Дарья Донцова

Большое путешествие Маффи

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

Никогда нельзя знать заранее, как кто поведет себя в минуту большой опасности, подчас безобразник и хулиган становится настоящим героем.

Валя Реутова часто летает по миру, ее работа связана с командировками. Она очень любит животных, поэтому, оказываясь далеко от Москвы, всегда заходит в зоомагазин посмотреть на собак-кошек-птичек, ей давно хочется завести домашнего любимца, но Валечка никак не может определиться с породой пса, все выбирает.

Вот и сегодня она заглянула в зоомагазин, заставленный вольерами, и начала медленно переходить от одного к другому, разглядывая обитателей клеток. Реутова полюбовалась разноцветными шпицами, повосхищалась котятами породы девон-рекс, пришла в восторг от толстенького шарпея и в конце концов увидела в самой последней клетке одинокого пса, покрытого короткой рыжей шерстью.

– Какой милый! – восхитилась Валечка. – А почему он один?

– Он уже большой, вчера полгода стукнуло, – объяснил продавец.

– Такой грустный, – пожалела Реутова.

– Настроение у Маффина плохое, – вздохнул парень за прилавком, – не ел с утра.

– Может, он заболел? Вы врача вызывали? – забеспокоилась Валя.

– Ветеринар вечером приедет, – ответил продавец, – заберет Маффина. Вы же иностранка? Хорошо по-английски разговариваете, но акцент слышен.

– Я из Москвы, – уточнила Валя и, взглянув на бейджик юноши, продолжила: – Эндрю, а не опасно ли держать заболевшего рядом со здоровыми?

– Маффин прекрасно себя чувствует, – заверил Эндрю.

– Зачем его тогда в клинику отправлять? – спросила Валентина.

Продавец замялся.

– В нашей стране есть закон. Если щенка до того момента, как ему исполнилось полгода, никто не приобрел, его нужно усыпить.

– Ужас! – ахнула Валя. – Убить собаку? За что?

– Таков закон, – мрачно повторил Эндрю, – нельзя не подчиниться, иначе магазин закроют. Я спас кое-кого, сам их купил, но больше не могу, у меня уже пять собак. Маффина жалко до слез, не могу на его клетку смотреть. А вот и Майкл!

В магазин вошел пожилой мужчина в ветровке с надписью «Ветеринарная клиника».

– Эндрю, собака готова? – спросил он.

– Стойте! – закричала Реутова. – Я ее забираю! Сколько денег надо? Выписывайте счет.

И Эндрю, и Майкл повеселели.

– Замечательный пес, – зачастил ветеринар, – умный, добрый, будет вам лучшим другом.

– Сделаю вам хорошую скидку, – засуетился Эндрю. – Когда вы уезжаете?

– Через две недели, – начала Валя и призадумалась, – в гостиницу меня с ним не пустят.

– Подержу его здесь, – пообещал продавец, – эта услуга недорого стоит. В день отлета доставлю пса в аэропорт.

– Погоди, – остановил парня ветеринар, – она иностранка, нужно оформить выездные документы.

Юноша хлопнул себя по лбу.

– Совсем забыл, вот, держите, это список всего необходимого, без этого пса из нашей страны не выпустят.

Валя взяла листок и углубилась в чтение:

«Поздравляем! Вы стали владельцем домашнего животного. Для вывоза его за рубеж необходимо иметь: 1. Юридический паспорт, с указанием имени, пола, возраста, веса, породы, печати на каждой странице. 2. Ветеринарное свидетельство прививок с точным указанием названий вакцин. 3. Счет из зоомагазина с приложенным чеком об оплате. 4. Если животное получено путем дарения, возьмите у дарителя нотариальное подтверждение акта дарения. Если вы купили животное, не читайте пункт номер четыре. 5. Квитанция об оплате налога за приобретение товара животного происхождения. 6. Квитанция об оплате налога за получение нотариального подтверждения акта дарения. Если вы не являетесь участником акта дарения, игнорируйте пункт шесть. 7. Квитанция об уплате налога за получение разрешения на вывоз животного. 8. Разрешение на вывоз животного, заверенное у нотариуса в трех экземплярах. 9. Квитанция за налог, за заверение у нотариуса разрешения на вывоз животного. 10. Разрешение департамента крупного рогатого скота на вывоз за границу млекопитающего».

Валечка потрясла головой и показала на последнюю строчку:

– Это, наверное, только для коров, коз и каких-нибудь антилоп?

– Нет, – усмехнулся Майкл, – для всех.

– Маффин не крупный рогатый скот, – продолжала недоумевать Реутова.

Ветеринар поморщился:

– В нашем государстве полно чиновников, которым делать нечего, вот они и придумывают всякие указы, инструкции, хотят оправдать подобным образом свою большую зарплату. К сожалению, вам придется придерживаться буквы закона, иначе Маффина не пропустят через границу, а вас обвинят в похищении пса.

– Ясно, – протянула Валя и продолжала чтение:

«Животное, эмигрирующее из страны, во время предъявления на паспортном контроле должно быть вымыто, высушено, причесано, одето в специальную перевозочную попону с опознавательными знаками авиакомпании, осуществляющей перелет. При себе собака обязана иметь копию паспорта владельца в трех экземплярах, заверенную нотариусом, опознавательный жетон на ошейнике. Пес должен громко, четко отвечать на вопросы пограничных и таможенных служб. Эмигрирующему животному категорически запрещено: пачкать помещение терминала, ругаться нецензурной бранью, распивать спиртные напитки, курить. Млекопитающее имеет право бесплатно провезти с собой пакет корма не более килограмма весом в ненарушенной заводской упаковке, жизненно необходимые лекарства в запечатанной таре. Если вес четвероногого превышает девять кг, оно следует не в салоне, а в специальном отсеке».

Валентина оторвалась от захватывающего чтения, представила, как Маффин с сигарой в зубах, с бутылкой виски в передних лапах подходит к таможеннику и в ответ на его вопрос «Куда летите?» начинает ругаться. И расхохоталась.

– Мне плакать хочется, когда людям эти правила показываю, – вздохнул Эндрю.

– Сколько весит Маффин? – спросила Тина.

Продавец посмотрел на экран компьютера.

– Восемь кило.

– Значит, он полетит со мной, – обрадовалась Валентина, – дальше читать не стану.

Но уже через секунду ее хорошее настроение испортилось:

– Мне эти справки-квитанции и за год не собрать.

– Эндрю! – воскликнул Майкл. – Она спасла Маффина. Ты обязан ей помочь.

– У меня мама нотариус, – признался парень, – она вам поможет. За небольшую плату.

Валя вынула кошелек и отдала Эндрю деньги за все услуги.

* * *

За день до отлета Вале из Москвы позвонила лучшая подруга Кристина и забормотала:

– Валюш, прости. Мне так неудобно, прямо до слез, но обратиться больше не к кому…

– Крися, – перебила ее Валя, – у меня дел полно. Что надо? Если купить какие-то вещи, то говори поживей, завтра в полдень я уже буду в аэропорту.

– Ну ты же знаешь, что мы с Себастианом отправили Андре… – завела Кристина.

Валя застонала:

– Крися! Я знаю, что ты замужем за Себасти, а ваш шестилетний сын уехал на месяц за границу к родителям отца. Что ты от меня хочешь?

– Себастьян должен был лететь за Андрюшкой, – пояснила подруга, – но он вчера сломал ногу, лежит в больнице, ждет операции. Я не могу оставить мужа, а свекор со свекровью не летают на самолетах, им кардиолог запретил. Пожалуйста, привези Андрюшу в Москву.

– Э… э… – замямлила Валентина, – ну… а где я билет возьму?

– Ты согласна?! – обрадовалась Кристина. – Боже, спасибо! Ни о чем не беспокойся. Джим привезет внука в аэропорт, у ребенка есть и билет, и документы. Тебе нужно только взять мальчика и посадить в кресло. Андрюшка тихий, у него айпад при себе, он всю дорогу будет по птичкам стрелять. Он очень самостоятельный. Я тебя обожаю. Ты настоящая подруга. Сейчас пошлю Джиму твой номер телефона. Не волнуйся, я встречу вас в аэропорту.

Из трубки полетели гудки. Валя положила телефон в карман. Перспектива лететь в Москву вместе с чужим ребенком не радовала. Но ведь нужно помочь Крисе, та попала в сложное положение. Реутова хорошо знала Андрюшу, которого заокеанская родня и отец с матерью зовут Андре. Мальчик спокойный, не капризный, вероятно, дорога не превратится в кошмар.

На следующий день она, толкая одной рукой тележку с чемоданами, сумкой и сидевшим там же Андрюшей, приблизилась к стойке, где сдавали багаж. В другой руке она крепко сжимала поводок, который был пристегнут к ошейнику идеально вымытого, расчесанного и наряженного в специальную попону Маффина.

– Добрый день, – пропела девушка в форме, – ваши чемоданы, пожалуйста.

Валя быстро поставила на ленту саквояжи, порылась в сумке, достала билеты и папку с бумагами.

– Документы предъявите на паспортном контроле, – улыбнулась служащая, – здесь только багаж. Все в порядке, хорошего вам полета.

Реутова повернулась, чтобы отойти, и увидела, что Маффина рядом нет, в ее руках зажат поводок с ошейником.

– Моя собака! – испугалась она.

– Животное летит в особом отсеке? – поинтересовалась служащая.

– Нет-нет, – занервничала Валя, – он маленький, летит в салоне, но Маффин куда-то делся.

– Валя, – тихо сказал Андрюша, – собачка-чемодан! Смотри! Она катается. Можно мне тоже так поехать?

Мальчик показывал пальцем на широкую резиновую ленту, увозящую чемоданы, и Валя судорожно вцепилась в стойку. Между ее саквояжами гордо сидел Маффин. Когда пес успел вскочить на транспортер, Валя, увлеченная беседой с сотрудницей аэропорта, не заметила.

– Маффи! – завопила она. – Стой! Ты куда?!

Собака не пошевелилась, черная полоса вильнула вправо, Маффин пропал из вида.

– Мой пес! Он укатил с сумками, – перепугалась Реутова.

Девица в форме схватила телефон:

– Внимание! Код двенадцать! Закройте выход.

Раздался оглушительный звон, на всех стойках замигали красные фонари, транспортер остановился, из потолка вывалились железные решетки и отрезали служащих от толпы пассажиров.

– Просьба соблюдать спокойствие, – заговорило радио. – В целях безопасности просим всех сесть. Оформление багажа продолжится через несколько минут. Соблюдайте тишину и порядок.

Валя пошла туда, где транспортер сделал резкий поворот, и увидела Маффина. Электричество выключили сразу после того, как ее багаж исчез из зоны видимости, далеко собака не уехала. Реутова огляделась по сторонам и зашептала:

– Маффи, иди сюда, хочешь печенья?

Пес завилял хвостом, развернулся, протиснулся сквозь прутья решетки и подбежал к хозяйке.

– Эстель, собаки нигде нет – крикнул мужчина в комбинезоне, подходя к сотруднице, которая только что занималась Валей.

– Но она там, – возразила девушка, – надо поймать ее и оформить штраф на владелицу за остановку нашей работы.

Услышав последние слова, Рутова перепугалась, денег у нее осталось мало, и потратить их она планировала в «дьюти-фри». Но уже через секунду Реутова сообразила, как поступить. Валя живо скинула куртку, надела ее на Маффи, натянула собаке на голову капюшон, взяла ее на руки и быстро пошла к выходу из зала. Дверь оказалась перегорожена красной лентой, рядом стояла толстая негритянка в форме.

– Извините, – сказала она, – вам придется подождать.

– Мой багаж успели оформить, – заулыбалась Валя, – он уехал, ребенок хочет пить, выпустите нас, плиз!

Охранница колебалась секунду, потом отстегнула ленту.

– Хорошего полета, мэм. Ой, что это у вашего малыша из-под курточки торчит?

Реутова скосила глаза, увидела кончик хвоста Маффина и, пробормотав:

– Это у нее такая длинная коса, – опрометью кинулась по галерее вперед, вжав голову в плечи.

Она ожидала услышать крик дежурной: «Ловите пассажирку, у нее псина! Это она обязана штраф заплатить» – но ничего такого не случилось.

Домчавшись до зоны паспортного контроля, Валя вытряхнула Маффина из одежды, защелкнула на его шее кожаную полоску с медальоном и с чувством произнесла:

– Дорогой, больше никаких катаний на транспортере. Веди себя прилично.

Маффин тихо заворчал.

– Рада, что ты меня понял, – улыбнулась Валя, – сейчас сбегаю в туалет и пойдем к пограничникам.

Не успела она произнести эти слова, как ее охватила тревога. Что-то не так! Чего-то не хватает! Валя посмотрела на собаку, Маффи смирно сидел на полу, подметая его своим хвостом. Сумка с документами и деньгами висела у Вали через плечо, вроде все на месте… Андрюша!!! Только сейчас до нее дошло: ребенка с ней нет.

Мигом вспотев от ужаса, Реутова бросилась туда, где сдавала багаж, Маффи несся впереди, ловко уворачиваясь от пассажиров, которые катили чемоданы, тележки, коляски с детьми.

Слава богу, у дверей зала уже дежурила другая служащая, на сей раз стройная блондинка, негритянка ушла.

Валя влетела в зал и тут же увидела Андрюшу, который стоял, держа перед лицом айпад. Реутова кинулась к малышу.

– Милый, прости!

Мальчик не ответил.

Валя обняла ребенка.

– Андрюша! Ты обиделся? Испугался?

Сын Кристины оторвал взгляд от экрана.

– Ты уже сдала багаж?

– Да, – удивилась Валя, – ты очень нервничал, когда увидел, что меня нет?

– Тебя нет? – повторил Андрюша. – Ты же здесь. Смотри, я перешел на пятнадцатый уровень. Вот эти птички, если нажать на них пальцем, раздвояются.

– Раздваиваются, – машинально поправила Валя, ощущая, как ее перестает колотить нервная дрожь. Она поняла, что увлеченный игрой малыш просто не заметил ее отсутствия.

– Мне нельзя покататься, как Маффи? – спросил Андрюша. – Поездить с чемоданами?

– Не в этот раз, милый, – вздохнула Валя, – пошли, нам пора. Хочешь в туалет?

– Бабах, – забормотал мальчик, снова уткнувшись в планшетник, – ба-бах! Бумс!

Валя схватила Андрюшу правой рукой, на запястье левой намотала поводок Маффина и пошла туда, где горел указатель «WC».

Привязав собаку у рукомойника и усадив мальчика на табуретку, Реутова зашла в кабинку, а когда вышла оттуда, увидела, что пол покрывает слой снега. В первую секунду она оторопела, потом поняла, что хвостатый безобразник ухитрился дотянуться до огромного рулона бумажного полотенца и разорвать его в мелкое крошево.

– Ах ты хулиган! – рассердилась Тина. – И когда успел? Я меньше минуты отсутствовала. Андрюша! Почему ты разрешил ему устроить кавардак?

Пес скосил глаза в сторону, весь его вид говорил: «Не знаю, кто нашкодил, я совершенно ни при чем». Мальчик же не отрывался от планшетника, весь ушел в игру.

И тут в дамскую комнату вплыла необъятная негритянка со шваброй.

– Вау! – выкрикнула она.

– Простите, пожалуйста, – затараторила Валечка, – щенок совсем маленький, он случайно, ребенок не заметил, что собачка набедокурила, а я была в кабинке.

– Мэм, пассажир всегда прав, – мрачно сказала уборщица, – даже когда он совсем не прав, а если я скажу, что он не прав, то окажусь без работы.

– Извините, – пролепетала Реутова, – мне так неудобно. Давайте помогу вам бумагу собрать.

– Улетайте, мэм, – процедила поломойка, – я давно привыкла за очень маленькую зарплату очень большую грязь убирать. У меня очень маленькая зарплата. Очень и очень маленькая. Крошечная! Да! Моя зарплата просто смех.

Тетушка явно напрашивалась на чаевые, но у Валентины осталось не так уж много денег, поэтому она решила побыстрее удрать, дернула за поводок и внезапно услышала громкое «чавк-чавк-чавк». Маффин с наслаждением пил воду из ведра на колесах, которое приволокла уборщица.

– Мэм, как только ваша собака нахлебается, отведите ее побыстрее в зону пограничного контроля к любой стойке с номерами от десяти до двадцати, – неожиданно попросила уборщица.

– Почему именно туда? – не поняла Валентина.

– Там Сьюзен убирает, – пояснила поломойка, – она мне деньги должна, а не отдает. Вот пусть за вашей дворнягой лужу и вытирает.

– Маффин не с улицы, – возмутилась Реутова, – он куплен в магазине, имеет родословную. Его порода…

Валечка осеклась, приобретая второпях пса, она забыла уточнить у Эндрю с Майклом происхождение Маффина.

– Пассажир всегда прав, мэм, – смиренно произнесла негритянка, – он прав даже тогда, когда…

Реутова схватила Маффи одной рукой, продолжающего играть в айпад Андрюшу другой и, не дослушав очередное выступление уборщицы, вылетела в зал и уставилась на нового члена своей семьи. В зоомагазине пес сидел в клетке, а Валя была слишком взволнована сообщением о его скорой казни, поэтому в деталях его не рассмотрела. Заплатив за собаку, Реутова убежала на работу, в следующий раз она увидела Маффи только сегодня утром в аэропорту, когда забирала его у Эндрю вместе с готовыми документами. И вот сейчас она впервые внимательно изучила щенка-переростка.

На длинных тонких лапах, похожих на ножки кузнечика, располагалось смахивающее на бочонок тело, покрытое рыжей шерстью, оно заканчивалось изогнутым, почти голым хвостом, на котором моталась пушистая белая кисточка. Передние лапы Маффина были практически голыми, зато задние – в густых «штанах», они почти достигали талии, закрывали всю заднюю часть и полживота. У пса были печальные карие глаза спаниеля, приплюснутый нос мопса, слегка выдвинутая челюсть английского бульдога, на ней дыбом стояла черная шерсть. Но самыми прекрасными оказались уши, большие, полукруглой формы, совершенно лысые, розовые на просвет, они постоянно двигались в разные стороны, жили своей бурной жизнью.

– Милый, ты смахиваешь на лего, которое собрали из разных коробок, – протянула Валя. – Передние лапы вроде той-терьера, только подлиннее, на задних шерсть от сеттера, но покудрявее, хвост… Мда, таких собак я не знаю, голова просто мозаика, а уши красоты невиданной, похоже, от слона. И ты потолстел, в магазине был более худым, или мне кажется?

Маффи раздвинул губы и весело улыбнулся. Тина потрепала его по макушке, схватила Андрюшу за руку и скомандовала:

– Пошли на паспортный контроль.

* * *

– Вывозите из страны собаку? Где документы? – строго спросил пограничник.

Валя протянула ему папку.

– Имя? – продолжил страж границ.

– Маффин! – отчеканила девушка.

– Пол?

– Мужской.

– Фамилия?

Валя опешила.

– Ее нет!

Парень оторвался от заполнения какой-то бумаги.

– Мэм! У всех людей есть фамилии или заменяющее ее слово.

– Маффин просто Маффин, – жалобно пролепетала Реутова, – в папочке есть его юридический паспорт, может, в нем указано? Я не знаю. Мне в магазине ничего про…

– Мэм, я записываю данные вывозителя животного, – без тени улыбки пояснил пограничник, – завожу на вас карту.

– Ой, простите, – смутилась Валя, – я думала…

– На пограничном контроле думать не следует, – перебил ее офицер, – нужно четко и правильно отвечать на вопросы.

Потом он взял другой листок.

– Имя?

– Валентина.

– Фамилия?

– Реутова.

Пограничник потянулся за следующей бумажкой.

– Возраст?

– Двадцать восемь лет.

Офицер схватил лежащие перед ним очки, водрузил их на нос, чуть привстал, некоторое мгновение смотрел на улыбающегося, помахивающего хвостом Маффина, потом сел и снял очки.

– Мэм, впервые вижу собаку, которая прожила почти три десятилетия.

– Разве вы не мою карточку заполняете? – растерялась Валя.

– Теперь я оформляю выездной талон на пса, – мрачно объяснил пограничник. – Придется заново писать.

В конце концов сложная процедура закончилась. Офицер откашлялся.

– Прежде чем я вручу вам разрешительное свидетельство, без которого вас не пустят в самолет, я должен удостовериться, что животное покидает родину без принуждения. Оно обязано ответить на мои вопросы.

Реутова заморгала, потом осторожно сказала:

– Простите, но Маффин… он… пока еще не научился выражать свои мысли словами… ему полгода всего.

Офицер неожиданно улыбнулся и стал похож на человека.

– Мэм! Я обязан следовать протоколу. Опросник для животных составлен департаментом крупного рогатого скота. Если в карте не записать ответы, вам не разрешат вылет.

– Пожалуйста, не подумайте, что я проявляю неуважение к закону вашей страны, – испугалась Реутова, – но как быть, если собака неразговорчивая?

– Очень просто, мэм, за нее ответите вы, – пояснил пограничник. – Готовы?

– Да, – кивнула Реутова.

Офицер откашлялся.

– Маффин, улетая в Россию, находитесь ли вы в состоянии вменяемости?

– Да, – пропищала Валя.

– Вас принуждали к эмиграции?

– Нет, – ответила Реутова.

– Осознаете ли вы всю ответственность за принятое решение?

– Да, – отозвалась Валя, думая, что на этом церемония завершится.

Но офицер продолжал:

– У вас есть тридцать секунд для изменения решения. По истечении этого времени вы не сможете отказаться от эмиграции. Вам понятно?

– Да, – стараясь не расхохотаться, ответила Реутова.

– Отсчет начался, – объявил офицер.

Спустя полминуты пограничник протянул Валентине серый прямоугольник из картона.

– В случае потери разрешения вас на борт самолета не пустят. Возьмите документы собаки, свой паспорт. В следующий раз, когда решите вывезти из нашего государства животное, скажите на пограничном контроле, что на ваше имя уже заведена карта в базе департамента крупного рогатого скота. Хорошего полета, мэм.

– Спасибо, – машинально ответила Реутова, схватила Андрюшу, не отрывавшего глаз от планшетника, и остановилась.

– Со мной еще ребенок.

– Конечно, мэм, – кивнул офицер.

– Ему можно лететь? – уточнила Валя.

– В паспорте этого гражданина сделаны необходимые отметки, – уточнил пограничник.

– Андрюше не надо заводить карточку в какой-нибудь службе? – робко осведомилась Реутова.

– Нет, мэм, не беспокойтесь, следуйте спокойно в зону посадки.

– Странно как-то, – пробормотала Валентина, – на Маффина столько бумаг завели, а на Андрюшу ничего.

– Мэм, вы задерживаете пассажиров, – отчеканил пограничник, – я уже объяснил вам, что карточки на эмигрирующих животных требует оформлять департамент крупного рогатого скота. Ребенок не собака, он данным департаментом не охраняется. Вам понятно?

– Да, спасибо! – воскликнула Валя, выбежала в зал «дьюти-фри» и наконец-то расхохоталась.

Маффин тихо заворчал.

– Мне нравится, что ты совсем не лаешь, – похвалила пса Реутова. – Знаешь, некоторые люди говорят, что в России сплошные бюрократы и тупые законы. Попробовали бы они собаку из этой страны вывезти. Пошли, дорогой, вон в тот магазин, куплю себе вкусняшку в дорогу. Не люблю еду в самолете. Андрюша, давай руку, похоже, тебя я могла провести через границу без документов, ребенком никто не интересовался.

Привязав поводок Маффина к тележке, Валя медленно бродила между рядами стеллажей, выискивая любимое печенье, конфеты, бутерброды в коробке. В какой-то момент она уронила пакет с леденцами, наклонилась, чтобы поднять его, и в ту же секунду поняла: Маффи нет, от проволочной корзинки вниз тянется поводок, на котором висит ошейник.

Валентине стало жарко, скоро объявят посадку, что делать, если она не отыщет собаку? У нее затряслись руки, но тут она услышала из-за соседнего стеллажа тихий шорох и азартное «чавк-чавк-чавк». Девушка поспешила на звук. Потерянный пес с бешеной скоростью поедал нарезку сырокопченой колбасы в вакуумной упаковке.

– Прекрати сейчас же, – зашипела Валя, оттаскивая безобразника за хвост. – Давно тут харчишься?

Морду Маффина украсила фирменная улыбка.

– Рада бы рассердиться на тебя, но почему-то не получается, – выдохнула Валя, застегивая на безобразнике ошейник, – объясни, как ты ухитряешься освободиться от ошейника?

Пес покосился на нее, потом упал на спину, пару раз перекатился с боку на бок и встал. Кожаная полоска с медальоном осталась на полу.

– Высший пилотаж, – пробормотала Валя, – теперь понятно, что ты очень даже сообразительный и отменный хулиган. И что теперь прикажешь делать? Судя по пустому месту на полках, кое-кто, не станем показывать на него пальцем, слопал много салями. Да еще сожрал ворованное вместе с упаковкой. Денег у меня мало, хочу купить себе еду, оплачивать твой поход в «ресторан» не собиралась.

– Внимание пассажиров, начинается посадка на рейс тысяча девятьсот семьдесят девять, следующий до Москвы… – раздали голос из громкоговорителя.

Валя посадила Маффина в корзинку и ринулась к кассе, пытаясь успокоить бунтующую совесть. Воровать в супермаркетах неприлично, Валентина этим не занимается, но выхода нет. И навряд ли ее можно посчитать преступницей, колбасу-то съел Маффин. Да, она ответственна за поведение собаки, но плохому ее не учила. Сотрудники магазина не узнают, что пес слопал салями. Никаких следов преступления нет, наглец схомячил колбасу с упаковкой.

Пока кассирша сканировала штрих-коды на пакетах, Валю бросало то в жар, то в холод, но никто не закричал: «Держи вора!» Реутова благополучно получила назад кредитку, но едва она поравнялась с воротцами у выхода, раздался противный писк.

– Простите, мэм, покажите чек, – попросил охранник.

Валечка протянула ему бумажку.

– Сэндвичи, конфеты, печенье, – перечислял парень, – проходите, мэм, аппаратуру глючит, бывает такое. Простите, что лезу не в свое дело, но у вас при себе детский рюкзачок, а ребенка нет. Еще раз прошу меня извинить, некоторые пассажиры увлекаются покупками и забывают про сына или дочь. Или рюкзак не ваш?

У Вали закружилась голова.

– Мой! Можете посмотреть за собакой и пакетом?

– Без проблем, – сказал секьюрити.

Валя кинулась в глубь стеллажей и нашла Андрюшу, который сидел на полу, уткнувшись в айпад. Около него стояла открытая пустая коробка из-под печенья.

Она потрясла мальчика за плечо.

– Ау!

Сын Кристины оторвался от игрушки.

– Валя! Я уже на восемнадцатом уровне.

– Рада за тебя, – буркнула Реутова. – Зачем ты ел сладкое?

– Я? – удивился Андрюша. – Какое?

Она показала на пустую упаковку.

– Я не трогал ничего, – начал оправдываться мальчик, – просто играл. А ты сдала багаж?

Валя тяжело вздохнула. Интересно, Кристина в курсе, что ее сын, держа в руках планшетник, превращается в зомби? Андрюша ничего не видит, не слышит, сейчас он слопал соленый крекер и даже не заметил, как это случилось. Она подхватила малыша.

– Нам пора. Отдай мне айпад.

– Там птички, – возмутился Андрюша, – хочу перейти на девятнадцатый уровень, получить суперорла.

– Сейчас по радио объявили, что детям в зоне отлета запрещено пользоваться планшетниками, – соврала Валя.

– Почему? – изумился мальчик.

– В целях безопасности, – нашла причину Реутова.

Андрюша протянул ей гаджет.

– На.

Валя засунула чудо электроники в свою сумку, крепко взяла Андрея за руку и пошла к кассам, пытаясь договориться с бунтующей совестью, и та требовала оплатить слопанное юным геймером печенье. «Но у меня денег кот наплакал, а я хочу купить журналы в дорогу. Может, малыш не трогал крекеры, их съел другой человек, Андре просто сел около брошенной упаковки», – убеждала себя она. Запинав совесть в самый темный угол своей души, Реутова забрала у охранника пакет, схватила поводок Маффи и, взволнованная пережитми событиями, двинулась по длинной галерее к выходу на посадку. Андрюша, лишенный айпада, смотрел по сторонам и безостановочно задавал вопросы:

– Валя, куда мы идем?

– В самолет, – ответила она.

– Почему он летает? Не падает?

– У машины есть мотор, он как птица, только железная.

– А почему крыльями не машет?

– Он же не настоящая птица.

– Понарошечная?

– Какая птица? – не поняла Валя.

– Летит понарошку? Не взаправду?

– Нет, лайнер настоящий, но он не орел, поэтому не машет крыльями.

– А почему тогда в воздух поднимается? – не утихал мальчик. – Как это у него получается?

– Потом объясню, – ответила Валя, которая совершенно не разбиралась ни в каких машинах, – сейчас времени нет. Мне надо вон в тот магазин.

– Ходят ногами, а говорят языком, – назидательно заметил мальчик, – ты иди и отвечай. А почему у той тети на голове гнездо?

Валя посмотрела на незнакомку.

– Тише. Вдруг она понимает по-русски. Это волосы, они так причесаны.

– Зачем?

– Ей нравится.

– А что у того дяди на шее?

– Родимое пятно.

– Это что?

– Родинка. Но большая.

– Почему у меня такой нет?

У Вали закружилась голова.

– Андрюша, я хочу купить журналы, а ты помолчи десять минут.

– Ладно, – неожиданно согласился мальчик. – Десять минут, да?

– Да, – прошипела Валя и, держа болтуна одной рукой, а поводок собаки другой, вошла в магазинчик и направилась к стойке с глянцевыми изданиями, но притормозила и посмотрела на щенка-переростка. Маффи катался на спине.

– Решил здесь полакомиться леденцами и жвачками? – возмутилась хозяйка. – будешь сидеть у меня на руках.

Маффин показался ей очень тяжелым, намного тяжелее, чем в зале, где сдают багаж. Валя заплатила за прессу, поравнялась с охранником и снова услышала противный писк.

– Она только что заплатила, – сказала кассирша.

– Я обязан проверить, – сердито отозвался толстый секьюрити, – мэм, покажите чек. Так… деньги отданы, почему звенит? Что в другом пакете?

– Еда из соседнего супермаркета, – пояснила Тина, – кассовый документ внутри.

– Мэм, меня не волнует, что вы в другом месте сперли, – меланхолично заявил охранник, – я у них не служу. Откуда идет сигнал?

Толстяк стал водить каким-то прибором вокруг Реутовой.

– На мой рейс объявлена посадка, – взмолилась она, – вы убедились, что я оплатила покупку. Наверное, аппаратуру замкнуло, вот она и сигналит.

– Полное ощущение, что фонит собака, – не успокаивался дядька. – Марта, мы торгуем псами? Сигнал идет от него.

– Нет, Оскар, – ответила, закатывая глаза, кассирша, – у нас журналы и всякая мелочь, отпусти пассажирку. Если она опоздает на самолет, то подаст на тебя в суд и будет права. Только идиот мог подумать, что женщина украла здесь собаку.

Охранник нехотя посторонился.

– Счастливого полета, мэм.

Валя выскочила в зал, Маффин бодро трусил рядом.

– Надеюсь, дорогой, полоски с защитой, которые ты слопал вместе с упаковкой, выйдут вскоре наружу, – вздохнула она, – иначе ты будешь объектом внимания охраны везде, где появишься, а теперь побежали. Андрюша, что с тобой? Почему у тебя такое лицо?

– Шестьдесят! – закричал мальчик. – Десять минут прошло. Я считал секунды. За каждую минутку палец зажимал. Теперь можно снова говорить. Я слово сдержал, молчал, как договорились. Куда мы идем? Зачем у той тетки на боку подушка на ремне висит? Дядя в плед почему завернулся? Хочу пить! Хочу есть! Нас в самолете покормят? Колу дадут? Я люблю какао, там будет какао? Маффи писает! Валя, смотри! Дядя в его лужу наступил! У него ботинки мокрые! Почему у той девочки на голове пакет?

Реутова потрясла головой, вытащила из сумки айпад и сунула его в руки болтуна.

– На.

– Им нельзя пользоваться в целях безопасности, – напомнил мальчик.

– Теперь можно, – простонала Реутова.

– Ура! Птички! – завопил мальчик, и наступила блаженная тишина.

Валя сделала глубокий вдох. Небось планшетник изобрела группа молодых родителей, чтобы иметь возможность заниматься своими делами. Нехорошо, когда ребенок долго играет на айпаде, это вредно для его психики и здоровья, но очень полезно для психики и здоровья его родителей. Вот у Вали сейчас головную боль словно рукой сняло.

* * *

Перед тем как пропустить пассажирку в телескопический трап-рукав, суровая женщина в форме сотрудницы аэропорта велела Маффину встать на весы и объявила:

– Животное весит более девяти килограммов. Не пущу его в салон, оформляйте в особое отделение.

– Он маленький, – начала уламывать служащую Реутова, – на самом деле вес его восемь кило, просто…

Окончание фразы «Маффин наелся в магазине колбасы» застряло у нее в горле.

– Мэм, я не имею права нарушать закон, – отчеканила баба, – возвращайтесь в зону «Д», там у вас примут собаку.

– Но самолет улетит через пятнадцать минут, я не успею, – испугалась Валя.

– Таков закон, мэм, – прозвучало в ответ, – значит, отправитесь завтра.

– У меня совсем не осталось денег, ну, пожалуйста, пропустите, – застонала Тина, – я с ребенком.

– Мальчик к этой ситуации отношения не имеет. Я не могу нарушать закон, мэм, – ответил человекоподобный робот.

Спасение явилось в лице хорошенькой стюардессы, которая слушала их диалог. Она что-то прошептала на ухо бабе, а та вдруг неожиданно сменила гнев на милость:

– Хорошего полета вам и вашей собаке, мэм.

Когда самолет набрал высоту, Валя увидела, как та самая бортпроводница разносит воду, и спросила у нее:

– Как вам удалось уговорить монстра, стерегущего выход, разрешить нам с собакой улететь?

– Меня зовут Фелиция, и я здесь, чтобы помогать пассажирам, – улыбнулась красавица. – Собачка не очень крупная, полкило перевеса в салоне погоды не сделает. Пришлось немного приврать, я представила вас как «Сикрет хантер».

– Тайный охотник? – переспросила Тина. – Это кто такой?

– Агент с собакой, – объяснила Фелиция, – они прикидываются обычными пассажирами, везут некрупных псов. Все вокруг считают их простыми людьми, в курсе только экипаж. Если в салоне окажется преступник, замысливший угон, он не обратит внимания на четвероногого пассажира. Но в подходящий момент сотрудник безопасности отдаст приказ и собака разоружит негодяя.

– Надо же! – восхитилась Валентина. – И сколько самолетов спасли собаки?

– Пока ни одного, мэм, – засмеялась Фелиция, – программа еще не работает, о ней пока только говорят. Думаю, у агентов должны быть документы, которые они служащим аэропорта будут показывать, и навряд ли на эту работу возьмут женщину с ребенком. Но Эмилия, та, что не пускала вас в самолет, очень вредная и не особо сообразительная.

– Спасибо вам, от всей души, – поблагодарила бортпроводницу Реутова.

– Не за что, мэм, я хочу сделать ваш длительный полет приятным, – ответила стюардесса, – ваш пес полноправный пассажир с билетом, ему положен и обед, и ужин, и вода, и плеер для просмотра кино. Вы всегда можете вызвать меня, нажав на кнопку.

Через два часа после взлета по салону начали бегать дети. Андрюша сидел, уткнувшись в айпад, Маффин сполз с кресла и стал носиться с малышами. Ребята пришли в восторг и завизжали, собака же не издавала ни звука.

– Какой он милый, – говорили пассажиры, – очаровательный, ласковый, добрый.

Валя поняла, что пес никого не раздражает, и задремала. Изредка она открывала один глаз и видела носящуюся туда-сюда стайку детей, во главе которой скакал Маффи. Андрюша не отрывал глаз от планшетника. Потом подали обед, собака живо слопала свою порцию, опять побежала по рядам, ее угощали крекерами, сыром, фруктами. Мальчик тоже поел. Спустя некоторое время из хвостовой части самолета раздался хохот, и туда поторопилась с рулоном бумажного полотенца Фелиция. Через пару секунд к креслу Вали подскочил Маффин и заулыбался.

– Что ты натворил? – забеспокоилась Реутова.

– Он обкакался, мэм, – радостно сообщил сидевший неподалеку малыш, – прямо у туалета, очень умный, пришел куда надо, только дверь открыть не сумел. И…

Продолжить ребенок не успел, из первого ряда поднялся здоровенный мужик с пистолетом в руке и заорал:

– Всем сидеть! Самолет полетит туда, куда мне надо. Если будете вести себя тихо, никто не пострадает. Нас много, мы убьем тех, кто пошевелится. А ты ступай к командиру корабля и передай ему вот это!

Бандит сунул одной из стюардесс записку, девушка испарилась. В среднем ряду истерично зарыдала какая-то женщина.

– Заткни ее, – приказал Фелиции угонщик.

Бортпроводница бросилась к пассажирке.

Маффин стек с кресла и высунул голову в проход. Валя окаменела от ужаса, остальные пассажиры тоже молчали.

– Сэр, – робко сказала бортпроводница, которую угонщик отправил в кабину пилотов, – сэр…

Мужик обернулся и, на секунду перестав смотреть в салон, спросил:

– Ну? Что он сказал?

Девушка попыталась ответить, но от страха начала заикаться:

– С-с-с-с…

В салоне повисла зловещая тишина, Андрюша неожиданно оторвался от айпада и закричал:

– Валя! Я на тридцатом уровне! Ба-бах! Ба-бах! Сейчас всех свиней убью.

Маффин молнией кинулся вперед и вцепился зубами в руку бандита. Негодяй, не ожидавший нападения, заорал, сделал шаг назад, и тут парень, сидевший около угонщика, быстро выставил в проход ногу. Бандит потерял равновесие, замахал руками и упал. Маффи прыгнул ему на спину и начал оглушительно лаять. В ту же секунду кто-то из экипажа вытолкнул из кухни тележку с едой, она пронеслась по проходу, врезалась в ступни преступника, открылась и… Гора подносов рухнула на бандита, но Маффин не убежал, заваленный посудой и объедками, он кусал мужика за уши и шею. Из рядом расположенных кресел вскочили пассажиры, из хвостовой части прибежали два стюарда…

Минут через сорок в лайнере наступило относительное спокойствие. Связанный по рукам и ногам, с заклеенным ртом преступник спал в крайнем ряду, а вокруг него разместились крепкие мужчины из пассажиров.

– Как хорошо, что у меня, врача, всегда при себе чемоданчик со всем необходимым! – ликовала женщина, сидящая позади Вали. – А лицензия позволяет пронести на борт и шприц, и ампулы. Как же здорово, что у меня имелось при себе снотворное! Ну какая я молодец! Прекрасно, что угонщик был один! Отлично, что Маффин прыгнул на бандита!

Голос врача перекрыло радио:

– Господа, говорит командир экипажа, рад сообщить вам, что мы продолжаем полет и рассчитываем приземлиться в Москве по расписанию. Принимающий аэропорт оповещен о происшествии на борту, нас встретят представители спецслужб. Сейчас всем предложат бесплатное шампанское, и давайте поблагодарим собаку Маффина за проявленные сообразительность и мужество.

Пассажиры зааплодировали, Валя хотела погладить сидящего рядом Маффина и закричала. Пес привалился боком к ручке своего кресла, из-под его хвоста вытекала кровавая лужа.

– Он умирает! – закричала Реутова. – Помогите!

– Я здесь, – откликнулась врач, – ну-ка, дайте посмотреть…

В салоне стало очень тихо, все ждали, что скажет доктор, наконец та выпрямилась.

– Не волнуйтесь! Все прекрасно! Маффин здоров, она рожает. Сейчас появится первый щенок.

– Не может быть, – ахнула Валя, – это мальчик, ему всего шесть месяцев, так сказали в зоомагазине, со мной все его документы, там указан пол и возраст.

– С появлением принтеров жизнь мошенников резко улучшилась, – сказал парень, сидевший в соседнем ряду. – Сейчас у аферистов новая фишка. Видят, что к ним в магазин зашел иностранец, показывают ему собаку и говорят: «Ей уже полгода, по закону, если никто ее до шести месяцев не купил, несчастную усыпляют». И тут же появляется ветврач. Многие забирают обреченную на смерть псину, да еще благодарят пройдох. Обманщики пользуются тем, что на вывоз собаки требуется куча документов, и предлагают оформить все справки, не бесплатно, конечно, еще они обещают позаботиться о четвероногом до отъезда покупателя домой, притаскивают ему в аэропорт дворнягу, и за все отстегивай им денежки.

– Такого закона нет? – робко спросила Валя, гладя по голове занятого айпадом Андрюшу.

– У нас много дурацких законов, но животных пока не убивают, – хмыкнул пассажир, – не додумались еще до такого. Плуты иностранцам или провинциалам дворняжек за большие деньги впаривают. Расчет прост: если человек животину пожалел, он ее уже полюбил и назад сдавать не станет. Да и как это сделать, если он в другую страну улетел. Будет любить того, кого приобрел. И как вы не заметили, что это девочка? У парня-то… э… ну, понимаете, что есть.

– Наверное, дама неопытная хозяйка, это ее первая собака, – предположила врач, – и у пса странная шерсть, спереди ее мало, а сзади, в особенности в хвостовой части, очень много. «Штаны» у Маффи богатые, половые признаки не рассмотришь. Живот не очень большой, и он тоже растительностью покрыт.

Валя растерянно моргала. Неужели милые Эндрю и Майкл ее надули? И ведь ей показалось, что Маффин слегка толще, чем при первой встрече в магазине… Но начинающая собачница не подумала о беременности.

Послышался писк, доктор взяла в руки крохотный комочек.

– Маффин точно девочка, а это новорожденная. Думаю, ее надо назвать в честь Фелиции. Ой, вот и второй на свет вылезает. Как зовут командира экипажа?

– Юджин, – подсказала стюардесса.

– Поприветствуем Юджи, – засмеялась врач.

Когда лайнер стал снижаться, снова ожило радио:

– Господа, просьба оставаться на своих местах. Сначала в салон войдут представители спецслужб, они объяснят вам, как действовать дальше. Спасибо всем. И да, я никогда не забуду этот полет, и я хотел бы потом забрать себе щенка Юджина.

– Андрюша, – выдохнула Валя, – мы дома!

– Сорок пятый уровень! – воскликнул мальчик. – Я получил золотого орла.

Отдав Андрея матери, Валечка села в такси, поставила себе на колени ящик со щенками, погладила Маффи и сказала:

– О да, я тоже никогда не забуду это путешествие.

Через три месяца Валя приехала в аэропорт и вручила Юджину с Фелицией двух подросших очаровательных кутят.

– Как там Маффин? – поинтересовался пилот.

– Безобразничает вовсю, – засмеялась Реутова, – ну просто негодяйка, хулиганит, а потом улыбается.

Юджин протянул Валечке конверт.

– Это вам просили передать.

Реутова вскрыла упаковку, внутри оказался медальон и письмо. «Руководство авиакомпании благодарит пассажира Маффина за проявленный героизм и награждает его золотым жетоном, позволяющим путешествовать нашими самолетами абсолютно бесплатно. Маффин также может провезти с собой раз в год одного члена семьи за счет авиакомпании».

– Придется вам теперь всегда путешествовать в сопровождении Маффи, – засмеялась Фелиция, – без нее надо платить за полет. Я соврала, будто вы агент с собакой, и вон что вышло. Ну кто бы мог подумать, что необученный пес так отреагирует на угонщика.

Валя улыбнулась. Никогда нельзя знать заранее, как кто поведет себя в минуту большой опасности. Подчас безобразник и хулиган становится настоящим героем.

Content

Дарья Донцова
Большое путешествие Маффи