Наша легенда

Артур Дедков

© Артур Дедков, 2018

ISBN 978-5-4490-6052-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Парфюм. Легенда.

Внимание к простым вещам —

К эмоциям, как к предметам роскоши,

Не мне — себе скажи,

Что ты за модельер,

И какие наряды-настроения носишь?

Я жду, когда спросишь —

Ну как? Тебе нравится?

Этот скромный бутик

По продаже несгибаемой воли,

Ну что ж, берём — можем себе позволить

Эту дорогую парфюмерию,

Придающую невинность взгляду,

А я неподалёку сяду,

Понаблюдаю с чашечкой зелёного,

Под секунд биение

За твоей точкой зрения

В выборе сегодняшнего

Маленького чёрного платья,

Вызывающего пожар,

Счастья аксессуар,

Как личное авторство,

Кратко и лаконично,

Ты напротив симметрично

Будто просишь молча

Чаще пользоваться глазами

Вместо слов,

И как пример —

Слежу за твоей коллекцией,

Мой модельер…

Уговор. Легенда.

Мы слишком крепко

Держимся за руки —

Это не удобный навык,

Чтобы в лесу

Обходить деревья

И перескакивать ручьи.

Вместе и ничьи…

Только уговор —

Встретиться в определенной точке,

Где губы у мочки

Выразят тихую радость.

Ведь неважно,

Кто как испачкался,

Ища ориентиры,

Меня квартиры

И телефонные книги,

Ведь есть и другие

Способы не теряться.

Разные вещи —

Ждать и дождаться.

Такие уж условия

Весеннего безмолвия,

Когда не отвлекают

Ни запахи, ни звуки,

Ибо мы слишком крепко

Держимся за руки…

Антитела. Легенда.

Инкубационный период

Зарождения нового желания,

Его коронование

И постановка на пьедестал,

Чуток задумался — отстал, —

В хвосте отрезка времени

Между симптомами

И объясняющими терминами,

Стоим, прижавшись спинами,

Взведёнными пружинами —

Почти антитела

В первичном очаге,

Змеёю в сапоге

И прочими неожиданностями,

Меняющими показатели,

Такие вот писатели,

Вечно чего-то ждущие,

Занимающиеся самовдохновением,

Наслаждаясь отражением

Той стороны, которая для людей,

А есть и та, которая только с ней

Просматривается,

Когда мы смотрим и молчим,

И напрашивается вывод,

Что у каждого свой

Инкубационный период…

Акт. Легенда.

Отвлекай меня от меня,

Как в старые и добрые,

Отчетливо-счастливые,

Когда другие тактические приемы

Не имели места

И хватало жеста,

Чтобы засечь акт мысли

О чем-то общем и сходном,

От части благородном

И таким не логичным

До умиления,

Моё выздоровление —

Лишь твой синоним

Различной степени,

Образующий признак,

Рисующий очертания,

Ведь наши соревнования

Другого свойства,

Не требующего толкования,

Ибо всё ради спокойствия

И разнообразия

Между качеством и количеством,

Огнём и электричеством,

Смакуя отрыв

И уклонение,

Приняв удобное положение,

Пока в камине

Идет тление и трескотня

И зреет только одна просьба —

Отвлекай меня от меня…

Гольфстрим. Легенда.

Блики оболочки,

Не шумят височки,

Считая опускающийся планктон

Из крошек твоей веры.

Затоплены барьеры —

Можно переплывать,

Даже не напрягаясь,

По нашему Гольфстриму,

Перевернувшись на спину,

Расталкивая пену руками,

Захлёбываясь сказанным,

Упоенно-прозрачным,

С дымом табачным.

До мурашек от совпадения

Наших ватерлиний…

Глубокий синий,

Безбуквенный,

Без «было бы…» и «если бы…»,

Без злобы и ходьбы От судьбы.

А может вплавь?

Не молчи — поправь,

Подскажи, где неправ.

Ведь дорогу избрав —

Не сворачивают,

Не задумываются, как будет проще,

Когда лучи сквозь толщу

Подсвечивают мысли-точки,

Чтобы и твои заиграли

Блики оболочки…

Разговор. Легенда.

Мы поймем друг друга

В разговоре,

Но не только

Благодаря мышце за зубами,

Можно и по-другому —

Не обмениваясь словами

Передать танец эмоций,

Ведь внутри ты танцуешь,

Другие запахи чуешь.

Не сдавайся —

Вращайся, нужно вращаться.

Это как в ночи купаться,

Когда не видно ног,

Но видны звёзды.

И сразу такое странное,

Знакомое чувство,

Когда там, где пусто —

Требуется наполнение.

От чего кайф должен быть

Только завтра,

Которое никак не наступает?..

Об этом каждый из нас узнает.

И, быть может, вскоре

Мы поймем друг друга

В разговоре…

Игроки. Легенда.

Подкупающее вскрытие карт,

Когда проигрыш —

Это тоже фарт

В обе стороны,

За бескрайним столом

Без крошек и следов,

Где каждый из игроков

Не знает, как относиться к блефу,

Сохраняя молчание,

Как оберег

Или лишь изредка смех

Разряжает обстановку

Без прогнозов и сомнений,

Прося недостающее

В комбинацию,

Желая, чтобы у другого

Сошлось не хуже,

Ведь куда уже уже,

Меньше и реже,

По разные стороны манежа

Смотреть на одну арену,

Моргая софитами,

Будучи не сочтёнными квитами.

Ведь так даже лучше,

Чем перебор

И постоянное гадание —

Куда заведет азарт,

А что мы еще можем дать друг другу,

Кроме подкупающего вскрытия карт?

Мера. Легенда.

Когда отрицательное

Стало нормальным?

Поводом формальным

Считать за доступность

Меру сближения,

Карабкаясь против скольжения

С горы нашего мусора в голове,

И как-то не по себе

От этой финальной распродажи.

Да, ты скажешь

И направишь на созидание,

С хорошей подготовкой

И внимательностью к всплескам,

Только не резко.

Было — не нравится —

Кидает в стороны

Кисловатая непредсказуемость

Взаимной инициативы —

Понарошку пугливы,

Чтобы был повод прижаться

И наладить обмен веществ,

С желанием застревать

Надолго в этом состоянии,

Когда может помочь уснуть

Только касание,

Отодвигающее всё,

Что может стать финальным,

Не понимая, когда отрицательное

Стало нормальным?

Перекрёстки. Легенда.

Наши перекрёстки переплетаются,

Кто-то просто говорит —

Кто-то кается,

Со ртом набитым снегом,

И по колени в недочитанном оправдании

На проезжей части

Твоей страсти

С томными тротуарами

Более строгой трактовки —

Момент неловкий —

Менять тему на разветвлении.

Сколько времени

Между воображаемыми линиями

И необозначенными примыканиями —

Шантаж привыканиями,

Соединяющими противоположности,

Увлекаясь от центра

Неравнозначности

В поисках прозрачности —

Годы непогоды

И запутывание следов,

Замедляющихся перед круговым движением —

Твоим решением

Не останавливаться,

Во что бы то ни стало.

И не отрицай,

Что не чувствовала и не знала,

О том, как от эмоций

Глаза закрываются

И наши перекрёстки переплетаются…

Разгадка. Легенда.

Здесь общие фразы не подходят,

Когда твои слова мои уши находят,

Вызывающие и хлёсткие,

Диктующие письмена настроений —

Как звуковая живопись

С утонченным истолкованием.

Принадлежать к исключению,

Твоему влечению к тонким различиям

В рельефности света и теней —

Куда уж смелей,

Чтобы выражать таинственное

Второстепенное начало

И неважно о чем молчала,

Выворачивая опыт наизнанку,

Неутомимо отвергая

Взор, нужный иногда,

В разном состоянии, как вода,

Вкладывая значительность —

Ей свойство присущее.

Она — дико-цветущая.

Без подражания жестам,

А придумывая новые

Движения композитора

И горизонта неясность,

Ведь опасность

Всецело необходима

Для сокровищ спасения,

Ведь нужно терпение

Тому, кто над твоей разгадкой

Ночи проводит,

Но здесь общие фразы не подходят…

Зрачки. Легенда.

Стоять на границе честности,

Когда не хочется

Огласки и известности,

Ибо в жертву принесено

Уже многое,

Ведь только с дороги я,

Дай отдышаться

И прикрутить эту музыку,

Заколосившуюся на повторе,

Быть может вскоре

Всё-таки удастся

Выйти из подмастерья

В своей работе созерцателя

И закурить эту трубку мира,

Но не в качестве сатиры,

Отличающей халтурщика,

А в удобном расположении,

Перелистывая непереводимое,

На вкус ощутимое

Двоякое непонимание

Твоих зрачков —

Поглотителей света

И уступающих ход,

Чтобы смягчить пафос

И помешательство

Особого рода,

Пока хвалебная ода

Учит искусству быть услышанным,

Исследуя руками окрестности,

Стоя на границе честности…

Фитиль. Легенда.

Вращение фитиля по часовой,

Что мы делаем с собой,

Задерживая взгляды

Дольше обычного,

Ради оранжевой раскаленности,

Чтобы дальше поклон нести

В виде самой удобной цифры

С вдохновенным беспокойством

И гусиной кожей,

Как необходимой предпосылкой

Воспитания мышления.

Так и в последнее время я

Пытаюсь быть ярче дозволенного

В этом слепом беспорядке

Потускневших представлений

Тягостного настоящего,

Вечно просящего

Бурных упоений,

Произвольных сокращений

Под действием целебного яда,

Превращающего зверей в людей,

Украшающих жизнь ложью

И скорбью серьезности ремесла,

Ведь я не со зла,

Просто это единственный

Переносимый вид жизни

С дополнительным триумфом

И несправедливостью ребенка,

Пока еще чутко и звонко

В груди отсчитывает постовой

Вращение фитиля по часовой…

Память. Легенда.

В огне и морозе лихорадки

Память бьется в припадке,

Когда скука являет

Своё зевающее лицо

И обугливающий взор.

Как на подбор,

Выделяет из числа других,

Без явных отличий,

Таких же выбросившихся

Из своей колеи,

Кого увели

Чувства полной безгрешности

И жажда видений.

Как нечто, безусловно, несравнимое —

Такое любимое

Зрелище борьбы

С закатывающимся солнцем.

Без отдельных исключений,

Невинных принуждений,

Когда трезв и холоден

Усреднённый экземпляр,

Бестолковый и больной

С верой в импровизацию

И чудесную внезапность —

Необходимую аккуратность,

Ведь так трогательно и смешно,

Когда путаются догадки

В огне и морозе лихорадки…

Среда. Легенда.

Трепетное волнение

Около точки кипения

Нашей совокупности приемов

В виде давления

На основу поверхности,

Находясь в своей среде

С механическими дополнениями,

Переглаженными сочинениями,

Вполне отдавая себе отчет

В своём предпочтении,

Учитывая специфику процесса

Со скольжением рук

В утонченной борьбе

Чрезмерных требований,

Пока внешние раздражения

Меняют направление,

Развиваясь параллельно,

Как особая дисциплина

С теорией и практикой,

Которую можно

Почувствовать для сравнения

Около точки кипения…

Нагрузка. Легенда.

Всепонимающая опора —

Моя мирная ссора

Без утверждений,

В постоянном положении

Покачивания

И оттачивания мастерства,

Когда можно

Исследовать и разрушать,

Самому себе не мешать

В передаче усилия,

Уточняя, а просил ли я

Эту нагрузку,

С обтекающими формами?

В интересах сохранения пользы,

Не требующей размышления,

Надвое деления

Узлов и мерил веса

Твоего интереса

К деталям и мелочам

Трения и скольжения,

Всё еще надеясь, что есть решение —

Единственное верное.

Ну что ж, наверное,

Ты, как всегда, права

В своей способности

К выдержке и деформации,

Меняя интонации,

Как радиоволны

Расколовшегося прибора,

Зная, что есть за тишиной эфира

Всепонимающая опора…

Аквариум. Легенда.

Дыши через мои жабры

С хрипотою,

Пока аквариум

Наполнят водою,

Переворачиваясь снова

Брюхом вниз,

Радостно шевеля плавниками

И не моргающими глазами,

Видя вертикальные отражения

За мутностью стекол,

Где властвует случай,

Такой же, что уместил нас

В эту привычку,

Оставив отмычку,

В лучших традициях

Подражателя,

С законной ролью наблюдателя

За вознаграждающей справедливостью,

Которая есть обмен,

Беря взамен

Всё, что ей хочется.

Потом, как бы стыдясь,

На месте топчется —

Такой вот суеверный обычай,

Бесконечный и бесцельный, —

Смотреть каково нам, если опрокинуть.

Ведь даже он не может порой

Понять, как ты дышишь через мои жабры

С хрипотой…

Место. Легенда.

Нащупать влажное место на карте —

Там будет море,

Ко мне спиною стоя,

Не засвечивая эмоций

И оставляя место для прогулок

Вдоль и в поперёк

Этих пасмурных строк

С легким просветом.

Ну, давай, я вижу, ты ждешь —

Делись советом,

Или, как любишь,

Чтобы выпытывали И догадывались?

Давно раскушенная мнимая полезность

Во всём ставить в известность

Озабоченных привычным порядком

И тонкостью своего стыда.

Какого цвета сейчас вода,

В это время года?

Ты же стоишь к ней лицом —

Она заслужила

Течь по твоим жилам,

Разбавляя концентраты надежды,

Разрешая и дальше мучить себя,

Совмещая приятное с полезным —

Быть грубым и любезным.

Чтобы стало понятно,

Где мы:

На финише или на старте,

Нащупав влажное место на карте…

Смесь. Легенда.

Недочитана, недослушана,

Вся в себя с головою погружена,

Чтобы почувствовать,

Когда станет немного лучше

И потеплеют кончики пальцев

От новых румянцев,

Перейдя в режим

Экономии доброты,

Чтобы скопить

Сумму маленьких доз

От хрустальных угроз

Неподвижной и ничтожной сладости

В эту зиму

С обилием температурного безличия

И соблазнительного благоухания —

Нашего старания

Показать вовремя

Умелое изумление —

Конечно совпадение,

Что тут гадать,

Смелые холодные,

Нравственно неопределенные,

Благодарны в той же степени,

В которой склонны к мести.

Встречаемся на старом месте

С соглашением, что каждый по-своему прав,

Когда среди других мыслей-приправ

Ищем свою смесь кисловатую,

И на вкус как будто горчит она…

Недослушана, недочитана…

Перегиб. Легенда.

Необходимость исчерпывать себя…

Вечные — Можно-Нельзя,

Которые обещали

Днем никого не трогать.

Не сдержались на плотине —

Перегиб в золотой середине

Безотрадных поучений,

Метких изречений,

Никогда не лишних

В разумной доступности,

Твоей терпимости

И невинном отсутствии,

Чтобы шлифовать

Искусство воображения

С отделкой и лепкой,

Укутавшись клеткой,

Зная, что ночью

Замки не стонут,

Ключи не гремят —

Несомненно, разумно

Читать всех подряд,

Ибо зверь должен быть обманут,

Чтобы в мере знал меру,

Слова — на веру,

На ветер,

С обрыва летя,

Понимая, что только она и есть —

Необходимость исчерпывать себя…

Обед. Легенда.

Всё как положено,

Всё как следует…

Пока остальные спят,

Совы — обедают.

Жестокое зрелище —

Орудуют скальпелями

И щипцами,

Всё говоря глазами,

Режущими и рассекающими

Замшу и бархат.

Со щелкающим раздражением,

Идя на сближение,

С маскирующим окрасом

Бесчисленных замечаний,

Редких хитростей,

Хитрых редкостей,

Ударов меткости,

С воспитанием

Соперничества

И отвращения к анализу.

Уже неинтересно,

Когда надежда размером с коготь,

И лучше не трогать,

Пока взгляд в сторону

И крыло сложено…

Всё как следует,

Всё как положено…

Пригород. Легенда.

Неприбранный пригород души,

Разбросаны намётки, карандаши —

Всё по столу — с размахом,

Некуда ладони ступить.

Продать-подарить

Эти безделушки,

Чей вкус пока не осязаем,

Друг друга терзаем, выпрашиваем —

Время скрашиваем,

Словно вступившие в заговор,

Без заборов и пряток.

Вечер шаток,

Бесится, но уступает —

Дает взаймы.

А кто будет отдавать, мы?

Частями свои острова

Из опилок и пыли,

Где можно было сидеть в тиши,

Оставляя, таким как есть,

Неприбранный пригород души…

Рубцы. Легенда.

Улыбок бережное цветение,

Рубцы — удобрение.

Без них никак —

Рецепт не соблюдён.

Нахлынувший звон

Не тревожащий;

Взгляд колюще-режущий

Под сводом бревенчатым,

Шахматно-клетчатым —

Поводом стал

Пригласительно-вопросительным

Удалиться с праздника,

Многого не досмотрев.

Правдивый блеф

Не раскусываемый,

Бездоказательный,

Как каменный круг спасательный,

Разбивающий по слогам

Надоевший шум и гам

За пределами слышимого

Моря за шлюпкой —

Нельзя такой хрупкой

Проситься в ладони

На передышку,

Листать, как книжку,

Разглаживая перегибы —

Выравнивая настроение,

Пока на подоконнике идет

Улыбок бережное цветение…

Наблюдение. Легенда.

Глубокая тоска по восхищению,

Согласно наблюдению

Со стороны.

И эти врожденные склонности

Не создавать противодействий

Для наших приветствий,

Когда мы полностью обездвижены

И можно вращать —

Не перекрутиться.

А может, и нет ничего иного

Для цикла годового,

Ради нескольких встреч

От прежних существований,

На грани приличия,

Устав от двуличия

И вынужденности

Казаться толстокожими

С мыслями расхожими,

Оставленными в одиночестве,

Выработанном или завоёванном

Тихой мольбой — новой главой,

Чтобы улавливать оттенки

Тонко настроенных антенн

На талантливые преувеличения

С уверенной манерой подачи,

Желая удачи

И точности звучания,

Доверяя своему ощущению,

Что всё-таки в душе засела

Глубокая тоска по восхищению…

Сети. Легенда.

Секрет наших паутин —

Лечь вдвоем на карантин

Неиспользованным материалом,

Близким по составу

В поиске вариантов

Ловчих сетей —

Случайных идей,

И укрытий на время линьки,

Листать твои картинки,

Как поддающиеся суставы

Заскрипевших шестеренок

Вновь запущенного механизма,

Вызволенного из консервации,

Где мягкие интонации

Находят себе применение

В жидкой форме,

Подвешенной на волокне,

Каплями по спине,

Ртами, озирающими местность,

Поставив в известность,

Что хотят друг друга тела,

А у наших душ есть и другие дела,

О которых

Никому из последующих —

Ни слова,

Ни даты, ни года —

Такая порода,

Сродни марок

Дорогих вин,

Которые умеют хранить

Секрет наших паутин…

Тетрадь. Легенда.

Потеснившая мою тетрадь,

Чтобы всё непременно знать

И догадываться —

Ближе укладываться,

Укутавшись скрепленными

Листами белой бумаги

У костра в моём овраге,

Чтобы от ветра прятаться

Среди клеток и линий,

От чужих брошюр —

Картонных шкур,

Ведь наши приметы — особые,

Не терпящие

Изношенных до скуки слов,

Оставленные среди снегов

Хвалить необъяснимые возражения

С попыткой определения

Движущего и движимого,

Как верных союзников

Преимуществ наблюдения,

Пока всё, что есть — прикосновения

И твоё умение ждать,

Потеснившая мою тетрадь…

Первенство. Легенда.

Небо бросалось в объятья

Липкою влагой

Приоткрывшихся губ,

Теплотой сотен шуб

И кремовых зазубрин,

Роняя упорствующее зерно

Скоротечных утр,

Уставших от игр

«Кто больше мудр?», —

Забирай первенство.

А может, посмотрим фильм

Или пойдем домой

На снежную набережную,

К застывшим в полёте садам?

Что смогу — дам,

Поделюсь стальной полосой,

Пока мы дышим на окна,

Чтобы писать пальцами

О том, кто и сколько

Нащипал ангельских перьев

Среди уснувших деревьев

Тихо и вкрадчиво,

Дразня наготой —

Своей прямотой,

И разбрасывая монеты

С жестом,

Рвущим листья и платья,

Пока между сплошными условностями

Небо бросалось в объятья…

Чай. Легенда.

Засчитай как очевидное,

Но не очередное,

С тёплым чаем в покое

У камней и огня.

Посмотри на меня

Ещё раз так, как

Ты умеешь.

Не пытайся сказать всё —

Не успеешь,

Не надо,

Когда горькая услада

Касается таких тем,

Понятных не всем,

Лучше еще подождать,

Потомиться,

К лицу наклониться

И допить по глотку

До осадка на дне,

Где осело всё

Грубое и обидное.

А потом, как всегда,

Дочитай мои мысли

И засчитай как очевидное…

Числа. Легенда.

Подозрительная нормальность

И полная исправность

Регулирующих механизмов,

Допускающих множественность

Закона чисел,

Пока от них зависел,

От этих отдельных волокон

Внезапной тяги,

Отдавая долги бумаге

И сворачивая с финишной черты

На несколько ступеней назад,

Чтобы с обстоятельствами быть

Не «под», а «над»

В эту осень,

Поперечную и косую,

Чего нет — дорисую

На наших границах перехода,

Не разделяя

Запланированность и случайность,

Пока нити держат

Подозрительную нормальность…

Дозы. Легенда.

Простейшие прелести

Теперь дальше мне нести.

Эти проблески в небольших дозах,

Без закладок

Между страницами.

С собой помириться бы —

Замереть ящерицей,

Ищущей солнечных пятен на стенах,

Дверях и окнах,

Не так плотно

Склоняй меня к вниманию,

Близкому добровольно.

Скажешь, когда довольно,

Чтобы отключить напряжение

Неловкого молчания

И неприкосновенного вида

Ослепительных заблуждений —

Взаимных вторжений,

Заранее ожидаемых.

Ибо у нас — полдень жизни.

И что теперь позволено

Избалованным ощущениям,

Косвенным возражениям,

Когда единственным

Верным поиском

В этой серости

Остались только

Простейшие прелести…

Молчать. Легенда.

Стоять на опережение,

Молчать на поражение

У края стола.

На блюде — слова

Недоеденные

С нетронутой сервировкой.

Так ловко

Выбор поставлен,

Опрокинув стакан.

Зачем тебе дан

Этот взгляд разбуженный…?

Побежал — буду к ужину.

Приготовь свою кровь и слёзы.

Благодарные угрозы

Налей в графин,

Не отсчитывая

Сколько октябрей

Осталось на лице

Струями дождевыми,

Окнами дворовыми,

Передававшими друг другу

Три коротких, три длинных,

Не зная мер серединных

И круглых углов,

Где в пределах касания руки

Не слышны чужие звонки,

Вызывающие раздражение,

Когда с тобой просто приятно

Молчать на поражение…

Побережье. Легенда.

Синие тяжести по прямой

С каменной глубиной,

С солью почти на ощупь,

Когда утренний бриз

Щекочет кончик языка,

Как ты можешь быть

Так легка,

Запутывая в пальцах облака

С фигурным побережьем,

За которое всегда

Битвы точатся —

Всем ближе хочется

К изгибам туманным,

Местам отрадным —

Без перегибов и штормов,

Мой фарватер таков,

Что компас — только на Юг,

Говорю — что друг,

Покачиваясь в объективе,

Улавливая каждую тень

Волос твоих несобранности,

Стоя на краю пирса,

Где скользкие водоросли

Не дают чёткости изображения,

Хотя не критично,

Вдвоём симметрично

Смотреться среди скал,

И каждый из нас — немой,

Когда неустанно вглядываемся

В эти

Синие тяжести по прямой…

Равновесие. Легенда.

Съешь ещё одну ложечку

Взрослой рассудительности

И запей мечтаниями,

Которым не суждено было

Осуществиться,

Позволь себе поживиться

Намётками на приключение

И недозволенное удовольствие,

Условное спокойствие

На этом пути,

Как ни крути,

А битва идёт за равновесие

Таланта и иллюзии,

Пока изматывающие и уступающие,

Желающие быть закопанными,

Детские страхи,

Как пробелы —

Тупые стрелы,

Которые носим только для вида

В своём колчане,

Ускользают из-под контроля,

Не подобрав пароля,

А просто предлагая понемножку —

Съешь ещё одну ложку…

Любопытство. Легенда.

Слепота доверчивого покоя,

Когда можно выйти из строя,

Не боясь замены,

И лежать, наслаждаясь поверхностью,

Между близким и ближайшим —

Слоем тончайшим

Хитрости самосохранения

И роскошью правдивости,

С твоей милости и подачи

Правил отшельнической игры,

Содействующей ускорению

Горячего, опасного любопытства —

Чреватое вопросами бесстыдство,

Всегда сомневающееся —

А что если мы обмануты

С самого начала?

Дисциплине сердца ночи мало,

Чтобы ощутить вкус

Привилегий жизни риском

И нежного презрения

Следовать спискам,

Пока тёплые ветра сочувствия

Шепчут, что можно жить,

Никому яму не роя,

Со слепотой доверчивого покоя…

Допущение. Легенда.

Полёт Медузы к Солнцу,

Как самостоятельное перемещение,

Маленькое допущение

Ненапрасных усердий

В этом вакууме

По инерции

Или без неё.

Отдать последнее — своё Терпение

Соединительных тканей

Зонтиков и колоколов

Внутри наших голов

И линейных размеров души,

Которые рассматриваются,

Как планктон,

Ибо их стон

Не может сопротивляться

Течению

И контролю высоты

Под давлением

Архимедовой силы,

Напрягая щупальца-жилы

В этом потоке сознания,

В котором так редки союзы

Новой Мысли

И полёта Медузы…

Чернила. Легенда.

Кожа, которой коснулась Жизнь

Торжественными чернилами —

Как мило,

Что не забыла

Мелом обвести

Территорию плодовых деревьев

И декоративных сообщений,

Так — без разъяснений —

Наугад

Искать под камнями клад

Наших озеленённых объектов,

Подтверждая квалификацию,

Ландшафтную мотивацию

Своих навыков

В отсечении сухого

И царапающего нашу память

С прополкой и поливом

В пространстве молчаливом,

Когда от холода очнулась

Кожа, которой коснулась

Жизнь…

Фон. Легенда.

Глаза с пугливым наклоном,

Вода по склону

Задним фоном,

Мечтающим обрывом

Без стыда — По краю лба

С речью треска сучьев

Осеннего парка,

Давно не жарко

С воротником на разрыв,

Держа похотливый

Комок в горле,

Бросая мысли

В окна

Сухими ветвями,

А что теперь с нами,

Руки порезав

Друг к другу

В души лезем,

Как взломщики

Перешептываемся в полтона,

Смотря в глаза

С пугливым наклоном…

Причина. Легенда.

Кто автор твоих первых морщин?

Только тебе понятных причин,

Приведших сюда, где есть —

Бессонных ночей не счесть,

И от каждой надрез

Поперёк всем радостям

И соблазнам.

Помолчим о разном,

Переступив порог

И на один вечер

Сбросивши ношу

Наших широт —

Подержим закрытым рот,

Натворившего столько дел,

Пригвоздивших

К сегодняшнему пути

И теперь хочешь

Толкай-кати

Свои мысли-рубцы

О том, что мы — беглецы

От невечных благ

И затворов,

Зная, что нет завтра.

Сегодня — последний срок,

Когда бы спросить смог,

Задать вопрос один —

Кто автор твоих первых морщин?

Быть. Легенда.

Найти бы угол

Без лишних глаз,

Где не хлопают дверью

Напоказ,

Где можно уняться

И не дёргаться

От мыслей в лоб —

Вдвоём чтоб

Присесть и погреться

И найти время «Быть»,

Лишнее — смыть

Проточной,

От жажды — такой сочной,

Как твои блики,

Которые обещают жалеть

Даже Бога, Пока моя тревога —

Частный случай.

Себя не мучай,

Оборачиваясь

В который раз,

Чтобы найти тот угол

Без лишних глаз…

Лёд. Легенда.

Люди-холодильники

Затянули рубильники

И стоп-краны,

Чтобы не чувствовать раны,

Ведь лёд — так сладок,

Аж бросает в озноб

От таких особ

С сердцами в морозилке,

Оставленных до ужина.

А ты опять простужена —

Обнажена и сложена —

Подтаявшим мороженным,

Когда хочется меньше думать

И больше жить,

Боясь остыть

Окончательно,

Слушать невнимательно

Хруст тонкого под ногами,

Но ты не провалишься —

Ты лёгкая

И одета не по сезону.

Доберёмся до берега,

А там и разделим на две персоны

Этот город вмёрзших пилигримов,

Где зубы задают бит

И каждый по-своему убит

Без права объяснения —

Совпало уравнение,

Когда внутри себя

Потушили светильники

Люди-холодильники…

Оценки. Легенда.

Начинается новое прошлое

Для единиц и нулей,

А что будет за ней

Оставлено,

Какой шлейф?

Выставляя оценки

С закрытыми глазами.

Всё в нас — всё с нами.

Вещи, о которых нельзя говорить,

Нельзя рассекречивать

Опрометчиво,

Пока нечто прекрасно работает,

Ибо важен сам процесс,

Старый фильм исчез.

А зачем его пересматривать,

Если и так всё знаешь.

Чего от него ожидаешь?

Ища отличия

Между равнодушием и покоем,

В твою книгу — запоем

Ушёл и пригрелся,

Как в теплом сумеречном трамвае,

Убаюкался размеренным стуком колёс.

Прости, если что не донёс —

Растерял по пути,

Не молчи —

Съязви, пошути,

Раствори в своей музыке,

Где нет понятий —

Простое и сложное,

Но можно чувствовать как

Начинается новое прошлое…

Камень. Легенда.

А что стоит позвонить?

На том конце окрылить,

Поднявшего трубку,

С заветным «Алло…» —

Совсем не тяжело.

И дело даже не в смелости

Или в нежелании

Набрать не вовремя,

А в понимании

Нехватки реальных встреч

Для глаз и души,

Сбрось мой камень

С плеч —

Звони-пиши…

Паузы. Легенда.

Разделение нашего языка

На Привет и Пока,

Хотя между этими словами

Могут быть годы

Заполнения пауз улыбками,

Поздравлениями-открытками

И прочим конфетти.

Куда мне идти,

Оказавшись более счастливым,

Чем другие,

После падения яблок.

Для прихода и выбора Из сотен идей —

Всё-таки идти за ней,

Протягивая руку навстречу

И касаясь её слегка,

Когда не нужно говорить —

Привет и Пока…

Мерцание. Легенда.

Ты всё это знаешь лучше меня,

Как бежать голову сломя,

Среди мерцаний трусливого огня

В парафиновом панцире,

Дающего направления,

Но не освещающего весь путь,

А тем временем ртуть

Опускается,

Пока внутри ещё

Что-то теплится, мается,

Надеется, что ищет не зря,

Но ты всё это знаешь

Лучше меня…

Решение. Легенда.

Отличаясь наличием

Фазы полета,

Не допуская присутствия

Ошибки в расчетах,

Как одного из способов передвижения —

Моё решение,

Скользить по мягкой породе,

Теряя точность в переводе

Сложной и координированной

Деятельности мышц

Моей памяти,

Без двойной опоры —

Ты так скоро,

Что ещё не успел настояться

Порог выносливости

Познания несущественных сторон —

Тебе мой поклон,

С разной степенью обсуждения —

Преодоление наслаждения,

Как земной гравитации, подскакивая и опускаясь —

Всё дальше увлекаясь

Этим обменом веществ

И второстепенными радостями

Кислородного голода,

Постоянно ища повода

Для повышенного сердцебиения.

Ты — как освобождение от судорог ежедневного

И ежечасного стихийного бедствия,

И как следствие — каждая ночь,

Как с пятницы на субботу —

Отличается наличием

Фазы полёта…

Абордаж. Легенда.

Вшивать в себя нити

Кольцами нарастая, —

Ты такая простая,

Стоишь в дождливый вечер

У телефонной будки,

Лицо скрывая за фиолетовым зонтом —

Бью десятку вальтом,

Просовывая пальцы

Сквозь отверстия в стене

И нащупывая идущий за ней дождь… —

Что если я пробьюсь, А это 29-й этаж?

Иду на абордаж

Тюремного дневника

И автобиографии грешных деяний,

Мятного маятника колебаний,

Уступающего моё право зверя

На незнание причин провалов в памяти,

Когда должен сам дойти,

Не почему заперли, а почему выпустили?

Красный чемодан в зеленом поле,

И я в нём —

Даже не думай спрашивать!

По золе гадая, скрашивать

Звуки шагов, наполняющих комнату,

Шаг — как год,

Чтобы запомнить код

И запах нашей стаи —

Вшиваю в себя нити

Кольцами нарастая…

Предотвращение. Легенда.

Растирая обмороженности

Остывших щёк — Металлом по шее тёк,

С воздействием желтых температур —

Всё чересчур — Комедия, драма,

И остальные приёмы

Предотвращения,

Незаметно — исподволь,

Не чувствуя боль

На первых парах, пока кристаллы

Не ранят кожу,

Предупреждая, как могут,

Что и песок, и скальная порода —

Всё погружается под воду,

Приходящую из соседней комнаты,

Разгоняя муравьев — одиноких людей,

Чтобы следить за ней

И её, так быстро,

Осчастливленными руками,

Друг за другом веками

Хвостиком увязываться,

Спрашивая в любой момент —

Ты можешь прийти прямо сейчас?

Потому что по одному —

«Нет Нас»,

Ибо отдельной заботливой сволочи

Невдомек —

Зачем растирать обмороженности

Остывших щёк…

Героиня. Легенда.

До горизонта синь и бирюза,

Опущены глаза

Главной героини

Спектаклей, мюзиклов, балетов,

Чужих советов не слышащая —

Небом дышащая

В укромных уголках береговых линий,

Раскрываясь постепенно,

Когда время так бесценно —

В каждом локоне и подоле,

Выпустив себя в неволю

Плена очарования фонарного монастыря,

Ничего не говоря,

Зарабатывая деньги танцами и выступлениями

В обители нищих и преступников,

С чудесным золотистым оттенком кожи,

Присущим андалускам и римлянкам,

В изящных башмачках,

Затянутых ремешках,

Кружась на небрежно брошенном под ноги,

Старом персидском ковре —

Быть здесь и нигде,

Пока взгляды прикованы

И все рты разинуты под рокот бубна

Над головой,

Чтобы не тронуть покой

Талии в корсаже

Или, может даже,

Лучше, чтобы были

Опущены глаза

И до горизонта — синь и бирюза…

Скромность. Легенда.

Ты внутри, а я снаружи,

Привяжу тебя потуже,

Пытаясь верить,

Что ты меня выдержишь,

Пока не истёк срок годности

Нашей скромности,

Такой быстрой, как Луна,

С Её хорошим вкусом,

И вместо того,

Чтобы убивать время —

Тихо строим своё племя

С просторными склепами

Для тесных мгновений,

И кукол с мёдом на пальцах,

Пока бриллианты устали

Покупать людей

И измельчать до пыли,

Когда многие забыли,

Что трудно держаться за руки,

Если руки — кулаки,

Сжимающие свою

Маниакальную правдивость,

Пока хранят молчаливость

Снежные ангелы нежности,

Помешивая облака

В моем кофе,

Где сладость и горечь В танце кружат —

Ты внутри, а я снаружи…

Обезболивание. Легенда.

Шепот довольной кошки

Всерьёз или понарошку

Просит завоевать осуждения

И утешительные обязанности,

Чтобы понять —

Отчего запускается

Описаний механизм?

Ну, что делать,

Если просит организм

Негромкого ритмичного

Продолжительно вибрирующего звука,

В примирении со скукой

И согласно последним

Исследованиям,

Когда чувствуешь себя

В безопасности

От простого требования

Обратить на себя внимание

И дать всему этому название,

Чтобы действовало расслабляющее,

Заживляющее и, желательно,

С обезболиванием,

Обращаясь ко мне

С просьбой своеобразной:

— Просто погладь мне ножки…

Ох уж этот безотказный

Шепот довольной кошки…

Доверие. Легенда.

Если больше некому —

Мне доверяй,

Ведь нельзя же так,

Чтобы совсем никому,

По сердцу и уму

Из света во тьму —

Не самому,

Должно же быть легче,

Когда-то же наступит край.

Конечно, не давлю —

Выбирай,

Твоё право —

Лекарство или отрава?

А дальше не утаить,

Чтобы вместе пить

Эту кристальную или мутную,

В дороге попутную

Или путеводную,

Скованную или свободную,

Никогда не подстроиться

К тому,

Что ломаясь — строится,

И не угнаться за всеми картинками,

В очередях обещаний,

Напрасных страданий,

Если доверять некому,

Вот теперь с этим дальше

Живи и знай,

Но, конечно, я не давлю —

Выбирай…

Читатель. Легенда.

Давай, чтобы не повторяться —

Бывает нужно

Самому остаться,

Свернувши горы

И вызовы скорой

Не приезжающей,

Как так и надо,

Отложи притушив,

Не привлекая внимания

Ибо нет названия

Этому нашествию

Полностью или частично

Описать формы

Было бы отлично,

Завязав единицы

Крепко-накрепко

Со значением непрерывности,

Жадной наивности

И подражания тишине,

Лежать не моргая,

Чтобы не пропустить читателя,

С которым нужно поравняться,

И отпусти уже эту кнопку паузы, —

Давай, чтобы не повторяться…

Холка. Легенда.

Ножки в ладонях,

Наш старый сценарий,

Засушенных с лета дней гербарий

Между страниц той книги,

Что на самой верхней полке,

Гладить, как кошку, по холке,

Стараясь лишний раз не скрипеть

В этой конкурсной программе,

Меняя твоё настроение

Как фильтры в Инстаграме,

Чтобы построить новый сюжет

Наблюдения за миром

С тёплой непосредственностью,

Приземлённой естественностью

К чему-то бескорыстному,

Тому, во что хочется верить,

Помимо своих первичных интересов

В этой зимней действительности,

Неподдающейся критике,

Со своим впечатляющим воспитанием

И визуальным рядом,

Сопровождающимся закадровым голосом,

Где, как поток сознания —

Твоё очарование

Раскрывается по принципу матрёшки,

Чувствуя, как сплетаются дорожки,

Которые просят не проводить

Всё время в погонях,

А лучше иногда лежать на старте

И мять ножки в ладонях…

Витамины. Легенда.

Лечишь меня,

Вызывая привыкание,

Казалось бы совершенно безобидное,

Родное — очевидное,

Самостоятельно

Выписывая назначения,

Временно получая облегчение,

Не замечая

Как возникает зависимость,

Закрывая глаза

На строгий контроль,

Идя не в лобовую,

А вдоль

Подсаживающих средств,

Принимаемых за витамины,

Отдельные половины,

Принимать — перед сном,

Избавляясь от нагрузки,

Всё же по-русски,

Ну как объяснить по другому, —

Не режь по живому

Эти эффекты побочные,

Связи прочные,

Самостоятельно не проходящие

Без рифм, как проза —

Моя ты доза,

Требующая устойчивого увеличения,

Когда слово твоё, —

Твоё касание, —

Лечит меня,

Вызывая привыкание…

Фаворит. Легенда.

К чему ты ведёшь,

К чему клонишь?

Как всегда, — загадку уронишь,

Питая своей многослойностью,

И удаляешься в зенит, —

Пускай он хранит,

Согласно словарю,

То, что пишу, говорю

О какой-то стойкости

И неизменности,

О каком-то долге

И верности,

В обязательном порядке

Что-то чиркая в тетрадке

Спереди и сзади —

Чего ради?

Каких добровольных сторон

И официальных фаворитов

В позвоночнике «нашей религии»

В любви к нарушению табу

И я, как могу,

Всё это разгадываю,

Надеясь, что когда-то

Ты меня успокоишь

И станет понятно

К чему ты ведёшь,

К чему клонишь…

Укрощение. Легенда.

В прошлом ничего не рождается,

Одеялом укрывается

Каждая укрощенная страсть,

Которая довольствуется наблюдением

Без мыслей и речей

В мягком свете свечей,

Как зачарованное животное,

Смотрящее на огонь,

Превращая свои ощущения

В драгоценные камни,

Редкие минералы,

Как между встречами интервалы,

Сохраняющие дистанцию

Для восхищения

Подобным лечением

Себя и Мира.

Ночь. Тишина. Квартира.

В которой двое могут понять,

Посреди спектакля жизни,

Что истина всё-таки подтверждается —

В прошлом ничего не рождается…

Шатёр. Легенда.

Я уже как будто читаю со сцены

В который раз наши старые темы

Подмостков театральных,

Вымыслов реальных

Про поиск успокоительных вариантов,

Других ракурсов,

Других углов,

Глаз и слов,

Представляющих собою шатёр,

В котором всегда идет репетиция

И, как годится, я —

Возвожу фасад и декорации

В этом замкнутом пространстве,

Имея возможность на всё и всегда

Смотреть иначе,

С другой подачей —

Крепче, громче, резче, —

Как ночной крик,

Захватывающий и впечатляющий,

Что даже окурки зависают в воздухе

По горизонтальному сечению,

Не поддаваясь убеждению

Гимна световых эффектов,

Когда за ненависть бывает стыдно,

Ну да ладно — будет видно

Как пройдут номера,

Тестирующие прочность системы,

Но об этом

Я уже как будто читал со сцены…

Автор. Легенда.

Нужно спросить будет

У автора,

От чьего лица повествование?

Догореть — наказание?

От чьего лица приговор,

Как пощечина?

Отдала себя — обесточена?

Чтоб остаться здесь,

Вьёт сиамская смесь

Свою вязь,

Как всегда, торопясь,

С остановками.

Свет сейчас оборвется

У края стола,

Опустеет чернильница,

И ей больше не нужны

Будут слова,

Когда в поте лица

Моя успокоительница…

Шкатулка. Легенда.

Замками-перемычками,

Не справится отмычками

С твоей малахитовой шкатулкой

В подреберье,

Как в старом поверье

О неотразимости,

Простой необходимости,

Чтобы другие не смогли

Отвести взгляд.

И каждый вместо украшения —

Подарок-искушение,

В большом ассортименте

Всевозможных полезностей,

Когда леди находит

Им применение…

Спокойное волнение,

Что самое приятное теперь —

Стоять на видном месте —

Признанье в одном жесте,

Как напоминание

Особенной ценности

Своего материала,

Как всегда, угадала,

Где прятать

Свои тайны-ожерелья —

В малахитовой шкатулке

В подреберье…

Алтарь. Легенда.

День змеиной кожей сброшен,

На алтарь с трудом положен —

Исцелен и оплачен,

Вопреки расхожему мнению

И возможной путанице,

В отличиях бабочки и гусеницы,

У которых всё меняется

Одномоментно и одним слоем,

Как и нам, шагающим строем,

Вдоль кажущейся неоднородности,

Слущивающим свои минуты,

Словно выворачиванием чулка наизнанку,

Играя в молчанку,

Формы и количества

С Его Величеством Случаем,

Когда ничего не перекручиваем,

А просто прячем глаза

Под кольцами тела,

Перемещаясь в безопасное место,

Сухое и тусклое —

Расслабь свои мускулы,

Ведь сон уже утверждён и назначен,

Исцелен и оплачен…

Ход. Легенда.

Всё в узком контексте —

Я жду твои вести,

Подёргивая наручные,

Шелестят ли?

Раскалывая ампулы твоей строгости,

Продуманной до последнего кадра

В торжестве медиамира,

С кляпом из кашемира,

Чтобы не покупать навязанного —

Не уравновешивающего,

Того, что под нашими шкурами.

И неважно, какими фигурами

Ходить первым,

Главное — ход не затягивать

И не исчезать бесследно,

Когда закрываешь глаза даже на то,

Что любишь чесать против шерсти.

Давай не томи —

Я жду твои вести…

Рефлексы. Легенда.

Проверь мои признаки жизни!

Я хочу убедиться в их наличии,

В их низости и величии,

И в необходимости затраченных усилий.

Определи на слух,

Приложись к левой половине

Грудной клетки —

Там звуки часты или редки?

Пальцы на переднюю поверхность шеи,

Твои способности ворожеи

Идти по разделяющей линии,

Должны обязательно помочь

С постановкой диагноза,

Поднося блестящие

Холодные предметы,

Давая самой себе советы

В ожидании запотевания

Зеркала у лица —

Ну как там, моя любимица?

Есть моргательные рефлексы?

Поделись дыханием,

Вместо болтовни —

Мои признаки жизни

Спаси и сохрани…

Попытки. Легенда.

Что ты поставишь после знака неравенства?

Береги свои таинства

От посторонних,

Определи как историческую справку,

Анонсом культурных событий

В этом похолодании

Стекла и бетона,

С мудростью Соломона

В устах, одержимых поиском глазах,

Среди адресов музеев и театров,

Пришвартована на своём

Ламинатном острове

Размером с кофейную горсть,

Выдавая лишь справочную информацию,

Спасая свою репутацию,

С радостью отклеиваясь во время дождя

Со всех досок объявлений —

Мой маленький гений,

Пригревшийся у окна своей памяти

И суммирующий улыбки,

Не прекращая попытки

Понять, из какого же мы вещества,

И что же поставить

После знака неравенства?

Календари. Легенда.

Дружб двоедушье —

В нежном удушье

Взаимных демонов

И наших несовпадающих календарей,

Разуверившихся в простых смертных,

Условно-заметных,

Кривых и ржавых —

Вечно правых

С поиском виновных

В беспричинных истериках,

Во фраках и ошейниках,

Пока мы делимся тем, чем можем,

Не ради популярности,

А из-за благодарности

Простого присутствия,

Понимая, что самая большая ошибка —

Думать, что у нас ещё

Много Времени…

Задание. Легенда.

Сомнения под звуки органа —

Расчесанной раной

Ищут отбеливатель —

Моющее средство,

В спасательном бегстве

К твоей тишине,

Взобравшись на крышу

С ножом и подушкой

Для вспарывания

Ветреного подкрадывания

И разметания пуха

С последующим заданием

Его сбора —

Шумного улова,

Ибо сплетни не имеют

Обратного хода,

Продолжая просачиваться,

Как капли из крана —

С сомнениями под звуки органа…

Варианты. Легенда.

Извечное двуличие цели

За тусклым покачиванием столбов

Наших с тобой миров,

Когда мы одновременно

Гонимся за будущим

И убегаем от настоящего,

Полночью в след глядящего,

И исключающего оба варианта,

Покашливая и призадумываясь —

Куда приведет погоня за деревьями

И неизданными вздохами?

Пока довольствуемся крохами

Недолгих остановок,

Завидуя движущимся на параллельных,

Откровений предельных,

И бросающих нам в окна

Свои плоды ревности,

Срывая стоп-краны

Ради развлечения,

Пока я прошу у тебя прощения,

Что только так друг друга и грели,

Меняя местами

Извечное двуличие цели…

Касание. Легенда.

Странное открытие —

Побывать на вскрытии

Своей мечты,

И услышать то, что не было сказано.

Любезность оказана

В разрешении нести свой крест

Наперевес с весами.

Всё с нами,

Все — сами.

За руку с богиней

С повязкой на глазах.

Символ правосудия — прах,

Обладающий даром прорицания,

Когда холодное касание

Морозит левое плечо,

Да так, что уже не отдернуть,

Изображая беспристрастие,

Не афишируя участие,

Выписывая нас, как персонажей,

По алфавиту,

Когда в свою защиту

Ей уже ничего не скажешь,

С дрожью на губах,

Держа за руку богиню

С повязкой на глазах…

Приметы. Легенда.

Взаимовыгодное спасение

Мягким светом —

По всем приметам

Должно сойтись.

На алом полотне

Каменный фиолет

Говорит о несерьёзности

Прожитых лет,

И их числа — не та глубина

Измерения.

Солёные намерения

Для поддержки

Всё ещё горящей —

Вечной восковой,

Не всем подходящей,

Но указывающей на важность пауз

В вечернее время

Удлиняющихся теней.

Пока она следит за мной,

А я — за ней,

Укрепляя общее мнение,

Что это —

Взаимовыгодное спасение…

Наряд. Легенда.

С улыбкой вполоборота —

Сентябрьская забота

О сокращении Огня

С должности клетчатого облегания

У надежного парапета

Уходящего лета,

Цепляющегося тонкими пальцами

За тёплый вечер В праздничном наряде.

Ищи не в словах — во взгляде,

Во вьющихся локонах,

Закруживших эти улицы

Красными вспышками,

Золотыми веснушками,

Намекая, лишь косвенно,

На своё затухание.

Соскучившееся дыхание

В спину и шею,

Когда еще раз посмею

Просить о подобном,

Поделись, не жалей!

Ведь это хобби, а не работа —

Дарить тепло

С улыбкой вполоборота…

Мелочи. Легенда.

Голодными реками растекаться,

Друг в друге плескаться,

Без очевидных следов

И полётов после сумерек.

Тестируя кровь на растяжение —

Вычитание или сложение —

Лишь часть процесса.

Под музыку замечтавшихся поездов,

Не учитывая скольких трудов

Это будет стоить.

В зеркала не заглядывая.

Всё на потом откладывая —

На надёжные точки срыва

В пятом времени года,

В котором, если хочется —

Делаешь и не жалеешь,

Другому дыханием руки греешь

Среди этих уютных мелочей:

Подушек на диване;

Без слова в кармане,

За которым надо тянуться —

Они сами найдутся,

Если понадобятся.

И неважно, кто первый пишет,

Кто молчит — тот слышит.

Постоянно делая выбор —

Идти или оставаться —

Голодными реками растекаться…

Личное. Легенда.

Прикрути немного

Луны освещение,

На полтона сбавь смущение —

Сегодня я хочу тебя видеть руками,

Чтобы внешние события

Проходили мимо.

Хочу поправить в тебе то,

Что поправимо —

Исключительно личное,

Неустанным вторжением,

Со всем уважением.

Пока не критично,

Уходим от неуютной реальности,

Под влиянием неразрывно слитых,

Наскоро склеенных, сшитых

Обоюдных сиротств.

Пристально и отрешенно,

В темноте умилённо Расцветает шелест ладоней.

Взаимные эмигранты,

Нелегальные таланты,

Закапывающие свои черты друг в друга,

И уходящие в подполье

Своих переживаний

Изощренно-зашифрованных.

И если ты разделяешь это допущение —

Прикрути немного Луны освещение…

Формула. Легенда.

Не преувеличивай моё влияние,

Нет места мне в любых категориях,

Виртуозных аллегориях

Среди бесчисленных оттенков переживаний —

Отсюда и формула —

Без пола и возраста,

Озадачивающая тех, кто не хочет вдуматься

В эти, по существу, такие простые слова —

Тысячеликая глава,

Остросюжетный момент —

Мой тебе комплимент

За пронзительное исследование

Наших умыслов,

Которые должны сбыться —

Воедино слиться

После отголосков собственных кочеваний,

Когда не нужно больше бросать жребий —

Такой он, не распутываемый

Гордиев узел

Противоречивых страстей человеческих.

И пока кто-то стал счастлив,

Не приходя в сознание —

Не преувеличивай моё влияние…

Лишнее. Легенда.

Моя лаконичность —

конец листа.

Где были точки — стоят запятые —

Неспроста.

Не меняю океан на лужи.

Всё лишнее уже за бортом — снаружи,

В вольном плавании.

Ведь счастливые бывшим не пишут,

И даже когда штормит — ровно дышат,

Раздарив все спасательные жилеты,

Обладатели которых теперь

Всё подробно расскажут за спиной.

Их время успокоит сединой

И морщинами —

Научит быть мужчинами.

Главное, чтобы оно того стоило…

Проект. Легенда.

Так часто, что настораживает,

Молчит и глазами спрашивает,

Догадался я или нет?

Хорошая новость для тех,

Кому всегда мало —

Ныряй в эту радость,

Спасай свою сладость

В этом благотворительном проекте,

Ведь прошёл ещё год,

Который не принёс

Ни одного поэта.

Почти под конец лета,

С осенней премьерой в последней декаде…

Главное знать, чего ради

Включать резервы?

И кто будет первый

Брать слово, скрашивая ночи?

Ведь они были до нас —

Всё напрокат,

Звук — плагиат,

Но прямая речь — завораживает

Так часто, что настораживает…

Маска. Легенда.

Умение угадывать взгляд,

Когда ты за кем-то скучаешь,

Когда самой кажется,

Что ты это умело скрываешь —

Исподлобья и в сторону,

Держать маску загадочности,

Замалчивая из-за порядочности

Свои стремления и намерения,

Пока в керамике или стекле

Остывают, ложась на дно,

Кадры из прошлого

Или ожидаемого будущего,

Оставаясь пока лишь прогнозами,

Зудя, как палец с занозами,

Благодаря которому и отвлекаешься

От более глубокого,

Пока сижу сбоку я —

Молчу, а ты читаешь

И неосознанно развивать помогаешь

Умение угадывать взгляд,

Когда ты за кем-то скучаешь…

Просьба. Легенда.

Постоянные задания,

Решение уравнений,

Держа всё в себе

Без угрызений,

Виду не подавая,

В поисках пропадая

Днями, неделями, месяцами,

Ища руками, глазами

Твои разгадки —

Уголков губ складки,

Когда новая просьба

Вертится на языке,

Боясь оброниться,

Ну, давай же, зажмурься

И выпали,

Заставь своими тёплыми словами

Снова в поисках пропадать

Днями, неделями, месяцами…

Симулирование. Легенда.

Бесстрашный трус,

Бесчувственный романтик,

Бесценный афоризм

Или обложка-фантик —

Союзник исповеди автора

В невольных мемуарах,

Где не было доказано

Участия в пожарах;

Где сгорело

Много коротких безумств

И одна длинная глупость,

Непреклонная гордость

И колкая скупость,

И как тлело

Самодовольное истолкование,

Испытывая радость

От собственного усердия,

Приученного милосердия,

Рассыпавшего угли

Благожелательного симулирования

Перед слишком любопытным существом,

Которому не нужен больше

Идеальный кантик,

Бесстрашный трус,

Бесчувственный романтик…

Общение. Легенда.

В глаза сколько уже не смотрели?

А значит, считай, не общались —

Так просто дурачились, смеялись…

А вот чтобы сзади подкрасться

И ладошками обнять —

Угадай кто?

Нет, не угадала…

Давно этого не хватало

Заигравшимся во взрослых,

Окруживших себя заборами,

Запершись засовами —

Любители темноты

И страшных историй,

В вечных поисках

Простых радостей,

Горьких сладостей.

Ведь больше не манят чужие постели.

Волнует только одно —

В глаза давно не смотрели…

Кружево. Легенда.

Девочка со странным именем

Из предыдущего

Прошлого, нити рвущего,

С не упущенным шансом,

С поцелуем авансом.

Не пойму, что в её словах,

Жестах, руках,

Плетущих самое

Тонкое кружево,

Дымку, марево,

Путину из сахарной ваты?

Лишнего не спрашивая,

В восьмой цвет радуги

Ноты раскрашивая

И запоздалые снежинки,

Делясь планами,

Зажившими ранами,

Не в силах

Придумать лучшего —

Девочка из предыдущего…

Рамки. Легенда.

Обрывать несозревшие,

Манящие, душу гревшие,

Запретные плоды,

Чтобы трогать непредназначенное,

Кем-то рамками обозначенное,

С притуплением бдительности

Языка обольщения

В чистом виде,

Где цель не в выражении истины,

Где прощупывают уязвимость выстрелы

Моего легкомыслия

С едва уловимой издёвкой —

Актерской постановкой

Новой формы спора,

Не дав отпора

Этому взволнованному сплочению,

Доведенному до нелепости

И запершись в своей крепости,

Изобилуешь глаголами,

Повелительным наклонением

О намерении продолжения такого

Столь приятного общения

И без нотки смущения —

Побеждаешь повинуясь

И ничуть не волнуясь,

Живешь под девизом:

«Не хранить уцелевшее,

Обрывать несозревшее…»

Клеммы. Легенда.

Довольствоваться суррогатами,

Внезапной тишины раскатами,

Обвесившись кружевами преимуществ,

Визитами, советами,

Крестовыми походами,

Против состояния,

Когда не с кем поделиться —

Лежать не шевелиться,

Причем в полном сознании

И, как говорится, в здравом уме.

В моём вечном письме,

Которое пишется карандашом,

Чтобы стирать,

Когда лист исписан,

Испачкан этим поиском

Нужного заряда,

Того, когда ты рядом,

Поправляешь мои клеммы,

Развязываешь узлы, дилеммы

Так, как другим не справиться

С важной периодичностью

Спрыгивания с точек застоя,

По пустякам не беспокоя,

Жить взглядом,

Звонков перехватами —

Довольствоваться суррогатами…

Звено. Легенда.

Неотступающий голод разнообразия,

До чего доведёт фантазия,

Запутывая следы и схемы

Нашей многоходовой системы,

Когда это всего лишь

Половина дела?

Ведь всё зависит от мелочей

И дурных примет,

Из желания угодить,

По возможности оградить

От догадок

В чьих это интересах…

Медленно поспешая,

Самому себе мешая

Объяснять неизвестное

В состоянии зарождения

Меры вещей,

По ночам преследующей,

Чтобы не переставать карабкаться,

Цепляясь за эти строчки,

Как звенья одной цепочки,

Которым кажется,

Что слева и справа от них

Есть выбор,

Но вот оказия —

Каждое звено преследует

Неотступающий

Голод разнообразия…

Соль. Легенда.

Зову, чтобы оттолкнуть,

Завариваю кофе, чтобы уснуть,

Ведь на каждую строчку уходит ночь.

Вот и слаживай, как умеешь,

Без возможности откланяться —

Факир был пьян.

Будет теперь чем заняться

С успехом творческой немоты,

Относя в ателье

Ангельские крылья, побитые молью,

Разъеденные морской солью,

Так как без них меня здесь держит

Только Моя Необходимость Тебе.

Лежать, как звезды на дне,

Ибо твое одиночество

И доверить-то кому-то рискованно.

Наклонённой веткой,

Почти сорвана

Запоздалая способность

Всё ещё зажигаться от людей,

Испепеляя свой паралич воли,

Через силу поднимать в удивлении брови,

Когда утро вскрывает карты

И растворяет блеф.

Всё друг другу сказать успев

И даже чуть-чуть прикоснуться…

Помолись за меня вполголоса,

Заваривая кофе, чтобы проснуться…

Блёстки. Легенда.

Голые колени у воды,

Галька и цветные ромбы,

Сюда бы вдвоём бы,

Оставляя шлёпанцы на берегу,

Навстречу бегу,

Чтобы выслушать переживания,

Пересказанные до не узнавания

В нашей переписке.

Так близко, что почти слитно —

Черты не видно

Разделяющей,

Навязчивость сообщений,

Деликатных упущений

У вечного бриза

С твоей улыбкой у ограждения.

Волосы, глаза — наваждение.

Стоишь и загадываешь,

Будто бы между тёзками.

По периметру блёстками

Осыпая — усыпляя

Мою бдительность,

Проявляя решительность,

Защёлкивая замочки на спине,

Так как день соответствует,

Чтобы не быть, а казаться —

С морем сливаться прибоем,

Пробуя быть твоим героем,

Уповающим на воображение,

В предисловие движения,

До того, как ты оставишь

Сомневающиеся следы

С голыми коленями у воды…

Суеверия. Легенда.

Хроническое несовпадение обстоятельств…

Быть может, звёзд вмешательств

И не требовалось?

С излечимым синдромом Ундины,

Достигнув середины,

Сидим на экваторе,

Заглядывая за борт с увлечением,

Забавляясь таким развлечением

Каждый по отдельности.

Искренность до предельности,

Пока кто-то не сказал,

Что это суеверия

И некоторое недоверие

Вполне приемлемо,

И даже необходимо.

Быть настолько близко —

Это невообразимо,

Что в догадках теряются

Севшие на мели,

Ты только повели

Развеяться этим миражам

И идти по своим приборам,

Только вот увязалось за нами,

В череде ежедневных обязательств,

Хроническое несовпадение обстоятельств…

План. Легенда.

Дразнишь мои несбывшиеся,

Как зависимости признание,

Сокращая расстояние

До минимума,

Реально существующего,

Мнимого или предполагаемого,

Логично ожидаемого.

Невольное восхищение

В человеческом обличии,

Теряя рамки приличия,

Достигающие такой силы,

Что с трудом сдерживается дрожь,

Как у ребёнка…

Загадочна и необъяснима,

Никогда не просматривается отчётливо,

Уходишь от ответов увёртливо,

Чтобы другие верили,

Что у тебя есть план действий,

И тогда направление движения

Роли не играет,

Как тебе и подобает —

Экспансия и хладнокровие,

Близость и отстраненность,

Праведная неопределенность.

Держи дистанцию,

Чтобы не раскусили,

Ну, вроде друг друга предупредили.

У каждого теперь свой след-напоминание,

Как зависимости признание…

Советы. Легенда.

До глупости удивительная наивность

В моём катастрофическом доверии,

Под гулкие марши кавалерии

Вхожу в азарт и верю до конца.

А наказания всё страшнее,

Моим цифрам всё слышнее

Как выбирать путь

На дорогах полевых историй,

Где я дохожу до того,

Что вручаю жизнь,

Условно и робко,

С вещами в коробке.

А ты теряешься — не знаешь, как распорядиться —

Что в ней лишнее, а что пригодится…?

Тем временем я сижу в стороне

И даю советы,

Читая завтрашние газеты,

Послушай: нет — не так,

Так — мне неудобно.

Здесь — в общем, тут — подробно.

А вот так — я обижусь.

Не трогай там — там сердце,

Иначе я обездвижусь!

И здесь не надо ковырять, детка, — это душа!

Я не мешаю,

Лишь полагаю,

Что ты должна знать,

Где мне больно

И с чем тебе можно играть,

Разрушая и строя империи

В моём катастрофическом доверии…

Крючок. Легенда.

Жить прошлым и мифами,

Лавируя меж рифами

С пространством для манёвра,

Платя без скидок,

Страхуя себя от опасностей,

Затруднительных положений и тревог.

Не каждый бы смог

Узнать цену

Стратегически рассчитанной щедрости —

Вариации известного фокуса:

«Давай, когда собираешься брать»

И незачем врать,

Преподнося дар по случаю —

Не всегда тебе быть колючею,

Отвлекая придворных,

Доставляя им удовольствие

И завоёвывая ценных сторонников,

Забывая поклонников,

Относясь играючи

В саморазрушительном отказе

От творчества и стратегии —

Раздавать привилегии

Полярным противоположностям,

Жадно заглатывая острый крючок,

Прихватив и грузило,

Когда на жалость давило

Достижение желаемого результата,

Разбросанное, безадресное,

Но, при желании, собранное в точку,

Как магнитом,

Забывая прошлое

С новым визитом…

Колода. Легенда.

Давай займемся беспорядочной беседой,

Каждый похвалится своей победой —

Своей правдою

О камнях подводных,

Планах сумасбродных,

О нашем вечном ожидании чуда,

Желанием вырасти персиком из желудя,

Жизнью жить орла в теле голубя.

Найдем новые ноты

В сердечных сокращениях,

По правилу совместного бэквокала.

Разбросим старую колоду

На новые вопросы без повода.

Взяли моду —

Соприкасаться, как два провода

С искрами и замыканием,

Искренним оправданием,

Что мы не нарочно.

Так и будем продолжать

Делиться друг с другом,

Как мудростью Веды —

Давай займемся беспорядочной беседой…

Вкус. Легенда.

Концентрация горького самого —

Одну допил и начал заново,

С преломлённым хлебом твоей плоти,

Звонить, когда от жизни воротит.

Без сахара, не размешивая,

Естественно или искусственно —

Неважно, собственно.

Главное — вкус —

Сырой прессованный,

Когда при тебе голос скованный.

И вот, первый глоток,

Как мятый листок,

Расправляющий плечи тугие.

Раньше препятствия были другие,

А сейчас — постоянные попытки

Изменить окончание слова

Не растворяемого,

Осадок на дне оставляемого.

Не минуй же меня

Собой удостоить,

Дай время уроки усвоить,

С последующим хранением

Грубости свежего листа,

Да так, неспроста —

Это распространенная практика,

«За» и «против» взвешивая…

Мне без сахара, не размешивая…

Архитектор. Легенда.

Увидеть Её сквозь крайности воспитания —

Почти как физическую необходимость.

Моя одержимость без вектора:

Строит наугад, ждет архитектора,

Не выдерживая долгой близости

С самим собой.

И нет смирения

С чужой точкой зрения,

Пока ты догадками лечишь,

Играя в молчанки,

Расставляя силки и приманки,

Заманивая мою решимость —

Почти как физическую необходимость.

Вспышка. Легенда.

Хорошо, когда есть о чём переглядываться,

И не трудно догадываться о чём.

В вечерней тиши сиди и пиши,

Переписывай новым напевом,

Напалмом, вспышкой слева,

Выжигай в памяти эту яркость,

Не боясь за скрипучую белизну,

За её маркость.

Ведь нам уже не соскочить на следующей,

В кассе очередь не отстоять.

Да и нужно ли что-то менять

В этом дребезге,

Который заставляет нас

Грустить и радоваться?

Ведь хорошо, когда есть

О чём переглядываться…

Источник. Легенда.

…А после не помнить детали —

Главное, чтобы пазлы совпали,

Встречая не по одёжке,

Сидя с рукой у щеки,

Верить ему, всему вопреки,

Воспитывая, наставляя,

Высмеивая действительность,

Опровергая значительность

В обязательном порядке,

Прикасаясь к источнику Советов и обещаний.

Как правую руку на отсечение —

Моё ты увлечение,

Когда за слова ничего не продают,

И вера только своим глазам и ушам.

Посидим, поговорим по душам

О капле, которая камень точит,

Что твоё молчание значит,

Когда огонь дровами тушили,

А потом забыть разрешили

Не желать лишнего,

Когда уже рассвет застали —

А после не помнить детали…

Тропа. Легенда.

Договорились быть бывшими заранее,

Чтобы не давать напрасно обещания,

Которых никто не будет держаться —

Просто дай надышаться

Твоими причудами,

Пока нас не грызут пересудами

Солнечные зайцы,

И твои пальцы не рвут мои струны.

Действуем, как оговорено:

Всё запрещено, всё дозволено,

Не более того, и не менее.

Зачем тебе моё мнение?

Если ты заранее согласна

Быть непокорной

Палящему зною,

Идя к водопою одной тропою,

То увеличивая, то сокращая

Между нами расстояние,

Чтобы не давать

Напрасно обещания…

Серебряник. Легенда.

Поэтическая мастурбация,

Какая-то самопровокация —

Нащупать в себе что-то новенькое

Да и вырвать с корнем,

Пока тёпленькое,

Явить миру из ряда вон выходящее —

Трусящееся настоящее,

Которое боялось упасть с верхней полки,

Не оставляя после себя целой тары,

Звонкого стекла удары —

Не долгие фанфары.

И затишье…

Выдавленное четверостишье

Про серебряник с гастрольного улова —

В зале, как всегда, — овация,

И я удаляюсь, ведь меня ждет снова

Поэтическая мастурбация.

Признание. Легенда.

Сюжетное — налету,

Моё — когда невмоготу,

Когда никого в комнате,

И можно перестать улыбаться.

Знать, что ошибаться — это нормально.

В поразительном бессмертии границ

Нашего страха и морали.

Мы такие, едва ли,

Когда за нами закрывается дверь.

И что делать теперь

Задыхающимся в этой атмосфере

Череды подозрительности?

Так хочется внести свою ноту,

Рожденную в бедуинских шатрах,

Согретую в кострах

Под небом аравийских пустынь

В долгие часы стоянок,

Тем, кому нужны

Полные карманы жестянок

Для признания полноценности…

Сезон. Легенда.

Временно или постоянно…

Это состояние закрытых глаз

И рук к затылку,

Обмен слова на ссылку

И обоснование диагноза

Для внезапно пришедших

За свежей долей саблезубой иронии

И беззастенчивого лая —

Да ладно, слышь, малая,

Уже налита скептическая поморщенность

Молчаливого диалога.

Привела же тебя дорога,

Вклинилась в покаяние

Своим визгом,

Решив выдать последнее,

Никак не желая угомониться,

Словно сезон на море,

Сквозь дремоту и жесты,

Как будто бы не здесь ты,

А там, где пена и теплая ванна —

Временно или постоянно…

Глина. Легенда.

Бывает, не имеет значения,

Какое за окнами освещение,

Какая пора суток,

Если мне хорошо с тобой

Оставаться одним куском глины,

Когда наши спины ждут окончания ажиотажа

Под непрозрачным переплётом

Разнообразных рецензий,

Не находя разрывов на страницах,

Когда проблема не в том, что Она одна,

А в том, что не могут Её оставить в покое.

И начинают сыпаться шаблоны

О том, что дел так много, давай позже…

А хочется просто, чтобы интересней,

Чтобы подавали руку, открывали двери,

Покупали шоколад и платья,

А не ломали прутья, колья.

Уберем гротеск — позволь я

Сам протяну тебе второй наушник, и мы онемеем,

Интеллигентно, тонко, совестливо,

Подозрительно оглядываясь

В слишком коварном чувстве предвкушения —

Моё ты утешение

Из взаимных касаний, непредвиденных, невозможных,

Удивительных, тех самых-самых слов,

Когда забываешь о всякой осторожности,

Не боясь безмолвности.

Ох уж эти правила и их исключения,

Где нам оставлять промежуток,

Бывает, не имеет значения,

Какое за окнами освещение,

Какая пора суток…

Работа. Легенда.

Хранить билет

От поездки, которая не состоялась.

Накатившая бессонница, усталость.

Сидеть в первом ряду

Среди битых зеркал,

Передёргивая, кто что сказал,

Махая руками,

Как бы прося остановки,

Как альтернатива светлой грусти.

Да ладно — отпустит,

Что с тобой станет?

Просто поглядывай чаще

Через правое:

Он смотрит, не моргая, —

Хранить тебя —

Не билет,

У Него работа такая…

Секунды. Легенда.

Слишком большие листы

Для наших мелких мыслей,

Когда ты на кураже —

Слишком быстрый

И вот-вот уже

Этот кадр-вспышка,

Когда замирает движение

И больше нечего обсуждать,

Стоять в стороне и ждать

В убийственной неопределённости,

В спешке тренируя хладнокровие,

Вынимая алмазы из сухожилий,

Заставляя себя не оглядываться

Из-за усталой бодрости

Или бодрой усталости,

Когда не хватает секунды-малости,

Чтобы разминуться,

Бывает наступает пора,

Когда нужно просто заткнуться…

Дефицит. Легенда.

Давай только без долгих и сентиментальных,

Так, будто бы до завтра.

Без обид, сделаем вид,

Что всё по расписанию,

Переклеенные страницы

Соответствуют содержанию, и мы обладаем

Непостижимой независимостью от времени,

Почти абсолютной неуязвимостью

В полноте переживаний, сладких колебаний,

Восполняющих сегодняшний дефицит счастья…

Почему это происходит,

Сразу трудно ответить.

Это нужно лишь встретить

Того, кто и есть ответ,

Как собственный голос

В этой безначальной стихии наваждений,

Наших заблуждений,

И удивительных открытий

Добровольного отказа

От своего обособленного мира

Ради полной самореализации

Без груза условностей и канонов,

Играя в шпионов,

С налётом иносказаний,

Укрываясь воротником;

На одной доске с еретиком;

В мыслях полных изящества и блеска…

Завышенных амбиций провинциальных

Для дуэта маленького театра,

Давай только без долгих и сентиментальных,

Так, будто бы до завтра…

Иное. Легенда.

Что ты ищешь в моем лабиринте?

Прячась по окопам, как на фронте,

Пользуясь последствиями

Этого удачного, но прошедшего мимо шага,

Выставляя напоказ

Свои слабости и недостатки,

Как типографские опечатки.

Хватает ненадолго,

От случая к случаю.

Бурлить смесью гремучею

В процессе, требующего времени,

Призванного вооружить

Тактическими приёмами,

Выходишь за пределы

Расположенных глав,

Читающий их — прав,

Чтобы без конца удивлять

И готовить афоризмы,

Перемежая надежду с отчаянием,

Подходящим желанием

Противиться искушению всё ускорить,

Когда в жизни всё и так

Делается впопыхах,

Наскоро, как получится,

Ведь каждый из нас учится

Предлагать нечто качественно иное,

Где нужно только двое,

В этом застенчивом флирте…

Что ты ищешь в моем лабиринте?

Ситуация. Легенда.

Как всегда двусмысленно —

Нам это свойственно —

Экстравагантная расцветка

Недопустимых настроений

И соответствующего внимания

С намётками на заинтересованность.

А ты, как всегда, неизменна —

Познавательный навык,

Почти откровенна, даже оторвана,

В попытках расслабиться,

Хотелось бы нравиться,

Быть привязанной, розданной, дарованной,

С готовностью к нагрузкам

В этой формуле выживаемости.

Ситуация знакомая, та же величина искомая,

Речь прерываемая, губами заплетаемая —

Объективные условия, чтобы заглушить

Сопровождаемую неопределённость,

Когда каждый из нас по сути один.

Сидим напротив, подбрасываем поленьев в камин,

Слушая потрескивания,

Зная, что не стремящийся

К собственному счастью,

Вряд ли способен сделать

Счастливым другого.

Всего лишь медленное сжимание

Пальцев рук — это так просто,

Восторженно и явственно,

Как всегда двусмысленно —

Нам это свойственно…

Сфера. Легенда.

Обними меня

В течение нескольких минут,

По правилам методики, чтобы аж трудно дышать.

В камне тебя высекать или дереве,

Не подвергая сомнению,

Пальцами блуждающий интерес,

И подогнав его под выявление слабости,

Торопливые радости и дельные замечания,

Ведь во рту,

Между верхней и нижней челюстью есть что-то,

Оправдывающее и держащее в напряжении

Образ непринужденной демонстрации,

Когда не нужно снижать цену,

Несколько изменяя чувство меры.

Быть под куполом нашей сферы,

Пока не обветрилась, не поблекла,

И мы не в центре внимания,

Говорим о предстоящих событиях,

Ища контрасты,

Заполняя друг другу пустоты, карсты,

Слоями исписанной бумаги,

Как рецептами на что-то запретное,

Нотами на неизданные треки,

Которые можно напевать только вживую,

Не сосредотачиваясь на попадании,

Придавая сложному вид простого,

Только из-за чувства шестого,

Что скоро остынет эта беготня,

Подождёт пряник и кнут —

Обними меня

В течение нескольких минут…

Прожектора. Легенда.

Мимо проходящий,

Но заслуживающий внимания,

Отдёрнувший занавески чайные,

Проводивший взглядом очерченным,

Опрометчиво-доверчивым,

Вдоль ночных постукиваний,

Заглядываний, перемигиваний,

Силуэты зачернивший

На синем фоне ожидающих прибытия,

Бутылкой с письмом до вскрытия

Вдоль никогда не пересекающихся,

Угадывающий по прожекторам

Время прибытия к другим берегам,

Незаносчиво примостившийся,

Застывший, почти слившийся

После фразы: «Да, мой хороший…»

И снова туда — в окно

Отвернуться в догадках,

Оглядываясь украдкой

Над очерками, черновиками —

Чернильное оригами,

Сложенный вдвое,

Во внезапном покое,

Замедляюсь со скрежетом,

Без шума за дверью,

Не сброшенным вызовом

В беззвучном режиме,

Знающий, когда выключить обаяние —

Мимо проходящий,

Но заслуживший внимания…

Струны. Легенда.

Вырываться не оглядываясь

Под ответственность рационального,

Читая на лице всё, что заблагорассудится —

Позволь и сбудется,

Когда производим святых из ничего

В оборонительных сооружениях,

До головокружения,

С умелой маскировкой превосходной сноровки,

Приходим к простому методу

Отвлечения внимания от самих себя,

Чувствуя нашу боль и настроение —

Приободряемое доверие

К тому, кто нас балует,

Потворствует слабостям

С воздействием на адресата.

Чем планирование чревато,

Так это принятием в расчет

Поворота Фортуны,

Задевая друг другу тонкие струны,

Не сокрушая обстоятельств,

Когда знаешь, где остановиться,

Легонько подталкивая удачу,

Никогда не останавливаясь до конца

В этой тяге к тому, чего не хватает.

Ведь каждый из нас знает,

К своей темноте подкрадываясь,

Что всегда нужен тот,

К кому можно бежать,

Вырываться не оглядываясь…

Пьеса. Легенда.

Соло Недоверия

По железным клавишам нервов,

Октавы перебирает,

Употребительные термины избирает,

Принадлежность не указывая,

Но выстраивает свою теорию —

Перекручивает историю,

Не всю, конечно, а часть произведения

Или отдельную пьесу,

Опуская завесу

По своему желанию,

Свободно варьируя темы

Или фразировку,

Говорит чужими руками,

Как под диктовку,

Выразительно и взволновано.

Фигурные скобки, всё обрывисто,

С высеканием элемента случайности,

Расширяя и подчеркивая по очереди,

Как посреди проповеди,

Свои ломаные, разложенные аккорды.

Довольно хрупкая это материя

Из запасов нотных резервов —

Соло Недоверия

По железным клавишам нервов…

Экипаж. Легенда.

Я знаю, как ты устала,

Сверкающей чайкой чеканить время,

Азбукой Морзе — постоянно короткие,

Негромкие, глубокие, тонкие,

Всё принимающие на себя

В запотевшем предвидении

Постройки воздушного замка

Из старых записей,

С приставленной стражей

Вокруг своих измазанных сажей идей —

Свой Колизей,

Где побеждает физиология,

Где веду с собой монологи я,

И ставлю стикеры «с отсрочкой»,

Как бы ожидая от неё хоть строчку,

Весточки, словечка, шуточки…

С выражением понимания

И показательным видом,

Что меня ничто не ранит,

Ожидая, кто первый обманет,

И никогда не преувеличивая

Глупость врагов и верность друзей,

Смотря из-под бровей, с искусством избегания слов

В горячих разговорах про нашедших выход —

Спор без фактов. Спор на темпераменте.

Яркие события твоего фестиваля,

Очередной репортаж

Про наш с тобой экипаж,

Ознаменован важными, посмотришь полувлажными,

Так, словно бы позвала.

Присядем и отдышимся —

Я знаю, как ты устала…

Дом. Легенда.

Затянувшиеся отговорки,

Правило о сумме и перестановке

Требует принять решение

Быть правдивым и создать, наконец,

Благоприятное время для того,

Чтобы сделать что-нибудь стоящее

И дойти до места назначения,

Быть исключением из правил влечения —

Сидеть в тени Воды и Огня,

Пока не прекратится эта беготня

Томительной замысловатости,

Не сгладятся шероховатости

И по неизвестным причинам

Спасительной неловкости,

Тяжёлой стыдливости

Будет соткано полотно

Ненапечатанного романа

Почти к тридцати — страшно произнести.

Твёрдо и заботливо,

Как рыбацкие снасти, не должны подвести

Уловам новостных лент,

Слова — мой инструмент, бунт, провиант.

Совесть — ночной секундант,

Ностальгический персонаж,

Рассеивающий абсурд окружающего,

Горьковатая способность,

Задевающая подробность

На пути к обретению дома

Для своего «Я»,

Где можно сидеть в тени

Воды и Огня…

Измерение. Легенда.

Находиться возле своего

То ли человека, то ли подарка —

Судьбы сноска, звёзд ремарка,

Когда всевозможные

«Надо», «Срочно», «Надлежит»

В голове не звенит, не дребезжит,

А исчезает, как прочий суетливый мусор,

Оставляя единственное измерение

Для иллюстрации Её жестов,

Не мелкого восхищения или одобрения,

А особая форма существования.

Бесконечные основания,

Что здесь ты Настоящий,

Здесь ты не надеваешь латы,

Не мечешь молнии, гроз раскаты,

А проживаешь с жадностью

Каждое микромгновение,

Передвигаешься осторожно,

Говоришь односложно,

Но лучше меньше говорить

И больше вслушиваться…

Никаких споров и побочных мыслей,

Ничего лишнего или случайного,

В удивлении, что люди могут

Превратить подобное

В нечто заурядное — бытовой хлам

И судить не по делам,

Пока у нас хватает смелости

Заворачивать нежность в конверты

И клеить марки,

Находясь возле своего

То ли человека, то ли подарка…

Вторичное. Легенда.

Какое-то несладкое послевкусие

У этого чувства уединения,

Вечного трения

С запрокидыванием головы

И настройкой характера

По множеству щедрот —

Оправданный поворот и сочетание

Фантазии и равновесия,

И пробы стать настолько простым,

Насколько это возможно,

И совсем не тревожно

Видеть, что это означает —

Интуиция Логику изучает.

Для создания удобной системы,

Чтобы быть в средоточии спектра,

Выискивая те самые «свои мысли»

Где со слишком широко открытым сердцем

Залегли рекомендации

По установке границ дозволенного

Среди предпочитающих нечто вторичное,

Лелея своё духовное и истеричное —

Ведь в конечном счёте,

Кротость и Чистота

Не терпят большой толпы,

Не обсуждают своё присутствие во всём —

От атома до огромной звезды,

Но просто просят прощения

За это несладкое послевкусие

Чувства уединения…

Отклик. Легенда.

По крупицам в междустрочии,

Мельком — не оглядываясь,

Вписывать индивидуальное послание,

Звенящее признание,

Как редкое лекарство

В невзрачной упаковке.

Не допуская размолвки,

Чтобы потом

Рассказывать нравственные истории.

Пока под мурлыкание и трение о ноги,

Преисполненные решимости боги

Разрабатывали меня, как конструкцию,

Не читая инструкцию по применению,

Оставляя заметки на пустых полях

И разрешали танцевать,

Если хочется, как на арене,

Как будто вогнан крючок в палец

Или как лучник натягивает тетиву,

Ведь кто из нас наяву — ещё вопрос…

Кто кому расчищает путь к провалу

И мало-помалу меняет восприятие

Утраченных возможностей,

Придуманных сложностей,

Как благоприятный отклик

На события будущего,

Которое умещается на коленях,

Объясняя всем своим видом —

Мол, если хочешь,

Чтобы мы всё наладили,

То знай: боги тоже любят,

Чтобы их гладили…

Крайности. Легенда.

Пыльные новинки — публика требует,

С отсутствием эмоционального контакта,

Не дождавшись второго акта,

Отключили номера

И гудки больше не тревожат,

Нас на скатерти разложат

Без сервировки,

Среди крошек от предыдущего

С отговоркой: «чтобы не тревожить» —

Так лучше, быть может,

Пока не закрываешь глаза,

Чтобы подбросить дров

Для костра в розе ветров,

На той глубине, куда им не достать,

Где могут лежать на камнях

Две похожие мысли,

Не прошли, но повисли,

И кажется, смотрят в разные стороны,

Разделив поровну своё тепло,

Сжимая ладони,

Главное — ты помни,

Что каждый вытянул короткую

В игре, где не бывает ничьей,

Но можно молчать и гладить волосы…

Ох уж эти пресловутые полосы-

Черные и белые —

Две крайности радуги…

Упражнение. Легенда.

Квадратное катим, круглое несём,

Ночные разговоры о том, о сём —

Не про достижение цели,

А о пути к ней.

Что выбирать трудней,

Основываясь на фактах и домыслах,

Числах, пределах и правилах?

Кто-то постоянно приходит на смену,

Ждет аплодисментов, занимая сцену,

И делая счастливым на сегодня,

Освобождая от прошлых обид.

Или я только делаю вид,

Что участвую в этом упражнении удовольствия

Не ради своего спокойствия,

А из-за какого-то странного чувства подобия

И любви подбрасывать жребий,

Не обращая внимания

На небольшие сбои в начале,

И глубокому интересу,

Одновременно затруднительному и смешному,

Медленно тянусь к далекому и родному…

Двойник. Легенда.

Когда-то, заполнив тебя до краёв,

Понесу в ладонях среди холмов,

Сужая плавник,

Я — твой двойник прошлой жизни,

Чтобы лечь на оси,

Возвращаясь к себе на пейзаж,

Ты мгновенье отдашь

Ртутью сердца из рёбер, Проходи — зачем ордер?

Ведь он был у тебя прежде, чем ты родилась

Среди края людей,

Проступая улыбкой,

Чуть зыбкой,

До оглушения сладкой на ощупь — Не проскочить.

Зная, чему учить

Иными вопросами в полутьме,

Шевеля огонь в золе,

Достраивая себя и докраивая

Для тех, кто не пойман

В одном из прилегающих миров,

Не считая даров,

Опуская руки в песок,

Как в тесто,

И находить наименьшего Бога

Из велюровых касаний,

За шаг до момента,

Когда будет не хватать воздуха

И мы, оказывается,

Стоим молча —

Так, будто молимся…

Гладь. Легенда.

Не перегибай эти тонкие грани,

Как на экране,

Слепит глаза среди ночи

Зверю, который видит дуло ружья

И не убегает.

Хорошие, желто-рыжие

Опекают камни и успевают

Запомнить себя фотографиями,

Но не сейчас говорить нужно

О былых преимуществах

Во время наблюдения

За водной гладью,

И мы не знаем,

Сразу ли сошли с ума или позже —

О Боже!

Внезапные сполохи,

Мыслей шорохи

Девочки с огнём в руках,

Победившей страх

И умащивающейся теперь поудобнее,

Потому что дремота

Разорвана на клаптики,

И мы лежим с тобой

На дне Галактики,

Накрытые густым туманом…

Что тебя зацепило?

А раньше такое было?

Когда линия дыхания — горизонтально,

А мы в чаше и время наше

Чуть-чуть замедляется…

Чаевые. Легенда.

Расколочены чайной ложкой,

В попытке смыть морем

Знаки вопроса,

Но сегодня не ветрено

И раскрывая книгу, как зонт,

Каждый из нас что-то приговаривает

Другому на ухо,

Желая сохранить истории

На мятых салфетках,

С желанием в дороге,

Под мягкими фонарями,

Легендарными, полуседыми,

Навеянных запахом волос в дыме,

Помочь найти рай,

Оставляя ангелам «на чай»,

И не оглядываться…

Безгрешные. Легенда.

Доза противоядия

Сквозняком со всех сторон,

Разгоняя ворон и завсегдатаев-зевак,

Разбирая знак

В попытке обнаружить ключи,

И пускай безгрешные доедают то, что осталось

В полном погружении и наблюдении.

А мне хотелось записывать каждый звук,

Разделяя внимание и тревогу.

Совсем понемногу — до звона в ушах,

Когда звук моего имени

Вывел меня из равновесия —

Внезапно захотелось быть небезразличным,

Не думая о ней как обычно,

И не имея возможности сознательно

От этого избавиться.

Хотя, кому-то нравится

Рассеивать свои ведения

С особой тщательностью и скрупулезностью,

Пока эта Внешняя Сила,

Накрывая лавиной мыслей и образов,

Утратила текучесть,

Как и чья-то участь

Вынуждено смотреть на себя,

Смотреть — не лениться,

В глубине поселиться

И размагничивать внутренний компас

Тем, кому свойственно ошибаться,

Ничего особенного не делая

Вежливым опусканием ресниц,

Допуская, что нет границ…

Версии. Легенда.

Драматическая убежденность

Градом пальцев прошлась

По солнечному сплетению

И, почти с наслаждением,

Зацепилась за привычные версии.

И я веду себя так, словно бессмертен,

Позволяя отменить решения

И сомневаться в них

С потрясающим упрямством

Восьмого слоя атмосферы

И смелой души музыки,

Отмывая до чистоты первопричины,

Собирая в целое половины.

И прошу тебя петь о том,

Что мы есть,

С нотами особенного праздника —

Будто второго Дня рождения,

А капелла — без сопровождения.

Идем не в порядке хронологии

В перекличке времен,

Без защиты и скафандра,

Со словами поставленными эпиграфом.

Я вижу, к чему ты готова.

Бесценная откровенность —

Твой безбилетный зритель.

Каждый о себе, как умел,

Не стараясь никого превзойти

И ничего не стесняясь,

Пускаем друг в друга корни,

Разветвляясь…

Спасибо. Легенда.

Двигая глазами под закрытыми веками,

Словно кого-то разглядывая,

Чувствую мир, как описания,

Настроения, колебания,

И худшее, что я могу сделать —

Это заставить со мной согласиться

Юные брызги космоса

И восходящие тысячи улыбок…

Хорошая, настоящая встреча,

Удачная подборка, почти поговорка,

Неожиданно меткие полосы света

Со смесью джаза

И моего скучающего настроения,

Неслучайного совпадения,

Заставляют нас соревноваться

В грамотности мысли,

Скрываясь в тёмных лабиринтах закулисья

И слушать живую соль голоса

С дрожью непомерного ожидания,

Теряя самообладание,

Рисуем друг другу авторские иллюстрации

Под аккомпанемент памяти

С плотным наполнением —

Так, чтобы проникло глубже, да там и осталось…

Несколько часов — как один глоток,

Когда ты так несвоевременно уязвима,

Смотришь глубже дозволенного,

Целуя руки достойным,

Побеждая все косяки жизни

С постоянным ощущением,

Что не виделись вечность —

Спасибо за это отдельное…

Сценарий. Легенда.

Сознание дрожит неимоверно.

Лучше раньше, чем вовремя —

Важно не переспешить,

Заранее решить

И сделать утвердительный кивок.

Задорная, готовая к сюрпризам

И буйной радости,

Заклинанием осенних гроз

Уносилась в недозволенное

В поисках защиты, чтобы сберечь вечер,

Пока музыка не затопила ковёр

И в подозрительном шуршании

Тени не продефилировали черной карамелью…

Занялась раскадровкой сценария,

Порождённого удачно преломлёнными лучами,

И своей заботой сделала их

По-настоящему опасными.

Зацепи взглядом «глаза в глаза» —

Ни миллиметра в сторону. Умница.

Теперь между нами тоннель,

По которому мы сможем вернуться

Друг к другу даже из самых далёких

Вселенных…

Здесь Исключительно Наши Владения.

А пока вокруг подозрительно чужие люди,

Но коридоры достоверно рапортуют,

Что видели тебя среди них,

Устраивающую творческие катаклизмы,

Своими мыслями торопливыми

В надежде выполнить приказ:

Стать счастливыми!

Нейтралитет. Легенда.

Драгоценного понемногу —

Ровно столько, сколько нужно.

Сколько задумано. Мало всегда.

Стирая копоть с души,

Учимся плавать —

Всё это для нас ново,

Но как будто, так и было задумано.

Я знаю, ты пишешь,

И не даешь мне читать

Выпрямление изгибов твоих мыслей,

Их ломаного сюжета

Про сохранение нейтралитета.

И чтобы не обидеть,

Создаешь что-то вместо,

Что-то вроде событий,

Что-то вроде мгновений,

Пока ты так дышишь — надрывно,

В каждом сне новый очерк.

Мы с тобой в нашем мире

Так прекрасно порочны,

Застывая тактично на изломе отваги,

Прикрываешь узорами стоны бумаги…

Точка. Легенда.

Подыши на свечу медленнее обычного,

Когда захочешь её потушить,

И ты увидишь, как огонь хочет жить!

Даже он хочет!

Свою истину в ступе толочет,

Нимб над фитилём,

Углекислые танцы, дабстеп нервного пламени —

Не судьба ему долго

Течь парафином,

Извиваясь серпантином,

Показывая направление сквозняков,

Задул его и был таков,

Не дожидаясь искр обожжённой соли,

Того, кто знает всё о боли.

Из стороны в сторону —

Тьму и свет делим поровну,

Догоняя эту пресловутую точку

В конце тоннеля.

И если ты думаешь, что всё это глупости,

Что я шучу —

Подыши на свечу

Медленнее обычного…

Красноречие. Легенда.

Иногда Алкоголь нуждается во мне,

Как нижняя часть спины в ремне,

И я начинаю точно знать в кого влюблён,

И кто поддается моим чарам,

С кем я могу быть гусаром…

Отключается тело, а не мозг.

И я нетрезв ровно настолько,

Насколько хочу быть в данный момент.

Как старый эксперимент —

Не звонить бывшим и будущим —

Разумное правило.

Что-то же след оставило

Для готовности и открытости,

Потому что в таком состоянии,

Всё, что я говорю — истина.

И когда мне нетрезвому,

Живому, красноречивому

Запредельно жалко себя —

И в этом первая слабость,

Нетрезвый я ещё более предан —

В этом моя вторая слабость.

Выпадение не только из времени суток,

Но и с эпохи, планеты —

Я существую в пространстве,

Своём непостоянстве

И на моем пути лучше не становиться,

Уходят комплексы и ненавистные законы общества,

Когда балансируешь на границах

Возраста, допустимостей и формальностей,

Бестолково и спокойно.

Ведь ты не забываешь Её пароль,

Когда в тебе нуждается Алкоголь…

Черновики. Легенда.

Сажусь и смотрю, что пишет рука

Про небо и облака, про ветер и ноты,

Ну, или подобное что-то…

Про дрожь фонарей, что скучаю за ней,

Рассматривая рифм варианты,

Рука и бумага, как дуэлянты —

В упор, вплотную,

Хотел одну — написал другую.

Обратный процесс вытирания,

Часового замирания

Ради нужного слова,

Как будто не найти другого —

Не подобрать.

Его нужно только ждать.

И носится с черновиками,

Рассыпая листы под ногами,

Ища в этом какое-то благородство.

И наше сходство, ребячество, баловство,

Настойчивое родство,

Как будто взяли и привязали враз,

Оставив только свободным движение глаз,

Которые смотрят, что пишет рука

Про небо и облака,

Про ветер и ноты,

Ну, или подобное что-то…

Регата. Легенда.

Без заголовка и рубрики,

Запершись с тобою в кубрике —

Сами себе судовая команда,

Доступные для скачивания,

С выдающимися талантами

Получения желаемого,

И разъедающей трюмы ревностью,

Делающей нас соучастниками

Односторонней регаты,

Где мы видим недоступное другим людям

Эти дрейфы суден среди льдин,

Принужденно замёрзших картин,

Протирая запотелости иллюминатора,

Идём своим фарватером,

Утверждая, что потеря высоты —

Не наш конёк.

Мы лишь содействуем

Зигзагообразному изменению курса

Против ветра и своего права,

Пока ты считаешь, что наши прогулки —

Просто забава…

Встреча. Легенда.

Краска просит у пера:

— Мне пора…

Лечь орнаментом

И застыть фундаментом.

Слышишь, как хрустит бумага?

Ей нужна моя влага —

Я для жизни нужна,

Я с ней связана,

Тайной своею обязана!

Пока краска с пером

На поверхность не ляжет,

Не прочтет никто и не скажет

О свободе

В мысленном хороводе,

Когда остаёшься с собой наедине,

Ища истину в вине

И бросая свои записи в огонь,

Согревая ладонь,

Которая совсем недавно,

Что вполне забавно,

Устроила встречу

Пера и краски

Для нового сюжета

Старой сказки…

Воздух. Легенда.

Чувствовать себя, как на воде,

Крайне уверенно,

Без зацепания за борта,

На дне моего бассейна

Дверь отперта…

И теперь спешить некуда,

До первой потребности набрать воздух

В этой голубой тишине,

И как по мне —

Слишком хорошо

И слишком быстро

Становится чисто

И поддается дрессировке

Чужая самостоятельность…

Чередование. Легенда.

Чего уж там — пиши на меня —

Я заплачу.

Сам себя учу — не злиться,

Как-то барахтаться,

Не за себя молиться,

Въедаться в цвет жизни,

Пока другим кажется,

Что все окна одинаковые

И за ними можно

Не зарекаться запаковывать улыбки

Без пыли и отпечатков

Внутри позолоченного убранства,

Пластика и стекла.

Тишина увлекла,

Излилась, запачкалась, истосковалась,

Радостью-горечью чередовалась

И объяснила,

Что каждый выцветает по-своему,

И бережет свой вечер

Какого-то месяца, какого-то года,

Когда без Её дыхания

Не хватало кислорода.

И кому нужны будут

Твои дела, слова, поступки,

Если Она больше

Не возьмёт трубку?

Ком. Легенда.

Как не хватает неба,

Которое можно пить

Кофейной ложечкой,

Помешивая гляссе,

Читать тебе новое эссе,

А потом прятать его

В драгоценных шкатулках

За шелковой гладью,

Поправленной за ухо прядью

Рассказала мне всё, что хотела —

Самая содержательная ночь,

Немножко счастья на кончиках пальцев

И щенячий восторг

С тёплым покоем.

Сшиты теперь неровным кроем,

Особенно сегодня,

Когда накатило комом в горле.

Ведь у неё праздник,

И у него, видимо, тоже.

Вся трагедия в том,

Что оба героя находятся

В разных местах,

Но у них на устах

Буквы тайного словаря,

Который знает —

Она прекрасна, совершенна и одна,

Как это бывает всегда,

Когда она прекрасна и совершенна…

Прогулка. Легенда.

Вчитывайся и понимай,

Думай и принимай:

Время бессознательно,

Как рука младенца,

Протянутая к ромашке на лугу,

И так не хочется быть этой ромашкой…

С издёвкой, с отмашкой

Оказаться в букете,

Смятом в кулачке,

Оставив всё остальное

На лысом клочке.

А что потом?

Дом, стакан воды…

А на утро — новая прогулка ребёнка

И вчерашние радости

Полетят из окна…

Это так естественно,

Что даже не на что обижаться.

Наше направление — сближаться.

Мы — попытки, а ты — жизнь.

Я с расправленными крыльями,

Даже выходя из дома,

Не покидаю клетку,

С нереальностью прогнуть прут,

Как ветку,

Вывешиваю на лугу

Белый флаг, как полотенце,

Пока Время собирает ромашки

Рукою младенца…

Умение. Легенда

— Привет, о чём ты?

— О том, что вокруг.

Мой страх так упруг…

— С чего ты взяла?

— Я трачу жизнь, как эту сигарету,

Только она — одна, а не двадцать штук…

— Покурим вдвоём?

Поцелуем края золотистые?

Вылакаем эти звёзды-

Такие чистые?

— Ты в своем духе, как я поглажу.

Я когда-нибудь завяжу… Это плохо?

— Это вредно.

— А мечтать? Что тогда делать?

— Что ты умеешь?

— Даже не знаю. Что умею, то делать лень,

Что не лень — делать не умею.

— Тогда делай то, что нравится.

— Я люблю гулять… — Так чего же мы сидим?

— Уже поздно.

— Только не для нас.

— Точно…

— Ну, пошли?

— Полетели!

Кольца. Легенда.

Притворившись шарфом,

Ночь обвила шею,

И медленно, подобно расчётливому удаву,

Начала сжимать кольца —

Обратный отсчёт,

Холодом по пальцам течёт.

Немного прозрачно и призрачно

Раздвигаются стены,

Превращая квартиру

В шахматную доску;

Мебель становится фигурами,

Скрашивая тоску;

Потолок растворяется в небе.

И я иду по песку,

Приглашенный в гости.

Плавают предметы,

Пепельница, навязчивой мухой,

Жужжит возле уха

О том, что океан вне обоймы

И просит цунами

Не бить нас лбами,

Живя, как в кино,

И унося с собой то,

За что держимся…

Жест. Легенда.

Бывает затмение не только солнечное,

Есть и моё затмение,

Которому посвящены

Выкручивания суставов чувств

И самозабвенная преданность иллюзии,

Что можно идти наперекор времени

Семимильными шагами

По собственным жилам,

Знакомым посылам

Изнасилованной истины,

Которую помнят обрывки листов

И онемевшее биение

Стрелки в циферблатном стекле.

Гоню всех прочь,

Запрет не залёживает,

Честный жест,

Ну что ж —

Пока обнадёживает…

Запасы. Легенда.

Безошибочно ощущать взаимность,

Взамен на два-три

Тайных знака узнавания,

Нам не нужно признания

При всех — дорого личное отношение.

Взгляд — как приглашение,

Ведь нас можно без опаски

Оставить в четырёх стенах,

Рассуждать о тех временах,

Когда мы были скромны

И кротки,

И боялись щекотки,

Делая запасы радости

И утешения,

Нанизывая их на нити,

Как украшения…

Дневник. Легенда.

Девчонка гуляет по миру,

Оставляя за собой обрывки локонов.

Она зовет, переходя на крик,

Не решаясь завести дневник —

Она знает, что ей скучны и пресны

Старые знакомые,

Инстинктами ведомые,

И когда подворачивается случай —

Не ведется на мгновенность…

Ей подавай сомнения, трагедии

И нелёгкие пути.

Ей не надо славы —

Она ищет расправы над каждым,

Кто больше, чем друг.

И не нужно огня,

Чтобы очистить ржавчину в душе

Со словами о счастье в шалаше…

Девочка не верит,

Что больше ничего не хочет,

Совсем ничего. Просто дышать.

Просто читать книги, бегать по парку

Или с зонтом по мостам,

Прикладывая руки к губам…

Очень хочет разобраться в себе,

Пусть даже сидя на скамейке,

Меняя в плеере батарейки,

Чтобы переслушать любимую

В безумных огнях города,

Бесконечно раскованного,

Ею заколдованного,

И казаться самой себе нездешней

С красотой внутренней и внешней…

Состояние. Легенда.

Безвопросительное состояние,

Когда покой — лучше знания,

И сон, как у младенца,

Ибо всё рядом,

Всё под рукой.

И что нам с тобой

До безвозвратного

И бестелесного,

Голубого небесного

С вороном на фонаре

У кучи упорядоченного хлама,

Который навязала реклама,

Вместо птиц,

У которых всё бесплатно

И нет термина другого,

Заменяющего

Цвет небесно-голубого,

И когда присутствует

Одно состязание —

Кто первый достигнет

Безвопросительного состояния…

Предпочтение. Легенда.

Подожди меня на следующей,

Если не принципиально

Всё понимать буквально

И преданно,

Без трёпа и сплетен,

Почти не заметен

Этот промежуток

Густых красок

Простоты и немногословности, —

Признание виновности

В отсиживании

В стороне

Между чётными

Рядами не плотными,

Ряжеными и удобными,

Чтобы на своей грядке, —

В своём быте

Давать название пигментам

По номерам

Оттенков своих драм

И вкусовым предпочтениям

Между растворителем

И кислотой,

Простором и теснотой,

И если тебе не жалко

Улыбки, ничего не требующей,

То подожди меня на следующей…

Расходники. Легенда.

Мягкий и тусклый,

Исходящий из определения

Своего наслаждения,

Превышающего расходы,

Когда договоры подписаны устно

И протянута горсть слов —

Тяни улов,

Будем распутывать

И оставлять как расходники,

Вечные поломники

В поиске мест,

Где будут гореть глаза

И не смыкаться,

Да там и остаться,

Приглядывая за набегающими,

Шумными, пенными,

Вздохами застенными,

Как наёмники

Имеющие свои причины

Передумывать, дойдя середины,

В списке затрат на продолжение боя —

Решай тебе кто я,

А пока уточняешь —

Чёрный или зеленый?..

Жребий. Легенда.

Стимулируешь мои нервные

Без датировки

В старой обстановке,

Прощупывая структуру ядра,

Его сложность и многообразие,

Представляя в какой фазе я

И присутствую ли в разговоре

Или его подобии,

Глубоко дыша,

Буквы не спеша

Все в ряд, да по струнке,

Сейчас бы по рюмке,

Меняющей походку

И электрический заряд,

Чтобы в комнате остался

Взгляд

Проникающий,

Понимающий,

Уступающий место на рельсах

И любующийся мыльными пузырями,

Давай перестанем

Прикидываться сухарями,

Угрожая закрытыми дверями

И другими лекарствами

От возбуждения,

Всё то они планируют —

Эти совпадения,

Однобокий жребий,

Как и прочие выгодные и резервные,

Пока твои сигналы

Стимулируют мои нервные…

Веретено. Легенда.

Царапать борта якорями,

Обрастая ракушками,

Побыли игрушками

И хватит,

Волна накатит

И отпустит,

Она в праве

Не держать слово,

Ну что тут такого,

Между строк читая,

Специальной формы

Литая, кованная —

Другая,

Без удержания и усилий,

Всё как просили,

Как суждено —

Каждому своё веретено

И иголка

Той судьбы,

За которой и нужно срываться,

Отмеряя мили

Солнцем и дождями,

Главное, чтобы сил хватило продолжить

Царапать борта якорями…

Благо. Легенда.

Рваться доказать полезность

И решать проблему измерений,

Мгновенных раздражений,

Существенно отличающихся

От среднего числа,

К лицу поднесла

Мои руки,

Чтобы потемнело

И отдохнули глаза

От благ потребителей,

Глухонемых зрителей

И чужих удовлетворений

С необходимым условием

Обменной стоимости,

А стоит ли им нести

Эти принципы

Стремления к счастью,

Его содействию

Или препятствию —

Ну что ж опять стою,

Полагая, что избегаю,

Молчу, но упрекаю,

Отдаю… забываю…

Вкусы и предпочтения,

Способность сравнения

Альтернативного порядка

С тем, что существует

Только в сознании,

Оказывая медвежью услугу

И усердную любезность

Рвущимся доказать полезность…

Тонкость. Легенда.

Тебя гладил графит,

Удивительный вид

В повторение живого

И правильного

В целях удобства

Наложения тени,

Где наши ступени

Начинают отдавать тепло

Пишущего материала,

Когда каждое движенье —

Начало

В сходстве красящих свойств,

Скользких на ощупь

И чтобы грифель не затупить,

Главное — не торопить,

Ведь ты не спешишь

С недавних пор,

Взгляд — в упор

Неотводящий,

Мыслящий,

Значущий — стереть невозможно,

Эти серые штрихи,

Не броский, но чёткий след

От прожитых лет

И качества хранения,

Вопрос — уклонение

От насыщенных линий

Ибо только тонкость

Тебя убедит

В том, как может

Гладить графит…

Муза. Легенда.

Убери свои коготки,

Я знаю об их наличии

И остроте,

Просто побудь в темноте,

Пригрейся поудобней,

Куда уж свободней

В этой утончённой

Форме тирании,

Когда наши слова

Иные, —

Мотивы — не те,

Чтоб в суете

Увлекать к серьёзности

И шутке,

Охраняя от скуки

Как могущественный амулет,

Да и вариантов то нет —

Слишком разнообразно одарены,

Продолжающие избегать весны

И привычки ждать подсказки,

Важного не пропуская —

Муза и мастерская,

Перекуры коротки

И если ты хочешь продолжить —

Убери свои коготки…

Мерило. Легенда.

Играя с чашами весов

С господством двух сил —

Принял, изменил

Мерило достоинств

И связи между усилием

И увлечением,

Стать назначением,

Пунктом прибытия,

Выводя верные, спокойные линии,

Надеясь нырнуть глубоко

И потерять рассудительность —

Какова твоя действительность

И весьма уместные речи

Как средство примирения —

Настойка против смущения,

Помогающая преодолеть

Опасность бессильного шатания

Между стремлениями,

Обмен поздравлениями

И забытой вежливостью,

Зовущей передать опыт,

Охотно взяв лишь краешек

Столь тихо, столь вечно —

Почти человечно,

Отбросив неудовольствие

Своим существом

Идти навстречу свету,

Не слыша чужих голосов,

Только одно и умея,

Что играть с чашами весов…

Самородок. Легенда.

Тише… тише…

Зачем так глубоко копаешь?

А что найти там хочешь — знаешь?

Тот самый тонкий самородок,

Увидеть её вне плиты, сковородок,

Ту, кто на это не подписывалась

Ни чернилом, ни кровью,

Но как ни крути,

А всё со вкусом, с любовью,

Всё основательно,

Как пирамида,

Редкой породы — краснокнижного вида,

Знающая состав

Человекосклеивающего бетона,

На ухо в полтона

Ибо правда в полный голос

Становится просто текстом,

Рецептом, инструкцией,

Когда путают таинство

С репродукцией

И закрывают красными бинтами

То, что не сказать словами,

Пока руки тянутся под одежду

В поисках стоп-крана

Или рубильника

И ты, как с утра, после будильника

Мурлычешь и медленно моргаешь

С одним коротким вопросом —

Зачем так глубоко копаешь?..

Скорлупа. Легенда.

Возьми кусочек моей скорлупы,

Возьми, не бойся,

Ведь когда-то быть может и ты

Сможешь поделиться

Тем же трофеем,

Ибо что мы умеем

Никогда не узнать в высиживании

И выжидании,

От всех на расстоянии

Вытянутой руки

И эти толчки, рывки

Как последняя мера,

А дальше Инкубатор или Небо,

Сколько тебе нужно хлеба,

Чтобы быть довольным

И не пустозвонить,

Собираясь каждый день

С мыслями, как говорится,

Пока другие не отличают

Желток от белка,

Всё превращая в однородную массу

Для поглощения —

Всё ради упрощения,

Но тем, кто считает,

Что они не глупы

Не может быть жалко

Того, что держало —

Кусочка своей скорлупы…

Равновесие. Легенда.

От гнева до равнодушия,

Когда наперебой

Послушай…

Да послушай я…

Молча рассказывая,

Руками разводя

У алтаря примирения

Со своей точкой зрения

На недостаточную близость

И искусство дарить

Причины противоречия,

Когда уместны парадоксы

И приходится заставлять ждать,

В стороне наблюдать

За равновесием дружбы

С мотивом нападения,

Лесть и убеждения,

Предвидя неблагодарность,

Когда полезно

Оказаться неправым,

Расходясь в стороны

По десять шагов,

Выбирая оружие

От гнева до равнодушия…

Высота. Легенда.

Стоящий на краю

Больше видит,

Там слов меньше

И камни — ближе.

Их волны лижут —

Формы точат,

Перемешивая в пене

Кто что хочет,

Потом губы кусая,

Монетку на дно бросая

По старой традиции —

Чтобы вернуться

Ещё разок

Туда, где песок,

Где вещи мешают

И горячо ступать

Перебежками

От тени к тени,

Как с тобой —

Не со всеми,

Сомневайся для виду,

Марку держи,

Скучаешь — скажи,

Чтобы улыбкой открыться,

Лицом в волосах зарыться

Ради памяти

И соли в воздухе

С наступившим пониманием,

Что высота не обидит,

Ведь стоящий на краю

Больше видит…

Составляющие. Легенда.

Странно просить у себя,

Странно,

Одинаковы и многогранны

Эти просьбы,

Только не врозь бы

От борьбы до мольбы

Немногословной,

На что способны

Такие, как мы особы,

Принимающие окраску среды,

Природу исправляющие,

Всё делим

На составляющие

С единством места и драмы,

За ширмами шрамы

Учась повелевать

Без стыдливости,

По своей милости

Терпеть друг друга,

Как и все ухабы,

Пока шеи не слабы

Держать эти буйные головы,

Коих клонит к таким же непрестанно

Понимающим,

Что странно просить у себя,

Странно…

Средство. Легенда.

Переливание…

Перемывание…

То ли помощь, то ли наказание

Без преступления и свидетелей,

Всё по лечебной технологии

Наших душ и физиологии

Как отдельных компонентов

Игры в донора

И носителей жизни

По правилу совместимости,

Комфортной молчаливости

Как самого безопасного средства

Приятной терапии

И лёгкого покалывания

В сосудах мечтательности,

Взаимной любознательности,

Что же там такого,

Если копнуть глубже,

Обнять туже,

Держать твёрже,

Просить реже,

Не прибегая к заменителям

Критического снижения

Объёма встреч,

Так и дальше течь

В целях сохранения структуры,

Пока идут к свету

Силуэты, тени, фигуры,

Не обращая на мелочи внимания,

Научившись чувствовать,

Когда другому нужно

Переливание…

Прописка. Легенда.

Я в тебе слышу

Себя другого,

Поменявшего прописку

На новые черновики,

Такие себе свояки,

Присевшие на свежем воздухе,

После удачной охоты,

Рассказывай — Ну как ты? Ну что ты?

Чем сегодня Отличилась?

И за кем последовало слово

Без вопросительных И восклицательных?

Трудов старательных

Ежедневных,

Чтобы быть в числе первых,

Вращающих рулетку И календари,

Чего не найти — дари,

Не откладывай,

Ибо тайна не откроется снова,

Что я в тебе слышу

Себя другого…

Аллегории. Легенда.

Дорога ведёт объездными,

Приставлены друг к другу часовыми,

Ласточками, рисующими дугу,

Со звуком рассекания воздуха,

Пока в моих баллонах

Не заканчивается гелий

И я тяжелею,

И не смешно разговариваю,

Но предлагаю угадать,

Не спешить, подождать —

В какой руке?..

Чтобы я сзади успел

Переложить в указанную

И ты улыбалась

От правильного выбора,

Ведь тебе на самом деле везёт,

Одни из тех, кто доплывёт,

Чтобы снова оставить

В своих дверях записку:

«Ушёл за приключениями…»,

Ибо только у травмированных

Людей и вещей

Имеются свои интересные истории,

Свои аллегории,

Которые могут быть написаны

Только на вырванных листах,

Ведь чем меньше клочок,

Тем больше хочется в него уместить,

Важного не пропустить

Тем, кого они сделали родными,

Ведя дорогами объездными…

Лучина. Легенда.

Лёд — чтобы растопить,

Расколоть призму

И преломления,

Вспышки настроения

В один щелчок

Без уточнения —

А в каком теперь ухе жужжит?..

Когда она лежит,

Как никогда до этого,

Не прикрываясь козырями

И ходит конём,

Ну, о ком ей ещё,

Как не о нём,

Со щеками в затяжке

И долгим выдохом,

С верой на запасы

И тайники,

Которые без нужной руки

Не хотят открываться,

Как ни крути не верти,

Пока тление продолжается

И лучина греет,

Ведь кто-то посмеет —

Не сможет не посметь,

На скорости не разглядеть

И не притормозить

В неположенном

Под знаком «Нельзя — Не трогать»

С новой мыслью,

А как теперь дальше жить

Зная, что лёд —

Чтобы растопить…

Наследие. Легенда.

Жду тебя… Конец переписки…

В соревновании СМС

Не удалил, не исчез,

На отказ, на отрез,

Не сжег…

Без желания скомпрометировать —

Наступать, маневрировать…

С сохранением

Авторской орфографии

В сфере личных контактов

В особом жанре речи,

Прощаясь до скорого —

До встречи

Дистанционно,

Диктуя свои наборы

Устного этикета,

Какой стороной монета,

А может ребром в ворсе —

Пускай не как все,

Но со своими интересами

Писательского дарования,

Вскрывающего причины

Внешних событий

Нашей летописи,

Теперь, думаю, смогу нести

Это наследие,

Исключительно яркое

Без публикаций и сокращений

Моих сообщений,

Пока тает лёд и налито виски —

Жду тебя… Конец переписки…

Кодекс. Легенда.

Возбуждаться на маски

С безграмотной верностью,

Чужой достоверностью

Театральных традиций,

Пока существует эта нужда

В прелестях общения,

Пульса учащения

У края твоих игл,

Где не хочется

Быть узнанным

Среди других поклонников,

Ставящих это наслаждение

В вину,

Требуя слишком многого

По кодексу вторичных посредников,

Принимающих выгоду

Через подчинение,

Не видящих разницы

В одиночестве и уединении…

Типично и отличительно

Молчать многозначительно,

Пока нити

Не станут верёвками —

Они удержат,

Дадут остаться,

Втайне изумляться

Твоей избирательной проницательности,

Не предавая огласке

И перестать, наконец,

Возбуждаться на маски…

Ритуал. Легенда.

Ответов нахватался,

Перекус всухомятку,

Давай по порядку,

Пока капли уместны

И не поплыли слова,

Всегда оставляющие варианты

И пути к отступлению,

Чтобы успокоиться

И понять,

Что есть кому присматривать

И вовремя поливать,

Пора бы уже знать

С какой ты стороны

От забора

И в чём разница

Болтовни и разговора

Между идущими под зонтами,

Когда хотим быть ими,

А они — нами,

С желанием возвращаться,

Только когда есть, что рассказать

С ритуалом добывания огня

И долгое прикуривание,

Мудрость или придуривание

Мёрзнуть — и не показывать виду,

Пока не перестанет моросить,

Постой, что-то хотел спросить…

Потому и остался,

Помоги переварить —

Ответов нахватался…

Стены. Легенда.

Музыка вечера,

Чем-то навеяно,

Просьбой подать воды,

Спасибо за труды

И замолкание вовремя,

Чтобы не приелось,

Никуда не делась,

Просто пригрелась,

Укутавшись в шелка и велюр,

Не отвлекаясь

На кис-кис и мур-мур,

В поисках своей радиоволны

Полночи крутиться,

Да и мне что-то не спится,

Играя в театр теней

На тусклых стенах —

Так атмосферно,

Да и тебе, наверно,

Не привыкать

Гладить бетон ладонями

И слушать, что отвечают

Твои герои

Руки — Тени — Обои,

Но вряд ли успею записать,

Веду себя рассеяно,

И эта музыка вечера —

Чем-то навеяно…

Способ. Легенда.

Лежать…

И просто

Гладить живот,

Кому рассказать —

Никто не поймет,

В судорогах засыпания

На периферии твоего внимания

Звуки пианино,

Приятные голоса,

Взлётная полоса

И ты — в начале,

Всё еще нерешительна,

Чего бы загадать,

Чтобы ночью приснилось,

Как будто бы сбылось,

И наигранно не верится,

Что бывают другие аккорды

И ноты —

Не грусти, ну что ты

Начинаешь,

Сама же знаешь,

Что есть способ

И всё пройдет —

Просто продолжу тебе

Гладить живот…

Карта. Легенда.

Набросал, набросал —

Попробуй

Чего не хватает?

Сладкой комедии

Или соленой драмы,

Давай по домам

Или куда мы?..

По прохладным местам

Наших ожиданий,

Лежащих валетом

И укрытых ненужным светом,

Ибо уже и самому тесно

На этой кухне

По готовке планов,

Не поздно, не рано,

Как раз —

Именно здесь и сейчас,

Без долгих ящиков

И лучших времён,

Кто слаб, кто силён,

И кому это собственно важно,

Перетасуй

И заново раздай,

Смотри, не моргай,

Ибо только это

И запомнится,

Когда Твоя Карта

Из колоды выпадет,

Прошу попробуй —

Чего не хватает…?

Течения. Легенда.

Волн проникновение

В приграничный край

Моей территории суши

С гипотезами

Притянутыми за уши —

Лишь бы сошлось

До точки и запятой,

Узкой полосой

Временного русла,

Где всё относительно

И условно,

Сидя лицом к склону,

Дыша ровно

В многолетнем положении

Поиска потока,

Его очертания,

Пока все старания

Не замело наносами песка

И ила,

Ответил раньше,

Чем спросила,

Куда постоянно относит

Эти тёплые течения,

И почему берегу так важно

Волн проникновение…

Сущности. Легенда.

Покидать время от времени

Защитные укрепления,

Отпуская на прогулку

Свои возражения,

Ведь уйти — не значит дезертировать,

Найдя место, в котором

Исчезает напряжение,

Где можно не стараться

Быть понятым,

С пылью в глаза занятым,

А просто так принятым —

Как есть,

Золотым или позолоченным

Без проверок,

С единственным условием —

Зажигать вовремя свет,

Чтобы призраки исчезли,

И мы, как коты, с деревьев слезли

Понаблюдать, не вмешиваясь,

И разглядеть сущности

За маскарадом,

Давай прогуляемся садом

Наших привычек

В момент, когда солнце садится,

Друг к другу лица,

Не верящие в совпадения,

И с желанием иногда покидать

Защитные укрепления…

Альбом. Легенда.

Хмель и солод,

Как старый повод

Для новой встречи

За чертой квадратных метров

И асфальтных паутин,

Загородный никотин

Вдвойне полезнее

И вкуснее,

Если нет повода задержаться

Среди покусанных буднями,

С правом не отвечать

На звонки,

Погреть позвонки,

Махнув не оборачиваясь —

Всего доброго,

Чтобы глазами листать

Другие картинки

В зелёном и голубом,

Пополнить памяти альбом

Чем-то свежим,

Когда на самом деле

Это так легко и близко,

На шезлонге, словно киска,

Под музыку из плей-листа,

Отобранного по случаю,

На красоту падкая,

Со льдом полусладкого

Или держа в руках

Звёзды и холод —

Сойдет неизменный

Хмель и солод…

Захват. Легенда.

Нужен до раздражения

С каких-то пор,

Забрался, как вор,

В душу

Да и отхватил участок,

Окопался забором

Без уговора

И объяснений зачем…

Ну, ведь любопытно,

Когда на первый взгляд не видно,

Ну сбоку, ну с краю

Сидит и знает,

Себе на уме —

Предельно деловой,

Уже почти как свой,

Как будто не было захвата

И не с краю уже хата

Серийного убийцы одиночества,

Кому-то же приходится им быть,

Чтобы слушать соображения

Того, кто нужен до раздражения…

Звонок. Легенда.

Желание опережать события,

Стоять ночь до открытия

С возобновлённым интересом

К аукциону наших даров

По виду инициативы,

Ведь так нетерпеливы,

Будучи на расстоянии

Телефонного звонка — с пальцем у кнопки…

Так отважны и робки,

Когда нужно вносить

Новые пункты со звёздочкой

В эту книгу без обложки

И твёрдого переплёта, —

Ты отдых или работа,

Проникающая под шкуру

И разрушающая привычку делить,

Как это определить?

Обезоруженному терпением

За стеной своего монастыря

Или мыльного пузыря,

Лишенного притяжения и содержания,

Пока слова извне — как жужжание

Разворошенного осиного гнезда,

Монотонный фон — не более,

Разобранный на цитаты,

Угощаем чем богаты,

Доверяя вслепую,

Целуя любимую или любую,

Посматривая на часы — скоро прибытие,

И нет времени выяснять откуда взялось

Желание опережать события…

Противники. Легенда.

Идти на многое ради новой строки,

С умным видом и рукой у щеки,

Высчитывать стандартный

Размер сделки —

Натуральный контракт,

С чувством ночного покоя,

Пока нас двое — Я и Бессонница,

Трём друг другу глаза

Давно раздражающим вопросом,

График ломающим,

Будто по-дружески обнимающим

С просьбой молиться идее

С намеренным удивлением

От того, что всё имеет предел —

А как ты хотел,

Ведь волны утихают,

Оголяя камни, как постоянную величину,

Меняется лишь уровень жизни,

Играющий с нами в прятки,

Молчу, — всё в порядке,

Ни отнять, ни прибавить,

Когда в тебе противники

Идут на перемирие

С пониманием, что все мы —

Драгоценности одной короны,

Взяли на проезд жетоны

И ждем, пока загорится зелёный,

Такие вот смышлёные дураки,

Которые готовы

Идти на многое ради новой строки…

Псевдоним. Легенда.

Допиши рассказ за меня,

Без лишней трагичности,

Спрячь наши личности

За псевдонимами,

Которые кладут свой камень

Каждый день,

Чтобы не петь громко и фальшиво,

Не чувствовать себя паршиво,

Когда прошлое будет сопротивляться

Частичке воодушевления,

Скрежет и трение —

Ведь, это полировка до блеска,

Сознательная работа

Понять кого-то,

Кто он — якорь или парус,

Подавая световые сигналы,

Тишиною взгляда маня,

Остались чернила и бумага —

Допиши рассказ за меня…

Гримёрка. Легенда.

Нравится и пугает —

Интересная эмоция,

Неймётся ей, неймётся,

Чтобы удержать внимательность

На прежнем уровне,

Пока, вероятно, взаимный

Встречный интерес

Фокусирует свою дробь

На учтивом приглашении,

Подавая плавно руку,

Следую ритму и звуку

Открывающихся дверей

В виде подозрения чужих ушей,

Что им не хватит тебя

И придется смешивать

Красное вино с белым,

Как делают на Каталине,

Ибо быть посередине

Не в её правилах,

Засиживаясь допоздна в гримёрке,

Где всегда должна быть

Холодная малина,

Она — балерина,

Ей можно капризничать

С просьбой не провожать

И больше не плести кружева сплетен,

Требующих выходить на поклон

К этим взглядам нескромным,

С чувством подобным

Тому, что так редко бывает,

Когда эмоция

Нравится и пугает…

Аромат. Легенда.

Кисть у виска —

То ли грусть,

То ли тоска

Смахивает влагу,

Умалчивая подсказки

Устаревшего нейтралитета

С извечными — кто-то, где-то…

С фонарем к небу,

Выкрикивая своё положение

Среди таких же

Потерявшихся

В бумажной аппликации,

Где слово лишь воздух колышет,

Кто слушает? Кто слышит?

А что он делает?..

Он пишет…

Заполняет буквами полки,

Вынимает из себя иголки

И бросает сахар в воду,

Чтобы сохранить подольше

Аромат,

Вечер-компромат

Предлагает рассмотреть

Всё с близка,

Сидя неподвижно,

Держа кисть у виска…

Эпитеты. Легенда.

Игра в невидимку,

Солью на льдинку

Ради эксперимента

В ночное время,

Когда биение солнца

На противоположной стороне,

Пока силуэт в окне

Задумчиво пускает кольца

И удаляет набранное,

Выискивая в памяти

Подходящие эпитеты,

Горечь на пальцах —

В красном софите ты

Откладываешь в сторону коробки

Набитые проглоченными вздохами

И неиспользованной верностью

По случаю,

Чтобы зимой тягучею

Было что бросить в огонь

Как окончательное «Да»,

Не оставленное без внимания,

Пока тихие старания

Прокладывают новую тропинку,

Давай туши и продолжим

Игру в невидимку…

Этикет. Легенда.

Новая эра,

Как для примера,

Далась погладить

И угостилась молочком,

Прижалась бочком

Да и посапывает —

Прошлое закапывает

Каплями в чужие уши,

Аптечная доза

Прямого наркоза,

Чтобы хоть как-то расслабиться

В позе эмбриона,

Не видя поклона

Уходящего по-английски…

Наброски, записки,

Любые улики

Сойдут за знаки внимания

К мелочам,

Ведь кому-то же нужно

Не спать по ночам —

Таков этикет и манера —

Быть рядом,

Пока не начнётся

Новая эра…

Персонажи. Легенда.

Скептик, хваставший верой,

Проявляя сдержанность в прогнозах,

Сидит в умных позах

С оружием против сомнений

В виде путешествия

Размером с блокнот,

Сколько времени пройдет,

Чтобы не осталось ни одной

Подозрительно чистой клетки?..

Ведь тёплые вечера так редки,

Что факты начинают

Считаться выдумкой,

Подтверждённой опытным путём —

За согласие сочтём

Радиомолчание

Персонажей в сюжете,

Которым не нужно вслух

Предлагать увидеться, —

Осень близится

С предельной лёгкостью

По всем фронтам,

Палец к губам

И никому ни слова,

Ибо паузы уже не тягостны,

Когда перестаешь расширяться впустую,

Крутить обороты вхолостую

И начинаешь уходить вглубь,

Никого не спросив,

Такой вот новый интенсив,

Откуда можно предположить —

Ты будешь когда-то смелой,

Как скептик, хваставший верой…

Соло. Легенда.

Моя хрупкая скрипка,

Будет ошибкой —

Считать её разгаданной,

Хоть и не полностью — не до конца,

Угадать настроение в повороте лица,

Ибо среди всех рассмотренных

Её ценность другая,

Главное давить

Не налегая,

С разумной силой,

Способной к движению

В исполнении мастера

С особенностью, ему присущей,

Когда в оркестре

Она становится ведущей,

Исполняя своё соло,

Ну, что ж… моя школа

Тембра густого,

Как краски наших вечеров,

Где руки, как акварельные кисти —

Умоют, очистят

И найдут другие режимы души,

Кроме как жара и мороз,

Ведь кто из нас виртуоз —

Сами не разберёмся,

По причине близости звучания —

Почти в тон,

Мелодия на двух персон,

Которую можно сыграть

Связно и гибко —

Спасибо тебе,

Моя хрупкая скрипка…

Жемчуг. Легенда.

Когда стихает дневная суета,

А двери закрываются,

Каждый становится собой,

Кому как нравится,

Без стереотипов и стеснений,

После долгих сражений

За право остаться

Обнаженным и хрупким,

А значит — свободным,

Заключая на вечер мир с собой,

Пока живой

И есть желание получить удовольствие,

Когда поток речи

Не является необходимым,

А момент остается красивым

И естественным,

Лишаясь тяжести,

Чтобы вдохнуть и погрузиться в себя,

Как ныряльщик за жемчугом,

Который приносит обратно

Потерянное прежде,

Не нуждаясь в одежде

И жестикулярном красноречии,

Тревожа тонкие струны,

Собирая в охапку новые луны

С настойчивой осторожностью,

Возле тихого омута,

Чтобы чувствовать иногда,

Что твои глаза улыбаются,

Когда стихает дневная суета,

А двери закрываются…

Берлога. Легенда.

Не украл,

А одолжил,

Прикрыл тебя ладонью

И в карман положил,

Чтобы было, где встретить спячку,

Согреть мою мерзлячку,

Как бы играя в прятки,

Только без тех, кто ищет,

Ведь для того и нужны берлоги,

Чтобы приютить немногих,

Кому это действительно нужно

В пору удлиняющихся ночей,

Когда луна в зените,

А вы до весны уж как-то без нас —

Извините,

Большего не смог предложить

Той, кого можно не красть,

А одолжить…

Комфорт. Легенда.

Всегда есть, что перерасти,

Не старайся —

Не спасти,

Не законсервируешь

Это состояние комфорта

И однобокого удобства,

Ища выгоды в сходствах,

Перебирая их как-то по-новому

В сумбуре засыпания,

Ведь то, что вызывает привыкание

Перестает удивлять

И становится привычкой —

Запятой, кавычкой

В долгом повествовании,

Которое читается

В ближнем и дальнем свете

С одним графическим ключом

И что почём,

Спрашивает теперь улыбка,

Выносящая на рассмотрение

Очевидные изменения,

Которые любят подсказывать

Чего бы ещё такого

Желать обрести,

Зная наперед,

Что всегда есть, что перерасти…

Трюк. Легенда.

Прогулка, как медитация,

Интересная комбинация —

То знаешь меня,

То не знаешь,

Предпочитая закрывать глаза

На второй вариант —

Люблю твой талант

Канатоходца,

Жмуриться не придётся,

Постепенно совершенствуя навыки

Этого удачного трюка,

Входя без стука

И приглашения,

Наше решение —

Отличаться,

Имея своё счастье кочевника,

Оставляя одни вредные привычки

Ради других,

Таких же благих

По вкусу и ощущениям,

Учась прощению,

Когда слова неважны —

Важна интонация,

И всё сможет расставить по местам

Прогулка, как медитация…

Пора. Легенда.

Паузы и остановки,

На добро установки

С приложенной к экрану рукой,

Какая разница кто я такой:

Число, цвет или поворот,

Снег за шиворот,

Холодный пластилин

Или рука гончара,

Если наступает пора

Увидеться

В нашей полосе нетерпения и тоски,

Ведущей к морю,

Где можно учиться молчать,

Тушью на бумагу рычать

С импровизацией

Без подготовки,

Паузы и остановки…

Деликатность. Легенда.

Нагие и без грима,

Держимся невозмутимо,

Бесшумно ступая по звездным коврам,

Прочь из запыленных комнат,

В поисках места,

Где солнце раскаляет ступени

И заставляет снять

Последние стеклянные перчатки,

Чтобы применить деликатные повадки

В броске игральных костей,

Дающих право знать правду

Навострённым ушам,

Говоря по душам,

Чувствуя, что пропускать мимо,

Ведь друг для друга мы всё время

Нагие и без грима…

Гильза. Легенда.

Продолжая любить загадки,

На интересности падки,

Как пчёлы

На сладчайший мёд,

Куда приведёт

Наш бестелесный ребус

Мелодии восторга,

Ведь ты — терпеливейшая,

И всегда прорываешься

Через то, что не нашло

Разрешения —

Поражение вычеркнуто

Из лексикона

И место патрона —

На языке,

Ведь неважно —

Ты говорила или молчала,

Определю настроение

По температуре металла

Этой сладкой гильзы,

Поддерживающей

Симметрию наших зеркал,

В которые мы заглядываем

С украдкой,

Продолжая любить загадки…

Сокровище. Легенда.

Забавные чудовища

В наших спокойных глубинах,

О которых так сразу

Не догадаться,

Им нравится скрываться

До поры до времени,

Увешанным трофеями

Мрачных красот

И оценивающим взглядом

Непобежденного зверя,

Находка или потеря —

Без разницы,

Пока продолжается

Спор о вкусах

И танец взвешивающих

Свою тень,

Считая, что это и есть

Их холодное сокровище,

Наши внутренние дети —

Забавные чудовища…

Восхождение. Легенда.

— Хочешь, прилечу?..

Променявший радость

На дела,

Долгою дорога была

К вершине ледника,

Созидающее восхождение

Под опасным уклоном,

Где мысли скрываются

От раздвоения воли —

Остановиться что ли?

Или продолжать угадывать

За что ещё можно ухватиться?..

Всегда на полпути

И этим гордиться,

Как прогулка слепого над бездной,

У которого склон

И склонность

Сливаются в тюрьму утешения,

Где можно не остерегаться обмана,

Ведь неважно, из какого стакана

Пить чистую воду,

Когда жажда мучит,

И кто кого учит,

Придумывая нового себя,

С надеждой на то, что всё-таки помог,

Если состоится такой диалог:

— Хочешь, прилечу?

— Хочу…

Поворот. Легенда.

Привычка ломать привычки,

Как непохожие сестрички,

Собирающие один

Кубик Рубика,

В одно движение

Двадцати пальцев,

При уговоре,

Что все стороны —

Светлые,

И это лишь примирение

С чужим мнением,

Чтобы поворот был тише,

С видимостью перебегающих,

Друзьями бывающих,

Тиграми, пальмами

И гремучими змеями,

Что посеем мы,

Как посмеем

Передать тишину

В наши намерения погреться,

Ведь есть другой способ —

Отложи спички,

Давай ломать привычку

Ломать привычки…

Диверсии. Легенда.

И цвет снова смещается

В манере Пикассо,

Вращая лиц колесо,

В ряд совмещенных

Воедино плоскостей,

Что такого в ней?

Трёхмерная графика

Без массы подражателей

И исключительного влияния —

Только обаяние

В качестве экспертной оценки

В нецифровой версии,

Когда касания — диверсии,

А мы, как похитители

Известных полотен

Из тайников и запасников,

Вечеров-праздников,

Где наши глаза встречаются

И цвет снова смещается…

Линия. Легенда.

Только зимой можно увидеть

Кто нас всё-таки греет,

Когда ночь звереет

От того, что её можно

Пощекотать свечой,

Проглотившей золото,

Разрешающей говорить правду,

Когда днём дерзости не хватает

И гортань сжимает

То ли ожог, то ли обморожение,

И только рук движение

Показывает, что слишком прямая линия —

Лжёт,

А наша истина с изгибами

Кошачьего спокойствия,

Знать её — удовольствие,

Слыша приглашение твоих дверей

С камертоном замочных скважин,

Когда поздний звонок — важен,

Выбивающий из страшного состояния —

Полужелания,

Среди крошек мелких грешков

И сулящий чудеса и опасности

Без протокола и гласности

Любителям перешёптываний,

Половинчатым посредникам

В мастерстве щёлкать орехи недоговоренного,

Почти потаённого,

С интересом к тому, от чего тайной веет,

Когда зима разрешает увидеть,

Кто нас всё-таки греет…

Коморка. Легенда.

Мышеловка для ума

От поставщика реквизита,

Солнце цвета бисквита

И потревоженного праздника

В окне маленькой коморки,

Где заучены поговорки

Чувствительного кондитера

И бродячего шарлатана,

Который любит сторожить

Ночь в себе,

С запасом ледяных уколов,

Чтобы вдруг не растаять,

Как в прошлый раз,

Когда радость — это отказ

От иллюзии разумности,

Ведь что моя дальнозоркость,

Когда ты грозишь пальцем улыбаясь,

Чистой оставаясь,

Будучи источником вина

И влажной облачной печали —

За тебя глаза отвечали,

Пока слова ластились у ног

Среди мелочных богатств,

Научившихся подмене,

Трутся нагло о колени

Из стыда и скупости,

Гордости и глупости,

С желанием достаться тем,

Кто любит делать из мухи слона —

Ну, а нам остается лишь танцевать

В мышеловке для ума…

Стихия. Легенда.

Уснувшие руки роняют камни

В бездну ванной,

Секунды желанной

Не пожалев,

Пребывая в водной стихии

С глотком воздуха у поверхности —

Ей бы меня наверх нести,

Да не в этот раз…

Будет принят комплекс мер

На поддержание оборота,

Когда твоя забота —

Это искусственная вентиляция,

Чтобы мне дышать твоим углекислым,

Пока мысли зависли

От массажа сердца,

Которое просит игрой нащупывать путь,

По-другому тебя не вдохнуть —

Не убедить, что хорошо может быть всегда,

А не только в прошлом —

Этой величайшей опасности,

Где никогда не будет ясности,

Вызывая больше

Жажду огня, а не воды,

И теперь чернильные труды,

Дадут полакомиться собой

Принудительно-вспомогательно,

И я чувствую, как ты старательна

В этом вопросе и уверенна,

Чтобы наша спонтанность была умерена,

Разрешая закрывать глаза, как ставни

И уснувшим рукам ронять камни…

Роли. Легенда.

Таков мой вкус —

Не хороший, не плохой —

А мой,

Испытательно-вопросительный,

Как пауза продолжительный,

На малых скоростях

И тактильных пределах

Классической механики,

Как прочие посланники,

Разделённые расстоянием

В одно предложение,

Читаемое мучительно-почтительно

Со всеми прямыми следствиями

Увеличения площади привычки —

Руки-отмычки

Некоторых сфер по изучению вклада,

Проходящее одновременно

В роли зверя и укротителя,

Ученика и учителя,

Пытаясь сомкнуть контур,

Выводя свой закон

Сохранения настроения,

Упрощая решения

В любой из наших точек,

Всегда оставляя себе кусочек

Простительно-значительный,

Будучи стеклом увеличительным,

Чтобы увиденное и услышанное

Мотать на ус —

Частный случай,

Таков мой вкус…

Очертания. Легенда.

Ускользающая нить рассуждений

В поисках наслаждений

Среди тесных комнат

Для размашистой походки,

Как иллюстрации борьбы

С привитыми навыками воспитания,

Когда твои очертания

Становятся отчётливей,

Выводя на контраст

Дефицит и излишки

Вечного мужчины-мальчишки,

Задевающего настольные книги

И безделушки с камина,

Будучи окружен неведомым

Среди того, что нас отличает —

Кто спрашивает? Кто отвечает?

Звеня инстинктами в крови,

Изумляясь спокойствию

Внешнего приличия —

С тобой в каком обличье я —

Писатель без диплома,

Гость из другого мира,

У которого только и есть —

Хочу… Нравится… Должен… Нельзя…

Ручкой по бумаге скользя,

Выводя радости творчества,

Ведь всё хочет стать словом

Целесообразным и полезным

Для всех направлений,

Всё время пытаясь словить

Ускользающую нить рассуждений…

Признательность. Легенда.

Ночной безлимит,

Когда сам себе нравишься,

Куда хочешь — отправишься,

Не задумываясь

Над громоздкими записями

Единиц общения,

Доводя до смущения

Неформальный ритуал

И прочие помешательства

На нашем поле игр в рациональность

И наблюдательность —

Тебе моя признательность,

Как косая черта,

Приносящая голод за стол

В качестве приправы,

Строя теории ради забавы

И скрепления фундамента,

На котором можно склонить колени,

Считая дни-ступени,

Предлагая один лишь бартер —

Обмен поглаживаниями

Предельных норм,

Выдавая высшую степень кредита,

Радостна или сердита,

С земным желанием на устах

Сразу быть в двух местах,

Чтобы не слишком рано

И не слишком поспешно,

Пока тишина не убедит,

Что нас только и спасает

Ночной безлимит…

Полутона. Легенда.

Умение слушать глазами,

Возвращаясь к тому,

Что мы считаем азами,

Как пройденную функцию

И второстепенный механизм —

Прости мой эгоизм

На периферии сигналов

Громкой деятельности,

Направленной истину скрывать —

Можно мне рядом полежать?

Без акустики,

Ничего не отражая

И не меняя интенсивность

Дарить свою наивность

На тонкой частоте

Разниц площадей —

Кто мы без наших идей

И заблуждений?

Зная все рычаги

И терпеливые мышцы

Сопротивления воздуха,

Когда остаёмся наедине

С мурашками по спине

И танцем рецепторов,

Кодирующих жесты

В полутона —

Для того и ночь дана,

Чтобы делать нас существами

Умеющими слушать глазами…

Острота. Легенда.

Несовершенство уравновесит,

Держа в тонусе

Кнопки зрительного восприятия

Пока моё занятие —

Конечно же анализ

С прогулкой по подкорке,

С ветерком да с горки

Без запасов консервированных намёков

Тонких и прозрачных,

Как всегда неоднозначных,

Которые ловит только хрусталик, —

Кто мешает взять валик

Да и закрасить всё белым,

Когда-то же нужно быть смелым,

Чтобы перестать моргать

Затылочным долям,

Заставляющих сидеть по краям

Этого длинного стола,

Обладающего высокой

Разрешающей способностью

И игривой робостью,

Упускающей детали, —

Какая разница что сказали

Если мера остроты

Всегда компенсируется Встречным движением

Игры на сближение

И оптимальной концентрации,

Что конечно же порой

То завораживает, то бесит,

Зная, что такой контраст всегда

Несовершенство уравновесит…

Приправа. Легенда.

Костром тянет,

Телефон не беру — занят

Поглощением кубометров воздуха

С приправами, —

Жжёными травами

И пеплом парящим,

Всегда между

Прошлым И Настоящим

Сижу посередине,

А может быть скраю,

Хотелось бы сказать:

— Я тебя знаю…

Пока золу мешает рука

Держу твое имя на кончике языка,

Такое простое

Для произношения,

Слышишь как ночь крадётся

Без разрешения,

Чтобы пригласить

Любителей терпких историй

Без шантажа и условий,

Хотя была одна просьба —

Не поливать обиду,

Пускай вянет,

Предпочитая другой аромат,

Когда костром тянет…

Прежнее. Легенда.

Белое под красным,

Наперевес двойной защиты,

Бумажные визиты

Вскользь заживших

И не тревожащих ветвей

Твоего загадочного настроения

Для игры с прической

И фотографиями

Вместо вопросов

О чужом марше

И о том, кто остался прежним,

А кто старше?..

Уходя с линии конфликта,

Где слова не воспитывают, —

Расстоянием испытывают,

Чтобы сыскалось место,

Где можно склонить колени

И снять обувь

С неважно откуда пришедшей,

Но важно куда идущей,

Держа марку всемогущей

Для посторонних и несущественных,

Связь без доказательств вещественных

Любителей лукавых лакомств

И нерастворимой ночи

В чаше рукосплетений,

Принимая без возражений

То, что может быть

Сладким и опасным —

Белое под красным…

Граница. Легенда.

На брудершафт с волнами,

Не заморачиваясь именами

И содержимым бокала,

Зарывая ступни

В горячую гальку,

Когда очередная накатывает,

Прохладой обхватывает

Закрепляя доказательства

Добрых намерений —

Ей бы чуть уверенней,

Чтобы не расплескать

Жидкое солнце

В подобном обряде,

Держа взгляд как в осаде,

После чего можно

Переходить на «Ты»

Даже с самим собой

С запрокинутой головой

В последних лучах

Каменного спокойствия,

Чтобы просто ради удовольствия

Устроить праздник

На границе мокрого и сухого,

Ну что тут такого —

Сидеть и плести

Разговор кружевами,

Попивая на брудершафт с волнами…

Скорость. Легенда.

Скорость счастливых чисел,

Управляемых Луной,

Облокотившись спиной

Мчаться вдоль зебры

На наш вечно зеленый

Как ориентир перемен,

Что от меня взамен

Кроме непроторенного пути

И хорошей музыки?

Возможно характер

И стиль перемещения,

Когда наше общение —

Загадка для других

Вне критерия

«Всё или ничего»,

Без сложения и вычитания,

Размывая очертания

И лишь центральное

Оставляя в фокусе,

Без склонности к спешке

И не хватаясь за всё и сразу,

Да и вечер как по заказу

Намекает, что лучше

Не быть Кроликом Кэрролла

Который от времени зависел,

А научится наслаждаться своей

Скоростью счастливых чисел…

Непроизносимое. Легенда.

Она — особый случай,

Как хорошая выдумка,

Возвращающая бодрость ногам

Для прогулок по берегам

В пору опьяняющих сумерек,

Играющих свою увертюру

У отвесных скал,

Когда сам наслаждался

Тем, как умолкал

У священных границ

Сладких уговоров безумия —

Так и дальше смогу ли я?

Ведь чем дальше идти,

Тем меньше, кто будет рядом,

Понимая, что это — попытка,

Но не договор,

На интересном моменте

Незаконченный разговор,

Когда дело доходит

До непроизносимого,

С вопросом не в том — зачем?

А — для кого?..

Пребывая во мне

И надо мной

Созревающая полночь

С её нежной стыдливостью,

Сочтём справедливостью

Тот факт, что я верно везучий

Если имеет право в жизни быть

Особый случай…

Блеск. Легенда

Капли растопленного воска

Тонкой полоской

Рисуют наши автографы,

Словно отпечатки,

Осевшие на оконных стёклах,

По которым всё и сошлось, —

Найти удалось

Эти хлебные зёрна наших встреч,

Снимающие тоску с плеч

С её безоблачным молчанием

В сторону говорящего,

Ради спасения настоящего —

Именно этой минуты тишины,

В которую можно наконец расслышать —

Кто же зовет тебя?..

Пока ты легка и красива

Танцуешь на краешке объектива,

Опутывающая попрыгунья,

Знающая, что успех

На стороне преследуемых,

И тех, кто способен

Обучаться ожиданию,

Подобно гаданию —

Что же означают

Горизонтальные движения головы в стороны

На вопрос — как дела?..

Всё как предвидела,

Мило оскалившись

С глазами всё ещё полными

Блеска и лоска,

Застывая в памяти

Каплями растопленного воска…

Расточители. Легенда.

Не знает и не догадывается,

Когда рассвет подкрадывается,

Прячась за извивами волос

Как маленькая небесная необходимость,

Пока твоя решимость

Прячет молнии в тумбочке у кровати

На которой солнечные зайцы, кстати,

Как крупинки соли

Топят взбалмошную смолу

Бури отрицания,

Помня твоих рук касания,

Которые нужны, чтобы «Узнать» друг друга,

Как две удачные комбинации

Чёрных и красных мастей

Или броска игральных костей

На этом столе,

Где заранее вытянуты

Старшие арканы

И мы как партизаны,

Не выдающие паролей и явок,

Закрываем глаза вдобавок,

Напрашиваясь на параллели,

Где вечером мы оба будем веселы,

Веселы и довольны

Как летние расточители мёда —

Проснёшься, — расскажешь какая погода —

Будет ли сопутствовать,

Ведь мы должны были к этому прийти,

Хотя пускай так и дальше складывается —

Не знает и не догадывается…

Лазейка. Легенда.

Салатовые убежища,

Где можно сидеть

Ножки полоща,

Заглядывая, как еноты, в воду,

Выискивая видимость сходства,

Как для удобства

Снимая всякое послушание

И отлаживая «на потом»

Распитие старых вин мудрости,

Которые сейчас ни к чему,

Помолчим — я приму

Как благодарность

Улыбку твоей печали

За этим зелёным счастьем,

Пока ты полуотвернувшись

Планируешь завлекающее бегство

Из зрелости в детство —

Чудное и легконогое, оставляя многое

О чём можно прочесть

На линиях твоих тоскующих рук —

Кандидаты потешных наук,

Танцующие на кончике булавки,

Повышая ставки,

Зная, что в конце

Всё равно ни кто не будет должен,

Ведь там другой смысл вложен…

В этом и есть лазейка

Моя нежная чародейка,

Что нам не нужно

Ни хлеба, ни зрелищ

Среди салатовых убежищ…

Интерес. Легенда.

Где твои мысли ночуют?

Наверняка осторожно удаляясь,

Почти не стесняясь

Отпускают отрицания,

Полируя поверхности

Собирающей линзы внутри оправы,

Давно не нумеруя главы

В черновике объекта наблюдения

Ловко обходя

Наружное защитное образование,

Находя своё толкование,

Как и надлежит проворной колдунье

С глазами ребёнка,

Глядящего на храбреца в пыли…

Даже не знаю — успею ли?

Вдохнуть твой воздух Крыма

Вместо городского дыма,

Ведь слова делают нас тяжелее,

Создавая мнимое изображение,

Лишь тишина — путь на сближение,

Где есть место

Полезному чудачеству,

Которое не подгоняет и не торопит,

Оставляя не ясным — мы провожаем время

Или оно нас проводит?

Под освежающий шелест дождя,

Когда тебя

Радость и Печаль

Держат за руки и в щёки целуют,

Ведь им так интересно —

Где твои мысли ночуют?..

Излучение. Легенда.

Загорелые намёки,

Окаймляющие береговую линию

Для придания ей правильной формы

Не желают бесспорно

Оставлять следов

От этих летних аксессуаров —

Набережных пожаров

От взрыва красок,

Предпочитая улыбаться,

Попятившись от меня

И высматривая

На какой тон потемнела кожа

Под ультрафиолетом

Вследствие лета

И специфического пигмента,

Чтобы вместе лежать

С полднем в обнимку

Под умеренным облучением

И нашим влечением

К янтарным бокалам счастья,

Которые лечат даже тяжелые ожоги,

Замираем как боги

На старых фресках,

С правом говорить «Нет»

Продающей себя Печали,

Её не замечали,

Пока Она тщательно пряталась от солнца

Под навесами и козырьками, —

А мне так хотелось руками

Гладить твои виски и щёки,

Ведь бледнолицым не понять

Загорелые намёки…

Скитальцы. Легенда.

Пути выгибаются, словно кошачьи спины,

Собирая в точках пересечения

То последнее, что осталось от дня

И мы будто родня,

Давно не видевшиеся,

Смеёмся над риском,

Чтобы не спотыкаться на высоте,

С радостью побыть в тесноте

Нашей маленькой компании

Успокаивающихся скитальцев,

В которой не зазорно быть поваром,

Замешивающим каждый раз

Новые ингредиенты —

Улыбки, комплименты

И прочие знаки почитания,

Узнавая очертания

Всего этого, когда мы застываем

Неподвижные и смущённые,

Разыгрывая святых,

Которым нравится игра

В обыски и аресты

И эти тонкие жесты,

Каждый раз, когда ты держишь

Этот говорящий лист — бумажный артист,

Позволяющий плавно закрывать веки

И говорить шёпотом как в библиотеке,

Листая титры нового меню, —

Присядем к огню,

Отпуская следствия и причины,

Любуясь тем, как пути выгибаются

Словно кошачьи спины…

Оазис. Легенда.

В качестве десерта

Южные плоды

Твоего любопытства

Посаженые сады,

Как достойное начало

Стремлений, лучших чем мы,

Полных предчувствий

В золотых прожилках,

Направляющих в сладчайшие пределы,

Где мы можем быть дерзки и смелы

Небезопасно долго,

Выдавая себя за скептиков

Для отвода глаз,

Продолжая рассказ

Той, у чьих прелестных ног

Мне позволено сидеть,

Разделяя участь

Прохладной задумчивости ночи,

Луна что-то бормочет

О крошечных причудах

И сумасбродной суете,

Что задаем вопросы не те

В мелочном благоразумие

Не создавая слишком большого пламени

У скрытого оазиса,

Где можно подражать

Молчанью и движению воды,

А в качестве десерта

Южные плоды…

Вдох. Легенда.

Моя вредная и полезная,

Без возможности кодировки,

Мы — и есть путь,

Мы — и есть остановки,

На которых зажигаем солнце

В колодце из сложенных рук,

Чтобы согреть лёгкие

Затяжным вдохом

Вечерней позолоты,

Никогда не дойдя до разгадки — Кто ты?..

А ведь так хорошо

Заканчивается день,

Ставя памятник

Прежним радостям

С освоенной и используемой методикой —

Я догоняю — ты в домике,

Вот и спрятались

В личном созвездии,

Забив холодильник книгами,

Побегами, интригами,

Ведь ты любишь рассказывать,

А я люблю слушать

Твои притчи-бальзамы,

Приглашая в свои храмы

Талантливого воображения,

Где мы как отражения

Чего-то тихого и искомого,

Не старого и не нового, — а именно своего,

Позволяющего сочетать то,

Что ты можешь быть дикая и любезная,

Как внеконтрольный эффект —

Моя вредная и полезная…

Диалог. Легенда.

— Ты хочешь быть кем-то другим?..

— Да…

— Кем?..

— Не знаю…

Лучшим из доступно-возможного,

Хотелось чего-то противоположного,

Потрогать, посмотреть, приблизиться

К осведомленности других областей,

Быть собранным из других частей,

Как само собой разумеющееся

С возможностью замедления

Учёта недостающей пустоши,

Пусть клавиши не так хороши,

Но продолжают тревожить

Капли на паутине

С их иллюзией плотности,

Упуская подробности,

И уступая место чему-то старомодному,

Тому, за чем не нужно гнаться,

Когда на месте остаться

Не будет означать отставание, —

Это будет просто контрольной точкой

На вечернем городском пейзаже,

Когда можно быть не на страже

Чужих примечательных фактов

О насмерть пьяной печали, —

С кем расстались, кого повстречали

Те, кто одинок вдвоём,

Желающие остаться в статусе «Не причём»,

Немного странно,

Ведь я не помню себя таким,

Чтобы хотелось быть кем-то другим…

Стороны. Легенда.

Прости меня скоропостижно —

Сразу без предисловий

И оговорки соглашений,

Как до наших рождений

Ты уже делала это не раз —

Смеялась и хмурилась,

Отбрасывая вероятности,

Держа обещания в опрятности

На краю разверстой нежности

Небесных угодий,

Когда путь к себе пологий

И непретворно-накрахмаленный

Для решения давнего спора

Единовременно,

Немедленно,

Когда каждая сторона соглашается

И примирение совершается

С арестованными намерениями

Искаженных текстов,

Которым отчасти неловко

Звучать громко,

А лучше бы и совсем Предаться забвению

За неимением

Ни слов, ни чернил,

Сам себе объяснил,

Чтобы не сметь

Исповедоваться у посторонних,

Лёжа на полу недвижно —

Прости меня скоропостижно…

Носители. Легенда

Приём и передача,

Интересная задача

Между двумя беспроводными

Как ни крути, а уже родными

Волнами FM,

Которые находят слушателя

Необезточенного,

Сосредоточенного

На качестве информации

В распространяемом пространстве

Куда больше, чем на исходном носителе, —

Частотные представители

Закрытых эфиров

И открытых вин,

Вечер-господин гасит сигналы

Болевых точек наших спин,

После очередного дня

В котором нужно передавать

То звук, то изображение,

Загадка на соображение

На приёмной стороне

Со своей системой фильтров и слоёв,

Лишний шум поборов

От разнообразных помех,

Может в том и успех —

Жить то смеясь, то плача,

Когда на одной волне

Приём и передача…

Решение. Легенда.

Сейчас я уберу руку

И ты будешь вести себя тихо,

Сохраняя баланс

Как законную долю,

Реши — что я себе позволю

В качестве меры времени, —

Ведь это уже деловой разговор,

Смотреть с улыбкой в упор,

Згорая от любопытства

С особым ощущением напротив,

Будучи в меру учтив,

Дыхание сбив

И делая ставки

На синхронизацию наших чудищ,

Когда ещё так рядом будешь

На этой делёжке,

Где тайные часовщики

Рукою вдоль щеки

Заводят ослабевшие пружины,

С учетом предыдущих погрешностей

Из-за которых столько хлопот,

Запустить механизм вполуоборот,

А больше не требуется,

Ведь тот, кто отдаёт —

Тот выучил урок,

Впустив в свою жизнь

Романтичного психа, —

А сейчас я уберу руку

И ты будешь вести себя тихо…

Зёрна. Легенда.

Шарм чёрно-белого,

Того, что не выцветает,

Информация для тех, кто знает

Сколько серебра идёт на печать,

Порой лучше не знать,

А просто баловать себя

Интересным словом «Однажды»,

Помешивая кофе в фарфоре

В подслушанном разговоре

Не прямое участие,

Чтобы узнать — кому ты откроешься?

Тихая монохромная правда,

Дающая тонизирующие свойства,

Раскрытие своего устройства

С картой расположения,

Где прячутся мечты на чердаке

Или в подвальчике — в кабаке

Попивают любимый напиток

Из жареных и перемолотых зёрен

Одного приятного оттенка ночи,

Угощая того, кто хочет

Печатать курсивом

О чём-то живом — не фальшивом,

Где видимые результаты

Это наши цитаты друг друга,

Которые дают понять,

Что нет ничего более тонкого,

Ничего более смелого,

Чем любить наш кофеин

С шармом чёрно-белого…

Сеть. Легенда.

90% честности

Для эмоционально нестабильных

Маньяков тактильных

И серийных воскрешателей

Центральных отделов нервной системы,

Отвечающих за выброс эндорфина,

Вечера вторая половина

Как компактное скопление

Взаимной координации,

Ловлю интонации

Двустороннесимметричные,

Внешне приличные,

Позволяющие забыть,

Что на дне каждого сердца есть осадок,

Давай без догадок тела и ума,

Порой немыслима

Эта нейронная сеть

Электрохимической логики,

Где от курящего табак

Нередко пахнет духами,

Что не в глаза — то стихами,

Пока ещё можно побыть

В верхней части песочных часов,

Не слушая чужих голосов

С их хорошим воспитанием

Держащим на чеку — молча глажу твою щеку

С охлаждающей покорностью

Расходящихся кругов на воде,

Быть здесь и нигде,

Быть не отмеченными на местности,

Может быть это и есть

90% честности…

Ветра. Легенда.

Готовность чем-то поступиться,

Быть может навык пригодится,

Когда уши слышат то,

Что хотели услышать,

Преисполняясь добрых надежд,

Лишаясь дневных одежд

И прочих мастей и обличий,

Ведь что-то же должно быть

Чудом и тайной,

Когда взволнованы голоса

В эти полчаса

Борьбы с ветрами,

Полагаясь лишь на друг друга,

Моя маленькая умница

Скажи чья заслуга

Помнить старую сказку

О крыльях спрятанных в свёрток,

А если рискнуть без увёрток,

Ведь легко с тем,

Кто делает всё так, как ты хочешь,

Гораздо труднее с тем,

Кто ворует варенье

В обмен на мгновенье

Незапланированной радости,

Когда и не захочешь — а пожалеешь

Принявшего человеческий облик,

Наводящего переполох,

По сути — не так уже плох,

Занявший «своё» место,

Вызывая то, чему можно удивиться —

Готовность чем-то поступиться…

Фрукт. Легенда.

Ева яблоко ела,

Только раз укусить успела,

А оказалось достаточно,

Чтобы не гадать до трёх раз

О том, что если многого нельзя —

То, что тогда можно?

А что если осторожно,

Словно желая получше распробовать,

Когда появляется хороший аппетит,

Зная, кто внимание обратит

На этот таинственный фрукт,

У которого вкус терпкий, но нежный,

Маршрут правобережный-левобережный,

Как короткая миниатюра,

Наша старая гравюра,

На которой персонажи

Говорили и говорили

С любовью к странностям,

К нашей силе и слабостям,

Увлеченно потирая ладони,

Провокационные роли

Ночной агитации

Под большим деревом —

Представляешь?

Не попробуешь — не узнаешь,

А может она На диете сидела?

Ева просто яблоко ела…

Похищение. Легенда.

Не намолчался…

К себе постучался

Толи с просьбой,

Толи с вопросом —

Почему всё вперемешку?

Почему только орёл или решка?

А как же другие варианты

Причудливых сравнений

Наших химических соединений,

Ведь тишина — друг особенный,

Дающий поразмыслить

О разведывательных целях,

О словах в постелях,

Что-то в этом есть правильное,

Если есть творческое волнение —

Минута терпения,

Чтобы глаза подозрительно заблестели —

Вот так — это другое дело,

Ведь иногда человека надо похитить

С неподдельным изумлением,

Не считая преступлением

Склонность так вести переговоры

Под стук каблуков

О плиты тротуара,

Вечер и кофе — отличная пара,

Когда может произойти

Что-то приятное,

То, что стоит запоминания,

Когда новый текст

Со взглядом встречался,

Вот только одно не успел —

Не намолчался…

Метроном. Легенда.

На одну секунду больше,

Чем позволяет терпение,

Твоё воображение

Единственный выбор

Оказания скорой тепловой помощи,

А потом ищи не ищи

Эти настройки контакта,

Чтобы «действительно» услышать

Эти касания взаимности,

Разумности, нескромности

С добрыми глазами смотрящего,

Как будто убирающего в комнате,

А потом кладущего

В блинчики шоколад

Без похвалы и наград,

Можно даже сидя на полу

Следить за твоим темпом,

Жест — как метроном,

Схожие в одном —

Всё пробовать на вкус,

Переводя в приятные воспоминания,

То, что стоит за словами,

Витиеватыми кружевами —

Моменты, которым мы давали имена

Как секретные коды

Неистощимой изобретательности —

Твоей проницательности,

Чтобы уметь скрывать

Лёгкое возбуждение

На одну секунду больше,

Чем позволяет терпение…

Профилактика. Легенда.

— А у тебя было такое?..

— Да, было однажды…

— Как долго?..

— Долго… холодно… уже холодно —

Закроем окно, чтобы не простудиться,

Не мёрзни, куда это годится, —

Это душевное охлаждение

С понижением температуры настроения,

Условимся не трогать совпадения

И неодетые эмоции

С непроизвольным сокращением,

Уменьшающим теплопотери,

Твои и мои двери —

Кто у кого в гостях?

На каких скоростях

Идут изменения

Сравнительного покоя,

Этого способа профилактики?

Когда наши стратегии и тактики

Ведут себя осторожно и степенно,

Чтобы не причинить вреда,

Пока дней череда

Занимается закалкой,

Сводя и разводя дорожки,

Знаю как мёрзнут твои ножки

Ибо они дальше всего от сердца к низу…

Держи в Себе тепло —

Оно ещё пригодится,

И давай закроем окно,

Чтобы не простудиться…

Редакция. Легенда.

Отдышись и ныряй,

Глубину представляй

Этой вольной экранизации

Плутовского романа

Без подсчёта и плана,

Извлекая из раковин

Морских моллюсков

Тот самый перламутр,

Будь добр и мудр

Просит повествование

С крепко прошитыми нитями

Параллельных мест,

Когда день — как арест,

А ночь — для редакции и сведения

Незавершенного произведения,

Создающего зеркальный лабиринт

Отражающихся друг в друге ситуаций,

Просящих читать вслух

Когда рядом не больше двух,

Концы разговоров которых не сообщаются,

Ведь лучше пить вино,

Чем допытываться,

А после выпутываться,

Зная, что слова ищут людей

С просьбой «Ты послушай» —

Закрываю глаза и прикладываю руку к уху, —

Чтобы расслышать глухое счастье,

Которое просит — Ты меня не теряй,

А если снова найти захочешь,

То отдышись и ныряй…

Дуэт. Легенда.

Задумались оба, когда было о чём,

Как доктор на сеансе

Перед другим врачом,

Смотреть или участвовать

С точностью бильярдиста

Пройдя у борта тонко и чисто

В то время, когда мозги

Заменяют тело,

Ведь оно задаёт лишь один

Короткий и слабооплачеваемый вопрос, —

Догадался и покраснел,

Кто кем владел

В минуту мгновенного переодевания?

Как это показать на плоском листе

В почти осеннем августе?

Где, конечно, вы упрощали

И упрекали меня в усложненности

С репетициями до глубокой ночи,

Заходящие плавно, как дым в лёгкие,

Маленькими шажками,

Воспринимая вас руками,

Которые освежают и лечат,

Давая радость тому, что говоришь,

Запахом мысли дорожишь,

Будучи спокоен у результата,

Где впечатлительность и ранимость

Выказывают учтивость

Крупным шепотом

Авторской реплики

Словно в дуэте скрипки со скрипачом —

Вот и задумались оба, когда стало о чём…

Пропорция. Легенда.

— Когда встречу Его,

Спрошу, есть ли ещё для тебя Место за пазухой?..

— А пока чем займёмся?

— Развязыванием узлов,

Раздачей долгов,

Чтобы была возможность

Сделать ещё по одному глотку

В этом вечном приюте — Относительном абсолюте

Среди музыки и виноградников

Без этих мук памяти

Во время весеннего полнолуния,

Моя милая колдунья

Так не хочется слышать

Этого гула голосов,

Непрерывно перемещающегося, —

Покажи мне меня улыбающегося

С авантюрной неопределённостью

И распределением пропорций

Между рассказчиком и деятелем,

Между сборщиком и сеятелем

В строгой симметрии

Парных штрихов

И в игре в повторы,

Взаимные режиссёры,

Закрутившие детектив —

У кого был мотив

Уже не разобраться,

И всё таки, думаю Он разрешит

За пазухой остаться…

Content

Наша легенда
Артур Дедков