наклейкой — и вылил в миску не меньше трети его содержимого.

Мальчик наточил из крана теплой воды в небольшое пластиковое ведерко и вылил в миску.

— Теперь пошли пить чай! — распорядился Часик. — А одежда пусть покиснет минут десять-пятнадцать, тогда она легко отстирается.

Почаевничав, приятели вернулись в ванную. Парнишка лихо закатал рукава своего свитера и уже хотел опуститься на одно колено перед миской, чтобы приступить к стирке, но вдруг передумал. Потянулся к полке, схватил еще один флакон с моющим средством — на этот раз разрисованный ярко-зелеными и оранжевыми красками — и почти весь вылил на папины вещи.

— Так оно будет надежнее! — пояснил он свои действия оторопевшему мальчику. — Брюки и пуловер должны быть в идеальном состоянии!

Процесс стирки занял не меньше десяти минут. Часик с большим рвением мял и тер вещи, комкал и расправлял их.

Наконец, он выплеснул содержимое миски в ванну и открыл кран с холодной водой.

— Кажется все! Теперь нужно хорошенько прополоскать и выкрутить брюки и пуловер, а потом повесим их во дворе — пусть сохнут. Только у меня сильно руки горят, я же перчатки забыл надеть…

Тоша аккуратно отстранил своего вспотевшего приятеля и склонился над ванной. Но, не успев взяться за дело, испуганно отпрянул и громко закричал.

— Что такое? — парнишка оторопело посмотрел на мальчика.

Тот ткнул пальцем в ванну и трагическим голосом прошептал:

— Папины вещи! Мы их испортили!

Часик сначала схватил брюки и стал их горячечно разглядывать. Они уже были не серыми, а розовыми с множеством желтоватых и молочно-белых пятен разной величины. Издав протяжный звук, похожий на мычание коровы, парнишка дрожащей рукой достал из ванны пуловер, взглянул на него и резко отвернулся. Прежде яркая, вещь превратилась в вылинявшую тряпку, первоначальный цвет которой угадывался с большим трудом.

— Все, теперь мне надолго запретят играть в компьютерные игры! — обреченно проговорил мальчик. — Представляю, что скажет мама! Да и папа тоже….

— Зачем сразу паниковать? Зачем падать духом? — вскричал быстро пришедший в себя Часик и решительно рубанул рукой воздух: — Мы все исправим!

— Как? Как это можно исправить? — простонал Тоша, брезгливо взирая на испорченные вещи, которые все еще держал в руках его побледневший приятель.

Тот высоко вскинул голову и патетично заявил:

— Мы их заново покрасим! Они станут, как новые! — и, помолчав пару секунд, осведомился уже другим — деловитым — тоном: — Есть ли у вас какие-нибудь краски?

Мальчик на мгновение задумался и неуверенно произнес:

— Нужно посмотреть в сарае и в гараже. Наверно, какие-то есть…

— Отлично! — воодушевился парнишка и скомандовал: — Веди!

Захватив ключи, приятели со всех ног побежали на улицу.

В гараже, кроме полиролей для кузова машины, ничего не нашлось. А вот в сарае больших и маленьких банок с остатками разных красок оказалось предостаточно. Однако среди них не было ярко-красной и серой.

— Что ж, придется довольствоваться теми, что есть! — развел руками Часик и, опустившись на одно колено, приступил к выбору.

Тоша присел на корточки рядом с приятелем и стал ему помогать.

Целых десять минут они двигали банки туда-сюда, придирчиво рассматривали их, спорили и, наконец, остановились на двух почти полных. На этикетке одной — розовой — было написано, что это эмаль ПФ-115, а на этикетке второй — салатовой — значилось: «Краска масляная Зебра».

— Конечно, цвет пуловера и брюк будет не совсем таким, как прежде, — с невозмутимым видом констатировал парнишка. — Но, я думаю, твоему папе понравятся желто-зеленые штанишки и потрясающий розовый пуловер.

— А как я объясню, почему его любимые вещи стали другими? — задумчиво проговорил мальчик и с сомнением посмотрел на две банки, отложенные в сторонку.

Часик почесал нос, потом — затылок и нашелся:

— А ты просто скажи, что это твой сюрприз для него!

— Боюсь, не миновать мне родительского гнева! — в который раз за этот трудный день вздохнул Тоша.

— Да не переживай ты так! Все будет хорошо, вот увидишь! — ободряюще похлопал его по плечу парнишка. И нетерпеливо попросил: — Ладно, давай, тащи что-нибудь подходящее, куда можно вылить краску.

Пока мальчик искал нужные им емкости, Часик сходил в дом и принес пуловер и брюки.

Красить эти вещи пришлось в пластмассовом ведерке и большой жестяной банке из-под повидла — нечего другого отыскать не удалось.

Сначала приятели занялись покраской брюк. Их запихнули в жестянку, залили краской и стали мешать деревянной палкой. Потом сделали то же самое, но уже в ведерке, с пуловером. Доставать покрашенные вещи из посуды, отжимать и расстилать их за домом на бетонной плите пришлось Тоше. Хоть он и надел на руки резиновые перчатки, которые взял в ванной комнате, и старался быть очень осторожным, все равно его запястья оказались испачканными краской. И не только запястья, но еще и рукава курточки, рубашки, а также кроссовки.

Глядя на подсыхающие на нежарком солнышке тряпки, Часик то и дело нервно подергивал головой и почесывал шею.

— Знаешь, боюсь, мы допустили одну ошибку, — через некоторое время признался он. — Брюки и пуловер ведь были мокрыми, а мы их сразу — в краску… Не подумали!

— И что теперь? — заволновался мальчик.

Парнишка поморщился:

— Ну, ты же видишь, что получилось — вещи на глазах становятся жесткими, топорщатся, будто их подержали в цементном растворе… Но, возможно, все еще нормализуется, пусть пуловер и брюки как следует высохнут.

Вскоре он стал прощаться, заявив, что дома его ожидает масса неотложных дел.

Глава седьмая, из которой мы узнаем о том, как Тоша познакомился с бабушкой Часика и сыграл в шашки Чапаева

— Знаешь, мне вчера здорово попало от мамы! — пожаловался Тоша Часику, когда тот появился утром следующего дня. — Она чуть в угол меня не поставила, когда увидела, во что мы превратили папины вещи.

— А папа что? — в светло-серых глазах парнишки мелькнула тень обеспокоенности.

Мальчик слегка улыбнулся:

— А он не ругал меня, только спросил, сам ли я перекрашивал его одежду или вместе с долговязым недотепой и балбесом.

Часик громко сглотнул комок, предательски подступивший к горлу, и с явной тревогой полюбопытствовал:

— С каким это долговязым недотепой и балбесом?

— Это он так про тебя! — уже смеясь, ответил Тоша.

— Так вот какого мнения обо мне твой отец! — парнишка явно расстроился. — Это ты ему рассказал, что я к вам прихожу?

Мальчик утвердительно качнул головой:

— Да, я рассказывал ему о тебе… Бабушка Тая и другие соседи тоже рассказывали. Наверно, и дедушка Родион… Кроме того, папа тебя сам видел.

— Когда? — удивленно округлил глаза Часик.

— Ну, когда пожарные снимали Мурелу с дерева, — пояснил Тоша. — Папа с мамой подъехали на машине к дому, а ты как раз уходил.

Парнишка стянул с головы кепчонку и рукавом курточки вытер вспотевший лоб. Потом рассеянно взглянул на приятеля:

— Кстати, что слышно про кота?

— Пока ничего! — лицо мальчика стало удрученным. — Я его после того случая ни разу не видел.

— Да, нелепо тогда получилось! — грустно усмехнулся Часик. — Кто же знал, что появятся эти нецивилизованные собаки, которым так не понравится шикарный наряд бедного Мурелы… Но ничего, я думаю, он скоро найдется и еще не раз придет к тебе в гости.

Тоша неопределенно пожал плечами и, взглянув на немного приунывшего приятеля, спросил:

— Чем будем заниматься сегодня? Надеюсь, ты понимаешь, что покамест не стоит совершать добрые дела для моих родителей?

Настроение парнишки мгновенно переменилось, он растянул тонкие губы в веселой улыбке:

— Сегодня мы идем в гости! Точнее, не мы, а ты один идешь.

— Я иду в гости?! Без тебя?! — изумился мальчик. — Как это понимать?

— Да очень просто! — рассмеялся Часик. — Просто мы идем ко мне. Вот и получается, что ты идешь в гости, а я — нет, ведь я-то иду домой.

Тоша никак не ожидал такого поворота событий и даже немного растерялся. Но быстро оправился и звонко отрапортовал:

— Я готов!

Ему, конечно же, очень хотелось увидеть, где и как живет его закадычный друг.

— Тогда вперед! — скомандовал тот. — Идти недалеко, дом моей бабушки находится на соседней улице.

— А твоя бабушка тоже делает добрые дела? — поинтересовался мальчик, когда они, заперев дверь Тошиного коттеджа, вышли за ворота.

— Денно и нощно! — гордо ответил парнишка.

Они пошагали в сторону сквера, но на ближайшем перекрестке повернули направо и вскоре вышли на параллельную улицу.

И почти сразу остановились у ворот небольшого, но очень опрятного домика из белого кирпича, крытого зеленоватой металлочерепицей.

От калитки до входной двери вела серая бетонная дорожка, вдоль которой стояли большие каменные контейнеры с зеленеющим в них можжевельником, а также деревянные кадки с кустами роз и каких-то других цветов, название которых Тоша не знал.

Сначала приятели попали в узенькую веранду, где тоже стояли пластиковые и керамические горшки со всякими растениями, а затем — в прихожую. Здесь Тоша и Часик сняли верхнюю одежду и переобулись в комнатные тапочки.

И как раз в этот момент к ним вышла невысокая, худощавая женщина с гладко зачесанными назад и аккуратно уложенными на затылке белыми волосами. В ее светлых глазах плясали озорные искорки, а на тонких губах играла приветливая улыбка. Тоша подумал, что бабушке Часика приблизительно столько же лет, как и дедушке Родиону, а ему уже исполнилось пятьдесят семь.

— Здравствуйте! — учтиво поздоровался мальчик и тоже улыбнулся — хозяйка дома ему сразу понравилась.

— Привет! — звонко ответила она и протянула руку.

Тоша осторожно пожал ее и, как положено в таких случаях, спросил:

— Как вы поживаете?

— Просто замечательно! — хохотнула женщина и, круто развернувшись, увлекла ребят за собой. — Идемте, я вам сейчас кое-что покажу!

В уютной гостиной с золотисто-алыми обоями радостно смеющаяся хозяйка плюхнулась на большой диван, застеленный оранжевым покрывалом. И, подхватив с журнального столика огромный альбом, принялась его быстро листать.

Тоша и Часик присели рядом.

— Вот! — воскликнула она. — Смотрите, какой красавец!

Мальчик перевел взгляд туда, куда указывал тонкий палец бабушки Часика, и увидел аппликацию из цветной бумаги, изображающую обычного комара.

На лице Тоши непроизвольно отобразилось удивление.

— Отличная работа, верно? — осведомилась хозяйка. — Сегодня утром мне подарила ее соседская девочка Мила. Она прекрасно рисует и умеет делать потрясающие аппликации!

— Моя бабушка с детских лет собирает изображения комаров — фотографии, рисунки, эстампы, — вмешался в разговор Часик. — Это ее хобби. Многие, конечно, находят его несколько странным…

— Да, действительно, хобби необычное, — не стал лукавить мальчик. — Я никогда не слышал, чтобы кто-то коллекционировал изображения комаров…

— Но, во всяком случае, это гораздо лучше, чем портить жизнь соседям, ругаясь с ними от безделья и скуки! — убежденно произнесла женщина. — К тому же я нахожу свое занятие весьма увлекательным. Ведь все комарики, а их, чтобы вы знали, больше трех тысяч видов, очень разные, они, как и снежинки, не бывают одинаковыми.

— Кстати, вы еще не познакомились! — напомнил парнишка. И церемонно указал рукой сначала на приятеля, а потом — на свою бабушку: — Бабуль, это мой лучший друг Тоша! Тоша — это моя любимая бабушка Капитолина Александровна!

— Ну зачем же так официально? — немного смутилась та. — Друзья моего самого послушного, самого вежливого и самого умного внука могут называть меня запросто — бабушка Капа.

— Красивое у вас имя! — сделал комплимент мальчик. — Редкое.

— Да уж! — она была явно растрогана и польщена.

Женщина стала показывать Тоше коллекцию изображений обожаемых ею насекомых и воодушевленно о них рассказывать, однако это продолжалось недолго. О чем-то вспомнив, она вдруг прервала свою речь, вскочила с дивана и передала альбом в руки гостя:

— А знаете что, давайте поедим блинов и выпьем чаю, ведь уже половина девятого и давно пора завтракать. Вы согласны?

Ребята дружно закивали.

— Час назад я приготовила блинчики с творогом, сгущенным молоком и яблочным повидлом, — проворковала бабушка Капитолина, устремляясь на кухню. — Предлагаю попробовать их все. Идет!

Приятели не возражали.

Вскоре они уже сидели за столом и с аппетитом уплетали румяные блинчики, запивая их ароматным чаем.

После трапезы бабушка Капитолина спросила Тошу, какие игры ему нравятся, и, узнав, что тот увлекается компьютерными «стрелялками», осуждающе всплеснула руками:

— Да разве это игры?! Они же какие-то неживые, фальшивые! Другое дело, например, салки, прятки, футбол, нарды, конструктор… Или вот, шашки Чапаева! Ты умеешь играть в шашки Чапаева?

— Ни разу не пробовал, — признался мальчик. — Но кое-что знаю об этой игре, мне папа о ней рассказывал. Он очень любил ее, когда был маленьким. Нужно щелчком бить по своим шашкам с таким расчетом, чтобы ими выбить с шахматной доски чужие шашки.

— Это не все! — с пафосом выкрикнула женщина. — Если игрок роняет свою шашку или не выбивает чужую, то ход передается противнику. После того, как у одного из игроков все шашки оказываются выбитыми, игра не заканчивается, а вместо этого берется одна из шашек «в плен», и поединок продолжается, пока не дойдут до последней оставшейся шашки. Перевернувшаяся шашка считается «перебежчиком», и используется противником… В общем, есть еще много всяких нюансов, но их лучше постигать в процессе игры.

— Я бы с удовольствием поиграл, — немного грустным голосом произнес Тоша и с сожалением развел руками: — Но у нас дома нет шашек. Папа обещал их купить, да из-за своей вечной занятости забыл о своем обещании…

— А у нас с Часиком целых два комплекта шашек! — похвасталась бабушка Капитолина. — И шахматные доски к ним есть… Сыграем?

Лицо мальчика расплылось в улыбке:

— С пребольшим удовольствием!

— Но только давайте позовем еще одного участника, — предложила хозяйка дома. — Иначе как мы будем играть втроем?

— Давайте! — охотно согласился Тоша. — А кого мы позовем?

— Нашего одинокого соседа дедушку Тимофея! Ему уже исполнилось семьдесят лет, но он просто обожает такие игры… Часик, будь добр, сходи за дедушкой!

Уже через пять минут четвертый игрок стоял на пороге. Это был подвижный сухонький старичок с реденькими седыми волосиками на голове, одетый в синие спортивные брюки и клетчатую ковбойскую рубашку.

— С кем я буду играть? — с ходу спросил он, стаскивая с ног кеды.

— Сыграй сначала с моим внуком, а потом — с его лучшим другом Тошей! — предложила бабушка Капитолина.

Дедушка Тимофей протянул мальчику свою тонкую жилистую руку:

— Что ж, будем знакомы!

Так как в гостиной был только один стол, компания решила принести из кухни напольную тумбочку, убрав из нее всякие кастрюльки и тарелки.

И пошла игра! Участники, мгновенно поддавшись азарту, визжали, кричали, носились по комнате, как угорелые. А особенно дедушка Тимофей, который совсем забыл о своем почтенном возрасте и вел себя, как десятилетний мальчуган.

Оказалось, что играет он просто потрясающе, Тоша «продул» ему две партии.

Выиграть удалось только у бабушки Капитолина, да и то один раз. Но мальчик совсем не расстроился. Наоборот, он получил заряд бодрости и отличное настроение на целый день.

Потом компания сразилась еще в нарды, и тут уже Тоша взял реванш — три из четырех партий завершились его победой.

Уставший, но довольный, дедушка Тимофей, тепло попрощавшись, ушел домой, когда было уже около тринадцати часов.

Глава восьмая, из которой мы узнаем о том, как Тоша, Часик и бабушка Капитолина кормили голубей и что из этого вышло

— Вижу, вижу по глазам, что вам не терпится сделать какое-нибудь доброе дельце! — хитровато прищурившись, пропела бабушка Капитолина Тоше и Часику, когда они съели очередную порцию блинов и удобно расположились перед телевизором смотреть мультики. — Сейчас я кое-что приготовлю, и мы отправимся в одно славное местечко… Хотя я должна сказать, что вы, ребятки, сегодня уже совершили благое дело.

— Когда? — в унисон спросили удивленные друзья, не отрывая глаз от голубого экрана.

— Вы же играли в шашки Чапаева с дедушкой Тимофеем! — напомнила женщина.

— А разве это доброе дело? — еще больше удивились Тоша и Часик

— Еще какое доброе! — звонко воскликнула бабушка Капитолина, подняв указательный палец, как это часто проделывал ее внук. — Вы ведь сильно позабавили и потешили старика. А позабавить и потешить пожилого человека, это, я вам скажу, своего рода подвиг. И вы достойны всяческих похвал!

Сказав это, она быстро вышла из гостиной. А приятели, пожав плечами, продолжили просмотр мультиков.

Однако через десять минут бабушка Капитолина опять возникла в дверном проеме, на этот раз с пластиковым пакетом в руках. Она уже была одета не в желтый домашний халат, а в синие джинсы и такого же цвета короткий вязаный жакет. Кроме того, на ее голове покоилась весьма причудливая шляпка, напоминающая надкушенный расстегай.

— Ребятки, я готова! — возвестила женщина, всем своим видом показывая, что им нужно поспешить.

На улице Тоша вполголоса поинтересовался у Часика, куда они направляются.

Тот коротко бросил:

— В сквер!

— А что мы там будем делать?

— В сквере обитает стайка голубей, с которыми бабушка давно дружит, — стал объяснять человечек. — И каждый день ходит кормить их.

— Кормить птиц, особенно зимой, да и весной тоже — это одно из самых добрых дел на свете! — веско вставила женщина, услыхав разговор внука с другом.

Вскоре троица бодро шагала по аллее сквера, направляясь к большой клумбе в его центре, окруженной изящными скамейками.

Людей в этот час здесь было немного, всего несколько человек. Внимание Тоши и Часика привлекла высокая старушка, возле которой на коротких поводках гуляли две маленькие собачки. Одна — рыженькая с белой грудкой — очень походила на лисичку, а другая — светло-серая — на барашка.

Бабушка Капитолина и старушка, приветливо улыбнулись друг другу и церемонно раскланялись.

— Это моя добрая знакомая Аврора Степановна, — шепнула Тоше и Часику женщина. — А с ней ее милые песики, один породы шелти, его зовут Пэт, другой — породы бедлингтон-терьер, его зовут Ронни.

Остановившись на пятачке перед клумбой, бабушка Капитолина громко позвала:

— Гули-гули! Гули-гули!

И на ее зов со всех сторон начали слетаться сизари. Секунд через десять их уже было несколько десятков. Окружив свою добродетельницу плотным кольцом, они с нетерпением похаживали возле ее ног.

— Сейчас! Сейчас, миленькие! — бабушка Капитолина запустила руку в свой пакет и стала горстями доставать оттуда и разбрасывать вокруг себя какие-то семена.

— Чем это вы кормите голубей? — спросил Тоша, наблюдая, с каким рвением те набросились на угощение.

— Это зерновая смесь, — ответила женщина, продолжая рассыпать корм на бетонные плиты. — Здесь пшеница, пшено, чечевица и семечки подсолнечника. А еще я сегодня принесла вареные тыкву, морковь и картофель. Их птицам будете раздавать вы с Часиком.

— А голуби что же, и овощи употребляют? — изумился мальчик. — Я думал, их можно кормить только крошками хлеба.

— Нет, нет! — вмешался Часик, демонстрируя свою осведомленность в этом непростом вопросе. — Хлеб голубям давать не следует, он только забивает им зоб и желудок, его энергетическая ценность в этом случае совсем небольшая. А черный хлеб, ко всему, повышает кислотность и вызывает дисбактериоз, ослабляя организм птиц и делая его уязвимым к инфекциям.

С противоположной стороны сквера к ним вальяжной походкой приближался какой-то тип в зеленой расстегнутой ветровке.

Он остановился метрах в десяти от пятачка, где находились приятели и женщина, засунул руки глубоко в карманы своих плохо выглаженных брюк и принялся с неодобрением наблюдать за процессом кормления птиц. Но вскоре не выдержал и неуважительным тоном обратился к бабушке Капитолине:

— Что это вы, мамаша, делаете? Голубей нужно не кормом угощать, а отпугивать петардами и хлопушками, чтобы меньше здесь гадили!

— Ну что вы такое говорите? — возмутилась она. — Кому мешают эти прекрасные птицы?

— Прекрасные птицы! — передразнил тип. — Что в них прекрасного, какая от них польза? Они только помет везде оставляют да перья и пух!

— Как вы можете такое говорить, гражданин? — с обидой произнесла женщина. — Неужели вы не знаете, что голуби столетиями служат людям и часто выручают из очень трудных ситуаций? В Великобритании, например, даже есть памятник голубю, спасшему экипаж подводной лодки. Произошло это, кстати, в 1942 году. Английскую субмарину подбили немецкие самолеты, она легла на дно и всплыть уже не могла. Гибель казалась неминуемой. Но на борту подлодки жили два почтовых голубя, и команда решила использовать их как последний шанс на спасение. К лапкам этих птиц прикрепили записки, в которых были указаны точные координаты лодки. Потом сизарей поместили в капсулу, которую выстрелили через торпедный аппарат на поверхность моря. Один голубь не выжил, а вот второй благополучно добрался до базы и оттуда незамедлительно прислали помощь.

— Да это сказки! — рявкнул тип. — Я вам говорю, не место этим вредным птицам в сквере, пусть улетают отсюда! Гоните их!

Он бросился к мирно клюющим зернышки голубям, стараясь, как можно сильнее напугать их. Некоторые птицы тут же взлетели в воздух, другие отбежали подальше в сторону.

— Я вас прошу, не делайте этого! — попыталась урезонить хулигана женщина.

За птиц вступилась и Аврора Степановна, которая к тому времени тоже подошла к клумбе со своими собачками.

Но тип никого не слушал. Крича и размахивая руками, он бегал за голубями. Бедная бабушка Капитолина чуть не плакала.

И тут случилось непредвиденное. Ронни и Пэт, которые до этого мирно резвились, вдруг изо всех сил бросились к мужчине, вырвав из рук опешившей Авроры Степановны поводки, и пулей устремились к нему. Сначала он и внимания не обратил на собачек. И лишь когда Ронни ухватил его зубами за кроссовок, а Пэт цапнул за штанину и она сильно затрещала, хулиган что есть мочи заверещал и начал убегать. Но не тут-то было! Ронни со свирепым лаем погнался за ним, а Пэт понесся наперерез.

— Спасите! Помогите! — истошно завопил недавний герой, не зная, что делать.

Аврора Степановна попробовала командным возгласом остановить своих разбушевавшихся питомцев, но они, еще недавно такие милые и послушные, не подчинились.

Зайдя с двух сторон, Ронни и Пэт прижали свою жертву к стволу старого, разросшегося клена и угрожающим рычанием не давали ей сдвинуться с места.

Но тип все-таки изловчился, улучил момент и запрыгнул на лавочку, стоявшую в двух шагах от дерева, а потом — и на ее спинку. Однако перепуганному человеку этого показалось мало, он ухватился руками за ветку, затем вцепился в нее ногами, и повис в полутора метрах от земли.

Песики продолжали буйствовать, игнорируя уговоры Авроры Степановны.

Вскоре ветка, на которой болтался хулиган, начала потрескивать и клониться к земле.

— Ой-ой-ой! Прогоните, прогоните этих ужасных собак! — визжал он. — Спасите меня кто-нибудь!

Тоша и Часик хоть и посмеивались про себя, однако в силу воспитания и по доброте душевной не могли оставаться безучастными к слезной просьбе охваченного страхом мужчины. Они подбежали к песикам, подобрали поводки, а затем передали их в руки подоспевшей хозяйки.

В этот самый момент ветка снова затрещала, тип расцепил ноги и, не удержавшись, плюхнулся под дерево — спиной в раскисшую от недавнего дождика землю.

Когда он поднялся на свои трясущиеся ноги, Тоша и Часик помимо воли прыснули смехом — вся нижняя часть спины хулигана была мокрой и измазанной липкой желтоватой грязью.

Крича и охая, тип поковылял в ту сторону, откуда появился. А Ронни и Пэт проводили его громким лаем.

— Что здесь происходит? — раздался мужской голос за спиной приятелей.

Те дружно повернулись. В двух метрах от них стоял тот самый полицейский, которого они встретили несколько дней назад, когда несли сюда свои скворечники.

— Ничего такого! — ответила за ребят бабушка Капитолина. И указала пальцем в сторону удаляющегося типа: — Просто он не давал нам кормить голубей, гонял их, пугал. Ну, а эти милейшие собачки вступились за бедных птиц…

— Ах, вот оно что! Тогда все понятно! — улыбнулся полицейский. И, козырнув ребятам, веселым тоном заметил: — А песики действительно милые.

Через пять минут, когда голуби доели все, что им принесли, троица, оживленно переговариваясь, поспешила домой.

Глава девятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик помогали дедушке Тимофею покрасить окно мансарды

Наконец домой вернулся исхудавший Мурела. Тоша утром увидел его, дремлющего на солнышке возле калитки, и радостно окликнул. Но кот сразу же убежал в глубину двора бабушки Таи и спрятался в кустах смородины.

Когда Часик узнал об этом, то сильно расстроился.

— Какое неблагодарное животное! — вскричал он, воздев руки к небу. — Мы же его нарядили, словно римского императора, и не наша вина, что потом появились какие-то жалкие собачонки и все испортили!

Однако парнишка быстро успокоился и пылким тоном сообщил:

— Сегодня нам не нужно будет думать, какое доброе дело совершить!

Мальчик удивленно взглянул на приятеля. Тот с улыбкой до ушей пояснил:

— Дедушка Тимофей хочет покрасить окно мансарды и просит нас помочь ему!

— Тогда идем скорее! — обрадовался Тоша. — Только я сперва сбегаю в дом и предупрежу о своей отлучке папу и маму, они сегодня дома, на работе им дали отгул.

Через пять минут приятели уже стояли во дворе старика.

Одетый в синий рабочий халат и большую вылинявшую шляпу, он ждал их, помешивая деревянной лопаточкой красную краску в банке.

— Вот спасибо вам, ребятки, что пришли! — здороваясь с ними за руку, как со взрослыми, весело пролепетал дедушка Тимофей. — Я тут с утра уже подготовил окно: шпателем снял старую краску, зашпаклевал трещины и заклеил скотчем стекла на стыках с рамой, чтобы не испачкать их краской. Но довести дело до конца не успел, что-то вдруг немного закружилась голова. Надеюсь, вы сумеете быстро освоить малярные навыки, и аккуратно покрашенное вами окно мансарды порадует глаз.

— Все будет сделано в лучшем виде! — с энтузиазмом и твердостью в голосе пообещал Часик. — Можете, не сомневаться!

— Ладно! — качнул головой старик. — Тогда старший из вас, стоя на приставной лестнице, будет красить окно, а младший, стоя на стремянке, — держать ведерко с краской.

Приставная лестница уже стояла у стены дома, а стремянку приятели притащили из сарая.

Выслушав последние напутствия дедушки Тимофея, Часик вооружился флейцем — плоской кистью из упругой и длиной щетины шириной в два пальца — и взобрался по лестнице до окна мансарды. А Тоша встал на стремянку и поднялся на несколько ступеней. Старик подал ему ведерко и остался стоять в стороне, наблюдая за действиями своих юных помощников.

Минут десять Часик споро орудовал кистью и покрасил уже около половины оконной рамы. И вдруг ему пришла в голову идея ускорить процесс. Парнишка спустился на пару ступеней и, забрав у Тоши ведерко, чтобы самому держать его свободной рукой, стал опять подниматься к окну. Но из-за спешки оступился и пошатнулся, теряя равновесие. В тот же миг он невольно выронил ведерко и освободившейся рукой цепко ухватился за ножку лестницы, чтобы не полететь вниз.

Ведерко упало на крышу собачьей конуры, перевернулось, и его содержимое выплеснулось на мирно дремлющую возле своей миски старую овчарку Молли. От неожиданности бедное животное рванулось что есть мочи, выдернув из земли железный кол, к которому было привязано. Перепрыгнуло через невысокий деревянный заборчик, отделяющий двор от улицы, и приземлилось на цветник.

В это время по улице, что-то напевая, грузно шагал довольно упитанный мужчина в светлой курточке. Увидев, что на него через забор летит окровавленная псина, по размерам сопоставимая со взрослой овцой, он в ужасе сиганул в сторону, не удержался на ногах и шлепнулся в лужу под фонарный столб. Но тотчас вскочил, как на пружине, и с громкими воплями и завидной прытью понесся вдоль улицы.

Перепуганная Молли, жалобно заскулив, нырнула под забор и залегла в высохшей прошлогодней траве.

Дедушка Тимофей выскочил за калитку, схватил собаку за ошейник и втащил обратно во двор.

Часик молча стоял возле лестницы с малярной кистью в руке, виновато опустив голову. Рядом с ним похаживал не менее удрученный Тоша и озадаченно почесывал затылок.

— Как же Молли удалось перепрыгнуть через забор? — не удержавшись., поинтересовался он у запыхавшегося старика, когда тот, посадив пса на цепь в дальнем уголке сада, вернулся к своим помощникам.

— Да она просто сильно перепугалась! — дедушка Тимофей грустно посмотрел на красную лужу возле конуры и покачал головой: — Придется вымокать краску тряпками и потом засыпать это место песком… А Молли пускай пока поживет в саду, под навесом, где хранятся лопаты, грабли и другой инвентарь…

Между тем, нужно было заканчивать работу.

К счастью, в сарае нашлась еще одна банка с точно такой же краской. И, Часик, повздыхав, опять полез к окну.

Тоша, стоя на стремянке, крепко держал в руках банку и с интересом следил за действиями приятеля. Тот старательно елозил флейцем по оконной раме, время от времени останавливаясь и оценивая качество покраски.

Вскоре дело подошло к концу.

— Кажется, все! — повеселевший парнишка ловко спустился на землю и стал, уже снизу, придирчиво осматривать результаты своего труда. И почти сразу заметил недоработку. — Ага, правый верхний угол нужно бы еще раз покрасить, а то он какой-то мутный, неяркий…

Недолго думая, Часик опять полез вверх и быстро исправил погрешность. Затем чуть отстранился, обвел взглядом раму и решил, что и в другом месте — на этот раз в левом нижнем углу — тоже следует пройтись кистью.

Но на ней уже не было краски. Тогда парнишка спустился, забрал у напарника банку и вернулся на место. Макнул в нее флейц и потянулся им к раме. И тут…

Банка упала на бетонную отмостку цоколя, рядом с Тошей, который как раз спрыгнул со стремянки. Крупные брызги алой густой массы щедро окропили его джинсы, курточку и кроссовки. Дедушка Тимофей громко охнул и схватился за голову.

Пришибленный новой неприятностью, Часик, словно прыткая белка, метнулся вниз, схватил тряпку и попытался вытереть краску с одежды и обуви приятеля. Но, увы, лишь размазал ее.

Обильно заляпанными красными пятнами оказались и стена дома, и стремянка, и спортивные брюки старика…

— Вот же невезение какое! — беспомощно развел руками сконфуженный парнишка. — Простите, ради Бога, мою неуклюжесть…

Дедушка Тимофей хотел что-то сказать, но вдруг поскользнулся, взмахнул руками и сел прямо в красное липкое месиво.

— Вы не ушиблись? — обеспокоенно осведомился у него Часик, помогая встать на ноги.

Старик лишь недовольно покосился на него и, потирая поясницу, пошлепал в сарай за тряпками.

Дома Тоше первым встретился папа. Он посмотрел на сына долгим взглядом и, на удивление, спокойным голосом поинтересовался:

— Это тебя, небось, долговязый окатил?

— Он не нарочно, он нечаянно! — шмыгнул носом мальчик.

— Понятно, что не специально! — вздохнул папа. И посоветовал: — Ты бы снял с себя все это да шмыгнул в свою комнату и там переоделся, пока мама готовит обед. А я твою испорченную одежду сложу в пакет и отнесу в мусорный контейнер.

Тоша быстро стащил с себя курточку, джинсы и кроссовки, отдал их папе. И, не мешкая ни секунды, побежал в дом.

Маме в тот день они так ничего и не сказали…

Глава десятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик дарили подарки бабушке Тае

Настал четверг — день чистоты, как его называла мама. Тоше предстояло привести в порядок свою комнату. Обычно, он занимался этим после уроков в школе, но сейчас, во время каникул, решил посвятить уборке утренние часы.

Проснувшись, приняв душ и позавтракав, мальчик взял чистый лист бумаги, авторучку и быстро составил перечень дел, которые было необходимо сделать. Список, получился довольно внушительным: 1) пропылесосить палас; 2) влажной тряпкой тщательно протереть участки пола, не покрытые паласом; 3) не забыть убрать пыль под кроватью, шкафами, тумбочкой и компьютерным столом; 4) шваброй снять пыль и паутину со стен и потолков; 5) вычистить полки шкафов, стол, системный блок компьютера, колонки; 6) специальной салфеткой осторожно протереть монитор; 7) аккуратно сложить одежду, игрушки, книги и диски; 8) выкупать Снежка; 9) проверить, не нужно ли смазать велосипед.

Всем этим Тоша занимался почти до одиннадцати часов. Благо, ему никто не мешал. Мама и папа рано утром ушли на работу. А Часик не должен был появиться раньше полудня, так они вчера условились. Да, собственно, у него самого дел было не меньше — бабушка Капитолина наметила на этот день генеральную уборку в двух спальнях, и Часик, конечно же, просто не мог ей не помочь.

Немного уставший, но в настроении, он пришел около полудня и сразу поинтересовался:

— Надеюсь, работая, ты думал о том, что доброго мы сегодня можем сделать?

— Думал! — ответил Тоша, приглашая приятеля на кухню пить чай.

— И что же ты надумал?

— Давай продолжим уборку! Сначала приведем в порядок какую-нибудь из комнат в моем доме, например, гостиную. А потом пойдем к тебе и уберемся в вашей с бабушкой Капитолиной гостиной или прихожей. Идет?

— Нет! — покачал головой парнишка, присаживаясь за стол. — Я уже тебе как-то говорил, что доброе дело, сделанное для себя самого, не считается.

— Ну, тогда, вот что… — на секунду задумался мальчик. — Сегодня у бабушки Таи день рождения, я точно знаю. Давай сходим к ней и поздравим ее!

Часик вскочил и взволнованно заходил по кухне.

— День рождения, говоришь? — наконец переспросил он. И с загадочной улыбкой изрек: — Мы не будем поздравлять твою старенькую соседку, мы будем дарить ей подарки! Да так, чтобы она не знала, от кого они.

— Почему? — удивился Тоша.

Парнишка назидательно потряс пальцем:

— Благие дела не нужно делать напоказ! И даже рассказывать о них не стоит, иначе получится, что добро сотворено не от души, не по зову сердца, а ради бахвальства, хвастовства. Согласен?

— Согласен!

Часик снова сел за стол, и они принялись оживленно обсуждать, что подарят бабушке Тае, а заодно пить чай с вишневым вареньем.

После недолгой дискуссии приятели сошлись на мнении, что самым лучшим презентом на день рождения для женщины любого возраста являются цветы.

— Главное — выбрать подходящий букет! — вещал парнишка со знающим видом. — Чтобы он радовал глаз и сердце!

— А какой, по-твоему, букет порадует глаз и сердце бабушки Таи? — спросил мальчик.

— Букет красных цветов, только красных! Они делают старушек молодыми, пусть и на короткое время! — очень уж высокопарным тоном выговорил Часик.

— Думаю, ты совершенно прав!

Произнеся эти слова, Тоша подхватился и побежал в свою комнату. Через полминуты вернулся с двумя денежными купюрами невысокого достоинства и несколькими монетками.

— Этого хватит на букет?

— Не знаю! — признался парнишка. И, запустив руку в карман своих штанов, начал его обшаривать. — У меня тоже есть деньги, мне их перед поездкой в Вишневый Рай дала мама, а уже здесь добавила бабушка Капитолина. Так что я, можно сказать, богач…

Допив чай, приятели со всех ног понеслись в сторону сквера, к маленькому кафе, за которым стоял цветочный киоск.

Оказалось, что денег у них вполне достаточно, чтобы купить подходящие для такого случая цветы.

Тоша и Часик выбрали элегантную корзинку из одиннадцати алых роз.

Вручая ребятам покупку, молодой продавец посоветовал им взять еще и небольшую открытку и приложить ее к цветам.

— Только прежде на открытке надо написать ваши пожелания тому, кому предназначаются цветы, — пояснил продавец. — Или просто укажите на ней ваши имена, если, конечно, посчитаете нужным это делать.

Аккуратно прикрыв корзинку курточкой Часика, довольные приятели побежали домой.

Полчаса они думали, чтобы такого написать на открытке и, наконец, решили. Парнишка взял красный фломастер и на обратной стороне карточки старательно вывел: «С уважением и любовью, два незнакомца».

— Может, все-таки лучше было бы написать не «два незнакомца», а «два друга»? — засомневался мальчик.

— Да ты что?! — горячо возразил Часик. — Как это «два друга»? В этих словах нет никакой интриги, которую так обожают все женщины! К тому же, прочитав подпись «два друга», бабушка Тая может догадаться, от кого эта корзина. А мы ведь не хотим делать доброе дело на показ, верно?

— Не хотим! — подтвердил мальчик.

— Тогда пусть старушка сколько угодно ломает голову над вопросом, кто прислал ей цветы! — заключил парнишка. — В ее преклонном возрасте это полезно.

Теперь предстояло незаметно отнести корзинку во двор бабушки Таи, оставить на крыльце и, юркнув на улицу, спрятаться в кустах под забором. А уже оттуда бросить камешек в окно гостиной, чтобы именинница вышла из дома и увидела подарок.

Не мешкая, приятели принялись воплощать свой план в действие.

Скрытно проникнуть во двор старушки оказалось проще простого — калитка была распахнута настежь, а за ней, вдоль дорожки, ведущей к дому, росли кусты флокса. Прячась за ними, Часик быстро пробрался к крыльцу, положил цветы на самую верхнюю ступеньку и на полусогнутых ногах вернулся на улицу. Там шмыгнул под забор, в заросли сирени, где прятался Тоша. Тот сразу метнул комочек сухой земли, стараясь попасть в окно гостиной. И попал. Но бабушка Тая почему-то не вышла. Наверно, просто не услышала стук. Пришлось бросать еще один ком.

Вскоре после этого скрипнула дверь веранды, и на пороге появилась именинница. Она посмотрела во двор, пробежала взглядом по дорожке от калитки до крыльца и вдруг заметила корзинку великолепных роз. Пораженно вскрикнув, с прытью юной девушки подскочила к цветам, подняла их и принялась горячечно рассматривать. Почти сразу обнаружила среди цветов открытку, повертела ее в пальцах, поднесла к глазам, но, судя по выражению лица, без очков не смогла прочитать написанное.

Сунув карточку в карман халата, старушка прижала корзинку к груди и снова проделала взглядом путь от забора до своего жилища, а затем — в обратном направлении. Приятели заметили, что на ее глазах блестят слезы.

— Ты видишь, как взволновал бабушку Таю наш подарок! — шепнул Часик, когда она вернулась в дом.

— Наверно, ей давно никто ничего не дарил, — высказал предположение Тоша.

Они осторожно выбрались из своего укрытия и решили немного прогуляться. Возле цветочного киоска присели на лавочку и стали гадать, нужно ли сегодня делать еще одно доброе дело или уже достаточно.

— Мы, конечно, порадовали пожилого человека, но, я считаю, этого на двоих все-таки маловато! — убежденно заявил парнишка.

— И что же ты предлагаешь? — осведомился мальчик. — Лично у меня сейчас нет никаких соображений…

Часик немного помолчал, как бы взвешивая идею, которую собрался озвучить, и, наконец, глубокомысленно произнес:

— Думаю, было бы не лишним подарить еще что-нибудь бабушке Тае. Пусть этот день рождения запомнится ей надолго! Представь, как она изумится и как обрадуется, обнаружив наш новый презент…

— О, это был бы для нее настоящий сюрприз! — загорелся Тоша этим замыслом. Но сразу и сник: — Только мы уже почти все свои деньги истратили…

— Действительно, в карманах у нас гуляет ветер, — усмехнулся парнишка. — Но не в головах же! Давай прикинем, что бы такого подарить старушке из наших собственных вещей. Только, конечно, новых.

Тоша озадаченно почесал переносицу:

— Вряд ли у меня найдется что-нибудь подходящее для бабушек…

— Зато у меня найдется! — выкрикнул Часик, забыв, что они здесь не одни. — В комнате, которую я занимаю в доме бабушки Капитолины, в шкафу лежит калейдоскоп. Он в целлофановой упаковке и с виду совершенно новый, хотя я знаю, что бабушка купила его для меня лет пять назад, но тогда просто забыла вручить.

— А он что, тебе не нужен? — удивился Тоша.

— Ха! — засмеялся Часик. — Я такими вещами в детсадовском возрасте наигрался.

— И ты думаешь, бабушка Тая обрадуется, если получит в подарок калейдоскоп? — неуверенно проговорил мальчик. — Она же давным-давно взрослая!

Парнишка со снисходительной улыбкой похлопал его по плечу:

— Ты просто не знаешь взрослых! Все они мечтают хоть на короткое время снова почувствовать себя детьми… В общем, побежал я за калейдоскопом. А ты сиди здесь и думай. Может, все-таки и у тебя дома где-нибудь лежит безделушка, способная сделать нашу именинницу счастливейшей из смертных…

Пока Часик бегал за калейдоскопом, Тоша попытался перебрать в уме все вещи, которые находились в его комнате. И вспомнил о скейтборде, полученном накануне Нового года в награду за участие в художественной самодеятельности школы. Желтая дощечка из канадского клена на роликах, упакованная в пластик, уже несколько месяцев лежала за тумбочкой, возле кровати. Тоша ни разу не катался на этом скейтборде, так как имел еще один, очень крутой, купленный папой прошлым летом в Москве.

Как только к цветочному киоску с калейдоскопом под мышкой вернулся Часик, мальчик немедленно рассказал ему о своей «находке». Услышав о скейтборде, парнишка пришел в неописуемый восторг и чуть не пустился в пляс.

— Какая прекрасная, какая изумительная вещь! Это будет просто царский подарок для бабушки Таи!

— Но нужна ли пожилой женщине доска для фигурного катания? — задумчиво обронил Тоша. По выражению его лица было видно, что он не очень-то разделяет бурную радость приятеля.

Вопрос вызвал у Часика полное недоумение:

— Да какому же человеку, находящемуся в здравом уме и твердой памяти, не пригодится скейт?! Ты только представь, как он скрасит досуг одинокой старушки, как развлечет ее!

Этого мальчик представить не смог, хоть и старался изо всех сил. Однако Часику он ничего говорить не стал, только глубоко вздохнул.

После коротких размышлений они решили сначала отнести во двор бабушки Таи калейдоскоп, а чуть позже — скейтборд.

— Вот радости-то у нее будет! — ликовал парнишка. — Целый день получать презенты, да еще такие, это любому поднимет настроение до небес, даст небывалый заряд бодрости на многие месяцы!

Он достал из кармана авторучку, которую, вероятно, захватил дома, передал ее Тоше, а сам направился в цветочный киоск за открыткой.

Как и в первый раз, соблюдая меры предосторожности, Часик пробрался до крыльца дома бабушки Таи и оставил на ступеньках калейдоскоп вместе с карточкой, на которой значилось: «Новый презент имениннице от двух незнакомцев».

Затем Тоша прицельно метнул комочек земли, и старушка вышла на порог веранды.

Увидела калейдоскоп и открытку, подобрала, постояла с полминуты и скрылась в доме.

— Как думаешь, что бабушка Тая сейчас делает? — спросил мальчик у приятеля, когда они, выбравшись из-под забора, спрятались за стволом старого клена на другой стороне улицы.

— Она уже прочитала наше послание и теперь, конечно же, рассматривает мозаику в калейдоскопе! — с уверенностью ответил Часик.

Едва он успел договорить, как вдруг со двора донесся скрип, и в дверном проеме веранды показалась спина старушки. Ступая задом, она медленно и осторожно спустилась с крыльца и только потом повернулась лицом ко двору. Тоша и Часик увидели в ее руках невысокую табуретку, на которой белели два увесистых свертка.

Бабушка Тая донесла ее до открытой калитки и поставила на дорожку. Затем вынула из кармана халата какую-то бумажку, развернула ее и приколола булавкой к забору со стороны улицы. После этого развернулась и пошлепала во двор.

Дождавшись, когда именинница скроется за дверью веранды, приятели выскользнули из-за дерева, отбежали на приличное расстояние и остановились. А через несколько секунд, сделав вид, что просто прогуливаются, не спеша прошествовали мимо двора старушки. Пока шли, прочитали то, что было написано на бумажке: «Уважаемые незнакомцы, спасибо за подарки! Отведайте, пожалуйста, мое угощение!»

Сразу забрать свертки Тоша и Часик не решились. И только на обратном пути, стрельнув глазами по окнам дома и удостоверившись, что бабушка Тая не подглядывает, ребята быстро схватили гостинцы и рванули домой к Тоше.

В свертках оказались различные сладости и по бутылке лимонада.

— Вполне может быть, что наша именинница знает, кто ей подарил цветы и калейдоскоп, — предположил мальчик, с аппетитом уплетая круглое пирожное с клюквенным джемом и сгущенкой.

— Откуда ей знать? — возразил Часик немного гнусаво — его рот был набит шоколадом. — И вообще, вряд ли она подумает на нас, скорее — на кого-то из своих подруг.

Съев все до последней крошки, приятели отправились в Тошину комнату, чтобы забрать скейтборд. Достали его из-за тумбочки, осмотрели и уже хотели возвращаться в гостиную, как вдруг парнишка заметил на одной из полок яркую книжицу. Это было детское обучающее издание, которое называлось «Как вести себя за столом. Правила этикета в рассказах, стихах и картинках».

— Ух, ты! — восхищенно воскликнул Часик. И вопросительно посмотрел на Тошу. — Слушай, а нельзя ли эту красочную вещицу присовокупить к скейтборду?

Мальчик без лишних слов сунул книжицу себе под мышку и выскочил из комнаты. Довольный приятель последовал за ним.

На этот раз подарки на крыльцо бабушке Тае относил Тоша.

Когда она увидела скейтборд и брошюру, то от изумления даже всплеснула руками.

— Кажется, угодили мы старушке! — взволнованно шепнул сияющий Часик на ухо мальчику, наблюдая за тем, как именинница подбирает их подарки.

Через минуту, тихо переговариваясь, ребята стали выбираться из кустов. И тут случилась неприятность: Тоша немного оцарапал веткой щеку.

— Ой! — кривясь от боли, взвизгнул он. И не удержавшись, с досадой прибавил: — Засохла б она, эта проклятая си…

— Тише! — остановил его Часик. — Нельзя быть злым, когда делаешь добрые дела. Злость и добро несовместимы!

Приятели быстро перебежали улицу и, как раньше, спрятались за старым кленом.

В этот момент неподалеку послышалось тихое мяуканье.

Это был Мурела. Он сидел на тротуаре в двух шагах от дерева и безо всякого страха смотрел на Тошу и Часика.

Глава одиннадцатая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик спасали из реки рыжего котенка

На другой день, позавтракав и покормив Снежка, Тоша не стал ждать Часика, а отправился к нему сам.

Тот, одетый в серый заношенный комбинезон и обутый в стоптанные ботинки, деловито похаживал по двору и орудовал большой метлой — выметал мусор из-под кадок и контейнеров с растениями.

— О, молодец, что пришел! — радостно воскликнул Часик, когда перед ним возник улыбающийся Тоша. — А я тут решил навести порядок во дворе.

Мальчик протянул руку к метле:

— Давай я тебе помогу!

— Ладно! — охотно согласился парнишка, передавая ему орудие труда. — А я тем временем протру влажной тряпкой ступеньки крыльца, что-то они запылились.

— Как поживает твоя бабушка?

— Прекрасно! Она с утра побежала в магазин за покупками.

Закончив работу, приятели зашли в дом выпить чая с гренками.

Только приступили к трапезе, как щелкнул замок на входной двери — домой вернулась бабушка Капитолина. Она занесла на кухню пластиковую сумку с продуктами и увидела ребят, которые с аппетитом уплетали поджаристые хлебцы и потягивали мятный чай из розовых чашек, разрисованных звездочками, треугольниками и кружочками.

— О, у нас гость! — обрадовалась женщина. — Доброе утро!

— Доброе утро! — с улыбкой ответил Тоша. — Вам, наверно, было тяжело нести домой такой большой пакет?

— А мне помог дедушка Тимофей, мы вместе ходили в магазин, — ответила бабушка Капитолина и упорхнула в ванную мыть руки. Через минуту вернулась и предложила: — Съешьте-ка, ребятки, по шоколадному батончику с орехами! Я только что купила несколько штук…

Приятели не стали отказываться, с удовольствием съели по батончику, а потом, уже вместе с женщиной, которая тоже села пить чай, — еще и по медовому прянику.

После пиршества Часик переоделся, и приятели отправились гулять.

Сначала они хотели пойти в сквер, но по дороге передумали и направили стопы совсем в другую сторону — к песчаному берегу неторопливой Марьяшки.

В летнюю пору днем и даже в вечерние часы, здесь всегда было полно отдыхающих. А сейчас только два замурзанных малыша лет пяти сидели под грибком и играли с малюсеньким рыжим котенком. Рядом с ними на песке лежал самодельный бумажный кораблик.

Тоша и Часик опустились на скамейку под соседний грибок и стали гадать, какое доброе дело можно сегодня сделать.

Минут десять ни одному, ни другому стоящие мысли в голову не приходили, но потом у мальчика возникла одна интересная идея.

— Слушай, я кое-что придумал! — радостно сообщил он. — Осенью мы с одноклассниками собирали в сквере брошенные бумажки, одноразовые стаканчики и пластиковые бутылки, складывали их в пакеты и относили в контейнер для мусора. Так почему бы нам с тобой не заняться этим сейчас?

— Вот это дело так дело! — воскликнул парнишка, вскакивая с места и возбужденно потирая руки. — Как же я сам не догадался навести чистоту в сквере? Пошли скорее ко мне, захватим мусорные мешочки и — за работу!

И они уже, было, начали уходить с пляжа, но, услышав испуганные детские возгласы позади себя, остановились и повернули головы в сторону Марьяшки. Двое мальчишек, которые недавно сидели под грибком, теперь с криками носились у самой кромки мутной воды и неистово размахивали руками. А в реке, метрах в пяти от берега, покачивался скособоченный кораблик, на котором, сжавшись в комочек, лежал тот самый рыжий котенок. Течение и ветер медленно, но неуклонно, относили картонное суденышко все дальше на глубину. Несчастное животное, инстинктивно почувствовав опасность, нависшую над ним, боялось пошевелиться и лишь тоненько повизгивало.

Тоша и Часик, не сговариваясь, стремительно побежали к реке. И едва успели добежать, как намокший кораблик накренился, потерял форму, и котенок оказался в воде. Он стал отчаянно барахтаться, но было понятно, что без посторонней помощи ему не выбраться и он вот-вот утонет.

Перепуганные мальчишки, со слезами и воплями, помчали прочь, а Тоша и Часик заметались по берегу, не зная, что предпринять.

Неподалеку на песке лежала вверх дном старая деревянная лодчонка, неизвестно кем сюда принесенная, и приятели со всех ног бросились к ней. Без особого труда перевернули и потащили к реке. Потом Часик помог Тоше устроиться на одной из поперечных перекладин, а сам затолкал посудину в воду, при этом намочив не только кроссовки, но и брюки почти до колен.

Приятели начали бешено грести руками, и лодка, хоть и не очень быстро, поплыла вперед, к рыжему бедолаге. Он уже выбился из сил, молотил лапками по воде не так яростно, как раньше, и, похоже, почти смирился со своей участью. К счастью, Часик как раз вовремя успел подхватить его и, положив в свою кепчонку, передать Тоше.

Теперь предстояло вернуться на берег, до которого было совсем не близко — не меньше десяти метров. Однако сделать это оказалось затруднительно, лодка вдруг стала стремительно заполняться водой и почти не двигалась.

— Ой-ой-ой! — закричал мальчик. — Я же плохо плаваю!

— Не бойся! — успокоил его парнишка. — Лодка деревянная и не пойдет ко дну.

— Ты в этом уверен? — засомневался Тоша, забираясь на перекладину с ногами.

— Ну… не должна она полностью затонуть, — не очень уверенным голосом проговорил Часик, продолжая неистово грести к берегу. — Не бойся! Я же не боюсь, а плавать, кстати, не умею совсем.

— Как так? — опешил мальчик. — Ты же говорил, что живешь у моря!

— Да, живу у моря, а плавать не умею!

Парнишка вдруг перестал грести, резко наклонился в сторону и, перевалившись через борт, упал в воду. Тут же обеими руками вцепился в борт и, сильно бултыхая ногами, прохрипел:

— Я слишком тяжелый! Могу утопить лодку…

— Дай руку, дай мне руку! — закричал Тоша. — Я втяну тебя обратно.

— Нет! — побледневший Часик продолжал бултыхаться. — Не теряй время, греби к берегу!

Неожиданно он громко захохотал.

— Что, что с тобой?! — мальчик взволнованно уставился на приятеля.

— Да ничего! — весело протараторил тот. — Кроме того, что я мокрый с головы до пят, и дрожу от холода, как осина в бурю.

И только теперь Тоша заметил, что парнишка больше не бултыхает ногами, а… стоит по грудь в воде.

— Так здесь не глубоко? — не веря своим глазам, тихо спросил мальчик.

— Как видишь! — Часик устремился к берегу, таща за собой почти полностью заполненную водой лодчонку.

Через несколько метров остановился, перевел дух. Потом обхватил Тошу за туловище и понес на руках.

Как только они выбрались из воды, откуда-то прибежали зарюмсанные мальчишки, а следом за ними — обескураженная молодая женщина в красной курточке.

— Господи, ребята! Какие же вы молодцы! — горячо заговорила она, обнимая и целуя Тошу и Часика. — Не побоялись, полезли в реку за котенком! Скорее идемте к нам, я во что-нибудь переодену вас и напою горячим чаем.

— Нет… спасибо… нам нужно домой, — запинаясь, ответил мальчик. Его колотил озноб. — Мы тут недалеко живем…

Он передал котенка одному из мальчишек, круто развернулся и, как ветер, понесся в сторону жилых кварталов. Следом за ним, втянув голову в плечи, устремился Часик, с одежды которого продолжала ручьями стекать вода. Женщина что-то кричала им вдогонку, но они не слышали.

На перекрестке, коротко простившись, приятели разбежались по домам.

Отперев ключом входную дверь коттеджа, мальчик прямо в прихожей стащил с себя промокшие джинсы, курточку и байковую рубашку. В одних трусах влетел в кухню, наспех приготовил себе чай. И с полной чашкой в руке помчался в ванную.

Там долго грелся в теплой воде. А когда, наконец, пришлепал в свою комнату, чтобы надеть спортивный костюм, вдруг почувствовал небывалую усталость. Однако нашел в себе силы навестить Снежка и налить ему в мисочку сливок. И только потом, вернувшись в комнату, упал, как подкошенный, на постель и провалился в глубокий сон.

Проснулся от того, что почувствовал, как кто-то касается рукой его лба. Открыл глаза и в полумраке увидел стоящую у кровати маму.

— Что случилось, малыш? — она включила ночник, висевший на стене, и с тревогой посмотрела на сына. — Обычно тебя невозможно уговорить поспать днем, а тут прихожу с работы, ты — в постели. Заболел? Плохо себя чувствуешь?

— Я просто устал, мамочка! — звонким голосом ответил Тоша и, опираясь на локоть, привстал. — А который час?

— Половина шестого вечера, — мама присела на краешек кровати и снова потрогала ладонью лоб сына. — Скажи мне, что с твоей одеждой? Почему она мокрая и валяется на полу в прихожей?

Только теперь мальчик вспомнил, что так и не привел в порядок свои вещи.

— Понимаешь, сегодня мы с Часиком… — начал он.

— Опять этот Часик! — раздраженно всплеснула руками мама.

Она хотела еще что-то сказать, но в этот самый момент кто-то позвонил в дверь.

— Интересно, кто это может быть? У папы ведь есть ключи… Надеюсь, не пришел твой долговязый приятель, — мама поднялась и вышла из комнаты.

Тоша тотчас выскользнул из-под одеяла и побежал в ванную умываться.

Минут через пять, гладко причесанный и бодрый, вошел в гостиную и увидел женщину в красной куртке. Гостья сидела на диване и, непрестанно жестикулируя, что-то взахлеб рассказывала маме. Тоша сразу узнал эту женщину и, растерявшись, так и остался стоять на пороге.

— Я немного отвлеклась и не уследила за своими сорванцами, — говорила она немного дрожащим от волнения голосом. — А ваш сын и тот паренек, который был с ним, — настоящие герои. Они не побоялись опасности, ринулись в реку за тонущим котенком на прогнившей лодке, которая быстро наполнилась водой…

Мама слушала этот сбивчивый рассказ с тревожным выражением лица.

— А как они потом выбрались на берег? — перебила она гостью вопросом.

Та зачем-то хлопнула себя ладонью по колену и с пылом произнесла:

— Тот паренек спрыгнул в воду и вынес вашего сына на руках!

— Вот как! — удивленно воскликнула мама. И повторила, но уже тихим, прочувствованным голосом: — Вот как…

Долго засиживаться женщина не стала. На прощанье чмокнула Тошу в щеку, улыбнулась и поспешила к выходу. Мама пошла ее провожать.

А мальчик с интересом стал разглядывать большую коробку пирожных, которую нежданная визитерша оставила на журнальном столике.

В гостиную мама вернулась уже с папой, который как раз в это время вернулся с работы.

Узнав обо всем, он ласково погладил Тошу по голове, посмотрел на него как-то по-особенному и негромко проговорил:

— Какие же вы с Часиком молодцы! Я горжусь тем, что у меня такой добросердечный и отважный сын! И я очень рад, что у моего сына есть настоящий друг!

От такой похвалы мальчик даже немного смутился. Он взглянул на улыбающихся родителей и тихо спросил:

— Папочка! Мамочка! А можно я сейчас позвоню Часику и скажу, что вы им восхищены?

— Конечно, позвони! — кивнул папа.

— И не забудь его пригласить на чай с пирожными! — прибавила мама. — Пусть приходит к нам с самого утра!

Тоша взял родителей за руки и радостным голосом пропел:

— Какие же вы у меня замечательные!

Глава двенадцатая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик организовали генеральную уборку в сквере

Настала суббота. Папа и мама рано утром укатили на дачу заниматься огородом и садом, а Тоша остался дома.

Позавтракав, он забавлялся со Снежком, который с каждым днем становился все игривее, и поджидал Часика.

Тот появился около десяти часов. Вбежал в прихожую и с озабоченным видом завил:

— Нас ждет много работы! Поэтому не будем терять время. Надевай куртку и пошли в сквер! Пакеты для мусора и резиновые перчатки я захватил.

— А как же пирожные? — удивился Тоша. — Я думал, мы сначала их съедим, а потом уже отправимся собирать мусор.

— Пирожные никуда не денутся! — отрезал парнишка. — Сначала сделаем доброе дело, а уж потом потешим себя лакомством.

— Может, ты и прав! — со вздохом согласился мальчик.

Он быстро надел курточку и на всякий случай, сунул в карман еще один пластиковый пакет.

В сквере Тоша и Часик, прежде всего, проверили, на месте ли их скворечники, а уж потом торопливо потопали по главной аллее к большой клумбе, решив начинать уборку именно оттуда.

День был погожий, ярко светило солнце, и в сквере гуляло довольно много людей. Но мусор, на удивление, попадался редко. В основном это были пакеты из-под чипсов, конфетные фантики и использованные одноразовые стаканчики. Приятели сновали возле деревьев и скамеек, подбирали все эти отходы и запихивали в пакеты.

Больше всего мусора оказалось в той части сквера, где располагались музыкальная беседка и большая детская площадка, окруженная лавочками.

В песочнице играли дети дошкольного возраста — два мальчика и две девочки. Их мамы сидели поодаль под старыми липами и о чем-то увлеченно беседовали.

Сначала малыши не обращали внимания на добровольных уборщиков, но вскоре заинтересовались их занятием. Оставив свои ведерки, совочки и формочки, стали наблюдать, как собирают отходы приятели, а потом и помогать им. Площадка вмиг наполнилась звонкими возгласами и смехом.

Увидев, чем заняты их отпрыски, мамы забеспокоились.

— Зачем вы мараете руки? — закричала одна, одетая в светло-серый вязаный кардиган.

— Сейчас же вернитесь в песочницу! — приказала вторая — в бежевом пальто с погонами.

— Мы убираем мусор! — звонко отрапортовала одна из девочек, которая казалась немного старше других малышей. Она подняла правую руку, на которую была надета резиновая перчатка, и показала мамам: — А руки мы не мараем, нам мальчики вот что дали!

— Вам не нужно заниматься сбором отходов! — подала голос третья мама, половину лица которой закрывали большие очки с розовой оправой. — Это дело коммунальной службы.

Проходившая мимо немолодая женщина с тросточкой вдруг остановилась и громко поинтересовалась:

— Дорогие мамочки, что вы делаете?! Малыши загорелись желанием поработать на благо людей, привести в порядок наш прекрасный уголок отдыха. Их за этот порыв надо хвалить, а не ругать!

— Шли бы вы, уважаемая, своей дорогой! — недовольно проговорила первая мама.

Но тут заговорила четвертая — в короткой белой курточке и с причудливой высокой прической:

— Наши дети, действительно, молодцы! Они хотят гулять в чистой траве, а не таскать за ногами обертки от мороженого и батончиков. К тому же не стоит забывать, что малыши, приобщившись к уборке в сквере, уже вряд ли сами будут оставлять за собой мусор…

На какое-то время над площадкой повисла тишина. А потом мама в бежевом пальто рассудительно произнесла:

— Когда наводишь порядок своими руками, появляется огромный стимул его поддерживать! Пусть наши детишки поработают!

— А мы что же, будем сидеть и наблюдать за ними?! — мама, одетая в бежевое пальто, возбужденно вскочила со своего места. — И мы должны взяться за дело! А то привыкли полагаться только на коммунальные службы да жаловаться, что они не всегда оперативно делают свою работу. Спасибо детям, подали нам пример гражданской сознательности!

Остальные мамы тоже поднялись со скамейки и завертели головами в разные стороны, осматривая территорию.

— Давайте-ка начнем с беседки! — предложила мама в кардигане. — Там вон какие-то бумажки валяются и еще что-то…

— Да тут надо бы не только мусор собрать, — опять подала голос женщина с тросточкой. — Не помешало бы кое-где краску на лавочках обновить, а то за зиму облупилась. А некоторые скамейки, особенно при входе, нуждаются в ремонте…

— Так, нужно позвать мужчин! — решительно заявила мама в очках. — Хватит им возиться с машинами да в интернете сидеть!

Не теряя времени, три мамы побежали по домам за мужьями, а одна — с высокой прической — осталась присматривать за детьми.

— Ну, теперь сквер будет сиять! — радостно потирая руки, шепнул Часик Тоше. — Ладно, пока суд да дело, продолжим уборку!

Не прошло и получаса, как мамы вернулись. Они привели с собой довольно большую группу людей, — по всей вероятности, родственников, друзей и соседей.

Мужчины принесли несколько банок краски, малярные кисти и валики, а женщины — грабли и вилы.

— Наши дамы займутся сбором мусора и уборкой прошлогодних листьев, оставшихся под некоторыми деревьями, а мужчины подкрасят, где нужно лавочки и теремок на детской площадке! — поставила задачу мама, одетая в бежевое пальто. И затем обратилась к Тоше и Часику: — А вы, ребята, будете у женщин бригадирами! Один возглавит группу по сбору отходов, второй — группу по уборке листьев. Согласны?

Приятели дружно закивали головами.

— Тогда — вперед!

Вскоре в разных уголках сквера послышались веселые возгласы — закипела работа.

Уже через полчаса стало понятно, что количество работающих возросло, причем значительно. И люди, поодиночке или по двое-трое, продолжали прибывать. Со всей округи шли молодые и пожилые, женщины и мужчины, дети и подростки. И шли не с пустыми руками — с метлами, граблями, корзинами и даже с тачками.

К трем часам дня сквер было не узнать — нигде ни одной бумажки, аллеи и дорожки чисто выметены, возле деревьев зеленеет молодая травка, скамейки — как новые.

А народ все прибывал…

К радости Тоши, появились и его папа с мамой. Вернувшись домой с дачи, они узнали о субботнике в сквере и поспешили сюда.

Возле детской площадки увидели сына и его приятеля.

— И вы здесь? — немного удивленно спросил с сияющей улыбкой папа. — А я думал, вы где-нибудь играете.

— Мы здесь с утра, — учтиво ответил Часик. — И, кстати, пришли сюда раньше всех…

— Раньше всех? — переспросила мама. — А как вы узнали о субботнике?

— Так эти милые ребята его и организовали! — сообщила стоящая неподалеку женщина с тросточкой. Она, не смотря на свою слабость, тоже хорошо поработала — навела порядок в песочнице и возле качелей.

— У вас замечательные дети! — прибавила подошедшая к ним мама с причудливой прической.

— Это наш сын! — сказала папа, ласково проведя рукой по голове Тоши. Затем обнял за плечи Часика: — А это его лучший друг, очень, очень хороший парнишка!

— Да, мой внук действительно очень хороший! — звонким голосом возвестила бабушка Капитолина, появившись вдруг из-за куста боярышника. — А его друг Тоша — золотой ребенок!

Узнав от женщин, что в сквере есть несколько лавочек, требующих ремонта, папа немедленно побежал домой за плотницким инструментом, чтобы успеть все починить до заката. А мама и бабушка Капитолина, как-то сразу подружившиеся, поспешили к дедушке Тимофею за саженцами войлочной вишни, которые тот вырастил и теперь не знал, кому их отдать.

Люди самозабвенно работали в сквере до темноты. Расходились по домам уставшие, проголодавшиеся, но счастливые.

Тоша и его родители отправились в гости к бабушке Капитолине, она пригласила их на ужин.

— Я запекла в духовке целого гуся, — объявила она. — Вдвоем с Часиком нам его не съесть. Кроме гуся, найдутся еще и блинчики с творогом, а к ним — отличная сметанка.

По дороге Тоша заскочил домой, чтобы захватить коробку с пирожными.

Ужин у бабушки Капитолины затянулся…

Пока взрослые, насытившись, увлеченно беседовали в гостиной о всякой всячине, приятели вышли во двор.

Вечер выдался теплым и безветренным. На небе висела полная луна, сияли серебряные звезды. В воздухе витал аромат распускающихся почек на деревьях, первых цветов и молодой травы, уже покрывшей газоны по всему городу.

— Завтра я уезжаю домой! — тихо произнес Часик.

— Уже завтра? — с сожалением переспросил Тоша.

— Да, завтра… Мне ведь, как и тебе, в понедельник утром нужно идти в школу…

— Я буду очень по тебе скучать!

— А я по тебе…

Они крепко взялись за руки и некоторые время стояли молча, глядя в темно-синее небо и о чем-то задумавшись.

— Ничего, до летних каникул всего два месяца, — первым нарушил тишину Тоша немного грустным голосом. — А пока будем каждый день перезваниваться и общаться по скайпу.

— А еще, мысленно передавать друг другу приветы! — прибавил Часик, обнимая приятеля за плечи.

— А как это, мысленно? — удивился мальчик.

— Очень просто! — засмеялся парнишка. — Каждую субботу в половине девятого вечера я буду говорить: «Привет тебе, Тоша!». А ты в это время говори: «Привет тебе, Часик!».

— Прекрасная идея! — одобрительно воскликнул повеселевший мальчик. — Только давай передавать друг другу приветы не по субботам, а каждый день! Согласен?

— Согласен!

Они вернулись в дом, зашли в кухню и сели за стол, решив выпить напоследок мятного чая.

Маленькие часики из сиреневого пластика, стоящие на подоконнике, показывали уже без четверти девять.

А в гостиной все еще наслаждались разговором бабушка Капитолина и Тошины папа с мамой.

Content

Добрые дела Тоши и Часика
Веселая повесть
Виктор Иванович Песиголовец

Добрые дела Тоши и Часика Повесть

Глава первая, из которой мы узнаем, как состоялось знакомство Тоши и Часика

Глава вторая, из которой мы узнаем, как Тоша и Часик делали свои первые добрые дела

Глава третья, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик делали кормушку для птиц и что в нее положили

Глава четвертая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик спасали кота Мурелу от промозглой сырости

Глава пятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик готовили завтрак приболевшему дедушке

Глава шестая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик приводили в надлежащий вид папины брюки и пуловер

Глава седьмая, из которой мы узнаем о том, как Тоша познакомился с бабушкой Часика и сыграл в шашки Чапаева

Глава восьмая, из которой мы узнаем о том, как Тоша, Часик и бабушка Капитолина кормили голубей и что из этого вышло

Глава девятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик помогали дедушке Тимофею покрасить окно мансарды

Глава десятая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик дарили подарки бабушке Тае

Глава одиннадцатая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик спасали из реки рыжего котенка

Глава двенадцатая, из которой мы узнаем о том, как Тоша и Часик организовали генеральную уборку в сквере