Алекс Нагорный

Нейрокомандор. Книга 2. Пси-Фактор. Планеты дезертиров

Интермедия 1

Экспедиционный корпус флота Содружества вновь потерпел поражение, на окраине галактики Живан. Потери существенные. Ударная группировка альянса отступила, оставив планетарные силы обороняться от натисков инсэктоидов, получавших постоянные подкрепления. Инкубаторы по производству боевых особей захватчики строили в первую очередь, обеспечивая постоянный прирост живой силы. Борьба на планетах разворачивается самая ожесточённая, независимо от преимущества в космосе той или иной сторон глобального противостояния.

Вообще, господство на орбитах ничего не означает, ведь пока на планете есть враги, она никогда не будет считаться захваченной. Можно, конечно, разнести плацдармы и превратить космические объекты в необитаемые безжизненные поля или, вообще в скопления обломков, или в астероидные пустоши, но тогда смысл захвата и защиты планет теряет актуальность, а война лишается всякого смысла. Хотя к этой идее концентрированных ударов из космоса склонялись всё больше военачальников.

Адмирал Бак Меген, ставленник приверженцев Собрания и Нового Парламента, удачливый офицер выбравший правильную политическую сторону, слыл справедливым военачальником. Его стремлению сохранить как можно больше жизней достойных людей Содружества подчинённые отдавали должное, однако потери неизбежны в любой войне независимо от желаний, как ни старайся. Жертвовать солдатами приходилось часто, отдавая заведомо убийственные приказы, более похожие на приговор.

А ещё, Адмирал не брезговал сам отправиться на передовую возглавляя конвои. Инспектировал вверенные подразделения и принимал участие в командовании. Долго с визитами не задерживался, покидая ударные группировки флота и продолжая выполнять общее руководство из более безопасных мест.

Один единственный недостаток Бак Мегена, как ни странно, это отсутствие практического опыта в руководстве планетарными группировками войск. Нет, команду на высадку десанта экспедиционных сил он смело отдавал каждый раз, когда того требовала обстановка, однако осуществлять непосредственное командование боевыми действиями на поверхностях планет ему не доводилось.

Адмирал часто делал ошибки, назначая отличившихся офицеров в орбитальных боях и космических сражениях на те должности, где выбор достойных должен производится по другим критериям. От этого страдали рядовые пехотинцы, десантники и механизированные группы, включая пилотов атмосферных истребителей и других бойцов из всевозможных родов войск планетарного базирования Содружества.

Из-за неизмеримого количества погибающих образовалось такое течение в вооружённых силах, как дезертирство. Когда размах бегства военнослужащих приблизился к катастрофическому, Адмирал выдвинул на очередной ассамблеи Нового Парламента предложение о снятии моратория с «закона о дезертирах».

Его доводы оказались хорошо аргументированными, в следствии чего уже пятьдесят лет как закон действует в полную силу. Некоторое его последствия требуют отдельного пояснения, такие например, как образование целых планет дезертиров, где нет места обычным гражданам Содружества. Их попросту выжили.

Преемник Адмирала Бака Мегена, его сын, Мак Меген – это полная копия отца с теми же ошибками и просчётами в планетарной войне, но активно использующий плоды отца. Никто никогда не заикнётся просить за дезертира, кидаемого на стопроцентный убой. Так что, этих ребят не жалели.

Но вот сама жизнь Изгоев бывшей великой Империи протекает по своим законам. У них появился и флот, и корпуса робокорпов. Появились и Мегаробо, и суда способные доставить этих технических монстров на поле боя с одной лишь разницей от идентичных, регулярных войск. А именно той, что любой дезертир мог быть уничтожен в мгновение ока, по приказу Адмирала или любого кадрового офицера наделённого соответствующими полномочиями.

Нейросети проштрафившихся бедолаг носят функции мины, разрывая мозг по команде из центра. Пару раз такую расправу власти демонстрировали, уничтожив целое подразделение бойцов-изгоев не пожелавших произвести высадку, вот поэтому приказам несущим только смерть, обречённые подчинялись безоговорочно…

* * *

…Конвой экспедиционного флота Содружества вышел из гипертоннеля в отведённой зоне у крохотной системы, чтобы присоединить к себе несколько кораблей с военным контингентом изгоев, а точнее – с дезертирами…

Глава 1. Новые обстоятельства

Широкое лезвие мачете Алисы описало дугу и отсечённая кисть противника упала на решетчатое покрытие палубы интерстеллара. Спазмы биоморфа, искусственного создания неизвестных, не позволили его пальцам разражаться, и в результате отменной реакции принцессы плазменный фугас, размещённый у главного реактора, не подорвался.

Большой палец застыл в мёртвой хватке прижатым к сенсору пульта, запрограммированного на размыкание. Морф не успел более ничего, так как, Фурия отделила ему голову с тем же изяществом, что каждый раз демонстрировала вступая в скоротечные схватки в замкнутых пространствах. Её боевая подготовка великолепна, что вызывает у меня некоторую зависть. Да и не только у меня, судя по восхищённому взгляду Хасана.

– Этот последний, или ещё где-то зашкерилась пара, может тройка? – я обратился к Рыжей, очищающей оружие от биологической субстанции, вероятно заменяющей кровь биоморфам.

– Посмотрим, – она убрала мачете в ножны, – и учись уже сам пользоваться тактическими модулями. Тебе зачем биометрический сканер встроен в монокуляр?

– Хватит вредничать! Забываю про него постоянно, – парировал. – Тем более, что своим «переделанным» мозгом я пока не умею пользоваться в полной мере. Кстати, ты обещала кучу знаний, а сама выдаёшь по крупице?

– Леон, – Алиса начала язвить, а тон забацала поучающий. – Я же говорила – сколько доступно становится, то столько и выдаю! Забыл про доступ к зашифрованным кластерам, который я получаю порционно? Не всё касаемо Адептов можно сразу выудить из моего массива памяти. Говорили уже на эту тему неоднократно, как и про расу ушедших древних, чьими потомками стала ваша троица бесшабашных, безалаберных и легкомысленных! – глянула на Валерию и Маху, перевела взгляд на меня и выдала: – Не пойми кого, короче! Девчат это не касается, – издевается, по обыкновению.

Настроение благородной девицы поменялось совсем недавно и в худшую сторону. Вывод я для себя сделал и собираюсь чуть позже жёстко осадить её, привести к изначальному, соответствующему поведению, какое было на Земле…

Так получилось, что наша дружная пятёрка, точнее четверо уроженцев с Земли и одна эксцентричная инопланетянка, настоящая принцесса из иной галактики, летим не пойми куда. История проста до безобразия и невероятна до зубовного скрежета самых смелых фантастов. Точный состав таков, что микс кажется мне убойным. Три студента, это две соседки по квартире: Мария – внучка авторитета мирового масштаба, блондинка и приколистка с мутным прошлым; Валерия – высокая брюнетка, красавица спортсменка и я. Далее – Хасан, телохранитель Машки и, собственно, сама инопланетянка Алис.

Троица, состоящая из меня с соседками, по роковому стечению обстоятельств переродились в Адептов, сгорев заживо из-за найденных артефактов в Жигулёвском заповеднике. Подробности, как и азы владения всеми вытекающими плюшками застряли в голове у инопланетянки Алисы или Лау Элсис Дэ, Арсэн. А Хасан – это молчаливый телохранитель Машки, предоставленный ей дедом. Всегда когда нервничаю перебираю в мыслях наш дружный коктейль, а нервничать сейчас имеются весомые причины. Корабль оказался более чем странный, не пустой, а с обитателями…

Хасан скромно опустил глаза, стараясь не попасть под раздачу принцессе, хотя не обременён пси-способностями.

– Всё-всё! – я поднял руки. – Сдаюсь!

– То-то, – Лиса развернула виртуальный экран, а правильнее сказать – персональную голо-проекцию трёхмерной модели корабля на общее обозрение. – Хм. Вроде зачистили, – хмыкнула, подводя предварительный итог.

– Не поняла, а это что за движущиеся маркеры? – Машка прищурилась, пытаясь активировать свои новые возможности. – Вот эти, – разочаровавшись неудачей, ткнула пальцем в голо-проекцию.

– Тут всё может быть, – подметила Алис. – Но как ты увидела то, чего не разглядела ни я, ни кто-то другой?

– Вероятно способности прорезаются? – блондинка пожала плечами. – Так как?

– Проверим…

Мы с присущей разведчикам осторожностью вновь отправились исследовать судно, ориентируясь на указанную Машкой точку.

Появление этого космического исполина из глубин океана произвело на землян неизгладимое впечатление. Пытались и обстреливать и принуждать к посадке силами объединившихся блоков. НАТО даже помирилось с Россией на это время. Правда не знаю, на сколько хватит пакта о всеобъемлющем сотрудничестве перед новой космической угрозой. Алиса, взломав всё и вся, смогла прочесть некоторые детали соглашения, как и мы все.

Честно порадовался за собратьев по планете. Может начнут дружить против кого-то и забудут свои амбиции по отношению друг к другу? Жаль то, что об этом мы нескоро узнаем.

Приведя в действие все наземные сооружения и обсерватории радиолокационного изучения космоса, принцесса сфокусировала их и подала сигнал. Куда не пояснила, но результат порадовал. Нас уже взяли в кольцо в пригородах Москвы, готовясь раскатать ударами ВКС, когда кораблик возник и устремился к нам. Атаку прекратили, а переговоры закончились нашим отлётом. Куда? Я не знаю, а Алиса только предполагает, и даёт понять о необходимости появления Адептов в другой галактике.

Корабль очень стар, исходя из её объяснений, и слишком современен одновременно. Вскользь упомянула о древних и их технологиях, наверняка оставивших закладку на Земле, включая артефакты в Жигулёвских Горах.

На мой неискушённый взгляд, это судно вполне современное. Одни только мониторы с голографическими технологиями чего стоят. Про сенсорику и другие элементы умолчу. Хорошо, что учёных и военных не допустили близко, зато принцесса оставила большое количество научных разработок, закодировав их и выдвинув условия открытия файлового массива. Распылила данные в облаке, созданном ей же и задействовавшей информационные базы вычислительного потенциала техники Земли. И всё.

Делать финансовый коллапс я передумал, представив о пострадавших, невиновных людях. Зачем мне это? Поумнеют и сами дойдут до факта о мире, накажут нечистых на руки уродов и откроют для Земли дальний космос, если не родят деспота, пожелавшего всё прибрать к рукам, что было неоднократно в нашей истории.

Одним словом – я забил откровенный «болт» на всё Земное. Бороться нужно в головах населения и там одержать победу, вот тогда будет и результат. А на данный момент – любой, кто будучи бедным или средним, дойдя до власти становится уродом, забывая о положении тех, кому не так повезло. Такая вот ирония. Правда жизни.

Из раздумий выдернула Алиса, придержав меня за рукав.

– Хорошая находка для нас, – аккуратно открыла шлюз, по бокам которого застыли остальные члены нашей банды.

– Я задумался, отвлёкся. Извини, – признался. – Что там?

– Сплошная польза! Амуниция с тактическими подарками. Налокотники, наколенники, шлемы сферы, системы подвеса оружия… А если повезёт, то элементы экзоброни или просто хорошее обмундирование. Возможно и само оружие, – вздохнула, глянув на мачете. – Я не знаю назначения этого корабля, да и тебе, как основному наследнику он не раскрылся. Хорошо ещё, что отыскали корабельный инфокристалл… Тихо. Есть движение…

Первое, что увидели за порогом поразило и всколыхнуло какие-то отголоски в моей душе. Слишком яркие образы появились в сознании. Страха никакого – наоборот. Такое впечатление, что нас тут ждали эти три скафандра лежащие на полу головами друг к другу. Сферы закрыты тонированным материалом, а внешний вид кольнул глаз характерными признаками боевого облачения.

Несомненно – это один мужчина и две девушки, но почему не видно останков или наличия их признаков внутри? Боевые модули подвеса амуниции, скафандры и тактические элементы надеты явно на пустоту. Внутри нет даже скелетов, так плотно прилегает материал к полу. Трое ушедших? Тех кто оставил свою силу в наследство? А почему так далеко оказалась их сущность и перевоплотилась в нашу троицу на другой половине Земного шара, ведь корабль находился далеко в космосе?

То, что это несомненно те, кто дал жизнь нашей новой природе я не сомневаюсь. Но почему так далеко от Жигулей, и что послужило причиной ухода из жизни, явно по собственной воле, с использованием особого ритуала? Новая загадка возникла в моём разуме. Девушкам мысль пока не озвучу, подожду более подходящего момента. Занялся осмотром.

На фронтальной части скафандра мужчины обнаружил загадочный знак, напомнивший земные нагрудные значки с элементами различия родов войск. Аккуратно снял и спрятал в нагрудный карман, а Лерка с Машкой проделали тоже самое с женскими скафами. Алиса ничего не сказала, лишь слегка кивнула, явно одобрительно. Наверняка Лиса знает что-то, но вытягивать из неё информацию я начну после полного восстановления контроля над строптивым кораблём. Продолжили продвижение, решив вернуться к детальному обыску найденного позднее.

Мысль о статусном оружии посетила, должно же что-то быть у явных хозяев судна. Возможно найдём карту или ключ к управлению, к базам корабля или чему-то подобному.

– А вот и призовой сектор! – Алиса указала направление и резко приняла боевую стойку. – Стойте тут!

Зайдя за стеллаж, она рефлекторно уклонилась от удара спрятавшегося противника, сделала сальто назад и сразу кувырок вперёд, прямо под ноги атаковавшего. Проходя в перекате впритирку с напавшим, Алис взмахнула оружием, выпрямилась и добила подрезанного, оседавшего биоморфа с перерубленной голенью, вертикальным ударом снизу. Доли секунды и всё закончено для первого…

Двое других уже летели по направлению к ней. Рыжая ринулась навстречу, разбег и, оттолкнувшись от правого стеллажа ногой, метнулась в сторону, отталкиваясь от левого и поднимаясь выше их голов. Взмах мачете, при этом, наполнил зал звуками рассекаемого сталью воздуха, прохождением металла сквозь плоть, и последующим ударом об покрытие палубы двух отрубленных голов. Алиса застыла в полуприсяде за оседающими телами, обозначив завершение контратаки. Красиво работает девочка, изящно – нечего сказать!

Поняв, что в помещении больше нет угрозы, я невольно зааплодировал рыжей красавице с дряннеющим от часа к часу характером, и захотел вернуться к найденным телам, точнее их аурам в скафандрах. Хасан же, пересмотрел свои взгляды относительно женского пола, замерев с открытым от восхищения ртом гладя на Алису.

– Я проверю стеллажи, девочки, поможете? – Рыжая посмотрела в сторону подруг.

– Да, разумеется, – Машка перепрыгнула через трупы биоморфов. – Хасан, ты с нами?

Молчун вышел из восхищённого состояния после просмотра поединка и, кивнув, примкнул к идущей впереди Валерии, отреагировавшей правильно и без особых просьб о поддержке с осмотром сектора. Я обрадовался, ведь Принцесса правильно всё поняла и дала мне возможность спокойно проверить скафы ушедших, уводя друзей за собой. Чем я и занялся незамедлительно.

Обыск того, что осталось после ухода древних противен, ибо я чувствую себя мародёром, обирающим прах великих, однако непреодолимое чувство своей правоты не позволило отказаться от этого неблагородного деяния.

Приступил к тщательному осмотру мужского скафандра. Итак, пояс с контейнерами, закрытыми и не поддавшимися желанию заглянуть внутрь. Стерев налёт многовековой мелкодисперсной пыли обнаружил сенсоры, вероятно снабжённые биометрическими сканерами. Отложил, продолжая шарить по ячейкам и карманам. Пусто.

Такое ощущение, что перед переходом в иное состояние неизвестный древний избавился от их содержимого. Проверка женского обмундирования принесла те же самые результаты, и я решился на вскрытие шлема, надеясь увидеть за тонированным материалом нечто проливающее свет на тайны. Аккуратно отодвинул забрало вверх и убедился в стерильности внутри. Абсолютно чисто, но вот что поразило – кабалистический рисунок на месте расположения слегка изменился, словно прошедшая волна импульса добавила оттенков, сделав начертание более ярким.

Вскрыл остальные скафы и смог разглядеть детали начертания на покрытии палубы. Иероглифы искусно вплетены в правильные геометрические фигуры, не режа взгляда, они создают общую композицию из правильных форм. Это нечто техническое с элементами жизни, как мне показалось. Проявление продержалось пару минут, за которые я его запомнил и отложил в памяти. Больше ничего интересного не нашёл и отправился к друзьям, проводящим осмотр хранилища.

Девушки складывают найденные вещи на гравитационные платформы, сильно напоминающие вокзальные тележки для поклажи. Добра действительно много, всего в достатке, но кроме вооружения. А так, полный набор всевозможного обмундирования, от повседневных образцов, лёгких и удобных, до боевых, наверняка оборудованных системой усилителей, экзокорсетами и другими тактическими наворотами. Подруги во главе с принцессой набирают по одному экземпляру всех видов на каждого, а Хасан занят несением караула, держа под контролем зал в центре и расходящиеся в стороны проходы меж рядов стеллажей с ячейками хранения.

Корабль действительно странный и старый, в чём постепенно соглашаюсь с Алис. Парочку отсеков затопило водой, вероятно из-за пробоин или от времени проведённом в глубинах океана, как первого места перед прилётом к нам. Туда мы – не ногой, да и назначение грузовое с пониженной защитой. Я, вообще, склонен считать их пристыкованными автономными модулями, ведь все поддерживающие работоспособность системы не пострадали от времени. Заработали сразу, как мы ступили на борт. Жизнеобеспечение в полном порядке, как и силовые агрегаты, и реакторы синтеза.

Сюрприз в виде боевых биоморфов обнаружили случайно, а скорее активировали корабельную защиту от посторонних, когда пытались наладить контроль над судном. Сделали вывод, что это нормальная реакция на вторжение чуждых в нашем лице, но с некоторой поправкой. Не все в нашей группе чужие, на кого конкретно среагировала система безопасности пока не выяснили. Нейроконтроль Алисе установить не удалось по причине блокировки, да и времени нет экспериментировать. Я же не пробовал это сделать, как и мои преобразившиеся Лерка с Машкой. Адепты, как-никак.

– Леон, – Рыжая продолжает упорно менять мне имя. – Нашёл что-нибудь интересного? – выглянула из-за стеллажа с озабоченным, запыхавшимся видом.

– Кое-что есть, – похлопал по поясу с контейнерами. – Расскажу, как немного разгребём насущные проблемы.

– Отлично! – крикнула, исчезая в очередном проходе. – Подключайся, мне твоя помощь требуется!

Не успел сделать и пары шагов в нужном направлении, как девичий визг вспорол тишину в отсеке. Реакция у меня однозначная. Причём ор я узнал, – это Мария верещит так, будто увидела самую мерзкую картинку или сюжет в фильме ужасов, которые блондинка всегда смотрела под весёлое хихиканье. Бросился на крик, отметив и Алису, присоединившуюся к забегу.

Замерли, достигнув цели. В проходе между открытыми ячейками стеллажей сидит на корточках Машка, Валерия загораживает её от нас спиной, нагнувшись и рассматривая что-то на коленях мелкой. Хасан смотрится спокойным, но с офигевшим взглядом, демонстрируемым молчуном весьма редко. Сбавив темп мы с Рыжей приблизились к компании, готовясь увидеть всё что угодно.

Подойдя вплотную, я аккуратно подвинул топ-брюнетку в сторону и замер с открытым ртом. На аккуратных девичьих коленках сидит зверёк, точнее чудо-юдо, лохматое, с парой дюжин выразительных глаз на аккуратной мордочке с длинным носом. Четыре пары серьёзных клыков дополняют картинную пасть, хоть и небольшую, эффектными и явно острыми клинками направленными вверх и вниз. Носик этого уродца крутится невообразимо смешно, касаясь ладоней блондинки и периодически фыркая. Все глазки имеют зрачки, так что проследить интерес чудилки не составляет труда. Оно контролирует всех сразу. Интересуется, что ль?

– Стой! – я вовремя остановил Алису, замахнувшуюся мачете и готовую нанести удар. – Оно ведь не агрессивное. Зачем так радикально? – перевёл внимание на Марию. – А ты чего разоралась, как резанная? Мы не одни на борту, если забыли, – последнее адресовал уже всем.

В момент высказываний замечаний, на голове зверя появились спрятанные доселе уши, смахивающие видом и размером на уши летучих мышей. Маха прикрыла животинку руками и та прикольно пискнула, вздыбив игольчатую шерсть, но не причинив уколов или порезов нашей мелкой.

– Я уволюсь, если мне не позволят оставить Шуршика! – тон блондинки и настрой под сомнение ставить глупо. – Если тронете – перережу тебе горло во сне, – зыркнула на Алис. – А тебе буду отрезать самое интересное, ежедневно или как получится, – это уже в мой адрес прозвучало.

Отметил общую тенденцию в изменении характеров с появлением и нахождением нас на корабле. Эксцентричность некоторых товарищей начинает не по-детски напрягать.

– Да оставляй, – я усмехнулся её проявлению гнева и одновременной заботе о найдёныше. – Мне как-то…

– А разве ни у кого нет желания послушать знающего человека? – вклинилась в диспут Принцесса.

– Хм. Есть выбор? – Лера хмыкнула. – Вещай, просветлённая наша.

Мы с Хасаном присоединились к застывшим и исполненным внимания девушкам, обращённым к докладчице на тему о жизни, её видах, формах и проявлениях в космосе.

– Напрасно приготовились к прослушиванию лекции, – тоном ментора поправила ощий настрой Алиса. – Объяснять долго, а по существу скажу лишь, что этот полный обаяния зверь – самое опасное и хитрое существо, паразитирующее не только на обитаемых планетах и кораблях, но и на планетоидах, астероидах и иногда метеорах. Когда остаётся одна особь, а мы более не встретили, то она самая сильная и умная.

– Всех перебила сородичей? – уточнил Хасан.

– Не только сородичей, а и других паразитов. Не взирая на размеры, так что, думайте. Человека ей прихлопнуть – раз плюнуть. Точнее… да какая теперь разница, – махнула рукой в сторону сюсюкающейся Махи и развернулась. – Продолжим осмотр?

– Алис, подожди, – поспешил за Рыжей. – Я с тобой, если не передумала. Скажешь, что именно ищем а то я вводные пропустил.

Она поведала о искомом оружии, описав характерные признаки с перечислением распространённых внешних видов. Переспрашивать смысла не видел и приступил к автономному изучению стройных рядов стеллажей, по просьбе той же, вредничающей девушки. То зовёт, то прогоняет? Что с ними не так? Что вообще происходит с этим космическим судном? Может это результат активированной защиты, способ свести с сума и довести до массового психоза с ростом взаимной агрессии? Да запросто…

В памяти всплыла подсказка о корабле, где зелёным подсвечивались доступные для нас сектора и палубы. Не так густо, как хотелось бы. Много куда вход закрыт, включая рубку, замки которой заблокировались сразу же как мы её покинули после неудачи с контролем. Никакие попытки проникнуть внутрь не увенчались успехом, хотя пробовали абсолютно все. Алиса посетовала на необычную защиту системы и нейро-контроля судна, показав своё бессилие взлома даже имея монархическую сеть.

Осмотр ячейки за ячейкой не принёс ничего нового. Обычные хранилища полных комплектов обмундирования и амуниции, в расчёте на одного члена команды. Всё одинаковое и никакого разнообразия.

Дойдя до противоположной переборки отсека собрался назад по параллельному проходу, но остановился, приметив нечто, напоминавшее бытовку в контейнере с темнеющими прямоугольниками окон. Вопрос о изолированном помещении для нас стоит остро, ибо спать на открытых участках, неся караул – так себе счастье.

Кают мы не открыли, вследствие всё той же неудачи с контролем, и остались довольствоваться коридорами, складами, залами с многочисленными дверями, шлюзами не имеющими запоров. Посему направился осматривать находку на предмет разбивки лагеря или организации штаба с ночлежкой в одном флаконе, точнее – в одном контейнере.

Приблизился и задумался над вскрытием единственной двери, обходя конструкцию по кругу. Вид конечно не такой, как я привык. Нет ржавчины, рифлёных стен, хотя каркас с рёбрами жёсткости просматривается. Материал похож на металл, но на ощупь оказался ближе к пластику. Естественно, поверхности покрыты той же мелкодисперсной то ли пылью, то ли налётом, как и всё на корабле. Раздражает, но что поделать.

– Ого!

– Классная штуковина.

– Ага, как на даче!

Довольные голоса отвлекли от занятия.

– Н-да, а внутри мотыги с лопатами! – иронизировал обернувшись. – Есть идеи, как открыть? Алис, к тебе вопрос, ты же чаще нашего в космосе ошивалась.

Отметил, что компания успела переодеться в найденные трофеи и ребята напоминают отделение военных, готовых к спецоперациям. Форма с элементами минимального бронирования сидит на девчатах великолепно, что навело на мысль о массе способов подгонки по фигуре. Наверняка использованы технологии о которых земляне не предполагают.

– Леон, если это ты так умничаешь, то бездарно получается, – фыркнула Рыжая. – Конечно я знаю, и удивляюсь, почему ты сам этого не сделал.

С этими словами девушка вытерла от налёта сенсоры рядом с дверью и коснулась их, предварительно сняв перчатку. Красный индикатор не дал двояко истолковать результат.

– Алис, ну вот как ты думаешь, я пробовал или нет такой способ?

Девушка хмыкнула, надвинула монокуляр на правый глаз, сняв тактические очки. Оглядела биометрический сенсор и улыбнулась, вернув изначальный облик и откинув назад полезный гаджет.

– Хозяева обладали великолепным чувством юмора, – сказала улыбаясь. – Маш, где твой Шошек?

– Шуршик, – поправила блондинка. – Где-то тут, рядом. Я его призову.

И действительно, на торце одного из стеллажей заблестели маленькие глазки зверя, выразительно смотрящие на друга в лице Махи. Девушка поманила его и тот без страха скользнул к ней в руки.

– Вот, – протянула найдёныша Принцессе, подавшейся назад и скорчившей выражение отвращения.

– Ты давай лучше сама, – Алиса отрицательно покачала рукой. – Приложи нос этого, посмотрим что произойдёт.

Мелкая выполнила просьбу, звук сработавшего замка и тихая работа сервоприводов внутри закончились шипением воздуха, ринувшегося в помещение с вакуумом. Несколько секунд свиста по контурам завершились и дверь открылась. Небольшой тамбур мой разум без труда классифицировал как шлюз для контроля вошедших или дезинфекции, что подтвердилось несколькими процедурами. Последним стали тонкие лучи лазеров, полностью сканирующие нас со всех сторон.

После проверки внешняя дверь закрылась, а через мгновение пришла в движение вторая, обеспечив нашей компании доступ внутрь обитаемой части странного контейнера, с весёлым ключом в виде носа местного паразитирующего организма. Лампы по периметру зажглись открыв нам уютное пристанище, рассчитанное на комфортное проживание трёх персон. Имеется и отсек для общих сборов с диванчиком и парой кресел вокруг низкого стола. Кухонная зона мне показалась футуристической, так как механизмы её наполнявшие ничего не сказали, в отличии от Алисы.

Реакция девушки, бросившейся инвентаризировать содержимое, послужила сигналом к ожиданию скорого приёма пищи. Мы не ели пару суток, поэтому в мыслях у каждого проснулось ощущение жуткого голода и на разговоры никто не разменивался, следя за Рыжей, занявшейся заботой о «хлебе насущном».

– Я кое-что нашла, – Алис радостно известила через минуту. – Сейчас забацаю витаминно-белковую массу и все станут сытыми и добрыми.

– Есть-то хоть не противно, а-то звучит не очень вкусно? – Лера недоверчиво повертела пару брикетов.

– Терпимо.

– Делай уже, а! – Машка вставила своё мнение, под одобрительный взгляд Хасана.

– Действительно, – я кивнул, занимая одно из кресел, положив на стол пояс с контейнерами и значки со скафов ушедших хозяев. – Ты делай, а не говори что только собираешься.

Друзья присоединились ко мне, рассевшись по свободным местам. Каждый по очереди осмотрел вещи, пока Принцесса кашеварила, или как тут это называется? Синтезировала?

С обязанностями повара наша августейшая особа справилась. Из нескольких концентратов изготовила желеобразные бруски, напомнившие по вкусу и консистенции загустевший раствор желатина с солёным бульоном. Съели под чистую, утолили жажду напившись воды и наконец созрели для обсуждения дел. Лёгкий осмотр кухни выявил несколько ёмкостей с тонизирующим, незамедлительно разлитым по бокалам и презентованным каждому нашей самовыдвиженкой на должность радушной хозяйки.

Между делом, за трапезой я попросил показать все найденные у ушедших жетоны и пришёл к первоначальному выводу вторично.

– Думаю, что это должно находиться у вас, – я протянул найденные нагрудные знаки Валерии и Марии, оставив один у себя. – А дальше посмотрим. Предлагаю поспать, а разбираться уже на свежую голову.

– Ну, это естественно! – Машка среагировала. – Да, Лер?

– Ага.

– Я покараулю первым, – Хасан кивнул в сторону спальных мест, в следующем помещении. – Не спорьте. Лев, тебя разбужу следующим через пару часов.

Уговаривать себя не дал, спеша отключится. Не знаю, что не так со мной, но после преобразования инициированного Алисой я стал сильно утомляться. Причина пока не ясна, как и методика использования своих уникальных данных. Хотел подумать на эту тему перед отключкой, однако уснул, едва приняв горизонтальное положение на одной из кроватей.

Успел лишь отметить появление соседа сбоку, точнее соседки, как и услышать звук работы автономной системы жизнеобеспечения. Факт того, что находясь внутри странного жилища члены моей команды успокоились и избавились от признаков агрессии, дошёл до меня не сразу…

Глава 2. Приговор

Сон получился тревожный, из-за предчувствия скорой беды. Интуиция сработала или ещё какие-то внутренние резервы организма, но в конечном результате я очнулся. Уставился в обшивку потолка широко открытыми глазами и машинально оценил окружение. Разум сам провёл сканирование, задерживаясь на аурах друзей. На первый взгляд, всё в полном порядке и причин нервничать нет, что и подтвердили их ментальные отображения.

Решил встать и проверить Хасана напрочь позабыв о соседке, чьё присутствие ничем себя не выдавало. Разве что, слегка. Несмотря на то, что мы остались одетыми, скинув с себя броне-обвес экипировки, тепло исходящее от девушки почувствовал и удивился увидев пряди рыжих волос на подушке.

Алиса стала моим сегодняшним компаньоном, а до этого, неизменно и несмотря на обстоятельства, а также, на сложные жизненные ситуации, Машка составляла мне компанию, особенно если спальные места были в дефиците. Хасан реагировал на это становясь ещё большим молчуном. То, что парень, как выяснилось, беспочвенно ревнует, не производило на блондинку никакого впечатления, да и не случалось между нами с Махой интимной близости, впрочем, как и с остальными красавицами.

– Ты чего подскочил? – прошептала Алис, поворачиваясь ко мне лицом. – Что-нибудь почувствовал?

– Есть доля истины в твоём предположении, – я сел. – Подозрения не беспочвенны. Странно, что ты не ощущаешь изменений в окружении. Пошли к Хасану! Только девчат не буди. После инициации мы сильно утомляемся, кстати, позже поясни этот момент новоиспечённых Адептов, если есть инфа, конечно.

– По существу…

– Т-сс! Не сию же минуту, а позже, – перебил её. – Броню надевай! – указал кивком на ультрасовременные доспехи.

Алиса молча последовала моему примеру, правда я переодевался полностью, так как новая амуниция великолепная и соответствующая всем стандартам космоса, ждала меня рядом на стуле. Не успел до этого переоблачится в отличии от девчат и Хасана, сменивших форму сразу, как только выдалась минутка между поисками оружия.

Вспомнил про знак, но не обнаружил его в нагрудном кармане куртки, обшарил вещи тщательным образом и сел на край кровати, размышляя о причине пропажи. Невнимательность? Не может такого быть. Бросился из спального отсека в общую комнату, где под удивлённым взглядом молчуна перевернул вещи на столике. Результат оказался тем же.

– Хасан, не видел значка? – решил уточнить зная прекрасно, что телохранитель не позволит себе взять что-либо без нашего ведома.

Тот пожал плечами и отрицательно замотал головой.

– Последний раз у тебя в руках…

Алиса, пришедшая через минуту вскрикнула и указала на мою грудную клетку в районе подмышки. Проследил за вектором направления интереса и сам впал в ступор. Слева появилась тату, полностью копировавшая изображение герба потерянного атрибута. Неизвестная планета разделена на половинки, меж которыми происходит энергетический обмен, показанный как нитевидные разряды молний. Загадок стало ещё больше.

– Алис, позови девушек! – попросил эмоционально, сгорая от нетерпения. – Скорее, только без шума.

Принцесса кивнула, догадавшись о причинах просьбы раннего подъёма и бросилась назад. Через несколько долгих минут ожидания Рыжая вернулась в компании изумлённых подруг, таращащихся на меня и склонных начать задавать кучу эмоциональных вопросов.

– Ну? – я вперил нетерпеливый взгляд. – Тоже самое? Девушки, без истерик – просто кивните!

– Пантомиму изображать, вместо получения ответов, что ли? – Лерка нервно подметила, готовясь сорваться.

Хасан же вперил взгляд на Машку, без стеснения демонстрирующей часть груди с татуировкой аналогичной моей. Опомнившись и покраснев, молчун отвёл глаза чего не сказать про меня, совершенно не испытывающего стеснений.

– Да, налицо полное сходство изображений, за исключением пары неприметных деталей, но это же мелочь, – подвёл итог осмотра.

– Так вот запросто? – Лерка покосилась на меня. – Просто так и надо?

– Что снаружи? – я не обратил внимания на вопрос брюнетки.

– Секунду! – Хасан прикоснулся к сенсору рядом с оконной панелью и тонировка с нашей стороны исчезла, позволив осмотреть складской ангар. – Ого! – боевик отреагировал на изменение.

Внутреннее пространство за окном оказалось освещено не дежурным, тускловатым, а вполне ярким светом из дополнительных источников.

– Пять минут на сборы, и выходим! – я распорядился и выразительно посмотрел на друзей. – Ну? Не стойте столбами, выйдем, а там уже определимся, что и как.

– Согласна, – добавила Алис. – Ларчик под названием «корабль» поддался, как мне кажется…

Девушки убежали приводить себя в боевую готовность, а я продолжил сборы прямо на месте. Кто-то позаботился, перенеся мой комплект одежды и амуниции в общую комнатку.

Через минут пятнадцать мы покинули шлюз убежища неизвестных и застыли у входа, осматривая окружающее пространство. Манипуляторы, предназначенные для удобства работников техперсонала, пришли в рабочее состояние, показывая индикаторами готовность к использованию. Автоматическая система грузораспределения между стеллажами тоже заработала, ожидая ввода данных по персональным ячейкам, доступ к которым затрудняется положением в общих накопителях. Погрузчики, похожие на роботов, привычно застывшие по первому знакомству, сейчас оказались с открытыми кабинами операторов. Работа оборудования по очистке воздуха усилилась, судя по характерным звукам. Корабль ожил.

– Там, – Хасан указал направление.

Мы синхронно повернулись и увидели подсвеченные капсулы лифтов, или внутренних коммуникаций передвижения внутри интерстэллара. Ранее эти двери я не видел из-за хорошей маскировки под обшивку стен трюма. Не мешкая направились к ближайшим.

Всезнающая Алиса активировала символы, означающие зал с капитанским мостиком и рубкой управления, двери закрылись и через некоторое время открылись. Перемещение не заняло много времени. Обратил внимание на процесс работы створок, они появились с боков и сомкнулись в центре, словно появляясь из ничего, а по прибытию так же испарились, начиная от центра. На вопросительный взгляд Принцесса ухмыльнулась.

– Леон, что ты так удивляешься? До таких технологий в Содружестве пока не дошли, – пояснила. – Это ушедшим древним доступны знания в полной мере, а остальное человечество пока не доросло, или не готово перешагнуть очередную ступень. Не удивляйся. Попробуй занять место капитана, – кивнула на возвышение.

– Ну раз вы настаиваете!

Я вошёл на мостик, где по бокам и сзади от главного кресла футуристических форм располагались ещё несколько, предназначающихся помощникам. Осмотрел незнакомый атрибут капитана. Явно выраженное эргономикой посадочное место, сочетающее практичность и удобство. Справа подлокотник завершается полусферой из гелеобразного материала, слева сенсорной панелью, элементу указывающему на принадлежность к непосредственному управлению судном. Подголовник снабжён полуобручем, сейчас разомкнутым посередине. Система ремней безопасности обозначена лишь модулями застёжек по краям. Дольше не стал тянуть и сел под общее одобрение друзей.

– Положи руку на нейро-гель, – проинструктировала Рыжая.

– Током не долбанёт? – выдала за шутку Маха.

– Заодно и проверим, насколько всё правильно с его капитанством, – небрежно добавила с нотками сарказма. – Хм. Или вам его очень жалко? – глянула на подруг.

– А тебе, разве нет? – Лерка с укором подметила.

Рыжая вдруг пристыдилась и сменила выражение на нормальное, затем заинтересованное, а потом и вовсе, на заботливое.

– Ну хорошо, принцессочка и адептши, я вам припомню на днях! – улыбнулся в душе и стоически выполнил указание.

Немедленно активировались голо-проекции, зажглись мониторы во всём зале управления, и посыпались сводки информации, уследить за которыми одному человеку весьма проблематично. Алиса заняла место рядом и структурировала потоки данных. Вывела на центральный голо-монитор трёхмерную модель участка космоса со звёздными системами. Задумалась, подключившись к нейро-управлению посредству полуобруча своего кресла.

Её озабоченность, что вырывается из глубин сознания и преобразуется в мыслеобразы, мне не понравилась.

– Алиса, я же вижу, что что-то не так, – обратился не вытерпев. – Самое время рассказать о том, что именно на схеме или карте тебя тревожит.

– Мы вышли из подпространства в богом забытой системе, – начала делиться, сопроводив повествование вздохом. – Ей названия даже не присвоено. Просто система Сигма-4, галактика Содружества. Это моя галактика, если что, – добавила, видя что нам никак не помогли её объяснения по принадлежности. – Живан.

– Ладно, – согласился, ничего не поняв. – А пока разбираешься с причиной выхода и местом, поведай отличия между Гипером и Подпространством? В двух словах, поясни.

– Ну да, общая инфа у тебя есть. А вот на пальцах объяснить? – задумалась на секунду, по лицу пробежала тень озорства и исчезла. – Да, просто это, на самом-то деле. Сейчас разъясню.

Я обратил внимание на всеобщий интерес к затронутой теме. Машка с Леркой навострили уши, а Хасан молча перебрался на кресло ближе к рыжеволосой лекторше.

– Полёт в гипере – это полёт и есть, – приступила к ликбезу. – Измеряется в гиперриумах, типа скорость и расстояние в едином смысле. Приравнивается к пройдённому за средние сутки. Например, три гиперриума – скорость. Четыре. И так до десяти.

– С этим вроде ясно, – я ответил за всех. – Именно по этой причине приходится следовать контрольным точкам и маршрутам, иначе вляпаешься на такой скорости в планету и всё. От мелких астероидов и другой дряни спасают энергетические дефлекторы хода, а от крупных объектов не убережёт ничего, – я продекламировал выдержку из доступных данных, переданных Алисой при инициации в своём массиве памяти. – Теперь о подпространстве, из которого мы вышли?

– Подпространство, – снова задумалась. – Это сложнее. Корабль находится в пограничном пространстве между измерениями. Ничего не мешает и скорость гораздо выше получается, ведь там и время течёт по другому и законы не те, что люди привыкли, – развела руками давая понять о финале пояснений. – Технология древних, что давно ушли.

– Класс! – я подвёл итог. – Смотрю, что дело по определению причин и следствий продвигается? – заметил некоторое озарение у Алис.

– Как сказать, – прошептала и проделала манипуляции со своим пультом на подлокотнике.

На главном экране возникло изображение человека в военной форме неизвестного образца. Хмурый, слегка усталый взгляд и движение многочисленных офицеров на заднем плане. То, что это мостик и зал управления огромного корабля, никто из нас не усомнился. Количество снующего персонала и приборов, включая мониторы и стойки с пультами и оборудованием, красноречиво подтверждало сделанные выводы.

– Представьтесь, – человек обратился к нам.

Я посмотрел Алисе в глаза, передавая мысленную просьбу пообщаться с неизвестным, что девушка восприняла правильно.

– Лейтенант Алис Ларсен, командир отделения прикрытия, планетарные силы обороны экспедиционного механизированного корпуса Содружества, номер четыреста сорок четыре, – отчеканила как механическая.

– Данные биометрии и личный идентификатор, пожалуйста, – связист вновь обратился, спустя минуту. – Готов к получению файлов.

– Передаю вместе с пакетом донесений блок-базы, вероятно погибли все, – проговорила вслух, а потом тихо добавила для нас, – я сбросила данные, работавшие мне прикрытием многие годы. Вас тоже попросят предоставить тоже самое, но вы сошлётесь на невозможность идентификации, как люди недавно подключившиеся к сети Содружества. Не думаю, что будут проверять, хотя светить вашу кровь, точнее её отсутствие, очень нежелательно. Ну разве что Леон научился подделывать свою структуру на атомарном уровне, – посмотрела выразительно. – Что с вашими организмами вполне реально. Попробуете заодно.

Тем временем на главном голо-мониторе сменилась картинка. Другое лицо, принадлежащее человеку помоложе, посмотрело на нас живым, бегающим взглядом, выдающим нервозность настроения.

– Приказываю, немедленно отключить элементы защиты с обороной корабля, и ожидать прибытия челнока с группой досмотра, – выдал чётким командным голосом. – В случае неповиновения, ваше судно подлежит уничтожению. Обычная процедура, – добавил в конце, совершенно отчётливо лукавя. – Формальность!

– Исполняю! – Принцесса подтвердила исполнение приказа.

Я в недоумении уставился на неё осознавая, что мы вляпались.

– Интересно, а как ты собралась исполнять приказ, если не знакома с этим кораблём? – задал правомерный вопрос.

– Управление одинаково, – спокойствие её выводит ещё больше. – Уже всё отключила. Хотя особо и отключать нечего. Одни щиты и биоморфы внутри. Это не военное судно, а всего-навсего, разведывательный рейдер научной принадлежности. Загадка, что делали явно военные адепты ушедших тут? Это риторика и разгадывать загадку не обязательно. Просто подумайте над этим, а пока давайте проведём инструктаж по поведению.

– Но амуниция? Она наверняка военная, – подметила Лерка.

– Так это грузовые модули, – парировала Рыжая. – В них может перебрасываться всё что угодно, вопрос только, куда? Приступим? Иначе проколитесь на мелочах.

– Попробуй, инструктируй, ты же у нас местная, – Маха подключилась.

– Главное – не выдайте себя ничем, – Алиса строго посмотрела на каждого. – Пользуйтесь даром ПСИ очень аккуратно, а скорость свою, возникающую в экстренных случаях, контролируйте сознательно. Создайте иллюзию отменной реакции не переходя границ. Иначе, размазанные тени, способные убить быстро и без применения оружия, поставят под удар ваше основное предназначение.

– Хотелось бы знать, какое оно? – я снова взял роль инициатора допроса.

– Хм. Да простое, – пожала плечами августейшая. – Для начала выжить и уберечь меня, а потом и восстановить монархию, если повезёт. Один минус, – она вздохнула, вставая. – Вы можете превратиться в деспотов, коих ещё не видела ни одна галактика. Стоит только избрать не тот путь – и всё закончится появлением троицы тиранов вместо спасителей.

– Ладно, – я последовал её примеру покинув кресло. – Давай пройдёмся по мелочам, раз к нам уже летят…

* * *

Никакие инструктажи не помогли, о чём свидетельствует наше положение заключённых, в трюме, приспособленном под содержание беглых солдат, с минимумом средств и возможностей к жизни, точнее, к существованию.

Народу битком, а чтобы лечь или удобно сесть, необходимо постараться. Но не это не так противно и дискомфортно, как грязь и запах от тысяч тел, упустивших из виду такое понятие, как душевая комната. Про удобства, в плане справления естественных нужд, красноречиво говорят одноразовые пакеты, заполненные испражнениями и сваленные в углу этого ангара пыток. Некоторые порвались, другие просто не закрыты герметично, третьи и закрывать никто не пытался. Духан стоит такой, что смрад из самой старой выгребной ямы деревеньки на Земле отдыхает.

Контингент разный, как по возрасту, так и по полу. Одеты в разномастные скафы, раздельные и совершенно не подходящие по комплекту. Бронепластины выглядывают из рваных нагрудников, потрёпанных, выцветших, на мой взгляд только мешающих движениям, чем защищающих хозяев. Элемента тактического обвеса есть не у всех, а то что видим не радует. Налокотники, наколенники, шлемы-сферы, тактические стерео и монокуляры отсутствуют или имеются у единиц, наряду с системами подвеса оружия, и выдают командиров отделений. Выше по рангу никого нет, что поняли сразу, как познакомились с приговором и направлением, точнее предписанием в группу, закреплённую за Алисой, как за старшей по званию среди нашей пятёрки. Вокруг только отделения численностью от пяти до десяти, но десяток редкость.

Обидная процедура осмотра с полным разоблачением закончилась очень быстро. Нас и не думали проверять на пригодность к службе. Потом довели суть и вот, новое отделение дезертиров летит на убой в неизвестность. Хорошо, что форму в виде легко бронированных элементов скафандров нам оставили, как и детали тактической амуниции, хотя это как сказать. Завистливых взглядов появилось вокруг очень много и проблем с этой стороны мы ещё отхватим.

Из размышлений выдернула Машка, случайно наступившая на руку, но я не придал значения такой мелочи в этой давке…

– …так как? – блондинка наседала на Рыжую, общаясь при этом шёпотом.

– Сотый раз повторяю, – Алиса поникла. – На той планете, откуда я прибыла на землю, все погибли. Мои данные занесли в базу к павшим, что означает гибель, если не догнала.

– Ну, это я знаю, – Маха сама всё понимала, но не могла поверить в произошедшее.

– Моё воскрешение отнесли к факту бегства с поля боя, результат один – дезертирство, без суда и следственных действий. Даже собирать комитет разборов не стали, как принято при правонарушениях среди офицеров, – вздохнула и пнула соседа, вздумавшего облокотиться спиной. – Куда лезешь? Ещё двинешься хоть на полпальца, придушу после отбоя! – зло прошипела и пнула ещё раз. – Двинься!

– Ну да, я заметил, – пришлось мне подключиться. – А ты уважаемый, – я применил кратковременное ускорение своей физической сущности, выглядевшей для меня как состояние некоего транса. – Соблюдай личные пространства окружающих, – тычок получился таким мощным, что сосед отлетел и воткнулся в группу рядом.

– У тебя незарегистрированные импланты на силу? – раздался вопрос сзади.

– От природы наделён, – резко обернулся и встретился взглядом с человеком, задавшим вопрос.

Им оказалась девушка, руки которой являются манипуляторами. Хорошими, выполненными по всем правилам копирования частей тела, но искусственными, механическими или биомеханическими.

Продолжать конфликт она не захотела, сев там где только что стояла и не сказав ни слова больше. Однако в её ауре всколыхнулись нити подозрения вызванные по непонятной причине, ведь импланты тут не редкость. Возможно она почувствовала их отсутствие и этим вопросом поставила на этом факте акцент, сравнив силу толчка обычного человека и мою? Впредь буду осторожнее, а то запишут в ведьмы и спалят, а я прекрасно помню, как горел заживо в лесах Жигулей и повторение процесса меня не наполняет ностальгической радостью.

– Не ведись на конфликт, – укорил Рыжую. – Нам тебя ещё оберегать, чёрте в каких условиях. Кстати, куда мы?

– По всему выходит, что на убой, – спокойно донесла мысль. – Разговоры вокруг только об этом, без конкретики, которая сейчас не важна для большинства обречённых, – обвела взглядом окружение.

К нам протиснулся здоровый парень, похожий на гориллу как фигурой так и лицом. Челюсти выдаются вперёд слишком сильно, а цвет кожи охарактеризовать трудно. Тёмный, местами чёрный. Одет как и все отвратно и разно, однако наворотов в обвесе больше и бронепластин целых вставлено с избытком. Наверняка местечковый крутыш пожаловал с разборками, отреагировал на конфликт среди слабаков и отстоя, так сказать.

– Каковы твои шансы, сучара, остаться живым и при шмотках? – он прорычал вопрос, укрепив моё отношение к нему. – Остальных тоже касается, особенно шлюхи, носившей чин лейтенанта! Ей я займусь позже, обязательно, и нежности не обещаю, – добавил, наблюдая как от нашей группы расползаются соседи.

Алиса пыталась подскочить, но я успел удержать её за руку и поднялся, выражая на лице скуку и безмятежность одновременно. Обратил внимание на тех, кому не доведётся добраться до места высадки. Тела безобразно свалили у одной из стен, обобранные по полной, они валялись сломанными куклами. Количество сказало о времени перелёта, но кто знает, небыли ли горемыки убиты разом, попав под замес. Тем не менее, вокруг расступились, образовав некое подобие ринга, где проигравший отдаёт и вещи и жизнь.

– Легко проверить, но! – я и не думал вставать в стойку, нарочито опустил руки. – Если что-то пойдёт не так, то твоё либидо испытает въезд в тоннель эшелона с ёжиками. Заметь, в открытых вагонах.

Чучело вылупилось на меня, пытаясь расшифровать угрозу, чем я и захотел воспользоваться, готовясь сделать единственный удар в гортань. Естественно, о предупреждениях Рыжей не высовываться я помнил, позаботившись списать всё на удачу. Переход в состояние, граничащее с трансзамедлением окружения, точнее с увеличением скоростных показателей, прошёл для меня обыденно. Отметил только некоторый дискомфорт, или состояние, похожее на нахождение в гелеобразной субстанции, ограничивающей движения. Ну или в воде, как вариант.

А вот конечности слушаются лучше, ввиду изменения атомарной структуры. Им ничего не мешает двигаться стремительно, повинуясь одному лишь мысленному приказу. Странное разграничение течения времени получилось, однако уверен, что дойти до одинакового с ними состояния я смогу за доли секунды.

Этот самоуверенный отморозок подался на меня всем телом, не пытаясь делать ложных выпадов или сбить с толку, отвлечь от выбранной линии атаки. Я шагнул в сторону, слегка протянув его руку вперёд, пропуская и удар и атакующего впритирку. Инерции хватило, чтобы чел пролетел несколько шагов, прежде чем остановиться, упёршись ладонями в переборку ангара. Краску гнева, проступившую сквозь тёмную кожу заметили все, кто наблюдал убийство младенца в моём лице.

То, что я остался на ногах и, вроде как, на одном и том же месте, привлекло дополнительных зрителей за расправой, неудачно начавшейся с промаха известного фаворита убийств.

– Порву… – прорычал он, развернувшись.

Вой сирен заглушил гневные посылы оратора, освещение сменилось на ярко-красное, людской сброд потерял к драке всякий интерес. Здоровяк рыкнул ещё что-то нечленораздельное и возглавил своё отделение, оставив нас в покое. Только на время, как думается.

В торцевых перегородках открылись двери, подсвеченные красными лучами прожекторов с потолка. Бойцы, или бывшие бойцы, занимали места в людском потоке и исчезали внутри, словно вода, вытекающая из переполненного резервуара. Наличие мертвецов никого не удивило из надсмотрщиков, что показалось странным. Вопросительно посмотрел на Алису, осознавая бесполезность спрашивать вслух или выкрикивать что-то под вой сирен. Она кивнула, мол – так и должно быть с нами, или, со скотом для всех остальных граждан Содружества Живан, одноимённой галактики.

Начался забег по коридорам сделанным прямо в корабельных трюмах и ангарах из решетчатых панелей, огораживающих поток бедолаг от остального военного контингента. Обратил внимание, что военные смотрят на нас двояко, не все с презрением как того ожидал. Вокруг много техники, скорее лётной, для космических баталий.

Некоторые корабли поразили как размерами, так и вооружением, крепящимся в гондолах. Другие предназначены для пилотов одиночек, третьи несут функции штурмовых торпедоносцев. Мы находимся на корабле-базе, судя по всему. Пробежали насквозь ангар с боевыми машинами антропоморфной конструкции трёх основных размеров. Самые большие рассчитаны на управление экипажами из нескольких человек.

Успел скользнуть взглядом в глубину следующего ангара и приметил несколько совсем малых, увеличивающих человека внутри ровно на броню с сопутствующими механизмами для движения, и на обвес вооружений с реактивными установками. Руки-манипуляторы, при всём, возможно использовать как угодно.

– Тяжёлая пехота? – выдохнул вопрос Рыжей, бегущей рядом.

– Типа того! – она тоже ответила на выдохе и обернулась, контролируя остальных, Маху, Лерку и Хасана, замыкавшего наше отделение.

– У меня стойкое ощущение, что пушек нам не выдадут, – решился на насущный вопрос. – Так бросят подыхать.

Алиса замотала головой в знак протеста, чем слегка обнадёжила.

Общий поток разделился по нескольким рукавам направляющих у входа в гигантский ангар, где в гравитационных стапелях застыл десяток кораблей, к одному из которых следуем и мы. Добежав не успел провести оценку досконально, так как в исполине нас встретил ещё один ангар. Меньший по размерам, наполненный кораблями поскромнее.

Забежав по трапу внутрь десантного бота разделились и заняли ячейки, снабжённые системой крепления человека. Экзокорсеты повторяющие тело, укомплектованные скромным вооружением. Импульсник, монтируемый на предплечье интегрирован с малым разгонником, чьи стволы расположены над тыльной стороной запястья. Практически не мешает работе кисти, облачённой в усиленную приводами перчатку, а в подвесе, перед каждым горемыкой, закреплено основное оружие, штурмовой рельсотрон – штурмрейл, как пояснил человек в аналогичном, подвешенном состоянии напротив.

Всё вооружение не активно, что уяснили, когда некто в другом ряду попытался выстрелить в кадрового офицера, следящего за погрузкой. На горемыку никто даже не посмотрел, настолько всем до фени эти мелочи. А вот отсутствие шлемов смутило.

– Алиса, мы как дышать будем? – обратился к единственному источнику данных. – Монокуляр один остался, а у большинства и этого нет, не говоря о броне.

– Значит планета обитаема, среда пригодна для жизни человека, – не стала делать интригу. – Соберитесь и проверьте работу новых средств, – начала инструктаж. – Сенсоры на левом запястье должны быть все зелёными! Быстрее, иначе техники покинут бот, и драться придётся на кулачках, одни фиги показывая. Инсэктоиды это очень любят.

Поторопился проверить свой коммуникатор, а правильнее, консоль управления боевого экзокорсета. Оборудование исправно и работает, что подтвердили остальные члены нашей банды изгоев. Алиса осталась довольна.

Тем временем десантный бот покинули техники, оставив лишь кадровых офицеров. Шаттл дёрнулся, наш бот качнулся в гравитационных захватах, ознаменовав начало полёта к месту десантирования на плацдарм. Ну да, из космоса на орбиту, а дальше – в десантном боте к радушно ожидающей атмосфере планеты. По телу пробежала волна мандража от прилива адреналина или страха…

Глава 3. Последствия высадки. Всё только начинается…

Состояние перед боем, то ещё. Стараясь отвлечься окинул взглядом людей напротив, оценивая их моральную составляющую. Вот человек закатил глаза и шепчет что-то под нос, рядом с ним невозмутимый боец в экзообвесе уже в который раз проверяет системы вооружения. Чуть дальше, с виду сильный персонаж, мечется в агонии с залепленным медицинским гелем ртом. Запах мочи заставил поморщиться, а вид намокшей промежности диктует необходимость отвернуться, брезгливо сплёвывая.

Офицер, мерящий шагами отведённую полосу между рядами, не выглядит испуганным, но в ауре читается страх не только от ожидания предстоящего боя, но и удара в спину от заключённых. Повернул голову к входу, где поднятый трап напомнил о иронии судьбы, разделившей всех на живых и мёртвых сразу, как пропустил обречённых через себя.

Левее, в иллюминаторе, рассмотрел космос и кусок планеты, где предстоит сражение. Сравнить не с чем, однако интуиция подсказала о её размерах, превосходящих далёкую Землю раза в полтора, а то и в два. Отсюда она выглядит безмятежно, замерев посреди чёрного космоса с мириадами точек светящихся звёзд.

Вскоре индикаторы по центру прохода изменили цвет с красного на зелёный, среди приговорённых пробежала волна негромких восклицаний, а я собрался с духом, готовясь встретиться с тварями, коих боятся во всём содружестве, с инсэктоидами. Какие они? Не обратил внимания на заработавшую связь в нашем отделении.

– Леон, уснул? – Алиса в который раз пытается достучаться. – Как только ряды выдвинут за борт по направляющим, активируй вооружение!

– Да без проблем! – я попытался скрыть страх. – Девчата, берегите Лису с Хасаном, – напомнил Адептам, – что-то подсказывает о везении нашей троицы, но если их прикончат, то это навсегда! Уяснили?

– Да! – Маха первая подтвердила, на правах выскочки.

– Само-собой! – Лерка подала голос.

– Не разделяемся! – продолжила Рыжая. – Вместе держимся, во что бы то ни стало. Это важно!

– Приказа разговаривать не было! – резкий возглас офицера прервал инструктаж.

Причитавший человек напротив получил удар и заскулил, стараясь не выводить из себя офицера ставшего и надсмотрщиком. Обращение как со скотом, а что я хочу увидеть? Люди вокруг и выглядят как скот в большинстве, а реально готовятся к бою лишь единицы. Закралось сомнение в правоте приговоривших их. Возможно не все беглецы и дезертиры. Заметил одобрительные взгляды в нашу сторону от именно таких вояк, ухмылявшихся перед тем как заглянуть в глаза смерти.

Десантный бот ощутимо тряхнуло и началась вибрация, подтверждающая вхождение в плотные слои атмосферы. Мы закачались в подвесах, синхронно изменениям положения судна. Тряска усилилась настолько, что я серьёзно побоялся перспективы крошащихся зубов и позавидовал бойцу, сунувшему в рот некое подобие боксёрской капы. Продуманно, сразу видно, что не первую высадку переживает…

Грохот близкого разрыва прервал наблюдения, сработала сирена, бойцы заговорили громче, невзирая на ор офицера. Он перестал заниматься неблагодарным делом и удалился к своей системе боевого экзокорсета.

Борт за нашими спинами открылся по всей длине, как и борт за висящими бойцами напротив. Заработали приводы, целиком выдвигая ряды с подвешенными десантниками за пределы корабля. Началась кульминация процедуры высадки и я неосознанно посмотрел вниз.

Под ногами промелькнули белые шапки горного хребта, открывая взору долину с зарослями. Рельеф разный, от полей с низкой порослью до лесов с деревьями исполинского размера. Взгляд выхватывает многочисленные воронки от разрывов по всей поверхности. Цепи укреплений видны ниточками, местами окутанные пожаром.

Попадаются и серьёзные сооружения обороны, с испещрённой взрывами поверхностью вокруг. Спустились ещё ниже и начался шквал разрывов рядом, сверху, снизу… Нас плотно обстреливают, каждый воздушный подрыв сопровождается встряской.

Чуть впереди, по направлению, летят ещё несколько десантных ботов с выдвинутыми за пределы бортов системами высадки. Сзади такая же картина. Вспышки и грохот слились в непрекращающуюся канонаду, а я зацепился взглядом за один из летательных аппаратов, предчувствуя неизбежность.

Бу-у-мм! Первый разрыв попал в систему подвеса, раскидав людей по небу, в вырванных из креплений экзокорсетах. Один пролетел совсем рядом с кровавыми культями вместо ног и рук. Бу-у-мм! Второе попадание стало прямым, разворотив головную часть вместе с кабиной пилотов. Плазма воспламенила внутренности в одно мгновение и охваченное пожаром судно начало заваливаться. Бу-у-мм! Третий разрыв оторвал гондолу с двигателем у летящего сзади нас бота, она пронеслась вперёд и врезалась в нашу корму…

– Вниз!

– К поверхности, или сгорим нахрен!

– Снижайся!

Вокруг поднялась паника.

Разгорался пожар. Люди пытались докричаться до пилотов, забыв о средствах связи и офицере, продолжавшем орать. Но здравый смысл и желание жизни победили. Наш бот начал резкое снижение к поверхности, рассыпая не выдержавших десантников, разблокировавших захваты подвеса раньше времени. Их тросы путались и вскоре первые несчастные коснулись почвы плацдарма, размазываясь о валуны, попадавшиеся слишком часто.

Наконец наш десантный бот застыл, дымя повреждёнными силовыми установками, готовыми взорваться в любую секунду. Активация сброса, свободное падение, срабатывание системы торможения и удар…

Я кувыркнулся несколько раз по инерции, остановился в полуприсяди и немедленно завертел головой вокруг, отыскивая своих девушек с Хасаном. Все на месте, кроме Алисы, чуть-чуть не свалившейся мне на голову, покинувшей борт корабля последней, как командир отделения.

Буу-мм! Близкий подрыв осыпал нас кусками пород и грязью, а по лицу потянулись струйки влаги. Даже не придал значения мелкому дождю.

Буу-мм! Недалече ещё жахнуло, причём, нечто более серьёзное, сотрясшее почву и взметнувшее в серую мглу неба огромный столб огня. Я невольно упал, прикрыв голову.

– Бегом отсюда! – Рыжая заорала, поднимая меня и подталкивая. – Держитесь за мной, я сверюсь с координатами высадки! Да шевелитесь, счас бот рванёт! – призвала к скорейшему выдвижению. – И активируйте наконец связь!

Несколько шагов до троицы друзей, залёгших между двух камней, и следом забег под постоянным обстрелом, прервался вспышкой и грохотом донёсшимся сзади.

– Хана кораблю! – констатировал, не в силах обернуться.

– Держимся вон той высоты, – Рыжая на бегу указала направление.

Буу-мм! Буу-мм! Совсем рядом разорвались сразу два боеприпаса, справа что-то звонко ударило в экзокорсет, точно в районе плеча. Манипулятор руки заклинило и я потерял управление, двигать локтевым сочленением обвеса теперь тяжеловато.

– Да чтоб его яйца размололо измельчителем! Этого ещё не хватало! – Алис нервно выругалась. – Главное бежать можешь, а там на высотке есть укрепления.

– Их спасаем?

– Нет, это край плацдарма обороны. Участок со стороны выхода горного каньона перекрывает! Давай, резче!

Так и бежим, постоянно пригибаясь под градом грунта, выбрасываемым частыми подрывами. Рядом, метрах в пятнадцати, торопится ещё одно отделение. Только успел глянуть в их сторону, как группу бойцов накрыло плотным огнём. Мы упали, а через секунду перед моим лицом упала оторванная нога с частью экзокорсета. Не успел отреагировать, как нас снова подняла Алиса, заставляя бежать дальше.

Вскоре я перестал обращать внимание на обстрел, впрочем как и друзья. Забегу сопротивлялась природа планеты, превратив в липкую грязь почву под ногами. Мы увязали, иногда падали и я отдал должное экзокорсету, великолепно справившемуся с липкой субстанцией. Не уверен, что без этого гаджета войны мы бы смогли противостоять природному капкану. В итоге адского забега добрались до прохода, ведущего к оборонительной точке на высоте, когда сзади ещё раз шарахнуло. В спину ударила волна, опрокинувшая меня лицом вперёд, звук попадания в корсет осколков заставил нервничать и делать само диагностику.

Выкопанный лабиринт принял признаки цивилизации и слегка углубился, скрыв нас бетонными стенами и сводом от града разрывов. Однако, никого по пути, внутри оборонительного сооружения, не встретили, что насторожило.

– Снимай это барахло, – Алиса указала подбородком на обвес. – Хана корсету.

Я выбрался из механического помощника не проронив ни слова, осмотрел бесполезную вещь, отмечая множественные попадания, вырванные куски брони и раздробленные сочленения манипуляторов конечностей рук. Подумал о везении с ножными, иначе не добрался бы, всех подставив.

Алиса провела рекогносцировку, считав и изучив план-схему фортификационного сооружения. Файл нашёлся тут же. Человеку, точнее бойцу экспедиционного десантного корпуса, нужно всего-навсего прикоснуться к сенсору под табличкой с изображением лабиринтов.

Отыскали единственный из десятка уцелевший каземат с двумя амбразурами, направленными секторами ровно на центр выхода из горного каньона. Справа и слева от него отвесная стена, на её вершине начинается плато с которого просто так не спуститься.

– Что дальше? – правомерный вопрос задал Хасан.

– Держимся тут, более нам ничего не остаётся, как не крути, – пожала плечами Алиса, избавившись от своего экзокорсета. – Снимайте, в здешних условиях это лишнее. Сейчас проверю заряд и состояние энергощитов, может что и осталось рабочее. Кстати, а вы осваивайте орудия, – махнула в сторону амбразур. Тут две точки управления верхними турелями спарок импульсников, я заметила что это противоабардажный, корабельный вариант. Ими Займутся Мария и Хасан. Мы с Леоном поработаем наводчиками стационарных рейлов, а Валерия обеспечит нам своевременную перезарядку. Всем всё ясно?

– Куда уж непонятнее! – ребята кивнули в унисон.

– Исполняйте! – голос Рыжей наполнился нотками командующей, властной особы, соответствующей её реальному статусу. – Это не школа, ошибки не прощаются, а о пересдаче зачётов – забудьте!

Не успела толком завершить напутствие, как снаружи затихло. Обстрел площадей прекратился, звенящая тишина резанула по слуху. Мы не сговариваясь прильнули к визирам дальнего обзора, кои имелись с запасом.

– По местам! – рявкнула Рыжая.

Я сменил окуляры стереоскопа на монокулярный прицел рейла, продолжив осмотр выхода из каньона. Слева клацнул затвор, пришли в действие нагнетатели обоих орудий. Поиск цели начался.

– Не разменивайся на пехоту и мелкую технику, – уточнила Алиса. – ими займутся импульсники, а наши цели крупнее.

Промолчал, впившись взглядом на мчащуюся лавину инсэктов, подпускаемых нашими операторами турелей ближе, на расстояние кинжального огня. Поразился, отметив сходство в конструкциях экзокорсетов, брони и обвеса. Признаки антропоморфности налицо, но задавать уточняющие вопросы не стал, трезво оценивая возможность пропустить важные цели для себя. Первые два робокорпа появились в зоне видимости. Они не спеша продвигались к нашим позициям, и отличались наличием второй пары передвижных манипуляторов. Торсы конструкций более приземистые.

Приближение активировал интуитивно, как оказалось, моя сеть иного происхождения легко интегрируется с нейро-управлением орудия, что порадовало. Прикинул дистанцию и терпеливо ждал, не отвлекаясь на росчерки импульсов, пересекавших обзор с обоих направлений. Трассы заметно приблизились, дрожь попаданий в щиты добавила неприятных ощущений боя. Рядом рвануло, посыпалась пыль и крошка, осколок бетона оцарапал щёку.

– Выцеливай стыки, мать твою! Не спи Леон, возьми правее! – услышал холодный голос принцессы в гарнитуре связи.

Довернул станину, загудевшую приводами. Сразу сбил приближение, наткнувшись на робокорпа, продвинувшегося очень близко к позиции. Принял поправку и осмотрел броню, отыскав еле уловимый признак стыка чешуйчатых пластин.

Выстрел! Инверсионный след за мгновение уткнулся в броню, обозначив место попадания расплавленными краями борозды срикошетившего боеприпаса, разорвавшегося в нескольких метрах. Перезарядку обеспечила Лерка, хлопнув по плечу в знак готовности орудия. Я не выпускаю цель из виду, даже не среагировал на ругань Хасана, витиеватую и эмоциональную, по поводу численности атакующих.

Решив не изводить драгоценные заряды осмотрел сочленения так называемых «ног» боевой машины. Вновь загудел нагнетатель ускорителя. Задержка, и выстрел! Попал в крепление подвижных приводов и порадовался, когда из разорванных патрубков фонтаном забила гидравлическая жидкость. Перезарядка, и следующим попаданием я вывел из строя оба манипулятора с одной стороны. Робокорп завалился, открыв уязвимые места корпуса снизу.

Огонь из разгонных орудий механизм инсэктоидов прекратил, а я немедля занялся расправой. Выцелить тонкую броню днища труда не составило, очередной боеприпас пронзил пространство инверсионным следом и закончился оплавленным отверстием. Мгновение спустя из него вырвалось пламя под невообразимым давлением, как из горелки для резки металла. Ещё через мгновение отделение с силовой установкой полыхнуло и из машины посыпались члены экипажа, встречаемые огнём импульсников турелей.

Переключился на второго робокорпа. Алиса уже выбила несколько лепестков бронепластин, облегчив задачу. Лерка мечется с боеприпасами, обеспечивая своевременную перезарядку, продиктовав нам ритм и очерёдность обстрела. Мой боеприпас ударил в тоже место, куда попала Рыжая и механизм разорвало. Куски боевой машины разлетелись под сопровождение растущего огненного шара плазмы.

– Боекомплект жахнул, – подвела итог Принцесса. – Считай, что первую волну отбили.

И действительно, уцелевшие инсэкты остановились. Хасан с Махой поливают их с большим процентом попаданий, заставляя пятиться и переходить в отступление. Под непрекращающимся огнём инсэкты исчезли за скалами выхода из каньона.

Первая атака засчитана отбитой.

– Итак, чего и сколько осталось по боекомплектам? – лейтенантша последней оторвалась от прицела. – Подсчитать!

Сама же железная леди занялась осмотром сектора прильнув к стерео окулярам визира, сосредоточенная, не похожая на себя обычную, даже когда злилась.

Подсчёт и короткий доклад каждого не повлиял на девушку, всматривающуюся в промозглый воздух. Мы присоединились к наблюдению, рассматривая раненых инсэктоидов, скидывавших технический обвес, выбиравшихся из экзокорсетов и ползущих к единственному укрытию за несколькими валунами у самого выхода каньона. Я оторвался от наблюдения и тронул Алису.

– Может есть боеприпас, подходящий для накрытия берлоги? – задал вопрос с надеждой рассматривая маркировку на контейнерах.

Каждый боеприпас упакован отдельно, наверное во избежание детонации. Посетила мысль о ленточной подаче, но озвучить её не успел. Рыжая скомандовала подготовку к отражению новой волны атаки…

Так продолжалось три раза подряд с минимальным разрывом во времени. Я выдохся, не говоря о Хасане или Алисе, ведь они точно люди, а не субстанция из материи неподвластной точному определению и описанию. Щиты энергетической защиты сдались после прямого попадания в главный распределитель. Инсэкты вычислили его нахождение и обстреляли концентрированно, сосредоточились, так сказать, и добились успеха.

В моё орудие попал шальной импульс и заклинил поворотный механизм, оставив возможным лишь горизонтальное наведение. Ворочая вправо и лево я посылал заряды во всё, что попадало в перекрестие прицела, но не долго. Последний боеприпас разорвался в группе атакующих после попадания в особь, распотрошив её и вывернув наизнанку. Дальше настала очередь борьбы в замкнутом пространстве коридоров и тоннелей лабиринта укреплений.

Алиса была ранена и медицинский гель уже не справлялся с кровопотерей, впрочем, нам всем изрядно досталось. Хасану практически перерубило часть ступни, но здешняя медицина способна с этим справиться по словам Рыжей, главное что бы нас вовремя нашли. Ранения различной тяжести есть уже и у меня с Махой и Леркой, но нам легче, ведь мы Адепты со всеми вытекающими.

Рыжая перекрыла все работающие бронированные створки, изолировав наш сектор вместе с бункером. Покидая каземат, заминировала оставшиеся боеприпасы и установила таймер подрыва, прикинув время продвижения инсэктоидов. Мы замерли в одном из помещений, перед наспех наваленной баррикадой, ожидая момента последнего столкновения. Беспокойство овладело, но не за свою жизнь. Страх потерять Алису вторгся в сознание и заставил сжаться сердце, но я противоборствовал этому, стараясь бодро вести себя и выглядеть соответственно.

– Слушай, – обратился к Рыжей, стараясь и её отвлечь от мрачных мыслей. – А где обороняющиеся? Такое сооружение и покинуто? Только мертвецы одни.

– А что такого? – Она пожала плечами и поморщилась от боли. – Направление сочли прорванным, не разбираясь.

– Но?

– Да не тут сочли, а на основной блок-базе, где расположилось командование планетарной группировкой. Оттуда пришло указание и позиции оставили, – добавила.

– И всё же?

– Представь, что оно, командование это, находится на другом полушарии, – вздохнула. – Подсчёт потерь ведут, и вполне вероятно, что анализ показал нерациональные потери живой силы на этом участке. Естественно, вычислители в башках командующих не видят, что повлечёт сдача этой высотки на общем театре. Результат все из нас видят и ощущают своей собственной шкурой.

– Но нас же сбросили сюда?

– Не факт, что мы добрались до назначенной точки сброса, ведь нас…

Договорить судьба не позволила.

Серия отдалённых подрывов сотрясла подземные укрепления. Мы лишь успели лечь и ухватиться за что-нибудь, когда первый мощный удар приподнял всё в помещении, выбив опору, и обрушил назад, вниз, с такой силой, что пришлось ощутить ломающиеся рёбра в груди. Второй удар сопроводился вспышкой сверху и грохотом, лишившим слуха. Лёжа на спине увидел срывающийся потолок с частью стен, уносящиеся в сторону, противоположную выходу из злополучного каньона.

Сознание помутнело, я обнаружил, что схватил мёртвой хваткой запястья Алисы и Валерии, лежащих и смотревших вверх с ужасом, и переполненными страхом. Увидел и Хасана, обнимавшего Машку, прикрывшего девушку своим телом, и далее, тьма овладела мной…

* * *

Очнулся резко, от захватившего чувства страха за жизни друзей и, как следствие, паники. Вижу потолок, но перед ним свод из прозрачного материала, говорящий о нахождении внутри медицинской капсулы или под изолирующим колпаком. Стойка рядом выводит на несколько мониторов информацию о текущем состоянии организма.

Попытка двинуться не дала желаемых результатов. Я закреплён, причём надёжно. Боль в груди напомнила о сломанных рёбрах и я пожалел об отсутствующих рядом девчатах, ведь наши организмы прекрасно справляются восстанавливая друг друга. Эта мысль заставила скосить глаза сначала вправо, затем влево и уже потом вдоль тела к ногам. Похоже, что и палата отдельная, вот только ни оборудование вокруг, ни отделка стен помещения не говорят о месте нахождения. Корабельный ли это лазарет, или медицинский комплекс в бункере какой-нибудь блок-базы? Непонятно.

К счастью в палату вошли двое, молодая девушка и седой джентльмен в униформах медперсонала. Догадался, узрев монотонность одеяний. Мужчина немедленно проследовал к стенду с аппаратурой, а девушка уставилась на меня в недоумении, после чего, не поворачиваясь тронула за рукав доктора. Тот глянул искоса и проверил консоль с изображением голограммы моего тела. В районе грудной клетки я приметил, что большинство рёбер и кости таза помечены красным.

– Невероятно! – удалось разобрать возглас через защитный полог-сферу. – Он ещё и в сознании.

– Согласен, – доктор нахмурился, углубившись в изучение потоков данных. – Побудь с ним, я за полковником, – высказал уходя из палаты торопливым шагом.

Голоса почти не слышно, но по мыслеобразам и губам я смог понять короткий диалог.

Посмотрел на девушку умоляющим взглядом, как бы прося поговорить хоть минуту, пока старшие отсутствуют. Проиллюстрировал просьбу пантомимой с открывающимся беззвучно ртом. Через несколько секунд она поняла суть и активировала переговорное устройство.

– Я иду на преступление, разговаривая с вами, – затараторила скороговоркой. – У нас есть не больше минуты!

– Остальные четверо, что нашли со мной? – выкрикнул главный вопрос. – Что с ними?

– А где вы, и что непосредственно с вами? – перебила вопросом. – Это не интересно?

– Нет! – моё нетерпение резко переросло в гнев. – Только то, что спросил. Так как?

– Скажите, как давно вы с ними знакомы?

– Да какого, хрена собачьего, происходит? – я сорвался.

– Пятеро ваших друзей чувствуют себя лучше, чем вы, – наконец прояснила ответом и ввергла в смятение озвученной цифрой.

– Как пятеро? Ты меня понимаешь? Я говорю о тех, кого нашли вместе со мной!

– Ну, пятый не совсем человек, скорее питомец одной леди, учинившей погром при попытках избавиться от… Э-ээ…

– Понял! Успокойтесь, мы сами не знаем, кто это, – поспешил с помощью. – Как себя чувствуют люди?

Договорить нам не позволила распахнувшаяся дверь.

На пороге появился всё тот же доктор с человеком в форме, и полупрозрачной накидке для дезинфекции. Девушка отошла к аппаратуре, а оба гостя остановились, испытующе смотря мне в глаза. Пауза затягивалась. Я открыл было рот для возобновления вопросов, но визитёр, в чине полковника, отрицательно покачал головой.

– Не забывайтесь, вы дезертир и находитесь тут лишь благодаря великодушию командира гарнизона базы, – отчеканил как сталь в грудь вогнал. – Это плата за самоотверженность и признание заслуги. Оплачены процедуры из личного бюджета командующего. Так что, разговаривать вам запрещается. За дверью вооружённая охрана, на случай попытки выхода, хотя в этом нет нужды.

Доктор отвлёк его, обращая внимание офицера на монитор, развёрнутый к ним на гибком шлейфе-держателе. Полковник хмыкнул, покосился на меня и вновь выслушал докладчика, прежде чем продолжить.

– Так вот, я считаю это излишней перестраховкой, – эмоционально посмотрел куда-то вверх. – С вашим отделением всё в норме, я придержу их до вашей поправки, чтобы вместе отправились отбывать наказание. Вполне возможно, что члены комиссии примут во внимание самоотверженность и вклад в удержание плацдарма, оценят и смягчат приговор. Прогулки скоро разрешат, там и увидитесь с друзьями, потерпите. Кстати, из всех десантировавшихся выжили только вы пятеро, плюс, э-ээ… – закатил глаза и защёлкал пальцами. – Ну вы поняли, – завершил предложение, не найдя названия космическому грызуну.

Закончив монолог он развернулся и вышел, не забыв деактивировать голосовую связь капсулы, изолировав меня от внешнего мира. Доктор ещё побыл какое-то время, проверяя показатели, и удовлетворившись удалился, а я вновь остался один в палате. Доза усыпляющего газа, заботливо предоставленная девушкой, подействовала, погрузив меня в царство Морфея…

Дни потекли похожими друг на друга, напомнив известную постановку Земного кинематографа под названием «день сурка», с повторяющимися процедурами проверки работы регенеративной капсулы и чередованием снятия физических показателей. Конечно же сон, как лучшее лекарство.

Вести счёт времени наскучило через неделю прозябания, и я не придумал ничего интереснее, как эксперименты со своим организмом. Приходилось бодрствовать и менять свою сущность ночью, во избежание шока у невольных свидетелей.

Полное изменение структуры удалось добиться только однажды, когда сгустки клубящейся массы материи серо-синего цвета заменили мне тело, оставшись в границах размазанными очертаниями. Видеть со стороны происходящие со мной метаморфозы не показалось удачной затеей, посему я перестал эти занятия, предположив адекватную реакцию неожиданных наблюдателей.

В конце концов, настал тот долгожданный, счастливый день прогулки. Суровый боец в легко бронированном комбинезоне вошёл вместе с доктором, проследил за моими сборами и жестом пригласил следовать за собой. В коридоре, достаточно светлым, отделанным панелями скрывающими бетон и коммуникации бункера, к нам присоединился его близнец по форме и экипировке, сопровождая меня в арьергарде.

– Надеюсь, друзья меня уже ждут? – обратился к молчунам.

– Не положено! – рявкнул замыкающий. – Следуй молча, тварь! – ощутимо приложил прикладом в спину.

Сопровождающий идущий впереди резко обернулся, взгляд устремил мне за спину, злобный и принадлежащий человеку пережившему рукопашную. Лицо со свежими рубцами, следствием многочисленных порезов осколками, не даёт усомниться в этом.

– Заткнись Стрейкон, – он прошипел, а не сказал. – Ты ещё много не знаешь, в отличии от этого салабона, – мотнул головой в мою сторону. – Даю слово, вонять будешь после первого боя обделавшись, в буквальном смысле. А эти пятеро попали в такую молотилку, когда помимо врага, ещё и от своих огребли. С орбитальных носителей по плацдарму ударили, якобы сданному инсэктоидам…

Названный заткнулся и молча провёл весь оставшийся путь.

Несколько поворотов, пологий подъём к лифтовой шахте. На выходе из кабины меня встретили коридоры с привычными шлейфами кабелей и армированных труб под потолком и по стенам.

Декоративными покрытиями тут не пахнет, все коммуникации находятся на виду, чередуясь с распределительными блоками, равноудалёнными друг от друга и, иногда, дающими начало новым веткам технических магистралей. Стены напомнили мне земной железобетон, очень похожими характерными признаками заливки полостей раствором с армированием, периодически проступающим наружу и нескрываемым.

Блок-база размещена на возвышении, во вполне живописном месте. С одной стороны лес с деревьями исполинского размера, с флорой у оснований, что я привык называть зарослями кустарника. С другой, река средней величины и бурным течением. С тыла плацдарм прикрывают скалы, вершин которых я не вижу, из-за низкой облачности.

Место выделенное для прогулки расположено рядом с посадочной площадкой атмосферников. Элементы оборудования предназначены для быстрого пополнения боекомплекта. Несколько гравитационных направляющих небольшого размера с транспортом, гружёным контейнерами с боеприпасами разгонников, я узнал сразу по маркировке, виденной в каземате высотки.

Автоматический транспортир подходит змейкой, начиная от складских бункеров. Видимые с нашего места прогулки платформы перераспределения снабжены подвесными манипуляторами. Персонала не видно, кроме дюжины охранников, плюс те, что охраняют нашу банду в потрёпанном боем обмундировании. У некоторых сорвало наколенники с налокотники, а у Алисы осталось всего пара броневставок в ячейках куртки.

Друзья ждали с нетерпением выразившимся в первую очередь запрыгнувшей в объятия Машкой, обвившей меня и ногами и руками. Затем чреда поцелуев куда попало, причём уворачиваться я пытался, но бестолку. Остальные выразили радость более скромно, но не менее эмоционально.

– Прекратили! – рявкнул охранник. – Разговаривать запрещено, гуляйте и довольствуйтесь тем, что вместе и видите друг друга.

– Казёл, – с Леркиных губ сорвался угрожающий шёпот. – Вечно одёргивает. Кстати, всех держат в одиночках, – довела до меня очевидное. – Может перемочим всех? У нас с Машкой способность пси к транс-ускорению полностью контролируется, как у тебя.

– Тс-с! – Алиса заставила подругу умолкнуть. – Ну-ка, давайте в круг, – показала пример, подтянув меня и опершись лбом в мой лоб.

Дождались, когда все соприкоснулись лбами, уподобив пятёрку человек с пятиконечной звездой, если сверху смотреть. В на руках мелкой блондинки очутился подобранный на корабле зверь, которого она протянула в центр. Четверо друзей взялись за руки, создав чудику вольготные условия. Я удивился, автоматом следуя их примеру и берясь за руки присоединился к странному ритуалу. Мой мимический вопрос возник перед взглядами компании, когда лбы разъединились. Положения рук, кстати, никто не изменил и удаляться на более далёкую дистанцию не спешил. Своего рода, кружок получился.

– Опять молитесь своим богам? – скорее утвердил надсмотрщик, чем задал вопрос. – Ну-ну. Может поможет на собрании комитета, – хмыкнул, добавив ноток скепсиса. – Там ваши отмороженные головы ждут не дождутся, может после судилища отправят на более лучшую планету.

– Да, – парировала Машка, на правах хозяйки Шу. – Мы родом с планеты, где в сложных ситуациях пятеро соприкасаются лбами и склоняются над священным животным, – подмигнула мне.

Шу не понравилось столько внимания, выданного не порционно, как он привык, а сразу. Внезапно зверь стал пушистым шаром, с массой острейших игл, жала которых не причиняли нам вреда, вероятно повинуясь его желанию. Что там внутри с ним происходило, и как он вертелся – мы не видели, а лишь наблюдали движение игл с перемещением ушей, направляющихся к говорящему.

– И всё же, чем мы занимаемся? – я поинтересовался перейдя сразу на общение шёпотом.

– Как ты? – проигнорировала вопрос Рыжая.

– Отлично, хоть и были неприятные моменты.

– Тебя почти сплющило куском рухнувшего с высоты перекрытия, – продолжила доклад. – Нас чудом не зацепило, ты вытолкнул в последний момент.

– Не помню, – среагировал дежурной отговоркой. – Сейчас больше интересует то, что мы вообще будем делать. В глобальном смысле. Ты же не думаешь, что пресловутые Адепты, коими мы являемся, смогут что-то изменить будучи приписаны в дезертирские полки? А?

– Ну… – протянула.

– Ну и как восстанавливать монархию? – я продолжил натиск вопросами. – Реабилитация в твоей галактике существует?

Надсмотрщику не понравился мой усиливающийся голос и он ударил, ощутимо. Рёбра отозвались болью, распространившейся по грудной клетке и выстрелившей в область таза, как последствия недавнего состояния, «всмятку». Еле сдержался от вопля.

– Ещё раз и прогулку закончишь! – добавил деспот. – Остальных, так же касается! – рявкнул во всеуслышание.

Мы вернулись к начатой теме экстренного совещания.

– Продолжим?

– А смысл сейчас дёргаться? – меланхолия Алисы выглядит слегка наигранной. – Есть только один шанс – реальная реабилитация, кстати, она и поможет вам четверым легализоваться в Содружестве. Хасану уже установили нейро-сетевой имплант за заслуги, как личный подарок командующего планетарными силами. Я уже загружаю его базы рукопашными примочками. Владение холодным оружием подтягиваем до местных реалий, хотя он и так неплох, – подметила, а молчун покраснел. – Будем ждать окончательного приговора, а самое главное знаете в чём?

– Не делай мне непонятку, – я среагировал в манере одессита. – Не трать последний нерв, это больно.

– Нам не угрожает уничтожение по чей-то прихоти, – она понизила шёпот до едва различимых звуков. – Нейросеть не снабдили программой самоликвидации, посчитав, что это уже сделали ранее.

– А проверить им ума не хватит?

– А я считала показатели нейро-активности с соседей по зловонному трюму, – улыбнулась с загадкой. – Вам передам параметры имитации и всё будет айс. Запросто сможете смоделировать со своими возможностями разума…

Договорить нам не дали, скомандовав построение и, окружив, повели в другой, административный блок эшелонированной цепи фортификационных сооружений. Огромное, как показалось вначале, пространство центральной блок-базы полностью используется. Сверху это скопление приземистых строений с бойницами, входов в бункеры, автономных огневых точек с различным вооружением, а под поверхностью, покрытой чем-то каменным, мраморным или гранитным, простирается сеть лабиринтов основного назначения.

Шли быстро, почти бежали, что мешало хорошенько осмотреться, но несмотря на приложенные усилия в создании помех проводниками-конвоирами, кое-что разглядеть удалось. В полостях пород под территорией оборудованы многочисленные залы. Отведены сектора и зоны для личного состава и малогабаритной техники, склады и накопители грузов, ждущих распределения по блок-базам плацдарма.

Коммуникации завязаны в единое целое, прорезая транспортными артериями комплекс бункеров и казематов. Вероятно, что обеспечение расходными материалами, типа боеприпасов и других требующихся поддержанию обороны вещей, происходит автономно, независимо от загруженности магистралей личным составом.

Бункер, избранный для обсуждения нашего дела, встретил ожидающим комитетом из офицеров высшего командного состава. Никакой мебели, одни голые стены с проводкой в армированных кожухах, источники света по периметру и несколько дверей шлюзов. Обычный зал на перекрёстке тоннелей, встречаемых нами неоднократно по пути следования.

Нас выстроили в шеренгу приказав молчать и слушать. Я ожидал чего угодно, например разбирательства, проясняющего причину обнаружения живого лейтенанта, командира отделения, Алис Ларсен, вопреки гибели всего личного состава на обороняемой планете, но оказался неправ.

Подозрения закрались не беспочвенно. Например, нас ни разу не расспросили о корабле, существование которого является событием в Содружестве Живан, если следовать пояснениям Алисы о его уникальности. Класс кораблей «Интерстэллар» – это нечто такое, что и подумать страшно.

Напичканный технологиями ушедших он наверняка присвоен тем, кто нас обнаружил. Ведь принадлежность к научным судам, выявленная в результате мимолётного знакомства, просто-напросто обязана поставить на повестку вопрос о его происхождении, как и нашему пребыванию на борту в качестве пилотов, капитана и членов команды. Но ничего такого из вопросов не прозвучало до сих пор, ни от кого.

– …приговариваетесь к отбытию наказания в Системе Сигма-4. Планету выберут непредвзято, открытым голосованием уполномоченных офицеров, или жребием. Приговор обжалованию не подлежит!

Я вернулся из мыслей к завершению монолога. До меня наконец дошло то, что вызов группы новоиспечённых героев, и дезертиров, в первую очередь, осуществлён с единственной целью, а именно, для зачитывания приговора и его немедленного исполнения. Влипли походу, конкретно. А на что я надеялся?..

Глава 4. Планета крови и возможностей. Сигма-4…

Всю дорогу обратно я нахожусь с чувством преддверия к скорому и безвыходному статусу изгоев. Сбежать с планеты, где охрана не нужна как явление, вряд ли удастся без помощи извне, а она, помощь эта, не предвидеться в ближайшем будущем. Алиса успешно скрывала свою принадлежность к опальному Дому Дэ, Арсэнов, посему содействие от монархистов изгоев отпадает, что означает только одно – искать выход самим, причём более перспективный, чем реабилитация на полях сражений.

Избежать поля боя не сможем, по любому, так что необходимо подумать над увеличением команды единомышленников за счёт новых участников. И где их, интересно, брать, если Алиса дала чётко понять о серьёзности положения с тайной своего монаршего происхождения. В погоне за наградой её сдать могут в два счёта. Н-да, ситуёвина ещё та. Надо думать, а что ещё остаётся на данный момент?

Пока размышлял нас успели вывести наружу, к той самой площадке у посадочного плато. Но вывело из раздумий не это, а суета техперсонала, вооружённого средствами спасения и контейнерами с инструментами.

Врачи с медицинскими кофрами скрылись за несколькими отбойниками, расположенными по периметру довольно внушительной площади с короткими взлётно-посадочными полосами. Все чего-то ждут. Нервозность при этом нарастает, что отчётливо читается в ментальном окружении, без всякого напряга с моей стороны.

– Что-то намечается, – подметила Алис.

– И, это что-то, очень не радостное, от слова «совсем», – подключилась рассудительная Валерия. – Вот и нас остановили. Суетятся стойкие солдатики. Кстати, насчёт стойкости, я не настаиваю на терминологии, – глянула на разбегающихся с иронией. – Что будет, а? Чего ждать-то?

– Угу. Ещё и дождь этот, больше смахивает на аэрозоль, мелкий и противный, – Маха сплюнула, пренебрегая культурой поведения. – Вот почему эта летучая суспензия лезет даже в трусы? Гадство прямо какое-то! – совершила такие выразительные и замысловатые движения тазом, словно вытряхивая что-то из потаённых мест. – Зараза, паразитство просто!

– Да ладно, не везде так, – Рыжая повела плечом. – Бывает и хуже, если дождь кислотный.

– Охренеть и не встать после оргазма! Лучше кайфовать лет десять расстрела из травматов, – блондинка не стеснялась в эпитетах.

Машинально отметил слишком короткую длину взлётно-посадочных полос, даже для штурмовиков и истребителей, именуемых флайтвариорами. Эти типы аппаратов наверняка мульти-атмосферные, без проблем гоняют и в космосе, и в планетарных средах. Вспомнил, что недавно попадались такие, мельком видел несколько экземпляров на корабле-базе, а может, правильнее говорить – на корабле-накопителе.

– Сейчас всё и случится, – я пробормотал себе под нос, ни к кому не обращаясь. – Вверх смотрите.

Друзья синхронно задрали головы.

– Ни хрена себе… штуковина! – выдала Машка, заворожённо рассматривая объект. – Амбец летит…

Причина образовавшегося кипеша появилась на светло-сером небосводе во всей ужасающей красе. Штурмовик, вывалившись из низких облаков, расставил всё по своим местам, отсекая излишние вопросы шлейфами дымящих двигателей в прострелянных гондолах на обтекаемых пилонах, и говоривших всё за себя. Из основания корпуса выдвинута торпеда, так и не запущенная в цель.

– Чего встали, как обдолбыши, нейро-стимами обкололись? – заорал кто-то из укрытия. – Боеприпас не вышел из захватов! Отстрела не получилось, а сам запуск был.

– Детонаторы активны! Мать их… – донёсся вопль техника-оружейника, улепётывающего на безопасное расстояние.

– Бегом в укрытие, отморозки на голову!

Конвоиры и персонал проорали ещё несколько витиеватых аллегорических сравнений в наш адрес прежде, чем ребята опомнились, и стремглав бросились к ближайшему отбойнику, на краю ВПП.

Ещё раз оглядел территорию блок-базы и удивился отсутствию личного состава, снующего до этого туда-сюда, занимавшегося делом согласно штатного расписания. Службы караулов и те скрылись в оборонительных точках линий периметров за стенами и энергощитами, спасаясь от приближающейся угрозы. Окружение словно вымерло. Оглянулся, оторвавшись от падающей глыбы чадящей техники, оценил скорость забега до ближайшего укрытия друзьями. Столкнулся нос к носу с Алисой, тормошащей меня за плечи.

– Ты долго собрался истукана изображать? – заорала в лицо. – Счас рванёт!

Испуг принцессы, видавшей в реалиях космических войн больше чем кто-либо из нашей компании, подействовал отрезвляюще. Побежал за ней, увлекающей за собой и продолжающей опасливо оглядываться.

– Да что опасного такого в обычной торпеде?

– Интегрированный боеприпас!

– Поясни, – попросил, перепрыгивая каменное ограждение.

– Молекулярный состав! Этот предназначен исключительно для вакуума. При взаимодействии с планетарной средой, типа атмосферы, поражение высокотемпературным облаком катастрофическое, – доложила сбиваясь от бега. – Хлеще плазменного подрыва, хотя и менее мощно.

– Есть и другие составы?

– Есть! Ещё страшнее. Воспламеняются только от детонаторов, не входя в реакцию со средами. Зато в корабельных трюмах эффект объёмного взрыва обеспечен. Отсеки наизнанку выворачивает…

Смертоносный болид наконец сорвался со стартовых крепежей и ударился об каменные плиты ВПП. Корпус не выдержал, треснул, высвободив страшную начинку. Молекулы вырвались наружу плазменным факелом, сжигая окружающую среду, включая влагу осадков.

Через секунду шарахнуло так, что языки пламени прошли над нашими головами и выжгли воздух, затруднив дыхание на несколько секунд. Меня обдало жаром, волосы затрещали, норовя вспыхнуть, но усилившийся дождь сработал пожарным предохранителем.

– Повезло, детонаторы не сработали, – заорали из-за укрытий технари. – Эти торпеды новые, оба состава в начинке…

Последняя фраза пролила свет на панику среди личного состава. Представил, как опасная молекулярная субстанция разносится по обширной площади, ожидая детонации и готовя общий шандец всему, до чего дотянется. В это время на полосу рухнул штурмовик, как назло рядом с злополучной торпедой. А что послужило толчком к моим следующим действиям я не знаю.

Рывком перескочил каменный бруствер. Частично используя транс-ускорение бросился к кабинам пилота и наводчика. Резко изменив состояние предплечья вонзил кисть внутрь кабины и нащупал механизм замка. Разрыв атомарных связей выполнил спонтанно, не осознавая последовательности воздействия на материал и вырвал кусок броневой обшивки, открыв доступ к телам.

Первичный осмотр и сканирование аур. Экипаж находится в бессознательном состоянии, что хорошо, если судить со стороны возможного провала и раскрытия способностей.

Потерял драгоценные секунды, разыскивая сенсор экстренного избавления от ремней и фиксаторов кресел. Далее дело сноровки. Пилота вынес из опасной зоны, передав медикам, а когда извлёк наводчика и почти отбежал на безопасное расстояние, в спину ударило с такой силой, что ноги оторвались, я приподнялся вместе с ношей, а поверхность устремилась назад, мелькая стыками плит перед глазами. Посмотрел вперёд, сгруппировался, видя как стена каземата с огневыми амбразурами стремительно приближается ко мне. Удар, и тысячи искр замельтешили, мешая рассмотреть бегущих на помощь нам людей.

Вроде жив, даже относительно цел, исключая проснувшуюся боль в костях из-за недавно перенесённой травмы. Успел подумать о скорой регенерации при помощи Машки с леркой, прежде чем оказаться в их объятиях под ругань надсмотрщиков, пресекавших общение между приговорёнными дезертирами. Ничего с их стороны по отношению к нам не поменялось. Ну и ладно.

– Тебя что, торкнуло? Газовой смеси надышался? – сердитая Лиса выговаривается, а сам смотрит с заботой и участием.

– Да ладно, поздняк метаться, – остановил не начавшуюся тираду. – Вон, старший конвоя бежит, счас начнутся дополнения к наказаниям.

– Не рассчитывай! – парировала. – Хуже не будет. Это за нами шаттл подали, вон, – указала в район ангаров. – Ещё приговорённые выходят, значит сейчас отлёт. И полковник спешит, – добавила повернувшись в другую сторону. – Этот может и похвалит спасителя, – повернулась на меня, ухмыляясь ситуации.

Подошедший распорядился отделить нашу компанию от основной группы дезертиров и пристально посмотрел в глаза каждому, не скрывая борьбы чувств, отразившейся в мимике. Затем коротко поблагодарил и проинформировал о снизошедшей лояльности. Нам пообещали транспортировку к месту отбытия наказания в комфорте, а именно, в состоянии стазиса, с пребыванием в отдельной каюте на весь срок полёта. Девушки искренне обрадовались, ведь перспектива жизни в переполненном зловониями и людьми трюме их не радовала. Я счёл это общей заслугой в обороне плацдарма, но разочаровался окончательно, когда услышал объяснение.

– Пилоты очень дороги, – довела суть Алиса. – Нейро-ипланты, базы знаний, как и общее время практической подготовки – это огромные расходы. Рядовой, среднестатистический гражданин Содружества вряд ли их потянет, так что… – развела руки в знак извинения. – Так что, нам просто оплатили перелёт в нормальных условиях. Вероятно, спасённые члены экипажа штурмовика постарались… Ну что, в добрый путь?

Беседовать на эту тему и расспросы учинять желание пропало. Шаттл доставил нас на орбиту, где в ангаре корабля-накопителя нашу пятёрку снова отделили от основной массы приговорённых и провели коридорами к лифтовым кабинам. Несколько переходов по корабельным лабиринтам завершились прибытием в жилую зону. В крохотной каюте нам выдали аппараты погружения в состояние стазиса, ознаменовав скорое прибытие в систему Сигма-4, к месту начала исполнения приговора. Пообщаться не дали, хотя у каждого было на то желание. Полуобруч занял место на голове, аппаратура издала звуки подтверждения процедуры погружения, заодно отключая сознание…

* * *

Очнулся и поразился тому, что оборудование в работе, система подключена, полуобруч слегка сдавливает височную область. Глаза не открыл, почувствовав рядом чуждые ауры незнакомцев. Реакция на мыслеобразы оказалась предсказуемой.

Прыжком принял вертикальное положение, ударив парня, стаскивающего штаны со спящей в стазисе Марии. Частичное метаморфирование и ускорение повлияли на силу удара, увеличив его до смертоносного. Кости черепа урода издали хруст, а я наблюдаю сквозь зыбкую пелену замедления окружения начало реакции двоих солдат, стоявших у двери. Размахиваться не стал, с круговым разворотом нанёс удар по икрам, подсекая обоих. Выпрямляясь добавил два коротких снизу, одному попал в гортань, а второму в челюсть, вогнав её так глубоко, что кости вышли сзади шеи.

На всё затратил не более секунды, по своим расчётам, а в реальности и того меньше, скорее сотые доли. Осмотрел Машку, используя чередование ускорения. Ничего с девушкой ублюдки сделать не успели, а я задумался над возможностями организма к сопротивлению погружения в стазис, состояниям гибернации и анабиозу. Не успел поразиться, как в себя пришла Алиса, вскочившая в стойку и наблюдавшая за падением трёх тел.

– Это ты лихо, я и моргнуть не успела! Все трое – трупы! – оценила увечия и скорость их нанесения. – Надеюсь план есть?

– Избавиться от мусора на корабле возможно? – озвучил первое пришедшее на ум решение. – Так, чтобы никто не видел?

– Есть масса вариантов, но нам подойдёт только расщепитель, – кивнула на стену с еле просматриваемым контуром дверки. – Расчленять придётся, – озадачила, прикинув размер мусороприёмника, открывшегося после нажатия сенсора. – Скажи спасибо, что нам отвели бытовку, а не поселили в нормальной каюте с телеметрией охраны и сенсорами слежения.

– Думаю, что уроды на это и рассчитывали, – буркнул, одевая штаны обратно на блондинку. – Говорить ей о случившемся не стоит, да и не успели твари ничего. Слушай, что тут, баб нет? Не поверю.

– Есть тут всё, включая искусственных помощниц расслабухи личного состава.

– Резиновые, что ль?

– Обычные, – ухмыльнулась. – Выращенные в инкубаторах, биоорганические и тупые. Программа задаётся и вуаля, – заставила задуматься над технологиями воспроизводства себе подобных.

– А разум у них есть?

– Нет, от того секс с настоящими девчонками предпочтительнее, особенно если они сопротивление оказывают, – брезгливо посмотрела на трупы. – А эти – обычные извращенцы, брёвна насилуют, спящих и отключённых от реальности. Ты давай думай, как расчленять будем, – ещё раз осмотрела размеры приёмника отходов.

– Позволь, – я отстранил Рыжую. – Сейчас всё будет, – сам оценил габариты.

Решение пришло спонтанно. Размолотил кости уродам градом ударов своих метаморфированных рук и ног, поразив принцессу и заставив морщиться от противного хруста, наполнившего маленькое помещение. Затем мы засунули эти мешки с костями в расщепитель, точнее в приёмник. Алиса прислушалась, кивнула, когда услышала звук отдалённого падения мусора в распределитель.

– Теперь всё, за исключением камер и сенсоров, сделавших запись их входа сюда, – подвела итог.

– Их искать будут.

– Хм. Поищут и перестанут, – ухмыльнулась. – На этих кораблях без вести пропавшие – это норма!

– И? Что теперь?

– Твоя задача сорвать любой элемент охраны в коридоре и доставить мне, – решительно подтолкнула меня к выходу. – Давай!

Пришлось снова менять физическую форму и переходить в ультра скоростной режим, чтобы выполнить просьбу. Получилось, но я так вымотался, что готов рухнуть от потери сил.

– Потерпи, скоро наберёшь энергию, – успокоила.

Принцесса приступила к зачистке записей, что её нейросеть, принадлежащая к истиной, монархической, позволила с лёгкостью сделать. Заодно Бестия проникла в корабельные базы данных, не обременённые серьёзной защитой и ознакомилась с деталями нашего финального приговора.

Интерес вызвала планета. Алиса изучила её и задумалась, погрузившись в прострацию. Мне надоело видеть её опустошённый взгляд и я тронул подругу за плечо, возвращая в реальность.

– Что-то интересное? – спросил дождавшись реакции.

– Можно и так сказать, – вздохнула. – Даже не знаю, как отнестись. С радостью, или же готовиться к самому хреновому, – посмотрела на меня так, словно первый раз видит.

– Давай, подробности выкладывай, – щёлкнул её по носу, в надежде на возвращение привычной Фурии, Лисы и боевика. – Что?

– Основообразующая планета Сигма-4. Одноимённое название системы, – приступила к озвучиванию сухих данных. – Звезда Сигма, как ваше Солнце. На планете нет единого начала, так как живут и нормальные граждане содружества, и изгои-дезертиры. Постоянны конфликты с повышенной смертностью среди последних. Зато, это своего рода столичная планета, с распределением обитателей по моно-городам – автономным, самодостаточным, где живут нормальные люди и расположены правительственные службы, и резервациям – населённым дезертирами, преступниками и смертниками всех мастей, избравшими дислокацию рядом со свалками отходов и космического мусора. Свой флот имеется, как и у изгоев, так и у нормальных граждан. Только охраняется он гораздо круче любой блок-базы, ведь наличие оружия у преступников противозаконно, и карается смертью без суда и следствия. Короче, веселье наступает очень крутое. Добавлю, что отправиться на бойню – это предпочтение и счастье основного числа осуждённых, так как смерь получится быстрой и относительно безболезненной.

– Ты умеешь успокоить, – признался в своём возбуждённом состоянии.

– Да, совсем забыла упомянуть о бандах всех мастей, жаждущих замочить любого за такие мелочи, как чистая вода и брикет пищевого концентрата. Ну что? Сбацаем групповое харакири, или пободаемся? – ухмыльнулась видя мою растерянность.

– Пободаемся, или мы не Адепты с Земли? – пробубнил, пребывая под впечатлением короткого пояснения. – Остальных будить будем?

– Будем, – кивнула, осматривая телохранителя с девчатами, – судя по данным – как раз выходим из гипера.

Под впечатлением от краткой, но ёмкой информации, и находясь в состоянии лёгкого офигения, приступил к выводу из стазиса остальных членов своей команды.

Я только-только успел вывести из режима Хасана, как дверь открылась, сопровождаемая звуком пискнувшего элемента запора и работой приводов внутри переборки. На пороге остановился облачённый в броню военный чином сержанта, как объяснила Алиса, пообщавшись с нашей троицей Адептов мыслеобразами. Визитёр осмотрелся и уступил место какому-то лейтенанту из лётного состава, по моему из недавно спасённых мной.

– Заносите и подождите снаружи, – он отдал распоряжение.

Трое экипированных в штурмовые комплекты бойцов внесли кофр с нашим питомцем, изъятым перед погружением в стазис и пять армированных ранцев. Положили в центре и удалились, не задавая вопросов.

– Та внутри то, что поможет пережить первые часы, – многозначительно посмотрел на вещи. – Перед высадкой загляните. Рационы я заменил на военные, пилотного состава экспедиционных сил, и кое-что ещё. А теперь, мне пора и удачи. Авось увидимся после вашего реабилитирования.

Алиса слегка склонила голову и тут же выпрямилась. Мы последовали её примеру выражения благодарности. Пилот ещё раз посмотрел на нас, останавливаясь на девушках и поцеловал руку Алисе, смутив меня и её.

– Время! – крикнул сержант. – Пора к ботам.

– Да-да, уже выхожу, – лейтенант поклонился и вышел.

Беглая ревизия вещевых ранцев выявила массу полезного в содержимом. Помимо пищевых наборов отыскались плазменные резаки техников-ремонтников и самое важное, заставившее Принцессу обрадоваться как ребёнка. Комплекты из двух коротких ножей, обоюдоострых, заточенных на молекулярном уровне и имевшими плазменный контур, правда с отсутствующими элементами питания.

– Правильно он сделал, что вынул энергоёмкости, – кивнула Рыжая.

– Это почему? – уточнила Маха вертя в руках острые подарки.

– Сканеры засекут.

– Понятно.

– Тогда прячем, а перед прыжком вооружаемся, – распорядилась Алиса. – Помните, как высаживались на плацдарме? Так вот, нас ожидает повторение, только на этот раз враги – это падальщики карантинной зоны. Люди, живущие отъёмом того, что есть у новоприбывших. Заметьте – хозяев предварительно убивают.

– Класс! – Машка сплюнула.

Хасан сделал по другому. Он спрятал оружие в рукавах, показав пример и нам. Больше никто не отреагировал на новые открывшиеся перспективы сражения, ожидающего новичков-дезертиров.

Нас вывели и повели вполне обычным маршрутом к ботам для десантирующихся. По пути отметил, что путь проходит в технических коридорах и лифтах, а выйдя в отведённый под погрузку ангар нас ожидала знакомая картина. Приговорённых гнали в огороженных рукавах как скот, исключая любую возможность контакта с нормальными членами экипажа корабля-базы.

Знакомые до боли внутренности бота и подвес в захваты, правда в этот раз без экзокорсета с оружейным и бронированным обвесом. Простые ремённые крепления, охватывающие торс и всё. Одежда на нас обтрепалась после боестолкновения, но тактический обвес бронепластинами, наколенниками, набедренниками и всеми остальными элементами остался. Благодарные пилоты даже доукомплектовали амуницию, так как многое оказалось утрачено после той высадки и попадания под дружеский огонь. Пожалел о отсутствии иллюминаторов, когда бот дёрнулся освобождаясь от гравитационных захватов. Очень хотелось увидеть планету изгоев из космоса, однако не сложилось.

Снова я вишу над враждебной поверхностью с той лишь разницей, что ни чёрта не видно. Высадка на теневой стороне планеты, гораздо крупнее Земли, что заметно по темноте. Ведь на родной матушке ночь не бывает до конца тёмной из-за светила, которое зайдя почти сразу начинает путь к восходу. Рукояти подарков плотно легли в руки и я приготовился к отстрелу карабинов.

Габаритные огни ещё пары десантных ботов указали на своё местоположение относительно нашего. Через секунду на днищах корпусов зажглись прожекторы, обозначив лучами зоны приземления бедолаг, включая нашу группу. Алиса сосредоточена, на губах Хасана появилась зловещая ухмылка, презирающего опасность человека, готового к рукопашному бою до смерти. Машка взяла свои ножи обратным хватом, когда лезвия выходят вниз кулаков, а Лерка использует оба варианта.

Отстрел и свободное падение. Жёсткое приземление на каменистую поверхность. Ушёл кувырком вперёд, стараясь вырваться из под лучей прожекторов, остановился и замер, щурясь и всматриваясь в ночь. Я специально держал один глаз постоянно закрытым, чтобы быстрее адаптироваться, как учил сосед Александр, объясняя тонкости специальной подготовки. Помогло. Отреагировал на тень, бросившуюся на меня из-за какого-то кустарника. Использовать способность метаморфировать и ускоряться очень трудно, из-за растраченных запасов внутренней энергии, но первую атаку удалось отбить.

Металлическая бита просвистела над головой, когда я увернулся. Удар наотмашь с переходом в нижнюю стойку заставил противника взвыть и ринуться с разворота в новую атаку. Тут я запнулся за камень и падая подсёк его ногу. Противник завалился, пролетая мимо, а мне попалась лодыжка под лезвие. Два удара и урод упал, чтобы принять клинок грудью. Легко бронированное облачение, мышечная ткань и кости поддались, кровь оппонента брызнула на моё лицо и одежду. Противно и мерзко.

Не теряя времени осмотрелся, переведя дух лишь на секунды. В лучах света, падающих сверху идёт жестокий бой. Десантирующихся убивают, нападая стаями, жёстко, без сантиментов и не давая шанса остаться живыми. Прикончив раздевают, забирают всё, что можно с бьющихся в агонии. Начал искать друзей, зная что и они нырнули в теневую зону, больше ориентируясь на чутьё и поиск аур. Повезло сразу. Вычленил сигнатуры Машки с Леркой, Алиса поблизости рубится в свалке боя вместе с Хасаном.

Ярость читается в каждом. Кинулся в их сторону и налетел на наблюдателя, местного, следящего за боем. То что он отдаёт распоряжения и каким-то образом ведёт контроль осознал, но рефлексы взяли своё не дав осуществить пленения. Ножи в руках с частичным транс-ускорением превратили безобидный толчок в смертельный выпад. Лезвия вошли в грудь и шею, практически отделив голову. Натиск со стороны комитета по встречам тотчас уменьшился, а эмоции друзей сообщили о завершении их боестолкновений победами. Вскочил и помчался вперёд, продолжая прерванный путь.

– Лёвка! Придурок, что лезешь в мой бой? – Алиса, еле-еле успела становить руку, занесённую для удара. – Мог попасть под раздачу, псих ненормальный. Давайте живо за мной, всех касается! Уродство, а не карантинная зона! – выругалась и метнулась в ночь. – Догоняйте и не отставайте!

– Вообще-то, я немного переживал, – почти обиделся на её ненормативное приветствие.

Бросился вслед за друзьями, вспоминая того человека, нечаянно встреченного в запале ночного боя. Как я не рассмотрел ауру, способную к столь мощному ментальному воздействию? Ума не приложу. Интересно, а сколько таких способных ещё встретится в этой галактике, а на планете изгоев? Надо поговорить с Рыжей на эту тему, а пока буду стараться не шандарахнуться, споткнувшись в очередной раз.

Не придал значения смене рельефа, а обратил внимание уже будучи на крутом подъёме, передвигаясь по сыпучим камням, и только потому, что ноги грозились потерять опору. Только-только забрезжил рассвет, поразивший необычными красками небосвода над линией горизонта, словно в облаках присутствует большая часть атомов и молекул из таблицы знаменитого химика Менделеева.

Глава 5. Новые реалии. Выбор одиночек…

Долгожданный привал.

– Вовремя, – односложно выразился Хасан, дыша тяжело и громко.

Оценить степень усталости боевика позволило сравнение с Алисой, осматривающей местность и девчатами, даже не вспотевшими, как мне показалось. Тут же понял причину. Наш молчун совершенно не снабжён имплантами, увеличивающими силу и выносливость, в отличии от принцессы, имеющей полный пакет важнейших девайсов в реалиях содружества.

Машка и Лерка, беззаботно разглядывающие восход местного светила, Адепты, как и я, следовательно физические нагрузки из-за перепадов силы притяжения нам не страшны. Это я принял с единственной поправкой, ведь моё тело устало. Сравнил ауры и причина всплыла на поверхность ответом. Всему виной мои преображения и частое, в последнее время, использование паронормальных способностей ментата, таких как: телепатия – чтение и передача мыслей; эмпатия – умение «считывать» и проживать чувства других людей; психокинез – до конца не освоенное мной передвижение объектов в пространстве; психометаболика – особо часто применяемое воздействие на собственное тело, с изменением организма, его структуры, материи; наконец, психопортация – способность к исчезновению в одном месте и появление в другом, которую чувствую но не владею.

Всё из этого арсенала, применённое в короткое время, вымотало, заставив обратить внимание на физические нагрузки связанные с подъёмом. Я тоже устал.

– Да уж, – Машка заботливо смочила тряпицу водой и положила на лоб телохранителю. – Ты прям горишь. Не вздумай ослабнуть и заболеть.

– Угу, слушаюсь, моя госпожа! – молчун созрел на шутку. – Есть что пожевать?

– Я приготовлю, – Лерка открыла ранец, и приступила к вдумчивой ревизии припасов. – Алиска, поможешь разобраться со всем этим? И кстати, – открыла кофр с Шу, так и не выпущенный из рук. – Беги, погуляй и теперь сам ходи за нами. Маленький, а тяжёлый, как свинцовый.

Пока друзья занялись насущным, у меня появилось время осмотреться на новом месте, на планете, где предстоит провести неизвестное количество времени.

Обширное плато колоссальных размеров ограниченно горной грядой, у подножия которой находимся и мы, ставшие лагерем на отдых. Посмотрел вверх и оценил высоту скальных образований, начинающихся ещё немного выше по пологому склону. Гряда изрезана трещинами, расщелинами и провалами различной величины, уходящими в глубину горного образования. Мы как раз находимся перед началом такой трещины, точнее прорехи в скалах, похожей на выход из узкого каньона неизвестной протяжённости.

Оценил местное Солнце и спутник планеты находящиеся визуально рядом. Размеры очень большие, а цвет светила темно-оранжевый. Может по этой причине и не спалило всё на поверхности своими лучами, ведь если сравнить диски Земного Солнца и этого, то разница получается существенная. Плато, простирающееся перед нами, огромно настолько, что гряда на его противоположной от нас стороне смотрится мелкой возвышенностью, поднимающейся из туманной дымки.

Справа, так же наполовину скрытые туманной дымкой рассвета, видны высокие сооружения. Присмотрелся и озадачился. Это точно Мега-город распростёрся в правой части плато. Его небоскрёбы начинаются с окраин невысокими зданиями, увеличивающимися по всем параметрам к центру автономии. Грандиозное зрелище.

В центре наблюдаю что-то непонятное, но искусственное, похожее на рукотворные холмы правильной геометрии, и созданные из странного, разномастного материала. Очень похоже на муравейники, собранные неизвестными из того, что под руку попалось. Самих копошащихся не вижу, или из-за большой удалённости от места, или по причине банального отсутствия тружеников, строителей.

– Это свалка, – пояснила Алиса, продолжая готовить перекус. – Посмотри левее, там как раз город изгоев.

Молча воспользовался советом Принцессы и напряг зрение, так как дымка рассвета ещё скрывала сконцентрированные строения, что все вместе подходят под понятие города с натяжкой. Сильное различие отметил. Сооружения в нём гораздо ниже небоскрёбов Мега-города, однако занимают более обширную площадь и не имеют фортификационной стены, которую удалось рассмотреть вокруг города нормальных граждан Содружества.

Это значит только одно, а именно такую немаловажную детальку, при которой местные ещё и обороняются, или фильтруют гостей из поселения дезертиров-изгоев. Увидел ещё несколько групп сооружений, разбросанных по плато тут и там в произвольном порядке. Деревни что ли? Затрудняюсь утверждать. Разберусь походу, ведь времени у нас достаточно.

Сделав предварительные выводы из короткого, ознакомительного наблюдения, я ещё раз обвёл взглядом всё пространство плато, стараясь понять, что же в итоге оно мне напоминает.

Пока думаю, отмечаю малое количество растительности. Небольшие клочки тут и там, типа оазисов жизни посреди каменистой пустоши, разбросанных неизвестным по недоразумению, или при плохом настроении создателя.

– Лёвка, чего задумался? – Мария незаметно села рядом и положила голову мне на плечо. – Мысли твои можно читать как в открытой книге, – ухмыльнулась и посмотрела на меня, повернувшегося к ней лицом.

Взгляд красавицы блондинки заставил нервничать по двум причинам. Она внесла в обычный взор столько нежности и заботы, что стало неловко, но глаза… Глаза заставили и вздрогнуть, внутренне напрячься, и тут же оттаять, вспомнив кому они принадлежат в суровой действительности.

Во время душевного волнения тёмная синева полностью окрашивает глаза, светлея к зрачкам, где на чёрном фоне белеют хрусталики. Жуткое зрелище для любого, даже для меня, встречающегося с таким проявлением иной сущности в моих девушках, Адептах. Причём, основное время глаза совершенно обыкновенные, человеческие. Всё хотел спросить, а что происходит с моими, но постоянно забываю про такую мелочь.

– Ты очень милая, знаешь об этом? – я не выдержал и приобнял девушку.

Неосознанно положил руку на талию и слегка спустился ниже остановившись на сгибе бедра. Замер, поняв что допустил вольность, но она прижала её своей ладонью, оставшись сидеть в таком положении.

– Леон, не нужно стесняться, – прошептала. – Давай сейчас просто посидим, а если что, то я готова и на большее, – однозначно намекнула на интимную близость. – Посмотри, как, всё-таки, тут загадочно красиво, словно на исполинской луне.

Меня прострелило, но не от её нежного настроя и томного шёпота, способного довести до потери контроля любого мужика, а от сделанного сравнения.

– Ты умница и красавица, – я поцеловал её целомудренно в макушку и продолжил смотреть на плато. – Согласен, давай просто посидим немного, посмотрим, а позже поделимся впечатлениями и выводами, – сделал вид, что не понял толстого намёка.

– Согласна! – прижалась плотнее.

– Повторюсь, ты моя умница.

– Хих! Надеюсь, что твоя, – озорно хихикнула, села поудобнее и замолчала, присоединившись к созерцанию.

Я, ещё раз, вдумчиво оценил все за и против, прежде чем прийти к окончательной версии о рельефе планеты, носящей странное название Сигма-4. С этим и отправился к Алисе под сопровождение недовольства Машки, отлипшей от меня с выражением досады. Застали компанию за кашеварством, причём Хасан лежал, меланхолично глядя в небо. Молчун отреагировал на наше возвращение, привстав на локтях со взглядом ревнивца, что новостью ни для кого давно не является. Мужчина влюблён, однозначно. Пока это проявление никого не напрягает, но что случится дальше?

– Налюбовались? – Лерка спросила с интригой. – За валуном как раз ничего не видно…

– Лер! – Маха насупилась. – Может не будем?

– Молчу-молчу.

– Так, что важного увидел? – Алиса отвлеклась от помешивания разбухшей на огне субстанции. – Поделишься? Лёв, я же прекрасно вижу, что у тебя свербит в одном месте. Колись и озвучивай смелые предположения.

– Ждём, – подбодрила длинноногая Брюнетка.

Такого вступления я ожидал, посему отказался от интригующего начала с позированием изображая греческого мыслителя или философа.

– Алиса, вашество галактическое наше, отвлекитесь, – обратился к Рыжей, поддерживая юмор. – Маш, подмени подругу.

– Слушаю тебя, прям вот вся во внимании, – исполнила реверанс, придерживая виртуальное платье. – Давай, что надумал?

– Ну-ну, хочется верить, что ты не вычерпала инфу по планете из баз корабля накопителя?

– Что успела. то озвучила, практически ничего не нашлось вразумительного в базе службы безопасности, – ответила честно.

– Я вот что понял, вначале о рельефе, точнее о его оригинальной форме. Имею ввиду это плато с горными образованиями вокруг, – приступил к озвучиванию выводов. – Жаль, что нас лишили возможности посмотреть на планету с орбиты, но то что я вижу очень похоже на гигантский кратер. Одно смущает, это глубина плато. Я наблюдал как-то в Жигулёвских горах падение камня в глинистую жижу, – сделал паузу. – Очень похожее образование получается. Что скажешь?

– Хм! – Алиса выразительно хмыкнула и задумалась, что-то припоминая. – Ну, а что, – наконец вышла из состояния паузы. – Ты практически прав, за исключением единичного кратера. Их очень много и вся поверхность ими усыпана. Размеры разные но один факт я озвучу, внесу крохотную правку, – не вытерпела, отвлеклась на готовку, добавив ещё немного воды из запасов в ранце. – Заметил, что растительности практически нет?

– Трудно не усмотреть.

– Так вот, она выброшена вместе с плодородным слоем за границы. Там, – махнула за спину в сторону скал, – наверняка есть участок с непроходимыми зарослями и местными животными. Представь всю поверхность разрисованную зелёным, с белёсыми кругами, разбросанными хаотично.

– Представил, – я зажмурился.

– И мы, – хором подтвердили остальные.

– Вот так и выглядит планетарный рельеф, – Лиса продолжила, после того как сняла пробу. – Но большая часть этих кругов – синяя, из-за попадания космических болидов в океан. Структуру поняли все?

Я задумался, представив всё отчётливо и даже присвистнул, осознав тот апокалиптический коллапс, который перенесла планета в момент бомбёжки метеоритами и другими космическими телами. Вдруг подумал, что живность тутошняя, если смогла такое пережить, то стала весьма опасна. Покосился на скалы за спиной.

– Теперь, можно высказать предположения относительно устройства общества? – принял свою порцию концентрата, поданную Махой в фольгированной ёмкости.

– Давай, проверим эрудицию, – Алиса кивнула вместе со всеми, приступая к трапезе.

– Судя по Мега-городу, обнесённому фортификационной стеной, управление планетой сидит в каком-нибудь из таких защищённых мест и трясётся, поддерживая порядок только на этих огороженных территориях. Изгои селятся или в покинутых городах, что вероятнее всего, или во взятых приступом, но ранее. Имею ввиду, что сейчас противостояние не такое явное, – оценил кивок согласия от Принцессы. – Могу предположить, что мирное сосуществование только набирает силу. Заметил несколько спонтанных поселений, точнее даже временных, очень напомнивших железный рынок, где в контейнерах хранятся товары на продажу или обмен. С одной стороны – средства для жизни, поступающие из Мега-городов, а с другой – редкое барахло или ещё бог знает что, но присутствующее только на свалках, судя по всему, в вотчине дезертиров. Ну и всё вытекающее из данной ситуации. Наверняка существуют теневые монстры, подмявшие под себя бизнес с той и этой стороны, но нужно ещё больше информации, – посмотрел на оживившегося Хасана. – Дружище, – обратился к молчуну, – нам скоро предстоит прогулка по злачным местам, если не возражаешь.

– Леон, я хотел именно это предложить, – глаза телохранителя блеснули. – Познакомиться с местными реалиями не терпится, и весьма кстати.

– Продолжу, – я остановил его словесный поток и пресёк выпады со стороны прекрасного пола. – Ещё немного внимания. Те, кто отправляется в поход на десантных кораблях, как на убой, они либо проштрафившиеся, или принадлежат к третьей касте среди населения. К числу отважных парней, несогласных влачить жалкое существование и готовых искупить проступок кровью, дабы вернуть имя. Как вариант, но это не могу утверждать однозначно. Помимо всего, есть и банды конкретных отморозков, например как те, поджидавшие новеньких в зоне высадки.

Я закончил монолог и проследил за реакцией каждого. Друзья задумались, а Алиса в очередной раз хмыкнула и кивнула, дав понять о большом проценте правдивости моих суждений об устройстве местного общества.

– Да, удивил! Нечего сказать, – Рыжая подвела итог. – И когда отправляетесь?

– Доедим эту субстанцию, потом замутим отдых на пару часиков с дремотой, и в путь, – я озвучил ближайшие планы.

– А как же мы? – Лера не вытерпела.

– Вы занимаетесь устройством лагеря, – пояснил. – Чуть углубитесь в трещину за спиной, или что там? Может каньон с выходом к флоре с фауной? Короче, занимайтесь по хозяйству.

– Вот возьму и не соглашусь, – Маха попыталась отвертеться, с надеждой глянув на Хасана. – Возьмёте с собой? Женский взгляд на ситуацию не помешает, а девчата, парни?

– Да шут с ней, – Рыжая махнула рукой. – Втроём отправляйтесь. А что насчёт товара, обменивать то, что будете?

– А вот, – я повертел в руке один из подаренных ножей. – От одного можно избавиться, заодно посмотрим на спросы.

– Ну хорошо, – Алиса немного расстроилась, как любительница холодного оружия. – Только один.

– Вот и прекрасно! А теперь отдыхаем и в путь, – подвёл я итог. – Хасан, особенно тебя касается, отдых имею ввиду, – решил уточнить, заметив недовольство и бравирование перед девчатами.

На этом экстренное совещание завершилось и мы позволили себе лечь, разместившись всей бандой рядом на одном и укрывшись вторым покрывалом, входящим в комплекты ранцев и напомнившими фольгу. Тепло исходящее от тел моментально аккумулировалось под оригинальной накидкой и добавило комфорта. До времени выхода честно проспали, так как усталость взяла своё.

Пред тем как вырубиться, я ещё раз прошёлся по тем фактам, что доподлинно знаю, основываясь на сведениях уточнённых Рыжей. Если удастся, то можно развернуться и реализовать одну комбинацию, о которой не рассказал остальным, сочтя мысль сырой и преждевременной. Однако выгоды предполагаются, как и скорое изменение нашего статуса среди изгоев. Главное, что бы всё срослось, как модно выражаться, или чтоб пазлы правильно сложились.

Отдых закончился очень быстро, я проснулся, вновь оказавшись внутри переплетения девичьих конечностей. Ну вот не успокоятся никак, хоть связывай, а подумав, вспоминаю себя и свои привычки. Тоже люблю всё складывать на кого-нибудь. Выбрался из захватов еле-еле, ведь старался не разбудить своих валькирий, как ни крути. Не совсем удачно получилось, судя по недовольным вздохам и ворчанию.

– Ну, пора, – поторопил Хасана, складывающего в ранец только самое необходимое на его взгляд.

– Горелку возьму, – молчун отреагировал на моё удивление. – Пригодится, мы же планируем на свалку заглянуть? Сдаётся, там масса полезного, – подмигнул девчатам. – Вдруг что-то отхватить придётся, отрезать понадобится…

– Убедительно! – мне ничего не осталось, кроме как согласиться. – Эти доводы весомы.

Наскоро закончили сборы, не забыв снова предложить Махе остаться с девушками, занявшимися обустройством лагеря в трещине или проломе, кстати не такой уж и узкой, до семи метров в некоторых видимых с нашего положения местах и поворачивающей почти сразу после входа. Хорошее природное укрытие получается в случае правильного использования. Алиса намекнула Блондинке, что собирается на разведку вглубь, но мелкая не повелась на заманчивую перспективу стать разведчиком местности. Проведя финальную ревизию вещей, подлежащих обмену по набросанному черновику плана, отправились в путь.

Спуск проходит гораздо легче подъёма в темноте местной ночи и есть время оценить склон. Множества валунов различных габаритов удачно маскируют тропу, точнее направление, от посторонних взглядов с плато. Склонен в утверждении, что даже в случае применения спецсредств, типа оптики или тактических визио-усилителей, нашу стоянку вряд ли засекут так запросто, нахрапом или ввиду какой-нибудь случайности. Поделился мыслями со спутниками, и получил подтверждение вывода от обоих.

Петляли долго, ориентируясь на центральную часть обширной площади, намереваясь посетить свалку и одну из спонтанных барахолок по пути, но поняли бредовость затеи. Расстояния чересчур огромны, придётся ночлегом вставать посреди пустошей, что не радует. Не хватало попасть в руки к падальщикам местного разлива, или как они тут называются.

Спустились к подножию пологого склона, преддверия скальной гряды окружающей плато и остановились, всматриваясь сразу по трём направлениям. Увидеть что-то полезное или способное облегчить путешествие не довелось, и нашей троице ничего не осталось, как продолжить пешее путешествие, избрав ориентиром один из ближайших оазисов местной флоры.

Потратили не менее двух часов, ступая по растрескавшейся почве, напомнившей верхние слои глины или грязи, ставшие коркой под лучами местного светила. Внезапно сзади раздался нарастающий звук, исходящий как от земных проводов высоковольтных линий, потрескивающих под воздействием электромагнитных полей, или ещё из-за чего. Очень похоже на звуки транспортных средств на гравитационных платформах. Упали там где стояли, втроём, как мне показалось, но я ошибся в очередной раз не увидев Хасана. Только чувствую его присутствие. Приготовив ножи, замерли, ожидая появления неизвестных.

Транспортное средство, отождествлённое мной с раздолбанным в хлам антиквариатом Земного происхождения, типа – «запорожец без крыши и колёс», остановилось напротив. Патрубки и проводка оригинально переплетают силовую установку, открытую без намёка на обтекатели и иные элементы кузова. Абориген на месте пилота, или водителя, не знаю как правильно его назвать, снисходительно глянул в нашу сторону. Создалось ощущение, что у него компас имеется, указывающий на появившихся живых.

– И долго валяться будем? – прохрипел вопросительно. – Ночью новенькие прибыли, вот я и собираю выживших. Не пугайтесь, выходите. Я работаю на Лемма, если слышали…

Из-за пучка травы, достаточно высокой, хотя и скупой на пушистость, выпрыгнул Хасан. В три прыжка оказавшись внутри, так называемого салона, за спиной говорившего, молчун приставил к его горлу нож.

– Не, не слышали, – прошипел Хасан ему в ухо. – Какие твои шансы остаться живым, чел, работающий на Лемма, которого все обязаны знать?

Мы с Махой встали и поспешили выручать заложника.

– Даю такой нож, – повертел в руках ценность. – Нам бы до центра добраться. Сговоримся?

– Почему нет? – таким же хриплым голосом ответил неизвестный. – Железку от горла уберите. Ладно я сам, – вздохнул, видя отсутствие реакции у Молчуна за спиной.

Коротким, точным движением схватил руку с ножом и сжал, выдав нам на обозрение механическую конечность, протез, заменивший кисть. Наш боевик тотчас выронил оружие, а хозяин транспорта выпустил его.

– Не нужно конфликтов, – обозначил своё настроение. – Хороший клинок, мне подойдёт. Хм, – хмыкнул рассматривая добычу. – Образец новый, да ещё и военный. Узнаю подарки экспедиционной флотилии летунов, сам был одним из них. Однако это много.

– Мы не жадные, – я поспешил поддержать дружелюбие диалогом. – Если много, то позже, когда осмотримся там, отвезите нас сюда. Ну и то барахло, что с собой возьмём.

– Готовьте ещё подарок, как пропуск на свалку, – абориген озвучил основу отношений с местным товариществом. – Запрыгивайте, только замаскируйте даму, они тут редки. Такая красавица непременно станет вашим товаром для обмена, хотите того или нет.

– Лады, – согласился занимая место в салоне гравикара, рядом с Махой.

– Хм, там под ногами мешковина, – ухмыльнулся старик, если по внешности судить. – Маскируйтесь, особенно волосы и лицо, а звать меня Э,Шок, я тут всё знаю. Независимый. Одиночка, иногда выполняющий заказы мистера Лемма.

Транспорт оторвался от поверхности, двинулся вперёд, сменив курс и неприятно жужжа, а я принялся исправлять привлекательность блондинки, отдав должное той малой информации, услышанной от аборигена. На планете есть где развернуться. Испытал восторг по поводу существования независимых группировок, даже одиночки имеются, а также порадовался технике, способной существенно расширить список моих планов по укреплению положения в новом мире.

Дальше мы двигались с относительным комфортом, не считая той пыли, что поднималась шлейфом сзади и берущим начало впереди гравикара, то ли из-за движения воздушной массы под днищем, то ли из-за взаимодействия гравитационных полей планеты и транспорта. Пожалел об отсутствии тактических очков с нейро-наворотами, потерянных в первом бою на злополучном плацдарме, абсолютно новёхоньких, так и не используемых ни разу за всё время пребывания в незнакомой галактике.

Так и двигались, пока не оказались у низенькой стены, уходящей в обе стороны на неопределённое расстояние, с пропускным пунктом, подобным блок-посту. В нескольких километрах начинались огромные холмы свалки. Их составляющие уже возможно рассмотреть. Нечто напоминающее сопла из фильмов про космос узнал сразу, из-за размеров, не идущих в сравнение ни с чем виденным ранее. Фрагменты кораблей, части пилонов, куски двигателей и вообще – кучи различного барахла и материала, составили основу этих нагромождений. Более мелкие детали и мусор пока рассмотреть не получалось, зато видно спонтанное сборище людей, по крайней мере с этого расстояния так показалось…

– Э,Шок, ты с кем? – вооружённый охранник обратился к нашему пилоту.

– В этот раз с торговцами. Неудачно скатался, – он пояснил с хрипотой и ленцой. – Либо всех перебили вчерашних, либо успели по норам разбежаться, так что, – развёл руки, извиняясь, – мистер Лемм не дождётся пополнения, хотя ещё не вечер. Всё возможно. Кстати, как там у других с уловом новобранцев?

– Так себе, – коротко бросил боец в разномастной, потрёпанной экипировке сродни нашей. – Товар показываем! – повернулся ко мне, выбрав старшим. – Или разворачивайтесь. Без платы никто не покопается на свалке, тем более, что новый сброс был совсем недавно. Куча полезного прибыла с периферии, есть и отходы с оружейного производства. Так как? – сделал паузу, рассматривая Маху в мешковине, с лицом и измазанным сажей и грязью, – Есть что предоставить в уплату?

– Пара брикетов концентрата из лётного рациона питания, подойдёт? – я подумал, что хорошего ножа им многовато в качестве пропуска.

– А сами-то, что потом жрать будете? Примчитесь выменивать назад? – ухмыльнулся. – Дело твоё, возьму и чешите дальше, удачно покопаться. Как надоест самим выгребаться в борьбе за жратву и жильё, устраивайтесь на свалку.

– Посмотрим, – я вежливо протянул оговорённое. – Это всё?

– Да, проваливайте, вон уже следующие подгребают, – он отмахнулся, глядя за наши спины. – Что-то ещё?

Продолжать дискуссию не стали, наш проводник-пилот стартовал, подняв пыль и направив гравикар к толпе у подножия холмов. Через минут тридцать, или меньше, мы остановились напротив людей, распределившимся на две составляющие. Одни находятся за подобиями прилавков, а другие, те, кто придирчиво совершает обход с осмотром товаров, наполняют всё остальное пространство между многочисленных рядов. Есть ещё и те, кто приходит, выкладывая на торг новинки, только-только добытые среди груд мусора.

Попросили старика подождать и покинули развалюху, способную передвигаться по чистому недоразумению, как мне кажется. Я сразу занялся осмотром дефицита, стараясь выявить спрос и понять способы оплаты. Должна же тут присутствовать хоть какая-то валюта, помимо вещевого обменного фонда. Хасан с Махой не поддержали меня, отправившись прямёхонько на свалку, знакомиться с ассортиментом. Ну да ладно, главное девушка с телохранителем вдвоём, уж он побережёт белокурое создание, или наоборот, она его. Всё может быть с просыпающимися способностями нашего брата Адепта.

Самое ходовое выявил сразу, это элементы экипировки, амуниция, одежда и продукты питания. Вторым идут тактические навороты, наверняка сломанные или работающие с минимумом полезных функций. Элементы питания, батареи и далее что-то непонятное. Трубки разной длины, бруски материала, шлейфы и запчасти в любом виде. Для чёрного рынка Мега-города, надо полагать, приготовлено. Налицо дефицит, которым не брезгуют, собирая мусор на свалке.

Выделил присутствие нескольких оптовиков, одетых лучше основной массы, а это значит, что свалка предполагает общий интерес группировок с обеих сторон живущих на Сигме. С другой стороны, обеспечение всевозможными ресурсами страдает, из-за того, что планета считается отбросом в Содружестве.

Особо я ничего не выискал полезного, но обратил внимание на отсутствие такой детали своеобразного рынка, как мелкие мошенники, если провести параллель с лихими девяностыми на Земле, в России. Эту тему истории я плотно изучал в своё время, убедился в правильности мыслей и приступил к осуществлению своего наглого плана, не спеша, и с расстановкой.

То, что могло понадобиться выменял очень удачно. Нож терять не понадобилось, ограничился концентратом. Приобрёл несколько листов материала, похожего на металл, поддающегося обработке и ещё по мелочам. Ёмкости взял, уменьшенного варианта баллонов газа. Систему клапанов, самого широкого ассортимента и разнообразия, трубки разного диаметра, короче, набрал массу всего.

Пожалел, что разговорчивых людей мало, ведь требуется прояснить массу вопросов, ну да ладно.

Машка с Хасаном вернулись как раз к тому моменту, когда я начал откровенно скучать. Аналогично гружёные всячиной, сравни моего хлама. Хмыкнул, отметив однотипность некоторых вещей, гадая о мыслях, что посещали парочку во время блуждания по свалке.

– Я смотрю, у вас улов? – приободрил Хасана. – Когда вернёмся в лагерь, тебя ждёт предметный разговор. Как и тебя Машка.

Хасан с блондинкой кивнули в унисон.

Молчун, открывая ранец, и доставая захваченную ёмкость с водой, засветил наличие новёхонького холодного оружия. Вот это он зря поступил так неаккуратно среди охотников за чужим добром, коих я тоже приметил и старался миновать тесного знакомства, не привлекая излишнего внимания. Но теперь, как говорится – «поздняк метаться».

От группы дюжины отморозков отделилась парочка, взяв курс прямиком к нам, предварительно переговорив с мелким парнем, подсмотревшим содержимое вещей в ранце. Двое здоровых парней в доспехах, с некоторыми элементами брони выполненными кустарно, уверенно продвигались, расталкивая попадавшихся на пути, и не выпуская из виду нашу троицу. «Безумный Макс» из вспомнившегося фильма отдыхает, нервно куря в сторонке и переминаясь с ноги на ногу. Видок ещё тот.

– Машка, Хасан, – шепнул. – Подыграете мне!

– Но…

– Вы всё поймёте с первых секунд разговора, – перебил вопросы, – не с-сать в компот, всё предсказуемо, даже слишком просто! – успокоил, но выражения удивления с беспокойством не рассеял.

Демонстрируя полное безразличие к происходящему я встал вполоборота, продолжив контролировать приближающихся. Вокруг люди затихли, предвкушая зрелище. Когда один из уродцев приготовился выдать фразу, резко обернулся к нему лицом.

– И что привело сюда вас, неужто хотите засвидетельствовать глубочайшую радость встречи и проводить до гравикара? – сбил его порыв. – Хватайте поклажу и давайте за мной! – зло прошипел, отворачиваясь.

К этому моменту к нам уже подходили остальные члены банды, и вероятно старший услышал окончание наглого монолога чужака, больше похожего на откровенный наезд.

– И кто тут такой наглый? Страх паскуда потерял, – сильная рука развернула меня. – Какие твои шансы уйти отсюда живым и при своём?

– Такие же, как у твоего балбеса заломить руку моего парня, – мотнул головой в сторону Махи. – Ещё вопросы?

– Не понял?

– Может забьёмся на что? Иль нищета сейчас в моде? – я вытащил три ножа, в ножнах и отдающих новизной. – У меня вот, а у тебя есть что равноценное?

Действовать пришлось на страх и риск, надеясь на толпу собравшуюся вокруг. Уродец хотел перейти к радикальным действиям, но осёкся под испытующими взглядами лиц, явно приехавших из Мега-города и имевшим вес в среде местных бандосов. Их группа отреагировала разными способами, но определённо отрицательно, когда главарь местечковых рэкетиров выхватил тесак, отдалённо напоминавший топор вместе с битой. Очень оригинальный инструмент для убийства.

Его аура наполнилась злобой, он пристально взглянул на гостей и вновь посмотрел на нас, ведущих себя непринуждённо, но только внешне. Хасан уже готовился выхватить то, что спрятал в рукава, а Мария почти перешла в режим трансметаморфа. Еле успел её остановить, мысленно подав сигнал. Глаза Адепта чуть потемнели, и сразу вернулись к изначальному.

– Н-да, я жду, – пришлось ограничить паузу, действуя по принципу раздражителя.

– Ты не суетись, – парировал вожак. – Он подыщет равноценную ставку, а пока объясни правила.

– Так бы сразу, – я деланно снизошёл и сменил тон. – Смотрите и запоминайте.

Пришлось наскоро оборудовать, точнее очистить один из прилавков, сметя барахло в сторону. Бегло объяснил суть реслинга, борьбы на руках и обозначил нехитрые правила. Заинтересованность в окружении возросла, народ и гости загомонили, обсуждая новинку развлекаловки.

Машка поняла что требуется, заняв положенное место. Продемонстрировала разминку, играя на публику, что всем понравилось но переигрывать я не позволил, добавив просьбу организовать видимость борьбы. Чумазая подруга согласилась и успокоила посылом красочных образов.

Здоровяк вернулся и бросил на стол карту доступа, или электронный ключ.

– Ставлю лайтфлай, – заявил он, садясь напротив. – Достойная ответка.

– Ну что ж, правила знаете, приступим, – жестом пригласил оппонента. – Насчёт три, и без всяких там заявок, типа, не успел подготовиться или собраться. Готовы? – дождался кивков. – Три!

Глухой удар об поверхность стола прозвучал моментально. Отморозок вскрикнул, подорвавшись с места и обвёл присутствующих ошалевшим взглядом, как бы ища поддержку. Но…

– Хм… Всё честно, – подтвердил вожак. – Ещё поборемся?

С этими словами началась чреда смены противников и ожесточённых споров. Народ ликовал, но не делал ставок на победу того или иного участника, что я быстро исправил.

К вечеру, после цепочки побед и продуманных поражений, мы поболтали с бригадиром, оказавшимся достаточно умным, чтобы идти на конфронтацию с нашей компанией сразу. Однако нас на заметку он точно взял и наверняка доложит хозяину, что мне и надо для успешной реализации будущего плана.

Всё выигранное осталось при нас, включая горсть наличных, полученных от городских наблюдателей. Сколько денег в итоге получилось не знаю, но Алиса всё точно скажет.

– Э,Шок, нужна твоя помощь, – я сходу озадачил старого знакомого, подойдя к стоянке с разномастным транспортом. – Помоги взять в аренду тягач и манипулятор на грави-транспорте.

– Ого! Да вы, батенька, поднялись на ажиотаже, – он усмехнулся, оценивая добро и особенно его количество. – Не вопрос.

– Этого хватит? – я протянул горсть наличных, полупрозрачных голографических карточек.

– Вот это пойдёт, – старик взял пару штук. – Ждите тут, я так понимаю, нужен только заявленный транспорт и техника, без хозяев, для чего-то, требующего отсутствия посторонних?

– Именно, пусть тебя это не смущает. А что?

– Тогда придётся заплатить вон тому парню, – указал на праздно шатающегося индивида. – На предмет отслеживающих маячков проверит всё. Ладно. Я скоро.

Глава 6. Что легко, то трудно…

– Лёва, сзади! – истошно заорала Маха.

Интуитивно пригнулся и исполнил разворот с ударом локтём, просчитав сигнатуру положения тела атаковавшего. Предугадывать действия становится легче раз от разу. Удачно получилось, принимая во внимание, что энергетических сил морфировать совершенно не осталось. Удар пришёлся в поясницу борову, незащищённую броневставками из-за банального дефицита. На что он надеялся, идя откровенным тараном? На то, что меня не предупредят глазастые товарищи? Так это типичная ошибка людей без мозгов, с заплывшими от злости глазами, с «упавшим забралом», как принято выражаться.

Вопреки продолжения разборок я решился на устранение проблемы по иному, оставив человеку статус уважаемого, принятый отморозками его круга. Пока размышлял, чёрт здоровый развернулся, не обращая внимание на нанесённую мной травму.

– Предлагаю тебе забрать свой лайтфлай, – остановил новую атаку, подняв руки в успокаивающем жесте. – Но с условием. Как? Согласен?

Я уже точно знаю, что этот вид местного транспорта относится именно к статусным, а этот экземпляр ещё и неисправность имеет. Выше пяти метров не поднимается.

– Что хочешь? – прорычал здоровяк, продолжая готовиться к атаке.

– Мелочь, для тебя так уж точно, – я изобразил безразличие. – Плюсом, заработаешь.

– Ближе к делу, – начал успокаиваться, косясь на свою игрушку, у которой выстроились товарищи со стариком.

– Прикроешь через неделю на барахолке?

– В смысле, от чужих?

– От всех, кто вдруг обозлиться.

– А повод? – он заинтересовался.

– Поводы будут, и я не хочу терять выигрыши, как в данную минуту с твоим лайтфлаем происходит.

– Ну… – почесал затылок, изобразив потоки мысленной активности. – Попробуем. Я тут всегда, легко найдёте на входе к барахолке.

– Договорились, – я кинул ему карту контроля и отвернулся, обозначив конец переговоров.

Бандит недоверчиво посмотрел на вещь, и медленно прошёл к технике, стараясь рассмотреть подвох с нашей стороны. Тщетно. Ничего не произошло и он убрался восвояси, постоянно оглядываясь. Настала очередь заинтересованных поворотом сюжета Машки и Хасана.

– Всё под контролем, – я усмехнулся. – Поймёте в лагере.

– Лёвка, ты умеешь создать интригу! – Блондинка улыбнулась. – Тебе это уже говорили, – и развернувшись продолжила сборы с погрузкой.

А вещей много. Особенно же ребята не въезжали, зачем мне понадобилась ёмкость, точнее резервуар с разбитого корабля, размерами с вагонную цистерну, даже чуть больше по диаметру. Стенки как в термосе, даже круче. Тройные с простеночным пространством, усиленным перемычками твёрдости, словно пчелиными сотами. Успокоил, размещая её на одной из арендованных грави-платформ, при помощи нехитрых в управлении манипуляторов. Поймут, и довольно скоро. Не дурнее же меня.

Провозились долго и выдвинулись назад к началу сумерек. Караван из грави-платформ возглавил Э,Шок, показавший себя надёжным знакомым, хоть и новым. Интересно общаться с этим человеком, отшельником по натуре. В ауре читается отсутствие лжи и корысти, вместе с безразличием к положению нашего лагеря, что импонирует.

Неожиданно я забеспокоился, ведь отыскать место стоянки в условиях темноты, не зная доподлинно ориентиров весьма трудно, а помощь пришедшая от Алисы обрадовала. Принцесса встретила нас у подножия и ахнула, оценив приобретения. Особенно пара грави-скутеров её порадовала, как достойное местности средство передвижения.

– Н-да, уж. И как мы всё это наверх затащим? – Рыжая хмыкнула, реально озадачившись.

– Запросто! – я кивнул на тягач и систему манипуляторов погрузки-разгрузки. – Новый знакомец помогать отважился, говорит – ерунда.

– Тогда ладно, – пожала плечами. – А цистерна на кой чёрт?

– Сама не догадываешься? – меня гордость взяла от их непоняток. – Закройте глаза и представьте, как обрадуетесь, но потом! – отмахнулся от расспросов очередной загадкой. – Всё будет нормалёк!

– Ну ладно, – не стала настаивать на немедленном пояснении.

– Подождём! – Машка подхватила. – Не вижу других вариантов разговорить интригана! Ну что, за работу?

– А то? – Э,Шок обозначил готовность, садясь за управление тягловым транспортом. – С ёмкости и начнём! Очень мне интересно, какая в ней надобность. Может подсмотрю стоящего чего, – добавил задумчиво.

Приступили и провели в работе всю ночь, лишь раз отвлёкшись для отдыха и перекуса. Утром легли довольные собой и проспали до вечера, подошедшего времени рассказа о той части плана, что носит название «Дом»…

* * *

Идея использовать ёмкость себя оправдала. Мы установили её и обрушили часть пород, привалив её до середины от самого основания. Работая резаками соорудили несколько входов, применив вырезанные куски для дверей. С окнами поступили аналогично, смонтировав остатки как жалюзи, закрывающиеся изнутри. Алиса приспособила движки из барахла, полозья сделали. Дело осталось за источником питания, с которым Э,Шок заикнулся помочь.

Ёмкость разделили надвое, создав два этажа. Пригодились листовые материалы. Первый отвели под спальни, разграничив переборками, а верхний под общие нужды и зал общих сборов. Интересно и уютно получилось, ведь внизу мы создали подобие коридора и даже душевую с санузлом предусмотрели, но пока без важных атрибутов, к которы привыкли. Посетовали что мебели не хватает, но тогда барахолка на что? Посему расстраиваться не стали, надеясь решить и эту бытовую проблему.

Неделю копошились за работами, пока срок аренды техники не приблизился к финалу. Вечера коротали за очень интересным занятием, обучением ремеслу шарлатана, если уж своими словами называть вещи. Я поведал друзьям и попросил Хасана с Махой пролить свет на игру в напёрстки, конкретное разводилово лохов. Но с условием приближенным к местным реалиям. Помимо мягкого шарика, сделали и нормальные. Цвет выбрали под цвет напёрстков. Это для честных раундов, чтобы люди не сразу распознали подвох.

Вообще, смешно получалось первое время, когда мягкий шарик норовил выскользнуть из зажатых пальцев из-за чрезмерной упругости. Изменили материал и всё, дело пошло.

Затем вспомнили линеечки. Тот же развод. Это когда у подставного игрока встречается цифра победителя и начинается тяжба, кто кого деньгами перебьёт. Нормальная тема, как раз к договорённости с бандой. Пусть сами трясут будущих должников.

– М-да, – Лера покачала головой. – Нас или побьют, или закопают, или на руках станут носить.

– Это ты к чему? – Машка встряла.

– К тому, что после недели игрищ у нас появятся кучи учеников, – ответила Алиса. – Готовьтесь к изменению статуса и работать не придётся ни единого часа.

– Чего мы, собственно, и ждём, – я подтвердил правильность её мыслей. – Так и задумано, это чистая правда. Но есть и ещё кое-что, но об этом позже.

– Надеюсь так же нагло?

– Иначе тут не проживём. Ложимся, завтра срок аренды истекает, заодно и проверим, глянем итог с обманом и отъёмом средств у азартных лохов.

На такой положительной ноте завершилась первая неделя нашего отшельничества и новоселья в относительно безопасном укрытии. В днище мы прорезали сразу два люка, выходящих в расселину и дающих возможность выбраться незамеченными, в случае чего. Оборону тоже предусмотрели. Не ахти какую, но уж куда нам заиметь что-то более фундаментальное в данной ситуации. А дело вот в чём, всё просто.

Баллоны с автоматическими компрессорами восстановили и создали разветвлённую систему пневмоударных орудий. Клапаны отрегулировали на дозированный выброс сжатого воздуха, или иной газовой смеси, через трубы разного диаметра. В качестве зарядов использовали шары и дротики, изготовленные из трубок меньшего размера, лёгкие и прочные, способные пролететь приличное расстояние практически не изменяя баллистической траектории.

Получилось здорово, из-за серьёзного давления смеси газа. Алиса, к тому же, придумала добавить воспламенитель, но пока изготавливать не стала, я разубедил, сославшись на преждевременность, а так, в целом, уже сейчас получалось, что при попадании между броневых пластин таким болтом, тело прошьёт насквозь.

Дёшево, сердито и спасёт от случайно заблудших отморозков, хотя и не надолго. Всё это, лишь на крайний случай, ведь с плато наше убежище не просматривается, ни с подножия, ни с любой из сторон. Все прекрасно понимают, особенно я, что это всё только временное, ничего постоянного, если будем следовать согласно не озвученного плана по укреплению положения в условиях местных реалий.

Итак, наскоро позавтракав, мы распределились на грави-скутерах, уполномочив Э,Шока управлять сцепкой из тягача с вереницей грави-платформ, включая спецтранспорт с манипуляторами, как самого опытного, по ни кем неоспоримому факту.

Разместились, согласно габаритам. Я с Махой и Алисой как с самыми худыми, Лерка села с Хасаном, из-за роста брюнетки, топ модели нашей.

Знакомый маршрут, практически по прямой, с объездом скудных клочков зарослей завершился логической остановкой перед блок-постом.

– Давно вас не видел, – приветливо выразился безразлично смотрящий на мир охранник. – Успел заскучать.

– Да и вам не хворать, – ответил на любезность. – Дней восемь, от силы. Что-то не так? Может чего случилось? – среагировал на его интерес, проявившийся в пронизывании взглядом Махи.

– Да нет, в норме. Поборемся на руках с твоим парнем? – кивнул в сторону опешившей Блондинки.

– Продуешь, – я пожал плечами. – Хотя… Ставить что будешь?

– Недельный пропуск без оплаты, – он продемонстрировал перекаченную руку. – Такой расклад пойдёт?

– Не вопрос, – Блондинка ухмыльнулась. – За язык никто никого не тянул…

Скорые приготовления прошли под рассказы о популяризации забавы во всех эшелонах местного пролетариата и сильных мира всего. Машка в грязь лицом не ударила и выбила месячный проездной. Ребятишки азартными оказались, и предсказуемо попытали счастья наивно поглядывая на худую бестию, удачно замаскированную нами под парня.

– Ну, коли у вас больше ничего не осталось, – я наигранно серьёзно развёл руками. – Тогда мы помчимся дальше?

– А то? – охранник помассировал плечо. – Езжайте, пока не передумал. И, это… Удачи. Охотников побороться с твоим пацаном прибавилось…

– Ладно. С нас абонемент, – подытожил кто-то из стоящих сзади. – Как и обещали.

Выслушав замечание выдвинулись к шлагбауму главных ворот, видневшемуся на горизонте рядом с мусорными холмами. Что же будет дальше? Кто знает? Правильно – никто…

Добрались скорёхонько и распрощались с грави-платформами, не забыв заплатить нечто вроде неустойки за увеличившийся срок аренды транспорта. Но кое-что нам помогло. Э,Шок высыпал горсть маячков в ладони хозяевам, намекнув на несоблюдение договора и существенно сбавил сумму, так называемого, оброка.

Нас ожидает новое занятие, классифицируемое новоиспечённой «бандой разводил» под одним названием, таким как «выемка средств с бестолковых лохов», желательно с туго набитыми карманами. Очень надеюсь на визитёров из Мега-города, как на потенциальных азартных игроков.

– Лёв? – обратилась Лера озабоченно.

– Ну что ещё?

– А нейро-импланты, вкупе с продвинутым мозгом? – продолжила не обратив внимание на общую заинтересованность. – Раскусят махинацию и огребём по полной программе.

– Не парься по этому поводу, – я парировал. – Дело в том, что любой человек азартен по сути. Ума не приложу, почему до сих пор не увидел нечто вроде казино или игорного дома. Хотя… – я невольно задумался и ткнул локтём Алису, держащую меня за талию. – Что принцесса об этом думает?

– Всё верно, я про Леркину догадку, – она проговорила громко, чтобы пассажиры обоих грави-скутеров слышали всё более чем нормально. – С появление нейро-имплантов, усиливающих потенциал мозга, игорный бизнес заглох. Я показывала вам в Вегасе, на земле, как легко просчитываются комбинации. Но вот с вопросом мухлёжа к игре ещё никто не подходил.

– Ну, – я чуть не выпустил джойстики управления, по привычке, что бы развести руками. – Наша теперешняя жизнь это, как движение на жёлтый свет, постоянно на грани фола. Никто не знает что принесёт очередной перекрёсток.

– Оригинальное высказывание, – Алиса хмыкнула. – С таким настроем может и пронесёт.

– Тогда всё нормально, раз понимание достигнуто! – я завершил диалог. – Подъезжаем, кстати, нас ждут. – кивнул в сторону встречающей банды. – И их больше, чем в прошлый раз.

Наш кортеж из двух аппаратов замер на парковке, встретившей увеличенным количеством всевозможного транспорта, отличавшегося радикально друг от дружки. Экземпляры столь сильно разнятся, что по ним реально прочесть все уровни достатка хозяев. Например, один вообще состоит из движущей установки с единственным местом для пилота, рваным и потрёпанным. Самый же крутой отдаёт лоском новизны обтекателей и комфортом. От скутеров до лайтфлаев.

Принимая во внимание не единственный в своём роде базар барахла, я склонен думать, что тут собрались сегодня гости с соседних точек, разбросанных по пустынному плато вокруг свалки.

К нам подошёл тот самый боевик, что зацепился в прошлый раз и продувший транспорт.

– Отойдём? – не здороваясь предложил он.

– Зовут то тебя как? – я не удержался с правомерным вопросом. – Нет привычки на «эй ты» общаться.

– Марл, – пояснил и обернулся на банду. – Тебя наш старший ждёт, ему и расскажешь, что придумал и чего опасаться. Про защиту и заработок, – напомнил и обрадовал предсказуемым действием вожака.

– Хорошо, идём.

Девушкам с Хасаном я велел остаться, добавив мыслеобразами необходимость беззаботного поведения без признаков страха. Машка красочно пояснила о занятии поиском мест для новых аттракционов. Линеечка и напёрстки ждут своего часа. Образы передала и сразу закрылась, боясь получить ментальный разгон от меня вместе с взбучкой. Пришлось отделаться одним лишь хмурым взглядом, обернувшись на секунду.

– Моё имя Роланд, – заявил гордый боец.

Осмотрел его внешность и вновь обнаружил манипуляторы вместо одной руки и ноги. Протезы чуть качественнее, чем у встреченных ранее. Например в трюме корабля-носителя или у того же Э,Шока. Суровый взгляд на лице, покрытом многочисленными шрамами, но и признак интеллекта присутствует. Что ж, с таки отморозком можно общаться, надеюсь всё хорошо пройдёт.

– Леон, – представился, не протягивая руку, кто знает как тут к этаким выпадам относятся?

– Так вот, Леон, – авторитет поставил ударение на имени. – Необходимо разобраться.

– Давай отойдём? – я покосился на членов бандформирования. – Лишние уши ни к чему.

Удалились на пару шагов.

– Что ещё есть в твоём арсенале? – он перешёл к делу.

– Много чего, требующее хорошей охраны от проигравшихся чудаков, – лукавить не имеет смысла. – С тебя охрана и лояльность, с меня честный процент от всего, – выдал предложение. – Как смотришь?

– А игра на руках? Подарить сможешь на неё право?

– Забирай, о рефери не забудь, – я пошёл на риск.

– Рефери?

– Ну да, – я выразил скуку. – Тех кто будет судить, собирать ставки и вообще, организовывать всё, – решил, что заинтересовать необходимо его размахом. – Или ты рассчитывал всё так и оставить на уровне местечковщины? Развлекалова для нищих или просто скучающих?

– Хм. – он почесал подбородок, заглядывая в сероватое небо. – Что ты хочешь?

– Делаем как скажу и тогда, – сделал паузу.

– Что?

– Мега-город, с его толстыми карманами, ждёт!

– Тогда, подпиши вот это соглашение, – он протянул голографическую карту.

– Это что? – меня насторожило отсутствие сетевых нейро-имплантов, раскусят влёт. – А, понял. Так у меня есть партнёр, она и оформит всё! – я подозвал взмахом Алису, скучавшую у грави-скутера. – Так нормально?

– Зови, мне без разницы, – Роланд безразлично кивнул.

Пока свершалась сделка, я пообщался с принцессой телепатически и ошарашился от простоты приобретения патентов в этой странной галактике. Рыжая пояснила, что любые игрища теперь могут приносить прибыль, только есть одно «но». Популяризация нужна и признание реслинга спортом, к примеру. На крайний случай комитетом по азартным играм. И то и другое – бомба просто. Поглядим, что получится.

– Ещё просьба, – остановил руку Алисы. – Сделайте инкогнито правообладателя, нет нужды светиться.

Принцесса не поняла, но подтвердила неординарную просьбу.

– А какой процент? – взгляд Роланда недобро сверкнул.

– Тридцати хватит, – я одновременно обрадовал и ошарашил его. – Нечего жадничать. Идёт?

– Неожиданно. Идёт, – авторитет не понял сути моей низкой заинтересованности.

Сделку завершили и нам выделили персональных охранников, коих требовалось инструктировать. Мы направились к Хасану и Валерии, скучавших у своих игровых столов. Ажиотажа пока нет, но эта проблема легко решается.

– Лёв, – Рыжая остановила, развернув к себе лицом. – Почему инкогнито я догоняю, но проценты?

– А сама подумай, – чуть не рассмеялся ей в лицо.

– И всё же, – не разделила веселья продолжая сверлить глазами.

– Да просто ведь всё! – пришлось сменить выражение. – Пораскинь своими навороченными мозгами. Мы уже двух авторитетов знаем, его и мистера Лемма, на которого иногда Э,Шок подрабатывает. А сколько их ещё? Внимание вопрос: кого они будут трясти, когда игра наберёт популярность? Я вообще хотел процентов семь оставить и пусть дерутся за жирный кусок, на нас внимания не обращая. Понятно?

– Хитро, – задумалась. – Всё верно, мы ещё людей действительно серьёзных не встречали, а это, – глянула на боевиков, – шушера местечковая. Правильно ты сделал всё.

На такой ноте беседы подошли к Лерке, возящейся с напёрстками и скучавшей в отсутствии клиентов. Инструкции сделал, озадачив бандитов защитой и уводом с глаз долой проигравших. Это оказалось совсем просто, ввиду их основного рода занятий и занялся привлечением игроков.

Первым делом оглядел снующие толпы и честно обрадовался подросткам.

– Алиса, дети откуда тут? – решил предварительно проконсультироваться с всезнайкой реалий содружества. – Не уверен, что это дезертиры.

– Представь, что и у изгоев бывают дети, – пролила свет, подтвердив и мою догадку. – Им, по крайней мере, не грозит участь умереть в бою с инсэктоидами. Но и жизнь так себе, как видишь. Зарабатывать на планетах изгоев на кусок концентрата себе…

– Я понял, – отмахнулся отходя от подруг. – Счас организую приток, но мелких не обувайте, а ждите серьёзных игроков, – подмигнул девчатам. – Готовьтесь!

Жаль, что Маха занята реслингом, уж она точно знает методику общения с контингентом беспризорников и босяков. Пришлось самому раздавать мелочь всякую и просить об ажиотаже вокруг Лерки. Пацанята способными оказались и нагнали толпу прежде, чем я завербовал ещё несколько отпрысков в поддержку Хасана с его линеечками. Глянув в сторону столика с напёрсточниками отправился к нему, прикинув количество наличных оставшихся после всего и подоспел вовремя.

Между двумя игроками уже завязался спор из-за выпавших одинаковых номеров.

Сориентировавшись я напомнил правила, открывая торг. По условиям выигрывает тот, кто переплюнет оппонента деньгами, но а мы имеем с этого хороший сбор, оставив заплаченную сумму себе почти целиком. Играя на азарте возможно всё. Кроме того, появился и первый подставной, которого снабжаю деньгами я…

Через пару-тройку часов мы уяснили, что жизнь налаживается, ну а к завершению торгов на барахолке никто из нас уже не сомневался в безбедном существовании на планете. Сигма-4 приняла новых изгоев с распростёртыми объятиями. Вопрос лишь в том, а надолго?

На стоянке мы честно расплатились с главой боевиков, выглядевшим очень довольным. Договорились о продолжении сотрудничества, о приглашении игроков и людей заинтересованных в ставках с других барахолок, с целью расширения и работы на перспективу. Популяризация идёт и это ясно всем.

Я задумался и над теми, кто увёз в Мега-город информацию о спорте, и одновременной игре. Нужно продумать жёсткие правила, приспособленные к таким местным наворотам у людей, как протезы и усиливающие нейро-импланты. А когда представил масштаб предстоящих умственных работ, то тряхнул головой, ожидая долгую бессонную ночь. Время работает не в нашу пользу, без этих чёртовых правил.

Глава 7. Никто не знает наперёд…

Э,Шок так и привязался к нашей команде отшельников. Мне это на руку, ведь есть хорошая возможность поговорить и разрешить для себя пару вопросов о устройстве общества, пока обделённых вниманием.

Грави-скутеры и его транспортное средство проверили на предмет отслеживающих маячков. Дополнительно установили самопальную систему против телеметрического и сенсорного обнаружения, предвидя нездоровый интерес не только со стороны проигравших игроков. Непременно случится то, что нами заинтересуются местные авторитеты всех мастей, мы под сомнение не ставим. Так что, пришлось задержаться под сверлящими взглядами боевиков ещё какое-то время.

Намеченное выполнили и отправились обратно к своей берлоге, или дому или цистерне с единственным постояльцем в качестве вездесущего пронырливого Шу. Зверёк теперь служит нам талисманом и вероятной разгадкой, хоть и будущей, о прошлом тех троих на корабле, подаривших троице адептов непонятные тату. Очень интересуют два странных полушария с паутинами разрядов между собой.

Кстати, необходимость отыскать его стоит в моих перспективных планах. Предчувствую то, что находится он не так далеко и совершенно не разграблен. Надеюсь на его защиту от нежелательных попутчиков. Биоморфов хорошо помню, как и газ, или воздействие ментальное, способные вывести из адекватного состояния любого ступившего на борт.

Плато изрезано глубокими и узкими каньонами, по крайней мере на пути к нашему пристанищу. Перелетая один из очередных я бросил взгляд вниз, оценивая глубину природного образования и удивился ровному дну. Остановился у края и махнул призывно Э,Шоку.

– Вот, – указал вниз. – Остановился посмотреть на разлом. Слушай, много таких?

– С этой стороны плато не так, как с той, что скрыта Мега-городом, – пояснил отшельник откровенно скучая. – Глубина у всех одинаковая, дно из мельчайшего гравия.

– У нас такой называют песком. Это хорошо, – я оставил себе пометку на будущее спуститься и проверить. – Ладно, едем дальше.

– А что? – не удержался он от вопроса. – Вижу, что есть новая мысль быстрого обогащения? – добавил немного лукавя.

– Всему свой черёд, – ухмыльнулся озарившей идее. – Машка, Алис, хватит вниз пялиться нам ещё добираться. Запрыгивайте уже.

Наш скромный караван помчался дальше, часто меняя направление. Петлять пришлось изрядно, заметно увеличив длину пути, однако никто не пререкался и недовольства на лицах не строил. Оборона у нас так себе, посему необходимо изрядно шифроваться, предугадывая шаги местных. Тем более, что до сих пор не ясно, где обитают те падальщики, что встречают прибывших в карантинных зонах. С ними точно цивилизованного общения не наладить.

Пока суть да дело, мой аппарат неожиданно заглох. Девчата пересели к Э,Шоку на его раздолбанный грави-транспорт, некогда бывший хорошим гравикаром, оставив меня одного. Я не сильно обеспокоился дорогой, узнав очертания скал на темнеющем горизонте и решительно вник в хитросплетения двигательной установки. Отшельник перед отъездом показал неисправность, а восстановить её оказалось легко. Нужно лишь немного времени потратить. Была идея бросить грави-скутер к чертям, но вдруг кто обнаружит и начнёт планомерно прочёсывать местность? Так и наткнётся на наше логово, рано или поздно.

Остался, рассчитывая и на то, что пока копошусь с грави-скутером и позже добираюсь, девчата сделают ужин и освободят душ. Очередь не люблю, а она наверняка образуется. Проводив взглядом друзей, взял изолирующий гель и несколько зажимов, приступив к скорому ремонту, соблюдая инструкции Э,Шока.

Догадка о намеренной порче транспорта пришла слишком поздно. Ну почему не подумал о такой банальщине? Я нервно заозирался, напрягая внутренние возможности, способности мозга, сканируя пространство в поисках аур, сигнатур или всего, что может указать на слежку с возможно последующей атакой.

Решение созрело в считанные мгновенья. Бросившись к скутеру запрыгнул и дал полную тягу, разворачиваясь по направлению к недавней трещине. Не обращая внимание на лучи прожекторов, вспыхнувшие одновременно с началом движения с обоих сторон.

Первую прореху в плато пролетел не успев среагировать, да и узковата она оказалась, а вот во вторую рухнул. Не успел испугаться из-за высоты, как грави-скутер дёрнулся от удара и принял горизонтальное положение на песке, перемешанным с мелким гравием. Я рванул вперёд, гадая о поворотах и крупных камнях, перегораживающих дно узкого, всего около пары метров, каньона.

Громкоговорители что-то орали сверху и сзади, видать нашёлся кто-то из смельчаков последовавших за мной прямиком на дно. Успел прикинуть, что это слишком круто для оборванцев, виденных у свалки, но извилистый маршрут не позволил додумать мысль. Я реально мчусь, не обращая на ор внимания, концентрируясь только на прохождении замысловатых поворотов, с периодическими углублениями и пролётами в гротах.

Полная концентрация внимания неожиданно перешагнула порог контроля с моей стороны. Окружение изменилось, очертания границ природного канала всплыли разветвлённой схемой. Тело самостоятельно принялось за управление, считывая показатели скорости и угадывая каждую смену в ситуации. Состояние транса преподнесло очередной сюрприз, в виде призмы интерфейса, мельком всплывшего некогда ранее, в момент полного преображения в Адепта ушедшей расы Древних. Окна интерфейса передают сводки данных непонятными иероглифами, но мозг усваивает информацию. Однако мне в очередной раз не повезло.

Внутренняя энергия, отчего-то, не пополнилась за все дни, даже проведённые в относительном спокойствии. Это та загадка, о которой я хотел расспросить Алису, но так и не успел. Моя безалаберность наверняка приблизит грядущую и довольно скорую расплату. А как же ещё? Осталось только сесть спиной к движению, к чему такая неопределённость. Заодно разгляжу преследователей!

Это предвидение звездеца осуществилось почти сразу, как работа мозга вернулась к первоначальному, задуманному природой ритму. Прозевав очередной поворот и стоящий за ним валун, я замедлил движение и получил укол в спину между пластинами защиты. Взор заволокло туманом, и прежде чем окончательно уснуть я ощутил сильнейший удар об злополучный камень, вывалившись из седла грави-скутера. На этом этапе мозг вздумал обидеться и сказал: «Всё – с меня на сегодня хватит!» Я, предсказуемо, вырубился на неопределённый срок…

* * *

– Интересная татуировка, словно выжженное клеймо, – фраза подействовала отрезвляюще, выведя меня из принудительной комы.

Привстал на локтях, попытался открыть глаза и это удалось с третьей попытки. Заодно добился нахлынувшего чувства тошноты и головокружения. Это или сотрясение, или последствия транквилизатора, ну или того самого нейро-стима, что с дротиком прилетел меж лопаток. Темновато вокруг.

– На, накинь вот, – на плечи что-то легло.

Похоже на куртку, возможно и мою, только без вставок и защиты позвоночника к весу коих успел привыкнуть. И по размеру напоминает её. Спустя минуту глаза привыкли к темноте, я сфокусировался на человеке, отошедшем назад, на своё место не так далеко от меня. Сидим на голом бетонном полу, причём не окрашенном.

– Попей, – добавил неизвестный.

Губ коснулась ёмкость и прохлада прошла волной приятной прохлади чего-то кислого, но не противного.

– Интересное сравнение, – среагировал на фразу о моей тату, осматриваясь. – Встречали такие ранее? – сразу закинул удочку, на удачу.

Мой вопрос остался без ответа.

Наконец-то мне удалось выпрямится, хоть и сидя на холодном полу, прислонившись к стенке. Такой же холодной, без декоративного покрытия и вообще, намёка на какою-либо отделку. Обратил внимание на умный взгляд человека, направленный в мою сторону. Почувствовал нечто сродни взгляда Алисы, когда находится в образе принцессы со всеми вытекающими. Неужто ещё один персонаж благородных кровей нарисовался на горизонте моей жизни. Интересно, что из этого получится. Основное же на данный момент это понять, что произошло и где мы находимся.

Мой страх вдруг ожил в глубине души или сознания, но не за себя, а за друзей. Надеюсь, что они додумаются не предпринимать мер по моим поискам, а спокойно продолжат жить отшельниками, соблюдая большую осторожность.

Кто схватил меня? Плоды ли это предательства того же Э,Шока, или простая случайность, такая досадная? Кто его знает.

– Ле, Булле, граф изгой по политическим убеждениям, – неожиданно представился сидящий.

– Хм. Если честно, то я не ожидал такого резкого перехода, – я слегка поклонился, помня о манерах. – Банальный вопрос задам, но это необходимо. Можно?

– Вполне естественная реакция на застенки приверженцев Собрания и Нового Парламента, – граф поклонился в ответ. – Задавайте, конечно.

– Лев, то есть, Леон, – титула официального не имею, а неофициального пока не знаю. Не успели просветить, – я склонился к преждевременности откровений. – Мы где? Понимаю что в камере, ну, а конкретнее возможно место обозначить?

Спросил и вдруг осознал, что не имею возможности просканировать его ауру ментально. Внутренняя батарейка окончательно села, что сделает моё пребывание в застенках местного «гестапо» красочным, эмоциональным и полным всех сопутствующих ощущений. Способность метаморфировать или входить в транс улетучилась, словно их никогда не бывало. Интересно, а очередная смерть поможет исправить такое досадное недоразумение?

– Мы в гостях у мистера Лемма, – ошарашил Ле, Булле.

– А кто он? Уже несколько раз слышал, но лично пересечься не представилось.

– Ну это правая рука у местного хозяина Мега-города, совмещающий аналогичную должность, теневую естественно, и у местных авторитетов дезертиров, – граф пояснил, запутав окончательно. – Вероятно вы чем-то отличились, раз вас взяли…

Договорить не дали приводы, давно не нюхавшие смазки, они неприятно заскрипели вместе с открывающейся дверью. На пороге возникли двое хорошо экипированных охранника.

– Ты, – один из них указал в мою сторону подобием дубинки. – Поднимайся. Ро, отстегни его, – попросил, обратившись к напарнику.

Тот спешно поднёс ключ-карту и энергетические наручники ослабли. Мои руки предусмотрительно завели за спину и вновь активировали силовые путы.

– Вперёд, – меня подтолкнули к выходу. – По сторонам не озираться, разговаривать запрещено.

Вместе с последними словами мне прилетело поперёк спины так, что в глазах потемнело. Чёрт!

Вышли в коридор достаточно широкий, чтобы по центру организовать ещё один, ограничивающий движение силовыми стенками. Причём мелкие частицы, вроде пыли, они пропускали, окрашиваясь мерцающей дымкой, как при игре в луче солнечного света. Одно лишь отличие – цвет не жёлтый или оранжевый, а голубоватый, местами ярко-синий, в зависимости от величины частиц в воздухе.

По стенам наблюдаю такие же двери из которых вышел. Количество достаточное, чтобы разместить множество узников. Центральный зал, куда упирается наш коридор, имеет форму цилиндра, разграниченного этажами и собравший на них множества таких проходов. В центре несколько полупрозрачных лифтовых направляющих, которые шахтами назвать язык не поворачивается. Хайтек интегрированный с тюремными казематами – это и есть моё определение и никак иначе.

Наконец мы прошли по переходу к лифту, на нём поднялись, этажей так на пятнадцать и вышли в более-менее цивилизованном зале, с нормальной отделкой стен и потолков. Охранников прибавилось. Меня вели лабиринтами коридоров до тех пор, пока не появились отличные двери, слегка затемнённые с угадывающейся обустроенной по высшему разряду приёмной. Двери кабинетов по разные стороны и одни большие по размеру впереди. Пришли, по моему.

Меня остановили перед входом и после короткого доклада я оказался в просторном кабинете перед хозяином, рассматривающим меня с одновременным интересом и пренебрежительностью, словно я падаль.

– Странно, я представлял тебя иным, – начался диалог.

– Каким?

– Молчать! Я говорю, а ты внимаешь. Надеюсь это ясно? – хозяин грубо разрушил мои надежды на нормальное общение. – Продолжаю. Кивни если дошло твоё положение!

Кивнул, а что ещё?

– Мне передали информацию, что ты недавно спас пилота на блок-базе. Довожу доя сведения, что будущее твоё определилось, как только ты это сделал, подтвердив лояльность к правящей партии приверженцев Собрания и Нового Парламента. Мне поручено довести до тебя суть. А именно, мне, и не только, нужны глаза и уши среди тех, кто живёт отшельниками. Чем дышат, на что и как существуют, какие настроения и почему им удаётся скрываться. У нас постоянный недобор по рекрутингу, когда присылают заявленное количество требуемых бойцов, – сделал паузу, подойдя ближе и всматриваясь в моё лицо. – Это не просьба. Думать тебе ровно час, а потом ты отправишься или назад в поле, где тебя подобрали, или в последний путь. Сейчас как раз требуются смертники для войсковой операции. Ну а выживешь там, тебе добавят срок, уж мы-то постараемся помочь. Не обольщайся и не надейся на скорою на реабилитацию. Усёк?

Во время монолога я обрадовался, когда не услышал и речи о друзьях. Наверное их в расчёт не ставят, что несомненно хорошо. Их не будут отлавливать, а мне придётся выкручиваться только самому. Один правомерный вопрос возникает – куда меня отправят и как я вернусь? Понадеюсь на удачу, ведь на способности, в моём состоянии выжатого лимона, не стоит рассчитывать.

– Свободен на час! Увести.

Итог подведён и меня этапировали назад в камеру тем же маршрутом. Пристегнули к стене и оставили наедине с графом, вопросительно уставившимся на меня.

– Тут есть телеметрия и прослушка? – первым спросил я, не желая проблем в будущем ни для кого.

– Хм. Ты разве не знаешь о скупости местных? – ответил вопросом.

– Откуда?

– Давай я тебе кое что расскажу из реалий планеты Сигма? – развязал интригу.

– С удовольствием! – подтвердил интерес ко всему, с чем доведётся сталкиваться. – Сам хотел просить, только есть одно «но». У нас с вами час времени и на основании сказанного я надеюсь принять правильное решение. Поможете?

– Ну ситуация такова, что планета умирает. Частично из-за раздрая в обществе, – он начал повествование.

– Это как раз понятно, – я перебил, решив поделиться мыслями. – Изгои и правительственные города, испытывающие однозначный негатив по отношению друг к другу.

– Нет не только, – граф задумался на мгновение. – На Сигме-4 и, вообще, в системе Сигма нет ничего централизованного кроме как в Мега-городах, противостоящих, скорее как враги. Заметили на поверхности мега-кратеры. Так вот, в большей их части и обосновались такие же самые автономии, как эта. Живут, стараются привлечь к себе дотации, поступающие от правительства содружества и присваивают выделенные средства и ресурсы. И свои, на развитие, и те, что даются на содержание поселений изгоев. Да-да, – он заметил моё удивление. – Их тоже присылают и смею заметить, что суммы очень даже внушительные, не говоря о продовольствии и материалах, зачастую не доходящих до адресата. Они даже на планетах иногда не появляются, перебрасываются по дешёвке в другие системы галактики Живан. На уровне правительств крутятся такие махинации, что и представить невозможно объёмы.

– Ого!

– Теперь вы понимаете настроение приверженцев Монархии?

– Ещё бы! – согласился с весомой аргументацией. – Но Вас же истребляют напропалую, при каждом удобном случае и в любых ситуациях?

– Нас много, но и среди дворянства старого мира нет единства, организацию некому возглавить. Великий дом уничтожен. Родственные связи отслеживаются на всех уровнях. Начиная от биометрии, заканчивая архивными базами знаний, где родовые ветви отслеживаются. Мы, конечно, все сопротивляемся, но вам ведь ясна абсурдность перетягиваемого одеяла?

– Хорошее сравнение, как из моего мира, – тут я понял, что проговорился и замер, ожидая ответную реакцию.

– Татуировка у вас интересная, – Ле, Булле улыбнулся краешками губ и резко стал очень серьёзным.

– Подробнее можете о ней сказать? Конкретики не хватает, – я решился немного приоткрыть завесу тайны. – Получена при странных обстоятельствах, а что означает – не имею понятия.

– Неожиданное откровение от представителя самой загадочной расы цивилизации ушедших Древних, – он сверкнул глазами, но не от злобы, как мне показалось вначале, скорее от мимолётной радости или надежды. – Так получается, что вы не знаете своего потенциала? Жаль, но несмотря ни на что мы вас давно ждём. Скажу лишь о наличии артефакта, очень важного, охраняемого новым правительством трепетно и не безосновательно.

– И что же в нём такого? – увеличивающиеся количественно загадки мне давно не нравятся.

– Есть слух что он открывает управление или присутствие чего-то, что изменит жизнь, – меланхолично высказал граф тоном сказителя легенд. – В какую-то сторону изменит, это однозначно. Появится и преемник, способный обуздать это нечто.

– Классно, что ничего не ясно, – пробурчал я с досадой. – А ещё, какие реалии местные? Война та же?

– Н-да, война… – собеседник вздохнул. – Она всегда шла среди антропоморфов и людей. Инсэктоиды, самые сильные противники в этом плане, в отличии от тех же рептилоидных рас. Те попросту наживаются на конфликте, поставляя всё, чего кому не хватает. Оружие, амуниция и топливо для реакторов синтеза, начиная от военного, и до гражданского применения. У них в системе обширные запасы открыты сравнительно недавно и активно реализуются.

– У меня предположение возникло, – решился задать вопрос на основании анализа вышесказанных фактов. – Могу задать наводящий вопрос?

– Безусловно.

– Почему нельзя иметь на Сигме-4 летательные аппараты, даже атмосферники или лайтфлаи, которые, судя по всему, находятся вне закона?

– Не совсем так, – он придвинулся ближе. – Они есть в наличии, правда с ограниченной высотой полёта. Намеренно ставятся ограничители на такую технику, даже в Мега-городах.

– Чтобы не иметь возможности перемахнуть через хребты вокруг кратеров? – я высказал логическое продолжение.

– Именно! Таким образом, идёт борьба с возможным объединением, как изгоев так и населения Мега-городов, – подтвердил граф. – Никому это не нужно, из-за вероятности организации некоего подобия профсоюза или вообще, централизованного командования, и управления на планете. Разрозненность это немаловажный фактор, дающий больше инструментов влияния и давления на всех тут.

– С этим я более-менее разобрался. Весело, а всё же, можно подробнее об ушедших и спрятанном артефакте рассказать? Крайне важна любая информация, если…

Я не договорил вопрос, из-за вновь активированных приводов двери пришедшими надзирателями.

Створка ушла в сторону и вход открылся. На этот раз, на пороге появился сам хозяин, или серый кардинал, придерживающийся политики «разделяй и властвуй», ну или «делай и вашим, и нашим», Мистер Лемм собственной персоной.

– Ты никогда не убивал крысу? – я ошарашил вошедшего прежде, чем тот заговорил.

– Не пойму, о ком ты! – опешил Лемм. – И при чём тут это убийство? Поясняй, раз начал…

– Там, откуда я родом, есть армия, состоящая из одних только наёмников, – я решил рассказать кое-что интересное, подведя хозяина к своей мысли.

– Заинтриговал! Я так уж и быть позволю тебе договорить, особо сурово не наказывая, – мистер Лемм вперил в меня заинтересованный взгляд.

Ле, Булле и охранники заинтересовались не меньше, а особенно эти самые охранники, наверняка почувствовавшие, что речь зайдёт о их коллегах, таких же наёмниках.

– Так вот, – я продолжил, дождавшись предельной концентрации внимания у слушателей. – Называется она иностранным легионом, но не это есть суть.

– Вещай дальше, – он подошёл чуть ближе. – Нам всем интересно послушать.

Неожиданно в камеру вошёл ещё один персонаж, заслуживающий моего пристального внимания. Девушка, лет двадцати, в хорошем обмундировании, экипированная полным комплектом тактического обвеса и вооружённая нормальным разгонником штурмового варианта исполнения.

– А что рассказывает эта плесень? – резко испортила впечатление о себе таким заявлением.

Я взял на заметку реакцию на дезертиров с изгоями общества и придумал сладкую месть, конечно, если выживу и вернусь. То, что меня обязательно сбагрят с планеты Сигма-4 я уже не сомневаюсь. Вопрос: куда и когда? А девушка симпатичная, если не обращать внимание на стервозность. Хотя, что я в самом деле сравниваю, ведь на её месте относился бы к заключённым аналогично, или близко к этому.

– Он, ваще! Откуда такой нарисовался? Дерзкий! – продолжила прикапываться.

– Я не нарисовался. Я золушка мужского рода. Негодяи просто тыкву угнали, принцессами прикидываясь и меня сюда упрятали, когда поняли, что не понравился, – постарался ответить грубо, так как она реально показалась мне наглой и взбалмошной. – А тебе задницу давно не драли, – прошипел. – Слушать будешь, стервочка или что?

– Что? – заорала девчонка сорвав голос на визг, заодно пытаясь вырваться из захватов среагировавших надзирателей. – Урод!

– Успокоились все! – рявкнул мистер Лемм. – Милая, ему недолго осталось, так что пусть рассказывает, пока есть возможность, – мягко проговорил поглаживая её непослушные волосы. – Договорились, единственная моя, родная?

– Урод… – буркнула девочка в мой адрес, зло покосившись глазами. – Мараться об тебя ещё…

– Так я продолжу? – я прервал телячьи нежности.

– Рассказывай, – сплюнул хозяин казематов, кстати не уверен в их легальности. – Слушаем, – он приобнял успокаивающуюся гостью.

Показалось странным, что она так быстро оттаяла. «Может психическим чем-то больная, на голову? Не о том размышляю!» Поправил мысленно сам себя.

– Так вот, – решил рассказать историю с подоплёкой. – Новобранцев, в этом иностранном легионе, набирают из всякого сброда. Из тех страстно ищущих любую возможность соскочить с крючка полиции, или от преследования лиц, полностью противоположного стиля жизни – от бандосов, к примеру.

Слушатели проявили интерес застыв с лицами, недвусмысленно намекавшими на необходимость продолжения повествования. Нетерпение и интерес заметить не трудно, даже не смотря на мою внутреннюю энергетическую опустошённость.

– И это не смотря на то, что Легион постоянно втянут в военные конфликты, – продолжил, оценивая реакцию и легко читая людей, как открытую книгу аур. – Для многих это единственный шанс немного пожить и, если судьба будет благосклонна, полностью реабилитироваться, поменять жизнь и заработать средств на хорошую, безбедную старость. Правда таких мало и рекрутов стараются уволить за некоторое время до завершения последнего контрактного срока.

– Ближе к тем зверям и убийству, – прервал меня Лемм. – Нам не интересна история иностранного легиона, хотя он напоминает издалека группировки местных дезертиров.

– Хорошо, – согласился, ощутив нервозность со стороны хозяина. – Там есть забава с подоплёкой, после которой у новобранцев остаются болезненные рубцы на теле и в мозг вколачивается незыблемая истина.

– Продолжай!

– Новобранца закрывают в душевой, голого и с одной крысой, серым невзрачным зверьком. Убить его можно кинув сапог поточнее, из оружия есть пара острейших резцов в крохотной пасти. Так вот, – поднял ладонь, пресекая поток наводящих вопросов, родившихся у всех присутствующих, включая графа Ле, Булле. – Новобранцу говорят, что выйдет из кабины только один из них, и получается следующее, – я вновь отметил интерес. – Сначала кадет-новобранец топчет её ногами, стараясь размозжить голову, крыса скачет в панике, мечется и уворачивается от ударов. Однако, всё меняется в корне уже через несколько минут.

– Ну же, дальше, дальше же! – произнесла девушка испытав щенячий восторг от услышанного.

А дальше, крысу загоняют в угол и празднуют победу, расслабляясь и ожидая неминуемого финала. Но есть одно «но»! – я сделал паузу, подняв вверх указательный палец. – Загнанный зверь начинает обороняться с таким упорством и рвением, почуяв скорую гибель и смерть, так что уже человек начинает обороняться от неё. Отскакивая от атак закрывается руками и поворачивается спиной, получая многочисленные порезы от ударов резцов мелкого зверя. Тела у некоторых курсантов-новобранцев не заживают по несколько недель, а шрамы кровоточат и постоянно напоминают…

– Что именно?

– То, что загнанный в угол, почувствовавший скорою смерть – способен неистово сопротивляться, несмотря на размер, вес, статус в пищевой цепочке и государстве. Подумайте над этим. Я сказал всё.

Наступило долгое молчание, во время которого каждый думал о своём, сопоставляя и применяя к себе полученную информацию.

– Да ты философ, как посмотрю, – нарушил Лемм затянувшуюся паузу. – Я так понимаю, что предложение мою ты отвергаешь?

– Да.

– Тогда удачи не желаю! Вас обоих ждёт рекрутинговый шаттл, который доставит вас на корабль-накопитель. На низкой орбите он давно дожидается группу смертников. Так что…

Мне прилетело несколько ударов, и я еле успел закрыть лицо единственной рукой. Вторая находится в энергетическом захвате и удерживает меня у стены, что не позволило уйти от болезненных ударов неким подобием палок. Больно, чёрт его.

– Увести! – рявкнул Лемм, покидая каземат вместе с девушкой, постоянно оглядывающейся на меня.

Первый раз не хватило сил и способностей проникнуть сквозь её ауру и прочесть мыслеобразы, что привело меня к стадии нахождения на пороге отчаяния. Интересно, а смерть восстановит силы, или что? Кто его знает, может это станет реальным уходом из жизни. Но додумать мне не позволили конвоиры, появившиеся вслед за ушедшим хозяином и верзилами надзирателями.

Дальнейшее прошло словно в тумане. Мне вкололи нейро-транквилизатор, как и графу, и повели бесконечными лабиринтами коридоров к лифтовым направляющим, где подняли наверх.

О Мега-городе осталось двоякое впечатление. С той стартовой площадки, куда нас доставили и присоединили к внушительной толпе смертников видел лишь часть. И то, сквозь пелену затуманенного взора из-за действия препарата. Отметил то, что издали он смотрится куда лучше чем изнутри. Здания хоть и внушают уважение и трепет своей монументальностью, находятся в хреновом техническом состоянии. Не поддерживается нужный режим эксплуатации и отсутствует необходимая профилактика разрушений.

Высокие остовы пары покинутых небоскрёбов смотрели на меня тысячами пустых глазниц, окнами, тёмными нишами ангаров грави-транспорта, накренившимися платформами приёма лайтфлаев и полуразрушенными пешеходными направляющими. Они напомнили оборванные и свисавшие нити, некогда опутывавшие здания снаружи, провисшие и держащиеся на теле строений лишь чудом.

Старт шаттлов вовсе не отложился в памяти, а пришёл в себя я рядом с графом Ле, Булле, посреди зловонного ангара среди изгоев-дезертиров. Куда нас транспортируют? Осталось только догадываться.

Слабость всё сильнее одолевала меня и, выпив пару глотков напитка из фляжки нового товарища по несчастью, я попросту уснул, в надежде избавиться от противного запаха, витавшего в этом кромешном аду, где есть и пытаются выжить такие же люди, изгои как я…

Но прежде чем сон окончательно завладел моим телом и разумом, я подумал о Маше, как о чём-то прекрасном и не понял причины этого. Все три девушки, все они достойны моего выбора и внимания, но мысли и думы коснулись только её одну. Именно её, маленькую ростом и аккуратную фигурой, Машу. Я вспомнил моменты, когда та улыбается, и тут же представил грусть на красивом лице, которая непременно появится от известия о моём исчезновении, и понадеялся, что она с этим справится, но не забудет своего друга, а может…

А может в душе милой бестии промелькнёт и что-то ещё. Неописуемые ямочки на щёках и задорный носик, улыбка ей идёт больше, чем грусть. Белокурые волосы, небрежно забранные в озорной хвостик, всегда повторяют неунывающее настроение миленькой Машки, подчёркивая строптивый характер подруги боевой…

Глава 8. Алиса. Плен…

Лау Элсис Дэ, Арсэн находилась в отчаянном положении, погруженная в бездну мрачных размышлений, в кромешный ад, у врат которого она оставила почти всякую надежду. Впервые принцесса сомневается, впервые страшится. Дважды судьба изменила ей, дважды её разгадали и предали, и в обоих случаях виновником её неудач стал фактор раскрытия статуса и положения.

Леон приподнял уголок её маски, той эгиды, которой она обычно прикрывалась и которая делала её такой сильной. Он понял всё и маскировался, а его она любит и ненавидит, как ненавидит всё, что прежде любила, даже бурю провала инкогнито на Сигме-4, что грозила ей угрозой поражения.

Леон виделся ей настоящим Адептом, приемником расы ушедших, к которому она на миг воспылала страстью тигрицы, неукротимой, как вообще страсть девушек такого склада. Но он попрежнему её сторонился, не давая повода на проявление взаимности.

Леону известна её страшная тайна, а она поклялась, что тот, кто узнает её, поплатится жизнью. И, наконец, в ту минуту, когда ей удалось получить ключ – корабль интерстэллар, с помощью которого Алис собиралась отомстить своим врагам, этот ключ вырывают у неё из рук. И всё тот же Леон держит под контролем его несмотря на расстояния. Она это доподлинно знает. Ведь нейросеть имперской особы принадлежит к монархической, самой надёжной и неограниченной по возможностям.

Он задерживается. Вот уже утро. Алис сидит неподвижно у нового дома, уставив горящий взор в глубину пустынного плато, простирающегося под местным светилом посреди гигантского кратера.

Глухие стоны порой вырываются вместе с дыханием из её груди и согласно вторят шуму завихрений атмосферных образований, которые вздымаются, рокочут и с ревом, как вечное и бессильное отчаяние, разбиваются о скалы, на которых воздвигнут этот горделивый, напичканный заботой и стараниями Леона, дом.

Какие превосходные планы мести, теряющиеся в дали будущего, замышляет против своих недругов, против Приверженцев Собрания и Нового Парламента её ум, озаряемый вспышками бурного гнева.

Да, но, чтобы мстить, надо быть свободной, а чтобы стать свободной, когда находишься в заточении на планете изгоев, дезертиров, Сигме-4, надо сделать многое. Инструменты к успеху дал сам Леон, выстроив план к продвижению с самой низшей ступени к верхам, властвующим на этой злосчастной планете.

Подобные предприятия может довести до конца терпеливый и сильный мужчина, но женщина, да ещё в состоянии лихорадочного возбуждения, обречена на неудачу. К тому же для всего этого нужно иметь время – месяцы, годы, а у неё… что у неё впереди? Сколько потребуется времени на весь этот путь к вершине местной иерархии?

И все-таки, она предприняла эту попытку и, возможно, добьётся успеха вместе с новыми друзьями, Адептами, остающимися людьми лишь внешне, непонятно по причине каких обстоятельств. Зачем небо совершило такую ошибку, вложив энергию космоса в хрупкое тело землянина?

Леон задерживается и Алиса, выйдя из тревожных размышлений не нашла предпринять ничего лучше, как взять грави-скутер и отправиться на поиски.

– Маш, – обратилась к подошедшей на шум двигателя девушке, – я попробую поискать нашего заблудшего.

– Офонарела? – та выразительно вздёрнула подбородок. – Лёва тебе выскажет. Его желание, посланное мне перед тем как остаться на ремонт, явно говорило о том, что в любой ситуации, даже в случае его исчезновения, необходимо продолжать наращивание капитала и все силы бросить только на это, – нахмурилась и продолжила, – ну а если ты потеряешься? Хотя я сама хотела отправиться на поиски, так что – давай. Если найдёшь, всыпь и мозг съешь, чтоб больше не заставлял так волноваться!

Она передала ещё два ножа подаренных пилотом и хлопнула принцессу по плечу.

– Вперёд и если что, то мы никого искать не будем. Лёва никогда не говорит того, чем пренебрегают. Я спокойна внутренне за него и тебе того же желаю, хотя мысли беспокойства и разрывают моё сердце и голову сносят с катушек.

Алиса выслушивала тираду уже садясь на транспорт и активируя управление. Взялась за джойстики, ввиду отсутствия нейро-управления, и стартовала не оборачиваясь на подругу и дом.

Место вынужденной остановки Леона она нашла без проблем и поникла, заметив следы засады, готовящейся по всем правилам. Проследила направление по остаточному следу ауры Леона и пришла к выводу, что его сцапали. Не успев домыслить о причинах девушка почувствовала направленное силовое воздействие, имевшееся только в арсенале имперского дома и ужаснулась, вспомнив о предателях.

Нейроимпланты на силу и вообще всё, что связано с модификантами отключилось, оставив её при одних физических данных. Нейросеть правда работала и анализ присутствующих ячеек-терминалов одурманил данными. Её пленили и это Герцог Амель, её родственник, дядя переметнувшийся в своё время к приверженцам Собрания и Нового Парламента, кстати заметить, одним из первых предавший её.

Укол дротика она не смогла предотвратить и пала, как подкошенная, хороня себя заранее. Но судьба распорядилась иначе.

Она пришла в себя на корабле, в камере временного содержания проштрафившихся, в присутствии герцога.

– Ты думала, что отголоски применения монархической нейро-коммуникационной сети пройдут не замеченными?

– Надеялась, – она приняла вертикальное положение и отметила эмблемы экспедиционного флота на некоторых элементах в окружении.

На столике стояла посуда со знаками ударной группировки, так как всё принадлежащее военным делалось под заказ и помечалось, чтобы нечистые на руку не могла спокойно продать армейское.

– Где интерстэллар? – перешёл он сразу к делу.

– Так я и сказала!

Звук от внезапной пощёчины звоном разлетелся по помещению.

– Я умерю твой пыл. Сама всё расскажешь, а пока, – он задумался придумывая кару. – Позже придумаю, после войсковой операции. Пока посидишь в изолированном модуле арестантов, политических разумеется. Адмирал Мак Меген не сочтёт это за слишком грубое отношение к особам такого уровня, как ваш, так что тебе понравится.

Этот страшный приговор о содержании в ненавистном месте едва не довёл её до отчаяния. Полная изоляция и персональный надсмотрщик ждали её в пустой камере. Причём там блокада всех нейро-имплантов постоянная. Шансов на побег практический ноль. Девушку вновь усыпили и отправили в камеру, исключив, таким образом, возможность сопротивления.

Итак, первые минуты заточения показались ужасными. Алис не могла побороть судорожных движений ярости, женская слабость отдала дань природе. Но мало-помалу она обуздала порывы безумного гнева, нервная дрожь, сотрясавшая её тело, прекратилась, она свернулась клубком и стала собираться с силами, как усталая змея, которая отдыхает.

– Достаточно! Я с ума сошла, что впала в такое исступление, – проговорила, смотрясь в зеркальную панель на стене камеры, отразившую её огненный взгляд, который, казалось, вопрошал её самое. – Не надо неистовствовать! Это признак слабости. К тому же это средство никогда не удавалось мне. Вероятно что, если бы я пустила в ход силу, мне бы посчастливилось, и я смогла бы их победить, бежать дать отпор достойный представителя великой правящей династии. Но я веду борьбу с лицами, предусмотревшими всё и вся, наделёнными имперской сетью, возможностями и украденными тайнами великого дома Дэ, Арсэн, а до кучи со своим дядей. Для них я всего лишь слабая девушка, как и было раньше. Будем бороться женским оружием, ведь моя сила в моей слабости.

И, словно желая своими глазами убедиться в том, какие изменения она могла придать своему выразительному и подвижному лицу, Алис заставила его попеременно принимать все выражения, начиная от гнева, искажавшего её черты, и кончая самой кроткой, самой нежной и обольстительной улыбкой. Затем её искусные руки стали менять причёску рыжих, огненных волос, чтобы ещё больше увеличить прелесть лица. Наконец, вполне удовлетворенная собой, она прошептала:

– Ничего еще не потеряно, ведь я все так же красива.

Принцесса действительно отличалась красотой, будоражащей кровь всем без исключения, от обычных граждан содружества, и заканчивая сильными мира сего. Будучи лейтенантом и прячась, Алис умело маскировала красоту и тела и лица, особенно когда находилась с Леоном, полагая что парень не должен клевать только на симпатичную попку или мордашку. Дожидаясь реакции, часто злилась на себя, видя его предрасположение к Марии.

Было около восьми часов вечера. Алис заметила в глубине изолированного корабельного каземата кровать. Подумала, что нормальный отдых освежит не только голову и мысли, но и цвет лица. Однако, прежде чем легла, ей пришла ещё более удачная мысль. Девушка слышала, как говорили об ужине. А она уже более часа находилась в камере, и, наверное, ей вскоре должны принести еду.

Пленница не хотела терять время и решила, что она в этот же вечер сделает попытку нащупать почву, занявшись изучением характера тех людей, которым, предавший императора и семью, Герцог Амель поручил её охранять.

В бронированных жалюзи смотрового окна двери показался свет, известивший о приходе надзирателей, чья подготовка длилась десятилетиями, нейроимпланты защищались от глобальной блокировки, а нейросети по уровню приближались к монархическим.

Алис, которая почти встала, поспешно опять уселась в кресло, голову откинула назад, красивые волосы распущены по плечам, грудь немного обнажилась из под продуманно расстёгнутого от самого горла скафандра, одна рука покоилась на груди в районе сердца, а другая свешивалась с кресла. Поза вышла очень привлекательной для любого мужчины.

Замок издал писк, заработали сервоприводы, дверь ушла назад и в сторону, и в каземате раздались шаги.

– Поставь там этот стол, – сказал кто-то.

И Алис неожиданно узнала голос друга детства, голос виконта Этона, знакомого по подростковому возрасту.

Приказ исполнили.

– Смените часового, – продолжал виконт.

Это двукратное приказание, которое молодой лейтенант отдал одним и тем же лицам, убедило Алис в том, что ей прислуживают те же люди, которые стерегут её, то есть бойцы экспедиционного флота, принадлежности к ударной группировке Содружества.

Приказы Этона выполнялись к тому же с молчаливой быстротой, свидетельствовавшей о безукоризненном повиновении, в котором он держал своих подчинённых.

Наконец Виконт, ещё ни разу не взглянувший на Алис, обернулся к ней.

– Она спит, – озвучил коротко. – Хорошо, поужинает, когда проснётся.

И сделал несколько шагов к двери.

– Господин лейтенант, – остановил его подошедший к Алис надзиратель из бойцов, не столь непоколебимый, как его начальник, – девушка не спит.

– Не спит? – переспросил Этон.

– Похоже, что в отключке. Бледная слишком, и, сколько ни прислушиваюсь, не слышу дыхания.

– Действительно, – согласился виконт, посмотрев на Алис с того места, где стоял, и ни на шаг не подойдя к ней. – Доложите Герцогу, что его пленница в обмороке. Это случай непредвиденный, у меня нет инструкций к действиям в этом случае!

Солдат вышел, чтобы исполнить приказание. Этон сел в кресло, оказавшееся возле двери, и стал ждать, не произнося ни слова, не делая ни одного движения. Алис владела великим искусством, хорошо изученным женщинами. Могла смотреть сквозь свои длинные ресницы, как бы не открывая глаз. Она увидела виконта, сидевшего к ней спиной. Не отрывая взгляда, она смотрела на него минут десять, и за все это время её невозмутимый страж ни разу не обернулся.

Она вспомнила, что сейчас придёт Герцог Амель, и сообразила, что его присутствие придаст её тюремщику новые силы. Её первый опыт не удался, она примирилась с этим, как девушка, у которой ещё немало средств в запасе, подняла голову, открыла глаза и вздохнула.

Услышав вздох, Этон наконец оглянулся.

– Вот и очнулась! – констатировал лейтенант. – Значит, мне здесь делать больше нечего. Если вам что-нибудь понадобится позвоните.

– Мне плохо! – прошептала Алис тем благозвучным голосом, который, подобно голосам волшебниц древности, очаровывал всех, кого она хотела погубить.

И, выпрямившись в кресле, искусительница приняла позу ещё более привлекательную и непринуждённую, чем та, в какой она перед тем находилась.

Виконт встал.

– Получишь еду три раза в день, – холодом ответил он. – Утром в десять часов, затем в час дня и вечером в восемь. Если этот распорядок не устроит, можешь попытаться назначить свои часы вместо тех, какие я назначил.

– Я всегда буду в этом мрачном каземате? – спросила Алис.

Этон игнорировал её и пошёл к двери. В ту минуту, когда он готовился переступить порог, в коридоре появился Герцог Амель в сопровождении одетого в боевой экзокорсет десантника. Он держал в руках инъектор с препаратами экстренной помощи.

– Что здесь происходит? – задал вопрос с издёвкой, насмешливым голосом, увидев, что пленница уже встала, а Этон готовится уйти. – Покойница воскресла? Твою же, – хотел выругаться, – Этон, разве ты не понял, что тебя принимают за новичка и разыгрывают перед тобой первое действие комедии, которую мы, несомненно, будем иметь удовольствие увидеть всю до конца?

– Так и подумал, милорд, – холодно ответил виконт. – Но, поскольку онаа все-таки девушка, я хотел оказать ей внимание, которое всякий благовоспитанный человек обязан оказывать женщине, если не ради неё, то, по крайней мере, ради собственного достоинства. Я дворянин всё же!

Алис вся задрожала. Слова Этона леденили ей кровь.

– Итак, – смеясь, заговорил герцог, – эти искусно распущенные красивые волосы, эта белая кожа и томный взгляд ещё не соблазнили тебя, каменное сердце?

– Нет, милорд, – ответил бесстрастно, – поверьте, нужно нечто большее, чем женские уловки и женское кокетство, чтобы совратить меня.

– В таком случае, лейтенант, предоставим Алис поискать другое средство. Будь спокоен, выдумка у неё богатая, и второе действие комедии не замедлит последовать за первым!

С этими словами он увёл лейтенанта.

– О, я найду то, что нужно для тебя! – прошипела сквозь зубы Алис. – Будь спокоен, бедный неудавшийся монах, несчастный новообращённый! Тебе бы ходить не в мундире, а в рясе!

– Кстати, – проговорил Амель, останавливаясь на пороге, – постарайтесь, Алис, чтобы эта неудача не лишила вас аппетита. отведайте концентрата. Прощайте, племянница и скоро вам покажется раем пребывание в этих стенах, – зло скрипнул зубами, – до следующей отключки!

Это был предел того, что могла перенести Алис. Девушка судорожно вцепилась руками в кресло, заскрипела зубами и проследила взглядом за движением двери, затворявшейся за герцогом и виконтом, которому промыли мозг на уровне подсознания, сделав марионетку. Эта секретная технология давно прельщала всех в содружестве и дядя приоткрыл тайну некогда правящего, а сейчас свергнутого, дома. Когда она осталась одна, на неё вновь напало отчаяние. Она взглянула на стол, увидела блестевший нож, ринулась к нему и схватила, но её постигло жестокое разочарование. Нет возможности использовать его из-за всеобщей блокады.

За дверью раздался взрыв смеха, и она снова открылась.

– Ха-ха! – разразился хохотом Амель. – Ха-ха-ха! Видишь, Этон, видишь, что я тебе говорил. Этот нож предназначался тебе – она бы тебя убила. Это, видишь ли, одна из её слабостей. Тем или иным способом отделываться от людей, которые ей мешают. Если б я тебя послушался и позволил подать ей острый стальной нож, то Виконту пришёл бы конец. Она бы тебя зарезала, а после тебя всех нас. Посмотри-ка, как хорошо она умеет владеть всеми видами холодного оружия!

Действительно, Алис ещё держала в судорожно сжатой руке наступательное оружие, но это величайшее оскорбление заставило её руки разжаться, лишило сил и даже воли.

Нож упал на пол.

– Вы правы, милорд, – согласился Этон тоном глубокого отвращения, кольнувшим Алис в самое сердце. – Вы правы, а я ошибался.

Оба снова вышли.

На этот раз Алис прислушивалась более внимательно, чем в первый раз, и выждала, пока они не удалились и звук шагов не замер в глубинах коридоров изолированного комплекса камер.

– Звездец! – прошептала девушка. – Я во власти людей, на которых мои уловки так же мало действуют, как на каменные статуи. Это всё технология нейро-програмирования… Они знают меня наизусть и неуязвимы для любого моего оружия. И все-таки нельзя допустить, чтобы всё кончилось так, как они решили!

Действительно, как показывало последнее рассуждение Алис и её инстинктивный возврат к надежде, ни страх, ни слабость не овладевали надолго этой сильной душой. Алис села за стол, поела липкой массы концентрата, откусила кусок от брикета клетчатки не воспользовавшись злополучным ножом, и почувствовала, что к ней вернулась вся её решимость.

Прежде чем лечь спать, девушка уже разобрала, обдумала, истолковала и изучила всё со всех сторон. Слова, поступки, жесты, малейшее движение и даже молчание своих собеседников. Результатом этого искусного и тщательного исследования явилось убеждение, что из двух её мучителей Этон более уязвим. Две фразы всё снова и снова приходили на память пленнице: «Если б я тебя послушался», – сказал герцог Этону. «Я дворянин, всё же!»

Значит, Этон говорил в её пользу, раз герцог не послушал его.

«У этого человека есть, следовательно, хоть слабая искра жалости ко мне, – твердила себе Алис. – Из этой искры я раздую пламя, которое будет бушевать в нём. Ну а герцог Амель меня знает, он боится меня и понимает, чего ему можно от меня ждать, если мне когда-нибудь удастся вырваться из его рук, а потому бесполезно и пытаться покорить его… Вот Этон совсем другое дело. Он молодой человек, чистый душой, хоть и подвергшейся воздействиям секрета монархов династии Дэ, Арсен и, по-видимому, добродетельный. Его можно совратить».

И Алис легла и уснула с улыбкой на устах. Тот, кто увидел бы её спящей, мог бы подумать, что это молодая девушка и что ей снится венок из цветов, которым она украсит себя на предстоящем празднике.

Алис снилось, что Леон наконец-то её, улыбалась очаровательной улыбкой на устах, спя нежным и безмятежным сном любящей девушки.

Но на самом деле она спала, как спит узник, убаюканный впервые блеснувшей надеждой.

Когда наутро вошли в ее комнату, она ещё лежала в постели. Этон остался в коридоре, приведя женщину положенную по статусу знатной заключённой, тем более ожидавшей неминуемой расправы в ближайшем будущем. Эта женщина вошла в комнату и, подойдя к Алис, предложила ей свои услуги.

Алис обычно была бледна, и цвет её лица мог обмануть того, кто видел её в первый раз.

– У меня звёздная лихорадка, – пожаловалась не вставая. – Я ни на миг не сомкнула глаз всю эту долгую ночь, я ужасно страдаю. Отнесётесь ли вы ко мне человечнее, чем обошлись здесь со мной вчера? Впрочем, всё, чего я прошу, – чтобы мне позволили остаться в постели.

Манерам её позавидовал бы самый искушённый знаток этикета общения благородных вельмож всего содружества и бывшей империи.

– Не угодно ли вам, чтобы позвали врача из корабельного стационара? – спросила женщина, принимая манеру общения.

Этон слушал не произнося ни слова.

Алис рассудила, что чем больше вокруг неё соберётся народу, тем больше станет людей, которых она могла бы разжалобить, и тем больше усилится надзор Герцога Амеля, к тому же врач может объявить, что её болезнь притворна, а Алис, проиграв первую игру, не желала проигрывать вторую.

– Посылать за врачом? – проговорила она. – Не стоит? Эти господа объявили вчера, что моя болезнь это комедия. То же самое, без сомнения, случится и сегодня, ведь со вчерашнего вечера они успели предупредить и врачей из экспедиционного госпиталя.

– В таком случае, – вмешался выведенный из терпения Этон, – скажите сами, как вы желаете лечиться.

– Разве я знаю как? Я чувствую, что больна, вот и всё. Пусть мне дают что угодно, мне всё равно.

– Свяжитесь и вызовите сюда Герцога Амеля, – приказал Этон, которого утомили эти нескончаемые жалобы.

– Не стоит! – сорвалась в крик Алис. – Нет, не зовите его. Я чувствую себя хорошо, мне ничего не нужно, только не зовите этого…

Она вложила в восклицание такую горячность, такую убедительность, что Этон невольно переступил порог комнаты и сделал несколько шагов.

«Он вошел ко мне», – подумала Алис.

– Однако, – произнёс войдя Этон, – если вы действительно больны, мы пошлём за медиками, а если вы врёте – ну что ж, тем хуже для вас, но, по крайней мере, нам не в чем будет себя упрекнуть.

Алис ничего не ответила и, уткнув прелестную головку в подушки, залилась слезами.

Этон с минуту смотрел на неё с обычным своим бесстрастием. Затем, видя, что припадок грозит затянуться, вышел. Женщина вышла вслед за ним.

Герцог Амель не показывался.

«Кажется, я начинаю понимать!» – с радостью проговорила про себя Алис и зарылась под одеяло, чтобы скрыть от тех, кто, возможно, подсматривал за нею, этот порыв внутреннего удовлетворения.

Прошло два часа.

«Теперь пора болезни кончиться, – решила Алис. – Встанем и постараемся сегодня же добиться чего-нибудь. У меня только десять дней до прибытия к месту вероятной казни, и второй из них сегодня вечером истекает».

Утром, когда входили в комнату Алис, ей принесли завтрак. Принцесса сообразила, что скоро придут убирать со стола жалкое подобие посуды, и тогда она опять увидит Этона.

Она не ошиблась: Этон явился снова и, не обратив ни малейшего внимания на то, притронулась ли она к еде или нет, распорядился вынести из комнаты стол, который обычно вносили уже накрытым.

Когда бойцы, походившие на боевых роботов, выходили, Этон пропустил их вперёд, а сам задержался в комнате. В руке у него была обычная книга дорогая из натуральных материалов.

Алис, полулежа в кресле, прекрасная, бледная, покорная, казалась святой девственницей, ожидающей мученической смерти.

Этон подошел к ней.

– Герцог Амель, он монархист, как и вы. Подумал, что вас может тяготить то, что вы лишены возможности исполнять обряды. Поэтому он изъявил согласие, чтобы вы каждый день читали ваши молитвы. Вы найдете их в этой книге.

Заметив, с каким видом Этон положил книгу на столик, стоявший возле Алис, каким тоном он произнёс слова «ваши молитвы» и какой презрительной улыбкой сопровождал их, Алис подняла голову и более внимательно взглянула на офицера.

И тут по его строгой причёске, по преувеличенной простоте скафандра и лёгкой броне, отличающейся от брони основного военизированного состава экспедиционных сил, по его гладкому, как мрамор, по такому же суровому и непроницаемому лбу она узнала в нём одного из тех мрачных людей, каких ей приходилось встречать при дворе императора отца.

Ее осенило внезапное вдохновение, что происходит только с людьми гениальными в моменты перелома, в те критические минуты, когда решается их судьба, их жизнь.

Эти два слова – «ваши молитвы» – и беглый взгляд, брошенный на Этона, вдруг уяснили Алис всю важность тех слов, которые она произнесёт в ответ.

Благодаря свойственной ей быстроте соображения эти слова мгновенно сложились в её разуме.

– Я? – возразила девушка с презрением, созвучным презрению, подмеченному ею в голосе молодого офицера. – Я? Герцог Амель, этот развращённый человек, отлично знает, что я не одного с ним вероисповедания. Это ловушка, которую он мне хочет поставить.

– Какого же вы вероисповедания? – проявил интерес Этон с удивлением, которое, несмотря на его умение владеть собою, ему не вполне удалось скрыть.

– Я скажу это в тот день, – с притворным воодушевлением заявила Алис, – когда достаточно пострадаю за свою веру!

Взгляд Этона открыл для Алис, как далеко она продвинулась в своих стараниях одной этой фразой.

Однако молодой офицер не проронил ни слова, не сделал ни малейшего движения, и только взгляд его говорил красноречиво.

– Я в руках моих врагов! – продолжала Алис тем восторженным тоном, который она подметила у пуритан. – Уповаю на веру свою! Или вера спасёт меня, или я погибну за неё! Вот мой ответ, который я прошу вас передать Герцогу Амелю. А книгу эту, – прибавила она, указывая пальцем, но не дотрагиваясь, словно боясь осквернить себя таким прикосновением, – вы можете унести и пользоваться ею сами, ибо вы, без сомнения, рьяный сообщник Герцога Амеля, сообщник в гонении и сообщник в ереси.

Этон ничего не ответил, взял книгу с тем же чувством отвращения, которое он уже выказывал, и удалился, серьёзно задумавшись.

Около пяти часов вечера появился сам Герцог Амель. У Алис в продолжение целого дня было достаточно времени обдумать свое дальнейшее поведение. Она приняла своего дядю как девушка, уже вполне овладевшая собою.

– Кажется… – начал он, развалясь в кресле напротив Алис и небрежно вытянув ноги, – кажется, мы совершили небольшое отступничество?

– Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что с тех пор, как мы с вами в последний раз виделись, вы переменили веру. Уж не вышли ли вы замуж?

– Объяснитесь, милорд, – произнесла пленница величественным тоном. – Заявляю вам, что я слышу ваши слова, но не понимаю их.

– Ну, значит, вы совсем неверующая. Мне это даже больше нравится, – насмешливо возразил Герцог Амель.

– Конечно, это больше вяжется с вашими правилами, – холодно заметила Алис.

– О, признаюсь вам, для меня это совершенно безразлично!

– Если бы вы даже и не признавались в своём равнодушии к вопросам веры, милорд, ваше распутство и ваши беззакония изобличили бы вас.

– Гм… Вы говорите о распутстве? Или я толком не расслышал, или вы, твою же… – выругался грубо, – на редкость бесстыдны!

– Вы говорите так потому, что знаете, что нас слушают, – холодно заметила Алис, – и потому, что хотите вооружить против меня ваших тюремщиков.

– Тюремщиков? Вот так раз! Вы впадаете в патетический тон, и вчерашняя комедия переходит сегодня в трагедию. Впрочем, через неделю вы будете там, где вам надлежит быть, и мое намерение будет доведено до конца.

– Постыдное намерение! Нечестивое намерение! – произнесла Алис с экзальтацией жертвы, бросающей вызов своему судье.

– Честное слово, мне кажется, эта развратница сходит с ума! – сказал Герцог Амель и встал. – Ну довольно, ну успокойтесь же, или я выброшу вас в космос как мусор.

И Герцог Амель ушёл, отпуская ругательства.

Этон действительно стоял за дверью и слышал весь разговор до единого слова.

Алис угадала это.

– Да, ступай, ступай! – прошептала она вслед своему дяде. – Пагубные для тебя последствия не заставят себя ждать, но ты, глупец, заметишь их только тогда, когда их уже нельзя будет избежать!

Опять стало тихо. Прошло еще два часа. Солдаты принесли ужин и услышали, что Алис громко читает молитвы, те молитвы, которым научил её старый слуга в детстве. Она, казалось, была в каком-то экстазе и даже не обращала внимания на то, что происходило вокруг неё. Этон сделал знак, чтобы ей не мешали, и, когда все было приготовлено, бесшумно вышел вместе с бойцами и надзирателями.

Алис знала, что за ней могут наблюдать в окошечко двери, а потому прочитала свои молитвы до конца, и ей показалось, что часовой у двери ходит иначе, чем ходил до сих пор, и как будто прислушивается.

В этот вечер ей ничего больше и не понадобилось предпринимать. Она встала, села за стол, выпила только воды. Через час солдаты пришли вынести стол, по Алис заметила, что на этот раз Этон не сопровождал их. Значит, он боялся часто видеть ее.

Алис отвернулась к стене и улыбнулась. Эта улыбка выражала такое торжество, что могла бы её выдать. Она подождала еще полчаса. В коридорах корабля несущегося сквозь пространство, царила тишина, слышен был только вечный шум силовых установок. Своим чистым, мелодичным и звучным голосом Алис запела первый стих излюбленного когда псалма.

– Да замолчите! Ваша песня наводит тоску! – проорал охранник даже не пользуясь средствами оповещения.

– Молчать! – сурово приказал кто-то, и Алис узнала голос Этона.

– Чего вы суетесь не в свое дело? Разве вам было приказано, чтобы вы мешали этой женщине петь? Нет, вам велели стеречь её и стрелять, если она затеет побег. Стерегите и убейте её при малейшем движении в сторону двери, но не отступайте от данного вам приказа!

Выражение неописуемой радости, мгновенное, как вспышка молнии, озарило лицо Алис, и, точно не слыша этого разговора, из которого она не упустила ни одного слова, пленница тотчас снова запела, придавая своему голосу всю полноту звука, все обаяние и всю чарующую прелесть, какой наделил его дьявол.

Голос Алис, на редкость полнозвучный и проникнутый страстным воодушевлением, придавал грубоватым, неуклюжим стихам псалма магическую силу и такую выразительность, какую самые восторженные верующие редко находили в пении своих братьев, хотя они и украшали его всем пылом своего воображения. Этону казалось, что он слышит пение ангела.

Этот стих, в который неотразимая очаровательница постаралась вложить всю душу, довершил смятение в сердце молодого офицера. Он резким движением распахнул дверь и предстал перед Алис, бледный, как всегда, но с горящими, блуждающими глазами.

– Зачем вы так поёте, – пробормотал он, теряясь пред красивой девушкой, – и таким голосом?

– Простите, – кротко ответила Алис, – я забыла, что мои песнопения неуместны. Я, может быть, оскорбила ваше религиозное чувство, но, клянусь вам, это было сделано без умысла! Простите мою вину, быть может и большую, но, право же, невольную…

Алис была так прекрасна в эту минуту, религиозный экстаз, в котором, казалось, она пребывала, придавал такое неземное выражение лицу, что ослепленному ее красотой Этону почудилось, будто он видит перед собой ангела, пение которого он только что слышал.

– Да, да… – ответил он. – Да, вы смущаете, вы волнуете людей не видевших дома долгое время…

Бедный безумец сам не замечал бессвязности своих слов, а Алис между тем зорким взглядом старалась проникнуть в тайники его сердца.

– Я не буду больше петь, – опуская глаза, сказала Алис со всей кротостью, какую только могла придать своему голосу, со всей покорностью, какую только могла изобразить своей позой.

– Нет, нет, – возразил Этон, – только пойте тише, в особенности ночью.

И с этими словами Этон, чувствуя, что не в состоянии надолго сохранить суровость по отношению к пленнице, бросился вон из комнаты.

– Вы хорошо сделали, господин лейтенант! – обрадовался солдат. – Ее пение переворачивает всю душу. Впрочем, к этому скоро привыкаешь, ведь голос у неё реально чудесный!

* * *

Так продолжалось день за днём и, наконец, лейтенант не вытерпел психологического воздействия, сравнимого ментальному прессингу. Его сердце наполнилось состраданием к девушке и однажды ночью всё определилось.

Алис воспользовалась расположением Этона и напомнила ему о детстве. Виконт сильно удивился и не поверил давнему знакомству, но когда признал в пленнице принцессу Лау Элсис Дэ, Арсэн, лейтенант пал ниц и поступил предсказуемо. А результат оказался весьма неожиданным.

Виконт не придумал ничего подобающего, кроме как отпустить Алис, но очень оригинальным способом. Дождавшись прибытия флагмана эскадры он переправил девушку на корабль-накопитель, готовивший высадку десанта дезертиров на плацдарм, где обороняющиеся инсэктоиды удерживали единственный укреплённый бастион.

– Леон? – шарахнулась в сторону подошедшая Алиса.

– Ты? А какого хрена ты тут делаешь? – я сам отшатнулся от неожиданности увидев и узнав её. – Что с остальными? – беспокойство нахлынуло волной.

– Дурак! – заорала и бросилась мне на шею, под взглядами Графа и других обречённых. – Они в безопасности.

– А мы?

– Не уверена. Я раздобыла только вот это, – протянула мне чип-карту. – Это ключ к бронемеху, их мало, но шансов остаться целыми больше. Только…

– Что?

– Понадобится команда, что б справиться с управлением…

Глава 9. Сквозь тернии к плацдарму обречённых…

– Рассказывай, как тут оказалась, – я сел на пол трюма и поманил принцессу, указав место рядом. – И что за подарок судьбы случился так неожиданно?

– Да, не очень интересно, но если в двух словах, – Алиса попыталась соскочить с темы. – Хотя ты прав, изгоям не дают такую технику, их посылают на убой максимум в экзодоспехах.

Однако я оказался настойчив. Граф тоже приблизился и мы организовали нечто вроде кружка, отгородившись спинами от окружающих, и заговорили вполголоса. Внимание привлекать вовсе не хотелось, ведь остальным не повезло и они могли только мечтать о бронемехе, боевой, тяжело бронированной машине антропоморфной конструкции, с серьёзной защитой и вооружением. Естественно, что шансов прожить чуточку дольше у пилотов и экипажа больше в несколько раз по сравнению с другими обречёнными.

Алис поведала необычную историю о своих злоключениях и о неожиданно найденном союзнике. Насколько союзник? Это отдельный вопрос, задаваться которым именно сейчас, находясь в опасном положении, не стоит. Возможно, у судьбы ещё будет случай свести нас с Виконтом и тогда уж точно всё выяснится.

– Я слышал о Этоне, но больше всего информации о герцоге Амеле, – неожиданно высказался граф Ле, Булле, дослушав принцессу. – Судя по нескольким пророненными вами фразам, вы, – почтительно поклонился Алисе, – вы и есть та самая опальная принцесса, и наследница престола империи. Вас ищут все, начиная от вельмож, вставших на путь противостояния и заканчивая последним солдатом, марионеткой в руках нового правительства.

– Надеюсь, что реалии обо мне не разойдутся дальше Вас, граф? – поклонилась чуть заметно принцесса. – Или меня растерзают, сгноят в каком-нибудь месте, без возможности общения с кем бы то ни было.

– Разумеется, – утвердил собеседник, – это не в моих интересах и можете не волноваться.

Я выслушал обмен любезностями и принял решение завести разговор на актуальную тему.

– Раз уж всё прояснилось насчёт твоего появления, то давайте разбираться с техникой? – я по-прежнему не имею представления о управлении бронемехом, – задал правомерный вопрос.

– Приготовься к самому интересному, – Алиса согласилась с аргументом. – Попробую передать тебе суть мыслеобразами, ведь твоя сеть так и не пришла в полную активную фазу и проявляется эпизодически? Я права?

– Абсолютно! – я приготовился к ментальному общению. – Начинай передачу, попытаюсь стать хорошим учеником.

– Договорились, – Алиса приступила к оригинальному обучению.

Я погрузился в технические графики характеристик боевой машины. Габариты, вооружение, задачи каждого члена экипажа. Информация вторглась в сознание потоком, позволившим немного разобраться в принципе взаимодействий пилота и помощников, точнее наводчиков орудий кинетического действия. На плечевых суставах крепились две серьёзные пушки, разгонники повышенного калибра. Наша с графом задача вести из них огонь, а Алиса полностью погрузится в управление. У бронемеха есть возможность боя в клинче, а проще, в рукопашных схватках своего рода, и вот здесь уже всё зависит от нашей принцессы, имевшей превосходные бойцовские навыки.

Из вооружения, на этот случай, за спиной боевого робота крепилось нечто, сродни холодному оружию. Тактический меч странной формы, с неизменным плазменным контуром по кромке импровизированного лезвия.

Основное представление о машине я получил и понял задачи возложенные на каждого члена экипажа, но в мыслях поселилось беспокойство, связанное с количеством боеприпасов к главным орудиям. Что-то внутри кричало о предстоящих проблемах на поле боя.

Всё время я невольно следил за девушкой, отдавая отчёт происходящим с ней изменениям. Она менялась и иногда в худшую сторону, становясь властной и надменной, а порой оказывалась ранимой девчушкой, требующей заботы и защиты. Её одиночество читалось мной и сердце сжималось от бессилия противодействовать этому. Иногда она бросала на меня странные взгляды, непохожие на дружеские, скорее так смотрят люди любящие, страстные и обнадёженные удачным исходом и всплеском своих эмоций и чувств.

– Алиса, почему ты так смотришь на меня? – я не выдержал томного взгляда, переполнявшего мою душу будоражащими чувствами.

– Дурашка, – улыбнулась и отвернулась, густо покраснев. – Не на все вопросы может ответить девушка. Да, да. Именно девушка, а не принцесса…

Договорить нам не позволили несколько факторов. Корабль-накопитель резко дёрнулся и мы повалились на пол вместе с остальными обречёнными. Вспыхнули огни, погрузив ненавистный трюм в красноватое марево и началась общая суматоха и паника грозящая перерасти в столпотворение. Люди падали и кричали, пытаясь достучатся до надзирателей, находящихся в замешательстве и откровенно не понимающих причины тряски и всего происходящего.

Так продолжилось несколько долгих минут, пока вибрация не стихла, оставив после себя последствия в виде пары лопнувших труб внутренних коммуникаций. Они фонтанировали клубами пара и брызгами гидравлических жидкостей, принося в общую панику частичку хаоса, ожидания чего-то страшного.

Дежурное освещение сменилось на более яркое и из дверей, что выходили на балкон по всему периметру трюма, посыпались охранники в экзообвесе с оружием, направленным на метавшихся внизу изгоев. Мы предусмотрительно застыли, стараясь не раздражать солдат экспедиционного десанта, ожидая логической развязки с пояснениями.

Как раз, на балкон, предусмотрительно отгороженный не только решётками от трюма, но и силовыми полями, вышел старший, поднявший руку в жесте призыва к спокойствию. Подействовало не на всех и несколько выстрелов из импульсников увеличили число тех, кто останется в трюме навечно. Эта жестокая мера подействовала лучше чем уговоры и появилась возможность довести важную информацию до приговорённых.

– Внимание! – взревел старший, используя громкую связь тактического назначения. – Высадка будет раньше, приготовьтесь и следуйте отведёнными маршрутами. Шлюзы сейчас откроются…

– Что случилось с кораблём?

– Закрытая информация! Те кто поднимет панику будут уничтожены! Не обращайте внимание на окружение и следуйте к десантным шаттлам с ботами высадки, – выдал предложение, развернулся и покинул балкон, оставив солдат держащих нас под дулами импульсников.

– Держитесь рядом со мной! – ткнула меня и графа Алиса. – Карта допуска бронемеха – это наш пропуск к возможности пожить ещё, – проговорила скороговоркой и направилась к крайнему открывшемуся шлюзу трюма.

Давка образовалась было, но тут же расстроилась из-за нескольких подстреленных, особо рьяно пытавшихся выскочить наружу из зловония окружения. Любой счастлив выйти и пусть умереть, но умереть в нормальных условиях, приближённых к человеческим, с оружием в руках. Подошла наша очередь и Алиса показала карту через решётку коридора, примыкавшего сразу к шлюзу выхода.

– Не знал, что в этот раз у приговорённых будет тяжёлое прикрытие, – военный посмотрел на нас. – В сторону отойдите и прижмитесь к стене, пока остальные не покинут зону. Я займусь вами позже, – добавил, находясь под сомнением от правильности своего решения.

– Вы ставите решение командования под сомнение? – создала удивление принцесса.

Он кивнул, ведь с документом спорить сложно и мы остались стоять у проволочной решётки, пропуская мимо себя бегущую, ревущую, рокочущую ругательствами толпу дезертиров. Так продолжилось несколько минут, пока последний из изгоев-смертников не пробежал мимо.

– Покажите ещё раз карту, – экипированный боец попросил через громкую связь.

Обвес полный и лица солдата рассмотреть не удалось из-за плотного щитка, отчасти копирующего человеческое лицо. Непривычно слушать речь от того, чьи губы не шевелятся, но это часть экзообвеса, комбинированного с нейро-управлением всех элементов тактической экипировки десанта.

– Пожалуйста, – Алиса протянула требуемое. – Подписано личным шифром герцога Амеля, если потрудитесь считать информацию сопроводительного файла приказа.

– Да, всё верно, – подтвердил солдат, – выходите и следуйте за нами.

Он разомкнул цепь защитного ограждения и отключил одно звено в цепочке силовой защиты, дублирующей решётки коридора, затем открыл неприметную дверку.

Упрашивать себя не дали и помчались за бойцами, темп ходьбы которых сравни бегу.

Вокруг царит хаос. Технический персонал заделывает многочисленные пробои корпуса, а система поддержки жизнеобеспечения надрывно работает по восстановлению падающего давления. Это удаётся, иначе наши глазки лопнули бы или выскочили из глазниц.

С потолков коридора свисают фальш-панели, держащиеся чудом, после многочисленных ударов и сотрясений. Коммуникационные шлейфы свисают, выпав из сломанных и повреждённых гофрированных коробов. Тут и там искрят провода энергопитания. Группа ремонта присоединилась к дроидам, численности которых явно не хватает, но в целом, всё довольно неплохо.

– В корабль попали? – я отважился прокричать вопрос бойцу, бегущему рядом.

– И не один раз, – удостоил ответом. – Эскадра попала под заградительный огонь и столкнулась с несколькими минами, прежде чем группа зачистки частично справилась с автономными комплексами орбитальной обороны и деактивировала опасные болиды с изысканной начинкой. Кассетные боевые части в минах – не часто используются инсэктоидами, но вот результат ты видишь.

– Печально, – я кивнул, не рассчитывая что бегущий увидит кивок, чисто по привычке.

Дальше мы вбежали в шахту, где в центре замерла лифтовая кабина, перекосившаяся в направляющих от близкого разрыва заряда. По окружности пролегает винтовая направляющая для пешего передвижения и мы пустились вверх. Вниз я и смотреть не стал, осознав грандиозность корабля и впечатлялся его размерами. Да тут средний город поместится, имею ввиду население.

Прервался от осмотра и мыслей, когда пришлось остановиться и кое-как преодолеть разрыв магистрали, благо не такой большой. Удалось перебраться через прореху и продолжить подъём.

Помогли те же техники, развернув телескопические лестницы, по типу времянки. Им заниматься пешеходными коммуникациями явно не время, так как свист вырывающегося в космос воздуха это более значимая проблема, требующая скорого решения. Поддержка живучести сама не справилась. Автоматика местами вышла из строя и гель-герметизатор остался в резервуарах, размещённых между плитами многослойной обшивки.

Забег продолжился, а я почувствовал первые признаки усталости, ведь, по воле случая, я не имею усилителей, имплантов, в отличии от остальных, включая Алису и графа. Поразился своей выносливости, гадая, на долго ли её хватит.

И вот, когда я уже приготовился упасть без сил, мы достигли нужного шлюза, за которым просматривался коридор. Прямолинейное движение помогло немного восстановиться, а когда за очередным поворотом открылся шлюз ведущий в ангар бронемехов я невольно ахнул. Это техническое великолепие брони и вооружения не смогло оставить равнодушным мою внутреннюю составляющую. Рот открылся сам собой. В стройных рядах захватов покоятся антропоморфные роботы размерами не менее двух этажей земного дома. Сзади и спереди своеобразных шеренг проходят балконы для обслуживающего персонала, а сама посадка плотов и экипажа происходит по-другому. Сзади каждого бронемеха расположен подъёмник на гравитационной платформе.

Нас подвели к одному из таких.

– Это что? – озадачился главный по ангару, осматривая нашу тройку. – Я не пойму, что за форма одежды и экипировки, их что, из молотилки отбросов расщепителя вытащили? Экипаж? – неуверенно осмотрел нас подойдя ближе.

– Вот их допуск, – сопровождающий кивнул на Алису, приготовившую карту. – Всё верно и с приказом никаких проблем. Подлинность установлена, в корабельных приказах по личному составу все пометки сделаны подобающим образом. Так что…

Очередной удар сотряс корабль и я еле удержался на ногах, схватившись за поручень подъёмника экипажей. Второй удар внёс неразбериху в ангаре. С потолка попадали какие-то трубы, куски коммуникационных коробов с фрагментами материалов покрытий. Личный состав засуетился, готовя высадку, заторопился, поднимая пилотов и членов экипажей на платформах и помогая размещаться внутри кабин.

– Нет времени, подошла вторая волна заградительного огня! – прокричал старший и махнул в сторону боевой машины. – Забирайтесь на места и уматывайте с борта корабля, тут становится жарко и всем безопаснее высадиться! Сколько ещё накопитель протянет никто не знает, – добавил понизив голос и выругался.

Что творится с наружи я представил на основе внутренних разрушений того же ангара. Несколько боевых машин сорвались из захватов и завалились, добавив в сумятицу крики придавленных техников.

Люди стонали, некоторым отрубали придавленные конечности, чтобы отправить к корабельным медикам, не боясь этих страшных увечий. Это просто ад, если прямо выражаться, и скоро мы хлебнём всё его ужасы в полной мере, я в этом уверен.

– На верх, по местам! – рявкнула Алиса. – В пилотскую, и не забудьте, что я на центральном посту, а вы занимаетесь консолями вооружений, там увидите, разберётесь!

– Н-да, можно подумать остался выбор, – я подметил неоспоримый факт. – Говори как и что там, дальше.

Мы разместились на боевых местах. Управление активно. Перед глазами модифицированного забрала шлема побежали строки общих данных, затем изображение сменилось, показывая окружение. Перекрестия прицела как токового я не увидел, а система выдала предупреждение о задержки настроек параметров. Вероятно из-за отсутствия нейро-импланта сети, легко поддерживающего интерфейс управления.

В эту секунду снаружи рухнула балка потолочного усилителя и заблокировала автоматический конвейер перемещения бронемехов в корабли десантирования. Система связи с внешним окружением выдала набор звуков скрежета и ломающихся конструкций. Грохот передавался дозировано, но и этого мне хватило, чтобы ощутить весь трагизм происходящего. Техники, те что не успели облачиться в скафандры погибли мгновенно из-за образовавшегося вакуума. Их тела вышвырнуло из ангара через рваные пробоины, оставив только тех, кто успел закрепиться страховочными карабинами. Система искусственной гравитации вышла из строя и многое, начиная от мусора, заканчивая трупами, заполнило пространство ангара. Звуки перестали доноситься снаружи, оставив место лишь сотрясениям и ощущаемой вибрации гибнущего корабля.

Единственный уцелевший носитель стоял в конце ангара, готовый к вылету и Алиса немедленно направила боевую машину туда, запрашивая связь с экипажем бота.

– Пассажира примете? – наконец спросила, когда утихла ругань в эфире. – Места есть?

– Толку никакого! Основной выпускной шлюз заклинило! – проорал капитан бота. – Щель видишь?

– Не слепая!

– Раздвинь створки, будет шанс выбраться, – перешёл на хрип собеседник, сорвав окончательно голос. – Мощности усилителей должно хватить, если ещё балку используешь как рычаг!

– Усекла! Ждите, а лучше продвигайтесь ближе, мы заскочим в нутрь, как выполним! – подтвердила Рыжая начало работы.

Балка, парящая в невесомости, подобрана и Алиса приступила к работе. Пришлось выстрелить в заклинивший запор, сработавший так неудачно, из-за нарушения конструкции, предотвращая утечку воздуха. Огонь вёл граф Ле, Булле, пока моё управление орудийной системой вело настройку. Через долгие минуты возни удача повернулась к нам лицом. Створки раздвинулись до нужного размера, Рыжая направила бронемеха в ангар бота и мы вылетели из корабля накопителя.

Пока за нами закрывался шлюз, я увидел пожар, возникший внутри корабля. Огонь возник в результате подрыва плазменного боеприпаса, и лишь там, где остался кислород. Помещения контроля, изолированные от основного хранилища и стоянки техники, разорвало изнутри вспыхнувшей воздушной массой, выжигаемой последствиями подрыва страшного заряда плазмы. Их выворотило наизнанку, как конфетные фантики фольги.

Это последнее, что я увидел сквозь щель смыкающихся створок шлюза отсека десантного бота удаляющего с места гибели. Печальное, удручающее зрелище закручивающегося корпуса агонизирующего корабля гиганта, под действием вырывающихся потоков газа в космическое пространство из многочисленных, довольно крупных, пробоин.

– Курс взят на поверхность планеты, в район плацдарма инсэктоидов, – доложил кто-то из членов экипажа в общем канале системы связи.

– Поняла, готовлюсь к экстренной высадке! – с ледяным спокойствием в голосе отреагировала Алиса. – сколько требуется времени?

– Не больше часа. Выйдем на нужную высоту орбиты и после корректировки угла начнём спуск.

– Хорошо. Конец связи.

– Алиса, я беспокоюсь о малом количестве зарядов, – я озвучил наболевшее, отметив синхронизацию управления со своей биометрией.

– Не волнуйся так, – привычно ответила тоном язвочки, но тут же одумалась, изменив нотки на нормальные, человеческие, – сдаётся, что есть вариант прожить не так долго, чтобы истратить их до конца. Я загрузила данные по плацдарму в общую базу бронемеха, так что, приступайте к ознакомлению.

Этого мне от неё стало достаточно и я погрузился в сводку по оборонительным позициям инсэктоидов. Ознакомившись пришёл к выводу, что всё больше запутывается. Накой чёрт им установка синтеза атмосферы, если её построили люди? Это первое что породило вопросы. Своих что ли нет, или насекомым в прошлом нужна среда обитания приближенная к человеческой?

– Алис, пояснишь?

– Пока мало информации, – разрушила надежду на быстрое разрешение вопросов. – Может для экспериментов?

– Может и так, – я согласился. – Тем более, что если в систему синтеза можно внести изменения и попробовать перепрограммировать данные атмосферы на своё усмотрение. Представь, что смогут сделать группы подготовленных техников, заброшенных на такие важные объекты, с задачей организовать людям пакость? Я так понял, что это этапы преобразования планет для колонизаторов, эти реакторы синтеза?

– Предположение не лишено смысла, – она согласилась с этакой банальщиной, пришедшей мне на ум совершенно спонтанно. – Странно что командование не рассматривало нападения на реакторные станции с этой точки зрения.

– Н-да. А у тебя есть версии?

– Эм-м, – отвлеклась от чего-то важного, связанного с контролем над бронемехом. – Я же сказала – мало данных, – вновь отмахнулась от прямого ответа. – Вообще, готовьтесь к жёсткой встрече с поверхностью. Судя по состоянию элементов экстренного торможения, зубы вполне могут расшататься и вылететь, – обрадовала, заставив поёжиться от одной только такой мысли.

Мы замолчали, задумавшись каждый о своём. Время потекло медленно ещё и потому, что нет возможности посмотреть на планету. Отсек не имеет панорам обзора и создаётся ощущение близкое к фобии. Для меня, по крайней мере. Однако время не стоит на месте, приближая момент высадки.

Что бы отвлечься я вновь погрузился в размышления, сопоставляя трёх девушек, их характеры и основные черты, всё более склоняясь в выборе Марии, как будущей партнёрши. Интересно, а сущности в которые мы превратились способны зачать детей? Странные мысли приходят перед боем, совершенно не правильные и всё же. Однако физиология, оставшаяся от нормального человека хотя бы ментально, требует своё, как не крути, а этого, как раз, у меня уже давно не было. Гормоны, если они ещё остались, как понятие в моей новой сущности, намекают на скорую интимную встречу, но с кем?

Белокурая, живая и маленькая Машка всё более отчётливо прорисовывается в моей памяти, будоража воображение. Почему это происходит сейчас, когда нас разделяет бесконечное пространство космоса? Не знаю ответа, но озорной смех звучит всё отчётливее, воссозданный до мельчайших подробностей в моём воображении.

Заметил, что Алиса открыто копается в глубинах моих мыслеобразов и откровенно нервничает, прикусывая красивую губу. Ревность со стороны ещё одной претендентки? Не ожидал. Решившись на вопрос или на вызов к откровенной беседе, повернулся к ней с целью начать разговор, но…

– Приготовьтесь, – короткая фраза подействовала сродни выстрелу.

Я собрался и перепроверил крепления и замки ремней безопасности. Подключился к управлению орудийным комплексом, готовясь вступить в бой немедленно, если потребуется. Бот затрясся, входя в плотные слои атмосферы, вибрация усилилась, достигла своего пика и резко исчезла.

Медленно раскрылись створки шлюза, и я увидел поверхность планеты без водных пространств и полосок растительности, лишь облаков завихрения на фоне рыжеватой пустынной местности с редкими цепочками белёсых горных вершин. Моё предположение о том, что там внизу происходит терроформирование, нашло подтверждение.

Спуск продолжался, детали прорисовывались с большей отчётливостью, добавляя к общему впечатлению полосы трещин с каньонами.

Вскоре мы зависли над участком местности, испещрённым паутинами оборонительных укреплений. Чьих интересно, людских или принадлежащих инсэктам? Домыслить не дала Рыжая, взявшаяся выводить бронемеха к шлюзу.

– А теперь, самое ответственное, – проговорила принцесса. – Надеюсь техников не зря кормили и обучали профессии, и всё работает как и положено.

– Может быть по-другому?

– Всё может быть!

– В таком случае им стоит руки оторвать. Дважды.

– К сожалению, это за тебя сделали инсэкты, когда уничтожили эскадренный носитель, – верно подметила Рыжая.

Шаг, второй, третий… И вот, пропасть разверзлась. Через минуту падения ощутили рывок, затем прошёл отстрел сработавших парашютов, а после, перед самой поверхностью, вниз полетели пустые ускорители системы реактивного торможения. Не знал, что такие технологии используются в столь продвинутом технически обществе.

Удара как такового не было, что свидетельствовало о хорошей системе подвески и приводов ног бронемеха, сработавших как амортизатор, и робот застыл в полуприсяде посреди укреплённых позиций.

Наступила пауза, я превратился в зрение, наблюдая местность через визир наведения орудия. Граф занят тем же, а Алиса сгруппировалась, ожидая каких-нибудь действий со стороны комитета по встречам, который обязательно должен вот-вот появиться.

– Алис, не находишь, что вокруг подозрительно тихо? – я задал правомерный вопрос спустя пару минут.

– Вот и я так думаю, – поддержал Ле, Булле.

– И куда делся десантный бот? – я продолжил скептически, переведя взгляд на небо. – Что-то я не наблюдаю его в пределах видимости.

На всякий случай повторно огляделся, на все триста шестьдесят градусов. Визир вполне позволил проделать это.

– Какой-то странный плацдарм. Нет отголосков битвы, всё вокруг тихо, – приступил к перечислению. – Объект общего интереса в нескольких километрах, вон там, – я пометил маркером направление и место для всех. – Эскадра прошла мимо, потеряв корабль носитель на подступах к дальним орбитам. Какого чёрта происходит? Где толпы кровожадных инсэктов?

Мои вопросы остались без ответов, но в аурах Алисы и графа я без труда прочитал образы повышенного интереса, несмотря на свою внутреннюю опустошённость в плане энергии.

Глава 10. Тайны забытой планеты…

– Мы будем строить версии или предпримем активные действия? – мне пришлось снова прервать затянувшуюся паузу. – Алиса, есть что-нибудь в запасе арсенала, кроме как замереть в ожидании?

– Посмотри под ноги, там ячейка, хранилище скафандров для экипажа, – наконец принцесса очнулась. – Элементы с лёгкой бронёй там же. Переоденься и выйди наружу, иначе не понятно чего ожидать.

– Н-да, вот не нравится мне всё это, – проворчал Ле, Булле.

– Можно подумать я счастлив, или Алиса? – поддержал его интонации, открывая ячейку. – Пойду, раз настаиваете и осмотрюсь на месте. Тут как раз проходит фортификационный контур обороны, пустой, как мне кажется, – высказался, спешно переодеваясь в новенькое военное облачение.

Тактический обвес, с хорошо укомплектованной амуницией, порадовал, оказавшись весьма кстати. Монокуляр с полезными наворотами ведения боя и оценки ситуации, в этом случае, оказался интегрирован в сплошное забрало, на манер тех, что видел у десантников на погибшем корабле накопителе.

Оружие правда слабовато и заключается в импульснике с традиционным кинжалом. Подготовка к выходу много времени не заняла, последним штрихом стало подключение автономного дыхательного аппарата, на случай агрессивной среды и нехватки кислорода. Хотя, если судить по отчётам аппаратуры бронемеха, всё с окружением за ботом нормально и пригодно для жизни человека.

– Связь проверяй периодически, – напоследок проинструктировала Рыжая, – как спустишься в лабиринт оборонительных коммуникаций, сработает маяк. Я постараюсь вести машину над тобой, чем чёрт не шутит, может что раскопаешь, или обороняться поможем. Мне как и тебе не нравится тишина.

– Подозрительно как-то, – подключился к переживаниям граф. – Оборонительные орбитальные комплексы работают. По тем фактам, что мы наблюдали, налицо довольно продуманная схема защиты планеты. Прорваться сможет разве что везунчик…

– Или тот, у кого есть пропуск, – добавила Алиса. – Так тоже бывает.

– Всё! Хватит разглагольствовать, я высаживаюсь! – прервал обмен мнениями и озвучивание догадок. – Как обещали, следуйте по поверхности над моей тушкой. Побуду навигатором. Нам ведь к объекту с реакторами синтеза атмосферы надо? Или как он правильно занимается?

– Похож комплекс, хотя конструкция такая мне ещё не встречалась, – поделилась впечатлением Рыжая.

– Меня смущает одно обстоятельство, которым очень хочется поделиться, – я вновь вернулся к ситуации с автономной орбитальной обороной.

Между тем, створка бронированной двери сзади меня ушла в сторону, открыв выход. Высота до поверхности оказалось не такой уж и малой, хоть бронемех и стоял в полуприсяди. Прыжок, секунда свободного падения и я ступил на странную планету, ведущую оборону самостоятельно, проходящую стадии терраформирования и обладающую строптивым характером.

– Что за обстоятельство?

– Сейчас поясню, – я начал движение к монолитному возвышению с шлюзом, похожим на вход.

Разветвлённая система бункеров ожидала меня открытыми створками. Пришла мысли о том, что население или колонизаторы были вынуждены покинуть эти места. Возможно и само космическое образование оставили по неизвестной причине.

– Так вот, – продолжил, спускаясь на первый пролёт полого настила, без ступенек, – связь с силами экспедиционного флота отсутствует? – решил уточнить.

Татуировку слева резко обожгло, как от прикосновения раскалённого железа. Болезненное ощущение еле не заставило закричать, но я сдержался. Через несколько секунд боль прошла, но лёгкое покалывание осталось, как напоминание о чём-то важном. Об инциденте решил не рассказывать друзьям, что бы не появилось требование прервать экспедицию.

– Да! Эм, это немного странно, – подтвердила Алиса. – Военные образцы довольно неплохи.

– Хм, – я задумался, заодно рассматривая опущенную створку, перегораживающую широкий коридор, – тут может быть обширная блокада связи?

– Запросто, если объект чрезвычайной важности и засекречен.

– И вдруг возникла необходимость, его освобождать или захватывать? – я засомневался, перебирая и собирая воедино все свои мысли по этой странной ситуации. – Алиса, а терраформирование – это автономный процесс?

– Абсолютно, – она вдруг задумалась. – Запустив все комплексы про планету забывают на очень длительный срок.

– Вот и я так счёл, как одна из версий. Минуту, – прервал беседу, найдя консоль управления створкой перегораживающей коридор. – Сейчас продолжим, только преодолею заслонку, как против ядерного взрыва установленную.

– Какого взрыва?

– Мощного, – я буркнул автоматом. – Оружие массового поражения землян помнишь? – поправил Рыжую, напомнив о земных приключениях.

– А! Ты об этом… Довольно варварское, по отношению к планетам, смею заметить, – удосужилась ответом, заодно пояснив Графу моё сравнение.

Я окончательно прервался, ковыряя нехитрый замок на защитной дверке, скрывающей консоль управления и через половину минуты она поддалась, скрипнув на не смазанных петлях. Давно оказывается не проводилось техническое обслуживание. Да и не открывали её тоже давненько, судя по пробившемуся мху и плесени, переходящим от мест соприкосновения с полом, потолком и стенками коридора на створку. Похоже на то, что это единственные из возможных представители растительности на планете.

Сенсора, как и предполагал оказалось всего два, а различие в цвете и расположение на панели не оставили сомнений в том, какой из них отвечает за подъём. Нажал и удивился, когда створка дёрнулась, заработали приводы внутри массивной защиты и проход медленно открылся.

– Что там у тебя? – Алиса занервничала.

– Всё отлично, – поспешил подать голос. – Преодолел первое препятствие, и знаешь, ты несказанно удивишься узнав, что я перед собой вижу! – создал интригу.

– Не тяни зверя за неподобающее! Леон! – повысила голос от нетерпения. – Что там?

– Благоустроенный коридор, уходит полого вниз, по направлению к нашему объекту, – озвучил, а сам продолжил движение осматриваясь и проявляя повышенную осторожность.

Приготовил импульсник к вероятному бою, когда начали попадаться двери, находящиеся на равном расстоянии друг от друга, по бокам и в шахматном порядке. Стены не чета виденным на первом оборонительном плацдарме. Ровные и более качественно выполненные. Под потолком проходят короба коммуникаций, а на полу, закрытые решётчатыми панелями из металла, проходят каналы с трубами разного диаметра.

Признаков флоры более не обнаружил и предположение возникло в мыслях о уходе за лабиринтом. Кто и как его производит? Пока остаётся загадкой.

Освещение срабатывает выборочно, когда я перехожу из одного импровизированного сектора в следующий. Одним словом, я двигаюсь в комфортных условиях в отличии от друзей. Судя по сбивчивому ритму дыхания Алисы она преодолевает какие-то препятствия, следуя над моей головой, по поверхности. Двигаюсь всё более поражаясь чистоте окружения. Впереди замаячил зал с разветвлением по направлениям.

Коридор разделился на несколько, причём некоторые так и имеют угол наклона, а один идёт строго горизонтально, если верить тактическим сводкам, передаваемым на забрало шлема. Вспомогательные системы облачения исправно работают и это радует. Выбрал горизонтальный и двинулся далее.

Заслонки попадались всё чаще, приходилось вновь и вновь копаться с защитными дверками консолей, но это мелочи, по сравнению с повышающейся влажностью, действующей на нервы образовавшимся конденсатом на забрале шлема. Так себе трудность и всё же, постоянная протирка выбешивает, да и жарковато становится, однозначно неуютно. Хотя система кондиционирования лёгкого скафа пока что справляется со своей задачей поддержки комфорта пользователя.

– Ты там как, Леон?

– Не мешайте, – отмахнулся. – Что-то намечается, чувствую приближение важного…

Очередная заслонка поразила выпуклой формой полукруга и отсутствием консоли управления. Обыскав все стены вокруг я пришёл к единственно правильному решению и вернулся на несколько десятков метров к двери в стене коридора. Достаточно массивная, не похожа на предыдущие. Осмотр не принёс ничего интересного в дополнение к ранее виденному, и я приступил к вскрытию, пользуясь всё тем же клинком.

Неожиданно дверь открылась, причём сама и изнутри. Я инстинктивно попятился и прижался к противоположной стенке приготовив импульсник, но открывать огонь не стал, доверившись своим ощущениям, кричавшим о нецелесообразности огневого контакта и обострения ситуации.

В проёме открывшейся двери появился человек со слишком вытянутым смуглым лицом, жутко худой и высокий.

– Не стоит так реагировать, – он произнёс с иронией. – За пару сотен лет я уже потерял надежду увидеть представителя расы ушедших, обосновавших колонию, – убил очередным предложением. – Идите за мной, я отчитаюсь за всё, что сделано к вашему появлению.

– Эм-м… – я смог выдавить из себя лишь звуки изумления.

– Ну, полноте вам, – он добавил снисходительно. – Пойдёмте, опасности нет.

Первой мыслью пришло предположение о сумасшествии индивида, но приглядевшись, я осознал сразу несколько неоспоримых фактов. Это совсем не человек, точнее что-то человеческое просматривается только в формах тела. Антропоид, антропоморф и совершенно точно принадлежит виду рептилий. Разумных естественно. Предположил, следуя за проводником, что долголетие сродни черепахам, живущим лет по триста или другим рептилиям. Это если провести аналогию с земными представителями вида. Всё сложилось, а наличие второй пары рук, согнутых в локтях и плотно прижатых к телу, показалось забавным. Существо старалось их не афишировать. Вероятно боится произвести дурное впечатление.

Проходя сквозь арку в конце узкого коридора, я вновь ощутил невыносимую боль от татуировки на груди у сердца, невольно вздрогнул, преодолевая порыв закричать и согнуться в приступе судорог. В глазах помутнело, а следом полетели точки огоньков. Как и в первый раз всё закончилось очень быстро, однако моё состояние преодоления болевого шока не ускользнуло от цепкого взгляда обернувшегося проводника.

– Я не ожидал визита самого нейрокомандора, Адепта Этносов! – он искренне удивился. – Никак не надеялся, что с инспекцией прибудет такое высокопоставленное лицо. По всей вероятности скоро понадобятся дети, – он заявил гордо подняв голову.

– Возможно, – я решился поддержать диалог в котором не понимаю ничего, кроме пары знакомых словосочетаний.

Затем антропоид поклонился и жестом попросил следовать далее. Я связался с Алисой и предупредил о неординарной ситуации, заставив друзей ждать дальнейшей развязки. Ничего не осталось, как следовать за этим странным существом, теряясь в догадках относительно фразы о детях, которые могут понадобиться.

Спустя несколько поворотов мы остановились у дверей грави-лифта. Прикосновение, точнее приближение к сенсору кисти руки вызвало писк и срабатывание вызова платформы. Возникла она резко и сверху вместо подъёма снизу, что логичнее на мой взгляд.

Начался спуск с ускорением, мы взялись за поручни, проходящие по окружности площадки и я предался наблюдениям за меняющимся окружением сквозь прозрачные стенки направляющей шахты. Темнота грунта сменилась открывшейся панорамой огромного зала, где в бесчисленном количестве находятся высокие стойки с гроздями коконов. К ним подходят шлейфы и трубки разного диаметра, а по прозрачным проводникам пульсируют светящиеся сгустки энергии.

Стволы, на которых подвешены грозди, упираются вершинами в свод. Основания более широкие и имеют множества консолей с панелями управления и контроля. Мониторы отслеживают состояние, передавая данные визуально, а в центре обширного зала расположена цилиндрическая башня, поделённая на ярусы. Платформа сменила направление и теперь мы двинулись горизонтально к этому центральному сооружению.

По моим прикидкам, как раз сверху этого подземелья и находится объект с реакторами, назначение которых определить теперь сложно. Или они выполняют несколько задач одновременно, что вполне вероятно. Наконец мы достигли центра управления и контроля инкубатора, как я уже догадался. Вопрос только в том, кого он производит.

– Леон! Ты чем там занят? – обеспокоилась Алиса. – Дыхание у тебя сбилось, ритм биения сердца прерывистый, ускорившийся.

– Обычный шок, – нашёлся с правильной характеристикой. – Вам стоит на это взглянуть, если уважаемый… э… Как ваше имя? – я обратился к проводнику.

– Оман, – антропоид поклонился.

– Оман, вы не против, если к экскурсии присоединятся пара моих спутников, друзей?

– Не вижу никаких сложностей, но им нужно покинуть боевую машину и пройти немного вперёд, – показал полную осведомлённость о визитёрах одним ответом. – Я открою допуск к входу на поверхности и через несколько минут они окажутся тут.

– Подождём, – я кивнул удовлетворившись ответом. – А вы исполняйте, если всё слышали, – добавил друзьям.

– Спешим воспользоваться заманчивым приглашением! – немного обрадовалась принцесса. – Сюрпризов не предвидеться, я надеюсь?

– Нет, Алиса. Тут всё ровно! – приободрил. – Можете спокойно выдвигаться, ждём.

Пристально посмотрел на Омана, колдующего над модульным блоком управления, прикреплённом к предплечью, чуть выше запястья. Ввиду его тонкого корпуса не сразу обратил внимание на интересный прибор, собравший воедино основные функции контроля за базой. Хотя не уверен в правильности названия комплекса.

– Пока ждём, я осмотрюсь, – проинформировал единственного представителя местных аборигенов.

– Конечно, а я могу дать пояснения.

– Не стоит, – аккуратно остановил начало изложения. – Всем интересно. Не удобно получится, если друзья пропустят что-нибудь.

– Согласен, – он вежливо поклонился. – Они довольно скоро прибудут.

– Что ж, подождём!

Я занялся осмотром подземного зала, а может быть фабрики по производству и снова проникся уважением к создателям совершенного, на мой взгляд, сооружения. Всё продуманно до мелочей. Возможно приблизиться и проверить каждый кокон грозди от основания до вершины колонны, снабжённой и многоцелевым подъёмником внутри, и балконами на каждом ярусе.

Между колоннами проходит разветвлённая сеть грузопассажирских магистралей для обслуживающего персонала, сейчас отсутствующего. Причина, как я понимаю, одна – это состояние гибернации, своего рода, или ожидания начала воспроизводства клонов из эмбрионов. Количество не укладывается в моём понимании, но что-то говорит о знании точного числа Оманом.

Как и говорил отшельник, друзья появились скоро и замерли, рассматривая местного аборигена, не видевшего никого столь долгое время. Тот тоже всматривался в гостей умными, большими глазами не произнося ни слова, кроме стандартного приветствия.

– Пройдёмте в центр контроля? – наконец он высказал очевидное.

– С удовольствием! – я обрадовался прекращению игры в гляделки.

Мы поднялись на платформе до середины сооружения, где несколько ярусов объединялись в один большой зал. Системы мониторинга с многочисленными местами операторов по окружности и голосфера в центре. Таким он предстал перед нами. Естественно, почти все мониторы погашены и контроль осуществляется лишь малым количеством.

– Итак, поясните что это? – я обвёл взглядом пространство за панорамой зала.

– Это, как вы уже догадались, фабрика воспроизводства иноклов, – охотно приступил к разъяснению антропоид. – Гибридные существа.

– А точнее? – Алиса попросила о расшифровке.

Принцесса удивила меня вопросом, ведь я полагал, небезосновательно, что уж она точно в курсе и её не смутит незнакомое для меня название. Взглянул на графа и прочёл тот же интерес в его ауре. Они оба не в курсе о ком, или о чём идёт речь.

– Точнее, точнее… – он вдруг задумался. – Это биологический организм подобный человеческому, но выращенный при помощи ДНК рептилоидов.

– К чему такая сложность?

– По ряду причин. Например из-за банального количества получаемых эмбрионов. Скорость роста так же зависит от свойств популяций рептилий. И наконец, долгожительство, – он перечислил основные преимущества нового вида. – Иноклы сильны, неприхотливы к пище. Обладают отменной природной реакцией и способностью приспосабливаться к любым враждебным средам. Кожа хоть и выглядит человеческой, но отличается структурой, причём радикально. Зрение тоже универсальное, даёт возможность отражения мира таким как видят его люди, и таким как представляется он рептилиям, с возможностью комбинирования. Про эффект большого радиуса обзора упоминать нет смысла, ведь это и так очевидно.

– То есть, Этносы создали идеального солдата, машину для убийства?

– Не только, – он не стал отрицать первое, что пришло на ум по использованию этих организмов. – Это прекрасные пионеры колонизаторы, способные подготовить космическое тело к прибытию полноценных представителей людей или других видов, избранных вышеупомянутыми Этносами. Сейчас за основу взяты именно люди, раз я вас вижу, а не подобных себе или тем же инсэктоидам, представителям насекомых.

– Н-да, в этом объяснении есть одно непонятное, – подвёл я итог услышанному. – Какая разумная составляющая у этого вида?

– Составляющая избранных, – он пожал плечами и удивился вопросу с таким очевидным ответом.

– Я так понимаю, что эмбрионы что здесь видим – пока пустышки? Без признаков зачатия разума.

– Можно и так сформулировать их состояние, – Оман кивнул, согласившись.

– И?

– Я считал, что вы станете прообразом и своего рода донором всех инкубационных комплексов на планете, – он произнёс главное.

– Так их не один?

– Нет конечно, – улыбнулся отшельник. – Их сотни тысяч скрыто под поверхностью. Защита автономна и пропустит лишь имеющего признаки древних. Вот вас, например, распознали и не уничтожили, хотя вы прибыли не одни. Эскадру не пропустила система обороны. Корабль носитель уничтожен, как и бот, что вас доставил.

– Был риск и меня уничтожить, – я сделал замечание Оману.

– Вряд ли, ведь вы нечто большее, убить вас затруднительно. Хотя я вижу, что вы очень измотаны и опустошены. Требуется очередное перерождение, как мне кажется. Адепты на это способны.

– Ладно, с эти позже разберёмся. И каковы мои дальнейшие действия?

– Обеспечить эмбрионы недостающим элементом разума представителя Этносов, – он заявил обыденно. – Процедура довольно интересная. В результате, вы станете их нейрокомандором и все солдаты будут подчиняться вам беспрекословно, как вам одному, так и в составе трио избранных, – проявил очередную осведомлённость о количестве.

– А дальше?

– Самое трудное и накладное – обеспечить воспроизводство иноклов биомассой.

– Круто, чё сказать, – я вздохнул.

Алиса вдруг оживилась и пристально посмотрела на меня.

– Это и есть вероятное решение проблем связанных со мной, – заявила. – Сколько требуется ресурсов и времени?

– Месяцев шесть, если принять временные рамки Земли, – добил и такими познаниями о моей родине. – Главное необходимые биоматериалы! Я скину расчёты файловым массивом. Кстати, о флоте не беспокойтесь, так как он обнаружится вами в момент готовности армии, или при крайней необходимости.

Алиса ознакомилась с данными и погрустнела, прикинув общую стоимость ресурсов, требуемых для роста этих организмов.

– А есть вариант, при котором вы возьмёте то, что от меня требуется, приготовитесь и станете растить иноклов по мере поступления требуемых ресурсов? – я задал вопрос, стараясь воодушевить ударившуюся в печаль девушку.

– Конечно! – Оман вернул Алису из удручённого состояния.

– Осталось только найти уйму денежной массы, – пробормотала принцесса.

Я её понимаю, ведь от элементарных денег теперь зависит будущее, как её личное так и империи, втянутой в интриги и войны, по воле верхушки Приверженцев Собрания и Нового Парламента. Вот такая банальщина.

– А по поводу накопления капитала у меня уже предприняты определённые шаги, – решил приободрить принцессу. – Ты это прекрасно знаешь. Надеюсь на неискушённость граждан галактики в смелых начинаниях предприимчивых Землян, – прервался и оценил действие монолога на Алис. – А что? Для заработка все средства хороши, не правда ли? А такие элементарные, как игра на азарте основной массы населения и использование этого порока, так и подавно имеют право на пристальное внимание с нашей стороны.

– Согласна!

Она искренне обняла меня и поцеловала, вогнав в краску, как мальчишку незрелого.

– Ну ладно, ладно тебе, – тихонечко отстранил девушку. – Оман, пора приступить к процедуре?

– Только и ждал вашего распоряжения, – он поклонился. – Пройдёмте к центру зала, – указал на небольшое эргономичное кресло. – Сюда пожалуйста.

Я расположился на удобном ложементе, подогнанным под особенности моего тела автоматически. После фиксации ремнями и специальными зажимами конечностей, в рот мне поместили подобие боксёрской капы, с трубками нескольких диаметров, уходящими вверх к распределителю. Поёжился.

Захотел спросить об этой детали, но именно она не позволила звукам вопроса вырваться из гортани. Так и пришлось лежать ожидая начала. В конечной фазе подготовки на глаза надвинули полуобруч, звуки исчезли вместе с появлением однотонной картинки, тёмной и абсолютно не располагающей к расслаблению.

Неожиданно всё изменилось, придя в движение. Постепенно разум оказался один внутри сферы с миллионами ячеек на внутренней поверхности. Полное ощущение отсутствующего тела завладело органами чувств. Обострение восприятия привело к следующей фазе объединения с информационным массивом фабрики воспроизводства иноклов.

Я предельно сконцентрировался в одной точке и началось движение отдельной ячейки с приближением. Достигнув предела увеличения, она рассыпалось на тысячи, образовав вокруг меня новую сферу с бесчисленным количеством точек приложения. Мощь концентрации нарастала и уже новая ячейка информационной сферы начала движение. Этапы, повторились всё быстрее.

Смена ускорилась, повторяющиеся фазы образования информационных сфер слились в единый в непрекращающийся поток. Я осознал, что не стою на месте, а перемещаюсь среди информационных полей, сквозь чреду инфосфер или перепрыгиваю из разума в разум.

Я словно лечу внутри тысяч разумов, что рождаются и перенимают у меня требуемую, заложенную ещё на Земле информацию при перерождении в Адепта Этносов, великой расы ушедших древних.

Не знаю о количестве времени проведённом в ментальном движении, так как реальность полностью покинула меня…

* * *

Очнулся в том же положении с кляпом во рту, под испуганными взглядами принцессы и графа. Оман остался невозмутимым с тем же внимательным выражением на вытянутом, смуглом лице. Увидев мои открывшиеся глаза он улыбнулся краешками губ и кивнул. Какие мысли он подтвердил этим жестом не сложно догадаться. Всё ведь сводится к удачному завершению процедуры наделения разумом неимоверного числа эмбрионов, готовых развиваться по первому сигналу.

– Может вы меня отвяжете? – обратился ко всем сразу.

– Как ты себя чувствуешь? – Алис отреагировала, приступая к исполнению просьбы.

Ей помог антропоид, довольный как нашим присутствием, так и будущим делом по воспроизводству. То, что он умирал тут со скуки я прочёл в ауре, отнесясь с пониманием к неуместной в данный момент радости. Выгляжу я не очень, сам чувствую осторожность друзей, расстёгивающих крепления держателей.

Боль прострелила всё тело при попытке подняться, от макушки до пяток, как раскалённые прутья и без намёка на анестезию. Приятного мало, ведь при припадке и судорогах я мог порвать связки мышц совершенно запросто.

– Полежите несколько минут, – придержал меня Оман. – Я сделаю несколько инъекций и вы быстро поправитесь. Они ускоряют время регенерации. Кстати, весьма полезная штука, – он приложил инъектор, иглы впрыснули несколько растворов одновременно, – обязательно укомплектую вас ими.

– Ну? – через пару минут обратилась Рыжая, поглаживая мою руку. – Теперь как?

– А что мне будет? Я школьную программу по физкультуре и математике с золотым орденом закончил, заметьте, – поднял вверх указательный палец, – начиная с первого класса, – досказал, приподнимаясь на локтях.

На движения тела среагировали сенсоры ложемента и он принял более вертикальное положение, подстраиваясь под мои желания. Удобная штука, надо в корабль такие поставить, если он у нас снова появится.

– Кстати о корабле и методе возвращения на Сигму-4, – решил сразу всех озадачить своим откровением. – Какие есть варианты, Оман? Ты ведь не счёл, что мы останемся тут дожидаться сыплющихся с неба ресурсов. Что скажешь, на правах сторожила, и всё тут знающего досконально?

– Есть простой способ, – он даже обрадовался вопросу, что не много удивило. – Не знаю, почему вы не спросили об этакой безделице раньше.

– Можно ближе к решению, без лишней демагогии? – Алиса откровенно занервничала, вновь принявшись кусать красивые губы. – Простые вопросы подразумевают короткие ответы.

– Обратите внимание на голо-проекционную сферу, – он развернулся к появляющемуся трёхмерному изображению комплекса.

Я не смотрел на неё вдруг представив о неправильности выбора Этносов, Великих ушедших, которые доверили судьбу частички вселенной, галактике и одноимённой империи Живан. Отчётливо увидел армию, состоящую из отпрысков, потомков Землян, со всеми вытекающими последствиями. Например тот же прозорливый ум и склад характера лидеров, бесчисленные уловки, хитрости и наконец душа поэтических личностей.

Сравнил с собой и ужаснулся тому, что раздражённость, озлобленность и остальные побочные черты, породят сотни тысяч деспотов во плоти универсальных боевых единиц. А методы и ухищрения, к которым прибегают Земляне к достижению своих целей? Проход по смертям и головам некогда близких людей, друзей, любимых, а иногда и самых ближайших родственников? А тот факт, что замучить до смерти себе подобного у нас называется проявлением излишней жестокости, пусть не поголовно у каждого, но само это напрягает мою разыгравшуюся фантазию. Не совершили ли ошибку Ушедшие древние, сделав такой выбор? Кто мне подскажет? Да мало ли всего отрицательного скрыто под личиной праведности у любого человека, особенно выходца с Земли, включая меня.

Невольно взглянул на Алису, с душевным трепетом слушающую Омана, что показывает на схеме ангар с космическим кораблём, напомнившим мне формами морского ската, но с цилиндрами гондол двигателей на импровизированных плоскостях крыльев и вокруг основания каплеобразного хвоста. Решение пришло молниеносно.

– …а кроме всего перечисленного Призрачный Рейдер, Фантом, имеет на вооружение комбинированные торпеды…

– Вот что! Минуту внимания! – я прервал доклад антропоида.

– Лёвка, на тебе лица нет, – заметила изменение настроения Рыжая бестия. – Только не говори, что рейдер тебе не понравился! Он же напичкан технологиями ушедших, как ваш земной ёжик иголками.

– Нет, с этим чудом технического прогресса всё в норме, судя по вашим воодушевлённым выражениям, – я отрицательно качнул головой, аккуратно вставав с ложемента. – Дело в другом, и требующем волевого решения. Например моего, как адепта и нейрокомандора. Будущего правда.

– Н-да, ты умеешь создать интригу! – согласилась, посмотрев на меня более внимательно, и постаралась проникнуть в уголки моего сознания. – Рассказывай, что не так на сей раз, – подвела итог своих изысканий в моей ментальности.

– Уважаемый, Оман, – обратился разминаясь. – Мы можем добавить в ифобазы образов и подобий разума частичку ещё одного представителя? Или процедура рассчитана лишь на Адептов, а другие попросту не выдержат перегрузок?

– Вы на кого-то конкретного намекаете? – он покосился на Алис.

– Да, именно на неё! – не стал делать многозначительной паузы. – Она тот человек, собственно, ради которого я тут и появился с двумя Адептами, что на Сигме остались. Так как, что на это скажете?

– Минуту.

Оман подошёл к опешившей девушке и провёл диагностику, проведя своей консолью управления на предплечье вокруг головы Алисы, затем повторил контуры её тела и глянул на появившуюся голограмму, оценивая риски, связанные с особенностями нормальной, не переродившейся физиологии человека.

– Справится! – однозначно утвердил, спустя минуту изысканий и погружения в транс. – Удачный набор и к тому же, появятся женские особи, а это даёт преимущество любому виду разумных…

– Алиса, Лау Элсис Дэ, Арсэн, ты согласна стать, своего рода, донором? – я задал прямой вопрос принцессе, прервав излишне общительного докладчика.

– Н-да. А у меня есть выбор? – повела плечом ухмыльнувшись. – Я готова, – произнесла шёпотом и заняла положение на ложементе. – Приступайте, чего время зря терять!

– Согласен с тобой, принцесса, – я удовлетворился её смелостью. – Оман, друг мой, приступайте.

Отшельник закрепил девушку, разместил дополнительные датчики, кляп-капу с трубками, так не понравившуюся мне, и в конечном итоге зафиксировал её голову височными захватами. Затем надел на глаза полуобруч и свет в зале мигнул, перешёл в приглушённое состояние. Мы отошли, что бы лучше видеть происходящее и приготовили инъекторы, помня моё самочувствие после окончания болезненного процесса.

Через секунду волны судорог завладели телом девушки. Сила их такова, что несколько суставов противно захрустели, а по лицу пронеслась тень гримасы боли и отчаяния, мышцы на скулах напряглись и скрип материала капы заполнил окружающее пространство. Алиса изгибалась подобно змее, удерживаемая многочисленными ремнями и наконец затихла. Только сбивчивый ритм дыхания говорил нам о происходящих злоключениях в её сознании, некогда ранее пережитых и мной…

Она пришла в сознание после отключения установки и осмотрелась пустым взглядом. Понемногу осознание реальности происходящего к ней вернулось и она осмысленно посмотрела на меня, готовая разрыдаться.

– Уже всё, всё, – я ласково погладил её по рыжим волосам. – Теперь всё стало правильным и логичным. Твой Адепт умудрился принять единственное решение, что поможет тебе обрести не только преданных солдат, но и будущих граждан империи. Новых, знающих тебя, твои возможные действия и реакции на сложные жизненные ситуации и не только.

Говорить я старался проникновенно, чтобы скрасить первые минуты возращения из ментального поля лабиринтов разума, пусть не человеческого, но какая разница. Инъекторы привычно издали звук и впрыснули восстанавливающие составы, бледность спала с красивого лица девушки, заставив меня среагировать на алые губы, словно на красную тряпку. Сопротивления с её стороны не случилось и пришлось самому ограничиться в изъявлении чувств таким обычным для человека образом, как любовный поцелуй. Всё закончилось и она окончательно вернулась, превратившись в привычную Рыжую бестию, обладающую выразительной улыбкой, будоражащей кровь.

– Ну, а теперь к делу! – я вышел из ступора, в который погрузился рассматривая её. – Где тут у вас корабли хранятся? – придал интонации непринуждённость.

– Эм-м. Да, а как же так можно… Она, она же – принцесса, – граф среагировал запоздало. – А вы теперь на ней женитесь? Ведь произошедшее сближение при свидетелях…

– Успокойтесь, граф Ле, Булле, – улыбнулась Алиса. – Это цветочки, по сравнению со сближением на Земле! – глянула на меня интригующе. – Но об этом побеседуем позднее! Итак, нам пора зарабатывать деньги. Даже не верится в такое – одержать верх хоть где помогают обычные денежные средства. Это из разряда постулатов? Риторика.

– Да, – я кивнул. – Вот такая неудачная ирония получается.

– Прошу вас, следуйте за мной, – Оман прервал философствования и направился к лифтам…

Интермедия 2

Адмирал Мак Меген мерил шагами кабинет под пристальными и молчаливыми взглядами собравшихся офицеров высшего командного состава эскадры. Герцог Амель присутствовал на правах наблюдателя от руководящей партии, приверженцев Собрания и Нового Парламента. Как никак, а ставленник из числа военных всё чаще желал независимости своим решениям, не всегда касавшихся военных операций.

Несмотря на вздорный характер Мак Мегена терпели, зная его авторитет во флоте, как династического преемника и неплохого командующего. С одной маленькой поправкой, относительно планетарных высадок и боёв на плацдармах.

Планета, найденная на задворках содружества совершенно случайно, активно оборонялась, что послужило причислением её к владениям антропоинсэктов. Первые попытки прорваться, как говорится с ходу, не увенчались успехом, приведя к серьёзным потерям. Командование оставило мысли о злосчастной планете до тех пор, пока отчёт не попался к самому Мак Мегену и затем к собранию Нового Парламента. Первое решение, совершенно спонтанное, о высадке и захвате, вновь принесло поражение с потерей эскадренного корабля носителя десанта.

– Что там такого, на ней? – Адмирал резко повернулся и впился взглядом в герцога Амеля.

– Хороший плацдарм, находящийся на пути к основному театру военных действий, – ответил герцог с невозмутимостью вельможи.

– И как, позвольте спросить, нам пробиться сквозь сферы эшелонированной обороны? Не проще ли её уничтожить дистанционно и забыть?

– Не рационально, – парировал Амель выпад в адрес решений Парламента. – Грубое расточительство. Планета явно проходит процедуру терраформирования, а это огромные средства.

– Тогда решайте, как провести атаку с меньшими потерями, если умниками в военной стратегии себя считаете, – ответил Мак Меген грубовато. – Я, тем временем, займусь воплощением в жизнь более реальных планов военной компании…

Стычка между людьми наделёнными неограниченной властью закончилась. В конечном итоге случилось маленькое и важное событие.

Герцог отправил одно донесение, содержащее незамысловатые фразы и словосочетания:

«Она там побывала и вырвалась. С кем именно – устанавливаем. Виконт Этон со своей ролью великолепно справился.

Прошу ещё раз подумать об уничтожении артефакта, хранящегося в Империи во избежание…

Герцог Амель»

Глава 11. Смертельные ставки…

Мы вышли из состояния гибернации на дальней орбите Сигмы-4. Корабельный отсек с капсулами сна ожил вместе с пробудившейся компанией, кстати, слегка увеличившейся на одного интересного персонажа. Подарок, что сделал Оман, пришёлся весьма кстати, разбавив группу серьёзных товарищей отпрыском, любознательным, и весёлым излишне, как мне например показалось. Такой микс получился из эмбриона, причём абсолютно человеческого, с добавлением наших с Алисой крупиц разума.

Это ужас летящий на крыльях ночи воплоти мелкой девчонки лет двенадцати, по земным меркам, ведущей пацанский образ жизни. Несколько раз призадумался на тему: «а не переборщил ли я с экспериментами?»

Как выяснилось, исходя из пояснений автора проекта, Омана, это не со всеми искусственно выращенными так будет. Ожидается, что иноклы-воины и воительницы предстанут перед командованием отличными бойцами, исполнительными и преданными, в меру проявляющими людские черты характера.

Имя отпрыску мы пока не дали, так как коллегиально не приняли ни одну из предложенных версий. На языке у меня крутится только одно имя, олицетворяющее в себе черты безудержного на действия характера мелюзги – Вася. Коротко и, по моему, всё предельно ясно.

– Мы куда прилетели? – Вася тормошит графа, пока не совсем отошедшего от состояния глубокого стазиса. – Чего молчишь? – потеребила его за ухо. – Давно пора просыпаться!

– Мадмуазель, – он на ощупь отстранил шаловливые руки. – Мы оговаривали конечную точку до начала погружения в сон. Не так ли? И что за манеры у будущей девушки?

Наконец он открыл глаза и сфокусировался на чертёнке.

– Прибудем на место, граф, – я невольно улыбнулся, наблюдая салочки по залу. – Вот тогда и займётесь воспитанием и прививкой необходимых манер. Да, гражданка? – мне удалось сцапать бегающую Ваську.

– Пора определиться с местом высадки, – серьёзная Алиса облачилась в костюм, входящий в комплекты команды новенького Рейдера. – Я ввела координаты нашего кратера, снятые при нахождении на Сигме, так что, предлагаю пройти в рубку управления и сориентироваться визуально.

– Ура! – пискнула мелкая, зажатая у меня под мышкой. – Новые голограммы будем рассматривать!

Мы последовали примеру Рыжей и облачились в такую же форму, поверх легчайшего скафа, в котором я заподозрил использование нанитов, как основного материала. Прошли в рубку, что находится в непосредственной близости от зала капсул гибернации и заняли удобные кресла, подстраивающиеся под индивидуальности анатомии каждого. Васька запрыгнула мне на руки и начала дразнить Алиску, корча серьёзную мину на веснушчатой мордашке и тряся двумя несимметрично расположенными косичками.

Принцесса, не обращая на эту причуду внимания, активировала консоли управления, погрузила кисть в нейро-гель и приготовилась к обсуждениям точки высадки. На центральной панели отобразилась планета, полностью соответствующая моему сложившемуся представлению о Сигме-4. Поверхность истыкана кратерами разного диаметра, и практически одной глубины. Некоторые заполнены густой растительностью, и они меньшие по размеру по сравнению с пустынными.

Между ними располагаются высокие хребты с белыми шапками льда и цепочки гор, образованные выброшенными породами, кстати, в некоторых местах они создают небольшие плато с участками флоры и даже водоёмами. Пустынные кратеры имеют признаки расположения Мега-городов, огни которых особо чётко наблюдаются в теневой зоне планеты. Есть и такие, что заполнены водными массами, а общее количество и тех, и других почти равнозначно, по крайней мере визуально с орбиты.

– Вот он, наш кратер, – Алиса приблизила и увеличила изображение добавив деталировки.

– Покажи вот это место, прямо в районе нашего дома, – попросил Рыжую. – Меня заинтересовал вот этот кусок местности, – ткнул пальцем по привычке. – Видите?

– Действительно, – граф подключился. – Эта расселина явно соединяется с соседним кратером. Удачное место для скрытного расположения, например небольшого по численности населения. Как думаете?

– Вода, лес, небольшое плато по окружности, – перечислила Алиса. – Подумаем, хотя корабль уже сейчас спокойно там спрячем. Мест для этого достаточно, судя по прикидкам, и он всего в три раза меньше того плато, со свалкой и двумя городами.

– Ладно, разобрались, – я снял с шеи Ваську. – Уймись, чудо в перьях! Ведь взрослые разговоры разговариваем! Так, решено – корабль там и спрячем, и под рукой будет. Мало ли что…

– А сами отправимся вот сюда, – граф приблизил следующий участок недалеко от Мега-города.

– Что там такого замысловатого?

– Покажу на месте кое-что, – заинтриговал прямо. – И каньон широк настолько, что бот рейдера великолепно в него помещается.

– Поверим Вам на слово, я активирую автопилот призрака и можем отправляться сами туда, куда пожелаем, – поразительно быстро согласилась Алиса.

Закончив короткое совещание принялись собираться. Инъекторы, и ещё массу подарков упаковали в заплечные ранцы с учётом каждого из нашей команды, включая тех, что на Сигме остались. Несколько импульсников, в дополнение к роскошным кинжалам, придутся весьма кстати.

Помимо всего, нас снабдили и персональными консолями, как у Омана. Выполненные с тонкостью и изяществом эти консоли легко маскировались под любой одеждой, крепясь непосредственно к предплечью чуть выше запястья. Информационный обмен осуществляется с помощью проекционной голограммы, так что, получается удобно и компактно. О наворотах упоминать не стоит. Начиная от связи и заканчивая нейро-стимулирующими препаратами в компактном инъекторе.

Через полчаса, может чуть меньше, мы зависли на стационарной орбите под пологом поля маскировки, делающим нас невидимыми для всех видов телеметрии и сенсорики обнаружения. Далее, наша компания погрузилась в небольшой бот, оставив рейдер на самого себя, в плане спуска к поверхности.

Полёт по пологой траектории, затем пелена плазмы раскалённых газов в плотных слоях атмосферы прервала наблюдение за приближающейся поверхностью дна кратера, и в частности плато.

– Как красиво! – пискнула Васька, рассматривающая поверхность в иллюминатор. – Мы пойдём в город? Ну пожалуйста! – начала откровенно канючить.

– Обязательно, и довольно скоро, – добавил таинственности Ле, Булле. – Всем понравится.

Каньон отыскали легко. Приземлившись между высокими стенами скальных пород на песчаное дно высадились, переключив всё внимание на графа и его интригу с сюрпризом.

– Вот что за человек?

– Да! – поддержала Васька и спряталась за мою спину.

– Что за сюрприз, который должен довести каждого до эйфории? – я продолжил, видя что граф разыгрывает картинную паузу.

– Вот!

Он подошёл к стене каньона и отвалил в сторону каменную пластину, открыв тёмный проём среза трубы невероятно большого диаметра. Человек в полный рост там встанет и ещё прыгать сможет, причём с вытянутыми вверх руками без риска достать до верха.

– Класс! – я выдавил без признаков радости.

– Эм… Это что? – с более меньшим энтузиазмом осведомилась Алис. – Не очень пока понятно… Сюрприз, что вы обещали – точно эта дыра?

Васька запрыгала хлопая в ладоши и пришлось спешно её сцапать, затем зажать рот, чтобы визиг щенячий радости и восторга не разнеслись эхом по всему лабиринту.

– Ну как же? – расстроился граф. – Разве не ясно, что это прямой путь в Мега-город.

– И ты хочешь, чтобы я, нет, мы попёрлись в трубе на неизвестное расстояние?

– Да мы вырубимся на половине дороги! – поддержала Рыжая, принимая из рук в руки Ваську. – Несмотря на импланты, с увеличенной степенью выносливости.

Граф не обиделся и исчез в тёмном проёме, а спустя пару минут мы увидели светлый участок в нескольких метрах от импровизированного входа.

– Идите сюда! – Ле, Булле прокричал, призывно махая. – Предусмотрено всё, даже гравикар с гироскопом, чтобы не потерять ориентацию в пространстве трубы и не перевернуться!

– Очень занимательно, – пробубнил я. – Что ж, идёмте, раз уважаемый диггер настаивает.

– Кто это – диггер? Хотя не важно. Всё одно – это без меня! – запротестовала Алиса, попятившись вместе с Васькой, стремившейся освободить себя и особенно рот.

Вдруг отчётливо представилось, что эта мелкая почемучка меня очень скоро доведёт до неадекватного состояния. Возможно не меня одного.

– Алиса, давай прокатимся, – я примирительно сменил интонацию. – Ничего не теряем, тем более есть гироскоп! – сказал и усмехнулся, зная прекрасно, что нейросети прекрасно справляются с задачами по ориентации, тем более в способности определения, где пол, а где потолок.

– Ну ладно, – Алиса медленно двинулась к входу. – Туда и обратно, что бы не сцапали местные стражи порядка. У нас ведь нет пропусков?

– Ну почему? – отозвался граф, слышащий нас очень прекрасно. – Я говорил, и повторю ещё, если не поняли – предусмотрено всё.

Наконец, после долгих минут препираний, мы водрузились на транспорт. Именно водрузились или взгромоздились, пока не подобрал точного определения. Отметил, что самое крутое, кроме возможности передвигаться, на чудо-технике находится гирокомпас. Это верх совершенства по сравнению с остальной кучей хлама.

Движение по прямой в пространстве трубы, где всё одинаковое со всех сторон, пагубно повлияло на способность ориентироваться в пространстве. Вестибулярный аппарат вдруг запротестовал и подкатила тошнота. Пришлось ехать с закрытыми глазами, пока ощущения не нормализовались.

Васька же напротив, постоянно перемещалась с рук на руки, и с сиденья на сиденье, норовя потеряться. На неё обращали внимание не долго, так как остов гравикара с креслами и мотором ускорился и попрыгунье пришлось крепко держаться.

До города домчались за час с небольшим и сразу снизили скорость. Граф опасался, что за время простоя трубу бывшего водоснабжения заметили и предприняли меры предосторожности, однако всё обошлось и мы спешились. До выхода в коммуникации осталось метров сто, или чуть меньше, если судить по светлому диску среза трубы в конце маршрута.

– А труба и правда ведёт в красивый город с огнями? – чудо затараторила, всматриваясь в темноту. – Такой же, какие видно сверху?

– Ну, с красотой не везде складывается удачно, – подметил Граф скептически. – Это смотря где находишься – в трущобах нижних ярусов, или в верхних эшелонах, любимых горожанами с достатком…

Васю пришлось убедить не балаболить постоянно, пригрозив репрессиями и она сдалась, побоявшись что её свяжут и оставят ждать на месте оставленного транспорта. Так мы и добрались до выхода, остановились и затаились, доверив графу право первому выйти наружу и разведать обстановку. Но Алиса не побрезговала контролем и аккуратно высунулась, провожая Ле, Булле, спрыгнувшего из трубы и прошедшего в глубь заброшенной станции сбора воды. Связь поддерживаем через подаренные Оманом гаджеты.

Рыжая вдруг занервничала и поманила меня к себе, прежде чем я успел среагировать, она спрыгнула и исчезла за пустыми контейнерами, хаотично наваленными вдоль стен. Начала движение к противоположному краю помещения, где маленькая лесенка поднималась на парапет. Вид у этого зала заброшенный, пахнет плесенью, тянет сыростью. Куски коробов, трубы в наспех сложенных штабелях, мусор технический по углам и не только. Заметил несколько дверей в слабо освещённом пространстве, как и графа. Связь активна постоянно, поэтому всё происходящее и видно, и прекрасно слышно.

Только граф ступил на верхнюю ступеньку, как из дверей вышли пятеро вооружённых боевиков из службы безопасности Мега-города.

– Вас мы и ждали, стойте и предъявите идентификатор, а так же пропуск гражданина, – прозвучал приказ от старшего.

– Позвольте всё объяснить, – начал оправдываться граф, по привычке и на манер аристократа. – Тут явно нелепость произошла…

Не успел он договорить слова оправданий, как Алиса выскочила из укрытия и, перемахнув через перила, ударила ближайшего в грудь, на лету выхватила кинжалы и взяла разными хватами. В одной руке – лезвием внутрь по отношению к кисти, а в другой – наружу. Синева плазменного контура пробежала волной по остриям.

Уклонившись от прямого выпада, Рыжая поднырнула под удар вместе с движением вперёд и чуть левее. Сумрак зала расчертили полуокружности синеватого марева, рука нападающего дёрнулась и кисть с оружием повисла на ткани формы, отсечённая в районе локтя. Второй удар распорол гортань замешкавшегося третьего, Алиса сделала сальто назад и вогнала оружие в грудь упавшего бойца от первого удара.

Взрыв вопля покалеченного продлился не более секунды. Девушка бросилась вперёд кувырком, предварительно метнув кинжал в кричащего, и выдернула отточенное лезвие уже из затихающего в преддверии смерти бойца. Кровь ударила фонтаном из открывшейся раны, пульсируя в такт биения сердца.

Двое оставшихся попятились к дверям, беря на прицел Рыжую. Импульсники заговорили, чертя в пространстве смертоносные пунктиры, между которыми извивается тело девушки, бросившейся в атаку.

Алиса вскрикнула, когда её зацепило и это вывело из ступора Графа. Упав навзничь он подобрал оружие убитого и открыл огонь по продолжавшим отступать безопасникам. Вдвоём друзья справились быстро. Алиса нанесла удар в шею ближайшему, использовав перила парапета и стену для исполнения смертельного пируэта, уже не похожего на танец. В тот же момент Граф показал что способен метко стрелять, одним выстрелом превратив лицо последнего в кровавую мешанину из плоти и костей.

Скоротечность боя вновь показала подготовку принцессы к любым боевым ситуациям. Когда я приблизился она уже наложила гель на свою рану, и до меня донёсся писк сработавшего инъектора на предплечье.

– Как всегда, браво, – я проговорил, осматривая ранение. – Ничего серьёзного, просто царапина. А в общем – вам обоим выговор с занесением в грудную клетку сделать надо.

– А в чём дело?

– Алиса, ты спецом игнорируешь импульсники? Это риторика, я в курсах что тебе холодное нравится, – помог наложить заплатку на куртку, скрывая пробоину и рану. – А вы, уважаемый граф, не пренебрегайте простыми правилами осторожности и не прите грудью на амбразуры.

– Алис, тебе сильно больно? – Васька приняла участливое выражение и потрогала место ранения.

– Нет, кнопка, – девушка улыбнулась и попыталась поправить ей косички. – Это так, ерунда.

– А меня научишь?

– Так ты вроде умеешь с клинками танцевать? – деланно удивилась принцесса.

– Убивать-то я не умею, – Васька вздохнула как взрослая.

– Так. Ладно, мальчик и девочки, – я прервал их нарочито грубовато. – Потом поговорим на эту тему. Граф, вы пришли в себя?

– Да.

– Куда нам дальше двигаться, а главное – на фига мы в город припёрлись? Пощекотать нервы?

– Я думал захотите познакомиться с ячейкой сопротивления, – наконец произнёс он важное.

– А сразу обозначить цель? Что, религия не позволяет? – я вздохнул, контролируя Рыжую, вернувшуюся в первоначальное состояние готовой к бою стервочки. – Ладно, веди уже дальше, только теперь по всем правилам диверсантов.

– Вот именно, – согласилась со мной Рыжая. – Маршрут покажи нам.

Граф обозначил наше положение на импровизированной карте, составленной не точно и наспех. Мы ознакомились и идея пришла в мою голову. Такая, например, как использовать гравикар безопасников для передвижения. Ход мыслей друзьям понравился и мы выдвинулись дальше.

Трущобы нижних ярусов предстали передо мной во всём своём безобразии, как только мы покинули здание заброшенной станции опреснения и сбора воды. Как пояснил Ле, Булле, раньше таких фабричных построек было много. Воду качали из соседнего кратера, опресняли, очищали и обогащали кислородом, но позже, когда случились первые гео-сейсмические подвижки плато, трубопроводы лопнули и продолжили разрушаться. Станции забросили ввиду дороговизны обслуживания, а воду доставляют колонны танкеров, рискуя напороться на тех изгоев, что промышляют грабежом и убийствами, а точнее, на падальщиков. Мы с ними уже встречались.

Эскалаторы и автоматические подвижные магистрали работают через одну. Мы идём по пешеходному рукаву, между грязных фасадов многочисленных строений. Кое-где сидят нищие, протягивающие руки к прохожим. Местами нам путь перегораживают группы лиц, по земным понятиям – обычные гопники. Но после демонстрации кинжалов и рукоятей импульсников, они расступаются, произносят ругательства и угрозы о будущих встречах.

Поднимаемся выше в лабиринте полупрозрачных каналов неработающих эскалаторов. Развязки, переходы на соседние линии, снова подъёмы и толкотня меняют друг друга. Васька залезла мне на руки, сославшись на усталость, как и все дети с родной и далёкой Земли.

Поднялись на метров сто и ощутили нарастающую разницу в окружении. Даже направляющие общественного грави-транспорта всех мастей стали чище. Полусферы потолочного покрытия обрели задуманную строителями прозрачность. Пропал мусор в углах пешеходных направляющих, а панели отделки бортов безопасности приняли нормальный цвет.

Наша цель появилась на площадке неподалёку крупной развязки грави-направляющих. Гравикар со знаками принадлежности к безопасникам принял на борт новых пассажиров. Граф с Алисой заняли места в креслах впереди, оставив меня с Васькой наслаждаться простором пассажирского салона. Тронулись с ускорением, свернули на нужную ветку и нырнули в суматоху движения Мега-города.

– Граф, если выход засекли, то ячейке пришла амба, – я озвучил прописную истину. – Случайно туда патруль точно не попадёт, побоится испачкаться и экскрементами крыс провонять. Не находите?

– Вы так думаете, Леон? – он обернулся с водительского места.

– За дорогой смотрите, или уж полностью обернитесь. К чему нам неопределённости? – я среагировал адекватно, видя интенсивность движения и ухватившись за ручки по бокам крыши. – Счас вмажемся!

– А контролирую! – успокоила Рыжая. – Тут дублирующая система.

– Ну ладно, тогда продолжим? – я облегчённо выдохнул. – У вас предатели часто попадались в сопротивлении?

– Сейчас всё узнаем, мы приехали.

Гравикар свернул и пробежал ещё пару десятков метров, прежде чем мы припарковались на транспортной площадке, одной из нескольких, расположенных друг над другов прямо по фасаду высотного здания. Но выйдя направились по переходам на противоположную магистрали сторону, к тёмному обшарпанному строению. Явно заброшенному, но пока сохранившему часть остекления. В наличии лестничные переходы между ярусами с балконами, опоясывающими небоскрёб по периметру.

Перешли на один и обошли здание, выйдя на противоположную сторону, где и проникли внутрь. Вполне целая дверь с работающим замком порадовала. Пройдя этаж к центру вышли к внутренней части. Дом оказался полым, точнее состоял из стен с помещениями, а центральная часть отведена зонам отдыха и магазинам. Даже парк присутствует на одной из многочисленных площадок, правда с высохшей растительностью.

Несколько дверей заброшенных жилых апартаментов пропустили и замерли, остановившись у очередной, на вид целой. Граф постучал условными промежутками и только затем приложил руку к сенсору замка.

– Подождите, граф, – я отодвинул его в сторону.

Аккуратно толкнул дверь и она легко поддалась открыв взорам картину недавнего погрома. Мебель перевёрнута, ящики и ячейки с вещими выпотрошены. Вторая комната не отличалась от зала, совмещённого с прихожей, впрочем как и все остальные. Обнаружили несколько кровавых клякс на стенах и багровые пятна на полу.

– У вас однозначно завёлся предатель, – подвёл я итог осмотра.

– Смотрите! – крикнула Васька. – Тут показывают что-то интересное.

Мы обернулись в указанном направлении и наконец обратили внимание на монитор, передающий изображение без звукового сопровождения. Алиса быстро исправила недоразумение и замерла, как и я от неожиданного поворота истории с реслингом.

– Алис, советую проверить баланс счёта, как только прибудем к убежищу у расселины, – я проговорил неотрывно глядя на происходящее на экране…

– …а теперь участники восемь и четырнадцать! – известил рефери, он же глашатай. – Делаем ставки!

На огороженном сеткой ринге расположен стол, за ним сидят двое, руки в захвате посередине и готовятся к поединку.

– Всё ясно! – не стала изображать дурочку Рыжая.

– Я вроде заметил в толпе Хасана, – добавил и я, всматриваясь в изображение. – Граф, где это может происходить?

– Я узнал место, – он доложил, наблюдая начало борьбы. – Это…

– Едем, – перебил уважаемого. – Там, вроде бы, наши в толпе ошиваются.

Дважды мне повторять не потребовалось, подхватил веснушчатую бестию и бросился за бегущими к гравикару друзьями.

Всю дорогу вместо осмотра окружения я думал над произошедшим, несомненно решающем событии, важность которого переоценить очень трудно. Если тут существуют трансляции чего-либо, даже закрытого для масс, то воспользоваться этим просто необходимо. Я начал перебирать всё, что знал о шоу с прошлой жизни на Земле и сопоставив все факты принял решение. Ведь вывод один вырисовывается – азарт есть в жителях содружества, а также вполне человеческая потребность, пусть не самая лучшая: «Хлеба и Зрелищ!» Причём, чем кровавее зрелища – тем выше заработок устроителя. Канон этот незыблем.

Что же, есть масса возможностей заработать на армию, из дожидающихся био-материала иноклов. Но самое невероятное ещё впереди, как мне кажется.

До места добрались и пришлось сунуть обмен, так как наличных у нас не оказалось. Трофейный импульсник пошёл в зачёт, а остальные нам посоветовали оставить для ставок суровые люди в дверях. Совету мы вняли и пройдя коридором остановились в зале, набитым разномастным народом. Крики поддержки, досады от проигрыша. Предложение встретится и выяснить отношения за порогом…

– Леон, Алис, что мы тут забыли? Это же не место для…

– Граф, заткнитесь пожалуйста, – заявила Рыжая. – Мы ищем друзей, для начала, а там увидим.

Галдёж стоит умопомрачительный. Сквозь толпу мы протискиваемся ближе к рингу, где по прикидкам засветился Хасан.

– Лёвка! Леон! Скотина бездушная и эгоистичная! – заорали откуда-то сзади.

Меня развернули и посыпался град ударов с причитаниями.

– Гад! – меня лупит Машка и сама отскакивает от своих же ударов. – Ну хоть бы весточку кинули, хоть намёк какой оставили? Оба исчезли, бросили на произвол…

– Успокойся, ну же, – я поймал её руку, занесённую для очередного шлепка. – Все целы…

Голос подошедшего человека резанул слух и заставил меня сжаться как пружину.

– Н-да. Ты выжил, – констатировал мистер Лемм, стоящий под руку с бандосом, нанятым нами для охраны в первые дни появления на планете.

– О нём я тебе говорил, – Марл ударил меня по плечу в знак приветствия. – Здравствуй, мы раскрутились, как ты заметил. Не подскажешь теперь, кто держит тридцать процентов патентов от ста?

Я понял всё сразу и прикинулся шлангом, пропустив вопрос мимо ушей. Заметил интерес к теме со стороны Лемма. Этот точно умеет держать язык при себе и по иному такие вопросы озвучивать.

– Хм. Мы можем поговорить в более удобном месте? Тут слишком много грохота.

– Пойдём, – меня взял под руку Лемм.

Я отдал бесёнка Ваську на руки Алисе и знаком попросил не вмешиваться в будущий разговор ни при каких обстоятельствах. Машка, продолжая расспрашивать Рыжую, не переставала меня рассматривать не скрывая того настроения, что заполнил её душу до самого верха. Она могла бы кинуться на меня и разорвать от радости и переизбытка эмоций, но на мою удачу вокруг слишком людно.

Хасан появился весь озабоченный и явно ревнующий. Может что-то изменилось между ним и блондинкой пока я отсутствовал? Кто его знает. Гадать не вижу смысла. А Валерии среди них нет.

– Лера где? – я выбрал момент для вопроса.

– Тихо! – шикнула блондинка мелкая. – Она в лагере, работает с новенькими, – озадачила прямо таким пояснением.

Добрались до стены зала и поднялись по лестнице к небольшому балкону, кстати, не единственному. По периметру я насчитал не меньше пары дюжин таких гнёзд для богатых зрителей.

Мы вошли в уютную комнату с панорамным видом на ринг. Звуки теперь слышатся глуше, а крики с возгласами болельщиков не так режут слух. Беседе ничто не мешает, а предложение разместиться в удобных креслах и диване порадовало, как знак доброго расположения. Не факт, конечно, но пока я это так расценил.

– Итак, продолжим? – предложил мистер Лемм, заодно указывая на напитки.

Мы воспользовались, выпили залпом по небольшому бокалу, а Ваське попросили подать воды. Малая ещё к горячительным притрагиваться, хотя глотнуть бестия успела и охмелела. Получила физическое нарекание от Машки, вместе со строгими взглядами от Графа и остальных.

Прежде чем сделать что-нибудь я проанализировал его ауру и лишь подтвердил своё первоначальное мнение о этом человеке, наделённым властью по недоразумению. Ему плевать на всё, кроме денег. Вот и моё появление он проигнорировал лишь по этой причине. Мистеру Лемму нужны проценты и как он их получит, от кого и при каких условиях – ушлому господину безразлично.

– Могу я попросить присутствующих разрешить мне покинуть вас на несколько минут? – я задал вопрос, зная что нужно сделать в первую очередь.

– Думаю, что это можно устроить, – он указал на крохотную дверь. – Там соседние апартаменты, совершенно пустые и они полностью в твоём распоряжении.

Я не стал припираться и воспользовался тем, что мне предложили. Коммуникаторы, что нам презентовал антропоид Оман, имеют один важный секрет, а именно возможность связи с ним лично, в любое время. Вызов прошёл без проблем и я поспешил отключить голографическое сопровождение разговора. Вдруг кто-то войдёт и застукает общение с антропоидом. Всё возможно на чужой территории.

– Слушаю вас, Нейрокомандор, – ответил слишком официально.

– Давай коротко – зови меня Лев, или Леон, так как девчатам некоторым уж больно нравится, – поправил отшельника.

– Договорились! Я слушаю, и готов исполнить любое приказание, – он поклонился. – Могу начать с доклада, как вы на это смотрите?

– Не стоит, – поспешил остановить исполнительного индивида. – Скажи лучше, ты сможешь сам закупать необходимые ресурсы?

– Нет ничего проще, счета есть, архивные в самых старых банках содружества, – обрадовал такими сведениями. – Сейчас скину идентификаторы и данные владельца.

– Отлично, – я подтвердил своё настроение, потирая ладони. – А как быть с автономной обороной планеты? Не покрошит танкеры?

– Мы кто, по вашему? – он удивился. – Я дам коридоры и обозначу безопасные стационарные орбиты для тягачей, – добавил, почувствовав мою неудовлетворённость относительно наличия продвинутой орбитальной обороны. – Делов то!

– Ну хорошо, до связи.

Я вернулся в вип-апартаменты к беседующим. В глаза бросился ряд изменений в окружающей обстановке, точнее лёгкое недоумение у графа с Алисой, выразительные лица шокированных Машки и Хасана, и откровенный испуг, исходящий от мистера Лемма и его панибрата, бандита Марла.

– Где Васька? – наконец я узрел основное несоответствие в покинутой компании.

Начал искать глазами непоседу, но тщетно. Вдруг за дверью громыхнуло, так как издаёт звук падающее тело, предварительно впечатавшееся в препятствие, на подобии двери вип-кабинета, как сейчас.

Все повернулись к источнику шума, синхронно и не меняя выражений. Только сейчас обратил внимание на изрезанную в мелкую полоску куртку Марла, причём, броневставки обошло стороной лезвие ножа или кинжала неизвестного маньяка, ненавидящего одежду, как явление.

– Не понял? – я выразительно приподнял брови. – Кто-нибудь скажет, что произошло, в конце-то концов?

Ответ ввалился сам, искромсанный на манер бандоса. Вся одежда боевика, начиная от грубых военных штанов, заканчивая курткой, тактическим обвесом, наколенниками, налокотниками, и щитками, прикрывающими тыльные участки конечностей – всё побывало в мясорубке или уничтожителе бумаги. Однако, пока что, вся эта ветошь каким-то чудом держится на теле. Такое на ум пришло сравнение.

– Вася! – Я заметил две неравные косички, торчащие в разные стороны и вверх на головке с хитрющей мордочкой, покрытой веснушками. – Объясни, что ты делаешь, будь любезна! Или я предприму санкции.

– Он первый начал, – надулась пакостница. – Не хотел пропустить, а потом подслушивающие устройства начал ставить. Я сходила за коктейлем, хотя меня тут и не пускали вначале, вон тот дядька, – указала пальчиком на попятившегося задом Марла. – Но я всех победила и вот, пришла. Я немного денежек ещё дала вон тому дяде, – ткнула куда-то в зал, но никто и не посмотрел в обозначенном направлении. – Он сказал, что я проиграю, а я ему…

– Стоп! – я не смог так быстро сопоставить всё, что произносит эта граната ходячая. – Сюда иди и сядь, потом разберёмся.

– Эм… – попытался что-то произнести мистер Лемм.

– Никто не пострадал, сильно, – я осмотрел дрожащих в одежде из серпантина. – Так что продолжим?

– А-а… Ну да, я согласен, – выдал вердикт устроитель спортивно-игорного заведения.

– Слушаю, – я сел в кресло, удерживая на коленях Ваську.

Мистер Лем вздохнул облегчённо, когда мелкая бестия занялась принесённым напитком у меня на руках, остальные тоже облегчённо выдохнули. Я задумался над этим не придав особого значения и внимательно посмотрел на хозяина.

– Мы остановились на тридцати процентах от всех доходов с реализации, как патентов, так и популярного состязания, реслинга, – он сразу перешёл к главному.

– И чем я тут могу быть полезен? – задал вопрос и выхватил у Мелкой свой бокал с горячительным.

– Вы один его знаете, а у меня, нас, есть к нему предложение по покупке, – он продолжил, но уже опасливо глядел и на меня, по непонятной причине.

– Ему это не интересно, впрочем, – я глянул на ринг. – Если наш спортсмен проиграет, то воля ваша, поделюсь информацией, и вы сможете наконец-то нас всех убить за ненадобностью. Ты же этого хотел? Не стоит отнекиваться.

– Давай сыграем, но а что будет если выиграет?

– Ты отстанешь от нас, примешь ещё более важную информацию, что я передам от того же человека, – я начал перечислять по порядку. – Сделаешь выводы и выступишь организатором нового вида состязаний. Достаточно зрелищных. Организуешь трансляцию с возможностью подписки абонентов, даже тех, кто станет следить за действиями используя возможности нейросети, как видео. Заметь, что все будут платить.

– Выгода?

– Три этапа, – я приступил к главному. – С первого – твой процент девяносто, а ему – десять. Со второго – пятьдесят на пятьдесят, а с третьего – ему девяносто, а тебе десять.

Я знаю о чём говорю и поэтому использовал трюк со ставками на игру, раунд которой вот вот должен начаться внизу, за панорамой окна. Этот трюк не оставляет шансов взвесить все за и против, так как предложение действует очень ограниченное время, и мистер Лемм попался.

– Хорошо, – он выдал правильное для меня решение. – Сыграем, ведь я ничего не теряю. Мой процент с реслинга уже шестьдесят. Остальные держатели сами мне всё завещали, когда уходили к звёздам. Так ведь, Марл?

Бандит кивнул.

Мы сосредоточились на ринге, хотя итог мне подсказала Васька, каким-то чудом вычислившая сговор, она мысленно указала того, кто точно ляжет и под кого. Так что я остался совершенно спокоен за исход поединка, что оказался таким, предсказуемым.

– Ну так вот, – я мысленно улыбнулся. – Теперь, раз всё так удачно сложилось для всех, мы пожалуй уйдём. Не стоит вычислять нашу стоянку, поверь, дело плохо кончится. Лучше подумай, кого подключить из правительства Мега-города, чтобы всё прошло гладко, с трансляциями будущего зрелища. Предусмотри возможность передачи сигналов и в другие Мега-города, хотя бы в соседние.

– За это не парься, – он недовольно, но всё же кивнул. – Когда ждать файлы с новым зрелищем?

– Не ранее, чем через пару суток, – ответил уже поднимаясь. – Передам через Марла. Идёт?

– По рукам. Я подготовлю свидетельство о регистрации и распределении доходов. Так что патент будет сразу готовым, что бы не кинул никто никого.

Он встал, кивком указывая нам на дверь. И мы спешно покинули обитель хозяина, отправившись тем самым маршрутом, на трофейном гравикаре обратно к заброшенной станции сбора и обработки воды, и далее, по трубам, путь в каньон на плато.

Нас ждёт милый дом у расселины, со скучавшей Валерией, хотя, с пунктом «скучавшей» я до конца не уверен, вспомнив информацию о работе с новобранцами, или новичками. Да это и не важно.

Глава 12. Плацдарм «подскока»…

Под размеренное движение гравикара я уснул тем самым сном, когда мозг, перед тем как отключиться, находится в полудрёме, обдумывает, вспоминает и анализирует прожитые за последние пару суток моменты. После тезисной проработки сырого плана захвата власти в отдельно взятом Мега-городе, я вспомнил о деталях своего пленения, посчитав, небезосновательно, что имело место банальное предательство. Но тогда от кого?

Решение по вопросу пока оставил, перейдя к неординарному факту изменения отношения к нашему чертёнку с косичками со стороны друзей. Что в ней не так я не знаю, но последствия выходки видел. Может мы действительно переборщили, а в частности я? Чем она напугала остальных, уходящих от моих прямых вопросов по этой теме. Алиса, например, однозначно заявила, что воспитание юной озорницы ложится на мои плечи, целиком и полностью. О причинах такому решению Рыжая так же умолчала, как и все. Ну да ладно, как говорят: «Война манёвр подскажет!»

Гравикар дёрнулся, и остановился в положенном месте смены громоздкого транспорта на лёгкие грави-скутеры. Поразился их количеству, замаскированному в складках местности. Про запас что ли, солить собираются или следуют поговорке, что он карман не оттягивает?

– Я с тобой! Ура! – пискнула чудо и запрыгнула, усевшись перед джойстиками управления впереди меня.

– Твои косички смотреть мешают, – я дунул на её макушку. – Ну-ка, давай сзади размещайся, и держись за меня крепче.

Послушалась, как ни странно. Хотя, вот раньше, раз сто пришлось бы повторить. Я встряхнулся, прогоняя остатки дрёмы, и мы стартовали по направлению к лагерю, подняв за собой пыль в темнеющее пространство над плато, дожидающееся заката местного солнца.

Смеркается. Вечер берёт власть в свои руки, или эстафету перенимает у дня.

Странности начались недалеко от подножия скальной гряды, перед подъёмом к нашей цистерне оборудованной под дом. Нас остановил патруль состоящий из потрёпанных головорезов, вооружённых трубками, с присоединёнными шлангами, выходящими из-за спин. Там подвешены в стиле ранцев компактные баллоны.

– Не понял вот сейчас! – я уставился на встречающих.

– Нормально всё! – Машка вовремя показала кусок пластика с голограммой, чертовски напомнившую наше тату. – Это наши, а вот и сам командующий, знакомьтесь – Леон! – кивком указала на меня.

– Приветствуем!

– Как обстановка? – бросил короткую фразу Хасан.

– Всё тихо, и согласно установленного распорядка.

– Хорошо.

– Проезжайте!

Я молча проследил за приветствиями, получил разрешение проследовать дальше, не в силах высказаться. Хотя сам уже догадался, что в нашем отряде отшельников наметилось прибавление. И как это понимать?

– Машка, я очень надеюсь на нормальные разъяснения по приезду домой, – предупредил, поравнявшись с её грави-скутером. – Это без вариантов.

– Уж поверь, всё расскажем и экскурсию проведём, – кивнула белокурой головой, прибавив ходу.

Зараза такая, ещё одна бестия со строптивой душой. Ещё я заметил, какие взгляды она на Алису кидает. Чую, что дело их борьбы за меня закончится мордобоем с огромным процентом вероятности. Хотя, кто причину конфликта лучше их самих знает? Правильно – никто.

– Добазарились! И ещё будут вопросы к тебе, личного характера, наедине! – крикнул вслед блондинке и сам прибавил ходу, стараясь снова поравняться. – Попробуй только соскочить с темы!

– Ловлю на слове! – кокетливо обернулась, подумав невесть чего. – Я запомнила – мы обсудим что-то наедине!

Далее, я уже не разговаривал, по причине спонтанно начавшейся гонки с преследованиями.

Я гнался за Махой вдвоём с Васькой, верещавшей от восторга и наслаждения скоростью за моей спиной. За мной гналась Алиска, с офигевшим графом, вцепившемся в принцессу с таким коварством, и за такие места, что уважаемый вельможа, наплевав на дворянскую субординацию, мог запросто лишиться и титула и наследства сразу по приезду на место. Это в глубоком моём понимании, если о физиологии говорить.

Замыкающим мчался Хасан, следя за всеми сразу цепким взглядом матёрого телохранителя. Ох, не нравится мне этот взгляд. Что-то с молчуном происходит, и явно на почве ревности.

Прибыли затемно. Я соскочил с грави-цикла и спешно направился к нашему дому, к тому, что в цистерне, рассчитывая принять душ первым потому, что – вот не люблю я очереди. За мной семенит Васька, которую наконец-то победила усталость. Теперь она держится за мою руку, часто спотыкается и не верещит по своему обыкновению, и по каждому поводу, и, так же, без оного.

– Васька, давай вон – в ту комнату – там где кухня, – задал чертёнку направление. – Собери что-нибудь на стол. Сейчас все прибегут и ужин начнут требовать. Вот посмотришь – Леоны не обманывают маленьких!

Леры, кстати, так и не увидел. Может до сих пор занята, кто знает эти новые правила распорядка установленного Адептшами.

– Дом, милый дом, – я вздохнул, открывая воду.

Тёплая влага побежала по самодельной системе труб из прогретого за день резервуара, полилась на меня тонкими десятками струй, смывая усталость и грязь, накопленные несколькими тревожными и насыщенными событиями днями.

Я зажмурился, полностью погружаясь в атмосферу наслаждения и…

Жуткий, раздирающий душу крик, женские взвизгивания, грохот падающих предметов обихода и звон металлической посуды, заставили меня подскочить. Я больно ударился об низкий потолок и звёздочки полетели перед глазами врассыпную. Собрался так быстро, словно опаздывал на последнюю пересдачу самого ненавистного предмета в институте. Выскочил и отшатнулся от открывшейся картины.

Васька превратилась в жестокого монстра в образе девочки. Её ногти на руках и ногах стали длиннее чем пальцы. Отливающие синевой и полупрозрачные, они созданы из непонятного материала, явно крепче металла, обоюдоострые и слегка загнутые внутрь.

Об остроте и прочности лезвий свидетельствуют несколько кусков разрезанного клинка от оружия бедолаги, валяющиеся рядом на полу. Поочерёдно втягиваясь назад в пальцы и снова выдвигаясь, словно кошачьи, они угрожающе приближались к лицу поверженного человека, которого я не знаю. Он лежит чуть дыша, не моргая, с полным ужаса взглядом.

Васька глянула на меня, и я понял, что монстрилка требует подтверждения для молниеносной расправы.

– Отставить! – вырвался истошный крик из моей груди.

В кухоньку, находящуюся в непосредственной близости от ванной, вломились все мои друзья. Замерли, опасливо глядя на девчонку с кинжалами в пальцах. Приближаться к этому живому олицетворению смертоносной опасности никто из них совсем не желает.

Я бросился и сцапал чертёнка с косичками. Когти сразу исчезли и она вновь стала обычным ребёнком, хотя бы только внешне. Почти. Жесть одним словом. До меня дошла причина необъяснимого страха, рождённого у людей, когда я отлучился из вип-комнаты у мистера Лемма в момент сеанса связи с Оманом.

Эта девочка не проста, но на меня реагирует положительно, и это несомненно радует. Я глажу бесёнка по голове, шепча что-то ласковое на ухо, она успокаивается и непрерывно оглядывается на перепуганных друзей с незнакомцами, мужчиной и женщиной, появившимися непонятно откуда и так внезапно.

– Какого ляда ты сюда забрался, да ещё и вместе с ребёнком? – Машка первой вышла из ступора.

– Помыться и вообще, – я промямлил ничего до конца не понимая. – Какого лешего происходит у нас в доме? – наконец созрел до дознания.

– Идиотина! Это же не наш дом! – выдала мелкая блондинка, весьма эмоционально жестикулируя. – Их тут уже тысячи, на минутку. Я ж пыталась сказать, что поселение слегка расширилось.

– Это ты называешь слегка? – я офонарел от такой информации. – Тысячи? – перевёл взгляд на мужика. – Извиняйте, накладочка вышла. Мы наверное пойдём? – выдержал паузу, дождавшись пока хозяин дома хотя бы моргнёт. – Ага, вот и славненько. Спокойного сна и хор…

Меня тут же выдернули на улицу, не дав договорить извинения.

– Тогда иди за нами, и не сворачивай. Нам ещё немного до нашего домика у расщелины, – Машка решила не отпускать мою руку. – Туда! – задала правильное направление в темноте наступившей ночи.

– Иду, иду. Чего орать-то? – попытался создать обиженную интонацию.

Минут десять мы пробирались между переделанных под дома цистерн непосредственно к подножию скального образования, где в самом начале пролома находится наше обиталище.

– Наконец-то, после всех казусов и приключений, мы попали домой! – я выдохнул облегчённо.

Любимое кресло в импровизированной гостиной, совмещённой с кухней и обеденным залом, что на верхнем ярусе, оказалось предсказуемо свободным и я его решительно занял. Васька осталась со мной, на этот раз не покидая рук во избежание возникновения очередных неприятностей. Хороший получился урок для чертёнка непоседливого.

Шу, выскочивший не пойми откуда, молниеносно запрыгнул ей на руки и заурчал от удовольствия, постоянно вертя большими ушами, и смотря вокруг парой дюжин глаз. Зверьку этот бесёнок с кривыми косичками явно понравился, как и он ей, а я вдруг отчётливо представил то, что они смогут вытворять вместе. Поёжился мысленно от такой гремучей комбинации. Девочка-демон и исчадье ада прямо.

Графа Ле, Булле, что удивительно, все приняли без дополнительных пояснений. Раз он со мной и Алиской, то несомненно является другом и надёжным человеком.

– Ну-с, господа присяжные и заседатели, командовать парадом буду я! Приступим к обсуждению? – я начал с вопроса, когда все собрались и расселись. – Лер, ты как самая ответственная, начни с доклада. Что произошло за время нашей вынужденной, повторяю для некоторых надувшихся, – выразительно глянул на Машку, – вынужденной отлучки?

– Лёвка, – блондинка отреагировала. – Я, то есть, мы все места не находили. Войди в положение, – попыталась обидеться.

– А произошло то, что и должно было произойти, – Валерия приступила к докладу. – Изгои, мотавшиеся по плато в поисках спасения и защиты, набрели на нас, когда мы возвращались с барахолки. Мы оценили положение горемык, развернулись и приобрели парочку новых цистерн. Помогли с устройством и понеслось. Через неделю домов насчитали в десять раз больше, причём кредиты на приобретение брались у нас в долг. Ну, а если совсем короче, то потом и ополчение возникло, как само-собой разумеющееся, нам осталось только возглавить его, направить в правильное русло, так сказать, и всё, – она пожала плечами в знак извинения. – Теперь каждый день прибавление происходит. Вести разлетаются быстро, не залепишь же каждому рот. Люди почувствовали присутствие лидеров, осознали перспективу нормальной жизни, вместо плачевного существования и постоянного страха. Голод побороли совместно, хоть и были расходы по первости с нашей стороны. Теперь всё само окупается, даже прибыль от новичков появилась. Это заслуга Хасана, – глянула на хмурого телохранителя.

– Я понял, можешь не продолжать, – остановил докладчицу. – Проблемы с падальщиками или бандитами со свалки были?

– Пара стычек и два удачно отбитых нападения. После этого нас признали и всё стало тихо. Помогли пневматические пушки, что так ловко сконструировал. Добавили давления, сделали автономные, носимые экземпляры…

– Ладно, – я удовлетворился её ответом. – Теперь о ближайших планах поговорим.

– Внимательно! – Лера стала ещё серьёзнее.

– Интересно послушать, а следующим пунктом хочется видеть огласку подробностей нового шоу, о котором ты говорил у Лемма, – добавила Алиса и все утвердительно кивнули, даже те, кто с нами не был.

– Так вот, начнём по порядку, и по степени важности. Завтра устроим вылазку туда, – мотнул головой назад, за спину, где фактически и находилась расщелина. – Необходимо отыскать путь в лабиринте к соседнему кратеру.

– К чему такая резкая необходимость? – оживилась Машка. – Что-то намечается? Я это читаю в твоей ауре, но ты закрываешься. Поясни, Лёвка.

– Действительно, Леон? – Валерия придвинулась и разлила по бокалам приятно пахнущий напиток. – Много вопросов к вам с Алиской накопилось, – неожиданно глянула на меня так, что от смятения я чуть не подавился.

Взгляд не друга, а забытой или отвергнутой любовницы проявился на строгом лице топ-брюнетки. Вот попал, так попал, между трёх девичьих сердец теперь крутиться придётся, как угрю на сковородке. Удалось быстро взять себя в руки.

– Очень скоро понадобится много места для организации нового поселения, а в этом кратере, за хребтом, оказались отличные условия. В наличии имеется лес и водоёмы. Да и корабль наш именно там сейчас припаркован, – я дал краткое пояснение.

Упомянув о личном корабле, что несомненно является серьёзным нарушением, и что карается оно на Сигме-4 однозначно смертью, я немедленно переключил внимание на Э,Шока, слушавшего разговор очень внимательно. Сканируя его ауру и читая мыслеобразы, я пытался понять, не он ли и есть тот предатель, ставший причиной моего пленения. Однако мысли его оказались чисты, а повышенное внимание вызвано интересом чистой воды, как впрочем у всех в комнате. Оставил его в покое, но до конца не поверил. Возможности некоторых индивидуумов вполне могут хорошо маскировать ход мыслей.

– Корабль это классно! – обрадовалась Машка. – Получается, что мы можем хоть сейчас свалить отсюда?

– Н-да. Вот не ожидал от тебя, – я сокрушённо покачал головой. – А как же все эти люди вокруг, их жизнь и судьба для тебя теперь перестали быть актуальными? Нет Маш, мы останемся и дождёмся момента, когда воплощение следующей части плана захвата власти станет приемлемым. Это как раз тот самый случай, когда та идея с азартным зрелищем нам поможет. Плюс армия из иноклов, что поступит в наше распоряжение уже скоро. Алиса, – перевёл разговор на актуальное, – ты проверила счета?

– Погоди, – возразили и Машка и Лерка. – Давай подробности о армии, к прибытию которой мы, как получается, начнём готовиться уже с утра, организуя вылазку в скалы?

Посторонних среди присутствующих нет, посему я спокойно рассказал о приключении на неизвестной планете со всеми вытекающими. Даже удосужился пояснить, откуда взялась и кто такая Васька, чем привёл друзей в изумление. Пришлось дополнить ответ описанием возможностей фабрик воспроизводства, и упомянуть о гремучем миксе, получившемуся из частиц разумов, взятых от меня и Алисы.

Рассказ вышел долгим и насыщенным, так что время убежало далеко за полночь. Несмотря на общее сопротивление я отказался вести беседу дальше и попросил о снисхождении, надеясь выспаться перед завтрашним походом, доведя и до всех эту неоспоримую аргументацию.

Со мной согласились, нехотя правда, но здравый смысл встал на мою сторону не оставив друзьям шансов. Так что, мы спустились в спальную зону нашей цистерны, к своим маленьким, но уютным спальням, которые доукомплектовали за наше отсутствие всем необходимым. Одеялами, подушками и простынями. Прежде чем разойтись, я попросил Алису сделать первый транш Оману, отрапортовавшему о получении солидной суммы, скопившейся в результате легальной и нелегальной деятельности нашей компании.

Он заверил, что ускорится в воспроизводстве, поинтересовался как экипировать новую армию и получил общие пожелания о легко бронированных доспехах, стандартному набору тактической амуниции, вооружению из трёх основными видов стрелкового. Это импульсники, штурмовые рельсотроны и холодное оружие, желательно оснащённое плазменным контуром.

Оман принял все пожелания и заявил, что первые сто тысяч иноклов будут готовы прибыть на Сигму-4 и поступить в наше распоряжение по прошествии десяти дней. Эта новость меня обрадовала и заставила крепче задуматься над условиями их жизни. Столько жилья мы явно не успеем подготовить, как ни старайся. Попросил укомплектовать пятёрки палатками, желательно из крепкого нано-материала, скинув приблизительные чертежи, что вспомнил из прошлой жизни на Земле, когда походами в Жигулёвские горы увлекался.

И эту просьбу он принял к исполнению, оценив смелость и новизну решения жилищного вопроса. Наш отшельник пообещал добавить к палаткам пищевых синтезаторов, полевого исполнения, чем ещё больше снял с меня головняка и геморроя.

В общем, я остановился у кровати гордый от свалившейся удачи в переговорах, и тут же задумался, а куда класть мелкую, что не отходит от меня ни на шаг вместе с Шу. М-да, незадача, ведь спальное место – оно на одного рассчитано.

– И что мне с тобой делать? – задал риторический вопрос, теребя подбородок и задумчиво глядя на мелкую бестию.

Она выразительно глянула на два небольших кресла у крохотного ночного столика, смахивающего на журнальный. Её мысль я уловил, но сделал не так, как подсказывало первое очевидное решение. Составив их вместе я лично занял это спонтанное спальное место, укрывшись вполне домашней наволочкой от одеяла. Мелкая радостно запрыгнула в гигантскую, для её роста, естественно, кровать и засопела буквально через минуту, поглаживая Шу и не обращая внимание на свет.

Я снял клемму с батареи и приготовился уснуть, ещё раз проигрывая в памяти прошедшие события. Нужно подготовить план и с условиями того самого зрелища, победитель которого получит свободу и реабилитацию, выйдет на волю не изгоем-дезертиром, а добрым гражданином содружества.

План почти готов в моём сознании и я тезисно запротоколировал основные пункты в своей памяти, воспользовавшись способностью генерации собственной нейросети с массивами хранения информации, что получалось всё лучше и чаще. Сюрприз же будет в другом, когда население Мега-города очнётся при совершенно другой власти. Ну эти детали я проработаю позже, а сейчас мой рассудок постепенно погружается в сон…

Визг ребёнка с рокотом недовольного Шу вывели меня из состояния сна одним махом. Я спешно, трясущимися руками накинул клемму, свет вспыхнул, неприятно ударив по глазам.

– Лёвка, какого чёрта лысого?! – взвизгнула Машка, стоя полуголая у кровати с вылупившейся на блондинку Васькой. – Ты издеваешься?

– Ты как тут? Эм… Точнее, что, в конце-то концов, происходит? – я проигнорировал крики, затихшие сразу, как появилось освещение.

– Сам намекал на интим наедине! – напомнила имевший место разговор в гонке на грави-скутерах.

– Я не в этом смысле!

– Придурок! Не прощу, никогда! Ты слышишь, дубина бездушная? – выдала эмоционально, но покидать спальню не спешит.

– Да что не так-то? Мы же не… – попытался оправдаться.

– А как ещё понимать тебя? – взяла и села на кресло прямо на мои ноги. – Я же скучала и думала, что ты наконец-то определился, – заявила почти плача. – Лёвка, ну сколько можно? А? Ты сам из металла бесчувственного сделан? Я же видела твои взгляды, чувствовала мысли, надеялась что всё у нас будет нормально…

– Всему своё время, малыш, – сказал более мягко, почти нежно, а сам не знаю и не уверен в правильности своих действий.

Сказал, а сам подумал: «а какого чёрта я сопротивляюсь?»

– Ну? Что опять так смотришь? – отреагировала мелкая блондинка, положив ногу на ногу и слегка развернувшись, увеличив эффект от подчёркнутой демонстрации будоражащих линий.

– Она хочет с тобой спариться? – Васька словно обухом по голове ударила.

– Не понял? – я накинул наволочку на Машку. – Ты, деточка, не рано дошла до такого уровня познаний половых взаимоотношений? А?

– Ну это же видно, – пискнула бестия из под одеяла. – Слепой поймёт, чего она от тебя добивается!

– Так, ну-ка цыц! – пресёк развитие брифинга с малолеткой. – Закончили на сегодня, – взглянул на консоль закреплённую на предплечье, сначала на свою, потом на Машкину, презентованную каждому в конце вечерней беседы. – Через час уже просыпаться. А насчёт этого, – выразительно глянул на надувшуюся Блондинку. – Это должно произойти красиво, без ограничения по времени и в обстановке романтики. С этим, я надеюсь, ты согласна?

– Разумеется! – по красивому лицу пробежала нотка радости, и отразилась улыбкой. – Не соскочи только.

Девушка встала, плотно завернулась моим импровизированным одеялом и вышла, глянула обернувшись в дверях так, что кровь в жилах закипела. Я готов был сорваться за ней, но чувство реальности не позволило этого сделать. Да и наблюдающих за событиями слишком много, ведь слышимость отличная. Странно, что никто не вышел из своих спальных комнат.

Мне вдруг поплохело, ведь теперь возможны серьёзные конфронтации среди девушек, считавших меня своим достоянием. Может я поторопился? Кто его знает. Это не то, о чём сейчас думать надо. Знаю одно, это то, что всё разрешится и довольно скоро, предчувствие подсказывает, что всё будет не так, как рисуют мои мысли, а я в последнее время не склонен к ошибкам предугадывания будущего.

Больше я не смог уснуть и встретил утро на втором ярусе нашего дома, готовя завтрак из ароматизированного концентрата. Мне удалось синтезировать вкус грибного супа. Запах подействовал на остальную компанию и через пятнадцать минут все присоединились к трапезе. Никто не поднял тему ночного происшествия, чувство такта возобладало над остальными проявлениями настроений.

Подготовка много времени не заняла, в отличии от небольшого недопонимания, связанного с формированием состава экспедиции. В результате, в расположении лагеря остаются Хасан с Э,Шоком, как они не сопротивлялись.

– Теперь, нужно покинуть цистерну не привлекая внимания, – я выдвинул пожелание. – О необходимости конспирации думаю нет смысла дополнительно проговаривать?

– Проще простого, – Хасан отмахнулся. – Вообще – не проблема остаться незамеченными. Мы усовершенствовали нижний выход за ваше отсутствие. Так что, он ведёт как раз в расщелину, – добавил пояснение.

– Тогда, раз все готовы – идём.

Два раза повторять не потребовалось. Спустившись, мы воспользовались добротным люком и не менее хорошим лазом, оказавшись в нужном месте. Зафиксировав положение на коммуникаторах и проведя синхронизацию с нейросетями, у кого они есть, задали координаты нашего корабля, теперь служащего ориентиром продвижения, и ступили в разлом.

Спустя всего час, от начала движения, разлом стал пещерой с отвесными стенами скал, сужающимися к верху и где-то там соединяющимися. Высота офигенная и потолка, как такового, мы не наблюдаем. Количество сталактитов и сталагмитов начало повышаться, норовя стать непреодолимыми преградами на пути. Многочисленные ответвления от основного направления наша компания игнорировала, строго придерживаясь выбранного ориентира.

Противное шипение эхом разлетелось по пещере, заставив сердце сжаться в ожидании чего-то непознанного и ужасного настолько, что волосы наверняка зашевелились. Звук нарастал, а через пару-тройку секунд уже казалось, что он исходит отовсюду.

– Это что? – я смог выдавить подавленный звуком. – Представитель местной фауны горных цепей кратера? Граф, вопрос к вам, как более осведомлённому.

Мои слова подействовали на друзей отрезвляюще. Оцепенение спало от давления звуком на психику. Мы спешно изготовили к бою импульсники, за исключением Алисы и Васьки. Одна взялась за холодное оружие, а вторая выпустила убийственные лезвия из пальцев, за секунду превратившись в исчадье ада.

Монстр показался неожиданно из бокового ответвления. Это противная помесь мокрицы и червя, с пастью по окружности головы и многочисленными рядами зубов.

От вида этого чудовища пот прошиб, и заструился тонкими, обжигающими холодом струйками по позвоночнику. Запоздало среагировал, увидев краем периферийного зрения прячущихся за сталагмиты друзей, всех кроме Васьки и Шу.

Зверёк словно ждал этой встречи годами, бросился вперёд, к монстру, ощетинившись острейшими пластинами голубоватой стали, в обычной жизни редко показывающимися. Васька, эта девочка-демон, прыгнула к монстру, расставив когти смертоносным веером. Чудовище угрожающе изогнулось, приподняв для атаки переднюю половину своего тела с пастью и…

Шу, с присущей проворностью бросился в это уродливое жерло, под крики и вопли отчаяния Маши. Червь никак не среагировал, но секундами позже вдруг изогнулся и продолжил извиваться, стараясь сам себе вспороть тело. Васька запрыгнула на него и располосовала голову в районе воображаемого затылка, затем нанесла удар, вогнав свои когти в его основание, что послужило сигналом к атаке Алисы. А далее…

Вихрь скрученных тел заполнил пространство, не давая нам ни малейшего шанса приблизиться. Звук рассекаемого металлом воздуха, крики ругательств, свист демона и мельтешение фигур девушки рядом. Всё замелькало перед нами, опешившими и не решающимися выстрелить.

Борьба стихла внезапно, оставив лежащего монстра пещер и его победительниц, стоявших рядом, перепачканных зловонной слизью. Последним из растерзанного на части тела вылез Шу, прошипел и спрятал своё оружие. Довольный и опасный, как никогда, он преспокойно приблизился к оторопевшей Машке и лизнул её в район лба, как только запрыгнул на руки.

– Охренеть! – подвёл я итог, нервно сглатывая ком подкативший к горлу. – Это даже назвать никак нельзя.

– Трындец подкрался незаметно, – пробормотала Машка, обалдевшая, с незакрывающимся ртом и огромными, неестественно круглыми и ошалелыми глазами.

– А я знала, что наши чада полны сюрпризов, – меланхолично выразилась Валерия, покидая с графом свои укрытия. – Ещё черви будут, а то я как следует напугаться не успела и морфировать не смогла?

С этими произнесёнными словами всех накрыла волна истерического смеха, кроме меня, не отошедшего от зрелища этого поединка и, собственно, от вида поверженного монстра.

Успокоились быстро, а уже через несколько метров хода заметили выход из лабиринта сюрпризов. Нас ждёт плато и корабль, о чём я и сказал, выбираясь наружу первым и осматривая будущий плацдарм.

Оглядевшись я заимел первое впечатление о этом кратере, весьма положительное, если говорить о отведённой ему роли. Скалы по окружности, перед ними полоса с мелкой порослью и травой, шириной в несколько километров, постепенно переходит в лес. В самом центре, с высоты выхода из расщелины, наблюдается водоём, сравни нормальному озеру по размерам. Глубина наверняка соответствует. Перед подножием, напротив нас тоже есть озерцо, окружённое скудной растительностью, как оазис в пустыне. Прозрачная вода и жаркий полдень подействовали на всех членов экспедиции совершенно предсказуемо. Все мысли свелись к купанию, а на корабль, стоявший в сравнительной близости и внимания никто не обратил. Я их понимаю, а особенно Алису с Васькой, перепачканных слизью.

– Только не вздумай сказать – что нельзя! – Машка выступила, отразив всеобщее настроение.

– А вдруг тут рыбки, родня червячка?

– Ну, счас проверим! – взяла и запустила в полёт Шу, пискнувшего от неожиданности.

Поклёвки на животинку не произошло, он недовольно фыркая вылез из воды и разлёгся сохнуть под местным светилом.

– Я с вас, мадам, откровенно обалдеваю, – только и нашёл что ответить. – Куст у воды все заметили?

– Спрашиваешь? – девушки отозвались унисоном.

– Это граница, – я ухмыльнулся, оценив раздевающихся девчат и графа, впадающего в смущение. – Девочки слева, а мальчики…

– Идите сами налево! Мы уже тут застолбили место.

– Да и ладно, пойдём граф, освежимся, – я вывел Ле, Булле из ступора, как результата беспардонности девчат. – Пошли говорю, – потянул его за собой, едва не начав хохотать. – Иначе, доведут до белого каления, если заподозрят в подсматривании и проявлении внимания. Им только повод дай, на публику поиграть.

Наплескавшись вдоволь, не без весёлых и безобидных, по сути, эксцессов, что само собой разумеется с нашими девушками, мы отправились к кораблю, где провели полноценный сеанс связи с антропоидом Оманом. На этот раз, от подробного доклада отвертеться не получилось. Все эти дебри цифр и экономических выкладок показались скучными и я честно спал с открытыми глазами, создав на лице глубокомыслие. А вот Алисе и Лерке эти отчёты понравились, о чём они и доложили по завершении сеанса связи.

Все следующие двое суток мы гоняли по кратеру на одноместных лайтфлаях боевого исполнения и занимались расстановкой маяков, для организации прибытия будущей армии. Прикинув потребности своего плана я ограничился на пятистах тысячах иноклах, с подвижным составом и сопутствующим вооружением. Тяжёлую огневую поддержку возьмут на себя звенья флайтвариоров, способных подскочить в любое место, при этом затратив малое количество времени.

О самом плане поговорить времени не оказалось, вплоть до самого возращения в лагерь. Наше отсутствие хоть и заметили, надоедать с вопросами не стали, что несомненно порадовало. Да и легенда с визитом в Мега-город пришлась в тему. Хасан с Э,Шоком постарались с правдоподобным разъяснением политики партии всем страждущим до откровения.

Наконец суматоха закончилась и мы собрались для важной беседы. Стол накрыт тонизирующими напитками, для поддержания живости атмосферы общения. Слушатели внимают, ожидая начала оглашения плана и сути предстоящего шоу…

Глава 13. Реализация плана…

– Лёвка, не томи уже, а? – Машка первой не выдержала.

– Да всё просто, на самом-то деле. Главное организовать трансляцию, что бы доступ был абсолютно у всех. Нейросети тоже необходимо задействовать, как средство просмотра и для увеличения подписчиков, – выдал начало интриги.

– Давай детали, хоть вкратце, ведь о подробностях и воплощении беспокоиться будет Лемм? – граф выдвинул предположение вместе с вопросом.

– Правильно, а теперь слушайте…

Рассказ длился долго и закончился поутру. Все до единого высказали свои мнения и некоторое я счёл полезными, например использование старых труб ведущих через пустыню к Мега-городу, как один из нескольких способов проникновения. Ещё были предложения и касаемо самого состязания, точнее гонок по каньонам плато. Заботу о трассе, как и её обустройство, я отдал мистеру Лемму вместе с возможностью вносить любые дополнения для увеличения зрелищности, но только от его имени.

Две недели мы принимали пополнение как в лагере, так и в соседнем кратере, соблюдая повышенную конспирацию. Я отчасти готовил болид, внося в конструкцию стандартного гравикара серьёзные изменения по части брони и вооружения, разрешённого регламентом мистера Лемма. Обвесу и системам безопасности пилота-претендента своего болида я уделил особое внимание, делая ставку на выигрыш. Мы решили коллегиально произвести будущего героя в фавориты с самого начала, стараясь предугадать все те препоны на трассе, что готовил Лемм без нашего участия и в режиме полной секретности…

Время «Ч» настало, и мы к этому готовы.

– Ты точно согласен рискнуть? – я ещё раз задал вопрос парню, отстоявшему право быть пилотом. – Возможно жизнь на этом закончится, Энк.

– А что мне жизнь, если я не живу? Дожидаться убоя на поле брани с инсэктоидами, или попытать удачу тут? Какая разница по большому счёту?

– Тогда желаю удачи! Если даже ты просто выживешь, я тебя не забуду и все проблемы решу, – я закончил разговор с парнем.

Он спешно отправился к техникам обеспечения, которые отвезли его к ангарам на дне каньона. Своеобразный кок-пит выбрали специально в расширяющемся месте, разместив там все команды поддержки участников и временные ангары с инструментами срочного ремонта.

Мы отправились в лагерь, следя за ходом соревнований, а особенно за ростом числа подписчиков, как самого главного в этой фазе захвата власти.

Претенденты начали занимать места у своих гравикаров, обвешенных броневыми пластинами и защитными жалюзи на стёклах. Мистер Лемм внёс свою лепту добавив изюминку, не портящую атмосферу азарта и добавляющую красок с дополнительными переживаниями.

Музыкальное сопровождение начавшейся трансляции добавило в обстановку мелодий, нагнетающих пристальное внимание зрителей.

– С другими водителями не разговаривай, – техник дал крайнее наставление выбранному фавориту. – Пусть за тебя говорят голоса и финансы зрителей, принявших тебя за злого и удачливого гения гонок за обретение свободы.

С этими словами он отошёл от болида, оставив нашего инкогнито наедине с гравикаром устрашающего чёрного цвета. Пилот осмотрел ангары, кивком поблагодарил технарей, проводящих последние проверки и занял место пилота.

Неожиданно, вопреки прописанному регламенту, к месту старта прибыла сцепка из грави-транспортов гражданского назначения, и из неё начали выходить прекрасные, юные девушки, поразившие воображение зрителей. Неожиданный трюк, от мистера Лемма пришёлся по вкусу всем.

– Это что? – спросил кто-то из организаторов ни к кому конкретно не обращаясь.

– Девчонки прибыли, – раздалось завистливое пояснение из толпы зрителей.

Народ стал присвистывать, оценивая каждую выходящую из транспортов девушку. Посмотреть, кстати, есть на что. Притягательные формы, мини юбки или шорты, вкупе с топами не столько скрывающими, а сколько подчёркивающими линии будоражащих красотой тел.

– А эта, по моему, наша красавица, – проронил техник, завистливо глядя на очаровательную брюнетку, направившуюся к чёрному болиду.

– Очаровашка! – поддержал его сосед.

– Ещё какая!

– Ну-ка тихо, делом займитесь лодыри, – одёрнул ребят старший техник команды фаворита.

Под ликование зрителей она последней заняла место в гравикаре рядом с избранным, на кого делались основные ставки.

– Я Эйс, – девушка представилась, откинув роскошные волосы с лица.

– Энк, – ответил пилот, глядя на неё из-под маски.

– Странный голос, тебе ничего не мешает разговаривать? – спросила после паузы взаимного разглядывания.

В этот момент подошёл здоровяк, пилот соседнего, тяжёлого гравикара.

– Я тебя выпотрошу! – заявил он и тут же получил удар от надзирателя, следящего за порядком на старте.

– Умеешь сразу заводить друзей и почитателей? – поинтересовалась Эйс, как бы невзначай. – Ничего, я постараюсь стать отличным штурманом по маршруту.

Подошёл старший техник, жестом попросил открыть боковое стекло вместе с бронированными жалюзи.

– Энк, – заглянув в салон обратился он, глядя на обоих. – Если в маске не удобно, можешь от неё избавиться. Стёкла непрозрачные снаружи, – пояснил и отошёл в сторону, за массивные блоки ограждения.

Наш фаворит снял маску и оказался довольно симпатичным, брутальным молодым человеком, лет тридцати, может чуть больше. Жизнь изголодавшегося изгоя наложила свой отпечаток. Он повернулся к девушке, пристально рассматривающей его.

– Что? – выдал фразу, застёгивая ремни безопасности.

– Ты симпатичный, даже не думала о такой удаче, – она довольно ответила. – Да, а я всё знаю о трассе и твоём модифицированном гравикаре, включая средства защиты и нападения. Погоняем?

В зале контроля ведущего сделали доклад:

– Мы готовы к началу трансляции!

– Отлично! Тогда начинаем!

– Три. Два. Один… И мы в прямом эфире!

– Начинаем гонку на выбывание! – взревели тысячи информационных панелей Мега-города.

Пошли кадры знакомства с претендентами. Призывы подписаться на прямую трансляцию, используя ресурсы нейросети. Подписчики могут не только смотреть битву в каньоне, но и следить за любым пилотом по камерам в гравикарах. Пока шёл рекламный ролик подписчики хлынули невообразимой волной, оплачивая полные подписки. Счета нашей компании пополнялись столь стремительно, что я забеспокоился о возможностях банка.

– Это успех, – проговорила Алиса.

– Это только начало. Ведь о главном никто не догадывается, – я ответил снисходительно. – Мы же знаем, что деньги не главное, что мы собираемся достигнуть…

Линия старта. Гравикары заняли места в шахматном порядке, пилоты приступили к последним приготовлениям.

Ожидание отмашки длится вечность от перенапряжения и участников смертельного марафона, и зрителей, хлынувших к мониторам города и следящих за действиями по подписке…

– Ты тут за какие провинности? – Энк обратился к Эйс, ещё раз проверяя показания приборов.

– Дезертир, как и ты. А на месте штурмана потому, что тоже стремлюсь к свободе, – ответила пристёгиваясь карабинами.

– Ребята слышите меня? – раздался голос технаря из динамика.

– На связи.

– Вас ждёт заезд в три полных круга, – прозвучала подсказка. – Администраторы не будут активировать оружие на первом, но на втором – могут сделать это запросто не дожидаясь третьего круга. Так что, выгодно держаться воглаве гонки и первыми добраться до отметки с сигналом активации. Их по трассе много, как вы знаете, и все отвечают за разное, как в обороне, так и в нападении. Так что, удачи и помните об этом.

– Замётано, – подтвердили фавориты в один голос.

Начался обратный отсчёт и боевые машины, созданные самопально, взревели двигательными установками, лишёнными части систем подавления звука, для большего эффекта. Приборные панели отозвались подсвеченными индикаторами, побежали строчки отчётов готовности узлов и агрегатов, вооружения и средств обороны.

Страт!

Болиды дёрнулись и понеслись вдоль стен лабиринта, общей массой, чудом не сталкиваясь на первых метрах первого круга. Напряжение нарастает, ведь до сужения каньона остаётся не много.

Внутри гравикара нашего фаворита воцарилась напряжённая тишина, в плане беседы, естественно, а не в рёве двигателя. Короткие взгляды на приборы, следом в боковые окна, и далее мимолётный контроль обстановки сзади. Опасная близость с остальными участниками заставляет пилота с напарницей вжиматься в сиденья.

Первый удар от болида чуть не выкинул гравикар на отбойник. Второй, третий натиск в сужающемся ущелье заставил ответить Энка агрессией и ввязаться в драку за право первого, кто покинет зону старта с ремонтными ангарами.

– Держись! – он крикнул напарнице. – Нас взяли в коробочку!

Двойной удар слева и справа сотряс технику, мчащуюся на огромной скорости, заставив зрителей ликовать. Неудачно вышло и гравикар развернуло. Пришлось двигаться задом, не снижая скорости, продолжая уворачиваться от соперников. Фаворитов не любят, как уже выяснилось и теперь подтвердилось. Однако данный постулат не касается зрителей, прилипших к мониторам и визорам в ожидании зрелища.

– Через сто метров прими левее, – холодно произнесла Эйс, когда удалось вернуться к нормальному положению. – Пятьдесят, двадцать… Пошёл!

Энк выполнил указание, слепо веря напарнице знающей трассу, как и планировали организаторы. Они отклонились, продолжив мчаться по узкому лабиринту, способному пропустить только один болид и то, впритирку со скалами. Зацепились за балку и потеряли один из импульсников, заклинивший до начала стрельбы.

– Левый поворот, девяносто градусов! – вновь раздалось указание девушки.

Болид выскочил на основную трассу перед изумлёнными пилотами группы лидеров, возглавив гонку, о чём сообщили уже миллионы громкоговорителей, как общественных, так и у индивидуальных подписчиков, число которых стало стремительно увеличиваться.

– Кажется они прекрасно ладят, – поделился с напарником один из техников.

– Не удивительно, с такой красоткой парень стал сам привлекательнее, – поддержал его напарник.

Камеры зафиксировали прохождение участка с заброшенной станцией опреснения, забытой на плато и расчищенной для большего ажиотажа группой подготовки трассы. Замелькали колонны, в одну из которых чудом не врезались Энк и Эйс. Их нагоняли болиды основной группы лидеров, продолжая нестись без признаков страха перед столкновением.

Зал без колон, как частичка свободы, и новый удар оппонента вывел гравикар из равновесия. Он процарапал противоположную стену, но вырвался на последних метрах, снова возглавив несущихся к цели.

– Не спать, не спать! – прошипел сам себе Энк.

– Примечай точки будущих активаций оружия нападения!

– Защита сейчас больше пригодится, – подметил пилот, – мы впереди и атаковать некого.

– Это пока! – парировала девушка.

Их тройка лидеров не далеко, но всё же опередила преследующих. Борта вновь ударились и их выбросило на неподготовленный участок трассы, но Энк справился с положением, пропустив в лидеры агрессивного пилота. Началось преследование, закончившееся сближением и сцепкой болидов.

– Не сталкивайся с ним, у него гравикар тяжелее. Разорвёт, – прозвучало предупреждение…

– Послушай техника, – пробормотала сжавшаяся девушка.

Два гравикара продолжают нестись вместе, а попытки расцепиться не приводят к успеху.

– Эйс, помоги ему выкарабкаться, – проговорил динамик голосом старшего техника.

– Давай по тормозам и снова влево! – тут же нашла решение напарница.

Дело сделано и болид полетел к цели в тоннеле, еле вписавшись в узкий отрезок ограничивающий любые неверные действия смертью. Темнота резко кончилась и они выскочили приняв вправо на основную трассу.

– Задействовать точки активации защиты и нападения! – прозвучало общее оповещение во всех гравикарах участников.

– Напомню, стрелы включают оружие, – повернулась Энку Эйс, – Круги активируют напалм, дым и разбрызгиватели краски.

– Это я знаю, – ответил парень.

Уворачиваясь от очередной бортовой атаки, он примеривался попасть в нужное место на трассе, помеченное белым кругом. Проскочив правой половиной над вожделенной точкой активации он обнаружил несрабатывание системы. Вопросительно глянул на девушку.

– Нужно полностью попасть, всем корпусом, а не половинкой, – Эйс не замедлила с пояснением.

Энк только глянул на неё ещё раз и сосредоточился на управлении.

– Я ещё чего-то не знаю? – спросил слегка нервничая, – Ну самую малость?

– Даже не спрашивай, – она улыбнулась в ответ.

Одному из болидов, движущихся сзади, удалось проскочить над меткой со стрелой. Сработали датчики и активировалась спарка импульсников, как самого лёгкого и распространённого вооружения из всего разрешённого арсенала навороченных гравикаров.

Пунктиры расчертили пространство вокруг и врезались в броню тройки лидеров, покрывая её расплавленными кляксами и норовя прожечь крупные дыры. Это случится, если удастся удержать двигающихся впереди дольше для концентрированного огня в одну точку. Прицелами болиды не снабдили, повысив уровень сложности для пилотов и добавив зрелищности.

Пришлось маневрировать, уклоняясь от бортовых атак и выстрелов импульсников. Фаворит не заметил, как активировал точку, обозначенную сюрпризом для тех кто его преследует, тоже с защитной функцией. Меж тем, гравикар, поливавший их огнём, притёрли сзади и развернули, лишив управления. Он понёсся боком, без возможности уклонения от поднимавшейся на трассе конструкции, созданной злым гением Леммом. Броневые вилы выходящие из основы снабжённой мощным приводом. Гравикар налетел на них и нанизался. Двери заблокировало пробившими клыками и пилот с напарницей застряли внутри, с ужасом наблюдая как вся конструкция опускается к постаменту с пазами.

Скрежет гнущихся конструкций гравикара наполнил все мониторы и интерфейсы видео трансляторов. Гравикар раскрошило и разрезало на части мощными клыками, вставшими обратно в пазы, словно гильотинами.

Крики умоляющих пощады не подействовали, зато повысили и без того зашкаливший рейтинг, трансляции, обогатив новыми подписчиками, и денежными массами тех, кто любит ставить на смерь. Вот такая ирония получается. И ничего с породой людей не сделаешь. Смерть себе подобных привлекает, и чем она мучительней, тем охотнее люди платят за эти зрелища.

Зловещая гонка продолжается, обозначив смертью третий, завершающий круг…

Ещё один счастливчик подхватил активацию оружия и им оказался тот самый пилот, что непереставая таранил фаворита. Вновь трассы импульсников чертят пунктирами пространство, вонзаясь в броню болидов, пропущенных вперёд специально. Повороты спасают преследуемых, появляясь вовремя. Все стараются уйти из под удара перескочив на второстепенные, узкие трассы.

Вот повезло кому-то из новых лидеров и он подобрал активатор распылитилей. Форсунки сработали, поливая тёмную, маслянистую жидкость на ведущего стрельбу противника, сбивая тем самым прицел. Поворот и опасный манёвр уклонения от столкновения. Лобовая защита покрывается мелкими каплями затрудняя обзор. Гравикар, утяжелённый бронёй, несётся вперёд, поливая огнём из импульсников пространство перед собой.

Гонка продолжается под аплодисменты и ликование зрителей, постоянно прибавляющихся. Пришли запросы и из соседних Мега-городов, распространяя зрелище в арифметической прогрессии по подписчикам.

Стрелявший наконец встал на месте для очистки лобового стекла, потеряв преимущество перед остальными, но сохранив активным вооружение.

Но следующий, несущийся в общей группе перенимает эстафету, подхватив очередную стрелу с доступом к оружию. Шквал обстрела лидеров не прекратился и один из болидов, мчавшийся слишком быстро попадает под импульсы не имея шанса уклониться на узком участке. Броневые щитки его покрываются кляксами расплавленного материала, риск сквозного пробития усиливается с каждой секундой. Он виляет, расширяя площадь поражения и тем самым увеличивает свои шансы уцелеть и оторваться.

Стреляющий слишком увлёкся и проморгал препятствие, которое обогнула ловкая цель. Его гравикар врезался в насыпь, кувыркнулся и начал полёт в хаотичном движении. Ключ к ракетным установкам подобрал следующий за ним пилот болида и немедленно произвёл пуск. Взрыв хоть и не мощный, согласно регламента, но подбросил кувыркающего ещё выше и тот ударился о стену каньона. Пока падал на трассу все пронеслись мимо, не подумав помочь пострадавшим.

Пилот вылез покачиваясь и остановился, контуженный и растерянно смотрящий на мир тусклым, непонимающим взглядом. Напарница не выжила при взрыве. Но и он протянул не долго, так как был сбит пронёсшимся утяжелённым гравикаром, нагонявшим основную массу участников вместе с лидерами, после очистки обзора от масла. Многочисленные камеры несколько раз передали повторение этого момента в эфир.

– Есть оружие! – сухо доложила Эйс Энку.

– Угу, только его на первом круге заклинило, – он демонстративно нажал на гашетку.

– Действительно! Я мигом, веди ровнее, если сможешь.

Фаворит теперь уклонялся от нескольких атакующих. Двое поливали его из импульсников, третий норовил выкинуть с трассы на скалы каньона.

– Давай без самодеятельности! – Энк возразил на отстёгивающиеся ремни безопасности, удерживающие девушку.

Увернулся, приняв уход с ответным ударом бортом оппонента.

– Ровнее держи, я сказала! – она смело открыла окно вместе с защитными жалюзи.

Эйс вылезла из защищённого салона наполовину под огнём нескольких противников, и взглянула на спарку импульсников, что крепилась на крыше.

– Батарея встала криво, её почти выбило, – коротко доложила. – Я поправлю!

На соседнем болиде начала разворачиваться активная башенка с импульсником, беря на прицел девушку. Пришлось снизить скорость и уйти из под кинжального огня, спасая напарницу, отчаянно поправляющую энергоёмкость. Удачно. Всё у неё получилось и она вовремя заскочила внутрь.

– Ну как я?

– Отчаянная! – Энк ухмыльнулся, прибавив ходу и на очередном повороте вновь прошёл впритирку со стеной и первым болидом, возглавив группу несущихся к скорому финишу.

Задняя плита всё больше покрывалась расплавленными кляксами, когда им удалось подхватить очередную защиту. Это оказался напалм, изготовленный почти по Земным рецептам, только с химическими реактивами, используемыми в реалиях содружества.

– Запускай его через распылители! – пилот рявкнул девушке, не в силах отвлечься от управления.

– Не работает! – заорала Эйс в истерике. – Похоже на диверсию, нет такого ощущения?

– Держись!

Он снова ушёл от огня сразу трёх преследователей нырнув в выученный ранее тоннель и срезал несколько метров, выскочив на трассу неожиданно и немного впереди, чем сбил прицельную пальбу по своему болиду.

И вновь они влетели в залы с колоннами, подставившись под огонь. Но зато не трёх, а всего лишь одного преследователя. Слишком узкие промежутки, даже для одного гравикара.

– Энк, Эйс, – разразился динамик обеспокоенным голосом старшего техника. – Через несколько секунд вам проплавят броню. Там за ней силовая установка без дополнительной защиты… – послышался вздох. – Надеюсь не нужно продолжать? Так придумайте что-нибудь уже!

– Отстегни канистру с напалмом, – сухо проговорил парень. – Залезай ко мне на колени и установи её вместо себя на сиденье. Зафиксируй колбу ремнями, она хрупкая, но ты не бойся, – он глянул вверх оценивая высоту свода и расположение балок. – Быстрее!

– Что? К тебе на колени? – она удивилась, но продолжила выполнение озвученного. – Не слишком быстро для первого свидания?

– Всё готово? Тогда перебирайся ко мне, – он не среагировал на её высказывание.

В ту же секунду, как она покинула кресло с закреплённой ёмкостью он активировал отстрел. Техники не пренебрегли системой катапультирования, разрешённой регламентом. Колба ударилась в низкую балку и разлетелась, обдав задний болид тягучей жидкостью. Многочисленные трещины после ударов и откровенные пробоины в лобовой защите помогли огненной смеси попасть внутрь. От очередного выстрела напалм вспыхнул и гравикар охватило всепоглощающее пламя. Крика никто не успел услышать, так как объятый огнём болид потерял управление и врезался в колонну. В ту же секунду взорвался.

– А теперь приготовься к финишу, у нас на хвосте здоровяк, – спокойно отреагировал парень.

– Хорошо!

Девушка перебралась на своё место и уселась на корточки, сразу приступила к подготовке отстрела потрёпанной задней брони.

Их нагонял тот излишне утяжелённый болид, пилот которого посчитал Энка личным врагом. Он вёл непрерывную стрельбу. Трассы от огня импульсников ударялись в стены лабиринта, всё ближе подбираясь к болиду фаворита. Но воспользоваться этим последним шансом отстрела брони им не довелось. Энк и Эйс первыми пересекли полосу финиша и остановились под восторженные возгласы и аплодисменты…

– Вот и отлично!

Подсчитав количество подписчиков, мистер Лемм погрузился в задумчивую эйфорию, не веря в случившееся. Население десятка Мега-городов, полностью подписалось на трансляции гонок, заплатив щедрую предоплату.

В это же самое время, как раз по окончании первого этапа, я дал старт начала других событий с нашим непосредственным участием, но уже в самом Мега-городе.

Вторжение и захват основных точек, значимых для инфраструктуры управления, начался одновременно со всех направлений и силами, проникшими в Мега-город заранее. Не мудрствуя особо я взял за основу революционный план захвата из истории октябрьских событий в Царской России. У каждого значимого здания и пункта собрались наши иноклы, не обращавшие внимания и не следившие за ходом трансляции. Тогда как всё население, включая охрану и безопасников, оказались поглощены именно этим занятием.

Мы добрались до здания администрации Мегагорода к тому моменту, когда завершался третий этап гонки. Кровавое зрелище пришлось по вкусу далеко не всем. Недовольство возникло и возрастало до самого последнего момента. Претензии звучали не столько в адрес устроителя Лемма, сколько к управлению и городской власти, допустившей такое.

Мы вошли в атриум с десятками лифтовых направляющих главного здания администрации, полностью взятого под контроль нашими молчаливыми иноклами. Никто не подумал, да и не смог организовать оборону, так как всё стало кончено в течении получаса.

Силы безопасности локализовали, заминировав все здания мощными молекулярными фугасами, способными выжечь огромные площади, оставив кучу пепла и элементы искорёженных конструкций, не подверженных пламени. Об этом всех оповестили и предложили не то, чтобы сдаться, а перейти под юрисдикцию к новому руководству. И они согласились, ведь умирать гражданам обывателям совсем не охота, в отличии от бойцов нашей новой армии и тех же изгоев, примкнувшим сразу, как только до них довели информацию.

Организовать помощь от соседей невозможно, так как все системы оповещения и официальной запротоколированной связи мы в первую очередь взяли под свой контроль. Восстание перешло в завершающую фазу, где мне предстоит встреча с действующим, пока, главой города, власть которого взяло под сомнение само население, шокированное кровавыми событиями гонок со смертью…

Конец второй книги. Продолжение следует…

Что способен натворить инопланетный разум на Земле? Цепочка событий приводит героиню из другой части вселенной на Землю. По роковому стечению обстоятельств Герои попадают в переделку и встречаются с гостьей. Загадки и приключения лавиной обрушиваются на группу студентов, способных изменить что-то не только в незнакомой галактике.

Они меняются, становятся сильнее, затевают свою игру – финальный аккорд, перед отправкой в космос. Кто придёт за ними? Куда предстоит отправиться и когда?

Осознание своей силы и уникальности влияет на каждого по-разному, добавляя новых испытаний личности…

Content

Алекс Нагорный
Нейрокомандор. Книга 2. Пси-Фактор. Планеты дезертиров

Интермедия 1

Глава 1. Новые обстоятельства

Глава 2. Приговор

Глава 3. Последствия высадки. Всё только начинается…

Глава 4. Планета крови и возможностей. Сигма-4…

Глава 5. Новые реалии. Выбор одиночек…

Глава 6. Что легко, то трудно…

Глава 7. Никто не знает наперёд…

Глава 8. Алиса. Плен…

Глава 9. Сквозь тернии к плацдарму обречённых…

Глава 10. Тайны забытой планеты…

Интермедия 2

Глава 11. Смертельные ставки…

Глава 12. Плацдарм «подскока»…

Глава 13. Реализация плана…