Шорз Кристофер

Келл Брайан

Малиция Никола

Война в воздухе за Югославию, Грецию и Крит 1940-41

Кристофер Шорз

Брайан Келл

Никола Малиция

ВОЙНА В ВОЗДУХЕ ЗА ЮГОСЛАВИЮ, ГРЕЦИЮ И КРИТ

Вступление

Война в воздухе за Средиземноморье началась в июне 1940 г. после вступления Италии во Вторую Мировую Войну. В прошлом среди историков имелись значительные разногласия относительно подробностей военных действий в воздухе. Например, известно, что Мармадьюк Пэттл, которого многие считают лучшим асом британских Королевских ВВС за всю войну, именно здесь одержал большую часть своих побед. Сколько же в точности побед он одержал и как?

Многие победы пилотов британских Королевских ВВС (RAF) не подтверждаются итальянцами, а из-за внезапного удара немецкого блицкрига по Югославии и Греции и поспешной эвакуации британских войск многие записи оказались утеряны.

Путем тщательной проверки имеющихся сведений – британских, итальянских, немецких – многочисленными интервью и перепиской с уцелевшими участниками войны или их родственниками авторы этой книги пытаются восстановить полную картину тех событий.

Эта книга, дополненная множеством новых бесценных фотографий, представляет собой важный вклад в исследование событий Второй Мировой Войны и является прекрасным добавлением к библиотеке любого военного историка, как специалиста, так и энтузиаста, увлекающегося историей авиации.

ГЛАВА 1

Нападение Италии на Грецию

Истребители PZL P .24 польского производства составляли основу истребительной авиации Греческих Королевских ВВС ( EVA ) в 1940 г. Этот истребитель сфотографирован вскоре после доставки в Грецию. Фотография предоставлена греческим посольством в Италии. (Н. Малиция)

Рано утром 28 октября Иоаннис Метаксас, премьер-министр Греции, издал обращение к народу своей страны:

«Пришло время сражаться за нашу независимость, за целостность и честь Греции. Хотя мы строго соблюдали нейтралитет и были абсолютно объективны ко всем, Италия, намереваясь лишить нас права жить жизнью свободных эллинов, потребовала от меня уступок территорий по выбору итальянского правительства и предупредила, что итальянские войска сегодня в 6:00 вступят на нашу землю, чтобы занять эти территории. Я ответил итальянскому послу, что считаю и само это требование и манеру его предъявления прямым объявлением войны со стороны Италии. Пришла пора показать, достойны ли мы наших славных предков и свободы, за которую сражались наши отцы и деды. Пусть весь народ поднимется как один человек. Сражайтесь за вашу родину, за ваших жен и детей, за наши священные традиции. Идет битва за само существование нашего народа».

За обращением премьер-министра последовало обращение короля Греции Георга II:

«Премьер-министр объявил вам, в каких обстоятельствах мы были вынуждены вступить в войну в ответ на угрозу Италии лишить Грецию независимости. В это прискорбное время я уверен, что все греки исполнят свой долг до конца и проявят себя достойными наследниками нашего славного прошлого. С верой в Бога и в предназначение нашего народа, мы будем сражаться, защищая родные очаги, до полной победы. Объявлено в королевском дворце в Афинах 28 октября 1940 г.»

Вскоре после этого генеральный штаб греческой армии сообщил первую оперативную сводку:

«В 5:30 этим утром итальянские войска атаковали наши передовые посты на греко-албанской границе. Наши солдаты ведут бой, защищая родину».

Греция была атакована, от Ионического побережья до Корицы более 100 000 итальянских солдат перешли ее границу, начав наступление с территории Албании. Семи дивизиям итальянской армии с частями поддержки противостояли три плохо вооруженные греческие дивизии. Исход казался предрешенным. В небе патрулировали истребители 160-й отдельной истребительной группы (160o Gruppo Autonomo CT) итальянских ВВС (Regia Aeronautica), действовавшие с передового аэродрома в Корице. Вскоре около 10:00 три итальянских истребителя «Фиат» CR.42 из 393-й эскадрильи этой группы, патрулировавшие над районом Дреновы, заметили первый греческий самолет. Это был разведчик «Хеншель» Hs-126 из 3-й эскадрильи поддержки наземных войск (3 Mira Stratiotikis Synergassias) греческих королевских ВВС (Elleniki Vassiliki Aeroporia, EVA). Лейтенант Марио Гаэтано Каранчини атаковал и сбил «Хеншель», упавший к востоку от Дарды. Хотя пилот и наблюдатель «Хеншеля» спаслись, не получив ранений, греческие королевские ВВС понесли свою первую потерю во Второй Мировой Войне. Началась новая война на Балканах, что впоследствии оказало серьезное влияние на ход военных действий в Европе и Северной Африке.

Но почему мирная Греция стала жертвой этого нападения? Едва ли какие-либо нормальные экономические, политические и военные факторы, которые обычно приводятся как причина для таких действий, являются в действительности основанием для решения Италии открыть третий фронт. Вероятно, причина этой агрессии полностью связана с манией величия итальянского диктатора Бенито Муссолини – «Иль Дуче».

Однако у этого конфликта существовал исторический контекст. После завершения Балканских войн в начале XX века великие державы использовали свое влияние для создания независимого королевства Албания. Бедная, отсталая страна, почти не обладавшая природными ресурсами, пребывала в состоянии внутренних беспорядков и междоусобной борьбы, когда события в другом регионе Балкан привели к началу Первой Мировой Войны. Итальянцы немедленно воспользовались возможностью, чтобы оккупировать город и порт Валону, а греческие войска вошли в район Северного Эпира, откуда они незадолго до того были отведены по настоянию Италии и Австрии.

В мае 1916 г. греки уступили болгарам форт Рупель в Восточной Македонии, что дало возможность итальянцам, ставшим к тому времени союзниками Антанты, снова изгнать греческие войска из Северного Эпира и расширить свою зону оккупации до Корицы, занятой французами. Интриги союзников, имевшие целью заставить Грецию формально вступить в войну, привели в июне 1917 г. к тому, что Англия и Франция потребовали от греческого короля Константина отречься от престола, и была предоставлена независимость Албании, над которой был объявлен итальянский протекторат. После итальянцы ввели войска в Южный Эпир и оккупировали Янину, но эти действия вызвали неодобрение их более сильных союзников, и столкнувшись с дипломатическим давлением на конференции союзников в Париже, итальянцы спустя месяц отвели войска. Однако теперь они рассматривали Эпир как свою сферу влияния.

Самым многочисленным самолетом морской авиации греческих ВВС был разведчик-бомбардировщик «Дорнье» Do - 22 K G . Этот самолет снят перед доставкой в Грецию с альтернативным колесным шасси вместо поплавков. В этой модификации некоторые Do - 22 K G оказывали поддержку греческим наземным войскам вместе с армейскими «Бреге» Br . XIX . (А. Стаматопулос)

В 1923 г. определение греко-албанской границы все еще являлось вопросом рассмотрения международной комиссии. Итальянский представитель международной комиссии генерал Теллини и четверо членов его штаба были убиты неизвестными лицами, когда проезжали по греческой территории. Это убийство вызвало большой резонанс. В следующем году Муссолини значительно упрочил свою власть, и одним из первых его действий был ультиматум Греции, в котором требовалось: 1) принесение Грецией официальных извинений; 2) отдание воинских почестей итальянскому флагу кораблями греческого флота; 3) проведение расследования итальянскими официальными лицами на греческой территории и смертная казнь для тех, кто будет сочтен виновным; 4) уплата компенсации на сумму 50 000 000 итальянских лир (около 500 000 фунтов стерлингов). Не удивительно, что греческое правительство смогло согласиться только на первые два условия. В ответ на это 31 августа 1924 г. Муссолини приказал итальянскому флоту обстрелять греческий остров Корфу и высадить на него десант. 16 жителей острова были убиты и многие ранены, но Международная Комиссия потребовала от итальянцев вывести войска, на что Муссолини был вынужден согласиться. Виновные в убийстве генерала Теллини и его штаба так и не были найдены. Греческая пресса обвиняла в этом убийстве агентов албанского правительства Ахмеда Зогу (позднее провозгласившего себя королем), а албанцы же обвиняли Грецию.

Итальянские планы насчет Албании были реализованы в виде полной ее аннексии в апреле 1939 г. Итальянские военные корабли обстреляли албанский порт Дураццо, а самолеты Regia Aeronautica разбросали листовки над Тираной, предлагая населению не оказывать сопротивления итальянским оккупационным войскам. 16 апреля 1939 г. итальянский король Виктор-Эммануэль III принял титул короля Албании.

Спустя немногим более года Муссолини вверг свой народ во Вторую Мировую Войну. Итальянские войска вторглись во Францию, как раз перед тем, как деморализованные французы капитулировали перед победоносной армией Гитлера. К этому времени блестящие успехи Германии и ее несомненное военное превосходство изменили баланс между двумя государствами; Муссолини больше не был старшим партнером в Оси, и это раздражало его. Он хотел повысить международный престиж своего режима, но теперь это было проблематично. Итальянская колониальная империя в Восточной Африке, отрезанная от метрополии британскими войсками в Египте, Кении и Судане, оказалась в сильнейшей опасности. Мальта так и не была подавлена, несмотря на частые налеты итальянской авиации; итальянский флот редко рисковал покидать свои базы из-за присутствия в Средиземном море сильного британского флота, а начатое в Северной Африке наступление армии маршала Грациани быстро остановилось.

Когда Италия оказалась вовлечена в военные действия на стольких фронтах, большинство наблюдателей считали, что открытие еще одного фронта будет для нее в высшей степени нежелательно. Однако Муссолини хотел решительной победы, причем такой, чтобы он мог бы поставить Берлин перед свершившимся фактом, как, по его мнению, часто поступал с ним Гитлер. Еще в июле 1940 г. итальянское командование получило приказ дуче разработать планы наступательных операций на случай враждебных действий со стороны Югославии, и для обеспечения этих операций была желательна оккупация некоторой части Ионических островов (Корфу, Левкас, Кефалония и Занте) и района северо-восточного Эпира. Эти планы разрабатывались в рамках двух разных операций; операция против Югославии была обозначена «Esigenza E», а операция против Греции – «Esigenza G». В качестве оправдания этих планов было представлено враждебное отношение к Италии в общественном мнении этих стран и усилившиеся в них пробританские настроения.

В то же время увеличилось число итальянских провокаций против Греции, и хотя некоторые из этих инцидентов можно отнести к случайным, другие, напротив, были явно преднамеренными. 8 июля 1940 г. итальянский бомбардировщик «Савойя» S.79 из 41-й бомбардировочной группы совершил вынужденную посадку на Крите, экипаж самолета был интернирован. Четыре дня спустя три итальянских самолета бомбили и обстреляли из пулеметов греческое судно маячной службы «Орион», а потом атаковали греческий эсминец «Идра», подошедший на помощь «Ориону». В связи с этим инцидентом Метаксас направил в итальянское посольство решительный протест, но по иронии судьбы три дня спустя итальянские дипломаты выразили ему благодарность за оказание греческими властями помощи экипажу итальянского гидросамолета, совершившего вынужденную посадку у Кефалонии.

Одним из четырех типов самолетов британского производства, служивших в EVA в 1940 г. был морской разведчик-бомбардировщик «Авро Энсон» Мк I .

Конечно, британские военные корабли тогда вели действия против итальянского судоходства, и итальянские пилоты могли случайно принять греческие корабли за британские. Однако это было явно не так в инциденте, случившемся в начале августа 1940 г., когда греческие эсминцы «Василевс Георгиос» и «Василисса Ольга» были атакованы итальянскими самолетами в Коринфском заливе, так же были атакованы две греческие подводные лодки, стоявшие в порту Лепанто. 15 августа греческий легкий крейсер «Элли» был торпедирован неизвестной подводной лодкой на рейде острова Тенос, когда его экипаж готовился к участию в праздновании Дня Богородицы. Одна торпеда попала в центр корабля, один член экипажа был убит, еще 29 ранены, в 09:45 крейсер затонул. Другие две торпеды прошли мимо и взорвались на берегу, где еще несколько человек получили ранения, а одна женщина умерла от сердечного приступа. В 18:20 того же дня два итальянских самолета обстреляли из пулеметов старое почтово-пассажирское судно «Фринтон» в двух милях от побережья Крита. Итальянские власти решительно отвергали ответственность за эти действия, и лишь после войны из рассекреченных записей выяснилось, что ответственной за потопление крейсера «Элли» была итальянская подводная лодка «Дельфино».

Муссолини, убежденный льстецами и политиканами из своего окружения, окончательно утвердился в намерении начать войну против Греции, и был полностью уверен, что победа будет быстрой и обойдется дешево. Его лозунг «Мы сломаем ребра Греции» (Spezzeremo le reni alla Grecia) в полной мере выражал мнение дуче, готовившегося нанести по Греции внезапный удар, запланированный на 26 октября 1940 г. В рамках подготовки к этой операции в сентябре из Бриндизи в Албанию были направлены дополнительные войска для усиления находившейся там итальянской группировки – всего в Албанию было перевезено 40 310 солдат, 7728 лошадей и мулов, 701 автомашина и 33 535 тонн различных грузов.

Итальянские представители власти в Албании – губернатор Франческо Якомони и командующий войсками генерал Висконти Праска – хотя и были удивлены приказом дуче готовиться к войне против Греции, но не сделали ничего, чтобы переубедить его. Перспектива легкой победы, наград и повышений, оказалась для них слишком привлекательной. Однако Албания была далеко не самым подходящим местом в качестве плацдарма для крупной наступательной операции. Из-за трудностей, испытываемых экономикой Италии, было сделано слишком мало для развития военной инфраструктуры Албании, дороги были очень плохи, морские порты и аэродромы крайне недостаточно оборудованы. Существовал долгосрочный план развития военной инфраструктуры, но для его реализации было сделано слишком мало из-за нехватки средств, неблагоприятных природных условий и враждебности населения. Буквально в последний момент для улучшения ситуации были направлены большие средства, особенно для оборудования аэродромов, но значительная часть этих средств была потрачена неэффективно, и было уже слишком поздно.

Из-за грязных и неровных грунтовых аэродромов Албании с истребителей CR .42 приходилось снимать обтекатели шасси. Этот истреби тель из 363-й эскадрильи 15 0-й отдельной истребительной группы сфотографирован после такой модификации в Тиране в конце 1940 г. (Н. Малиция)

Прибытие в Албанию еще трех итальянских пехотных дивизий – 29-й «Пьемонте», 49-й «Парма» и 51-й «Сиена» - и продолжавшиеся итальянские провокации сильно обеспокоили греческое правительство, вследствие чего были усилены греческие гарнизоны на границе с Албанией. Итальянцы, кроме увеличения числа наземных войск, усиливали и свою авиационную группировку в Албании (Commando Aeronautica Albania), в начале 1940 г. составлявшую всего 61 исправный самолет. Но здесь основным ограничением было количество пригодных аэродромов, лишь шесть из которых к началу войны были подготовлены: в Тиране, Валоне. Дураццо, Аргирокастроне, Корице и Берате. Было подготовлено несколько запасных импровизированных грунтовых посадочных площадок в Шийяке, Скутари, Деволи и Дренове, но на них не было никакого оборудования и почти не было зданий. Расположенный близко к границе аэродром в Аргирокастроне и еще две площадки в Дельвине и Поградеце были пригодны только для действий легких самолетов разведывательной авиации (Osservazione Aerea).

В начале войны итальянская 394-я эскадрилья 160-й отдельной истребительной группы в Албании все еще имела на вооружении устаревшие истребители «Фиат» CR .32 времен Гражданской войны в Испании (Дж. Баньяри и Н. Малиция)

Пока эти планы медленно осуществлялись, в распоряжении Commando Aeronautica Albania было лишь одно слабое истребительное соединение – 160-я отдельная истребительная группа, базировавшаяся в Тиране, и имевшая только 12 старых истребителей «Фиат» CR.32 и 5 «Фиат» CR.42 (все бипланы), а также три более новых истребителя-моноплана «Фиат» G.50bis. 393-я и 394-я эскадрильи этой группы летали на CR.32, а 395-я эскадрилья на CR.42. Вскоре должны были прибыть новые CR.42 и G.50bis, чтобы заменить старые CR.32, и 17 октября 160-я истребительная группа была реорганизована. 393-я эскадрилья получила CR.42, а 395-я монопланы G.50bis. Два дня спустя две эскадрильи, вооруженные бипланами, были переброшены в Дренову поблизости от Корицы, а к концу октября из Италии в Албанию были направлены еще три эскадрильи истребителей CR.42; они прибыли 1 ноября.

Перед вторжением в Грецию итальянское командование разделило границу на три сектора. Первый сектор – Эпирский (от моря до Янины) – был зоной операций итальянского XXV корпуса «Чамурия», в состав которого входили 23-я пехотная дивизия «Феррара», 51-я пехотная дивизия «Сиена», 131-я бронетанковая дивизия «Чентауро», три кавалерийских полка (6-й, 7-й и 19-й), 3-й гренадерский полк и 18 батарей тяжелой артиллерии. Этой значительной группировке противостояла греческая 8-я дивизия. Центральный сектор – Пинд – охватывал район горного массива Пинда, тянувшегося из Албании через северную Грецию с северо-запада на юго-восток. Здесь действовала 3-я альпийская дивизия «Джулия» из элитного корпуса альпийских стрелков (Alpini), поддерживаемая пулеметным батальоном и значительным количеством горной артиллерии. Им противостояла также элитная часть - один полк эвзонов, знаменитой греческой горной пехоты с одной батареей артиллерии. Третий сектор – Восточный – тянулся до югославской границы, охватывая район, ограниченный Корицей с албанской стороны границы и Флориной с греческой. Здесь, в менее гористом районе, должен был наступать итальянский XXVI корпус «Корица», в состав которого входили 19-я пехотная дивизия «Венеция», 29-я пехотная дивизия «Пьемонте», 49-я пехотная дивизия «Парма», три албанских батальона, 101-й пулеметный батальон, 14 батарей тяжелой артиллерии и танковый полк. Этим силам противостояла греческая 9-я дивизия, усиленная одной пехотной бригадой. У греков не было танков, не хватало минометов, противотанковой и зенитной артиллерии, почти все снабжение к войскам на границе приходилось доставлять на мулах по плохим дорогам и труднодоступным горным тропам от железнодорожных станций, находившихся значительно южнее.

К бою готовы! Истребители PZL P .24 выстроены на аэродроме вместе с разведчиками-бомбардировщиками «Хеншель » Hs -126 из 3-й эскадрильи (3 Mira ) (А. Стаматопулос)

Греческую армию поддерживали ВВС (Elleniki Vassiliki Aeroporia, EVA), насчитывавшие к началу войны около 150 исправных самолетов, но у них практически не было резервов, и им приходилось защищать города и порты на территории всей страны, поэтому греки не могли сосредоточить все свои ВВС на албанском фронте. Вооружение греческих ВВС было исключительно разнообразным, это касалось и моделей самолетов, и их типов, и стран-производителей, где они были приобретены, поэтому ремонт, обслуживание и снабжение в ходе длительных боевых действий неминуемо должны были стать серьезной проблемой. Самолеты, закупленные в предвоенные годы, включали:

6 истребителей «Авиа» В.534, купленных в 1937 г. у Чехословакии.

30 истребителей PZL P.24F и 6 истребителей PZL P.24G, купленных в 1938 г. у Польши.

2 истребителя «Глостер Гладиатор» Mk I, купленных в 1938 г. у Великобритании

16 самолетов поддержки наземных войск «Хеншель» Hs-126, купленных у Германии

12 гидросамолетов «Дорнье» Do-22KG, купленных у Германии

12 морских разведчиков-бомбардировщиков «Авро Энсон» Mk I, купленных у Великобритании.

11 легких бомбардировщиков «Потэ-63», купленных у Франции (было заказано 24 самолета и доставлено 11, но после начала Второй Мировой Войны в сентябре 1939 французские ВВС реквизировали оставшиеся 13)

12 легких бомбардировщиков «Фэйри Бэттл» Mk I, купленных у Великобритании.

12 бомбардировщиков «Бристоль Бленхейм» Mk IV, купленных у Великобритании

9 истребителей «Марсель-Блок» МВ.151, купленных у Франции

Также имелось значительное число устаревших бипланов разведчиков-бомбардировщиков, прежде всего «Бреге» Br.XIX и «Потэ-25», и много учебных самолетов. Как видно из боевого расписания (Таблица 2), почти все исправные самолеты были задействованы в боевых операциях.

За несколько дней до начала боевых действий итальянская авиационная группировка в Албании насчитывала 187 относительно современных самолетов и имела следующие задачи:

Обеспечивать поддержку наземных войск и принять участие в запланированной оккупации острова Корфу.

Вести воздушное наступление против греческих аэродромов в Эпире, Салониках и Македонии, военных портов в Превезе и Салониках и атаковать основные пути сообщения противника.

Обеспечивать ПВО Албании, особенно морских портов в Валоне и Дураццо

На первый взгляд неравенство сил не кажется значительным, но итальянцы могли рассчитывать на поступление новых самолетов, запасных частей, и, если необходимо, подкреплений. Более того, итальянская авиация в Албании могла быть поддержана силами 4-й территориальной воздушной зоны (4a Zona Aerea Territoriale), базировавшимися на аэродромах юго-восточной Италии, находившиеся там сильные бомбардировочные соединения Regia Aeronautica могли атаковать аэродромы и порты западной Греции и Ионических островов. Они также при необходимости могли обеспечить прямую поддержку итальянских наземных войск на Эпирском фронте, могли противодействовать попыткам британцев высадиться на Крит, и могли принять участие в операциях против Корфу. Кроме того, истребители 4-й территориальной воздушной зоны обеспечивали ПВО морских портов, через которые направлялись в Албанию войска и снабжение – Таранто, Бари и Бриндизи. Наконец, на принадлежавших Италии Додеканезских островах к юго-востоку от Греции базировалась отдельная группировка итальянской авиации (Aeronautica dell’Egeo), которая могла действовать над Критом и атаковать британские конвои, направлявшиеся через Эгейское море в южные порты Греции. 5-я воздушная эскадра (5a Squadra Aerea), базировавшая в Ливии, также могла противодействовать попыткам британцев оказать поддержку Греции. Из боевого расписания Regia Aeronautica (таблица 1) видно, какие силы итальянской авиации могли быть задействованы над территорией Греции.

Еще до начала наступления против Греции итальянцы едва избежали катастрофических потерь. 26 октября, за два дня до начала операции, три итальянских транспорта, нагруженных ценным оборудованием для ВВС в Албании, вышли из Бари и направились в Валону. Недалеко от порта назначения британская подводная лодка атаковала корабли и добилась попадания торпедой в транспорт «Кисоне», который потерял ход. Два других судна, «Гермада» и «Олимпус», получили приказ возвращаться. Позже и поврежденный «Кисоне» был прибуксирован в Валону, не потеряв свой ценный груз.

Итальянцы начали наступление столь энергично, что греческие войска на границе быстро стали откатываться назад, особенно в Эпирском секторе. Здесь к 30 октября итальянские войска проникли на территорию Греции на 30 миль, греки отступили за реку Каламас. В горах Пинда 3-й альпийской дивизии «Джулия» оставалось пройти всего 12 миль до важного перевала Мецовон. Но первые четыре дня боев по всему фронту были отмечены исключительно плохой погодой, замедлившей движение итальянского автомобильного и гужевого транспорта, доставлявшего снабжение наступающим войскам по и без того плохим албанским горным дорогам. Но что самое главное, плохая погода не позволила итальянской авиации оказывать поддержку наземным войскам. Особенно это касалось соединений 4-й воздушной территориальной зоны, которые первые четыре дня боев принимали лишь незначительное участие в боевых действиях над Грецией.

Сразу же после начала войны бывший начальник штаба греческой армии 57-летний генерал Александр Папагос был назначен главнокомандующим. Герой Балканских войн и советник короля, Папагос действовал быстро и решительно – он немедленно направил на фронт подкрепления (в том числе с болгарской границы) и сразу же начал планировать контрудары. Первый контрудар был проведен уже 31 октября в Центральном секторе и имел целью вернуть важную высоту к северу от Янины.

Бомбардировщики «Савойя» S .79 из 253-й эскадрильи 104-й отдельной бомбардировочной группы над горами Эпира. (Н. Малиция)

После первой схватки в воздухе 28 октября между тремя CR.42 и одним Hs-126, вскоре после полудня восемь бомбардировщиков «Савойя» S.81 из 38-го бомбардировочного полка (38o Stormo BT) под командованием полковника Людовико нанесли первые бомбовые удары по дороге Доляна-Калибаки. За этим последовали и действия авиации 4-й воздушной территориальной зоны – удары по тылам греческих войск выполнили 13 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка, бомбардировщики «Фиат» BR.20 и «Савойя» S.81 из 37-го бомбардировочного полка и S.79 из 105-й отдельной группы, базировавшейся в Албании. Над Патрасом один из тихоходных устаревших S.81 был поврежден зенитным огнем и совершил вынужденную посадку у Отранто, после чего бомбардировщик пришлось списать.

29 октября погода не позволяла авиации действовать, но на следующий день самолеты обеих сторон снова были в воздухе. Греческие разведчики «Хеншель» Hs-126 из 3-й эскадрильи выполняли разведывательные полеты над районом Кастории в северо-западной Греции (Эпирский сектор), а патрулировавшие там итальянские истребители пытались их перехватить. Рано утром три истребителя CR.32 из 394-й эскадрильи, взлетевшие из Корицы, перехватили пару «Хеншелей», но на «Фиате» командира итальянцев лейтенанта Марио Фраскадоре заклинило пулеметы, и греческие разведчики скрылись в облаках. Немного позже подполковник Фернандо Дзанни, командир 160-й истребительной группы, повел на патрулирование пять CR.42, и тоже заметил пару «Хеншелей». Старший сержант Вальтер Раттикьерри успешно атаковал и сбил один Hs-126, а подполковник Дзанни добился нескольких попаданий в другой, но тот успел уйти в облака, явно тяжело поврежденный. Стрелки «Хеншелей» активно отстреливались, и несколько «Фиатов» получили повреждения от ответного огня. Однако оба греческих самолета были потеряны; один, пилотируемый старшим лейтенантом Эвангелосом Яннарисом, разбился у деревни Вассилиада, пилот погиб – это был первый пилот EVA, погибший в войне. Второй «Хеншель» так и не был найден, и его судьба осталась неизвестной; его пилот младший лейтенант Лазарос Папамихаэль и стрелок капрал Константинос Геменетрис пропали без вести.

38-й бомбардировочный полк R egia A eronautica , базировавшийся в Валоне, в 1940 г. был вооружен устаревшими бомбардировщиками «Савойя» S .81 . (Н. Малиция)

Плохая погода в последний день октября снова сильно мешала действиям авиации. Утром 10 бомбардировщиков S.81 из 38-го полка вылетели бомбить цели на фронте, но экипажи не смогли найти цели в густой облачности и вернулись. Три «Савойи» повторили попытку около полудня, но столкнулись с теми же условиями. Истребители CR.32 и CR.42 из 160-й группы провели штурмовку греческих аэродромов во Флорине и Кастории, но вылеты после полудня завершились для них потерями. Когда в 17:30 над Билиште был замечен греческий самолет, на перехват взлетели два CR.32 из 394-й эскадрильи, но оба истребителя заблудились из-за плохой погоды и начинавшихся сумерек, и пилоты были вынуждены выпрыгнуть на парашютах. Лейтенант Дино Чиарло попал в плен к грекам, а старшина Марчелло Луи смог пешком вернуться в Корицу.

Наконец 1 ноября погода улучшилась достаточно, чтобы авиация могла действовать более активно. Рано утром три CR.32 из 394-й эскадрильи, патрулировавшие над фронтом, заметили два медленно летевших греческих биплана-разведчика. Итальянцы под командованием лейтенанта Фраскадоре немедленно атаковали и добились множества попаданий. Оба биплана ушли на греческую территорию, и итальянцы посчитали их предположительно сбитыми. Похоже, что в этом случае их противниками были «Бреге» Br.XIX из 2-й эскадрильи, оба этих самолета действительно были потеряны, хотя их экипажи выжили.

Разведчики-бомбардировщики «Бреге» Br . XIX , еще служившие в греческих ВВС, были самым и старыми самолетами, участвовавшими в Итало-Греческой войне в 1940 г.

Это был день громких имен. В 08:35 десять S.79 из 105-й отдельной группы вылетели бомбить Салоники, командовал бомбардировщиками подполковник Галеаццо Чиано, зять Муссолини и министр иностранных дел Италии. Сопровождение обеспечивали пять CR.42 из 393-й эскадрильи 160-й отдельной группы под командованием майора Анджело Мастрагостино. Еще четыре истребителя этой эскадрильи сопровождали десять бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 47-го полка, которые также направлялись бомбить Салоники, но по пути бомбили еще аэродром в Лариссе. Один из этих бомбардировщиков пилотировал второй сын дуче капитан Бруно Муссолини, командир 260-й эскадрильи 47-го бомбардировочного полка. Предполагается, что старший сын дуче Витторио также участвовал в этом налете (Чиано и братья Муссолини ранее в качестве пилотов бомбардировщиков участвовали в операциях в Эфиопии и Испании).

Истребители PZL P .24 из 22-й эскадрильи (22 Mira ) ожидают приказа на взлет, в готовности защищать город и порт Салоники. Фотография предоставлена греческим посольством в Италии (Н. Малиция).

Первый налет 105-й группы имел целью удар по докам порта Салоники, но S.79 были перехвачены семью истребителями PZL P.24 из 22-й эскадрильи, взлетевшими с аэродрома Седес. «Фиаты» сопровождения претендовали на один сбитый греческий истребитель, и еще один «вероятно сбитый». Бортстрелки «Савой» также заявили об одном сбитом истребителе и одном вероятно сбитом. Один CR.42 получил повреждения. Точные потери греков неизвестны, но ни один из пилотов не был убит или ранен. Десять Z.1007bis из 47-го полка также были перехвачены греческими истребителями, на этот раз из 21-й эскадрильи, пилоты которой претендовали на один сбитый итальянский бомбардировщик. На самом деле один Z.1007bis получил повреждения, но смог вернуться на базу. Жертвами этих двух налетов стали 35 жителей Салоник.

«Бленхейм» Mk IV из 32-й эскадрильи EVA готовится к вылету. Эта машина под номером В261. Фотография предоставлена греческим посольством (Н. Малиция).

К вечеру 1 ноября три «Бленхейма» из 32-й эскадрильи EVA в первый раз направились в бой, атаковав два итальянских аэродрома в районе Корицы. Аэродром в Дренове не получил повреждений, но в самой Корице аэродром серьезно пострадал, 15 человек было убито и 20 ранено. Греки полагали, что уничтожили много самолетов противника, на самом деле ни один итальянский самолет в ходе этого налета не получил повреждений. Однако вскоре после налета один CR.32 и один CR.42, прилетевшие из Тираны, совершая посадку в Корице, попали в воронки от бомб и получили повреждения. При возвращении на базу один «Бленхейм» заблудился в темноте, и вскоре его пилот заметил на земле огни, которые принял за импровизированное освещение ВПП в Лариссе, зажженное, чтобы помочь ему приземлиться. «Бленхейм» совершил посадку, но на самом деле он сел на поле, где греческие крестьяне жгли старую траву. Самолет не получил повреждений, но его экипаж столкнулся с крестьянами, которые приняли греческих летчиков за итальянцев, говорящих по-гречески. Сначала ничего – даже греческие опознавательные знаки на «Бленхейме» - не могло убедить крестьян в том, что перед ними их соотечественники. Крестьяне повторяли, что итальянцы наносят такие знаки на свои самолеты. Эта ошибка была связана с тем, что белые кресты на хвостах итальянских самолетов издалека действительно были похожи на крест на греческом флаге. Тогда гражданские еще не знали, что греческие военные самолеты имели на хвостах не кресты, а сине-бело-синие полосы. В прессе и по радио же говорилось, что итальянские самолеты, бомбившие Патрас, Салоники и Корфу, имели на хвостах изображение греческого флага. Наконец пилот «Бленхейма» лейтенант Маравелиас начал петь и танцевать греческий народный танец, что убедило крестьян, которые тоже стали петь и танцевать.

Бомбы с «Савой» S .79 отдельной 105-й группы взрываются в порту Салоники, 1 ноября 1940 г. (Н. Малиция)

1 ноября в Албанию прибыла из Турина 150-я истребительная группа в составе 36 истребителей «Фиат» CR.42. Ее 363-я эскадрилья перелетела в Тирану, 364-я в Валону, а 365-я с командиром группы подполковником Роландо Прателли – в Аргирокастрон. Едва успев прибыть, 364-я и 365-я эскадрилья сразу же отправились на задание - сопровождать бомбардировщики к Корфу. Также прибыл полковник Арриго Тессари, бывший командир 53-го истребительного полка, назначенный командующим истребительной авиацией Aeronautica dell’Albania. На следующий день из Пизы в Албанию прибыла 24-я истребительная группа, вооруженная монопланами «Фиат» G.50bis.

Подвеска бомб на легкий бомбардировщик «Потэ-63» из 32-й эскадрильи EVA .

Активные бои в воздухе развернулись 2 ноября, когда итальянские бомбардировщики воспользовались улучшением погоды и атаковали цели на территории Греции крупными силами. Бои были довольно запутанными и беспорядочными, обе стороны преувеличивали свои успехи. Четыре S.81 из 38-го полка утром бомбили Доляну, но при повторном налете один самолет из 40-й группы этого полка был, вероятно, поврежден зенитным огнем, а после атакован греческим истребителем. Этот S.81 взорвался в воздухе на высоте 3000 футов, его пилот младший лейтенант Франческо Руджеро и остальные члены экипажа погибли.

Бомбардировщики из соединений 4-й территориальной воздушной зоны действовали в тот день очень активно. S.81 из 37-го полка бомбили Корфу, позже налет на Корфу выполнили шесть пикировщиков «Юнкерс» Ju-87B из 96-й группы пикирующих бомбардировщиков (96o Gruppo Ba’T). Это был их первый боевой вылет, через пролив Отранто их сопровождали гидросамолеты «Кант» Z.506B из 35-го полка морских бомбардировщиков (35o Stormo BM). Еще пять «Юнкерсов», на этот раз модификации Ju-87R, имевших большую дальность, атаковали Янину. Также этот город бомбили десять трехмоторных Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка, еще девять Z.1007bis нанесли удар по Лариссе, а десять BR.20 из 37-го полка бомбили Патрас. Янина была основной базой, опираясь на которую греческая армия готовила контрнаступление, но для ее защиты от налетов противника греческое командование смогло выделить лишь три истребителя PZL P.24 из 21-й эскадрильи. Эти истребители под командованием старшего лейтенанта Йона Сакеллариу были подняты в воздух при налете противника на Лариссу. Они перехватили итальянские бомбардировщики над горой Мицикели, недалеко от Янины. В бою старший лейтенант Сакеллариу был сбит и погиб; на его счет было записано два самолета противника, но эти победы не подтверждены. Девять Z.1007bis, летевших бомбить саму Лариссу, прибыли несколько позже, и на их перехват смог взлететь только один греческий истребитель, пилотом которого был капрал Кристос Пападопулос. С земли видели, как он атаковал два итальянских самолета, которые занесли на его счет, как предположительно сбитые. Огонь итальянских стрелков поразил топливный бак его истребителя, PZL P.24 загорелся и упал, капрал Пападопулос погиб.

Три бомбардировочных эскадрильи – три типа бомбардировщиков. Это легкий одномоторный бомбардировщик «Фэйри Бэттл» Mk I из 33-й эскадрильи EVA (бортовой номер В282) на своей базе в Куклине в начале войны (А. Стаматопулос).

Несколько позже, после полудня еще десять Z.1007bis, на этот раз из 50-й отдельной бомбардировочной группы, направились бомбить Салоники. Там их перехватили греческие истребители PZL из 22-й эскадрильи, заставив итальянцев сбросить бомбы и повернуть назад. Лейтенант Маринос Митралексис потратил все боеприпасы, пытаясь сбить один бомбардировщик (и позже утверждал, что сбил его), после чего таранил хвост другого Z.1007bis винтом своего истребителя. Это был бомбардировщик младшего лейтенанта Беньямино Паскалотто, (номер ММ22381), он упал в районе Лангады, пилот погиб, но остальные четыре члена экипажа выпрыгнули на парашютах. Митралексис с разбитым винтом совершил вынужденную посадку поблизости и с помощью местных крестьян смог найти и взять в плен всех четырех итальянцев. Другой греческий пилот, сержант Эпаминандас Дагулас, приземлившийся в районе города Веррия с пустыми баками, претендовал на третий сбитый бомбардировщик. Еще один «Кант» Z.1007bis (пилот – лейтенант Омеро Маттеуцци) совершил вынужденную посадку в этом же районе, экипаж попал в плен. Греки утверждали, что был сбит и четвертый итальянский бомбардировщик, но итальянские данные этого не подтверждают. Однако еще один Z.1007bis из 211-й эскадрильи достоверно получил повреждения, его стрелок был тяжело ранен и умер при возвращении на базу в Бриндизи. Один греческий PZL P.24 в этом бою был поврежден, его пилот капитан Йон Кириацис ранен.

Лейтенант Маринос Митралексис, пилот истребителя PZL P .24 22-й эскадрильи греческих ВВС, после тарана итальянского бомбардировщика над Салониками ставший национальным героем Греции.

Итальянские истребители CR.42 сопровождали бомбардировщики в налетах на Салоники и Янину, хотя греческие документы о них не упоминают. Над Салониками девять «Фиатов» из 363-й эскадрильи капитана Мариотти вели бой с восемью PZL P.24 и заявили о четырех сбитых греческих самолетах, два CR.42 получили повреждения. Вероятно, над Яниной в бою участвовали «Фиаты» из 365-й эскадрильи капитана Джорджио Граффера, сам Граффер заявлял о трех сбитых PZL. Майор Анджело Мастрагостино, командир 160-й группы, претендовал на один сбитый греческий истребитель (возможно, Мастрагостино тогда летал с эскадрильей Мариотти). Бортстрелки разных итальянских бомбардировщиков оптимистично заявляли о шести сбитых истребителях, таким образом, по данным итальянцев, греки потеряли 13-14 самолетов, тогда как в действительности потери греческих истребителей составили, вероятно, не более трех машин. Возможно, что один из пилотов греческой 21-й эскадрильи мог сбить «Савойю» S.81 из 38-го полка, четыре же победы, записанные на счет двух погибших над Яниной греческих пилотов, являются неподтвержденными. В результате налетов итальянских бомбардировщиков погибло около 200 мирных жителей, в основном в Салониках.

Подвеска бомб на «Бленхейм» Mk IV (номер В252) из 32-й эскадрильи EVA на аэродроме в Триккале (А. Стаматопулос).

После полудня три «Бленхейма» из 32-й эскадрильи снова нанесли удар по аэродрому в Корице. Когда греческие бомбардировщики атаковали аэродром, сержант Пиппо Ардезио (из 393-й эскадрильи) попытался взлететь на своем CR.42, но его «Фиат» был задет взрывом бомбы и полностью разрушен, пилот погиб.

«Бреге» Br.XIX греческой 2-й эскадрильи получили приказ вести разведку на участке фронта в районе Самарина – Ромиос – Керассовон – Фурка (горный массив Пинда), так как греческие войска в этом районе потеряли контакт с противником, и штаб греческой армии в Козани не имел сведений о положении наступающих итальянских альпийских стрелков, двигавшихся по горным тропам и ущельям. В 07:00 один «Бреге», проводя разведку в этом районе, заметил части итальянской альпийской дивизии «Джулия», двигавшиеся от Самарины к Дистратону с множеством нагруженных мулов. Получив эти сведения, греческое командование направило авиацию бомбить итальянские колонны, чтобы задержать их продвижение к перевалу Мецовон, потеря которого могла поставить греческие войска в опасное положение. В течение следующих нескольких дней греческое командование направило в этот район подкрепления и организовало контрудар, почти отрезавший дивизию «Джулия» после ее трудного 45-мильного марша по горным тропам. К 7 ноября итальянцы уже отступали. Хотя на западе итальянские войска еще продолжали наступать и 3 ноября заняли Парамитью и Маргаритион, на восточном участке фронта греки нанесли сильные контрудары. Уже 2 ноября греческие войска проникли более чем на 3 мили на территорию Албании, захватив в плен 9 итальянских офицеров и 153 солдата, а также мулов и прочие трофеи. 4 ноября началось общее контрнаступление греческих войск на Эпирском фронте.

Основным самолетом армейской разведывательной авиации Regia Aeronautica в ходе кампании в Греции был разведчик-бомбардировщик «Меридионали » Ro .37 bis . Этот самолет из 39-й разведывательной эскадрильи пилотирует капитан Марио Кротти (Н. Малиция).

Тем временем 3 ноября итальянская авиация 4-й воздушной территориальной зоны продолжала удары по Салоникам. Девять Z.1007bis из 47-го полка снова бомбили город. Бомбардировщик младшего лейтенанта Винченцо Паллара (ММ21673, 262-я эскадрилья 47-го полка) по итальянским данным был сбит зенитным огнем, по данным греков его сбил истребитель PZL P.24 сержанта Панайотиса Аргиропулоса из 22-й эскадрильи. Другие истребители этой эскадрильи также атаковали итальянские бомбардировщики. Лейтенант Константинос Яникостас преследовал один Z.1007bis до югославской границы, и утверждал, что сбил его. Вероятно, в этом налете бомбардировщики сопровождали только что прибывшие истребители-монопланы G.50bis из 24-й группы. На один сбитый истребитель – идентифицированный как «Макки» МС.200 – претендовал сержант Дагулас, и еще было заявлено о двух поврежденных итальянских истребителях и двух бомбардировщиках. Были подбиты два греческих PZL P.24, сержант Константинос Ламбропулос был ранен и выпрыгнул на парашюте, а сержант Деметриос Филос, хотя тоже был ранен, но смог посадить свой истребитель на аэродроме Седес. Греческие зенитчики также претендовали на три сбитых бомбардировщика, но самолеты, которые были замечены падающими – это, вероятно, итальянский бомбардировщик и два истребителя (один из которых греческий), которые были действительно сбиты в этом бою. Это был последний налет итальянской авиации на Салоники в 1940 году - признак упорной и решительной обороны города греческими ВВС.

4 ноября Regia Aeronautica продолжала активные действия. Истребители обстреливали из пулеметов греческие войска на фронте, по позициям греческой армии в районе Янины нанесли удары четыре Ju-87R из 96-й группы пикировщиков и прототип пикирующего бомбардировщика «Савойя» S.86 – его пилотировал летчик-испытатель фирмы «Савойя-Маркетти» Элио Скарпини. Этот самолет испытывался и в боях над Мальтой, но итальянское командование признало его уступавшим Ju-87, и больше S.86 в боях не участвовал. Много вылетов совершили S.79 и S.81 с баз в Албании, один S.81 из 38-го полка был потерян, его пилот майор Моска погиб. Действовала и авиация с баз 4-й территориальной воздушной зоны; восемь Z.1007bis из 50-й группы бомбили порт Волос, один «Кант» был поврежден зенитным огнем, один человек из его экипажа смертельно ранен. Греческие истребители в тот день претендовали на три сбитых итальянских бомбардировщика, два из которых были записаны на счет младшего лейтенанта Йона Кацароса из 21-й эскадрильи. По данным греков сообщалось, что один итальянский самолет упал на Фессалийской равнине, другой – у моста через реку Арахтос, а третий – у Капетисты. Итальянские данные этих потерь не подтверждают.

«Бреге» Br.XIX 2-й эскадрильи EVA продолжали наносить удары по колоннам альпийских стрелков, наступавшим по ущельям в районе Дистратона. При одном таком налете три «Бреге» были перехвачены двумя CR.42 из 365-й эскадрильи. Пилотами «Фиатов» были младший лейтенант Лоренцо Клеричи и сержант Доменико Факкини. «Фиаты» сосредоточили огонь на ведущем «Бреге», у стрелка-наблюдателя которого заклинило пулемет, и он не мог отстреливаться. Греческий самолет был серьезно поврежден, его стрелок-наблюдатель ранен, но пилот, проявив большое мастерство, смог уклониться от новых атак, и совершил вынужденную посадку в районе Ксиролимни. Второй «Бреге», который пилотировал командир 2-й эскадрильи майор Фридерикос Катассос, также был атакован истребителями, загорелся и упал. Катассос и стрелок-наблюдатель младший лейтенант Александрос Сарванис погибли. Третий «Бреге», не замеченный итальянцами, смог ускользнуть.

Этим воздушным боем закончилась первая неделя кампании. Для греческой армии ситуация на фронте в значительной степени изменилась к лучшему. Греки наносили контрудары по всему фронту, и к 8 ноября наступление итальянской армии окончательно остановилось, и итальянцы начали отход. У этой неудачи было много причин; неожиданно плохая погода, недостаточное время на подготовку операции, нехватка транспорта, низкая пропускная способность портов Валона и Дураццо, через которые велось снабжение итальянской армии в Албании. Итальянские войска были брошены своим политическими и военными лидерами в плохо подготовленную авантюру, где от солдат внезапно потребовались героические усилия и большие жертвы ради причин, которые фашистские вожди так и не смогли внятно объяснить. Фашистская пропаганда описывала Грецию как слабую, лишенную единства страну, которая легко подчинится власти Италии. Реальность оказалась совсем другой; греки проявили себя стойкими и яростными бойцами, с отчаянной храбростью сражавшимися за свою родину. Упорство их обороны и ярость контратак стали для итальянцев настоящим потрясением. Вследствие военных неудач в Албанию был направлен генерал Убальдо Содду, чтобы принять фактическое руководство кампанией, хотя генерал Висконти Праска номинально сохранил свой пост «по политическим соображениям».

Однако война в воздухе складывалась для греков не так удачно, как на сухопутном фронте. Города северной Греции пострадали от сильных налетов итальянской авиации, а войска на фронте остались фактически без прикрытия истребителей. Греческая бомбардировочная авиация еще не имела потерь, но семь самолетов поддержки сухопутных войск уже были сбиты или серьезно повреждены[1]. Из истребителей, в которых так нуждалась греческая авиация, было полностью потеряно не менее трех, и еще как минимум два требовали значительного ремонта. Нехватка запасных частей была для греков серьезной проблемой, и можно было рассчитывать только на помощь извне – но помощь была уже в пути.

Зона боевых действий Итало-греческой войны, зима 1940-41

Греческие пилоты истребителей, погибшие в боях в ходе кампании 1940-41 гг. 1) капитан Йон Келлас из 21 Mira . 2) Капрал Кристос Пападопулос и 3) лейтенант Йон Сакеллариу, оба из 21 Mira , погибли 2 ноября 1940 г. 4) лейтенант Константинос Яникостас из 22 Mira , погиб 18 ноября 1940 г. 5) младший лейтенант Константинос Цицас из 23 Mira , погиб 3 декабря 1940 г. 6) младший лейтенант Анастасиос Бардавилиас из 21 Mira , погиб 10 февраля 1941 г. 7) сержант Константинос Хризопулос из 21 Mira и 8) капитан Николаос Скрубелос из 23 Mira , оба погибли 23 февраля 1941 г. 9) сержант Периклес Кутрумбас из 23 Mira и 10) капрал Георг Моккас из 24 Mira , оба погибли 15 апреля 1941 г.

ГЛАВА 2

Королевские ВВС Великобритании спешат на помощь

Когда Италия начала войну против Греции, британские войска быстро взяли под свою защиту Крит, но на помощь грекам на албанском фронте Великобритания пришла не так скоро. 30 октября британский посол в Афинах направил телеграмму генералу Уэйвеллу, сообщив, что, хотя боевой дух греков высок, необходимо оказать им прямую помощь значительными силами, чтобы их сопротивление оставалось эффективным. Уэйвелл обратился к командующему авиацией RAF Средиземноморского района главному маршалу авиации сэру Артуру Лонгмору, который немедленно направил в Грецию 30-ю эскадрилью. За этой эскадрильей, одно звено которой было укомплектовано самолетами «Бленхейм» Mk IF (в модификации истребителя), а второе бомбардировщиками «Бленхейм» Mk I, должны были последовать еще две эскадрильи бомбардировщиков «Бленхейм» и одна эскадрилья истребителей «Гладиатор». Последние предполагалось усилить «Харрикейнами», как только они будут доступны в достаточном количестве. Кроме того, коммодор авиации Дж. Г. Д’Альбиак получил приказ отправиться в Грецию и принять командование британской авиацией там.

Изучение обстановки в Греции показало, что основной проблемой, связанной с перебазированием туда значительных сил авиации, является нехватка хорошо оборудованных аэродромов с твердым покрытием. Только аэродромы Афины-Элефсис и Мениди (Татои) могли считаться относительно приемлемыми в этом отношении. Однако оба аэродрома располагались довольно далеко от линии фронта и целей, которые предстояло атаковать в Албании. Из-за горной местности на большей части территории Греции было слишком мало подходящих мест для строительства новых больших аэродромов, и это серьезно ограничивало численность авиационных соединений, которые могли эффективно действовать на греко-албанском ТВД. Положение можно было бы улучшить хотя бы частично, если бы более тяжелые и обладавшие большей дальностью бомбардировщики «Виккерс Веллингтон» оставались в Египте, а для налетов на цели в Албании использовали бы Элефсис в качестве передового аэродрома для дозаправки. «Бленхеймы» могли базироваться на аэродромах Элефсис и Мениди, но «Гладиаторы» пришлось бы расположить на хуже оборудованных аэродромах в Триккале и Янине, откуда истребители могли бы долетать до линии фронта, располагая при этом резервом горючего для патрулирования и боя.

Греческой зенитной артиллерии для защиты этих баз было крайне недостаточно, и Уэйвеллу пришлось добавить одну тяжелую и одну легкую зенитные батареи к инженерным и административным подразделениям, которые направила в Грецию британская армия, чтобы обеспечить там базирование частей RAF. Кроме того, ослабление британских ВВС в Египте из-за отправки части их в Грецию следовало немедленно компенсировать присылкой новых подкреплений из Великобритании.

Таким образом, 3 ноября 1940 г. первые восемь истребителей «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи под командованием командира эскадрильи[2] Шэннона перелетели на аэродром Элефсис в сопровождении четырех транспортных самолетов «Бристоль Бомбей» из 216-й эскадрильи, доставивших первую партию наземного обслуживающего персонала. Остальной личный состав наземной команды, оборудование и боеприпасы для эскадрильи были отправлены морем и прибыли в Афины три дня спустя. Тогда же в Грецию прибыл на транспортном «Бомбее» коммодор авиации Д’Альбиак со своим штабом; сразу же после прибытия он был повышен в звании до вице-маршала авиации.

Бомбардировщик-транспортник «Бристоль Бомбей»

Британцы прибыли в Грецию как раз тогда, когда неожиданно сильное сопротивление греческой армии заставило итальянцев остановить наступление, и моральный дух греков, и так высокий, поднялся еще выше. Британцев приветствовали в Афинах как героев и спасителей. Фактически же те весьма незначительные силы, которые были в распоряжении Д’Альбиака, оставляли ему ограниченный выбор в плане их эффективного применения. Д’Альбиак уже знал, что итальянцы располагают в Албании значительным числом истребителей, и использовать свои немногочисленные «Бленхеймы» для прямой поддержки греческих войск на фронте означает нести неизбежные тяжелые потери от итальянских истребителей, а «Гладиаторов» будет слишком мало, чтобы надежно прикрыть бомбардировщики. Поэтому вице-маршал выбрал для своих бомбардировщиков стратегическую задачу – по крайней мере, для начала. Хотя полеты с целью нанесения бомбовых ударов по албанским портам Валона и Дураццо были долгими и трудными, Д’Альбиак решил, что это единственные цели, достойные усилий его «Бленхеймов».

Бомбардировщикам предстояло лететь до целей в Албании в исключительно тяжелых погодных условиях, над высокими горами и с плохими картами. После этого им предстояло без прикрытия истребителей атаковать хорошо защищенные цели, а потом при тех же условиях возвращаться на свои базы. Такие перспективы не вызвали бы особой радости ни у одного летчика. Чтобы поддержать их действия, «Веллингтоны» с баз Мальты и Египта должны были наносить удары по итальянским портам Бари и Бриндизи, откуда шло снабжение итальянских войск в Албании. Греческие войска на фронте оставались фактически без прикрытия истребителей, если не считать немногочисленных греческих ВВС и британских «Гладиаторов». В основном им, как и раньше, приходилось надеяться на плотную облачность, дождь и снег балканской зимы.

Только что прибывшие истребители «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF вылетели из Элефсиса на первое патрулирование 4 ноября. «Бленхеймы» заметили летающую лодку «Кант» Z.501, но не успели ее перехватить, и итальянский самолет скрылся в облаках. На следующий день из Египта прибыли четыре бомбардировщика «Бленхейм» Mk I той же 30-й эскадрильи, ими командовал флайн-офицер[3] Уокер. Днем позже в Элефсис прибыли шесть «Веллингтонов» из 70-й эскадрильи под командованием командира эскадрильи Рольфа. В тот же день (6 ноября) британская авиация предприняла первые наступательные действия на новом фронте – в 11:20 командир эскадрильи Шэннон повел три бомбардировщика «Бленхейм» на разведку и поиск целей над Сарандой, Тепеленой, Валоной и Аргирокастроном. «Бленхеймы» дозаправились в Триккале и направились к Саранде, где обнаружили два итальянских корабля и сбросили на них бомбы, но попаданий не наблюдали. Следующей целью был порт и аэродром в Валоне, британцы насчитали на земле около 50 итальянских самолетов, идентифицированных ими как CR.42, «Бреда» Ba.65 и «Савойя» S.79. Британцы нанесли по ним бомбовый удар и заявили о прямом попадании в одну «Савойю». На самом деле три итальянских бомбардировщика S.81 из 38-го полка получили небольшие повреждения, и была повреждена ВПП.

Отбомбившись, Шэннон повел «Бленхеймы» обстрелять аэродром из пулеметов, но, заходя в атаку, он заметил взлетающие итальянские истребители CR.42. Три «Фиата» из 394-й эскадрильи взлетели и атаковали бомбардировщики; все три «Бленхейма» получили много пробоин, сержант Джон Мерифилд, бортстрелок «Бленхейма» №3 (пилот сержант Рэтлидж), был убит. Командовавший итальянскими истребителями капитан Никола Магальди считал, что сбил как минимум один бомбардировщик, на самом же деле все три «Бленхейма» смогли дотянуть до Элефсиса.

На следующий день настала очередь «Веллингтонов» идти в бой. Все шесть бомбардировщиков 70-й эскадрильи на рассвете направились бомбить Валону. Над портом большие бомбардировщики были атакованы значительным числом истребителей CR.42 из 154-й группы. «Веллингтон» Т2734 взорвался в воздухе, пилот сержант Брукс и весь его экипаж погибли; «Веллингтон» Т2731 загорелся и упал, пилот флайт-лейтенант[4] Брайан и остальные члены экипажа так же погибли. Еще два бомбардировщика получили повреждения, но смогли вернуться на базу. Стрелки «Веллингтонов» утверждали, что сбили один CR.42 и возможно один «Бреда» Ba.65. Итальянцы претендовали на три сбитых «Веллингтона», по одному было засчитано пилотам истребителей – лейтенанту Вальтеру Франкино и старшему сержанту Адрио Гисмонди, и один считался сбитым зенитной артиллерией. Итальянцы в том бою потерь не понесли, но «Фиат» лейтенанта Франкино, вероятно, был поврежден. В тот же день после полудня, когда он взлетал снова, у него отвалилось одно крыло, истребитель разбился и пилот погиб. Возможно, это было результатом незамеченных боевых повреждений.

Поплавковый бомбардировщик-разведчик «Кант» Z .506 B

При возвращении над проливом Отранто «Веллингтоны» встретили три поплавковых гидросамолета «Кант» Z.506 из 35-го полка морских бомбардировщиков (35o Stormo BM). Итальянские гидросамолеты вылетели из Бриндизи бомбить Калибаки, но были вынуждены возвращаться из-за плохой погоды над целью. «Веллингтоны» флайн-офицера Хаббарда (Т2816) и пайлот-офицера[5] Хогга (Т2813, один из поврежденных) вместе атаковали один гидросамолет, но были отогнаны внезапно появившимся истребителем CR.42. Тем не менее, британцы полагали, что смогли сбить Z.506. Действительно, поврежденный гидросамолет совершил вынужденную посадку в море в 20 милях от берега. Остальные два Z.506 сели рядом и забрали с него экипаж, но поврежденную машину пришлось бросить, и она была потеряна.

После возвращения в Элефсис четыре уцелевших «Веллингтона» на следующий день (8 ноября) были отправлены обратно в Египет, позже в тот же день на смену им прибыли еще шесть «Веллингтонов». Однако после этого «Веллингтоны» больше не летали бомбить цели в Албании в светлое время суток. Кроме того, прибыло звено «А» 84-й эскадрильи – пять «Бленхеймов» Mk I под командованием командира эскадрильи Льюиса, дозаправившись в Элефсисе, они перелетели на назначенную им базу Мениди. Три транспортных «Бомбея» доставили наземный персонал и боеприпасы. Новые бомбардировщики совершили свой первый налет на Валону 10 ноября, хотя из-за плохой погоды результаты этого налеты, вероятно, были незначительны. В тот же день греческие «Бленхеймы» вылетели из Лариссы бомбить цели в Калпаки к северу от Янины. Когда они возвращались в Лариссу уже после наступления темноты, их обстреляла греческая зенитная артиллерия, защищавшая аэродром. «Бленхеймам» пришлось лететь в Мениди, где зенитчики тоже открыли по ним огонь.

Но горючее уже было на исходе, и «Бленхеймы» продолжали кружить над аэродромом, пока, наконец, их не опознали, и разрешение на посадку было получено. В результате один бомбардировщик разбился, его пилот капитан Ламброс Кусигианнис сломал позвоночник, хотя остался жив.

Еще один греческий «Бленхейм» был потерян на следующий день; он не вернулся с разведывательного вылета к северо-западу от Клисуры, эта авиаразведка велась в интересах греческой 8-й дивизии. Капитан Фотиус Маравелиас и его экипаж погибли. Этот «Бленхейм» был атакован истребителями CR.42 из 150-й отдельной группы недалеко от Полиграде и сбит капитаном Джузеппе Скарпеттой. Но когда «Фиаты» после этого вылета возвращались на аэродром, истребитель сержанта Итало Ритеньи разбился при посадке, пилот погиб. В тот же день при посадке «Фиат» лейтенанта Ливио Басси врезался в солдата аэродромной команды, который погиб, истребитель при этом перевернулся и получил повреждения. Еще один CR.42 итальянцы потеряли 8 ноября – истребитель младшего лейтенанта Пьетро Джанелло из 363-й эскадрильи был сбит зенитным огнем, когда обстреливал из пулеметов греческие позиции на фронте.

Новый отряд бомбардировщиков «Веллингтон», базировавшийся в Мениди, начал активно действовать по ночам. В темное время суток 11/12 ноября флайт-лейтенант Уэллс повел два «Веллингтона» бомбить Валону и доложил об уничтожении склада боеприпасов и нескольких грузовиков. Остальные четыре бомбардировщика под командованием командира эскадрильи Рольфа нанесли удар по Дураццо и сообщили о попаданиях бомб по причалам в порту. Следующей ночью Валону снова бомбили три «Веллингтона», а Рольф повел один бомбардировщик в налет на Бари на восточном побережье Италии с целью нанести удар по итальянскому нефтеперерабатывающему заводу. 13 ноября отряд бомбардировщиков был усилен прибытием еще двух «Веллингтонов». В тот же день новый боевой вылет совершили «Бленхеймы» звена «А» 84-й эскадрильи, рано утром атаковав итальянские аэродромы в Валоне и Аргирокастроне. На последнем были уничтожены два разведчика – один Ro.37bis и один «Капрони» Ca.311,один истребитель CR.42 получил повреждения. Младший лейтенант Эрнесто Тревизи и сержант Марио Скальярини взлетели на своих CR.42 и атаковали «Бленхеймы». Оба итальянских пилота заявили, что сбили по одному бомбардировщику. На самом деле только один «Бленхейм» получил повреждения, но смог вернуться в Мениди.

Бомбардировщик «Бристоль Бленхейм Mk I » звена «А» 84-й эскадрильи RAF после прибытия в Грецию, ноябрь 1940 г.

К тому времени пришли новости об успешном ударе английских палубных торпедоносцев «Фэйри Суордфиш» по главной базе итальянского флота в Таранто ночью 11/12 ноября, и это значительно подняло боевой дух союзников. 14 ноября греческая армия перешла в наступление по всему фронту, и оборона ослабленных итальянских войск начала рассыпаться. Греческие ВВС приложили максимум усилий для поддержки этого наступления и действовали очень активно, особенно в первые два дня операции. «Бленхеймы», «Потэ-63» и «Бэттлы» всех трех бомбардировочных эскадрилий EVA выполнили много боевых вылетов 14 ноября, нанося удары по северному и южному аэродромам в Корице и Аргирокастроне. Так как для них невозможно было обеспечить прикрытие истребителей, бомбардировщикам приходилось летать на малой высоте в ущельях между горами, чтобы хоть как-то уменьшить угрозу со стороны итальянских истребителей. Однако греческое командование считало эти налеты очень важными для поддержки наступления греческой армии на Корицу.

Шесть «Бэттлов» и три «Бленхейма» были объединены в два звена. Четыре «Бэттла» в 08:00 атаковали северный аэродром в Корице, где в результате налета был уничтожен один транспортный «Капрони» Ca.133 и три CR.42 получили повреждения. Два «Бленхейма» - третий при взлете увяз в грязи и не смог взлететь – и остальные два «Бэттла» в 09:45 нанесли удар по южному аэродрому. Итальянцы заявили о двух сбитых «Бленхеймах», один был сбит зенитным огнем, другой - истребителем CR.42 лейтенанта Тестерини из 393-й эскадрильей. «Бленхейм» капитана Деметриоса Папагеоргиу разрушился в воздухе от прямого попадания зенитного снаряда, другой бомбардировщик, поврежденный тем же разрывом, был атакован (по греческим данным) тремя истребителями, но все же смог сбросить бомбы и вернуться в Лариссу с разбитым хвостовым стабилизатором и более чем 100 пробоин в фюзеляже. Стрелок «Бленхейма» заявлял, что сбил один из атаковавших истребителей, но это не подтверждается.

Другие истребители CR.42 из 393-й эскадрильи при патрулировании заметили два «Бэттла», взлетавших с греческого передового аэродрома, и атаковали их. Сержант Вальтер Раттикьерри заявил, что сбил один бомбардировщик. В действительности «Бэттл», хотя и получил тяжелые повреждения, но смог вернуться на свою базу в Куклине. Греки заявляли, что в результате этих налетов были уничтожены на земле до 10 итальянских самолетов и еще больше повреждены. В действительности результаты были намного скромнее. Кроме того, тем же утром греческий разведчик «Потэ-25А» из 4-й эскадрильи, выполнявший разведывательный полет над фронтом, был сбит итальянской зенитной артиллерией, его пилот лейтенант Деметриос Иакас погиб.

Позже утром того же дня произошел крупнейший воздушный бой из до сих пор случавшихся над Грецией. Девять греческих истребителей PZL P.24 из 23-й эскадрильи вели патрулирование, когда были внезапно атакованы парой CR.42 из 393-й эскадрильи (командовал лейтенант Энеа Атти). Итальянцы позже заявляли об одном вероятно сбитом греческом истребителе, на самом деле все PZL сумели уклониться от внезапной атаки итальянцев и не понесли потерь. Позже эти два итальянских пилота заметили пару «Бленхеймов» (греческие, из 32-й эскадрильи EVA), летевших бомбить Корицу, атаковали их и тоже заявили об одном вероятно сбитом. Тем временем к месту боя подошли другие «Фиаты» 393-й эскадрильи и атаковали греческие истребители, развернулся упорный маневренный воздушный бой. Младший лейтенант Уго Драго заявил об одном сбитом PZL, младший лейтенант Ромео Делла Костанца также претендовал на один сбитый греческий истребитель из трех, с которыми он вел бой. Еще на один сбитый PZL претендовал лейтенант Каранчини. Обе эскадрильи перегруппировались и снова атаковали. На этот раз Драго и его звено (младший лейтенант Эрнесто Тревизи, сержант Аугусто Манетти и сержант Витторио Пиркио) претендовали еще на три сбитых греческих истребителя и на четвертый вероятно сбитый. Греки оказали упорное сопротивление в том бою, и сбили «Фиаты» Тревизи (погиб) и Манетти, который выпрыгнул на парашюте над итальянскими позициями. Пиркио был ранен в левую ногу, его истребитель серьезно поврежден и перевернулся при посадке. Командовавший греческими истребителями майор Теодоропулос и его пилоты заявили о восьми сбитых «Фиатах». Точные данные о потерях греков отсутствуют: хотя многие греческие истребители получили повреждения, и некоторые из них могли быть действительно сбиты, известно, что ни один греческий пилот не был убит в том бою.

Звено из трех PZL P.24 той же 23-й эскадрильи под командованием лейтенанта Ласкариса позже перехватило одиночную «Савойю» S.79 (из 254-й эскадрильи), выполнявшую разведывательный полет над районом Корица-Билиште. Греки атаковали решительно, и «Савойя» получив серьезные повреждения, совершила вынужденную посадку в Корице, ее пилот лейтенант Калогеро Мацца был ранен в ногу, а радист старшина Аттилио Грассини убит; стрелки S.79 заявили об одном сбитом греческом истребителе.

После полудня три «Бленхейма» 84-й эскадрильи RAF вылетели бомбить мост и сосредоточение итальянских войск в районе Корицы. Мост был успешно уничтожен, что воспрепятствовало переброске итальянских войск к фронту в том районе. После этого «Бленхеймы» были атакованы итальянскими истребителями CR.42, бомбардировщики флайт-лейтенанта Мади (L1389) и сержанта Сайдвэя (L1387) были сбиты, а третий «Бленхейм» (L1536, пилот сержант Натхолл) поврежден. Из какого подразделения были итальянские истребители, добившиеся этого успеха, точно не установлено. Пикировщики Ju-87 из 96-й группы Ba’T Regia Aeronautica также активно действовали в тот день; утром они бомбили мост в районе озера Преспа, а позже нанесли удары по позициям греческой артиллерии. Один итальянский Ju-87 атаковал греческий передовой аэродром к северо-востоку от Флорины, заявив об уничтожении одного истребителя PZL на земле и повреждении еще двух истребителей и бомбардировщика. После этой смелой атаки за «Юнкерсом» погнались четыре истребителя PZL P.24, но не смогли перехватить его. Истребители греческой 22-й эскадрильи были перебазированы из Салоник на аэродром Каламбака/Вассилики, присоединившись к 21-й эскадрилье, для усиления частей EVA, поддерживавших наступление греческой армии на Корицу, в ходе которого наступавшие греческие войска стали подвергаться сильным ударам итальянской авиации.

Истребитель «Фиат» G .50 bis из 355-й эскадрильи 24-й отдельной истребительной группы на аэродроме в Тиране (Н. Малиция).

После небольшого перерыва бои продолжились 15 ноября. В этот день произошла схватка между истребителями-монопланами «Фиат» G.50bis из 24-й отдельной группы и греческими PZL P.24 из только что прибывшей на фронт 22-й эскадрильи. Итальянские истребители сопровождали пять бомбардировщиков S.79 из 105-й отдельной бомбардировочной группы, летевших бомбить позиции греческих войск в районе Билиште. Их атаковали четыре или пять греческих истребителей, сержант Аргиропулос нанес серьезные повреждения одной «Савойе», которая совершила вынужденную посадку на аэродроме в Корице, из экипажа бомбардировщика один человек был убит и один ранен. Стрелки бомбардировщиков заявляли о двух сбитых греческих истребителях. Пять «Фиатов» G.50bis под командованием капитана Этторе Фоскини пришли на помощь бомбардировщикам, после этого боя итальянские пилоты истребителей заявили об одном сбитом PZL и о еще одном вероятно сбитом.

Вскоре после 14:00 три бомбардировщика «Бленхейм» из 30-й эскадрильи RAF вылетели бомбить позиции итальянских войск к северо-востоку от Корицы. Хотя экипажи бомбардировщиков сообщали, что их атаковали три CR.42 и три G.50bis, в итальянских источниках о монопланах не упоминается, и в том бою участвовали только бипланы CR.42. Сержант Вальтер Раттикьерри и сержант Доменико Туфано из 393-й эскадрильи заявили о двух сбитых «Бленхеймах» (по одному на каждого). На самом деле был сбит один «Бленхейм» - сержанта Чайлда (L1120). Еще один CR.42, который пилотировал аристократ лейтенант Маурицио Николис ди Робилант, сопровождал разведчик Ro.37 из 72-й отдельной разведывательной группы. Сопровождая Ro.37, Робилант обнаружил четыре «Бэттла» из 33-й эскадрильи EVA, бомбившие цели в районе Корицы, атаковал бомбардировщики и заявил о трех сбитых. Фактически был сбит «Бэттл» сержанта Франгулиса Арнидиса, весь экипаж погиб. Второй «Бэттл» был сильно поврежден, но смог вернуться на базу, его стрелок-наблюдатель младший лейтенант Аристофанис Папас был смертельно ранен. Один «Потэ-63» также вернулся с вылета тяжело поврежденным, наблюдатель младший лейтенант Спиридон Ковацис убит – экипаж сообщил, что их самолет был обстрелян греческой зенитной артиллерией в районе Миссолонги.

Джимми Ньюстед из 113-й эскадрильи RAF на месте стрелка в «Бэттле» 33-й эскадрильи EVA .

Ночные действия 70-й эскадрильи «Веллингтонов» продолжались, два бомбардировщика провели новый налет на нефтеперерабатывающий завод в Бари ночью 14/15 ноября, четыре «Веллингтона» бомбили нефтехранилища в Бриндизи ночью 16/17 ноября, и три бомбили Валону ночью 17/18 ноября. Над Валоной бомбардировщики командира эскадрильи Рольфа в первый раз встретились с вражескими ночными истребителями, но все «Веллингтоны» смогли уйти невредимым. Еще три «Веллингтона» той же ночью вылетели бомбить Дураццо, но из-за исключительно плохой погоды только один бомбардировщик долетел до цели. Той ночью «Веллингтон» Т2827 сержанта Палмер-Сэмберна врезался в гору в районе Даниловграда (Югославия), погиб весь экипаж и находившийся на борту американский военный корреспондент Ральф Барнс из «Нью-Йорк Геральд Трибьюн». Ночью 19/20 ноября отряд «Веллингтонов» выполнил еще один налет на Дураццо, после чего 24 ноября вернулся в Кабрит.

Тем временем на фронте 16 и 17 ноября погода препятствовала активным действиям авиации. Греческая армия продолжала наступление, тесня итальянцев. Тем не менее, когда было возможно, итальянская авиация продолжала действовать над фронтом крупными силами, и 17 ноября из 14 самолетов Z.506B 86-й группы 35-го полка морских бомбардировщиков один был сбит греческой зенитной артиллерией, еще два гидросамолета получили повреждения.

18 ноября погода улучшилась, что позволило греческим истребителям возобновить активные действия в воздухе, и истребители PZL из трех эскадрилий выполнили в тот день 20 боевых вылетов над западной Македонией. S.79 из 105-й группы 46-го бомбардировочного полка атаковали цели в районе Корчиано, одна «Савойя» из 255-й эскадрильи была атакована и сбита тремя PZL P.24 из 23-й эскадрильи EVA. Все члены экипажа бомбардировщика выпрыгнули на парашютах, но у первого пилота младшего лейтенанта Алессандро Казелли парашют не раскрылся, и пилот погиб. Выжившие члены экипажа заявили об одном сбитом греческом истребителе. Позже тем же утром 18 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis бомбили цели в районе Бозиград-Слинариса-Арица, где были атакованы тремя истребителями PZL P.24. Стрелки бомбардировщиков заявили об одном сбитом истребителе. Час спустя еще шесть Z.1007bis, на этот раз из 16-го бомбардировочного полка направились атаковать цели в районе Корицы, где были атакованы греческими истребителями PZL 23-й эскадрильи EVA. Греческие пилоты заявили о трех сбитых бомбардировщиках. На самом деле был сбит только один Z.1007bis младшего лейтенанта Марио Лонго из 211-й эскадрильи. И снова стрелки бомбардировщиков претендовали на два сбитых греческих истребителя.

Итальянские истребители также выполнили много вылетов на патрулирование и сопровождение – одна только 160-я группа выполнила в течение дня шесть вылетов на патрулирование, три на сопровождение и четыре вылета на перехват; 24-я и 154-я группы выполнили каждая по пять вылетов на патрулирование, и 150-я группа – еще один. Но воздушный бой был только в одном случае – когда CR.42 из 160-й группы встретились с греческими PZL из всех трех истребительных эскадрилий. Итальянцы заявили о шести победах и еще одной вероятной. Эти победы были засчитаны следующим образом: два сбитых PZL на счету старшего сержанта Артуро Бонато, и по одному у лейтенанта Тестерини, лейтенанта Каранчини, сержанта Минелла и сержанта Биолькати. В действительности было сбито не менее трех греческих истребителей, лейтенант Яникостас из 22-й эскадрильи и сержант Вальканас из 23-й эскадрильи погибли, лейтенант Корнелиус Котронис из 22-й эскадрильи был ранен в ногу, его самолет сильно поврежден, но он смог совершить вынужденную посадку на запасном аэродроме. Греки заявили о двух сбитых итальянских истребителях, эти победы были засчитаны лейтенанту Ласкарису из 23-й эскадрильи и лейтенанту Кацаросу из 21-й эскадрильи; фактически же ни один итальянский истребитель в том бою не был сбит.

В тяжелых воздушных боях 14 и 18 ноября на счет греческой 23-й эскадрильи истребителей было занесено девять сбитых итальянских истребителей и пять бомбардировщиков (часть этих побед не подтверждена). Предполагается, что эти победы были одержаны следующими пилотами:

Майор Г. Теодоропулос.

Лейтенант А. Апладас

Лейтенант Н. Скрубелос

Лейтенант П. Бузиос

Лейтенант Г. Ласкарис

Младший лейтенант К. Цицас

Старший сержант К. Кабунис

Сержант Н. Стасинопулос

Сержант К. Сиорис

Сержант Г. Номикос

Сержант И. Куйюмзоглу

Сержант Г. Вальканас

Сержант С. Депунтис

Сержант П. Кутрубас

К тому времени греческие истребители понесли большие потери в боевых действиях и от поломок, и в подкрепление из Египта (через Крит) прибыло звено «В» 80-й эскадрильи RAF, вооруженное бипланами «Глостер Гладиатор». За ним вскоре должно было последовать звено «А», а команда наземного обслуживания должна была прибыть морем на борту крейсеров «Глостер» и «Эдинбург». Звено «В», которым командовал сам командир 80-й эскадрильи У. Хикки, было укомплектовано опытными пилотами, у некоторых из них было на счету по несколько побед – например, у флайт-лейтенанта Мармадьюка Пэттла 4 победы, у пайлот-офицера Винсента Стакки 3 победы, и у флайн-офицера Сидни Линнарда – 2.

19 ноября «Гладиаторы» звена «В» прибыли на аэродром Триккала. После дозаправки девять «Гладиаторов» в сопровождении трех греческих PZL сразу же направились на патрулирование в район Корицы. В момент появления там истребителей союзников, в том районе патрулировали итальянские CR.42 из 160-й группы, а монопланы G.50bis сопровождали бомбардировщики. Греческие PZL P.24 из-за своей недостаточной дальности вскоре были вынуждены возвращаться, но «Гладиаторы» вступили в бой с итальянскими истребителями. По данным итальянцев, британских истребителей было не менее 20. Над горами в воздухе развернулось много индивидуальных маневренных схваток, позже британские пилоты заявили о девяти сбитых вражеских самолетах и еще двух возможно сбитых. Эти победы были распределены следующим образом:

Флайт-лейтенант Пэттл – два CR.42

Пайлот-офицер Стакки – один G.50bis и один CR.42

Пайло-офицер Купер - один CR.42 как общая победа

Пайлот-офицер Вейл – один CR.42 и один CR.42 как общая победа

Флайн-офицер Грэм - один G.50bis и один CR.42

Флайн-офицер Линнард – два CR.42 возможно

Сержант Кэсболт - один G.50bis

Стакки был ранен в плечо и ногу, его истребитель поврежден, но он смог вернуться на аэродром Триккала, откуда был отправлен в госпиталь в Афинах. Фактически были сбиты три CR.42 и один G.50bis. Все их пилоты погибли: старший сержант Виола, старшина Сальвадори и старший сержант Бонато из 160-й группы, и лейтенант Аттилио Менегель из 355-й эскадрильи 24-й группы. Еще один CR.42 (пилот – старший сержант Раттикьерри) был поврежден, и пилот ранен в обе ноги. Один из пилотов CR.42 старший сержант Лючано Тарантини заявил об одном сбитом «Гладиаторе», еще две победы были засчитаны как вероятные – одна капитану Паоло Арканджелетти, другая пилотам G.50bis.

Позже активность авиации снова уменьшилась. 20 ноября итальянский разведчик Ro.37 из 72-й разведывательной группы был сбит зенитным огнем, экипаж выпрыгнул на парашютах над итальянскими позициями. Капитан Йон Келлас, командир 21-й истребительной эскадрильи EVA, заявил о сбитом бомбардировщике Z.1007bis. На следующий день «Бленхейм» L1166 из 30-й эскадрильи RAF, выполнявший разведывательный вылет, заблудился из-за плохой погоды, пилот флайн-офицер Ричардсон успешно совершил вынужденную посадку. В тот же день три греческих Hs-126 из 3-й эскадрильи EVA обстреляли большую колонну итальянцев, отступавших по Поградецкой дороге, вызвав значительную панику. Сержант Беллуччи из 154-й истребительной группы сообщил, что был атакован двумя «Гладиаторами», и заявил об одном вероятно сбитом. В документах 80-й эскадрильи RAF нет сообщений об этом бое, возможно, что противниками сержанта Беллуччи были греческие самолеты. Еще один воздушный бой произошел 22 ноября, когда CR.42 из 160-й истребительной группы сопровождали бомбардировщики S.79 в районе Корицы и заявили об одном сбитом неопознанном самолете. Возможно, это был один из «Хеншелей» Hs-126 3-й эскадрильи EVA, сбитый над Капетистой, его пилот лейтенант Деметриус Сидерис погиб.

Транспортный самолет «Савойя» S .73 ( номер 606-7, бывший I - LODI ), разбившийся при взлете с аэродрома Корица 19 ноября 1940 г. Самолет все еще находился на аэродроме, когда Корицу заняли греческие войска.

К тому времени греки уже заняли Корицу и Лесковицу, а на юге форсировали реку Каламас. Захватив плацдарм в Албании и важную рокадную дорогу к югу от Корицы, греческие войска остановились, чтобы закрепиться и подтянуть подкрепления. Среди техники, оставленной итальянцами, оказался гражданский пассажирский самолет S.73 в непригодном для ремонта состоянии. Этот самолет, ранее имевший обозначение I-LODI, получил военный номер 606-7, означавший, что машина служила в составе 606-й транспортной эскадрильи. 19 ноября при взлете с аэродрома Корица у «Савойи» отказал левый мотор; пилоту лейтенанту Мартинелли пришлось прервать взлет, но не удалось избежать столкновения с тремя CR.42, стоявшими на аэродроме. «Савойя» была оставлена на аэродроме, как не подлежащая ремонту.

Боевой дух итальянцев к тому времени сильно упал, и только в воздухе они еще могли эффективно наносить удары противнику. Потеря Корицы и приближение греческих войск к Аргирокастрону стали причиной отвода частей Regia Aeronautica на главные авиабазы Албании, которые в результате оказались переполнены самолетами. Из Корицы штабные части и 393-я эскадрилья 160-й истребительной группы были отведены в Деволи, а 394-й эскадрилье пришлось делить аэродром Берат с подразделениями 154-й истребительной группы. 25-я разведывательная эскадрилья была переведена в Тирану, а 363-я истребительная эскадрилья (тоже из Корицы) присоединилась к 364-й в Валоне, как и 365-я эскадрилья и штаб 150-й истребительной группы из Аргирокастрона, таким образом, все эскадрильи этой группы оказались на одном аэродроме. Только 120-я разведывательная эскадрилья оставалась близко к фронту в Аргирокастроне, перебазировавшись туда из Тираны. В следующем месяце эту эскадрилью пришлось отвести в Валону. К тому времени был подготовлен аэродром в Скутари, и бомбардировщики 38-го полка и 104-й группы перебазировались туда из Валоны и Тираны.

23 ноября в Грецию прибыло звено «А» 80-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Джонса, присоединившись к остальным звеньям эскадрильи в Триккале. В тот же день началось прибытие из Египта 211-й эскадрильи RAF под командованием командира эскадрильи Дж. Р. Гордон-Финлейсона, которая присоединилась к 84-й эскадрилье RAF на базе в Мениди; к тому времени все подразделения RAF, направленные в Грецию, были полностью укомплектованы.

Флайт-лейтенант Джонс со своим истребителем «Глостер Гладиатор» и два уорент-офицера 80-й эскадрильи RAF

На следующий день пилоты истребителей G.50bis из 24-й группы сообщили о нескольких боях с одиночными «Бленхеймами». Об одном сбитом «Бленхейме» заявили четыре пилота под командованием лейтенанта Доменико Панчера, другой «Бленхейм» был заявлен как предположительно сбитый лейтенантом Дино Барталетти, на еще один предположительно сбитый претендовали три пилота. О действиях «Бленхеймов» RAF нет сведений, и, вероятно, это могли быть греческие «Бленхеймы», хотя о потерях 32-й эскадрильи EVA в тот день также не сообщается. Один «Бленхейм» этой эскадрильи был сбит недалеко от Поградеца только 27 ноября, предположительно огнем с земли; пилот лейтенант Александрос Малакис и его экипаж погибли. Днем ранее (26 ноября) британские «Бленхеймы» действовали активно, шесть бомбардировщиков 84-й эскадрильи RAF атаковали Валону, где их перехватили три G.50bis из 154-й группы, причем британцы приняли их за «Макки» MC.200 или «Мессершмитты». Флайн-офицер Дж. Эванс сумел уйти на малой высоте, по пути он заметил на земле итальянский бомбардировщик, и атаковал его бомбами. Флайт-лейтенант Р. Тоугуд также сумел уйти от трех истребителей, его стрелок заявил об одном сбитом. Пилоты «Фиатов» также претендовали на один сбитый «Бленхейм».

Тем временем три «Бленхейма» 211-й эскадрильи RAF направились в свой первый боевой вылет, их целью стал порт Дураццо. Бомбардировщики были встречены сильным зенитным огнем, «Бленхейм» флайт-лейтенанта Даудни был поврежден, хотя смог вернуться на базу. «Бленхейму» L8511 командира эскадрильи Гордон-Финлейсона повезло меньше, он получил тяжелые повреждения. Гордон-Финлейсон позже вспоминал:

«Едва мы успели сбросить бомбы, как получили несколько попаданий. Одно сделало большую пробоину в капоте левого двигателя, но мотор продолжал работать, хотя из него вытекало масло. Другой двигатель тоже получил попадание и сразу же заглох… Но мы еще держались в воздухе, хотя и летели медленно, и на одном моторе не могли набрать высоту. Кабина наполнилась парами бензина, и я боялся, что или мы потеряем сознание, или начнется пожар… Мы летели почти два часа, пока не заметили остров недалеко от берега – Корфу. Мы взглянули на него и решили, что единственное место, где можно попытаться сесть – полоса берега, не больше 20 ярдов в ширину… Мы стали снижаться, но не смогли выпустить шасси, и пришлось садиться на брюхо. Несколько бомб еще оставались у нас на борту, и когда мы пропахали песок, они рассыпались по берегу».

Местные рыбаки помогли британским пилотам переправиться с острова на материковую Грецию, и спустя несколько дней после путешествия на мулах, автомобиле и поезде британцы невредимыми вернулись на базу своей эскадрильи в Мениди.

26 ноября дюжина «Гладиаторов» 80-й эскадрильи была направлена в Янину, на следующий день это назначение было повторено. Тогда же (27 ноября) командир эскадрильи Хикки повел девять «Гладиаторов» с базы Триккала на патрулирование района к северу от Янины. Там британцы обнаружили три бомбардировщика S.79, которых сопровождали около десяти истребителей CR.42 из 150-й группы под командованием капитана Магальди, командира 364-й эскадрильи. Британские пилоты сразу же атаковали противника, флайт-лейтенант Джонс («Гладиатор» N5861) и сержант Грегори (N5776) заявили каждый об одном сбитом «Фиате». Капитан Магальди погиб в этом бою, «Фиат» сержанта Негри был сильно поврежден, но пилот остался невредим и смог привести истребитель обратно на базу. В тот же день около дюжины истребителей G.50bis из 24-й группы под командованием майора Оскара Молинари, возвращаясь с сопровождения бомбардировщиков, атаковали греческий аэродром в Козани, где базировалась 2-я (разведывательная) эскадрилья EVA. Итальянские пилоты заявили о пяти уничтоженных самолетах противника на земле и еще о трех поврежденных. И действительно, 2-я эскадрилья EVA потеряла фактически все свои «Бреге» Br.XIX, один из ее пилотов, лейтенант Панайотис Марулакос, был убит, еще несколько человек ранены.

Командир 211-й эскадрильи Дж. Р. Гордон-Финлейсон и его стрелок пайлот-офицер Артур Гейри у своего «Бленхейма»

На следующий день шесть «Гладиаторов» звена «А» 80-й эскадрильи RAF под командованием флайт-лейтенанта Джонса направились на патрулирование. Над Дельвинакионом они встретились с итальянскими истребителями CR.42, которых, по британским данным, было около 20 машин. В действительности «Фиатов» было десять, это были истребители из 150-й группы под командованием капитана Джорджио Граффера, командира 365-й эскадрильи. В развернувшемся воздушном бою «Гладиатор» флайн-офицера Сайкса (N5812) столкнулся с «Фиатом» сержанта Коррадо Миньяни, оба пилота погибли. Флайт-лейтенант Джонс после боя заявил о двух сбитых «Фиатах», но сам получил ранение в шею, его «Гладиатор» N5816 был сильно поврежден. В сопровождении сержанта Грегори он смог вернуться на базу в Янине и успешно совершил посадку. Истребитель флайн-офицера Ванклина Флауэра (N5854) также был тяжело поврежден, но пилот претендовал на один сбитый CR.42. Еще два «Гладиатора» N5788 флайн-офицера Прайс-Оуэна и N5786 флайн-офицера Хоскена также получили повреждения. Всего же британцы претендовали на семь сбитых истребителей противника и еще два вероятно сбитых. Эти победы были распределены следующим образом:

Сержант Грегори – три

Флайт-лейтенант Джонс – два

Флайн-офицер Ванклин Флауэр – один

Флайн-офицер Сайкс – один (в столкновении)

Флайн-офицер Хоскен – один вероятно

Флайн-офицер Прайс-Оуэн – один вероятно

В действительности кроме «Фиата» Миньяни было потеряно еще два CR.42. Капитан Граффер – один из наиболее успешных итальянских пилотов на тот период войны, имевший на счету пять побед – погиб, а сержант Акилле Пачини выпрыгнул на парашюте. Еще два «Фиата» получили повреждения, их пилоты – старшина Гульельмо Баччи и сержант Арриго Дзотти – были ранены, но смогли вернуться на базу. Итальянцы заявили о четырех сбитых «Гладиаторах» и еще одной возможной победе. Капитан Граффер был посмертно награжден высшей военной наградой Италии – Золотой медалью (Medaglio d’Oro). 150-я группа потеряла уже двух командиров эскадрилий.

В тот же день девять «Бленхеймов» 84-й эскадрильи RAF совершили налет на Дураццо. На их перехват были подняты G.50bis из 24-й группы. Лейтенант Барталетти заявил об одном сбитом «Бленхейме», и сержант Савино об одном вероятно сбитым. В действительности был сбит «Бленхейм» L1385, пайлот-офицер Берд и его экипаж попали в плен. CR.42 из 150-й группы, возвращавшиеся после сопровождения бомбардировщиков, также заявили об одном вероятно сбитом «Бленхейме».

29 ноября девять «Бленхеймов» 84-й эскадрильи RAF снова направились бомбить цели в Албании, на этот раз в сопровождении шести «Гладиаторов» из 80-й эскадрильи RAF, сопровождавших бомбардировщики до их целей в Тепелене. Выполнив задачу сопровождения, четыре «Гладиатора» пролетели на малой высоте над горами в поисках пропавшего самолета флайн-офицера Сайкса, а истребители флайт-лейтенанта Пэттла и пайлот-офицера Вейла прикрывали их. В процессе поисков британцы заметили несколько трехмоторных самолетов, которые были идентифицированы как S.79. На самом деле это были «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка, летевших со своей базы в Гротталье бомбить цели на территории Греции. Пэттл и Вейл атаковали противника, но, хотя по словам британских пилотов, их огонь поражал вражеские самолеты, результатом попаданий был лишь тонкий след дыма за двумя итальянскими бомбардировщиками, о повреждении которых британские пилоты позже доложили. Стрелки итальянских бомбардировщиков докладывали, что «Гладиаторов» было девять, и заявили об одном вероятно сбитом. Возможно, они приняли за сбитый истребитель Пэттла, который после атаки выполнил штопор.

Поиски самолета Сайкса были возобновлены 30 ноября, три «Гладиатора» 80-й эскадрильи RAF сопровождали греческий разведчик «Бреге» Br.XIX, проводивший поиск над районом. Снова ничего не было найдено, но тем же вечером пришло сообщение от греческих войск, что тело Сайкса найдено среди обгоревших обломков его самолета, и похоронено рядом.

У греческих войск, преследовавших итальянцев, заканчивалось продовольствие, сильные снегопады препятствовали подвозу. Поэтому «Веллингтоны» 70-й эскадрильи RAF были нагружены мешками с хлебом и консервами, которые они сбрасывали греческим солдатам. Хотя эти вылеты проводились в условиях снега и сильной облачности, продовольствие было успешно доставлено голодным солдатам.

В декабре на фронте возникло относительное затишье, потому что погода в горах серьезно препятствовала активным действиям. Условия, в которых приходилось действовать авиации, иногда были исключительно трудными. 1 декабря три «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF, возвращавшиеся после налета на Валону, попали в область атмосферного фронта, на их крыльях началось обледенение, что серьезно затруднило управление самолетами. Ведущим самолетом был «Бленхейм» флайт-лейтенанта Бокинга (канадец), и, так как погодные условия все более ухудшались, Бокингу пришлось принимать решение, не следует ли всем экипажам покинуть самолеты и выпрыгнуть на парашютах. Однако в этот момент в снежных облаках появился просвет, и пилоты двух бомбардировщиков смогли проскользнуть в него и проложить курс на базу в более ясном небе. Третий «Бленхейм» (К7103) отстал от них, и его пилот сержант Рэтлидж попытался набрать высоту и подняться на 20000 футов, чтобы оказаться над слоем облачности. Бокинг вспоминал:

«… но на такой высоте машина не держалась, и периодически сваливалась обратно в облачность, где сразу же начинал намерзать лед. Пилот упорно боролся, стремясь вывести самолет в чистое небо над облачным слоем. Внезапно отказал один мотор, вероятно, из-за того, что намерзший лед закрыл воздухозаборник. «Бленхейм» немедленно сорвался в штопор. Пилот приказал экипажу прыгать, но оказалось, что из-за вращения самолета парашют наблюдателя отлетел в нишу, откуда его невозможно было достать. Тогда пилот и стрелок отказались прыгать и остались с наблюдателем. «Бленхейм», все еще в штопоре, оказался в чистом небе на высоте 7000 футов, внизу оказалась узкая долина, по обе стороны от которой возвышались горы. Пилот смог выровнять машину и совершил посадку с неработающим двигателем на крошечном поле, единственной пригодной площадке на много миль вокруг».

Первый воздушный бой в декабре произошел 2-го числа, когда флайт-лейтенант Пэттл из 80-й эскадрильи RAF взлетел утром с аэродрома Янина для разведки погоды. В районе Аргирокастрона он заметил в воздухе одиночный итальянский биплан – это был разведчик Ro.37bis из 42-й разведывательной эскадрильи 72-й группы. Пэттл атаковал и сбил его, разведчик упал в пяти милях южнее, его пилот сержант Луиджи Дель Манно и наблюдатель лейтенант Микеле Милано погибли. После полудня Пэттл снова поднялся в воздух, на этот раз во главе 12 «Гладиаторов» для патрулирования над фронтом с целью поддержки греческой армии. Недалеко от Премета на 1000 футов ниже были обнаружены еще два Ro.37bis из 72-й группы. Пэттл и пайлот-офицер Купер спикировали на них и быстро сбили. Купер заметил, как из сбитого им самолета выпрыгнул на парашюте один человек, но по данным итальянцев все члены экипажей обоих разведчиков погибли (капитан Гарделла/капитан Фукс, сержант Леони/сержант Вескиа).

Три разведчика «Меридионали» Ro .37 bis из 39-й разведывательной эскадрильи над фронтом (Н. Малиция)

Девять «Бленхеймов» 211-й эскадрильи RAF под командованием командира эскадрильи Гордон-Финлейсона бомбили Валону, но этот налет причинил незначительный урон итальянцам. Ведущее звено было атаковано истребителями CR.42 из 150-й группы, но атака была безрезультатной и британцы потерь не понесли. Гордон-Финлейсон вспоминал:

«Нам пришлось идти на довольно малой высоте из-за облачности, и истребители ждали нас. Однако им не повезло – пока они преследовали одно звено, другое сбросило бомбы. Мы видели вспышку и большой столб дыма, что позволяло предположить попадание в какую-то важную цель. Один вражеский истребитель был поражен сосредоточенным огнем стрелков нашего звена, задымил и пошел вниз. Мне отстрелили антенну, а Джорджу Даудни пуля пробила шлем, но этим все повреждения и ограничились».

Командир эскадрильи Гордон-Финлейсон (в центре) и другие пилоты 211-й эскадрильи RAF на базе в Мениди

В тот же день греческая авиация, понесшая большие потери, получила пополнение: восемь британских «Гладиаторов» были перегнаны пилотами 112-й эскадрильи RAF из Сиди-Ханиша (Египет) и переданы грекам. Британские пилоты отправились назад на транспортном «Бомбее». К этим «Гладиаторам» (номера К8013, К8018, К8031, К8047, К8054, L7609, L7611, L7623) были добавлены пять «Гладиаторов» из 80-й эскадрильи RAF (К7892, К7923, К7973, К8017, L8011) и один из 112-й эскадрильи (К6135). Греческая 21-я эскадрилья была направлена в Элефсис для перевооружения на «Гладиаторы», ее оставшиеся PZL P.24 были распределены между 22-й и 23-й эскадрильями, которые теперь действовали в северном секторе, поддерживая армию. Эти «Гладиаторы» были не первыми у греков: еще в 1938 г. греческий предприниматель в частном порядке купил у фирмы «Глостер» два «Гладиатора» по цене 9200 фунтов и подарил их греческим ВВС.

Истребитель PZL P .24 и греческие солдаты на импровизированной посадочной площадке на албанской границе (А. Стаматопулос)

Греческие истребители снова участвовали в воздушном бою 3 декабря, когда шесть PZL из 23-й эскадрильи вступили в бой с 18 «Фиатами» CR.42 из 160-й группы под командованием майора Оскара Молинари к юго-западу от Москополиса. Итальянцы заявили о трех сбитых греческих истребителях, эти победы были засчитаны майору Молинари, младшему лейтенанту Джорджио Моретти и сержанту Лючано Тарантини, также было заявлено о двух вероятно сбитых. Достоверные потери греческих самолетов неизвестны, но один греческий пилот – лейтенант Константин Цицас – погиб в этом бою, пилоты 23-й эскадрильи EVA заявили об одном сбитом «Фиате». В тот же день часть 80-й эскадрильи RAF, направленная в Янину, вернулась в Лариссу, наземный персонал был перевезен на греческом «Юнкерсе» Ju-52/3m. В условиях плохой видимости итальянские истребители сбили над фронтом один из своих бомбардировщиков S.81, но его экипаж успел выпрыгнуть на парашютах.

4 декабря в Грецию прибыл еще один британский самолет – «Локхид Хадсон» (N7364), приземлившийся в Элефсисе. Этот самолет ранее эксплуатировался в авиакомпании «Империал Эйрвэйз» и имел гражданское обозначение G-AGAR, потом служил в 267-й эскадрилье в качестве транспортного, а после был оборудован аэрофотокамерой, хотя так и не получил вооружения, и переведен во 2-й отряд фоторазведки. На этом «Хадсоне» флайт-лейтенант Р. Уокер и комэск МакФейл до конца декабря выполняли разведывательные полеты над Албанией, Югославией и Румынией, 30 декабря «Хадсон» вернулся в Гелиополис (Египет). Также 4 декабря из Египта прибыли еще четыре «Гладиатора», это были истребители 112-й эскадрильи RAF, по прибытии они были присоединены к 80-й эскадрилье. Эти четыре машины и одиннадцать уже имевшихся «Гладиаторов» были сразу же перебазированы в Янину для дальнейших операций. С базы в Янине комэск Хикки повел 14 «Гладиаторов» в патрулирование над районом Тепелены. В этом районе британцы обнаружили 27 «Фиатов» CR.42 (в действительности их было 12) из 150-й группы и 10 «Фиатов» G.50bis из 154-й группы. После боя флайт-лейтенант Пэттл заявил о трех сбитых CR.42 и еще об одном вероятно сбитом. Также он в ходе боя атаковал истребитель, который идентифицировал как CR.32, и тоже заявил его вероятно сбитым. Сержант Хьюитт заявил о двух сбитых CR.42 и одном G.50bis, пайлот-офицер Вейл, сержант Грегори и сержант Баркер также заявили каждый об одном сбитом CR.42. Таким образом, британцы претендовали на девять побед и две вероятные победы. В действительности итальянцы потеряли два CR.42, их пилоты лейтенант Альберто Триоло и младший лейтенант Паоло Пенна погибли. Пилоты G.50bis заявили о двух сбитых «Гладиаторах». На следующий день 80-я эскадрилья RAF вернулась в Лариссу.

4 декабря два «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF с малой высоты атаковали итальянский эсминец, обстреливавший позиции греческих войск у Саранде. На следующий день три «Бленхейма» из этой же эскадрильи вернулись в тот район, чтобы обстрелять дорогу Саранде-Валона на побережье. Истребители CR.42 из 364-й эскадрильи пытались перехватить их, но безуспешно. Один «Бленхейм» был вынужден вернуться из-за неисправности двигателя, два других были повреждены зенитным огнем, и у них кончалось горючее, поэтому при возвращении они совершили вынужденные посадки. «Бленхейм» флайн-офицера Блэкмора сел в Корусадисе на острове Корфу, а «Бленхейм» пайлот-офицера Эттвелла – к юго-востоку от Агриниона. Из экипажей никто не пострадал.

7 декабря в 12:20 шесть «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи направились бомбить Валону, в 13:00 за ними последовали еще девять «Бленхеймов» из 211-й эскадрильи. Они столкнулись с исключительно тяжелыми погодными условиями, и ведущее звено (три «Бленхейма») 84-й эскадрильи было вынуждено вернуться из-за сильного обледенения. Следующие три бомбардировщика были перехвачены над целью истребителями CR.42 из 150-й группы. Были сразу же сбиты «Бленхеймы» L8455 флайт-лейтенанта Л. Кэттела и L8457 сержанта М. Кэзлита, бомбардировщик флайн-офицера Линтона (L1381) был тяжело поврежден и совершил вынужденную посадку в районе Саранде. Из экипажей первых двух сбитых «Бленхеймов» выжил только стрелок Кэзлита сержант Фостер.

Два звена «Бленхеймов» 211-й эскадрильи были вынуждены вернуться из-за обледенения, при этом два бомбардировщика - L1535 флайн-офицера Пикерсгилла и L4926 пайлот-офицера Джердайна врезались в холмы в районе Ламии, оба экипажа погибли.

Оставшиеся три «Бленхейма» под командованием лейтенанта Джонса продолжили полет к Валоне, где столкнулись с сильным сопротивлением истребителей CR.42. Однако все три бомбардировщика смогли отбомбиться и вернуться на базу, при этом их стрелки претендовали на один сбитый истребитель.

В это время прибыла первая помощь итальянцам от их немецких союзников. Итальянской авиации крайне не хватало транспортных самолетов для срочной доставки подкреплений и снабжения на албанский фронт. Муссолини обратился за помощью к Гитлеру. Уже 10 декабря в район Фоджи начали прибывать первые из 53 транспортных «Юнкерсов» Ju-52/3m из III/KGzbV1 (3-я группа 1-й эскадры транспортной авиации) под командованием оберста Рудольфа Штарке. Силы RAF в Греции тогда тоже получили подкрепления, хотя гораздо меньшие – три «Бленхейма» Mk IF (истребители) и два бомбардировщика «Бленхейм» Mk I усилили 30-ю эскадрилью RAF.

Прибыли подкрепления и к итальянским соединениям 4-й воздушной территориальной зоны (4a Zona Aerea Territoriale). В конце ноября из Тревизо в Бари и Гротталье соответственно перебазировались 373-я и 374-я отдельные истребительные эскадрильи, каждая имела 12 истребителей «Макки» MC.200. 7 декабря за ними последовала 370-я отдельная эскадрилья (8 истребителей «Макки» MC.200), перебазировавшаяся в Фоджию. 27 ноября в Гротталье из Неаполя прибыли 14 бомбардировщиков «Савойя» S.79 из 42-й бомбардировочной группы, но 14 декабря это подразделение было переброшено в Ливию, где началось британское наступление. Неделю спустя за «Савойями» последовали истребители G.50bis из 2-й отдельной истребительной группы. Последним подкреплением, полученным зимой, была еще одна группа пикирующих бомбардировщиков (97-я), которая прибыла с Сицилии и присоединилась к 96-й группе пикировщиков в Лечче. «Юнкерсы» Ju-87 из этой группы выполнили первые боевые вылеты на Эпирском фронте 14 декабря.

После отбытия из Греции «Веллингтонов» 70-й эскадрильи ночные налеты на тыловые объекты итальянцев сильно сократились. Однако вечером 13 декабря четыре «Веллингтона» из 148-й эскадрильи взлетели с Мальты и направились в долгий полет для бомбового удара по Валоне. Тяжелые погодные условия заставили ведущий самолет повернуть назад, и до Валоны долетели только два «Веллингтона», третий бомбил запасную цель в Кротоне. Все четыре «Веллингтона» успешно вернулись на Мальту еще до полуночи.

На следующий день в Мениди прибыл новый отряд из четырех «Веллингтонов» из состава 70-й эскадрильи. Ночью 14/15 декабря эти «Веллингтоны» вылетели бомбить Дураццо. Погода снова была исключительно неблагоприятной, и самолет командира эскадрильи Рольфа был вынужден повернуть назад, причем он прилетел не в Мениди, а на прежнюю базу 70-й эскадрильи в Кабрит. Остальные три «Веллингтона» атаковали Дураццо и успешно вернулись в Мениди. По данным британцев, от попаданий бомб в районе порта наблюдался большой пожар.

Бывший пассажирский «Юнкерс» G -24, мобилизованный греческими ВВС, на аэродроме Мениди

14 декабря возобновились дневные налеты британских бомбардировщиков – «Бленхеймы» дважды бомбили Валону, но безуспешно. Четыре дня спустя три «Бленхейма» Mk IF утром вылетели для удара по Валоне. Там они бомбили ангары гидросамолетов, но были атакованы шестью истребителями CR.42 из 150-й группы и тремя G.50bis из 154-й группы. «Бленхейм» флайн-офицера С. Пейджета (L8462) получил попадания в левый двигатель, загорелся и упал в море в 8 милях к западу от Саранде. Флайн-офицер Р. Дэвидсон провел короткий бой с истребителем G.50bis (позже сообщил о нем, как о вероятно сбитом), потом пролетел над местом падения в море «Бленхейма» Пейджета и сбросил ему надувную спасательную лодку; но сбитый «Бленхейм» утонул очень быстро, и никто из экипажа не спасся. Вероятно, огонь Дэвидсона действительно повредил один «Фиат», который разбился при посадке в Валоне. Пилоты G.50bis заявили только об одном поврежденном «Бленхейме», тогда как пилоты CR.42 сочли все три британских самолета вероятно сбитыми. Этой ночью британские линейные корабли «Уорспайт» и «Вэлиент» обстреляли Валону, их огнем были повреждены на аэродроме 13 «Фиатов» CR.42 из 150-й группы. Британский флот не обошелся без потерь в этом районе – подводная лодка «Тритон», недавно потопившая 6000-тонный транспорт у Дураццо, была перехвачена в проливе Отранто и потоплена итальянским миноносцем «Конфиенца». Пока британские линкоры обстреливали Валону, три «Веллингтона» с базы Мениди нанесли бомбовый удар по ж.-д. станции Бриндизи и складам горючего, по данным британцев, от попаданий бомб начались большие пожары. У «Веллингтона» флайт-лейтенанта Дж. Барнарда зенитным огнем был поврежден левый двигатель и отстрелян винт, но мастерски пилотируя бомбардировщик, и облегчив его путем сброса части оборудования, экипаж смог привести поврежденный «Веллингтон» на базу в Мениди и успешно совершить посадку.

На рассвете 19 декабря установилась достаточно ясная погода над равниной Лариссы, и девять «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF вылетели бомбить Валону и Крионеро. Их перехватили истребители G.50bis, и три бомбардировщика получили повреждения, сержант Арриго Дзоли из 154-й группы заявил об одном вероятно сбитом. Стрелки «Бленхеймов» заявили об одном поврежденном «Фиате». Пикировщики Ju-87 из 96-й группы, базировавшейся в Италии, также действовали активно – 24 «Юнкерса» атаковали корабли в гавани Порт-Эдда, заявив об одном потопленном небольшом судне.

Около полудня командир эскадрильи Хикки повел 14 «Гладиаторов» 80-й эскадрильи RAF на базу в Янину, наземный персонал последовал за ними на греческом «Юнкерсе» Ju-52/3m. После дозаправки 13 этих «Гладиаторов» вылетели на патрулирование в район Тепелены. Там британцы заметили пять бомбардировщиков S.79 из 46-го полка, в сопровождении истребителей CR.42 и G.50bis. Британские пилоты немедленно атаковали бомбардировщики и после боя заявили об одном сбитом (на самом деле итальянцы потерь не понесли), но ответным огнем был подбит и загорелся «Гладиатор» N5785, его пилот пайлот-офицер Купер выпрыгнул на парашюте. Комэск Хикки счел предположительно сбитым один истребитель CR.42. После боя Хикки приземлился на залитом водой поле в районе Аргирокастрона, чтобы найти пропавшего Купера. С помощью греческих солдат тяжело раненый Купер был найден и перевезен в госпиталь в Аргирокастроне, но тем же вечером умер. «Гладиатор» N5827 сержанта Хьюитта был серьезно поврежден зенитным огнем и совершил вынужденную посадку в 20 милях к северу от Янины; позже истребитель был отремонтирован.

Транспортный «Юнкерс» Ju -52/3 m греческих ВВС на аэродроме в Мениди

Единственной потерей итальянцев в тот день стал истребитель CR.42 майора Мастрагостино, сопровождавший разведчик Ro.37bis и совершивший вынужденную посадку в районе Билиште (причина в итальянских источниках не указана).

20 декабря погода с утра была хорошей, и в 10:00 флайт-лейтенант Пэттл повел девять «Гладиаторов» провести патрулирование над районом Тепелена-Клисура, а также встретить «Бленхеймы» 211-й эскадрильи RAF, возвращавшиеся из налета. В ходе патрулирования британцы заметили девять (по их данным, в действительности шесть) бомбардировщиков S.79. Это были «Савойи» из 104-й бомбардировочной группы (из 252-й и 253-й эскадрилий). Пэттл атаковал «Савойю» лейтенанта Андреа Берлиньери и сбил ее. Видели, как из падающего бомбардировщика выпрыгнули на парашютах четыре человека, но позже они так и не были найдены, и считаются пропавшими без вести. Второй S.79 был сильно поврежден, но смог вернуться в Тирану, его экипаж доложил, что в их самолет врезался «Гладиатор». Экипаж S.79 лейтенанта Виварелли заявил об одном сбитом «Гладиаторе». В действительности в этом бою были повреждены два «Гладиатора», но оба смогли вернуться на базу в Янину.

Бомбардировщики «Савойя» S .79 из 253-й эскадрильи 104-й отдельной бомбардировочной группы над Грецией (Н. Малиция)

«Гладиаторы» 80-й эскадрильи RAF продолжали патрулирование и вскоре заметили другую группу итальянских трехмоторных бомбардировщиков – на этот раз шесть S.81 из 38-го бомбардировочного полка, их сопровождали истребители «Фиат» G.50bis из 24-й истребительной группы. «Фиаты» не успели вмешаться, когда Пэттл атаковал с пикирования среднюю «Савойю» из первого звена, было видно, что из правого двигателя бомбардировщика начало вытекать горючее. Пэттл расстрелял все оставшиеся боеприпасы, и позже доложил, что S.81 медленно теряя высоту, совершил вынужденную посадку примерно в 15 милях к северу от Клисуры, потеряв при этом правое крыло. Пайлот-офицер Вейл доложил о сбитии еще одного S.81. Фактически же один S.81, на борту которого находился командир 38-го бомбардировочного полка полковник Людовико, был серьезно поврежден и приземлился в Берате с тремя убитыми членами экипажа и тремя ранеными. Выжившие едва успели выбраться из самолета, прежде чем S.81 взорвался. Вторая «Савойя» вернулась со всеми ранеными членами экипажа. Британские пилоты сообщили, что истребители G.50bis в ходе этого боя патрулировали на большой высоте, не делая попыток атаковать «Гладиаторы».

Бомбардировщики «Савойя» S .81 из 38-го бомбардировочного полка над Грецией (Н. Малиция)

21 декабря «Гладиаторы» участвовали в третьем крупном воздушном бою за эти три дня. В 10:30 командир эскадрильи Хикки повел десять «Гладиаторов» на патрулирование. Вскоре они обнаружили противника, и начался запутанный и беспорядочный воздушный бой, в котором обе стороны значительно преувеличивали силы (и потери) противника. Британские истребители летели к фронту тремя звеньями – первое составляли четыре «Гладиатора» под командованием самого Хикки, второе – три под командованием Пэттла, и последним звеном из трех «Гладиаторов» командовал флайн-офицер Линнард. Недалеко от Аргирокастрона британцы заметили три трехмоторных бомбардировщика, которые идентифицировали как S.79, позже были замечены еще три двухкилевых самолета, которые британские пилоты идентифицировали как «Фиаты» BR.20. На самом деле все эти шесть самолетов были «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка. Британцы атаковали противника, и Пэттл полагал, что подбил один бомбардировщик. В этот момент на помощь бомбардировщикам подошли 15 истребителей CR.42 из 160-й группы. Их вел в бой командир 160-й группы майор Оскар Молинари, и их задачей было боевое патрулирование над районом Янины и Парамитьи. Увидев, что бомбардировщики атакованы 20 (по итальянским оценкам) «Гладиаторами», итальянские истребители вступили в бой. Вскоре к ним присоединились «Фиаты» из 150-й группы, и британцы оценили количество итальянских самолетов в 54 машины (!)

Воздушный бой шел 25 минут, британцы заявили о восьми победах и еще о трех вероятных. Пайлот-офицер Вейл претендовал на три победы, сержант Кэсболт – на две, сержант Грегори – также на две, но его самолет был тяжело поврежден, и он ранен в правый глаз. Все же он смог вернуться в Янину, как и флайн-офицер Линнард, раненый в ногу, на своем серьезно поврежденном «Гладиаторе» N5834. Пэттл и флайт-сержант Риченз заявили каждый об одном сбитом «Фиате», флайн-офицеры Прайс-Оуэн и Хоскен – каждый об одной вероятной победе. Флайн-офицер Рипли на «Гладиаторе» N5854 был сбит и погиб – другие пилоты видели, как падал его горящий истребитель. Комэск Хикки («Гладиатор» N5816) также был сбит. Видели, как он выпрыгнул на парашюте, но его парашют загорелся, и вскоре после падения Хикки умер от травм. Тела обоих погибших пилотов были найдены греческими солдатами.

Лейтенант Эдоардо Крейнц из 394-й эскадрильи у своего истребителя CR .42, получившего повреждения в бою с британскими «Гладиаторами» 21 декабря 1940 г. Пробоины от пуль заделаны маленькими белыми, красными и зелеными дисками (подобными тем, что использовались в Первой Мировой войне).

Со стороны итальянцев пилоты 160-й группы претендовали на шесть сбитых «Гладиаторов» - по две победы было засчитано майору Молинари и лейтенанту Крейнцу, по одной – лейтенанту Гвидичи и капитану Арканджелетти. О вероятных победах заявили лейтенант Тестерини, старший сержант Франческо Пенна и старший сержант Доменико Туфано. Пилоты 150-й группы претендовали на два сбитых «Гладиатора», а стрелки бомбардировщиков 47-го полка заявили об одном сбитом и одном вероятно сбитом. Как и в случае британцев, действительные потери итальянцев составили два истребителя. Погибли старший сержант Каранчини и лейтенант Фраскадоре из 160-й группы, майор Молинари был ранен в правую ногу и с поврежденным двигателем совершил вынужденную посадку в районе Тепелены.

После этих трех дней активных действий «Гладиаторы» 80-й эскадрильи RAF 23 декабря вернулись в Лариссу, их место на базе в Янине заняла греческая 21-я эскадрилья, в составе которой к тому времени находилось 11 истребителей «Гладиатор» Mk II.

Итальянская авиация в тот день (21 декабря) продолжала действовать активно, утром три бомбардировщика с большой высоты бомбили Лариссу, на город упало 8 или 9 бомб, одна из них разорвалась недалеко от офицерской столовой британских пилотов, много мирных жителей были убиты или ранены. После полудня над фронтом три истребителя G.50bis из 154-й группы в ходе патрулирования между Деволи и Валоной обнаружили легкий бомбардировщик «Потэ-63» из греческой 31-й эскадрильи. Его пилотировал командир 31-й эскадрильи подполковник Йон Пападакис, он выполнял разведывательный вылет над южной Албанией в интересах армии. Итальянцы атаковали и сбили греческий самолет, эту победу разделили лейтенант Ливио Басси, сержант Эмилио Пива и сержант Гуидо Печиле. Пападакис и его стрелок выпрыгнули на парашютах, но оба упали в море и погибли.

Пикировщики Ju-87 из 96-й группы дважды выполняли боевые вылеты; утром они бомбили Доляну, «Юнкерс» старшины Элио Скарпини (летчик-испытатель фирмы «Савойя-Маркетти») был сбит зенитным огнем. После полудня «Юнкерсы» повторили атаку, при этом зенитным огнем был сбит Ju-87 лейтенанта Брецци.

Истребители G.50bis из 154-й группы добились нового успеха 22 декабря, когда пять «Фиатов» перехватили «Бленхеймы» из 84-й эскадрильи RAF (девять машин), направлявшиеся бомбить нефтяные вышки в районе Клисуры. Сержант Манфредо Бьянки заявил о трех сбитых бомбардировщиках, сержант Арриго Дзоли претендовали на четвертый, и еще один «Бленхейм» считался вероятно сбитым. В действительности было сбито два «Бленхейма» - L8471 флайн-офицера Майлза (весь экипаж погиб) и L8374 флайн-офицера Эванса (экипаж спасся). Еще пять «Бленхеймов» получили повреждения, некоторые от зенитного огня. «Бленхейм» L4818 флайт-сержанта Гордона был серьезно поврежден, наблюдатель сержант Фарни получил тяжелое ранение в голову, однако Гордон смог привести самолет обратно на базу.

«Бленхейм» Mk I из 84-й эскадрильи RAF, совершивший вынужденную посадку на греческом аэродроме

Флайн-офицер Эванс позже вернулся в Афины. Он рассказал, что в бою кабину его «Бленхейма» внезапно охватило пламя. Наблюдатель успешно выпрыгнул на парашюте, но Эванс, раненый в руку, запутался в стропах и из-за рывка при открытии парашюта получил тяжелый перелом бедра. Он приземлился на позициях греческих войск, там же, где его наблюдатель, и с помощью греческих солдат Эванса доставили в ближайшую деревню. После оказания первой помощи четыре греческих солдата понесли Эванса на носилках по горным тропам до ближайшего городка – мучительное путешествие, занявшее три дня. После его погрузили на поезд и отправили в Афины.

На Рождество пять «Бленхеймов» 84-й эскадрильи RAF в условиях плохой погоды вылетели на Корфу и сбросили на площади мешки с подарками для детей, живших на острове. После полудня над островом снова появились самолеты – но на этот раз итальянские бомбардировщики. Они сбросили несколько бомб по зданиям в районе порта Корфу. Одна бомба попала в здание Национального Банка Греции, пробила бетонный пол и взорвалась в подвале, который использовался как бомбоубежище. 18 человек было убито и 25 ранено. В других районах города было убито 3 человека и 5 ранено.

Бомбардировщик «Фиат» BR .20 M из 3-й эскадрильи 43-й группы 13-го бомбардировочного полка над горами в районе между Аргирокастроном и Яниной. Пулеметная установка под фюзеляжем в выдвинутом положении.

Когда новости об этой атаке достигли Афин, было приказано немедленно провести ответный налет на Валону, эта задача была поставлена 211-й эскадрилье RAF. Однако по случаю Рождества все пилоты были в отпуске, и с трудом удалось набрать пять экипажей. Один из наблюдателей, пайлот-офицер Эрик Бевингтон-Смит, вспоминал:

«Мы собрали пять экипажей и вылетели на Валону. Погода была ужасной, нижняя кромка облачности опустилась ниже 2000 футов, и мы летели вдоль Коринфского залива и дальше на Валону, кромка облачности проходила по высоте 1700 футов… Мы с трудом проскользнули под ней, потом снова вошли в облака. Нам повезло выйти из облаков над Валоной, и мы сбросили бомбы. Зенитчики еще не проснулись, поэтому мы снизились и прошли над портом. Когда мы были на высоте 500 футов, то заметили, как в порт заходят итальянский крейсер и эсминец. Мы спикировали на корабли и обстреляли их из носовых пулеметов, а когда выходили из пике, их обстреляли наши хвостовые стрелки. Зенитчики начали стрелять лишь когда мы были уже в двух милях от порта, и нам оставалось только изменить курс к югу. Похоже, итальянские моряки считали, что при заходе в собственный порт они будут в полной безопасности».

В результате этого налета на аэродроме Валоны был уничтожен один истребитель CR.42 и еще два получили повреждения. Итальянские зенитчики заявили об одном вероятно сбитом «Бленхейме».

«Бленхейм» Mk I из 84-й эскадрильи RAF , сбитый итальянскими истребителями в районе Деволи.

Остаток дня Рождества прошел достаточно спокойно. На следующий день (26 декабря) пять истребителей CR.42 из 150-й группы под командованием капитана Луиджи Корсини сообщили о перехвате восьми «Бленхеймов» над Дукати и заявили о двух сбитых. По британским данным в тот день части RAF на греческом фронте боев не вели и потерь не имели, по греческим ВВС сведения о боях и потерях в тот день отсутствуют, поэтому с кем в точности вели бой итальянские истребители, так и не установлено. Следующий воздушный бой после Рождества между британскими и итальянскими самолетами по документам произошел лишь 29 декабря. В тот день рано утром три «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF направились в налет на Валону с целью разведки и бомбового удара по порту, где разгружались итальянские транспорты с подкреплениями. «Бленхеймы» едва успели сбросить бомбы на порт, когда их атаковали три CR.42 и один G.50bis, который пилотировал сержант Арриго Дзоли из 154-й группы. Он смог подбить «Бленхейм» К7104 флайт-лейтенанта Карда (канадец), левый двигатель которого загорелся.

«Бленхейм» Карда упал в море, экипаж выпрыгнул на парашютах, но спасти удалось только одного человека. Сержант Дзоли после этого атаковал два других «Бленхейма» и заявил об одном сбитом и другом вероятно сбитом. «Бленхейм» L6677 пайлот-офицера Крокетта был серьезно поврежден, но смог вернуться в Элефсис, где совершил посадку на брюхо. «Бленхейм» сержанта Оуэна получил попадания в топливные баки, крылья и фюзеляж, но также смог вернуться на базу.

Немного позже в тот же день 28 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка бомбили цели над фронтом, где их пытались перехватить девять «Гладиаторов» греческой 21-й истребительной эскадрильи. Стрелки итальянских бомбардировщиков заявили об одном вероятно сбитом «Гладиаторе».

Эти «Гладиаторы» на тот момент оказались фактически единственными греческими истребителями, способными действовать достаточно оперативно. Несколько раньше в декабре греческие 22-я и 23-я эскадрильи, вооруженные истребителями PZL P.24, были перебазированы в Птолемаиду, ближе к штабу греческого 3-го армейского корпуса, там же разместился штаб подполковника Келайдеса, командующего греческой истребительной авиацией. Аэродром в Птолемаиде оказался весьма плохо подготовлен, и самолеты с него могли действовать лишь с большим трудом. В период дождей аэродром периодически затоплялся, но после 15 декабря пошел снег и началось резкое похолодание, весь аэродром покрылся льдом. Возникла серьезная опасность, что истребители, прикованные к земле погодными условиями, могут стать жертвой бомбовых и штурмовых ударов итальянской авиации. Улучшения погоды все не происходило, и истребители пришлось разобрать и на грузовиках перевезти на ж. д. станцию Аминдеон, откуда поездом их доставили в Салоники. Вся эта операция заняла лишь четыре дня – с 26 по 30 декабря, и все истребители были снова готовы к боевым действиям. Похожие условия были на аэродроме Ниамата между Волосом и Альмиросом, где базировалась греческая 31-я эскадрилья, но ее «Потэ-63» все же смогли взлететь и перебазироваться в Лариссу.

Рано утром 30 декабря пять истребителей «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF направились на патрулирование над районом Превеза – Левкас. Прибыв в указанный район, британские самолеты разделились на две группы, в одной три, в другой два «Бленхейма». В последней паре оказался самолет командира эскадрильи Шэннона. Спустя примерно час после начала патрулирования стрелок Шэннона сержант Фред Голдинг заметил внизу гидросамолет «Кант» Z.506B. Это был «Кант» лейтенанта Доменико Бацци из 190-й эскадрильи 86-й группы 35-го полка морских бомбардировщиков, выполнявший разведывательный полет над греческим побережьем. Шэннон атаковал его с пикирования, стреляя из носовых пулеметов, и сделал несколько заходов, пока не израсходовал все боеприпасы. К атаке присоединился «Бленхейм» флайн-офицера Ричардсона (канадец), атакуя гидросамолет сверху и снизу, чтобы позволить стрелку дать несколько очередей. Шэннон тоже зашел снизу, чтобы позволить Голдингу вести огонь, но стрелок был тяжело ранен в колено разрывной пулей из надфюзеляжного пулемета Z.506B. Шэннон прервал бой и направился на базу, однако заметив тяжелое состояние Голдинга, приземлился в Агринионе, чтобы стрелку была быстрее оказана помощь. Хотя медики прибыли через несколько минут, Голдинг уже был без сознания и вскоре умер от потери крови. Тем временем Ричардсон видел, как поврежденный «Кант» упал в море. Двое членов его экипажа стояли на крыле и махали носовыми платками, еще три или четыре члена экипажа, вероятно раненых, лежали на крыле. Ричардсон сбросил им спасательную надувную лодку и вернулся на базу. Позже стало известно, что итальянцев подобрал греческий военный корабль.

В 9:35 тем же утром в Лариссе была объявлена воздушная тревога, но вражеских самолетов не было замечено. В 10:20 был объявлен отбой воздушной тревоги, но спустя 20 минут показались итальянские бомбардировщики. Три «Гладиатора» из 80-й эскадрильи RAF взлетели на перехват, но одному вскоре пришлось вернуться из-за неполадок с давлением масла в двигателе. В 11:15 снова были замечены вражеские самолеты, направлявшиеся с северо-востока, и 10 «Гладиаторам» из отряда, базировавшегося в Афинах, и патрулировавшим в тот момент над районом, был сигналом передан приказ продолжать патрулирование в поисках противника. Флайн-офицер Каллен сообщил, что заметил трехмоторный самолет над морем к западу от полуострова Кассандра и опознал его как «Савойю» S.81. Каллен атаковал противника и позже доложил, что один двигатель «Савойи» загорелся, и она упала в море. Предполагалось, что это был S.81 из 38-го бомбардировочного полка. По итальянским данным в тот день был атакован «Гладиаторами» и получил повреждения только «Фиат» BR.20 из 37-го бомбардировочного полка. Вероятно, его атаковали греческие «Гладиаторы», а не британские.

Бомбардировщик «Фиат» BR .20 M из 276-й эскадрильи 116-й группы 37-го бомбардировочного полка

В тот же день два разведчика «Потэ-25» из греческой 4-й эскадрильи, базировавшейся в Корице, выполняли разведывательный полет, из которого один разведчик не вернулся. По греческим данным он был сбит над Эльбасаном истребителями «Макки», но с итальянской стороны сведений об этом не обнаружено. Также греки потеряли два «Бленхейма» Mk IV из 32-й эскадрильи; один был сбит, выполняя вылет в секторе 2-й армии, его перехватили два CR.42 из 363-й эскадрильи, которые пилотировали лейтенант ди Робилант и сержант Энрико Микели. Итальянцы сообщили, что «Бленхейм» упал поблизости от Валоны, его пилот капитан Клеантес Хациоанну и его экипаж погибли. Другой «Бленхейм», который пилотировал командир 32-й эскадрильи EVA подполковник Орфанидис, разбился рядом со своим аэродромом в Казакларе, весь экипаж погиб, предположительно в результате несчастного случая. Другие пилоты истребителей итальянской 154-й группы сообщали, что видели в тот день над фронтом девять «Бленхеймов», но догнать их не смогли.

В последний день 1940 г. девять «Бленхеймов» из 211-й эскадрильи RAF нанесли удар по итальянским складам к югу от Валоны. Их перехватили три CR.42 и один G.50bis (лейтенанта Джулиано Фиссоре) из 154-й группы. И снова догнать «Бленхеймы» смог только моноплан, лейтенант Фиссоре атаковал бомбардировщик L1540 сержанта С. Беннета. Левый двигатель «Бленхейма» загорелся, и самолет упал в море, весь экипаж погиб.

Так окончился 1940 год, и два месяца тяжелых боев для небольшого контингента RAF и их греческих союзников.

К концу 1940 г. итальянские истребители нанесли большие потери «Бленхеймам» RAF . Это обгоревшие обломки «Бленхейма», сбитого над Албанией (Н. Малиция)

ГЛАВА 3

Весенние бои

Новый 1941 год фронт в Албании встретил в состоянии затишья. Погода резко ухудшилась, вследствие чего активные действия на земле оказались серьезно затруднены, а воздухе практически невозможны. Греческие войска были серьезно истощены в ходе контрнаступления, и по-прежнему испытывали сильную нехватку транспорта, зимнего обмундирования, противотанковой и зенитной артиллерии. Большая часть греческих войск и почти все ВВС были задействованы на фронте, границу с Болгарией охраняли только четыре ослабленные дивизии. Между тем предполагалось, что при возникновении угрозы с этого направления для обороны восточной Македонии и Салоник потребуется еще не менее девяти дивизий с соответствующей поддержкой ВВС. Однако греческое правительство опасалось спровоцировать Германию, и британские сухопутные войска могли высадиться в Греции лишь в том случае, если немецкая армия перейдет Дунай и войдет в Болгарию. Британские ВВС также должны были действовать только на западе и юге, и не могли базироваться в районе Салоник. Но в рамках этих ограничений новые подкрепления британской авиации в Греции были крайне необходимы, их прибытие позволило бы греческим ВВС сосредоточиться в районе Салоник и восстановить боеспособность. Поэтому в январе британское командование намеревалось направить в Грецию еще две эскадрильи – одну эскадрилью истребителей и одну бомбардировщиков, одновременно планируя захватить Додеканезские острова, принадлежавшие итальянцам (в частности о. Родос), с целью обеспечить господство в Эгейском море и восточном Средиземноморье.

Угроза вмешательства Германии становилась все более реальной, в начале января 1941 г. Гитлер решил направить подкрепления в Албанию для помощи итальянцам, эта операция планировалась под кодовым названием Alpenweilchen. Но остановка греческого наступления и усиление итальянских войск в Албании в феврале позволили отменить подготовку к этой операции, когда стало ясно, что итальянские войска прочно удерживают фронт.

В начале января в Албании шли продолжительные дожди, аэродромы сильно затопляло, и действия авиации были серьезно затруднены, боевые вылеты выполнялись редко. Однако в начале месяца произошло несколько событий и организационных перемен, так или иначе повлиявших на численность и положение частей авиации на фронте. 1 января 23-я эскадрилья греческих ВВС была перебазирована в Салоники, откуда ее истребители PZL P.24 должны были действовать в восточном секторе над фронтом греческой 3-й армии, используя базу в Корице как передовой аэродром для дозаправки. Тем временем 22-я эскадрилья EVA перебазировалась в Янину. В 211-й эскадрилье RAF начало 1941 года было отмечено несчастным случаем. Пришли сведения, что командир эскадрильи Гордон-Финлейсон награжден Крестом за летные боевые заслуги (DFC). Кроме того, на канун Нового Года приходился день рождения флайт-лейтенанта Джонса. Имея такую тройную причину для празднования, офицеры эскадрильи устроили праздничный ужин в ресторане «Максим» в Афинах, но при возвращении один автомобиль с офицерами врезался в дерево. Офицер по техническому обслуживанию флайт-лейтенант Барретт погиб от полученных травм, Гордон-Финлейсон, Джонс и пайлот-офицер Пирсон получили травмы, к счастью, не тяжелые. Эскадрилья была одним из немногих подразделений, продолжавших в то время активные действия – 8 «Бленхеймов» 2 января бомбили Эльбасан, а два дня спустя 9 «Бленхеймов» нанесли удар по целям на фронте.

Ветеран обороны Мальты флайт-лейтенант Вудс, (в центре) награжденный Крестом за летные боевые заслуги, прибыл, чтобы принять командование одним из звеньев 80-й эскадрильи RAF в марте 1941. Слева от него флайн-офицер Грэм.

К этому времени в Грецию были доставлены для пополнения новые истребители «Гладиатор», и четыре машины были переданы 80-й эскадрилье RAF взамен потерянных. Один из этих «Гладиаторов» пилотировал флайт-лейтенант Вудс, герой обороны Мальты, награжденный Крестом за летные боевые заслуги, и имевший на счету пять побед. В 80-й эскадрилье он был назначен командиром одного из звеньев. Также в эскадрилью был назначен пайлот-офицер Элдон Троллип (родезиец), ранее лечившийся от желтухи в госпитале в Афинах. Несколько дней спустя в Мениди и Элефсис прибыли девять «Веллингтонов» 70-й эскадрильи RAF под командованием винг-коммандера Уэбба. Кроме того, в Грецию прибыли в качестве военных наблюдателей два офицера ВВС армии США, полковник Бауэр и майор Кроу. Оба они в последующие несколько месяцев участвовали как наблюдатели в боевых вылетах на «Бленхеймах» и «Веллингтонах» RAF.

Пайлот-офицер Элдон Троллип, 80-я эскадрилья RAF

Первый воздушный бой в новом году произошел 6 января, когда погода позволила действовать более активно. Девять «Бленхеймов» 211-й эскадрильи RAF в 09:40 нанесли удар по Валоне, сбросив бомбы на порт с высоты 4000 футов. На их перехват взлетели CR.42 из 150-й группы и G.50bis из 154-й группы. Истребители атаковали «Бленхеймы» когда те уже отбомбились. Лейтенант Ливио Басси и еще два пилота 154-й группы претендовали на один «Бленхейм» (разделив эту победу между собой), после этого Басси атаковал и сбил второй «Бленхейм» (L1487 флайн-офицера Р. Кэмпбелла). Бомбардировщик Кэмпбелла получил множество пробоин, его стрелок сержант Эппльярд был дважды ранен в голову, когда «Бленхейм» упал в море, Кэмпбелл получил перелом ноги. Несмотря на ранения и травмы все три члена экипажа остались живы и смогли выбраться из самолета, хотя в море их отнесло далеко друг от друга. Басси, вместо того, чтобы преследовать оставшиеся «Бленхеймы», передал сигнал о терпящих бедствие на итальянский эсминец, который подобрал из воды наблюдателя сержанта Бихаррела. Кэмпбелл и Эппльярд смогли подплыть к берегу и выбраться на сушу, хотя это было очень тяжело из-за ранений и обрывистой береговой линии. Позже, около полуночи, итальянцы нашли их и взяли в плен.

Бомбардировщик «Бленхейм» Mk I из 211-й эскадрильи RAF заходит на посадку на греческий аэродром

Тем временем пилоты CR.42 продолжали преследовать бомбардировщики, и по возвращении заявили о еще четырех сбитых «Бленхеймах». Три из них были засчитаны сержанту Освальдо Бартолаччини и один – младшему лейтенанту Паскуале Фальтони. «Бленхейм» L1542 сержанта Дж. Маршалла получил повреждения хвостовой части (по сведениям британцев – от зенитного огня), когда его атаковал CR.42, стрелок сержант Билл Бэрд отогнал истребитель огнем своего пулемета, позже сообщив, что из двигателя «Фиата» шел дым от попаданий. «Бленхейм» L8536 флайн-офицера Л. Делани получил тяжелые повреждения, его стрелок сержант МакКорд сообщил о вероятно сбитом истребителе «Макки». На обратном пути у самолета Делани заглох левый двигатель, но он еще держался в воздухе, сопровождаемый «Бленхеймом» флайт-лейтенанта Даудни, так же тяжело поврежденным. Недалеко от греко-албанской границы Делани сигналом показал, что его самолет падает. Он попытался посадить «Бленхейм» на брюхо, но при посадке самолет врезался в валуны и перевернулся, весь экипаж погиб. Даудни почти смог дотянуть до Мениди, но ему пришлось совершить аварийную посадку недалеко от базы. Еще два «Бленхейма» также получили повреждения, флайн-офицер Бьюкенен смог дотянуть до Мениди, а пайлот-офицер Кокс приземлился в Элефсисе для ремонта. Таким образом, потери британцев были следующими: один «Бленхейм» сбит над целью, два серьезно повреждены и разбились при возвращении (один из них полностью разрушен), еще два поврежденных «Бленхейма» смогли вернуться на свои аэродромы. Итальянцы же претендовали в этом бою на шесть сбитых «Бленхеймов» и один поврежденный.

В тот же день греческий разведчик «Хеншель» Hs-126 (номер Е33) из 3-й эскадрильи EVA, действовавшей над фронтом в районе Поградеца, когда позволяла погода, был сбит зенитным огнем. Экипаж (майор Деметриус Далиацис и капитан Спиридон Нанопулос) погиб.

Два дня спустя, 8 января группа бомбардировщиков Z.1007bis над фронтом в районе Остраво была атакована греческими истребителями PZL из 22-й эскадрильи. По греческим данным капитану Г. Фанургакису был засчитан один сбитый бомбардировщик, хотя в этом бою ни один самолет не был сбит. Стрелки итальянских бомбардировщиков претендовали на один сбитый PZL. Позже тем же днем девять CR.42 из 154-й группы, сопровождавшие разведчик Ro.37bis из 72-й группы над районом Клисуры, вступили в бой с греческими «Гладиаторами» из 21-й эскадрильи и PZL P.24 из 22-й эскадрильи EVA. Каждая из греческих эскадрилий претендовала на один сбитый «Фиат», в частности, одна победа была засчитана капитану А. Андониу, командиру 22-й эскадрильи. Итальянцы претендовали на пять сбитых «Гладиаторов». Фактически же, насколько известно, и в этом бою ни одна сторона не понесла потерь.

Греки разбирают для перевозки два брошенных итальянцами поврежденных разведчика «Меридионали» Ro .37 bis на недавно захваченном аэродроме Корица, январь 1941. На заднем плане разбитый транспортный S .73 (номер 606-7, бывший I - LODI )

Ухудшение погоды снова не позволило активно действовать до 12 января, когда 24 истребителя «Фиат» CR.42 из 150-й и 160-й групп вылетели для штурмовки различных неплановых целей за линией фронта, таких как караваны мулов. «Фиат» лейтенанта Франческо Гатти из 150-й группы был сбит зенитным огнем. Над Лариссой погода также несколько улучшилась, и 80-й эскадрилье RAF после полудня было приказано перелететь в Янину. Из-за плохой видимости британским пилотам не удалось найти путь над горами, но в любом случае аэродром в Янине был на тот момент непригоден для базирования. На следующий день стало невозможно действовать и с аэродрома Лариссы, потому что ночью выпал сильный снег. Снег продолжался, иногда сменяясь дождем, пять или шесть дней. Особенно погода ухудшилась 17 и 18 января, когда непрерывный дождь и буря сделали действия авиации совершенно невозможными.

Однако, в ожидании прибытия новых подкреплений британской авиации, 80-й эскадрилье RAF было приказано при первой возможности покинуть Лариссу и перебазироваться в Янину. Наземный персонал выехал в Янину прямым маршрутом на грузовиках, но по пути столкнулся с большими трудностями. Дороги были практически непроходимы, а ночью температура опускалась до 32 оF. В конце концов, грузовики были вынуждены вернуться в Лариссу и ехать в Янину более долгим южным путем, через Лариссу, Агринион и Арту. Тем временем 14 января сержант Грегори смог перелететь на своем «Гладиаторе» на новую базу. Спустя еще два дня за ним последовали еще девять «Гладиаторов», и еще три истребителя перелетели в Янину 19 января.

Пилоты 21-й эскадрильи EVA после перевооружения эскадрильи на «Гладиаторы», предоставленные RAF , в конце 1940 г. На заднем плане – один из этих «Гладиаторов»

Одним из наиболее пострадавших от ухудшения погоды аэродромов был аэродром в Каламбаке в Центральной Греции, где базировались «Гладиаторы» 21-й эскадрильи EVA. Когда эскадрилья получила приказ перелететь в Элефсис для прикрытия ожидавшегося конвоя, наземный персонал не смог своими силами очистить от снега взлетную полосу. Капитан Йон Келлас, командир 21-й эскадрильи, обратился за помощью к местным жителям, и на его обращение откликнулись около 200 стариков, женщин и детей. Упорно работая, они смогли очистить аэродром достаточно, чтобы эскадрилья смогла взлететь. После этого греческая истребительная авиация начала сосредотачиваться на аэродромах Македонии. 21-я эскадрилья вернулась из Элефсиса в Птолемаиду, а 22-я перебазировалась в Салоники, заменив там 23-ю, которая была отведена в Лариссу на переформирование. 24-я эскадрилья EVA, вооруженная истребителями французского производства МВ.151 и ранее обеспечивавшая ПВО Афин, была также перебазирована в Салоники.

Пилоты 24-й эскадрильи EVA на фоне одного из своих истребителей «Марсель-Блок» МВ.151 на полевом аэродроме, начало 1941

Истребитель МВ.151 24-й истребительной эскадрильи EVA

В составе сил Regia Aeronautica в Албании также произошли некоторые перемены. 5 января в Деволи из Италии прибыла 5-я группа OA (31-я и 39-я разведывательные эскадрильи), вооруженная самолетами Ro.37bis. На следующий день 154-я отдельная истребительная группа и 394-я истребительная эскадрилья были перебазированы из Берата в Деволи. 20 января бомбардировщики S.79 из 105-й бомбардировочной группы покинули Албанию и вернулись в Италию, войдя в состав сил 4-й воздушной эскадры (так с 1 января 1941 была переименована 4-я воздушная территориальная зона). 41-я бомбардировочная группа также вернулась в Италию для перевооружения на торпедоносцы. В 35-м полку морских бомбардировщиков 95-я группа сменила свои гидросамолеты Z.506B на бомбардировщики Z.1007bis, но 86-я группа пока по-прежнему была вооружена старыми Z.506B. 30 января 96-я группа пикировщиков, вооруженная «Юнкерсами» Ju-87, была направлена из Албании в Ливию для поддержки армии маршала Грациани, оказавшейся к тому времени в тяжелом положении.

Утром 20 января пять «Бленхеймов» 211-й эскадрильи RAF направились снова бомбить Валону. Когда «Бленхеймы» сбросили бомбы, их атаковали четыре CR.42 из 150-й группы. Младший лейтенант Эрнани Лоддо заявил об одном сбитом бомбардировщике, в действительности же два «Бленхейма» только получили повреждения. Все пять «Бленхеймов» возвращались на базу, когда в десяти милях к югу от острова Корфу они обнаружили гидросамолет «Кант» Z.506B из 35-го полка морских бомбардировщиков. «Бленхейм» L1490 флайн-офицера Бьюкенена атаковал противника и, сблизившись до 75 ярдов, нанес итальянскому гидросамолету серьезные повреждения, ответным огнем был поврежден один двигатель «Бленхейма». По возвращении стрелки Z.506B заявили об одном сбитом «Бленхейме» и одном вероятно сбитом.

Часть «Гладиаторов» 80-й эскадрильи RAF по-прежнему оставалась в Элефсисе, обеспечивая ПВО Афин. В тот же день 20 января в 12:20 были замечены приближавшиеся с запада к Афинам итальянские бомбардировщики, и три «Гладиатора» получили приказ взлетать для патрулирования над Пиреем. Две минуты спустя были подняты в воздух еще два «Гладиатора» и два истребителя «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF. В 13:30 над Афинами появились четыре бомбардировщика «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка и сбросили бомбы с высоты 13 000 футов, избежав встречи с истребителями. «Гладиаторы» патрулировали на высоте 10 000 футов и не успевали догнать бомбардировщики, хотя долго преследовали их. К тому времени, когда над городом появилась вторая группа итальянских бомбардировщиков, «Гладиаторы» набрали высоту до 15 000 футов и находились в хорошей позиции для перехвата, и выполнили фронтальную атаку, когда Z.1007bis повернули к цели. После этого пайлот-офицер Стакки, оторвавшись от других истребителей, самостоятельно атаковал один бомбардировщик, подойдя на очень близкую дистанцию. Его «Гладиатор» К7902 был поврежден ответным огнем, и, выйдя из боя, Стакки попытался посадить истребитель на недавно построенном аэродроме в Хассани к югу от Афин. Когда он заходил на посадку, на его пути оказался другой самолет, и Стакки зашел на второй круг. Но когда он пролетал над ангарами, топливный бак его «Гладиатора» внезапно вспыхнул. Охваченный огнем истребитель сразу же упал на землю, Стакки погиб.

Тем временем флайт-лейтенант Вудс атаковал тот же бомбардировщик, вероятно, уже поврежденный огнем Стакки, его атаку поддержал «Бленхейм» Mk IF флайт-сержанта Д. Иннес-Смита. Внезапно большой трехмоторный «Кант» загорелся, четыре члена его экипажа выпрыгнули на парашютах. Итальянский самолет упал в море в 10 милях к югу от Афин, взорвавшись при ударе о воду. Другие четыре итальянских бомбардировщика из этой группы получили повреждения в этом бою.

211-я эскадрилья RAF снова активно действовала 22 января. Командир эскадрильи Гордон-Финлейсон повел шесть «Бленхеймов» на разведку и поиск целей в районе дороги Клисура-Берат. Над Бератом «Бленхеймы» нанесли бомбовый удар по зданиям с высоты 6500 футов, после этого британцев атаковали два «Фиата» G.50bis из 154-й группы. Они преследовали «Бленхеймы» около 10 минут и заявили об одном сбитом бомбардировщике. Фактически их огнем были повреждены четыре «Бленхейма», на самолете флайн-офицера Годфри от попадания пули загорелась сигнальная ракета, возникла опасность, что пожар охватит весь самолет, и экипаж уже приготовился покинуть машину, но пожар удалось потушить, и «Бленхейм» Годфри смог вернуться на базу.

«Фиат» G .50 bis из 154-й отдельной истребительной группы

Пайлот-офицер Бевингтон-Смит, наблюдатель на «Бленхейме» L1528 пайлот-офицера Кокса, вспоминал:

«Истребители атаковали нас над целью, и мы ушли в облака, хотя при этом разделились. Назад мы летели одни, и когда были уже к югу от Корфу, Кокс передал мне управление, а сам задремал на моем сиденье наблюдателя. Когда я посмотрел на приборы, то подумал, что что-то не так, и разбудил Кокса (давление масла было на нуле, и масло сильно перегрелось). Я еще никогда не видел, чтобы Кокс так суетился! Когда он взял управление, наш правый мотор начал сильно дымить, и пришлось его выключить. Кокс решил садиться в Араксосе, в северо-западной части Пелопоннеса… Мы выпустили красные сигнальные ракеты, с земли тоже ответили красными ракетами, предупреждая, что садиться нельзя, но у нас уже не было выбора. Мы зашли на посадку на недостроенный аэродром, и как только коснулись полосы, правый мотор загорелся. Кокс приказал открыть люки и приготовиться покинуть самолет. Я отстегнул привязной ремень, но в этот момент наш «Бленхейм» сошел с полосы, колеса увязли в земле, и самолет встал на нос. От удара меня бросило вперед, я ударился лицом о бомбовый прицел и потерял четыре передних зуба».

Три британских летчика на крестьянской повозке доехали до Патраса, где связались с консулом США. Консул сообщил им, что поезда до Афин не будет еще четыре или пять дней, поэтому британцы пошли в порт и наняли лодку, доставившую их до Пирея.

Тем временем в Грецию прибывали новые подкрепления RAF. Самолеты 11-й эскадрильи прибыли в Элефсис 23 января, в составе шести «Бленхеймов» Mk I и шести «Бленхеймов» Mk IV, под командованием командира эскадрильи Стивенса. Когда пять дней спустя прибыла команда наземного обслуживания, 11-я эскадрилья RAF перебазировалась в Лариссу и приступила к боевым операциям. В тот же день прибыло звено «А» 112-й эскадрильи RAF – девять «Гладиаторов», командир эскадрильи Браун, и транспортный «Бомбей» из 216-й эскадрильи, перевозивший предметы снабжения. Наземный персонал был перевезен морским путем, через несколько дней прибыло звено «В», которым командовал флайт-лейтенант Чарльз Фрай, австралиец. Звеном «А» командовал флайт-лейтенант Ллойд Шваб, канадец, имевший на счету четыре победы, одержанных в Африке.

Транспортные самолеты «Бристоль Бомбей» из 216-й эскадрильи RAF совершали регулярные рейсы в Грецию. На фото один из «Бомбеев» на подлете к Афинам.

25 января итальянские бомбардировщики 4-й воздушной эскадры возобновили удары по Салоникам, где с ними вступили в бой греческие истребители. Десять трехмоторных «Кант» Z.1007bis из 50-й отдельной группы, бомбившие город, были перехвачены истребителями 21-й и 22-й эскадрилий EVA. Греки заявили о двух сбитых бомбардировщиках, один был засчитан капитану Андониу из 22-й эскадрильи, другой – одному из пилотов «Гладиаторов». Итальянцы признали сбитым только один Z.1007bis (по их данным – сбит зенитным огнем), второй бомбардировщик получил повреждения в бою с истребителями, но смог вернуться на базу. Двухмоторные «Фиат» BR.20 из 37-го бомбардировочного полка в тот день также действовали над Грецией, и в районе Клисуры были перехвачены «Гладиаторами» и PZL P.24. Стрелки бомбардировщиков заявили об одном сбитом PZL. Греки, в свою очередь, заявили о двух сбитых BR.20, один был засчитан пилотам 23-й эскадрильи, второй – капитану Г. Дукасу из 22-й эскадрильи. В действительности два BR.20 получили повреждения, один совершил вынужденную посадку в районе Берата, другой смог вернуться на свою базу в Лечче с тремя ранеными членами экипажа.

После полудня три «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF вылетели бомбить цели в Албании, но в 15:05 их перехватили шесть истребителей G.50bis – часть группировки из 14 G.50bis и 20 CR.42, патрулировавших над основными итальянскими базами в Албании. «Бленхейм» L8443 сержанта Л. Стаммерса был атакован несколько раз, стрелок сержант Эйкройд был ранен в руку, кисть руки и живот. Несмотря на тяжелые ранения, он продолжал стрелять из пулемета, пока итальянские истребители не прекратили атаки. Наблюдатель также был ранен в ногу. Пилоты G.50bis заявили об одном вероятно сбитом бомбардировщике, но, хотя еще один «Бленхейм» также получил серьезные повреждения, все три смогли вернуться в Элефсис. Командование 30-й эскадрильей принял командир эскадрильи Р. Милуорд, ранее командовавший звеном «Бленхеймов» в составе 39-й эскадрильи RAF в Адене.

В период с 21 по 26 января плохая погода продолжала ограничивать действия авиации, но 27 января отряд из девяти «Гладиаторов» 80-й эскадрильи RAF перелетел из Элефсиса в Янину, присоединившись к остальной части эскадрильи. Их место в ПВО Афин заняла 112-я эскадрилья RAF, которая провела первое патрулирование над Афинами тогда же 27 января. К 1 февраля эскадрилья была полностью готова к боевым действиям.

Итальянские бомбардировщики «Кант» Z .1007 bis (с двумя килями) из 191-й эскадрильи 86-й группы 35-го бомбардировочного полка над Грецией

Усиленная 80-я эскадрилья RAF приступила к активным действиям 28 января, командир эскадрильи Джонс повел 15 «Гладиаторов» на патрулирование над районом между Клисурой и Премети. В 14:20 британцы заметили четыре бомбардировщика «Фиат» BR.20 (из 37-го полка) и пять «Кант» Z.1007bis (из 35-го полка). Звено «Гладиаторов» флайт-лейтенанта Пэттла (Пэттл, сержант Кэсболт и пайлот-офицер Троллип) атаковало один из последних бомбардировщиков. Z.1007bis загорелся и упал, только двое членов экипажа смогли выпрыгнуть на парашютах. После этого Кэсболт атаковал второй «Кант», а Пэттл и Троллип атаковали один из BR.20. Последний ушел со снижением и дымом из правого двигателя, поэтому британцы посчитали его вероятно сбитым. Флайн-офицер Каллен также доложил об одном сбитом Z.1007bis, который загорелся и взорвался в воздухе, но так как в действительности итальянцы потеряли только один бомбардировщик, вероятно, Каллен атаковал тот же «Кант», что и звено Пэттла. Еще один Z.1007bis был поврежден и вернулся с тремя ранеными членами экипажа – вероятно, это был бомбардировщик, атакованный Кэсболтом. Позже после полудня греческие власти сообщили, что в том районе упал еще один итальянский самолет. Вероятно, это был истребитель G.50bis сержанта Томмазо Пачини из 355-й эскадрильи, сопровождавший бомбардировщики над районом Корицы и не вернувшийся из вылета. Считается, что он был сбит зенитным огнем.

Флайн-офицер Р. Н. Каллен из 80-й эскадрильи RAF в гостях у армейских офицеров

После этого погода над центральной и южной Грецией снова ухудшилась, не позволяя вести активные действия, до 5 февраля. 31 января, несмотря на плохую погоду, флайт-лейтенант Пэттл повел шесть «Гладиаторов» в патрулирование над Корфу, но противника не обнаружил, а при возвращении истребитель флайт-лейтенанта Кеттлуэлла перевернулся при посадке и получил серьезные повреждения. В последние дни января пилоты 211-й эскадрильи RAF узнали, что флайт-лейтенант Грэм Джонс награжден Крестом за летные боевые заслуги (DFC), а погибший командир 80-й эскадрильи Хикки представлен к той же награде посмертно.

Плохая погода в феврале привела в начале месяца к нескольким несчастным случаям. 2 февраля один из недавно прибывших «Бленхеймов» (N3580) 11-й эскадрильи RAF совершил вынужденную посадку недалеко от Салоник. Еще один «Бленхейм» (Т2235) пропал без вести со всем экипажем при перелете из Элефсиса в Абу-Суэйр. Летающая лодка «Сандерленд» “U” L2166, патрулировавшая в прибрежной зоне, была атакована двумя итальянскими гидросамолетами «Кант» Z.506B, бой шел около шести минут. «Сандерленд» не получил повреждений, но его стрелки утверждали, что добились попаданий во вражеские самолеты.

Летающая лодка « Шорт Сандерленд» Mk I

Три «Бленхейма» 84-й эскадрильи 5 февраля в 07:15 вылетели бомбить склады в районе дороги Валона-Тепелена. По пути из-за низкой облачности «Бленхеймы» разделились и атаковали цели по отдельности. На обратном пути у «Бленхейма» L1392 флайт-лейтенанта Тоугуда отказал левый двигатель, и при посадке бомбардировщик разбился на краю аэродрома Мениди, пилот погиб, но два других члена экипажа остались невредимы. На следующий день «Бленхейм» L1393 флайн-офицера Николсона из этой же эскадрильи в одиночку вылетел бомбить цели в районе Тепелены. Погода снова сильно ухудшилась, и в условиях очень плохой видимости Николсон был вынужден совершить аварийную посадку в море недалеко от маленького острова в восточной оконечности Коринфского залива. Стрелок сержант Холлист погиб при посадке на воду, а наблюдатель пайлот-офицер Дэй утонул. Только Николсон смог надуть спасательную лодку и добраться до острова, откуда его эвакуировали в госпиталь.

По данным Regia Aeronautica итальянские бомбардировщики 8 февраля снова атаковали цели в Греции. Трехмоторные «Кант» Z.1007bis бомбили Каяццу, где вступили в бой с греческими истребителями. Стрелки бомбардировщиков заявили об одном сбитом «Гладиаторе» и одном PZL, еще один PZL считался вероятно сбитым. Один Z.1007bis был серьезно поврежден и разбился при посадке в Лечче, три члена его экипажа получили ранения. Другая группа бомбардировщиков была атакована истребителями PZL, один член экипажа был ранен. Также сообщается, что один S.79 был поврежден зенитным огнем. Греческих данных о потерях и действиях противника в тот день нет, и, вероятно, часть этих событий относится к следующему дню - 9 февраля.

Днем 8 февраля греческие 22-я и 23-я истребительные эскадрильи перебазировались на передовой аэродром в Парамитью в северо-восточной Греции, поблизости от Эпирского сектора фронта.

На следующий день в воздухе велись активные действия. В 10:30 командир эскадрильи Джонс повел с базы в Янине 14 «Гладиаторов» 80-й эскадрильи RAF в патрулирование над районом Тепелены. Истребитель флайн-офицера Прайс-Оуэна едва успел подняться в воздух, как у него отказал двигатель, и пришлось срочно снова садиться. Недалеко от Тепелены британцы заметили три бомбардировщика S.79, но итальянцы успели скрыться в облаках. После этого у «Гладиаторов» командира эскадрильи Джонса и флайн-офицера Ванклина Флауэра возникли неисправности с двигателями, и им пришлось возвращаться, командование принял флайт-лейтенант Пэттл. Незадолго до полудня были замечены пять истребителей «Фиат» CR.42, за которыми следовали другие, всего британцы насчитали 30-40 итальянских истребителей. В действительности их было 16, это были CR.42 из 150-й группы, командовал ими капитан Эдмондо Травальини. Итальянцы также переоценили силы противника, сообщив, что «Гладиаторов» было 20 (в действительности 11).

В районе между Тепеленой и Аргирокастроном развернулось множество индивидуальных воздушных боев. По данным британцев, Пэттл сбил один «Фиат», врезавшийся в землю на окраине Тепелены, флайн-офицер Каллен всадил четыре очереди в другой, и доложил, что этот «Фиат» врезался в склон холма. По возвращении эскадрилья претендовала на четыре сбитых «Фиата» и три вероятно сбитых. На следующий греческие власти сообщили, что итальянских самолетов сбито семь, и кроме Пэттла и Каллена победы были засчитаны флайт-лейтенанту Кеттлуэллу, пайлот-офицеру Вейлу, пайлот-офицеру Таллоку, сержанту Грегори и сержанту Кэсболту. Первоначальный подсчет был ближе к истине – в действительности было подбито четыре «Фиата»; из этого вылета не вернулись сержант Майоника и сержант Бароло, хотя последний, по словам очевидцев, успел выпрыгнуть на парашюте. Лейтенант Роветта был ранен и разбился при посадке на базе, а капитан Травальини совершил вынужденную посадку недалеко от Тираны. Итальянцы в свою очередь претендовали на четыре сбитых «Гладиатора» и девять поврежденных. В действительности же был сбит только «Гладиатор» N5811, его пилот флайн-офицер Хоскен был ранен в ногу и выпрыгнул на парашюте в районе Тепелены, когда истребитель потерял управление. Флайт-лейтенант Кеттлуэлл на «Гладиаторе» N5858 совершил вынужденную посадку в 50 милях к северу от Янины из-за неисправности с давлением масла, при этом истребитель не получил повреждений. Оба британских пилота с помощью греческих солдат вернулись в Янину.

Слева направо: флайн-офицер Даудинг, представитель греческой армии подполковник Алекс Мелас, уорент-офицер Кейси и флайт-лейтенант Кеттлуэлл, 80-я эскадрилья RAF

Когда «Гладиаторы» улетели, в 11:00 по Янине нанесли удар пять итальянских бомбардировщиков, которые греки идентифицировали как BR.20, хотя в действительности это были трехмоторные S.79 из 104-й группы. Их бомбы не попали по военным объектам, и пострадали только южные окраины города. В 16:00 итальянцы провели второй налет, на этот раз, по данным греков, в нем участвовали 15 бомбардировщиков в сопровождении 6 истребителей; и снова военные объекты не пострадали. Позже в тот же день еще 18 бомбардировщиков S.79 из 104-й группы вылетели бомбить цели в районе Клисура-Тепелена, их сопровождали 12 истребителей G.50bis из 24-й группы под командованием майора Эудженио Леотты и 12 CR.42 из 160-й группы под командованием лейтенанта Эдоардо Крейнца. С ними вступили в бой четыре греческих «Гладиатора» из 21-й эскадрильи EVA и восемь PZL P.24 из 22-й и 23-й эскадрилий.

После ряда ожесточенных и беспорядочных воздушных боев пилоты G.50bis претендовали на один сбитый «Гладиатор» и три PZL, а пилоты бипланов CR.42 на три «Гладиатора» и два PZL. В действительности, судя по данным греков, было подбито только три греческих истребителя; лейтенант Антонис Папаиоанну был тяжело ранен в обе ноги и совершил вынужденную посадку, после которой его «Гладиатор» не подлежал ремонту. Один PZL после попаданий в мотор также был полностью разбит при вынужденной посадке, хотя его пилот не пострадал. Еще один PZL вел бой с тремя итальянскими истребителями, его пилот сержант Йон Миропулос был ранен в бедро, но смог совершить вынужденную посадку на аэродроме Салоники/Седес.

Греки претендовали на шесть побед в этом бою. Капитан Келлас, командир 21-й эскадрильи, заявил о двух сбитых бомбардировщиках, сержант Дагулас из 22-й эскадрильи доложил об одном сбитом бомбардировщике. Младший лейтенант Анастасос Бардивилиас из 21-й эскадрильи заявил о двух сбитых истребителях, и еще на один сбитый истребитель претендовал лейтенант Митралексис из 22-й эскадрильи. В действительности итальянские истребители в том бою потерь не понесли, но некоторые из заявленных бомбардировщиков, вероятно, могли быть пикировщиками Ju-87 из 238-й эскадрильи Ba’T, действовавшей над фронтом в тот день. По данным итальянцев, шесть «Юнкерсов» были атакованы 20 греческими истребителями. Ju-87 младшего лейтенанта Луиджи де Региса был тяжело поврежден и совершил вынужденную посадку поблизости от Валоны, другой «Юнкерс» был поврежден, по сведениям итальянцев, зенитным огнем. Еще один итальянский бомбардировщик, заявленный греками как сбитый, вероятно, мог быть одним из тех, которые действовали над фронтом 8 февраля.

Бомбардировщики «Кант» Z.100bis из 47-го бомбардировочного полка и 50-й отдельной группы также в тот день действовали над Грецией и снова бомбили Салоники. Там, по сведениям итальянцев, их перехватили истребители «Бленхейм» и «Харрикейн», причем последние нанесли повреждения одному Z.1007bis. «Бленхеймы» RAF над Салониками не действовали, но возможно, что греческие «Бленхеймы» Mk IV из 32-й эскадрильи EVA могли вступить в бой с итальянскими бомбардировщиками. За «Харрикейны», несомненно, были приняты истребители MB.151 из 24-й эскадрильи EVA, действовавшие с аэродрома Седес. Сержант Е. Смирниотопулос из этой эскадрильи заявил об одном сбитом бомбардировщике.

В начале февраля в южной части Эгейского моря несколько раз были замечены итальянские подводные лодки, поэтому «Энсоны» из 13-й эскадрильи EVA получили задачу вести патрулирование в районе между Саронским заливом и Критом. 9 февраля «Энсон» N57 направился в патрульный вылет в плохую погоду, которая позже ухудшилась до шторма, и экипаж «Энсона» заблудился. В конце концов, когда горючее уже кончалось, они попытались совершить вынужденную посадку на равнине Мессара в южной части Крита. При заходе на посадку экипаж сбросил бомбы, но одна бомба застряла в бомбодержателе, и взорвалась, когда самолет коснулся земли. «Энсон» был полностью разрушен взрывом, пилот лейтенант Николаус Тубакарис и его штурман погибли, стрелок получил ранения.

После тяжелых боев вечером 9 февраля 80-я эскадрилья RAF получила подкрепления в виде пяти «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи вместе с их пилотами. Также тем вечером пилоты эскадрильи праздновали награждение флайт-лейтенанта Пэттла Крестом за летные боевые заслуги (DFC), личный счет Пэттла теперь был доведен до 15 сбитых. Командир эскадрильи Милуорд, командовавший 30-й эскадрильей RAF в Элефсисе, также получил Крест за летные боевые заслуги (за службу в Адене). Тогда же 9 февраля шесть «Бленхеймов» 211-й эскадрильи RAF присоединились к греческим истребителям PZL на аэродроме Парамитья. «Сказочная долина», как ее прозвали британцы, в последующие недели приобрела для них особую важность. Длиной около 10 миль, расположенная на высоте 3000 футов над уровнем моря и окруженная со всех сторон горами, достигающими высоты 6000 футов, в эту долину можно было попасть только по воздуху или по горным тропам – пешком или на мулах. Самолеты подходили к долине, следуя на малой высоте вдоль русла высохшей реки, тянувшегося на много миль, до разрыва в горной цепи. Этот разрыв был достаточно широким, чтобы самолет размером с «Веллингтон» можно было с осторожностью провести в него и посадить на аэродром, расположенный всего в получасе полета от фронта. Зданий на этой базе не было, только палатки, но благодаря этому итальянские разведчики, хотя и часто летавшие в том районе, долго не могли обнаружить аэродром, который «Бленхеймы» использовали как передовую посадочную площадку.

Итальянские бомбардировщики всех типов продолжили удары по Янине 10 февраля. Греческие и британские истребители пытались их перехватить, что имело следствием ряд довольно беспорядочных воздушных боев. Утром Янину бомбили три группы Z.1007bis из 47-го полка и пять «Савой» S.79 из 104-й группы, последних сопровождали истребители «Фиат» G.50bis из 154-й группы под командованием майора Леотты. Три греческих «Гладиатора» из 21-й эскадрильи EVA пытались перехватить «Савойи», но были немедленно атакованы «Фиатами». Майор Леотта заявил об одном сбитом, а его пилоты еще об одном (совместная победа). В действительности с греческой стороны был сбит и погиб лейтенант Бардивилиас. Экипажи пяти «Кантов» Z.1007bis (первыми бомбившие Янину) доложили, что их атаковали 10 «Гладиаторов», а также истребители «Кертисс» (вероятно, за них приняли МВ.151 с базы Седес). Стрелки бомбардировщиков заявили об одном сбитом истребителе, три «Канта» получили повреждения в бою с истребителями и от зенитного огня. Вторая группа из девяти Z.1007bis была атакована пятью «Гладиаторами», а третья встретила 8 «Гладиаторов» и PZL. Стрелки «Кантов» заявили о трех сбитых PZL. Двухмоторные BR.20 из 37-го полка (13 машин) также вели бой с истребителями PZL, итальянские стрелки заявили об одном сбитом истребителе. Один BR.20 получил повреждения и совершил вынужденную посадку в Валоне. Вероятно, об этом бомбардировщике пилоты 23-й эскадрильи EVA заявили как о сбитом.

Три «Гладиатора» из 80-й эскадрильи RAF утром пытались атаковать группу из пяти Z.1007bis (вероятно, первая группа, атаковавшая Янину), но не успели набрать достаточную высоту для эффективной атаки. Тем не менее, по утверждениям британцев, их огонь поразил два бомбардировщика, флайт-лейтенант Пэттл заявил об одном поврежденном Z.1007bis. Во время этих утренних налетов итальянские бомбы попали в западную и северную части аэродрома, но повреждения были минимальными, а потери включали только один разбитый штабной автомобиль.

После полудня воздушная тревога практически не прекращалась. Сначала Янину бомбили четыре S.79 из 104-й группы в сопровождении дюжины G.50bis из 154-й группы, пилоты «Фиатов» заявили об одном сбитом «Гладиаторе». После этого атаковали 10 «Кантов» Z.1007bis из 47-го полка. Экипажи бомбардировщиков сообщили, что их перехватили 10 «Гладиаторов» и 7 PZL, и заявили о четырех сбитых «Гладиаторах». Однако 7 «Кантов» в этом бою были повреждены, один из них серьезно, несколько членов экипажей бомбардировщиков ранены. 14 британских «Гладиаторов» (12 из 80-й эскадрильи RAF и еще 2 из 112-й) вели патрулирование, во время которого флайн-офицер Каллен погнался за группой из пяти трехмоторных бомбардировщиков, потом атаковал еще одну группу из пяти трехмоторных, идентифицировав их как S.79, и преследовал их до моря, заявив об одном сбитом. Еще одна группа бомбардировщиков, которые британцы приняли за BR.20 (хотя почти наверняка это были Z.1007bis из 47-го полка) были перехвачена тремя «Гладиаторами» (флайт-лейтенант Пэттл, флайт-лейтенант Вудс, сержант Кэсболт). Каждый из британских пилотов заявил об одном поврежденном бомбардировщике, пайлот-офицер Вейл заявил еще об одном сбитом, который по его словам упал в 15 милях к юго-западу от Янины. Не менее пяти групп итальянских бомбардировщиков после полудня атаковали аэродром в Янине, сбросив на базу и поблизости около 150 тяжелых бомб. Три «Гладиатора» 80-й эскадрильи RAF получили повреждения, один истребитель 21-й эскадрильи EVA был уничтожен на земле. Город пострадал гораздо серьезнее, много мирных жителей было убито и ранено.

При возвращении в Берат после сопровождения бомбардировщиков «Фиаты» G.50bis обнаружили одиночный «Потэ-63» из 31-й эскадрильи EVA и сбили его в районе Воскопулии. Пилот лейтенант Георг Ставратос погиб.

На следующее утро 11 февраля в 07:45 «Фиаты» CR.42 из 150-й группы (17 машин под командованием капитана Мариотти) в сопровождении 15 монопланов G.50bis из 154-й группы внезапно атаковали аэродром Янины, обстреляв его из пулеметов, и сбили один греческий «Гладиатор», пытавшийся взлететь. Три «Гладиатора» на земле получили повреждения. Итальянцы сильно преувеличили свой успех, заявив о двух сбитых в воздухе, трех уничтоженных на земле и еще 15 поврежденных. По сведениям греков, один CR.42 был поврежден зенитным огнем и разбился при возвращении, но фактически все итальянские истребители вернулись без потерь. После этого всю первую половину дня над аэродромом постоянно патрулировали 4-5 «Гладиаторов» RAF, но итальянские самолеты не появлялись до вечера.

Пикировщики «Юнкерс» Ju -87 B из 209-й эскадрильи 97-й отдельной группы Ba ’ T взлетают с аэродрома Лечче для удара по целям в Греции

Однако греческие зенитчики все же добились успеха в тот день, сбив над фронтом один «Юнкерс» Ju-87R из 238-й эскадрильи 97-й отдельной группы Ba’T. Экипаж пикировщика (старший сержант Ди Карло и рядовой 1-го класса Бинчелли) выпрыгнул на парашютах над итальянскими позициями. Еще один «Юнкерс» из 239-й эскадрильи был поврежден. В 22:45 при ясной погоде и лунном свете шесть «Фиатов» CR.42 повторили налет на Янину, около 20 минут обстреливая аэродром. Итальянцы заявили о шести поврежденных «Гладиаторах» и уничтоженном грузовике. Фактически же был поврежден только один истребитель.

Флайн-офицер Ричардсон и его стрелок-радист пайлот-офицер Киркмен из 30-й эскадрильи RAF позируют для фотографа Министерства Авиации на своем «Бленхейме» Mk IF

Командование обещало прислать для 80-й эскадрильи RAF 8 истребителей «Хоукер Харрикейн», и флайт-лейтенант Кеттлуэлл вылетел в Афины, чтобы быть готовым облетать новые истребители, когда они прибудут. На следующий день 9 «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF (командир эскадрильи Льюис) и три «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF (флайт-лейтенант Хорган) прибыли на базу Парамитья. К концу дня к ним присоединились 4 «Веллингтона» из 37-й эскадрильи RAF (ранее прибывшей в Мениди под командованием винг-коммандера Р. Колларда).

Греческие зенитчики снова добились успеха 12 февраля; один из 15 бомбардировщиков Z.1007bis (47-й полк), бомбивших Аргирокастрон, был ими сбит, только двое членов экипажа смогли выпрыгнуть на парашютах. Еще шесть Z.1007bis из 35-го полка бомбили Превезу, три из них были повреждены зенитным огнем. Также был поврежден один из пяти Ju-87 из 97-й группы. Греческие зенитчики после этих налетов заявили о четырех сбитых. Пилоты истребителей «Фиат» G.50bis из 24-й группы сообщили о сбитии самолета, приблизительно идентифицированного как «Хадсон», в районе гор Тобари – Мали Калойя. Что это был за самолет, в точности неизвестно, со стороны британских и греческих ВВС данных об этом нет.

Бомбардировщик «Кант» Z .1007 bis (с одним килем) из 231-й эскадрильи 95-й группы 35-го бомбардировочного полка над горами Эпира. На киле видна стилизованная буква «М» (Муссолини)

С наступлением темноты с аэродрома Парамитья взлетел один «Веллингтон» (T2822 «D», пилот сержант Джиллендерс) с целью бомбового удара по аэродрому Тираны. По возвращении экипаж доложил, что их бомбами подожжены четыре самолета. Фактически был уничтожен один S.81 и еще два получили повреждения, также были повреждены четыре связных самолета «Бреда» Ba.44. Еще три «Веллингтона» бомбили Дураццо, экипажи докладывали о пожарах в порту, но фактически ущерб противнику нанесен не был.

На следующее утро британские бомбардировщики нанесли итальянцам ответный удар за атаки последних двух дней. В 10:00 «Бленхеймы» из 84-й и 211-й эскадрилий RAF (12 машин вели в бой лично командиры эскадрилий) вылетели атаковать цели к северу от Тепелены в сопровождении 14 «Гладиаторов». Истребители G.50bis из 154-й группы, сопровождавшие над фронтом разведчик Ro.37, заметили «Бленхеймы» и атаковали. После боя итальянцы заявили об одном сбитом. Фактически же был тяжело поврежден «Бленхейм» L8541 флайн-офицера Бьюкенена, получивший попадания в фюзеляж, крылья и шасси. Все же он смог приземлиться в Парамитьи с одной выпущенной стойкой шасси. Его стрелок сержант Пэтиссон заявил об одном вероятно сбитом истребителе, но фактически итальянцы потерь не понесли.

На борту «Бленхейма» командира эскадрильи Гордон-Финлейсона находился офицер министерства ВВС по связям с прессой Том Уисдом, и он написал об этом вылете следующее:

«Наши бомбы попали в цель. Это было восхитительно. Я увидел внизу множество белых облачков от взрывов, за которыми в небо взметнулись фонтаны земли, двигавшиеся точки, вероятно, были разбегавшимися солдатами. Мы развернулись и легли на обратный курс, повсюду вокруг нас взрывались зенитные снаряды. Вдруг Джерри (пайлот-офицер Дэвис, наблюдатель) повернулся ко мне и закричал «Истребители!». Они атаковали звено Бака (флайн-офицера Бьюкенена), но я не видел их. Потом они все-таки обратили внимание и на нас, судя по тому, что Артур (пайлот-офицер Гейри, стрелок) начал стрелять из своего пулемета».

Когда «Бленхеймы» снижались через густую облачность в районе Тепелены, сопровождавшие их «Гладиаторы» потеряли бомбардировщики из вида и не встретились с «Фиатами». Позже «Гладиаторы» вернулись в Янину, где приземлились в 11:35.

Во второй налет британцы вылетели в 15:00, шесть «Бленхеймов» из 211-й эскадрильи направились бомбить Бузи, а шесть из 11-й эскадрильи (с базы в Лариссе) – на Берат, их должны были сопровождать 12 «Гладиаторов», имевшие задачу обстрелять итальянские позиции. «Бленхеймы» 11-й эскадрильи RAF были перехвачены над Бератом шестью «Фиатами» G.50bis из 154-й группы под командованием капитана Скарпетты. Британские бомбардировщики были вынуждены срочно сбросить бомбы и уходить, «Бленхейм» T2166 загорелся и упал, из экипажа смог выпрыгнуть на парашюте только пилот сержант Л. Уильямс. Бомбардировщик командира эскадрильи Стивенса был также атакован итальянскими истребителями, но его стрелок сержант Боуэн считал, что сбил одного и повредил второго (он идентифицировал истребители как МС.200). Когда «Бленхеймы» развернулись и направились обратно, два бомбардировщика отстали, и на них сосредоточили атаки итальянские истребители. «Бленхейм» L3581 пайлот-офицера Хатчинсона загорелся и упал, выпрыгнуть на парашюте из него смог только один человек. «Бленхейм» флайн-офицера Берггрена совершил вынужденную посадку на поле с одним подбитым двигателем. Два «Бленхейма» смогли вернуться в Лариссу без повреждений, спустя 30 минут после них вернулся тяжело поврежденный «Бленхейм» пайлот-офицера Хьюисона. Пилоты «Фиатов» после этого боя заявили о двух сбитых бомбардировщиках и одном поврежденном, который позже разбился в горах.

«Бленхеймы» 211-й эскадрильи RAF также не избежали встречи с итальянскими истребителями, бомбардировщик флайн-офицера Бьюкенена снова получил повреждения, у «Бленхейма» флайн-офицера Алана Годфри был поврежден левый двигатель. Его стрелок сержант Уэйнхаус считал, что смог повредить один вражеский истребитель (он тоже принял «Фиаты» G.50bis за «Макки»). В этом вылете офицер по связям с прессой Том Уисдом выполнял обязанности бомбардира и написал:

«Мы оказались в одиночестве, и в это время «Макки» атаковали нас на пересекающихся курсах. Я оглянулся назад – «Макки» был так близко, что можно было разглядеть голову пилота в шлеме. Мимо кабины прошли очереди, раздался дребезжащий металлический звук, за ним появился неприятный горелый запах – разрывная пуля попала в гондолу левого двигателя. Мы начали маневры уклонения – внезапные виражи и резкие повороты – не давая противнику прицелиться и добить нас. Наш стрелок все время вел огонь из своего пулемета и сообщал пилоту о положении противника. Это было словно игра в пятнашки в воздухе. И мы выиграли! Наш «Бленхейм» укрылся в столь удачно попавшемся облаке. Некоторое время мы летели вслепую – теперь главной опасностью были горы, невидимые в облачности – а потом снова набрали высоту. Истребители потеряли нас, и небо снова было нашим».

Хотя пилоты «Гладиаторов» заметили четыре «Фиата» G.50bis, но не стали их атаковать, и, не зная о тяжелом положении «Бленхеймов», продолжали выполнять поставленную им задачу – обстреливали позиции итальянских войск в районе Тепелены. Зенитный огонь был довольно сильным, и несколько «Гладиаторов» получили повреждения. «Гладиатор» N5761 сержанта Баркера получил попадание в двигатель и попытался совершить вынужденную посадку в 40 милях к северу от Янины, но при посадке истребитель перевернулся и был полностью разбит. Сержант Баркер не пострадал, и вернулся в Янину на греческом армейском грузовике.

Вечером того же дня в Парамитью из Афин прибыли еще пять «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи RAF. Тогда же два «Фиата» CR.42 из 150-й группы, вылетевшие на разведку погоды, заметили в районе Требешинье один греческий «Бэттл» из 33-й эскадрильи EVA, и младший лейтенант Уго Драго cо своим ведомым сбили его.

На некоторое время наступило относительное затишье, и, хотя следующие четыре дня «Гладиаторы» и «Бленхеймы» RAF совершали боевые вылеты над фронтом, итальянских самолетов в воздухе они не встречали. На следующий день 14 февраля пять пилотов 80-й эскадрильи RAF во главе с флайт-лейтенантом Вудсом, и флайн-офицер Экуорт из 112-й эскадрильи RAF вылетели на транспортном «Бомбее» в Афины, чтобы забрать обещанные «Харрикейны». Удалось прислать только шесть «Харрикейнов», остальные два еще не прибыли. Из штаба британских войск в Греции всем подразделениям RAF прибыло следующее сообщение:

«Генерал Папагос просил меня передать благодарность всем пилотам британских ВВС от имени греческой армии за их ценную поддержку в боевых операциях. Греческая армия выполнила все поставленные задачи»

Д’Альбиак

13 февраля 1941

Ночью 15/16 февраля винг-коммандер Коллард повел «Веллингтоны» 37-й эскадрильи RAF с базы Мениди для удара по порту Бриндизи. До цели долетели четыре из пяти бомбардировщиков, они бомбили порт и аэродром, британцы предполагали, что им удалось поджечь ангар гидросамолетов и уничтожить один итальянский самолет на земле. Бомбардировщики столкнулись с сильным зенитным огнем, «Веллингтон» T2822 “D” сержанта Джиллендерса был сбит, пилот и еще три члена экипажа погибли, а двое выживших попали в плен. На следующее утро три «Бленхейма» Mk IF искали пропавший «Веллингтон» и заметили пять «Кантов» Z.1007bis из 47-го полка, которых преследовали до итальянского берега. Позже появились три истребителя G.50bis, но «Бленхеймы» смогли уйти от них. По итальянским сведениям один из «Кантов» 47-го полка был поврежден зенитным огнем при налете на Превезу. «Фиаты» BR.20 из 37-го бомбардировочного полка (31 машина) бомбили цели в горах в районе Требешинье, один человек из экипажей бомбардировщиков был убит зенитным огнем. После полудня BR.20 из того же полка были перехвачены «Гладиаторами» и PZL (по данным итальянцев до 20 истребителей), один из членов экипажей бомбардировщиков был ранен. Стрелки BR.20 заявили об одном сбитом PZL, греческие пилоты 23-й эскадрильи EVA, в свою очередь, заявили об одном сбитом бомбардировщике.

«Бленхейм» Mk I (номер L 1434) из 211-й эскадрильи RAF ремонтируется на аэродроме Парамить я, начало 1941 г.

«Гладиаторы» 80-й эскадрильи RAF продолжали действовать с аэродрома Янины, греческие же «Гладиаторы» 21-й эскадрильи EVA к тому времени перебазировались в Парамитью. Туда же 17 февраля перелетели шесть новых «Харрикейнов» под командованием флайт-лейтенанта Кеттлуэлла, и четыре «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF. Тогда же 17 февраля «Бленхейм» L6662 из 80-й эскадрильи RAF разбился при взлете, экипаж не пострадал. Два дня спустя прибыли винг-коммандер Кут и майор Севастопуло для формирования Передового Авиакрыла, также известного как Западное Крыло (Western Wing). Первоначально в его состав вошли отряд «Бленхеймов» из 30-й эскадрильи, 84-я и 211-я эскадрильи в полном составе, и отряд из 11-й эскадрильи, который должен был прибыть через несколько дней; также должны были вернуться «Веллингтоны» из отряда 37-й эскадрильи, а к шести «Харрикейнам» 80-й эскадрильи должны были присоединиться еще шесть, которые только прибыли в тот день.

Штаб Западного Крыла должен был базироваться в Янине, где оставались «Гладиаторы» 80-й и 112-й эскадрилий RAF. Греческие PZL в Янине также временно были включены в состав крыла. При взлете вечером в сумерках два PZL столкнулись на аэродроме. За ночь из двух разбитых машин удалось собрать одну исправную. Также в Янину прибыл греческий транспортный «Юнкерс» Ju-52/3m с грузом продовольствия и боеприпасов, которые следовало доставить греческим войскам в районе Клисуры.

Командир эскадрильи Чарльз Райли во главе пилотов звена «В» 33-й эскадрильи RAF («Харрикейны»), готовящейся к перелету из Египта в Грецию, февраль 1941

Пока в Грецию прибывали британские подкрепления, в Албании почти непрерывно шли сильные дожди, из-за чего стали невозможны активные действия авиации над фронтом и над албанскими базами. Недавно прибывшая из Египта 33-я эскадрилья RAF была уже опытным подразделением и сыграла важную роль в наступлении армии Уэйвелла в Ливии в декабре 1940 г. Ее 16 «Харрикейнов» перелетели в Грецию через Крит во главе с командиром эскадрильи Чарльзом Райли, который недавно временно исполнял обязанности командира 230-й эскадрильи летающих лодок «Сандерленд». Один «Харрикейн» совершил вынужденную посадку в оазисе Бук-Бук, и последовал за остальными самолетами эскадрильи позже. Звеном «А» 33-й эскадрильи командовал флайт-лейтенант Джон Литтлер, а звеном «Б» флайт-лейтенант Альфред Янг. Всего на счету 33-й эскадрильи было около 80 побед, среди ее опытных пилотов были флайн-офицер Чарльз Дайсон (9 побед, Крест за летные боевые заслуги), канадцы флайн-офицер Вернон Вудворд (8 побед) и флайн-офицер Джон Макки (6 побед). Флайт-сержант Лен Коттингэм, флайн-офицер Питер Уикхэм и родезиец флайн-офицер Фрэнк Холмен также имели на счету по 6 побед. Флайн-офицер «Дикси» Дин имел на счету 5 побед, а южноафриканец флайн-офицер Гарри Старрет 3 победы. Наземный персонал под командованием пайлот-офицера Билла Уинсленда должен был прибыть по морю через пару дней. Уинсленд, а также пайлот-офицеры Рэй Данскомб, Чарльз Читэм и сержант Джендерс прибыли в Египет в прошлом месяце, перегоняя «Харрикейны» с авианосца «Фьюриэс» через Такоради (Западная Африка). Все три офицера до этого служили в Англии на «Харрикейнах». Уинсленд служил в 601-й истребительной эскадрилье RAF, но боевого опыта не имел. Данскомб служил в 213-й эскадрилье и одержал одну победу, но сам был сбит и получил сильные ожоги, после чего одним из первых пилотов RAF проходил лечение в экспериментальном подразделении пластической хирургии в Ист-Гринстеде. Читэм служил в 1-й эскадрилье во время Битвы за Британию, и имел на счету пару побед.

Погода над фронтом слегка улучшилась 20 февраля, что позволило авиации обеих сторон возобновить активные действия. В 09:00 истребители G.50bis из 154-й группы (15 машин) вылетели под командованием майора Мастрагостино на сопровождение четырех разведчиков Ro.37bis на разведку в районе Клисура-Тепелена. В 09:30 по данным итальянцев, они встретились с 30 греческими истребителями («Гладиаторы» и PZL), которые, вероятно, также сопровождали бомбардировщики или разведчики. Фактически же греческих истребителей было 19, и их пилоты также значительно преувеличили силы итальянцев. Греческие пилоты 22-й эскадрильи EVA заявили о трех сбитых «Фиатах» и еще двух вероятно сбитых, кроме того сержант Дагулас заявил о сбитом разведчике. В действительности ни один из четырех итальянских разведчиков не был сбит, и только один Ro.37bis получил небольшие повреждения (по данным итальянцев – от зенитного огня). Фактически были подбиты два G.50bis (лейтенанта Франкини и лейтенанта Фуско), оба совершили вынужденные посадки на аэродроме Берат, при этом один истребитель разбился. Итальянцы же заявили о десяти сбитых греческих истребителях и еще восьми поврежденных. Данные о фактических потерях греков в этом бою не сохранились, но известно, что никто из греческих пилотов не был убит или ранен.

Немного позже в тот же день восемь «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF и три «Бленхейма» из 30-й эскадрильи направились бомбить цели в районе Тепелены в сопровождении шести новых «Харрикейнов» из 80-й эскадрильи (это был первый их боевой вылет на греческом фронте). В 10:25 над целью бомбардировщики разделились на две группы и атаковали. В этот момент были замечены шесть «Фиатов» CR.42, но они не вступили в бой, вероятно, заметив «Харрикейны».

Вскоре после полудня восемь «Гладиаторов» из 80-й эскадрильи RAF и девять «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи перелетели из Янины на аэродром Парамитья. В 14:45 командир эскадрильи Браун повел 15 из этих «Гладиаторов» (5 звеньев по три машины) на сопровождение двух «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF и греческого «Юнкерса» Ju-52/3m с грузом продовольствия и боеприпасов, которые следовало доставить греческим войскам в районе Клисуры (каждый «Веллингтон» вез около полутора тонн грузов). Из-за низкой облачности и дождя полет был трудным, были замечены пять итальянских самолетов, но они не подходили близко. Грузы были успешно сброшены на позиции греческих войск, и «Веллингтоны» и «Юнкерс» вернулись в Парамитью, а «Гладиаторы» продолжили патрулирование над фронтом.

Когда доставка грузов была успешно завершена, 17 «Бленхеймов» RAF (8 из 84-й эскадрильи, 6 из 211-й и 3 из 30-й) взлетели для бомбового удара по Берату. У одного из самолетов 84-й эскадрильи отказал двигатель, и ему пришлось совершать вынужденную посадку на брюхо, но остальные 16 «Бленхеймов» в сопровождении 6 «Харрикейнов» (истребителями командовал флайт-лейтенант Пэттл) успешно прибыли к цели и сбросили бомбы на город и склады, а также разбомбили мост через реку Осуми. По бомбардировщикам был открыт зенитный огонь, истребители G.50bis из 154-й группы начали срочно взлетать с аэродрома Берата. «Харрикейны» Пэттла атаковали итальянцев, пока те не успели набрать высоту. Пэттл обстрелял один G.50bis, который взорвался под его огнем. Флайт-лейтенант Вудс заявил о еще одном сбитом «Фиате», а сержант Кэсболт считал, что сбил двоих.

Ветераны 80-й эскадрильи RAF , Греция, начало 1941. Слева направо: сержант Хьюитт, пайлот-офицер Вейл, флайн-офицер Даудинг, флайн-офицер Хоскен, флайн-офицер Тревор-Ропер, флайт-лейтенант Пэттл, флайн-офицер Флауэр, флайн-офицер Ланкастер.

Часть этих заявленных побед была подтверждена экипажами «Бленхеймов». Так «Бленхейм» L8542 пайлот-офицера Кокса был тяжело поврежден итальянским истребителем G.50bis, но экипаж «Бленхейма» видел, что атаковавший их «Фиат» был сбит двумя «Харрикейнами». Пайлот-офицер Гейри, стрелок в экипаже командира эскадрильи Гордон-Финлейсона, вспоминал:

«G.50bis атаковал нас, и вдруг «Харрикейн» просто смел его огнем. «Фиат» перевернулся, загорелся и врезался в гору. Это было потрясающе»

Несмотря на потери, итальянцы все же пытались преследовать отступающие «Бленхеймы». У одного из «Бленхеймов» 30-й эскадрильи был подбит правый двигатель, но сержант Рэтлидж смог привести поврежденный бомбардировщик обратно в Парамитью. Когда «Бленхеймы» пересекли линию фронта, патрулировавшие над фронтом «Гладиаторы» из 80-й и 112-й эскадрилий RAF заметили преследовавшие их итальянские истребители и атаковали их. Флайн-офицер Каллен вспоминал:

«Ведущий «Фиат» подошел близко, перевернулся и спикировал. Я сделал полубочку и зашел ему точно в хвост. Четыре длинных очереди – и «Фиат» загорелся и врезался в гору, покрытую снегом. Потом я атаковал другой G.50bis и добился нескольких попаданий. Увидев две группы бипланов, я принял их за наши «Гладиаторы» и приблизился, чтобы взглянуть на них. Оказалось, что это «Фиаты» CR.42. Сел одному на хвост и выпустил очередь. «Фиат» перевернулся, и из него на парашюте выпрыгнул пилот. Остальные к тому времени уже скрылись. Как раз вовремя – у меня не осталось патронов»

«Гладиатор» Каллена получил повреждения в этом бою, пилот был ранен в руку, но смог благополучно вернуться на аэродром Янины. Флайт-лейтенант Шваб из 112-й эскадрильи также заявил об одном сбитом G.50bis, и еще на три сбитых «Фиата» претендовали пилоты 112-й эскадрильи – флайт-лейтенант Абрамс, флайн-офицер Бэнкс и пайлот-офицер Гроувс. Флайт-лейтенант Кеттлуэлл из 80-й эскадрильи также заявил о сбитом G.50bis, а пайлот-офицер Троллип об одном вероятно сбитом.

Итальянские пилоты заявили об одном сбитом «Бленхейме» и одном истребителе, который они идентифицировали как «Спитфайр». Вопреки заявлениям британцев о многочисленных победах в этом бою, в действительности были потеряны только два итальянских истребителя G.50bis. Лейтенант Альфредо Фуско из 361-й эскадрильи был сбит и погиб. Лейтенант Ливио Басси из 395-й эскадрильи был ранен, но когда он пытался посадить свой поврежденный истребитель в Берате, его «Фиат» перевернулся и загорелся. Басси получил тяжелые ожоги и после долгих мучений спустя 43 дня умер в госпитале в Риме. На его счету к тому времени было семь побед. Басси и Фуско были посмертно награждены Золотой Медалью за храбрость. Кроме того, G.50bis сержанта Гамбетты получил в том бою повреждения.

Лейтенант Ливио Басси из 395-й эскадрильи 154-й отдельной истребительной группы на своем истребителе «Фиат» G .50 bis . Эмблема эскадрильи на борту истребителя изображает пронзенного стрелой петуха в цветах британского флага. Басси был ранен в бою с «Харрикейнами» 20 февраля 1941 г. и разбился при посадке. Он умер от травм и ожогов 2 апреля 1941 г., посмертно награжден Золотой Медалью.

На следующий день 21 февраля плохая погода снова мешала активным действиям авиации. Два «Веллингтона» из 37-й эскадрильи готовились перелететь с Парамитьи обратно на базу Мениди, но при взлете у «Веллингтона» Т2607 “P” сержанта Спиллера сломалось шасси, и бомбардировщик получил такие повреждения, что не подлежал ремонту. К отряду «Харрикейнов» из 80-й эскадрильи на аэродроме Парамитья присоединился флайн-офицер Экуорт из 112-й эскадрильи для получения большего опыта полетов на «Харрикейне». 22 февраля четыре оставшихся «Веллингтона» 37-й эскадрильи направились из Греции обратно в Шаллуфу (Египет).

В тот день 22 февраля из-за сильного и продолжительного дождя самолеты с аэродрома Янина не могли действовать, но «Харрикейны» и «Бленхеймы» с базы Парамитья смогли атаковать дорогу Бузи-Глара. Однако далее к югу защитникам Афин впервые за несколько недель довелось принять участие в бою. Шесть «Бленхеймов» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF с базы Элефсис вели патрулирование парами с часовым интервалом. Первая пара – командир эскадрильи Милуорд и флайн-офицер Дэвидсон – взлетели в 10:15 и недалеко от острова Занте на высоте 7000 футов заметили итальянский гидросамолет «Кант» Z.506B из 86-й группы морских бомбардировщиков. «Бленхеймы» атаковали его, спикировав со стороны солнца, и выполнили несколько успешных атак. Наконец все двигатели «Канта» были подбиты, и гидросамолет сел на воду, было видно, как один из итальянцев машет белым платком. Дэвидсон сбросил итальянцам спасательную надувную лодку, а Милуорд сбросил на аэродром Агринион сообщение о терпящем бедствие итальянском экипаже. Для стрелка Милуорда сержанта Герберта «Лофти» Лорда это был четвертый успешный бой, в котором он участвовал.

Лучшие пилоты 30-й эскадрильи RAF («Бленхеймы» Mk IF ) у офицерской столовой. Слева направо: флайн-офицер Дэвидсон, флайн-офицер Смит, флайт-лейтенант Уокер

В 12:35 вторая пара «Бленхеймов» (флайт-лейтенант Уокер и флайн-офицер Ричардсон) встретилась с пятью бомбардировщиками «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка примерно в 12 милях к западу от Превезы. Уокер и Ричардсон атаковали с пикирования, подбив бомбардировщик, летевший в центре итальянской группы, по данным британцев этот «Кант» упал в море к югу от Левкаса. После этого Уокер обстрелял Z.1007bis, летевший в конце строя, и заметил дым из правого двигателя итальянского самолета. В этот момент у «Бленхейма» Уокера заклинило пулеметы, но Ричардсон продолжил атаку, сделав несколько успешных заходов, и подбитый «Кант» совершил вынужденную посадку на воду. Ричардсон увидел двух итальянцев, взобравшихся на его фюзеляж. «Бленхейм» Ричардсона получил попадания нескольких пуль, но серьезных повреждений причинено не было. По данным итальянцев был потерян только один Z.1007bis (очевидно, второй из атакованных британцами), но они считают, что он был подбит зенитным огнем.

На следующее утро (23 февраля) в 10:30 «Гладиатор» флайн-офицера Каллена из 80-й эскадрильи RAF направился на поиски гидросамолета «Кант» Z.506B, подбитого «Бленхеймами» прошлым утром. Предполагалось, что «Кант» дрейфует в море примерно в десяти милях к югу от Парги. Вероятно, экипаж гидросамолета смог частично исправить повреждения, потому что когда Каллен прилетел в район его предполагаемого местонахождения, он обнаружил «Кант» у южной оконечности острова Антипаксои, итальянский гидросамолет пытался взлететь. Каллен спикировал и выпустил по нему очередь, заставив остановиться, и заметил, что итальянцы машут белым платком. После того, как Каллен пролетел над «Кантом», тот снова попытался взлететь, и Каллен еще раз обстрелял его, при этом по его словам, итальянцы отвечали огнем, хотя продолжали махать белым платком. Наконец подбитый гидросамолет начал тонуть, а Каллен полетел на базу Парамитья и доложил об этой стычке. Позже второй «Гладиатор», направленный в тот район, подтвердил, что Z.506B перевернулся и выброшен на берег острова Акра Новаре. Греческое госпитальное судно «Андрос» подобрало четырех выживших итальянцев из экипажа гидросамолета, и тела двух убитых. Несколько позднее экипаж одного из «Бленхеймов» 30-й эскадрильи RAF сообщил, что «Кант» наполовину погрузился, и его поплавки торчат из воды.

«Кант» Z .506 B из 191-й разведывательной эскадрильи, перевернувшийся в море. Этот гидросамолет был подбит в бою с «Бленхеймом» IF из 30-й эскадрильи RAF 22 февраля 1941 г. и совершил вынужденную посадку на воду. На следующий день он был добит «Гладиатором» флайн-офицера Каллена.

Над фронтом в тот день британская авиация не вела значительных воздушных боев, но силы RAF на базе Парамитья получили новые подкрепления. Десять «Бленхеймов» 11-й эскадрильи RAF вылетели из Лариссы в Парамитью в очень плохую погоду, и четыре из них были вынуждены вернуться, а пятый разбился при попытке совершить вынужденную посадку в долине, его пилот пайлот-офицер Хьюисон и стрелок погибли, а наблюдатель получил травмы. Оставшиеся пять «Бленхеймов» были включены в состав 211-й эскадрильи RAF. Также в Парамитью были направлены шесть «Харрикейнов» звена «В» 33-й эскадрильи, но при подлете к Парамитьи у «Харрикейна» Р3970 пайлот-офицера Уинсленда заклинило двигатель, и пришлось экстренно садиться:

«Мне не хватило времени задействовать аварийный ручной насос для гидравлических систем, управляющих закрылками и выпуском шасси. Я только наполовину успел завершить работу с закрылками, и срочно запустил гидравлику шасси, но на панели приборов загорелся только один зеленый огонек вместо двух. В результате пришлось садиться на одном колесе, «Харрикейн» сделал большой круг по земле и с разбитым винтом остановился в 40 ярдах от полевого склада с бомбами – небольшого (около тридцати 250-фунтовых бомб), но если бы самолет врезался в него, все вокруг взлетело бы на воздух».

Хотя 23 февраля RAF не вели над фронтом активных действий, греческим ВВС пришлось в тот день вступить в бой. 12 итальянских истребителей «Фиат» G.50bis из 154-й группы в ходе патрулирования над районом Клисура-Деволи встретили группу греческих истребителей в составе 10 PZL P.24 и 15 «Гладиаторов» (по оценкам итальянцев). Итальянские пилоты после боя заявили о четырех сбитых PZL и одном «Гладиаторе» и трех вероятно сбитых PZL и трех «Гладиаторах». Точные данные о потерях греков неизвестны, достоверно известно, что в том бою погибли пилот «Гладиатора» сержант Константинос Хризопулос (21-я эскадрилья) и капитан Николаос Скрубелос (23-я эскадрилья). Греки заявили о трех сбитых итальянских истребителях, хотя вероятно, в действительности итальянцы не понесли потерь в том бою.

Сильные дожди продолжали мешать активным действиям авиации, особенно в Янине, где аэродром некоторое время не мог действовать. Однако базу в Парамитьи можно было использовать, и «Харрикейны» и «Бленхеймы» 24 и 25 февраля смогли нанести удары по дороге Клисура-Тепелена. Погода была настолько неблагоприятной, что 25 февраля в бухте Скараманга из-за шторма затонула летающая лодка «Сандерленд» L5804 из 230-й эскадрильи RAF. 26 февраля отряд «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи RAF, снова пополненный до шести машин после аварии истребителя пайлот-офицера Уинсленда, вместе с шестью «Харрикейнами» 80-й эскадрильи сопровождал «Бленхеймы» 11-й и 211-й эскадрилий RAF в налете на Бузат (район Тепелены). После полудня этим «Харрикейнам» снова пришлось сопровождать бомбардировщики, на этот раз в район Валоны. Также в тот день Парамитью посетили главный маршал авиации Лонгмор, министр иностранных дел Великобритании Энтони Иден, генерал сэр Арчибальд Уэйвелл и генерал сэр Джон Дилл.

Британцы сильно преувеличили свои успехи в бою 27 февраля, когда девять «Бленхеймов» (шесть из 211-й эскадрильи RAF и три из 11-й) в 15:00 снова направились бомбить Валону в сопровождении девяти «Харрикейнов» (пять из 80-й эскадрильи и четыре из 33-й). Час спустя, когда британские самолеты были уже над целью и начали бомбить, их атаковали «Фиаты» CR.42 из 150-й группы (13 машин). Хотя «Харрикейны» немедленно вступили в бой, некоторые «Фиаты» смогли прорваться к бомбардировщикам, и пять «Бленхеймов» получили серьезные повреждения (в том числе все три «Бленхейма» из 11-й эскадрильи). Два британских бомбардировщика совершили вынужденные посадки по пути обратно в Парамитью, получив новые повреждения корпуса и шасси. «Бленхейм» N3579 после этого пришлось списать. Тем временем «Харрикейны» были вовлечены в тяжелый бой с «Фиатами», после этого боя британцы заявили о семи сбитых итальянских истребителях, также по их свидетельствам два «Фиата» столкнулись в воздухе и разбились. Заявленные победы были записаны на счет следующих пилотов: флайт-лейтенант Пэттл, флайн-офицер Каллен, сержант Хьюитт (две), флайн-офицер Экуорт и флайн-офицер Ванклин Флауэр, разделивший победу с пилотом 33-й эскадрильи флайн-офицером Старретом. Седьмая победа была записана на счет пилота 33-й эскадрильи флайт-сержанта Коттингэма.

В действительности итальянцы потеряли в том бою только два «Фиата»: младший лейтенант Эгидио Фальтони и сержант Освальдо Бартолаччини получили ранения и выпрыгнули на парашютах. Итальянцы о победах в том бою не заявляли, и приняли атаковавшие их истребители за «Спитфайры». «Харрикейн» Пэттла получил попадание в бензобак – это было единственное повреждение, полученное британскими истребителями. Еще один «Фиат» CR.42 был уничтожен на земле бомбами «Бленхеймов», и еще несколько истребителей были повреждены, сгорело несколько бочек с горючим, два человека были ранены.

Пайлот-офицер Гейри, стрелок в экипаже «Бленхейма» L1481, снова записал свои впечатления об этом налете:

«С моего места открывался превосходный обзор всего происходящего. Мы отбомбились отлично – точно накрыли аэродром и близлежащие здания. На перехват взлетела большая группа «Фиатов» CR.42. Один сел нам на хвост, я выпустил в него очередь, и он немного отстал. Внезапно на него спикировали два «Харрикейна», и «Фиат» просто развалился на куски. «Харрикейны» развернулись и атаковали остальных. Небо было полно падающих самолетов – и все они были вражескими. Возвращались назад мы в отличном настроении, наслаждаясь прекрасным пейзажем».

По возвращении из этого налета уцелевшие «Бленхеймы» из 11-й эскадрильи были возвращены в Лариссу.

Наступило 28 февраля 1941 – день, в который британцы, как считается, одержали больше всего побед в воздухе в греческой кампании RAF. Однако существуют значительные разногласия относительно того, сколько в действительности побед было одержано.

Штаб авиакрыла «W» приказал всем исправным истребителям вести патрулирование с 15:30 до 16:30 в районе между Тепеленой и побережьем, так как были получены данные разведки, сообщавшие, что в том районе ожидается появление значительного количества итальянских самолетов. Еще утром 28 февраля все исправные «Гладиаторы» 80-й и 112-й эскадрилий RAF были переведены на базу Парамитья в рамках подготовки к этой операции. С утра патрулирование в указанном районе вели «Харрикейны», но пока ничего замечено не было.

Около 15:00 одиннадцать «Гладиаторов» 112-й эскадрильи RAF (командир эскадрильи Браун) и семь «Гладиаторов» 80-й эскадрильи (командир эскадрильи Джонс) направились на патрулирование в указанный район. Их сопровождал командир авиакрыла «W» винг-коммандер Кут, летевший на «Гладиаторе» 80-й эскадрильи. Спустя 15 минут в этот район также прибыли для патрулирования четыре «Харрикейна» 80-й эскадрильи (флайт-лейтенант Пэттл, флайн-офицер Каллен, флайн-офицер Ванклин Флауэр, флайн-офицер Экуорт). Еще четыре «Харрикейна» 33-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Янга патрулировали в районе побережья. Там над островом Корфу британцы заметили несколько бомбардировщиков S.79, пытались их преследовать и заявили о двух поврежденных «Савойях». Вероятно, это были S.79 из 105-й бомбардировочной группы, по данным итальянцев, их атаковали «Спитфайры», одна «Савойя» вернулась в Тирану с одним убитым членом экипажа.

Флайн-офицер Р. Каллен из 80-й эскадрильи RAF позирует с двумя пистолетами

Тем временем звено Пэттла южнее Валоны заметило направлявшиеся к фронту бомбардировщики «Фиат» BR.20 из 37-го бомбардировочного полка. Британцы насчитали 15 бомбардировщиков (фактически их было 10), тогда как экипажи BR.20 докладывали, что их атаковали 18 «Спитфайров». Пэттл атаковал крайний бомбардировщик на правом фланге, и после трех очередей BR.20 загорелся и пошел вниз. Второй бомбардировщик, атакованный Пэттлом, также загорелся, фонарь «Харрикейна» залило маслом из мотора BR.20. Пэттл сбросил скорость и попытался протереть фонарь шарфом, но в этот момент его атаковали пять «Фиатов» G.50bis. Спикировав, Пэттл все же смог оторваться от них и вернуться в Парамитью. Ванклин Флауэр и Экуорт заявили каждый о сбитом BR.20, хотя Экуорт позже предположил, что сбитый им бомбардировщик был «Кант» Z.1007bis. Флайн-офицер Каллен, награжденный за этот бой Крестом за летные боевые заслуги (DFC), позже вспоминал:

«Бой развернулся над Албанией. Сначала я обнаружил четыре «Бреда-20» (sic), и атаковал одного, он загорелся и пошел вниз. Потом мы заметили три группы S.79. Я выбрал крайнего и открыл огонь, целясь в правый мотор. Бомбардировщик загорелся и упал. Я набрал высоту и спикировал на следующего – он тоже начал падать. После мы заметили десять истребителей CR.42, набрали высоту и атаковали их. Я зашел одному в хвост и сбил. Сразу же набрал высоту и спикировал на следующего, целясь ему в кабину – он перевернулся, вспыхнул и полетел вниз. После этого мне пришлось возвращаться – патроны кончились».

Фактически же в том бою было сбито три BR.20, и четвертый совершил вынужденную посадку в районе Отранто. Еще несколько бомбардировщиков вернулись с ранеными членами экипажа, один человек был убит.

В это время с британской стороны к бою присоединились «Гладиаторы», а с итальянской - «Фиаты» CR.42 из 160-й группы и G.50bis из 24-й группы. Один «Харрикейн» из 33-й эскадрильи (пайлот-офицер Ньютон) прибыл к месту боя с некоторым опозданием, он только взлетал из Парамитьи, когда поступили сведения о развернувшемся тяжелом бое в пространстве над Албанией. Сразу по прибытии Ньютон атаковал первый замеченный биплан, приняв его за CR.42, но это был «Гладиатор» из 80-й эскадрильи. Другой «Гладиатор» (из 112-й эскадрильи) атаковал «Харрикейн» Ньютона, очевидно, приняв его за G.50bis, и нанес повреждения, после чего преследовал его до самого аэродрома в Парамитьи. Несколько «Гладиаторов» вступили в бой с бомбардировщиками, пайлот-офицер Вейл заявил о сбитом S.79, а флайн-офицер Бэнкс и пайлот-офицер МакДональд сообщили о поврежденных BR.20. В основном же заявленные победы пилотов «Гладиаторов» касались истребителей: они претендовали на девять сбитых CR.42 (и два вероятно сбитых) и шесть G.50bis.

80-я эскадрилья RAF:

Командир эскадрильи Джонс – 2 CR.42

Винг-коммандер Кут – CR.42

Уорент-офицер Риченз – CR.42

Пайлот-офицер Вейл – S.79 и G.50bis

Флайт-лейтенант Кеттлуэлл – CR.42 (вероятно)

Пайлот-офицер Троллип – CR.42 (вероятно)

Флайн-офицер Даудинг – G.50bis (вероятно)

112-я эскадрилья RAF:

Командир эскадрильи Браун – G.50bis

Флайт-лейтенант Фрейзер - CR.42 и G.50bis

Флайт-лейтенант Фрай - CR.42 и G.50bis

Флайт-лейтенант Абрамс - G.50bis

Флайн-офицер Кохрейн - CR.42

Флайн-офицер Бэнкс - CR.42 и еще один CR.42 поврежден

Пайлот-офицер Гроувс - CR.42

Сержант Дональдсон - G.50bis (вероятно)

Командир эскадрильи Браун вспоминал, что атакованный им G.50bis перевернулся и ушел в перевернутый штопор; вероятно, его огонь поразил пилота. Флайт-лейтенант Фрейзер заявил, что сбитый им G.50bis врезался в гору, а из сбитого CR.42 выпрыгнул пилот, но его парашют не раскрылся. Сержант Дональдсон утверждал, что сбитый им G.50bis разбился на побережье. Флайт-лейтенант Абрамс, сбив один G.50bis, был атакован другим «Фиатом» (вероятно, это был истребитель лейтенанта Марио Беллагамби) и сбит в районе Саранде. Он вспоминал:

«Мой старичок «Гладиатор» внезапно перестал управляться. Ничего не работало. Я решил, что пора прыгать. Но самолет крутился как бешеный, и я не мог выбраться. Наконец кое-как я смог выпрыгнуть. Было так приятно висеть в воздухе над горами, что я чуть не забыл дернуть вытяжной трос. Наверное, я поставил рекорд по затяжному прыжку для всей Албании и Греции. Как только я опустился на землю, меня окружили греческие солдаты. Они были настроены дружественно, смеялись и хлопали меня по спине. Я уже воображал себя чертовым героем, пока один солдат не спросил: «Милано, Рома?» И тут я понял, что они принимают меня за итальяшку! Похоже, они считали, что британских пилотов невозможно сбить. Я сказал «Inglese», и тут начался праздник. Они подняли меня на плечи и понесли как настоящего героя. Мы здорово выпили и повеселились. Чертовски хорошие ребята».

Офицеры 80-й эскадрильи RAF проводят учебные стрельбы из пистолета, за ними наблюдают греческие солдаты. Стреляет один из лучших пилотов эскадрильи пайлот-офицер Билл Вейл

После первого боя Пэттл вернулся в Парамитью, приземлился и через десять минут снова взлетел на другом «Харрикейне» (V7724). Прилетев в район боя, он заметил три истребителя CR.42, летевших в направлении Валоны:

«Я зашел им в хвост и выпустил длинную очередь по всем трем. Один сразу же пошел вниз, я последовал за ним, на случай если это уловка. Но похоже, что у него действительно были проблемы, и казалось, он падает прямо в море. Я оторвался и решил заняться остальными двумя. Когда я набирал высоту, то был очень удивлен, увидев, что на землю опускаются два парашюта».

По возвращении Пэттл заявил о двух сбитых и одном вероятно сбитом. Перед тем, как он вернулся в Парамитью второй раз (в 17:40), с аэродрома взлетел флайн-офицер Ванклин Флауэр, вернувшийся часом ранее, и после дозаправки и пополнения боекомплекта снова направившийся в район боя. Но там уже не было противника – бой закончился.

С итальянской стороны описание боя выглядит следующим образом: истребители CR.42 из 160-й группы сопровождали четыре бомбардировщика S.79 из 104-й группы в район Кука между Тепеленой и Химарой, когда их атаковали британские истребители «идентифицированные как «Спитфайры», «Харрикейны» и «Гладиаторы»». Итальянцы заявили о двух сбитых «Гладиаторах» и одном вероятно сбитом, кроме того претендовали на один сбитый «Спитфайр». Младший лейтенант Франчинетти был ранен в ногу, а младший лейтенант Итало Траини сбит. Стрелки S.79 также заявили о двух сбитых «Гладиаторах», кроме того, о двух сбитых и еще двух вероятно сбитых заявили пилоты G.50bis из 24-й группы. Лейтенант Беллагамби после того, как сбил «Гладиатор» флайт-лейтенанта Абрамса, сам был подбит и ранен в руку, но смог совершить вынужденную посадку недалеко от аэродрома Тираны. Истребитель капитана Этторе Фоскини также был поврежден, и сам пилот ранен, но смог вернуться в Тирану.

Когда к уже заявленным победам британских пилотов были добавлены новые заявленные победы Пэттла, общий счет сбитых итальянских самолетов, по британским данным, достиг 27 машин, считавшихся достоверно сбитыми, и еще шести вероятно сбитых. Заявления о победах и действительные потери представлены следующим образом:

Заявления пилотов RAF:

«Фиат» BR.20 – 5 сбито, 2 повреждено

«Савойя» S.79 - 3 сбито, 2 повреждено

«Фиат» CR.42 - 13 сбитых, 3 вероятно сбитых, 1 поврежден

«Фиат» G.50bis – 6 сбитых 3 вероятно сбитых

Действительные потери итальянцев:

«Фиат» BR.20 - 4 сбитых, несколько поврежденных

«Савойя» S.79 – сбитых нет, 1 поврежден

«Фиат» CR.42 – 2 сбито

«Фиат» G.50bis – 2 сбито

«Фиат» CR .42 младшего лейтенанта Рауля Франчинетти из 394-й эскадрильи 160-й группы, поврежденный в бою 28 февраля 1941 г.

Заявления пилотов Regia Aeronautica:

2 сбитых «Гладиатора», 1 сбитый «Спитфайр» (пилоты CR.42)

2 сбитых «Гладиатора», 2 вероятно сбитых (пилоты G.50bis)

2 сбитых «Гладиатора» (стрелки S.79)

Фактически же британцы потеряли сбитым только один «Гладиатор».

Пилоты 80-й эскадрильи RAF на крыле «Харрикейна», начало марта 1941 г. (слева направо): флайт-лейтенант Даудинг, пайлот-офицер Стилл, сержант Кэсболт, уорент-офицер Риченз, сержант Хьюитт, флайн-офицер Флауэр

Сразу же после этой победы в воздухе греки получили жестокий удар, но не от противника, а от природы: ночью 28 февраля – 1 марта Ларисса серьезно пострадала от самого сильного землетрясения из случавшихся в Греции за все столетие. На ВПП аэродрома Лариссы открылись большие трещины, городские здания обрушились, много людей было погребено под развалинами. Пилоты и аэродромные команды RAF оказывали помощь жителям города и работали всю ночь, спасая людей, оказавшихся под руинами. Плохо построенные дома на многих улицах обрушились, и много людей, извлеченных из-под развалин, оказались уже мертвы. Одной из особенностей города было множество мечетей, и от землетрясения все их минареты обрушились. На следующее утро, 1 марта, в Лариссу прибыли «Бленхеймы» 30-й эскадрильи RAF, доставив медикаменты и британских врачей и санитаров.

Но война продолжалась, и в первый день весны «Харрикейны» 33-й и 80-й эскадрилий RAF три раза вылетали сопровождать «Бленхеймы» 30-й и 211-й эскадрилий в налеты на Парабоа (к северу от Бузи), Берат и порт Валоны. В последнем налете флайт-лейтенант Пэттл и его ведомый флайн-офицер Ньютон снизились над Валоной, выйдя из облаков, чтобы посмотреть, что происходит в порту. Заметив большое грузовое судно, они обстреляли его. Когда «Харрикейны» направились в следующий налет, сержант Хьюитт из 80-й эскадрильи заметил неисправность в механизме уборки шасси и был вынужден вернуться в Парамитью. Неисправность была устранена, и он снова взлетел, в одиночку направившись в район цели. По возвращении Хьюитт доложил, что в районе цели обнаружил пять CR.42 и сбил три из них. Итальянские данные ни этих потерь, ни самого факта боя не подтверждают.

На следующий день шесть «Харрикейнов» 80-й эскадрильи RAF сопровождали девять «Бленхеймов» из 84-й и 211-й эскадрилий в налетах на Берат и Деволи. Несколько бомб попало в стоявшие на аэродромах самолеты итальянской 72-й разведывательной группы, один Ro.37bis был уничтожен, и три повреждены, двое итальянских пилотов были ранены, старший сержант Джованни Менкарелли – смертельно. На перехват с опозданием были подняты «Фиаты» CR.42 из 160-й группы. Итальянцы пытались преследовать британские самолеты и заявили об одном вероятно сбитом «Харрикейне», но фактически британцы потерь не понесли.

3 марта два «Харрикейна» из 80-й эскадрильи (флайн-офицер Каллен и пайлот-офицер Вейл) в 10:25 вылетели на патрулирование, третий «Харрикейн», которым управлял пилот из 112-й эскадрильи флайн-офицер Экуорт, взлетел для летных испытаний. Когда «Харрикейны» были уже в воздухе, над районом появились 10 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 50-й отдельной бомбардировочной группы (база Бриндизи). Бомбардировщики того же типа из 47-го полка (база Гротталье) тоже в этот день действовали над Грецией и бомбили Превезу. «Канты» из 50-й группы, летевшие двумя группами, по пять машин, сбросили бомбы на разрушенный землетрясением город Лариссу, и направлялись назад, когда их атаковали «Харрикейны». Первым атаковал противника флайн-офицер Экуорт, вскоре к нему присоединились остальные два «Харрикейна». Экуорт вспоминал:

«Я собирался облетать машину, и перед самым взлетом услышал, что 10 вражеских бомбардировщиков направляются к Превезе. Я полетел туда, и увидел, что они уже бомбят. Первую группу я догнать не успел, и атаковал вторую – обстрелял самолет, летевший пятым, и сбил его. Это видел флайн-офицер Каллен, он сбил бомбардировщик, летевший четвертым. Я видел, как из сбитого мной самолета выпрыгнул один человек, но потом заметил в воздухе только пустой парашют. Оба сбитых бомбардировщика упали в море примерно в пяти милях к юго-западу от Корфу».

Каллен продолжил атаковать бомбардировщики и, вернувшись, заявил о четырех сбитых «Кантах», хотя его «Харрикейн» был сильно поврежден ответным огнем, одна пуля попала ему в ногу. Каллен доложил, что видел в воздухе 18 парашютов. Пайлот-офицер Вейл заявил об одном сбитом бомбардировщике, но идентифицировал его как S.81. Однако в действительности 50-я группа потеряла только два бомбардировщика. Итальянские экипажи докладывали, что сначала их атаковали два греческих PZL, стрелки «Кантов» заявили, что сбили обоих. Позже, уже к югу от Корфу, их атаковали истребители, которые итальянцы идентифицировали как «Спитфайры». По словам итальянцев, истребителей было семь, и снова стрелки Z.1007bis заявили о двух сбитых. Вторая группа итальянских бомбардировщиков при атаке Превезы столкнулась с сильным огнем зенитной артиллерии, и три «Канта» получили повреждения. Один Z.1007bis из 47-го полка также был поврежден, один человек из его экипажа ранен. Командир 211-й эскадрильи RAF Гордон-Финлейсон вылетел сбросить спасательные лодки выжившим, но никого в море не нашел.

Первый из «Бленхеймов» Mk IV специальной группы фоторазведки 113-й эскадрильи RAF , прибывший в Грецию, на аэродроме Мениди

В это время еще несколько британских пилотов получили награды. Командир эскадрильи «Тэп» Джонс и флайн-офицер Каллен из 80-й эскадрильи RAF получили Кресты за летные боевые заслуги. Командиры эскадрилий Питер Стивенс (11-я эскадрилья RAF) и Дадли Льюис (84-я эскадрилья) также получили Кресты. Сержант Эйкройд, стрелок из экипажа «Бленхейма» 30-й эскадрильи RAF, был награжден Медалью за летные боевые заслуги (DFM) за свои действия в бою 25 января. Командир эскадрильи Льюис был в это время переведен в Штаб ВВС, его место во главе 84-й эскадрильи занял Г. Д. Джонс, бывший инструктор египетских ВВС. Большая часть самолетов 84-й эскадрильи («Бленхеймы» Mk I и Mk IV) действовала с аэродрома Парамитья, а ее штаб располагался в Мениди, также в ее состав было временно включено звено фоторазведки из трех «Бленхеймов» Mk IV, недавно прибывших из Египта и ранее служивших в 113-й эскадрилье RAF. Эти «Бленхеймы» выполнили много разведывательных вылетов, в том числе и над территорией Болгарии. С целью сохранения секретности это звено было включено в состав 84-й эскадрильи только для технического обслуживания, а его экипажи размещались отдельно от других пилотов. На базе Скараманга отряд летающих лодок «Сандерленд» из 230-й эскадрильи RAF теперь взаимодействовал с греческими «Энсонами» из 13-й эскадрильи EVA и греческими эсминцами в поиске подводных лодок противника.

Утром 4 марта пять итальянских кораблей, идентифицированных как два крейсера и три эсминца, подошли к албанскому побережью и начали обстреливать прибрежную дорогу в районе Химары и Порт-Палермо. Их прикрывали истребители G.50bis и СR.42 из 24-й группы. Фактически эта флотилия включала крейсер, эсминец и три торпедных катера MAS. Британская авиация получила приказ немедленно нанести по ним удар. Командир эскадрильи Гордон-Финлейсон повел к цели 14 «Бленхеймов» - 9 из 211-й эскадрильи и 5 из 84-й (шестой «Бленхейм» был неисправен). Их сопровождали 10 «Харрикейнов» и 17 «Гладиаторов» (14 из 112-й эскадрильи и 3 из 84-й). Четыре «Харрикейна» из 80-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Пэттла сопровождали бомбардировщики с правого фланга, четыре «Харрикейна» из 33-й эскадрильи - с левого фланга, и еще два «Харрикейна» занимали позицию выше строя «Бленхеймов».

В 15:00 примерно в 10 милях к югу от Валоны были обнаружены итальянские военные корабли, и «Бленхеймы» атаковали их. Было замечено несколько близких разрывов, но попаданий не зафиксировано.

В этот момент на «Харрикейны» спикировали шесть «Фиатов» G.50bis. Был сбит «Харрикейн» V7801, его пилот уорент-офицер Гарри Гудчайлд погиб. Похоже, итальянские истребители просто не заметили «Бленхеймы», потому что после боя итальянские пилоты докладывали только об одномоторных британских самолетах. По их словам, это были «10 «Спитфайров», 3 «Бэттла» (очевидно за них приняли «Харрикейны») и 20 «Гладиаторов»».

Когда «Бленхеймы» отбомбились и легли на обратный курс, Пэттл приказал «Харрикейнам», разделившись на пары, вести патрулирование над итальянскими кораблями, где были замечены итальянские истребители. Сразу же один G.50bis атаковал Пэттла и его ведомого флайн-офицера Каллена, но Пэттл смог сбить его. По словам Пэттла «Фиат» врезался в гору к северу от Химары. В этот момент другой «Фиат» G.50bis атаковал «Харрикейн» Каллена и сбил его. Истребитель Каллена упал в районе Химары, австралийский ас погиб.

Флайн-офицер Р. Каллен рядом со своим «Харрикейном» V 7288 (первым в 80-й эскадрилье RAF ) перед своим последним вылетом, 4 марта 1941 г.

Пэттл полетел к Валоне и там провел бой с еще одним G.50bis. После боя Пэттл заявил, что сбил «Фиат», и тот упал в море. Также он сообщил, что сбил еще один G.50bis над портом Валоны, и тот также упал в море. Позже он заметил внизу девять истребителей CR.42 и спикировал на них. По словам Пэттла один «Фиат» задымил и сорвался в штопор. Он был засчитан как вероятно сбитый.

Сержант Хьюитт после этого боя заявил об одном сбитом G.50bis в районе Химары и трех CR.42 над Валоной. Кроме них из пилотов «Харрикейнов» на победы в этом бою претендовал только пайлот-офицер Вейл, заявивший о сбитом G.50bis.

«Фиат» G .50 bis из 354-й эскадрильи 24-й отдельной истребительной группы над Грецией

Тем временем «Гладиаторы» под командованием командира эскадрильи Брауна вступили в бой с «Фиатами» G.50bis (по сведениям британцев 10 машин) и CR.42 (5 машин, также по данным британцев). Флайт-лейтенант Фрейзер повел третье звено преследовать несколько G.50bis, которые ушли в облака, но Фрейзер после боя заявил об одном G.50bis сбитом лично и еще одном «Фиате», сбитом вместе с командиром эскадрильи и двумя другими пилотами. Флайн-офицер Экуорт намеревался атаковать один «Фиат», когда сам попал под огонь противника и ушел с пикированием. Он сообщил, что видел дым из мотора «Фиата» и заявил о нем как о вероятно сбитом. Флайн-офицер Бэнкс атаковал G.50bis, который ушел в штопор. Бэнкс сообщил, что видел поблизости в небе парашют, и заявил о вероятно сбитом. Также о вероятно сбитых «Фиатах» сообщили флайт-лейтенант Фрай и сержант Дональдсон. Кроме того, британские пилоты заявили о четырех поврежденных вражеских истребителях.

Со стороны итальянцев пилоты 24-й группы заявили о четырех сбитых «Гладиаторах», одном «Спитфайре» и одном «Бэттле». Младший лейтенант Николо Коболли Джильи из 355-й эскадрильи (он летал на CR.42) и сержант Марчелло Де Сальвиа из 354-й были сбиты и погибли, лейтенант Франческо Рокка (354-я эскадрилья) ранен. Другие итальянские эскадрильи потерь не понесли. Коболли Джильи и Де Сальвиа были посмертно награждены Золотыми Медалями (Medaglia d’Oro).

Это была фактически последняя операция 80-й эскадрильи RAF на албанском фронте, 6 марта ее пилоты из Янины отправились в Элефсис, чтобы завершить перевооружение на «Харрикейны». Оставшиеся «Гладиаторы» были по большей части переданы 112-й эскадрилье RAF. На следующий день за ними последовали четыре «Харрикейна» из Парамитьи под командованием флайт-лейтенанта Пэттла. По прибытии в Элефсис большая часть пилотов была направлена в Египет для освоения и облета новых «Харрикейнов». Позже 8 марта 112-я эскадрилья RAF перелетела в Парамитью, заняв место 80-й, к ней присоединился и отряд истребителей из 33-й эскадрильи.

«Гладиаторы» 112-й эскадрильи RAF в Янине готовятся заменить 80-ю эскадрилью на фронте, март 1941 г.

Они прибыли как раз вовремя, потому что итальянская армия готовилась начать новое наступление, для наблюдения за которым в Албанию в начале марта прибыл сам Муссолини. К этому времени итальянские войска в Албании насчитывали 28 дивизий. Их поддерживали 26 бомбардировщиков и 105 истребителей Commando Aeronautica Albania, плюс еще 134 бомбардировщика и 54 истребителя 4-й воздушной эскадры с баз в Италии. В период с 5 по 7 марта итальянская авиация получила в составе подкреплений новейшие истребители – 36 «Макки» МС.200 из 22-й отдельной истребительной группы перелетели в Тирану из Чампино. 371-я эскадрилья перебазировала свои 10 МС.200 в Валону, усилив 150-ю истребительную группу. 4-я воздушная эскадра также получила 12 МС.200 – вооруженная ими 73-я истребительная эскадрилья перелетела в Бриндизи из Гориции. Также в Тирану перебазировались 114-я разведывательная эскадрилья (8 разведчиков Ro.37bis) и 238-я эскадрилья пикировщиков («Юнкерсы» Ju-87 из состава 101-й отдельной группы Ba’T в Лечче). В это же время 150-я истребительная группа начала постепенно перевооружаться на новые МС.200, а 38-й бомбардировочный полк начал получать новые бомбардировщики «Кант» Z.1007bis для замены устаревших S.81.

Единственным подкреплением RAF в Греции стало прибытие в Мениди семи «Веллингтонов» 37-й эскадрильи из Шаллуфы. По прибытии один «Веллингтон» разбился при посадке, 6 человек из 10 на борту погибли. Эти «Веллингтоны» выполнили первый боевой вылет на албанском фронте ночью 8/9 марта, атаковав Дураццо.

Греция, авиабаза Элефсис, 2 марта 1941 г. Министр иностранных дел Великобритании Энтон и Иден посещает 30-ю эскадрилью RAF . На заднем плане комэск Р. Милуорд.

Новое итальянское наступление началось 9 марта, сразу же поставив греческие войска в тяжелое положение. Главнокомандующий греческой армии генерал Папагос потребовал, чтобы бомбардировщики RAF вместо обычных ударов по стратегическим целям оказывали непосредственную поддержку греческим войскам, с большим напряжением сил удерживавшим фронт. Вице-маршал авиации Д’Альбиак, хотя и не был согласен с таким, по его мнению, неверным использованием бомбардировщиков, вынужден был признать, что обстоятельства требуют этого, и следующие четыре дня британская авиация оказывала греческим войскам столь необходимую им поддержку на фронте, нанося удары по тактическим целям. В первый день итальянского наступления после полудня командир 112-й эскадрильи RAF Браун повел 15 «Гладиаторов» в патрулирование над районом Клисуры и Тепелены, где в 14:00 британцы обнаружили около 30 (по их данным) истребителей G.50bis, сопровождавших бомбардировщики BR.20, которые бомбили греческие позиции. Флайт-лейтенант Фрейзер повел свое звено в атаку на бомбардировщики, и после боя заявил, что один BR.20 был сбит и упал в районе Гарнео. Флайн-офицер Бэнкс атаковал бомбардировщики, но без видимых результатов. После этого он вступил в бой с истребителями, но был вынужден выйти из боя, когда у его двигателя вышла из строя свеча зажигания. Флайт-лейтенант Фрай также повел свое звено преследовать низколетящие бомбардировщики. Пайлот-офицер Гроувс заявил об одном вероятно сбитом.

В этот момент итальянские истребители – фактически это были 25 «Макки» МС.200 из только что прибывшей 22-й группы – атаковали британцев, вступив с ними в маневренный бой. Флайт-лейтенант Фрай заявил об одном сбитом истребителе, командир эскадрильи Браун также заявил, что один итальянский истребитель был сбит и врезался в гору. Другие британские пилоты тоже заявили о победах: сержант Дональдсон (заявил о двух сбитых), флайт-лейтенант Фрейзер, флайн-офицер Экуорт, флайн-офицер Кохрейн и пайлот-офицер Гроувс. Флайн-офицер Р. Беннет заявил об одном вероятно сбитом. Несмотря на все эти заявления, фактически итальянцы потеряли только один «Макки» - истребитель старшего сержанта Марино Ваннини не вернулся из вылета. Старшина Гуидо Ла Ферла после боя был направлен в госпиталь – согласно итальянским данным, по болезни, а не по ранению. Со стороны итальянских пилотов истребителей заявлений о победах не было.

Атакованные бомбардировщики – BR.20 из 37-го полка и S.79 из 105-й группы. Два BR.20 получили повреждения, по данным итальянцев, от зенитного огня. Одна «Савойя» была повреждена в бою с «Гладиаторами», один человек из ее экипажа ранен. Бортстрелки «Савой» заявили о трех сбитых «Гладиаторах». Экипаж Z.1007bis, атакованного, по данным итальянцев, одним «Гладиатором» (вероятно, греческим), заявил о его сбитии. Фактически был сбит один британский «Гладиатор» N5823 пайлот-офицера МакДональда, который был ранен и выпрыгнул на парашюте из горящей машины. Еще четыре истребителя получили повреждения. Флайн-офицер Кохрейн приземлился на поле, чтобы организовать поиски МакДональда. Его нашли, но спустя два месяца МакДональд умер от ранений и ожогов.

Это был первый из многочисленных боев между 112-й эскадрильей RAF и итальянскими истребителями в последующие две недели. В условиях сильной облачности и дождей над горной местностью обе стороны иногда значительно завышали свои успехи. Плохая погода помешала действиям авиации 10 марта, но день спустя 15 «Гладиаторов» 112-й эскадрильи снова были в воздухе, сопровождая «Бленхеймы» 211-й эскадрильи в налет на район Бузи. По данным разведки в районе патрулировали до 40-50 итальянских истребителей G.50bis, и 9 этих машин из 24-й группы под командованием майора Чезаре Валенте атаковали британские самолеты. Итальянцы заявили об одном сбитом «Бленхейме» и одном «Гладиаторе». Фактически британцы не понесли потерь, сами же заявили о шести сбитых и семи поврежденных итальянских истребителей. В действительности были сбиты два G.50bis (майора Валенте и сержанта Спаллаччи), оба пилота погибли. Сержант Бруно Фава и старший сержант Эрмес Луккетта были ранены и совершили вынужденные посадки. Вероятно, в этом бою могли участвовать и МС.200 из 22-й группы – в тот день из вылета не вернулся «Макки» сержанта Ансельмо Андрагетти, но причина потери в точности неизвестна.

Трое пилотов и «Гладиатор» 112-й эскадрильи RAF на базе в Янине, март 1941. Слева флайт-лейтенант Дж. Фрейзер, на крыле сидит флайн-офицер Р. Экуорт, справа пайлот-офицер Брантон

Победы пилотам 112-й эскадрильи RAF были засчитаны следующим образом:

Флайт-лейтенант Фрейзер – один сбитый и один поврежденный

Флайн-офицер Бэнкс – один сбитый, два поврежденных

Флайн-офицер Экуорт – один сбитый

Флайн-офицер Кохрейн – один сбитый

Флайн-офицер Браун – один поврежденный

Пайлот-офицер Боукер – один сбитый

Пайлот-офицер Вестенра – один сбитый

Флайт-лейтенант Фрай – один вероятно сбитый и один поврежденный

Комэск Браун – один поврежденный

Флайн-офицер Смит – один поврежденный

Родезиец Невилл Боукер и новозеландец Дерек Вестенра недавно прибыли в эскадрилью из училища, и для них это был только второй бой.

Следующие два дня боев в воздухе было немного. Снова активно действовали бомбардировщики греческих ВВС. 32-я эскадрилья EVA восполнила потери, получив шесть британских «Бленхеймов» Mk I (в том числе L6658 и L6670 из 211-й эскадрильи RAF, и L8384 и L8385 из 39-й эскадрильи RAF). Греческие экипажи не любили «Бленхеймы» Mk I, потому что в этой модификации не было люков в полу, и при необходимости срочно покинуть машину в воздухе, «Бленхейм» Mk I приходилось переворачивать, как истребитель, чтобы экипаж мог выпрыгнуть. В одном из вылетов греческий «Бленхейм» Mk I был подбит зенитным огнем итальянцев, но когда пилот перевернул бомбардировщик «на спину», только он смог выпрыгнуть на парашюте. «Бэттл» из 33-й эскадрильи EVA, который пилотировал подполковник Деметриус Статакис (командир 33-й), тогда же в районе Нивицы был сбит итальянскими истребителями, но из какой группы и эскадрильи – точно не установлено. Греческая 21-я эскадрилья («Гладиаторы») в Парамитьи получила от британцев еще два «Гладиатора» - К7932 и К7984. На помощь грекам прибыли югославские добровольцы на трех самолетах (два учебных «Бюкер Юнгманн» и «Физелер» Fi-156). Югославские пилоты были временно включены в состав 31-й эскадрильи EVA («Потэ-63»), но в боевых вылетах не участвовали.

12 марта шесть «Харрикейнов» звена «В» 33-й эскадрильи RAF снова были переведены в Парамитью, где присоединились к «Бленхеймам» Mk I звена «А» 30-й эскадрильи. Звенья «В» и «С» 30-й эскадрильи, укомплектованные истребителями «Бленхейм» Mk IF, оставались в Элефсисе для защиты Афин, к тому времени к ним присоединились два «Харрикейна» 80-й эскадрильи RAF. Пилоты 80-й эскадрильи тогда же получили новые награды: флайт-лейтенант Пэттл, на счет которого было записано 23 победы, получил планку к Кресту за летные боевые заслуги, а сержант Тед Хьюитт (13 побед) – благодарность в приказе. Пэттл был рекомендован на должность командира 33-й эскадрильи. Командир эскадрильи Райли также получил Крест за летные боевые заслуги (главным образом за службу в эскадрилье летающих лодок), повышен в звании до винг-коммандера и переведен в штаб ВВС. Получив должность командира 33-й эскадрильи, Пэттл также занял пост командира авиабазы в Лариссе. Сразу же Пэттл решил, что необходимо оборудовать вспомогательный аэродром, и обратился за содействием к армейскому офицеру связи капитану Чартону (артиллерийско-техническая служба). С помощью капитана Чартона было найдено небольшое травянистое поле в 6-7 милях к юго-западу от Лариссы, где можно было разместить несколько «Харрикейнов», чтобы в случае внезапного налета противника на Лариссу все истребители не были уничтожены. Пилоты неофициально прозвали этот аэродром «задницей Чартона».

«Юнкерс» Ju -87 B из 208-й эскадрильи 101-й отдельной группы пикировщиков над Грецией

Британская авиация в Греции вскоре должна была получить хоть и небольшое, но важное подкрепление. В конце февраля немецкая 3-я группа транспортной авиации (III/KGzbV1) завершала свою помощь Regia Aeronautica и возвращалась в Германию. Немецкие Ju-52/3m за это время выполнили 1665 вылетов по перевозке войск и 2363 вылета по доставке снабжения, доставив из Фоджи в Албанию 30 000 солдат и 4700 тонн грузов. Из Албании в Италию «Юнкерсы» перевезли около 10 000 раненых и больных. После отбытия транспортной авиации Люфтваффе итальянцам пришлось задействовать больше транспортных судов для перевозок между портами Италии и Албании, и это было замечено британской авиаразведкой. Поэтому шесть торпедоносцев «Фейри Суордфиш» 815-й эскадрильи морской авиации (Fleet Air Arm), базировавшиеся на Крите, были переведены на базу Парамитья для действий против итальянского судоходства. Эти торпедоносцы под командованием лейтенант-коммандера Яго сначала перелетели в Элефсис, потому что на передовом аэродроме не было необходимого оборудования для подвески торпед. «Суордфиш» Яго («А» Р4083) имел обычный экипаж из трех человек, на остальных пяти торпедоносцах место второго члена экипажа (в центре кабины) было занято дополнительным бензобаком. Это позволило увеличить их дальность до более 1000 миль и продолжительность полета до 9 часов, но баки не были протектированными, и при попадании в них возникала серьезная угроза пожара. Основные баки были расположены в верхних крыльях, но был еще резервный бак на несколько галлонов, из которого бензин должен был поступать самотеком. Стрелок рядовой 2-го класса Кен Симс вспоминал:

«Несколько галлонов приходилось закачивать насосом вручную. Качать мог пилот – рукоятка была под его сиденьем справа – а мог и наблюдатель, если заползти под сиденье пилота. В чрезвычайных ситуациях пилоту нельзя было отвлекаться, и качать бензин приходилось наблюдателю. Если был установлен еще и резервный бак, это означало, что придется проползти и под ним, чтобы залезть под сиденье. Выбираться оттуда потом было чертовски трудно!»

Подвеска торпеды на «Суордфиш» 815-й эскадрильи FAA , авиабаза Элефсис, март 1941

По прибытии в Элефсис экипажи торпедоносцев встретились со своей аэродромной командой, доставленной вместе с торпедами на сетевом заградителе «Протектор». Сразу же возникли некоторые проблемы. Офицеры из германского посольства в Афинах публично щеголяли в своей форме, что вызвало негодование только что прибывших британских морских летчиков. Началась драка, в ходе которой одного немца выбросили из окна магазина. Греческие полицейские арестовали британских летчиков и передали их британской военной полиции, которая позже их отпустила. На следующий день офицер греческого флота передал британцам просьбу греческих властей быть более терпимыми, потому что Греция еще не находилась в состоянии войны с Германией.

Капитан (тогда еще лейтенант) Ф. Торренс-Спенс, позже командир 815-й эскадрильи морской авиации ( Fleet Air Arm )

12 марта шесть «Суордфишей» с торпедами перелетели в Парамитью. Их прибытие совпало с началом полнолуния. В ту же ночь лейтенант-коммандер Яго повел пять торпедоносцев в налет на порт Валона. Перед этим с 03:00 ночи Валону по очереди (с 20-минутным интервалом) атаковали четыре «Бленхейма» из 211-й эскадрильи, каждый «Бленхейм» проводил над целью около 15 минут, беспокоя противника и отвлекая на себя зенитный огонь. В 04:15 к цели направились «Суордфиши» в следущем составе:

“A” P4083 экипаж: лейтенант-коммандер Яго, лейтенант Колдкотт-Смит, рядовой 2-го класса Бигли

“B” P4080 экипаж: лейтенант Лэмб, рядовой 2-го класса Симс

“F” L9774 экипаж: суб-лейтенант Форд, рядовой 2-го класса Смит

“K” P4025 экипаж: лейтенант Торренс-Спенс, суб-лейтенант Винтер

“M” P4071 экипаж: лейтенант Оксли, рядовой 2-го класса Бузи

С трудом набрав высоту до 8000 футов над морем, торпедоносцы, пройдя гору Сент-Базилиос, начали снижаться, и подошли к порту на высоте около 60 футов. Из-за тусклого лунного света поверхность воды была плохо видна. Как только торпедоносцы появились над портом, итальянские зенитные орудия открыли сильный огонь. «Суордфиш» Яго сразу же получил попадание и упал в воду. Командование принял лейтенант Лэмб. Когда он направил самолет к большому судну, стоявшему в порту, его «Суордфиш» зацепился шасси о поверхность воды. Самолет сильно встряхнуло, но Лэмб сумел удержать управление, приблизиться к цели и выпустить торпеду.

Из следовавших за ним «Суордфишей» только лейтенант Торренс-Спенс смог успешно атаковать, добившись попадания в большой транспорт. Так как это судно было в полной темноте, британцы не могли заметить на нем знаки Красного Креста. Это было госпитальное судно «По» (7289 т). По данным итальянцев, в него попали две торпеды, и позже оно затонуло. Итальянское радио утверждало, что госпитальное судно было полностью освещено, и что атака на него была военным преступлением. Также итальянцы сообщили, что на борту «По» находилась дочь Муссолини графиня Эдда Чиано, и что она покинула тонущее судно одной из последних. Кроме того, был потоплен транспорт «Санта Мария» (3539 т). Представляется маловероятным, что в «По» попали две торпеды, так как только две британцы и смогли выпустить, а другие два «Суордфиша» вернулись в Парамитью с торпедами на борту, не обнаружив других подходящих целей в порту Валоны.

Экипажи «Суордфишей» 815-й эскадрильи FAA и греческий эвзон в парадной форме, Элефсис, март 1941. Третий слева – рядовой 2-го класса Кен Симс, второй справа – рядовой 2-го класса Лори Смит, крайний справа – рядовой 2-го класса Сид Бузи

Яго и его экипаж остались живы и смогли забраться на спасательную лодку. Спустя 7 часов их подобрал итальянский торпедный катер MAS. Итальянские моряки обращались с пленными хорошо, но потом британцев забрали чернорубашечники, разозленные потоплением госпитального судна, и стали угрожать пленным расстрелом.

При возвращении в Парамитью Чарльз Лэмб был уверен, что от удара о поверхность воды шасси его «Суордфиша» оторвалось, и готовился садиться «на брюхо». Но когда наступил рассвет, Кен Симс смог заглянуть под фюзеляж, и увидел, что колеса на месте. «Суордфиш» совершил нормальную посадку, его шасси не получило никаких повреждений. Командование 815-й эскадрильей FAA перешло к лейтенанту Торренс-Спенсу. Лейтенант Сьюттон, исполнявший обязанности офицера связи FAA в Греции, был направлен вперед в качестве старшего наблюдателя. На следующий день Лэмб и суб-лейтенант Форд прилетели обратно в Элефсис за оставшимися торпедами.

В полдень 13 марта с базы Парамитья командир эскадрильи Браун повел 14 «Гладиаторов» своей эскадрильи и 6 «Харрикейнов» 33-й в патрулирование над районом Клисуры. Там британцы заметили (по их данным) 14 бомбардировщиков S.79 в сопровождении 20 истребителей G.50bis и 20 или более CR.42. Три «Харрикейна» первыми атаковали итальянские истребители, за ними последовали «Гладиаторы», и в воздухе развернулось множество индивидуальных маневренных боев. Командир эскадрильи Браун атаковал один из трех ведущих итальянских истребителей, но прервал эту атаку, чтобы зайти в хвост другому, которого, по его словам, сбил. Браун заявил об одном сбитом G.50bis и одном поврежденном. Флайт-лейтенант Фрейзер атаковал CR.42, который, по его сведениям, загорелся и упал в районе Бузи. Еще о двух сбитых заявили флайн-офицер Кохрейн и пайлот-офицер Гроувс, также британцы заявили о двух поврежденных «Фиатах».

«Гладиаторы» перестроились, и позже в районе снова появились CR.42 (около 30 по данным британцев), сопровождавшие бомбардировщики BR.20 из 38-го полка. 7 «Гладиаторов» звена «С» (командир флайт-лейтенант Фрай) погнались за бомбардировщиками, а звено «А» флайт-лейтенант Фрейзера атаковало истребители. После боя британцы заявили о семи сбитых. Два из них были записаны на счет Фрейзера, один (по сведениям британцев) врезался в землю в районе к северу от Короводе, второй «загорелся и начал падать». Истребители Фрейзера и Гроувса были серьезно повреждены, но смогли вернуться на базу.

Фактически в данном случае британцы снова приняли «Макки» МС.200 за G.50bis. Потери итальянцев в действительности были намного меньше – было сбито два CR.42 (лейтенанта Гуальтьеро Бакки и младшего лейтенанта Энцо Торрони). «Макки» потерь не понесли. Итальянцы заявили о четырех сбитых «Гладиаторах» и одном «Харрикейне». Также несколько итальянских бомбардировщиков получили повреждения, несколько человек из их экипажей были ранены.

Позже в тот же день флайн-офицер Бэнкс из той же 112-й эскадрильи взлетел, чтобы проверить пулеметы «Гладиатора» N5913 над озером Янина. По неизвестной причине истребитель внезапно упал в воду, Бэнкс погиб.

На следующий день 3 «Харрикейна» и 12 «Гладиаторов» взлетели для сопровождения «Бленхеймов» 211-й эскадрильи в район Тепелена-Клисура, где британцы снова обнаружили большую группу итальянских истребителей. Пилоты «Харрикейнов» доложили, что это были 12 CR.42, 12 G.50bis и 12 МС.200. Пилоты «Гладиаторов» оценили силы противника в 40-50 CR.42 и G.50bis. Кроме того, было замечено 10 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis и 5 «Фиатов» BR.20 (из 47-го и 38-го бомбардировочных полков соответственно). Итальянские истребители были из тех же подразделений, что и день назад – 16 «Макки» МС.200 из 22-й группы и 12 «Фиатов» CR.42 из 160-й группы. По сведениям итальянцев, им противостояли 20 «Гладиаторов» и 8 «Харрикейнов».

Флайт-лейтенант Фрай и его звено атаковали бомбардировщики. Фрай заявил о сбитом BR.20, упавшем к северу от Клисуры, а флайн-офицер Смит о поврежденном. Звено «С» вступило в напряженный воздушный бой с итальянскими истребителями-монопланами. Британские пилоты заявили о четырех сбитых, четырех вероятно сбитых и поврежденных. Сержант Дональдсон заявил о двух сбитых, оба, по его словам, задымились и пошли вниз. Флайт-лейтенант Фрейзер был атакован одним истребителем, но смог уклониться, зайти ему в хвост и сбить. По словам Фрейзера, пилот выпрыгнул на парашюте. Один «Макки» отстрелил хвост «Гладиатора» N5916, и командир эскадрильи Браун с большим трудом смог покинуть машину. «Гладиатор» пайлот-офицера Боукера был поврежден. «Харрикейны» также вступили в бой, их пилоты заявили о двух сбитых и двух вероятно сбитых. Флайн-офицер Хоулмен, считавший, что сбил одного, вскоре сам был сбит и вынужден прыгать на парашюте.

Итальянские пилоты заявили о двух сбитых «Харрикейнах» и двух «Гладиаторах». Фактические потери итальянцев – два сбитых МС.200 лейтенанта Луиджи Локателли (погиб) и сержанта Ферручио Миаццо (выпрыгнул на парашюте). Истребитель младшего лейтенанта Эдгардо Вагги получил повреждения.

Стрелки одного Z.1007bis заявили о сбитом «Гладиаторе». Один «Кант» был поврежден (по данным итальянцев – зенитным огнем).

Тем временем «Суордфиш» Р4080 флайт-лейтенанта Лэмба из 815-й эскадрильи FAA после подвески торпеды в Элефсисе возвращался в Парамитью. Пролетая над Корфу на высоте 5000 футов «Суордфиш» был перехвачен двумя «Фиатами» CR.42 из 160-й группы. Лэмб немедленно сбросил торпеду и, когда итальянские истребители открыли огонь, резко поднял нос «Суордфиша», почти поставив торпедоносец на хвост. Итальянцы пытались удержать «Суордфиш» в прицеле, но не смогли, и им пришлось развернуться и снова атаковать. На этот раз Лэмб направил самолет резко вниз, при пикировании скорость «Суордфиша» превысила 200 миль в час. «Фиаты» последовали за ним, но столкнулись и упали в море. Лейтенант Этторе Кампиноти при этом погиб, а старший сержант Маурицио Мандолези успел покинуть машину. Приземлившись на базе Парамитья, Лэмб обнаружил пробоину в своем сиденье, а в парашютной укладке нашел застрявшую там 12,7-мм пулю.

Той же ночью в 21:15 три «Суордфиша» 815-й эскадрильи снова провели налет на порт Валоны, и снова их поддерживали «Бленхеймы» 211-й эскадрильи, отвлекая на себя огонь ПВО. Торпедоносцы атаковали два судна в порту, по сведениям британцев лейтенант Оксли и суб-лейтенант Маколэй добились попаданий в 10 000-тонный лайнер, но итальянские данные не подтверждают потоплений или повреждений судов в ходе того налета.

Командир 211-й эскадрильи Гордон-Финлейсон 13 марта вылетел из Парамитьи в Элефсис для доклада в штабе ВВС о действиях своей эскадрильи с передового аэродрома, с которого за 25 дней было выполнено 30 боевых вылетов. По прибытии Гордон-Финлейсон был извещен о повышении в звании до винг-коммандера и награждении Орденом за выдающиеся заслуги (DSO). Он был назначен на должность командира нового «Восточного Крыла», организованного по примеру успешных действий «Западного Крыла» в районе Янина - Парамитья. В состав «Восточного Крыла» должны были войти соединения RAF, базировавшиеся ближе к району Салоник: 11-я эскадрилья в Альмиросе; отряд 113-й эскадрильи в Мениди, к которому вскоре должны были присоединиться и остальные части эскадрильи; «Веллингтоны» 37-й эскадрильи в Мениди; звенья «В» и «С» 30-й эскадрильи в Элефсисе; остальные части 33-й эскадрильи (базировавшиеся не в Парамитьи). Также должны были вскоре прибыть из Египта еще две эскадрильи (73-я и 208-я).

Место Гордон-Финлейсона на посту командира 211-й занял командир эскадрильи Р. Недвилл, новозеландец, ранее служивший инструктором в летном училище в Хаббании (Ирак). Тем временем в 33-ю эскадрилью прибыли два новых пилота, оба ранее служившие инструкторами в учебной части в Исмаилии. Флайт-лейтенант Митчелл участвовал в боях в Восточной Африке на истребителе «Глостер Гонтлит», где сбил «Капрони» Ca.133. Он и другой пилот флайн-офицер Д. Мойер входили в состав звена истребителей, сформированного из состава учебных частей для усиления ПВО Суэцкого Канала.

Вскоре после полудня 15 марта над Яниной появились 10 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 47-го полка и начали бомбить аэродром. В этот момент заходил на посадку «Гладиатор» флайн-офицера Беннета из 112-й эскадрильи RAF. Близким разрывом бомбы истребитель был поврежден и едва не перевернулся, но Беннет смог выправить и успешно посадить поврежденную машину. На стоянке загорелся другой «Гладиатор». Двое солдат из технического персонала 112-й эскадрильи – рядовые Рид и Уолтер - вышли из убежища, хотя бомбежка еще не прекратилась, потушили пожар и спасли истребитель. Также был поврежден греческий транспортный «Юнкерс» Ju-52/3m, но позже его смогли быстро отремонтировать.

В 13:25 с Парамитьи взлетели 7 «Бленхеймов» из 84-й и 211-й эскадрилий для удара по аэродрому Деволи. В результате налета были уничтожены три итальянских разведчика Ro.37bis из 72-й разведывательной группы, три истребителя G.50bis из 395-й эскадрильи получили повреждения, три человека были ранены. Позже в 17:30 еще 8 «Бленхеймов» из тех же эскадрилий атаковали аэродром Валоны, там в результате налета был уничтожен один истребитель CR.42. В тот же день 8 «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи и 5 истребителей-бомбардировщиков «Бленхейм» Mk IF перелетели в Парамитью для ночных бомбардировок Тираны и Валоны.

Первыми в ночной налет направились три торпедоносца «Суордфиш» из 815-й эскадрильи FAA, они взлетели в 20:30 для нового удара по порту Валоны. «Бленхеймы» из 211-й эскадрильи снова выполняли отвлекающий налет. Как и в прошлом налете, оказалось, что корабли в порту перемещены и замаскированы, и торпедоносцам пришлось тратить время на поиск целей. С небольшого корабля был открыт огонь по «Суордфишу» лейтенанта Лэмба, но самолет не получил повреждений. Стрелок Кен Симс из экипажа торпедоносца суб-лейтенанта Маколэя вспоминал:

«Мы летели на высоте 1000 футов, но зенитный огонь был слабым и неточным. Определить высоту и положение было легко, потому что посреди порта стояло ярко освещенное госпитальное судно. Мы обогнули его, обнаружили за ним затемненный силуэт транспорта и зашли в атаку. Мак не стал рисковать. Похоже, он точно знал, сколько нужно времени для приведения взрывателя торпеды в боевое положение, и на каком расстоянии от цели ее сбрасывать. Когда мы сбросили торпеду, силуэт транспорта, казалось, был уже довольно близко. Мы отвернули и стали ждать взрыва. Я ожидал впечатляющего зрелища, но вспышка взрыва была довольно небольшой. Возможно даже, что это была не наша торпеда, а отражение в воде вспышек выстрелов орудий, их снаряды в основном проходили над нами. Но мы считали, что добились попадания. Мы снова обогнули госпитальное судно и направились к выходу из порта, на высоте всего лишь 100 футов».

Вероятно, эта торпеда могла нанести повреждения миноносцу «Андромеда», который затонул позже. Или это могла быть торпеда лейтенанта Лэмба, который тоже видел госпитальное судно, но не найдя больше подходящих целей, выпустил торпеду по небольшому кораблю, стрелявшему по «Суордфишам», и тоже считал, что добился попадания. Суб-лейтенант Форд, не найдя подходящих целей, вернулся назад с торпедой, но не смог найти в темноте Парамитью, и совершил вынужденную посадку на поле, при этом «Суордфиш» попал в канаву и перевернулся.

В 03:30 аэродром Валоны атаковали 5 «Бленхеймов» Mk IF с 20-фунтовыми и 30-фунтовыми осколочными бомбами. Один «Бленхейм» был поврежден зенитным огнем. На аэродроме повреждения получили 4 разведчика Ro.37bis из 72-й разведывательной группы. Несколько позже «Веллингтоны» 37-й эскадрильи RAF атаковали аэродром Тираны. При лунном свете с аэродрома взлетели несколько истребителей «Фиат» CR.42. Они атаковали «Веллингтон» «D» R1387 сержанта Д. Мюррелла, который загорелся и упал. Три человека из его экипажа, в том числе пилот, погибли, остальные трое попали в плен. Еще два «Веллингтона» были серьезно повреждены. Бомбардировщик «С» Т2580 флайт-лейтенанта Лемана получил повреждения шасси, было прострелено левое колесо, повреждено управление элеронами и хвостовая турель. «Веллингтон» “J” Т2895 сержанта Д. Пола получил тяжелые повреждения со стороны правого борта, но оба поврежденных бомбардировщика смогли вернуться в Мениди.

К тому времени после недели тяжелых боев греки смогли остановить итальянское наступление. Обе стороны понесли большие потери. Греческие войска, хотя и снова одержали победу, были серьезно истощены, не хватало боеприпасов и продовольствия. Активные действия авиации продолжались, особенно в ночное время суток. 16 марта один «Бленхейм» из 211-й эскадрильи направился в разведывательный вылет к порту Дураццо для обнаружения подходящих целей, по которым могли бы нанести удар торпедоносцы. В порту было замечено несколько крупных кораблей. На обратном пути в районе Валоны был замечен гидросамолет «Кант» Z.506B из 86-й группы морских бомбардировщиков. Пилот «Бленхейма» пайлот-офицер Рон Пирсон вспоминал:

«Мы были примерно в равных условиях – у «Бленхейма» два пулемета, у «Канта» три (два в хвосте, один в носу). Сначала мы старались выбить пулеметы в хвосте, и со второй очереди я подавил огонь хвостового стрелка. Как раз вовремя, потому что очередь из верхней турели прошла прямо рядом с кабиной – весьма неприятно. Когда хвостовые пулеметы замолчали, я начал обстреливать кабину и несколько раз атаковал его в лоб, чтобы сбить с курса. Когда патроны в носовом пулемете закончились, мы атаковали его на пересекающихся курсах, чтобы наш хвостовой стрелок мог вести огонь. Мы здорово ему всыпали. Но патроны кончились, и пришлось возвращаться. «Кант», хотя и летел над самым морем, но все еще держался в воздухе, все его пулеметы молчали. Поэтому мы вернулись на базу немного расстроенные».

Еще до того, как Пирсон привел свой «Бленхейм» обратно в Парамитью, из штаба ВВС эскадрилью известили, что греческие наблюдатели видели этот бой, и, по их сведениям, «Кант» упал в море и утонул. Однако это было неверно. Фактически поврежденный итальянский гидросамолет смог вернуться в Бриндизи.

Получив данные разведывательного вылета Пирсона, в 22:30 четыре торпедоносца «Суордфиш» направились в налет на порт Дураццо. На расстоянии последних 30 миль до цели «Суордфиши» вошли в густую облачность, и первое, что британские пилоты заметили над портом – неприятно точный огонь зенитной артиллерии. Все пилоты атаковали, выбирая цели индивидуально, в порту было замечено много транспортов, и все торпеды были сброшены. Один экипаж докладывал, что наблюдал два взрыва, но никто не стал задерживаться, чтобы точнее проверить результаты атаки – зенитный огонь был слишком плотным.

Тем временем итальянцы нанесли ответный удар. Три бомбардировщика Z.1007bis из 47-го полка рано утром бомбили Лариссу, а два BR.20 из 37-го полка нанесли внезапный удар по Янине. Два часа спустя три истребителя CR.42 из 160-й группы обстреляли из пулеметов аэродром в Янине. В ходе этой атаки «Фиат» капитана Луиджи Корсини был поврежден зенитным огнем. Корсини не смог дотянуть до аэродрома, и на обратном пути ему пришлось прыгать на парашюте, он приземлился на позиции итальянцев.

На следующую ночь 17/18 марта 6 «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи под командованием винг-коммандера Колларда снова бомбили порт Дураццо, британцы заявили о попаданиях бомб в доки. Один «Веллингтон» был поврежден зенитным огнем.

В течение следующих нескольких дней значительных воздушных боев не происходило, хотя группы «Бленхеймов» продолжали атаковать цели в Албании. 18 марта греческий морской разведчик «Энсон» из 13-й эскадрильи EVA заметил и атаковал подводную лодку в районе острова Святого Георгия (к югу от Афин). Об обнаружении подводной лодки экипаж «Энсона» сообщил по радио, и через пять минут все исправные самолеты 13-й эскадрильи были подняты в воздух. На поверхности моря греки заметили большое количество нефти, и предположили, что подводная лодка серьезно повреждена. К ее поискам присоединился «Сандерленд» флайт-лейтенанта Лайвуда из 230-й эскадрильи RAF с базы Скараманга, но ничего не обнаружил. Итальянские и немецкие данные не подтверждают потерь подводных лодок в том районе.

Эндрю Стаматопулос, которому тогда было 14 лет, жил в деревне Кондокали на острове Корфу. Он записал в своем дневнике:

«18 марта в полдень я услышал шум самолета где-то высоко в небе. Вскоре я увидел большой красивый самолет, летевший с северо-запада по направлению к нашему острову, на высоте около 3000 метров. Это был «Кант» Z.1007bis «Альчионе» (с одним килем). Мы услышали шум моторов и с другой стороны: три старомодно выглядевших биплана летели в нашу сторону над морем с востока, довольно медленно, на высоте около 2000 метров. Это были наши «Бреге» Br.XIX. Они, вероятно, заметив итальянца, увеличили скорость и начали набирать высоту. Итальянский бомбардировщик, заметив их, развернулся и направился обратно, в этот момент он пролетал над городом Корфу. Примерно 2-3 минуты самолеты вели перестрелку, и в районе деревни Синарадес с неба упало много пустых гильз. «Альчионе» мог развивать куда большую скорость и легко ушел от наших. Вскоре в северо-восточной части острова послышались взрывы: вероятно, итальянский самолет сбросил бомбы. Позже «Бреге» снова пролетели над нами и направились обратно к востоку. Их база была в Парамитьи».

Юный Эндрю был уверен, что увиденные им бипланы – «Бреге» Br.XIX, но таких самолетов на базе Парамитья тогда не было. В действительности это были три «Гладиатора» из 112-й эскадрильи RAF, они атаковали над Корфу Z.1007bis, но не смогли его догнать.

Плохая погода в ночь 18/19 марта не позволила провести новый налет «Суордфишей» на Дураццо, но разведка днем 19 марта показала, что в порту снова есть достойные цели для торпедоносцев, и «Суордфиши» стали готовить к вылету. Из-за малой глубины в порту было решено вооружить два «Суордфиша» 250-фунтовыми бомбами (по 6 на каждый) и осветительными ракетами, и только один (суб-лейтенанта Маколэя) – торпедой. Три «Суордфиша» взлетели в 01:50 и прибыли к цели два часа спустя. Кен Симс, наблюдатель на «Суордфише» с торпедой, вспоминает:

«Лететь до Дураццо пришлось долго, примерно еще 100 миль после Валоны. Мы взяли курс подальше в море, чтобы облететь Валону, в надежде, что там не заметят, куда мы направляемся, и не предупредят Дураццо. Спустя два часа мы повернули, прошли над портом Дураццо на высоте 8000 футов, и начали сбрасывать осветительные ракеты. Порт оказался полон целей. А воздух над ним – полон зенитного огня. ПВО итальянцев была сильной».

Лейтенант Клиффорд сбросил бомбы на судно водоизмещением около 3000 тонн, но не заметил попаданий. Рядовой Лори Смит, наблюдатель на «Суордфише» “F” суб-лейтенанта Форда, заметил два взрыва после сброса бомб на корабль в северо-восточной части порта. Тем временем суб-лейтенант Маколэй искал подходящую цель для торпеды. Кен Симс вспоминает:

«Большое судно, похожее на танкер, стояло недалеко от пристани. Я подумал, что его Мак и выберет для атаки. Мы выполнили образцовую атаку, какие часто отрабатываются, но редко получаются. Вертикальное пикирование с противозенитным маневром, потом поправляем курс, уменьшаем скорость, и выравниваем самолет у самой воды, близко к цели. В свете наших собственных осветительных ракет мы казались ужасно уязвимыми. Но вертикальное пикирование сработало, выведя нас из-под огня зениток. Оглянувшись, я увидел, что воздух над нами полон огня, но на предельно малой высоте мы без помех смогли приблизиться к цели. Когда начали стрелять пулеметы и 20-мм «Бреды», мы уже сбросили торпеду и отвернули. Было довольно страшно, пока мы не перелетели причальную стенку, и большая часть огня осталась позади. Аэростатов в воздухе я не видел, но успел заметить попадание по цели, освещенной нашими осветительными ракетами. Стрельба позади еще продолжалась. Наверное, ребята с бомбами не сбросили их все сразу. Я пожелал им удачи».

После этого налета погода над Албанией и Грецией еще сильнее ухудшилась, препятствуя действиям авиации. Только в ночь 21/22 марта самолеты 815-й эскадрильи FAA смогли выполнить новый налет, но и он завершился неудачно. Единственный «Суордфиш», добравшийся до Валоны, был вынужден поспешно отступить, когда над портом были замечены два итальянских истребителя. При возвращении «Суордфиш» разбился.

«Бленхеймы» 113-й разведывательной эскадрильи RAF выполнили несколько разведывательных вылетов над территорией Югославии и Болгарии с целью выяснения обстановки, так как стало известно, что в Болгарию вошли немецкие войска. 21 марта «Фиаты» G.50bis из 24-й группы сопровождали «Савойю» S.79, на борту которой Муссолини со свитой возвращался обратно в Италию. Один «Макки» МС.200 из 371-й группы разбился при патрулировании в районе Валоны, его пилот младший лейтенант Энрико Пани погиб. «Кант» Z.506B, выполнявший разведывательный вылет, был атакован «Гладиаторами» к югу от острова Кефалония. Экипаж гидросамолета заявил об одном сбитом истребителе. Со стороны союзников сведений об этом бое не обнаружено.

Истребители «Макки» МС.200 из 153-й истребительной группы готовятся к взлету, март 1941 (Н. Малиция)

Итальянские самолеты-разведчики смогли, наконец, обнаружить аэродром в Парамитьи, и 22 марта в 06:35 на его штурмовку направились 29 истребителей МС.200 из 153-й группы (базы в Лечче и Бриндизи). Фактически штурмовку проводили 8 «Макки», пилоты которых заявили о двух «Бленхеймах», уничтоженных на земле. В действительности был уничтожен один «Бленхейм» из 211-й эскадрильи RAF. Остальные МС.200 патрулировали над аэродромом, их пилоты заявили, что вели бой с «Гладиаторами» и сбили два из них. В действительности в тот момент в воздухе было только два британских «Гладиатора» (флайт-лейтенанта Фрейзера и пайлот-офицера Боукера). Они взлетели, когда было получено сообщение о появлении итальянских бомбардировщиков над островом Корфу. Пилоты «Гладиаторов» успели заметить 4 «Канта» Z.1007bis и сопровождавшие их «Макки» (британцы приняли их за G.50bis), но в бой не вступили, и ни одна из сторон потерь не понесла. Позже Парамитью атаковали 5 бомбардировщиков «Фиат» BR.20 из 37-го полка, их встретил сильный зенитный огонь, и два BR.20 получили повреждения, но аэродрому этот налет причинил лишь незначительный ущерб.

Капитаны Марио Ларкер и Джузеппе Ченни, и механик из 239-й эскадрильи 97-й отдельной группы пикировщиков ( Ba ’ T ). На заднем плане «Юнкерсы» Ju -87 B .

После полудня еще 27 «Макки» повторили штурмовку аэродрома Парамитья. На этот раз итальянцы заявили о двух уничтоженных на земле «Веллингтонах» и одном «Гладиаторе». Фактически сгорел один неисправный «Веллингтон» из 37-й эскадрильи и один «Гладиатор» из 80-й эскадрильи RAF. Пикировщики Ju-87B из 239-й эскадрильи Ba’T под командованием капитана Марио Ларкера атаковали несколько небольших греческих кораблей в районе Корфу, заявив об одном потопленном и одном поврежденном.

«Гладиатор» из 80-й эскадрильи RAF , уничтоженный итальянскими истребителями на аэродроме Парамить я 22 марта 1941 г.

Британцы приняли «Макки», атаковавшие Парамитью, за G.50bis с базы Берат. Поэтому на 23 марта был запланирован удар по аэродрому в Берате. «Бленхеймы» из 84-й эскадрильи RAF (6 машин) в сопровождении 13 «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи RAF и 11 «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи направились в налет на Берат. Из-за сильной облачности лететь пришлось на низкой высоте, «Бленхеймы» бомбили аэродром с высоты только 1500 футов, но получили лишь небольшие повреждения от зенитного огня. Два «Харрикейна» были повреждены более серьезно, им пришлось возвращаться в Лариссу в сопровождении звена флайн-офицера Хоулмена. Оставшиеся «Харрикейны» перегруппировались плотным строем вокруг бомбардировщиков, но у греко-албанской границы их атаковали «Фиаты» G.50bis из 24-й группы. «Харрикейн» V7415 флайн-офицера Дайсона был подбит, пробиты топливные баки и бак с гликолем, жидкостью залило фонарь, ослепив пилота. Дайсону почти удалось дотянуть до Лариссы, но у самой базы двигатель заглох, и пилоту пришлось прыгать на парашюте. Его подобрали греческие солдаты и помогли вернуться на базу. После этого боя пилоты итальянской 24-й группы лейтенант Энрико Джорданино и младший лейтенант Джорджио Моретти заявили об одном сбитом «Харрикейне» и одном вероятно сбитом.

Вскоре после полудня командир эскадрильи Пэттл повел 10 «Харрикейнов» на штурмовку аэродрома Фир в нескольких милях к западу от Берата. Когда «Харрикейны» подошли к цели, их атаковали итальянские истребители (по оценкам британцев – 20 «Фиатов» G.50bis и «Макки» МС.200), развернулось множество отдельных воздушных боев. Британцы заявили о трех сбитых G.50bis, по одной победе было засчитано Пэттлу, флайн-офицеру Вудворду и флайн-офицеру Хоулмену (он заявил еще об одном поврежденном). Флайн-офицер Ньютон заявил об одном вероятно сбитом и одном поврежденном. В результате «Харрикейны» были отвлечены воздушным боем, и только Пэттл и Вудворд обстреляли аэродром, после чего заявили о трех уничтоженных самолетах. Пэттл также заметил G.50bis, заходивший на посадку, и обстрелял его, но не видел, как он упал, поэтому заявил о нем как о вероятно сбитом. По возвращении Пэттл был очень зол на своих пилотов за то, что они не выполнили основную задачу – штурмовку аэродрома. В результате налета были повреждены на земле два разведчика Ro.37bis и один истребитель G.50bis. Несмотря на заявления британцев о победах в воздухе, ни один итальянский самолет в том бою не был сбит. Итальянские пилоты из 154-й группы заявили об одном сбитом и одном вероятно сбитом британском истребителе. Фактически же британцы тоже не понесли потерь.

На убывающей луне с уменьшением лунного света стали уменьшаться и возможности для ночных налетов. Поэтому отряд «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF, базировавшийся в Мениди, получил приказ вернуться в Египет. Трое пилотов из 815-й эскадрильи FAA под командованием лейтенанта Лэмба также направились в Египет на транспортном «Лодстаре», чтобы получить новые «Суордфиши». 24 марта из Египта в Мениди прибыли главные силы 113-й эскадрильи RAF (командир эскадрильи Р. Спенсер), соединившись с базировавшимся там звеном фоторазведки. Первоначальной задачей 113-й было атаковать итальянские конвои, доставлявшие снабжение на Додеканезские острова, и продолжать разведывательные полеты над Румынией и Болгарией. Британские пилоты с удивлением обнаружили, что гражданские Ju-52/3m немецкой авиакомпании «Люфтганза» по-прежнему пользуются аэродромом в Мениди, взлетая с тех же ВПП, что и «Бленхеймы» Mk IV.

Флайт-лейтенант Янг из 33-й эскадрильи RAF был переведен на другое место службы, его должность командира звена «В» занял флайн-офицер «Дикси» Дин, повышенный в звании до флайт-лейтенанта. Флайн-офицер Дайсон получил планку к Кресту за летные боевые заслуги за действия в Северной Африке. Двое пилотов 80-й эскадрильи RAF также получили награды: пайлот-офицер Билл Вейл (13,5 побед) – Крест за летные боевые заслуги, а сержант Дональд Грегори (7 побед) – Медаль за летные боевые заслуги. 26 марта новый командир 211-й эскадрильи Нэдвилл позаимствовал «Гладиатор» из 112-й эскадрильи для отработки фигур высшего пилотажа. Во время одного из маневров Нэдвилл потерял управление, разбился и погиб. Командование 211-й принял один из командиров звеньев флайт-лейтенант Джонс. У итальянцев за день до этого разбился насмерть майор Оскар Молинари, лишь недавно вернувшийся после выздоровления на пост командира 160-й группы, он также выполнял фигуры высшего пилотажа на своем CR.42.

«Макки» МС.200 из 153-й группы после полудня 26 марта снова атаковали аэродром в Парамитьи. Над аэродромом их встретили 4 «Гладиатора» из 112-й эскадрильи RAF. В воздушном бою один «Гладиатор» был серьезно поврежден, но пилот смог посадить его. Флайт-лейтенант Шваб заявил об одном сбитом «Макки», фактически же итальянцы потерь не понесли. Пока остальные истребители вели бой, два «Макки» обстреляли аэродром. Итальянцы заявили, что на земле были уничтожены два «Гладиатора» и «Веллингтон». Фактически они уничтожили один «Гладиатор» и обстреляли обломки «Веллингтона», уничтоженного четырьмя днями ранее.

Аэродром Парамить я, апрель 1941. Итальянцы позируют на фоне обломков двух «Гладиаторов», уничтоженных в ходе штурмовок в конце марта. (Н. Малиция)

113-я эскадрилья RAF выполнила первый боевой вылет на новом фронте 27 марта: командир эскадрильи Спенсер повел 11 «Бленхеймов» бомбить аэродром Калато на острове Родос. Было сброшено 12 000 фунтов бомб, по данным британцев подожжены склады горючего и аэродромные постройки, и, вероятно, уничтожен один итальянский самолет. Этот налет был связан с активностью над Критом (см. Главу 4) и перехватом «Ультра», сообщавшим об усилении активности итальянской авиации в районе Родоса.

«Бленхейм» Mk IV из 113-й эскадрильи RAF на базе Мениди.

112-й эскадрилье RAF, базировавшейся в Янине, было приказано перевести все исправные «Гладиаторы» на базу Парамитья, потому что 112-ю предполагалось перевооружить «Харрикейнами». На следующий день трое пилотов эскадрильи отправились на транспортном «Бомбее» в Египет, чтобы забрать первые «Харрикейны». Но позже эти «Харрикейны» были переданы не 112-й, а 33-й эскадрилье RAF в Элефсисе.

27 марта 6 истребителей «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF перелетели на передовую базу в Парамитью. На следующее утро в 05:35 эти «Бленхеймы» под командованием флайт-лейтенанта Тома Хоргана направились в налет на аэродром Лечче в Италии. Этот налет имел целью помешать возможным действиям итальянской авиации против британского флота. Час спустя «Бленхеймы» уже были над целью, и спикировали с высоты 10 000 футов до 1500 футов. По оценкам британцев на аэродроме было замечено от 80 до 100 самолетов всех типов. «Бленхеймы» застали итальянцев врасплох и успели выполнить два захода. По данным британцев один бомбардировщик, идентифицированный ими как «Капрони» Са.135, загорелся, а второй взорвался, еще более 20 самолетов было повреждено пулями. Когда зенитки наконец открыли огонь, 4 «Бленхейма» получили повреждения, самолет сержанта Оуэна при возвращении совершил вынужденную посадку на передовом аэродроме. С аэродрома Лечче взлетели 2 истребителя МС.200 и еще три с аэродрома Бриндизи, но они не успели догнать «Бленхеймы». На этот раз британцы довольно точно оценили ущерб нанесенный противнику: фактически сгорел один бомбардировщик S.81 и еще 25 самолетов получили различные повреждения, 5 человек были ранены.

30 марта в 11:25 «Бленхеймы» из 84-й эскадрильи RAF (10 машин) без сопровождения истребителей направились в налет на лагерь итальянских войск в Эльбасане. «Бленхейм» L1390 сержанта Хатчинсона был поврежден зенитным огнем и совершил вынужденную посадку в районе Корицы. Остальные 9 бомбардировщиков были перехвачены «Фиатами» G.50bis из 154-й группы, взлетевшими с аэродрома Деволи. «Бленхейм» L1391 сержанта Бейли был серьезно поврежден, получив попадания в нос, фюзеляж и правое крыло. «Бленхейм» Т2427 флайн-офицера Гуджа также получил повреждения. Пилоты «Фиатов» заявили о двух вероятно сбитых «Бленхеймах». Экипажи британских бомбардировщиков идентифицировали итальянские истребители как Re.2000. Сержант Блэкберн, стрелок из экипажа «Бленхейма» флайт-лейтенанта Рассела, считал, что сбил один истребитель. Ночью 5 «Бленхеймов» из 113-й эскадрильи RAF бомбили итальянский конвой в районе острова Стампалья, но без заметных результатов.

В конце месяца 80-я эскадрилья RAF, получив новые «Харрикейны», передала последние четыре «Гладиатора» в 112-ю эскадрилью, которой теперь командовал флайт-лейтенант Шваб, принявший пост у командира эскадрильи Брауна. Два изношенных «Гладиатора» (К7932 и К7984) были переданы греческой 21-й эскадрилье в Птолемаиде. Шесть новых «Харрикейнов» 80-й эскадрильи имели номера Р2927, V6629, V7344, V7718, V7748 и V7808. Два из них перегнали в Грецию пилоты «Свободной Франции» флайт-сержанты Жак Ривалан и Пьер Винтерсдорф, также направленные в 80-ю. «Бленхейм», сопровождавший «Харрикейны» при перелете из Египта, доставил обратно из отпуска командира эскадрильи Джонса. Пополнение получила и 30-я эскадрилья – три «Бленхейма» Mk IF, что позволило полностью вооружить эскадрилью «Бленхеймами» в модификации истребителя.

Одна из еще двух эскадрилий RAF, которые предполагалось направить в Грецию – 208-я разведывательная, базировавшаяся в Палестине, получила приказ готовиться к перелету. Эта эскадрилья тактической разведки (командир эскадрильи Дж. Р. Уилсон) имела в своем составе два звена очень изношенных разведчиков «Уэстланд Лайсендер» и четыре «Харрикейна», испытывая серьезную нехватку подготовленных пилотов-разведчиков и подходящих самолетов. Другая эскадрилья, которую предполагалось направить в Грецию (73-я), осталась в Африке, потому что в Ливии вскоре началось первое наступление Африканского Корпуса генерала Роммеля.

1 апреля 84-я эскадрилья RAF потеряла старшего из командиров звеньев. Флайт-лейтенант Бём и его экипаж погибли в катастрофе, когда их «Бленхейм» Т2382 разбился в районе Кифиссии к северо-востоку от Афин. 113-я эскадрилья перевела свои «Бленхеймы» из Мениди в Лариссу, а два дня спустя – на новый аэродром в Ниамате, между Лариссой и Волосом. База в Мениди предназначалась для 37-й эскадрильи RAF («Веллингтоны»), возвращавшейся из Египта.

Налеты итальянской авиации возобновились 2 апреля, рано утром 10 «Кантов» Z.1007bis из 35-го полка и 50-й группы бомбили сильно защищенный железнодорожный комплекс во Флорине, итальянцы заявили об успешном поражении целей. Несколько «Кантов» было повреждено зенитным огнем, также их атаковали 7 «Гладиаторов» из греческой 21-й эскадрильи с базы Птолемаида. Греческие пилоты заявили о двух сбитых итальянских бомбардировщиках, в действительности был потерян один «Кант» из 35-го полка, из его экипажа спасся только один человек.

В тот же день в 12:55 еще 5 «Кантов» Z.1007bis из 106-й группы 47-го полка направились с базы Гротталье бомбить порт Волос. Один бомбардировщик вернулся из-за неисправности двигателя, остальные четыре в 14:50 отбомбились по цели с высоты 22 000 футов, сбросив 8 250-кг бомб и 12 100-кг. На перехват бомбардировщиков взлетели 4 «Харрикейна» из 33-й эскадрильи RAF и 6 «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи RAF. Пилоты «Харрикейнов» флайт-лейтенант Литтлер и флайн-офицер сэр Джеймс Киркпатрик заявили об одном сбитом Z.1007bis. Флайн-офицер Вудворд, взлетевший позже, потому что в его «Харрикейн» в это время грузили боекомплект, преследовал бомбардировщики до Коринфского залива. Хотя погрузить боекомплект успели только для четырех пулеметов в левом крыле, Вудворд считал, что сбил два бомбардировщика в первый же заход. Полагая, что в группе, которую он преследовал, было четыре самолета, он атаковал еще один бомбардировщик, и этот «Кант» действительно был подбит и упал в море в заливе Патрас в районе Миссолонги. Пилот лейтенант Марио Боцци и его экипаж были подобраны со спасательной шлюпки. Еще один сбитый Z.1007bis младшего лейтенанта Маурицио Морандини из этой группы упал в нескольких милях от аэродрома Альмирос (база 11-й эскадрильи RAF). Один человек из его экипажа приземлился на парашюте рядом с аэродромом и был взят в плен. Вероятно, это был «Кант», сбитый Литтлером и Киркпатриком, но возможно также, что его сбил Вудворд.

Вудворд продолжал преследовать два оставшихся бомбардировщика и заявил, что успел нанести серьезные повреждения еще одному Z.1007bis, прежде чем у его «Харрикейна» закончился боекомплект. Позже Вудворд вспоминал:

«Я сбил трех достоверно и еще одного вероятно, из эскадрильи «Зеленые мыши», которой командовал сын Муссолини. Я видел, как его «Кант» сильно дымил и уходил со снижением к западному краю Коринфского залива. У меня к тому времени кончился боекомплект».

Похоже, что пропаганда приукрасила результаты этого боя, во что позже поверил и сам Вудворд. В действительности эмблему «Зеленые мыши» (Sorci verdi) носили «Савойи» S.79 из 41-й бомбардировочной группы, но не Z.1007bis 47-го полка. Бруно Муссолини действительно командовал 260-й эскадрильей 47-го полка, но в том налете не участвовал, а группой «Кантов» командовал капитан Пьер Луиджи Брага. Вероятно, Вудворд дважды атаковал уже поврежденный бомбардировщик лейтенанта Боцци, и полагал, что в первый раз сбил его, а во второй раз принял его за другой самолет, и, так как «Кант» Боцци отстал от двух других бомбардировщиков, Вудворд решил, что это последний уцелевший итальянских самолет из всей группы.

Пилоты 33-й истребительной эскадрильи RAF на фоне одного из «Харрикейнов», база Ларисса, начало апреля 1941

3 апреля «Бленхеймы» RAF в сопровождении истребителей бомбили Берат. 4 апреля итальянские пикировщики Ju-87 с базы Лечче трижды атаковали греческие транспортные суда в районе Корфу. В 10:50 шесть «Юнкерсов» из 239-й эскадрильи атаковали греческие суда в бухте Дафнила, но безрезультатно. Вскоре после полудня четыре Ju-87 из 239-й и два из 209-й эскадрильи бомбили греческий транспорт «Сусана» у побережья острова Корфу, и капитан Ченни прямым попаданием потопил судно. Позже примерно в 17:20 капитан Марио Ларкер снова повел шесть Ju-87 из 239-й эскадрильи в налет на бухту Дафнила, на этот раз итальянцы потопили греческий эсминец «Проусса».

В Элефсис к тому времени прибыли из Египта еще 6 «Харрикейнов», три из них пригнали пилоты 112-й эскадрильи RAF, а три – пилоты 33-й, но все «Харрикейны» предназначались для 33-й эскадрильи. Новые истребители были очень нужны, потому что на следующий день британская разведка получила перехват «Ультра», из которого следовало, что вскоре начнется вторжение немецких войск в Югославию и Грецию. Однако британцы мало чем могли помочь союзникам, и лишь предупредили правительство Югославии.

Вечером 5 апреля 6 «Суордфишей» из 815-й эскадрильи FAA снова перелетели с торпедами в Парамитью, но разведка не обнаружила в портах Валона и Дураццо подходящих целей для них. Поэтому в 19:30 «Суордфиши» направились на патрулирование и поиск целей над обычными маршрутами итальянских конвоев. На одном торпедоносце место наблюдателя занял командующий «Западного Крыла» винг-коммандер Кут. Два «Суордфиша» патрулировали в районе Бари, два – в районе Сан-Джованни, и еще два – между Отранто и Валоной. И там никаких целей не было обнаружено, но когда последняя пара торпедоносцев возвращалась из патрулирования, на «Суордфише» Р4064 лейтенанта Ли возникла неисправность двигателя, и отлетел винт. «Суордфиш» летел на слишком малой высоте, чтобы можно было прыгать на парашютах, и Ли попытался совершить вынужденную посадку в высохшем русле реки примерно в 20 милях от Парамитьи. Хотя самолет был сильно разбит, Ли и его наблюдатель не пострадали. Они оказались в очень отдаленном и глухом районе, из которого выбираться пришлось пешком, что заняло у них три дня. Когда они, наконец, вернулись в Парамитью, то обнаружили, что война приняла совсем другой оборот.

Восемь пилотов истребителей Regia Aeronautica за кампанию в Греции получили высшую награду Италии – Золотую Медаль (Medaglia d’Oro) – все посмертно. Сверху по часовой стрелке: лейтенант Ливио Басси (395-я эскадрилья, 154-я группа), сбит 20 февраля 1941, умер от полученных ран 2 апреля. Капитан Джорджио Граффер (365-я эскадрилья, 150-я группа), погиб в бою 28 ноября 1940. Сержант Марчелло Де Сальвиа (354-я эскадрилья, 24-я группа), погиб в бою 4 марта 1941. Младший лейтенант Эрнесто Тревизи (363-я эскадрилья, 150-я группа), погиб в бою 14 ноября 1940. Лейтенант Альфредо Фуско (361-я эскадрилья, 154-я группа), погиб в бою 20 февраля 1941. Сержант Луиджи Спаллаччи (355-я эскадрилья, 24-я группа), погиб в бою 11 марта 1941. Капитан Никола Магальди (364-я эскадрилья, 150-я группа), погиб в бою 27 ноября 1940. Младший лейтенант Никола Коболли Джильи (355-я эскадрилья, 24-я группа), погиб в бою 4 марта 1941. (Н. Малиция)

ГЛАВА 4

Крит и морские коммуникации, октябрь 1940 – апрель 1941

Хотя британцы сначала не намеревались вовлекать слишком значительные силы в боевые действия в Греции, греческие территориальные воды представляли для них значительно большую важность, в особенности же безопасность острова Крит, в случае захвата которого итальянцы могли создать серьезную угрозу контролируемой британским флотом восточной части Средиземного моря и британским базам на Кипре, в Египте и Палестине. Итальянские морские и воздушные силы уже присутствовали в районе Эгейского моря в составе гарнизонов Додеканезских островов, которые были захвачены у Турции в ходе Итало-турецкой войны 1911-1912 гг. Когда Италия в июне 1940 вступила в войну, ее силы на Додеканезских островах не были достаточны, чтобы представлять значительную угрозу британским морским коммуникациям, но любому усилению итальянского флота и авиации в этом районе следовало решительно воспрепятствовать. Из Додеканезских островов основными были Родос, Скарпанто и Стампалия, а также меньший остров Кастеллориццо в 72 милях к востоку от Родоса. На этих островах располагались итальянские аэродромы, на одном Родосе их было четыре: в Марице, в районе г. Родос; Каттавия в южной оконечности острова; Гадурра на побережье в районе Калатоса, и сам Калатос, который итальянцы называли Калато. На Родосе базировалась небольшая группировка итальянских ВВС.

Итальянский бомбардировщик S .79, совершивший вынужденную посадку на Крите 13 августа 1940 г.

Первый бой в море в этом районе произошел 19 июля 1940 г. Воздушная разведка RAF обнаружила в районе мыса Спада итальянские легкие крейсера «Джованни делле Банде Нере» и «Бартоломео Коллеони». Австралийский крейсер «Сидней» и четыре эсминца перехватили «Коллеони», который был поврежден артиллерийским огнем, и добит торпедами эсминцев, 525 членов его экипажа были спасены британскими кораблями. Девять дней спустя крейсера «Сидней» (австралийский) и «Нептун» (британский) потопили в Афинском заливе маленький итальянский танкер «Эрмиони», доставлявший горючее на Додеканезские острова.

26 августа 1940 в греческих водах совершила вынужденную посадку британская летающая лодка «Сандерленд» флайт-лейтенанта Кэмпбелла из 230-й эскадрильи RAF, которому было засчитано потопление двух итальянских подводных лодок. Экипаж был интернирован греками. Два дня спустя итальянский поплавковый гидросамолет «Кант» Z.506B, следивший за передвижениями британского флота, был перехвачен у побережья Крита истребителями «Си Гладиатор» с авианосца «Игл». Коммандер Чарльз Кейли-Пич сбил его, британцы видели, что экипаж «Канта» выпрыгнул на парашютах близко от берега и, вероятно, тоже был интернирован греческими властями.

Крупномасштабные боевые действия в этом районе начались ночью 3-4 сентября 1940, когда британский флот предпринял набеговую операцию в Эгейском море. Крейсера «Орион» и «Сидней» и два эсминца обстреляли базу Скарпанто. Итальянские торпедные катера MAS-536 и MAS-537 пытались атаковать их, но безуспешно, при этом MAS-537 был потоплен эсминцем «Айлекс» в проливе Касо. На рассвете «Суордфиши» с авианосца «Илластриес» (815-я и 819-я эскадрильи) бомбили аэродромы Калато и Гадурра на Родосе. За ними для удара по аэродромам взлетели 13 «Суордфишей» из 813-й и 824-й эскадрилий с авианосца «Игл», но они задержались со взлетом, и когда прибыли к цели – аэродрому Марица, оказалось, что итальянцы на этот раз готовы их встретить.

Для перехвата «Суордфишей» были подняты в воздух истребители CR.32 и CR.42 из 163-й эскадрильи. Один CR.32 при взлете столкнулся с CR.42, оба истребителя были разбиты. Еще один CR.32 сержанта Аристодемо Морри не вернулся из вылета по неизвестным причинам. Остальные «Фиаты», однако, смогли сбить четыре «Суордфиша» (Е4С, Е4К, Е4Н, Е4М), одну победу одержал командир 163-й эскадрильи капитан Д’Айелло. Два сбитых «Суордфиша» упали в море, при этом Е4Н вместе с экипажем был подобран итальянской подводной лодкой. Еще один «Суордфиш» (К8043 Е4М) совершил вынужденную посадку на острове Скарпанто. Четыре британских летчика погибли, в том числе лейтенант Д. Драммонд и его экипаж, еще восемь попали в плен.

При ударе по аэродрому Гадурра «Суордфиши» достигли внезапности и, сбросив 30 фугасных и 20 зажигательных бомб, нанесли противнику значительные потери. На аэродроме были уничтожены два бомбардировщика S.79 из 39-го полка, и еще три повреждены. Также повреждения получили два «Канта» Z.1007bis, один S.81 и один транспортный S.82. Четыре человека были тяжело ранены, и еще 20 получили легкие ранения, были подожжены склады горючего и боеприпасов. Аэродром Марица пострадал гораздо меньше – несколько ангаров получили легкие повреждения, и был уничтожен грузовик с прицепом, один человек был ранен. Аэродром Калато также пострадал незначительно.

Сбитый «Суордфиш» из 813-й эскадрильи с авианосца «Игл», подобранный в море итальянцами у побережья Родоса, 4 сентября 1940

Некоторых успехов добились палубные истребители «Фулмар» с авианосца «Илластриес», патрулировавшие в районе острова. В 10:30 «Фулмары» лейтенанта Бернса и суб-лейтенанта Сьюэлла из «Желтого» звена 806-й эскадрильи атаковали группу из четырех бомбардировщиков S.79 и нанесли некоторым из них повреждения, но «Савойи» смогли уйти от истребителей. Та же пара «Фулмаров» в 11:05 заметила еще два S.79, на этот раз британцы смогли сбить «Савойю» лейтенанта Николы делль’Олио из 201-й эскадрильи, и повредить второй S.79. Суб-лейтенант Годфри («Фулмар» N1871 из «Желтого» звена 806-й эскадрильи) нанес повреждения еще одному S.79, добившись попаданий в левый двигатель бомбардировщика. Всего в ходе этих боев повреждения получили три S.79 из 92-й группы, два из них были повреждены серьезно, два человека из их экипажей были убиты и пять ранены. В 10:05 еще два «Фулмара» (лейтенант-коммандер Р. Килрой и суб-лейтенант С. Орр), атаковали итальянский самолет, заходивший на посадку и идентифицированный ими как «Капрони» Са.133. Он был сбит и упал в море, британцы видели, как два человека выпрыгнули из него на парашютах. Фактически это был S.81 младшего лейтенанта Филиппо Тедески из 223-й эскадрильи. В 13:45 «Красное» звено 806-й эскадрильи заметило два бомбардировщика S.79 на высоте 7000 футов примерно в 50 милях к югу от мыса Кастелло. Лейтенант Николлс, командовавший звеном, атаковал один бомбардировщик, приблизившись на 100 ярдов, и видел, как от правого двигателя «Савойи» отлетают обломки, но и на этот раз все бомбардировщики смогли уйти.

Активные действия британцев продолжились ночью 18/19 сентября налетом на Родос и Лерос «Веллингтонов» из 70-й эскадрильи RAF с баз в Египте. 2 октября крейсера «Орион» и «Сидней» обстреляли Стампалью. Четыре дня спустя итальянская подводная лодка «Тричеко» по ошибке потопила другую итальянскую ПЛ «Джемма» к юго-востоку от острова Родос. Тем временем британские подводные лодки действовали у западного побережья Греции и в водах Албании, там, где итальянские конвои доставляли войска и снаряжение перед нападением на Грецию. 22 сентября британская ПЛ «Осирис» потопила итальянский эскортный миноносец «Палестро». 4-9 октября британская ПЛ «Регент» потопила два судна в районе порта Дураццо (общим водоизмещением 6088 тонн). Ночью 13/14 октября «Суордфиши» с авианосцев «Игл» и «Илластриес» бомбили Лерос. Тогда же британский Средиземноморский флот, возвращавшийся после сопровождения конвоя из Александрии на Мальту, имел стычку с итальянскими кораблями в Ионическом море. Наконец 19 октября итальянские бомбардировщики с острова Родос, пролетев по 2800-мильному маршруту, нанесли бомбовый удар по нефтепромыслам компании «Стандард Ойл Компани» на острове Бахрейн в Персидском заливе, дозаправились в Эритрее и вернулись на свою базу. По пути они также бомбили Дахран в нейтральной Саудовской Аравии.

Таким образом, когда Греция оказалась втянута в войну, сложилась благоприятная обстановка для установления британского контроля над Критом. 29 октября 1940, спустя день после начала итальянского вторжения, по соглашению с греческим правительством первые британские разведывательные самолеты из Египта перелетели на Крит. В тот же день после полудня из Александрии вышел первый британский конвой на Крит, 1 ноября он прибыл в бухту Суда на северо-западном побережье острова, доставив 2-й батальон Йорк-Ланкастерского полка для усиления обороны Крита. Конвой сопровождали два крейсера ПВО «Калькутта» и «Ковентри» и легкий крейсер «Аякс». Итальянцы отреагировали сразу же, 14 бомбардировщиков S.79 из 34-й группы с острова Родос в сопровождении 6 истребителей CR.42 в 13:30 атаковали конвой, сбросив много бомб, но не добившись попаданий. Британские корабли сопровождения открыли сильный зенитный огонь, позже британцы заявили об одном поврежденном и загоревшемся бомбардировщике. Фактически итальянцы также не понесли потерь.

К 3 ноября были приняты меры противолодочной обороны, а с 6 ноября начали прибывать конвои со снаряжением и оборудованием для усиления обороны острова, что позволило генералу Метаксасу перебросить греческие войска с Крита на Эпирский фронт. Единственный аэродром на Крите находился в Ираклионе в 70 милях к востоку от бухты Суда, и были немедленно начаты работы по строительству второго аэродрома в Малеме, в 11 милях от бухты Суда для обороны новой морской базы.

Хотя итальянская 5-я воздушная эскадра в Ливии имела приказ оказывать поддержку гарнизонам Додеканезских островов в случае активности британских сил в районе Эгейского моря, фактически в этом направлении было предпринято недостаточно усилий, и остаток ноября прошел спокойно, позволив британцам усилить свое присутствие на Крите. 29 ноября два «Суордфиша» с авианосца «Илластриес» были направлены в Ираклион для нанесения «ограниченных бомбовых ударов» по целям на Додеканезских островах. В ответ два итальянских торпедоносца S.79 провели внезапный налет на бухту Суда. Экипажи капитана Массимилиано Эрази и лейтенанта Карло Эмануэле Бускалья из 278-й эскадрильи (база Эль-Адем) сбросили свои торпеды за противоторпедными сетями и добились попаданий в британский крейсер «Глазго», выведя его из строя на 9 месяцев.

В середине декабря британский Сердиземноморский флот снова предпринял набеговые действия в Эгейском море. Ночью 16/17 декабря шесть «Суордфишей» из 815-й эскадрильи взлетели с авианосца «Илластриес» для удара по целям на Родосе. Из-за плохой погоды Родоса достиг лишь один самолет. Несколько бомб было сброшено на город Родос, повредив несколько зданий, потерь не было. Тогда же пять «Суордфишей» из 819-й эскадрильи направились бомбить Стампалью, они также столкнулись с плохой погодой, и, хотя четыре из них смогли достигнуть цели, их бомбы были сброшены неприцельно и ущерба итальянцам не нанесли. Пятый «Суордфиш» сбросил бомбы над островом Кондрониси. Все «Суордфиши» смогли благополучно вернуться на авианосец.

Истребитель «Фэйри Фулмар» из 806-й эскадрильи FAA авиагруппы авианосца «Илластриес» на аэродроме Ираклион (о. Крит), ноябрь 1940 г.

К концу 1940 г. британское командование в Каире стало готовить планы вторжения на основные острова Додеканезской группы – Родос и Скарпанто. Перед этим планировалась высадка на остров Кастелориццо находившийся всего лишь в 150 милях к западу от Кипра. Этот остров британское командование рассматривало как передовую базу для торпедных катеров, также он считался относительно легкой целью для недавно сформированных и пока не имевших боевого опыта подразделений коммандос, которые и должны были его захватить. Однако 20 декабря итальянская авиация на Родосе была усилена прибытием группировки Люфтваффе в составе 17 «Хейнкелей» He-111 из II/KG 26, нескольких разведывательных «Юнкерсов» Ju-88D и транспортных Ju-52/3m с Сицилии. Прибытие немецкой авиации заставило британцев ускорить подготовку к высадке на Додеканезские острова (план получил название Operation Mandibles), которая должна была начаться, как только на базы Крита прибудет достаточное количество судов для перевозки десанта.

Два дня спустя после прибытия группировки Люфтваффе, итальянские самолеты с Додеканезских островов снова появились над Критом. Вероятно, итальянцев ободрило появление союзников. Два истребителя CR.42 из 162-й эскадрильи провели разведку над бухтой Суда, где заметили крейсер, два эсминца и три транспорта. Итальянские самолеты были встречены сильным зенитным огнем. Также итальянцы заметили над бухтой британскую летающую лодку-амфибию «Уолрус», атаковали ее и заявили о ее сбитии. Этот «Уолрус» был разведчиком с поврежденного крейсера «Глазго», итальянские истребители атаковали его четыре раза, но пилот суб-лейтенант Джон Филипс, проявив большое мастерство, успешно уклонился от всех атак, и «Уолрус» получил лишь 4 попадания, прежде чем зенитный огонь отогнал итальянцев.

Два истребителя «Фиат» CR .42 из 162-й отдельной эскадрильи над Эгейским морем.

Летающая лодка -амфибия «Супермарин Уолрус»

Более сильный налет произошел 29 декабря, когда около двух десятков итальянских самолетов с большой высоты бомбили аэродром Ираклион, не причинив значительных повреждений. На следующий день четыре «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA под командованием лейтенант-коммандера Яго перелетели из Дехейлы (с дозаправкой в Соллуме) на новый аэродром в Малеме. Предполагалось направить на Крит шесть «Суордфишей», но у одного в Соллуме сломался хвостовой амортизатор стойки шасси, а еще один остался, чтобы оказать помощь. Эти два «Суордфиша» прибыли на Крит несколько дней спустя. Часть аэродромного технического персонала с запасами горючего и оборудованием была доставлена в бухту Суда еще раньше на борту каботажного судна, а другое звено 815-й эскадрильи задержалось в Египте еще на несколько недель. Один из стрелков-радистов, рядовой 2-го класса Кен Симс (прибыл на борту крейсера «Аякс»), вспоминал:

«Мы прибыли в бухту Суда и должны были оборудовать новый аэродром в Малеме. Тогда это была всего лишь грунтовая полоса, которую увеличивали, расчищая заросли небольших деревьев и кустарника. Он располагался на северном берегу острова, ближе к западной его оконечности. Нам предстояло разместиться в палатках на склоне холма к югу, с видом на аэродром. Но сначала нужно было выгрузить с судна все наши припасы. Это была авральная работа, и мы разделились на группы, каждая грузила один грузовик. Большинство грузовиков были очень старые и изношенные, наверное, их реквизировали у местных. Но жители были нам рады – мы пришли защищать остров от итальянцев».

Лейтенант-коммандер Яго ранее был направлен в бухту Суда с первой партией технического персонала, имея приказ организовать строительство нового аэродрома в течение четырех дней(!). С помощью местных рабочих эта трудная задача была выполнена. После этого Яго вернулся в Александрию, чтобы принять командование 815-й эскадрильей FAA из авиагруппы «Илластриеса». 10 января в районе Мальты авианосец получил серьезные повреждения и ушел на ремонт, а уцелевшие самолеты с него были задействованы в новых операциях.

В четыре последние ночи декабря «Веллингтоны» из Египта выполнили несколько налетов на Родос, но не причинили противнику значительного ущерба. Ночью 30/31 декабря 1940 «Хейнкели» He-111 из II/KG26 провели первые минные постановки в районе Суэцкого Канала. Их встретил лишь слабый зенитный огонь, и все He-111 благополучно вернулись. Первую потерю в этом районе Люфтваффе понесли на следующий день, когда транспортный Ju-52/3m разбился на Родосе, три человека из его экипажа погибли.

815-я эскадрилья FAA понесла свою первую потерю на Крите 3 февраля, когда у «Суордфиша» лейтенанта Дрейсона в ходе противолодочного патруля кончилось горючее, и экипаж посадил самолет на острове Антикитера. Экипаж не пострадал, но «Суордфиш» был разбит так, что не подлежал ремонту. Ночью 4/5 февраля шесть «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF направились бомбить аэродром Марица, но три бомбардировщика вернулись из-за проблем с двигателями. Остальные три смогли успешно провести налет. Пайлот-офицер Томас с высоты 600 футов не только сбросил бомбы, но и обстрелял из пулеметов ангары и аэродромные здания. В ходе этого налета был уничтожен на земле один истребитель CR.42, три CR.32 и один бомбардировщик S.79 получили серьезные повреждения, еще один S.79 и S.81 были повреждены менее серьезно.

Четыре ночи спустя еще два «Веллингтона» из той же 37-й эскадрильи снова бомбили Родос, оба экипажа считали, что атакуют аэродром Калато, но фактически бомбили базу Гадурра. Командир эскадрильи Голдинг после сброса бомб видел большой взрыв, его «Веллингтон» был поврежден пулеметным огнем. Флайт-лейтенант Бэйрд-Смит снизился до высоты 200 футов и обстрелял из пулеметов самолеты, стоявшие на аэродроме. Британцы полагали, что уничтожили как минимум два многомоторных самолета. Фактически был уничтожен один S.79, еще один поврежден, и сгорело 30 бочек с горючим. «Веллингтон» Бэйрд-Смита (Т2812 «А») также был поврежден зенитным огнем, получив 16 попаданий, были пробиты топливные баки, но оба бомбардировщика смогли вернуться на свою базу в Египте. За ними тот же аэродром бомбили 8 «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи RAF, вероятно, также приняв Гадурру за Калато и ориентируясь по пожарам, вызванным предыдущим налетом.

По возвращении экипажи доложили о попаданиях по аэродромным постройкам и вероятном уничтожении около 10 самолетов. Фактически получил серьезные повреждения один S.79, еще 6 «Савой» были повреждены осколками бомб. На следующую ночь 7 «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF снова атаковали Гадурру, сбросив на аэродром зажигательные бомбы, британские экипажи видели, что как минимум один самолет на земле загорелся. Действительно один S.79 полностью сгорел, и еще четыре были повреждены, также сгорели 33 бочки с горючим. Зенитный огонь на этот раз был более сильным, «Веллингтон» флайт-лейтенанта Лемана (R1095) получил попадания в топливный бак и шасси. В ту же ночь лейтенант Киггелл повел 4 «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA бомбить Стампалью. «Суордфиши» несли 250-фунтовые бомбы и осветительные ракеты, по данным британцев бомбовый удар был успешным.

В это время транспортные «Бомбеи» из 216-й эскадрильи RAF перевозили грузы, личный состав и оборудование на базу Ираклион. 13 февраля, когда на аэродроме разгружался «Бомбей» флайт-лейтенанта Бэгнолла, над Ираклионом появились 6 истребителей CR.42 с Родоса и начали обстреливать аэродром. «Бомбей» загорелся, Бэгнолл и его экипаж под огнем противника успели спасти из горящего самолета много ценного оборудования. В тот же день S.79 из 34-й группы бомбили аэродром Малеме. Итальянцы заявили о четырех уничтоженных самолетах противника, фактически же британцы потерь не понесли.

Рядовой 2-го класса Симс вспоминал:

«Мы недолго успели пробыть в Малеме, когда итальянцы начали налет. Восемь S.79 подошли на высоте около 8000 футов и сбросили на аэродром много бомб. В плане ущерба налет был неэффективным. Воронки на аэродроме мы могли заделать. Итальянцам следовало целиться по краям аэродрома, где были расставлены самолеты, или выше по склону, где в роще был лагерь. Но все равно бомбежка действовала на моральный дух».

На краю аэродрома в небольшой роще был построен ангар из листов гофрированного железа, в нем разместился командный пункт. Его полевые телефоны поддерживали связь с зенитной батареей «Бофорсов», со штабом батальона «Черной Стражи», обеспечивавшим наземную оборону аэродрома, с начальником морской базы в бухте Суда, и – самое важное – с постом РЛС на вершине холма.

Кен Симс вспоминал:

«Обязанности операторов РЛС выполняли воздушные стрелки, нам приходилось дежурить посменно, там же в будке мы установили телефон. Когда наши «Суордфиши» вылетали на противолодочное патрулирование, стрелки оставались дежурить и на телефоне. На дереве рядом с будкой мы повесили колокол из местной церкви. Эта система оповещения о воздушных налетах работала таким образом: когда мы замечали сигнал РЛС, надо было выскочить и позвонить в колокол, а потом бежать обратно в будку, сообщить по телефону и ждать дежурного офицера».

На итальянские налеты 13 февраля британцы ответили следующей ночью: четыре «Веллингтона» из 38-й эскадрильи RAF бомбили аэродром в бухте Миди на острове Скарпанто, и Каттавию и Калато на Родосе. Британцы заявили об уничтожении на земле одного CR.42 и успешных попаданиях по позициям зенитной батареи и зданиям в Каттавии. Однако зенитным огнем был сбит «Веллингтон» Т2742 «Н» пайлот-офицера Лавриджа, он упал на Родосе, весь экипаж погиб. На следующую ночь, 13/14 февраля, два «Веллингтона» из 37-й эскадрильи бомбили Родос и Скарпанто, из этого вылета не вернулся «Веллингтон» Т2821 «Т» флайн-офицера Райта. Позже выяснилось, что бомбардировщик был поврежден зенитным огнем и разбился на территории Турции в 50 милях от Родоса, весь экипаж погиб. Итальянские зенитчики заявили о двух сбитых бомбардировщиках.

После налета итальянской авиации на Малеме было принято решение обеспечить морскую базу в бухте Суда и аэродром хоть какой-то защитой истребителей. Для этой цели 15 февраля из Дехейлы в Малеме перелетели три «Фулмара». Кен Симс вспоминает:

«…на аэродром прилетели три «Фулмара». Мы были рады их прибытию. Также они доставили радиостанцию, которую мы тоже установили в командном пункте. Так как на «Фулмарах» не хватало стрелков, обслуживать радиостанцию тоже пришлось нам. Она работала на другой частоте и использовалась для связи с «Фулмарами» и чтобы направлять их на вражеские самолеты по данным РЛС. Тогда не было радиотелефонов, и эта связь работала непросто. Сначала с поста РЛС информацию докладывали по телефону в командный пункт. Там устно сообщали ее оператору радиостанции, который азбукой Морзе передавал ее радисту на «Фулмаре», а радист по переговорной трубе сообщал ее пилоту. Все это выглядит весьма громоздко и неуклюже, но эта система работала достаточно эффективно».

Звеном «Фулмаров» командовал пилот корпуса Королевской Морской Пехоты капитан Л. «Скитс» Харрис, кавалер Креста за выдающиеся заслуги (DSC), он летал на «Фулмаре» N4000 (наблюдатель – суб-лейтенант Диксон). Другие два экипажа – лейтенант Скотт/рядовой 2-го класса Вудфайн («Фулмар» N1938 «7M») и лейтенант Эш/рядовой 2-го класса Ньюмен (N2001). Звено «Фулмаров» было временно включено в состав 815-й эскадрильи FAA, и его экипажи размещались вместе с экипажами «Суордфишей» и питались в той же столовой. Эти экипажи были частью небольшой группы пилотов FAA прибывших в Египет несколькими днями ранее, перегнав свои «Фулмары» из Такоради (Западная Африка) в ходе пятидневного перелета над джунглями и пустыней.

Прибывшим истребителям недолго пришлось ждать боя. День спустя после их прибытия 16 февраля лейтенант Скотт («Фулмар» N1938) получил приказ взлетать на перехват одиночного S.79 (из 92-й группы), проводившего разведку над Критом. Скотт атаковал «Савойю» к югу от Крита, при этом итальянцы приняли его истребитель за «Спитфайр». S.79 получил повреждения, но смог уйти, один человек из его экипажа был легко ранен.

Той же ночью «Веллингтон» N2757 из 37-й эскадрильи направился бомбить Родос, но по пути возникли неисправности в левом моторе, и пайлот-офицер Л. Уинболт был вынужден сбросить бомбы в море и повернуть назад. Внезапно мотор загорелся, винт отлетел и врезался в кабину, выведя из строя все приборы, в том числе отказала гидравлика шасси. К счастью, египетский берег был уже недалеко, и экипаж смог совершить вынужденную посадку в Сиаллии. При посадке самолет разбился и пайлот-офицер Уинболт погиб, но остальные члены экипажа не пострадали.

Тем временем шла подготовка к высадке на Додеканезские острова, и 17 февраля в Каире было сформировано так называемое «Крыло Z». Основной целью был захват Родоса (операция «Кордит»), но перед этим планировалось занять острова Кастелориццо и Скарпанто. Для высадки на Кастелориццо поддержка с воздуха не считалась необходимой. Но для поддержки высадки на Скарпанто «Крыло Z» должно было выделить две эскадрильи «Бленхеймов» и одну «Веллингтонов», прикрывать их должны были 12 «Фулмаров» из недавно сформированной 805-й эскадрильи FAA и 6 «Фулмаров» из 806-й эскадрильи из авиагруппы «Илластриеса». Эта группировка авиации должна была действовать с Крита, и вскоре к ней должен был присоединиться авианосец «Формидебл», в авиагруппе которого также была эскадрилья «Фулмаров» (803-я). «Веллингтоны» и «Бленхеймы» должны были перелететь из Египта в Ираклион. Осуществлять разведку должно было звено «Лайсендеров» из 6-й эскадрильи, а ПВО аэродрома предполагалось усилить тремя «Харрикейнами» из состава 274-й эскадрильи RAF.

Начальником штаба командования «Крыла Z» был назначен винг-коммандер Дж. Р. Бимиш, один из четырех братьев Бимиш, известных в RAF. Передовой штаб «Крыла Z» должен был находиться в Ираклионе, а комендантом аэродрома там был командир эскадрильи Трамбл, ранее командовавший 261-й эскадрильей на Мальте. Одним из штабных офицеров был флайн-офицер П. Валахос, канадец греческого происхождения, ранее служивший пилотом «Веллингтона» в 148-й эскадрилье RAF. Собственно десантную группу должны были составить два десантных транспорта типа «Глен», на борту которых было 12 десантных катеров, при поддержке крейсера, двух эсминцев и трех подводных лодок. Прикрывать эти силы должны были авианосец «Формидебл», один крейсер, один крейсер ПВО и четыре эсминца.

Для ослабления обороны итальянцев два «Веллингтона» из 70-й эскадрильи (с базы Кабрит) и три из 38-й эскадрильи (с базы Шаллуфа) ночью 17/18 февраля вылетели бомбить Скарпанто, к ним присоединились три «Суордфиша» с аэродрома Малеме. Один «Веллингтон» из 70-й эскадрильи был вынужден вернуться из-за неисправности двигателя. На следующий день капитан Харрис повел три «Фулмара» на штурмовку аэродрома в бухте Миди (Скарпанто), в ходе которой на земле был поврежден один CR.42.

Тем временем авианосец «Игл» вышел из Александрии для встречи двух быстроходных транспортов «Клан Маколи» и «Бреконшир», направлявшихся в Александрию из западной части Средиземного моря. Для усиления своей авиагруппы, истребители которой были представлены только звеном «Си Гладиаторов», «Игл» принял на борт шесть «Фулмаров», по три из 805-й и 806-й эскадрилий. Спустя два дня, 21 февраля в 16:25 британский конвой атаковали 5 «Хейнкелей» He-111 из 4KG/26 с Родоса. В это время над конвоем патрулировали два «Фулмара» из 805-й эскадрильи (пилоты лейтенант-коммандер Блэк и лейтенант Рамсэй), они немедленно атаковали бомбардировщики. Алан Блэк вспоминал:

«Только я зашел в атаку, как увидел, что один «Хейнкель» сбросил бомбы. Одна бомба летела, казалось, прямо в трубу транспорта (бомба действительно пробила трубу «Клана Маколи» и упала за борт, не взорвавшись). Когда Рамсэй уже прервал свою атаку, я продолжал атаковать, сосредоточив огонь на правом двигателе «Хейнкеля». Я был так близко к противнику, что мой самолет забрызгало маслом из его мотора. «Хейнкель» упал в море. Пролетев над ним, я увидел его экипаж в воде. Когда я сел на «Игл», то доложил капитану. Он решил не тратить время на спасение немцев».

Лейтенант Р. МакДональд-Холл из 806-й эскадрильи FAA , участвовавший в бою с «Хейнкелями» He -111 в районе Родоса 21 февраля 1941 г.

С «Игла» взлетели и два «Фулмара» из 806-й эскадрильи, и также атаковали «Хейнкели». Лейтенант МакДональд-Холл и лейтенант Тачборн (канадец) заявили об одном «Хейнкеле», который они сбили вместе. Фактически был сбит один «Хейнкель» (IH+BM) обер-фельдфебеля Йозефа Претча, а второй, хотя был сильно поврежден и его хвостовой стрелок убит, все же смог вернуться.

Итальянские самолеты-разведчики стали регулярно появляться над Малеме, обычно им противодействовал лишь неточный зенитный огонь. Однако 24 февраля лейтенант Скотт успел взлететь на своем «Фулмаре» и обстрелять S.79, уже направлявшийся обратно к Родосу. После короткого боя Скотт заявил о вероятном сбитии противника. Итальянские данные этого не подтверждают.

На следующий день 25 февраля началась высадка на Кастелориццо. Британские эсминцы «Декой» и «Хируорд» высадили отряд из 200 коммандос, впервые участвовавших в боевых действиях на Средиземноморском ТВД, а канонерка «Лэдиберд» высадила отряд королевских морских пехотинцев. Итальянский пост на острове оказал лишь незначительное сопротивление. Бомбардировщики S.81 из 56-й группы с Родоса в сопровождении истребителей CR.42 из 163-й эскадрильи нанесли бомбовый удар по британским кораблям и десанту, итальянцы заявили о попадании бомбы в британский крейсер. В действительности была повреждена канонерка «Лэдиберд», а зенитным огнем британских эсминцев сбит один S.81, упавший в море недалеко от острова. Экипаж бомбардировщика был спасен гидросамолетом «Кант» Z.506B. Также британские зенитчики заявили о еще одном сбитом S.81 и разведчике Ro.41 (sic). Позже вечером к Кастелориццо вместе с эсминцами подошли крейсера «Глостер» и «Бонавенчер», доставившие роту «В» 1-го Шервудского полка, которая должна была занять остров. К тому времени уже стемнело, и с «Хируорда» просигналили на берег, потребовав установить сигнальные огни для высадки войск. С берега на эсминец сообщили, что к острову подошли вражеские корабли. В результате адмирал Ренуф приказал британским кораблям возвращаться в Александрию, пока обстановка не прояснится.

В действительности британским коммандос пришлось выдержать не только воздушные налеты, но и обстрел с моря, который вели два итальянских эсминца «Криспи» и «Селла» и два эскортных миноносца «Лира» и «Либра»[6]. Итальянские корабли прибыли с Родоса, доставив на борту 100 морских пехотинцев, 50 коммандос и 15 солдат (sic). Вскоре высадившиеся британцы оказались в тяжелом положении, у них быстро заканчивались боеприпасы и продовольствие, и хотя некоторые ночью смогли ускользнуть, большая часть британских коммандос была вынуждена сдаться в плен. Когда рано утром 27 февраля корабли адмирала Ренуфа вернулись, чтобы высадить роту Шервудского полка, уже не было слышно выстрелов, и на остров высадились разведчики. Они обнаружили лишь небольшие группы коммандос, и привели их обратно в порт. Стало ясно, что операция потерпела неудачу. Снова адмирал Ренуф приказал возвращаться в Александрию. Уже во время отступления эсминец «Ягуар» обнаружил итальянский корабль на внутреннем рейде и выпустил по нему торпеды, было слышно четыре взрыва. Также британцы заявили о перестрелке с итальянским эсминцем и двух попаданиях в него, прежде чем он ушел.

Март-Апрель 1941: Крит под ударом

В марте 1941 напряженность боевых действий в водах вокруг Греции и над Критом быстро росла. Значение самого острова как промежуточной базы увеличилось, также увеличилась и угроза более сильных атак противника. Поэтому оборона Крита усиливалась, 6 марта прибыли еще шесть «Фулмаров» (N1915, N1933, N1939, N1947, N2000 и N2015) и три «Буффало» (AS419, AS420 и AX814) из 805-й эскадрильи FAA лейтенант-коммандера Блэка, они перелетели в Малеме из Дехейлы. Звено «Фулмаров» Харриса также вошло в состав эскадрильи.

Задачи эскадрильи в Малеме должны были включать воздушное прикрытие конвоев, ведение разведки над морем и обеспечение ПВО морской базы. С включением в состав 805-й эскадрильи звена, уже базировавшегося в Малеме, в распоряжении лейтенант-коммандера Блэка оказалось 12 пилотов (включая его самого). Другие пилоты: лейтенант Руперт Брабнер (в 1939 г. избранный членом парламента, в эскадрилье он командовал звеном «Буффало»); лейтенант Т. Уинстэнли (ранее служил пилотом «Альбакора» в 826-й эскадрилье FAA, во время Битвы за Британию был сбит в бою с «Мессершмиттами»); лейтенант Рамсэй (австралиец); лейтенант Х. Ричардсон (не только пилот, но и инженер-механик); суб-лейтенант Р. Кей; суб-лейтенант Р. Брайант; суб-лейтенант Р. Гриффин; суб-лейтенант Дж. Сайкс (во время Битвы за Британию он был по ошибке сбит огнем британских зенитных орудий). Также в эскадрилье были два наблюдателя – лейтенант Джон Шаттлуорт и суб-лейтенант Д. Коутс, кроме того, суб-лейтенант Диксон из прибывшего ранее звена и шесть стрелков. Еще один наблюдатель суб-лейтенант в то время находился в госпитале в Каире, и должен был прибыть позже.

Вскоре должен был прибыть и наземный технический персонал, две трети которого составляли флотские рядовые и старшины, а недостающих специалистов пришлось набрать из состава RAF. Их вместе с оборудованием предполагалось доставить на борту линкора «Вэлиент». Однако у лейтенант-коммандера Блэка сразу же возникли проблемы с истребителями «Буффало». Он вспоминал:

«На «Буффало» было приятно летать – по сравнению с «Фулмаром» он был очень маневренным. Это был бы превосходный истребитель, но из пулеметов наших «Буффало» оказалось невозможно стрелять – элементы синхронизаторов были неисправны, а необходимых запасных частей в 805-й не было. Я не просил заменить «Буффало» на «Си Гладиаторы», но, помня, что «Фулмары» в маневренном бою уступают CR.42, все же просил по возможности прислать «Си Гладиаторы» в Малеме для усиления 805-й».

Первый «Фулмар» эскадрилья потеряла 10 марта, когда лейтенант Брабнер был вынужден посадить на воду свой истребитель. Джон Шаттлуорт (наблюдатель) вспоминает:

«Мы с Рупертом взлетали в большой спешке, чтобы перехватить вражеские бомбардировщики над бухтой Суда (но они там так и не появились), и, вероятно, с неполным баком. Спустя 85 минут полета двигатель заглох, и нам пришлось садиться на воду у входа в бухту Суда, почти рядом с эсминцем «Хотспер», который подобрал нас и доставил в порт. Мы не пострадали, я только сильно ушиб колено».

Тогда же эскадрилья получила еще одного пилота – лейтенант Вудс из звена летающих лодок «Уолрус» запросил перевода в истребительную авиацию. Хотя Вудс не имел подготовки пилота истребителя, лейтенант-коммандер Блэк лично помогал ему осваивать тактику воздушного боя. Один раз в учебном бою их истребители едва не столкнулись. Вудс, отрабатывая атаки с разных секторов, вероятно, потерял из вида истребитель командира, и прошел лишь в паре футов от него. «Совсем рядом», как заметил Блэк.

В это время действия британских сил на Крите и в море поддерживали «Веллингтоны» из 257-го авиакрыла, часто проводившие ночные налеты на итальянские аэродромы на Додеканезских островах. Ночью 10/11 марта 10 «Веллингтонов» из 37-й и 70-й эскадрилий бомбили аэродром Гадурра на Родосе, две ночи спустя 6 «Веллингтонов» повторили налет. Также подверглись налетам аэродромы Марица и Каттавия. В ходе этих налетов на базе Гадурра был уничтожен один S.79 и еще четыре повреждены, а на базе Марица поврежден один S.81. Однако британская ударная авиация на Крите была ослаблена отправлением шести «Суордфишей» из 815-й эскадрильи на базу Парамитья в северо-западной Греции (об их действиях сообщается в предыдущей главе).

Ночью 12/13 марта Крит снова подвергся налету, семь бомб упало на аэродром Ираклион, повредив ВПП. На следующий день бомбардировщики S.79 из 34-й группы бомбили корабли в бухте Суда, но попаданий не добились. Также итальянская авиация атаковала порт Митилены, одного из крупнейших греческих островов в Эгейском море, но и там безуспешно. 17 марта два самолета из 2-го отряда фоторазведки прибыли в Ираклион из Египта для выполнения разведывательных полетов над Родосом. Один из этих самолетов был модифицированный «Локхид Хадсон» N7364 флайт-лейтенанта Уокера, а второй – «Харрикейн» PR1 (V7423), оборудованный двумя 8-дюймовыми камерами, его пилотом был флайт-лейтенант Браун. Ухудшение погоды вынудило отложить разведывательные вылеты, и разведчикам было приказано оставаться на аэродроме Ираклион, пока погода не улучшится достаточно, чтобы им можно было выполнять их задачи.

На следующий день три «Фулмара» из 805-й эскадрильи FAA (пилоты – лейтенанты Брабнер, Рамсэй и Рчардсон) заметили два «Юнкерса» Ju-88 и преследовали их, но безуспешно. Вероятно, это были «Юнкерсы» из 1-й учебно-боевой эскадры Люфтваффе (LG1) с Сицилии. В это время еще 5 «Фулмаров» из 806-й эскадрильи, прибывшие с Мальты в Абукир (Египет) после выхода из строя авианосца «Илластриес», получили приказ готовиться к перелету в Малеме для усиления 805-й эскадрильи. Но в последний момент они были назначены в авиагруппу только что прибывшего авианосца «Формидебл», готовившегося сопровождать конвой из Александрии на Мальту.

«Брюстер Буффало» AS419 из 805-й эскадрильи FAA, перевернувшийся при вынужденной посадке после отказа двигателя 19 марта 1941 г.

Первый крупный воздушный бой произошел рано утром 19 марта, когда 10 бомбардировщиков S.79 из 34-й и 92-й бомбардировочных групп в 06:30 вылетели с Родоса в сопровождении пяти CR.42 из 163-й эскадрильи. Их целью снова были корабли в бухте Суда. Пока бомбардировщики летели к Криту, погода снова ухудшилась, не позволив им атаковать корабли. На перехват взлетели три «Фулмара» (лейтенант Ричардсон, суб-лейтенанты Кей и Гриффин) и один «Буффало» (AS419, лейтенант Брабнер). У «Буффало» возникла неисправность двигателя, и Брабнеру пришлось срочно возвращаться. Он совершил вынужденную посадку, не долетев до аэродрома, при этом истребитель перевернулся, но Брабнер не пострадал. Тем временем суб-лейтенант Кей смог сбить «Савойю» лейтенанта Марио Каталано, и повредил еще два бомбардировщика, но столкнулся с третьим и упал в море. Кей и его наблюдатель рядовой 1-го класса Д. Стокмен погибли.

S.79, с которым столкнулся «Фулмар» Кея, смог дотянуть до Скарпанто и разбился при посадке, но из его экипажа пострадал только один человек. Лейтенант Ричардсон также заявил о повреждении одного бомбардировщика, он и Гриффин смогли уклониться от атак истребителей CR.42 и вернулись в Малеме. Тем не менее, пилоты итальянских истребителей заявили об одном сбитом «Харрикейне» (sic) и двух вероятно сбитых, стрелки «Савой» также заявили о двух сбитых истребителях. После боя лейтенант Вудс с наблюдателем суб-лейтенантом Коутсом вылетели на поиски Кея и Стокмена, но не нашли ни их, ни выживших со сбитого S.79.

На следующий день бомбардировщики S.79 и Z.1007bis с Родоса снова атаковали бухту Суда. После налета итальянцы заявили о повреждении одного эсминца и транспорта. Также экипажи бомбардировщиков сообщали, что их атаковали истребители, и заявили об одном сбитом, но фактически ни один из британских истребителей с базы Малеме не был сбит или поврежден.

Самолеты отряда фоторазведки в Ираклионе пять дней ожидали улучшения погоды, и наконец 22 марта смогли вылететь на задание. Однако спустя 45 минут полета флайт-лейтенант Браун, пилот «Харрикейна» PR1, вдруг почувствовал себя плохо, и оба самолета вернулись. Спустя час после их возвращения (в 15:05) аэродром атаковали 6 истребителей CR.42 из 162-й эскадрильи под командованием капитана Леопольдо Сартираны. «Фиаты» обстреляли аэродром, их пилоты заявили об уничтожении или повреждении четырех «Харрикейнов», и одном сбитом в воздухе. Фактически же был серьезно поврежден «Хадсон» и легкие повреждения получил один «Бленхейм». Единственный «Харрикейн» из отряда фоторазведки не пострадал, и тем же вечером улетел обратно в Мерса-Матрух.

На следующее утро в 07:00 капитан Сартирана вернулся во главе семи истребителей CR.42. Они снова обстреляли аэродром и заявили об уничтожении одного самолета. Два «Фиата» были повреждены зенитным огнем. Пилот одного CR.42, не рассчитав выход из пикирования, задел колесом шасси крыло «Хадсона», стоявшего на аэродроме. При этом шасси «Фиата» едва не оторвалось, но он смог вернуться в Скарпанто и совершить посадку. Фактически целью этой атаки снова был поврежденный «Хадсон», его пришлось списать, но британцы сняли с него оба двигателя и все приборы.

Май 1941 г. Немецкие парашютисты на аэродроме Ираклион рядом с обломками разведчика «Локхид Хадсон» N 7364, уничтоженного в марте итальянскими истребителями.

24 марта суб-лейтенант Синклер перегнал в Абукир «Фулмар» N1947 с неисправным вооружением. Там проходило переформирование 806-й эскадрильи FAA, и Синклер стал первым из нескольких пилотов 805-й, переведенных в эту эскадрилью. Днем позже «Си Гладиатор» с базы Малеме, один из трех прибывших на авианосце «Формидебл» два дня назад, прикрывал с воздуха конвой AS-22. К северу от острова Гавдос конвой атаковали три бомбардировщика Ju-88, «Си Гладиатор» вступил с ними в бой. Его пилот заявил об одном поврежденном бомбардировщике, но и истребитель был поврежден ответным огнем. Лейтенант Уинстенли на другом «Си Гладиаторе» (N5517) в сопровождении двух «Фулмаров» вылетел для проведения фоторазведки над островом Стампалья. Для этой цели Уинстенли пришлось использовать ручной фотоаппарат. Вражеских самолетов британцы не встретили.

Из района Афин в Малеме перелетели 5 «Бленхеймов» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF для подготовки ударов по аэродрому Калато и базе Скарпанто. 25 марта командир эскадрильи Милуорд («Бленхейм» L8446) повел три истребителя-бомбардировщика в налет на Калато, где на аэродроме британцы увидели много «Хейнкелей» He-111. Милуорд заявил об одном тяжело поврежденном «Хейнкеле» и попаданиях в еще четыре. Флайн-офицер Смит («Бленхейм» К7105) заявил о четырех поврежденных «Хейнкелях», а флайн-офицер Ричардсон («Бленхейм» К7177) обстреливал аэродромные постройки. По пути назад экипажи «Бленхеймов» заметили недалеко от острова Стампалья транспортное судно водоизмещением около 7000 тонн, и обстреляли его. После возвращения «Бленхеймов» для атаки этого судна в 18:30 взлетели два «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA, но не нашли его. Другие два «Бленхейма» Mk IF вылетели для удара по Скарпанто. Пайлот-офицер Джервис был вынужден вернуться из-за неисправности двигателя. Флайн-офицер Дэвидсон достиг Скарпанто, но не обнаружил на аэродроме самолетов.

Итальянцы ответили на эти атаки, снова направив семь «Фиатов» CR.42 из 162-й эскадрильи для удара по Ираклиону. Три «Фиата» обстреливали аэродром, а остальные четыре прикрывали их. Поврежденный «Бленхейм» снова получил попадания, и на этот раз полностью сгорел. Один из «Фиатов» был поврежден зенитным огнем, британцы полагали, что он упал в море. Фактически же итальянский истребитель смог вернуться на Родос и успешно совершить посадку.

На следующее утро три CR.42 из той же 162-й эскадрильи появились над бухтой Суда, на этот раз их задачей была разведка. Британцы встретили их сильным зенитным огнем, один «Фиат» был поврежден осколками. Итальянцы намеревались проверить результаты ночной атаки взрывающихся катеров МТМ 10-й флотилии MAS по британским кораблям в бухте Суда, и обнаружили поврежденный тяжелый крейсер «Йорк» и три или четыре транспортных судна. Тем же вечером 5 «Суордфишей» из 815-й эскадрильи FAA вылетели для удара по Стампалье, но вернулись из-за плохой погоды. При возвращении «Суордфиш» лейтенанта Уотли разбился на аэродроме Малеме. Экипаж не пострадал, но посадка остальных «Суордфишей» из-за этого значительно задержалась.

27 марта в Малеме прибыли еще два «Си Гладиатора» (N5509 и N5538), их перегнали из Дехейлы лейтенант Ллойд Кейт (канадец) и суб-лейтенант Р. Уолш. Оба пилота ненадолго вошли в состав 805-й эскадрильи FAA. Кейт раньше летал на «Си Гладиаторе» и «Суордфише» в авиагруппе авианосца «Игл». Уолш был участником Битвы за Британию, летая на «Харрикейне» в составе 111-й эскадрильи RAF. В тот же день два «Юнкерса» Ju-88 из 6-й группы 1-й учебно-боевой эскадры с базы Катания атаковали грузовое судно к юго-западу от Крита. «Юнкерс» унтер-офицера Йоханнесмана был атакован двухмоторным истребителем, один его двигатель был выведен из строя и пилот ранен. Подбитый Ju-88 смог дотянуть до Катании, но разбился при посадке, весь экипаж погиб. В британских источниках сведений об этом воздушном бое нет. Вероятно, атаковать «Юнкерс» по ошибке мог тяжелый истребитель «Мессершмитт» Bf-110 с базы в Ливии или Сицилии. Такие ошибки с неверным опознаванием самолетов случались довольно часто.

В последний день марта 815-я эскадрилья FAA потеряла еще один «Суордфиш». Снова разбился самолет лейтенанта Уотли, на этот раз при патрулировании в районе острова Китера у его «Суордфиша» отказал двигатель. Экипаж на надувной лодке добрался до острова, откуда его забрали на следующий день. Чтобы восполнить эти потери, из Дехейлы на Крит перегнали еще 4 «Суордфиша», это были самолеты из 829-й эскадрильи FAA с авианосца «Формидебл». 5 апреля британская авиация на Крите была дополнительно усилена прибытием шести «Бленхеймов» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF. Эти «Бленхеймы» должны были вести разведку над морем, прикрывать с воздуха конвои и действовать как ночные истребители.

Тем временем 3 апреля лейтенант Рамсэй на своем «Фулмаре» прикрывал движение конвоя ANF-24 в проливе Антикитера, когда суда конвоя были атакованы двумя бомбардировщиками Ju-88. Рамсэй перехватил один «Юнкерс» и, хотя не был уверен, сбил ли его, наблюдатели с судов конвоя подтвердили, что «Юнкерс» почти наверняка был сбит. Второй «Юнкерс» атаковал конвой, но не добился попаданий. Два часа спустя, в 18:57 конвой атаковали 9 «Юнкерсов» Ju-88. Они добились двух попаданий в транспорт «Норзерн Принс» (10 917 т), на котором было убито много людей и начались пожары. Грузом этого судна были несколько тысяч тонн взрывчатых веществ для греческих заводов, производивших боеприпасы. Выжившие члены экипажа были сняты, и вскоре после этого транспорт взорвался. Предыдущим вечером небольшой транспорт «Сайприан Принс», также входивший в тот конвой, получил попадание бомбы с «Хейнкеля» He-111 из II/KG26, но смог дойти до Пирея.

4 апреля итальянские истребители CR.42 после дозаправки на Скарпанто снова атаковали базу Ираклион. Пять «Фиатов» обстреливали аэродром, а два прикрывали их. В ходе этой штурмовки было уничтожено 40 ящиков с боеприпасами. Зенитным огнем был подбит один «Фиат», и на этот раз он действительно упал в море. Его пилот сержант Доменико Чиаппа погиб.

На следующий день на патрулировании был «Фулмар» лейтенанта Брабнера, когда радар обнаружил какой-то подозрительный объект. Направившись к нему Брабнер увидел, что это самолет, и уже собирался атаковать, но к счастью, хорошая видимость позволила разглядеть, что это британский самолет – транспортный «Бомбей» из 216-й эскадрильи. На следующий день (6 апреля) этот «Бомбей» улетел обратно в Египет, забрав лейтенанта Кейта и суб-лейтенанта Уолша.

«Фулмар» суб-лейтенанта Р. Ф. Брайанта из 805-й эскадрильи FAA патрулирует над Критом

6 апреля аэродром Малеме оказался заполнен множеством самолетов различных типов – 208-я эскадрилья RAF дозаправлялась на нем по пути в Грецию. Также прибыли шесть «почти новых» «Суордфишей» – пополнение для 815-й эскадрильи FAA под командованием лейтенанта Лэмба. Эти «Суордфиши» в составе авиагруппы «Формидебла» приняли участие в недавнем морском бою у мыса Матапан. На Крит их перегнали резервные пилоты, а в Малеме их должны были принять пилоты 815-й и лететь на базу Парамитья для действий против итальянских конвоев.

Часть 815-й эскадрильи, оставшаяся в Малеме, 9 апреля понесла еще одну потерю, когда «Суордфиш» лейтенанта Барнаби Дрейсона совершил вынужденную посадку на воду в 10 милях к северу от Крита. «Суордфиш» выполнял задачу противолодочного патрулирования, когда у него отказал двигатель. Дрейсон и его экипаж (суб-лейтенант Кэррол и рядовой 1-го класса Фолкс), заняв места в надувной лодке, обнаружили, что в ней нет запаса воды и пищи, а сигнальные ракеты неисправны. На базе Малеме в тот момент оказался только один исправный «Суордфиш», которые смог направиться на их поиски. Хотя Дрейсон и его люди видели этот «Суордфиш», им было нечем привлечь внимание экипажа. Шлюпка дрейфовала четыре дня и три ночи. Когда поднялся ветер и стал относить ее еще дальше в море, Дрейсон решил добраться до берега вплавь. Хотя остальные двое членов его экипажа были против этого, он прыгнул в море и уплыл. Вскоре после этого ветер изменился и прибил шлюпку к берегу. Кэррол и Фолкс, ослабевшие от голода и жажды, с трудом добрались до ближайшей деревни. Местные жители накормили их яйцами и козьим молоком, и сообщили о них греческим военным. Тело лейтенанта Барнаби Дрейсона было найдено на берегу, его похоронили 14 апреля.

11 апреля трехмоторный «Кант» Z.1007bis лейтенанта Джулио Габеллы из 172-й эскадрильи с Родоса проводил разведку над Александрией, на его борту в качестве наблюдателя находился младший лейтенант флота Алессандро Лауренци. В 60 милях к северу от Александрии «Кант» был перехвачен и сбит двумя «Харрикейнами» из 274-й эскадрильи RAF (пилоты – флайн-офицер Веллер и пайлот-офицер Спенс), и упал в море. Двух выживших из его экипажа подобрала летающая лодка «Сандерленд». Той же ночью аэродром Калато на Родосе был атакован «Веллингтонами» из отряда 37-й эскадрильи RAF, базировавшегося в Греции. Отбомбившись, «Веллингтоны» получили приказ лететь в Египет из-за плохой погоды над районом Афин.

На следующий день еще один Z.1007bis из 172-й эскадрильи попытался провести разведку над Александрией. Снова на перехват взлетели два «Харрикейна», в бою с ними «Кант» был серьезно поврежден, один человек из его экипажа смертельно ранен, также ранение получил пилот. Хотя Z.1007bis смог дотянуть до Родоса, но разбился при посадке. Три дня спустя аэродром Ираклион был снова атакован «Фиатами» CR.42из 162-й эскадрильи. Шесть «Фиатов» обстреляли позиции зенитных орудий и стоявшие на аэродроме «Бленхеймы». После налета итальянцы заявили о двух уничтоженных «Бленхеймах». Зенитный огонь британских «Бофорсов» был, как всегда, сильным, три «Фиата» получили повреждения, и еще один был сбит. Его пилот лейтенант Лучано Корсини попал в плен. На следующий день снова не повезло лейтенанту Уотли из 815-й эскадрильи FAA. У его «Суордфиша» во время противолодочного патрулирования отказал двигатель, и Уотли совершил вынужденную посадку на острове Китера. Уотли и его наблюдателя подобрала летающая лодка «Уолрус» из бухты Суда.

17 апреля конвой AN-27, направлявшийся в бухту Суда, к югу от острова Гавдос в 19:30 атаковали четыре «Юнкерса» Ju-88. Конвой потерь не имел, зенитчики австралийского эсминца «Вэмпайр» заявили о повреждении одного «Юнкерса». В тот же день лейтенант Рамсэй из 805-й эскадрильи FAA пытался перехватить Ju-88, проводивший разведку, но «Фулмар» не смог догнать быстроходный «Юнкерс», и немецкий самолет ушел без видимых повреждений. Тем временем лейтенант Кейт и суб-лейтенант Уолш возвращались в Малеме, перегоняя для эскадрильи еще два «Си Гладиатора» (N5535 и N5568). По пути они заметили один «Хейнкель» He-111, и попытались перехватить его, но безуспешно. В итоге у «Си Гладиаторов» едва хватило горючего, чтобы добраться до базы. При этом, когда они появились над аэродромом, британские зенитные орудия открыли огонь, к счастью, неточный. Лейтенант Кейт остался в эскадрилье, а Уолш вернулся в Египет на транспортном «Бомбее», чтобы пригнать еще один «Си Гладиатор». Но оказалось, что больше исправных «Си Гладиаторов» нет.

18 апреля в 13:05 флайн-офицер Энди Смит из 30-й эскадрильи RAF вылетел с базы Малеме на своем «Бленхейме» Mk IF для прикрытия с воздуха конвоя AN-27, подходившего к бухте Суда. Через 30 минут патрулирования Смит заметил два бомбардировщика S.79, приближавшихся к конвою с юго-запада. Это были торпедоносцы из 281-й эскадрильи под командованием капитана Джузеппе Чимикки. Смит зашел в хвост первому S.79 и открыл огонь. Из правого двигателя «Савойи» пошел черный дым, и Смит посчитал противника сбитым. Фактически S.79 лейтенанта Барбани действительно упал в море на обратном пути у острова Камиллони, все члены его экипажа получили ранения и травмы, но были спасены гидросамолетом «Кант» Z.506B. Тем временем Смит атаковал второй S.79 и видел, как из его правого двигателя полетели искры, но «Бленхейм» Смита тоже был поврежден ответным огнем. Когда Смит возвращался на аэродром, один из двигателей его «Бленхейма» загорелся, но наблюдатель пайлот-офицер Дж. Стронг быстро погасил пожар.

Торпедоносец «Савойя» S .79 sil из 279-й эскадрильи торпедоносцев ( aerosiluranti ), Родос, апрель 1941 г.

Торпедоносцы все же успели сбросить торпеды, и одна из них – вероятно, с «Савойи» капитана Чимикки – поразила британский танкер «Бритиш Сайенс». Одновременно три бомбардировщика S.79 из 34-й группы сбросили бомбы на суда конвоя, заявив о попадании в крейсер. Их перехватил «Фулмар» суб-лейтенанта Ройстона Гриффина из 805-й эскадрильи FAA, заставив бомбардировщики прервать атаку. Вероятно, Гриффин повредил все три «Савойи», хотя итальянцы считали, что их самолеты повреждены зенитным огнем, один человек из экипажей бомбардировщиков был ранен. Стрелки «Савой» заявили о сбитии «Фулмара», хотя фактически истребитель Гриффина не получил повреждений. Торпедированный танкер был вынужден снизить скорость до шести узлов, и продолжал двигаться к бухте Суда. Но на следующий день он получил еще одно попадание торпеды и затонул.

Между Грецией и Египтом теперь постоянно летали британские самолеты. 18 апреля в бухте Суда села летающая лодка «Сандерленд» флайт-лейтенанта Лайвуда, направлявшаяся из Греции в Александрию. На ее борту находился король Югославии Петр и королевская семья, генерал Симович и другие югославские политики. Два дня спустя там же совершил посадку другой «Сандерленд» (флайт-лейтенанта Бэднолла), направлявшийся в Скарамангу, на нем эвакуировались из Греции 16 офицеров RAF и жена вице-маршала Д’Альбиака со своей канарейкой.

20 апреля – в день большого воздушного боя над Афинами - «Бленхеймы» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF снова выполняли задачу прикрытия конвоев, как и «Фулмары» из 805-й эскадрильи FAA. В 35 милях к юго-востоку от острова Гавдос флайн-офицер Смит из 30-й эскадрильи заметил бомбардировщик S.79, приближавшийся к конвою AS-26, и атаковал его. После одной очереди пулеметы «Бленхейма» заклинило, и Смит был вынужден выйти из боя. Однако он заставил бомбардировщик прервать атаку конвоя, и полагал, что убил его хвостового стрелка. Лейтенант Эш из 805-й эскадрильи FAA к югу от Крита обнаружил «Юнкерс» Ju-88 из 4/LG1 с Сицилии и атаковал его. Пилот «Юнкерса» унтер-офицер Бертольд Борншайн был ранен, но быстроходный немецкий самолет смог уйти.

На следующий день конвой AS-26 снова был атакован к югу от острова Гавдос двумя Ju-88 из 7-й группы 30-й бомбардировочной эскадры (7/KG30) тоже с базы на Сицилии. Близким разрывом бомбы был поврежден транспорт «Бритиш Лорд», в 11:00 он потерял ход, и его экипаж перешел на эсминец «Вэмпайр», а транспорт был взят на буксир шлюпом «Окленд». Зенитные орудия шлюпа подбили «Юнкерс» 4D+DR лейтенанта Альфреда Пича, который был вынужден сесть на воду у побережья Крита. Два человека из экипажа Ju-88 погибли, сам Пич и еще один член экипажа попали в плен. В тот же день по Криту впервые нанесли удар бомбардировщики Люфтваффе с баз в Греции – «Юнкерсы» Ju-88 из I/LG1 и I/KG51 бомбили район Кании. Один «Юнкерс» был поврежден зенитным огнем, один человек из его экипажа был ранен. Этот налет означал конец «отдельной» ограниченной войны в воздухе над Критом. Теперь острову предстояло стать одним из основных районов боевых действий.

Боевые действия на море

В начале марта 1941 г. в Александрии началась погрузка первого из конвоев операции «Lustre» – высадки в Греции войск Британского Содружества (а также кипрских и палестинских): всего около 58 000 солдат с автотранспортом, танками, артиллерией, запасами и снаряжением. Эти конвои получили кодовые обозначения:

AN – Александрия, северное направление (Northbound)

AS – Александрия, южное направление (Southbound)

ANF - Александрия, северное направление, быстроходный конвой

ASF - Александрия, южное направление, быстроходный конвой

AG – Александрия-Греция (войсковые транспорты)

GA – Греция-Александрия (пустые войсковые транспорты)

4 марта конвой AN-17 вышел из Александрии в Пирей. На следующий день на подходе к проливу Касос недалеко от Крита конвой был атакован итальянскими бомбардировщиками и торпедоносцами с Родоса. Итальянцы атаковали небольшими группами по 2-3 самолета, первые атаки начались в 11:26. Суда конвоя повреждений не получили, хотя в 17:10 торпеда с S.79 едва не попала в крейсер ПВО «Ковентри». 6 марта с рассветом налеты возобновились, в них снова участвовали как бомбардировщики, так и торпедоносцы, S.79 и S.81. Но все итальянские самолеты были отогнаны сильным зенитным огнем. В 07:10 эсминец «Грейхаунд», сопровождавший конвой, обнаружил сонаром подводную лодку и атаковал ее глубинными бомбами. Итальянская ПЛ «Анфитрите» была вынуждена всплыть на поверхность, где была потоплена артиллерийским огнем, экипаж успел ее покинуть.

С тех пор, как авианосец «Илластриес» получил тяжелые повреждения в январе 1941, а «Арк Ройял» ушел в метрополию на ремонт, британский флот в Средиземном море оставался без авианосцев до 10 марта 1941, когда в Александрию прибыл недавно вошедший в строй авианосец «Формидебл» (23 000 т) с бронированными палубами. Предполагалось, что авианосец под командованием капитана Биссета примет участие в запланированной высадке на Додеканезские острова (см. предыдущую главу). Авиагруппа «Формидебла» включала 826-ю эскадрилью торпедоносцев «Альбакор» под командованием лейтенант-коммандера У. Сонта, 829-ю эскадрилью лейтенант-коммандера Дж. Дэллиел-Стида (частично укомплектованную «Альбакорами», частично старыми «Суордфишами») и 803-ю эскадрилью «Фулмаров», которой командовал лейтенант Дж. «Билл» Брюэн.

По пути из метрополии во Фритаун (Западная Африка) авиагруппа «Формидебла» потеряла два «Фулмара» - один пропал во время патрулирования, другой совершил вынужденную посадку в Сенегале, контролируемом правительством Виши, и экипаж истребителя был интернирован. Когда авианосец вошел в Красное море, его самолеты атаковали цели на побережье Итальянской Восточной Африки, и над портом Массауа (Эритрея) два «Альбакора» были сбиты зенитным огнем итальянцев. По прибытии в Порт-Судан «Формидебл» был вынужден задержаться, ожидая, пока Суэцкий Канал, заминированный немецкой авиацией, будет разминирован. Там пилоты 803-й эскадрильи лейтенант Райт и суб-лейтенант Симпсон на «Фулмарах» перехватили некий итальянский «почтовый самолет», направлявшийся в Сомали, и заявили о его вероятном сбитии.

Еще до того, как авианосец вышел из Александрии для действий у Додеканезских островов, произошло событие, имевшее важные последствия. 16 марта немецкие торпедоносцы «Хейнкель» He-111 из II/KG26 атаковали корабли британского флота, проводившие разведку к западу от Крита. Пилоты двух «Хейнкелей» идентифицировали британские корабли как линкоры «Уорспайт» и «Барэм» и выпустили в них по торпеде с малой высоты. Когда «Хейнкели» улетали, их экипажи видели столбы воды от взрывов, и предположили, что обе торпеды попали в цели и британские линкоры повреждены. Эту информацию немцы передали командованию итальянского флота, и для итальянцев это имело серьезные последствия. С баз в Таранто, Неаполе и Бриндизи вышли крупные силы итальянского флота – линкор «Витторио Венето», 8 крейсеров и 13 эсминцев для перехвата британских конвоев, перевозивших войска из Египта в Грецию. Но проблема для итальянцев была в том, что фактически британские линкоры не получили никаких повреждений.

В Средиземном море в это время было множество британских кораблей – 18 марта из Александрии в Грецию вышел конвой AN-21 в составе 13 судов. Два дня спустя из Александрии на Мальту отправился конвой MW-6 - четыре быстроходных транспорта, сопровождаемых крейсерами ПВО «Калькутта», «Ковентри» и «Карлайл», эсминцами и авианосцем «Формидебл». На борту авианосца находились самолеты не только из его авиагруппы, но и еще шесть «Фулмаров» из 806-й эскадрильи FAA и три «Си Гладиатора», предназначавшихся для 805-й эскадрильи – после проводки конвоя они должны были перелететь в Малеме.

21 марта оба конвоя попали под удары с воздуха. В 12:25 два Ju-88 в районе острова Гавдос бомбили крейсер «Бонавенчер», присоединившийся к конвою MW-6. Патрулировавшие над конвоем «Фулмары» «зеленого звена» 803-й эскадрильи FAA атаковали «Юнкерсы». Лейтенант Брюэн («Фулмар» N1951 ‘6A’) перехватил «Юнкерс» L1+DM из 5/LG1 (пилот лейтенант Фридрих-Вильгельм цур Ниден), направлявшийся к судам конвоя на малой высоте, и причинил ему серьезные повреждения. Вскоре открыли огонь зенитные орудия кораблей, и немецкий бомбардировщик упал в море. Суб-лейтенант Ричардс («Зеленый-2») отделился от звена и заблудился в условиях плохой видимости, но ему повезло заметить «Фулмар» лейтенанта Рамсэя из 805-й эскадрильи, который привел его на аэродром Малеме. Немного позже капитан Харрис и лейтенант Скотт из 805-й перегнали свои «Фулмары» с базы Малеме на «Формидебл», чтобы помочь в прикрытии конвоя с воздуха.

В 16:04 три «Юнкерса» Ju-88 из II/LG1 атаковали конвой AN-21, проходивший пролив Китера. «Юнкерсы» появились внезапно из дождевых туч на высоте 300 футов и сбросили бомбы рядом с танкером «Гавр». Вскоре появился еще один Ju-88 и атаковал датский танкер «Мари Мерск» (8271 т). Одна бомба попала в мостик, много членов экипажа было убито и ранено; танкер загорелся. Экипаж покинул судно, 27 человек были подобраны из воды австралийским эсминцем «Стюарт», также были подобраны два трупа. С австралийского эсминца «Уотерхен» на борт танкера была направлена аварийно-спасательная команда. Оба эсминца ушли, с поврежденным танкером остался вооруженный траулер «Эмбер». К полуночи удалось локализовать пожар и завести двигатели, и танкер своим ходом направился в бухту Суда, прибыв туда к полудню 22 марта. Окончательно пожар был потушен спустя 6 часов, большую часть перевозимого горючего удалось спасти (было потеряно лишь 500 т).

22 марта, когда остальные суда конвоя проходили к юго-востоку от острова Гавдос, их атаковали торпедоносцы «Хейнкель» He-111 из II/KG26. Получил тяжелые повреждения греческий транспорт «Эмбирикос Николаос» (3798 т); судно затонуло после того, как экипаж покинул его. Также был серьезно поврежден и оставлен экипажем норвежский танкер «Сольхейм».

В сумерках в пролив Китера вошел конвой ASF-21, у острова Куфо к нему присоединились крейсера ПВО «Ковентри» и «Карлайл». В этот момент появились три торпедоносца S.79 из 34-й группы, и вышли в атаку на малой высоте. Еще пять S.79 сбросили бомбы с большей высоты. Но ни бомбардировщики, ни торпедоносцы не добились попаданий, а сильным зенитным огнем с кораблей один из бомбардировщиков был сбит и упал в море.

У одного из «Фулмаров» 803-й эскадрильи (N1936), прикрывавших конвой MW-6 возникли неисправности в двигателе, и истребитель совершил вынужденную посадку на острове Китера. Экипаж не пострадал и на катере был доставлен в бухту Суда. Несколько дней спустя на летающей лодке «Уолрус» на остров прилетел лейтенант-коммандер Блэк, чтобы перегнать отремонтированный «Фулмар» в Малеме. Блэк вспоминал:

«Жители Китеры очень хотели нам помочь, и я помню, что, когда выруливал на пляж, особенно боялся, что винтом снесет голову кому-нибудь из местных. При взлете возникли некоторые сложности со склонностью «Фулмара» к рысканию, но так как истребитель был максимально облегчен – сняты пулеметы, боеприпасы, радиостанция, и бензина было немного – все прошло нормально».

Участие «Формидебла» в проводке конвоя MW-6 завершилось 23 марта, и авианосец направился обратно в Александрию. Когда он подошел достаточно близко к Криту, два «Фулмара» и три «Си Гладиатора» перелетели с него на аэродром Малеме. Эти «Си Гладиаторы» (N5513, N5517 и N5567) были из авиагруппы авианосца «Игл». У «Фулмара» капитана Харриса во время последнего патрулирования возникла неисправность с гидравликой шасси, и ему пришлось садиться на одном колесе. В тот же день суб-лейтенант Уоллес из 803-й эскадрильи на «Фулмаре» N1918 заметил один «Юнкерс» Ju-88, но немецкий самолет смог уйти. Вскоре после этого Уоллес снова заметил Ju-88 (возможно тот же самый) и заявил, что вероятно сбил его. Тогда же торпедоносец S.79 лейтенанта Джорджио Сакетти из 281-й эскадрильи (недавно прибывшей на Родос) пытался атаковать конвой AS-22, но был встречен сильным зенитным огнем и получил повреждения.

24 марта крейсера «Орион», «Йорк» и «Калькутта», возвращавшиеся после сопровождения конвоев, в проливе Китера были атакованы небольшими группами «Юнкерсов» Ju-88, сначала в 12:57, и позже в 14:11. Самолеты противника были отогнаны зенитным огнем, британские корабли не получили повреждений. Крейсер ПВО «Калькутта» вечером пришел в бухту Суда, «Орион» и «Йорк» остались в море для прикрытия другого конвоя, направлявшегося в Пирей. На следующий день этот конвой в проливе Саламин атаковали 6 «Юнкерсов» Ju-88, но не добились попаданий.

Однако назревали важные события. С помощью перехватов «Ультра» удалось получить некоторую информацию о намерениях противника. Немецкие двухмоторные истребители (очевидно, «Мессершмитты» Bf-110 из ZG26) перебазировались из Ливии в Палермо (Сицилия) для «специальных операций». Предположительно, эти операции включали поддержку и прикрытие с воздуха итальянского флота, готовившегося атаковать ослабленные и растянутые силы британского флота и, вероятно, перехватить британские конвои, перевозившие войска и снаряжение в Грецию. Офицер связи Кригсмарине в Риме рекомендовал командованию итальянского флота:

«По мнению германского командования сейчас британский флот располагает в восточном Средиземноморье лишь одним полностью боеспособным линкором («Вэлиент»). Представляется маловероятным, что крупные соединения британского флота будут отозваны из Атлантики в ближайшем будущем. Соединение «Н» также едва ли будет направлено в Средиземное море. Таким образом, для итальянского флота складывается более благоприятная ситуация, чем когда-либо. Британские конвои из Александрии в греческие порты, доставляющие войска и снаряжение в Грецию, представляют собой особенно важную цель для итальянского флота. Германское командование считает, что появление соединений итальянского флота в районе к югу от Крита создаст значительные помехи британским конвоям и может даже полностью прервать доставку британских войск в Грецию, так как конвои в данный момент не могут быть обеспечены достаточной защитой».

Эта оценка ситуации германским командованием оказалась весьма неточной, и ее неточность дорого стоила итальянцам.

Другие перехваты «Ультра» позволили установить, что днем начала операции является 25 марта. На следующий день перехваты подтвердили, что немецкие и итальянские шифровки говорят об одной и той же операции. Итальянское командование также затребовало большей информации о британских конвоях между Александрией и Грецией и приказало авиации нанести удары по аэродромам Малеме и Ираклион, чтобы нейтрализовать британские ВВС. Зная все это, адмирал сэр Эндрю Каннингэм начал проводить в действие собственные планы. 26 марта он отменил конвой GA-8, а вышедшему в море конвою AG-9, направлявшемуся в Пирей, приказал после наступления темноты изменить курс. Соединение «В» вице-адмирала Придхэм-Уиппела – крейсера «Орион» (с радаром ASV раннего образца), «Аякс» (с более современным радаром, но еще не испытанным в бою), «Перт», «Глостер» и 4 эсминца 2-й флотилии – в тот момент находившееся в море между Грецией и Критом, получило приказ сосредоточиться в 30 милях к югу от острова Гавдос к рассвету 28 марта. За день до этого после наступления темноты из Александрии должна была выйти 1-я боевая эскадра.

Тем временем после полудня 25 марта крейсера «Йорк» и «Орион» вошли в бухту Суда, где с наступлением сумерек были замечены разведывательным S.79. Экипаж «Савойи» сообщил о присутствии в бухте одного крейсера, двух эсминцев и 12 транспортов. В 22:30 в бухту Суда прибыл крейсер ПВО «Ковентри», чтобы заправиться с норвежского танкера «Перикл» (8342 т). Прибыл и четвертый крейсер – «Глостер» - также с целью заправки, а «Йорк» пришвартовался рядом с танкером.

Под прикрытием темноты два итальянских эсминца «Криспи» и «Селла» вышли из порта Стампалья, имея на борту шесть взрывающихся катеров МТМ 10-й флотилии MAS. В 10 милях от входа в бухту Суда перед самой полуночью катера МТМ были спущены с эсминцев на воду и под командованием капитан-лейтенанта (tenente di vascello) Луиджи Фаджиони направились в бухту.

В 5:00 на следующее утро взрывающиеся катера начали атаку. Водитель каждого МТМ, направив катер к выбранной цели, затем покидал его на спасательном плоту. Только три МТМ поразили цели. Два из них (водители – младшие лейтенанты Кабрини и Тедески) нанесли тяжелые повреждения крейсеру «Йорк», который сел на грунт с затопленными котельными и машинными отделениями, из-за выхода из строя генераторов крейсер лишился электроэнергии, и его орудия не могли действовать. Третий катер младшего лейтенанта Лино Беккати поразил танкер «Перикл» в среднюю часть корпуса. Танкер получил тяжелые повреждения, но остался на плаву и мог осуществлять заправку других судов. Во время атаки артиллеристы «Йорка» открыли огонь, полагая, что крейсер атакуют низколетящие самолеты. Когда Фаджиони и другие водители катеров МТМ – Кабрини, Тедески, Беккати, а также младший лейтенант Алессио Де Вито и сержант Эмилио Барбери – были найдены на рассвете дрейфующими на своих спасательных плотах и попали в плен, британцы сначала приняли их за пилотов сбитых самолетов. Каждый из этих храбрых бойцов 10-й флотилии MAS был позже награжден Золотой медалью (Medaglia D’Oro). Адмирал Каннингэм писал:

«Хотя итальянцы в целом проявляли мало инициативы и предприимчивости в войне на море, меня всегда удивляло, как хороши они были в подобного рода индивидуальных атаках. Несомненно, среди них были люди, способные на самые героические подвиги».

На следующий день «Ковентри» и два эсминца вышли в море для сопровождения 16 разгруженных британских и греческих транспортов, возвращавшихся в Порт-Саид. Утром их атаковали три Ju-88, но были отогнаны зенитным огнем, не причинив судам никаких повреждений. После полудня немецкие самолеты атаковали гораздо большими силами – 24 «Юнкерса» Ju-88, вероятно, из III/KG30 и II/LG1. «Ковентри» и эсминцы с трудом могли защитить транспорты, но открыли очень сильный зенитный огонь. Британцы заявили о двух сбитых немецких бомбардировщиках. Достоверно известно, что «Юнкерс» 4D+GR обер-лейтенанта Вальтера Веллера из 7/KG30 был серьезно поврежден и разбился на южном берегу Крита. Еще один поврежденный «Юнкерс» из 8/LG1 смог дотянуть до Катании, но разбился при посадке. Командир крейсера «Ковентри» капитан Гилмор получил сведения, что, согласно данным радиоперехвата и сигналам радаров, еще три немецких самолета совершили вынужденные посадки на воду, а их экипажи связывались с базой и просили помощи. Но вероятно, это были два вышеупомянутых «Юнкерса», потому что других потерь немцы тогда не понесли. Из судов конвоя лишь два транспорта были повреждены близкими разрывами бомб, но продолжили движение в составе конвоя.

Утром 27 марта патрульный «Сандерленд» из 230-й эскадрильи в 12:20 заметил в море первые соединения итальянского флота. Экипаж флайн-офицера Бома сообщил о трех крейсерах и эсминце в 80 милях к востоку от мыса Пассеро, юго-восточной оконечности Сицилии. Итальянские корабли двигались на юго-восток, вероятно, направляясь к маршрутам движения британских конвоев. Соединение, замеченное «Сандерлендом», было 3-й дивизией крейсеров под командованием вице-адмирала Сансонетти, в нее входили три тяжелых крейсера: «Триесте», «Тренто» и «Больцано», они являлись авангардом итальянского флота. За ними двигалась 1-я дивизия крейсеров вице-адмирала Каттанео (тяжелые крейсера «Зара», «Пола» и «Фиуме») и 8-я дивизия крейсеров вице-адмирала Леньяни (два легких крейсера); эти силы сопровождали 9 эсминцев. Вскоре к ним присоединился адмирал Анджело Иакино, командующий итальянским флотом, на своем флагмане линкоре «Витторио Венето», вышедшем из Неаполя в сопровождении четырех эсминцев. Итальянский флот представлял собой большую силу, но ни на одном из его кораблей не было радара.

Именно этого и ждал адмирал Каннингэм. Он приказал 1-й Боевой эскадре после наступления темноты выйти в море, а сам тем временем в спортивном костюме отправился в гольф-клуб Александрии. Там любил проводить время японский консул, и, увидев в гольф-клубе Каннингэма, вероятно, должен был сообщить об этом своим итальянским союзникам по Оси. Итальянцы были введены в еще большее заблуждение, когда в 14:00 над Александрией появился разведывательный «Кант» Z.1007bis из 172-й эскадрильи с Родоса. Его экипаж сообщил, что в порту все еще стоят два авианосца, три линкора и несколько крейсеров.

В 16:00 в море вышел «Формидебл», час спустя на авианосец перелетела его авиагруппа с базы Дехейла. Из-за нехватки торпедоносцев-разведчиков 826-я и 829-я эскадрильи FAA имели в своем составе только 10 «Альбакоров» (из них 5 с дополнительными баками) и 4 «Суордфиша». Также в авиагруппе было 13 «Фулмаров» (10 из 803-й эскадрильи и 3 из 806-й). С наступлением темноты адмирал Каннингэм вернулся в порт и поднялся на борт «Уорспайта», в 19:00 1-я боевая эскадра вышла в море. Авианосец «Формидебл» и линкор «Вэлиент» были оборудованы новейшими радарами. К ним присоединились линкоры «Уорспайт» и «Барэм» и 9 эсминцев из 10-й и 14-й флотилий. Лишь к полудню 28 марта Иакино получит новую информацию, что авианосец и линкоры вышли из Александрии, а к тому времени торпедоносцы «Формидебла» уже будут атаковать его корабли.

«Альбакор» сбрасывает торпеду

На рассвете 28 марта 1-я боевая эскадра находилась в 150 милях к югу от восточного побережья Крита, и в 05:50 с «Формидебла» взлетели 5 «Альбакоров» на поиск итальянских кораблей, «Суордфиши» начали противолодочное патрулирование, а два «Фулмара» выполняли задачу воздушного прикрытия. Тогда же 4 «Суордфиша» с базы Малеме, вооруженные торпедами, начали поиск кораблей противника к западу от острова. Во время патрулирования у одного «Суордфиша» возникла неисправность двигателя, и командир звена повел все 4 торпедоносца обратно на базу. Для продолжения поиска противника был направлен один «Фулмар» из 805-й эскадрильи, но ничего не обнаружил.

Первым итальянские корабли заметил в 07:20 экипаж «Альбакора» ‘5В’ примерно в 25 милях к юго-востоку от острова Гавдос, доложив о четырех крейсерах и четырех эсминцах. 20 минут спустя лейтенант Уитворт на «Альбакоре» ‘5F’ заметил 4 крейсера и 6 эсминцев в 20 милях от места первого обнаружения. В 08:04 снова вышел на связь «Альбакор» ‘5В’, также сообщив, что видит 4 крейсера и 6 эсминцев. Сначала, когда были получены эти сообщения, предполагалось, что разведчики заметили Соединение «В» вице-адмирала Придхэм-Уиппела, ожидавшее в том районе подхода главных сил (в соединении было 4 крейсера и 4 эсминца). Однако к тому времени с самого Соединения «В» заметили 3 неизвестных корабля в 18 милях к северу и сообщили Каннингэму. Это была итальянская 3-я дивизия крейсеров, в 08:12 они открыли огонь по британским кораблям, сосредоточившись сначала на «Глостере». Британцы ответили, и «Глостер» запустил с катапульты летающую лодку-амфибию «Уолрус» (“Alice II” P5668, пилот лейтенант Лейн) для корректировки огня. Но к тому времени когда «Уолрус» набрал высоту, перестрелка уже закончилась, и итальянцы стали отступать на запад. Лейтенант Лейн продолжил следить за кораблями противника, и вскоре заметил второе соединение итальянцев – 1-ю дивизию крейсеров («Зара», «Пола» и «Фиуме») с сопровождавшими их легкими крейсерами и эсминцами. Отряд адмирала Иакино также был поблизости – в 10 милях к северу, и разведчик Ro.43 с «Витторио Венето» заметил британские корабли Соединения «В».

Гидросамолет-разведчик «Меридионали» Ro .43 взлетает с катапульты итальянского крейсера

Адмирал Каннингэм, узнав об этой перестрелке, приказал «Формидеблу» готовить к взлету торпедоносцы. Был подготовлено 6 «Альбакоров» с торпедами из 826-й эскадрильи, но из-за отступления итальянских крейсеров они не были подняты в воздух сразу же. Также было приказано поднимать ударные самолеты с базы Малеме, но сообщение было принято только в 10:05, и спустя 45 минут в воздух поднялись 3 «Суордфиша» под командованием лейтенанта Клиффорда. Тем временем получили приказ взлетать и «Альбакоры» с «Формидебла», их вел в бой лейтенант-коммандер Сонт. Сопровождать их должны были «Фулмары» «Красного Звена» 803-й эскадрильи (‘6J’ лейтенанта Гибсона и N1912 пайлот-офицера Теобальда), и один «Суордфиш» для наблюдения за результатами атаки. Итальянские корабли, по оценке британцев, должны были находиться примерно в 80 милях.

Соединение «В» снова было атаковано в 11:00, линкор «Витторио Венето» открыл огонь по британским кораблям с дистанции 12 миль и израсходовал 94 15-дм. снаряда. Итальянцы считали, что добились нескольких попаданий, хотя в действительности попаданий не было, и от близких разрывов лишь получил небольшие повреждения крейсер «Орион». На борту этого крейсера служил молодой мичман Филип Маунтбеттен, позже получивший титул герцога Эдинбурского, это было его первый бой. Его отец принц Эндрю был женат на сестре лорда Луиса Маунтбеттена, который тогда в звании капитана командовал 5-й флотилией эсминцев на Мальте, а сестра, принцесса Софи – замужем за принцем Кристофом Гессенским, пилотом Люфваффе и сторонником нацистов.

Когда «Орион» оказался под обстрелом, к нему с правого борта стали приближаться крейсера итальянской 3-й дивизии. В это критический момент появились «Альбакоры», и британские корабли по ошибке обстреляли их, к счастью, не добившись попаданий. Торпедоносцы, заметив итальянские корабли, начали выходить в позицию для атаки, и в этот момент на них спикировали со стороны солнца два Ju-88. К счастью для британцев, пилоты «Фулмаров» вовремя заметили самолеты противника и атаковали. Рядовой 2-го класса Фредди Де Фриас, наблюдатель на «Фулмаре» пайлот-офицера Теобальда, вспоминал:

Мы едва успели обнаружить вражеский флот, как Теобальд заметил ниже нас «Юнкерс» Ju-88. На него спикировали наши два «Фулмара» (только так мы могли догнать 88-й) и сбили его. На скорости немногим более 200 узлов у нас был только один заход. Я этого почти не видел – с места наблюдателя на «Фулмаре» практически невозможно смотреть вперед, да и в любом случае я был занят тем, что следил за другим 88-м. Если забывать о других вражеских самолетах, то долго не протянешь. Экипаж 88-го, должно быть, успел сообщить, что атакован, потому что когда мы вышли из пикирования, итальянский флот уже палил в воздух из всех стволов. Но мы завершили наш маневр без единой царапины, и когда снова набирали высоту, я выпустил по итальяшкам целый диск из своего «Томпсона». Я, наверное, единственный человек, обстрелявший линкор из «томми-гана»!

Хотя экипажи «Фулмаров» не видели, как сбитый «Юнкерс» упал в море, лейтенант Хейворт, наблюдатель из экипажа «Альбакора» ‘4F’ лейтенанта Эллиса, подтвердил, что немецкий самолет действительно упал, а другой наблюдатель (лейтенант Хопкинс из экипажа командирского «Альбакора» ‘4А’) сообщил, что «Юнкерс» горел и падал. Данные Люфтваффе этого не подтверждают, хотя согласно им, Ju-88 унтер-офицера Георга Альбрехта из I/LG1 был поврежден и разбился при посадке в Крумово.

Тем временем первое суб-звено «Альбакоров» выполнило торпедную атаку по «Витторио Венето», зайдя с носа и правого борта. Сначала итальянцы приняли «Альбакоры» за истребители CR.42 с Родоса, которые, как ожидалось, должны были прикрывать корабли с воздуха. Когда итальянские моряки увидели свою ошибку, торпедоносцы уже вышли в атаку. Адмирал Иакино с облегчением увидел, что торпеды прошли мимо. Пока линкор маневрировал, его атаковало второе суб-звено «Альбакоров». Их экипажи считали, что добились как минимум одного попадания в корму линкора (и вероятно еще одного), но в действительности «Витторио Венето» снова не получил повреждений.

Вскоре после этой атаки три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи заметили итальянскую 3-ю дивизию крейсеров и атаковали «Больцано». «Суордфиши» вышли в атаку под сильным зенитным огнем, но все три торпеды прошли мимо цели. Зенитчики с крейсеров считали, что сбили один торпедоносец, но в действительности все «Суордфиши» вернулись в Малеме.

«Суордфиш» Mk . I на поплавках

1-я боевая эскадра тем временем приближалась к итальянским кораблям, и в 12:15 «Уорспайт» запустил с катапульт оба своих поплавковых «Суордфиша» для поиска противника. Предполагалось, что вражеский флот примерно в двух часах хода. На «Формидебле» готовили к взлету вторую группу торпедоносцев, но она была прискорбно слабой – три «Альбакора» и два «Суордфиша» из 829-й эскадрильи FAA лейтенант-коммандера Дэллиел-Стида. Истребительное сопровождение снова должны были обеспечивать два «Фулмара», а еще один «Суордфиш» - наблюдать за результатами атаки. Эти самолеты взлетели в 12:22, а сразу после этого сели вернувшиеся «Альбакоры» и «Фулмары» первой группы. За ними прибыли еще два «Фулмара» и «Уолрус» лейтенанта Лейна с крейсера «Глостер». Этот «Уолрус» находился в воздухе уже четыре с половиной часа, и к тому времени у него оставалось опасно мало горючего, поэтому Лейну приказали садиться на авианосец для дозаправки. Ему с большим трудом удалось найти «Формидебл», и его уже собирались перенаправить в Тобрук. Во время полета Лейн видел один Ju-88 и небольшую группу S.79, но они пролетели мимо, не атаковав его.

Тем временем итальянские крейсера запустили с катапульт несколько гидросамолетов Ro.43 для поиска британского флота, и в 12:25 один из них обнаружил авианосец, линкор, 6 крейсеров и 5 эсминцев примерно в 80 милях от главных сил итальянского флота. Так как гидросамолет невозможно было принять обратно на крейсер во время боя, экипаж имел приказ лететь на Родос, и лишь оттуда спустя два часа сведения об обнаружении британского флота были сообщены адмиралу Иакино.

В 12:54 «Формидебл» был атакован двумя торпедоносцами S.79 из 281-й эскадрильи. Возможно, это были те самые «Савойи», которые заметил пилот «Уолруса». Один S.79 сбросил торпеду с близкого расстояния, другой с 1500 ярдов. Авианосец, хотя и с трудом, но смог уклониться, и обе торпеды прошли мимо. Зенитные орудия «Формидебла» нанесли повреждения одному торпедоносцу, однако этот S.79 смог вернуться на аэродром Гадурра.

В 14:00 после дозаправки «Уолрус» лейтенанта Лейна снова взлетел с авианосца, имея приказ лететь в бухту Суда, но сначала связаться с эсминцем «Джуно», действовавшим в проливе Китера. Было уже близко к закату, когда летающая лодка-амфибия, наконец, села в бухте Суда.

Вскоре после полудня «Сандерленд» флайт-лейтенанта Лайвуда из 230-й эскадрильи сообщил об обнаружении двух линкоров и трех крейсеров (фактически это были пять итальянских крейсеров). Эти сведения были переданы в штаб ВВС в Афинах. Для удара по итальянским кораблям были направлены три «Бленхейма» из 84-й эскадрильи RAF, в 14:20 они атаковали «Витторио Венето». Хотя бомбы легли близко, попаданий не было, и линкор не получил повреждений. Полчаса спустя его снова атаковали на этот раз 6 «Бленхеймов» из 113-й эскадрильи. И снова британские бомбардировщики не добились попаданий. По иронии, пока «Бленхеймы» ожидали своей очереди на взлет на аэродроме Элефсис, вместе с ними ждал «Юнкерс» Ju-52/3m авиакомпании «Люфтганза».

Пока «Бленхеймы» сбрасывали бомбы, в торпедную атаку на «Витторио Венето» вышла вторая группа торпедоносцев с «Формидебла», а два «Фулмара» обстреляли из пулеметов мостик и зенитные орудия линкора, чтобы отвлечь итальянских артиллеристов. Лейтенант-коммандер Дэллиел-Стид на «Альбакоре» ‘5G’ приблизился к линкору на 1000 ярдов и сбросил торпеду. Почти немедленно его «Альбакор» получил множество попаданий и упал в море. Дэллиел-Стид и его экипаж (лейтенант Кук и пайлот-офицер Бленкхорн) погибли. Остальные два «Альбакора» также сбросили торпеды, как и два «Суордфиша», которые зашли с правого борта. Британские пилоты полагали, что «Витторио Венето» получил три попадания, но фактически цель поразила только одна торпеда (вероятно, Дэллиел-Стида). Она попала в левый борт над внешним винтом, ее взрыв причинил серьезные повреждения. Двигатели остановились, в отсеки хлынула вода, и линкор начал крениться на левый борт. В этот момент последний «Бленхейм» сбросил бомбы, которые разорвались очень близко к корме линкора, и также нанесли повреждения.

Примерно в то же самое время другие «Бленхеймы» (6 из 113-й эскадрильи и 5 из 84-й эскадрильи) атаковали итальянскую 1-ю дивизию крейсеров. Командир 84-й эскадрильи Джонс вспоминал:

«Погода была пасмурная, но мы вскоре нашли итальянский флот – две группы кораблей полным ходом мчались к своим базам. Как только они заметили нас, то пошли зигзагом, и их зенитки открыли сильный огонь. Мы спикировали на них и довольно точно сбросили бомбы. Наблюдатели моей эскадрильи заметили попадания по одному большому кораблю и еще одному меньшего размера. Это были трудные цели, но мы, вероятно, нанесли им повреждения, или по крайней мере, задержали».

В действительности тяжелый крейсер «Зара» и легкий «Гарибальди» не получили повреждений.

Другие «Бленхеймы» (3 из 84-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Бёма и 6 из 211-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Джонса) атаковали итальянскую 3-ю дивизию крейсеров. Несколько бомб разорвались рядом с крейсерами «Больцано» и «Тренто», но они также не получили повреждений. Один экипаж 84-й эскадрильи считал, что «Бленхеймы» добились попаданий. Флайт-сержант Гордон позже сообщал:

«Хотя они перестроились и активно маневрировали, и зенитный огонь их был очень плотным, мы все же смогли тщательно прицелиться и сбросить бомбы с малой высоты. Я видел, как две моих самых тяжелых бомбы попали в центр корпуса самого большого итальянского корабля. Поднялся черный и желтый дым, и корабль остановился».

Это подтверждает его наблюдатель:

«Было приятной неожиданностью, что бомбы попали именно туда, куда мы целились – в центр корпуса. Сначала появился белый дым, какой обычно бывает от взрыва бомбы, а потом поднялись столбы черного и желтого дыма на высоту около 200 футов. 50 минут спустя наш стрелок, хорошо разглядевший корабль, рассказал нам об этом. Когда мы потеряли корабль из вида, он стоял без хода и кренился».

Хотя часть «Бленхеймов» атаковала крейсера, судя по этим комментариям, «Бленхейм» Гордона сбросил последние бомбы на «Витторио Венето» как раз в тот момент, когда торпеда одного из «Альбакоров» поразила линкор в корму. В это время, очевидно, линкор находился близко к 3-й дивизии крейсеров.

Поврежденный «Витторио Венето» возвращается в ба зу. Заметно, что корма линкора осела после попадания торпеды. На корме виден поврежденный взрывом гидросамолет Ro .43.

Экипажи 211-й эскадрильи были менее оптимистичны относительно результатов налета. Исполняющий обязанности командира эскадрильи флайт-лейтенант Джонс вспоминал:

«Вражеский флот, казалось, был приведен в полный беспорядок, все корабли отчаянно маневрировали, то здесь, то там один корабль пересекал курс другого, лишь каким-то чудом избегая столкновения. Сбросив бомбы, мы еще больше усилили смятение итальянцев. Я не видел попаданий, но было много близких разрывов, которые тоже могли нанести повреждения, и, когда мы улетали, корабли противника ставили дымовую завесу».

Хотя «Витторио Венето» потерял ход, его аварийная команда смогла включить два двигателя, и вскоре линкор уже мог дать 16 узлов. В 17:00 итальянский флагман направился в Таранто, до которого было 420 миль. Адмирал Иакино был в ярости из-за того, что его флот не обеспечили никаким прикрытием с воздуха, хотя его обещали и Люфтваффе и Regia Aeronautica. На таком удалении от баз прикрыть корабли Иакино могли лишь немногочисленные CR.42 с Родоса.

Узнав, что «Витторио Венето» поврежден, адмирал Каннингэм приказал торпедоносцам еще раз атаковать и добить вражеский линкор. Все исправные торпедоносцы были подготовлены к взлету, и в 17:30 взлетели 6 «Альбакоров» из 826-й эскадрильи и 2 «Суордфиша» из 829-й, их вел в атаку лейтенант-коммандер Сонт. Так как вскоре должна была наступить темнота, экипажи торпедоносцев имели приказ после завершения атаки идти на посадку в Малеме. Перед взлетом торпедоносцев с «Формидебла» были подняты два звена «Фулмаров» для патрулирования, у одного истребителя возникла неисправность в двигателе, и ему пришлось снова садиться. Еще три «Фулмара» были направлены на поиски вражеского флота, пилот одного «Фулмара» заметил торпедоносец S.79 из 34-й бомбардировочной группы, атаковавший (по итальянским данным) неизвестный крейсер. «Фулмар» атаковал, но успел сделать лишь один заход, прежде чем бомбардировщик ушел. Стрелки «Савойи» считали, что отогнали «Харрикейн». В ожидании атак торпедоносцев с «Формидебла» взлетели еще три «Фулмара», но вражеских самолетов так и не появилось.

Атаковать итальянский флот готовились и торпедоносцы с базы Малеме, но у них были только две торпеды, срочно доставленные из Элефсиса. Таким образом, в 16:55 взлетели лишь два «Суордфиша» - экипажи лейтенанта Торренс-Спенса и лейтенанта Киггела. Спустя час они заметили 4 крейсера и 6 эсминцев, но сразу же попали под сильный зенитный огонь. Облетев корабли и выйдя из-под огня, «Суордфиши» готовились снова зайти в атаку, когда Торренс-Спенс заметил, что с востока приближается группа торпедоносцев Сонта. Торренс-Спенс решил присоединиться к их строю, но пилоты с «Формидебла» сначала приняли «Суордфиши» за итальянские истребители CR.42 и начали маневр уклонения, в результате возник некоторый беспорядок. В 19:25 Сонт решил, что стало достаточно темно, и вывел торпедоносцы в атаку, заходя на корабли с кормы на малой высоте. Итальянцы встретили атаку сильным зенитным огнем, на расстоянии 3000 ярдов от кораблей торпедоносцы потеряли строй, и пилоты проводили атаки индивидуально. Британцев слепили прожектора и дымовая завеса, и некоторые пилоты не сразу увидели, что сбросили торпеды не по «Витторио Венето», а по большому крейсеру. Два «Суордфиша» с Малеме последовали в дымовую завесу за торпедоносцами «Формидебла». Майкл Торренс-Спенс вспоминал:

«Все итальянские корабли ставили дымовую завесу. Когда я нырнул в дым, то уже ничего не видел, и не знал, в каком строю следует противник и где вообще цели. Думаю, никто из нас в этом дыму ничего не видел. Поэтому я поднялся на 3000 футов и оттуда рассмотрел строй противника, и увидел, откуда можно выполнить атаку на один из основных его кораблей».

Суб-лейтенант Уильямс на «Альбакоре» ‘5А’ из 826-й эскадрильи последним из пилотов «Формидебла» вышел в атаку, он сбросил торпеду в 19:45. Его целью оказался тяжелый крейсер «Пола» из 1-й дивизии крейсеров, в 19:46 получивший попадание торпеды в районе миделя с правого борта. Однако лейтенант Торренс-Спенс сообщает следующее:

«Я выбрал целью крейсер типа «Пола», зашел в атаку с носа, вошел в дымовую завесу и сбросил торпеду. Попадание в крейсер засчитали «Альбакорам», но я так не считаю! Я атаковал примерно 10 минут спустя после атаки «Альбакоров», и итальянцы, вероятно, думали, что все уже кончилось».

Итальянский тяжелый крейсер «Пола», потопленный в заключительной фазе боя у Матапана ночью 28/29 марта 1941 г.

«Суордфиш» Торренс-Спенса получил небольшие повреждения, но смог вернуться в Малеме, оба «Суордфиша» благополучно сели в 21:20. Из торпедоносцев «Формидебла» только один не дотянул до аэродрома в Малеме – суб-лейтенант Уильямс был вынужден посадить свой «Альбакор» на воду в бухте Суда, когда у него кончилось горючее. Экипаж торпедоносца был подобран эсминцем «Джуно».

За атакой торпедоносцев наблюдал экипаж одного из поплавковых «Суордфишей» («Лорна» К8863) с линкора «Уорспайт» - пайлот-офицер Райс и лейтенант-коммандер Болт. Они, к своему огорчению, не могли принять участие в атаке, потому что им пришлось сбросить бомбы раньше днем.

Когда британские торпедоносцы после атаки прибыли на аэродром Малеме, боевые действия в воздухе в этот полный событий день завершились. Но за итальянским флотом продолжали следить «Альбакоры» из 826-й эскадрильи. У одного из них не хватило горючего до аэродрома в Малеме, и ему также пришлось садиться на воду в бухте Суда. Лейтенант Филипс и его экипаж были успешно спасены. Оценка результатов действий британской авиации за этот день была следующей: «Альбакоры» и «Суордфиши» из 826-й и 829-й эскадрилий сбросили по итальянским кораблям 19 торпед, и еще 5 торпед сбросили торпедоносцы 819-й эскадрильи. Всего было заявлено о пяти вероятных попаданиях; основной целью торпедных атак был линкор «Витторио Венето». Фактически из 24 сброшенных торпед в цель попали только две: одна в линкор, другая в крейсер «Пола».

«Бленхеймы» выполнили 29 вылетов и сбросили по кораблям противника более 13 тонн бомб, в основном со средней высоты. Хотя экипажи заявляли о двух достоверных попаданиях по крейсеру и одному по эсминцу, и еще о двух вероятных попаданиях в другой крейсер, фактически единственное попадание бомбы было в линкор «Витторио Венето». Но это не удивительно – горизонтальные бомбардировки со средних и больших высот очень редко были успешны против маневрирующих кораблей. Однако, учитывая, что итальянские корабли не были прикрыты истребителями, и зенитный огонь, хотя иногда и сильный, был, как правило, неточным, результаты таких усилий британской авиации следует признать довольно скромными. Но и потери ее были небольшими. Сбит огнем противника был только «Альбакор» Дэллиел-Стида, еще два «Альбакора» из-за нехватки горючего были вынуждены сесть на воду в бухте Суда и затонули. «Альбакор» ‘5В’ (первым обнаруживший итальянский флот), заблудился на обратном пути, и, когда горючее стало подходить к концу, его пилот совершил посадку в занятой британскими войсками Бардии на ливийско-египетской границе.

Тем не менее, последняя торпедная атака, проведенная уже в сумерках, позволила британскому флоту одержать значительную победу. Хотя боевые вылеты завершились, флот адмирала Каннингэма продолжал преследовать итальянские корабли, отступавшие на запад. Последовавший ночной бой, в котором британские корабли потопили 3 итальянских крейсера и 2 эсминца, подробно описан в работе С. Пака «Бой у мыса Матапан»[7], и здесь будет достаточно кратко описать события той драматической ночи.

После заключительной атаки торпедоносцев Соединение «В» снова обнаружило корабли итальянского флота, и 8 британских эсминцев были направлены для проведения торпедной атаки, сопровождать британские линкоры осталось только 4 эсминца. В 22:10 эсминцы сообщили об обнаружении поврежденного корабля противника, стоявшего без хода в трех милях к востоку. Сначала британцы решили, что это «Витторио Венето», но, как оказалось, это был крейсер «Пола». Когда 1-я боевая эскадра приближалась к месту обнаружения «Полы», были замечены еще 2 итальянских тяжелых крейсера – «Зара» и «Фиуме» - и 5 эсминцев. Эти корабли направлялись на помощь поврежденной «Поле» и из-за отсутствия радаров итальянцы не знали, что британский флот находится очень близко. Линкоры «Уорспайт» и «Вэлиент» открыли огонь и нанесли тяжелые повреждения крейсеру «Фиуме» (затонул около 23:00). После него огнем линкоров был выведен из строя крейсер «Зара» и в 23:15 огнем «Барэма» потоплен эсминец «Альфиери». После этого «Барэм» перенес огонь на «Зару» и добил ее. Остальные итальянские эсминцы попытались провести торпедную атаку, но были атакованы британскими эсминцами «Стюарт» и «Хэйвок», которые потопили эсминец «Кардуччи». Другие два британских эсминца «Джервис» и «Нубиэн» сняли экипаж с «Полы» и добили крейсер торпедами.

На рассвете 29 марта (в 04:30) с «Формидебла» взлетели 3 «Альбакора» на поиски кораблей противника, еще один «Альбакор» направился в Малеме с сообщением для лейтенант-коммандера Сонта. Спустя два часа «Альбакоры» вернулись, обнаружив лишь плававшие в море обломки и итальянских моряков, цеплявшихся за них. Вылетевшие из Малеме 3 «Суордфиша» 815-й эскадрильи обнаружили то же самое. «Сандерленд» L2160 флайт-лейтенанта Вудворда из 230-й эскадрильи RAF сел на воду среди обломков и больших пятен нефти, обнаружив около 25 спасательных плотов с итальянцами. По оценке Вудворда итальянцев было около 600 человек, но когда он попытался выяснить с какого они корабля, в ответ они только просили воды. Все, что он мог сделать – сообщить на свою базу в Скараманге об их местонахождении и продолжить патрулирование.

Около 08:00 к месту боя подошли британские эсминцы для проведения спасательных операций. Они обнаружили в воде много трупов, но спасли более 900 итальянских моряков, в том числе 55 офицеров. Многие из спасенных оказались ранены, и некоторые из них позже умерли. Примерно час спустя после прибытия эсминцев, в небе появился разведывательный Ju-88, и адмирал Каннингэм, опасаясь налетов авиации, приказал прекратить спасательную операцию. Было передано сообщение итальянцам, что в том районе более 350 их моряков находятся на спасательных плотах, и рекомендовано направить для их спасения госпитальное судно. Итальянцы ответили, что в район боя уже направлено госпитальное судно «Градиска» из Таранто. Она подобрала около 160 человек. Тем же вечером греческий эсминец «Идра» подобрал еще 112 итальянцев. Если добавить к ним 257 снятых с «Полы», это значит, что в бою у Матапана погибло около 2400 итальянских моряков.

В 13:25, когда «Сандерленд» флайт-лейтенанта Вудворда вскоре должен был закончить патрулирование, неожиданно появился «Мессершмитт» Bf-110 и атаковал летающую лодку. Хотя «Сандерленд» получил несколько попаданий, его экипаж не пострадал и смог отогнать противника. После боя Вудворд посадил летающую лодку в бухте Суда для ремонта.

Ожидаемые Каннингэмом налеты немецкой авиации начались лишь в 15:11, когда радар «Формидебла» обнаружил большое количество самолетов, приближавшихся с северо-запада. Спустя три минуты с авианосца были подняты три «Фулмара» в дополнение к двум, уже находившимся на патрулировании. Но патрулировавшие истребители оказались отвлечены вражеским самолетом, очевидно, действовавшим как ложная цель, и пока три взлетевших «Фулмара» не набрали высоту, на некоторое время британский флот остался без прикрытия с воздуха. Спустя 20 минут, когда появились 12 «Юнкерсов» Ju-88 из II/LG1, все орудия британских кораблей открыли огонь. Британцы заявляли, что один «Юнкерс» получил прямое попадание и взорвался, но подтверждений с немецкой стороны этому нет.

Четыре бомбы разорвались близко от «Формидебла». Когда в атаку заходило последнее звено «Юнкерсов», на них спикировали «Фулмары», заставив немцев сбросить бомбы в море и прервать атаку. «Юнкерс» L1+EP унтер-офицера Георга Кунца был сбит «Фулмарами» лейтенанта Пивера и суб-лейтенанта Уоллеса, и упал в море. Свидетели сообщают:

«Мы видели, как он, выпуская серый дым, стал снижаться, и, наконец, подняв огромный фонтан воды, упал в море с левого борта, и сразу же исчез».

Однако Кунц и его экипаж выжили и смогли забраться на спасательный плот. Перед падением его стрелок ефрейтор Йозеф Ляйтерманн выпустил меткую очередь по «Фулмару» Уоллеса (N1918), получившему множество попаданий. Когда Уоллес заходил на посадку на авианосец, двигатель «Фулмара» отказал, и истребитель упал в море. Уоллес и его наблюдатель рядовой 2-го класса Дули смогли выбраться, и были подобраны эсминцем «Хэсти». Больше налетов на корабли 1-й Боевой эскадры не было, и британский флот направился в Александрию.

Тогда же разведывательный «Мэриленд» AR727 из 69-й эскадрильи RAF по запросу флота направился с Мальты к району боя у Матапана, чтобы уточнить результаты боя. Там «Мэриленд» был обстрелян неизвестными кораблями, получил несколько попаданий и попытался совершить вынужденную посадку на пляже острова Занте, но упал в море, не долетев до пляжа, и перевернулся. Его пилот флайн-офицер Эйнли погиб, а штурман сержант Браун был ранен. Он и стрелок сержант Уайт смогли выбраться из самолета. Местные греки помогли им добраться до Афин, откуда через южную Грецию они были эвакуированы на Крит, а потом в Александрию. Несколько недель спустя они вернулись в свою эскадрилью на Мальту.

В тот же день после полудня «Сандерленд» L2161 флайт-лейтенанта МакКолла из 230-й эскадрильи RAF заметил в море спасательный плот и на нем четырех человек. Британцы полагали, что это, вероятно, экипаж какого-то сбитого итальянского самолета, но скорее всего это был унтер-офицер Кунц и его экипаж.

Тогда же с опозданием отреагировала итальянская авиация. Истребители «Макки» С.200 с базы Гротталье наконец обеспечили прикрытие итальянскому флоту, направлявшемуся к мысу Колонне в районе Кротоны. Много бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis было направлено на поиски британского флота. Сначала вылетели «Канты» 47-го бомбардировочного полка из Гротталье; к полудню на поиски противника был направлен 21 самолет из этого полка. После полудня на патрулирование вылетели 6 «Кантов» из 50-й бомбардировочной группы с базы Бриндизи, после того, как еще один Z.1007bis (из 35-го полка также с базы Бриндизи) сообщил, что в 24 милях к юго-западу от Кефалонии замечен крейсер и 3 эсминца. Вероятно, это были корабли греческого флота. Для атаки этих кораблей были направлены 12 пикировщиков Ju-87 из 208-й и 239-й эскадрилий с базы Лечче, но не смогли их обнаружить, хотя обыскивали район от острова Паксои до Превезы.

30 марта итальянские самолеты-разведчики с Родоса продолжали искать британский флот. S.79 младшего лейтенанта Федерико Курти из 92-й бомбардировочной группы не вернулся из разведывательного вылета, и причина его исчезновения осталась неизвестной. Самолеты с баз в южной Италии были направлены на поиски выживших. Гидросамолет «Кант» Z.506B из 35-го полка (Бриндизи) обнаружил унтер-офицера Кунца и его экипаж на спасательном плоту, и подобрал их.

Во второй половине дня 30 марта британская 1-я боевая эскадра уже почти дошла до Александрии. Когда британские корабли подошли к входу в гавань Александрии, эсминцы сообщили об обнаружении подводной лодки и выполнили атаку глубинными бомбами, но безрезультатно. «Формидебл» и линкоры благополучно вошли в порт в 16:45. Однако итальянские подводные лодки нанесли удар в другом месте. На следующее утро в 03:00 ПЛ «Дагабур» и «Амбра» смогли отчасти отомстить за поражение итальянского флота, перехватив британский конвой GA-8 недалеко от того района, где были потоплены итальянские крейсера. Итальянские субмарины выпустили по торпеде в британский крейсер «Бонавенчер», который почти сразу затонул. Эсминец «Хируорд» подобрал из воды 310 выживших, а другой эсминец «Стюарт» (австралийский) провел атаку глубинными бомбами. ПЛ «Дагабур» выпустила по нему торпеду, но она взорвалась преждевременно, не причинив вреда эсминцу. Обе подводные лодки смогли уйти без повреждений.

2 апреля британский конвой ASF-22 (7 пустых войсковых транспортов) вышел из Пирея и присоединился к конвою AS-22 (9 пустых транспортов), направлявшемуся в Порт-Саид. Объединенный конвой направился к проливу Китера в сопровождении крейсера ПВО «Калькутта» и трех меньших кораблей, с воздуха конвой прикрывали «Фулмары» и «Си Гладиаторы» из Малеме. В 12:45, когда прикрытия с воздуха уже не было, конвой атаковала итальянская авиация. Два торпедоносца S.79 из 281-й эскадрильи и два из 34-й группы, еще три S.79 из 34-й группы сбросили бомбы с большой высоты, чтобы отвлечь зенитчиков. Эти три бомбардировщика и один из торпедоносцев были повреждены зенитным огнем. Итальянцы заявили о попаданиях в два транспорта, фактически же суда конвоя не получили повреждений.

К 17:00 конвой обошел западное побережье Крита и находился к северу от острова Гавдос. Внезапно со стороны берега появились 6 «Юнкерсов» Ju-88 и с пикирования метко сбросили бомбы на суда конвоя. Греческий транспорт «Кулурос Ксенос» получил 4 попадания, также было серьезно повреждено британское судно «Хоумфилд» (5000 т). Их экипажи понесли потери убитыми и ранеными и оставили оба судна. С австралийского эсминца «Вояджер» на оба транспорта были направлены аварийно-спасательные команды, которые установили, что исправить повреждения невозможно. «Хоумфилд» был добит торпедой с эсминца «Нубиэн», а греческое судно потоплено артиллерийским огнем и глубинными бомбами. Третье судно «Тети» получило повреждения от близкого разрыва, заставившего его сильно накрениться. Его шкипер был вынужден стать на якорь у Лиссмора.

Спустя полчаса начался третий налет. Три S.81 из 39-го бомбардировочного полка добились попаданий нескольких бомб в торговое судно «Дэвис», которое загорелось, 7 человек из его экипажа были убиты и 14 ранены. Пожары вскоре удалось потушить, и «Дэвис» продолжил движение в составе конвоя. В сумерках последнюю атаку на конвой провел торпедоносец S.79 капитана Бускальи из 281-й эскадрильи. Итальянцы считали, что добились попадания в большой транспорт, но фактически суда конвоя не получили повреждений.

В следующие две недели большая часть воздушных и морских боев проходила у греческих берегов, и крупномасштабных операций в открытом море не проводилось до 18 апреля. В тот день британский Средиземноморский флот вышел из Александрии для обстрела Триполи, основного порта, через который получали снабжение войска Оси в Ливии. Эта операция имела основной целью облегчить положение британских войск в Западной Пустыне, и в течение следующих нескольких дней в ее ходе над восточной частью Средиземного моря развернулись ожесточенные воздушные бои. К ордеру из трех линкоров, трех крейсеров и восьми эсминцев, окруживших авианосец «Формидебл» в течение дня присоединились еще два эсминца, готовившиеся встретить подходивший конвой.

В 18:20 британский флот был замечен двумя S.79 из 281-й эскадрильи с Родоса. Патрулировавшие над кораблями «Фулмары» из 803-й эскадрильи FAA атаковали итальянские самолеты, но успехов не добились. Пилот «Фулмара» ‘6J’ лейтенант Дональд Гибсон ответным огнем итальянцев был ранен в руку и почти ослеплен горячим маслом. Гибсон вспоминал:

«Я был сбит огнем трех бомбардировщиков «Кант» (sic) – подошел слишком близко, и кабину прошило множество разрывных пуль. Вероятно, мой истребитель получил попадание в масляный фильтр – в кабину полилось горячее масло. В этот момент мы были в 40 милях от флота. Когда я был на высоте около 2000 футов над «Формидеблом», двигатель наконец заглох. Я знал, что смогу зацепиться за аэрофинишер, авианосец был развернут против ветра. Но я зацепился на слишком большой скорости, и тормозной гак оторвался. Я врезался в островную надстройку, и на заправочном посту начался пожар. Мой самолет продолжал скользить по палубе, врезался в башню «А», перевернулся и упал в море. Авианосец прошел прямо надо мной. Я с огромным трудом выбрался из кабины, и меня подобрал шедший за авианосцем эсминец «Хируорд». Но Питер (суб-лейтенант Питер Эшбрук, наблюдатель), к сожалению, погиб. Надо было садиться на воду, но я был молодым и глупым».

Тем временем «Фулмар» N1912 («Красный-2», пайлот-офицер Теобальд и рядовой 2-го класса Де Фриас) продолжал атаковать «Савойю» лейтенанта Родольфо Гуцца. Трое членов экипажа бомбардировщика были ранены. Тяжело поврежденный S.79 все же смог вернуться на аэродром Гадурра и совершить посадку с торпедой под фюзеляжем.

Так как считались вероятными большие потери в истребителях, на борту авианосца было 15 «Фулмаров», в том числе 6 истребителей из 806-й эскадрильи FAA лейтенант-коммандера Чарльза Эванса. 19 апреля британский флот зашел в бухту Суда, чтобы эсминцы могли дозаправиться. В 12:25 радар «Формидебла» обнаружил самолет, предположительно вражеский. В это время на катапульте авианосца находился готовый к взлету «Фулмар» (N1912), но без экипажа. Рядовой 2-го класса Де Фриас оказался на полетной палубе (по удачному совпадению - в шлеме и спасательном жилете), когда подбежал лейтенант Гибсон с раненой рукой в гипсе и приказал наблюдателю садиться с ним в кабину «Фулмара». Де Фриас вспоминал:

«Я едва успел пристегнуться, как мы сразу же взлетели. Корабль не был развернут против ветра, прямо перед нами горы… да еще и пилот раненый. И зачем я только связался с этим героем? Но мы все-таки взлетели, хотя атаковать врага не удалось».

На следующий день флот продолжил путь, направляясь к Триполи, и в 10:43 радары обнаружили неизвестный самолет. На патрулировании в это время было звено «Фулмаров» из 806-й эскадрильи – истребители лейтенант-коммандера Эванса и суб-лейтенанта Сьюэлла, самых опытных пилотов эскадрильи. «Фулмары» по радару были наведены на одиночный «Кант» Z.1007bis, вероятно, летевший из Киренаики на Сицилию, и сбили его в 11:15. Спустя около двух часов на расстоянии примерно 25 миль радары обнаружили небольшую группу самолетов. На их перехват были подняты еще два звена «Фулмаров» 806-й эскадрильи. Это оказались не бомбардировщики, а 5 транспортных «Юнкерсов» Ju-52/3m (из I/KGzbV.9), летевших в Ливию. Первыми их заметили пилоты «Коричневого» звена лейтенант Ширз и суб-лейтенант Спарк (ранее служивший пилотом торпедоносца и награжденный Крестом за выдающиеся заслуги с планкой). К ним быстро присоединилось «Серое» звено под командованием лейтенанта Р. Хенли.

Один из трехмоторных «Юнкерсов» сумел уйти, но остальные четыре, по британским данным, были сбиты, два из них взорвались в воздухе, вероятно, они были нагружены горючим. Как минимум один из них сбил лейтенант Ширз, но и его «Фулмар» был подбит ответным огнем и упал в море. Ширз и его наблюдатель лейтенант Диксон погибли. Роберт Хенли вспоминал:

«… после того, как я выполнил первый заход на Ju-52, я развернулся против солнца, и увидел, что Джонни Ширз приблизился к нему с хвоста на расстояние 50 ярдов или около того. После он, вероятно, был подбит, и его истребитель вертикально спикировал в море. Я сделал еще один заход и, вероятно, сбил «Юнкерс», и после этого вернулся к тому месту, где упал Джонни, чтобы поискать его, но там уже ничего не было».

По официальным британским данным, «Фулмары» в этом бою сбили 4 Ju-52/3m. Одна победа была засчитана лейтенанту Хенли, одна лейтенанту Ширзу и две суб-лейтенанту Спарку. Фактически же в этом бою немцы потеряли только 2 «Юнкерса» - по немецким данным были потеряны экипажи обер-фельдфебеля Йозефа Кастля и фельдфебеля Вальтера Хайера.

После наступления ночи британский флот разделился. «Формидебл» в сопровождении крейсеров «Аякс» и «Перт» и четырех эсминцев отошел, чтобы на расстоянии обеспечивать прикрытие с воздуха, а три линкора и крейсер «Глостер» в сопровождении семи эсминцев направились к берегу для проведения бомбардировки. Рано утром 21 апреля по Триполи нанесли бомбовый удар «Веллингтоны» с Мальты, а «Суордфиши» из 830-й эскадрильи FAA (также с Мальты) сбросили над портом осветительные бомбы. «Суордфиши» и «Альбакоры» с «Формидебла» (826-я и 829-я эскадрильи FAA) также сбросили осветительные бомбы, чтобы подсветить цели для корабельной артиллерии. В 05:03 15-дм и 6-дм орудия линкоров открыли огонь по порту с расстояния 11 000 ярдов. После 20 минут обстрела флот изменил курс, готовясь отступать, после чего вел огонь еще 20 минут, пока расстояние не увеличилось до 16 000 ярдов. Только когда британский флот уже уходил, с берега был открыт ответный огонь, но противник не добился попаданий. Потери в самолетах включали только один «Суордфиш», разбившийся при посадке.

После этой смелой операции британцы ожидали, что их флот подвергнется сильным ударам авиации противника – но их не последовало. Это был явный признак того, что британский флот достиг полной внезапности. В 11:10 появился разведывательный самолет противника, на его перехват было поднято с авианосца «Оранжевое» звено 803-й эскадрильи. Полчаса спустя вернулся «Фулмар» лейтенанта Симпсона («Оранжевый-2»). Симпсон доложил, что вражеский разведчик поврежден (это оказался «Кант» Z.1007bis), но потеряна связь с истребителем лейтенанта Райта («Оранжевый-1»). Наконец в 13:40 радиосвязь с «Фулмаром» Райта была снова установлена, и с авианосца было направлено «Белое» звено 806-й эскадрильи (суб-лейтенант Стэн Орр и суб-лейтенант Хогг, одни из наиболее опытных пилотов эскадрильи), чтобы найти заблудившегося Райта и привести его обратно к авианосцу. Пролетев около 20 миль, британские пилоты заметили немецкую летающую лодку «Дорнье» Do-24N (из SeenotStaffel 6 с Сицилии). Она летела на юг на высоте около 1000 футов, слишком низко, чтобы ее могли обнаружить корабельные радары на таком расстоянии. «Фулмары» немедленно атаковали ее, и поврежденная летающая лодка села на воду, левый двигатель ее горел. Поврежденный «Дорнье» дважды пытался взлететь, но каждый раз «Фулмары» атаковали его, было видно, что за летающей лодкой в воде тянется след бензина и масла. Британские пилоты заявили о ее уничтожении. Тем временем лейтенант Райт смог вернуться на авианосец и после посадки доложил, что Z.1007bis, который преследовали они с Симпсоном, также сбит.

В этой операции против Триполи британцы израсходовали около 10 тонн бомб и 553 тонны снарядов. Позже воздушная разведка установила, что несколько итальянских эсминцев, стоявших в порту, получили повреждения, в том числе один эсминец поврежден тяжело. Также сгорели 5 грузовых судов, и еще как минимум на четырех судах были пожары. Британский флот направился обратно в Александрию. Вскоре ему предстояло вступить в новую фазу борьбы против соединений Люфтваффе, о которой будет рассказано в Главе 6.

ГЛАВА 5

Немецкое наступление на Балканах

В течение всех зимних боев в Греции и Албании командование союзников занимала одна мысль – возможность немецкого вмешательства. Эта угроза представлялась весьма вероятной с первых же дней, когда британская авиация пришла на помощь грекам. Для британцев, оказавшихся в тяжелом положении, вопрос был не «если», а «когда». Как действовать в такой ситуации? Силы Британской Империи были напряжены до предела, и будет очень трудно доставить и снабжать контингент войск, достаточный, чтобы противостоять наступлению Вермахта против Греции. И даже если бы удалось собрать такую группировку войск, недостаток аэродромов делал почти невозможным обеспечение на должном уровне поддержки с воздуха. Однако дело помощи союзнику было правильным с моральной точки зрения. Как можно бросить отважных греков в столь трудный час? Как такое предательство повлияет на моральный дух населения Великобритании и мнение нейтральных стран? Несомненно, благородное, пусть и безнадежное дело заслужит понимание будущих поколений?

Для греков ситуация казалась еще более очевидной. Итальянцы считались явным врагом, тогда как к немцам отношение было благожелательное. Агрессию Италии можно было остановить и с помощью британцев даже нанести ей поражение. Но война с Германией могла закончиться лишь одним – сокрушительным разгромом. Поэтому, хотя британская помощь в войне с Италией – особенно помощь авиации – была очень важна, эта помощь могла быть принята греками лишь настолько, насколько она не раздражала Германию. И возможно, тогда Германия не нападет. Это был сложный вопрос баланса.

Оценка ситуации британцами в этом случае выглядела явно более реалистичной. Они полагали, что Германия сочтет неприемлемым поражение своих итальянских союзников на Балканах. И они были правы: еще 4 ноября 1940 г. Гитлер приказал разработать планы относительно отправки немецких войск в Грецию, а 18 ноября в беседе с итальянским министром иностранных дел графом Чиано фюрер поделился своим видением будущей политики Германии в Средиземноморском регионе. Сейчас мы знаем, что в то время мысли Гитлера полностью занимали планы операции «Барбаросса» - великого крестового похода против коммунизма. И ничто не должно было стоять на пути этого крестового похода. К тому времени политическое и военное господство Германии над Румынией было почти абсолютным, это позволяло обеспечить поставки румынской нефти. После этого активное дипломатическое давление стало оказываться на Болгарию. И хотя Болгария была настроена дружественно к Германии, ее инфраструктура была настолько слаборазвитой, что операция немецких войск против Греции с болгарской территории могла начаться не ранее марта 1941. Основным фактором, задержавшим операцию, стала зимняя погода и необходимость переправы войск и техники через Дунай. Таким образом, зимой 1940-41 основные усилия должны быть направлены против британского флота, и с этой целью X авиакорпус Люфтваффе (Fliegerkorps X), имевший опыт действий против флота, перебазировался из Норвегии на Сицилию. Также Люфтваффе должны были помочь итальянцам в нейтрализации Мальты.

Для британцев существовала лишь одна возможность, которая могла бы отсрочить катастрофу: прийти к соглашению с двумя самыми сильными балканскими государствами – Турцией и Югославией. Но Югославия была раздираема внутренними конфликтами и находилась под политическим давлением Германии, и едва ли могла ввязываться в безнадежное дело. Турция после своего болезненного возрождения в 20-х годах также не имела желания участвовать в новой войне. Ее войска были прискорбно плохо вооружены и подготовлены, и лишь большая материальная помощь со стороны Великобритании могла убедить Турцию присоединиться к союзникам. Излишне говорить, что у Великобритании тогда просто не было на это средств. Дипломатические переговоры продолжались всю зиму, британцы пытались уговорить греков принять экспедиционные войска. С другой стороны, политика силы позволяла достигать лучших результатов.

13 декабря 1940 г. Гитлер издал директиву на планирование операции «Марита», в ходе которой немецкие войска, двигаясь через Болгарию, должны были оккупировать греческую Македонию и возможно всю материковую часть Греции. Основной целью этой операции было стабилизировать обстановку на Балканах и не позволить Великобритании оборудовать базы, с которых британская авиация могла бы угрожать Италии и месторождениям нефти в Румынии. Первые передвижения войск в рамках подготовки к этой операции начались еще в январе 1941 г., когда немецкие войска через Венгрию вошли в Румынию и были готовы двигаться в Болгарию. Для этой задачи была выбрана 12-я армия под командованием фельдмаршала Вильгельма Листа, поддерживать ее должен был VIII авиакорпус (Fliegerkorps VIII) генерала Вольфрама фон Рихтгофена – специальное соединение, предназначенное для поддержки наземных войск и вооруженное большим количеством пикирующих бомбардировщиков и штурмовиков.

VIII авиакорпус вначале включал 153 бомбардировщика (39 «Юнкерсов» Ju-88A и 114 «Юнкерсов» Ju-87B) и 121 истребитель (83 «Мессершмитта» Bf-109E и 38 «Мессершмиттов» Bf-110), и поддерживался большим количеством мобильных средств ПВО. В подчинении Листа находились штабы пяти армейских корпусов, 4 танковые дивизии, одна моторизованная, 2 горные и 11 пехотных дивизий – весьма значительные силы.

После нескольких отсрочек началась переправа через Дунай, первые немецкие части переправились 28 февраля; на следующий день Болгария формально присоединилась к Оси, и Гитлер объявил, что все фазы подготовки к операции «Барбаросса» должны быть завершены к 15 мая. Британское правительство, будучи хорошо осведомлено о том, что происходит, приняло одностороннее решение об отправке войск в Грецию – это решение позже было принято и греческим правительством. Первыми должны были высадиться в Греции бронетанковая бригада и только что прибывшая новозеландская дивизия, а также два полка средней артиллерии и несколько зенитных батарей.

Далее события начали ускоряться. По плану Гитлера наступательная операция против Греции должна была пройти быстро и стать не более чем формальностью. В деле полного подчинения Балкан оставался нерешенным лишь один вопрос – Югославия должна была формально присоединиться к Оси. Более того, позже югославские войска могли получить разрешение оккупировать часть греческой Македонии. 17 марта югославское правительство получило предложение присоединиться к Тройственному Пакту и подчиниться определенным условиям, главным образом, касающимся того, что Югославия не должна быть вовлечена в военные операции. Кабинет министров принца-регента Павла был готов принять эти условия. Но тут внезапно проявила себя храбрость и независимость сербского большинства. Из-за начавшейся волны протестов против присоединения к Оси 22 марта трое сербских министров ушли в отставку. Гитлер решил, что пришло время ударить железным кулаком. На следующий день Югославии был предъявлен ультиматум, требовавший подписания Тройственного Пакта. Последовали переговоры, и 25 марта югославское правительство подписало Пакт, тем самым формально присоединившись к Оси. Днем ранее фельдмаршал Лист доложил, что его 12-я армия заняла западную Болгарию и готова начать вторжение в Грецию 1 апреля. Казалось, теперь подчинение Балкан завершено.

Но и в самых лучших планах что-то может пойти не так. Два дня спустя после подписания Пакта в Югославии произошел государственный переворот. Командующий ВВС генерал Душан Симович с пробритански настроенными офицерами сверг регента Павла и посадил на трон 17-летнего принца Петра. Сразу же после этого Югославия вышла из Тройственного Пакта.

Можно представить себе ярость Гитлера, когда он узнал об этом. Его тщательно разработанные планы подготовки операции «Барбаросса» оказались под угрозой. Фюрер решил действовать немедленно. 12-й армии было приказано задержаться. «Барбаросса» откладывалась на четыре недели – четыре драгоценных летних недели, которых не хватило немецким танкам, чтобы войти в Москву. Югославию следовало беспощадно сокрушить и полностью подчинить, как и Грецию. 2 апреля был издан приказ №4: немецкая 2-я армия в Австрии и Венгрии, действуя одновременно с 12-й армией при поддержке 4-го воздушного флота, должна была начать вторжение на Балканы. Италия должна была поддержать союзника, атаковав Югославию с территории северной Албании, а болгарские и венгерские войска действовать вместе с немецкими. Все усилия следовало направить на быстрый и сокрушительный Блицкриг. Восточные границы Румынии и Болгарии должны были прикрыть только войска самих этих стран. Со стороны Турции никакой реакции не ожидалось. Британцы и греки удвоили дипломатические усилия, но, несмотря на визит в Югославию объединенной военной миссии, в том хаосе, который воцарился в стране после переворота, невозможно было достигнуть каких-либо значимых соглашений. Турки сохраняли позицию осторожного нейтралитета.

Первой наступление должна была начать 12-я армия, располагавшая 20 дивизиями в Болгарии, из которых 6 дивизий в западной части страны были готовы немедленно вступить в бой. XVIII корпус (одна танковая, одна пехотная и две горнострелковых дивизии) передислоцировался к западу от реки Струма и 4 апреля начал подготовку к переправе через реку Вардар. Ему предстояло наступать через перевал Рупель на Салоники, Веррию и Эдессу. На следующий день войска союзников получили предупреждение о возможной атаке. Далее к востоку XXX корпус должен был занять северные порты Эгейского моря до турецкой границы. XL корпус (одна танковая дивизия, одна пехотная и одна дивизия СС) должен был войти в южную Югославию и наступать на Скопье и далее к албанской границе до встречи с итальянскими войсками на Эпирском фронте.

Для поддержки 12-й армии численность VIII авиакорпуса была увеличена до 414 самолетов. Еще на аэродромах в Австрии, Венгрии и Румынии 4-й воздушный флот располагал 576 самолетами, прибывшими с Сицилии, из Франции и Германии. Еще 168 самолетов должны были прибыть из состава X авиакорпуса с Сицилии, и еще несколько соединений из его состава должны были перебазироваться на аэродромы юго-восточной Италии для операций над западной Югославией. Вся авиация VIII авиакорпуса базировалась на аэродромах в районе Софии в Болгарии. В состав VIII авиакорпуса входили: одна эскадрилья разведчиков «Дорнье» Do-17, группа (Gruppe) транспортных самолетов, группа «Юнкерсов» Ju-88A, три группы пикировщиков Ju-87, три группы одномоторных истребителей, одна группа и две эскадрильи истребителей-бомбардировщиков, и одна группа двухмоторных «Мессершмиттов» Bf-110 (Zerstorer), которые также могли действовать как штурмовики.

Основные силы бомбардировочной авиации 4-го воздушного флота генерал-полковника Лёра базировались на аэродромах центральной части Австрии, а тактическая авиация сосредоточена в двух группировках: одна базировалась в районе Граца, недалеко от границы Австрии с Венгрией и Югославией, а вторая в районе Арада в Румынии. 3-я группа 52-й истребительной эскадры (III/JG52) находилась в резерве в районе Бухареста, обеспечивая защиту нефтяной промышленности Румынии. Кроме этих сил авиации 2-ю армию должны были поддерживать 7 отдельных эскадрилий разведчиков «Хеншель» Hs-126, и еще 6 эскадрилий «Хеншелей» поддерживали 12-ю армию в Болгарии. Обычно одна такая эскадрилья разведчиков действовала в интересах одного армейского корпуса, и по одной эскадрилье было придано каждой танковой дивизии.

5 апреля с Сицилии перебазировалась в Таранто одна эскадрилья (7-я) 26-й истребительной эскадры («Мессершмитты» Bf-109E) под командованием известного аса Йоахима Мюнхенберга. III/ZG26 («Мессершмитты» Bf-110) тогда же перебазировалась с Сицилии в Гротталье. Бомбардировщики Люфтваффе, базировавшиеся на Сицилии, были готовы действовать непосредственно с острова. Итальянские ВВС также получили подкрепления для предстоящих наступательных операций (см. Боевое расписание в конце главы).

В Греции британское командование прилагало все усилия, чтобы доставить подкрепления своим ВВС. Греческих самолетов в строю оставалось уже очень мало. Соединения RAF на начало апреля указаны в Боевом расписании, также как еще действовавшие греческие. Подкрепления для RAF, хотя и ограниченные, но все же поступали.

Потенциал Югославии оставался трудно учитываемым фактором. По оценке немецких специалистов, югославская армия была плохо вооружена, и ее подготовка не соответствовала требованиям времени. Ее старшие офицеры были людьми преклонного возраста, обладавшими реакционным мышлением. Однако солдаты, особенно сербы, считались храбрыми и упорными бойцами, способными оказывать ожесточенное сопротивление в пехотном бою. Тем не менее, предполагалось, что они не смогут долго продержаться в бою против современной армии Германии. Как выяснилось позже, эта оценка была весьма точной. ВВС Югославии были относительно немногочисленны и вооружены по большей части устаревшими самолетами, хотя перед войной эта ситуация стала меняться. До 1937 г. авиация Югославии была полностью устаревшей и представляла собой лишь вспомогательные части, приданные армии и флоту и оснащенные разнообразными самолетами 1920-х годов, в том числе французскими разведчиками «Бреге» Br.XIX и «Потэ-25», чехословацкими истребителями «Авиа» BH-33E, немецкими летающими лодками «Дорнье Валь» и поплавковыми «Дорнье» D. Обострившаяся политическая обстановка ускорила планы по созданию независимых военно-воздушных сил – Королевских Югославских ВВС (JKRV - Jugoslovensko Kraljevsko Ratno Vazduhoplovstvo). К 1943 году предполагалось сформировать 9 авиаполков, вооруженных 1068 (+369 в резерве) современными самолетами, частично приобретенными за границей, частично построенными по лицензии. В каждом полку предполагалось иметь три эскадрильи, а в каждой эскадрилье три звена.

В начале 1938 г. стало очевидно, что даже если не учитывать чисто финансовый вопрос, потребности Югославии стоят далеко не первыми в списке ведущих стран-производителей самолетов. Поэтому не следовало пренебрегать никакими возможностями для покупок и лицензий, о которых удалось бы договориться. Таким образом, у Великобритании были приобретены бомбардировщики «Бристоль Бленхейм» Mk I и истребители «Хоукер Харрикейн» Mk I, у Германии – бомбардировщики «Дорнье» Do-17K и истребители «Мессершмитт» Bf-109E, у Италии – бомбардировщики «Савойя» S.79. Последние три типа самолетов также предполагалось производить по лицензии. Собственная авиационная промышленность Югославии смогла произвести некоторое количество истребителей «Икарус» IK-2 и «Рогожарский» IK-3, последние в целом соответствовали мировым стандартам. Разрабатывались и другие типы самолетов.

Эта политика покупки всего, что удастся приобрести, привела к тому, что в начале 1941 в югославских ВВС было 11 разных типов боевых самолетов, 14 типов учебных самолетов и 5 типов вспомогательных самолетов, 22 разных модели двигателей, 4 разных модели пулеметов и 2 модели авиационных пушек. Например «Дорнье» Do-17K был самолетом немецкого производства, но в JKRV он служил с французскими двигателями, бельгийским вооружением, чешским фотооборудованием и частично югославскими приборами. Это был просто «кошмар квартирмейстера».

Бомбардировщик «Дорнье» Do -17 K Югославских Королевских ВВС. Это 20-й самолет из партии, доставленной в Югославию.

Вследствие задержек с получением новых самолетов реорганизация югославских ВВС началась только к концу 1939 г., и так и не была завершена до начала военных действий. К тому времени в бомбардировочных и истребительных полках было около 340 самолетов, еще 120 полностью устаревших самолетов служили в армейских разведывательных эскадрильях. Пилотов было подготовлено много – около 2000, с соответствующим числом других членов экипажей, их подготовка считалась адекватной. Но ни у кого из них не было боевого опыта, экипажи бомбардировщиков не имели подготовки для полетов ночью или в плохих погодных условиях. Этот фактор мог значительно затруднить действия югославской авиации, так как большую часть апреля 1941 погодные условия были неблагоприятными. Пилоты истребителей редко отрабатывали групповые действия числом большим, чем 2-3 самолета или во взаимодействии с другими соединениями. Также редкой была стрельба по воздушным целям из-за нехватки трассирующих и зажигательных боеприпасов. Большинство самолетов не имели ни радиоприемников, ни передатчиков. Новые Ме-109 (как их обозначали в Югославии, и в дальнейшем в книге «Мессершмитты» югославских ВВС будут обозначаться так же, чтобы отличать их от Bf-109 Люфтваффе) югославские пилоты едва начали осваивать и налетали на них очень мало времени.

Югославский пилот и его самолет «Бреге» Br . XIX /8, оснащенный американским двигателем «Райт-Циклон»

Так как основные югославские аэродромы были хорошо известны потенциальному противнику, было запланировано подготовить около 100 полевых аэродромов, но к началу военных действий было готово не более 50 из них, и они могли принимать лишь самые легкие самолеты, а в дождливую погоду были практически бесполезны.

Из авиационных полков в наименьшей готовности оказался 2-й полк. Ранее это было соединение разведывательной авиации, но в начале 1941 его 48 разведчиков «Потэ-25», 52 «Бреге» Br.XIX и 48 «Бреге» Br.XIX/7 были переданы армейским разведывательным эскадрильям, а полк предполагалось перевооружить тяжелыми истребителями, такими как «Потэ-631» или «Мессершмитт» Bf-110 или даже R-313 собственного производства для обеспечения ПВО Белграда и военной промышленности Сербии. Лишь в последний мирный месяц чтобы придать 2-му авиаполку хотя бы какое-то подобие готовности, из 4-го и 6-го полков забрали несколько «Харрикейнов» и эскадрилью Ме-109. Все новые «Харрикейны», которые должны были производиться по лицензии на заводе в Земуне, также должны были направляться в этот полк.

Летающая лодка «Дорнье Валь» №200, приобретенная Югославией в 1927 г., все еще продолжала службу в 3-й группе гидросамолетов в апреле 1941. Она уцелела в боевых действиях, была захвачена итальянцами и позже разобрана.

Авиация флота также была реорганизована – сформированы 3 командования гидросамолетов (hidroplanska komanda), каждое из них примерно соответствовало авиаполку, но только 2-е и 3-е были полностью укомплектованы. 1-е командование позже было присоединено ко 2-му.

При взгляде на карту видно, с какими трудностями столкнулся югославский генеральный штаб в начале 1941, планируя оборону. Почти со всех сторон Югославия была окружена враждебными государствами. Из плана обороны можно было исключить лишь небольшой участок южной границы с дружественной Грецией. До осени 1940 г. южная граница не считалась первостепенной в плане обороны, но после нападения Муссолини на Грецию стало ясно, что Югославия, вероятно, вскоре также будет вовлечена в войну. Новый план обороны R-41 (Rat 1941) был выработан лишь к концу февраля 1941, когда уже не было сомнений во вмешательстве Германии в итало-греческую войну. Немецкая армия к тому времени уже была в Болгарии.

С самого начала итальянской агрессии против Греции участились нарушения югославской границы итальянскими самолетами. 5 ноября 1940 итальянская авиация дважды бомбила югославскую Македонию, нанеся большой материальный ущерб, 9 человек было убито и 21 ранен. На следующий день 18 «Харрикейнов» из 4-го полка JKRV перебазировались из Загреба в район Прилепа в Македонии, а 10 Ме-109 из 102-й эскадрильи JKRV перелетели в Мостар из района Земун-Белград для патрулирования побережья от Сплита до албанской границы. В течение следующих нескольких месяцев эти истребители предпринимали попытки перехватить итальянские и греческие бомбардировщики и разведчики, нарушавшие югославскую границу. В ходе одного такого перехвата 14 декабря 1940 г. сержант Вучевич на своем «Харрикейне» заставил совершить посадку греческий «Хеншель» Hs-126 в районе Битоля. Экипаж «Хеншеля» был интернирован.

В течение этого периода ни один итальянский самолет не был сбит над Югославией, но 18 ноября 1940 в районе Даниловграда разбился «Веллингтон» британских ВВС, в его обломках было найдено 4 трупа, в том числе тело американского военного корреспондента Ральфа Барнса из «Нью-Йорк Геральд Трибьюн». 23 февраля 1941 итальянский бомбардировщик S.79 после налета на цели в Греции, заблудился в условиях плохой погоды и разбился на территории Югославии при попытке совершить вынужденную посадку, экипаж был интернирован. 1 марта 1941 транспортный Ju-52/3m Люфтваффе из-за навигационной ошибки сел в Скопье с восемью немецкими военнослужащими на борту.

Югославская авиация начала секретную мобилизацию 6 марта, а шесть дней спустя началось ее рассредоточение по вспомогательным аэродромам. Оно было завершено 20 марта. Однако 3 апреля майор Владимир Крен (хорват) на «Потэ-25» перелетел в Грац (Австрия) и сообщил немцам о расположении многих югославских полевых аэродромов, а также сообщил коды и шифры, используемые командованием JKRV. В результате этого коды пришлось срочно менять.

После переворота 27 марта нарушения югославской границы немецкими и итальянскими самолетами стали столь частыми, что истребителям JKRV постоянно приходилось дежурить в боевой готовности. Два дня спустя югославский Ме-109 разбился при попытке совершить вынужденную посадку после того, как израсходовал все горючее в погоне за немецким разведчиком. Пилот Милан Джорджевич погиб. Через несколько дней разведывательный «Мессершмитт» Bf-110D из-за навигационной ошибки приземлился в Кралево. Югославы захватили его и включили в состав 51-й группы 6-го полка в Земуне. 3 апреля над Марибором (Словения) «Хейнкель» He-111 был поврежден зенитным огнем. Эти нарушения границы выявили неадекватное состояние системы постов наземного наблюдения, которая практически отсутствовала, а также серьезные недостатки радиосвязи, которые вскоре в значительной степени повлияют на слабость югославской обороны. К тому времени «Харрикейны» 4-го полка JKRV вернулись из Македонии на свои аэродромы в район Загреба, а 5 апреля в Земун вернулись из Мостара «Мессершмитты» 102-й эскадрильи, они были включены в 51-ю группу 6-го полка JKRV. После пяти месяцев частых вылетов на патрулирование их двигатели нуждались в ремонте. В тот же день британский полковник Макдональд посетил командующего JKRV генерала Мирковича и подтвердил то, что югославское правительство уже знало – что на следующее утро в 06:30 немецкие бомбардировщики атакуют Белград. Югославские ВВС явно не были готовы к отражению этого удара.

Югославские пилоты 102-й эскадрильи 51-й группы 6 -го полка JKRV со своими «Мессершмиттами» Ме-109, конец 1940 г.

По боевому расписанию JKRV на утро 6 апреля 1941 г., однако, видно, что, по крайней мере, на бумаге югославские ВВС были численно гораздо сильнее (особенно по современным самолетам), чем объединенные силы британской и греческой авиации на юге.

Нападение на Югославию

Для большей ясности и последовательности изложения событий, наступательные операции немецких войск в апреле 1941 и в частности действия авиации на Балканах будут рассматриваться по отдельности – сначала бои в Югославии, а после в Греции.

Наступление немецких войск сначала развивалось по двум разным направлениям. Первый и основной удар наносила 12-я армия из Болгарии, наступая в западном направлении из долины нижней Струмы тремя колоннами в типичной манере блицкрига. Самая северная колонна наступала по линии Кюстендиль – Крива – Паланка – Куманово – Скопье. Центральная колонна наносила удар вдоль дороги Благоевград – Дельчево – Кочани – Штип – Велеш – Прилеп – Битоль. Южная колонна наступала вдоль реки Струмица к городу с тем же названием. Действия 12-й армии поддерживал всей мощью своей авиации VIII авиакорпус Люфваффе.

6 апреля в 05:15 немецкая пехота атаковала югославские пограничные укрепления, и части Вермахта перешли границу Югославии. Спустя 45 минут, в 06:00 доктор Геббельс по радио объявил о войне с Югославией. Пикировщики Ju-87 поддерживали наступавшие армейские части, для остальных сил авиакорпуса фон Рихтгофена основной задачей стала нейтрализация дислоцированных в южной части Югославии соединений JKRV. Югославская авиация на юге была представлена в основном полками 3-й смешанной авиабригады, ответственной за оборону всего юго-востока страны. После передислокаций 12 марта 35-я и 36-й группы 5-го истребительного полка базировались на аэродромах в Козанчиче в районе Лесковаца и Резановацка-Коса в районе Куманово соответственно. 3-й бомбардировочный полк JKRV лишь месяцем ранее перебазировался в этот район из Скопье, его 64-я группа в составе трех эскадрилий базировалась в Обиличе в районе Приштины (208-я и 210-я эскадрильи) и в Штуболе в районе Урошеваца (209-я эскадрилья). Всего в составе 64-й группы было 30 бомбардировщиков «Дорнье» Do-17K, произведенных в Югославии по лицензии. 63-я группа того же 3-го полка (также 30 «Дорнье») базировалась в Петроваце, так как аэродром в Бойнике в районе Лесковаца оказался непригоден для бомбардировщиков.

Истребитель «Хоукер Фьюри» №43 из 5-го полка JKRV после захвата итальянцами, апрель 1941. На заднем плане «Бреге» Br . XIX №77.

Перед рассветом 6 апреля пилоты истребителей 36-й группы 5-го истребительного полка JKRV были разбужены известиями о нападении Германии и получили приказ срочно готовиться к отражению воздушных налетов. На рассвете были подняты в воздух два истребителя «Хоукер Фьюри» для патрулирования над районом Кратово. Едва они взлетели, как аэродром Резановацка-Коса атаковали 17 немецких истребителей «Мессершмитт» Bf-109E и один «Мессершмитт» Bf-110 (в основном из LG2). Остальные югославские пилоты уже сидели в своих истребителях-бипланах и заводили моторы. Большинство их успели взлететь перед тем, как немецкие самолеты атаковали аэродром. В первой атаке на земле были уничтожены один истребитель «Фьюри», один RWD-13 и три учебных самолета. 111-я эскадрилья была застигнута в крайне невыгодном положении, не успев набрать высоту во время взлета. Но ее судьба позволила пилотам 112-й эскадрильи хотя бы немного набрать высоту, прежде чем принять бой с немцами. За несколько минут было сбито 11 истребителей «Фьюри» (включая первую пару взлетевших на патрулирование). Семь югославских пилотов были убиты, один ранен. В числе погибших были командиры обеих эскадрилий – капитан Воислав Попович (111-я) и капитан Константин Ермаков (112-я). По сообщениям свидетелей капитан Ермаков таранил Bf-110. Число сбитых югославских самолетов совпало с заявлениями немцев – пилоты Bf-109E из LG2 и Bf-110 из II/ZG26 заявили об 11 сбитых «Фьюри». Три из этих побед были засчитаны обер-лейтенанту Эрвину Клаузену из I(J)LG2 (с ними число его побед дошло до восьми). Лейтенант Фриц Гайссхардт из той же группы одержал в этом бою 4 победы, таким образом, его личный счет дошел до 17 побед. Югославы заявили о трех сбитых Bf-109E и одном Bf-110. Фактически I(J)LG2 потеряла один Bf-109E обер-фельдфебеля Хайнца Экхардта – он пропал без вести, не вернувшись из вылета. Еще один Bf-109E из этой группы и три из II(Sch)/LG2 разбились при посадке на аэродромах Врба, Белица и Пловдив. Неизвестно, было ли это результатом повреждений, полученных в бою. Но II/ZG26 потеряла два Bf-110. Их пилоты – фельдфебель Гельмут Реккер и унтер-офицер Адольф Зондерман и их стрелки погибли. Югославы сообщили, что в обломках Bf-110 было найдено тело болгарского офицера, который, вероятно, помогал немцам найти югославский аэродром.

После этого налета только два «Фьюри» из 36-й группы остались боеспособными. Оба этих истребителя позже днем были направлены на аэродром в Штуболе. Один истребитель, израсходовав по пути все горючее, разбился при вынужденной посадке, таким образом, из 36-й группы уцелел только один «Фьюри». Та же участь ожидала и 35-ю группу на аэродроме в Козанчиче, но когда над аэродромом появились 20 «Мессершмиттов» Bf-109E, немецкие пилоты не заметили хорошо замаскированные «Фьюри» и вместо них атаковали «Бреге» Br.XIX из 2-й разведывательной группы югославской 5-й армии на расположенном поблизости аэродроме Сорлинце. Пилоты Люфтваффе приняли «Бреге» за «Фьюри» и заявили об уничтожении 16 «истребителей-бипланов». Во время налета на месте оказалась лишь треть пилотов 35-й группы. Командир 5-го истребительного полка JKRV подполковник Байдак лично повел несколько истребителей 110-й эскадрильи, пытаясь преследовать «Мессершмитты», но устаревшие «Фьюри» не могли догнать немецкие самолеты. К тому же в районе Пирота их обстреляла своя зенитная артиллерия, и югославские истребители прекратили попытки погони. После этого оставшиеся «Фьюри» были перебазированы на резервный аэродром в Бойнике в 10 милях от Козанчича.

Примерно в то же время, когда «Мессершмитты» из LG2 громили 36-ю группу, в 20 милях к югу 4 немецких пикировщика Ju-87 атаковали и подавили югославскую зенитную артиллерию, защищавшую аэродром Петровац. После этого Bf-110 стали бомбить и обстреливать югославские «Дорнье» Do-17K, стоявшие на аэродроме. За 20 минут 14 из 30 югославских бомбардировщиков были уничтожены, также уничтожены были несколько учебных и связных самолетов. Один «Дорнье» попытался взлететь, но разбился. После этого налета только три «Дорнье» из 206-й эскадрильи и самолет командира полка на аэродроме в Скопье не получили повреждений. Все они перелетели на аэродром в Штуболе и присоединились к 209-й эскадрилье. Когда около 07:00 о разгроме 63-й группы в Петроваце стало известно пилотам 64-й группы, майор Фанедль повел все «Дорнье» своей группы атаковать колонны немецкой техники в районе Кюстендиля в Болгарии. У Кюстендиля они обнаружили хвост немецкой колонны около 17 миль длиной. Югославские бомбардировщики бомбили колонну 100-кг бомбами и обстреляли из пулеметов. Несколько самолетов было повреждено зенитным огнем, но все «Дорнье» смогли вернуться на свои аэродромы.

Когда первая волна самолетов Люфтваффе возвращалась на аэродромы, другие немецкие самолеты атаковали Велеш, Штип, Штрачин и Крива-Паланка, также атакам с воздуха подверглась железная дорога в долине Вардара и практически оставленный аэродром в районе Ниша. Там «Мессершмитт» Bf-109E командира I(J)LG2 гауптмана Герберта Илефельда был поврежден огнем с земли, пилот легко ранен в голову. Илефельд посадил свой поврежденный «Мессершмитт» на ближайшем холме и попал в плен. Пока югославские «Дорнье» на аэродроме Петровац еще горели, Скопье, Штип и Велеш подверглись сильным бомбовым ударам пикировщиков Ju-87 и Ju-88, сопровождаемых «Мессершмиттами» Bf-110. Один Bf-110 был сбит зенитным огнем над Скопье – возможно, это один из двух «Мессершмиттов» потерянных II/ZG26 в тот день.

В течение дня пикировщики Ju-87 из VIII авиакорпуса активно действовали против югославской обороны, особенно над районом Куманово-Скопье. Маленький городок Крива-Паланка в 8 милях от границы был занят немецкими войсками в 08:00 , следующей целью танковых колонн Вермахта был Штрачин в 17 милях дальше по дороге. Там наступление немцев задержалось из-за сильной югославской обороны, но, не имея адекватной ПВО, югославские войска вскоре стали жертвами пикировщиков Ju-87 и штурмовиков Hs-123. Один «Хеншель» был сбит удачным выстрелом из винтовки югославского сержанта. Это был единственный немецкий самолет, потерянный в том налете. Унтер-офицер Ханненберг совершил вынужденную посадку на подбитом Hs-123 и попал в плен.

В 10:20 Скопье и Ниш снова подверглись налетам Люфтваффе, а в 11:00 немецкие истребители (10 «Мессершмиттов» Bf-109E) провели штурмовку аэродрома в Штуболе, где стояли югославские «Дорнье» Do-17K из 64-й группы, ожидавшие приказа на следующий вылет. 15 «Дорнье» были уничтожены или тяжело повреждены. Но три уцелевших бомбардировщика из 208-й эскадрильи смогли подняться в воздух и последовали за «Мессершмиттами» до их аэродрома в Врба. Там югославские «Дорнье» сбросили бомбы на ряды самолетов Люфтваффе, стоявших на земле. Пилоты JKRV заявили о как минимум четырех уничтоженных немецких самолетах. После этого югославские бомбардировщики направились для посадки на аэродром Обилич в районе Приштины. После полудня большие группы «Мессершмиттов» Bf-109E и Bf-110 снова атаковали аэродром Петровац, где наземные команды 64-й группы JKRV поспешно пытались починить хотя бы некоторые из поврежденных «Дорнье». Спустя 15 минут все 10 поврежденных Do-17K были уничтожены или приведены в неремонтопригодное состояние. Таким образом, потери 3-го полка JKRV в первый день боев составили 41 уничтоженный или тяжело поврежденный самолет (еще 3 самолета получили менее тяжелые повреждения). К этому числу также следует добавить 16 уничтоженных разведчиков «Бреге» Br.XIX из 2-й разведывательной группы. Всего за тот день VIII авиакорпус Люфтваффе уничтожил 60 югославских самолетов, в том числе 11 истребителей «Фьюри» и один неопознанный самолет (вероятно учебный) были сбиты в воздухе, а 34 «Дорнье» Do-17K и 14 «Фьюри» (на самом деле большинство из них были «Бреге» Br.XIX) уничтожены на земле. Потери немцев включали 1 «Мессершмитт» Bf-109E, 2 «Дорнье» Do-17Z (о них позже) и 1 пикировщик «Юнкерс» Ju-87 пропавшими без вести; достоверно уничтожены были 1 «Хеншель» Hs-123, 1 «Юнкерс» Ju-87, 2 «Мессершмитта» Bf-110 и 6 «Мессершмиттов» Bf-109E. Кроме того, 2 Ju-87 и 5 «Мессершмиттов» Bf-109E были повреждены. В этот список включены и потери, понесенные в результате аварий. Также не вернулся из вылета разведчик «Хеншель» Hs-126 из l(H)/23, пропавший в районе Крива-Паланка, его экипаж – фельдфебель Эвальд Брюнс и гауптман Ганс Хофманн были объявлены пропавшими без вести. Еще один Hs-126 был уничтожен на земле – вероятно, бомбами югославских «Дорнье». Таким образом, главные усилия Люфтваффе на южном направлении в основном сводились к поддержке наземных войск, наступавших не только на Скопье, но и на юг, через город Струмица к греческой границе.

Пока авиакорпус фон Рихтгофена поддерживал наступление на юге, 4-й Воздушный флот генерал-полковника Лёра приступил к выполнению еще одной важнейшей задачи, поставленной Гитлером в его Директиве №25 – наказанию белградского правительства. Фюрер провел ночь в своем штабном поезде в туннеле на участке железной дороги Винер-Нойштадт – Фюрстенфельд, а Геринг следил за операциями из своего штаба в Семмеринге. Люфтваффе тем временем готовили массированный удар по югославской столице. Он должен был последовать через час после первых налетов VIII авиакорпуса. Когда в 06:45 в Белграде зазвучал первый сигнал воздушной тревоги, к городу уже приближались 74 «Юнкерса» Ju-87 из StG77 на высоте 8 000 – 10 000 футов, 160 «Хейнкелей» He-111 из II/KG4 и «Дорнье» Do-17Z из KG2 и KG3 в сопровождении «Мессершмиттов» Bf-110 на высоте 11 000 – 12 000 футов, а 100 «Мессершмиттов» Bf-109E обеспечивали прикрытие с высоты 15 000 футов.

На этот раз югославы не были захвачены врасплох. ПВО Белграда получила предупреждение еще в 03:00 о приближении немецких самолетов со стороны Румынии, но эта тревога оказалась ложной – посты прослушивания на границе услышали звуки прогреваемых двигателей немецких самолетов из «Флигерфюрер Арад» перед взлетом. На базе в Земуне 51-я группа JKRV была приведена в боевую готовность перед рассветом. К тому времени, когда были получены известия о налетах на аэродромы Петровац и Резановацка-Коса, а также о немецких разведывательных самолетах в районе Белграда, первые югославские истребители взлетели на патрулирование, хотя противника пока еще не было видно.

6 апреля 1941 первыми на оборону Белграда взлетели югославские истребители «Рогожарский» IK -3 из 51-й группы 6-го истребительного полка JKRV с аэродрома в Земуне

Когда наконец начался первый большой налет Люфтваффе, 51-я группа JKRV уже подняла в воздух третий патруль, а 32-я группа – второй патруль. Немецкие самолеты приближались к Белграду с интервалом одна группа (Gruppe) в 15 минут. К тому времени, когда первые точки появились в небе к северу от Белграда, все истребители 51-й группы JKRV уже взлетели с аэродрома Земун. В 25 милях к северо-западу в воздух поднимались первые три звена Ме-109 из 32-й группы JKRV. Один IK-3 51-й группы был вынужден вернуться из-за неисправности двигателя, но остальные 34 югославских истребителя направились на перехват противника: пять IK-3 и десять Ме-109 из 51 группы и 19 Ме-109 из 32-й группы.

Пять IK-3 первыми настигли немецкие бомбардировщики, но спустя несколько секунд югославов атаковали Bf-109 из JG77, и развернулся ряд ожесточенных воздушных боев. Пилоты JKRV заявили о десяти сбитых немецких самолетах – по пять побед было засчитано пилотам Ме-109 из 102-й эскадрильи и пилотам IK-3. Три югославских истребителя были сбиты и еще шесть серьезно повреждены и позже уничтожены или разбиты при вынужденных посадках. Двое югославских пилотов погибли и пять были ранены. Убитые – капитан Милош Джунич, командир 102-й эскадрильи, и лейтенант Душан Борчич из 161-й эскадрильи – его IK-3 с номером «10» упал на берегу Дуная в 12 милях к северу от Белграда. Лейтенант Эдуард Банфич из 162-й эскадрильи был ранен и выпрыгнул на парашюте, а капитан Михайло Николич из 102-й эскадрильи совершил вынужденную посадку, получив ранения в бою с Bf-109E, также он заявил, что перед этим сбил пикировщик Ju-87. Сержант Джордже Стоянович совершил вынужденную посадку на своем Ме-109, когда его истребитель загорелся от ответного огня с немецкого двухмоторного бомбардировщика. Стоянович получил сильные ожоги, его самолет полностью сгорел. Капитан Сава Полянец, командир 161-й эскадрильи заявил об одном сбитом He-111 или Do-17 и одном Bf-109E, вернувшись из боя без боеприпасов, его IK-3 был сильно поврежден другим «Мессершмиттом», от атаки которого пришлось уйти штопором. Когда Полянец совершил посадку, его истребитель обстрелял Bf-110, причинив новые повреждения и ранив пилота.

Капитан Милан Джунич и сержант Владимир Пужич из 102-й эскадрильи заявили о совместно сбитом двухмоторном бомбардировщике, а сержант Милислав Семич – о сбитом Ju-87. Лейтенант Драгослав Крштич и сержант Вукадин Джелич (тоже из 102-й эскадрильи) спикировали со стороны солнца на большую группу немецких бомбардировщиков. Джелич заявил об одном подбитом и загоревшемся бомбардировщике, а истребитель Крштича был поврежден ответным огнем и совершил вынужденную посадку на аэродроме Земун. Когда из боя вернулись все уцелевшие истребители 51-й группы JKRV, то оказалось, что в группе осталось лишь пять боеспособных Ме-109 и три IK-3.

После этого в бой вступили Ме-109 из 32-й группы JKRV, пилоты которой заявили еще о четырех сбитых немецких бомбардировщиках. 32-я группа потеряла два Ме-109 сбитыми, их пилоты – старший лейтенант Ваша Коларов и флайт-сержант Драголюб Милошевич выпрыгнули на парашютах и не пострадали. Еще несколько Ме-109 получили повреждения в бою, и один разбился при посадке. Когда около 08:00 последние пикировщики Ju-87 отбомбились и улетали, над Белградом появились «Харрикейны» из 52-й группы 2-го полка JKRV, три пилота из 163-й эскадрильи атаковали один из «Юнкерсов» и позже заявили, что сбили его.

Что касается данных о победах Люфтваффе, пилоты JG77 заявили о десяти сбитых югославских самолетах. Один пилот штабного звена (Stabsschwarm) заявил о сбитом югославском «Мессершмитте», пилоты II группы (кто именно – не известно) претендовали еще на 6 побед, обер-лейтенант Шмидт и лейтенант Омерт из III группы также заявили о сбитых Ме-109. Обер-фельдфебель Риль (также из III группы) заявил о сбитом «Девуатине» - несомненно за него был принят один из IK-3. Кроме того, было заявлено еще о шести югославских самолетах, уничтоженных на земле.

Югославам было еще труднее разобраться, что в точности происходило при отражении этого налета. Несколько пилотов 51-й группы, потеряв своих ведомых и израсходовав все боеприпасы, сели на аэродроме Земун и, пополнив боекомплект, вернулись в бой. Зенитные батареи стреляли по всем самолетам в воздухе – неудивительно, что югославские зенитчики не могли отличить свои «Мессершмитты» от немецких. Когда сообщение о приближавшихся немецких самолетах достигло учебной 201-й группы (на аэродроме Лазаревац в 25 км к югу), ее старые «Потэ-25» поднялись в воздух под командованием капитана Ивановича, с намерением оказать хоть какую-то помощь в защите Белграда. Но старые бипланы прибыли к городу только когда налет уже закончился, и их экипажи смогли сделать лишь несколько фотографий страшных разрушений внизу. На следующий день капитан Иванович был отстранен от командования.

Следующий налет на Белград начался около 10:00 и длился около часа. Над городом появились 57 пикировщиков Ju-87 и 30 «Мессершмиттов». На их перехват взлетели девять югославских Ме-109 из 32-й группы и шесть IK-3, а также Ме-109 из 51-й группы. Последними командовал капитан Годжич, так как прежний командир майор Ромео был отстранен от командования за недостаточно активные действия при отражении первого налета. На этот раз югославы заявили о двух сбитых Ju-87 и одном Bf-109E. С югославской стороны Ме-109 сержанта Штрбенка получил тяжелые повреждения и разбился при вынужденной посадке, пилот погиб. Еще два Ме-109 из 32-й группы получили повреждения, пилот одного из них лейтенант Лайх смог посадить свой истребитель на аэродроме. Один патруль Ме-109 из 101-й эскадрильи 31-й группы (база Крагуевац) стал преследовать отбомбившиеся Ju-87 и по югославским данным капитан Митрович сбил два из них, но после он сам был сбит и погиб. Также был сбит и его ведомый, но он смог выпрыгнуть на парашюте. Эти два Ме-109 вступили в бой над Белградом без приказа командира своей группы.

После полудня последовали еще два налета. Первый – в 14:00, в нем участвовали 94 двухмоторных бомбардировщика Люфтваффе с аэродромов вокруг Вены, в сопровождении 60 истребителей. Другой налет произошел в 16:00, в нем участвовали 90 пикировщиков «Юнкерс» Ju-87 в сопровождении 60 истребителей. На отражение первого налета взлетели 6 истребителей из 51-й группы и 12 из 32-й группы JKRV. Югославские пилоты обеих групп заявили об одной и трех победах соответственно. 3 Ме-109 из 32-й группы были сбиты. Лейтенант Богдан Пресечник выпрыгнул на парашюте с сильными ожогами, а его ведомый флайт-сержант Петров и лейтенант Новакович погибли. В ходе этих двух налетов пилоты JG77 заявили еще о двух уничтоженных югославских самолетах – один был уничтожен на земле «Мессершмиттами» III группы, а второй сбит в воздухе истребителями II группы. III группа JG54 заявила о трех уничтоженных югославских Ме-109. Эти победы записали на свой счет обер-лейтенант Ганс-Эккехардт Боб (его 20-я победа), лейтенант Макс-Гельмут Остерманн (9-я победа) и обер-лейтенант Герхард Коалль (первая победа). О нескольких победах в тот день заявили и пилоты Bf-110 из I/ZG26. Известно, что унтер-офицеру Штигледеру из этой группы были засчитаны два сбитых югославских Ме-109. Всего пилоты Люфтваффе в ходе этих налетов на Белград сбили 19 югославских Ме-109 и 4 самолета «не установленных типов».

Во время первого из этих налетов после полудня лейтенант Кесельевич из 142-й эскадрильи 32-й группы взлетел на своем Ме-109 (который еще не успел освоить), чтобы преследовать немецкие бомбардировщики. Преследование было безуспешным. Позже Кесельевич услышал по радио сообщение от командира 32-й группы майора Джорджевича: «Всем на взлет! Всем на взлет! 100 немецких самолетов над Нови-Садом!» Увидев облака от разрывов зенитных снарядов в отдалении, Кесельевич направил истребитель туда, и вскоре разглядел множество крошечных точек в небе, при приближении оказалось, что это самолеты. «Я никогда еще не видел так много самолетов сразу, даже на фотографиях или в кино…», вспоминал он потом. Ему еще не приходилось летать на больших высотах на «Мессершмитте» и пользоваться кислородным оборудованием; он скучал по своей старой «Фьюри», куда более привычной.

Кесельевич заметил последнюю группу бомбардировщиков, выбрал один и открыл по нему огонь из всего оружия «Мессершмитта». Бомбардировщик уклонился, сманеврировав вправо, и вскоре у Кесельевича закончились боеприпасы для 20-мм крыльевых пушек FF. Стрелять можно было только из двух 7,9-мм пулеметов в носу, но в их боекомплекте не было трассеров или зажигательных патронов. Югославский пилот был уже так близко, что не мог промахнуться, но немецкий самолет все не падал; однако он отстал от группы и начал описывать в воздухе большие круги. Решив, что Ju-88 слишком хорошо бронирован, Кесельевич разочарованно наблюдал за ним, и вдруг увидел, как от бомбардировщика отделился какой-то темный предмет – это был человек, парашют которого вскоре раскрылся. «Юнкерс» продолжал кружить, оказавшись теперь близко к аэродрому 32-й группы, и к атаке присоединились командир полка Костич и лейтенант Лайх. Позже к ним присоединился и лейтенант Капешич из 103-й эскадрильи. Немецкий самолет продолжал кружить, опускаясь все ниже и ниже, но не загораясь и не проявляя признаков серьезных повреждений. Наконец он врезался в землю к востоку от аэродрома. В кабине «Юнкерса» был найден мертвый пилот, и автопилот был включен…

В воздушных боях над Белградом 6 апреля 6-й полк JKRV потерял 5 пилотов убитыми и 7 ранеными. 8 его истребителей были сбиты и 15 получили повреждения. Кроме того, были потеряны 2 истребителя 2-го полка JKRV. Югославские пилоты заявили о 22 сбитых немецких самолетах. Фактически же потери Люфтваффе были значительно ниже. В ходе первого налета 8/KG3 потеряла 2 «Дорнье» Do-17Z. I/ZG26 потеряла 5 «Мессершмиттов» Bf-110 (вероятно, их югославы также посчитали двухмоторными бомбардировщиками). Из них 4 были сбиты (в том числе 2 зенитным огнем), а еще один разбился при посадке. Еще один Bf-110 совершил вынужденную посадку. Во время последующих налетов бомбардировщики KG51 встретили над Белградом сильное сопротивление югославских истребителей. Один Ju-88A получил тяжелые повреждения (60%), еще один – 35% и третий 20%. Однако по немецким данным ни один из них не был потерян, поэтому какой в точности самолет сбил лейтенант Кесельевич и другие пилоты 32-й группы, установить невозможно. II/StG77 в ходе налетов на Белград 6 апреля потеряла 4 пикировщика Ju-87, в том числе S2+BM обер-фельдфебеля Хайнца Риттера и S2+GN унтер-офицера Готтфрида Ланневерса. Также был потерян один «Мессершмитт» Bf-109E из штабного звена JG54.

Разведчик «Хеншель» Hs -126 из 32-й армейской разведывательной группы (Heeraufklar u ngsgruppe), в апреле 1941 действовавшей над Балканами

Югославский 2-й истребительный авиаполк принял незначительное участие в воздушных боях над Белградом, потому что его «Харрикейны» и Ме-109 в основном вели патрулирование в назначенном им секторе в районе Чачак – Кралево - Крагуевац. Лишь на немногих его истребителях имелись радиостанции, и связь была на чрезвычайно низком уровне, поэтому информация о налетах приходила слишком поздно, чтобы истребители 2-го полка успели принять участие в обороне Белграда. В ходе патрулирования пилот Ме-109 Неделько Пажич из 31-й группы атаковал разведывательный «Хеншель» Hs-126 из 2(H)31, летевший над долиной Велика-Морава на высоте около 8 000 футов. Пажич спикировал на противника на полной скорости, но его выстрелы не попали в цель. Югославский пилот развернул истребитель и сбросил скорость почти до минимума, чтобы иметь возможность прицелиться. Тем временем пилот «Хеншеля» лейтенант Ганс Пихлер предпринял серию резких маневров уклонения. После нескольких заходов, в процессе которых был убит наблюдатель на борту Hs-126, Пажич добился фатальных попаданий, и обреченный «Хеншель» спикировал к земле, оставляя в воздухе след из черного дыма. Пажич сделал над горящим «Хеншелем» несколько победных кругов.

Пока налеты на Белград продолжались, немецкие пикировщики Ju-87 с полудня 6 апреля начали бомбить югославские войска и позиции артиллерии на северной югославско-болгарской границе, но наступление немецких войск в этом районе пока не началось. Другие бомбардировщики Люфтваффе атаковали стратегические железные дороги, мосты, аэродромы и места сосредоточения югославских войск по всей стране. В районе действий 4-го Воздушного Флота и «Флигерфюрер Грац» выполнялись налеты на югославские оборонительные сооружения на австрийской и венгерской границе, вплоть до западной Боснии. В 06:00 немецкий разведчик обстрелял аэродром Баня-Лука в Боснии, в 180 милях от границы, а в 07:00 «Мессершмитты» Bf-109E из 3/JG27 атаковали ангары с разведчиками «Потэ-25» на аэродроме Любляна. Там «Мессершмитт» молодого и пока еще неизвестного Ганса-Йоахима Марселля получил пробоину в фюзеляже от зенитного огня, но смог вернуться на аэродром в Граце. Вскоре Марселль станет одним из самых знаменитых пилотов-истребителей Люфтваффе. Позже в тот же день Ju-87 атаковали аэродром Велика-Горица в районе Загреба, там были уничтожены две эскадрильи 4-й разведывательной группы югославской 4-й армии – всего 18 «Бреге» Br.XIX и несколько «Потэ-25». Вскоре та же участь постигла и самолеты 6-й разведывательной группы югославской 7-й армии в районе Брежице в 22 милях к северо-западу от Загреба. Оба налета выполнили «Юнкерсы» Ju-87 из II/StG77 в сопровождении истребителей «Мессершмитт» Bf-109E. Похоже, что как минимум в одном вылете это были «Мессершмитты» из JG77 – их пилоты заявили о 8 югославских самолетах, уничтоженных на земле. Один Bf-109E был сбит зенитным огнем, его пилот обер-лейтенант Хайнц Дойчле вернулся в свою часть 9 апреля.

В течение дня 6 апреля самолеты Люфтваффе атаковали позиции в тылу 4-й и 7-й югославских армий, ответственных за оборону около 100 миль границы с Австрией и Венгрией и вдоль реки Драва в районе Дравограда. «Харрикейны» и IK-3 4-го истребительного полка JKRV не смогли помешать немецкой авиации, потому что базировались слишком далеко – в Босански-Александровац, в 150 милях от того района.

Югославские бомбардировщики также не сыграли важной роли в боях первого дня. В 1-м бомбардировочном полку 23 «Бленхейма» 61-й группы были переведены с аэродрома Биелина в 60 милях от Белграда на базу Давидовац в долине Морава всего в 45 милях от болгарской границы. Другая группа того же полка (62-я) после полудня получила приказ направить две пары бомбардировщиков на разведку и поиск целей в районе румынской границы. В ходе этих вылетов подходящих целей для атаки не было обнаружено.

Сержант Карел Мурко (слева) из 216-й эскадрильи 68-й группы 8-го бомбардировочного полка JKRV с двумя механиками перед своим «Бленхеймом» Mk I . Мурко был первым югославским пилотом, 6 апреля 1941 г. бомбившим цели на территории Австрии – он атаковал железнодорожную станцию в Граце.

«Бленхеймы» 8-го полка JKRV в районе Баня-Лука (Западная Босния) большую часть дня провели на земле. Разведывательные самолеты Люфтваффе не заметили их. После полудня несколько бомбардировщиков из 216-й эскадрильи 68-й группы 8-го полка взлетели для атаки целей на территории Австрии и бомбили железнодорожные станции в Фюрстенфельде и Граце и аэродромы в Граце и Винер-Нойштадте («Бленхеймы» были вооружены 100-кг бомбами). В ходе этого налета один югославский «Бленхейм» врезался в гору на юго-востоке Австрии. Сопровождать бомбардировщики были направлены «Харрикейны» 4-го полка JKRV, но они потеряли «Бленхеймы» в облаках. Один пилот «Харрикейна» пытался перехватить какие-то немецкие самолеты, но безуспешно. Сержант Карел Мурко был первым югославским пилотом, атаковавшим цели на территории Австрии (в районе Штейра). На борту его «Бленхейма» было четыре 100-кг бомбы. Мурко имел приказ нанести бомбовый удар по ж. д. станции в Граце. Он вспоминал:

«Из-за облачной погоды мы летели не на указанной высоте 2500 м, а прижимались к земле и ориентировались по руслам рек и железным дорогам, и этот курс вывел нас прямо к Грацу. После этого мы поднялись на 500 м, чтобы лучше осмотреться, и когда увидели железнодорожную станцию, я направил «Бленхейм» в пологое пикирование. Три наши бомбы упали на железнодорожные пути (там был только один или два поезда), а четвертая попала в большое двухэтажное здание, вероятно, какой-то склад. Вероятно, до того, как наши бомбы взорвались, не было объявлено воздушной тревоги, потому что люди продолжали спокойно ходить по улицам. Противник никак не реагировал, хотя я поднялся до 700 м и сделал большой круг, чтобы пронаблюдать нанесенные повреждения. При полете обратно на малой высоте я пролетел над аэродромом Талерхоф, где стояло много «Мессершмиттов» и «Штук». Несколько Bf-109 взлетели и погнались за мной, но только один оказался достаточно настойчивым, чтобы преследовать меня, пока я не оказался над нашей территорией. Выпустив одну короткую очередь, противник повернул обратно, и я благополучно сел в Ровине, где мои механики нашли только две небольшие пробоины в хвосте «Бленхейма»…

Итальянские бомбардировщики «Фиат» BR .20 M из 48-й эскадрильи 37-й группы 18-го бомбардировочного полка над юго-западной Югославией, апрель 1941

Остальные югославские «Бленхеймы» в составе 11-й отдельной группы в основном выполняли задачи дальней разведки в прямом подчинении командующего JKRV бригадного генерала Мирковича. С большого аэродрома в Велики-Радинчи (в 45 милях к северо-западу от Белграда) утром взлетели два «Бленхейма» для атаки Арада, и еще два – для удара по аэродрому Темишоара в Румынии, где базировались Ju-87 и Bf-109E из «Флигерфюрер Арад». «Бленхеймы» летели без прикрытия истребителей, и вернуться из вылета у них было немного шансов. И действительно, после налета на Темишоару вернулся только один «Бленхейм», его экипаж сообщил об успешном бомбовом ударе по железнодорожной станции. Другой бомбардировщик из этой пары, и оба «Бленхейма», атаковавших Арад, были сбиты. Один из них был засчитан как 20-я победа гауптмана Арнольда Лигница, командира III/JG54.

Итальянские бомбардировщики «Кант» Z .1007 bis действовали над Югославией с первого дня наступления. Это «Канты» из 210-й эскадрильи 50-й отдельной бомбардировочной группы с базы Бриндизи.

Югославская база гидросамолетов, снимок сделан с борта итальянского бомбардировщика. На поверхности воды видны две летающих лодки «Дорнье Валь»

Третья зона активных действий в воздухе в тот день была на западе Югославии. В 06:30 югославскую границу пересекли разведывательные самолеты 4-й воздушной эскадры итальянских ВВС, спустя полчаса за ними последовали итальянские бомбардировщики и немецкие самолеты из X авиакорпуса. В 07:00 15 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis бомбили Мостар, а пять «Фиатов» BR.20 атаковали Сплит – постоянные базы 2-го командования гидросамолетов югославской морской авиации и учебных эскадрилий. Также были нанесены удары по арсеналу в Тивате и базе Бока-Которска. Спустя еще полчаса 22 бомбардировщика Люфтваффе под прикрытием 15 истребителей атаковали аэродромы Райловац и Сараево, сбросив 88 250-кг бомб и 220 50-кг бомб. Еще 26 бомбардировщиков атаковали Мостар и 4 самолета Люфтваффе нанесли удар по базе Бока-Которска. «Мессершмитты» Bf-109E из 7/JG26 тем временем обстреляли аэродром в Подгорице.

Третьим типом бомбардировщика, служившим в JKRV , были «Савойи» S .79, купленные у Италии. Это «Савойя» из 7-го бомбардировочного полка JKRV , базировавшегося в районе Мостара.

Кроме небольшого количества зенитных орудий, этот большой район защищали только 9 югославских истребителей, составлявших отдельное звено 2-й истребительной школы. Это были три Ме-109 и три «Харрикейна», базировавшиеся на аэродроме Косор в районе Мостара и три устаревших «Авиа» ВН-33Е, два из которых находились на аэродроме в Подгорице. Оба они были сбиты в ходе налета «Мессершмиттов» из 7/JG26. Один «Авиа» был сбит прямо над аэродромом в 12:05, его сбил обер-лейтенант Йоахим Мюнхеберг, записав на свой счет 34-ю победу. Второй ВН-33Е был сбит 5 минут спустя в воздушном бою над горами, его сбил лейтенант Клаус Митуш (6-я победа). Немецкие пилоты приняли «Авиа» за «Фьюри». Оба югославских пилота погибли – лейтенант Миленко Миливоевич и флайт-сержант Джордже Цветкович. Также Мюнхеберг заявил об одном «Бреге» Br.XIX, уничтоженном на земле.

Самолеты X авиакорпуса бомбили Подгорицу в тот день еще два раза. На Мостар же было совершено больше налетов, чем на любой другой город в Югославии – всего девять за день, хотя большей частью целями их были три аэродрома. В последнем налете «Мессершмитты» Bf-110, сопровождавшие бомбардировщики, кроме того, обстреляли аэродром в Ортиеше. «Савойи» S.79 из из 7-го бомбардировочного полка JKRV нанесли удары по итальянским позициям в районе долины реки Дрин поблизости от Скутари, поддерживая югославские войска, которые, согласно плану R-41 начали наступление против итальянцев в Албании. 66-я группа которую повел в вылет командир 4-й бомбардировочной бригады JKRV полковник Петар Вукчевич, бомбила аэродром Тарабошит в районе Скутари, а также позиции итальянских войск и мосты через реки Дрин и Буэне. Югославские «Савойи» из этого вылета вернулись без потерь. Другие S.79 из 81-й отдельной группы JKRV с аэродрома Мостар-Ортиеш атаковали те же цели, одна эскадрилья также бомбила аэродром Тарабошит. Налет было приказано повторить, и югославские «Савойи» готовились к вылету, когда аэродром атаковали «Мессершмитты» Bf-110 из III/ZG26. Два югославских S.79 были уничтожены на земле и еще три повреждены. Оставшиеся 4 «Савойи» были направлены атаковать колонну итальянских войск на дороге Зара-Бенковач.

Обломки югославских S .79 из 81-й отдельной группы JKRV , уничтоженные на аэродроме Мостар-Ортиеш 6 апреля 1941 г. Итальянские офицеры осматривают бомбы, которые югославы не успели подвесить на самолеты.

Тем временем вскоре после полудня итальянская авиация возобновила активные действия. 10 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis атаковали Мостар, где их перехватили югославские Ме-109 и «Харрикейны». Пилот Ме-109 сержант Груич сбил «Кант» младшего лейтенанта Джованни делла Коста, еще два итальянских бомбардировщика получили повреждения. Итальянские стрелки заявили о двух сбитых югославских истребителях. Позже пилот другого югославского Ме-109 капитан Ступчич заявил о сбитом в тот день двухмоторном самолете Люфтваффе. Фактически два югославских Ме-109 получили повреждения в тот день. Один из них, вероятно, был поврежден в бою с Bf-110 обер-фельдфебеля Рихарда Хеллера из III/ZG26, который заявил о сбитом югославском «Мессершмитте» к югу от Сараево (засчитан как пятая победа Хеллера).

После полудня 9 итальянских пикировщиков Ju-87 из 239-й эскадрильи 97-й группы BaT атаковали Котор, один «Юнкерс» был сбит зенитным огнем и еще два повреждены. В ходе этого налета получила повреждения одна летающая лодка «Дорнье Валь» из 21-й эскадрильи гидросамолетов югославского флота. Вскоре после этого 10 бомбардировщиков Z.1007bis из 35-го бомбардировочного полка нанесли удар по арсеналу в Тивате, но попаданий не добились. Три «Канта» были повреждены зенитным огнем. Позже над Мостаром появился один S.79, выполнявший разведывательный вылет. Его атаковал «Харрикейн» лейтенанта Фасовича, и «Савойя» получила несколько попаданий, но ей удалось уйти.

Авиация 2-й воздушной эскадры в северной Италии, которая должна была атаковать цели в Словении, Хорватии и на северном побережье Адриатики, не смогла выполнить свои задачи из-за плохой погоды, хотя небольшие группы немецких самолетов в тот день иногда прорывались сквозь облачность в эти районы. Авиация югославского флота на побережье также не вела активных действий. Во время налета итальянских бомбардировщиков на базу 2-го командования гидросамолетов в Дивулье учебный гидроплан «Рогожарский» PVT-H, имевший максимальную скорость менее 150 миль в час, тщетно пытался догнать «Фиаты» BR.20 из 37-й бомбардировочной группы. «Дорнье» Do-22 и SIM-XIV из 3-го командования гидросамолетов прикрывали минный заградитель «Ястреб», ставивший мины перед портом Будва.

С заходом солнца активность в воздухе прекратилась до 23:00, когда небольшая группа немецких бомбардировщиков появилась над Белградом и сбросила бомбы на все еще горевшие пожары. Такие небольшие налеты продолжались примерно до 04:00 следующего дня, усиливая и без того значительную панику среди населения. Всего 6 апреля Белград атаковали 484 немецких бомбардировщика, сбросившие 360 тонн бомб. Большинство из 4000 человек, убитых в Белграде в ходе кампании, погибли в этот первый день. Более половины тел погибших так и не было найдено, потому что во время последовавшей немецкой оккупации не делалось попыток разобрать развалины. Люфтваффе сбрасывали на Белград все виды бомб, от маленьких зажигательных до 1000-кг, которые несли «Хейнкели» He-111P-4 из II/KG4. 714 зданий в Белграде было полностью разрушено, 1888 получили тяжелые повреждения, и еще 6615 были повреждены в меньшей степени – 47% от всего количества зданий в городе. Лишь немногие из них могли хотя бы в какой-то степени считаться военными целями. Также попадания бомб получили некоторые бомбоубежища, в том числе одно в церкви Александра Невского, где было убито 70 человек, и другие, в которых всего погибло около 200 человек.

Один из 20 легких многоцелевых самолетов Fi -156 «Шторх», использовавшихся югославскими ВВС как связные

В первый день вторжения югославские ВВС выполнили 474 вылета, из них 377 выполнили истребители, 93 бомбардировщики и 4 разведчики. В это число не входят вылеты разведывательных самолетов армии и гидросамолетов флота. 47 югославских истребителей, 45 бомбардировщиков и 3 разведчика JKRV были уничтожены или повреждены. Кроме того, в первый день были уничтожены около 50 армейских разведчиков «Бреге» Br.XIX и «Потэ-25».

7 апреля основная активность бомбардировщиков и штурмовиков Люфтваффе была сосредоточена на юге, где главные силы VIII авиакорпуса поддерживали колонны немецких войск, наступавших в Македонию. К полудню северная колонна немецких войск достигла реки Вардар и заняла Скопье. Центральная колонна также достигла реки Вардар в районе Велеша, а южная продвинулась до пунктов на югославско-греческой границе. Также Люфтваффе наносили удары по городам Штип, Велеш и Градско и по аэродромам 64-й группы JKRV в Обиличе и Штуболе.

Югославские истребители уже не пытались противостоять господству Люфтваффе в воздухе, но бомбардировщики 1-го и 3-го полков JKRV наносили удары по колоннам немецкой техники, сделав около 60 вылетов. Сначала в 06:00 пять «Дорнье» Do-17K бомбили немецкие войска в районе Славиште, этот налет стал неожиданным для немцев, и югославские бомбардировщики вернулись, не получив повреждений. Позже «Бленхеймы» из 1-го полка JKRV атаковали немецкие колонны группами по три самолета с часовым интервалом. Первая тройка «Бленхеймов» из 201-й эскадрильи вернулась без повреждений, но к следующему налету расчеты немецких зенитных орудий уже были готовы. Следующие три «Бленхейма» из 61-й группы все получили тяжелые повреждения от зенитного огня. В 15:00 был сбит «Бленхейм» командира 204-й эскадрильи капитана Иванчевича, экипаж погиб. Еще один «Бленхейм» из 61-й группы и два из 62-й, получив повреждения, разбились при посадке, тяжело раненый пилот еще одного «Бленхейма» из 62-й группы смог посадить свой поврежденный бомбардировщик. Во многом эти потери были вызваны ухудшением погоды, что заставило югославских пилотов бомбить цели с высоты не более 600 футов, на которой их «Бленхеймы» были очень уязвимы для огня с земли.

Югославские Do-17K были в тот день более удачливы. Еще 8 «Дорнье» из 64-й группы и 4 из 63-й группы утром бомбили наступавшие немецкие колонны между Штрачиным и Крива-Паланка, только один бомбардировщик получил повреждения от зенитного огня. Встречи с немецкими истребителями в воздухе также удалось избежать, но в ходе ударов Люфтваффе по аэродромам 64-й группы, 3 югославских «Дорнье» были уничтожены на земле. Последний налет в тот день выполнили вечером 4 «Дорнье» из 63-й группы. Кроме того, 6 истребителей «Фьюри» из 35-й группы JKRV взлетели с аэродрома Бойник в попытке перехватить немецкие бомбардировщики, но у четырех из них заклинило пулеметы, и в любом случае они не смогли бы догнать немецкие самолеты, значительно превосходившие их в скорости.

4-й Воздушный флот Люфтваффе также действовал активно, особенно соединения «Флигерфюрер Арад», прорвавшиеся в воздушное пространство Югославии далеко на юг, чтобы атаковать аэродромы в центральной Сербии в районе Белграда. Ju-87 и Bf-110 на этот раз не смогли найти базы основных соединений JKRV, но обнаружили аэродром 201-й учебной группы в районе Лазареваца к югу от Белграда. Из 36 самолетов 601-й и 602-й эскадрилий 12 были уничтожены на земле и еще 17 получили тяжелые повреждения. На аэродроме в районе Смедеревска-Паланка таким же образом была уничтожена большая часть из 18 «Бреге» Br.XIX армейской 6-й разведывательной группы, а также 3 «Бреге» на аэродроме Старо-Тополье в районе Дьяково.

Серьезного сопротивления югославских истребителей в воздухе при этих налетах не было, так как все оставшиеся боеспособными самолеты 6-го полка JKRV пытались защищать саму столицу. Тактика Люфтваффе в налетах на Белград в первой половине дня 7 апреля была не такой, как в предыдущий день. Массированных налетов больше не повторялось. Вместо этого небольшие группы немецких самолетов (по 3-4 машины) подходили к городу на большой высоте над облаками, пикировали, сбрасывая бомбы, и сразу же отступали. Истребители 32-й и 51-й групп JKRV пытались перехватить немцев, и некоторым югославским пилотам пришлось сделать до 8 вылетов в день. Югославы заявили о нескольких сбитых немецких самолетах, сами же в первой половине дня потерь сбитыми не имели, хотя некоторые истребители получили серьезные повреждения. Так IK-3 лейтенанта Милислава Семича попал под ответный огонь трех немецких бомбардировщиков и приземлился, получив 56 попаданий, позже в его двигателе нашли 20 пуль.

Но около 16:00 самолеты Люфтваффе снова появились над Белградом большими группами – 24 двухмоторных Ju-88A и Do-17Z и 26 пикировщиков Ju-87 в сопровождении 45 «Мессершмиттов» Bf-109E и Bf-110. Один из югославских пилотов IK-3 заявил о сбитом Bf-110 в районе Нови-Сада, но самый ожесточенный бой произошел, когда 9 югославских Ме-109 из 32-й группы JKRV атаковали немецкие пикировщики, бомбившие железнодорожные сооружения в 10 милях от Крушедола, где базировались югославские истребители. Югославы заявили о трех сбитых Ju-87, но потом на них спикировали Bf-109E из 4/JG54, и 8 югославских «Мессершмиттов» было сбито или тяжело повреждено. Пилотам 4/JG54 было засчитано 4 победы: две обер-лейтенанту Гансу Филиппу (его 24-я и 25-я победы) одна обер-фельдфебелю Максу Штотцу, кому была засчитана четвертая победа в точности неизвестно. Также по заявлениям немецких пилотов в тот день были сбиты еще 3 югославских Ме-109, 3 «Харрикейна» 2 IK-3 и PZL.

Фактически же погибли 5 югославских пилотов истребителей из 103-й и 104-й эскадрилий: капитан Миха Клавова, лейтенант Йован Капешич, уорент-офицер Бранислав Тодорович, сержант Владимир Горуп и сержант Миливое Бошкович.

Сержант Горуп по югославским данным перед своей гибелью успел сбить один Bf-109E. Кроме того, сержант Стоянович был ранен, сержант Штельцер выпрыгнул на парашюте, но не получил ранений, а лейтенант Миодраг Алексич из 142-й эскадрильи совершил вынужденную посадку, не долетев несколько миль до аэродрома Прнявор.

Вероятно, что три пикировщика, о сбитии которых заявили пилоты 32-й группы JKRV, были не Ju-87, а Ju-88А. По данным Люфтваффе Ju-87 в тот день потерь над Белградом не имели, но I/KG 51 потеряла в бою с югославскими истребителями 3 «Юнкерса» Ju-88А – это 9K+GL лейтенанта Ганса-Юргена Крюгера, 9K+MK обер-фельдфебеля Йохана Герритцена и 9K+KH унтер-офицера Шмитта. Другие потери Люфтваффе в тот день включали Do-17Z из 3/KG 2, сбитый над Белградом (вероятно, югославы приняли его за Bf-110), и еще один Do-17Z из той же группы (U5+HR командира группы майора Дрейера) разбился в районе Новска недалеко от Загреба по неизвестной причине. Потери по небоевым причинам были довольно высоки: Ju-88A из II/KG 51 разбился при посадке в Речите в Румынии и был списан, еще один Ju-88А, на этот раз из III/KG 51 также разбился при посадке в Араде из-за неисправности двигателя. Два Ju-87 из I/StG 77 столкнулись на аэродроме в Араде, оба пилота погибли. Третий Ju-87 перевернулся при посадке. На аэродроме в Софии один Bf-110 из II/ZG 26 получил серьезные повреждения при посадке.

Так как расположение аэродрома Прнявор стало известно немцам, командование JKRV приняло решение перебазировать все оставшиеся боеспособными истребители на аэродром Велики-Радинчи, а базировавшиеся там «Бленхеймы» 11-й отдельной разведывательной группы перебазировать в Маюр в районе Шабаца. Тем же вечером 4 Ме-109 перелетели из Прнявора, но «Мессершмитт» капитана Гвоздановича разбился при посадке в Велики-Радинчи из-за сильной усталости пилота. Три IK-3 и три последних Ме-109 из 51-й группы также перелетели в Велики-Радинчи, последние 5 «Мессершмиттов» из 32-й группы последовали за ними следующим утром.

Истребители 2-го полка JKRV 7 апреля патрулировали над центральной Сербией, ожидая ударов Люфтваффе по заводам в Крагуеваце и Кралево, но этих ударов так и не последовало. Когда в 10:00 две пары Ме-109 из 31-й группы вылетели на очередное патрулирование, первая пара заметила два разведчика Hs-126А к востоку от реки Морава, почти там же, где в предыдущий день Неделько Пажич сбил один такой самолет. Пилоты Кодра и Крнянский атаковали и сбили первый «Хеншель», упавший в районе монастыря Св. Петки. Пилот «Хеншеля» Йозеф Риклин и его наблюдатель погибли. Второй Hs-126A смог успешно скрыться.

С аэродрома Ровине в тот день рано утром взлетели 3 «Бленхейма» из 8-го полка JKRV для удара по железнодорожному узлу в Фельдбахе и другим целям. Из-за плохой погоды «Бленхеймы» потерялись в облаках, и к цели на территории Австрии вышел только один бомбардировщик. Его экипаж нашел просвет в облаках и сбросил бомбы на мост и железную дорогу. Когда в районе Винер-Нойштадта «Бленхейм» вышел в чистое небо, его обстреляла немецкая зенитная артиллерия. Был перебит топливопровод, и пришлось совершить вынужденную посадку, экипаж попал в плен.

В 10:00 обе группы 8-го полка JKRV получили приказ атаковать железнодорожные станции и аэродромы в Венгрии. 8 «Бленхеймов» 68-й группы направились бомбить Сегед, а 6 «Бленхеймов» 69-й группы атаковать Печ. Около полудня «Бленхеймы» 68-й группы в районе Печа были перехвачены «Мессершмиттами» Bf-109E из 5/JG 54. Немцы заявили о 6 сбитых югославских бомбардировщиках. Две победы были засчитаны командиру эскадрильи (Staffelkapitan), обер-лейтенанту Губерту Мютерику (его 9-я и 10-я победы) и по одной лейтенанту Вольфгангу Шпэту и лейтенанту Йозефу Пехсу. Кому из немецких пилотов принадлежат еще две победы, в точности не установлено. По венгерским данным, еще два югославских «Бленхейма» были сбиты венгерской зенитной артиллерией в районе Сегеда.

Фактически были сбиты истребителями 5 «Бленхеймов» 68-й группы JKRV, все их экипажи погибли, в том числе командир 68-й группы майор Лазо Донович, командир 215-й эскадрильи капитан Владимир Йовичич, и командир 216-й эскадрильи капитан Сергие Воинов. Вернувшиеся из вылета экипажи сообщили, что аэродром, который они собирались атаковать, оказался пустым, поэтому большую часть бомб они сбросили на железную дорогу. Также стрелки «Бленхеймов» предполагали, что сбили ответным огнем три «Мессершмитта» Bf-109E.

Три уцелевших «Бленхейма» из 68-й группы смогли дотянуть до югославской территории, но одному на обратном пути пришлось садиться в Нови-Саде, потому что у него кончалось горючее. Оставшиеся два «Бленхейма» были обстреляны своей зенитной артиллерией. Один из них получил попадание и совершил вынужденную посадку недалеко от базы, таким образом, в Ровине вернулся только один «Бленхейм», его носовое остекление было полностью разбито. Это был тот самый «Бленхейм», который в предыдущий день первым атаковал цели на территории Австрии. Тем временем «Бленхеймы» 69-й группы JKRV также понесли потери, вероятно, от огня венгерской зенитной артиллерии – над Печем был сбит бомбардировщик командира 69-й группы майора Доброслава Тешича, весь экипаж погиб. Еще 3 югославских «Бленхейма» получили повреждения. Они успели сбросить большую часть бомб на аэродромы, на которых предположительно базировались самолеты венгерских ВВС, но какие потери понес противник, в точности неизвестно.

Пока «Бленхеймы», летавшие без сопровождения истребителей, несли такие потери, «Харрикейны» и IK-3 из 4-го полка JKRV вели патрулирование над теми же районами и в основном не имели встреч с противником, лишь иногда пытаясь преследовать разведчики Люфтваффе, летавшие на большой высоте над Боснией и Хорватией.

Небольшие группы бомбардировщиков X авиакорпуса Люфтваффе атаковали в тот день много целей в западной части Югославии, хотя также действовали без сопровождения истребителей. III/ZG 26 7 апреля вернулась на Сицилию, 8 апреля за ней последовала 7/JG 26. В этой части Югославии в тот день был только один воздушный бой, когда небольшая группа «Юнкерсов» Ju-88A, направлявшаяся к Сараево, была замечена двумя истребителями отдельного учебного истребительного звена. Капитан Данило Грбич и сержант Делич на двух «Харрикейнах» пытались преследовать «Юнкерсы», но оба «Харрикейна» получили повреждения от огня стрелков бомбардировщиков. Сержант Делич смог дотянуть до аэродрома, и, несмотря на полученные ранения, совершил посадку. Капитан Грбич продолжил преследовать бомбардировщики, но внезапно был атакован «Мессершмиттом» Bf-109E. Его «Харрикейн» получил серьезные повреждения, капитан Грбич был тяжело ранен, но смог выпрыгнуть на парашюте; позже Данило Грбич умер от потери крови. Вероятно, его сбил лейтенант Ганс Байссвенгер из 6/JG 54, который в тот день заявил об одном сбитом югославском истребителе.

Из-за плохой погоды над побережьем действия итальянской авиации в тот день в основном велись против кораблей в море. Исключением была албанско-югославская граница, где итальянские самолеты активно действовали против югославских войск, на некоторых участках продвинувшихся на территорию Албании. В ответ на это 7 бомбардировщиков S.79 из 81-й группы JKRV вылетели бомбить Тирану и Дураццо. Первая тройка югославских «Савой» заблудилась в облаках вскоре после взлета, и в районе Бока-Которска была обстреляна югославской зенитной артиллерией, один бомбардировщик был сбит. 66-я группа 7-го бомбардировочного полка JKRV не могла взлететь из-за плохих погодных условий над аэродромом Прельина, но бомбардировщики 67-й группы того же полка с базы Горобилье несколько раз атаковали цели на фронте. Экипаж одного югославского S.79 заявил о сбитом истребителе «Фиат».

Разведывательная авиация югославской армии и морская авиация проявили мало активности. Только армейские разведчики «Бреге» Br.XIX несколько раз атаковали мост через Драву в районе Дьикениша. К вечеру 7 апреля JKRV располагали 83 истребителями, 86 бомбардировщиками и 8 двухмоторными разведчиками. За 48 часов югославские ВВС потеряли почти 60% самолетов.

На следующий день погода еще больше ухудшилась. К тому времени самая южная из колонн немецкой 12-й армии уже вошла на территорию Греции и наступала на Салоники. Для югославов наибольшую опасность представляло направление удара северной колонны, которая, повернув от Скопье на север, двигалась через ущелье Качаник в направлении Косова Поля и по параллельным маршрутам к северу от Куманово на Буяновац и в долину реки Морава. Хотя погодные условия заставили большую часть самолетов VIII авиакорпуса Люфтваффе оставаться на земле, югославские ВВС предпринимали отчаянные усилия, чтобы задержать немецкое наступление, которое теперь угрожало многим югославским аэродромам.

Все задачи, ранее поставленные 4-й бомбардировочной бригаде JKRV, были отменены, и основные усилия было приказано сосредоточить на ударах по колоннам немецких войск в ущелье Качаник. Для этой задачи предполагалось задействовать «Бленхеймы» из 1-го бомбардировочного полка и 11-й отдельной группы, Do-17K из 3-го полка и S.79 из 7-го бомбардировочного полка JKRV, а также «Харрикейны» из 52-й группы 2-го истребительного полка JKRV – всего 70 самолетов. Югославские бомбардировщики вылетали тройками, атакуя немецкую колонну, растянувшуюся на 8 миль. Только экипажам «Савой» повезло найти просветы в облаках, поэтому они смогли сбросить бомбы с высоты 3000 футов и избежать повреждений от зенитного огня. Другим югославским бомбардировщикам приходилось из-за облачности снижаться до 300-500 футов, где они были очень уязвимы для огня легких зенитных орудий и даже стрелкового оружия пехоты.

«Бленхеймы» 62-й группы JKRV были встречены очень сильным зенитным огнем. Первую тройку вел в атаку командир 1-го полка JKRV полковник Градишник. Лейтенант Бранко Глумач, наблюдатель в экипаже второго «Бленхейма», потом вспоминал:

«Полковник Градишник заметил много немецких танков на дороге Скопье-Куманово. Его «Бленхейм» спустился еще ниже в облаках и слабом дожде, ограничивавших видимость до 500 м. Я увидел, как одна из его бомб упала на дорогу и взорвалась, но практически в тот же момент из бака в правом крыле его «Бленхейма» вырвалось сильное пламя, через пару секунд огонь охватил и левое крыло, и «Бленхейм» рухнул рядом с дорогой. В следующую секунду мы пролетели над ним, но наш стрелок Жечевич увидел, как «Бленхейм» полковника взорвался».

Позже выяснилось, что сам полковник и пилот «Бленхейма» сержант Живан Йованович погибли сразу, но стрелок сержант Тержич успел выбраться из самолета в горящей одежде и покатился по мокрой траве, пытаясь сбить огонь, прямо под ноги изумленных немецких солдат. Почти одновременно с первым бомбардировщиком был сбит и третий. Лейтенант Глумач считал, что этот «Бленхейм», вероятно, мог быть сбит «Хеншелем» Hs-126, замеченным над долиной поблизости. Фактически это не так, оба «Бленхейма» были сбиты зенитным огнем.

Следующие две тройки «Бленхеймов» не смогли найти цели из-за облачности и не сбросили бомбы. «Бленхеймы» из 61-й группы того же 1-го полка действовали более успешно, так как погода немного улучшилась – они сбросили бомбы и смогли вернуться, не получив значительных повреждений. За ними последовали еще 4 «Бленхейма» и один биплан «Хоукер Хайнд» из 11-й отдельной группы, атаковавшие одну из немецких колонн к северу от Куманово. «Бленхейм» капитана Живомира Петровича был сбит, весь экипаж погиб. Экипаж второго «Бленхейма» заблудился в облаках и посадил свой самолет на аэродроме 61-й группы 1-го полка в Давидоваце. «Хайнд» в условиях сильной облачности врезался в гору Влашич в 20 милях от базы, пилот лейтенант Растислав Пешич и наблюдатель сержант Гардашевич погибли.

После этого немецкую колонну атаковали три «Дорнье» Do-17K из 210-й эскадрильи 64-й группы, два из них получили повреждения от огня стрелкового оружия. Когда они возвращались на базу, «Дорнье» сержанта Йосипа Телара был внезапно атакован и сбит двумя «Мессершмиттами» Bf-110, выпрыгнуть на парашюте успел один пилот.

Позже колонну обстреляли из пулеметов «Харрикейны», первыми атаковали истребители 163-й эскадрильи лейтенанта Бориса Чияна, за ними 164-я эскадрилья капитана Иво Острича. Один «Харрикейн» был подбит зенитным огнем и разбился, пытаясь совершить вынужденную посадку, но его пилот лейтенант Грандич остался жив и позже смог вернуться на югославскую территорию, избежав плена.

Эти налеты не смогли замедлить наступление немецких войск, которые встречали на земле лишь слабое сопротивление. Позже «Мессершмитты» Bf-110 из VIII авиакорпуса Люфтваффе атаковали югославские аэродромы в Штуболе и Обиличе и уничтожили на земле 10-12 самолетов JKRV, в том числе несколько Do-17K. Единственным успехом югославов против немецкой авиации было сообщение от югославской пехоты о сбитом немецком разведчике в районе Косовска-Митровица. Это мог быть «Хеншель» Hs-126А унтер-офицера Вальдо Тайзена – единственная потеря Люфтваффе в тот день, по немецким данным пропавший в районе Калиндры (Греция). В течение дня части Вермахта продолжали наступать дальше на запад от Скопье к Тетово, отрезая все югославские войска в южной Македонии. В том районе югославские «Бреге» Br. XIX из 5-й разведывательной группы бомбили мост через Вардар, пытаясь задержать немецкое наступление, но безуспешно. 3-я эскадрилья этой группы перелетела на аэродром Флорина в Греции, чтобы продолжать боевые операции.

Тем временем дивизии немецкой 12-й Армии в северной Болгарии перешли югославскую границу и начали наступление в направлении Ниша, продвигаясь в центральную Сербию. Основной их задачей было наступление через долину реки Морава на Белград.

VIII авиакорпус обеспечивал поддержку наступающим немецким войскам, хотя из-за плохой погоды эта поддержка была менее эффективной, чем в первый день. Пикировщики Ju-87 поддерживали колонну, наступавшую на Пирот и Бела-Паланка, и бомбили оба города. 40 немецких бомбардировщиков атаковали Ниш, Лесковац и другие, более далекие цели. В ответ 12 «Дорнье» Do-17K из 3-го полка JKRV на малой высоте атаковали немецкие войска, наступавшие в районе Пирота. К концу дня аэродром 3-го полка JKRV в Штуболе был занят немецкими войсками. Также немцы опасно близко подошли к аэродрому Обилич. Югославские «Дорнье» перелетели с него на аэродромы в Кралево и Горобилье, где базировались S.79 из 66-й группы. После полудня город Бела-Паланка к востоку от Ниша был атакован немцами, и истребители «Фьюри» из 35-й группы JKRV вылетели для обстрела немецких колонн, после чего также стали готовиться к эвакуации в Кралево.

Когда началось немецкое наступление, экипажи 3-го полка JKRV успели забрать два новых Do-17K с завода в Кралево, но еще один «Дорнье» оставался там. Теперь летчик-испытатель Николай Янковский взлетел на нем, чтобы бомбить цели в районе Ниша. Когда он сбросил бомбы и возвращался, за ним погнались два «Мессершмитта», но Янковский смог уйти. Снова загрузившись бомбами, он взлетел для удара по немецким колоннам в ущелье Качаник, и сбросил на них 90 малых бомб. «Дорнье» получил много попаданий от огня стрелкового оружия, Янковский был ранен в ногу, но смог привести изрешеченный пулями бомбардировщик обратно в Кралево и благополучно посадить его.

В северной части Югославии соединения немецкой 2-й Армии в нескольких местах форсировали реку Драва, заняли Марибор, и готовились наступать дальше в Словению и Хорватию. С воздуха их наступление поддерживали Ju-87 и Bf-109E, а средние бомбардировщики 4-го воздушного флота Люфтваффе атаковали цели в глубине страны. Один из них был сбит огнем югославской пехоты (по югославским данным) и упал на казармы в городе Баня-Лука. Югославские «Харрикейны» патрулировали над Словенией и северной Хорватией и имели несколько стычек с немецких истребителями, но без результатов. Другие «Харрикейны» (из 4-го полка JKRV) сопровождали 3 «Бленхейма» из 8-го полка для удара по целям в южной Австрии. Но большая часть бомбардировщиков 8-го полка оставалась на земле, ожидая приказа (позже отмененного) бомбить хорватов из 108-го пехотного полка, поднявших мятеж в Беловаре.

Остальные истребители 6-го полка JKRV все были теперь на аэродроме Велики-Радинчи, там к ним присоединились 5 «Харрикейнов» из 105-й эскадрильи 33-й группы 4-го полка под командованием капитана Радинчевича. Ме-109 из 31-й группы 2-го полка в Крагуеваце оставались на земле, потому что из-за дождей грунтовый аэродром оказался покрыт вязкой грязью. Получив сведения о немецком наступлении на Ниш, югославское командование приказало сжечь увязшие в грязи самолеты, если не удастся поднять их в воздух. Метеорологические прогнозы были неблагоприятны, и возникли слухи о предстоящем десанте немецких парашютистов.

Тем временем в западной части страны югославские S.79 из 81-й отдельной группы JKRV бомбили итальянские позиции в анклаве Зара, которые готовилась атаковать югославская Ядранская дивизия. Итальянская авиация в Албании бомбила югославские войска, продолжавшие наступать на Скутари. Также итальянские бомбардировщики атаковали базу югославских торпедных катеров в Шибенике, а истребители «Фиат» CR.42 обстреляли летающие лодки «Дорнье Валь» 26-й эскадрильи гидросамолетов на базе в Ягртоваце, при этом 3 из 4 летающих лодок было уничтожено. Лейтенант Ратко Йованович снова взлетел на старом учебном PVT-H, пытаясь преследовать противника. Югославские гидросамолеты «Дорнье» Do-22 и SIM-XIV выполняли разведывательные вылеты.

Поплавковые гидросамолеты «Рогожарский» SIM - XIV из 1-й эскадрильи гидросамолетов югославской морской авиации на базе Бока-Которска

Колонна немецкой 12-й армии, угрожавшая южной Македонии, наступая через Тетово и Прилеп, 9 апреля начала наступление на Битоль. С воздуха ее поддерживали самолеты VIII авиакорпуса Люфтваффе. Утром в Сербии и Македонии начался сильный снегопад, глубина выпавшего снега на аэродроме Давидовац достигала 10 дюймов, и «Бленхеймы» 61-й группы JKRV не смогли взлететь. Ме-109 из 31-й группы на аэродроме в Крагуеваце по-прежнему оставались на земле, так же не смогли подняться в воздух и «Харрикейны» 52-й группы с аэродрома в Книче. Все эти аэродромы оказались под угрозой захвата противником, особенно после того, как утром немцы взяли Ниш. Только истребители «Фьюри» с аэродромов в Бойнике и Козанчиче смогли взлететь, все поврежденные и неисправные самолеты при эвакуации пришлось сжечь. «Фьюри», летевшие в густом тумане, были в долине Морава обстреляны югославской пехотой, истребитель лейтенанта Писарева был поврежден огнем стрелкового оружия и совершил вынужденную посадку. Еще хуже пришлось учебному самолету PVT, на котором летел командир 110-й эскадрильи капитан Ото Сеп – он был поврежден зенитным огнем и разбился, пилот был смертельно ранен. «Бреге» Br.XIX из 5-й группы с греческого аэродрома Флорина, бомбили немецкую колонну, наступавшую на Битоль, но один из этих старых бипланов был сбит огнем стрелкового оружия, пилот капитан Стокич и его стрелок погибли, а наблюдатель лейтенант Красоевич был тяжело ранен.

Истребитель югославского производства «Икарус» IK -2. В апреле 1941 эти устаревшие самолеты еще служили в 107-й эскадрилье 4-го истребительного полка JKRV .

Самолеты 3-го, 6-го и 7-го авиаполков JKRV также не могли выполнять боевые вылеты из-за плохой погоды, но на севере Югославии части 4-го воздушного флота Люфтваффе, в том числе соединения «Флигерфюрер Грац» и «Флигерфюрер Арад» активно действовали, атакуя югославские войска и коммуникации. Были атакованы и аэродромы, в том числе Церклье, где базировались «Бреге» 6-й группы, и Ровине, база 8-го бомбардировочного полка JKRV. Около 14:00 две эскадрильи «Мессершмиттов» Bf-109E из III/JG 54 появились над аэродромом Ровине, в этот момент на посадку заходили два IK-2 из 107-й эскадрильи 4-го полка JKRV с базы Босански-Александровац. Один IK-2, пилотом которого был сержант Бранко Йованович, вступил в бой с «Мессершмиттами», длившийся семь минут, в течение которых югославскому пилоту потребовалось все его мастерство и вся маневренность его устаревшего истребителя, чтобы избежать повреждений. За это время к бою присоединились пять «Харрикейнов» из 108-й и пять из 106-й эскадрилий, и еще несколько IK-2, но также подошла и еще одна эскадрилья Bf-109E.

В воздушном бою, развернувшемся над территорией от Ровине до Босански-Александровац, югославские пилоты претендовали на один или два сбитых «Мессершмитта», но сами потеряли три самолета. Одна победа была записана на счет сержанта Живорада Томича, также предполагалось, что еще один немецкий истребитель вероятно сбил капитан Драгиша Милиевич, командир 106-й эскадрильи, но и сам он был сбит и погиб в том бою. Кроме того, был сбит «Харрикейн» флайт-сержанта Митича, пилот получил ожоги, но смог выпрыгнуть на парашюте. Был сбит и один IK-2, его пилот сержант Штикич тяжело ранен. После этого немецкие истребители, у которых оставалось мало горючего, вышли из боя и улетели на север. Пилоты III/JG 54 заявили о трех победах, что соответствовало действительности, но было заявлено об одном сбитом «Харрикейне» и двух IK-2. «Харрикейн» был записан на счет лейтенанта Эрвина Лейкауфа (его 6-я победа), один IK-2 на счет обер-лейтенанта Ханса-Эккехардта Боба, а другой засчитан обер-лейтенанту Герхарду Коаллю – это была одна из двух его побед, одержанных в Югославии. Ефрейтор Фабиан из III/JG 54 был объявлен пропавшим без вести, но вернулся через несколько дней. Возможно, это его «Мессершмитт» югославы сбили в том бою.

Хотя по югославским данным этот бой произошел 9 апреля, немецкие документы указывают его дату как 7 апреля. Причина этого расхождения в точности не установлена, но очевидно, что дата 9 апреля ближе к истине. К вечеру того же дня панические слухи о том, что немцы дошли до Крагуеваца, заставили наземный персонал 31-й группы JKRV сжечь все увязшие в грязи Ме-109. Позже выяснилось, что до противника еще далеко – не меньше 40 миль.

В Албании итальянцы перешли в контрнаступление, и югославские S.79 из 81-й отдельной группы JKRV в 11:00 нанесли бомбовый удар по порту Зара, добившись попаданий в арсенал флота и склад боеприпасов. Итальянские самолеты из состава 2-й воздушной эскадры снова атаковали югославские порты Шибеник и Дивулье, в последнем итальянские истребители обстреляли базу гидросамолетов, где уничтожили 10 старых гидропланов «Икарус» SM, поставленных на якорь в качестве приманки. Еще пять истребителей «Фиат» CR.42 атаковали базу 2-й эскадрильи гидросамолетов в Тиесно на острове Муртер и уничтожили там три поплавковых SIM-XIV, еще два гидросамолета получили повреждения. Части 3-го командования гидросамолетов с базы Бока-Которска снова действовали активно, выполняя разведывательные вылеты. Пилот Иван Короша на «Дорнье» Do-22 №307 из 20-й эскадрильи гидросамолетов заметил в Адриатическом море большой итальянский конвой из 12 транспортов и 8 эсминцев, и атаковал его под сильным зенитным огнем, но безуспешно. Еще три «Дорнье» Do-22 атаковали порт Дураццо, но были отогнаны плотным огнем ПВО порта.

Югославские моряки с гидросамолетом «Дорнье» Do -22 Kj (обозначавшемся во флоте как «Дорнье» Н) №302, первым из партии, заказанной югославским флотом

Над албанским фронтом в районе Охрид-Струга был подбит зенитным огнем итальянский разведчик Ro.37bis из 114-й разведывательной эскадрильи, пилот старшина Франческо Лояконо смог дотянуть до итальянских позиций.

На следующий день 10 апреля части немецкой 12-й армии вошли в Битоль, и бои в югославской Македонии подошли к концу. На северо-западе немецкая 14-я танковая дивизия заняла Загреб, и было провозглашено новое независимое Хорватское государство. Погодные условия над всей Югославией были плохими, югославские войска, безуспешно пытавшиеся остановить немцев, в беспорядке отступали, даже не запрашивая поддержку JKRV. Югославские пилоты пытались найти более безопасные аэродромы в западной части страны, но горные долины в этих районах были скрыты плотным слоем облаков.

Пока самолеты 4-го воздушного флота Люфтваффе с баз в Австрии, Румынии и Венгрии безнаказанно действовали над северными районами Югославии, истребители 6-го полка JKRV оставались на земле на своем аэродроме в Велики-Радинчи. Только «Харрикейны» из 105-й эскадрильи смогли подняться в воздух. В такой обстановке югославские ВВС начали быстро разваливаться – как и все вооруженные силы Югославии. В Книче слухи о приближении немецких танков заставили «Харрикейны» 52-й группы подняться в воздух в условиях исключительно плохой погоды. Взлетели 5 «Харрикейнов» 164-й эскадрильи, но два истребителя почти сразу столкнулись, их пилоты капитан Острич и лейтенант Момчинович погибли. Несколько минут спустя третий «Харрикейн» в тумане врезался в гору, его пилот Велько Вуйчич был смертельно ранен. Пилоты двух уцелевших истребителей в конце концов отказались от попыток лететь в таких условиях, и снова сели на базе в Книче. «Харрикейны» 163-й эскадрильи считались непригодными к ремонту, но когда пришли сведения, что немцы еще далеко, югославы предприняли отчаянные попытки починить наименее поврежденные истребители.

Ситуация на базе в Давидоваце была более опасной – немецкие войска вошли в Парачин, всего в трех милях от аэродрома. Несмотря на туман и снег всем «Бленхеймам» было приказано взлетать. Из 10 «Бленхеймов» 61-й группы один разбился при взлете, но экипаж по счастливой случайности остался невредим. Меньше повезло экипажу «Бленхейма» из 11-й отдельной группы, приземлившемуся в Давидоваце двумя днями ранее; когда бомбардировщик оторвался от земли, он внезапно потерял скорость и упал, в катастрофе погибли все 4 члена экипажа. Оставшиеся 9 «Бленхеймов» 61-й группы смогли успешно перелететь на базу Биелина в 150 милях от Давидоваца. Весь полет прошел на высоте всего лишь 80 футов; в Биелине эти «Бленхеймы» присоединились к 62-й группе.

Истребители «Фьюри» из 35-й группы JKRV перелетели с базы Кралево на аэродром в Прельине недалеко от Чачака. Оттуда они вылетели для обстрела немецкой колонны в районе города Куприя в долине Морава, после чего перелетели на базу в Сараево. «Бреге» Br. XIX также атаковали немецкие колонны в том районе, один «Бреге» был подбит зенитным огнем, пилот Владо Янкович был ранен, но смог посадить поврежденный самолет на аэродроме в Смедеревска-Паланка. После посадки обнаружилось, что наблюдатель лейтенант Слободан Михич, также получивший ранение, умер от потери крови.

Уже тогда некоторые югославские летчики начали искать возможность покинуть обреченную страну. Сержант Петко Милоевич из 210-й эскадрильи 64-й группы взлетел с аэродрома Ужицка-Пожега на своем Do-17K и направился в Советский Союз, но при перелете через Румынию разбился в Карпатских горах, все три члена экипажа «Дорнье» погибли. В СССР собирался лететь еще один экипаж, но вместо этого перелетел в Мостар, где базировались S.79 из 81-й отдельной группы, они собирались улетать на следующий день. Из-за восстания хорватских усташей это соединение погрузилось в полный хаос, экипажи были полностью деморализованы. Лейтенант Бранко Проданович из 211-й эскадрильи попытался перелететь на своем S.79 в СССР, но самолет также разбился в Румынии в районе Мамайи, из экипажа «Савойи» выжил только один человек.

Личный состав 3-го бомбардировочного полка был еще больше деморализован, когда командующий JKRV отстранил полковника Горупа от командования полком, возложив на него ответственность за огромные потери, понесенные 6 апреля. Командовать 3-м полком был назначен майор Драгомир Жикич. Единственным бомбардировочным соединением, понесшим относительно небольшие потери, был 7-й полк (вооруженный S.79), но его экипажи тоже были деморализованы, потому что с их аэродромов, засыпанных снегом, невозможно было взлетать. 11 апреля, когда по слухам немцы уже взяли Кралево, экипажи 66-й группы (их аэродром оказался ближе всего к противнику) решили или сжечь свои бомбардировщики, или попытаться улететь из Югославии. Несколько «Савой» перелетели в Мостар, их базу мирного времени, где были собраны последние 12 бомбардировщиков полка. В сложившейся обстановке экипажи решили последовать примеру своих товарищей из 81-й группы и попытаться улететь или в Советский Союз или в Никшич в Черногории.

К прочим проблем теперь добавился и саботаж. У нескольких S.79, стоявших на аэродроме в Мостаре, оказались прорезаны шины шасси, а запасных не было. Наконец 11 апреля 8 «Савой» (по 4 из каждой группы) попытались перелететь в СССР, но долететь смогли только 4 из них: лейтенант Милош Джелич с 7 пассажирами на борту сел в Кишиневе, лейтенант Хинко Соич (5 чел. на борту) в Старой Фармосинке, лейтенант Урош Джерич в Савате, а лейтенант Живко Милойкович в Первомайской. «Савойя» капитана Бошняка, командира 211-й эскадрильи, имея 10 человек на борту, разбилась в горах лишь через 30 миль после взлета. Столь же тяжело нагруженный S.79 сержанта Бранко Томича врезался в гору Игман в районе Сараево. Все люди на борту обоих бомбардировщиков погибли. В числе погибших пассажиров на последней «Савойе» был экипаж сержанта Милоевича из 64-й группы («Дорнье» Do-17K). Третья «Савойя» приземлилась в венгерской Трансильвании, экипаж был интернирован. В 1942 итальянцы получили обратно этот S.79, обменяв его у венгров на два «Фиата» CR.42. Также венгерским ВВС достался один югославский Do-17K, вынужденный сесть на их территории, и один «Бленхейм», который угнал в Венгрию югославский пилот венгерского происхождения. Этот «Бленхейм» использовался венграми как самолет связи. Четвертая «Савойя» из пытавшихся перелететь в СССР пропала без вести. Тогда же еще 4 «Савойи» из 81-й отдельной группы и еще как минимум столько же из 7-го полка долетели до Никшича, где их экипажи стали готовиться к перелету в Грецию.

Возвращаясь к событиям 10 апреля, когда югославские ВВС начали окончательно разваливаться – в тот день «Бленхеймы» 8-го полка и 11-й отдельной группы оставались на аэродромах Ровине и Маюр, не имея возможности выполнять боевые вылеты из-за плохой погоды. Части югославской морской авиации тоже начали распадаться, по крайней мере, это верно в отношении 2-го командования гидросамолетов. Некоторые из его пилотов решили перелететь в Бока-Которска и присоединиться к 3-му командованию, где все еще сохранялся порядок. В течение дня удалось отремонтировать два поврежденных SIM-XIV из 5-й эскадрильи гидросамолетов. «Дорнье» Do-22 из 20-й эскадрильи гидросамолетов атаковали итальянский танкер недалеко от порта Бари, и близкие разрывы бомб, как предполагали югославские пилоты, могли причинить танкеру повреждения. Единственной победы в воздухе по югославским данным добились «Харрикейны» из 4-го полка JKRV – их пилоты заявили о сбитом «Мессершмитте» Bf-109E над Боснией. На следующий день пилоты того же полка заявили о сбитом Bf-110 в районе Нова-Градишка. 11 апреля еще несколько самолетов морской авиации из 2-го командования гидросамолетов перелетели на базу Бока-Которска – три поплавковых Do-22Kj из 25-й эскадрильи и летающая лодка «Дорнье Валь» из 26-й эскадрильи прибыли из Зларина и были включены в состав 20-й и 21-й эскадрилий гидросамолетов.

Гидросамолеты «Дорнье» Do -22 Kj югославской морской авиации продолжали действовать до конца кампании

К этому времени погода в западной части Югославии несколько прояснилась, хотя на востоке страны погодные условия оставались неблагоприятными для действий авиации. Однако VIII авиакорпус Люфтваффе по возможности продолжал оказывать поддержку частям немецкой 12-й армии. Во всех секторах Вермахт глубоко продвинулся на территорию Югославии, был захвачен плацдарм на берегу Савы в районе Шабаца, уже в самой Сербии. На северо-западе и в Боснии югославские войска повсюду отступали, и Люфтваффе без помех вели авиаразведку и атаковали наземные цели. Пикировщики Ju-87 из II/StG 77 атаковали три аэродрома JKRV – в Баня-Луке, Бихаче и Приедоре. Впервые за эти три дня небольшие группы немецких самолетов появились над Белградом. Попыток перехвата их не было, 6-й истребительный полк JKRV даже не получил сообщений об этих налетах. Всего в течение дня югославские истребители выполнили только 31 вылет, а бомбардировщики 14 вылетов. Большая часть еще не разгромленных соединений югославских ВВС готовилась отступать дальше.

Основным пунктом отступления стала авиабаза в Биелине. Туда весь день прибывали самолеты из Срема, Маюра, Клемака и даже из Тополье, где базировались «Бреге» Br.XIX из 3-й разведывательной группы. Но и там югославские самолеты не были в безопасности. «Мессершмитты» Bf-110 уничтожили несколько «Бреге» на аэродроме в Нови-Саде, а в 15:30 два звена (Schwarme) этих «Мессершмиттов» спустились ниже облаков и атаковали саму Биелину, уничтожив один S.79, два «Бленхейма» и несколько «Бреге» и учебных «Юнгманнов».

На реке Дунай югославские речные мониторы, действовавшие в районе венгерской границы, а теперь начавшие отступать к Нови-Саду, подвергались непрерывным атакам немецких пикировщиков Ju-87. На юго-западе итальянские 2-я и 9-я армии, наступая из Албании, при поддержке авиации атаковали югославские войска в районе Скутари. Три итальянских Ju-87 бомбили базу югославских торпедных катеров в Шибенике, по югославским данным два «Юнкерса» подбиты зенитным огнем. Вероятно, это были «Юнкерсы» из 238-й эскадрильи 101-й группы ВаТ. По итальянским данным 12 апреля один Ju-87 был сбит зенитным огнем, а другой поврежден и вынужден сесть на воду в Адриатическом море. Пилот первого «Юнкерса» лейтенант Карло Бонджованни и его стрелок погибли.

Теперь, когда югославы оказались в крайне тяжелом положении, к нападению на их страну присоединилась и Венгрия. Венгерские войска перешли границу в северном секторе на нескольких участках. Бомбардировщики «Юнкерс» Ju-86 и «Капрони» Ca.135 из 4-го и 3-го бомбардировочных полков венгерских ВВС вылетели бомбить Нови-Сад, но были отозваны, когда получили сообщение, что его уже бомбят Люфтваффе. Вместо Нови-Сада они атаковали югославские пограничные форты. Разведчики «Хейнкель» Не-170А из 5-го разведывательного полка выполняли разведывательные вылеты. Бипланы «Фиат» CR.32 и CR.42 из 1-го и 2-го истребительных полков венгерских ВВС сначала вели боевое патрулирование, но из-за отсутствия сопротивления в воздухе позже выполняли только разведывательные полеты. Вечером венгерский парашютный батальон (120 чел.) получил приказ захватить мосты через канал, соединяющий реки Тиса и Дунай, в районах Србобран и Врбас. Парашютисты вылетели на четырех транспортных «Савойях» S.75 (по 30 чел. на каждом), но один S.75 разбился в районе Веспрема, 23 человека погибли. Высадка была отложена, но после наступления темноты транспортные «Савойи» вылетели снова. В условиях плохой погоды парашютисты были сброшены в 15-20 милях от цели, и не смогли выполнить свою задачу.

12 апреля погода была столь же плохой, как и днем ранее. Из-за погодных условий на востоке страны самолеты VIII авиакорпуса Люфтваффе фактически не смогли действовать, и оставались на аэродромах. Севернее более активно действовали самолеты из «Флигерфюрер Арад», атаковавшие Белград, Сараево и оставшиеся у югославов аэродромы в Биелине, Соколаче, Мостаре и Баня-Луке. Всего двухмоторные бомбардировщики из «Флигерфюрер Арад» в тот день выполнили 64 боевых вылета, а пикировщики Ju-87 – 28 вылетов. Их поддерживали «Мессершмитты» Bf-110 (50 вылетов) и Bf-109E (23 вылета).

У югославских ВВС на начало дня еще оставался 41 истребитель, 37 бомбардировщиков и 9 разведывательных «Бленхеймов», но вылетов снова было сделано мало. Югославские истребители выполнили 14 вылетов, бомбардировщики 11 и разведчики 7. И вскоре им предстояло понести новые потери.

На аэродроме Велики-Радинчи 6-й истребительный полк JKRV потерял 2 из своих оставшихся Ме-109, когда 11 апреля аэродром обстреляли немецкие истребители. На следующий день утром наземные команды сожгли последние 11 самолетов полка – 8 Ме-109 и 3 IK-3, а также 2 или 3 «Харрикейна» из 105-й эскадрильи. Еще 2 или 3 «Харрикейна» смогли перелететь в Биелину. Еще один «Харрикейн» и несколько учебных «Юнгманнов» из 6-го полка перелетели в Сараево. Примерно тогда же личный состав 11-й отдельной группы сжег два непригодных к ремонту «Бленхейма», остальные 7 «Бленхеймов» перелетели в Биелину.

Едва они успели сесть, как в 07:30 Биелину атаковали три эскадрильи (Staffeln) «Мессершмиттов» Bf-110, с малой высоты обстрелявших аэродром. «Мессершмитты» сделали три захода. Это была одна из самых успешных штурмовых атак за всю кампанию. Было уничтожено 10 «Бленхеймов» из 1-го полка и все 7 «Бленхеймов» из 11-й группы, «Харрикейны» из 105-й эскадрильи, «Бреге» Br.XIX из 1-й и 3-й разведывательных групп и много учебных самолетов. Когда Bf-110 улетели, на базе в Биелине из самолетов, способных подняться в воздух, остались только два «Бленхейма», один «Харрикейн» и несколько учебных бипланов. «Бленхеймы» сразу же было приказано перебазировать, но один из них был сбит над Боснией зенитным огнем югославских войск, а второй, едва приземлившись в Никшиче, был уничтожен итальянскими истребителями, атаковавшими аэродром. После этого у JKRV осталось только 5-6 исправных «Бленхеймов» из 8-го бомбардировочного полка, базировавшихся на грунтовом аэродроме в Ровине.

Тем временем с базы в Книче, к которой уже приближались немецкие танки, взлетели последние два «Харрикейна» 163-й эскадрильи 2-го полка и направились в Земун. Когда «Харрикейн» лейтенанта Бориса Сияна сел в Земуне, пилот сразу же был взят в плен местными немцами. Пилот второго «Харрикейна» капитан Милош Баяджич (командир 163-й эскадрильи) увидел это, прервал посадку и направился в Биелину. Но у него кончилось горючее, и он попытался совершить вынужденную посадку в районе Вальево, не долетев 40 миль до аэродрома. При посадке «Харрикейн» разбился, пилот был смертельно ранен.

Из истребительных соединений JKRV меньше других пострадал 4-й полк – на 12 апреля в нем еще оставалось 5-6 боеспособных «Харрикейнов» и 4-5 IK-2. В тот день они снова пытались перехватывать немецкие самолеты, но все попытки были неудачными, кроме одной. «Юнкерс» Ju-88 (9K+LP обер-лейтенанта Хельмута Вестена из II/KG51), был сбит «Харрикейнами» в районе Баня-Лука. По данным Люфтваффе эта потеря произошла 11 апреля. Бомбардировщики из той же KG51 атаковали аэродром в Мостаре, где их пытались перехватить последние два истребителя («Харрикейн» и Ме-109) из Отдельной истребительной эскадрильи. Пилот «Харрикейна» Франьо Годеч атаковал Ju-88 фельдфебеля Гюгеля, израсходовав все боеприпасы, но «Харрикейн» был поврежден огнем стрелка «Юнкерса», и Годеч выпрыгнул на парашюте на высоте 10 000 футов. Он остался жив, но сломал ногу. Ме-109 не смог догнать немецкие самолеты, и на следующий день был уничтожен на земле, когда немецкие истребители обстреляли аэродром.

На аэродроме в Горобилье еще оставалось 10 исправных Do-17K из 64-й группы. 12 апреля эти «Дорнье» под командованием майора Бранко Фанедля направились бомбить немецкие колонны в долине реки Морава. Заметив неповрежденный важный мост через Мораву, Фанедль лично атаковал его и добился двух попаданий 100-кг бомбами, но уничтожить мост не смог. При этой атаке его «Дорнье» был сильно поврежден огнем немецких зениток и разбился в 10 милях к северу, весь экипаж погиб. Еще один Do-17K получил повреждения, но смог вернуться на базу. Остальные 8 бомбардировщиков позже перелетели на базу Бутмир, в районе Сараево.

Рано утром 13 апреля немецкие пикировщики Ju-87 из «Флигерфюрер Арад» снова вылетели на поиски югославских мониторов на Дунае и в 07:30 обнаружили их в Чибе в 20 милях от Нови-Сада. В то самое время, когда Bf-110 обстреливали аэродром в Биелине, Ju-87 атаковали монитор «Драва». В начале войны 6 апреля «Драва» обстреливала венгерский пограничный аэродром в Мохаче, 2 дня спустя обстрел был повторен. До сих пор «Драве» удавалось избегать атак немецких пикировщиков, но 13 апреля попаданий в монитор добились 9 «Юнкерсов». Их бомбы оказались в основном неэффективны против толстой броневой палубы корабля, но одна бомба влетела прямо в дымовую трубу и разорвалась в машинном отделении. 54 члена экипажа монитора погибли, спаслись только 13 человек. После налета экипажи мониторов заявили о трех сбитых Ju-87.

Ночью 12/13 апреля немецкие войска вошли в Белград. Утром были наведены новые переправы через Саву, и продолжилось наступление в Боснию. Югославское командование было вынуждено признать, что сопротивление в Македонии и Словении больше невозможно, и что Вермахт глубоко продвинулся в Хорватии. Было направлено срочное обращение в британское министерство иностранных дел, призывавшее ответить на направленную еще 6 апреля просьбу предоставить значительную военную помощь. Но пришел ответ, что такая помощь не может быть предоставлена. Прибыл также греческий представитель с сообщением о тяжелом положении, складывавшемся в Греции (об этом позже в этой главе). После этого греческий дипломат вылетел обратно в свою страну с базы в Никшиче на бомбардировщике Do-17K, который пилотировал майор Душан Милоевич, командир 209-й эскадрильи 64-й группы JKRV. Тем временем генерал Данило Калафатович получил приказ добиваться подписания перемирия с немцами.

Бомбардировщики Люфтваффе в тот день действовали очень активно, атакуя концентрации югославских войск и аэродромы. «Юнкерсы» Ju-88 из KG 51 атаковали курорт Илидца по специальному приказу Гитлера, получившего сведения, что югославское правительство укрывается там. Уцелевшие самолеты югославских ВВС выполнили 13 апреля лишь 8 истребительных и 4 бомбардировочных вылета. Боевые вылеты выполняли только «Харрикейны» 4-го полка JKRV, пилот одного из них заявил о сбитом Bf-110 к северу от Баня-Луки. Еще один «Харрикейн» был сбит, его пилот Войя Грбич тяжело ранен.

Около полудня погода снова ухудшилась, именно тогда, когда югославы готовились к эвакуации с базы Бутмир. В такой ситуации командующий 2-й авиабригады JKRV приказал уничтожить все оставшиеся самолеты 4-го и 8-го полков, а личному составу отступать по дороге на Сараево. В районе Сараево сосредоточились уже 15 000 чел. личного состава югославских ВВС, которых предполагалось использовать как пехоту в обороне против немецких войск, наступавших с трех направлений. В последний момент приказ об уничтожении самолетов был отменен, и уцелевшие самолеты с баз Райловац и Бутмир было приказано перегнать в Никшич. Истребители «Фьюри» из 35-й группы также были направлены на базу в Никшиче, но по пути их атаковали 12 итальянских истребителей. Точных сведений об этом бое не сохранилось, но, вероятно, потери понесли обе стороны.

Итальянская авиация 12-13 апреля действовала достаточно активно. 12 апреля итальянские истребители снова атаковали базу югославских гидросамолетов в Трогире, после налета итальянцы заявили о 6 уничтоженных гидросамолетах. Югославских данных об этом налете нет, но они отмечают, что 13 апреля был налет истребителей на базу в Дивулье, и один гидросамолет был потерян. Также была атакована база учебной эскадрильи гидросамолетов рядом с Трогиром. Возможно, об этих атаках и упоминают итальянцы. Более важным был налет на аэродром в Мостаре, в котором участвовали 7 пикировщиков «Юнкерс» Ju-87 из 208-й эскадрильи 101-й группы пикировщиков (BaT) в сопровождении истребителей «Фиат» CR.42 из 160-й отдельной группы и «Макки» С.200 из 150-й группы. Попаданиями бомб были уничтожены два ангара. «Юнкерс» командира группы майора Джузеппе Донадио был подбит и совершил вынужденную посадку. Майор и его стрелок были взяты в плен югославскими солдатами, их держали под арестом вместе с несколькими немецкими пилотами; после капитуляции Югославии они были освобождены. Тем временем итальянские истребители обстреляли аэродром, пилоты CR.42 заявили об 11 уничтоженных самолетах, а пилоты С.200 еще о 22 уничтоженных.

По югославским данным на аэродроме были уничтожены все оставшиеся S.79, которые не смогли взлететь из-за прорезанных колес, а также много других самолетов, в том числе последний Ме-109 из состава Отдельной истребительной эскадрильи.

Итальянская авиация активно действовала и над Албанией, где югославские войска еще продолжали оказывать сопротивление, из-за плохой связи не зная о разгроме на других фронтах. Фактически о капитуляции они узнали лишь через несколько дней.

На следующий день после налета итальянцев (14 апреля) 15 немецких бомбардировщиков атаковали аэродром Мостар-Ортиеш. Когда итальянцы позже оккупировали город, они нашли на аэродроме более 100 уничтоженных или тяжело поврежденных самолетов. Аэродром в Биелине был захвачен смелым воздушным десантом Люфтваффе. Сначала над аэродромом появился разведывательный Bf-110 из «Флигерфюрер Арад». За ним последовали 11 пикировщиков Ju-87, 23 «Мессершмитта» Bf-110 и 18 Bf-109E. Пока «Юнкерсы» и «Мессершмитты» атаковали и прижимали огнем югославскую пехоту, оборонявшую аэродром, на него сели 17 транспортных Ju-52/3m с десантниками, которые быстро подавили сопротивление деморализованных защитников аэродрома и захватили базу. Было взято в плен 210 югославских солдат, немцы потеряли 3 чел. убитыми и 4 ранеными.

В тот же день командующий JKRV генерал Миркович передал командование остатками югославских ВВС полковнику Петару Вукчевичу, командиру 4-й бомбардировочной бригады. Самолеты, оставшиеся в распоряжении нового командующего, сосредоточились на трех базах: в Мостаре около 100 самолетов, почти все поврежденные; в Требинье было собрано много учебных самолетов; и в районе Никшича на аэродроме Капино Поле около 130 самолетов всех типов, в том числе 8 «Дорнье» Do-17K, 7-8 «Савой» S.79, не менее 7 истребителей «Фьюри», один «Харрикейн», 3 «Локхид 10А Электра», несколько Са.310 и Bf-108, учебные «Бюкер Юнгманн» и много самолетов других типов, в том числе около 60 «Бреге» Br.XIX и «Потэ-25». На этих базах собралось около 30-40 000 чел. личного состава югославских ВВС.

Поврежденный учебный самолет «Бюкер Юнгманн» Bu -131 на базе в Мостаре

Трофеи, взятые итальянцами в Югославии. На переднем плане два учебных самолета «Рогожарский Физир», за ними несколько «Юнгманнов» Bu -131, уже перекрашенных в цвета учебных подразделений итальянских ВВС.

Югославское правительство покинуло Пале в районе Сараево и направилось в Никшич, откуда его предполагалось эвакуировать. Позже после полудня на базу Бока-Которска прибыли две британских летающих лодки «Сандерленд», чтобы забрать дипломатов и британский персонал. Тем временем король Югославии Петр тоже прибыл в Никшич, как раз в тот момент город бомбили 4 итальянских S.79. Час спустя король улетел в Грецию на «Савойе» S.79 из 7-го бомбардировочного полка, которую пилотировал майор Душан Софиль, командир 66-й группы. Над побережьем Адриатики «Савойю» обстреляла югославская зенитная артиллерия, и экипаж выпустил сигнальные ракеты. Позже прибыли британские истребители, чтобы сопроводить «Савойю» и летевший с ней Do-17K на аэродром Парамитья в Греции.

Итальянская авиация продолжала активные действия. Бомбардировщики BR.20, S.79 и Ju-87 атаковали югославские войска на албанской границе. Один Ju-87 из 101-й группы ВаТ был подбит и совершил вынужденную посадку, еще два были повреждены зенитным огнем при атаке моста в районе Подгорицы. Пилоты итальянских истребителей заявили об одном сбитом югославском бомбардировщике, но точных данных об этом нет, и более вероятно, что это был один из последних югославских «Харрикейнов» (о них позже). Налеты на мосты у Подгорицы и Долояни были повторены на следующий день, и снова итальянские пикировщики пострадали от огня югославских зенитных батарей: один Ju-87 из 238-й эскадрильи был сбит, и еще один поврежден.

15 апреля немецкие войска, не встречая больше сопротивления, вошли в Сараево, а действия Люфтваффе были направлены в основном против югославских портов на юге Адриатики, чтобы предотвратить эвакуацию или сорвать попытки британцев высадить подкрепления. К немецким самолетам присоединились итальянские бомбардировщики, атаковавшие югославские корабли в базах Бока-Которска и Дубровник. Тем временем моторизованная колонна итальянских войск, наступавшая по побережью Далмации, захватила Сплит и угрожала Мостару. Мостар был взят 16 апреля, к тому времени продвижение немецких войск повсюду было остановлено в ожидании безоговорочной капитуляции Югославии. 15 апреля югославское командование приказало прекратить огонь по самолетам Оси, в тот же день около полудня началась эвакуация, «воздушный мост» с базами в северной Греции поддерживался еще два дня.

При эвакуации большую часть вылетов выполняли Do-17K и S.79, а также 5 оставшихся «Локхид 10А» (еще два «Локхида» были сбиты, один в Греции 7 апреля, другой в районе Белграда, точная дата не установлена). Каждый самолет не только вывозил эвакуированных, но и в каждом вылете брал на борт по 50 кг золотых слитков из государственного золотого запаса Югославии. 2-3 из этих самолетов разбились в авариях при посадке в Греции, но большинство успешно садилось на аэродромах в Парамитьи или Янине. Много учебных и связных самолетов также смогли долететь до Парамитьи, в том числе «Бреге» Br.XIX, «Потэ-25», один Bf-108 и один SIM-X. Там к ним присоединились оставшиеся «Бреге» из 5-й разведывательной группы с аэродрома Флорина. Несколько этих самолетов было уничтожено при обстреле аэродрома немецкими истребителями.

На борту одного S.79, не долетевшего до греческих баз был командующий JKRV генерал Миркович. 16 апреля в районе Превезы «Савойя» была обстреляна греческой зенитной артиллерией, получила повреждения и разбилась, ее фюзеляж разломился надвое, генерал Миркович был тяжело ранен, а один из югославских министров, летевших с ним, погиб. Воислав Ракич пытался долететь до Греции на последнем уцелевшем «Харрикейне», но из-за плохой погоды был вынужден вернуться в Никшич, где истребитель пришлось бросить. Еще раньше – вероятно, 15 апреля, но возможно и днем ранее – этот «Харрикейн» участвовал в бою с итальянскими истребителями и получил 37 попаданий, но все еще мог после этого подняться в воздух. Хотя «воздушный мост» в течение трех дней эвакуации не подвергался атакам противника, не всем югославским самолетам так везло. 16 апреля с базы в Валоне взлетели итальянские истребители «Макки» С.200 для перехвата югославских самолетов, опознанных как «Бленхеймы», два из которых были сбиты, а третий засчитан вероятно сбитым. Скорее всего это были не «Бленхеймы», а похожие на них «Капрони» Са.310 из 603-й учебной эскадрильи JKRV, пытавшиеся перелететь в Грецию через Корфу, по югославским данным в тот день был сбит противником как минимум один такой самолет, все 6 человек, находившиеся на его борту, погибли.

Капитуляция югославских вооруженных сил была подписана 17 апреля. Хотя после ее подписания югославская авиация должна была прекратить все полеты, некоторые самолеты еще успели улететь. Последним в 16:00 покинул Югославию «Дорнье» Do-17K из 209-й эскадрильи, его пилотировал майор Милоевич, за два дня перед этим успевший выполнить два эвакуационных рейса. Позже этот «Дорнье» перелетел из Греции в Египет. Сам Милоевич погиб 19 декабря 1943 г. на борту «Либерейтора» В-24 при налете на Аугсбург.

В короткой югославской кампании 49 самолетов JKRV были сбиты в воздухе истребителями Оси или зенитным огнем, еще больше получили серьезные повреждения и не подлежали ремонту. 6 югославских самолетов были сбиты по ошибке огнем своей зенитной артиллерии. 85 самолетов югославских ВВС были уничтожены противником на земле. Многие самолеты были уничтожены в конце кампании своими экипажами, некоторые разбились в боевых вылетах или при эвакуации. От 40 до 50 югославских самолетов смогли перелететь в Грецию, об их судьбе будет рассказано позже. Как минимум два «Харрикейна», две «Фьюри», один Do-17K и один S.79 были захвачены противником неповрежденными, как и много учебных самолетов и 28 различных гидросамолетов югославской морской авиации. Среди захваченных силами Оси югославских кораблей был гидроавиатранспорт «Змай», способный нести 10 гидросамолетов. Немцы переоборудовали его в минный заградитель и назвали «Драхе». После капитуляции в плен к немцам попало около 375 000 югославских солдат и офицеров, еще около 30 000 пленных захватили итальянцы. 10 истребителей «Кертисс Томахоук» Р-40В, купленных в США, должны были доставить в Югославию в мае 1941, но после ее капитуляции их передали британцам.

Как и в JKRV, некоторые экипажи югославской морской авиации еще пытались перегнать в Грецию свои уцелевшие самолеты. 13 апреля 3 Do-22 из 25-й эскадрильи гидросамолетов (2-е командование) перелетела на базу Бока-Которска, где их предполагалось включить в состав 20-й эскадрильи 3-го командования гидросамолетов. Когда 15 апреля пришли сведения, что скоро боевые действия будут прекращены, экипажи гидросамолетов решили лететь в Грецию. На следующий день рано утром 7 «Дорнье» Do-22 из 20-й и 25-й эскадрилий покинули Ораховац, и 5 из них в 07:00 достигли Корфу. Один «Дорнье» был вынужден вернуться на базу, у другого возникла неисправность с двигателем, также он был поврежден зенитным огнем и сел в море в районе Санта-Куаранта (Албания). Итальянцы не заметили самолет, и экипаж произвел ремонт в море, после чего «Дорнье» спустя 2 часа прибыл на Корфу.

В 14:00 взлетели еще три Do-22, два из них успешно достигли Корфу, пилот третьего заблудился и был вынужден вернуться в Ораховац. Позже вылетели два SIM-XIV из 1-й эскадрильи гидросамолетов, один прибыл на Корфу, но другой над Албанией получил повреждения от зенитного огня. Гидросамолет сел в море, где его взял на буксир греческий рыболовный траулер и доставил в Пакиос. Там SIM-XIV признали не подлежащим ремонту, и он был брошен. После них на Корфу вылетели третий SIM-XIV и один «Хейнкель» Не-8 из 11-й эскадрильи гидросамолетов. SIM-XIV загорелся в воздухе и совершил аварийную посадку в море. «Хейнкель» вернулся на базу, чтобы сообщить о терпящем бедствие самолете, и позже все члены экипажа SIM-XIV были спасены, хотя и пострадали от ожогов. На следующий день 8 «Дорнье» Do-22 и один уцелевший SIM-XIV достигли Патраса. Ко всеобщему удивлению после полудня в Патрас прилетел и «Хейнкель» Не-8. Вместе с ним вылетел еще один SIM-XIV, но ему пришлось вернуться. Вечером 10 уцелевших югославских гидросамолетов перелетели из Патраса в Саламис, а оттуда в бухту Суда на Крит. Кампания в Югославии закончилась.

«Хейнкель» Не-8 из 11-й эскадрильи гидросамолетов югославской морской авиации смог успешно перелететь в Грецию, а позже на Крит.

Греция – первая фаза

Когда первые удары немецких войск 6 апреля сотрясли оборону Югославии, одновременно начались и действия против Греции. В этом случае, по крайней мере, было объявление войны – немецкий посол в Афинах принц Эрбах-Шонберг в 05:30 вручил соответствующую ноту греческому правительству. В это время немецкие войска уже перешли болгаро-греческую границу и начали наступление на Салоники.

Пока колонны вермахта проходили через перевал Рупель, пилоты британских ВВС ждали новых приказов. Пайлот-офицер Уинсленд из 33-й эскадрильи RAF (база в Лариссе) писал:

«Мы услышали новости перед рассветом, встали, умылись ледяной водой и оделись. Все были в напряжении, мысли и чувства охвачены неопределенностью – что же сейчас происходит? Наша армия в Египте отступала, греки лишь с трудом смогли остановить наступление итальянцев в Албании; достаточно ли британских войск в Греции, чтобы сдержать немцев? А что будет в воздухе? У нас хватало сил, чтобы справляться с итальянцами, но немцы, конечно, обладают подавляющим численным превосходством? За прошедшие недели мы слышали об огромных силах немецкой авиации, сосредотачивавшихся в Болгарии. Что нас ожидало? Мы так мало знали! После полудня (все исправные «Харрикейны» были приведены в боевую готовность еще утром) все наши 12 «Харрикейнов» взлетели в боевое патрулирование над Болгарией. Мне повезло лететь рядом с командиром эскадрильи Пэттлом. Внезапно мы заметили внизу 8 «Мессершмиттов» Bf-109 и спикировали на них. В первый раз я видел «гуннов» вблизи. Пэттл сбил двух из них за несколько секунд. Вот это было зрелище! Я никогда такого не забуду. Он стрелял потрясающе. Двухсекундная очередь из восьми пулеметов – и от первого «Мессершмитта» отлетают обломки, он переворачивается, и из него выпрыгивает пилот. Его парашют раскрылся слишком быстро, пока его ноги были еще в кабине, но он благополучно начал спускаться. Та же участь ожидала и второй «Мессершмитт» - кувыркаясь, он полетел вниз, охваченный огнем. Я не успел разглядеть, что было с его пилотом».

Эти «Мессершмитты» были из 8/JG27, они патрулировали над районом перевала Рупель под командованием обер-лейтенанта Арно Беккера. Беккер оказался одним из сбитых и погиб. Он стал второй из жертв Пэттла в том бою. Первым сбитым был лейтенант Клаус Фабер, он выпрыгнул на парашюте и попал в плен. Флайт-сержант Лен Коттингем сбил третий Bf-109E и видел, как из него на парашюте выпрыгнул пилот. Пока сбитый спускался вниз, вокруг него сделал вираж еще один «Мессершмитт», и Коттингем быстро атаковал его. Вероятно, тот же Bf-109E атаковал и Уинсленд. Последний вспоминал:

«Бой был уже в самом разгаре, и внезапно я оказался на хвосте одного из «гуннов». Сразу же я начал выпускать в него очередь за очередью, но то ли он был бронированный, то ли моя стрельба была не очень. Скорее второе, как потом выяснилось позднее. Я начал стрелять, держа цель в центре прицела, а пару секунд спустя обнаружил, что смотрю на край прицела, а не в центр. Вражеский самолет начал пикировать с поворотом влево. Я продолжал преследовать его, но все никак не мог попасть. К счастью, на него спикировал другой «Харрикейн» (Коттингема), и наконец враг получил свое».

Эту победу поделили на двоих пилотов, а флайн-офицер Уикхэм заявил о еще одном сбитом из трех «Мессершмиттов», с которыми он вел бой. Кроме потери Беккера и Фабера был ранен обер-фельдфебель Герхард Фромминг, он совершил вынужденную посадку на своем тяжело поврежденном «Мессершмитте». Пилот еще одного сбитого «Мессершмитта» успешно выпрыгнул на парашюте и вернулся в свою эскадрилью невредимым.

Тем временем южнее «Харрикейн» флайн-офицера Даудинга из 80-й эскадрильи RAF в 15:00 взлетел для перехвата разведывательного Ju-88D из 2(F)/123, приближавшегося к Афинам. Заметив противника, Даудинг преследовал его над Коринфским заливом, ведя перестрелку со стрелками «Юнкерса». «Харрикейн» получил небольшие повреждения, прежде чем смог нанести противнику смертельный удар, и немецкий самолет упал в море в районе Патраса, погиб его пилот унтер-офицер Фриц Дрейер и еще двое членов экипажа. В 15:15 на разведку в район острова Занте был направлен «Бленхейм» из 113-й эскадрильи RAF, вероятно для поиска экипажа сбитого «Юнкерса».

Греческая авиация в тот день также действовала активно. Истребители PZL из 22-й эскадрильи EVA и исправные МВ.151 из 24-й эскадрильи перебазировались на аэродром Каламбака/Вассилики, где к ним вскоре присоединились «Гладиаторы» из 21-й эскадрильи EVA. Командир 22-й эскадрильи EVA капитан Андониу в тот день перехватил разведывательный самолет (предположительно болгарский) в 20 милях севернее Салоник и заявил о его сбитии. Более вероятно, что это был один из «Хеншелей» Hs-126 немецкой 12-й армии. В ходе другого вылета лейтенант П. Икономопулос на МВ.151 перехватил разведывательный Do-17 и сбил его над эстуарием реки Стримон. Вероятно, это был один из самолетов, которые по документам VIII авиакорпуса Люфтваффе числятся пропавшими без вести, и скорее всего этот «Дорнье» был из 2(F)/11.

С наступлением ночи бомбардировочная авиация обеих сторон действовала против инфраструктуры противника. 6 «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF бомбили конвой с боеприпасами и различные объекты в Болгарии в районе Софии. «Бленхеймы» из 84-й эскадрильи RAF атаковали ж.д. станцию в 50 милях южнее, а «Бленхеймы» из 113-й эскадрильи бомбили Петрич, при этом два «Бленхейма» получили повреждения и совершили вынужденные посадки при возвращении, так же один «Веллингтон» был поврежден зенитным огнем.

Бомбардировщики Люфтваффе в ту ночь добились необычайно большого успеха. С наступлением вечера около 20 «Юнкерсов» Ju-88 из III/KG30 взлетели с аэродромов на Сицилии для удара по крупному греческому порту Пирей, через который осуществлялось снабжение британских войск в Греции. В Пирее в это время стояло множество торговых судов, в том числе три судна, нагруженных боеприпасами и взрывчатыми веществами. Немцы намеревались нанести бомбовый удар с малой высоты и одновременно сбросить в порту мины. Немного позже за «Юнкерсами» последовали 11 «Хейнкелей» Не-111 из 2/KG4 под командованием гауптмана Кюля, их задачей было заминировать бухту за пределами порта. «Юнкерсы» 7-й эскадрильи (7/KG30) гауптмана Хайо Геррманна приближались к цели на малой высоте, тяжело нагруженные и минами и бомбами. Самолеты, которые несли только мины, летели на большей высоте. Но на больших высотах погодные условия были значительно хуже, и нескольким экипажам пришлось сбросить мины и вернуться. 7-я эскадрилья продолжала лететь к цели, экипаж Геррманна отмечал курс на порт осветительными ракетами.

В порту Пирей в 20:35 была объявлена воздушная тревога – не в первый раз за тот вечер. Эскадрилья Геррманна атаковала гавань, подойдя со стороны Коринфа. Снизившись до высоты 3000 футов, Геррманн выбрал целью большое судно, стоявшее у пристани, и добился точного попадания в него. Следующие два часа немецкие бомбардировщики продолжали атаковать порт, многие суда получили попадания, также было разрушено несколько портовых зданий. На кораблях и в порту начались пожары, во время налета судно «Клан Фрейзер» (7529 т, частично разгруженное, но на нем еще оставалось 250 тонн ТНТ) получило три попадания, несколько человек из его экипажа были убиты. Рядом с горящим судном падали новые бомбы, разрушая здания и уничтожая грузы, в том числе разобранные истребители «Харрикейн» в ящиках. Взрывом судно приподняло из воды и оборвало швартовы. Вероятно, об этом взрыве говорил Геррманн, упомянув, что его «Юнкерс» взрывной волной швырнуло как листок. К тому времени еще одно судно с взрывчаткой – «Сити оф Рубэ» (7100 т) также горело.

К тому времени в порт прибыл британский военно-морской атташе в Афинах контр-адмирал Терл, и приказал, чтобы буксиры вывели горящие суда из гавани. Но его приказ был отменен властями порта, опасавшимися, что в заминированной гавани затонувшее судно могло заблокировать канал и полностью закрыть выход из порта. За исключением нескольких больших пожаров казалось, что ситуация почти под контролем, хотя оставалась серьезная угроза взрыва горящего «Клан Фрейзер», борта которого уже были раскалены от пожара.

К горящему судну были пришвартованы два лихтера, нагруженные 50 тоннами ТНТ, и добровольцы из британских офицеров вызвались спасти хотя бы этот груз. Адъютант адмирала Терла коммандер Баклер принял командование буксиром и попытался отбуксировать один лихтер, когда в 03:15 «Клан Фрейзер» внезапно взорвался, взрыв был такой силы, что уничтожил не только оба лихтера, но и буксир Баклера и еще несколько судов поблизости. Несколько минут спустя взорвался и «Сити оф Рубэ» с грузом боеприпасов, предназначенным для Турции, этим взрывом было уничтожено еще несколько зданий и потоплены новые суда и лихтеры. Взрывы были настолько сильными, что их слышали на расстоянии в 150 миль, и в Афинах в 7 милях от порта были разбиты окна. Порт был сильно разрушен, всего было уничтожено 11 торговых судов общим водоизмещением 41 789 т, а также 2 буксира, 60 лихтеров и 25 каиков. Много других судов были повреждены, некоторые из них серьезно.

Торговые суда, потопленные в порту Пирей ночью 6/7 апреля 1941

Британские:

«Клан Фрейзер» (7529 т)

«Сити оф Рубэ» (7108 т)

«Сайприэн Принс» (1988 т)

Греческие:

«Петалли» (6564 т)

«Эвойкос» (4792 т)

«С. Лулудис» (4697 т)

«Стилиани» (3256 т)

«Агаллиани» (1656 т)

«Акрополис» (1393 т)

«Хакион» (1100 т)

Также потоплено мальтийское судно «Патрис» (1706 т).

Во время налета в порту находились три британских крейсера: «Аякс», «Калькутта» и «Перт» (австралийский). Им повезло избежать серьезных повреждений и мин в порту, и они успешно вышли в открытое море. Там они встретили конвой ANF-25 (последний из конвоев операции «Lustre»), его суда были перенаправлены в порты Саламис и Волос. После налета Пирей был закрыт для судоходства на 10 дней, перед портом скопилось около 20 торговых судов, нуждавшихся в топливе и воде, некоторые из них позже стали жертвами новых воздушных налетов. Даже когда порт был снова открыт, нанесенные ему повреждения были столь серьезны, что он уже не мог функционировать эффективно.

Тем временем немецкие бомбардировщики, причинившие такие потери судоходству союзников, вернулись на Сицилию кроме одного самолета. «Юнкерс» гауптмана Геррманна (4D + AR) был поврежден зенитным огнем, получив попадание в левый двигатель. Не рискнув возвращаться на Сицилию на одном моторе, Геррманн повел самолет к более близкому аэродрому на Родосе. Однако по прибытии ему пришлось подождать с посадкой, потому что в это время аэродром подвергся налету британских бомбардировщиков. Два «Веллингтона» из 38-й эскадрильи RAF с базы Шаллуфа (Египет) бомбили итальянские объекты на острове. Пайлот-офицер Дэвис, атаковавший аэродром Марица, полагал, что его бомбами были подожжены 6 итальянских самолетов. По крайней мере один S.79 действительно сгорел, потому что когда Геррманн наконец получил разрешение на посадку, его «Юнкерс» едва не врезался в обломки итальянского бомбардировщика. Геррманн позже получит известность и будет награжден Рыцарским крестом как изобретатель тактики Wilde Sau («дикий кабан») для ночных истребителей ПВО рейха в 1943 г.

6 апреля британские ВВС получили некоторые подкрепления. Первые самолеты 208-й эскадрильи тактической разведки прибыли на аэродром Элефсис (через Крит). Всего в 208-й было 3 «Харрикейна» и 8 «Лайсендеров». 7 апреля действия авиации над Грецией велись ограниченно, основные усилия Люфтваффе были сосредоточены против Югославии. Британские «Бленхеймы» вылетали бомбить колонны немецких войск на территории Югославии, по британским данным такие налеты часто были весьма успешны. В одном таком налете после полудня 9 «Бленхеймов» из 11-й эскадрильи RAF сопровождали 12 «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи. Позже днем 3 «Бленхейма» той же эскадрильи бомбили немецкие войска к востоку от Струмицы, на этот раз в сопровождении двух «Харрикейнов». Когда эта небольшая группа британских самолетов возвращалась на базу, командир эскадрильи Пэттл заметил в нескольких тысячах футов ниже самолет, который он идентифицировал как «Дорнье» Do-215. Пэттл атаковал, спикировав на него, и заявил, что самолет загорелся и упал.

Это мог быть Do-17 из штабной эскадрильи StG2, который 7 апреля получил повреждения в районе Теодаристи. Другие потери Do-17 в тот день приходятся на северные районы Югославии. Пикировщик Ju-87 обер-лейтенанта Бруно Дилли из 3/StG1 был сбит при атаке сосредоточения греческих войск в районе Веррии в Македонии. Дилли и его стрелок остались живы и вернулись в свою эскадрилью позже. Югославский «Локхид»-10А из транспортной группы JKRV в тот же день доставил дипломатическую почту из Вальево в Афины. При возвращении «Локхид» дозаправился в Салониках, но вскоре после взлета он попал под огонь британской зенитной артиллерии, был поврежден и совершил вынужденную посадку в районе деревни Халкидон, где был брошен.

Утром 8 апреля восемь «Бленхеймов» из 11-й эскадрильи RAF снова взлетели для атаки целей в районе Струмицы, но один разбился при взлете, а остальные были вынуждены вернуться из-за плохой видимости. Еще восемь «Бленхеймов» из 211-й эскадрильи RAF в сопровождении девяти «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи атаковали аэродром Петрич в юго-западной части Болгарии, где базировались самолеты Люфтваффе. Когда «Бленхеймы» сбросили бомбы, «Харрикейны» обстреляли аэродром из пулеметов. По британским данным, несколько немецких самолетов в ходе этой атаки сгорели, два из них записаны на счет командира эскадрильи Пэттла.

Днем «Лайсендеры» и «Харрикейны» 208-й разведывательной эскадрильи RAF перебазировались из Элефсиса на аэродром Казаклар в 15 милях к югу от Лариссы, чтобы начать боевые вылеты. В это время были получены сообщения о новых награждениях британских пилотов, так в 211-й эскадрилье RAF были награждены Крестом за летные боевые заслуги (DFC) флайн-офицеры Бьюкенен и Дандес и пайлот-офицер Пирсон. В тот же день греческое командование сообщило, что небольшие группы немецких парашютистов были высажены за позициями греческих войск на «линии Метаксаса» в районе форта Рупель и форта Уссита. По греческим данным 70 немецких десантников взяты в плен, остальные уничтожены. Также днем британское командование благодаря перехватам «Ультра» узнало, что немецкий XL корпус угрожает обойти с фланга силы Британского Содружества, атаковав с направления Битоля. В результате было принято решение начать отвод войск Содружества на новые позиции в районе горы Олимп.

9 апреля плохая погода снова не позволила вести активные действия авиации. Шесть «Харрикейнов» из 80-й эскадрильи RAF направились на патрулирование, но потерялись в условиях сильной облачности и были вынуждены приземлиться в Лариссе. Оттуда взлетели два «Харрикейна» из 33-й эскадрильи RAF. Командир эскадрильи Пэттл заметил двухмоторный самолет, пытавшийся скрыться в облаках. Пэттл решил, что это Ju-88, и успел выпустить очередь в его правый двигатель, прежде чем потерял из виду. По возвращении Пэттл заявил, что вражеский самолет был поврежден и его двигатель горел. После обеда британцам сообщили, что немецкий бомбардировщик разбился недалеко от места боя, и Пэттл с флайн-офицером Холменом поехал посмотреть обломки. Его жертвой фактически оказался «Дорнье» Do-17Z унтер-офицера Ульриха Зоннемана из 9/KG2.

Тем же днем к 33-й эскадрилье RAF присоединилось звено «С» из 208-й разведывательной эскадрильи: два «Харрикейна» (один был не вооружен и оборудован для фоторазведки) и «Лайсендер». Их пилотами были флайт-лейтенант Л. Бернард и флайн-офицеры Р. Хардимен и Р. Стивенсон. Тем временем на базу Элефсис из Египта прибыл «Бленхейм» Mk IV и шесть новых «Харрикейнов». Один из «Харрикейнов» пилотировал флайн-офицер Старрет, позже вернувшийся в 33-ю эскадрилью, а другой – флайн-офицер Олдридж, по прибытии включенный в состав 80-й эскадрильи. Остальные четыре пилота были ветеранами обороны Мальты из 261-й эскадрильи – сержанты Джим Пикеринг, Гарри Эйр, «Джок» Норвелл и О. Бауэрмен. На следующий день они отправились обратно в Египет на транспортном «Бомбее».

Истребители «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF на аэродроме Элефсис провели ночь в готовности к взлету. В 05:20 один «Бленхейм» взлетел на перехват самолета, обнаруженного прожекторами над Афинами на высоте 8000 футов. Пилот «Бленхейма» флайт-сержант Иннес-Смит идентифицировал цель как Ju-88 и атаковал, но противник ушел быстрым пикированием, при этом его стрелок отвечал огнем и добился одного попадания в «Бленхейм». Позже было получено сообщение, что «Юнкерс» разбился в районе бухты Скараманга, но это не было подтверждено.

На земле положение союзников неуклонно ухудшалось. 9 апреля греческие войска на Эпирском фронте еще раз попытались перейти в наступление, но безуспешно. В тот же день немецкие танки вошли в Салоники, несмотря на упорное сопротивление трех греческих дивизий под командованием генерала Бакопулоса. На следующий день боевые действия в Восточной Македонии были фактически завершены. В Югославии немецкие танки повсюду крушили оборону югославских войск. Точных сообщений о положении в Югославии фактически не поступало, и 9 апреля «Бленхейм» из 84-й эскадрильи RAF прилетел в Сараево, доставив греческого генерала, который попытался выяснить положение на югославском фронте и определить, возможны ли еще какие-то скоординированные действия югославских и греческих войск. Но это было уже неосуществимо.

10 апреля погода все еще мешала активным действиям в воздухе. Вскоре после полудня 9 «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF бомбили колонны немецких войск на дороге Прилеп-Битоль, при этом огнем с земли был легко ранен один пилот и тяжело ранен наблюдатель. В 15:30 пять истребителей «Бленхейм» Mk IF вылетели для штурмовки немецких колонн на той же дороге, а 10 бомбардировщиков «Бленхейм» Mk I из 11-й эскадрильи в сопровождении "Харрикейнов" из 33-й эскадрильи бомбили ту же цель. Еще 4 «Харрикейна» из 80-й эскадрильи направились к самому Битолю. «Бленхеймы»-истребители командира эскадрильи Милуорда успешно провели штурмовку и предположительно нанесли немцам большие потери, но группа «Бленхеймов»-бомбардировщиков была атакована многочисленными немецкими истребителями Bf-109E и Bf-110. «Бленхеймы» успели укрыться в сильной облачности и избежали потерь, а командир 33-й эскадрильи Пэттл обстрелял один Bf-110 и заявил, что немецкий самолет загорелся и упал. После Пэттл атаковал Bf-109E и сообщил, что немецкий пилот выпрыгнул на парашюте.

Фактически же в тот день Люфтваффе потеряли два Bf-110 из 7/LG2 и один Bf-109E из JG27, но все эти потери были результатом несчастных случаев. Bf-110 обер-лейтенанта Петерса разбился при посадке в районе Ботевграда, стрелок погиб от полученных травм. Другой Bf-110 разбился в районе аэродрома Крайничи в Болгарии, пилот обер-лейтенант Гравинхофф и его стрелок погибли. Обер-лейтенант Герберт Мардаас из JG27 погиб, врезавшись в гору в районе Богомила в условиях плохой погоды.

Тем временем 4 «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF обстреливали колонны немецких войск и машин, а также небольшой склад боеприпасов к югу от Битоля. Ответный огонь с земли был сильным, и «Харрикейн» лейтенанта Вудса получил попадание в двигатель, который немедленно заглох. Вудс все же смог посадить истребитель «на брюхо», выбрав достаточно ровное поле. Он вспоминал:

«Только я успел выбраться, как самолет загорелся. Один из наших – Джинджер (пайлот-офицер Стилл) сделал круг, выпустив шасси, словно собирался садиться. Я понял, что если он сядет, то уже не сможет взлететь, и стал махать ему, чтобы он не садился. Поле было слишком неровным для нормальной посадки «Харрикейна», хотя было бы здорово, если бы он меня подобрал. Немцы были примерно в миле оттуда, и их патруль уже направился за мной, поэтому я побежал изо всех сил в направлении наших позиций. Я бежал, наверное, около четверти часа, пока не наткнулся на патруль австралийцев, как раз вовремя, потому что я уже выдохся. Австралийцы быстро заняли оборону и встретили огнем немцев, которые тут же убрались. Австралийцы сказали, что видели, как я садился, и сразу направились к самолету, заметив также, что туда направляются и немцы. Мы вернулись на их позиции в холмах, там они меня накормили и отправили обратно на базу на машине».

При ударах по целям в Греции в районе Ламии пропал без вести «Юнкерс» Ju-87 фельдфебеля Вилли Хольтгреве (FH + KP) из III/StG77. Далее к западу гидросамолеты «Кант» Z.506B из 86-й группы морских бомбардировщиков бомбили железнодорожный мост через реку Аркадика к северу от Кипариссии. Также итальянская авиация выполняла разведывательные вылеты, а итальянские истребители обстреливали различные цели на фронте. По греческим данным один итальянский самолет был сбит – лейтенант Икономопулос из 24-й истребительной эскадрильи перехватил разведывательный Z.1007bis. Той ночью возобновил вылеты отряд торпедоносцев «Суордфиш» с базы Парамитья, получивший подкрепление – 6 новых «Суордфишей» с авианосца «Формидебл». В ходе вылетов в следующие несколько ночей британцы заявили о четырех потопленных итальянских кораблях.

Развал греческого фронта в восточной Македонии позволил немцам начать наступление на юг. В течение следующих пяти дней британские войска, противостоявшие им, начали отступление на частично подготовленную линию Сервия. Рано утром 11 апреля бомбардировщики X авиакорпуса Люфтваффе с баз на Сицилии снова атаковали цели на побережье Греции. Мармадьюк Пэттл, взлетевший для перелета на запасной аэродром, получил сообщение о множестве низко летящих неопознанных самолетов в районе порта Волос. Пэттл идентифицировал их как Ju-88 и He-111, которые пытались заминировать вход в порт. Пэттл атаковал и сбил два из них. Оба сбитых были, вероятно, Ju-88 обер-лейтенанта Шайбле и лейтенанта Виммера из III/KG30, потерянные в тот день со всеми экипажами.

Немного позже шесть «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF снова вылетели для удара по дороге Прилеп-Битоль. По британским данным было уничтожено много немецких танков и грузовиков, а также поезд. На этот раз немцы были готовы к налету, и «Бленхеймы» встретил шквал огня с земли. Все шесть бомбардировщиков получили множество попаданий, «Бленхейм» флайт-сержанта Натхолла был сбит, весь экипаж погиб. Плохая погода помешала вылетам «Бленхеймов» из 11-й, 30-й и 113-й эскадрилий RAF. Новый отряд «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи RAF прибыл в тот день с базы в Египте и уже ночью участвовал в налетах на Софию и Велеш. Звено «С» 208-й эскадрильи RAF также участвовало в боевых действиях 11 апреля, снова перебазировавшись в Казаклар. Авиация VIII авиакорпуса Люфтваффе в тот день активно действовала над Грецией, позиции 4-й новозеландской бригады в районе Сервии были атакованы немецкими самолетами, в ходе налета новозеландцы понесли потери. Другие атаки Люфтваффе проводились по колоннам британского автотранспорта в районе Козани. В тот день Stab/StG2 потерял «Дорнье» Do-17 обер-лейтенанта Герхарда Кригера (T6 + FA), сбитый в районе Занте. Раненые члены экипажа «Дорнье» позже вернулись и сообщили, что бомбардировщик был сбит зенитным огнем.

После наступления темноты командир 30-й эскадрильи RAF Милуорд, патрулировавший на «Бленхейме» Mk IF (номер К7095), атаковал «Юнкерс» Ju-88, обнаруженный прожекторами на высоте 8000 футов к северо-западу от Афин. Его «Бленхейм» был поврежден ответным огнем и загорелся. Милуорд смог выпрыгнуть на парашюте, но его стрелок сержант Джон Крукс погиб. Солдаты на земле приняли Милуорда за немца и начали его обстреливать, пока он спускался на парашюте. Злоключения Милуорда на этом не кончились: при приземлении он едва не запутался в проводах высокого напряжения и врезался в теплицу, разбив ее, но никаких серьезных травм не получил. Наблюдатели с земли видели падающий самолет, который идентифицировали как «Юнкерс», но скорее всего это был «Бленхейм». Потерь Ju-88 в боевых действиях в тот день не было, и только один Ju-88A из 9/LG 1 разбился при посадке, получив повреждения более 60%.

Утром 12 апреля «Бленхеймы» и «Харрикейны» RAF вылетели для удара по дороге Битоль-Велеш. После полудня командир эскадрильи Пэттл повел группу «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи RAF на патрулирование над долиной реки Струма. К востоку от Салоник они перехватили один самолет, идентифицированный как «Дорнье» Do-215, и Пэттл заявил о его сбитии. Когда «Харрикейны» возвращались на свою базу в Лариссе, они получили сообщение о вражеских самолетах поблизости, и почти сразу же заметили их, опознав как три S.79 (sic) в сопровождении «Мессершмиттов» Bf-109E на высоте 3000 футов. Пэттл приказал трем звеньям «Харрикейнов» атаковать «Мессершмитты», а сам со своими ведомыми (флайн-офицеры Холмэн и Старрет) спикировал на бомбардировщики. По британским данным Пэттл сбил один сразу же, а его ведомые претендовали на второй сбитый. После этого Пэттл атаковал «Мессершмитты» и позже заявил, что от попаданий у одного Bf-109E отлетела обшивка с правого крыла и вывалились шасси. По немецким же данным в тот день VIII авиакорпус Люфтваффе потерял только один Ju-88 – вероятно из I/LG1, но подробностей об этой потере не сообщается.

12 апреля немецкая авиация бомбами потопила судно «Ретривер» (674 т), 11 человек из его экипажа погибли. Из-за налетов и минных постановок авиации противника в районе Скараманги отряд «Сандерлендов» из 230-й эскадрильи RAF был вынужден перебазироваться в бухту Суда на Крит. С наступлением темноты 6 «Суордфишей» из 815-й эскадрильи FAA были готовы возобновить ночные налеты на итальянские порты в Албании и самой Италии. Для проведения минной постановки в порту Дураццо «Суордфиши» перелетели в Элефсис, чтобы заменить торпеды на мины. Но пришли слухи, что югославские войска уже отбили этот порт у итальянцев, и целью налета был назначен порт Бриндизи.

В 01:30 лейтенант Торренс-Спенс повел в налет 6 «Суордфишей» (5 с минами и один с торпедой), они поднялись на высоту 10000 футов и приблизились к цели на расстояние 25 миль. Над итальянским берегом была сильная облачность, но британские пилоты смогли найти разрыв в облаках и по свету маяка обнаружили порт. Снижаясь, пилоты заметили много кораблей, вероятно, готовившихся к переходу через Адриатику в Дураццо. Рядовой 2-го класса Кен Симс, стрелок в экипаже суб-лейтенанта Рудорфа («Суордфиш» L9743 'R'), вспоминал:

«С торпедами мы бы здесь славно поохотились. Но что делать с минами? Не было смысла ставить их на входе на внутренний рейд, как планировалось. Мы выбрали самый большой корабль, развернулись над входом в гавань и зашли на него с кормы. Зенитные батареи на берегу в это время нас заметили и открыли огонь. Мы прошли над кораблем на высоте не больше 100 футов и сбросили мину рядом с бортом. Корабль стоял на якоре, и мы надеялись, что пройдет достаточно времени, прежде чем он даст ход, чтобы взрыватель мины пришел в боевое положение. Мы не могли узнать о результатах наших действий, хотя позже я выяснил, что противник потерь не понес».

Суб-лейтенант Маколэй, пилотировавший единственный «Суордфиш» с торпедой, выпустил ее по танкеру, заявив о попадании. Один экипаж видел большую вспышку взрыва внизу. К рассвету все «Суордфиши» благополучно вернулись в Парамитью.

13 апреля улучшение погоды позволило авиации действовать более активно. Утром около 70 бомбардировщиков Люфтваффе с аэродромов в Болгарии и восточной Югославии атаковали порт Волос, причинив большие разрушения. Среди потопленных кораблей было британское судно «Сити оф Карачи» (7140 т). Норвежский танкер «Брэттдаль» (5000 т) был тяжело поврежден и оставлен экипажем. Одна группа «Юнкерсов» Ju-88 из 1/LG1 была перехвачена «Харрикейнами» из 33-й эскадрильи RAF. По немецким данным был потерян Ju-88 лейтенанта Герта Бланке (Ll+UH). Вероятно, его сбил командир эскадрильи Пэттл, потому что в журнале боевых действий на следующий день на его счет записаны два сбитых Ju-88. Флайн-офицер Питер Уикхэм перехватил над горой Олимп разведывательный Bf-110 лейтенанта Георга Ланге (L2 + HR) и сбил его. Еще один Ju-88 был потерян в тот день – «Юнкерс» фельдфебеля Ганса Гарца (LI+EN) из II/LG1 совершил вынужденную посадку в море в нескольких милях к югу от Крита. На следующий день (14 апреля) «Юнкерсы» из LG1 бомбили Пирей, лейтенант Георг Саттлер сбросил бомбы на 6000-тонное судно и видел, что взрывом бомб судно ударило о причал. К сожалению, относительно побед, одержанных Мармадьюком Пэттлом в апреле, сохранилось очень мало документальных свидетельств.

Над албанским фронтом воздушный бой произошел 13 апреля – в первый раз с начала немецкого наступления. Командир эскадрильи Шваб повел «Гладиаторы» 112-й эскадрильи RAF в боевое патрулирование над районом Корицы, там британцы заметили 8 бомбардировщиков S.79 в сопровождении «трех Bf-109 и одного G.50bis» (скорее всего это были МС.200 из 153-й группы). Шваб заявил об одном сбитом G.50bis. У «Гладиатора» пайлот-офицера Брантона ответным огнем был отстрелен винт, и ему пришлось прыгать на парашюте. Позже Брантон вернулся на базу верхом на муле с помощью местных крестьян. Стрелки S.79 заявили об одном сбитом «Гладиаторе» и двух вероятно сбитых.

«Бленхеймы» RAF действовали в тот день очень активно, но истребители Люфтваффе перехватили их как раз в тот момент, когда они остались без истребительного прикрытия. 211-я эскадрилья RAF утром выполнила два налета по автоколоннам и сосредоточению немецких войск в районе Флорины, в обоих налетах «Бленхеймы» сопровождали «Харрикейны», противника в воздухе они не встретили. В 15:00 эскадрилья получила приказ снова нанести удар по тому же району, но на этот раз свободных «Харрикейнов» для прикрытия не было. Для этого налета удалось собрать только 7 исправных «Бленхеймов», но когда они готовились к вылету, из штаба ВВС поступил новый приказ – направить один самолет провести фоторазведку над портами Валона и Дураццо. Для этой задачи был выбран «Бленхейм» пайлот-офицера Джека Хупера, как единственный, на который еще не успели подвесить бомбы. Командующий Западного Авиакрыла винг-коммандер Кут решил участвовать в налете на одном из «Бленхеймов» как наблюдатель, чтобы оценить насколько продвинулись немецкие войска. Его заместитель командир эскадрильи Крайер полетел наблюдателем в другом экипаже. Вести группу «Бленхеймов» должен был командир 211-й эскадрильи Ирвин.

Когда британские бомбардировщики достигли озера Преспа и находились примерно в 40 милях от цели, их атаковали с задней полусферы три «Мессершмитта» Bf-109E из 6/JG27, стрелки «Бленхеймов» сразу открыли огонь. Гауптман Ганс-Йоахим Герлах атаковал «Бленхейм» L8449 флайн-офицера Годфри, который сразу же загорелся. Выпрыгнуть на парашюте успел один Годфри. Позже он вспоминал:

«Нам было приказано пикировать. В следующую секунду кабина была охвачена огнем. Пламя уже обжигало мне лицо, но я успел открыть люк и выпрыгнуть. Я заметил в воздухе три самолета – все горели. Мой экипаж погиб».

Его самолет разбился поблизости от деревни Кария. Почти сразу же там упал и второй сбитый «Бленхейм» - L8604 флайн-офицера Томпсона, весь его экипаж погиб. Его сбил унтер-офицер Фриц Громотка. Менее минуты спустя был сбит и третий «Бленхейм» - L1539 флайт-сержанта Джеймса, он упал на юго-западном берегу озера Преспа, и снова только пилот смог выпрыгнуть на парашюте. Его сбил фельдфебель Герберт Кренц.

После этого «Мессершмитты» атаковали ведущую тройку «Бленхеймов», из которых первым был сбит L1434 флайт-лейтенанта Бьюкенена, в его экипаже на месте наблюдателя летел командир эскадрильи Крайер. Эту победу одержал гауптман Герлах. Бьюкенен был тяжело ранен, но смог посадить «Бленхейм» на воду в юго-восточной части озера Преспа. Позже по неподтвержденным сведениям стало известно, что Бьюкенен и Крайер умерли от ран в албанском госпитале. Тем временем унтер-офицер Громотка одержал свою вторую победу в этом бою – он сбил «Бленхейм» L4819 флайн-офицера Герберта, в экипаже которого на месте наблюдателя был винг-коммандер Кут. Немцы заметили один частично раскрывшийся парашют, но все члены экипажа «Бленхейма» погибли. «Бленхейм» L8478 командира 211-й эскадрильи Ирвина остался один, но и ему не удалось уйти. Фельдфебель Кренц быстро догнал его и сбил в районе Виглы, весь экипаж «Бленхейма» погиб. Двое выживших британских пилотов Годфри и Джеймс с помощью греков похоронили тех своих погибших товарищей, которых смогли найти, и на мулах, а позже на греческом грузовике вернулись на свою базу в Лариссу, до которой было 150 миль.

Пока шло избиение 211-й эскадрильи RAF, в 15:15 для удара по тем же целям были направлены еще 9 «Бленхеймов» из 113-й эскадрильи, на этот раз в сопровождении шести «Харрикейнов». Группу «Бленхеймов» вел флайт-лейтенант Риксон. Он вспоминал:

«Мы направились к фронту бомбить передовые части противника. Держа курс на север, над долиной мы увидели в воздухе куда больше самолетов, чем видели когда-либо раньше. Они направлялись к другой стороне долины, где были позиции наших войск. Позже подтвердилось, что это были бомбардировщики Люфтваффе. Наши «Харрикейны» вертелись вокруг, но истребители с обеих сторон, очевидно, имели одинаковый приказ – не оставлять свои бомбардировщики. Хотя нас с немцами разделяло лишь несколько миль, мы не вступили с ними в бой».

После полудня флайн-офицер Вернон Вудворд из 33-й эскадрильи RAF выполнил на «Харрикейне» разведывательный вылет в район Битоля и Вире. Его перехватили три Bf-109E, но Вудворд успешно завершил разведку и вернулся без повреждений, более того, он претендовал на один сбитый «Мессершмитт» и заявлял, что видел, как немецкий пилот выпрыгнул на парашюте. Ночью пять «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи RAF снова бомбили Софию, один «Веллингтон» из вылета не вернулся по неизвестным причинам. Ночью 13/14 апреля Софию снова атаковали бомбардировщики RAF, шесть «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи RAF с базы Мениди бомбили ж.д. станцию. Их встретил слабый зенитный огонь, «Веллингтон» T2875 сержанта Д. Стрикленда получил незначительные повреждения. По пути назад экипаж пайлот-офицера Костелло заметил на дороге немецкую автоколонну примерно из 30 машин, и большой бомбардировщик снизился, чтобы обстрелять колонну из пулеметов, вызвав у противника значительную панику. Еще 8 «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи с базы Шаллуфа (Египет) были направлены той же ночью бомбить Софию. В условиях плохой погоды два бомбардировщика не нашли цели, но остальные отбомбились, один экипаж доложил, что заметил Bf-110 с прожектором на носу, однако перехватить «Веллингтоны» немцам не удалось.

14 апреля, когда британская армия завершила отступление на линию Олимп-Сервия, погода улучшилась, и активность авиации над Грецией значительно усилилась. Рано утром шесть «Бленхеймов» из 84-й эскадрильи RAF в сопровождении четырех «Харрикейнов» атаковали немецкие войска и автоколонны к северу от Птолемаиды. Их встретил сильный зенитный огонь, также бомбардировщики атаковали два «Мессершмитта» Bf-109E. Четыре «Бленхейма» были повреждены, один из них совершил вынужденную посадку на территории Югославии. Примерно 5 часов спустя, в 09:30 для удара по целям в том же районе взлетели 8 «Бленхеймов» из 113-й эскадрильи RAF в сопровождении 10 «Харрикейнов» (семь из 33-й эскадрильи и три из 80-й). Возвращаясь после налета, британцы заметили пикировщики Ju-87, бомбившие позиции британских войск в районе Сервии. Пайлот-офицер Вейл из 80-й эскадрильи заявил об одном сбитом «Юнкерсе». Также стрелок одного «Бленхейма» обстрелял Ju-87 и сообщил, что видел дым и огонь после попаданий.

Час спустя на Эпирском фронте 10 итальянских бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis из 35-го бомбардировочного полка были атакованы девятью «Гладиаторами» из 21-й эскадрильи EVA в районе Янины. Стрелки бомбардировщиков заявили об одном сбитом «Гладиаторе», и еще об одном заявили пилоты истребителей МС.200 из 153-й группы, сопровождавших «Канты». Фактически же обе стороны потерь не понесли. Позже днем о сбитом «Гладиаторе» к югу от Флорины заявил унтер-офицер Громотка из II/JG27.

Над Афинами вскоре после полудня были подняты в воздух три «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF и четыре «Бленхейма» Mk IF из 30-й эскадрильи для перехвата «Юнкерсов» Ju-88 и «Мессершмиттов» Bf-110, бомбивших Пирей. «Бленхеймы» не успели вступить в бой, но один «Харрикейн» был поврежден и совершил вынужденную посадку. Час спустя «Харрикейны» из 33-й эскадрильи RAF были направлены в патрулирование над районом Сервии, где позиции войск союзников теперь постоянно подвергались атакам немецких пикировщиков Ju-87. Флайн-офицеры Вудворд и Дин атаковали шесть пикировщиков, готовившихся бомбить британскую автоколонну. Британцы заявили о трех сбитых «Юнкерсах» и еще трех поврежденных. Вудворд претендовал на два сбитых и один поврежденный, остальные были засчитаны Дину. Греческие истребители PZL P.24 из 22-й эскадрильи EVA также перехватили немецкие пикировщики в тот день в районе Триккалы, и сержант Аргиропулос заявил об одном сбитом «Юнкерсе».

Несколько Ju-87 действительно были потеряны над этим районом 14 апреля, один из них вероятно был сбит Вейлом ранее утром. Над Сервией был сбит «Юнкерс» обер-фельдфебеля Рудольфа Шнуравы из I/StG3, а к юго-западу от горы Олимп – «Юнкерс» обер-лейтенанта Кристиана Банке (T6+KT) из 9/StG2. Еще один Ju-87 из 9/StG2 был тяжело поврежден и разбился при посадке на аэродроме Прилеп-западный, его пилот обер-фельдфебель Пауль Лахманн и стрелок получили ранения. 2/StG1, недавно прибывшая из Ливии, потеряла «Юнкерс» A5+EK в бою с истребителями противника в районе Триккалы (вероятно, именно он был сбит греческими PZL), его пилот фенрих Вальтер Зеелигер и стрелок ефрейтор Курт Фридрих попали в плен и были доставлены в штаб полковника Стенли Кейсона, который писал:

«После полудня ко мне привели двух пленных молодых летчиков со сбитого немецкого пикировщика. Субалтерн (sic) был молодым и темноволосым (Зеелигеру тогда было 19), его стрелок, сержант – круглоголовым и мрачным… Субалтерн оказался венским щеголем, он носил элегантные бриджи и сапоги для верховой езды – странный костюм для летчика. Я велел посадить его с его мрачным другом в коровий сарай, единственное строение, которое мы могли использовать в качестве тюрьмы. Спустя час он просил разрешения встретиться со мной, и после приветствий и щелканья каблуками, пожаловался, что в сарае очень холодно. Я в ответ сказал, что он изволил посетить Фессалию по собственному желанию, и сюда его никто не приглашал, и напомнил, что в Греции весной в горах довольно холодно, и стоило бы захватить с собой шинель. Позже мы отправили их в Афины».

Зеелигер оставался в плену недолго и был освобожден после того, как немецкие войска заняли Афины. Фридриху повезло меньше – его успели отправить в Египет, и он оставался в плену до конца войны.

Немецкие документы фактически относят эти потери 2/StG3 и 2/StG1на следующий день – 15 апреля, но британские данные о захвате в плен Зеелигера и Фридриха доказывают, что в случае их экипажа это, безусловно, административная ошибка. 15 апреля со стороны союзников не было сообщений о сбитых пикировщиках Ju-87.

Позже вечером еще одна пара «Харрикейнов» возвращалась из полуторачасового патрулирования, в ходе которого не было встречено противника. В условиях сильной облачности истребители потеряли друг друга. Пайлот-офицер Билл Уинсленд вспоминал:

«Я заметил самолет и сначала решил, что это греческий или британский истребитель. Однако, облетев его, я разглядел, что это был немецкий «Хеншель» Hs-126. Вот это удача, подумал я. Но снова меня подвела старая проблема – волнение. Чтобы усложнить мне прицел, противник активно маневрировал, летя на скорости не больше 70 миль в час, так что после каждого захода я пролетал мимо него. Также ему хорошо помогал его камуфляж, а так как он летел низко, на высоте 500 футов, я не мог пикировать после своей атаки. Все это, конечно, было признаком его мастерства и храбрости. Но это не оправдывает того, что я не смог сбить его в первом заходе. После очередной моей атаки я больше не видел его в воздухе, но не и видел и чтобы он упал на землю. Однако на следующий день из штаба пришло сообщение, что в районе Катерины найден разбитый «Хеншель» Hs-126, причем в том самом месте, где я его атаковал. Но греки заявляли, что это они сбили его зенитным огнем».

Тем не менее, этот Hs-126 из 2(H)/10 был засчитан Уинсленду, его экипаж остался жив, только наблюдатель обер-лейтенант Ганс Видеманн был ранен.

Еще один Hs-126 из 1(H)/14 был сбит в районе Лариссы, его пилот лейтенант Ганс Вендлер погиб. Его сбил греческий истребитель PZL P.24 из 23-й эскадрильи EVA. Полковник Кейсон, наблюдавший этот бой, вспоминал:

«После полудня над нашими позициями появился немецкий «Хеншель» Hs-126, старый тип самолета, использовавшийся для разведки, а для боевых задач столь же устаревший, как и «Лайсендер». Он летел один на высоте около 3000 футов. Все наши пулеметы немедленно открыли по нему огонь. Пилот того «Хеншеля», наверное, был пьян. Но никто из нас не попал в него, и, пролетев над нашими позициями, он направился к горному хребту между нами и Лариссой. С той стороны взлетел грек на старом «Потэ» (sic) и сбил его. Вот так. Я думаю, к тому времени немцы уже совсем обнаглели и потеряли всякую осторожность».

Греческие истребители PZL P.24, остававшиеся исправными к началу немецкого наступления, имели несколько успешных боев с самолетами Люфтваффе. На фотографии немецкие солдаты осматривают поврежденный PZL на захваченном аэродроме. На заднем плане еще один PZL, полностью сгоревший. (А. Стаматопулос)

К тому времени транспортная авиация Люфтваффе на базах в Болгарии была усилена еще тремя транспортным группами «Юнкерсов» Ju-52/3m (KGzbV 1, 2 и 3). 14 апреля солдаты 19-й австралийской и 4-й новозеландской бригад, занимавшие позиции в районе Сервии и перевала Портас, видели множество транспортных «Юнкерсов», перевозивших немецкую пехоту на равнину Козани.

Один «Бленхейм» в тот день пытался доставить бомбы без взрывателей для подрывных работ войскам в районе Гревены. Однако «Бленхейм» был перехвачен «Мессершмиттом» Bf-109E, получил тяжелые повреждения и, хотя смог вернуться на базу, но задачу не выполнил. Также 14 апреля на аэродром Парамитья прибыл винг-коммандер Дадли Льюис из штаба ВВС (AHQ), доставив приказы о расформировании Западного Крыла и подготовке к эвакуации баз в Парамитье и Янине. «Гладиаторы» из 112-й эскадрильи RAF и последние пять «Бленхеймов» из 211-й эскадрильи должны были перебазироваться в Агринион для продолжения операций. На следующее утро «Бленхеймы» начали перевозить на новую базу наземный персонал – по девять человек на самолет. Эти перевозки заняли три дня. Пилоты VIII авиакорпуса Люфтваффе заявили о сбитии греческого гидросамолета «Фэйри» IIIF из 11-й эскадрильи EVA над Афинами. По некоторым сведениям, об этой победе заявлял один из экипажей немецких бомбардировщиков. Данных о потерях греков нет, но поврежденный гидросамолет мог успешно совершить посадку без потерь в экипаже.

Как уже было упомянуто, один источник приписывает командиру 33-й эскадрильи RAF Пэттлу пять побед, одержанных в тот день в ходе пяти вылетов: «Мессершмитт» Bf-109E в 07:10, один «Юнкерс» Ju-88 в 08:43 и еще один в 17:40, «Мессершмитт» Bf-110 в 10:04 и «Савойя» S.79 в 13:08. Фактически в тот день II/KG 51 потеряла два Ju-88 – один был сбит в ходе налета на Иллицу, другой получил повреждения и разбился при посадке на аэродроме в Пече. Эти потери действительно могли быть понесены в боях с «Харрикейнами» 33-й эскадрильи RAF в ходе утреннего или вечернего налетов. Что касается других побед, приписываемых Пэттлу, то они весьма маловероятны. Единственным Bf-109E, потерянным в тот день, был истребитель гауптмана Герлаха, командира 6/JG27, который обстреливал наземные цели и получил попадание в двигатель (Герлах попал в плен). Потерь Bf-110 в тот день не было, за него могли принять «Дорнье» Do-17Z из 10/KG2, получивший тяжелые повреждения (60%) и разбившийся при посадке в Румынии, но это очень маловероятно. Итальянские трехмоторные бомбардировщики не имели в тот день потерь в боях с истребителями, только один Z.1007bis лейтенанта Марио де Анджелиса из 262-й эскадрильи был сбит зенитным огнем в ходе налета итальянской авиации на порт Превеза. Также очень маловероятно, что это могла быть победа Пэттла, потому что это произошло слишком далеко от того района, над которым действовала 33-я эскадрилья RAF.

Как упоминалось ранее, тогда же (14 апреля) югославский король Петр был эвакуирован в Грецию на бомбардировщике S.79 (с аэродрома Никшич). После полудня над базой Парамитья появился югославский Do-17K, за которым следовала «Савойя» с белым флагом в сопровождении шести «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи RAF. Прибывших на ее борту короля и премьер-министра Югославии приветствовал импровизированный почетный караул из личного состава 211-й эскадрильи RAF. Король заметил, что это были самые бравые гвардейцы, которых он видел. Один из солдат почетного караула капрал Том Хендерсон позже вспоминал:

«Его Величество, конечно, не знал, что 90% нашего обмундирования нам пришлось позаимствовать у товарищей, и к тому времени была уже сильная нехватка приличной формы и снаряжения. С «Савойи» выгрузили много багажа, в котором, как говорили, были и драгоценности югославской королевской семьи. Не знаю, правда это или нет, но это нас порадовало в тот момент, когда наша удача, казалось, подходила к концу».

Вероятно, это была правда, потому что через неделю драгоценности югославской королевской семьи были погружены на борт британского эсминца «Дефендер» в порту Каламата и отправлены в Египет.

Позже вечером король Петр вылетел в Мениди на той же «Савойе» в сопровождении «Бленхеймов». К тому времени в Грецию стали в большом количестве прибывать югославские самолеты – в основном бомбардировщики S.79 и Do-17K, а также транспортные «Локхид Электра» и довольно много бипланов разных типов. Том Хендерсон вспоминал:

«Насколько я могу вспомнить, югославские самолеты начали прилетать еще 12 или 13 апреля, и в течение примерно трех дней продолжали прибывать. В основном это были «Савойи» и «Дорнье». Я не видел «Фьюри» или «Харрикейнов», но иногда прилетал и двухмоторный «Локхид». Я никогда не видел такой красивой формы, как у некоторых югославских пилотов, а еще у них были шикарные усы!»

К концу дня 14 апреля число югославских самолетов на аэродроме Парамитья достигло 44 единиц, много самолетов садилось и на других греческих базах. Два двухмоторных «Капрони» Са.310 из 603-й учебной эскадрильи сели на острове Корфу. Один из них сел на аэродроме Гарица, но увязнув в грязи, перевернулся. Никто на борту не пострадал, но самолет получил тяжелые повреждения. Его пассажиры были вывезены с острова на катере. Второй «Капрони» сел примерно на 20 минут позже в Лефкими, в юго-восточной оконечности острова, на поле, непригодном для взлета, и его пришлось бросить. Оба самолета позже были сожжены, чтобы не позволить итальянцам захватить их.

Ночью британские бомбардировщики снова действовали активно. Девять «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи RAF вылетели с баз в Египте для удара по мосту через реку Вардар в районе Велеша. Они атаковали сквозь сильный зенитный огонь, два экипажа считали, что их бомбы поразили цель; пайлот-офицер Лейн доложил, что видел, как западный конец моста обрушился. «Веллингтон» флайн-офицера Адамса был сбит зенитным огнем, весь экипаж погиб. «Бленхеймы» из 11-й эскадрильи RAF атаковали немецкие автоколонны и войска в районе горы Олимп.

Той же ночью семь «Суордфишей» из 815-й эскадрильи FAA под командованием лейтенанта Торренс-Спенса, готовившиеся к удару по порту Валона, сели в Парамитье, где на них были подвешены торпеды. В условиях тумана и плохой видимости «Суордфиши» летели на высоте 8000 футов и выходили в атаку по отдельности, выполняя поиск целей самостоятельно. В атаку вышли только шесть «Суордфишей», торпедоносец лейтенанта Ли был вынужден вернуться из-за технических проблем. Цели не были найдены там, где их ожидали найти, и всем торпедоносцам пришлось облететь гавань в поисках итальянских кораблей. Торренс-Спенс обнаружил и атаковал одно судно, предположительно 7000 т с боеприпасами, по словам пилота «точно был слышен сильный взрыв». Суб-лейтенант Маколэй доложил о попадании в транспорт вероятно около 6000 т, торпеда лейтенанта Суэйна, выпущенная по той же цели, прошла мимо. В темноте экипажи торпедоносцев переоценили размеры своих целей, но не результаты атак – фактически были потоплены итальянские грузовые суда «Лучано» (3229 т) и «Стампалья» (1228 т). Экипажи двух «Суордфишей» не смогли найти цели после 45 минут поиска и вернулись с торпедами. «Суордфиш» Р4137 (экипаж – суб-лейтенанты У. Сарра и Дж. Боукер) ударился о воду и разбился, экипаж попал в плен. Шесть оставшихся «Суордфишей» после посадки для дозаправки в Парамитье на рассвете 15 апреля вылетели в Элефсис.

Почти сразу же после того, как они улетели, аэродром в Парамитье атаковали итальянские истребители «Макки» МС.200 из 22-й группы. Их жертвами стали стоявшие там во множестве югославские самолеты, которые не успели дозаправить и перегнать дальше на юг. Итальянцы заявили об уничтожении шести бомбардировщиков и одного истребителя, и еще о 10 поврежденных самолетах. В некоторых источниках утверждается, что все 44 югославских самолета были уничтожены или повреждены, но фактически девять из них все же смогли перелететь в Египет 19 апреля. Как минимум один югославский летчик погиб при этом налете.

Теми временем девять «Фиатов» G.50bis из 24-й группы атаковали аэродром в Янине. Навстречу им успели взлететь шесть «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи RAF, и начался ожесточенный воздушный бой. Пайлот-офицер Брантон смог зайти в хвост одному из «Фиатов», но у него заклинило пулеметы. Его «Гладиатор» был атакован другим «Фиатом» и сильно поврежден, сам Брантон получил ранение. Пока он пытался посадить истребитель, его стали преследовать несколько «Фиатов», но они были отогнаны зенитным огнем. Британцы после этого боя заявили о двух поврежденных «Фиатах», а итальянцы – о трех сбитых «Гладиаторах» и еще о шести самолетах, уничтоженных на земле. Фактически кроме поврежденного истребителя Брантона у британцев потерь не было, а на земле был уничтожен один югославский S.79, также еще несколько югославских самолетов на аэродроме получили повреждения.

В 11:00 на аэродром Парамитья прибыл еще один югославский Do-17K, на его борту был офицер связи RAF в Югославии комэск Мэпплбэк. Он сообщил коменданту аэродрома, что после полудня должны прибыть еще югославские самолеты. Так как аэродром уже находился в процессе эвакуации, было решено оставить в Парамитье офицера RAF, чтобы он направлял прилетавшие югославские самолеты на новую базу – в Агринион, где греческое командование согласилось их принять. Вылетев в Янину, чтобы уведомить винг-коммандера Льюиса об этой договоренности, Мэпплбэк после на том же югославском «Дорнье» вернулся в Черногорию, чтобы сообщить югославам. В 14:00 на базу Парамитья прибыли четыре югославских S.79 и шесть Do-17K, их встретил офицер медицинской службы флайт-лейтенант Гриффин из 211-й эскадрильи RAF, сообщивший им о новой базе для эвакуируемых самолетов. Четыре «Савойи» и два «Дорнье» быстро вылетели в Агринион, но пилоты четырех остальных Do-17K проигнорировали рекомендацию Гриффина как можно скорее покинуть Парамитью. Через несколько минут аэродром атаковали около 40 «Мессершмиттов» Bf-109E, и все четыре югославских «Дорнье» были уничтожены.

В восточной Греции аэродромы союзников также сильно пострадали. Билл Уинсленд из 33-й эскадрильи RAF вспоминал:

«Что за день. Подъем в 05:00, холодное темное утро. Трудная поездка по разбитой дороге в кузове грузовика вместе с другими пилотами, через разрушенный и почти покинутый жителями город (Лариссу). Едем по холмам и долине к нашему вспомогательному аэродрому («задница Чартона»), он довольно далеко от основного (Ларисса), но и безопаснее от вражеских налетов. Час или два мы сидим в кабинах, прогреваем двигатели и готовимся взлететь как только придет приказ. Около 07:00 первая тревога. Несколько секунд спустя (самолеты уже стояли на ВПП и моторы работали) шесть «Харрикейнов» поднялись в воздух. Мы набрали высоту примерно 10000 футов, когда мою машину внезапно начинает ужасно трясти. Сначала я подумал, что меня атакует вражеский истребитель, и пытался выполнить маневр уклонения – полубочку с пикированием. Однако самолет перестал реагировать на управление. Оказалось, что картер двигателя треснул, масло вытекло и двигатель заклинило. Учитывая ситуацию, мне еще повезло – основной аэродром был в пределах видимости, и казалось, что можно дотянуть до него, планируя с высоты 7000 футов. Мне пришлось задействовать аварийные системы, управляемые вручную, чтобы опустить закрылки и выпустить шасси, но, слава Богу, все было в порядке, и я дотянул до аэродрома (Ларисса). Мне снова повезло, что по пути меня не заметили вражеские истребители. Только когда я посадил самолет и вышел из кабины, то узнал, что 20 минут назад девять «Мессершмиттов» сбили два наших истребителя на взлете и после этого обстреляли аэродром. Две наших машины еще горели, когда я садился».

Этот налет на аэродром в Лариссе произошел в 06:50, когда дежурное звено «Харрикейнов» 33-й эскадрильи RAF только взлетело. «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG77 атаковали аэродром группами по 3 самолета. Первая тройка каким-то образом не заметила взлетавшие «Харрикейны», но следующие три «Мессершмитта» атаковали их, когда «Харрикейны» поднялись до 1500 футов. Лейтенант Якоб Арнольди добился нескольких попаданий в «Харрикейн» пайлот-офицера Чарльза Четэма. Наблюдатели с земли видели, как истребитель Четэма, казалось, продолжал управляемый полет, и исчез за деревьями на некотором расстоянии от аэродрома. Фактически же Четэм погиб. Арнольди проскочил следующую пару «Харрикейнов», и флайт-лейтенант Джон Макки (канадец) зашел ему в хвост и выпустил несколько очередей по его «Мессершмитту». В этот момент его «Харрикейн» был атакован «Мессершмиттом» фельдфебеля Отто Кёлера, перевернулся и врезался в землю, канадский пилот погиб.

Лейтенант Арнольди, ас Норвежской кампании, был ранен в грудь, и с трудом смог выпрыгнуть на парашюте с высоты около 1000 футов. Когда он опускался, охранявшие аэродром греческие солдаты начали в него стрелять. Неизвестно, был ли он ранен еще раз, но он умер вскоре после того, как его доставили в медпункт. Его «Мессершмитт» (заводской номер 5277) сел без пилота на брюхо, почти не получив повреждений; ниже фонаря кабины были найдены только две пробоины от пуль.

Последний оставшийся «Харрикейн» пилотировал сержант Джон Джендерс, это был его первый бой. Он смог уклониться от атаки «Мессершмиттов» и зайти в хвост истребителю Кёлера. «Мессершмитт» Кёлера также был подбит и совершил вынужденную посадку недалеко от аэродрома. Но когда подошли греческие солдаты, чтобы взять пилота в плен, его в кабине не оказалось, там был только его парашют. Кёлер смог избежать плена и позже вернулся в свою эскадрилью. На аэродроме было уничтожено несколько самолетов, в том числе еще один «Харрикейн», «Гладиатор» (N5783), еще числившийся в составе 33-й эскадрильи RAF, и несколько греческих машин, включая один трофейный S.79, несколько учебных «Авро-621 Тьютор» и легких бомбардировщиков «Потэ-63» и один неисправный истребитель МВ.151. Всего в тот день пилоты «Мессершмиттов» из II и III/JG77 заявили о 19 самолетах, уничтоженных на земле в районе Лариссы. Вероятно, они включили в их число югославские «Дорнье», уничтоженные на аэродроме Парамитья.

Примерно в то же время, когда начался налет на Лариссу, «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG27 атаковали греческий аэродром Каламбаки/Вассилики, где были сосредоточены последние оставшиеся истребители греческих ВВС (кроме восьми PZL из 23-й эскадрильи еще остававшихся в Лариссе). 15 греческих истребителей – МВ.151, «Гладиаторы» и PZL – были подняты в воздух, когда было получено сообщение о приближении 18 немецких бомбардировщиков в сопровождении истребителей. В последний момент группа немецких самолетов повернула к Триккале, но когда первые греческие истребители догнали бомбардировщики, их атаковали «Мессершмитты».

Пилот МВ.151 капрал Георг Моккас по греческим данным сбил два бомбардировщика, но после сам был сбит и погиб. Его сбил обер-лейтенант Густав Рёдель, (он принял «Блок» за «Харрикейн»), это была его 15-я победа. Несколько минут спустя Рёдель сбил один из «Гладиаторов», а обер-фельдфебель Отто Шульц сбил PZL (это была его 5-я победа). Лейтенант Эрнст Бёрнген сбил еще один «Гладиатор». Примерно 15 минут спустя после начала боя (в 07:05) Рёдель сбил PZL, а обер-лейтенант Вильгельм Визингер сбил «Гладиатор» (его 9-я победа). «Гладиатор» капитана Келласа, командира 21-й эскадрильи EVA, был тяжело поврежден, раненый пилот посадил загоревшийся истребитель. PZL сержанта Кацареллиса из 22-й эскадрильи EVA был сбит, пилот остался жив, но получил тяжелые ранения. Еще один пилот PZL из той же эскадрильи лейтенант Контогиоргос был легко ранен.

После того, как налет на аэродром в Лариссе закончился, с него взлетели два «Лайсендера» из 208-й эскадрильи RAF, чтобы доставить в Афины двух выживших пилотов из 211-й эскадрильи, последних уцелевших после «бойни «Бленхеймов»», случившейся два дня назад. На «Лайсендере» L4719 флайн-офицера Уэймарка летел пассажиром флайн-офицер Годфри, а на «Лайсендере» L4690 пайлот-офицера Стюарта – сержант Джеймс. Почти сразу же были замечены истребители, которые пилоты «Лайсендеров» сначала приняли за «Харрикейны», но оказалось, что это «Мессершмитты». Оба «Лайсендера» спикировали к земле и на предельно малой высоте пытались выполнять маневры уклонения, но это их не спасло. «Лайсендер» L4690 был сбит почти сразу, ударился о землю на скорости 200 км/ч и полностью разрушился. Стюарт выжил, получив лишь незначительные травмы, но сержант Джеймс погиб. Тем временем другой «Лайсендер» пытался уйти, Годфри отстреливался из единственного пулемета «Виккерс», выпустив целый диск по преследовавшему их «Мессершмитту», но безуспешно. Через несколько минут и L4719 был сбит. Годфри, еще раньше раненый в руку (потерял два пальца), получил тяжелые травмы ног, но пилот «Лайсендера» Уэймарк отделался лишь царапинами.

Примерно тогда же PZL сержанта Кутрумбаса из 23-й эскадрильи EVA (база Ларисса) преследовал разведчик Люфтваффе и по греческим данным сбил его в районе горы Олимп. Но вскоре после этого он вступил в бой с немецкими истребителями и был сбит, сержант Кутрумбас погиб. Заявления о победах пилотов VIII авиакорпуса Люфтваффе в тот день включали сбитый «Харрикейн», два PZL и три «Гладиатора», засчитанные пилотам II/JG27, три «Харрикейна» над Лариссой, засчитанные пилотам II/JG77 и два «Лайсендера» и еще один PZL засчитаны пилотам I(J)/LG2.

На аэродроме Ларисса после налета JG77 пайлот-офицер Уинсленд проводил испытания пулеметов недавно прибывшего «Харрикейна». Он вспоминал:

«Меня «попросили» облетать эту машину, а когда самого младшего офицера о чем-то просят, то это, конечно, чертов приказ! Я завел мотор и выруливал на край аэродрома для взлета, когда поверхность полосы передо мной просто вскипела от попаданий снарядов авиапушек и зажигательных пуль. На аэродром пикировали не меньше дюжины 109-х, обстреливая все. Как они не попали в меня, я просто не знаю. Я не только сидел в полностью исправном истребителе – большинство остальных уже имели повреждения – но уже катился по полосе, солнце отражалось от фонаря кабины и крыльев, и пропеллер, конечно, вращался – этого хватило бы, чтобы привлечь внимание всех немцев. Господи, ну и напугался я. Я опустил сиденье и скорчился в кабине чуть ли не вдвое, чтобы хоть как-то укрыться между мотором спереди и бронеспинкой сзади. Ситуация выглядела настолько ужасной, что я уже думал отстегнуть ремни, выскочить из кабины и бежать к ближайшей траншее. Но так как было бы стыдно проявлять трусость перед всеми греками и нашей аэродромной командой, то у меня не было иного выбора кроме как взлетать под огнем. Перспектива не самая приятная, особенно после того, как двое моих друзей были сбиты в таких же обстоятельствах. Однако вскоре я обнаружил, что уже взлетел. В эти секунды я сделал такое, чего никогда не забуду. Я повел себя как страус, мои действия не только не давали мне защиту, но создавали еще большую угрозу – я взлетал по приборам, держа голову ниже фонаря, вровень с бортами кабины, по какой-то глупой и необъяснимой причине полагая, что если немцы не заметят мою голову, то не будут стрелять! Просто одна из тех странных вещей, которые делает человек, когда напуган до ужаса. Держась на предельно малой высоте, я улетал от аэродрома на максимальной скорости, надеясь ускользнуть от немцев. Когда аэродром остался достаточно далеко, я набрал высоту и развернулся к солнцу. Было видно, что на аэродроме повсюду горят пожары. «Мессершмиттов» было явно больше дюжины (позже я узнал, что в тот момент, когда я набирал высоту, аэродром атаковала вторая волна из 20 машин). Когда я набрал высоту, то вдруг услышал страшный крик по радио от кого-то на земле, вероятно, они заметили мой истребитель, но не знали, кто пилотирует его. «Внимание, «Харрикейн», пять 109-х прямо сверху и сзади над вами!» Наверное, мало кому на «Харрикейнах» приходилось так быстро и резко выполнять вертикальное пикирование! Только я пришел в себя после этого испуга и начал снова набирать высоту, как заметил немного ниже 12 «Мессершмиттов», они летели на юг. Имея преимущество в высоте, я решил выполнить хоть одну атаку, даже если потом придется удирать. Я занял позицию между ними и солнцем и спикировал на группу «Мессершмиттов», стреляя из всех пулеметов. После этого я выровнял самолет прямо над их головами и развернулся в обратном направлении. Я выполнил заход и улетел так быстро, что они ничего не успели сделать. Вообще-то я тоже не успел разглядеть результаты своей атаки».

Согласно одному источнику, в ходе этих двух налетов на Лариссу было уничтожено 14 «Харрикейнов».

Ларисса, Каламбаки/Вассилики и Парамитья были не единственными атакованными аэродромами. В 07:50 несколько волн «Мессершмиттов» Bf-109E атаковали аэродром Ниамата, базу 113-й эскадрильи RAF, экипажи которой в это время завтракали перед вылетом. Первую атаку провели восемь «Мессершмиттов», они уничтожили шесть стоявших на аэродроме «Бленхеймов», четыре британских летчика были ранены. Два часа спустя три Bf-109E из II/JG27 обстреляли аэродром, еще несколько «Бленхеймов» были выведены из строя, и два летчика ранены. Огонь зенитных «Бофорсов» был довольно точным, и два «Мессершмитта» получили повреждения, но смогли вернуться на свою базу в Битоль, один из них разбился при посадке. В 11:00 над Ниаматой появились еще четыре «Мессершмитта», они добили четыре уже поврежденных «Бленхейма»; спустя 45 минут аэродром атаковали еще четыре «Мессершмитта», они уничтожили еще один «Бленхейм» и связной самолет «Майлз Мэджистер». Спустя еще час другая группа «Мессершмиттов» провела последнюю атаку по аэродрому Ниамата в тот день. Все оставшиеся «Бленхеймы» были уничтожены. В ходе этих налетов были также уничтожены все автомашины на аэродроме и много палаток и складов. 113-я эскадрилья RAF фактически перестала существовать. Десять «Бленхеймов» были уничтожены или повреждены так, что не подлежали ремонту. Флайт-лейтенант Риксон вспоминал:

«Предупреждения о налетах не было. Я хорошо помню, как мой бортстрелок стрелял по «Мессершмиттам» из револьвера 38-го калибра».

К концу дня пилоты VIII авиакорпуса Люфтваффе заявили о 22 самолетах, уничтоженных на земле, в их число вошли четыре «Харрикейна», два «Бленхейма», два «Потэ-63» и 13 не идентифицированных самолетов.

Южнее немецкая авиация также действовала активно. В 08:45 над Афинами появились 25 «Юнкерсов» Ju-88 из I/LG1 и I/KG51. Их перехватили шесть «Харрикейнов» из 80-й эскадрильи RAF и четыре «Бленхейма» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF. Пайлот-офицер Вейл заявил о двух сбитых «Юнкерсах», сержант Хьюитт об одном и еще одном вероятно сбитом, и по одному сбитому заявили пайлот-офицер Стилл и флайт-сержант Ривалан (один из французских пилотов). Еще об одном сбитом «Юнкерсе» заявил новый пилот, пайлот-офицер Роальд Даль, который прибыл в Элефсис только прошлым вечером, пригнав для 80-й эскадрильи новый «Харрикейн» из Египта. У него было лишь семь часов налета на «Харрикейнах», и это был его первый боевой вылет. Даль заметил шесть немецких бомбардировщиков, и, атаковав с задней полусферы, был встречен шквалом огня, но после нескольких очередей увидел, как от правого мотора одного «Юнкерса» отлетают обломки. Подбитый «Юнкерс» стал медленно терять высоту, и Даль заметил, что трое членов экипажа выпрыгнули на парашютах. Несмотря на сильный ответный огонь, в «Харрикейн» Даля попала только одна пуля, пробившая пропеллер. Еще один из недавно прибывших в 80-ю эскадрилью пилотов, флайн-офицер Дэвид Коук (ветеран Битвы за Британию), патрулировавший дальше к северу, имел бой с группой «Мессершмиттов» Bf-109E (вероятно из I(J)/LG2) и заявил, что сбил один из них.

Немного позже, в 09:30 «Бленхейм» Mk IF пайлот-офицера Т. Элисона из 30-й эскадрильи RAF атаковал группу из 10 «Юнкерсов» Ju-88 над Афинами на высоте 12 000 футов. Догнав один из бомбардировщиков, Элисон атаковал его с правого борта, но был вынужден отвернуть, когда «Юнкерс» слишком резко спикировал. Бортстрелок «Бленхейма» сержант Коннорс обстрелял другой «Юнкерс», с расстояния 75 ярдов выпустив по нему 1250 патронов, и заявил, что вероятно сбил его.

Пилот одного из «Юнкерсов» лейтенант Заттлер (из LG1) доложил, что видел попадания своих бомб в 18000-тонный транспорт, а на обратном пути видел, что этот транспорт тонул. Вероятно, это было судно «Клан Камминг», получившее серьезные повреждения при налете Люфтваффе на Пирей ночью 6/7 апреля и отбуксированное в Афинскую бухту для временного ремонта. Там оно наткнулось на мину и затонуло. Два других торговых судна «Гоальпара» (5314 т) и «Куиллоа» (7765 т) получили тяжелые повреждения от авиабомб в бухте Элефсис и выбросились на берег. Когда «Юнкерсы», возвращаясь на свою базу в Крумово, пролетали над аэродромом Элефсис, их стрелки обстреляли «Харрикейны», готовившиеся взлетать, но не нанесли повреждений.

Вероятно, противниками 80-й эскадрильи RAF в тот день были «Юнкерсы» Ju-88 из I/KG51, два из которых получили серьезные повреждения и разбились при посадке в Крумово. Еще два «Юнкерса» сели в Салониках с небольшими повреждениями от зенитного огня. 30-я эскадрилья RAF вероятно вела бой с «Юнкерсами» из I/LG1; из этой группы был потерян «Юнкерс» LI+SK унтер-офицера Карла Штютца со всем экипажем. Еще один Ju-88 разбился при посадке в Козани из-за неисправности двигателя, и был полностью разрушен (но его экипаж выжил). Третий «Юнкерс» разбился при посадке в Салониках с повреждениями от зенитного огня и был списан.

Утром имели место еще несколько воздушных боев. В 10:00 сержант Вернон Хадсон, пилот «Бленхейма» из 11-й эскадрильи, вылетел на связном «Мэджистере» из Альмироса в Лариссу, чтобы забрать приказы из штаба ВВС. По пути его атаковали несколько «Мессершмиттов» Bf-109E (скорее всего из I(J)/LG2). Хотя «Мэджистер» не получил попаданий, он был вынужден сесть недалеко от Лариссы. Десять минут спустя Хадсон снова взлетел и прибыл на аэродром как раз перед очередным сильным налетом, в ходе которого было выведено из строя большинство самолетов. Но «Мэджистер» уцелел, получив лишь несколько пробоин в левом крыле. Вскоре после этого Хадсон благополучно вернулся в Альмирос.

Тогда же на базе Казаклар флайт-лейтенант Льюис Бернард из 208-й эскадрильи RAF получил приказ провести тактическую разведку, но при взлете его «Харрикейн» задел крылом неудачно поставленный греческий PZL. После разведывательного вылета при посадке у его «Харрикейна» подломилось шасси, и он получил новые повреждения.

Наступавшие немецкие войска уже приблизились к линии Олимп-Сервия и угрожали обойти ее, и британское командование приняло решение отвести свои части к Фермопилам. После утренних налетов Люфтваффе на аэродромы союзников, в Лариссу прибыл на «Лайсендере» вице-маршал авиации Д’Альбиак, чтобы лично оценить масштаб потерь. В результате немецких налетов и отступления войск союзников аэродромы в Янине, Казакларе, Парамитье, Лариссе, Ниамате и Альмиросе должны были эвакуироваться. Оставшиеся «Харрикейны» 33-й эскадрильи RAF должны были присоединиться к 30-й и 80-й эскадрильям в Элефсисе, а «Гладиаторы» 112-й эскадрильи – к 208-й эскадрилье в Хассани. Оставшиеся «Бленхеймы» 11-й и 84-й эскадрилий должны были перелететь в Мениди, а базировавшийся там отряд «Веллингтонов» - вернуться в Шаллуфу. Последние уцелевшие «Бленхеймы» 211-й эскадрильи RAF должны были перелететь в Элефсис. Тем же вечером «Харрикейн» из 80-й эскадрильи сбросил пакет с сообщением для 11-й эскадрильи на аэродром Альмирос. В пакете был приказ на эвакуацию, но он был сброшен неудачно, оказавшись на недостроенной ВПП, и в результате был найден только на следующее утро. Поэтому эвакуация базы Альмирос не начиналась до вечера 16 апреля.

К вечеру 15 апреля были подведены итоги и оценены понесенные потери. Силы британской авиации в Греции значительно уменьшились, также серьезно пострадали оставшиеся части греческих ВВС. Теперь численность исправных британских самолетов была следующей:

Бомбардировщики

11-я эскадрилья – 8 «Бленхеймов»

84-я эскадрилья – 9 «Бленхеймов»

113-я эскадрилья – 0

211-я эскадрилья – 5 «Бленхеймов»

Истребители

30-я эскадрилья – 14 «Бленхеймов» Mk IF

33-я эскадрилья – 5 «Харрикейнов»

80-я эскадрилья – 11 «Харрикейнов»

112-я эскадрилья – 12 «Гладиаторов»

208-я разведывательная эскадрилья – 2 «Харрикейна», 5 «Лайсендеров»

К 16 апреля положение союзников продолжало неуклонно ухудшаться. Хотя войска Британской Империи смогли отступить по Фессалийской равнине в относительном порядке, из-за улучшения погоды они попали под сильные и постоянные удары немецкой авиации именно в тот момент, когда горы больше не давали им укрытия. На западе наступление немецкого XL корпуса со стороны Скопье угрожало окружением храбрых, но уже обескровленных греческих войск Эпирской Армии. Начавшееся наступление против итальянцев было прервано, так как эвакуация аэродромов, близких к фронту, оставила греческие войска без всякой поддержки и прикрытия с воздуха.

Чтобы спасти главные силы греческой армии, требовалось быстрое отступление на юг, но уступить территорию, с такими жертвами отвоеванную у итальянцев, было для греков неприемлемо по моральным причинам. Ситуация выглядела безнадежной, и в тот же день генерал Папагос рассказал генералу Мейтленд-Уилсону о тяжелом положении греческой армии и предположил, что отступление британских войск может спасти страну от полного опустошения военными действиями.

Для частей RAF в Греции день 16 апреля оказался несколько более спокойным, проводилась реорганизация в связи с общим отступлением. Утром два «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF перехватили группу из 20 «Юнкерсов» Ju-88 из I(K)/LG1 и I/KG51, атаковавших порт Халкис. Флайн-офицер Грэм атаковал один «Юнкерс» (вероятно 9K+FM унтер-офицера Йоханнеса Ульрика из KG51) и сбил его к северо-востоку от Полтики. Второй «Юнкерс» (LI+HL обер-лейтенанта Хорста Беегера) был сбит зенитным огнем и упал в море недалеко от порта Халкис. Еще два Ju-88 при возвращении из этого вылета разбились во время посадки, вероятно получив повреждения от зенитного огня. Один совершил вынужденную посадку в районе Салоник с 40% повреждений, второй разбился при посадке в Крумово, и его пришлось списать, но все члены экипажей обоих «Юнкерсов» выжили.

В течение дня «Харрикейны» из 33-й эскадрильи RAF по одному или парами посылались на прикрытие колонн отступавших войск, двигавшихся по Фессалийской равнине. В одном таком вылете флайн-офицер Дайсон получил приказ сбросить пакет с сообщением одной колонне к северу от Ламии. Когда Дайсон снизился над колонной до предельно малой высоты, перед его «Харрикейном» взорвалась немецкая бомба, от взрыва истребитель перевернулся в воздухе. Каким-то образом Дайсон смог восстановить управление и вернуться в Элефсис, не пострадав – осколком бомбы только сорвало с его лица кислородную маску. В другом вылете флайт-сержант Коттингем заметил разведывательный «Хеншель» Hs-126 из 1(H)/14 и заявил о его сбитии. По немецким же данным этот «Хеншель» был поврежден зенитным огнем, а не истребителями, наблюдатель фельдфебель Рихтер был убит, но пилот остался невредим.

Два «Харрикейна» из 208-й разведывательной эскадрильи RAF получили приказ перебазироваться на передовой аэродром в Фарсале, но на следующий день их направили в Элефсис, где они вошли в состав 80-й эскадрильи RAF.

Знаменитый командир 33-й эскадрильи Пэттл тогда серьезно заболел, и хотя страдал от сильной лихорадки, но отказался от госпитализации и настоял на своем дальнейшем участии в боевых вылетах. Однако административные обязанности командира эскадрильи он позволил взять на себя своему адъютанту флайт-лейтенанту Рамси.

В Элефсис в тот день прибыли два югославских S.79 и два «Локхида»-10А с аэродрома Парамитья, на их борту были члены югославского правительства. Тем же вечером на посадку в Мениди зашел югославский Do-17K (также с базы Парамитья), но встретил неожиданный прием. Марсель Комо (рядовой авиации из 33-й эскадрильи RAF) вспоминал:

«Люди на его борту, пережившие итальянский налет на Парамитью 15 апреля и два еще более сильных немецких налета пока их самолет ремонтировался, были отнюдь не рады тем выстрелам из стрелкового оружия, которыми их встретили механики аэродромной команды в Мениди. «Дорнье» кружил над аэродромом полчаса, не решаясь садиться под этим обстрелом. Когда он наконец сел, и из него вышла целая толпа очень злых югославов, любители пострелять предпочли удалиться».

Два «Сандерленда» (экипажи командира эскадрильи Вудворда и флайн-офицера Брэнда) из 230-й эскадрильи вылетели в порт Котор на югославском берегу для эвакуации персонала британского посольства, добравшегося туда из Белграда. Когда летающие лодки сели, оказалось, что британских дипломатов там нет, но было множество других иностранных дипломатов и их сотрудников, ожидавших эвакуации. Чтобы не возвращаться пустыми, экипажи летающих лодок приняли на борт 44 иностранца и 4 британских подданных, один из которых оказался раненым пилотом «Бленхейма».

К вечеру шесть «Харрикейнов» из 80-й эскадрильи RAF снова были подняты на перехват бомбардировщиков (идентифицированных как Ju-88), атаковавших завод боеприпасов в полумиле от Элефсиса. Пайлот-офицер Вейл и пайлот-офицер Стилл сбили по одному бомбардировщику над целью, сержант Хьюитт преследовал еще один бомбардировщик севернее и тоже сбил его. Вероятно, это были «Дорнье» Do-17Z из штабной эскадрильи KG2, потерявшей в тот день три таких машины – по немецким данным в районе Лариссы. Потеряны были следующие самолеты: U5+GA лейтенанта Людвига Рора, U5+BA лейтенанта Генриха Хунгера и U5+DA гауптмана Конрада Эбсена. Из их экипажей никто не вернулся.

В тот день оставшиеся греческие истребители были перебазированы с аэродрома Каламбака/Вассилики в Амфиклию/Лоди у подножия горы Парнас, так как положение их прежней базы стало известно немцам. Всего на новый аэродром перелетел 21 истребитель – 11 PZL, 8 «Гладиаторов» и два МВ.151. Тем временем аэродромы Парамитья и Кацика были снова атакованы «Мессершмиттами» Bf-109, пилоты которых заявили о трех уничтоженных самолетах на первом аэродроме и двух – на втором. Оставшиеся три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA вернулись из Агриниона в Элефсис, где вместе с тремя другими «Суордфишами» начали эвакуировать торпеды и мины на Крит. Потери VIII авиакорпуса Люфтваффе по немецким данным включали три уничтоженных Ju-88, пропавших без вести два Ju-88 и один Do-17Z, и поврежденными пять Ju-88, четыре Do-17Z, один Bf-109E и один Ju-87. Также по немецким данным был сбит в воздухе один «Харрикейн» и пять неопознанных самолетов уничтожены на земле.

На следующий день KG2 сообщила о потере еще одного Do-17Z, на этот раз из I группы (U5+NH) в том же районе, что и 16 апреля, но на этот раз это была единственная потеря Люфтваффе. Единственная победа RAF в тот день была на счету сержанта Баркера из 80-й эскадрильи. Баркер получил приказ сбросить пакет с сообщением на позиции 19-й австралийской бригады и, выполнив эту задачу, на обратном пути вступил в бой с тремя Bf-109E (вероятно из III/JG77). Он заявил, что сбил один «Мессершмитт», а от остальных смог уйти; позже его победу подтвердили австралийские солдаты. 27 «Мессершмиттов» Bf-109E (из них 8 истребителей-бомбардировщиков - Jabo) из JG77 атаковали транспортные суда и аэродромы в районе порта Волос. Их пилоты заявили о прямом попадании бомбы в транспортное судно и о двух самолетах, уничтоженных на земле. Один «Мессершмитт» из III/JG77 был поврежден зенитным огнем и разбился при посадке в Дойранско, но о воздушных боях сообщений с немецкой стороны нет.

В Элефсисе 30-я эскадрилья RAF получила приказ направить половину своих «Бленхеймов» для воздушного прикрытия конвоев и разведки над морем, и на следующий день семь «Бленхеймов» отправились в Малеме. Последние из 16 «Веллингтонов», базировавшихся в Элефсисе, улетели 17 апреля, хотя двум из них пришлось временно вернуться из-за технических неисправностей. В результате очередного налета бомбардировщиков Люфтваффе на Пирей было потоплено греческое судно «Петракис Номикос» (7020 т).

После капитуляции югославских войск, в Греции стали распространяться слухи, что и греческой армии предстоит неизбежная сдача. Король Греции Георг II был решительно настроен продолжать сражаться и намеревался до последней возможности оставаться в Афинах, хотя многие предлагали эвакуировать королевскую семью и правительство на Крит. 18 апреля в полдень над Афинами пролетели на малой высоте 16 «Харрикейнов» из 33-й и 80-й эскадрилий RAF, чтобы укрепить моральный дух населения, но в самом городе было объявлено военное положение. Президент Александр Корицис был против эвакуации на Крит, потому что считал, что тогда власть в Греции захватят прогерманские элементы. После экстренного совещания правительства, на котором не было принято никакого решения, Корицис застрелился, узнав, что командующий Эпирской Армии генерал-лейтенант Цолакоглу уже начал переговоры о капитуляции с командованием немецкой 12-й Армии. Временно исполняющим обязанности премьер-министра был назначен губернатор Афин К. Кодзиас. Два дня спустя король назначил на должность премьера Эммануэля Цудероса.

Одним из первых его действий было снятие с должности генерала Цолакоглу и приказ Эпирской Армии продолжать сопротивление. Но было уже слишком поздно. Офицеры Эпирской Армии отстранили нового командующего и продолжили переговоры с немцами. Капитуляция армии произошла 21 апреля. К этому времени было достигнуто соглашение между генералом Уэйвеллом и греческим королем об эвакуации британских войск из Греции. Одной из основных причин было подавляющее превосходство авиации противника и невозможности противостоять ей с имеющимися силами и аэродромами.

Тем временем 18 апреля в 13:15 был подняты в воздух на патрулирование 16 «Харрикейнов», но противника не встретили. В тот же день британские истребители получили подкрепление – еще пять «Харрикейнов» из Египта с новыми пилотами.

Все оставшиеся «Бленхеймы» теперь были сосредоточены на аэродроме Мениди, и было принято решение, что их экипажи должны действовать под командованием 11-й эскадрильи RAF. После полудня 14 «Бленхеймов» (по шесть из 11-й из 84-й эскадрилий и два из 211-й) индивидуально выполняли боевые вылеты, нанося удары по колоннам немецких войск в районе Козани, Катерины и озера Кастория. В одном таком вылете «Бленхейм» командира 84-й эскадрильи Джонса был атакован двумя Bf-110 в районе Лариссы. «Мессершмитты» преследовали его до побережья, и в районе горы Мавровуни Джонс был вынужден посадить поврежденный «Бленхейм» в море.

Местные жители видели с берега, как экипаж «Бленхейма» забрался на спасательный плот и начал грести к берегу. Навстречу им вышел греческий моторный катер. В этот момент «Мессершмитты» спикировали на плот и обстреляли его. Командир эскадрильи Джонс, флайт-сержант Уэбб и сержант Кин были убиты. Их тела были подобраны и похоронены в деревне Керамиди. Второй «Бленхейм» (Т2348 из 11-й эскадрильи) был перехвачен и сбит «Мессершмиттом» Bf-109E обер-лейтенанта Армина Шмидта из 9/JG77 в тот момент, когда атаковал колонну немецких войск (в колонне 8 солдат было убито и 15 ранено). Пилот «Бленхейма» пайлот-офицер Патрик Монтегю-Бейтс и его экипаж погибли.

Днем «Юнкерсы» Ju-88 из I/LG1 атаковали дороги в районе Лариссы, заполненные отступавшими британскими и греческими войсками и беженцами. Части новозеландской 4-й бригады были атакованы низколетящими немецкими самолетами, и солдаты видели, что пожилой майор Тед Доусон стреляет по противнику из пулемета «Брен»; спустя несколько секунд храбрый офицер был смертельно ранен.

19 апреля продолжалась эвакуация из Греции всех самолетов, кроме истребителей. Три югославских S.79 из 81-й отдельной группы, два «Дорнье» Do-17K из 3-го бомбардировочного полка и три транспортных «Локхида»-10А вылетели из Элефсиса и Мениди в Египет. Вскоре за ними последовал еще один S.79 и девять югославских гидросамолетов из бухты Суда (куда они прибыли 17 апреля).

Гидросамолеты – сначала семь «Дорнье» Do-22Kj и один SIM-XIV – вылетели в Абукир, на борту «Дорнье» №309 был офицер связи RAF. По пути они пролетели над греческим грузовым судном, эвакуировавшим людей, и напугали его экипаж и пассажиров, принявших их самолеты за вражеские. Все благополучно прибыли в Абукир, но при посадке «Дорнье» №302 получил повреждения. Еще один «Дорнье» Do-22Kj из-за неисправности двигателя прибыл в бухту Суда на следующий день и перелетел в Абукир 27 апреля. Старый «Хейнкель» He-8 был оставлен в бухте Суда, потому что ему не хватало дальности полета до Египта, и позже был там затоплен. Югославские «Дорнье», перелетевшие в Египет, впоследствии служили во 2-й югославской эскадрилье в составе RAF. Всего около 40 югославских летчиков (из состава JKRV и морской авиации), улетевших из Югославии на своих самолетах, присоединились к силам союзников. Еще около 200 человек личного состава югославских ВВС эвакуировались на кораблях.

«Дорнье» Do-22Kj югославской морской авиации и его экипаж после прибытия в Египет

Два авиакрыла RAF в Греции были теперь расформированы, и вице-маршал авиации Д’Альбиак осуществлял личное командование оставшимися соединениями из своего штаба в Афинах. 19 апреля у истребителей RAF оказалось много работы. Сначала в 06:35 Пэттл доложил о перехвате немецких бомбардировщиков, приближавшихся к Афинам – это был первый из почти непрерывных налетов Люфтваффе в тот день. Пэттл заявил о сбитии двух Ju-88 и еще об одном вероятно сбитом. Немецкие данные этого не подтверждают.

Днем разведчики Люфтваффе заметили большие массы австралийских, новозеландских и греческих войск, отступавших по Фессалийской равнине. Около 40 пикировщиков Ju-87 атаковали отступавшие войска, нанесли им значительные потери и вызвали большую панику. На перехват «Юнкерсов» вылетели семь «Харрикейнов» 80-й эскадрильи RAF под командованием флайт-лейтенанта Вудса. По британским данным «Харрикейны» сбили четыре пикировщика до того, как успели вмешаться «Мессершмитты» из II/G27. Солдаты с земли видели как минимум три упавших немецких самолета. Два «Юнкерса» были засчитаны пайлот-офицеру Вейлу и по одному – флайн-офицеру Даудингу и флайт-сержанту Ривалану. Фактически были сбиты два Ju-87, один из штабного звена StG2 упал в районе Элассона, его экипаж - обер-лейтенант Себастьян Улиц и обер-фельдфебель Эмиль Куклау погибли. Другой «Юнкерс» из I/StG3 упал в районе Козани, пилот лейтенант Герберт Вингельмайер погиб, а его стрелок был ранен. После этого «Харрикейны» были атакованы «Мессершмиттами» Bf-109E. Пилоты Люфтваффе заявили о двух сбитых «Харрикейнах», они были засчитаны обер-лейтенанту Вильгельму Визингеру и унтер-офицеру Альфреду Хайделю. Фактически же был поврежден только «Харрикейн» сержанта Кэсболта, но и он смог благополучно вернуться в Элефсис. Кэсболт заявил об одном поврежденном «Мессершмитте», а флайн-офицер Троллип – об одном сбитом, но фактически «Мессершмитты» потерь не понесли. Однако обер-лейтенант Визингер в своем следующем вылете был сбит огнем с земли, когда обстреливал наземные цели, и попал в плен. Впрочем, в плену он пробыл недолго, и через несколько дней, после капитуляции Греции, был освобожден.

«Харрикейны» выполнили еще несколько вылетов на патрулирование с целью прикрытия отступавших войск. В одном вылете, на который взлетели в 07:58, противника не встретили. В другом вылете, в 09:20 семь «Харрикейнов» из 33-й эскадрильи под командованием Пэттла патрулировали в районе Ламии, где отходившие войска союзников приближались к конечному пункту своего отступления. Там британские пилоты заметили разведчик «Хеншель» Hs-126 фельдфебеля Германа Вильхуса из l(H)/23. Тихоходный «Хеншель» летел на очень малой высоте, но Пэттл повел свое звено в атаку и в первом заходе успел выпустить короткую очередь. После него цель атаковал флайн-офицер Вудворд, а за ним флайт-лейтенант Литтлер. После этого «Хеншель» загорелся и упал. «Харрикейны» перегруппировались и продолжали патрулирование еще около получаса, когда были замечены девять (по британским данным) «Мессершмиттов» Bf-109E (из III/JG77, фактически их было пять).

Быстрая реакция Пэттла позволила ему первым зайти в хвост одному из «Мессершмиттов». Позже Пэттл докладывал, что после его атаки «Мессершмитт» пошел вниз, перевернулся и упал. Небо было полно сражавшихся истребителей, но Пэттл смог зайти в хвост еще одному Bf-109E, летевшему на малой высоте в направлении Ламии. Пэттл полагал, что убил пилота первой же очередью, потому что после атаки «Мессершмитт» спикировал и разбился. Тем временем (по британским данным) флайн-офицеры Вудворд и Мойр сбили еще по одному «Мессершмитту», а флайт-лейтенанты Литтлер и Митчелл нанесли повреждения еще двум Bf-109E. «Харрикейн» Мойра (P2643) был тяжело поврежден и совершил вынужденную посадку в Амфиклии, где позже его пришлось уничтожить, потому что не было запасных частей для ремонта. Истребитель флайт-лейтенанта Митчелла также получил серьезные повреждения, но смог дотянуть до Элефсиса.

Пилоты Люфтваффе заявили о трех сбитых «Харрикейнах», по одному было засчитано обер-лейтенанту Курту Уббену, унтер-офицеру Йоханну Пихлеру и обер-фельдфебелю Эрвину Рилю. «Мессершмитт» Уббена был тяжело поврежден и совершил вынужденную посадку на территории противника. Обер-лейтенант Армин Шмидт, командир 9-й эскадрильи JG77, был сбит к северо-востоку от Ламии и погиб. Также в тот день был сбит «Мессершмитт» обер-лейтенанта Вернера Патца, хотя нет точных подтверждений, что он участвовал в бою с 33-й эскадрильей RAF. Позже офицер медицинской службы (Stabsarzt) III/JG77 доктор Штормер вылетел на «Шторхе» и сел за линией фронта, чтобы подобрать и вывезти Уббена. Самолет Уббена был сбит так внезапно, что пилот полагал, что его сбили огнем с земли.

К тому времени состояние Пэттла ухудшилось настолько, что командир эскадрильи Джонс, исполнявший обязанности командира авиакрыла в Элефсисе, приказал ему не летать на патрулирования, и взлетать только если объявлена воздушная тревога. Пэттл так и сделал, и поднялся в воздух вместе с сержантом Кэсболтом, когда в 14:50 была объявлена воздушная тревога. Два «Харрикейна» некоторое время летали вокруг базы, не обнаруживая противника, и разделились. Наконец Пэттл заметил два самолета над портом Халкис – это Кэсболт первым обнаружил и атаковал «Юнкерс» Ju-88. Пэттл видел, что этот «Юнкерс» задымил и стал терять высоту. После этого Пэттл заметил еще один бомбардировщик, направлявшийся на север, догнал его и атаковал. После боя Пэттл доложил, что «Юнкерс» упал в море, а его экипаж выпрыгнул на парашютах. Фактически в том районе был потерян один Ju-88 (9K+EK) из I/KG5, на его борту находился командир I группы гауптманн Генрих Ханн, он остался жив и смог вернуться в свою часть. Еще один Ju-88 из I/LG1 разбился при посадке в Салониках из-за обледенения, пилот гауптманн Зигфрид фон Эйкхорн был ранен.

Аэродром Амфиклия/Лоди, на который совершил вынужденную посадку флайн-офицер Мойр, стал целью последнего внезапного налета Люфтваффе 19 апреля. Из-за дезорганизации системы оповещения о налетах, ни один из греческих истребителей, базировавшихся там, не успел подняться в воздух, когда аэродром внезапно атаковали «Мессершмитты» Bf-109E. Из 21 греческого истребителя (PZL, «Гладиаторы» и MB.151) уцелели только три. Немецкие пилоты доложил об уничтожении на земле десяти «Глостеров» (sic) и девяти неопознанных самолетах, а также об одном «Спитфайре», сбитом над аэродромом – вероятно, это был MB.151, пытавшийся взлететь. Три уцелевших греческих истребителя было приказано перегнать в Элефсис. Из всей греческой авиации теперь сопротивление в воздухе могли оказывать лишь несколько PZL из 23-й эскадрильи EVA.

Последний оставшийся «Веллингтон» из отряда 37-й эскадрильи RAF вылетел из Мениди обратно в Шаллуфу. К северо-западу от Крита «Веллинтон» был атакован несколькими неопознанными истребителями (вероятно CR.42), но повреждений не получил. Хвостовой стрелок полагал, что нанес повреждения одному из атаковавших истребителей. Бомбардировщик благополучно достиг Шаллуфы.

В 18:20 Пэттл снова участвовал в перехвате немецких самолетов. По записям его механика, Пэттл принял бой с несколькими «Мессершмиттами» Bf-109E и заявил об одном сбитом и еще одном вероятно сбитом, но данными Люфтваффе эти потери не подтверждаются. Из состава I/KG2 в тот день были потеряны два «Дорнье» Do-17Z, вероятно, оба были сбиты огнем стрелкового оружия австралийской и новозеландской пехоты. Один экипаж погиб, другой выжил. Еще один Do-17Z из III/KG2 получил тяжелые повреждения от зенитного огня. Также зенитным огнем был поврежден штурмовик «Хеншель» Hs-123 из II(Sch)/LG 2. Силы итальянской авиации, освободившиеся после югославской кампании, теперь были брошены против греческой Эпирской армии. Итальянские пикировщики Ju-87R в течение дня атаковали колонны отступавших греческих войск, а истребители «Макки» МС.200 обстреляли аэродромы в Катцике и Янине. Итальянские пилоты заявили о четырех «Гладиаторах», уничтоженных на земле. Так как на этих аэродромах к тому времени уже не было исправных самолетов, вероятно, итальянцы атаковали уже поврежденные и брошенные машины.

Несмотря на потери, части RAF продолжали действовать. Два «Харрикейна» (флайт-лейтенанта Барнарда и пайлот-офицера Эттвуда) из 208-й эскадрильи днем летали на разведку, а ночью 15 оставшихся «Бленхеймов» атаковали разные цели в районе Катерины, к рассвету 20 апреля все «Бленхеймы» благополучно вернулись на базы.

Если 15 апреля до сих пор было худшим днем для RAF в Греции, то 20 апреля стало еще хуже. Столкнувшись с продолжавшимся упорным сопротивлением британских ВВС, Люфтваффе стали теперь непрерывно атаковать цели в районе Афин. На рассвете два «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF вылетели на патрулирование, и хотя получили по радио сообщение о приближении вражеских самолетов, не заметили ни одного. Вскоре еще 12 «Харрикейнов» взлетели с аэродрома Элефсис (по шесть из каждой эскадрильи) и начали патрулирование к югу от Домокоса. Снова вражеских самолетов замечено не было, но когда «Харрикейны» возвращались на базу, в районе Лариссы они заметили один «Дорнье» Do-17Z из III/KG2, вероятно это был U5+ES лейтенанта Герта Лаурианта. Он был сбит «Харрикейнами» и упал в море, но истребитель флайн-офицера Фрэнка Холмена (V7860) был поврежден ответным огнем и отделился от группы, чтобы совершить вынужденную посадку на поле в районе Мегары. При посадке «Харрикейн» столкнулся с препятствием и перевернулся, пилот сломал шею.

Утром между 05:50 и 06:50 «Мессершмитты» Bf-109E (всего 36 истребителей, из них 5 с бомбами) из JG77 атаковали судоходство в районе Афин и добились попадания в 3000-тонный пароход. Еще одно судно (1500 т) было повреждено близким разрывом. Звено «Мессершмиттов» из III группы отделилось и атаковало аэродром Мениди. Пилоты Люфтваффе заявили о пяти «Бленхеймах», уничтоженных на земле. Действительно несколько «Бленхеймов» получили серьезные повреждения, сгорел старый транспортный биплан «Валентия» (JR9764) из 216-й эскадрильи. Час спустя аэродром Мениди атаковали «Мессершмитты» Bf-110 из II/ZG26 под командованием обер-лейтенанта Ральфа фон Реттбурга. На аэродроме в это время сержант Вернон Хадсон успел посадить свой «Бленхейм» и выбраться из него перед самым налетом. Это было его второе счастливое спасение за четыре дня, за это он получил прозвище «Счастливчик».

Марсель Комо красочно описал этот второй налет:

«110-е атаковали Мениди, заставив разбежаться всех бродячих собак, гулявших по аэродрому. «Мессершмитты» пролетали мимо нас, почти задевая брюхом траву и сверкая огнем своих пушек. Весь аэродром осветился огнем «Бофорсов» и стрелкового оружия. На приангарной площадке вспыхнул греческий «Юнкерс». У «Бленхейма» подломились стойки шасси, и он упал на брюхо. Немцы летели так низко, что очередь одного «Бофорса» попала в другой и убила командира расчета. Потом «Мессершмитты» развернулись для второго захода. В стороне от аэродрома сидели и завтракали восемь австралийских солдат, и, жуя консервированную колбасу, постреливали в пролетающих немцев из винтовок. Среди стоявших «Бленхеймов» уже поднимались десять столбов дыма…»

Рядовой 2-го класса Пэдди Дафф, механик из 11-й эскадрильи, схватил пулемет «Льюис» с неисправного «Бленхейма», и, выйдя в центр аэродрома, начал стрелять по «Мессершмиттам» от бедра. Каким-то чудом он не был даже ранен.

Обломки транспортного самолета «Виккерс Валентия» на аэродроме Мениди после налета 20 апреля 1941

В ходе этих двух налетов были полностью уничтожены четыре «Бленхейма» - по два из 11-й и 211-й эскадрилий RAF, один «Бленхейм» из 84-й эскадрильи получил тяжелые повреждения, и еще пять «Бленхеймов» из всех трех эскадрилий были повреждены менее тяжело. Также сгорел югославский S.79 и два транспортных самолета – греческий Ju-52 и «Валентия» из 216-й эскадрильи RAF.

Два часа спустя два «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF вылетели на перехват немецких самолетов, атаковавших порт Халкис, где бомбами было потоплено греческое судно «Моска Л. Гуландри» (5199 т). Британские истребители были атакованы тремя «Мессершмиттами» Bf-109E из штабного звена JG27. «Харрикейн» V7748 пайлот-офицера Стилла был сбит в районе Танагры, пилот погиб. Его сбил майор Вольфганг Шелльманн. Другой «Харрикейн» - V7356 сержанта Беннетта, был тяжело поврежден, но смог вернуться в Элефсис.

К полудню большие группы истребителей и бомбардировщиков Люфтваффе снова атаковали равнины южной Греции, почти без сопротивления бомбя и обстреливая отступавшие войска союзников. Несколько «Харрикейнов» с базы Элефсис, хотя и постоянно вылетали на патрулирование, но не могли им помешать.

Билл Уинсленд из 33-й эскадрильи вспоминает:

«Так или иначе, в тот горячий день, хотя я много раз вылетал на патрулирование, встретить противника так и не удалось. Причиной во многом была сильная облачность, в которой прятались их бомбардировщики и истребители. Каждый раз, когда мы замечали их машины, они ныряли в облака, и нам никак не удавалось поохотиться. Но другие пилоты рассказывали совсем иное. Взлетая, они сталкивались с целыми ордами фрицев! Хотя я ни разу не выстрелил из своих пулеметов, тот день стоил мне немало седых волос. Я был на взводе каждую секунду. Каждая точка на фонаре кабины казалась противником, каждая птица в небе казалась фрицем; я себе чуть шею не свернул, все время вертя головой и оглядываясь назад. Я честно думал, что в тот день непременно получу свою пулю. В глубине души мы все так думали».

Наконец около 14:00 «Мессершмитты» Bf-109E (всего 29 машин) из II и III групп JG77 появились над аэродромами Элефсис и Танагра. Командир эскадрильи Пэттл атаковал «Мессершмитты» из III группы и после короткого боя заявил о двух сбитых. Один из них был, вероятно, истребитель унтер-офицера Фрица Борхерта, который не вернулся из вылета в тот день. Второй «Мессершмитт» был поврежден и разбился при посадке в Лариссе. Немецкие пилоты заявили о 13 самолетах, уничтоженных на земле.

«Мессершмитт» Bf-109E, совершивший аварийную посадку в Лариссе 20 апреля 1941, пилот попал в плен. Вероятно, этот «Мессершмитт» был подбит в бою с «Харрикейном» командира 33-й эскадрильи RAF Мармадьюка Пэттла.

В 15:35 аэродром Элефсис атаковали «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG27, уничтожив на земле два «Харрикейна» из 33-й эскадрильи RAF и два из трех оставшихся греческих истребителей. Был поврежден и загорелся топливозаправщик, рядовой 2-го класса Сирил Бэнкс из 33-й эскадрильи быстро вскочил в горящую машину и отогнал ее подальше от «Харрикейнов». Шесть солдат из аэродромной команды были легко ранены в ходе этого налета. Пилот «Бленхейма» из 30-й эскадрильи RAF флайт-лейтенант Дэвидсон едва избежал гибели. Он облетывал «Бленхейм» и возвращался на аэродром, когда над Элефсисом появились «Мессершмитты». Но Дэвидсон издали принял их за «Харрикейны» и продолжал лететь к аэродрому.

Приблизившись, он, к своему ужасу, понял, что это немецкие истребители. Увидев тучу дыма над краем аэродрома, поднявшуюся от горящих самолетов и автомобилей, Дэвидсон спикировал в нее и «спрятался» в дыму.

Пайлот-офицер Роальд Даль позже написал об этом налете:

«Над аэродромом кружило множество 109-х, один за другим они пикировали на ангары, поливая землю из своих пулеметов. Но они делали и еще кое-что. Немецкие пилоты открывали фонари своих кабин и бросали маленькие бомбы, которые взрывались при ударе о землю, разбрасывая во все стороны огромное количество свинцовых шариков. Я видел, как наши солдаты из аэродромной команды вставали в своих траншеях и стреляли по «Мессершмиттам» из винтовок, перезаряжали и снова стреляли, крича ругательства в адрес немцев. Безнадежное дело – пытаться попасть в летящий самолет из винтовки. Но других средств ПВО в Элефсисе уже не осталось. Внезапно все «Мессершмитты» развернулись и направились обратно, кроме одного, который заскользил вниз и сел на брюхо на нашем аэродроме».

Это был «Мессершмитт» обер-фельдфебеля Фрица Роккеля, раненого в ногу пулей.

Даль продолжает:

«Начался хаос. Греки вокруг подняли крик и побежали к севшему немецкому самолету. Со всех концов аэродрома к «Мессершмитту» сбегалась толпа греков, кричавших и жаждавших крови немецкого пилота. Они собирались свершить расправу, и, надо сказать, имели для этого основания».

К счастью для Роккеля, британцы успели раньше греков достать его из кабины, и отправили к медику на перевязку.

Билл Уинсленд едва не погиб при этом налете. Позже он вспоминал:

«Я наслаждался горячей ванной, когда внезапно вокруг разверзся ад; два снаряда из авиапушки влетели в окно над ванной и разорвались, попав в стену, выложенную плиткой, в трех футах справа от меня, чуть ниже уровня добротной чугунной ванны. Осколки бетона, плитки и снарядов застучали по ванне, но не пробили ее, и даже куски оконных стекол так удачно упали на ванну, что не поцарапали меня!»

Пэттл на своем «Харрикейне» был в воздухе, когда начался налет, и сразу атаковал один Ju-88, который по его заявлению и сбил в 15:41. После этого Пэттл вернулся в Элефсис, чтобы пополнить боекомплект и подготовиться к следующей атаке. Однако после налета на аэродром некоторое время активности противника не наблюдалось, что позволило техникам привести в боевую готовность максимально возможное число «Харрикейнов». Командир эскадрильи Джонс решил, что если до 18:00 не будет новых налетов, все исправные «Харрикейны» вылетят на патрулирование, чтобы поднять моральный дух гражданского населения Афин и защитников Элефсиса, да и самих пилотов.

Но около 16:45 поступило сообщение, что более 100 «Юнкерсов» Ju-88 и «Дорнье» Do-17Z в сопровождении «Мессершмиттов» Bf-109E и Bf-110 приближаются к Афинам. «Юнкерсы» из I/LG1 отделились, чтобы атаковать суда в порту Пирей, а отдельные Bf-110 из II/ZG26 обстреливали цели в районе Афин, выбирая их самостоятельно. Один из них появился над Элефсисом, когда к взлету готовились «Хариркейны» (9 из 33-й эскадрильи RAF и 6 из 80-й эскадрильи). К счастью, ни один «Харрикейн» не получил попаданий, они взлетели, набрав высоту 20000 футов и направились к Пирею, по пути перестраиваясь в звенья парами или тройками.

Первой над портом появилась тройка «Харрикейнов», которые пилотировали флайн-офицеры Уикхэм, Старрет и Ньютон. В это время 15 «Юнкерсов» Ju-88 пикировали на корабли в порту; в ходе этого налета было потоплено греческое госпитальное судно «Элленис». Три «Харрикейна» атаковали «Юнкерсы» на выходе из пикирования; Уикхэм заявил об одном сбитом бомбардировщике, а родезиец Ньютон еще о двух сбитых. В это время к месту боя прибыл «Харрикейн» пайлот-офицера Вейла, который сообщил, что видит около 30 «Юнкерсов». Вейл вспоминал:

«Я выполнил восемь атак на строй «Юнкерсов», один из них загорелся и пошел вниз. Я не стал преследовать его и сразу атаковал другого. От его крыльев и фюзеляжа полетели большие обломки, из моторов пошел дым, и он стал падать вертикально. В этот момент меня атаковал 109-й, но я легко ушел от него, выполнил еще несколько атак по «Юнкерсам» и повернул обратно, когда у меня кончился боекомплект».

Ju-88 унтер-офицера Хельмута Бенке (L1+ZH) был сбит в районе Афин, весь экипаж погиб. Еще один «Юнкерс» - L1+UK обер-фенриха Вернера Циглера был поврежден огнем «Харрикейна», его штурман ефрейтор Генрих Баумгартнер получил три пули в голову и шею и умер почти сразу. Стрелки «Юнкерса» считали, что сбили атаковавший истребитель и видели, как он упал в море в районе Каламаки. После этого «Юнкерс» был атакован еще одним «Харрикейном», его правый двигатель выведен из строя. Стрелок-радист ефрейтор Ганс Бауманн заявил, что подбил этот истребитель, и видел, как «Харрикейн» шел на вынужденную посадку. Но «Юнкерс» быстро терял высоту, и хотя экипаж выбросил все что можно, чтобы уменьшить вес, бомбардировщик пришлось сажать на воду – на мелководье у подножия горы Афон. Уцелевшие три члена экипажа остались живы и после этой посадки. У еще одного Ju-88 возникла неисправность двигателя, но он смог дотянуть до Крумово.

Подбитый Бауманном истребитель был, вероятно, «Харрикейн» V7804 флайн-офицера Гарри Старретта. Получив несколько попаданий, он загорелся, и Старретт повернул обратно в Элефсис, чтобы попытаться спасти истребитель. Билл Уинсленд видел, как он пытался совершить посадку:

«Горящий «Харрикейн» пытался сесть на аэродром в Элефсисе, от носа до хвоста он был весь в огне. Пилот, несомненно, получил страшные ожоги; похоже, он не видел землю впереди, но пытался ее «нащупать», то набирал высоту на 50-100 футов, то снижался. Вскоре он очень жестко ударился о землю».

Когда «Харрикейн» Старретта столкнулся с землей, взорвался бак с гликолем, и пламя охватило весь истребитель. Старретт смог выбраться, но получил очень тяжелые ожоги. Его сразу отправили в госпиталь, и спустя два дня он умер.

К бою присоединились еще четыре «Харрикейна» из 80-й эскадрильи RAF. Флайт-лейтенант Вудс, сержант Кэсболт и флайт-сержант Пьер Винтерсдорф (француз) атаковали группу немецких самолетов, идентифицированных как Bf-110, но скорее всего это были «Дорнье» Do-17Z из I и III групп KG2, сопровождаемые двухмоторными Bf-110. Вудс выполнил несколько заходов и считал, что вероятно сбил два самолета, прежде чем вернуться в Элефсис для пополнения боекомплекта. Винтерсдорф заявил об одном сбитом, который он идентифицировал как Fw-187, но после этого его «Харрикейн» был атакован «Мессершмиттами» и получил тяжелые повреждения. Винтерсдорф был ранен в ногу и выпрыгнул на парашюте над морем, позже его подобрали. Кэсболт заявил о двух сбитых Bf-110, но и сам был атакован с хвоста, и ему отстрелили руль высоты. Оторвавшись, Кэсболт заметил «Мессершмитт» Bf-109E и заявил, что сбил его.

Тем временем пилот четвертого «Харрикейна» сержант Хьюитт обнаружил ниже шесть «Мессершмиттов» Bf-109E и атаковал их. Позже он сообщил:

«Я спикировал на крайнего, он перевернулся, задымил и начал падать. Я атаковал следующего, и его пилот выпрыгнул на парашюте. Потом я атаковал третьего, но уже не видел, что произошло с ним».

Эти «Мессершмитты», вероятно, были из III/JG77, два истребителя из этой группы получили тяжелые повреждения и совершили вынужденные посадки. Также из вылета не вернулись три «Дорнье» Do-17Z: U5+AL унтер-офицера Хельмута Райма, U5+HL лейтенанта Йохима Брюдерна и U5+AR обер-лейтенанта Людгера Хольткампе были потеряны со всем экипажами. Вероятно, в этом бою участвовали и «Мессершмитты» Bf-109E из 4/JG 27: обер-лейтенант Рёдель заявил о трех «Харрикейнах», сбитых им чуть более чем за десять минут – с 16:57 до 17:08, а обер-фельдфебель Шульц заявил о еще одном «Харрикейне», сбитом в 17:10.

На аэродроме Элефсис вернувшиеся «Харрикейны» срочно заправляли и пополняли боекомплект, чтобы как можно скорее взлететь снова. Командир эскадрильи Пэттл был тяжело болен, с высокой температурой, однако он взлетел вместе с флайн-офицером Вудвордом и флайт-лейтенантом Вудсом (который летел в бой уже второй раз за этот день). Пэттл и Вудворд не взлетали раньше, потому что их истребители еще не были готовы. Вудворд вспоминал:

«Мы с Пэттлом взлетели поздно, и, набрав высоту, сразу наткнулись на массу «Юнкерсов» Ju-88, сопровождаемых множеством «Мессершмиттов» Bf-110. Превосходство противника было подавляющим. Я помню, что снял 110-го с хвоста Пэттла, потом вероятно сбил «Юнкерс». Вскоре после этого Пэттл точно сбил один Ju-88 или Bf-110 (sic), потом я потерял его из виду. После в бою я повредил еще три 110-х, и когда кончился боекомплект, вернулся в Элефсис. На тот день это было все».

Другие свидетели видели, что Пэттл поспешил на помощь «Харрикейну» флайт-лейтенанта Вудса, атакованному «Мессершмиттом» Bf-110, открыл огонь, и вражеский самолет загорелся. Вероятно, это был тот сбитый Пэттлом самолет, о котором говорил Вудворд. «Харрикейн» Вудса в тот момент тоже загорелся и спикировал в бухту Элефсис. Сразу же еще два Bf-110 зашли в хвост «Харрикейну» Пэттла (AS988), и он быстро вспыхнул и взорвался, обломки упали в море. Флайт-лейтенант Кеттлуэлл прибыл к месту боя как раз вовремя, чтобы увидеть гибель храброго командира 33-й эскадрильи, и атаковал один из сбивших его «Мессершмиттов», который также упал в бухту. После этого Кеттлуэлл атаковал другой Bf-110, но его «Харрикейн» V7807 получил тяжелые повреждения, и он был вынужден выпрыгнуть на парашюте. При приземлении Кеттлуэлл получил тяжелую травму, сломав два позвонка.

В это время к бою присоединился «Харрикейн» флайт-сержанта Коттингема, он заявил о трех сбитых 110-х, но и его истребитель был тяжело поврежден, и раненый Коттингем выпрыгнул на парашюте.

Пилоты II/ZG26 под командованием гауптмана Россиваля заявили о пяти «Харрикейнах», сбитых в том бою. По одной победе было засчитано самому Россивалю (это была его 12-я победа), обер-лейтенанту Бааго (14-я победа), обер-фельдфебелю Шёнтиру, унтер-офицеру Мюллеру и обер-фельдфебелю Пичманну. Два Bf-110 из этой группы были потеряны в бою – истребители обер-лейтенанта Курта Шпека (3U+EN) и фельдфебеля Георга Ляйнфельдера (3U+FN), еще один Bf-110 получил тяжелые повреждения и разбился при посадке.

Вероятно, одним из последних пилотов «Харрикейнов», остававшихся в воздухе к тому времени, был пайлот-офицер Роальд Даль. Он атаковал Ju-88, который уже снижался для посадки на воду. Даже когда «Юнкерс» уже садился в море, его стрелки продолжали вести огонь по «Харрикейну» Даля, еще раньше поврежденному в схватках с «Мессершмиттами». Даль все же смог привести свой тяжело поврежденный истребитель обратно в Элефсис.

«Юнкерс» Ju-88A-4 из KG51 на аэродроме в Афинах после захвата греческой столицы немецкими войсками, апрель 1941

После целого дня почти непрерывных воздушных боев пилоты Люфтваффе заявили о 14 уничтоженных «Харрикейнах» и одном «Спитфайре» (sic). Фактически же RAF потеряли 8 «Харрикейнов» и еще один был тяжело поврежден. Четыре британских пилота были убиты, еще один позже умер от ожогов, два пилота были ранены и один получил травму позвоночника.

Также немцы заявили о трех самолетах, уничтоженных на земле на аэродроме Агринион (вероятно, это были югославские S.79 и Do-17K) и шести уничтоженных на базе Танагра (там были уничтожены последние бомбардировщики греческих ВВС – «Бленхеймы», «Бэттлы» и «Потэ-63»). Кроме того, пять «Бленхеймов» RAF были уничтожены на аэродроме Мениди и четыре «Бленхейма» и три «Харрикейна» RAF на аэродроме Элефсис. Четыре воздушные победы были засчитаны пилотам II/JG27, пять – пилотам 5/ZG26, кому засчитали оставшиеся пять побед в точности неизвестно, но, вероятно, они на счету пилотов 4-й и 6-й эскадрилий ZG26. Потери Люфтваффе в тот день – четыре «Дорнье» Do-17Z, два «Юнкерса» Ju-88A, три «Мессершмитта» Bf-110 и пять «Мессершмиттов» Bf-109E (один из них врезался в склон в условиях плохой видимости).

Пилоты «Харрикейнов» заявили о 20 «подтвержденных» победах в тот день и еще 8 «вероятно сбитых». В разных донесениях указываются разные типы немецких самолетов, в данном случае рассматривались заявления о сбитых пяти Ju-88, восьми Bf-110, одном Fw-187 одном Do-17Z и пяти Bf-109E. «Вероятно сбитыми» указано семь двухмоторных самолетов и один Bf-109E. Все «вероятно сбитые» и 14 из 20 «подтвержденных» считаются сбитыми в ходе последнего боя. Кроме того, расчеты зенитных орудий заявили о двух сбитых Bf-109E. Самой тяжелой потерей для RAF в тот день стала гибель командира 33-й эскадрильи Пэттла, одержавшего в своем последнем бою 50-ю (как считается) победу. К тому времени у него был самый большой в RAF счет сбитых вражеских самолетов. 26-летний Мармадьюк Томас Ст. Джон Пэттл, южноафриканец английского происхождения в первом поколении навсегда остался в памяти маленькой группы выживших. Кристофер Бакли в официальной истории ('Greece and Crete'; HMSO) пишет:

«По меркам героизма в условиях численного превосходства противника пилоты этих 15 истребителей заслуживают встать в один ряд с героями Битвы за Британию. Они уничтожили 22 вражеских самолета и еще 8 вероятно, но потеряли треть (sic) своих. И это была воистину Пиррова победа».

В указанных 22 победах, очевидно, посчитаны все 20 «подтвержденных сбитых» истребителями и 2 сбитых зенитной артиллерией. В потерях же британских пилотов посчитаны только убитые.

Пока в воздухе над Афинами шел тяжелый бой, последние два разведывательных «Харрикейна» из 208-й эскадрильи выполнили с аэродрома Элефсис три разведывательных вылета над районами боев к югу от Элассона, Лариссы, Альмироса и Ламии. В последнем районе были замечены транспортные Ju-52, высаживавшие войска. В этих вылетах разведывательные «Харрикейны» не встречались с истребителями противника. Последние три «Лайсендера» 208-й эскадрильи к тому времени были направлены в Аргос. Той ночью RAF попытались нанести ответный удар, все оставшиеся «Бленхеймы» с базы Мениди в 03:00 были направлены бомбить аэродромы Козани и Катарина, а также любые автоколонны, которые будут обнаружены.

Немцы продолжали завоевывать господство в воздухе, на следующее утро начался налет на аэродром Элефсис, с 07:00 до 07:30 его атаковали пикировщики Ju-87 в сопровождении истребителей Bf-109E. Из предыдущих налетов был сделан вывод, что немцы намерены захватить аэродром Элефсис с минимальными повреждениями, чтобы самим использовать его, так как до сих пор немецкие самолеты только обстреливали аэродром, но не бомбили его. Хотя в ходе этих налетов были повреждены несколько «Харрикейнов», уничтожены были лишь немногие, и, предполагая, что бомбить аэродром вряд ли будут, британцы поместили поврежденные «Харрикейны» в один из ангаров, где, как предполагалось, их можно будет относительно спокойно ремонтировать.

Однако в то утро выяснилось, что это не так. «Штуки» разделились и атаковали ангары. В большинстве ангаров стояли только учебные и небоевые самолеты, но семь «Юнкерсов» атаковали ангар с «Харрикейнами» и добились четырех попаданий. Слабый зенитный огонь, по-видимому, был неэффективен, а вследствие дезорганизации системы оповещения о налетах исправные истребители не успели взлететь вовремя. Два «Харрикейна» в ангаре были уничтожены, а остальные получили новые повреждения. Когда «Мессершмитты» Bf-109E снизились для обстрела аэродрома, зенитный огонь стал более эффективен, и расчеты зенитных орудий заявили о двух сбитых. Как минимум один «Мессершмитт» из I(J)/LG2, вероятно, был поврежден и разбился при посадке в Лариссе.

Следующим был атакован аэродром Мениди, 12 «Мессершмиттов» Bf-109E атаковали его в 11:00, за ними аэродром обстреляли двухмоторные Bf-110. Несколько «Бленхеймов» получили повреждения, один из них был поврежден настолько, что не подлежал ремонту. Также немецкие истребители атаковали аэродром Агринион, пилоты Люфтваффе заявили о нескольких самолетах, уничтоженных на земле – вероятно, это были брошенные югославские машины. В 14:45 снова был атакован Элефсис, но между этими двумя налетами последние два «Суордфиша» (машины лейтенантов Оксли и Клиффорда) из 815-й эскадрильи FAA, находившиеся там, успели улететь на Крит. В этом втором налете участвовали «Мессершмитты» Bf-109E из II и III групп JG77 (31 машина), после обстрела аэродрома пилоты «Мессершмиттов» заявили о восьми самолетах, уничтоженных на земле. Между 13:40 и 14:40 еще 36 «Мессершмиттов» Bf-109E из двух групп JG77 атаковали Пирей, и шесть истребителей-бомбардировщиков (Jabo) добились попаданий в судно в порту. Один «Мессершмитт» из II группы были подбит зенитным огнем, унтер-офицер Пфайфер совершил вынужденную посадку и пешком вернулся в свою часть к вечеру.

Над тем же районом столкнулись два Bf-110 из 5/ZG26, их экипажи остались живы. В районе Лариссы был сбит «Дорнье» Do-17Z (T6+GA) из штабного звена StG2, обер-фельдфебель Йозеф Энглер и его экипаж получили ранения и попали в плен. Над австралийскими позициями в районе Фермопил был сбит пулеметным огнем «Хеншель» Hs-126 (T1+KK) фельдфебеля Ганса Кайша из 2(H)/10, экипаж погиб. Один «Юнкерс» Ju-88 из I/KG51 был поврежден зенитным огнем и разбился при посадке в Крумово.

В тот день самолеты Люфтваффе были вовлечены в инцидент иного рода. Транспортный Ju-52/3m фельдфебеля Вернера из II/KGzbV172 с 12 парашютистами на борту случайно пересек турецко-болгарскую границу в районе Эдирне и оказался в турецком воздушном пространстве. Турецкие зенитные орудия открыли огонь, «Юнкерс» был сбит и упал на болгарской территории в районе Оттопени, все люди на борту погибли. Опасаясь, что может начаться вторжение, турецкие войска были приведены в боевую готовность, на передовые аэродромы в том районе были переброшены две эскадрильи штурмовиков-бомбардировщиков «Валти» V-11GB и одна эскадрилья истребителей PZL P.24. Однако дальнейшей эскалации после этого инцидента не произошло.

Вечером того дня греческие войска, оборонявшие район Лариссы, сдались армии фельдмаршала Листа. Греческая Эпирская армия, отступавшая с албанского фронта, также капитулировала. Город Янина вместе с аэродромом был захвачен частями дивизии СС «Адольф Гитлер». Британские ВВС должны были эвакуироваться из Греции – и как можно быстрее.

Бомбардировщики «Кант» Z.1007bis из 47-го бомбардировочного полка Regia Aeronautica, перелетевшие на греческий аэродром из Италии. На переднем плане обломки сгоревшего «Бленхейма» RAF.

ГЛАВА 6

Эвакуация

После капитуляции Эпирской армии и мощных воздушных налетов на район Афин 20 и 21 апреля британские войска готовились эвакуироваться из Греции как можно быстрее, и по возможности сохранив порядок. 22 апреля аэродром Мениди подвергся еще одному сильному налету. «Мессершмитты» Bf-109E из II и III групп JG77 снова обстреляли его. Марсель Комо вспоминал:

««Мессершмитты» над Мениди демонстрировали фигуры высшего пилотажа, которые в мирное время привлекли бы толпу зрителей. 109-е с желтыми носами скользили на предельной малой высоте, разворачивались над самой землей, гонялись за отдельными солдатами и стреляли во все и всех. Дважды они формировали строй колонны и над самой землей пролетали в промежутки между ангарами, как письмо в почтовый ящик. «Мессершмитты» внезапно вылетали из-за изгородей, палаток и ангаров. Наши солдаты, стрелявшие в них с деревьев и из траншей, восхищались их мастерством».

Немецкие пилоты заявили об уничтожении восьми британских самолетов, и действительно несколько «Бленхеймов» были уничтожены (некоторые из них были повреждены в ходе предыдущих налетов), а остальные получили повреждения. После этого в составе 11-й эскадрильи RAF осталось только четыре исправных «Бленхейма», причем два из них лишь недавно вернулись из ремонта. Между налетами уцелевшие «Бленхеймы» из 11-й, 84-й и 211-й эскадрилий приступили к эвакуации личного состава на Крит. На борт каждый «Бленхейм» брал до девяти пассажиров. При посадке в Ираклионе у «Бленхейма» N3560 из 11-й эскадрильи лопнула шина и сломалась стойка шасси. Пилот сломал руку, но больше никто не пострадал.

При возвращении в Мениди из Ираклиона за новой партией эвакуируемых пилот «Бленхейма» L1481 везучий австралиец сержант Вернон Хадсон пережил еще одно чудесное спасение. Его бомбардировщик был перехвачен пятью истребителями «Фиат» CR.42 с Родоса и получил тяжелые повреждения. Хадсон смог посадить «Бленхейм» на поверхность моря недалеко от небольшого судна, и вскоре был спасен. Однако испытания Хадсона на этом не закончились. Когда подобравшее его судно, и еще одно следовавшее вместе с ним, подошли к порту Навплия, их атаковали пикировщики Ju-87. Так как оба судна везли боеприпасы, они оказались в более опасном положении, чем обычно. Оба судна загорелись, и одно из них взорвалось, а то, на котором находился Хадсон, было покинуто экипажем. Пока Хадсон вместе с моряками плыл к берегу, «Юнкерсы» обстреляли их из пулеметов. Однако Хадсон смог благополучно выбраться на берег, и позже на другом «Бленхейме» отправился на Крит. Вскоре после взлета «Бленхейм» был атакован «Мессершмиттом» Bf-110 и тяжело поврежден, но смог дотянуть до Ираклиона.

За службу в Греции Хадсон получил Медаль за летные боевые заслуги (DFM). После возвращения в Африку, в июне 1941, отправляясь в ночной вылет, его «Бленхейм» с бомбами столкнулся при взлете с другим бомбардировщиком. Оба самолета взорвались, но Хадсон снова уцелел, и даже не был ранен, хотя и сильно напуган.

На других аэродромах части RAF также приступили к эвакуации. С базы Хассани на аэродром Ираклион на Крите перелетели 14 «Гладиаторов» из 112-й эскадрильи RAF (из них пригодными к боевым вылетам считались только шесть) и четыре оставшихся «Лайсендера» из 208-й эскадрильи. Личный состав аэродромной команды 112-й эскадрильи только прибыл в Афины с Эпирского фронта, там они получили приказ направляться в Аргос, откуда их должны были эвакуировать. Они прибыли туда на следующий день, объезжая десятки перевернутых машин на дороге Коринф-Аргос. В Аргосе собралось уже около 11000 человек личного состава британской армии и RAF, кроме того, выяснилось, что два судна, на которых должны были эвакуировать солдат аэродромной команды, уже потоплены. Ночью 23/24 апреля аэродромная команда направилась в порт Навплия, где, наконец, их погрузили на ожидавшие военные корабли.

Тем временем 22 апреля командир эскадрильи Вудворд прилетел в Скарамангу на «Сандерленде» 230-й эскадрильи, ранее эвакуировавшем из Греции на Крит 18 офицеров RAF и членов греческой королевской семьи. Вскоре после рассвета шесть «Харрикейнов» перелетели с базы Элефсис на посадочную площадку в Мегаре в десяти милях к югу – это было всего лишь поле на берегу, окруженное оливковыми рощами. Как только рассвело, несколько сотен местных жителей – старики, женщины и дети – пытались замаскировать полосу, разбросав на ней ветки вереска и папоротника. Истребители были замаскированы среди оливковых деревьев, и в течение дня не взлетали. Вечером был получен приказ перегнать эти «Харрикейны» в Аргос, куда уже прибыли с базы Элефсис остальные 12 «Харрикейнов», способных подняться в воздух, но все они так или иначе требовали ремонта. Аргос был еще одной маленькой посадочной площадкой среди оливковых рощ. Пилоты обнаружили, что из-за близости деревьев на аэродром в Аргосе трудно совершать посадку. Этот аэродром греческие ВВС использовали как учебный, на нем стояло множество учебных самолетов «Авро-626» и «Авро-621», последние уцелевшие «Потэ-25А» из 1-й эскадрильи EVA, восемь истребителей PZL P.24 из 23-й эскадрильи EVA, и много других старых машин, замаскированных среди оливковых деревьев. Наземную оборону и ПВО обеспечивали греческие солдаты с двумя «Бофорсами» и двумя пулеметами «Гочкисс». В беспорядке отступления британская зенитная батарея, предназначенная для защиты аэродрома, прибыла не туда. Напуганные налетами греческие зенитчики открыли огонь по первым появившимся «Харрикейнам», и тяжело повредили один из них. Командование силами RAF в этом районе принял коммодор авиации Дж. Григсон, основной их задачей было прикрытие отступающих войск и эвакуировавших их кораблей.

Судоходство союзников продолжало нести тяжелые потери от ударов Люфтваффе, особенно в разбомбленном порту Пирей. Здесь за два дня были потоплены 23 корабля, в том числе госпитальное судно «Элленис». Недалеко от Пирея, в Мегаре, был атакован пикировщиками Ju-87 стоявший на якоре старый греческий эсминец «Псара». Несмотря на сильный огонь зенитной артиллерии эсминца, вскоре в него попала тяжелая бомба, расколовшая корпус от носа до мостика, 40 человек из экипажа были убиты. «Псара» медленно затонула, из ее экипажа остались в живых 118 человек. Второй греческий эсминец – «Идра» - был потоплен позже в тот же день, когда он сопровождал конвой транспортов из Пирея. Конвой атаковали 35 пикировщиков Ju-87, «Идра» почти сразу получила попадание, все ее орудия были выведены из строя и около 50 человек из экипажа убиты. Эсминец был покинут экипажем и позже затонул. Из выживших многие добрались до берега; других подобрали в море.

Немецкие бомбардировщики охотились за торговыми судами, и недостатка в целях у них не было. «Юнкерсы» Ju-87 из I/StG2 атаковали в Коринфском заливе 1300-тонный танкер «Теодора» с бензином и добились нескольких попаданий, шкипер танкера и 12 человек из его экипажа погибли. Находившийся поблизости маленький прибрежный танкер «Теодол 2» (657 т) также получил попадание и загорелся. Уцелевшие члены экипажа «Теодоры» попытались отвести танкер в более безопасное место, но он сел на мель, и бензин начал вытекать. Вскоре вытекший в море бензин загорелся. «Теодол 2» взорвался и затонул, а «Теодора» полностью выгорела. Третье судно, маленький грузовой пароход «Фраки», также было потоплено «Штуками». Но и немцы в тот день не обошлись без потерь – Ju-87 обер-лейтенанта Вильде (Fl+AN) из III/StG77 был сбит в районе Элефсиса. Кроме того, были потеряны два «Мессершмитта» Bf-109E – один (унтер-офицера Каплана из штабного звена JG27), был сбит над Молосом, пилот пропал без вести; второй Bf-109E унтер-офицера Рольфса из II/JG27 сбит над Лариссой, пилот ранен.

По данным перехватов «Ультра» следующей целью немцев наиболее вероятно должен был стать Крит, хотя под угрозой также находился и Кипр, как «промежуточный этап» на пути к Сирии и Ираку, если ситуация в этих странах сложится благоприятно для германского вмешательства. Пока части RAF прибывали из Греции на Крит, главный маршал авиации Лонгмор и вице-маршал авиации Д’Альбиак прилетели на Крит с коротким визитом, чтобы оценить возможности обороны острова. Их заключением было:

«Нет необходимости реорганизовать штаб командования RAF в Греции. Винг-коммандера Бимиша оставить на посту командующего «Крылом Z», командира эскадрильи Трамбла – комендантом базы Ираклион. 112-я эскадрилья остается, пока ее не сменит звено 33-й. Другое звено 33-й в Малеме. 100% пилотов на обоих аэродромах должны находиться в боевой готовности в дневное время. Аэродром Малеме переполнен, в связи с этим запросить разрешение командующего флотом на перевод оттуда 815-й эскадрильи FAA. «Харрикейны» и оставшиеся истребители FAA рассредоточить и замаскировать, в том числе в оливковых деревьях. В Ираклионе нет естественных укрытий, но построены укрытия для самолетов».

Лейтенант Саттон, старший наблюдатель и офицер связи FAA в Греции, прибыл в Малеме с приказом руководить сооружением подземного командного пункта. К тому времени первые три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA уже получили приказ перелететь в Египет. Этим торпедоносцам (пилоты – лейтенант Киггел, лейтенант Лэмб и суб-лейтенант Рудорф) предстоял 300-мильный перелет до Мерса-Матрух. Спустя примерно час полета двигатель машины Рудорфа начал издавать подозрительный шум. Увидев в просвете в облаках конвой, Рудорф направил самолет к нему, чтобы сесть на воду поблизости от одного из кораблей. Выйдя из облаков в чистое небо прямо над конвоем, Рудорф заметил, что к его «Суордфишу» направляется звено «Фулмаров». Опасаясь, что они примут его самолет за вражеский, Рудорф снова набрал высоту и скрылся в облаках, потеряв из вида конвой. После этого он все же решил лететь в Мерса-Матрух, и благополучно приземлился там, проведя в полете над морем более четырех часов, несмотря на проблемы с двигателем. Киггел и Лэмб к тому времени уже прибыли в Мерса-Матрух, хотя и у их «Суордфишей» возникли неисправности в двигателях.

«Фулмары», которые видел Рудорф, были с авианосца «Формидебл», возвращавшегося в Александрию после операции против Триполи (см. Главу 4). Истребители авиагруппы «Формидебла» в течение всего дня вылетали на патрулирование, так как радар все время обнаруживал вражеские самолеты. Но только в 17:24 целью налета стал авианосец. Два звена «Фулмаров» перехватили два «Юнкерса» Ju-88 в 30 милях от «Формидебла», на экране радара в это время были обнаружены новые самолеты противника. Все исправные истребители были подняты в воздух, и к тому времени, когда «Юнкерсы» приблизились к авианосцу, в воздухе было уже 14 «Фулмаров». Первую пару бомбардировщиков (из 8/LG1) атаковало «Зеленое» звено из 803-й эскадрильи FAA (лейтенант Брюэн и суб-лейтенант Ричардс) и «Серое» звено из 806-й эскадрильи (лейтенант Хенли и суб-лейтенант Спарк). «Зеленое» звено заставило один «Юнкерс» сбросить бомбы в море и укрыться в облаках. Второй «Юнкерс» (пилот унтер-офицер Герхард Пфайль) также сбросил бомбы в море, но ему скрыться не удалось, и он был сбит «Фулмаром» Спарка. У истребителя Хенли отказали пулеметы. Лейтенант Джаспер Годден, наблюдатель на «Фулмаре» '6A' (N1951) лейтенанта Брюэна, вспоминал:

«Мы не видели ничего, пока флот не подошел уже близко к Александрии. Около 17:00 мы провели получасовой бой с двумя Ju-88. Один «Юнкерс» был сбит – не нами. У меня из оружия был только пистолет-пулемет «Томпсон»».

«Черное» и «Белое» звенья 806-й эскадрильи FAA перехватили один Ju-88, следивший за флотом, он считается вероятно сбитым совместными усилиями лейтенант-коммандера Эванса, суб-лейтенанта Сьюэлла и суб-лейтенанта Орра. Британский флот потерь не понес. «Фулмары» с авианосца продолжали патрулирование над флотом. Годден вспоминал:

«В ходе операции против Триполи Билл (Брюэн) и я выполнили десять вылетов (всего 23 часа) на патрулирование над флотом. Очень монотонное занятие – особенно если ты не пилот. В среднем вылет на патрулирование занимал два с половиной часа, и все это время я осматривал в бинокль небо (чаще всего пустое) и глотал кислород».

Все цели, замеченные на радаре на следующий день, оказались патрульными «Сандерлендами», и 23 апреля в 11:00 флот благополучно вошел в Александрию.

Немецкие бомбардировщики «Дорнье» Do-17Z над побережьем Греции.

Утром 23 апреля на базе Аргос аэродромные команды проделали большую работу в очень тяжелых условиях, чтобы подготовить к боевым вылетам как можно больше «Харрикейнов» (которые все нуждались в ремонте), но в ходе отступления было потеряно много инструментов и запчастей, и удалось подготовить лишь несколько истребителей для патрулирования и разведывательных вылетов. В ходе одного из разведывательных вылетов позже утром пайлот-офицер Вейл (на «Харрикейне» V7134) недалеко от аэродрома обнаружил «Дорнье» Do-17Z, атаковал его и заявил, что нанес ему повреждения. Вероятно, это был «Дорнье» унтер-офицера Висмюллера (5K+DS) из III/KG3, предположительно сбитый огнем зенитной артиллерии в районе Коринфа, весь экипаж погиб. Еще два «Харрикейна», которые вели патрулирование севернее, обнаружили три Ju-88, бомбившие дорогу между Афинами и Коринфом. Эти «Юнкерсы» должны были действовать против судоходства союзников между Грецией и Критом, но не обнаружив целей в море, их экипажи решили атаковать дополнительную цель, чтобы не возвращаться с бомбами. Флайн-офицер Ньютон атаковал «Юнкерс» LI+LK унтер-офицера Альта и нанес ему серьезные повреждения. Правый двигатель «Юнкерса» был выведен из строя, штурман и стрелок-радист ранены. Пилот смог посадить «Юнкерс» в оливковых рощах в районе Альмироса. Эти три «Юнкерса» до того по ошибке атаковали «Мессершмитт» Bf-109E из штабного звена JG77; его пилот обер-фельдфебель Саваллиш ответил огнем и повредил один бомбардировщик, один человек из его экипажа был убит. Поврежденный «Юнкерс» совершил вынужденную посадку в Крумово.

Еще одно звено «Харрикейнов» было направлено на защиту порта Пирей, подвергавшегося сильным ударам Люфтваффе. Над Пиреем пилоты «Харрикейнов» заметили много пикировщиков Ju-87, атаковавших корабли в порту. Сержант Джендерс храбро атаковал их и заявил о трех сбитых. В этом случае точных подтверждений о потерях немцев нет. Вероятно, этот бой мог произойти 24 апреля, когда по немецким данным действительно были потеряны три Ju-87, но тогда не было заявлений британских пилотов о сбитых самолетах противника.

Тем временем для восполнения потерь в Аргос из Малеме прибыли пять «Харрикейнов», их перегнали пилоты 80-й эскадрильи RAF. Как только эти «Харрикейны» сели, над аэродромом появилось множество самолетов Люфтваффе. Немцам было известно о расположении базы RAF. Около 25 бомбардировщиков «Дорнье» Do-17Z сбросили бомбы с большой высоты, а примерно столько же «Юнкерсов» Ju-88 бомбили с пикирования. Их сопровождали «Мессершмитты» Bf-109E из II и III групп JG77.

Марсель Комо писал:

«109-е обстреливали аэродром на скорости около 400 миль в час. Расчеты «Бофорсов» были выкошены прежде чем успели открыть огонь. Взлетавший «Харрикейн» получил попадание из пушки, въехал в канаву и перевернулся. Еще четыре «Харрикейна», быстро поднявшиеся в воздух, исчезли из вида, но большинство остальных истребителей были уничтожены на земле, прежде чем пилоты успели занять места в них. Поблизости горели несколько греческих учебных «Авро»».

«Харрикейн», который был подбит, пытаясь взлететь, пилотировал сержант Джордж Баркер – он был легко ранен и получил ожоги. Другие пилоты помогли ему выбраться из кабины и добраться до ближайшей траншеи. По данным VIII авиакорпуса Люфтваффе его подбил «Мессершмитт» Bf-110.

Марсель Комо пишет:

««Лайсендер» из 208-й эскадрильи летел, едва не цепляясь колесами за деревья, а на него пикировал 109-й. Прижимаясь к земле, «Лиззи» пролетел мимо нас, его крылья и корпус уже были прошиты очередями. Ни огонь наших пулеметов, ни отчаянная стрельба из «Льюиса» хвостового стрелка «Лайсендера» уже не могли спасти его. Пилот пытался укрыть свою машину в овраге, окруженном деревьями, но «Мессершмитт» выпустил очередь почти в упор, и «Лайсендер» врезался в склон холма».

Пилот «Лайсендера» флайн-офицер Р. Барвелл и стрелок сержант Фелдон остались живы. Их сбил пилот «Мессершмитта» из III/JG77, принявший «Лайсендер» за истребитель PZL.

Во время предыдущего налета на аэродромы вокруг Афин был сбит и погиб командир II группы JG77 гауптман Франц Ланге. По немецким данным его Bf-109E был уничтожен прямым попаданием зенитного снаряда. Вероятно, его мог сбить сержант Джендерс, заявивший об одном «Мессершмитте», сбитом утром, или во время возвращения из вылета к Пирею или после взлета с базы Аргос.

«Харрикейн» V7773 из 80-й эскадрильи RAF на дне высохшей реки на краю аэродрома Аргос после вынужденной посадки. Фото сделал немецкий военный фотограф Бенно Вундсхаммер

Обломки греческих учебных самолетов «Авро-621 Тьютор» на аэродроме Аргос

Немецкие самолеты продолжали атаковать аэродром и после полудня, но следующий большой налет произошел незадолго до заката. В это время на патрулировании в воздухе были три «Харрикейна», один из них пилотировал пайлот-офицер Уинсленд. Он вспоминал:

«Мы втроем патрулировали в сумерках над нашими отступающими войсками, когда внизу на земле внезапно стали вспыхивать огни, один за другим, особенно вдоль дороги и вокруг нашего аэродрома. Мы и так очень нервничали, а от вида этих огней стало еще хуже – они означали, что вражеские истребители обстреливают наши войска с предельно малой высоты, а мы их не видим. Гаснущий дневной свет вместе с их отличным камуфляжем делал их почти неразличимыми на фоне земли. Невозможно было разглядеть что-то в сумерках внизу среди полей, лесов и бесчисленных вспыхивающих огней. Там внизу под нами были целые стаи вражеских машин, но будь я проклят, если я их видел! От начала до конца этого патрулирования я был на взводе. Я не прекращал вертеть головой туда-сюда, боясь, что немецкие истребители прикрытия могут внезапно спикировать на нас сверху. Меркнущий дневной свет, пожары на земле, густые столбы черного дыма, невидимые вражеские машины, понимание, что скоро из-за нехватки горючего нам придется садиться, пока противник господствует в воздухе – от всех этих мыслей легче не становилось. В конце концов мы больше не могли оставаться в воздухе и пошли на посадку. Роща, в которой мы маскировали наши машины на земле, была вся в огне. Тридцать немецких двухмоторных истребителей обстреливали аэродром из пушек и пулеметов за несколько минут перед нашей посадкой – и снова мы их не видели. Когда я говорю «мы», то имею в виду нас двоих, следовавших за командиром, потому что, как ни странно, наш командир их видел, как он потом признался. Его решение не атаковать их многим может показаться трусливым. Но его решение имеет вполне разумные оправдания, и признаюсь, что я на его месте сделал бы то же самое. Если предположить, что мы бы атаковали и сбили бы каждый по четыре самолета (что практически невозможно и в любом случае крайне маловероятно), противник едва ли заметил бы разницу, а мы, несомненно, понесли бы тяжелые потери. Наш командир утверждал, что в этом случае атаковать было бы не только неразумно, но и просто глупо, особенно учитывая, что мы двое были тогда довольно неопытными пилотами. Как бы то ни было, слава Богу, что он решил именно так».

На аэродроме все исправные «Харрикейны» готовились к взлету в 18:00 для патрулирования над портом, но когда аэродром атаковали около 40 «Мессершмиттов» Bf-110 из I/ZG 26, на патрулирование взлетели только два истребителя (флайн-офицер Кок и пайлот-офицер Даль). Все остальные «Харрикейны» на аэродроме получили попадания, но пилоты успели выбраться из них и укрыться в траншеях, только сержант Тед Хьюитт был ранен осколком в спину. Bf-110 атаковали аэродром около 40 минут, снова и снова обстреливая все горящие обломки. Солдаты и пилоты на земле, прятавшиеся в траншеях и среди оливковых деревьев, стреляли по низколетящим «Мессершмиттам» из винтовок и пулеметов. Капрал Кимбер из 33-й эскадрильи попал одному из них в правый двигатель, и из мотора пошел дым. Коммодор авиации Григсон стоял посреди поля и хладнокровно стрелял по немецким самолетам из винтовки.

В ходе этого налета на базе Аргос было уничтожено 13 «Харрикейнов», в том числе последний разведывательный «Харрикейн» 208-й эскадрильи. Почти все греческие самолеты на аэродроме также были уничтожены. Пилоты Люфтваффе заявили о 53 уничтоженных самолетах на аэродроме Аргос. После налета только два «Харрикейна» еще могли подняться в воздух. Также уцелели пять машин, находившихся в то время в воздухе. Два из них – «Харрикейны» Кока и Даля вернулись на разгромленный аэродром вскоре после того, как улетели «Мессершмитты». На подходе к Аргосу Даль заметил маленький двухмоторный самолет, и, приняв его за немецкий разведчик, спикировал на него и зашел в хвост. Едва он приготовился атаковать, как «Харрикейн» флайн-офицера Кока поравнялся с ним и покачал крыльями. Только тогда Даль разглядел, что намеченная им жертва – транспортный « Дрэгон Рэпид» RAF, направлявшийся на аэродром, чтобы принять участие в эвакуации.

Также в тот день Люфтваффе атаковали аэродромы Мениди, Мегара и Хассани. Пилоты Bf-110 из II/ZG26 заявили об уничтожении двух двухмоторных самолетов на аэродроме Мениди, один Bf-110 из 6-й эскадрильи был сбит зенитным огнем, его пилот остался жив, но стрелок погиб. На аэродроме Мегара было уничтожено шесть самолетов, на базе Хассани – четыре. В числе уничтоженных были шесть греческих гидросамолетов «Дорнье» Do-22KG из 2-й эскадрильи EVA, переоборудованных колесными шасси вместо поплавков. Один «Мессершмитт» Bf-109E из III/JG77 разбился при посадке в Альмиросе.

У входа в бухту Суда (Крит) пикировщики Ju-87 атаковали 300-тонный вооруженный траулер «Сиверн» (бывшее китобойное судно). Капитан и несколько человек из экипажа были убиты, но траулер остался на плаву. Вероятно, при возвращении из этого налета пилоты «Штук» заметили пришвартованную в бухте Скараманга летающую лодку «Сандерленд» ‘P’ L2161 из 230-й эскадрильи RAF и атаковали ее. «Сандерленд» пытался взлететь на трех моторах, но безуспешно, и пилот флайт-лейтенант Мак-Колл был вынужден вернуться к причалу. Семь «Юнкерсов» Ju-87 обстреливали «Сандерленд» из пулеметов, и летающая лодка получила множество попаданий. Загорелись внутренние топливные баки, и «Сандерленд» быстро охватило пламя, вспыхнул и стоявший рядом лихтер, с которого осуществлялась заправка. Двое стрелков в верхних огневых точках «Сандерленда», сержанты Кордери и Старки, оставались на своих постах и продолжали вести огонь по немецким самолетам. Они заявили об одном сбитом Ju-87 и одном поврежденном. Вероятно, во время этого боя над Скарамангой появились «Харрикейны» сержанта Джендерса и его ведомого, и атаковали «Юнкерсы». Оба стрелка были в конце концов вынуждены покинуть тонущий и горящий «Сандерленд». Когда они прыгнули в море, оказалось, что один из них не умеет плавать, и второй помог ему добраться до берега. Впоследствии их обоих наградили Военной Медалью (Military Medal).

Поврежденный истребитель PZL P.24 из 23-й эскадрильи греческих ВВС, брошенный на аэродроме Аргос.

Во время другого налета на бухту Суда тем утром, патрулировавший истребитель «Бленхейм» Mk IF флайн-офицера Р. Блейквея из 30-й эскадрильи RAF атаковал два «Юнкерса» Ju-88, но без заметных результатов. Еще несколько «Бленхеймов» из той же 30-й эскадрильи прилетели на базу Элефсис, чтобы забрать оставшихся там несколько человек из личного состава 33-й и 80-й эскадрилий RAF. Пока шла погрузка, флайн-офицер Ричардсон осмотрел оставленный на аэродроме «Бленхейм» Mk IF с разбитым хвостовым колесом. С помощью других пилотов и механиков удалось поднять хвост «Бленхейма» на тележку и вывести самолет на ВПП. Ричардсон успешно взлетел на этом «Бленхейме» и благополучно посадил его в Малеме, где самолет отремонтировали.

Несколько раньше в бухту Суда прибыли пять больших танкодесантных кораблей, в целях секретности обозначенных как лихтеры типа А. Каждый из них мог принять на борт 900 солдат, они должны были принять участие в эвакуации войск из Греции (операция «Демон»), которая должна была начаться вечером 24 апреля. Два лихтера – А1 (командир суб-лейтенант Питерс) и А19 (лейтенант-коммандер Хаттон, командующий эскадрой лихтеров) в 17:00 прибыли в Мегару с целью найти укрытия под скалами от вражеской авиации и ожидать своей очереди на погрузку солдат. Пока они искали подходящие места для укрытий, внезапно появились шесть пикировщиков Ju-87 и атаковали оба лихтера. Попаданий бомб лихтеры не получили, но у А1 были выведены из строя зенитные орудия. Лихтеры все же нашли укрытия под скалами у острова Паки. Восточнее, в районе Рафтиса, третий лихтер А6 (командир суб-лейтенант Саттон) вошел в бухту Лаврион в тот момент, когда «Юнкерсы» Ju-88 атаковали маленький греческий пароход, стоявший на якоре в бухте. А6 открыл огонь из своих двух «пом-помов». Один Ju-88 задымил и по данным британцев упал в море. Вероятно, это был «Юнкерс» лейтенанта Дитриха Захвега (9K+CK) из I/KG51. Еще один «Юнкерс» (обер-фельдфебеля Мундляйна) был поврежден зенитным огнем, двое членов экипажа были ранены. После этого налета появились пикировщики Ju-87, и, хотя в лихтер А6 не было попаданий бомб, было много близких разрывов, и лихтер был изрешечен пулеметным огнем. Наконец и ему удалось найти укрытие.

Началась эвакуация с Крита личного состава частей, не задействованных в обороне. Около 20 исправных «Бленхеймов» из 11-й, 84-й и 211-й эскадрилий RAF вылетели в Гелиополис с эвакуированными людьми на борту. Улетели также два «Суордфиша» (лейтенанта Торренс-Спенса и лейтенанта Клиффорда) из 815-й эскадрильи FAA. На борту среди их пассажиров была собака военного корреспондента Тома Уисдома. Днем в бухту Суда прибыли две невооруженные летающие лодки «Эмпайр» авиакомпании BOAC - G-AEUI «Куронг» (капитан Дж. Дэвис) и G-ADUV «Кембрия» (капитан Ф. Фой) и «Сандерленд» из 230-й эскадрильи RAF для участия в эвакуации. Обе гражданских летающих лодки были частично окрашены в камуфляж – времени хватило только чтобы покрасить верхнюю поверхность крыльев и фюзеляжа. Это был уже второй эвакуационный рейс «Куронга» - прошлым вечером летающая лодка доставила в Александрию 35 солдат. «Сандерленд» L2160 из 230-й эскадрильи RAF эвакуировал на Крит с базы Скараманга 11 пассажиров, в том числе короля Греции Георга и наследного принца Пауля, а также британского посла с семьей. Вскоре в бухту Суда прибыл еще один «Сандерленд» - из 228-й эскадрильи, на его борту эвакуировались из Греции 50 человек из личного состава RAF.

Транспортная летающая лодка «Шорт Эмпайр»

В Аргосе, после сокрушительных налетов Люфтваффе, коммодор авиации Григсон приказал на рассвете перегнать семь последних исправных «Харрикейнов» в Малеме. Девять пилотов, оставшихся без самолетов, должны были эвакуироваться на «Рэпиде» (том самом, который едва не атаковал Роальд Даль). После наступления темноты в Аргосе сели три транспортных «Лодстара» из 267-й эскадрильи RAF, чтобы эвакуировать наземные команды.

Транспортный самолет «Локхид Лодстар» С-60, в британских ВВС обозначался как «Лодстар» Mk II

Экипажи «Лодстаров» доложили, что видели горящие обломки 18 самолетов, и много горящих автомобилей. В порту Аргоса горели два танкера. В 04:30 «Харрикейны» и «Лодстары» вылетели на Крит. За ними последовали четыре греческих «Авро Тьютора», последний уцелевший истребитель PZL и пять «Энсонов» из 13-й эскадрильи EVA, последние эвакуировали людей. Еще один «Энсон», который пилотировал винг-коммандер лорд Форбс из штаба RAF, сел в Элефсисе, чтобы забрать жену греческого правительственного чиновника, но на рассвете аэродром атаковали «Мессершмитты» и расстреляли беспомощный «Энсон». Никто из людей не пострадал, но приключения Форбса только начинались. На аэродромах материковой Греции больше не осталось исправных самолетов союзников, только в некоторых портах еще оставались гидросамолеты.

В течение дня 24 апреля Люфтваффе продолжали действовать против судоходства союзников. В бухту Навплия перед рассветом прибыли три судна: греческий пароход «Николау Георгиос» (4108 т) и британские «Кавалло» (2269 т) и «Санта Клара» (4665 т). Все они были загружены боеприпасами и взрывчатыми веществами, на борту последнего кроме того было 500 мулов и лошадей для греческой армии – во время войны греческая армия использовала около 20000 мулов для перевозок в горах. Оборудования для разгрузки боеприпасов не было, но ветеринарный офицер распорядился выпустить в море как можно больше животных перед налетом. Около 11:00 транспорты атаковала первая волна пикировщиков Ju-87, «Санта Клара» получила четыре прямых попадания и затонула, погибли четыре члена экипажа и много животных, еще остававшихся на борту. Час спустя затонул «Кавалло», а около 15:00 взорвалось горевшее греческое судно, взрыв причинил большой ущерб зданиям на берегу.

Были потоплены два греческих госпитальных судна – «Андрос» (2068 т) в Лутраки и «Поликос» (875 т) в Метане. Вечером четыре пикировщика Ju-87 атаковали у острова Паки лихтер А1, оставшийся без зенитной артиллерии. Лихтер получил пять прямых попаданий и пошел ко дну. Его экипаж к тому времени уже покинул судно и сошел на берег. Гораздо больше жертв было при налете в порту Пирей около 18:00, куда прибыла греческая круизная яхта «Эллас» для участия в эвакуации. Яхта могла принять около 1000 пассажиров, на ее борт поднялись 500 британских подданных, живших в Греции (в основном мальтийцы и киприоты), а также много раненых австралийских солдат и сопровождавшие их медсестры. В этот момент порт атаковали бомбардировщики Ju-88, яхта была тяжело повреждена, загорелась и вскоре затонула, лишь немногие из людей на борту смогли спастись. Одним из выживших был винг-коммандер лорд Форбс, пилот того злополучного «Энсона», уничтоженного утром на аэродроме. Он смог доплыть до берега, и позже добрался до Крита на каике. Кроме того, в Пирее были потоплены два небольших греческих торговых судна – «Тети Номику» (1882 т) и «Димитриос Номикос» (1171 т).

В этих налетах и Люфтваффе не обошлись без потерь, хотя сопротивления истребителей в воздухе уже не было. Два «Юнкерса» Ju-87 из I/StG2 – T6+JH унтер-офицера Вартманна и T6+LK ефрейтора Германна – и один Ju-88 из I/KG51 были потеряны в районе Афин. Еще один Ju-87 - S7+LL лейтенанта Райхардта из I/StG3 по немецким данным пропал в районе Халкиса. Кроме того, в районе Афин был сбит «Мессершмитт» Bf-109E из II/JG77, его пилот лейтенант Зигфрид Фрайтаг (будущий ас-«эксперт») был ранен.

Летающие лодки «Шорт Сандерленд» из 228-й эскадрильи RAF в бухте Скараманга

Днем в бухту Суда прибыл «Сандерленд» из Скараманги, на его борту было 40 человек, в том числе вице-маршал авиации Д’Альбиак и генерал сэр Томас Блейми, командующий австралийских войск. Теперь Люфтваффе все чаще атаковали и Крит, в тот же день в бухте Суда «Юнкерсы» Ju-88 потопили греческое судно «Кириаки» (5524 т). Лейтенант Уинстенли из 805-й эскадрильи FAA, патрулировавший на «Си Гладиаторе», пытался атаковать бомбардировщики, но безуспешно. Истребители «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF, патрулировавшие над конвоями, добились большего успеха. В 17:25 пайлот-офицер Л. Бейсен заметил прямо впереди Ju-88 (Ll+KH фельдфебеля Вальтера Цукера из I/LG1). Приблизившись к «Юнкерсу», вероятно, незамеченным, Бейсен выпустил в него четыре очереди, «Юнкерс» задымил и повернул на северо-восток. Другой пилот позже видел, как этот «Юнкерс» упал в море. Цукер, однако, впоследствии утверждал, что его сбили «Гладиаторы», причем стрелки Ju-88 заявили об одном сбитом истребителе.

На Крит к тому времени прибыли и другие истребители «Бленхейм» - на этот раз «Бленхейм» Mk IVF из 203-й эскадрильи RAF, до того базировавшиеся в Адене и активно участвовавшие в боях над Восточной Африкой. Первые пять этих «Бленхеймов» привел на аэродром Ираклион командир эскадрильи Пайк. Еще четыре на следующий день привел командир эскадрильи Гефин. Каждый «Бленхейм» вез на борту людей из наземной команды и запасные части, в том числе хвостовые колеса, которые на плохо подготовленной ВПП Ираклиона часто ломались. Тогда же с базы Ираклион улетели в Египет шесть «Лайсендеров» из 208-й эскадрильи RAF и последний греческий PZL.

«Лайсендер» из 208-й эскадрильи RAF разбился, потеряв хвостовое колесо при взлете с аэродрома Ираклион

24 апреля началась полномасштабная эвакуация войск из Греции под кодовым названием операция «Демон». В ней были задействованы корабли Соединения Z, первоначально предназначавшиеся для захвата Родоса. В соединение входили три десантных транспорта – «Гленарн», «Гленгайл» и «Гленрой», шесть лихтеров типа А, и суда поддержки. К несчастью, «Гленрой» сел на мель в гавани Александрии и не смог принять участия в эвакуации. В качестве основных пунктов погрузки на транспорты были выбраны шесть пляжей, обозначенных следующим образом: пункт С – в Рафине, пункт D – в Рафтисе, пункт P – в Мегаре, пункт S – в Навплии, пункт Х – в Монемвасии и пункт Z – в Каламате.

В этих пунктах собирались тысячи солдат, все дороги, ведущие к ним, оказались забиты британским, австралийским и новозеландским автотранспортом, греческими гужевыми повозками и тысячами беженцев. Начало эвакуации было назначено на ночь 24/25 апреля с пунктов в Навплии и Рафтисе, и после полудня к этим пунктам начали подходить корабли. В этот момент конвой внезапно атаковали два «Хейнкеля» He-111 и добились попадания в «Гленарн». Четыре человека на борту были убиты, транспорт загорелся. Но пожар удалось потушить и «Гленарн» продолжил путь. В 22:00 в районе Навплии транспорт «Ольстер Принс» сел на мель и больше не мог принимать участие в эвакуации. В остальном все шло нормально, на корабли были перевезены 6685 человек, их перевозили с берега лихтер А5 и десять меньших лихтеров типа В, спущенных с «Гленарна» (каждый из этих лихтеров мог принять 70 пассажиров), а также шлюпки с боевых кораблей. Один «Гленарн» принял 5100 человек, остальные разместились на борту сопровождавших транспорт боевых кораблей.

Среди тех, кто эвакуировался с пункта в Навплии, было несколько человек из 113-й эскадрильи RAF, добравшихся туда из Ниаматы, во главе с лейтенантом Риксоном. Он вспоминал:

«Было особенно унизительно видеть, как очень плохо снаряженные греческие крестьяне, вооруженные какими-то старыми ружьями, отправляются на север, на войну, в то время как мы бежим. Переправившись через Коринфский канал, мы смогли сесть на поезд, на котором добрались до порта, где был пункт сбора для пилотов без машин вроде нас и солдат других разбитых частей, надеявшихся выбраться оттуда. Там творился обычный в таких случаях беспорядок, но личный состав нашей эскадрильи проявил отличную дисциплину и заслужил похвалу майора ирландских гвардейцев, координировавшего эвакуацию, так как среди эвакуировавшихся солдат разных национальностей и родов войск дисциплины явно не хватало. Нас перевезли на корабли флота с помощью десантных барж. Флот хорошо позаботился о нас, хотя репутация RAF была не так высока, как обычно, потому что в воздухе господствовала немецкая авиация, а наши ВВС мало чем могли помочь флоту».

В Рафтисе еще 5750 человек (в основном новозеландцев) были перевезены на борт транспорта «Гленгайл» и крейсера ПВО «Калькутта». С берега их перевозили лихтер А6, корвет «Сальвия» и другие меньшие суда. Два конвоя из двух пунктов эвакуации встретились в 08:00 и вместе направились в бухту Суда, куда благополучно прибыли во второй половине дня. В пути их безуспешно атаковали три «Юнкерса» Ju-88, и расчеты зенитных орудий кораблей заявили об одном сбитом бомбардировщике. На рассвете на прикрытие кораблей были направлены шесть истребителей «Бленхейм» Mk IF из 30-й эскадрильи RAF с базы Малеме и три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи RAF с базы Ираклион, но так как ни тем ни другим не сообщили об участии в патрулировании «Бленхеймов» с другой базы, одни «Бленхеймы» едва не атаковали другие. В 08:00, когда конвои из Навплии и Рафтиса встретились, флайн-офицер Смит из 30-й эскадрильи заметил два «Юнкерса» Ju-88 и атаковал обоих, заявив о попаданиях по одному «Юнкерсу», который задымил и стал терять высоту. Другой «Юнкерс» сочли предположительно сбитым зенитными орудиями кораблей, но в немецких документах ни в том, ни в другом случае нет подтверждающей это информации о потерях и повреждениях.

В тот день фактически закончились крупномасштабные бои в Греции, когда немцы взяли Фермопильский проход после героической его обороны частями ANZAC. Под постоянными ударами «Штук» VIII авиакорпуса Люфтваффе войска союзников не смогли остановить наступление двух немецких танковых дивизий и141-й горнострелковой дивизии, хотя австралийцы и новозеландцы заявили об уничтожении не менее 15 танков противника (и примерно столько же временно выведено из строя). Было приказано отступать на следующую линию обороны. Тем временем немецкие войска заняли Лемнос и другие острова в Эгейском море.

Самолеты VIII авиакорпуса Люфтваффе снова обстреляли аэродром Аргос, немецкие пилоты заявили о 19 уничтоженных самолетах – очевидно, это были уже выведенные из строя и брошенные самолеты. В середине дня один из двух «Мессершмиттов» Bf-109E из III/JG77, сопровождавших пикировщики Ju-87, был сбит зенитным огнем в районе Навплии, его пилот фельдфебель Отто Унертль погиб. С базы Танагра вылетели «Мессершмитты» (также из III/JG77) под командованием майора Александра фон Винтерфельдта (ветерана Первой Мировой войны), вооруженные бомбами, для действий против кораблей союзников, задействованных в эвакуации. В бухте Навплия они заметили стоявший на мели «Ольстер Принс», и пока фон Винтерфельдт и его адъютант лейтенант Дитхельм Айхель-Штрайбер выполняли отвлекающую атаку, чтобы отвлечь на себя огонь зенитных орудий, обер-лейтенант Вольф-Дитрих Ги добился прямого попадания в транспорт. Позже пилоты «Мессершмиттов» докладывали, что транспорт сильно задымил и почти сразу перевернулся. Однако, похоже, что в то же самое время «Ольстер Принс» атаковали пикировщики Ju-87, а также Ju-88 из I/LG1. Лейтенант Герд Штамп из I группы доложил, что видел попадание своей бомбы в судно, которое вскоре загорелось. Пилоты всех трех групп полагали, что потопление транспорта на их счету. К тому времени у звена Ги заканчивалось горючее, и ему с ведомым пришлось садиться на аэродром в Коринфе, все еще находившийся в тылу британских позиций. Авиабаза оказалась брошенной. Немецкие пилоты нашли оставленные канистры с горючим, дозаправились, вручную завели двигатели и вернулись на свою базу в Танагре, где их уже считали сбитыми.

Другие бомбардировщики из I/LG1 потопили греческое судно «Георг А. Драгулис». Два «Юнкерса» Ju-88 из той же группы атаковали подходивший к берегу конвой – шла следующая фаза эвакуации. Транспорты «Пеннланд» (бывший океанский лайнер 16082 т) и «Терланд Касл» в сопровождении крейсера ПВО «Ковентри» и трех эсминцев направлялись из бухты Суда к пункту эвакуации в Мегаре. «Юнкерсы» атаковали конвой около 15:00, одна бомба разрушила мостик и рулевую рубку «Пеннланда», были уничтожены компасы и рулевой привод. На помощь транспорту пришел эсминец «Гриффин», и некоторое время «Пеннланд» продолжал идти к Мегаре, но повреждения были слишком велики, и транспорт повернул обратно на Крит в сопровождении «Гриффина». В 16:50 бомбардировщики вернулись, один из них зашел со стороны солнца и сбросил две бомбы, добившись прямого попадания в «Пеннланд». Одна бомба пробила палубу и взорвалась в машинном отделении, три человека были убиты. Капитан ван Далькен отдал приказ покинуть судно, и 300 человек с «Пеннланда» подобрал эсминец «Гриффин». К конвою в Мегару были направлены еще два эсминца, а позже еще три.

Несмотря на потерю «Пеннланда» из Мегары той ночью были эвакуированы 5900 человек, в основном австралийцы, в том числе 1500 больных и раненых и 80 сопровождавших их медсестер и санитаров. У лихтера А19 возникла неисправность двигателей, и его пришлось оставить, в результате около 300 солдат были оставлены в Мегаре.

«Сандерленд» T9048 DQ-N из 228-й эскадрильи RAF принимает на борт личный состав 112-й эскадрильи RAF. Фото сделано незадолго до гибели «Сандерленда» в катастрофе при посадке ночью 25 апреля 1941

Еще один «Сандерленд» из 228-й эскадрильи RAF - T9048 флайт-лейтенанта Лэмонда – вылетел в район Гитеона в поисках группы солдат и офицеров RAF. После посадки экипаж встретил офицер греческих ВВС, который направил их дальше вдоль берега. По пути экипаж заметил вспышки сигналов, подаваемых карманным зеркалом, и, посадив «Сандерленд», Лэмонд нашел на берегу потерявшуюся группу офицеров и солдат из 112-й эскадрильи RAF (всего 101 человек). Из них 52 человека смогли поместиться на борт летающей лодки. Лэмонд пообещал остальным, что вернется за ними вечером, если не помешают новые приказы. Он сдержал слово и вернулся за остальными после наступления сумерек, но при посадке в темноте «Сандерленд» врезался в препятствие и разбился. Лэмонд и три человека из экипажа остались невредимы, но еще двое получили тяжелые травмы. Несколько часов они дрейфовали на перевернутом крыле, пока не выбрались на берег. Лэмонд решил остаться с ранеными, и позже, когда район заняли немцы, он с двумя другими членами экипажа попал в плен.

Еще три «Суордфиша» из 815-й эскадрильи FAA в тот день перелетели с Крита в Египет. Командование прилагало большие усилия, пытаясь обеспечить Крит достаточным числом истребителей для обороны. Из-за нехватки «Харрикейнов» в 80-й эскадрилье RAF на Крите требовалось только четыре пилота. Остальные пилоты, оставшиеся без истребителей, были эвакуированы в Египет на «Лодстаре» 267-й эскадрильи. Оставшиеся на Крите четыре пилота – флайн-офицер Ванклин Флауэр, пайлот-офицер Вейл, флайт-сержант Ривалан и сержант Беннет – были присоединены к 33-й эскадрилье RAF, образовав смешанное подразделение, в котором было семь «Харрикейнов» (V7181, 7461, 7761, 7795, 7800, 7826 и W9297). У одного «Харрикейна» была пробоина около десяти дюймов в диаметре в главном лонжероне крыла. В условиях Крита починить поврежденный «Харрикейн» было невозможно, но так как истребителей было очень мало, приходилось летать и ему. Пилоты договорились летать на нем по очереди, хотя были серьезные опасения, что при любом резком маневре крыло может просто оторваться.

Из Египта на Крит вышел конвой AG-14 для помощи в эвакуации войск из Греции. К «Гленарну» в его втором рейсе присоединились транспорты «Хедив Исмаил» и «Сламат» (голландский) в сопровождении трех боевых кораблей. Вечером конвой дважды атаковали в проливе Касо торпедоносцы S.79, но безуспешно. Когда конвой ночью прибыл в бухту Суда, там оказалось большое скопление кораблей. В бухте Суда были еще два больших лихтера типа А – А15 и А20, югославская подводная лодка и два югославских торпедных катера, они вышли из базы Каттаро и шли на Крит восемь дней. Из Скараманги прибыла заправочная баржа, с которой заправлялись «Сандерленды» 230-й эскадрильи RAF. На борту баржи было 600 галлонов авиационного бензина, а ее вооружение составляли четыре старых пулемета «Виккерс», которые обслуживали командир эскадрильи Элингтон, еще три солдата из RAF, греческий полковник и греческий же рядовой, и три медсестры. К счастью, на пути в бухту Суда баржа не подвергалась атакам вражеской авиации.

Конвой с войсками, эвакуированными из Мегары, также направлялся к Криту, но 26 апреля с наступлением светлого времени суток он подвергся частым налетам небольших групп немецких самолетов. Сначала конвой атаковали два «Юнкерса» Ju-87, потом два «Мессершмитта» Bf-109E с бомбами, потом несколько «Дорнье» Do-17Z. В середине дня конвой пытались атаковать до 10 «Юнкерсов» Ju-87, но сильный огонь зенитных орудий крейсера ПВО «Ковентри» и эсминцев нарушил их строй. Три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи RAF попытались перехватить «Юнкерсы». Командир эскадрильи Гефин атаковал восемь «Штук», зафиксировав попадания по нескольким из них, в том числе из хвостового пулемета. Наблюдатели на кораблях сообщили, что как минимум один «Юнкерс» был сбит, но по немецким данным Ju-87 потерь не понесли. Гефин преследовал «Штуки» около десяти минут, но не смог догнать их. «Бленхейм» флайн-офицера Лейн-Сэнсома был атакован пятью «Мессершмиттами» и получил несколько попаданий в крылья, но смог уйти пикированием по направлению к кораблям, и «Мессершмитты» не последовали за ним в зону зенитного огня кораблей.

Поврежденный греческий «Бленхейм» Mk IV, брошенный на аэродроме. На фюзеляже видны пробоины от пуль 7,9-мм пулеметов и снарядов 20-мм пушек. На заднем плане Ju-88, взлетающий с аэродрома.

В 11:50 конвой атаковали три «Юнкерса» Ju-88 из I/LG1, но не добились попаданий. В 13:15 атаковали еще три Ju-88, но так же безуспешно. Когда конвой подошел к бухте Суда, на его прикрытие вылетели «Харрикейны», «Фулмары» и «Си Гладиаторы» с базы Малеме. В 18:00 конвой вошел в бухту Суда. У транспорта «Терланд Касл» было шесть футов воды в трюме из-за повреждений обшивки близкими разрывами бомб, но из 3500 солдат на его борту никто не пострадал.

Тем временем транспорты «Гленарн», «Хедив Исмаил» и «Сламат», в сопровождении крейсера ПВО «Калькутта» и четырех эсминцев, направлявшиеся в Грецию, после полудня стали подвергаться все более сильным налетам групп «Юнкерсов» Ju-87 и Ju-88. Наиболее решительная атака с воздуха началась в 18:20, когда конвой вошел в залив Навплии. Близким разрывом бомбы была повреждена обшивка «Гленарна», настолько сильно, что было затоплено машинное отделение, и двигатели вышли из строя. Эсминец «Гриффин» снова пришел на помощь и отбуксировал потерявший ход транспорт в бухту Суда. «Сламат» получил незначительные повреждения, а на транспорте «Хедив Исмаил» шесть человек были убиты близким разрывом бомбы.

Днем в порту Пирей было потоплено бомбами греческое судно «Мария Стафату» (6303 т). После полудня судно «Спрапас», перевозившее британских солдат, было атаковано немецкой авиацией в районе Мелоса, несколько человек были убиты. У северного побережья Крита Люфтваффе атаковали еще один конвой – AG-15, направлявшийся в бухту Суда из Египта. Транспорт «Скоттиш Принс» получил попадание бомбы и был оставлен экипажем. Австралийский эсминец «Вэмпайр» пришли ему на помощь, отправив на его борт часть своих экипажей, и транспорт пришел в бухту Суда своим ходом.

Новая попытка крупномасштабной эвакуации была назначена на темное время суток. Тем временем в материковой части Греции происходили драматические события. Еще перед наступлением немцев британское Адмиралтейство и командующий британским Средиземноморским флотом адмирал Каннингэм рассматривали в случае эвакуации вариант блокирования Коринфского канала, отделявшего материковую Грецию от полуострова Пелопоннес. Заблокировать канал предполагалось, затопив в нем судно, но греки были против этого. Согласия по этому вопросу так и не было достигнуто, и наконец, 24 апреля лейтенант резерва флота (RNR) Камберледж получил приказ заминировать канал. Используя 8 глубинных бомб и магнитную мину, он связал их вместе и опустил в канал, установив на детонаторе замедленного действия задержку на семь дней. По некоторым сообщениям устройство взорвалось 1 или 2 мая, потопив корабль в канале. Как бы то ни было, благодаря работе итальянских инженерных войск к 10 мая канал снова был открыт, судоходству мешали только остатки взорванного моста, их убрали к 17 мая.

Немцы пытались захватить этот мост через канал, чтобы отрезать путь отступления от Фермопил войскам союзников. Эта задача была поставлена 2-му парашютному полку Люфтваффе (FJR2) под командованием оберста Альфреда Штурма, прибывшему в Болгарию в марте. Первоначально предполагалось использовать парашютистов для захвата острова Лемнос в случае его оккупации британскими войсками, но в этом не возникло необходимости, немецкая пехота высадилась на остров без сопротивления. Для перевозки парашютистов была задействована группа транспортной авиации (KGzbV2) в составе 53 «Юнкерсов» Ju-52/3m и 12 планеров DFS-230, которые должны были доставить саперную часть для поддержки парашютистов.

26 апреля около 06:00 «Юнкерсы» Ju-88 из 1/KG51 нанесли бомбовые удары по позициям войск союзников в районе канала, очевидно с целью выявить позиции зенитной артиллерии. После этого до 30 пикировщиков Ju-87 в сопровождении 80-100 «Мессершмиттов» Bf-110 (в том числе из 1/ZG 26) атаковали все 10 позиций зенитных орудий, при этом Bf-110 обстреливали из пушек и пулеметов не только позиции зенитной артиллерии, но и автотранспорт на дорогах поблизости. В течение 30 минут все зенитные орудия были выведены из строя, хотя при этом был сбит один Bf-110 - U8+AL унтер-офицера Вильгельма Рёделя из 3/ZG26, экипаж погиб. Также был потерян один Ju-87 из I/StG3 в районе Лариссы.

Налет прекратился так же внезапно, как начался, но прежде чем защитники успели отреагировать, в небе появились транспортные Ju-52/3m, летевшие группами по три на высоте около 200 футов, с них начали прыгать парашютисты – два батальона 2-го парашютного полка.

Силы, оборонявшие канал, состояли из трех рот 2/6-го австралийского батальона, отряда саперов, роты 19-го новозеландского батальона, эскадрона бронеавтомобилей новозеландской кавалерии, и четырех танков 4-го гусарского полка. 1-й батальон немецких парашютистов высадился к северу от моста, а 2-й к югу. Парашютисты вступили в бой с защитниками, а 12 планеров DFS-230 сели рядом с мостом, и немецкие саперы быстро захватили мост невредимым. Во время высадки «Мессершмитты» Bf-109E из II(Sch)/LG2 обстреливали дороги к северу и югу от моста, чтобы не позволить подойти британским подкреплениям.

Хотя во время высадки было убито и ранено много парашютистов, ни один транспортный Ju-52 не был сбит, только один из буксировавших планеры был поврежден зенитным огнем. К 08:00 бой вокруг моста фактически закончился, но хотя мост был захвачен немцами, защитники все же смогли его взорвать. Подрывные заряды были прикреплены к опорам моста, и хотя немецкие саперы пытались обезвредить их, два британских офицера смогли подорвать заряды метким огнем из винтовок. Но особых помех в форсировании канала немцам это не создало, так как они вскоре установили временный мост.

Потери убитыми среди усталых и упавших духом защитников были относительно невелики, хотя четыре единицы бронетехники были подбиты, даже не успев вступить в бой. Однако более 900 британских, австралийских и новозеландских солдат были взяты в плен, также в плен попали 1450 греческих солдат, не участвовавших в бою. 2-й парашютный полк Люфтваффе (всего около 800 чел.) потерял в этой операции 63 человека убитыми и 174 ранеными. Потеря моста означала, что 4-я новозеландская бригада, занимавшая позиции к северу от Афин, была теперь отрезана от зон эвакуации в Пелопоннесе. Получив эти сведения, новозеландцы стали готовиться к контратаке и форсированию канала вплавь, если будет необходимо, но вместо этого получили приказ выдвигаться в Рафину и порт Рафтис, откуда их вместе с 1-й бронетанковой бригадой должны были эвакуировать следующей ночью.

Несмотря на эту неудачу, эвакуация, запланированная на ночь 26/27 апреля, продвигалась по плану, с пляжей C, D, S, T и Z. Эсминец «Нубиэн» прибыл в Мили в заливе Навплия, чтобы эвакуировать штаб генерала Мейтленд-Уилсона (командующего войсками Британской Империи в Греции) и греческого принца Петера, но выяснилось, что их уже эвакуировали на «Сандерленде».

Всего было эвакуировано:

С пляжа C (Рафина) – 3503 чел. из почти 4500 на транспорте «Гленгайл» и эсминцах.

С пляжа D (Порт Рафтис) – 4720 на транспорте «Салуин» и крейсере «Карлайл». 4000 человек осталось.

С пляжа S (Навплия) – 2768 человек в основном на крейсере «Орион». Капитан транспорта «Сламат» задержался, чтобы принять на борт больше людей (всего принял около 500 чел.). «Сламат» ушел после 04:00, отклонившись от расписания более чем на час. Транспорт «Хедив Исмаил» ушел без эвакуированных.

С пляжа Т (Толон) – на крейсере «Перт», эсминцах «Айсис» и «Стюарт». Еще 570 человек были перевезены в бухту Сонди на лихтере А5 для последующей эвакуации.

С пляжа Z (Каламата) – 8650 из 15000 человек на транспортах «Дилвара», «Сити оф Лондон» и «Коста-Рика». Солдаты были дезорганизованы и недисциплинированы, потеряли много своего оружия и снаряжения. Это привело к задержкам и стало причиной того, что много солдат было оставлено.

В результате задержки в Навплии конвой из этого пункта вышел с сильным опозданием, и рассвет застал конвой в открытом море. Крейсер ПВО «Калькутта» занял позицию между двумя транспортами, готовясь отражать предстоящий налет. Когда в 07:15 налет начался, пикировщики Ju-87 бомбили «Сламат» с большой точностью и добились попаданий двух больших бомб. Много людей на борту транспорта было убито, в том числе капитан. На помощь горящему «Сламату» подошел эсминец «Даймонд» и снял с него более 500 солдат и членов экипажа. Второй эсминец – «Райнек» - забрал еще около 50 солдат и моряков с плотов и шлюпок. Добив тонущий «Сламат» торпедами, два эсминца вернулись к конвою. В 10:25 «Райнек» вызвал поддержку истребителей.

В 11:15 с «Даймонда» заметили истребитель, который экипажи обоих эсминцев сначала приняли за «Харрикейн», потому что снизу он был окрашен в черный и желтый, как истребители RAF в тот период. Но оказалось, что это «Мессершмитт» Bf-109E, он внезапно спикировал на «Даймонд» и обстрелял заполненную людьми палубу эсминца. Много солдат и артиллеристов «Даймонда» было убито. Почти сразу же эсминец атаковал «Юнкерс» Ju-88, сбросив две бомбы. Одна близким разрывом разбила корпус, другая попала прямо в машинное отделение. Несколько минут спустя таким же образом был атакован «Райнек» - сначала его обстрелял Bf-109E, а потом Ju-88 сбросил три бомбы, одна из которых попала в машинное отделение. Оба эсминца утонули быстро, в течение 15 минут. 63 выживших человека на следующий день смогли добраться до берега, но всего на двух эсминцах погибли около 1000 человек.

Тем временем конвой, идущий из Каламаты, также был атакован. Сначала около 08:00 его атаковал один Do-17Z, зенитчики эсминца «Дефендер» заявили о его вероятном сбитии. К сожалению, зенитный огонь с эсминца задел и преследовавший «Дорнье» истребитель «Бленхейм» Mk IF (K7177 VT-N) из 30-й эскадрильи. Пилот сержант Иннес-Смит смог дотянуть до Крита, но «Бленхейм» был поврежден так, что не подлежал ремонту. Спустя 20 минут появились 12 пикировщиков Ju-87, и шесть из них атаковали «Дефендер». Осколком от близкого разрыва был убит один солдат на палубе эсминца, но зенитчики полагали, что смогли сбить один «Юнкерс» и повредить второй. В это время над конвоем появились три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи и атаковали «Юнкерсы». По данным британцев, пикировщиков было около 20, их сопровождали шесть истребителей «Мессершмитт» Bf-110 и несколько Bf-109E.

Командир эскадрильи Пайк на «Бленхейме» Т1821 выпустил три очереди в один «Юнкерс», но был атакован немецкими истребителями, и его «Бленхейм» получил тяжелые повреждения. Флайт-лейтенант Уиттолл («Бленхейм» L9237) и пайлот-офицер Уилсон («Бленхейм» L9215) атаковали один Bf-110 из I/ZG26. После того, как Уиттолл выпустил очередь по «Мессершмитту», его «Бленхейм» внезапно резко спикировал, и больше его не видели. Вероятно, его сбил Bf-110, который он преследовал, или другой «Мессершмитт». Пайк смог привести свой поврежденный самолет в Ираклион, а «Бленхейм» Уилсона остался один патрулировать над кораблями конвоя.

Наблюдатели на борту эсминца «Хиро» сообщили, что видели, как «Бленхейм» сбил Ju-87. Вероятно, это был «Юнкерс» Fl+MN обер-лейтенанта Лахманна из III/StG77, сбитый Пайком. Это была единственная потеря Люфтваффе в том налете, и по немецким данным Ju-87 был сбит зенитным огнем. Звенья «Бленхеймов» продолжали патрулировать над конвоями в течение дня, но воздушных боев больше не было, хотя налеты на конвои продолжались. Одиночные «Дорнье» Do-17Z бомбили конвои с большой высоты в 08:40 и 11:00. До 10 «Юнкерсов» Ju-88 в 12:15 провели более решительный налет, но безрезультатно. Конвой из Рафины/Рафтиса в 12:05 был атакован тремя Ju-88, транспорт «Гленгайл» получил легкие повреждения от близкого разрыва, на его палубе пулеметным огнем «Юнкерсов» был убит один солдат и двое ранены. Когда конвой подходил к северному побережью Крита, его пытались атаковать еще два Ju-88, но были отогнаны сильным зенитным огнем. В 14:45 в 20 милях от Малеме еще три Ju-88 сбросили бомбы на транспорт «Коста-Рика», на борту которого было 2400 солдат. 500-кг бомба разорвалась у борта и разбила обшивку корпуса, транспорт начал тонуть, но погружался медленно, и три эсминца успели снять с него всех людей. «Коста-Рика» затонула в 16:00.

Лихтер А20 был поврежден во время налета на бухту Суда и не смог принять участие в эвакуации. Лихтер А15 днем направился в Монемвасию, на его борту был лейтенант-коммандер Хаттон, командир эскадры лихтеров. Примерно в 8 милях от Монемвасии А15 был атакован немецкими бомбардировщиками и потоплен со всем экипажем. «Юнкерсы» Ju-88 атаковали и бухту Суда, один из них был перехвачен двумя «Фулмарами» из 805-й эскадрильи FAA. Их пилоты лейтенант Скотт и суб-лейтенант Браун заявили о повреждении «Юнкерса». Лейтенант-коммандер Блэк на «Си Гладиаторе» N5568 патрулировал над бухтой Суда и видел, как «Харрикейн» флайн-офицера Киркпатрика из 33-й эскадрильи RAF перехватил и сбил разведывательный Ju-88 (7A+AM) лейтенанта Ганса Михаэлиса из 4(F)/121. Сбитый «Юнкерс» упал в море, весь экипаж погиб. Несколько греческих судов было потоплено немецкой авиацией у побережья Греции, в том числе «Данаприс» (2113 т), «Ипанис» (1459 т) и «Майотис» (1712 т).

На территории материковой Греции продолжались налеты Люфтваффе на отступающие войска союзников. У Маркопулона на пути к порту Рафтис, солдаты 19-й и 20-й австралийских бригад и 4-й новозеландской бригады вывели из строя свой транспорт, перед тем как направиться на пляжи к пунктам эвакуации, и завтракали, когда внезапно появились около 20 «Мессершмиттов» Bf-110 из I/ZG26, за ними последовали пикировщики Ju-87. Налеты продолжались весь день, и не имевшие средств ПВО войска понесли большие потери, но огнем стрелкового оружия смогли сбить два Bf-110. Один упал в районе Спарты, его стрелок погиб, другой разбился при вынужденной посадке, но экипаж остался невредим. Еще один Bf-110 из II/ZG26 был сбит в районе Афин, его экипаж также не пострадал. Кроме того, при налете на Триполис к северу от Спарты был потерян один «Дорнье» Do-17Z из III/KG2.

В тот день немецкие войска вошли в Афины. Эндрю Стаматопулос вспоминал:

«Мне довелось быть в Афинах, когда немцы вошли в город… Ночь 26/27 апреля была кошмарной… Мы знали, что немцы уже у самых Афин. Я жил в «Палас Отеле» на улице Стадиу. Ночью 27 апреля в 00:10 на улице раздался сильный шум проезжавших машин. Мы думали, что это немцы. Нет! Это были арьергарды британских и австралийских войск. Грузовики всех видов шли нескончаемой колонной, очень близко друг к другу, словно бесконечная змея, их фары были затемнены. Они двигались от площади Омонойя к площади Синдагма и к Фалерону. Их движение продолжалось до 01:00. Потом все затихло, но в 02:30 движение возобновилось и продолжалось до 04:00. После снова наступила тишина. Ставни были закрыты. На улицах не было людей – мертвая тишина. В 08:00 появился мотоцикл, на его коляске был развернут немецкий флаг, так что свастика была хорошо видна. Мотоцикл очень быстро проехал от площади Омонойя к площади Синдагма. Из нас словно дух вышибли – это была оккупация, это была тирания.

Большой парад в честь победы начался около 08:30 и продолжался час – до 09:30. Перед отелем «Гран Бретань» (улица Панепистемиу) стояли немецкие генералы, в том числе командующий соединениями Люфтваффе в Греции генерал Вольфрам фон Рихтгофен, а перед ними проезжали моторизованные войска и танки, выезжавшие с площади Омонойя. Танки были окрашены в почти черный цвет, и такой же была форма их экипажей. Было много больших танков, внушавших ужас, но гранитные лица солдат, ехавших на них, были еще страшнее. Это было предзнаменование того, что нас ожидало. Дальше ехало множество грузовиков «Опель-Блиц», полных солдат с винтовками и пулеметами. Воздух был наполнен ревом моторов. В 09:00 в небе со стороны Пирея появился Do-17Z и минут 20 летал кругами над Афинами. Вскоре после этого со стороны Акрополя появилось звено из трех «Хеншелей» Hs-123 на высоте около 1000 метров. Пять минут спустя начался воздушный парад, самолеты летели с юго-запада на северо-восток на высоте около 1000 метров, в следующем порядке и количестве: 25 «Хеншелей» Hs-123, 25 «Юнкерсов» Ju-87, 25 «Мессершмиттов» Bf-110, 25 «Юнкерсов» Ju-88, 25 «Мессершмиттов» Bf-109E, 25 «Дорнье» Do-17Z, 25 «Хейнкелей» He-111 и снова 25 «Мессершмиттов» Bf-109E. Последними пролетели 25 бомбардировщиков «Савойя-Маркетти» S.79 – итальянцы, презираемые немцами и посрамленные греками. Позже над Афинами почти постоянно появлялись один или два «Хеншеля» Hs-126 или «Физелера» Fi-156. Они часто делали круги над Акрополем, где немцы установили флаг со свастикой».

Позже вечером, из-за большого скопления кораблей в бухте Суда и усилившихся налетов Люфтваффе на Крит, пять транспортов, задействованных в операции «Демон», были направлены в Александрию (как конвой GA-14) с многими тысячами эвакуированных солдат на борту. Эти суда – «Гленгайл», «Салуин», «Хедив Исмаил», «Дилвара» и «Сити оф Лондон» - благополучно достигли Александрии, не подвергаясь новым налетам противника. Эвакуация из Греции продолжалась, и в 22:00 крейсер «Аякс» и три эсминца прибыли в порт Рафтис, где на них начали перевозить ожидавших солдат, доставляя их с берега на каиках, шлюпках и лихтере А6. Ночью 28 апреля в 03:30 погрузка была завершена, всего военные корабли приняли 4640 солдат, в том числе один «Аякс» - 2500 чел. Эсминец «Хэйвок» был направлен в Рафину, где спас 800 солдат (в основном новозеландцев) от неминуемого плена. Их уже окружали немецкие войска, подойдя на четверть мили к пункту эвакуации.

На рассвете 28 апреля три «Бленхейма» Mk IVF из 203-й эскадрильи RAF вылетели для патрулирования над кораблями, но хотя они передали световыми сигналами свои позывные, один из эсминцев их обстрелял. Сначала сообщений о повреждениях не было, но нессколько минут спустя флайн-офицер Гордон-Холл на «Бленхейме» L9044 сообщил, что у него горит правый двигатель, и он возвращается на Крит. В полутора милях от Ретимо «Бленхейм» стал терять высоту и упал в море. Штурман сержант Пул едва успел помочь командиру выбраться, как «Бленхейм» ушел на дно, все три члена экипажа забрались на спасательную шлюпку, которую успел спустить стрелок, и начали грести к берегу. Когда до берега оставалось еще около мили, летчики с удивлением увидели в море греческого солдата, который плыл навстречу, чтобы помочь им. Привязав к шлюпке трос, он прибуксировал их к берегу. Штаб ВВС на Крите заявил флоту протест в связи с обстрелом «Бленхеймов», хотя они передали соответствующие сигналы.

28 апреля продолжались действия в воздухе над всем районом южной Греции и над морскими маршрутами между Грецией и Критом. Из бухты Суда вылетел гидросамолет-амфибия «Сигалл» (A2-17) с австралийского крейсера «Перт» для разведки над пунктами эвакуации. Около 09:00 в районе Монемвасии его атаковал «Юнкерс» Ju-88. «Сигалл» получил тяжелые повреждения и совершил вынужденную посадку в море. Флайт-лейтенант Бомонт и его экипаж успели забраться в спасательную шлюпку, прежде чем гидросамолет затонул.

Люфтваффе очень активно действовали в этом районе. Немецкие пилоты сообщили, что заметили несколько гидросамолетов на поверхности моря в бухте Монемвасии, и заявили об уничтожении четырех из них. Вероятно, это были поплавковые «Дорнье» Do-22KG из греческой 12-й эскадрильи, только один из них смог перелететь в Египет. Немецкие пикировщики потопили один из двух оставшихся лихтеров типа А. Девять «Юнкерсов» Ju-87 атаковали лихтер А5 в районе Монемвасии сразу после того, как с лихтера высадились на берег 480 солдат, из них много раненых. Первый «Юнкерс» обстрелял лихтер и сбросил две бомбы. Обе бомбы попали в цель, а зенитчики лихтера сбили «Юнкерс», который упал в море, едва начав выходить из пикирования. Остальные восемь пикировщиков сбросили бомбы, но только одна из них попала в лихтер. Зенитчики заявили о втором сбитом «Юнкерсе». Несмотря столь сильный налет, никто из экипажа лихтера не был ранен, но им пришлось покинуть тяжело поврежденный А5. Несколько Ju-87 и Ju-88 сбросили бомбы на покинутый лихтер, и он, наконец, затонул на мелководье, его нос был полностью оторван взрывом.

В ходе особенно сильного налета Люфтваффе на Каламату были потоплены все каики в порту. Также было сброшено несколько мин, из-за чего порт стало невозможно использовать для эвакуации. Самолет Люфтваффе сел на остров Мелос, в 65 милях от бухты Суда, и его экипаж потребовал немедленной сдачи острова, в противном случае угрожая мощными бомбардировками. Греки категорически отказались сдать остров, и последовало несколько сильных налетов, много малых судов в порту было потоплено, также было сброшено большое количество магнитных мин.

С Крита вылетел «Бленхейм» Mk IF флайт-лейтенанта Уокера из 30-й эскадрильи RAF, на его борту в качестве наблюдателя находился военный корреспондент Том Уисдом. Целью полета была разведка пляжей южной Греции и поиск оставшихся там солдат союзников. В районе от залива Колокитии до Гитеона никого не было замечено, но у мыса Матапан экипаж «Бленхейма» заметил рыболовные суда и осмотрел их на предмет эвакуированных солдат. У острова Карави было замечено маленькое судно, атакуемое двумя «Мессершмиттами» Bf-110. Флайт-лейтенант Уокер, сумев приблизиться незамеченным, открыл огонь по одному из них и видел попадания. «Мессершмитты» ушли с пикированием, их стрелки ответили огнем, и когда Уокер вернулся на Крит, то обнаружил, что у его «Бленхейма» пробоины в левом крыле и гондоле двигателя.

Ближе к Криту флайн-офицер Киркпатрик из 33-й эскадрильи, патрулируя на «Харрикейне», заметил самолет, похожий на разведывательный, идентифицировал его как немецкий Hs-126 или итальянский Ro.44 и заявил о его сбитии. Это мог быть итальянский разведчик с островов в Эгейском море, но никаких подтверждающих сведений об их потерях в тот день нет.

На Крите продолжались работы по усилению обороны острова, но новый аэродром в Педиада-Кастелли к западу от Малеме еще не был готов, и было ясно, что его не успеют подготовить вовремя. 112-я эскадрилья RAF теперь базировалась в Ираклионе, но из ее 14 «Гладиаторов» только шесть были исправны. Поэтому было принято решение отправить одно звено 112-й обратно в Египет, и пилоты звена «А» вылетели в Александрию на транспортном «Бомбее», наземную команду отправили морским путем на следующий день. Оставшиеся 10 пилотов надеялись получить «Харрикейны». Эскадрилью усилили шесть новых пилотов, прибывших из Восточной Африки под командованием лейтенанта Деннанта. 805-я эскадрилья FAA также отправила часть наземного персонала (23 специалиста флота и RAF) в Египет по морю. Четыре «Фулмара», которые были признаны непригодными для участия в боевых операциях, уже перегнали в Абукир. Таким образом, в составе истребительной авиации флота на Крите остались только пять «Фулмаров» и семь «Си Гладиаторов», считавшихся исправными, но уже требовавших ремонта. Два оставшихся «Буффало» были уже полностью непригодны для полетов. Базировавшаяся там же 30-я эскадрилья RAF имела семь исправных «Бленхеймов» Mk IF, но все они были сильно изношены и требовали ремонта. Срочно требовались подкрепления.

По плану операции «Демон» ночью 28/29 апреля предполагалось провести эвакуацию только из пункта в Монемвасии. Но так как в Каламате еще оставалось около 7000 человек, потребовалось срочное изменение плана. Из бухты Суда вышло Соединение «В» в составе крейсеров «Перт» и «Феб» и шести эсминцев, имевшее задачу эвакуировать из Каламаты по возможности всех оставшихся там солдат. За выходом кораблей следил немецкий самолет-разведчик. В 19:30 Соединение «В» прибыло в точку в 20 милях к юго-западу от Каламаты, и эсминец «Хиро» был оттуда направлен к порту, чтобы установить связь с солдатами на берегу. Когда эсминец подошел к Каламате, стало ясно, что на берегу идет бой, было заметно много вспышек выстрелов и трассеров.

Позже выяснилось, что около 18:00 к Каламате подошла колона немецкой мотопехоты – около 300 солдат на грузовиках, два бронеавтомобиля и две 60-фунтовые (sic) пушки на тягачах. При входе в город немцы столкнулись с подразделением 4-го гусарского полка. В бою, длившемся около 15 минут, британские солдаты смогли подбить один бронеавтомобиль, после чего, по британским данным, у них кончились боеприпасы. Немцы вошли в город и захватили в плен много разрозненных групп британских солдат, в том числе флотского офицера, руководившего эвакуацией.

Несколько частей австралийских и новозеландских солдат, в том числе связисты и солдаты службы тылового обеспечения, контратаковали немцев и смогли выбить их из города. К 01:00 город был очищен, немцы потеряли обе пушки и весь автотранспорт. Одной из групп новозеландцев командовал сержант Дж. Хинтон из новозеландского запасного батальона. В бою он был ранен и попал в плен, но позже за свои действия был награжден Крестом Виктории.

Тем временем, в 20:45, когда «Хиро» еще находился примерно в трех милях от порта, с берега световыми сигналами сообщили, что немцы в порту. К берегу был направлен моторный катер с задачей оценить обстановку, и с эсминца были запрошены по радио дальнейшие приказы у командира «Перта», командовавшего операцией. Командир крейсера капитан сэр Филип Бойер-Смит решил отменить эвакуацию, опасаясь, что его корабли, подсвеченные пожарами с берега, могут стать легкой целью для кораблей противника. Также сообщалось о возможном присутствии в районе вражеских подводных лодок. Фактически же в том районе не было ни подводных лодок, ни надводных кораблей противника. Однако «Хиро» получил приказ вернуться к Соединению «В», которое должно было следовать обратно в бухту Суда. Экипаж моторного катера с «Хиро» получил сообщение, что много солдат собралось на пляже к юго-востоку от порта, также были направлены еще шлюпки для их перевозки на корабли. В 01:00 подошли еще три эсминца, и к 02:30, когда они ушли, на них было перевезено с берега 332 солдата. Но за день 28 апреля в Каламату прибыли еще около 3000 солдат, и общая численность людей в порту, подлежавших эвакуации, достигла 10 000. Из них около 4000 были британские, австралийские и новозеландские солдаты, почти 4000 киприотские и палестинские саперы, 1500 югославских солдат, остальные в основном были греческие и югославские гражданские беженцы, в том числе женщины и дети. Когда на следующее утро в порт вошли главные силы немецких войск, сдача собравшихся там (в основном безоружных) солдат союзников была назначена на 05:30. Те, кто хотел попытаться спастись самостоятельно, получили на это разрешение командования, и много групп солдат разошлись по берегу в поисках судов, на которых можно было бы добраться до Крита. Некоторые офицеры собрали своих солдат на пляже, приготовившись сдаваться, когда на рассвете их атаковали пикировщики Ju-87, было убито и ранено около 200 человек.

Более успешно продолжалась эвакуация в Монемвасии, куда были направлены крейсер «Аякс» и четыре эсминца. Они задержались из-за поиска предполагаемой подводной лодки противника, но выяснилось, что причиной тревоги оказался экипаж сбитой летающей лодки «Сигалл», который выпустил ракету, подавая сигнал бедствия. Их подобрал эсминец «Хэйвок» к северу от острова Китера. Наконец четыре эсминца прибыли в Монемвасию к полуночи. С помощью шести лихтеров типа «В» (с «Гленарна») и двух каиков всех ожидавших эвакуации успешно перевезли на корабли – всего 4320 человек, в основном новозеландские солдаты из 6-й бригады, в том числе генерал Фрейберг. После завершения перевозки людей предполагалось затопить лихтеры, но так как корабли должны были уйти до наступления рассвета, в спешке были потоплены только один или два лихтера. На оставшихся лихтерах позже добирались до Крита солдаты, спасавшиеся самостоятельно.

Почти 700 человек личного состава RAF с базы Аргос, а также 60 британских и 60 греческих солдат добрались до острова Китера на старом греческом пароходе, и теперь ждали в бухте Капсали. Ночью к Китере прибыл шлюп «Окленд» и два корвета, и благополучно забрали всех на Крит.

Среди множества малых судов, добравшихся до бухты Суда был лихтер А6, последний из пяти лихтеров типа «А», действовавших в греческих водах. Эвакуация приближалась к завершению. 29 апреля в 11:00 из бухты Суда в Александрию вышел конвой из шести транспортов под кодовым названием GA-15. На кораблях конвоя было 10931 чел. эвакуированных, в том числе много раненых и больных солдат, моряки, спасенные с потопленных торговых судов, медсестры, гражданские женщины и дети, и даже итальянские пленные. Вскоре после выхода появился один Ju-88 и атаковал сопровождавший конвой эсминец «Нубиэн». От близкого разрыва бомбы эсминец получил небольшие повреждения, его зенитчики полагали, что сбили «Юнкерс». Из Александрии навстречу конвою вышла 1-я боевая эскадра под командованием контр-адмирала Роулингса на линкоре «Барэм». Также в состав соединения входил еще один линкор – «Вэлиант», и эсминцы из охранения недавно проведенного конвоя GA-14. Прикрытие с воздуха обеспечивали «Фулмары» из 803-й и 806-й эскадрилий FAA с борта авианосца «Формидебл».

Первая воздушная тревога на Крите в тот день была объявлена в 10:15, с базы Малеме в воздух поднялись несколько «Харрикейнов». Над бухтой Суда флайн-офицер Вейл на «Харрикейне» V7781 заметил «Дорнье» Do-17Z, направлявшийся в сторону моря, и, преследуя его, израсходовал все боеприпасы. Хвостовой стрелок «Дорнье» вел ответный огонь и добился нескольких попаданий в «Харрикейн», но ни одно не нанесло серьезных повреждений. Вейл видел, что «Дорнье» теряет высоту, и из его левого двигателя идет черный дым. В тот же день командир эскадрильи Джонс и флайн-офицер Ванклин Флауэр должны были улететь с Крита в Александрию, оставив маленький отряд «Харрикейнов» на базе Малеме под командованием Вейла.

Воздушная тревога была снова объявлена в 16:15, когда около 20 «Юнкерсов» Ju-88 были замечены на подходе к бухте Суда. На этот раз взлетели все исправные «Харрикейны», «Фулмары» из 805-й эскадрильи FAA, и один «Си Гладиатор» N5509, его пилотировал лейтенант-коммандер Блэк. Снова Вейл (на этот раз на «Харрикейне» V7795) первым заметил противника, увидев девять бомбардировщиков на высоте около 6000 футов, и атаковал два из них. Вейл сообщил, что после короткой очереди первый «Юнкерс» стал терять высоту с горящим правым двигателем, и разбился к северу от Малеме. Преследуя еще один «Юнкерс», Вейл через пять минут достаточно сократил дистанцию, чтобы открыть огонь. В этот раз сбитый им бомбардировщик, вероятно, упал в море. Сделав круг, Вейл заметил в воде двух выживших и сообщил об этом диспетчеру. При возвращении в Малеме он встретил еще один Ju-88 и атаковал его в лоб, но тут у Вейла кончились боеприпасы. Бомбардировщики Люфтваффе снова атаковали суда в гавани, греческий пароход «Конистра» (3537 т) получил тяжелые повреждения и выбросился на берег. Также были выведены из строя две пушки «Бофорс», защищавшие якорную стоянку, но их расчеты потерь не понесли. Данных с немецкой стороны о потерях Люфтваффе в этом налете нет.

После налета на Мелос в предыдущий день, было получено сообщение, что там сели четыре транспортных Ju-52. Туда были направлены два «Бленхейма» из 30-й эскадрильи, но ни самолетов, ни солдат противника обнаружено не было.

После наступления темноты три эсминца – «Хиро», «Айсис» и «Кимберли» - были направлены в Каламату с задачей выяснить обстановку и спасти оставшихся там солдат, если их удастся найти. По прибытии моторные катера с эсминцев подошли к берегу, но найти и забрать удалось только маленькую группу из 16 офицеров и 17 солдат. Спасенные сообщили, что небольшие изолированные группы солдат союзников еще ведут бои вокруг города. Эти три эсминца вернулись к Каламате на следующую ночь (30 апреля/1 мая), и в этот раз действовали с несколько большим успехом, забрав 202 человека. Слышались звуки выстрелов, но спасенные сказали, что это немцы добивают последние группы храбрых солдат, которые предпочли не сдаваться. Той же ночью еще два эсминца – «Хэйвок» и «Хотспер» были направлены к Мелосу для эвакуации солдат, которых, по некоторым сообщениям, было там около 3500, хотя еще в точности было неизвестно, высадились немцы на остров или нет. Катера с эсминцев нашли на берегу только 692 человека, из них около 400 палестинцев, остальные киприоты и несколько индийцев. Эсминцы эвакуировали их всех, а также несколько греческих солдат и рыбаков. По прибытии в бухту Суда один из солдат оказался греческой девушкой, надевшей каску и шинель.

В море 30 апреля 1-я боевая эскадра соединилась с крейсерами «Перт» и «Феб» и тремя эсминцами в 80 милях к югу от пролива Касо. Эта сильная группировка кораблей сопровождала конвой GA-15 следующие 12 часов. После этого крейсер «Перт» и эсминец «Нубиэн» остались с конвоем и сопровождали его до самого порта, остальные же корабли эскадры снова направились к берегам Греции. Единственная воздушная тревога была объявлена в 09:24, когда радар обнаружил самолеты противника. «Фулмары» из «Белого» звена 806-й эскадрильи FAA с авианосца «Формидебл» провели короткий бой с пятью «Фиатами» CR.42 (вероятно, с Родоса). Обе стороны не имели потерь и повреждений, и вскоре итальянцы вышли из боя. На Крите налетов не было до вечера. Только после 17:00 над бухтой Суда были замечены шесть «Юнкерсов» Ju-88. Их перехватил «Харрикейн» флайн-офицера Вейла.

Вейл вспоминал:

«После долгого преследования я атаковал одного с очень близкой дистанции, расстреляв по нему почти весь боекомплект, и «Юнкерс» упал в море (фактически же данные Люфтваффе потерь над Критом в тот день не подтверждают). Потом меня обстрелял другой Ju-88, летевший почти рядом. Атаковав его, я расстрелял последние патроны, но видимых повреждений заметно не было. Возвращаясь на базу, я увидел четыре самолета, летевших на очень малой высоте. Приблизившись к ним, я опознал «Бленхеймы» с английскими опознавательными знаками… Я доложил об этом на базу, и мне ответили, что «Бленхеймы» в воздух не поднимались».

Очевидно, на командном пункте базы Малеме не знали, что происходит на другой базе – в Ираклионе, потому что это действительно были «Бленхеймы» из 203-й эскадрильи RAF – авангард отряда, возвращавшегося в Египет. На борту каждого «Бленхейма» было три человека аэродромной команды, они только что взлетели с базы Ираклион и направлялись в Египет. Над морем они пролетели поблизости от 1-й боевой эскадры, и их перехватили два звена «Фулмаров». Приказы требовали, чтобы при приближении к кораблям флота самолеты RAF летели колонной, а ведущий выпустил сигнальные ракеты – но эти приказы не были переданы командиру эскадрильи Гефину, который вел «Бленхеймы». Рядовой 2-го класса Де Фриас, наблюдатель на «Фулмаре» N1912 пайлот-офицера Теобальда, вспоминал:

«С нашей боязнью «Юнкерсов» они были легкой добычей… К счастью, мы лишь повредили их в первом заходе, и только когда зашли на второй, поняли, что если мы можем сделать на них два захода, это не 88-е!»

«Бленхейм» L9215 пайлот-офицера Уилсона получил лишь незначительные повреждения. «Фулмары» прервали атаку, когда «Бленхеймы» выпустили сигнальные ракеты Вери. По возвращении на «Формидебл» Теобальд и Де Фриас были отстранены от полетов, и им грозил военный суд. Но позже, когда в последующие недели напряжение боев продолжало нарастать, очевидно, стало не до этого.

Тогда же из Малеме улетел последний исправный «Суордфиш» из 815-й эскадрильи FAA, его пилотировал суб-лейтенант Эванс. Аэродромная команда была эвакуирована на пароходе «Дестро».

Среди небольших судов, продолжавших приходить в бухту Суда из Греции, был маленький каик, на борту которого эвакуировались капитан авиагруппы Э. Ли и 12 человек личного состава RAF, а также еще 20 человек британских солдат, палестинцев и греков. Предыдущей ночью они достигли Китеры, отдохнули и на рассвете направились к Криту.

На базе Малеме сел «Лодстар», на котором прибыл на Крит генерал Уэйвелл. Приехав в штаб армии в Платаниасе, Уэйвелл освободил генерала Мейтленд-Уилсона от командования группировкой войск на Крите (Creforce) и назначил на этот пост только что прибывшего генерала Фрейберга. Также Уэйвелл сообщил важные и тревожные новости о том, что расшифрованы планы вторжения немецких войск на Крит (благодаря перехватам «Ультра», но об этом он Фрейбергу не сказал). На аэродромах южной Греции было собрано достаточно транспортных Ju-52/3m, чтобы высадить за один вылет 3-4 тысячи парашютистов. При этом Люфтваффе было приказано не уничтожать аэродромы в Малеме и Ираклионе, и посадочную площадку в Ретимо. Таким образом, угроза воздушного десанта была весьма вероятна. Также Люфтваффе имели приказ не минировать бухту Суда. Эти сведения позволяли генералу Фрейбергу спланировать оборону соответствующим образом, и он запросил разрешения Уэйвелла передислоцировать войска, которые были расположены для противодействия высадке с моря. Уэйвелл не смог объяснить Фрейбергу причину отказа разрешить это – необходимость воздержаться от любых действий, которые могут вызвать у немецкой разведки подозрения, что код «Энигмы» раскрыт. Оборона Крита была принесена в жертву потенциальным выгодам, которые могло принести сохранение секретности перехватов «Ультра».

Рано утром 1 мая из бухты Суда в Александрию вылетел «Сандерленд» Т9050 из 230-й эскадрильи RAF, его пилотировал винг-коммандер Фрэнсис. На борту летающей лодки были вице-маршал авиации Д’Альбиак, генерал Мейтленд-Уилсон и несколько членов греческой королевской семьи, в том числе принц Пауль, его жена и двое детей. Операция «Демон» завершалась, и вместе с ней вся кампания в Греции. Британские войска покидали свой последний плацдарм в материковой Европе. Несомненно, что сама по себе операция «Демон» была успехом. Корабли Королевского Флота и защищаемые ими транспорты эвакуировали 50 732 чел. из 62 564 солдат и офицеров войск Британского Содружества, направленных в Грецию. Еще многие сотни человек (в том числе около 800 чел. летного и наземного состава EVA) эвакуировались другими средствами – на маленьких греческих торговых и рыболовных судах, каиках и т. д. Много людей были спасены с изолированных пляжей в Пелопоннесе эсминцами греческого флота, семь из которых вместе с крейсером «Аверофф», пятью подводными лодками и двумя торпедными катерами пришли в Александрию и позже служили вместе с кораблями Королевского Флота. Около 3000 солдат Британского Содружества были убиты в ходе кампании в Греции, и еще около 9000 (включая солдат небоевых частей) попали в плен.

Потери немецких войск в ходе вторжения в Грецию составили 70 офицеров и 1414 солдат убитыми, 181 офицер и 3572 солдата ранеными, кроме того 192 пилота Люфтваффе были убиты и ранены.

Также около 500 солдат союзников (в основном австралийцы) и 600 моряков Королевского Флота и транспортов погибли в море во время эвакуации.

И наконец, более 1700 человек были к концу апреля эвакуированы из Греции, Югославии и Крита по воздуху самолетами RAF: «Сандерлендами» 230-й и 228-й эскадрилий, «Бомбеями» 216-й эскадрильи и «Лодстарами» 267-й эскадрильи, а также летающими лодками «Эмпайр» авиакомпании BOAC. «Бленхеймы» тоже участвовали в перевозке ограниченного числа людей (главным образом личного состава RAF) из Греции на Крит и с Крита в Египет. Кроме того, в эвакуации участвовали и греческие транспортные самолеты: четыре «Юнкерса» G-24 и три Ju-52/3m. Эти мобилизованные пассажирские самолеты не раз подвергались обстрелу со стороны британских кораблей по очевидным причинам. Вследствие общего беспорядка, возникшего к окончанию боевых действий в Греции, приказы о перебазировании этих самолетов на Крит запоздали, и улететь смог только один G-24, остальные были захвачены немцами.

В ходе пяти месяцев службы в Греции пилоты RAF претендовали на 231 сбитый самолет, из которых 150 итальянских. Также было заявлено о 94 вероятных победах в воздушных боях и 28 самолетах, уничтоженных на земле. Пилоты EVA за тот же период заявляли о 58 сбитых итальянских и 5 немецких самолетах, а также о 23 вероятных победах. Пилоты JKRV заявляли о как минимум 30 уничтоженных самолетах Люфтваффе.

Что касается потерь союзников, RAF признали потерю 72 своих самолетов сбитыми, 55 уничтоженными на земле, и еще 82 поврежденных самолета было брошено во время эвакуации, 148 пилотов и членов экипажей были убиты и 15 попали в плен. Авиация флота (FAA) потеряла два «Суордфиша» из 815-й эскадрильи сбитыми, три совершили вынужденные посадки в море и еще два на суше из-за аварий, один пилот погиб и пять попали в плен.

Потери греческой авиации составили 32 самолета сбитыми (по греческим данным из них 7 сбито зенитным огнем), 55 пилотов и членов экипажей были убиты и 18 тяжело ранены. Еще около 130 самолетов EVA были уничтожены на земле.

Югославская авиация потеряла более 500 самолетов уничтоженными или захваченными противником.

Итальянцы за период с 28 октября 1940 до 30 апреля 1941 признали потерю 65 своих самолетов в воздушных боях или от зенитного огня, также 495 самолетов получили повреждения, из них 371 от зенитного огня. Еще 14 самолетов были уничтожены на земле. Кроме того, 5 итальянских самолетов были сбиты зенитным огнем над Югославией и 22 самолета повреждены. В этих операциях погибли или пропали без вести 240 пилотов и членов экипажей, и 70 были ранены. Заявления о победах итальянских пилотов составили 218 сбитых британских и греческих самолетов и 5 югославских, а также 55 вероятно сбитых.

Люфтваффе за апрель признали потерю 182 самолетов, включая небоевые потери. Из них 164 самолета были потеряны в боевых действиях, 50 из них над Югославией. Потери личного состава включали 150 офицеров и 42 унтер-офицера погибшими или пропавшими без вести. Заявления о победах пилотов Люфтваффе составили 110 самолетов сбитыми (из них 30-40 югославских) и 246 уничтоженными на земле, из них 140 британских и греческих. Потери Люфтваффе включали 54 «Мессершмитта» Bf-109E, 23 «Мессершмитта» Bf-110, 34 «Юнкерса» Ju-88, 29 «Юнкерсов» Ju-87, 29 «Дорнье» Do-17, 6 «Хеншелей» Hs-126, 2 «Хеншеля» Hs-123, 1 «Хейнкель» He-111.

«Бленхейм» Mk I (L1388 VA-W) из 84-й эскадрильи RAF, поврежденный и оставленный на аэродроме в Афинах. Фото сделано итальянцами 2 мая 1941 г.

ГЛАВА 7

Оборона Крита – фаза I

В начале мая 1941 после завершения эвакуации в небе над Критом на некоторое время установилось напряженное затишье. Было уже известно, что противник собирается высадиться на Крит. Что можно сделать для укрепления обороны острова в период затишья – это был непростой вопрос. В Северной Африке победоносная британская армия, лишь четыре месяца назад с таким наступательным порывом завоевавшая Киренаику, была отброшена назад, потерпев поражение от частей Африканского Корпуса генерала Роммеля. Мальта сильно страдала от ударов Люфтваффе с баз на Сицилии и едва держалась. В Ираке и Сирии назревали серьезные проблемы. Враждебность прогерманских элементов в Ираке и властей Виши в Сирии угрожала неизбежными военными действиями.

Только из Восточной Африки приходили хорошие новости. Итальянские колониальные войска в Эритрее и Эфиопии были полностью разгромлены, что позволило британскому командованию перебрасывать получившие боевой опыт войска на север Африки. В самом Соединенном Королевстве кризис 1940 года, казалось, миновал, и хотя ночные налеты Люфтваффе продолжались, угроза непосредственного вторжения значительно уменьшилась – по данным разведки большие силы немецких войск двигались на восток. Теперь можно было направить значительно больше танков и самолетов для войны на Среднем Востоке, и конвои уже вышли в море. Конвой «Тайгер», направленный в Александрию, состоял из пяти хорошо охраняемых больших транспортов, на борту которых находилось 295 танков и 53 разобранных истребителя «Харрикейн». От их благополучного прибытия зависели все планы британского командования в регионе.

Пока конвой не прибыл, в распоряжении вице-маршала авиации Лонгмора было 90 двухмоторных боевых самолетов (в основном «Веллингтоны» и «Бленхеймы», и некоторое количество «Бофайтеров» и «Мерилендов») и 43 истребителя «Харрикейн» для прикрытия всех зон ответственности на Среднем Востоке – Египта, Ливии, Ирака, Кипра и Крита. 25 «Харрикейнов» с пилотами, которые должны были прибыть в Грецию на старом учебном авианосце «Аргус», были перенаправлены на Мальту, также отчаянно нуждавшуюся в истребителях. Но скудные силы британской истребительной авиации были пополнены из неожиданного источника. Незадолго до вторжения немецких войск греческая миссия по закупкам вооружения, не добившись успеха в приобретении современных истребителей в Великобритании, посетила США. Но там единственными истребителями, доступными для немедленной поставки были 30 «Грумман Уайлдкэт» F4F-3A, изначально предназначавшиеся для флота США. Их греки и купили, получив от американской стороны обещание вскоре поставить еще 15 истребителей.

К тому времени когда американский транспорт с разобранными истребителями через Мыс Доброй Надежды и Суэцкий Канал пришел в Порт-Суэц, Греция уже была оккупирована. Есть сведения, что летчик-испытатель американского флота лейтенант-коммандер Генри Купер, руководивший небольшой командой, которая должна была собрать и облетать «Уайлдкэты», привлек внимание офицеров британского флота к истребителям (явное нарушение нейтралитета), и «Уайлдкэты» были переданы британцам. В Королевском Флоте они получили название «Мартлет» III – некоторое количество «Мартлетов» уже было на службе в FAA. Американцы также согласились продать Греции 30 истребителей «Кертисс» Р-40В, а RAF собирались приобрести 30 истребителей «Кертисс» Н-75А, но обстоятельства сложились так, что обе этих партии так и не были приобретены. Благодаря свободе плавания по Красному Морю и через Суэцкий канал удалось доставить в восточную часть Средиземного моря запасы горючего, необходимые для осажденной Мальты. Таким образом, в начале мая 1941 казалось, что основная активность авиации переместилась на важнейшие морские коммуникации.

На Крите активность авиации сосредоточилась вокруг двух основных авиабаз – Малеме и Ираклиона. Оборона этих баз была улучшена не только увеличением числа истребителей и зенитных орудий, но и оборудованием станций РЛС. Радарная станция 252 AMES в Малеме была введена в строй еще в начале мая, а станция 220 AMES в Ираклионе еще оборудовалась, но ввести ее в строй так и не успели. С аэродрома Малеме «Харрикейны», «Фулмары», «Си Гладиаторы» и «Бленхеймы» Mk IF постоянно патрулировали над бухтой Суда. В первый день мая был замечен разведывательный самолет противника, но перехватить его не удалось. «Гладиаторы» из 112-й эскадрильи патрулировали в районе Ираклиона, но там все было спокойно несмотря на близость баз итальянской авиации на Додеканезских островах. Кроме того, на базу Гадурра на Родосе перелетели «Хейнкели» Не-111 из II/KG4. На аэродром Ираклион прибыл один разведывательный «Харрикейн» V7428 из 2-го отряда фоторазведки (2 PRU), оборудованный тремя 14-дюймовыми камерами, его пилотировал флайт-лейтенант Пирсон. Он должен был провести разведку над Родосом, но прибыв в район цели, Пирсон обнаружил значительное число патрулировавших истребителей «Фиат» CR.42 и был вынужден прервать разведку. Позже он вернулся в Египет.

Другая встреча с противником в воздухе в тот день произошла над морем, там, где 1-я боевая эскадра патрулировала в южных водах Крита. Одно звено «Фулмаров» с авианосца «Формидебл», патрулировавшее над эскадрой было наведено по радару на замеченный самолет противника. Лейтенант Пивер и пайлот-офицер Четфилд заметили одиночный Ju-88 – вероятно, разведчик – и оба атаковали его. Ответный огонь стрелков «Юнкерса» повредил «Фулмар» Пивера. Была повреждена задняя часть фюзеляжа и кабина наблюдателя, хотя сам наблюдатель пайлот-офицер Костон не пострадал. Четфилд выпустил по «Юнкерсу» длинную очередь, и самолет противника ушел, не получив очевидных повреждений.

Сильные ветра над Критом, принесшие песчаные бури, мешали полетам 2 мая, было выполнено лишь несколько патрульных полетов, в ходе которых встреч с противником не было. «Харрикейны» находились в боевой готовности. Если на радаре был замечен предположительно вражеский самолет, один «Харрикейн» ожидал в полной готовности к вылету. Если подозрительный самолет приближался и был точно опознан как вражеский, ожидавший «Харрикейн» взлетал на перехват. Когда в бухте Суда оказывалось много неразгруженных транспортов, истребители вылетали на постоянное патрулирование. Пребывание в постоянной готовности было большим напряжением для пилотов, и чтобы облегчить их положение командование сочло желательным набрать пилотов дополнительно из эскадрилий с базы Малеме. Лейтенант-коммандер Блэк предложил в помощь 33-й эскадрилье RAF несколько своих более опытных пилотов, и в следующие несколько дней полдюжины флотских пилотов ознакомились с «Харрикейнами».

Погодные условия в тот день (шторм) позволили провести давно необходимый ремонт самолетов. Один «Фулмар» с базы Малеме, который невозможно было там отремонтировать, был отправлен в Египет. Таким образом, на Крите осталось лишь шесть «Фулмаров», и ни один из них не был в хорошем техническом состоянии. Еще один «Фулмар» (из 803-й эскадрильи FAA с «Формидебла») был вынужден сесть на воду, его экипаж был спасен эсминцем «Уотерхен». На следующий день авианосец и 1-я боевая эскадра вернулись в Александрию.

На следующее утро возобновились вторжения Люфтваффе в воздушное пространство над Критом, отдельные налеты на бухту Суда продолжались в течение дня. По большей части эти налеты проводились небольшими группами самолетов. Но в 14:40 бухту Суда атаковали около 24 бомбардировщиков «Юнкерс» Ju-88 из I/KG51 и I/LG1, в результате налета был поврежден транспорт снабжения. На перехват взлетели четыре «Харрикейна» и один «Си Гладиатор» (N5567), его пилотировал капитан Харрис. Он перехватил три «Юнкерса», но оказалось, что только один из его пулеметов может стрелять. Пилоты «Харрикейнов» добились большего успеха. Сержант Джендерс («Харрикейн» V7800) заявил о двух сбитых «Юнкерсах» и двух поврежденных; флайн-офицер Вудс («Харрикейн» V7461) об одном сбитом и одном поврежденном; флайн-офицер Ньютон об одном поврежденном и флайн-офицер Мойр об одном вероятно сбитом. Расчеты зенитных орудий в бухте Суда заявили о еще двух сбитых бомбардировщиках, но «Юнкерсы», которые видели падающими, более вероятно были сбиты «Харрикейнами». Фактически были сбиты два Ju-88 из 1-й эскадрильи KG51, «Юнкерс» фельдфебеля Фандерля (9K+LH) упал на острове, а бомбардировщик лейтенанта Ортнера (9K+GH) упал в море в районе бухты Суда, спасен был только пилот. Из допросов пленных выяснилось, что 1/KG51 только 18 апреля прибыла в Крумово с восемью самолетами, из них три участвовали в этом налете.

Еще одна попытка провести разведку над Родосом была предпринята «Харрикейном» V7823 из 2-го отряда фоторазведки, его пилотировал флайт-лейтенант Браун, но из-за сильной облачности эта задача снова не была выполнена. На следующее утро «Бленхейм» из 30-й эскадрильи RAF провел разведку над портом Пирей, в порту было обнаружено несколько кораблей, но активного судоходства не наблюдалось. «Бленхейм» пролетел над аэродромом Хассани, где было замечено много самолетов.

Погода в последние дни была более жаркой, и налеты Люфтваффе на бухту Суда продолжались и 4 мая, около 18:00 до 16 «Юнкерсов» Ju-88 появились над бухтой. Транспорт снабжения, поврежденный в ходе предыдущего налета, на этот раз был потоплен. Попадания получила и одна батарея зенитных орудий, двое солдат были ранены. На перехват «Юнкерсов» взлетели четыре «Харрикейна» и один «Фулмар», его пилотировал лейтенант Брабнер. Он заявил об одном бомбардировщике, сбитом над бухтой. «Харрикейны» преследовали остальные «Юнкерсы» дальше к северу. Флайн-офицер Ньютон заявил об одном вероятно сбитом, флайн-офицер Вудс (V7461) и флайн-офицер Ноэль-Джонсон (V7826) заявили каждый о двух поврежденных и прервали преследование только когда внизу показались южные берега материковой Греции. Еще о двух поврежденных бомбардировщиках заявили расчеты зенитных орудий. Фактически в этом налете был тяжело поврежден один Ju-88 из I/KG51, который разбился при возвращении в Крумово. Еще один «Юнкерс» из I/LG1 был поврежден и сел в Элефсисе на одном моторе.

«Харрикейн» из 2-го отряда фоторазведки с базы Ираклион наконец смог выполнить разведку над Родосом и вернулся в Египет с фотографиями. На море бомбардировщики Люфтваффе атаковали и потопили торговое судно между Пиреем и Стамбулом (Турция). Оказалось, что это нейтральное турецкое судно «Трабзон» (2485 т). Впервые за много дней «Веллингтоны» RAF снова проводили ночные бомбардировки. Два «Веллингтона» из 148-й эскадрильи RAF атаковали аэродромы Каттавия и Гадурра на Родосе, на последнем был поврежден один S.79. Спустя 24 часа (ночью 5/6 мая) «Хейнкели» Не-111 из II/KG4 с базы Гадурра сбросили мины в гавани Александрии и Суэцком канале.

Тем временем 5 мая «Юнкерсы» Ju-88 небольшими группами снова атаковали бухту Суда и район Ираклиона. На перехват взлетели «Харрикейны» с базы Малеме. Флайн-офицер Ноэль-Джонсон преследовал один «Юнкерс», но не смог догнать его. Один «Харрикейн» пилотировал капитан Харрис из 805-й эскадрильи FAA, но в ходе своего патрулирования он не заметил вражеских самолетов. Только вечером удалось провести более успешный (по британским данным) перехват. Флайн-офицер Вейл («Харрикейн» V7181) перехватил над бухтой Суда Ju-88 и заявил о его сбитии, а также о еще одном поврежденном. Но немецкие данные не подтверждают потерь Ju-88 в тот день.

Над районом Ираклиона на перехват «Юнкерсов» взлетели два «Гладиатора» из 112-й эскадрильи RAF, их пилотировали пайлот-офицеры Л. Бертли (канадец) и Дж. Вестенра (новозеландец). Оба пилота заявили о повреждении двух бомбардировщиков. Сержант Ральф Вейр, недавно включенный в состав эскадрильи, в одиночном патрулировании перехватил разведывательный S.79 высоко над аэродромом и заявил о его вероятном сбитии. Патрулирование на подходах к острову продолжалось и на следующий день, но воздушных боев 6 мая не было. В тот же день «Сандерленд» из 230-й эскадрильи эвакуировал шесть членов греческой королевской семьи и 19 других человек в Египет. Король Греции, однако, отказался покинуть Крит.

Конвойная операция «Тайгер»

6 мая авианосец «Формидебл» и пять крейсеров вышли в море из Александрии для участия в операции «Тайгер». Из-за постановки мин самолетами противника прошлой ночью корабли пришлось выводить из порта по отдельности в сопровождении тральщиков, также для подрыва магнитных мин использовались «Веллингтоны» DWI, оснащенные кольцами с магнитными обмотками. После выхода из порта и встречи с эсминцами на «Формидебл» перелетели истребители его авиагруппы – «Фулмары» из 803-й и 806-й эскадрилий FAA. Первой задачей эскадры было сопровождение четырех больших торговых судов и двух танкеров с 24 000 тонн горючего на Мальту. Тем временем с запада подходил конвой «Тайгер», сопровождаемый Соединением «Н» из Гибралтара. Встреча была назначена в районе Мальты, после чего пять больших транспортов следовало провести в Александрию. На полпути до Мальты ночью 7/8 мая крейсер «Аякс» и три эсминца отделились от эскадры для обстрела порта Бенгази, обстрел был проведен успешно. При возвращении к эскадре «Аякс» и эсминцы встретили два вражеских транспорта и атаковали их. Один транспорт взорвался, другой выбросился на берег и сгорел.

8 мая из-за очень плохой видимости и дождя самолеты-разведчики Люфтваффе не могли найти британский флот. Радары часто обнаруживали присутствие разведывательных самолетов противника, судя по радиоперехватам они мало что заметили. Рано утром «Синее» звено 803-й эскадрильи было наведено по радару на два итальянских бомбардировщика, идентифицированные как Z.1007bis. Оба были перехвачены и предположительно сбиты. Вспоминает рядовой 2-го класса Тим Дули, наблюдатель на «Фулмаре» N1913 суб-лейтенанта Уоллеса:

«Мы сделали несколько кругов и видели, как наша цель упала в море. Нигде не было видно нашего ведущего (экипаж лейтенанта Пивера и пайлот-офицер Костона). В последний раз, когда я их видел, они преследовали второй бомбардировщик».

«Фулмар» Пивера так и не вернулся. Считается, что он был сбит ответным огнем бомбардировщика.

Вскоре после полудня радар обнаружил приближение нескольких вражеских самолетов. К находившемуся на патрулировании «Белому» звену 806-й эскадрильи (лейтенант МакДональд-Холл на «Фулмаре» N1990 и лейтенант Тачборн на «Фулмаре» N1865) присоединились еще два звена «Фулмаров», взлетевших с авианосца. МакДональд-Холл вспоминает:

«Мы перехватили два «Хейнкеля» Не-111. Я зашел первому в хвост, сбилизился до 50 ярдов и подбил правый мотор «Хейнкеля». От него полетели обломки, гликолем и горючим забрызгало мой фонарь. Я видел, как «Хейнкель» перевернулся и упал в море. Потом я присоединился к Тачборну, и вместе мы атаковали и сбили второй «Хейнкель», а после вернулись на «Формидебл». У меня была повреждена гидравлика, и правая стойка шасси не выпустилась. Также огнем стрелков «Хейнкелей» было сильно повреждено левое крыло и пробито левое колесо. Я садился на одной левой стойке шасси со спущенным колесом».

Тем временем «Зеленое» звено 803-й эскадрильи (лейтенант Брюэн и суб-лейтенант Ричардс) перехватило третий «Хейнкель», который Брюэн сбил. Четвертый «Хейнкель» был сбит пилотом 806-й эскадрильи лейтенантом Л. Хиллом. «Фулмар» его ведомого лейтенанта Дэви, вероятно, получил повреждения и упал в море при возвращении на авианосец, спасся только наблюдатель.

На этот раз заявления о победах британских пилотов были очень точными. Оба «Хейнкеля», сбитых «Белым» звеном, были, вероятно, из 6-й эскадрильи KG26: 1H+AP обер-фельдфебеля Вилли Кляйнкнехта и 1H+FB обер-лейтенанта Германна Пфайля. Все экипажи погибли. Из двух других сбитых «Хейнкелей» 1H+BC обер-лейтенанта Эберхарда Штюве из 5-й эскадрильи, а 1H+FN обер-лейтенанта Макса Войгта из 6-й. Их экипажи также погибли. Эти «Хейнкели» направлялись атаковать район Суэцкого канала.

Позже после полудня два звена «Фулмаров» из 806-й эскадрильи перехватывали разведывательные Ju-88. Лейтенанты Хенли и Спарк считали, что сбили «Юнкерс» из 2(F)/123 в районе мыса Пассеро. Фактически же «Юнкерс» был поврежден и двое членов его экипажа ранены, но он смог вернуться на свою базу в Катании (Сицилия). Лейтенанты МакДональд-Холл и Тачборн, вылетевшие на патрулирование к концу дня также перехватили один Ju-88 и доложили, что он упал в море.

Плохая погода, которая спасла флот от постоянных авианалетов, имела трагические последствия для нескольких самолетов с «Формидебла». Были потеряны два «Альбакора», вылетавшие на противолодочное патрулирование, спасти удалось только один экипаж. «Фулмар» пайлот-офицера Четфилда упал в море, Четфилд и наблюдатель рядовой 2-го класса Норман погибли.

В тот же день «Мэриленды» из 39-й эскадрильи RAF с базы Фука выполнили несколько разведывательных вылетов над морем к северу и югу от флота, но два из них были потеряны. «Мэриленд» AH296, который пилотировал южноафриканец лейтенант Кэмпбелл, над побережьем в районе Дерны был сбит «Мессершмиттом» Bf-109E гауптмана Гельмута Хомута из 3/JG27 с базы Газала и упал в море, весь экипаж погиб. Пилот «Мэриленда» AH281 пайлот-офицер Дж. Бест имел приказ после завершения разведывательного вылета (к северу от маршрута флота) садиться на Мальте, но из-за технических неисправностей он совершил вынужденную посадку в Метоне на южной оконечности Пелопоннеса, и экипаж попал в плен. Позже один стрелок сержант Квитсау сбежал из лагеря военнопленных в Салониках и смог вернуться в Египет.

Дальше к западу конвой «Тайгер» и Соединение «Н» попали под сильные налеты немецких и итальянских самолетов с Сицилии и Сардинии. При отражении этих налетов экипажи «Фулмаров» с авианосца «Арк Ройял» заявили о пяти сбитых вражеских самолетах, при этом было потеряно два «Фулмара», один из них со всем экипажем. Ночью один из транспортов конвоя был сильно поврежден взрывом мины и спустя несколько часов взорвался. Экипаж был спасен, но 57 танков и 10 разобранных «Харрикейнов» пошли на дно вместе с судном. Еще один транспорт получил легкие повреждения от взрыва мины, зацепленной его параваном. К 08:00 следующего дня (9 мая) 1-я боевая эскадра находилась в 120 милях к югу от Мальты, а конвой «Тайгер» в 90 милях к западу. Погода оставалась неблагоприятной, с полосами тумана и видимостью менее чем на две мили. Вскоре после полудня конвой с горючим из Александрии благополучно достиг Мальты, а в 15:15 конвой «Тайгер» и сопровождавшие его эсминцы соединились с 1-й боевой эскадрой в 40 милях от Мальты. Авиация Оси искала британский флот в течение всего дня, но единственное столкновение с противником произошло когда «Фулмары» лейтенантов Хенли и Спарка из 806-й эскадрильи FAA перехватили разведывательный «Юнкерс» Ju-88, на этот раз из 1(F)/121, и нанесли ему серьезные повреждения. «Юнкерс» разбился при возвращении в Катанию, но экипаж выжил. В 16:00 один из разведчиков наконец обнаружил британские корабли, но до наступления темноты налетов не было.

Самолеты-разведчики искали флот и на следующее утро, но в условиях плохой видимости они не могли поддерживать наблюдение за флотом, даже когда обнаруживали его. Патрулировавшие над флотом «Фулмары» также не могли эффективно перехватывать вражеские разведчики. Лейтенанты МакДональд-Холл и Тачборн заметили «Хейнкель» Не-111 и пытались преследовать его, но немецкий самолет скрылся в облаках, прежде чем они успели приблизиться. Немного позже на радаре был замечен еще один вражеский самолет, и «Фулмары» на авианосце получили приказ взлетать, но истребитель лейтенанта Тачборна при взлете с катапульты сорвался и упал за борт, Тачборн и его наблюдатель рядовой 2-го класса Томпсон погибли. В результате остальные экипажи стали неохотно использовать катапульту, хотя инженеры были уверены в ее надежности. Чтобы поднять моральный дух и укрепить уверенность, командир авиагруппы коммандер Аткинсон сам взлетел с катапульты, хотя раньше он не летал на «Фулмаре».

Вскоре после этого поступило предупреждение о приближении группы вражеских самолетов, и три звена «Фулмаров» стали готовиться к взлету с использованием катапульты. В последнем истребителе должны были взлетать суб-лейтенант Синклер (ранее служивший в 805-й эскадрилье) и рядовой 2-го класса Де Фриас. Последний вспоминал:

«Я спросил его (Синклера), будем ли мы взлетать с катапульты. Он сказал: «Надеюсь, что нет. Я налетал только 8 часов на «Фулмарах» и ни разу не взлетал с катапульты. Может быть, они сначала запустят остальных, а потом мы взлетим нормально». Я успокоился, но вскоре был потрясен, когда нам подали сигнал грузиться на катапульту. Синклер сбросил газ, и к нам подбежал начальник команды полетной палубы и запрыгнул на крыло. Я слышал их разговор с Синклером по внутренней связи. «В чем проблема?» «Ни в чем», отвечает Синклер, «кроме того, что я никогда не взлетал с катапульты и даже не проходил инструктаж». «Нет времени спорить, на радаре целая стая (вражеских самолетов). Пока ты на тележке, я тебя подтяну. Затяни ремни как можно крепче. Закрылки в обычное положение при взлете, ручку газа на максимальную мощность. Отрегулируй ручку управления, возьмись за нее правой рукой и упрись локтем в живот. Потом подними левую руку и упрись головой в подголовник. Когда опустишь руку, я даю тебе секунду, чтобы ты взялся за ручку газа, и взлетаешь!» Я сидел в полном ужасе, все еще вспоминая «Фулмар», который сорвался с катапульты и некоторое время держался на поверхности воды по правому борту. Было видно, что голова наблюдателя неестественно повернута, очевидно, он был мертв. Пилот вроде бы еще шевелился. Потом «Фулмар» ушел на дно, и спасти никого не удалось. Наш истребитель поставили на катапульту, и мотор включился. Я видел, как оператор дернул рычаг, и я ощутил прилив крови к лицу. Вдруг раздался крик, и моя рука метнулась к ручке сброса фонаря. Но это кричал Синклер: «Сработало! Сработало!»»

Плохие погодные условия продолжали защищать флот от авианалетов, и до возвращения кораблей в Александрию произошел только один воздушный бой. В нем снова участвовали лейтенанты Хенли и Спарк, два их «Фулмара» атаковали группу «Юнкерсов» Ju-88 из II и III групп LG1. Пилот каждого истребителя выбрал отдельную цель. Хенли атаковал «Юнкерс» из 5-й эскадрильи, его огонь ранил стрелка обер-ефрейтора Хорста Гольднера. Спарк с очень близкой дистанции атаковал бомбардировщик обер-фельдфебеля Отто Энгеля (LI+IR) из 7-й эскадрильи, но его «Фулмар» столкнулся с «Юнкерсом» (или был одновременно подбит его ответным огнем), и оба самолета упали в море. Хенли видел только один раскрывшийся парашют, но в море найти никого не удалось.

Лейтенант-коммандер Эванс, командир 806-й эскадрильи, потребовал провести масштабные поиски, потому что погодные условия это позволяли, и море было спокойным. Он считал, что если Джулиан Спарк или его наблюдатель рядовой 2-го класса Артур Раш выпрыгнули на парашютах или их истребитель сел на воду, были очень хорошие шансы найти их. Но капитан Биссет отказался проводить поиски, так как было уже далеко за полдень, и для проведения поисков авианосцу пришлось бы снизить скорость, что поставило бы его и весь конвой в опасное положение. Безопасность его корабля и конвоя была для капитана первым приоритетом. Но это решение очень плохо повлияло на моральный дух экипажей авиагруппы. Утром 12 мая конвой «Тайгер» и корабли 1-й боевой эскадры вошли в Александрию, доставив войскам Уэйвелла 238 танков и 43 разобранных «Харрикейна». Из этих истребителей в последующую неделю 10 «Харрикейнов» будут перегнаны на Крит для пополнения 33-й и 112-й эскадрилий RAF.

Из-за относительно больших потерь, понесенных «Фулмарами» в этой операции, на борту авианосца «Формидебл» осталось лишь немного исправных «Фулмаров», и пока эти потери не были восполнены, «Формидебл» не мог сопровождать конвои между Египтом и Критом. По прибытии в порт командиром 806-й эскадрильи вместо Чарльза Эванса был назначен лейтенант-коммандер Гарнетт, раньше служивший пилотом «Суордфиша» в 830-й эскадрилье на Мальте, а потом командовавший звеном «Си Гладиаторов» в авиагруппе авианосца «Игл».

Оборона Крита, продолжение

Пока разворачивались эти боевые действия над морем, операции в воздухе вокруг Крита продолжались довольно вяло и бессистемно. Между 7 и 10 мая боев в воздухе не было. В этот период пять изношенных «Бленхеймов» были перегнаны в Египет для капитального ремонта. Также 8 мая на ремонт в Египет были отправлены три «Фулмара» и два «Си Гладиатора» из 805-й эскадрильи FAA, 10 мая еще один «Фулмар» и на следующий день еще один «Си Гладиатор». Таким образом в эскадрилье осталось лишь два «Фулмара» и четыре «Си Гладиатора». Из трех оставшихся «Буффало» два были непригодны для полетов, и один тяжело поврежден. Вечером 8 мая конвой AN-30 (четыре торговых судна), направлявшийся на Крит, к югу от пролива Касо был атакован бомбардировщиками «Хейнкель» Не-111 из KG26. Торпеда попала в судно «Роунсли» (4998 т), которое получило тяжелые повреждения и не могло дать скорости больше 8 узлов. «Роунсли» был взят на буксир вооруженным траулером «Гримсби» и в сопровождении эсминца «Уотерхен» достиг бухты Иерапетра в юго-восточной части Крита, где встал на якорь. Вечером следующего дня «Роунсли» получил новые повреждения от бомб и утром 12 мая затонул.

Наконец вечером 11 мая пять «Мессершмиттов» Bf-110 из II/ZG76 (четыре дня назад прибывшей в Аргос из Северной Германии) атаковали аэродром Ираклион. Из-за неэффективной работы системы оповещения о налетах в воздух поднялся только один «Гладиатор» пайлот-офицера Боукера из 112-й эскадрильи RAF, но зенитные орудия «Бофорс» и пулеметы «Льюис» открыли по «Мессершмиттам» сильный огонь. Когда Bf-110 выполнили первый заход, Боукер атаковал одного из них, и на малой высоте произошел маневренный бой, в ходе которого пилот «Гладиатора» пытался заманить противника под огонь зенитных орудий и пулеметов. Через несколько минут «Мессершмитты» ушли на северо-запад, а Боукер, приземлившись, заявил об одном вероятно сбитом. На следующий день на базу Ираклион прибыл один «Харрикейн» из 2-го отряда фоторазведки, чтобы провести разведку над аэродромами в Хассани, Элефсисе, Мениди и Аргосе, а также над Коринфским каналом, в котором не было замечено никаких препятствий.

На базе Малеме в составе пилотов истребителей произошли значительные изменения. В бухте Суда сел «Сандерленд» Т9050 винг-коммандера Фрэнсиса из 230-й эскадрильи RAF, на его борту прибыл комэск Хауэлл, чтобы принять командование 33-й эскадрильей, и три относительно неопытных пилота: флайн-офицер Батчер, бывший пилот 112-й эскадрильи, и сержанты Баттерик и Леверидж, присоединившиеся к эскадрилье в Греции, но позже эвакуированные в Египет. Большинство прежних пилотов эскадрильи должны были отбыть в Египет, и предполагалось, что прибудут новые пилоты с новыми «Харрикейнами». Из прежних пилотов должны были остаться только флайт-лейтенант Вудворд и пайлот-офицер Данскомб, а также бывший пилот 1430-го звена флайт-лейтенант Митчелл. Новый командир эскадрильи Хауэлл был очень опытным пилотом-инструктором, но боевого опыта не имел, и ранее даже не летал на «Харрикейнах».

На следующий день винг-коммандер Фрэнсис принял на борт своего «Сандерленда» столько пассажиров, сколько было возможно. В самолете было занято все свободное пространство, даже в гальюн втиснулись шесть человек, а всего в «Сандерленд» вместилось 74 пассажира (не считая 10 человек экипажа). Большинство эвакуируемых были из личного состава RAF, в том числе семь отбывающих в Египет пилотов 33-й эскадрильи, и много экипажей «Бленхеймов» (в том числе флайт-лейтенант Риксон из 113-й эскадрильи), а также капитан Джеймс Рузвельт, сын президента США, присутствовавший в Греции и на Крите как «военный советник и наблюдатель». Интересно отметить, что из-за нехватки обученных экипажей бомбардировщиков в Египте приоритет при эвакуации отдавался пилотам «Бленхеймов» и «Веллингтонов», и лишь затем пилотам «Харрикейнов». Среди других членов экипажей приоритет отдавался радистам, потом стрелкам и наблюдателям. После экипажей самолетов наиболее важной категорией при эвакуации были инженеры, шифровальщики и связисты. В конце списка находились плотники, слесари и офицеры по учету и отчетности. С таким грузом «Сандерленд» Фрэнсиса взлетел с трудом: большой летающей лодке понадобилось на взлет три мили, прежде чем она смогла оторваться от поверхности воды.

Патрулирование в районе Малеме продолжалось, но 13 мая перехватов вражеских разведчиков не было. В тот день «Харрикейн» V7800 пайлот-офицера Данскомба при посадке после тренировочного полета выскочил за ВПП и получил повреждения. Эта потеря была отчасти компенсирована прибытием двух новых «Харрикейнов» (V7714 и W9298), их пригнали сержанты Рипшер (шотландец) и Рейниш (из Уэльса); оба пилота остались на Крите и вошли в состав 33-й эскадрильи RAF.

На аэродроме было построено много укрытий из мешков с песком и бочек из-под бензина, наполненных землей, они обеспечивали некоторую защиту для «Харрикейнов» на земле. Также была сооружена небольшая огневая точка с пулеметом «Льюис». По обеим сторонам ВПП было установлено несколько «Бофорсов».

Тогда как 33-я эскадрилья восстанавливалась, из состава 80-й эскадрильи боевые вылеты выполнял только пайлот-офицер Билл Вейл на своем «Харрикейне» V7795. Из других пилотов в эскадрилье оставался только сержант Беннет, чей «Харрикейн» V7181 числился в составе эскадрильи, хотя его приходилось делить с флотскими пилотами из 805-й эскадрильи FAA. Тем же вечером Вейл вылетел на перехват неизвестного самолета, обнаруженного радаром. Через 30 минут его «Харрикейн» с помощью радара был наведен на цель – это оказался Ju-52. Вернувшись, Вейл заявил, что сбил «Юнкерс» и тот упал в море.

Базу Ираклион атаковали несколько самолетов, идентифицированных как «Мессершмитты» Bf-110, причинив небольшие повреждения и незначительные потери в личном составе. На их перехват взлетели пять «Гладиаторов», но атаковать противника смог только пайлот-офицер Вестенра. Он провел бой с шестью «Мессершмиттами» и добился нескольких попаданий меткими очередями, но и его «Гладиатор» получил тяжелые повреждения, приземлившись с многочисленными пробоинами. Этот неравный бой, наблюдаемый множеством свидетелей с земли, значительно поднял моральный дух защитников. Зенитные «Бофорсы» и пулеметы «Льюис» ПВО аэродрома вели сильный огонь, также противника обстреливали зенитные орудия с судов конвоя у берега, в том числе с голландского транспорта «Нью Зиленд», зенитчики которого (23-я легкая зенитная батарея корпуса Королевской Морской Пехоты) заявили о сбитии одного самолета противника, который упал в море. Вероятно, это был разведывательный Bf-110 унтер-офицера Шарлова и обер-лейтенанта Хольтхефера из разведывательной эскадрильи XI авиакорпуса. Вероятно также, что в некоторых случаях за Bf-110 были приняты Do-17, так как один «Дорнье» (U5+DK лейтенанта Катерса из I/KG2) не вернулся из налета на Ираклион. Еще три «Дорнье» из той же группы вернулись на базу Мениди с повреждениями от зенитного огня.

Ночью 12/13 и 13/14 мая «Веллингтоны» из 257-го авиакрыла RAF (37-я, 38-я, 70-я и 148-я эскадрильи) с баз в Египте атаковали немецкие и итальянские аэродромы в Греции и на Додеканезских островах, но результаты этих налетов были незначительны. Крит также подвергался ночным налетам противника, его время от времени атаковали небольшие группы «Хейнкелей» Не-111. На недавно оккупированном немцами острове Мелос был построен новый аэродром Люфтваффе.

Действительно серьезные налеты на Крит произошли 14 мая, когда на рассвете множество «Юнкерсов» Ju-88 атаковало бухту Суда и аэродром Малеме. На аэродром упало шесть бомб, повредив один из неисправных «Бленхеймов» 30-й эскадрильи RAF. Все исправные «Бленхеймы» эскадрильи были направлены в Ираклион для прикрытия конвоев. Три «Харрикейна», находившиеся в готовности, не получили приказа на взлет. Но в 06:00 аэродром и побережье атаковали около 60 «Мессершмиттов» Bf-109E из II и III групп JG77. На этот раз «Харрикейны» сержантов Рипшера и Рейниша взлетели и сразу же были атакованы. За ними последовал «Харрикейн» командира эскадрильи Хауэлла, как только он поднялся в воздух, его атаковали в лоб пять «Мессершмиттов». Они пролетели мимо, но пока он набирал высоту, его атаковали другие. Первые два «Харрикейна» в это время уже горели и падали. Сержант Рейниш успел сбить один Bf-109E (вероятно, это был истребитель ефрейтора Ганса Габлера из 6/JG 77), который упал в холмах, но и сам быстро был сбит, его горящий «Харрикейн» упал в море. Рейниш смог выпрыгнуть на парашюте и подплыть к берегу, где спустя два часа его подобрали греческие рыбаки. Вернувшись в Малеме, Рейниш узнал, что его считают погибшим.

Тем временем комэск Хауэлл смог уклониться от всех атак и заметил еще два «Мессершмитта», летевших низко над морем. Позже он вспоминал:

«Я зашел прямо в хвост второму 109-му, если бы я поднял нос, то врезался бы ему в хвост винтом. Я всаживал в него очередь за очередью, от 109-го отлетали куски, из радиатора пошел белый дым. Он медленно повернул вправо и стал падать (вероятно, это был «Мессершмитт» унтер-офицера Вилли Хагеля из 4/JG77, не вернувшийся из вылета). Я был намерен точно подтвердить свою первую победу, и сделал ошибку, последовав за ним. Он уже не мог совершать маневры уклонения, и я продолжал его расстреливать, пока не заметил, что мимо меня летят трассеры. Первый 109-й сел мне на хвост. Я понял свою ошибку и резко повернул влево с набором высоты, потом сделал быструю бочку в другую сторону, и, обнаружив, что зашел в борт противнику, всадил в него очередь. Мы летели над самой поверхностью моря. Я продолжал осыпать его пулями, пока у меня не кончились боеприпасы, и, несомненно, наделал в нем много дыр».

Третий «Харрикейн» (W9297 сержанта Рипшера), по словам наблюдателей с базы Малеме, атаковал «Мессершмитты» над морем и предположительно сбил один, который упал в море. Вероятно, в действительности это был «Мессершмитт» унтер-офицера Хагеля, сбитый Хауэллом. Потом два «Мессершмитта» атаковали «Харрикейн» Рипшера, который отчаянно пытался уклониться от их огня, но получил много попаданий – предположительно от огня «Мессершмитта» лейтенанта Омерта из 8/JG77. Рипшер повел свой поврежденный «Харрикейн» к аэродрому и выпустил шасси, пытаясь совершить посадку, но по трагической случайности его истребитель попал под огонь зенитных «Бофорсов» и разбился на краю аэродрома, Рипшер погиб. Хауэлл, у которого кончалось горючее и боеприпасы, посадил свой «Харрикейн» в Ретимо, и из-за того, что он не вернулся на базу Малеме, его некоторое время тоже считали сбитым.

«Мессершмитты», не участвовавшие в бою с тремя «Харрикейнами», обстреливали аэродром Малеме, на котором были сожжены один неисправный «Харрикейн» и один «Фулмар», также получили попадания три неисправных «Буффало». Танкер в бухте Суда получил попадание бомбы и загорелся. Кроме того, бомбовому удару подвергся самый крупный город на острове – Кания. Позже утром небольшая группа «Мессершмиттов» Bf-109E повторила атаку, но ущерб был причинен незначительный – главным образом потому, что осталось не так много целей.

Немцы заявили о четырех сбитых «Харрикейнах» - на один претендовали пилоты II группы и на три сбитых - пилоты III группы JG77. Последние также заявили о пяти истребителях, уничтоженных на земле.

Позже настала очередь Ираклиона, его атаковали около дюжины «Мессершмиттов» Bf-110 из II/ZG26. С аэродрома взлетели два «Гладиатора» - флайн-офицер Ривз и пайлот-офицер Вестенра. Новозеландец атаковал и сбил один из низколетящих «Мессершмиттов». Это был Bf-110 обер-лейтенанта Бааго из 5-й эскадрильи, аса с 14 победами, он упал в море у берега, пилот и его стрелок обер-фельдфебель Даниэль Беккер погибли. Также на сбитие этого «Мессершмитта» претендовали расчеты «Бофорсов». Их метким огнем был подбит второй Bf-110 (ефрейтора Адольфа Кеттерера из 4-й эскадрильи). С отстреленным хвостом он совершил аварийную посадку в миле от аэродрома, экипаж попал в плен.

Вернувшиеся пилоты «Мессершмиттов» заявили о четырех победах. В действительности был тяжело поврежден «Гладиатор» Ривза и еще два «Гладиатора» получили повреждения на земле. Некоторые Bf-110 несли бомбы, другие – дополнительные топливные баки, которые они сбросили у берега. В целом ущерб от их налета был незначительным.

«Мессершмитты» Bf-110 из ZG26 патрулируют у Эгейских островов

Перед наступлением сумерек база Малеме снова была атакована «Мессершмиттами» Bf-109E. Расчеты «Бофорсов» заявили о прямом попадании в один «Мессершмитт», который, по их сведениям, взорвался и упал в море. Вероятно, это был Bf-109E лейтенанта фон Айхель-Штрайбера из III/JG77, который из этого налета вернулся с тяжелыми повреждениями и после аварийной посадки у Молаои был списан. Немецкие пилоты после этого налета заявили еще о трех самолетах, уничтоженных на земле.

После этих налетов «Мессершмиттов» на Малеме стало очевидно, что Люфтваффе действуют с аэродромов на Пелопоннесском полуострове, а это означало, что последующие налеты бомбардировщиков на Крит будут иметь сильное истребительное прикрытие. Таким образом, малочисленные «Харрикейны» будут вовлечены в бой с «Мессершмиттами», а немецкие бомбардировщики смогут атаковать свои цели без помех. Бимиш и Хауэлл обсудили возможность действий «Харрикейнов» из Египта с использованием аэродромов Малеме и Ираклион как передовых баз. Это было сочтено непрактичным из-за слишком больших расстояний и малого количества имевшихся истребителей. Хауэлл предложил альтернативу – его малочисленные «Харрикейны» могут пытаться перехватывать немецкие бомбардировщики над греческими островами до того, как они встретятся с «Мессершмиттами». Бимиш также хотел реализовать эту идею, когда с подкреплениями прибудет достаточное число «Харрикейнов».

Наступившая ночь принесла защитникам Малеме лишь временную передышку. Три «Хейнкеля» Не-111 атаковали аэродром с малой высоты 50-кг бомбами и пулеметным огнем. Защитники аэродрома отвечали огнем стрелкового оружия, один бомбардировщик был поврежден, на аэродром упал большой кусок капота, который защитники подобрали как трофей. Той же ночью пять «Веллингтонов» из 257-го авиакрыла снова атаковали аэродромы Люфтваффе в южной Греции. В ходе этих налетов был нанесен незначительный ущерб, хотя британские летчики сообщали, что видели множество пожаров, а на аэродроме Хассани, по британским данным было уничтожено шесть самолетов. Но немецкие документы не подтверждают, что той ночью какие-либо самолеты Люфтваффе были уничтожены или повреждены.

Следующий налет на Малеме произошел в 05:00, когда один бомбардировщик сбросил на аэродром несколько бомб, был поврежден один «Бленхейм» и ранены трое солдат в грузовике. «Бленхеймам» стало теперь слишком опасно базироваться на аэродроме Малеме, и час спустя последние три исправных «Бленхейма» улетели в Египет, их сопровождал один «Си Гладиатор» из 805-й эскадрильи FAA. На полпути до аэродрома Мерса-Матрух двигатель «Си Гладиатора» заглох, и его пилот лейтенант Питер Скотт был вынужден садиться на поверхность моря. «Бленхеймы» некоторое время кружили над местом его посадки, но их экипажи так и не увидели пилота. Позже его не смог найти и «Сандерленд» из 228-й эскадрильи RAF, посланный его подобрать.

Едва «Бленхеймы» улетели, как аэродром Малеме атаковали девять «Мессершмиттов» Bf-109E, расстреливая рассредоточенные самолеты и позиции зенитных орудий. Еще одна эскадрилья «Мессершмиттов» кружила на высоте 3-4 тысячи футов, и еще одна – на высоте 10 тысяч футов, осуществляя прикрытие. Один из пилотов дежурного звена флайт-лейтенант Вернон Вудворд (только что награжденный Крестом DFC), вспоминал:

«Я завел мотор, но несколько секунд спустя он заглох и загорелся. Я выскочил и бросился к стоящему рядом истребителю (частично неисправному, насколько я помню). Не было времени пристегиваться и надевать парашют – я снова пытался скорее взлететь, но едва набрал скорость на земле, как на меня спикировали два 109-х, расстреливая меня с дистанции 600-800 ярдов. Я почти взлетел, но самолет снова загорелся, и пришлось резко тормозить. Я быстро выскочил и укрылся в траншее на краю ВПП. Для одного дня это было слишком. Наверное, это были самые неприятные несколько минут в моей жизни. И если у меня есть ангел-хранитель, наверное, в тот день он работал сверхурочно!»

«Си Гладиатор», также пытавшийся взлететь, опрокинулся, и пилот оказался зажат в кабине. Новозеландский солдат, подбежавший на помощь, смог освободить пилота, но «Мессершмитты» сразу же расстреляли истребитель и еще один «Си Гладиатор» поблизости; также снова были обстреляны уже выведенные из строя «Буффало».

В перерыве между налетами на Крит прибыли четыре «Харрикейна», их перегнали из Мерса-Матрух пилоты 30-й эскадрильи RAF, в полете их сопровождал «Мэриленд» из 24-й эскадрильи SAAF. Два из этих «Харрикейнов» (N2610 и V7827) были направлены на базу Малеме для пополнения 33-й эскадрильи, а другие два в 112-ю эскадрилью в Ираклион. Перегонявшие их пилоты должны были вернуться в Египет на «Сандерленде». В середине дня «Дорнье» Do-17Z из III/KG2 провели еще один налет на Малеме и бухту Суда. На их перехват взлетели несколько «Харрикейнов», но они не смогли перехватить бомбардировщики, и только один «Дорнье» был поврежден зенитным огнем. После этого налета с аэродромов Крита было эвакуировано еще несколько самолетов; в частности, последний оставшийся «Суордфиш» (P4272 'H') из 815-й эскадрильи FAA, который уже собирались бросить, но офицер по вооружению лейтенант Денис Лоу и механики отремонтировали его. Лоу, который имел квалификацию пилота, решил сам лететь на этом «Суордфише», а суб-лейтенант Дональд Коутс из 805-й эскадрильи FAA занял место штурмана. Было решено, что с ними в Египет полетят четыре греческих учебных самолета «Авро Тьютор» с греческими экипажами. Сначала эта маленькая группа самолетов должна была перелететь в Ираклион. Об этом перелете Дональд Коутс вспоминал:

«Нас обстреливали все зенитные орудия по пути вдоль северного берега – никто не мог поверить, что на Крите еще остались самолеты союзников, не говоря уже о том, что их может быть целых пять! Нам было очень трудно заходить на посадку».

На следующее утро они вылетели в Мерса-Матрух и все благополучно туда прибыли.

Перед наступлением сумерек аэродром Малеме подвергся еще одному налету – его атаковало около дюжины «Мессершмиттов», но ущерб они нанесли незначительный. Ночью два транспорта снабжения вышли из бухты Суда и направились в Порт-Саид, на борту транспорта «Лоссимут» эвакуировались 2000 военнослужащих небоевых специальностей. Транспорты сопровождали несколько военных кораблей, в том числе крейсер «Дайдо», на борту которого эвакуировалась часть золотого запаса Греции (около 7 000 000 британских фунтов). Перед наступлением рассвета 16 мая в северной оконечности пролива Касо у «Лоссимута» возникла неисправность в машинах, и транспорт стал идеальной целью для вероятных атак бомбардировщиков или подводных лодок. К счастью, поломка была быстро устранена, и конвой направился дальше. В 11:45 появились пять бомбардировщиков S.79 и атаковали транспорты, но несмотря на множество близких разрывов, попаданий бомб не было.

На рассвете 16 мая возобновились налеты на Малеме. В 06:15 «Харрикейны» взлетели на перехват. Флайн-офицер Вейл («Харрикейн» V7795) заявил об одном сбитом Bf-109E. В середине дня «Харрикейны» снова взлетали по тревоге, но не смогли перехватить противника. В 16:00 командир эскадрильи Хауэлл на «Харрикейне» N2610 провел разведку над островом Мелос по приказу капитана авиагруппы Бимиша. После 20-минутного полета от Малеме он не обнаружил целей на Мелосе и уже возвращался обратно на Крит, когда заметил одиночный Ju-52/3m (IZ+GX фельдфебеля Вальтера Штайнбаха из IV/KGzbV1), летевший на малой высоте над морем в противоположном направлении. Хауэлл выполнил на него три захода, левый двигатель «Юнкерса» загорелся, и немецкий самолет упал в море, выживших не было. Продолжая лететь к Криту, Хауэлл заметил еще несколько немецких самолетов, летевших в противоположном направлении. Это были пикировщики Ju-87 из I/StG2 в сопровождении «Мессершмиттов» Bf-110 из II/ZG26, они только что атаковали Малеме и бухту Суда. Догнав «Штуки» и попав под огонь их стрелков, Хауэлл выбрал один пикировщик и атаковал его. Ju-87 перевернулся и стал пикировать – вероятно, это был маневр уклонения. Несколько «Мессершмиттов» обстреляли «Харрикейн» Хауэлла, но он не получил повреждений.

Тем временем все остальные исправные «Харрикейны» 33-й эскадрильи RAF взлетели по тревоге с базы Малеме, на этот раз их пилотировали флотские пилоты из 805-й эскадрильи FAA. Они вступили в бой с множеством «Мессершмиттов» Bf-109Е из I(J)/LG2 и III/JG77. «Харрикейн» лейтенанта Эша был сбит почти сразу и упал в море, пилот погиб. Лейтенант Ричардсон также был сбит, он покинул падающий самолет, но парашют не раскрылся. Его тело нашли местные крестьяне. Третий пилот, лейтенант Рамсэй на «Харрикейне» V7461 вступили в бой с «Мессершмиттами» из 8/JG77 и сбил два из них. Обер-фельдфебель Герберт Перри посадил свой «Мессершмитт» на брюхо у деревни, а лейтенант Харальд Манн был ранен и выпрыгнул на парашюте, но смог избежать плена. «Харрикейн» Рамсэя был тяжело поврежден в бою и совершил посадку в Ретимо, поэтому на базе Малеме сочли, что все пилоты 805-й эскадрильи FAA погибли.

Когда начался налет, Билл Вейл патрулировал над бухтой Суда на «Харрикейне» из 80-й эскадрильи RAF, и вскоре оказался посреди боя. В одиночку он не мог помешать пикировщикам Ju-87 бомбить корабли в бухте, но атаковал один «Юнкерс» и заявил о его сбитии. Потом «Харрикейн» Вейла атаковали «Мессершмитты», но он смог уйти, не получив повреждений. После этого счет Вейла достиг 28 сбитых (и трех в группе), семь из этих побед были одержаны при вылетах с базы Малеме. Пилоты двух групп истребителей Люфтваффе после этого вылета заявили о четырех победах (по две на группу), одна из них была засчитана лейтенанту Гайссхардту из I(J)/LG2.

Пикировщики причинили значительный урон судам союзников в этом налете. Два танкера получили попадания бомб, датский танкер «Элеонора Мерск» (10 694 т) загорелся, несколько человек из его экипажа были убиты. Танкер выбросился на берег у мыса Калами и горел там пять дней. Британские суда «Лоджишен» (5993 т) и «Арэйбэнк» загорелись, причем первый выгорел полностью. Были потоплены три греческих судна: «Николау Урания» (6397 т), «Термони» (5719 т) и «Китера» (1070 т). С начала мая бухты Суда достигли 15 транспортов снабжения, но 8 из них были потоплены или тяжело повреждены в порту, и было выгружено только 15 000 т грузов, в том числе 3000 т боеприпасов вместо предполагавшихся 27 000 т.

Тем временем в Ираклионе 112-я эскадрилья RAF готовила к боевым вылетам два только что полученных новых «Харрикейна», но только три пилота ранее летали на «Харрикейнах», и из них лишь лейтенант Фрай имел реальный боевой опыт. Крит был едва ли подходящим местом для обучения пилотов, но большинство пилотов между налетами смогли выполнить хотя бы один тренировочный полет на «Харрикейне». Когда Ираклион атаковали около 30 «Мессершмиттов» Bf-110 из I и II групп ZG 26, и «Харрикейны» и «Гладиаторы» получили приказ взлетать. Фрай на «Харрикейне» V7857 атаковал «Мессершмитт» 3U+SM унтер-офицера Эрхарда Витцке и добился нескольких удачных попаданий. Однако стрелок фельдфебель Карл Райнхардт всадил меткую очередь в двигатель «Харрикейна». Из мотора потек гликоль, и Фрай был вынужден покинуть машину, но когда прыгал, то ударился о хвост «Харрикейна» и приземлился на парашюте в трех милях от аэродрома с сильным ушибом груди. «Мессершмитт» Витцке пытался дотянуть до Аргоса, но поврежденный левый двигатель отказал, и пришлось садиться на воду. Экипаж подобрали критские рыбаки и доставили обратно на Крит.

Второй «Харрикейн» атаковали сразу несколько Bf-110, он получил тяжелые повреждения и совершил вынужденную посадку. «Бофорсы» австралийской 7-й легкой батареи ПВО сбили «Мессершмитт» U8+MK унтер-офицера Эрвина Бауэра, он упал в море, экипаж погиб.

В тот же день над аэродромом Ретимо появился «Хеншель» Hs-126 (вероятно из 4(H)/22), летевший на малой высоте, очевидно, выполняя разведывательный полет. Австралийские солдаты, окопавшиеся в холмах по обеим сторонам аэродрома, и греческие солдаты (два батальона), занимавшие оборону у деревни Адхеле, огнем стрелкового оружия сбили «Хеншель». На его борту были найдены фотографии, по которым было видно, что позиции австралийцев очень хорошо замаскированы, с воздуха была заметна только одна траншея.

После полудня девять «Бофайтеров» из 252-й эскадрильи RAF, только недавно прибывших на Средний Восток из Англии под командованием командира эскадрильи Р. Йэксли перелетели с Мальты на базу Ираклион. После этого капитан авиагруппы Бимиш обратился к командованию с просьбой нанести удары по аэродромам Люфтваффе на юге Пелопоннеса, где, как предполагалось, базировались «Мессершмитты» Bf-109E. Налет был запланирован на рассвет 17 мая, а «Веллингтоны» атаковали те же цели ночью. Четыре «Веллингтона» из 37-й эскадрильи RAF и один из 70-й эскадрильи бомбили Аргос, а восемь «Веллингтонов» из 38-й эскадрильи атаковали аэродром Молаои. Последний оказалось трудно найти, но британские пилоты успешно атаковали его, заявив о четырех уничтоженных немецких самолетах.

Еще пять «Веллингтонов» из 148-й эскадрильи RAF атаковали аэродром Мениди в южной Греции. На аэродроме наблюдались сильные взрывы, и предполагалось, что бомбами уничтожено как минимум два самолета. Фактически был уничтожен огромный транспортный «Юнкерс» G-38 (GF+GG) из KGrzbV172; этот четырехмоторный самолет, выполненный по схеме «летающее крыло», ранее принадлежал авиакомпании «Люфтганза» и имел обозначение D-APIS и название «Генерал-фельдмаршал фон Гинденбург», но с началом войны был мобилизован на службу Люфтваффе. Также в ходе этого налета был уничтожен «Хеншель» Hs-126. Наконец, еще два «Веллингтона» из 38-й эскадрильи RAF атаковали итальянский аэродром Марица на Родосе, где получили повреждения два Z.1007bis один S.81и один CR.42, а также были повреждены аэродромные здания, электростанция и ангар.

Перед рассветом 17 мая «Бофайтеры» из 252-й эскадрильи RAF взлетели с базы Ираклион и тремя суб-звеньями по три самолета в каждом направились атаковать аэродромы Хассани, Аргос и Молаои. «Бофайтеры» командира эскадрильи Йэксли, флайн-офицера Херста и суб-лейтенанта Хоулма (из FAA) атаковали базу Хассани, где, как предполагалось, получили различные повреждения около 20 «Юнкерсов» Ju-52. Фактически был уничтожен один Ju-52 из транспортной эскадрильи (Transportstaffel) VIII авиакорпуса Лютваффе и еще четыре получили тяжелые повреждения. «Бофайтер» Херста был сбит зенитным огнем, Херст и сержант Пейтон погибли. Суб-звено флайт-лейтенанта Р. Джея (флайн-офицер Дэвидсон и суб-лейтенант Фрейзер) атаковало аэродром Аргос, где, по данным разведки, базировались «Мессершмитты» Bf-110 из I и II групп ZG26. Попадания получили 13 двухмоторных «Мессершмиттов», из них три были полностью уничтожены. Последнее суб-звено «Бофайтеров» - флайн-офицер Бленнерхассет, флайн-офицер Лемар и флайн-офицер Хоулгейт – атаковали прибрежный аэродром Молаои, где, как предполагалось, было повреждено много «Мессершмиттов» Bf-109E и «Хейнкелей» Не-111. После дозаправки в Ираклионе восемь уцелевших «Бофайтеров» вернулись на Мальту.

Тем временем на Крите аэродром Малеме подвергся очередному сильному налету, был уничтожен последний «Фулмар» и последний «Си Гладиатор». Обычно при таких налетах личный состав, присутствие которого не требовалось на аэродроме срочно, укрывался в траншеях, выкопанных в холмах поблизости, поэтому потери в людях были минимальными. Вскоре после полудня были замечены приближавшиеся «Юнкерсы» Ju-88 и по тревоге взлетели три оставшиеся исправных «Харрикейна» - их пилотировали флайн-офицер Вейл, лейтенант-коммандер Блэк и один из пилотов 33-й эскадрильи. Билл Вейл заявил об одном перехваченном и поврежденном «Юнкерсе». Но позже днем, когда они с Блэком были снова подняты по тревоге, они не смогли перехватить немецкие самолеты. На базу Ираклион в перерыве между налетами прибыли из Египта еще три «Харрикейна», их сопровождал южноафриканский «Мэриленд». Пилоты из 30-й эскадрильи RAF, перегонявшие «Харрикейны», должны были вернуться в Египет за новыми истребителями.

Несколько пикировщиков Ju-87 из I/StG2 с базы Скарпанто атаковали в проливе Касо большое судно. Это было госпитальное судно «Аба» (7938 т), окрашенное в белый цвет, оно не получило повреждений, но послало в эфир сигнал бедствия. В этот район был направлен «Сандерленд» флайт-лейтенанта Дж. Грюнерта из 228-й эскадрильи, но когда он прибыл туда, пикировщики уже улетели. Однако появился самолет, идентифицированный как Ju-88, он пытался атаковать низко летящий «Сандерленд». На помощь госпитальному судну были направлены также крейсеры «Феб», «Дайдо» и «Ковентри», и вскоре после прибытия их радары обнаружили приближение вражеских самолетов. Снова появились пикировщики, и начали бомбить и обстреливать британские корабли, «Аба» и «Ковентри» едва избежали попаданий бомб, на палубе крейсера пулеметным огнем было ранено несколько человек, в том числе петти-офицер Сефтон на посту управления огнем зенитной батареи. Тяжело раненный, он отказался от медицинской помощи и продолжал управлять огнем батареи, пока «Юнкерсы» не улетели. Сефтон скончался от ран на следующий день, посмертно он был награжден Крестом Виктории.

В тот день Люфтваффе потеряли один из старых спасательных гидросамолетов «Хейнкель» Не-60 (DI+EK), он упал в море при вылете из Скараманги, вероятно, по техническим причинам. Пилот фельдфебель Карл Воттге погиб. Еще одна катастрофа произошла, когда Ju-52 из KGzbV1 разбился при посадке на недавно построенном аэродроме в Мелосе.

«Хейнкели» Не-111 из II/KG4 с базы Гадурра (Родос) продолжали ограниченные по масштабам, но регулярные ночные налеты на Александрию и район Суэцкого канала, в основном сбрасывая мины в порт и канал. Ночью 17/18 мая на минирование вылетели 11 «Хейнкелей». Бомбардировщик фельдфебеля Ганса Борхера (5J+KM) попал в свет прожекторов и был сбит «Харрикейном» лейтенанта Мулмена (южноафриканец) из 94-й эскадрильи RAF. Горящий «Хейнкель» врезался в дом, убив шесть египтян, погиб и весь экипаж.

На базе Малеме утром 18 мая личный состав 805-й эскадрильи FAA хоронил на кладбище Кании лейтенанта Ричардсона, погибшего два дня назад. Когда грузовик с людьми возвращался с похорон на базу, его обстрелял «Мессершмитт» Bf-109E, но никто в грузовике не был ранен. В течение утра продолжались почти постоянные налеты «Мессершмиттов» Bf-109E и Bf-110, обстреливавших различные цели на земле, британские истребители на перехват не поднимались. В 12:00 расчет пулемета «Брен» (сержант Т. Хокинсуорт и рядовой Р. Кимбер, корпус Королевской Морской Пехоты) сбил Bf-110 лейтенанта Хайнца Кнехта из 6/ZG26, который упал в море к юго-востоку от острова Спецаи, пытаясь вернуться на свою базу в Аргосе. Кнехт и стрелок фельдфебель Шульц были подобраны из воды.

Пикировщики Ju-87 из I/StG2 снова бомбили Малеме и бухту Суда. Танкер-заправщик британского флота «Ольна» был тяжело поврежден и выбросился на берег. Посреди этого налета над базой появился одиночный «Харрикейн», прилетевший из Египта, его пилотировал 21-летний сержант Вернон Хилл, это был его первый вылет в зону боевых действий. У Хилла заканчивалось горючее, и, так как он не выходил на связь с базой, то, вероятно, не знал, что аэродром Малеме атакован. Не заметив самолеты противника, он выпустил шасси и зашел на посадку, в этот момент его атаковали восемь «Мессершмиттов» Bf-109E. Хилл, очевидно, заметил угрозу, и резко отвернул назад к морю. Фельдфебель Отто Нимайер из 4/JG77 выпустил в него меткую очередь, и «Харрикейн» упал в море. Хилл погиб.

Единственной потерей немцев в этом налете был Ju-87 унтер-офицера Эрнста Таушера (T6+JH), сбитый зенитным огнем. Пилот погиб, но стрелок унтер-офицер Дюринг выжил и смог избежать плена.

Тем временем над базой Малеме появилось несколько «Хейнкелей» Не-111, бомба с одного из них прямым попаданием уничтожила укрытие, в котором находился «Харрикейн» N2610 командира эскадрильи Хауэлла. На другом конце аэродрома были выведены из строя «Харрикейны» V7761 и V7795 (флайн-офицера Вейла). От взрыва бомбы обвалилась траншея, в которой прятались рядовые Итон и Марсель Комо, но другие солдаты быстро их откопали. Так как налет еще продолжался, Марсель Комо укрылся в другой траншее, там же спрятались двое пожилых местных жителей. В этот момент поблизости разорвалась еще одна бомба, стены траншеи снова обвалились, и Марсель Комо оказался погребен заживо второй раз за этот день. На этот раз он освободился сам, но двое греков оставались под землей. Копая голыми руками, Комо смог найти и освободить их, хотя один из них вскоре после этого умер. Позже Марсель Комо за свои действия был награжден Военной Медалью (Military Medal).

После этого налета на базе Малеме остался исправным только «Харрикейн» W9298, на котором лейтенант-коммандер Блэк вылетел на разведку в район Каламаты. Когда он вернулся, капитан авиагруппы Бимиш приказал, чтобы на боевые вылеты летали как минимум парами, и никто, включая Блэка и Хауэлла, не вылетал в одиночку.

База Ираклион также подвергалась постоянным налетам, и аэродром был приведен в негодность. Два «Харрикейна» и два «Гладиатора», находившиеся в то время в воздухе, получили приказ садиться в Ретимо. Оставшиеся на базе Ираклион «Харрикейны» и «Гладиаторы» больше не могли взлететь. После посадки в Ретимо четыре пилота получили приказ перелететь в Египет, и после дозаправки, вылетели. На двух «Харрикейнах» летели флайн-офицер Костелло и сержант Бейн, на двух «Гладиаторах» - флайт-лейтенант Деннант и пайлот-офицер Вестенра. Все благополучно прибыли в Египет. В тот же день «Мессершмитт» Bf-110 из 4/ZG26, проводивший разведку над аэродромом Ретимо на малой высоте, был (по британским данным) сбит пулеметным огнем. Его пилот попал в плен, у него были найдены очень точные карты британских аэродромов на Крите, на которых были указаны все позиции зенитных орудий и даже траншеи. Однако по немецким данным «Мессершмитт» был только поврежден и смог вернуться на свой аэродром.

Вечером того же дня в 18:00 в бухте Суда сел «Сандерленд» N9020 флайт-лейтенанта Лайвуда, доставивший несколько пассажиров и грузы. Прежде чем возвращаться в Египет, Лайвуд принял на борт летающей лодки много людей, в том числе флайн-офицер Вейла и лейтенант-коммандера Блэка. Последнему приказал лететь в Египет коммандер Бейл, комендант базы Ираклион, чтобы Блэк лично заявил контр-адмиралу Бойду, что необходимо послать на Крит гораздо больше истребителей. В подразделении Блэка – 805-й эскадрилье FAA – оставались только двое пилотов (лейтенант Рамсэй и суб-лейтенант Хинтон), двое наблюдателей (рядовые Том Джервис и Билл Джейри), 55 человек аэродромного технического персонала, и совсем не осталось самолетов. Кроме того, еще один пилот эскадрильи лейтенант Кейт, тяжело больной дизентерией, находился в госпитале. Если новых истребителей не пришлют, личный состав эскадрильи предполагалось эвакуировать морем.

33-я эскадрилья RAF еще ожидала прибытия новых «Харрикейнов», и на базе строились новые укрытия для них. Но новых подкреплений на Крит больше присылать не предполагалось за исключением семи «Фулмаров» из 800-й эскадрильи FAA. Эти «Фулмары» в тот момент участвовали в операции по доставке новых «Харрикейнов» на Мальту на авианосце «Фьюриэс». После завершения операции и дозаправки их предполагалось направить в Малеме. Но это не было осуществлено до 21 мая, и к тому времени из-за высадки немецкого десанта на Крит приказ был отменен, и «Фулмары» остались на Мальте.

Ночью 18/19 мая 12 «Веллингтонов» из 38-й и 70-й эскадрилий RAF снова атаковали аэродромы в южной Греции. Три «Веллингтона» не смогли найти цели, остальные отбомбились, их экипажи доложили о множестве пожаров в результате бомбовых ударов. Один «Веллингтон» был атакован двухмоторным ночным истребителем, но не получил повреждений.

Рано утром 19 мая до 40 «Мессершмиттов» Bf-109E с бомбами атаковали аэродром Малеме. Система оповещения не успела предупредить о налете. Сбросив 50-кг осколочные бомбы, «Мессершмитты» обстреляли аэродром. В ходе этого налета батареи «Бофорсов», защищавшие аэродром, были подавлены, их расчеты понесли большие потери. Расчет капрала Пейси был засыпан землей от разрыва бомбы, но солдаты откопались сами. Расчет сержанта Йэйтса продолжал стрелять, несмотря на сильный огонь противника, и добился нескольких попаданий в «Мессершмитты», прежде чем их орудие было выведено из строя.

После полудня «Мессершмитты» вернулись и продолжили обстреливать аэродром. Марсель Комо нашел рядом с укрытиями для самолетов исправный пулемет «Виккерс К» в укрытии из мешков с песком, а рядовой Р. «Джинджер» Стоун установил пулемет «Браунинг», снятый с поврежденного «Харрикейна». Она оба открыли огонь по одному из низко летящих «Мессершмиттов», и видели, что от самолета отлетают обломки. Позже по району аэродрома нанесли бомбовый удар две эскадрильи «Хейнкелей» Не-111. Между этими налетами капитан авиагруппы Бимиш приказал командиру эскадрильи Хауэллу отправить все исправные «Харрикейны» с базы Малеме в Египет. К тому времени исправным оставался только один «Харрикейн» W9298. Для перегонки его в Египет Хауэлл выбрал последнего оставшегося пилота 80-й эскадрильи сержанта Мориса Беннета. На базе Ираклион оставались еще три исправных «Гладиатора», их тоже отправили в Египет. Пилотировали их флайн-офицер Смит и сержанты Бейтс и Вейр. На Крите больше не оставалось боеспособных самолетов союзников – первая фаза обороны острова завершилась.

ГЛАВА 8

Вторжение на Крит

Когда немецкие войска завоевывали Югославию и Грецию, генерал-лейтенант Курт Штудент, командующий XI авиакорпусом Люфтваффе, состоявшим из парашютных и посадочно-десантных частей с приданными соединениями транспортной авиации, выздоровев после ранений, полученных в Бельгии в мае 1940, предложил рейхсмаршалу Герингу план высадки воздушного десанта на Крит. Элитные войска парашютистов были фаворитами Гитлера, и Геринг направил Штудента к фюреру. Против этого плана возражал фельдмаршал Кейтель, он предполагал использовать парашютистов для захвата Мальты, которую считал более важной целью. Но план Штудента понравился фюреру, считавшему захват Крита «венцом славы» Балканской кампании. Кроме того, овладение Критом закрывало доступ британскому флоту в Восточное Средиземноморье, и предоставляло Оси плацдарм для дальнейших наступательных операций в Северной Африке, в районе Суэцкого канала и богатых нефтью территорий на востоке.

Однако операция «Барбаросса» из-за Балканской кампании и так была отложена на месяц, и Гитлер заявил, что дальнейших ее отсрочек допустить нельзя. Он уже приказал вывести большую часть войск из Греции, предоставив оккупацию почти всей греческой территории итальянцам (кроме района Афин) и подготовил директиву №28 по проведению высадки на Крит – операции «Меркур». Гитлер сказал Штуденту, что операция должна быть выполнена силами XI авиакорпуса при поддержке авиации VIII авиакорпуса и предпринята к середине мая.

Генерал-лейтенант Штудент начал подготовку к операции сразу же, приказав максимально быстро передислоцировать парашютные и посадочно-десантные части корпуса с их баз в Германии в Южную Грецию. Эти войска, передвигавшиеся по железным и шоссейным дорогам, задержались в горах Македонии из-за движения на север 2-й танковой дивизии в рамках подготовки к операции «Барбаросса», последняя имела приоритет в передвижении по дорогам. В результате 22-я воздушно-десантная дивизия была оставлена в Румынии и заменена 5-й горнострелковой дивизией генерал-лейтенанта Рингеля (австрийские горные стрелки), уже принявшей важное участие в боях в Греции. К несчастью, горные стрелки, хотя тоже являлись элитными войсками, не были подготовлены к проведению воздушно-десантных операций, особенно против сильного противника. Все войска, предназначенные для высадки на Крит достигли Греции к 14 мая, последними прибыли 1-я и 2-я роты 1-го штурмового полка. Но из-за других задержек начало операции, первоначально назначенное на 17 мая, было перенесено.

Авиационный контингент XI авиакорпуса под командованием генерала Герхардта перебазировал свои транспортные самолеты с Балкан на аэродромы Германии для ремонта после активной транспортной работы, выполненной в ходе Балканской кампании, но к 15 мая почти 500 транспортных самолетов вернулись на аэродромы Южной Греции. Это не были аэродромы с твердым покрытием (как в районе Афин), а всего лишь грунтовые полосы, при взлете и посадке тяжелых самолетов с них поднимались тучи пыли, забивавшие воздухозаборники двигателей и ослеплявшие пилотов, из-за чего замедлялись процедуры взлета и посадки и серьезно возрастал риск аварий. Кроме того, требовалось доставить около 9000 т (650 000 галлонов) авиационного бензина для транспортных самолетов, чтобы в первый день операции обеспечить возможность их действий тремя волнами. Танкер «Рондине» доставил большую часть этого бензина в порт Пирей, откуда горючее, разлитое в 45-галлонные бочки, развозилось автотранспортом на аэродромы. Но танкер задержался из-за разрушенного моста, перекрывшего Коринфский канал (см. главу 6). Еще одно судно вскоре должно было прибыть из Италии и доставить 8000 40-галлонных бочек авиабензина. Также в Драпецоне в районе Афин было захвачено 1500 т британского авиабензина, который британцы не успели уничтожить из-за противодействия греческих властей, не разрешавших проведение крупномасштабных подрывных работ вблизи города.

Пока Коринфский канал был очищен и открыт для судоходства, планы операции «Меркур» уточнялись и были окончательно утверждены. Войска, предназначенные для высадки, были разделены на три группы: группа «Запад» под командованием генерал-майора Ойгена Майндля; группа «Центр» под командованием генерал-майора Вильгельма Зюссмана; группа «Восток» под командованием генерал-лейтенанта Юлиуса Рингеля. Высадке должна была предшествовать непрерывная бомбардировка и штурмовка мест сосредоточения британских и греческих войск и позиций зенитных орудий, сначала средними бомбардировщиками, а потом пикировщиками и истребителями. Сначала две роты 1-го штурмового полка должны были высадиться на 27 планерах DFS-230 к югу от аэродрома Малеме, уничтожить уцелевшие зенитные орудия и атаковать лагерь британских войск. Еще 9 планеров со штабной группой должны были захватить мост через реку Тавронитис.

Через несколько минут после этого с «Юнкерсов» Ju-52 сбрасывались на парашютах основные силы 1-го штурмового полка - три батальона (более 1850 солдат) для захвата самого аэродрома. Одновременно отряды группы «Центр» (еще две роты 1-го штурмового полка) на 30 планерах высаживались к югу и западу от Кании, столицы острова, и в районе бухты Суда с той же задачей подавления уцелевших позиций зенитных орудий. Еще 5 планеров должны были доставить генерал-майора Зюссмана, командира 7-й (парашютной) дивизии Люфтваффе, и его штаб. После этого должны были высадиться парашютисты 3-го парашютного полка (FJR 3), которых позже должны были усилить горные стрелки 100-го горнострелкового полка, и захватить Канию, город Суда и Галатас.

После полудня первого дня операции вторая волна транспортных самолетов должна была доставить еще 1500 парашютистов 2-го парашютного полка для выполнения второго ряда задач группы «Центр» в районе Ретимо. Тогда же части группы «Восток» - парашютисты 1-го парашютного полка, усиленные 2-м батальоном 2-го парашютного полка – должны были высадиться в районе Ираклиона. 5-я горнострелковая дивизия (за исключением 100-го полка) должна была высадиться позже, морским путем. Танки, автотранспорт, зенитные и противотанковые орудия и инженерные части также должны были быть доставлены на Крит по морю. Как только аэродромы в Малеме и Ираклионе будут захвачены, транспортные «Юнкерсы» Ju-52 доставят на них подкрепления. Захват Малеме имел приоритет. Всего на Крит должно было высадиться 15 750 солдат с воздуха и 7000 с моря.

Для доставки этих сил авиационный контингент XI авиакорпуса имел в наличии 520 транспортных Ju-52/3m и 72 планера DFS-230. Они дислоцировались следующим образом:

KGzbV1, командир оберст Вильке, базы Дадион, Мегара и Коринф.

KGzbV2, командир оберст Бюдингер фон Хайкинг, база Тополия.

KGzbV3, командир оберст Буххольц, база Танагра.

Поддерживавший высадку VIII авиакорпус Люфтваффе генерал-майора фон Рихтгофена имел в своем составе 228 средних бомбардировщиков, 205 пикировщиков Ju-87, 114 «Мессершмиттов» Bf-110 (Zerstorer), 119 «Мессершмиттов» Bf-109E и 50 разведывательных самолетов. Всего 716 самолетов, из них 514 были исправны и готовы к боевым вылетам. Эти соединения включали:

I и III группы KG2 – «Дорнье» Do-17Z, база Мениди.

III группа KG3 – «Дорнье» Do-17Z, база Мениди.

I и II группы LG1 – «Юнкерсы» Ju-88A, база Элефсис.

II группа KG26 – «Хейнкели» Не-111, база Элефсис.

II/StG1 – «Юнкерсы» Ju-87B, база Аргос.

I/StG2 - «Юнкерсы» Ju-87B, базы Молаои и Микены.

III/StG2 - «Юнкерсы» Ju-87B, база Скарпанто

I/StG3 - «Юнкерсы» Ju-87B, база Аргос.

I, II и III группы StG77 - «Юнкерсы» Ju-87B, база Аргос.

I и II группы ZG26 – «Мессершмитты» Bf-110, база Аргос.

II/ZG76 - «Мессершмитты» Bf-110, база Аргос.

II и III группы JG77 – «Мессершмитты» Bf-109E, база Молаои.

I(J)/LG2 – «Мессершмитты» Bf-109E, база Молаои.

2(F)/11 – «Дорнье» Do-17P, «Хеншели» Hs-126A.

2/Seeaufkl Gr 126 – «Хейнкели» Не-60, база Скараманга.

Seenotdienststaffel 7 – «Дорнье» Do-24, база Скараманга.

7(F)/LG2 – «Мессершмитты» Bf-110.

Разведывательная эскадрилья (Aufkl Staffel) XI авиакорпуса - «Мессершмитты» Bf-110.

Кроме того, на аэродроме Гадурра (Родос) базировались Не-111 из II группы KG 4, но они в основном выполняли минные постановки в порту Александрия и Суэцком канале.

Сами парашютисты относились к личному составу Люфтваффе. Частичным их преимуществом в предстоящей операции было то, что британское командование не знало, сколько парашютных дивизий есть у Люфтваффе, и не имело точных сведений об организации, снаряжении и тактике германских парашютных частей. Снаряжение парашютистов включало непромокаемые комбинезоны с амортизационными прокладками, сверху которых надевались кожаные куртки (sic), и круглые шлемы с амортизационными прокладками. Во время высадки большинство парашютистов было вооружено только пистолетами «Люгер Р-08», только командиры взводов были вооружены пистолетами-пулеметами МР-38. Пистолеты-пулеметы для солдат и легкие пулеметы MG-34 сбрасывались в специальных контейнерах, которых было по четыре на каждый самолет. Контейнеры помещались в специальных стойках в бомбовых отсеках самолетов и сбрасывались одновременно с парашютистами. В каждом отделении парашютистов были обученные снайперы, и для них в контейнерах сбрасывались винтовки «Маузер» с телескопическими снайперскими прицелами. Также были отряды парашютистов с противотанковыми ружьями, четыре отделения с огнеметами и минометные расчеты.

Каждый парашютист был снабжен продовольственным пайком на два дня: специальный хлеб Виттлера, обогащенный шоколад, галеты, винная кислота, сахар, утолители жажды. Каждая рота располагала переносным оборудованием для стерилизации воды, кроме того, когда аэродром в Малеме будет захвачен, планировалось доставлять по воздуху 1500 галлонов воды в день. В высадке должны были участвовать военные врачи и санитары, располагавшие разнообразным медицинским оборудованием, в том числе контейнерами с кровью для переливания в полевых условиях и раствором кофеина и салицилата натрия для инъекций в случаях крайней усталости. Также всем парашютистам были выданы таблетки бензедрина для преодоления усталости и стрессовых состояний, вызванных боевыми действиями.

Немцы могли рассчитывать на помощь своих итальянских союзников в действиях на море – если не всего итальянского флота, то эсминцев и торпедных катеров с баз на Додеканезских островах. Итальянская авиация (Comando Aeronautica Egeo) на базах Родоса и Лероса располагала следующими силами (учитываются только исправные самолеты): 21 бомбардировщик S.79 и Z.1007bis, 4 торпедоносца S.79sil, 20 истребителей CR.32 и CR.42, 4 поплавковых истребителя-разведчика Ro.43 и 2 разведывательных гидросамолета «Кант» Z.506B.

Кроме того, 25 мая на Родос с базы Бриндизи перелетела 231-я эскадрилья 95-й бомбардировочной группы (6 бомбардировщиков «Кант» Z.1007bis) для действий над Критом, и оставалась там до 1 июня. После этого бомбардировщики вернулись в Италию и были переданы в 50-ю бомбардировочную группу.

Тем временем в порты Крита прибывали транспорты снабжения, быстроходные военные корабли по ночам доставляли на остров войска и особо важные припасы. В бухте Суда высадились 2000 солдат Корпуса Королевской Морской пехоты, в Ираклионе – 2-й батальон Лестерского полка, а в Тимбаки – 1-й батальона полка Аргайла и Сазерленда. Прибыла и бронетехника – 16 легких танков Mk VI из 3-го гусарского полка и 9 танков «Матильда» из 7-го королевского танкового полка, все машины были сильно изношены. Артиллерия включала 8 гаубиц 3,7-дм и 49 старых полевых пушек, в основном французских и итальянских 75-мм и 100-мм с достаточным количеством боеприпасов. Запасы горючего пополнялись, и, хотя на Крите не осталось самолетов, в Малеме и Ретимо было 5000 галлонов авиабензина, а в Ираклионе 10 000 галлонов, в случае, если авиация использовала бы аэродромы Крита как передовые базы. Было доставлено 180 000 недельных пайков, достаточно, чтобы обеспечить войска на Крите продовольствием на шесть недель. Гарнизон Крита достиг численности 42 000 чел. и был гораздо сильнее, чем предполагали немцы. В это число входили 17 247 британских солдат и офицеров, в том числе 2000 морских пехотинцев, более 600 чел. личного состава RAF и 425 чел. личного состава британского флота, а также около 1000 палестинских и киприотских саперов. Было еще 6540 новозеландцев и 7702 австралийца, в основном пехотинцы, и 10 250 греческих солдат, в том числе 2800 хорошо вооруженных и мотивированных критских полицейских, 800 кадетов греческих ВВС и 300 армейских кадетов, но большинство греков были плохо обучены и плохо вооружены.

Войска располагались следующим образом: вокруг Малеме и Кании – 5-я и 10-я бригады Новозеландской дивизии и два греческих батальона под общим командованием бригадного генерала Паттика. Бухту Суда защищали морские пехотинцы (большая часть их сил), четыре австралийских и один греческий батальон под общим командованием генерал-лейтенанта Уэстона. В Малеме морские пехотинцы и австралийские артиллеристы служили расчетами зенитных орудий «Бофорс» (по 10 орудий те и другие). Также морские пехотинцы обслуживали четыре 3-дм зенитных орудия в Кании и еще 10 таких же орудий в бухте Суда, две батареи 3,7-дм пушек, 16 «Бофорсов», два счетверенных пулемета («пом-пом») и 24 прожектора. Артиллерийскую поддержку пехоты в районе Кания – бухта Суда обеспечивала батарея «Z» 15-го полка береговой обороны в составе четырех 6-дм, двух 4-дм и двух 12-фунтовых пушек. Кроме того, в тот район были направлены семь легких танков и две «Матильды».

Дальше вдоль берега аэродром в Ретимо защищали четыре австралийских и два греческих батальона и два танка «Матильда» под общим командованием бригадного генерала Уэйси. В секторе Ираклион располагались три британских, два австралийских и три греческих батальона, шесть легких танков и четыре «Матильды» под общим командованием бригадного генерала Чеппела. Батарея «X» 15-го полка береговой обороны имела здесь четыре 4-дм пушки. ПВО обеспечивали 10 «Бофорсов» 156-й легкой зенитной батареи Королевской артиллерии, 10 «Бофорсов» корпуса Королевской морской пехоты, восемь 3-дм зенитных пушек и два «пом-пома», расчеты которых также были из морских пехотинцев.

В резерве у генерала Фрейберга была 4-я новозеландская бригада в районе Карацоса, 1-й батальон Уэльского полка в районе Акротири и 1-й батальон полка Аргайла и Сазерленда в Тимбаки.

Для отражения высадки противника с моря адмирал Каннингхэм располагал весьма значительными силами флота: 4 линкора, 19 крейсеров и 43 эсминца, разделенные на две большие группировки, крейсировавшие к западу от Крита для сдерживания итальянского флота, и семь групп легких сил, каждая из которых могла перехватить конвой с морским десантом. Хотя перехваты «Ультра» позволили выяснить, что новой датой вторжения на Крит должно стать 20 мая, а допросы пленных немецких летчиков позволяли установить даже предполагаемое время начала высадки, британское командование на Среднем Востоке получило информацию об этом лишь за один день до начала операции.

Утром 20 мая в 05:30 начали взлетать первые из почти 500 «Юнкерсов» Ju-52/3m с десантниками. Взлет замедляли тучи пыли, поднимавшиеся до высоты 3000 футов, в результате чего между взлетами каждой эскадрильи требовался 20-минутный перерыв, чтобы пыль осела и воздух очистился. Таким образом, прошло более часа, пока несколько групп (Gruppen) транспортных «Юнкерсов» собрались в воздухе над островом Китера и направились к Криту с запада, через пролив Антикитера.

Когда начали взлетать буксировщики с планерами из I/LLG, произошла катастрофа. На борту каждого планера DFS-230 было 10 десантников в полном снаряжении, включая пилота планера, который после посадки должен был участвовать в бою. Планер, на котором летел генерал-майор Зюссман и шесть офицеров его штаба, был подхвачен потоком воздуха от пролетевшего слишком близко «Хейнкеля» Не-111, и буксирный трос оборвался. Пилот планера обер-лейтенант Круппе не смог справиться с управлением, и от перегрузки у планера оторвались крылья. Фюзеляж упал на маленький остров Эгина в Афинской бухте, все на борту погибли.

«Хейнкели» Не-111 из II/KG26 и «Дорнье» Do-17Z из KG2 первыми появились над Критом после 07:00, подвергнув защитников района Малеме – Кания интенсивной бомбардировке. Много бомб упало вокруг аэродрома и на склоны горы Кавказия (обозначенной как Высота 107), господствовавшей над аэродромом, там располагались позиции 22-го новозеландского батальона. Благодаря хорошо вырытым траншеям потери были относительно небольшими. На аэродроме к тому времени еще оставались 229 солдат и офицеров аэродромных команд 30-й и 33-й эскадрилий RAF.

После позиции защитников атаковали пикировщики Ju-87 из StG2, в том числе 1-я эскадрилья (Staffel) под командованием обер-лейтенанта Франка Нойберта, во время польской кампании в сентябре 1939 г. одержавшего первую воздушную победу во Второй Мировой войне. Их сопровождали эскадрильи истребителей Bf-109E и Bf-110, обстреливавших цели с малой высоты. Атаки Люфтваффе были хорошо скоординированы: там, где истребители попадали под огонь хорошо замаскированных зенитных орудий или пулеметов, вслед за ними немедленно появлялись пикировщики и атаковали позиции ПВО. Интенсивность и точность их бомбовых ударов неизбежно приводила к подавлению конкретной цели. На аэродроме пустые укрытия для самолетов, оставшиеся позиции зенитных орудий и обломки «Харрикейнов» и «Буффало» непрерывно обстреливались немецкими истребителями, внезапно появлявшимися из-за окружающих холмов или со стороны берега на очень малой высоте.

Иногда защитники все же добивались успеха. Когда были замечены шесть «Мессершмиттов» Bf-109E, круживших над островом Теодорои к востоку от Малеме, готовясь зайти в атаку на аэродром со стороны берега, все зенитные орудия, способные стрелять, открыли такой сильный огонь, что почти сразу же ведущий «Мессершмитт» - «Черный-3» обер-лейтенанта Бертольда Юнга из 5/JG77 – получил попадание и, задымив, направился обратно в сторону моря. Следующие два «Мессершмитта» получили попадания в двигатели. Обер-лейтенант Герхард Рам и обер-фельдфебель Вернер Петерманн совершили вынужденные посадки на пляже. Тем временем Юнг, очевидно, боясь, что он не сможет довести свой поврежденный истребитель до базы в Греции, повернул обратно и совершил вынужденную посадку в районе Малеме. Остальные три «Мессершмитта» не стали пытаться атаковать и улетели в сторону моря. Защитники полагали, что эти «Мессершмитты» тоже получили попадания, потому что видели за ними след из черного дыма, но скорее всего это были выхлопы двигателей. Все три сбитых пилота остались живы, но на одного из них напали местные крестьяне, и одна критская женщина ножом для разделки мяса отрезала ему палец с обручальным кольцом, прежде чем британские солдаты успели поместить его под стражу.

В 08:05 прибыли буксировщики с планерами из I/LLG, буксирные тросы были отпущены над морем, и 1-й батальон штурмового полка под командованием майора Коха начал высадку в районе цели. Из-за тумана и дыма от пожаров многие пилоты планеров ошиблись с районом посадки, который по плану был в долине реки Тавронитис, прямо за Высотой 107. В результате несколько планеров разбились о каменистые склоны, десантники в них погибли или получили травмы. Другие приземлились в изолированных районах, где защитники быстро покончили с ними. Рядовой авиации Марсель Комо из 33-й эскадрильи RAF снова оказался в гуще боя, когда два планера разбились рядом с траншеей, в которой он укрывался. Вооруженный винтовкой, Комо подошел к ближайшему планеру и застрелил первых двух оглушенных десантников, которые, шатаясь, вышли из планера. Когда из обоих планеров стали выбираться другие десантники, Комо поспешно вернулся обратно в траншею.

Майор Кох собрал столько своих десантников из 4-й роты, сколько смог найти, и выдвинулся в район лагеря новозеландского 22-го батальона у подножия Высоты 107, где надеялся застать новозеландцев врасплох. Но лагерь оказался пустым, и немцы вернулись к выполнению своей основной задачи – захвату высоты. Так как Высота 107 господствовала над аэродромом, тот, кто контролировал ее, контролировал и базу Малеме, а быстрый захват одного из аэродромов был жизненно важен для успеха всей операции. Поднимаясь по склонам, десантники внезапно оказались под сильным огнем со стороны хорошо окопавшихся защитников высоты. Среди убитых и тяжело раненных оказался и майор Кох. Уцелевшие были прижаты огнем и не могли продвинуться дальше.

В миле к западу еще 12 планеров с десантниками из 3-й роты под командованием лейтенанта фон Плессена, заходившие на посадку над высохшим руслом реки, попали под сильный огонь. Уязвимые планеры, сделанные из дерева и брезента, во время своего медленного снижения оказались легкой мишенью, и много десантников было убито и ранено в полете. Один планер загорелся, другие разбились при посадке, но уцелело достаточно десантников (в том числе и сам фон Плессен), чтобы атаковать новозеландцев, окопавшихся по берегам реки, и захватить их позиции с зенитными орудиями и пулеметами. Этот недолгий бой оказался очень важным для успеха всей операции, потому что, когда в 08:20 появились первые Ju-52 с парашютистами, по ним был открыт лишь очень слабый зенитный огонь.

За несколько минут над Малеме были сброшены сотни парашютистов. 1-й батальон высаживался к западу и востоку от аээродрома, 2-й и 4-й батальоны высадились к западу от реки, встретив очень слабое сопротивление. С ними высадились две роты тяжелого оружия с 20-мм противотанковыми ружьями и легкими разборными артиллерийскими орудиями. 3-му батальону повезло меньше. Так как его 600 парашютистов должны были высадиться на пляже для наступления на деревню Малеме и аэродром с того направления, 50 «Юнкерсов» Ju-52 из KGrzbV 102 были вынуждены лететь вглубь острова, чтобы парашютистов не отнесло ветром в море. Из-за этого они оказались над позициями «Бофорсов» в районе Пиргоса и Модиона, и несколько «Юнкерсов» было сбито. Один потерял управление и врезался в группу парашютистов, другой загорелся и упал, когда десантники пытались покинуть его, третий сбитый «Юнкерс» упал в море. Еще один поврежденный Ju-52 совершил вынужденную посадку в районе Кании, один человек из его экипажа был убит. Пятый «Юнкерс» был тяжело поврежден и разбился при посадке на свой аэродром в Тополии.

Большинство парашютистов 3-го батальона выпрыгнули над склонами окружающих холмов, где находились позиции новозеландцев, и попали под сильный огонь стрелкового оружия. Многие десантники были убиты или ранены, пока они опускались на парашютах, другие получили травмы при приземлении на каменистую местность. Большинство из выживших не смогли добраться до своих контейнеров с оружием. Парашютисты 10-й роты приземлились среди домов в долине и понесли большие потери от пулеметного огня новозеландских саперов. На других напали местные жители, вооруженные ножами, топорами и даже старинными кремневыми ружьями, и убили нескольких десантников. Спустя час все офицеры батальона были мертвы или тяжело ранены, включая командира батальона майора Шербера. Всего в бою за Крит погибло более 2/3 личного состава батальона, около 400 человек.

Тем временем еще девять планеров отряда майора Брауна, десантники которого были вооружены противотанковыми ружьями, минометами и огнеметами, сели в долине реки Тавронитис, имея задачу захватить старый железный мост через реку. Хотя сам майор Браун был убит пулеметным огнем еще в полете, десантники быстро выполнили задачу, разминировав мост и обеспечив переправу через реку.

Многие парашютисты уже приземлились и добрались до своих контейнеров с оружием. Ожесточенный бой начался на восточной окраине лагеря личного состава RAF с базы Малеме, где несколько групп британских солдат были отрезаны высадившимися парашютистами. Одна небольшая группа из шести солдат аэродромной команды 33-й эскадрильи держала оборону в траншее, пока не кончились боеприпасы. В это время по железному мосту к их позиции подошли немецкие парашютисты. После этого британские солдаты попытались отступить, но уйти смогли только три человека, рядовые Бэнкс, Итон и Диксон были убиты. Многим раненым на аэродроме срочно требовалась медицинская помощь, и санитарная машина 30-й эскадрильи (водитель рядовой Бэттс, санитар рядовой Дарч) выехала под огнем на помощь раненым. Хотя Дарч был ранен в спину двумя пулями, он помог спасти нескольких раненых и доставить их в относительно безопасное место.

Британские солдаты аэродромных команд собирались небольшими группами у подножия Высоты 107, пытаясь организовать оборону. Предполагалось, что в случае высадки противника офицеры и солдаты технического персонала двух эскадрилий RAF будут оборонять назначенные им участки. После начала высадки комэск Хауэлл смог добраться до штаба новозеландского 22-го батальона, где обсудил обстановку с коммандером Бейлом и полковником Эндрю. Трое офицеров отправились на рекогносцировку передового района и проверку расположения своих подразделений, попав при этом под снайперский огонь. Полковник Эндрю, выразив удовлетворение положением позиций новозеландцев, вскоре вернулся на свой командный пункт. Бейл и Хауэлл в сопровождении группы солдат RAF продолжили разведку до того района, где приземлились планеры. В это время пуля попала Бейлу в живот, и почти сразу же Хауэлл был ранен двумя пулями: одна раздробила ему левое плечо, вторая попала в правую руку. Также был ранен в ребра один рядовой.

Под постоянным огнем противника раненый коммандер Бейл при помощи солдат наложил жгут на правую руку Хауэлла и помог ему добраться до укрытия. Они укрыли Хауэлла в окопе на склоне холма, и Бейл обещал прислать за ним санитаров. Двое солдат вызвались остаться со своим командиром, но одного из них Хауэлл отправил искать более безопасное место (позже этот солдат попал в плен). Боль от ран была такой сильной, что Хауэлл просил оставшегося солдата застрелить его. Солдат отказался, и Хауэлл приказал ему спасаться, но позже этот солдат тоже попал в плен, пытаясь добраться до британских позиций. Когда санитары наконец прибыли, они нашли Хауэлла без сознания, всего в крови и покрытого мухами. Решив, что он умер, они не стали его забирать.

Солдаты аэродромных команд были плохо вооружены и оказались в безнадежном положении, и офицеры стали отводить их из района аэродрома; некоторым из них помогали новозеландцы. Большинство личного состава RAF направилось вглубь острова. Вместе с ними сражались и остатки аэродромных команд 805-й и 815-й эскадрилий FAA. Лейтенант Альф Саттон, исполнявший обязанности заместителя коммандера Бейла, штыком выкопал окоп недалеко от позиции пушки морских пехотинцев, и стрелял оттуда в немецких парашютистов, пока все пушки не были выведены из строя бомбовыми ударами пикировщиков Ju-87. Под непрерывным огнем вражеских снайперов, морские пехотинцы смогли вернуть в строй одну пушку. Рядовой Дентон, механик из RAF, временно приписанный к 815-й эскадрилье FAA, у подножия высоты стрелял из пулемета «Льюис», пока ствол не прогорел, потом отступил на высоту. Лейтенант Рамсэй, исполнявший обязанности командира 805-й эскадрильи, собрал часть своих людей на высоте, господствовавшей над лагерем, и хотя они были плохо вооружены и находились под постоянным огнем немецких парашютистов, они продолжали удерживать высоту, нанося потери противнику. Еще одну группу из этой эскадрильи возглавил суб-лейтенант Хинтон, они вооружились из найденного немецкого контейнера с оружием, и, укрывшись в рощах оливковых деревьев без еды и воды, поддерживали силы ромом из галлонного бочонка, захваченного в столовой.

Когда началась атака на Малеме, несколько человек из личного состава RAF и FAA находились в лазарете, страдая от тяжелой дизентерии, в том числе лейтенант Кейт из 805-й эскадрильи FAA и начальник медицинской службы 30-й эскадрильи RAF флайт-лейтенант Каллен. Ллойд Кейт, хотя и чувствовал себя очень плохо, покинул лазарет и большую часть дня помогал новозеландцам охотиться за немецкими снайперами, вооруженный только своим револьвером. Флайт-лейтенант Каллен, хотя был слишком слаб даже для того, чтобы ходить, продолжал оказывать помощь раненым в течение всего боя, пока не был взят в плен. И даже после этого он продолжал помогать раненым, проведя без сна три дня, пока немцы не прислали ему в помощь пленных новозеландских медиков. Всего через его руки прошло более 1000 раненых.

Некоторые из солдат аэродромных команд RAF также присоединились к новозеландцам в охоте за немецкими парашютистами, в том числе группа солдат из 33-й эскадрильи под командованием флайт-лейтенанта Вудворда. Среди них были храбрый француз Комо и рядовой Гесс, еврей, рожденный в Германии, и в Первую Мировую войну служивший в германской армии.

Звенья транспортных Ju-52 продолжали прибывать к Криту, и в 10:00 на парашюте высадился генерал-майор Майндль, командующий группы «Запад», с офицерами своего штаба. Не зная о смерти майора Коха на Высоте 107, Майндль направился туда, чтобы присоединиться к 1-му батальону. Высунувшись из укрытия, он поднял сигнальный флаг, чтобы подать сигнал майору Коху. Сразу же ему в руку попала пуля, а потом он был ранен очередью из пулемета. Хотя тяжело раненный, генерал Майндль продолжал командовать своими войсками. Час спустя еще одно звено транспортных «Юнкерсов» сбросило срочно необходимые парашютистам боеприпасы, несколько тяжелых пулеметов, ручные гранаты и снаряды для минометов. Многое из этого попало в руки новозеландцев. Боеприпасы им пригодились, потому что многие новозеландцы вооружились немецкими пистолетами-пулеметами, захваченными у убитых и пленных парашютистов.

Дальше к западу был высажен отряд из 74 парашютистов под командованием лейтенанта Маурбе для разведки района деревни Педиада Кастелли, где находился недостроенный аэродром в районе бухты Киссамос. Также они должны были захватить маленький порт. Этот район защищал греческий 1-й батальон – около 800 человек, плохо вооруженных и плохо обученных, вместе с отрядом критских полицейских и несколькими новозеландскими офицерами и сержантами под общим командованием майора Беддинга. Немцам не повезло высадиться посреди расположения греков, и многие парашютисты были убиты еще в воздухе. Всех приземлившихся греки выловили и убили, иногда действуя только ножами и дубинками из-за недостатка оружия. К 11:00 уцелевшие десантники из отряда Маурбе (их осталось 28, из них 15 раненых) были окружены и взяты в плен. Когда несколько дней спустя этот район все же был захвачен немцами, истории о «жестокостях» греков получили подтверждение в виде изувеченных тел парашютистов, заколотых ножами или забитых дубинками. Это вызвало ярость немцев, которые обрушили репрессии на мирное население, считая местных жителей ответственными за убийства. Были расстреляны более 200 местных жителей – это было начало долгой и кровавой вендетты между населением Крита и оккупантами.

Тем временем тогда же, когда началась посадка планеров вокруг Малеме, группа «Центр» начала атаку на Канию и бухту Суда. После гибели в катастрофе генерал-майора Зюссмана, командование 7-й дивизии Люфтваффе принял полковник Рихард Гейдрих, командир 3-го парашютного полка (FJR 3). Первыми здесь высадились две роты 1-го батальона штурмового полка под командованием гауптмана Альтманна, их задачей было захватить позиции зенитных батарей на полуострове Акротири. Планеры попали под сильный огонь зенитных орудий, и три или четыре из них были сбиты, а уцелевшие были при посадке рассеяны на широком пространстве. Более половины десантников было убито и ранено, большинство остальных попало в плен.

Еще 8 планеров с десантниками сели рядом с батареей, которую они должны были захватить, к югу от Кании. Один планер сел слишком близко к позиции морских пехотинцев, которые быстро открыли по нему огонь, убив всех немецких солдат. Но остальные десантники 1-й роты под командованием лейтенанта Альфреда Генца быстро захватили батарею. После этого они попытались захватить находившуюся поблизости радиостанцию, но были остановлены упорным сопротивлением оборонявших ее морских пехотинцев. Из группы Генца уцелело только 27 человек, позже они соединились с парашютистами 3-го парашютного полка. Небольшая группа десантников под командованием лейтенанта Рудольфа Тошки высадилась на трех планерах посреди Кании и после захвата батареи, которая была их целью, также ожидала помощи парашютистов.

Для поддержки частей штурмового полка к западу от Кании должны были высадиться 1800 парашютистов из 1-го и 2-го батальонов 3-го парашютного полка, по обеим сторонам дороги Кания – Аликиану, а 3-й батальон должен был высадиться в районе Карацоса, у дороги, ведущей вдоль побережья. Перед высадкой парашютистов эти районы подверглись сильным налетам «Мессершмиттов» Bf-109E, за ними подошла первая волна из более чем 150 транспортных Ju-52/3m. Хотя некоторые позиции зенитных орудий были захвачены десантниками на планерах, те орудия, которые не были подавлены, открыли сильный огонь, заставив транспортные самолеты рассредоточиться и нарушить строй. В результате парашютисты при высадке рассеялись на широком пространстве. Только два или три «Юнкерса» были действительно сбиты, среди них был Ju-52 из учебной эскадрильи VIII авиакорпуса, который все еще имел на борту гражданское обозначение D-ATRN, его пилотировал фельдфебель Йоахим Майер. По британским данным один транспортный «Юнкерс» сбил из пулемета «Брен» морской пехотинец Б. В. Джонс, другой был сбит огнем «Бофорса», расчетом которого командовал старший капрал морской пехоты Том Нейлл.

Из-за того, что парашютисты рассеялись при высадке, многие части 3-го парашютного полка оказались слишком ослаблены, чтобы эффективно действовать. Многие парашютисты из 3-го батальона майора Хайльманна приземлились среди своих товарищей из 1-го и 2-го батальонов. Те, кому не повезло приземлиться поблизости от Галатаса, были сразу атакованы новозеландцами из 19-го батальона, и многие убиты. После посадки в районе дороги Кания – Аликиану, парашютисты 1-го батальона гауптмана фон дер Хайдте были обстреляны своими истребителями Bf-109E, но потерь не понесли.

В ходе ожесточенного боя парашютисты наконец захватили две важных высоты в миле к югу от Галатаса. Две роты новозеландского 19-го батальона немедленно контратаковали при поддержке двух легких танков Mk VI, но были отброшены, один танк подбит огнем 37-мм противотанковой пушки, его экипаж убит. Но в этих боях 3-й парашютный полк потерял почти треть своего личного состава, и оставшиеся парашютисты вели тяжелый бой, с трудом удерживая захваченные объекты.

Когда первая волна «Юнкерсов» Ju-52 вернулась на аэродромы Греции, к тому времени они потеряли не более семи самолетов над Малеме, Канией и бухтой Суда. Но когда первые «Юнкерсы» сели, остальным пришлось кружить над аэродромами и ждать, пока улягутся поднятые тучи пыли. Несколько самолетов при посадке столкнулись или были повреждены в других авариях. В штабе XI авиакорпуса в Афинах с нетерпением ждали новостей от высадившихся десантников, не зная о катастрофическом положении, в котором оказались обе десантные группы – большинство радиостанций на борту планеров были потеряны или повреждены при высадке.

Вскоре после полудня над аэродромом Малеме появился одиночный «Юнкерс» Ju-52/3m, на его борту был майор Сновацкий и аэродромная команда для ремонта аэродрома. Увидев на западном периметре немецкий флаг, Сновацкий решил, что десантники уже захватили аэродром, и приказал пилоту идти на посадку. «Юнкерс» сразу же попал под сильный огонь и был тяжело поврежден, но пилот смог довести его обратно на аэродром в Афинах, где майор Сновацкий доложил, что аэродром Малеме по-прежнему удерживает противник. Почти в то же время пришло по радио сообщение от 3-го парашютного полка, извещавшее, что захватить Канию и бухту Суда не удалось. В свете этих неприятных новостей генерал Штудент отложил атаку второй волны десанта на Ретимо и Ираклион.

Над Малеме немецкие истребители продолжали атаковать наземные цели, пытаясь подавить еще остававшиеся позиции зенитных орудий пулеметов. В ходе одного такого налета был ранен лейтенант морской пехоты Р. Перри-Льюис, смертельное ранение получил морской пехотинец Кимбер, отстреливавшийся из пулемета «Льюис». Солдаты и офицеры 30-й эскадрильи RAF, не занятые в обороне Высоты 107, оказывали поддержку новозеландцам. Пайлот-офицер Р. Краузер повел группу солдат RAF в атаку на дальнюю сторону высоты, где парашютисты захватили около 30 пленных из личного состава RAF и FAA. Один немецкий офицер так решительно был настроен захватить высоту, что использовал этих пленных в качестве живого щита при попытке подняться на склоны высоты. Некоторые из пленных при этом были застрелены новозеландцами, принявшими их за немцев. После этого немецкий офицер приказал петти-офицеру Уитону (из 805-й эскадрильи FAA) и рядовому Холланду подойти к позициям новозеландцев и потребовать их сдачи.

Подойдя ближе, Уитон и Холланд стали кричать новозеландцам, что они попытаются сбежать и достигнуть укрытия, и в этот момент немцев внезапно атаковала группа солдат RAF под командованием пайлот-офицера Краузера и капрала Гаррисона. В ходе беспорядочного боя остальные пленные попытались сбежать, но около половины их были убиты и ранены, прежде чем немцев удалось отбросить. Рядовой Холланд был тяжело ранен в спину, но его спасли новозеландцы. После этого пайлот-офицер Краузер повел свою группу в контратаку на немцев, удерживавших восточную сторону лагеря RAF.

Несмотря на постоянные обстрелы немецких истребителей, в ходе ожесточенного ближнего боя удалось отбить у парашютистов район лагеря RAF. Захватить Высоту 107 немцы также не могли, и снова вызвали поддержку пикировщиков Ju-87 и тяжелых истребителей Bf-110. После полудня два Ju-52/3m попытались сесть на аэродром, но были отогнаны сильным огнем стрелкового оружия. Наконец вечером два отряда десантников из штурмового полка все же смогли занять Высоту 107, несмотря на упорное сопротивление новозеландцев. После этой победы немецкие десантники остались почти без боеприпасов, и контратака могла бы сбросить их с высоты – но контратаки не последовало. Благодаря захвату Высоты 107 немцы захватили господство над районом аэродрома, и с этого момента для защитников бой был проигран.

Тем временем в районе Кании обе стороны укрепляли свои позиции, над ними кружили в небе «Мессершмитты», пилоты которых явно затруднялись определить точное расположение своих войск. В одном из налетов в районе Кании был сбит Bf-110 гауптмана Пауля Кляйнера из 4/ZG26 (3U+HM), экипаж погиб. «Мессершмитты» Bf-109E из JG77 в ходе штурмовых вылетов в поддержку десантников продолжали нести потери. Был сбит и погиб фельдфебель Нимайер («Желтый-9») из 4-й эскадрильи. Обер-лейтенант Отто Гробе («Черный-5») из той же эскадрильи был сбит, но остался жив и избежал плена, позже он вернулся в свою часть. Был потерян и третий Bf-109E, его пилот фельдфебель Дитрих Зааке («Белый-6») из 7-й эскадрильи попал в плен.

Когда началась атака на Канию, король Греции Георг, его кузен принц Петер и греческий премьер-министр Цудерос (сам родом с Крита), находились на королевской вилле к юго-западу от города. Один планер сел в 300 ярдах от виллы, но вышедших из него десантников быстро перебили. Много парашютистов высадилось менее чем в полумиле от виллы, но они ушли в другом направлении. Королевская свита под охраной 40 новозеландских и греческих солдат, которыми командовал британский военный атташе полковник Дж. Блант, направилась на юг, в горный район. Путешествие до Айя Румели заняло у них трое суток, подробнее об этом будет рассказано позже.

Пока на берегу шел бой, военные корабли, патрулировавшие бухту Суда – тральщики, траулеры и моторные катера – попали под усиливавшиеся удары с воздуха. Тральщик «Уиднес» и южноафриканский вооруженный траулер «Кос-23» (бывший китобой) были повреждены бомбами и вынуждены выброситься на берег, как и транспорт «Дейлсмен» (6200 т), прибывший с конвоем AN-30 несколько дней назад. К счастью, потери в людях были невелики.

Защитникам Ретимо и Ираклиона в то утро не пришлось отражать атаки десантников. В 08:00 над Ираклионом появился разведывательный «Дорнье» Do-17P из 2(F)/11, после чего последовал налет бомбардировщиков с большой высоты. До полудня немецкие самолеты постоянно бомбили и обстреливали обе базы, но потери защитников были незначительны. Оборону Ретимо обеспечивали два австралийских батальона (2/1-й и 2/11-й), и два греческих батальона при поддержке двух легких танков Mk VI. Тяжелых зенитных орудий здесь не было, и австралийцам приходилось полагаться на пулеметы «Брен» и «Виккерс» на зенитных установках.

По немецкому плану полковник Штурм, командир 2-го парашютного полка (FJR 2), должен был высадиться со своим штабом и ротой парашютистов очень близко к аэродрому, и оттуда командовать дальнейшими действиями. Майор Крох, один из участников успешной атаки на Коринфский канал, должен был высадиться со своим 1-м батальоном к востоку от аэродрома, который и должен был захватить. 3-й батальон гауптмана Вайдманна предполагалось высадить в районе деревни Периволия и оттуда вести наступление на город Ретимо.

В 16:00 несколько эскадрилий «Мессершмиттов» Bf-110 начали налеты на район Ретимо, пикировщики Ju-87 атаковали отдельные цели, «Дорнье» Do-17Z бомбили и обстреливали с малой высоты. Австралийцы огнем зенитных пулеметов сбили два «Дорнье» из I/KG2: обер-лейтенанта Хайнца Шмидта (U5+EH) и лейтенанта Макса Графа фон Дюркхайма (U5+BH), и тяжело повредили третий. Также повреждения получили несколько «Дорнье» из III/KG2.

15 минут спустя со стороны моря появились первые две дюжины «Юнкерсов» Ju-52/3m, они пересекли линию берега к востоку от позиций австралийцев, потом развернулись и полетели параллельно берегу, с них стали высаживаться парашютисты 2-го парашютного полка. За ними следовали новые и новые транспортные самолеты, наконец защитники насчитали над районом Ретимо около 160 «Юнкерсов» Ju-52. Несмотря на отсутствие сопротивления в воздухе, высадка парашютистов проходила весьма неорганизованно, десантники разных частей прыгали в неправильной последовательности, и в результате оказались беспорядочно разбросаны на большом пространстве. Частично это произошло из-за большой спешки на аэродромах в Греции, когда транспортные эскадрильи получали приказ взлетать, едва успев дозаправиться. Отчасти же это было следствием сильного зенитного огня австралийцев.

Группы самолетов нарушили строй, когда град пуль стал осыпать фюзеляжи медленно летевших «Юнкерсов», убивая и раня многих десантников внутри. Защитники видели, что не меньше семи самолетов загорелись и стали падать. Два или три из них упали в районе Периволии, другие, продолжая гореть, ушли в сторону моря, еще два столкнулись. Среди потерянных были два «Юнкерса» из I/KGzbV172, один из них (4V+IW) пилотировал фельдфебель Рудольф Краузе. Были потеряны и два Ju-52 из I/LLG1 и «Юнкерс» унтер-офицера Карла Кёнле (1Z+FR) из I/KGrzbV1.

Как и раньше, много парашютистов было убито еще в воздухе; значительное число десантников 1-го батальона было сброшено прямо над позициями австралийцев, и пулеметы «Брен» и «Виккерс» нанесли им большие потери. Эти парашютисты изначально предназначались для поддержки 3-го батальона, но были сброшены совершенно не в том месте. Но, несмотря на потери и неудачи при высадке, майор Крох все же смог собрать на земле довольно сильную группировку парашютистов, усиленную тяжелым оружием – минометами, противотанковыми пушками, легкими гаубицами и тяжелыми пулеметами.

Примерно тогда же снова был атакован Ираклион. После недолгого затишья, с 16:00 аэродром и позиции защитников снова стали подвергаться непрерывным налетам, в какой-то момент его атаковали более 50 пикировщиков Ju-87 из III/StG2 с базы Скарпанто, но защитники упорно продолжали сопротивляться. Когда «Хейнкели» Не-111 из II/KG26 атаковали с малой высоты, два из них были подбиты, «Хейнкель» 1H+ZP обер-лейтенанта Курта фон Штеттена, совершил вынужденную посадку на аэродроме Ираклион, экипаж попал в плен. Экипажу другого «Хейнкеля» удалось избежать плена. К «Мессершмиттам» Bf-109E обстреливавшим наземные цели, присоединились итальянские CR.42 с Родоса. После них защитников Ираклиона атаковали Bf-110 из II/ZG26. Последние охотились за уцелевшими позициями зенитных орудий, но защитники точным огнем сбили два «Мессершмитта» из 4-й эскадрильи, которые упали в море. Командир эскадрильи обер-лейтенант Райнхольд Хойбель («Мессершмитт» 3U+AM) и его стрелок погибли, но экипаж «Мессершмитта» 3U+CN – унтер-офицер Отто Штайн и ефрейтор Дитрих Германн – смог добраться до берега и попал в плен. Позже их освободили.

Вскоре после 18:00 появились первые из 240 «Юнкерсов» Ju-52, они летели на высоте около 100 футов над морем, но для сброса парашютистов набрали высоту до 250 футов. Результаты для немцев были катастрофическими. Строй самолетов встретил сильный зенитный огонь, многие «Юнкерсы» были повреждены, и много парашютистов в них убито, даже не успев прыгнуть. Несколько самолетов загорелись и начали падать, из них посыпались парашютисты, отчаянно пытавшиеся выбраться. Было видно, как парашют одного десантника зацепился за хвост «Юнкерса», падавшего в море. Большие трехмоторные самолеты падали или шли на вынужденную посадку. Позже только в районе Ираклиона были найдены выгоревшие обломки 15 «Юнкерсов». Несколько сбитых Ju-52 упали в море. Большая часть потерь пришлась на KGrzbV101 – она потеряла не меньше восьми самолетов, в том числе «Юнкерсы» G6+KL обер-лейтенанта Ганса Рерманна, G6+GK обер-ефрейтора Хайнца Отто и G6+EK унтер-офицера Гельмута Бивендта.

Как и в Ретимо, высадка парашютистов была нескоординированной, резервы и подразделения поддержки часто высаживались прежде основных частей. Транспортные самолеты второй волны, прибывавшие звеньями в зону высадки, были легкой целью для защитников. Последние парашютисты были сброшены примерно три с половиной часа спустя после начала высадки. Особенно пострадал 2-й батальон, он был почти полностью уничтожен сразу же после высадки. Половина его парашютистов приземлилась на позиции «Черной Стражи», и в первые же минуты после высадки в живых остались только один офицер и несколько десятков солдат. Шотландцы бросились на них в штыковую атаку, и еще больше немцев было убито. Одна небольшая группа парашютистов смогла закрепиться в греческих казармах к западу от аэродрома, и держалась там 24 часа. Из другой половины батальона, которая высадилась на позиции австралийцев, в живых осталось только пять человек; они спаслись, вплавь добравшись до безопасного места. Другие три батальона парашютистов высадились более удачно, к западу и востоку от аэродрома, но слишком далеко от назначенных им целей, и почти не участвовали в бою до конца этого кровавого дня.

Из-за отсутствия информации из района Ретимо, но полагая, что аэродром уже захвачен, штаб Люфтваффе в Афинах направил в Ретимо связной самолет «Физелер» Fi-156 (вероятно, из 2(H)/31), чтобы получить последние сведения об обстановке. Вечером «Физелер» сел в Ретимо, но его пилот и наблюдатель сразу же были взяты в плен австралийцами.

С наступлением ночи девять «Веллинтонов» из 257-го авиакрыла в Египте вылетели с базы Фука для удара по немецким аэродромам в Греции. Но они атаковали основные базы, а не посадочные площадки, на которых заправлялись транспортные «Юнкерсы». На базе Элефсис бомбами «Веллингтонов» 70-й эскадрильи RAF был поврежден один Ju-88. Удары по аэродромам Мениди и Тополия были безрезультатными. Как минимум один «Веллингтон» бомбил Аргос, где был уничтожен один Ju-87 из StG 2, и еще один поврежден.

Корабли британского флота также действовали активно, оказывая помощь Криту. Соединение «Е», состоявшее из эсминцев «Джервис», «Низам» и «Айлекс» под командованием капитана Мака прошло пролив Касо для обстрела аэродрома Скарпанто. Огонь по аэродрому был открыт в 02:45, британцы надеялись застигнуть там пикировщики StG2. Но при обстреле были повреждены только два «Дорнье» Do-17, и двое солдат из аэродромной команды были ранены.

Тем временем Соединение «С» адмирала Кинга (крейсеры «Найад» и «Перт» и четыре эсминца) вечером также вошло в пролив Касо, где его атаковали итальянские торпедоносцы с Родоса, но корабли не получили повреждений. После британские корабли были атакованы шестью итальянскими торпедными катерами с Родоса, но снова безуспешно, экипаж эсминца «Джуно» заявил о четырех поврежденных торпедных катерах, прежде чем они были отогнаны. При этом с британских кораблей не заметили флотилию из 25 малых судов, вышедших днем из Пирея к острову Мелос, на их борту находилось 2330 немецких солдат из 3-го батальона 100-го горнострелкового полка (III/GJR 100), и части поддержки с зенитными орудиями и боеприпасами для парашютистов. Предполагалось на следующий день провести этот конвой в Малеме.

К утру 21 мая немцы уже хорошо закрепились в Малеме, с наступлением дня налеты «Мессершмиттов» и пикировщиков Ju-87 не позволяли новозеландцами проводить организованные контратаки против критически важной Высоты 107. За исключением этих налетов в районе Малеме и Кании было относительное затишье, и только иногда происходили перестрелки. Группы солдат и офицеров RAF, многие из них без оружия, постепенно выводились с передовых позиций. Две самые большие группы собрались к востоку от Высоты 107 – группа солдат из 30-й эскадрильи RAF с новозеландским 23-м батальоном у деревни Даскилиана, а группа из 33-й эскадрильи – с 21-м батальоном. Все старались спрятаться и не высовываться, когда над позициями появлялся разведывательный Hs-126, искавший цели для «Штук» и «Мессершмиттов». К югу от высоты находилась станция РЛС – 252 AMES, и утром ее атаковали «Мессершмитты» Bf-109E и Bf-110. Из 56 человек личного состава RAF 17 погибли или позже попали в плен.

Большая часть личного состава FAA собралась в том же районе, в том числе небольшая группа под командованием суб-лейтенанта Роя Хинтона. Он вспоминал:

«Рассвет застал меня и четырех моих солдат в траншее, замаскированной папоротником. Через некоторое время я выбрался справить нужду, и тут увидел, как немцы поднимаются на вершину холма. Вот когда я обрадовался, что в школе был чемпионом по бегу. Мы спустились в долину, взобрались на противоположную ее сторону и по счастью наткнулись на толпу наших солдат. Мы залегли на хребте и перестреливались с немцами с другой стороны долины. К своему ужасу я обнаружил, что немцы делают по 20 выстрелов на один мой, и тут заметил, что стреляю трассирующими пулями!»

Так как большинство из личного состава RAF и FAA не были вооружены, лейтенант Саттон просил разрешения отвести их в тыл. Было решено отвести их в Канию, но пока они должны были оборонять позиции, на которых находились, до возвращения новозеландцев из контратаки. Лейтенант Рамсэй и имевшие оружие солдаты FAA заняли позиции на правом фланге, лейтенант Саттон и группа солдат RAF прикрывали левый фланг. Безоружным было приказано оставаться в укрытии. Всего из состава RAF и FAA оставалось около 160 человек.

Вскоре после первых налетов над Малеме появилось звено «Юнкерсов» Ju-52, которые доставили боеприпасы, срочно необходимые немецким десантникам. Из-за сильного огня защитников сесть на аэродроме они не могли, но пилот ведущего самолета унтер-офицер Грюнерт решил попытаться посадить свой «Юнкерс» на пляже, усеянном камнями. Его храбрая попытка оказалась успешной, но второй «Юнкерс», пытавшийся сесть на пляже, был обстрелян из пулеметов, а потом уничтожен прямым попаданием из миномета. В отчаянной попытке помочь своим десантникам в атаке на Малеме, генерал Штудент решил направить туда большую часть оставшихся парашютистов (около 550 чел.) и около 09:00 к Криту прибыли новые транспортные «Юнкерсы», на борту которых находилось более половины этих парашютистов под командованием полковника Бернхарда Рамке. Их высадка прошла успешно, в этот раз со стороны защитников из района аэродрома практически не было зенитного огня. Рамке немедленно принял командование всеми войсками десанта в районе, а раненого генерала Майндля позже днем эвакуировали в Афины.

После этого успеха Штудент решил направить в Малеме батальон 5-й горнострелковой дивизии, первоначально предназначавшийся для высадки в Ираклионе, и две оставшиеся роты парашютистов. Около 13:00 «Юнкерсы» Ju-52 с горными стрелками на борту прибыли к Малеме, а другие тем временем осуществляли высадку парашютистов. Один из первых транспортных самолетов, севших на аэродроме, загорелся, получив прямое попадание, другие шли на посадку и разбивали шасси. Самолетами сознательно жертвовали, чтобы высадить солдат, «Юнкерс» за «Юнкерсом» загорались или садились «на брюхо», разбивая крылья и моторы, солдаты выскакивали из еще двигавшихся самолетов как можно быстрее и искали укрытия. Несколько транспортных «Юнкерсов» разбились на пляже, многие были изрешечены пулями и полны мертвых и умирающих. Из шести «Юнкерсов», севших поблизости от позиций маорийского батальона, выбрались живыми только 20 немецких солдат, и сразу же попали в плен. Две роты парашютистов также высадились на позиции маори между Пиргосом и Платаниасом, и были полностью уничтожены.

На аэродроме вместе с десантниками высадилась аэродромная команда майора Сновацкого, и немедленно приступила к работе, очищая взлетно-посадочную полосу от обломков. В этом деле очень пригодились трофейные британские бронетранспортеры (Bren Carrier), отбуксировавшие разбитые фюзеляжи и крылья к краям летного поля. К 16:00 приземлилось около 60 самолетов, а к наступлению ночи обломки более 80 самолетов были свалены по краям аэродрома. Но все горные стрелки были доставлены на Крит. KGrzbV 40 майора Дойча, специально сформированная для этой операции, была уничтожена почти полностью, потеряв более 20 самолетов.

Во время этой высадки несколько «Юнкерсов» Ju-52 направились к району Кании, рассчитывая сесть там, и некоторые из них были сбиты. На счету морских пехотинцев из расчета «Бофорса» старшего капрала Нейлла «неофициально» было до девяти сбитых или как минимум поврежденных самолетов за эти два дня. Каждый раз когда появлялся низко летящий самолет, Нейлл выжидал до последнего, чтобы открыть огонь, когда противник окажется как можно ближе. Если оставаться на позиции становилось слишком рискованно, морские пехотинцы цепляли «Бофорс» к легкому грузовику и меняли позиции.

К вечеру 21 мая северный берег Крита был усеян обломками транспортных Ju-52/3m, их буквально сажали «на брюхо», чтобы доставить подкрепления на остров.

К северу от Крита, разведывательный «Мэриленд» из 39-й эскадрильи RAF, который пилотировал винг-коммандер Боумен, вылетевший на разведку из Египта, обнаружил одиночный Ju-52, направлявшийся к острову, вероятно, это был борт 9P+FK фельдфебеля Альфреда Тимме из KGrzbV 40. «Мэриленд» Боумена атаковал и сбил его, «Юнкерс» упал в море.

Важные сведения сообщил экипаж другого разведывательного самолета, на этот раз «Бленхейма» из 45-й эскадрильи RAF. Флайт-лейтенант Дж. Деннис и его экипаж заметили много малых судов в сопровождении эсминцев, направлявшихся к Криту от острова Мелос. Это был конвой с подкреплениями и тяжелым вооружением, прибытие которого было критически важно для успеха немецкого десанта на Крит.

Тем временем на острове продолжались бои. В 13:45 в районе бухты Суда вооруженный траулер «Сиверн» (300 т) был внезапно атакован самолетом, который британцы идентифицировали как Ju-88, но почти наверняка это был «Мессершмитт» Bf-110, гауптмана Вильгельма Макроцки (U8+AB) из штабного звена 1-й группы ZG26. После первого же захода все зенитчики «Сиверна» были ранены, один из них смертельно, но, несмотря на ранения, они заняли боевые посты и открыли огонь из малокалиберного автоматического оружия. Немецкий самолет атаковал «Сиверн» снова и снова. На шестом заходе «Мессершмитт» прошел так близко, что когда взорвался ящик с боеприпасами на палубе траулера, обломки попали в левый двигатель самолета. Поврежденный «Мессершмитт» врезался в мачту траулера и упал в море. Макроцки, ас-«эксперт» с девятью победами, погиб, также погиб и его стрелок-наблюдатель гауптман Генрих Айсгрубер. Пожары на борту «Сиверна» были потушены, и траулер смог вернуться в порт, хотя из его экипажа невредимыми остались только два человека.

Ираклион утром снова подвергся сильным бомбовым и штурмовым ударам, его атаковали Ju-87 и Do-17 при поддержке «Мессершмиттов» Bf-110 из II/ZG26. Австралийские расчеты «Бофорсов» и морские пехотинцы, обслуживавшие флотские зенитные 3-дм пушки и «пом-помы», оказали упорное сопротивление и сбили Bf-110 (3U+LN) лейтенанта Дитриха Ольденбурга и Do-17 (U5+OR) лейтенанта Хуго Шиллинга из III/KG2, экипажи обоих самолетов погибли. Вероятно, эти же зенитные орудия сбили и разведывательный Bf-110 (40+DH) фельдфебеля Рихарда Пильхена из разведывательной эскадрильи (Aufklarungsstaffel) XI авиакорпуса, не вернувшийся из вылета к Криту.

После этих налетов 3-й парашютный батальон (III/FJR 1) майора Шульца атаковал город Ираклион с запада с целью захватить гавань. Начался ожесточенный бой, и западная часть гавани была захвачена немцами, но британские и греческие войска контратаковали и к вечеру выбили парашютистов из города. К тому времени 1-й парашютный полк потерял уже более 1000 человек. В ходе боя австралийцы из 2/4 батальона захватили немецкие сигнальные коды и несколько немецких ракетниц, и с их помощью смогли обмануть экипажи транспортных Ju-52 с продовольствием и боеприпасами, заставив их сбросить груз на австралийские позиции.

Действия на море и в воздухе

Получив сведения, что противник скоро попытается произвести высадку морского десанта, соединения британского флота вышли в море, но Люфтваффе были готовы атаковать корабли, и началось одно из самых крупномасштабных воздушно-морских сражений. Ночью 20/21 мая Соединение «D» (крейсеры «Дайдо», «Орион», «Аякс» и четыре эсминца), после патрулирования в районе Малеме, Кании и бухты Киссамос, следовало на запад через пролив Антикитера, и утром было атаковано «Юнкерсами» Ju-88 из I/LG1. «Аякс» был поврежден близкими разрывами. У «Юнкерса» лейтенанта Заттлера (L1+BK) при выходе из пикирования не сбросилась 2800-кг бомба, и его бомбардировщик получил несколько попаданий в левое крыло и фюзеляж, но смог уйти. Вскоре Заттлер снова был в воздухе, и вместе с Ju-88 из I и II групп LG1 и Ju-87 из StG2 атаковал корабли Соединения «D», которое встретилось с Соединением «A1» адмирала Роулингса (линкоры «Уорспайт» и «Вэлиент» и шесть эсминцев).

В ходе этих налетов британские корабли не получили повреждений, хотя Заттлер считал, что добился прямого попадания в крейсер. Зенитный огонь столь сильной группировки кораблей был очень силен, по британским данным три немецких бомбардировщика были сбиты, и еще два повреждены. Фактически же были сбиты два Ju-87 - T6+LR унтер-офицера Хайнца Раузера из 7-й эскадрильи и T6+HS лейтенанта Дитера Шиллинга из 8-й эскадрильи, их экипажи погибли. Еще один Ju-87 из штабного звена был тяжело поврежден, его пилот лейтенант Эльмар Гоблет и стрелок были смертельно ранены, на другом пикировщике тяжело ранен стрелок. Также был поврежден Ju-88 из II/LG1.

Далее к востоку Соединение «С» утром было атаковано итальянскими бомбардировщиками «Кант» Z.1007bis из 50-й бомбардировочной группы и немецкими Ju-87 из III/StG2 с баз на Додеканезских островах. Около 13:00 три бомбы с Z.1007bis лейтенанта Марио Морассутти попали в эсминец «Джуно». Две из них взорвались в котельном и машинном отделениях, а от попадания третьей взорвался погреб с боеприпасами. От взрыва эсминец разломился и затонул за две минуты, 128 человек из его экипажа погибли, 97 были спасены. В ходе этих налетов на соединения британского флота пилоты Оси считали, что кроме этого успеха они серьезно повредили два крейсера и эсминец, и кроме того, добились попаданий еще в четыре корабля, но фактически попаданий в другие корабли не было.

Перед наступлением сумерек 21 мая Соединение «D» снова вошло в пролив Антикитера, чтобы повторить патрулирование у побережья Крита в районе Малеме – Кания. Снова их атаковали Ju-87 из III/StG2 под командованием гауптмана Брюкнера. Пикировщики были встречены сильным зенитным огнем, британцы считали, что сбили два или три «Юнкерса», один из которых разломился надвое и упал в море. Это, вероятно, был Ju-87 фельдфебеля Франца Коля (T6+GS) из 8-й эскадрильи, который не вернулся из вылета, еще один «Юнкерс» (пилот лейтенант Хайнц Рутковский) был вынужден сесть в море у острова Китос, спасся только стрелок фельдфебель Отто Шупп.

Перед наступлением полуночи Соединение «D» обнаружило немецкий конвой из каиков и каботажных судов, везущий подкрепления в Малеме. Эсминцы адмирала Гленни немедленно атаковали, и нанесли конвою огромные потери. Сразу же вспыхнули два каика, и взорвался пароход – вероятно, это было румынское судно «Кармен Сильва» (1601 т), перевозившее боеприпасы. Некоторые каики были потоплены огнем «пом-помов», другие обстреляны из пулеметов. Было видно, как немецкие солдаты прыгали в море, слышались их крики о помощи. Сопровождавший конвой итальянский эскортный миноносец «Лупо» отважно пытался защитить своих подопечных. Хотя «Лупо» получил попадания 18 снарядов, он остался на плаву и даже выпустил две торпеды по британским кораблям. Его пытались поддержать четыре торпедных катера, но безуспешно. Более половины конвоя было уничтожено, ускользнуть смогли только 10 каиков, они вернулись обратно на Мелос.

Британский флот предотвратил высадку десанта с моря, на дно отправилось много немецкого тяжелого вооружения, машин и боеприпасов. Адмирал Гленни и его офицеры считали, что они уничтожили около 4000 немецких солдат, на самом деле потери немцев составили немногим более 300 человек. Около 1650 немецких солдат были подобраны из воды миноносцами «Лупо» и «Лира» и немецкими и итальянскими гидросамолетами.

Один каик все же смог прорваться к Криту, и горные стрелки с него высадились в районе Кании. После высадки они получили приказ атаковать позиции британской артиллерии на склонах Акротири. Почти все они были убиты или попали в плен, пробиваясь через пригороды Кании. Единственный выживший солдат смог добраться до позиций парашютистов из I/FJR 3.

Второй конвой из 38 каиков и каботажных пароходов, направлявшийся в Ираклион, получил приказ возвращаться в Пирей, как только были получены сведения о судьбе конвоя, направленного в Малеме. Этот конвой уже преследовало Соединение «С» адмирала Кинга, двигавшееся с востока. Около 08:30, конвой, направлявшийся на север, был замечен, но британцы успели потопить только один каик с солдатами (огнем крейсера «Перт»), когда Соединение «С» атаковали немецкие бомбардировщики. Адмирал Кинг приказал своим кораблям отступить и направляться на запад, к проливу Антикитера. Соединение «С» атаковали «Юнкерсы» Ju-88 из LG1 и «Дорнье» Do-17 из KG2, и вскоре британцы стали нести потери. Крейсеры «Найад» и «Карлайл» получили попадания бомб, последний был серьезно поврежден. Зенитным огнем были сбиты два Ju-88, «Юнкерс» лейтенанта Вольфганга Швайкхардта (L1+IK) не вернулся из вылета, а бомбардировщик обер-фельдфебеля Генриха Бёкера (L1+LL) сел на воду в районе Монемвасии, экипаж был спасен. Для удара по Соединению «С» вылетели и пикировщики Ju-87, но они по ошибке атаковали итальянский эсминец «Саджиттарио», сопровождавший конвой; другие пикировщики повредили еще один итальянский эсминец «Селла».

В 13:12 Соединение «С», все еще подвергавшееся сильным ударам авиации, запросило помощи 1-й боевой эскадры, находившейся к западу от Крита. Когда два соединения кораблей встретились, линкор «Уорспайт» был атакован пикировщиками Ju-87 и получил прямое попадание в правый борт. После этого его атаковали два «Мессершмитта» Bf-109E с бомбами (пилоты – лейтенант Ги и обер-лейтенант Уббен из 8/JG77) и также добились прямых попаданий в орудия правого борта. Британские корабли атаковали и «Мессершмитты» Bf-110 из ZG26, при этом был сбит «Мессершмитт» 3U+CC обер-лейтенанта Фрица фон Вутенау из штабной эскадрильи. Крейсеры «Глостер» и «Фиджи» получили попадания 250-кг бомб с «Юнкерсов» Ju-87 из StG2, но повреждения были не слишком серьезными.

Около 14:00 эсминец «Грейхаунд» получил попадания трех бомб и затонул за несколько минут. Два эсминца получили приказ спасать выживших, а крейсеры «Глостер» и «Фиджи» остались обеспечивать их прикрытие. Это была прелюдия к катастрофе. Несколько звеньев Ju-87 и Ju-88 немедленно атаковали отставшие корабли. Через несколько минут «Глостер» был потоплен бомбами пикировщиков под командованием обер-лейтенанта Эрнста Купфера. Около 500 выживших из экипажа крейсера были спасены итальянскими кораблями и гидросамолетами. В числе погибших были экипажи обоих гидросамолетов «Глостера» - летающих лодок «Уолрус».

Тем временем другие британские корабли продолжали отражать налет авиации, зенитным огнем был тяжело поврежден Ju-88 фельдфебеля Ганса Рихтера из 5/LG1. Этот «Юнкерс» не дотянул до базы и упал к северу от Элефсиса, экипаж погиб. Еще два «Юнкерса» из II/LG1 были повреждены и разбились при посадке. После потопления «Глостера», крейсер «Фиджи» и два эсминца пытались уйти из этого района на максимальной скорости, но в 17:45 их заметил истребитель-бомбардировщик (Jabo) «Мессершмитт» Bf-109E из I/LG2 и в одиночку выполнил атаку на «Фиджи», сбросив 1000-кг бомбу. От близкого разрыва в обшивке крейсера образовалась пробоина. Вскоре появился второй Bf-109E из той же группы и добился прямого попадания в носовое котельное отделение крейсера. В 19:15 «Фиджи» перевернулся, из его экипажа погибли 276 человек.

С наступлением сумерек в район Крита прибыли с Мальты три эсминца из 5-й флотилии под командованием капитана лорда Луиса Маунтбеттена, они получили приказ оказать помощь эсминцу «Кандагар» в спасении выживших с крейсера «Фиджи». Но до того, как эсминцы успели дойти до места гибели крейсера, они получили новый приказ – направиться к Криту, обстрелять захваченный немцами аэродром Малеме и воспрепятствовать высадке противника с моря. У одного эсминца произошла поломка рулевого управления, и в бухту Кании лорд Маунтбеттен привел только эсминцы «Келли» и «Кашмир». Там они обнаружили один каик с солдатами, и нанесли ему тяжелые повреждения своим огнем. После этого эсминцы обстреляли аэродром Малеме и стали уходить. При выходе из бухты был замечен и обстрелян еще один каик, но с наступлением светлого времени суток эсминцы все еще находились в пределах досягаемости бомбардировщиков Люфтваффе.

В 07:55 эсминцы были замечены и атакованы двумя десятками «Юнкерсов» Ju-87 из I/StG2 под командованием гауптмана Хитчхольда. Первые бомбы не попали в цель, но вскоре «Кашмир» получил попадание в центр корпуса и затонул за две минуты. Даже когда эсминец тонул, расчет одного из его «Эрликонов» продолжал вести огонь, и заявил об одном вероятно сбитом пикировщике. «Келли» активно маневрировал, чтобы избежать попаданий, по заявлениям его экипажа еще два сбитых Ju-87 упали в море. Потом «Келли» получил попадание в машинное отделение и сразу перевернулся, половина его экипажа погибла. Выжившие, включая лорда Маунтбеттена, спасались на поверхности моря, немецкие самолеты обстреливали их из пулеметов, пока не прибыл эсминец «Киплинг», чтобы подобрать выживших с «Келли» и «Кашмира». Его также атаковали немецкие самолеты, и при маневре уклонения «Киплинг» задел перевернутый корпус «Келли» и повредил обшивку. Хотя «Киплинг» был еще несколько раз атакован, он избежал дальнейших повреждений и благополучно прибыл в Александрию.

Выжившие с двух потопленных эсминцев переоценили свои успехи в борьбе с маневренными «Штуками». Фактически был сбит только один Ju-87, его пилот обер-лейтенант Вильгельм Кайзер был спасен, а стрелок обер-фельдфебель Пауль Голла погиб. Еще один Ju-87 был тяжело поврежден и разбился при возвращении на базу.

Люфтваффе выиграли этот раунд, и британский флот больше не рисковал появляться днем в водах к северу от Крита. Путь для высадки морского десанта был открыт. По ночам корабли продолжали приходить, чтобы доставить снабжение и помочь в эвакуации. Греческий король и его свита, пешком пересекавшие остров, к тому времени добрались до района Айя Румели на южном берегу, откуда ночью 22/23 мая на маленьком моторном катере их перевезли на эсминец «Декой». Греческие телохранители короля и критские проводники остались на острове, чтобы продолжать сражаться. «Декой» присоединился к Соединению «А1» и, пережив еще несколько авианалетов и вероятную атаку подводной лодки, шесть суток спустя прибыл в Александрию.

Тем временем на острове продолжались бои. Ночью 21/22 мая 20-й новозеландский и 28-й маорийский батальоны в 03:30 наконец начали контратаку с целью отбить аэродром Малеме, их поддерживали три легких танка Mk VI из 3-го гусарского полка. Несмотря на упорное сопротивление немцев, новозеландцы к рассвету уже были близки к достижению цели, угрожая и аэродрому и важной высоте к югу. Но один танк был подбит огнем противотанковой пушки, у двух других заклинило пулеметы. Когда танки отступали, они попали под удар авиации, и еще один танк был уничтожен. Утром были введены в бой главные силы 5-й новозеландской бригады под командованием бригадного генерала Харгеста, но захваченные позиции невозможно было удержать, и все части начали отступление. Аэродром оставался в руках немцев, и транспортные Ju-52 продолжали садиться на него со скоростью один самолет каждые пять минут. В основном это были самолеты из I и II групп KGzbV1, некоторые из них доставляли тяжелое вооружение и оборудование, в том числе автомобили «Кюбельваген».

Еще не менее 20 транспортных «Юнкерсов» разбились при посадке на аэродром или получили меньшие повреждения, а три из них были сбиты. Еще около дюжины самолетов вернулись на базы в Тополии и Тангаре поврежденными или разбились при посадке там из-за плохого состояния ВПП. Вероятно, из-за больших потерь транспортных самолетов бригадный генерал Харгест решил, что немцы эвакуируются из Малеме, и сообщил об этом в штаб дивизии. То, что он принял за общую эвакуацию, вероятно, было только эвакуацией раненых.

Около полудня 22 мая Люфтваффе снова атаковали бухту Суда, но при этих налетах были потеряны Ju-87 из штабной эскадрильи StG77 и Bf-110 лейтенанта Вернера Хоффманна (MB+FN) из II/ZG76. Еще один Bf-110 из II/ZG26 разбился при посадке в Малеме. В ходе подготовки к этим вылетам на базе Аргос произошла катастрофа: при взлете столкнулись два Ju-87 из I/StG3, один из них загорелся, его 500-кг бомба взорвалась, и ее взрывом был тяжело поврежден третий Ju-87, начинавший взлетать. Пилоты двух столкнувшихся пикировщиков – обер-лейтенант Вильгельм Эбнер и унтер-офицер Герберт Марквардт были ранены, но остались живы, при этом оба их стрелка погибли. Также были убиты или тяжело ранены 10 человек из аэродромной команды. Вероятно, по причине потери этих трех машин в дополнение к боевым потерям двух предыдущих дней командование решило направить в Грецию подкрепления. На следующий день из Северной Африки прибыли 7-я и 8-я эскадрильи III/StG1 под командованием гауптмана Гельмута Мальке и сразу же были брошены в бой.

К тому времени 5-я новозеландская бригада начала отступать из района Малеме и занимать резервные позиции за 10-й бригадой в районе Кании. Отступающие новозеландцы все время подвергались давлению свежих немецких частей – только что прибывших солдат 100-го горнострелкового полка. Тем временем части 85-го горнострелкового полка обошли оборону новозеландцев и наступали на бухту Суда из глубины острова. Вечером 2-й батальон 3-го парашютного полка начал энергичное наступление на позиции 10-й бригады, пробиваясь к высотам Галатас, и защитники лишь с трудом удерживали позиции. Наступление немцев было временно остановлено контратакой 6-го греческого батальона. Тогда же вечером в Малеме прибыл генерал-лейтенант Рингель и принял командование всеми наземными силами десанта. Его приказы включали следующие задачи: 1) удерживать аэродром Малеме 2) занять бухту Суда 3) поддержать парашютистов в Ретимо 4) установить контакт с десантниками в районе Ираклиона 5) после этого оккупировать весь остров.

Над Ираклионом рано утром после разведывательных самолетов Люфтваффе появились транспортные Ju-52 с припасами для десантников, а «Мессершмитты» Bf-110 из ZG26 бомбили и обстреливали позиции защитников аэродрома. Также бомбовым ударам подвергся город Ираклион и районы к западу. В 18:00 Do-17 и Bf-110 провели сильный налет перед новой высадкой парашютистов. Как минимум два транспортных «Юнкерса» с парашютистами были сбиты (оба из KGzbV172). К востоку от аэродрома было сброшено около 500 парашютистов и еще 300 к западу от города. Некоторые из последних в темноте приземлились прямо в городе, и на следующий день были все уничтожены, причем в охоте за парашютистами приняли активное участие местные жители и даже священники.

Остальные парашютисты окопались в двух милях к западу от города, перерезав дороги, связывавшие Ираклион с Ретимо и Канией. Те парашютисты, которые высадились поблизости от аэродрома, заняли гряду холмов, господствующую над аэродромом, и находившуюся поблизости станцию РЛС (220 AMES). С этих высот немцы могли обстреливать аэродром из минометов и тяжелых пулеметов. Местные части греческой армии пытались выбить их, но имели лишь частичный успех. Кроме двух Ju-52, сбитых над Ираклионом, Люфтваффе потеряли и разведывательный «Мессершмитт» Bf-110 (L2+PR) обер-лейтенанта Эриха Кисселя из 7(F)/LG2, не вернувшийся из вылета.

Маленький порт Иерапета на южном берегу также днем был атакован – его бомбили и обстреливали итальянские истребители CR.42 с Родоса, вооруженные 50-кг бомбами (первое использование CR.42 как истребителя-бомбардировщика). Этот налет причинил лишь незначительный ущерб.

С наступлением ночи над Критом снова появились британские бомбардировщики из Египта. На этот раз три «Веллингтона» из 70-й эскадрильи RAF доставили столь необходимые боеприпасы и медикаменты, которые были сброшены с высоты 200 футов защитникам Кании, Ираклиона и Ретимо. В последнем случае груз был сброшен неудачно и упал в море. Нанести бомбовые удары по пунктам, занятым противником, должны были «Бленхеймы» и «Мэриленды», но последним не позволили взлететь исключительно плохие погодные условия. Но пять «Бленхеймов» из 45-й эскадрильи RAF в 03:30 вылетели с базы Фука бомбить Малеме. В темноте и условиях шторма «Бленхеймы» разделились и два из них не нашли цель, остальные выходили к цели по отдельности. Лейтенант Джонс (из SAAF) видел, что его бомбы упали на аэродром. Вероятно, в ходе этого налета был уничтожен Ju-52 из KGrzbV60.

Прочно закрепившись в Малеме, немцы стали собирать для эвакуации раненых – и своих и британских – с различных медицинских пунктов. К тому времени парашютисты нашли тяжело раненного командира 33-й эскадрильи RAF Хауэлла, который лежал в окопе уже три дня, так и не получив помощи. Заметив, что он еще жив, немцы дали ему воды и немного позже немецкие санитары доставили его в деревню поблизости, где он получил некоторую помощь от флайт-лейтенанта Каллена, медика 30-й эскадрильи RAF.

Остальной личный состав 33-й эскадрильи также понес потери. Пайлот-офицер Данскомб погиб в бою, сержант Баттерик был тяжело ранен. В бою с парашютистами пуля из пулемета раздробила ему левое колено. Баттерик попал в плен, и несколько дней его держали в сарае без еды и медицинской помощи, вместе с группой других пленных, среди которых было несколько гражданских греков. Этих гражданских немцы потом расстреляли. Трое других пилотов 33-й эскадрильи также попали в плен – флайн-офицер Батчер и сержанты Рейниш и Леверидж, как и пайлот-офицер Майхилл (офицер по административным вопросам). Среди убитых был и рядовой Гесс. Тяжело раненных пленных (в том числе коммандера Бейла) немцы вскоре эвакуировали в Афины. Там сержанту Баттерику ампутировали раздробленную ногу, а Хауэлл удивительным образом стал выздоравливать после своих тяжелых ран.

На аэродром Малеме продолжали прибывать транспортные самолеты, доставляя немцам подкрепления. В их числе был 95-й полк горной артиллерии, 95-й противотанковый батальон, 55-й батальон мотоциклистов и передовые части 141-го горнострелкового полка. Теперь немцы считали аэродром достаточно безопасным для базирования истребителей, и несколько «Мессершмиттов» Bf-109E из III/JG77 перебазировались туда, один из них разбился при перелете. Немецкая авиация теперь могла постоянно патрулировать над районами боевых действий на острове, до любого из них «Мессершмитты» с Малеме могли долететь не больше чем за пять минут.

К тому времени, когда на Крит перебазировались немецкие истребители, силы RAF с баз в Египте стали действовать над островом более активно. В любом случае у британцев было еще мало самолетов. За операции над Критом была ответственна 204-я авиагруппа под командованием коммодора авиации Рэймонда Коллишоу со штабом в Маатан Багуш. В распоряжении Коллишоу было 258-е (истребительное) авиакрыло под командованием капитана авиагруппы Спекмена – 1-я эскадрилья SAAF, 3-я эскадрилья RAAF, 73-я и 274-я эскадрильи RAF, вооруженные «Харрикейнами». 3-я RAAF и 73-я RAF находились в процессе переформирования после больших потерь в боях в районе Тобрука.

Группировку средних бомбардировщиков составляло авиакрыло «Бленхеймов» - 14-я, 45-я и 55-я эскадрильи RAF, а также недавно прибывшая и еще неопытная 24-я эскадрилья SAAF, вооруженная «Мэрилендами». 257-е авиакрыло под командованием винг-коммандера Мертона состояло из трех эскадрилий «Веллингтонов» - 37-й, 38-й и 70-й и уже действовало над Критом в ночное время суток. Кроме того, проходила переформирование 148-я эскадрилья «Веллингтонов», недавно прибывшая с Мальты. Наконец была еще 6-я эскадрилья RAF, имевшая на вооружении «Лайсендеры» и несколько «Харрикейнов» в разведывательной модификации, а также отряд «Мэрилендов» из 39-й эскадрильи, выполнявший задачи морской разведки.

Далее к востоку, в районе Александрия – Каир – Суэц дислоцировалось 252-е истребительное авиакрыло, часть 202-й авиагруппы, ответственной за ПВО района. На тот момент авиакрыло состояло из 250-й эскадрильи (перевооружавшейся на истребители «Кертисс Томахоук»); 94-й эскадрильи, вооруженной «Харрикейнами», но большинство ее пилотов составляли неопытные южноафриканцы; 806-й эскадрильи FAA («Фулмары») в Абукире; и 2-й и 5-й эскадрилий Египетских королевских ВВС, вооруженных «Гладиаторами».

Коммодор авиации Коллишоу намеревался нанести удар по Малеме днем 23 мая, для этой задачи были выделены пять «Бленхеймов» из 14-й эскадрильи и три «Харрикейна» из 274-й эскадрильи. «Харрикейны» были оснащены несбрасываемыми дополнительными топливными баками, обычно использовавшимися для перелетов на дальние базы. Сразу после взлета у ведущего «Бленхейма» возникла неисправность, все самолеты повернули назад, и вылет был отменен. В 13:00 для удара по Малеме вылетели семь «Мэрилендов» SAAF, но два из них также были вынуждены вернуться из-за неисправностей. Остальные пять выполнили задачу, отбомбившись и обстреляв аэродром Малеме из пулеметов с малой высоты. Лейтенант Керни доложил об уничтожении мотоциклиста, «неразумно пытавшегося проехать по аэродрому во время налета». «Мэриленды» бомбили аэродром, сохраняя строй, их экипажи считали, что нанесли противнику большие потери. Также они видели немецкие пикировщики, атаковавшие корабли в бухте Суда.

После этого налета аэродром Малеме атаковали четыре «Бленхейма» из 45-й эскадрильи RAF, сбросившие 20-фунтовые и 40-фунтовые осколочные бомбы. Ведущий «Бленхейм» (V5624, пайлот-офицер Винсент) не вернулся из вылета, его экипаж позже был сочтен погибшим. По немецким данным в ходе этого налета были сбиты два «Бленхейма». Наконец аэродром атаковали два «Бофайтера» из 252-й эскадрильи, только что прибывшие в Египет с Мальты, и обстреляли транспортные «Юнкерсы» Ju-52, выгружавшие солдат. Командир эскадрильи Йэксли и суб-лейтенант Фрейзер заявили о четырех уничтоженных «Юнкерсах». Всего в ходе этих налетов по британским данным было уничтожено до десяти Ju-52. Фактически были уничтожены шесть «Юнкерсов», в основном из KGrzbV106 и I/LLG 1.

Замеченные южноафриканцами самолеты, которые атаковали цели в бухте Суда, были, вероятно, истребителями – в тот день «Мессершмитты» Bf-109E и Bf-110 охотились за торпедными катерами 10-й флотилии (МТВ 67, 213, 214, 216, 217), все пять торпедных катеров были уничтожены. На два уничтоженных катера претендовал унтер-офицер Рудольф Шмидт из 5/JG77, на один – фельдфебель Франц Шульте из 6-й эскадрильи. Лейтенант Иоханнес Киль заявил о нескольких уничтоженных или поврежденных катерах и малых судах. Пикировщики Ju-87 из I/StG77 также атаковали морские цели в этом районе, унтер-офицер Вернер Вайнраух заявил о потоплении подводной лодки и тральщика (вероятно, это были какие-то греческие суда). К тому времени портовые сооружения бухты Суда были настолько повреждены, что командующий морской базой решил перенести свой штаб в Сфакию на южном берегу.

Город Ираклион, снова подвергшийся сильному налету большой группы бомбардировщиков Do-17, был в основном эвакуирован, в нем остались только госпитали. Парашютисты к западу от Ираклиона пытались проникнуть в город, чтобы соединиться с десантниками к востоку от аэродрома, в результате чего произошло много перестрелок. Ультиматум с требованием сдать город был категорически отвергнут защитниками. Они все еще удерживали и аэродром, и теперь было решено использовать его как передовую базу. Шесть «Харрикейнов» из 73-й эскадрильи RAF с базы Сиди-Ханейш в Египте получили приказ перелететь на аэродром Ираклион, откуда они должны были действовать против немецких транспортных самолетов, прибывающих в Малеме, и обстреливать немецкие войска там и в районе Ираклиона.

«Харрикейны» под командованием флайн-офицера Гудмена взлетели в 11:35, к Криту их должен был вести «Бленхейм». Два часа спустя вернулись пять «Харрикейнов» из вылетевших. Гудмен сообщил, что они пролетели над группой британских военных кораблей, которые открыли такой сильный зенитный огонь, что строй «Харрикейнов» рассеялся. Также Гудмен опасался, что «Бленхейм» и один из «Харрикейнов» (V7424 новозеландца сержанта Боба Лэнга) были сбиты и упали в море. В таких обстоятельствах он решил вернуться с уцелевшими истребителями в Египет.

Было приказано повторить попытку, и в 15:20 те же пять «Харрикейнов» (и еще один, заменивший потерянный истребитель Лэнга) вылетели снова, на этот раз их вел к Криту «Мэриленд» из 24-й эскадрильи SAAF. Вскоре после их отбытия на базе Сиди-Ханейш сел «пропавший» «Бленхейм», его пилот доложил, что после того, как строй истребителей рассеялся из-за обстрела, он заметил «Харрикейн» сержанта Лэнга, и они вместе полетели к Криту, где, как он предполагал, Лэнг сел на аэродроме Ираклион.

Лэнг действительно добрался до Ираклиона. Позже он вспоминал:

«Пролетев над мрачными склонами горного хребта, я вскоре заметил аэродром Ираклион, недалеко от города Кания. Покружив над ВПП, я заметил на ней несколько больших воронок от бомб, но на аэродроме никого не было, место казалось покинутым, и я решил садиться. Я сел удачно, зайдя на посадку с юго-востока, по направлению к пляжу. Когда винт перестал крутиться, вокруг наступила полная тишина, казавшаяся, мягко говоря, странной! Я вышел из самолета и направился к ближайшей постройке – каменному домику в 300 ярдах. Но только я успел немного отойти от самолета, как по мне был открыт пулеметный огонь, и я понял, что я тут не один. Возвращаться к «Харрикейну» было бы бесполезно, он теперь представлял собой лишь мишень. Пули свистели вокруг, и я бросился в воронку – хоть какое-то укрытие. Я лежал там головой по направлению к пулемету, чтобы представлять как можно меньшую цель; также моя темно-синяя куртка на фоне темной полосы была неплохим камуфляжем. Пулеметный огонь продолжался, и я пытался набраться смелости добежать до каменного дома. К счастью, тут ко мне подъехал британский танк «Матильда», прикрывший меня от пулемета. Командир танка, армейский майор, открыл люк, поприветствовал меня и извинился за такой прием. Мы поговорили с ним об обстановке и о бошах (sic) в частности, и он предложил, чтобы я перегнал самолет в капонир, в полумиле дальше по ВПП, где можно найти укрытие. Он, очевидно, хотел спасти самолет, так как в то время найти нового пилота было проще, чем новый самолет. К счастью, двигатель не был поврежден, и я повел «Харрикейн» по аэродрому на большой скорости, пулеметы бошей все это время не прекращали стрелять».

Спустя полчаса аэродром атаковали шесть «Мессершмиттов» Bf-110. Они начали обстреливать позиции зенитных орудий, и вскоре заметили «Харрикейн» Лэнга и сразу же сожгли его. Пока немцы непрерывно бомбили и обстреливали аэродром, Боб Лэнг прятался в укрытии вместе с защитниками Ираклиона. Он вспоминал:

«Мы ничем не могли помешать врагу, только австралийские расчеты зенитных орудий смогли оказать сопротивление и сбить несколько самолетов, но и сами дорого за это заплатили. Без своего истребителя я мог быть только зрителем происходящего и с ужасным чувством бессилия наблюдал, как Ираклион превращается в руины».

Перед наступлением сумерек аэродром Ираклион атаковали еще до дюжины «Юнкерсов» Ju-88, и в это время к аэродрому прибыли шесть «Харрикейнов» из 73-й эскадрильи RAF. Хотя у них оставалось очень мало горючего, они попытались перехватить немецкие бомбардировщики. Флайн-офицер Гудмен и пайлот-офицер Уорд заявили о двух поврежденных бомбардировщиках в ходе короткого воздушного боя и попытки преследования, после чего «Харрикейнам» пришлось идти на посадку из-за заканчивавшегося горючего. Взлетно-посадочные полосы были сильно усеяны воронками, и два «Харрикейна» при посадке сломали хвостовые колеса. Аэродром постоянно обстреливали из стрелкового оружия немецкие парашютисты с гряды холмов и из-за камней по периметру, и когда пилоты вышли из самолетов и направились в укрытие, им приходилось все время ложиться на землю, чтобы укрыться от обстрела. Два «Харрикейна» были быстро заправлены и взлетели на патрулирование, но целей не нашли. После совещания с командующим наземными силами Гудмен узнал, что в Ираклионе нет боеприпасов для пулеметов «Харрикейнов» и лишь небольшой запас горючего. В таких условиях «Харрикейны» мало чем могли помочь защитникам, и было решено, что утром они должны вернуться в Египет.

После беспокойной ночи шесть «Харрикейнов» были подготовлены к вылету. Лэнг и Гудмен сели вместе в кабину «Харрикейна» W9198 – Гудмен сидел на коленях у Лэнга, парашюты в кабину не влезали, и их пришлось засунуть в фюзеляж. Перед отбытием в Египет все пилоты должны были использовать оставшиеся у них боеприпасы для обстрела позиций противника вокруг аэродрома, что они и сделали. Боб Лэнг вспоминал:

«Наш полет обратно прошел без помех со стороны противника, но на последней сотне миль мы столкнулись с сильным встречным ветром, и так как горючего в баках оставалось уже мало, это было весьма неприятно. Наконец мы сели на базе Сиди-Ханейш в условиях песчаной бури, горючее было почти на нуле. Несомненно, Аллах был с нами, и единственной неприятностью было то, что у меня все тело онемело после трех часов в тесной кабине, да еще когда пилоту пришлось использовать меня вместо сиденья».

Гудмен и Лэнг прилетели первыми, сев на аэродроме Сиди-Ханейш в 08:30, вскоре за ними прибыл «Харрикейн» пайлот-офицера Уорда. Остальные до Сиди-Ханейш не долетели. Позже выяснилось, что флайн-офицер Донати (V7802), израсходовав все горючее, совершил вынужденную посадку в Фуке. У пайлот-офицера Мосса («Харрикейн» V7879) также кончилось горючее, и он совершил вынужденную посадку у Рас-эль-Каназис. Истребители пайлот-офицера Р. Гурда (V7736) и пайлот-офицера Р. Лайкмена (V7764) пропали без вести и так и не были найдены. Вероятно, им пришлось садиться на воду, кроме того, их положение могла усугубить сильная песчаная буря над побережьем.

Обломки «Веллингтона» L7866 'R' из 37-й эскадрильи RAF, разбившегося на базе Ираклион ночью 23/24 мая 1941. Его пилот сержант Фолкнер и другие члены экипажа позже попали в плен.

Предыдущей ночью 23/24 мая «Веллингтоны» снова действовали над Критом. Из шести бомбардировщиков 37-й эскадрильи RAF один вскоре вернулся из-за неисправности, остальные бомбили аэродром Малеме. Из этого вылета вернулись только два «Веллингтона». Бомбардировщик сержанта Фолкнера совершил вынужденную посадку на аэродроме Ираклион в темноте, экипаж остался жив. «Веллингтон» сержанта Харриса (T2875) был вынужден садиться в море, в 140 милях к северу от Маатан Багуш, недалеко от британского крейсера, который подобрал всех членов экипажа. «Веллингтон» сержанта Мью (T2895) пропал без вести. Вероятно, он был уничтожен прямым попаданием зенитного снаряда, или упал в море на обратном пути.

Еще четыре «Веллингтона» из 38-й эскадрильи RAF бомбили Малеме, при налете был уничтожен как минимум один Ju-52 из KGrzbV102. Его пилот обер-фельдфебель Курт Шульц и еще двое членов экипажа были в тот момент на борту и погибли.

Тогда же ночью в бухту Суда прибыли эсминцы «Ягуар» и «Дефендер», они доставили на Крит 200 коммандос из подразделения «Лэйфорс» полковника Р. Лэйкока. Еще 750 коммандос должны были прибыть на трех эсминцах («Айсис», «Хиро» и «Низам») следующей ночью и высадиться в районе Селинос Кастелли на юго-западной оконечности острова. Когда в следующую ночь эсминцы с коммандос прибыли, погода оказалась слишком плохой для высадки, и эсминцы были отозваны обратно в Александрию. Тем временем, задолго до рассвета 24 мая «Ягуар» и «Дефендер» вышли из бухты Суда в обратный путь, эвакуируя 250 человек флотского личного состава, присутствие которых больше не требовалось на Крите, в том числе группу пилотов и техников FAA под командованием лейтенанта Кейта и суб-лейтенанта Хинтона. На следующую ночь (когда коммандос безуспешно пытались высадиться у Селинос Кастелли), в бухту Суда прибыл минный заградитель «Эбдиел» с грузом боеприпасов, обратным рейсом он эвакуировал 60 раненых и четырех греческих министров.

Район Селинос Кастелли уже начал привлекать внимание Люфтваффе. Рано утромо около 06:30 24 мая экипаж флотского моторного катера ML1011, укрывавшегося у берега, заметил два «Юнкерса» Ju-88 и семь Bf-110, направлявшихся к острову. Сначала казалось, что они не заметили катер, но внезапно два «Юнкерса» спикировали на катер, за ними последовали «Мессершмитты». Командир катера лейтенант Блейк приказал расчету пулемета «Льюис» открыть огонь, и пулеметчики смогли сбить «Мессершмитт» (M8+AC) лейтенанта Франца Райнера из II/ZG76. Несмотря на этот успех, катер был изрешечен пулями, один из членов экипажа был убит, остальным пришлось вплавь добираться до берега. На берегу они встретились со смешанной группой пилотов и техников из RAF и FAA под командованием лейтенанта Саттона, пытавшихся добраться до Сфакии. С трудом пройдя пешком некоторое расстояние и узнав, что немецкие парашютисты поблизости, британцы нашли брошенный каик, и, дождавшись темноты, проплыли остаток пути до Сфакии. Примерно тогда же, когда был атакован катер, моторная баржа с ранеными вышла из Селинос Кастелли и направилась в Египет. Немецкие самолеты атаковали ее недалеко от берега и потопили, много раненых погибло. Лишь несколько выживших смогли добраться до берега.

Операции у северного берега Крита продолжались. После отбытия «Харрикейнов» 73-й эскадрильи RAF обратно в Египет начался новый налет Люфтваффе. Около 08:00 семь «Мессершмиттов» Bf-110 и несколько «Дорнье» Do-17 и «Юнкерсов» Ju-87 начали бомбить и обстреливать аэродром. Расчет «Бофорса» под командованием сержанта Уилсона (морские пехотинцы) сбил один двухмоторный самолет, идентифицированный как Bf-110, но вероятнее, это был Do-17 (T6+EA) лейтенанта Иоганна Швайгля из штабной эскадрильи StG2. После этого позиция зенитного орудия была атакована, из шести человек расчета один был убит и еще четверо тяжело ранены. Также из этого вылета не вернулся Ju-88 (L1+DN) фельдфебеля Герберта Шельма из II/LG1. Транспортные Ju-52 продолжали доставлять в Малеме подкрепления и снабжение, а обратным путем эвакуировали раненых, но хаос на аэродроме был такой, что еще около 20 транспортных «Юнкерсов» были списаны в тот день, в основном из-за аварий при посадке. Одна KGrzbV1 потеряла 10 самолетов, еще семь потеряла I/LLG1, и еще шесть - KGrzbV102.

«Юнкерс» Ju-52/3m заходит на посадку на аэродром Малеме. Внизу обломки одного из истребителей «Буффало» 805-й эскадрильи FAA

24 мая Кания испытала авианалеты такой силы, что британский штаб пришлось передислоцировать в район бухты Суда, хотя и там ПВО была уже серьезно ослаблена, и все малые суда в бухте были потоплены или тяжело повреждены. К западу от Кании шел ожесточенный бой за высоты Галатас. В 16:30 после сильного налета пикировщиков Ju-87 началось решительное наступление немецких горных стрелков из II/GJR100, которые к вечеру заняли высоты. «Штуки» из StG1 понесли потери в этих вылетах. II группа потеряла в районе высот Галатас пикировщик фельдфебеля Клотцера (экипаж погиб), еще один Ju-87 из этой группы разбился при посадке в Малеме, и еще один совершил вынужденную посадку на острове Докос, пытаясь дотянуть до своей базы в Аргосе. Пикировщик фельдфебеля Вильгельма Йосвига из I группы получил попадание в двигатель, и пилот был вынужден садиться на воду. Его и стрелка подобрала летающая лодка «Дорнье» Do-24 спустя 26 часов.

Согласно немецким документам три Ju-87 из II группы StG1 были потеряны не от огня противника; один разбился из-за неисправности двигателя, у второго кончилось горючее, а третий совершил вынужденную посадку по техническим причинам. Также при штурмовке Ретимо был поврежден Bf-110 унтер-офицера Хайнца Грихтоля из 2/ZG26, пилот был ранен, но смог вернуться на базу.

Ночью 24/25 мая новозеландский 23-й батальон контратаковал и выбил немецких горных стрелков из Галатаса. Но немцы атаковали снова и снова, и после полудня 25 мая новозеландцы опять были отброшены. К тому времени генерал Фрейберг стал испытывать серьезные сомнения относительно возможности удержать Крит. Его войска были лишены поддержки авиации, и при этом непрерывно подвергались налетам противника, их положение становилось безнадежным. Следующим вечером (26 мая) Фрейберг связался с генералом Уэйвеллом, запросив разрешения на эвакуацию бухты Суда, а после нее – Ретимо и Ираклиона. Уэйвелл отказался дать такое разрешение и потребовал продолжать оборону, но в случае если удержать бухту Суда будет невозможно, порекомендовал отступить к Ретимо и держаться там. Также Уэйвелл обещал прислать еще войска и танки (они так и не будут присланы). Фактически же некоторые части защитников уже начали отступление на юг к Сфакии, генерал Уэстон начал первую стадию эвакуации.

Узнав обстановку на Крите, Уинстон Черчилль послал ободряющую телеграмму генералу Фрейбергу, а от Уэйвелла потребовал оказать защитникам Крита всю возможную помощь. Черчилль предложил использовать «Бофайтеры» (хотя их было еще слишком мало), имевшие большую дальность, для поддержки войск на Крите и прикрытия кораблей, и направить в южные порты Крита больше войск. Но главный маршал авиации сэр Чарльз Портал заявил, что с имеющихся немногочисленных «Бофайтеров» перед такой рискованной операцией необходимо сначала снять их секретные радары ASV, а эту работу невозможно завершить до конца мая. Кроме того, у «Бофайтеров» хватит горючего, чтобы действовать над Критом не больше часа, их малая численность не позволит задействовать больше одной эскадрильи (по крайне мере сначала), а нехватка запчастей серьезно затруднит их поддержание в боеспособном состоянии. Эта идея была оставлена. 27 мая Фрейберг снова связался с Уэйвеллом, запрашивая разрешения на эвакуацию, и после согласования с Черчиллем, Уэйвелл наконец дал разрешение.

Британские пленные готовятся к посадке на Ju-52 для эвакуации на материк. На заднем плане слева еще один Ju-52, справа Do-17Z

25 мая участие 204-й авиагруппы RAF в боях над Критом стало более активным. Ночью «Веллингтоны» 37-й эскадрильи снова вылетели бомбить Малеме, хотя цели достигли только два бомбардировщика. На рассвете Малеме атаковали четыре «Мэриленда» из 24-й эскадрильи SAAF, они бомбили и обстреливали аэродром и окружающие его позиции немецких войск. За ними последовали шесть «Бленхеймов» 14-й эскадрильи RAF под командованием комэска Стэплтона, их экипажи, прежде чем сбросить бомбы, видели много горящих Ju-52, подожженных в результате атаки южноафриканцев. Всего в результате этих налетов по британским данным было уничтожено или тяжело повреждено 24 немецких самолета, хотя многие из них, несомненно, были обломками самолетов, уничтоженных ранее. Один «Бленхейм» был легко поврежден осколками зенитного снаряда, его стрелок ранен в ногу.

274-я эскадрилья RAF на базе Джероула получила четыре «Харрикейна» с дополнительными баками. Но пилоты не были ими довольны, потому что эти баки не только уменьшали скорость и маневренность «Харрикейнов», но еще и потребовалось снять бронеспинки и уменьшить боекомплект для компенсации веса дополнительного горючего. Один из пилотов вспоминал:

«Дополнительные баки увеличивали дальность «Харрикейна» до 900 миль по сравнению с нормальной дальностью 600 миль. Баков было два – один слева, другой справа. Сначала расходовалось горючее из левого бака, потом из правого. Из-за неправильной заправки или резких маневров в воздухе в баках могли возникать воздушные пробки, которые выводили из строя всю систему. Если правый бак отказывал над морем, это означало конец».

Тем не менее, эти четыре «Харрикейна» были подготовлены к вылету для сопровождения двух «Бленхеймов» из 45-й эскадрильи, имевших задачу бомбить Малеме. У одного «Харрикейна» при взлете лопнуло хвостовое колесо, и взлет был прерван, но остальные три встретились с одним «Бленхеймом» (другой разбился при взлете). На подходе к Криту эта маленькая группа самолетов попала в густую облачность и разделилась, все, кроме одного «Харрикейна», повернули обратно в Египет. Только пайлот-офицер Гамильтон на «Харрикейне» V7562 продолжил полет к Малеме. Над бухтой Суда Гамильтон заметил немецкий самолет, который идентифицировал как Ju-88 и заявил о его сбитии. Но единственной потерей Люфтваффе в воздухе в тот день был «Мессершмитт» Bf-110 (3U+CP) ефрейтора Хайнца Нагеля из II/ZG26, из-за неисправности двигателя вынужденный сесть на воду в 30 км к западу от Мелоса, экипаж числится пропавшим без вести. Тем временем у «Харрикейна» Гамильтона возникли те самые проблемы с дополнительными баками, и он сел на аэродроме Ираклион, при посадке из-за попадания в воронку было серьезно повреждено шасси.

Следующий удар по аэродрому Малеме выполнили шесть «Бленхеймов» из той же 45-й эскадрильи RAF, они сбросили 20-фунтовые и 40-фунтовые бомбы с высоты 14 000 футов. По заявлениям британских пилотов бомбы упали на скопление немецких транспортных самолетов, вызвав два больших взрыва и три пожара. Экипажи «Бленхеймов» считали, что этим ударом уничтожено около 12 «Юнкерсов» Ju-52. После них Малеме атаковали три «Бленхейма» из 55-й эскадрильи RAF, по сведениям их экипажей зенитный огонь был слабым, и немецких истребителей в воздухе не было. После полудня для бомбового удара по Малеме вылетели три «Бленхейма» из 14-й эскадрильи RAF, но на этот раз над бухтой Суда их встретили «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG77. В течение нескольких минут был сбит «Бленхейм» флайт-лейтенанта Грина (T2065), за ним были сбиты бомбардировщики лейтенанта Форрестера из SAAF (V5510) и сержанта Джейдвина (T2003), все девять человек из их экипажей погибли. Два «Бленхейма» сбил унтер-офицер Рудольф Шмидт из 5-й эскадрильи, третий сбил унтер-офицер Герберт Хорстманн из 6-й эскадрильи. Вероятно, что в этом бою огнем стрелков «Бленхеймов» был поврежден «Мессершмитт» командира II группы гауптмана Гельмута Генца, который упал в море в районе острова Антикитера, Генц погиб. После этого Малеме снова атаковали три «Бленхейма» из 55-й эскадрильи, они избежали перехвата и вернулись невредимыми. Во второй половине дня аэродром должны были атаковать еще четыре «Бленхейма» из 45-й эскадрильи RAF, но три из них вернулись из-за неисправностей. Лейтенант Джонс (из SAAF) атаковал Малеме в одиночку, доложив о близких разрывах своих 20-фунтовых бомб.

Между этими налетами на аэродром Малеме продолжали прибывать транспортные «Юнкерсы» с подкреплениями, обратными рейсами они вывозили раненых. На одном из Ju-52 в тот день на Крит прибыл командующий XI авиакорпусом Люфтваффе генерал-лейтенант Курт Штудент, чтобы лично наблюдать за дальнейшим наступлением своих храбрых солдат.

Последний налет на Малеме в тот день должны были выполнить три южноафриканских «Мэриленда» и два «Харрикейна» из 274-й эскадрильи RAF. Они взлетели в 15:30, у одного «Мэриленда» возникла неисправность двигателя, и он совершил вынужденную посадку в Сиди-Баррани. Остальные два бомбардировщика выполнили задачу, сбросив бомбы и обстреляв аэродром Малеме. На обратном пути «Мэриленд» лейтенанта Форда был поврежден, было заметно, что из одного его двигателя пошел дым. Перелетев через горы, пилот совершил вынужденную посадку на южном берегу Крита в районе Тимбаки. Экипаж не пострадал, но немецкие истребители обстреляли поврежденный бомбардировщик и подожгли его.

Тем временем два «Харрикейна» (W9266 флайт-лейтенанта Дадли Онора и P3469 флайт-лейтенанта Хьюберта Дауна) следовали за «Мэрилендами». Онор вспоминал:

«Когда мы перелетели через горы, в небе оказалось много вражеских самолетов, и я не знал, атаковать ли один из них или продолжать выполнять поставленную задачу – атаковать аэродром. В конце концов, я решил продолжить выполнение задачи. Когда мы приблизились к аэродрому, то заметили, что на посадку заходят два немецких транспортных самолета. На Малеме было очень много самолетов, некоторые из них были опрокинуты, другие обгорели. В этом беспорядке было трудно разобраться, какой самолет на земле стоит атаковать, и я решил атаковать те два, которые заходили на посадку. Вероятно, на их борту было много солдат и оружия. Мы были еще в 2000 ярдов, когда второй из них сел на полосу. Я открыл огонь с этой дистанции и, продолжая стрелять, прошел над аэродромом на высоте около 50 футов. Истребитель Дауна следовал в 300 футов позади меня. Я заметил, как с аэродрома взлетели три 109-х и направились на восток, вероятно, они погнались за «Мэрилендами». Долетев до северной границы аэродрома (все еще на высоте 50 футов), я увидел несколько транспортных самолетов, немецких и итальянских (фактически итальянские транспортные самолеты не участвовали в высадке десанта на Крит), направлявшихся к аэродрому со стороны мыса Спада, они летели на высоте около 1000 футов. У северной границы аэродрома открыли огонь зенитные орудия, небо почернело от разрывов. Я направился прямо на строй транспортников, растянувшийся вдоль полуострова, расстояние между самолетами было около полумили. Бесконечная линия самолетов тянулась далеко над морем. Я набрал высоту, догнал ведущий самолет – это был итальянский S.79 (sic) и выпустил в него очередь в упор. Он сразу же загорелся и стал падать в море. Я догнал следующий – это был Ju-52 и выпустил очередь в него. Я видел, как он перевернулся и упал в воду».

Оба атакованных самолета были, вероятно, Ju-52 из KGrzbV106.

Тем временем «Харрикейн» флайт-лейтенанта Дауна преследовали над морем несколько «Мессершмиттов» Bf-109E из II/JG77, возможно, тех, взлет которых видел Онор. Даун из этого вылета не вернулся. Несколько других Bf-109E погнались за истребителем Онора, вероятно, к ним присоединился как минимум один Bf-110. Онор вспоминал:

«Внезапно мой «Харрикейн» встряхнуло несколько взрывов, и он потерял управление. Сзади-снизу меня атаковал 110-й. Я не видел его до атаки. Сразу же я попытался выполнить маневр уклонения, но очевидно, управление моего истребителя было очень серьезно повреждено, и я мог только пытаться уворачиваться от него. Эта погоня длилась около 15 минут, и все это время мой «Харрикейн» терял высоту, снижаясь ближе и ближе к морю. Я старался держаться как можно ближе к берегу и следил за противником в зеркале. Каждый раз когда я видел, как перед его носом появлялся белый дымок, я резко уворачивался.

Я видел, как снаряды его пушек врезаются в воду почти рядом со мной. Вероятно, у него кончился боекомплект, потому что он в конце концов отвернул. После этого меня атаковал 109-й. Он использовал обычную немецкую тактику, пикируя на меня и снова набирая высоту. Я не мог уклониться от него, но постепенно уводил его к северной части полуострова, подальше от аэродрома. На высоте около 2500 футов была густая облачность, но я уже не мог набрать высоту. Спустя примерно пять минут, очередь попала в мой мотор. Раздался страшный грохот, и кабину заполнила ужасная вонь кордита. В этот момент я был на высоте всего лишь 20 футов над морем. Я не мог набрать высоту, и направил истребитель прямо вперед, чтобы сесть на воду, уменьшил скорость, чтобы не удариться о воду слишком сильно, и сел на поверхность на скорости 120 миль в час. Спустя примерно 15 секунд мой самолет начал тонуть. Фонарь кабины был все еще закрыт и ремни безопасности пристегнуты. Я опустился на глубину около 40 футов, прежде чем понял, что происходит, когда заметил, что вода вокруг из синей становится темно-зеленой.

… Я открыл фонарь, который, к счастью, не заклинило… и повернул ручку спасательного жилета. Я носил немецкий спасательный жилет, который надувался автоматически (снятый со стрелка Ju-87, сбитого в ходе Битвы за Британию, когда Онор служил в 145-й эскадрилье RAF), а наши жилеты надо было надувать ртом. Медленно я стал всплывать на поверхность, заметив, что вода вокруг становится все светлее. Казалось, я всплывал очень долго, и когда оказался на поверхности, заметил 109-й, круживший над морем на высоте около 50 футов. К счастью его пилот не заметил меня, и после пары кругов полетел обратно к Малеме».

После этого боя пилоты II/JG77 заявили о трех сбитых «Харрикейнах», один сбил унтер-офицер Шмидт, ранее сбивший два «Бленхейма» из 14-й эскадрильи RAF, другой – фельдфебель Отто Кёлер из 4-й эскадрильи, и еще один ефрейтор Гюнтер Маршхаузен из 5-й эскадрильи.

Дадли Онор тем временем продолжал плавать в воде:

«Море было очень бурным. Я был где-то в полумиле от скал и, проплыв пару минут, понял, что плыву кверху задом. На мне все еще был парашют… я сбросил его вместе с брюками, мешавшими мне. Я плыл еще около трех часов, пока не оказался в 20 ярдах от скал. Они были около 100 ыутов высотой и очень отвесные. Каждый раз, когда я пытался схватиться за них, меня отбрасывало волной… я ободрал ногти и пальцы о камни… Выбраться на берег было невозможно, и я прекратил попытки и позволил волнам занести меня в маленькую пещеру под скалой. К тому времени уже почти стемнело. Я увидел немецкий гидросамолет, летавший над скалами, очень близко… вероятно, он искал меня. В конце концов меня отнесло волнами в другую пещеру, и, хотя все время волны били меня о камни, я смог вцепиться в сталагмит, и выбрался на маленький выступ».

В тот же день дальше к северу «Мэриленд» флайт-лейтенанта Р. «Батча» Льюиса из 39-й эскадрильи RAF, выполнявший разведывательный вылет, встретил над морем между Критом и Грецией несколько «Юнкерсов» Ju-52/3m (вероятно из KGrzbV60). Экипаж «Мэриленда» заявил об одном сбитом «Юнкерсе» и двух поврежденных. Вероятно, их жертвой стал Ju-52 лейтенанта Ральфа Биллербека, разбившийся в районе Коринфа, пилот и еще три члена экипажа погибли. Также после этого вылета экипаж «Мэриленда» доложил о немецких транспортных самолетах, группами по 10 летевших к Криту со стороны Греции, каждую такую группу сопровождал один «Мессершмитт» Bf-109E или Bf-110.

В Египте 274-я эскадрилья RAF получила еще шесть «Харрикейнов» с дополнительными баками, их перегнали на базу Джероула пилоты только что прибывшей 229-й эскадрильи RAF. На базу Сиди-Ханейш прибыло пополнение для 73-й эскадрильи RAF – шесть «Харрикейнов» (не в тропической модификации) с пилотами из 213-й эскадрильи, предназначенные для «выполнения специальных заданий над Критом».

В полдень того же дня 1-я боевая эскадра вышла из Александрии для действий у Крита. Линкоры «Куин Элизабет» и «Барэм» сопровождал авианосец «Формидебл» и восемь эсминцев. На борту авианосца было 12 «Фулмаров» с экипажами из 803-й и 806-й эскадрилий FAA, некоторые из истребителей были сомнительной исправности, но это было все, что удалось набрать для операции. Также авиагруппа «Формидебла» включала 15 «Альбакоров» и «Суордфишей» из 826/829-й эскадрильи FAA. Первой задачей авиагруппы был налет на Скарпанто на рассвете следующего дня, так как было известно, что эта база активно используется для операций Люфтваффе против Ираклиона и южных портов Крита.

Пока флот ночью направлялся к Додеканезским островам, Скарпанто атаковали два «Веллингтона» из 38-й эскадрильи RAF, но результаты этого налета неясны. Еще восемь «Веллингтонов» из той же 38-й и 37-й эскадрилий RAF бомбили Малеме. В 03:30 с «Формидебла» взлетели шесть «Альбакоров» под командованием лейтенант-коммандера Сонта. Два «Альбакора» были вынуждены вернуться из-за неисправностей, но остальные четыре достигли полной внезапности, обнаружив на аэродроме ряды истребителей CR.42 и пикировщиков Ju-87. Экипажи «Альбакоров» заявили о двух уничтоженных самолетах и нескольких поврежденных. Бомбардировщики сопровождали четыре «Фулмара» из 803-й эскадрильи под командованием лейтенанта Брюэна («Фулмар» N1951 '6A'). Обстрел «Фулмарами» аэродрома был сочтен очень успешным, британские пилоты полагали, что полностью вывели из строя как минимум 12 самолетов противника и еще несколько повредили. По словам Джаспера Годдена, наблюдателя на «Фулмаре» Брюэна: «Мы расстреляли много Ju-87 и CR.42. Очень экономичный способ уничтожать вражеские самолеты». Фактически же пикировщики Ju-87 на аэродроме потерь не понесли, хотя по немецким данным был уничтожен один Ju-88 и еще два повреждены. Также был поврежден один S.81 и шесть CR.42. Один человек из аэродромной команды Люфтваффе был убит. Все самолеты «Формидебла» благополучно вернулись на авианосец.

Ожидались ответные налеты противника, и четыре «Фулмара» были как можно быстрее заправлены, и их боекомплект пополнен. Они взлетели еще с двумя звеньями в 07:10, когда радары кораблей засекли вражеские самолеты. Это были, вероятно, разведчики, попытка их перехвата не удалась, и «Фулмары» вернулись на авианосец для дозаправки. Четыре звена «Фулмаров» снова взлетели в 09:05 и еще раз в 11:48, когда вражеские самолеты стали действовать более агрессивно. Одно звено, которое вел новый командир 806-й эскадрильи лейтенант-коммандер Гарнетт (ведомый – суб-лейтенант Сьюэлл), перехватило два «Хейнкеля» Не-111 из II/KG26, и опытный Сьюэлл быстро сбил «Хейнкель» обер-лейтенанта Оскара Клаппрота (1H+CN), который упал в море. Через несколько минут были замечены два Ju-88 из II/LG1, Гарнетт атаковал один из них и видел попадания. К атаке присоединился Сьюэлл, но в этот момент «Фулмар» Гарнетта был подбит ответным огнем. Его наблюдатель лейтенант Десмонд Винсент-Джонс вспоминал:

«Мы получили попадание в двигатель, и пришлось садиться на воду. Джеки Сьюэлл не оставил нас, он кружил над нами, пока нас не заметили с эсминца «Хируорд». Подбитый «Юнкерс» сел на воду в 200 ярдах от нас – их спасательный плот работал, а наш нет!»

Пилот подбитого «Юнкерса» унтер-офицер Генрих Гайсенхофф и его экипаж также были спасены.

Тем временем другое звено «Фулмаров» из 806-й эскадрильи (лейтенант Макдональд-Холл и суб-лейтенант Хогг) также перехватило два Ju-88 (вероятно, это была та же самая пара, которую атаковали Гарнетт и Сьюэлл). Они атаковали вместе и доложили, что первый бомбардировщик - вероятно, это был «Юнкерс» обер-лейтенанта Вольфганга Майсснера (L1+QV) – сразу же вспыхнул на высоте около 7000 футов, и второй вскоре был тоже сбит и упал в воду. Выживших с обоих «Юнкерсов» замечено не было, но так как по данным LG1 было потеряно только два Ju-88, вероятно, второй сбитый был «Юнкерс» унтер-офицера Гайсенхоффа.

«Зеленое звено» 803-й эскадрильи (лейтенант Брюэн и суб-лейтенант Ричардс) атаковало еще один Ju-88. «Фулмар» Ричардса (N1951) получил попадание в систему охлаждения. Двигатель стал давать перебои, и Ричардс с трудом дотянул до авианосца и совершил аварийную посадку. Его наблюдатель рядовой Меллинг вспоминал:

«Авианосец был все еще развернут против ветра. К счастью мы зацепились за аэрофинишер, хотя истребитель почти наполовину перевалился через борт, но мы смогли выбраться на полетную палубу».

Всего до полудня истребители «Формидебла» выполнили 23 вылета и участвовали в 20 воздушных боях, в ходе которых было заявлено о четырех сбитых немецких самолетах и одном поврежденном.

Но вскоре после полудня удача отвернулась от 1-й боевой эскадры. В 13:10, когда эскадра находилась в 150 милях от пролива Касо, была замечена группа пикировщиков Ju-87, приближавшихся со стороны африканского побережья. Это были «Штуки» из II/StG 2, базировавшейся в Ливии. Четыре месяца назад эти пикировщики успешно атаковали авианосец «Илластриес» у Мальты. Они не принимали участия в операциях над Критом, и сейчас охотились за транспортами, снабжавшими осажденный Тобрук. Лишь по чистой случайности 5-я эскадрилья под командованием обер-лейтенанта Бернхарда Хаместера заметила «Формидебл» и немедленно атаковала. Вскоре за ней последовала 4-я эскадрилья той же группы (обер-лейтенант Эберхард Якоб) и 6-я (обер-лейтенант Фриц Айер). «Формидебл» получил два прямых попадания в полетную палубу – в носовой и кормовой части, а также несколько близких разрывов, от одного из которых образовалась подводная пробоина в правом борту. Начался пожар, 12 человек из экипажа авианосца было убито и 10 ранено – относительно небольшие потери, учитывая очень тяжелые повреждения корабля.

Два «Фулмара», которые пилотировали бывшие пилоты 805-й эскадрильи суб-лейтенанты Сайкс и Синклер (наблюдатели – рядовые Де Фриас и Нортфилд), только что сели на авианосец, когда начался налет. Летчики в этот момент вошли в столовую, жалуясь, что не успели к ланчу. Фредди Де Фриас вспоминал:

«Бомба пробила полетную палубу ближе к корме от нашей столовой и взорвалась. Мы были оглушены взрывом, но не ранены. Даже столовая почти не пострадала, только палуба вспучилась от взрыва, и рассыпалось содержимое шкафов. Мы пришли в себя и выбрались из столовой. Аварийная команда заливала из шлангов пожар в пробоине от бомбы. Можно сказать, что мы спаслись чудом, потому что если бы бомба взорвалась на секунду раньше, она разнесла бы столовую. А так она взорвалась (насколько я помню) почти на уровне ватерлинии в самой корме, вот почему убитых было немного».

Когда было замечено приближение «Штук», в воздух срочно были подняты два других «Фулмара», но они не успели набрать высоту, чтобы помешать бомбить, и смогли атаковать пикировщики, только когда те уже уходили. Каждый из пилотов «Фулмаров» (лейтенант Месси и суб-лейтенант Вуд) заявил об одном сбитом Ju-87 и еще о двух поврежденных. Фактически был потерян только один Ju-87 из 5-й эскадрильи, его стрелок был ранен. «Фулмар» лейтенанта Месси был поврежден ответным огнем, его наблюдатель рядовой Колин Хирншоу ранен четырьмя пулями в одну ногу. Несмотря на повреждения авианосца, оба «Фулмара» смогли сесть на полетную палубу и раненому Хирншоу вовремя успели оказать помощь.

Из британских кораблей пострадал не только «Формидебл». Сопровождавший 1-ю боевую эскадру эсминец «Нубиэн» получил попадание, его кормовые орудия были выведены из строя, 15 человек из экипажа было убито и 6 тяжело ранено. Когда начался налет, с авианосца было срочно запрошено истребительное прикрытие. Сначала прибыл только один «Бленхейм» Mk IVF из 45-й эскадрильи RAF с базы Фука, он патрулировал над эскадрой около 10 минут. Потом прибыли три «Харрикейна» из 1-й эскадрильи SAAF с базы Сиди-Баррани, сначала их приняли за противника и открыли зенитный огонь. Их сменили еще три «Харрикейна» из 274-й эскадрильи RAF с базы Джероула, потом еще три из 73-й эскадрильи с базы Сиди-Ханейш. Час спустя им на смену прибыли еще три «Харрикейна» из той же 73-й эскадрильи, они атаковали разведывательный Ju-88, комэск Уикхэм-Бернс добился попаданий, но в этот момент у него возникла неисправность прицела, и немецкий разведчик смог уйти.

В 18:00 коммандер Аткинсон решил, что повреждения полетной палубы достаточно исправлены, чтобы можно было снова поднимать в воздух «Фулмары», хотя катапульта была выведена из строя. Два «Фулмара» смогли взлететь на патрулирование, подпрыгивая на поврежденной вспученной палубе. Спустя 25 минут взлетели еще два. Больше налетов противника не было, и когда спустя два часа «Фулмары» лейтенанта Брюэна и суб-лейтенанта Ричардса вернулись на авианосец, это был последний боевой вылет авиагруппы «Формидебла» в восточном Средиземноморье. На следующий день «Формидебл» прибыл в Александрию и через два месяца направился через Суэцкий канал для ремонта в метрополию. Лишь через много месяцев британские авианосцы снова появятся в водах у Крита.

В то время как 1-я боевая эскадра подвергалась ударам Люфтваффе, десантный транспорт «Гленрой» направлялся в бухту Суда, чтобы доставить защитникам Крита подкрепления – 900 солдат 2-го батальона полка королевских стрелков. Из-за усилившейся угрозы авианалетов «Гленрой» получил приказ возвращаться в Александрию, потом вышел в море снова. На этот раз пунктом назначения был порт Тимбаки на южном берегу Крита. В 18:20, уже подойдя к Криту, «Гленрой» подвергся сильному налету пикировщиков. Сопровождавшие транспорт два эсминца и крейсер ПВО «Ковентри» открыли сильный зенитный огонь, их зенитчики заявили об одном сбитом пикировщике и одном поврежденном. Попаданий бомб в корабли не было, но «Гленрой» был поврежден несколькими близкими разрывами, которые пробили обшивку и повредили три лихтера типа «В», 11 человек на борту транспорты были ранены. В 21:00 конвой атаковали торпедоносцы, и хотя все торпеды прошли мимо, было принято решение прервать операцию, потому что слишком много времени было потеряно, и высаживать солдат в светлое время суток было бы слишком опасно. «Гленрой» с сопровождавшими его кораблями снова вернулся в Александрию.

26 мая самолеты 204-й авиагруппы RAF снова активно действовали над Критом. Первый налет выполнили шесть «Мэрилендов» из 24-й эскадрильи SAAF. Четыре из них должны были бомбить и обстрелять аэродром Малеме, а еще два – сбросить медикаменты и боеприпасы гарнизону Ретимо. Из четырех бомбардировщиков, атаковавших Малеме, три получили повреждения от зенитного огня, но все смогли вернуться на базу. Два «Мэриленда» со снабжением для защитников Ретимо встретились с немецкими истребителями. Один из этих «Мэрилендов» был с экипажем из добровольцев «Свободной Франции» (пилот Жорж Гумен). По плану они должны были подойти к Ретимо над морем на предельно малой высоте, потом, когда до цели оставалось около 10 миль, набрать высоту до 2000 футов, и, спикировав к морю, на большой скорости оторваться от патрулировавших немецких истребителей. Эту задачу удалось выполнить. Капитан К. Джонс (из SAAF), пилот ведущего «Мэриленда», вспоминал:

«Немецкие истребители вились над нами, словно разозленные пчелы. Уже пролетев половину острова, мы увидели, что они добрались до «Мэриленда» французов. Жаль, мы ничем не могли помочь».

Бомбардировщик-разведчик «Мартин Мэриленд» Mk I

Очевидно, Гумен, сбросив медикаменты и боеприпасы защитникам Ретимо, решил обстрелять аэродром Малеме. Один из его экипажа – стрелок-радист Альбер Марто – вспоминал:

«Мы видели по пути Канию и вскоре оказались над Малеме. Пилот открыл огонь по стоявшим на аэродроме Ju-52, потом и я стал стрелять из своих двух пулеметов. Сразу же на нас обрушился ответный огонь. Стреляли отовсюду – сверху, снизу, справа, слева. Сержант Лефевр, второй стрелок, потом сказал, что нас атаковал немецкий истребитель (это был «Мессершмитт» Bf-109E лейтенанта Эмиля Омерта из III/JG 77, самолет Гумена оказался его третьим сбитым «Мэрилендом»). Наш самолет резко скользнул на крыло. Я свалился с сиденья, и Лефевр выпал из своей башни, ударив коленями меня в спину. При падении он оборвал кабель внутренней связи. Наступила полная тишина, мы запутались в наших парашютных лямках. Самолет продолжал лететь, но сквозь пробоины я видел, что земля быстро приближается. Я приготовился к удару, и… ничего. Оказалось, что при ударе о землю стволы моих пулеметов повернулись, и прицелом меня ударило по голове. Когда я пришел в себя, оказалось, что самолет лежит на брюхе во рву. Моторы горели, и от жара я скорее пришел в сознание. Выбраться из нижнего люка было невозможно, и я снял парашют, а Лефевр стал открывать люк у своей башни. Я помог ему выбраться, но как только мы вылезли из самолета, появился патруль австрийских горных стрелков, и они взяли нас в плен. Я пытался показать жестами, что в горящем самолете нас было четверо».

Капитан Джеймс Рузвельт, сын президента США, обсуждает бомбардировщик «Мартин Мэриленд» с бортстрелком Альбером Марто (слева), одним из нескольких добровольцев «Свободной Франции», служивших в 24-й эскадрилье SAAF

Гумен к тому времени был уже мертв, ему в грудь попала пуля. Наблюдатель лейтенант Пьер Курко не успел перехватить управление, он был тяжело ранен, но выжил и попал в плен, как и двое стрелков.

На базе Джероула в 274-й эскадрилье RAF также служили несколько французских добровольцев, они бежали в Египет из Сирии, когда Франция капитулировала. Сначала из них сформировали 2-е звено «Свободной Франции» под командованием флайт-лейтенанта Поля Жакье. 1-е звено «Свободной Франции» было сформировано примерно тогда же в Англии из французских пилотов, бежавших из вишистской Франции и Алжира. Они сначала летали на тех самолетах, на которых перелетели в Египет – «Моран» MS.406 и «Потэ-63», потом их перевооружили на «Харрикейны» и включили в состав 274-й эскадрильи RAF. До сих пор они не участвовали в боевых действиях, но теперь им предстояло пролить кровь – в прямом смысле.

Шесть «Харрикейнов» с дополнительными баками вылетели на охоту за немецкими транспортными самолетами, доставлявшими немцам подкрепления на базу Малеме. В 13:10 вылетели первые три «Харрикейна» с интервалом 15 минут, за ними в 14:15 последовали еще три. Первым к Малеме прибыл «Харрикейн» Z4511 новозеландца пайлот-офицера Оуэна Трейси, ветерана Битвы за Британию с тремя победами. Трейси быстро сбил один Ju-52, но после ему на хвост сел «Мессершмитт» Bf-109E, и Трейси пришлось резко пикировать к скалам, его «Харрикейн» получил несколько попаданий в фюзеляж, топливные баки и винт. Достигнув уровня моря, Трейси резко вышел из пикирования в последний момент, предполагая, что преследовавший его «Мессершмитт» не успеет выйти из пикирования и врежется в воду. Трейси смог привести свой поврежденный истребитель на базу в Сиди-Баррани и заявил об уничтожении и Ju-52 и Bf-109E.

Пока Трейси вел бой, к Малеме прибыл второй «Харрикейн» - Z4312 сержанта Джорджа Керра. Он тоже сразу атаковал транспортный «Юнкерс» (и позже заявил о его сбитии). Как и в случае с Трейси, его атаковал «Мессершмитт», но уйти Керру не удалось – его «Харрикейн» был сбит и упал в море. Керр остался жив и смог выбраться на берег. На следующий день он случайно встретился со своим командиром звена, флайт-лейтенантом Дадли Онором. Фактически Онор наблюдал бой, в котором Керр сбил Ju-52. Вероятно, что немецкие пилоты, участвовавшие в этом бою, были гауптман Герберт Илефельд и его ведомый лейтенант Фриц Гайссхардт, каждому из них было в тот день засчитано по сбитому «Харрикейну» над Критом. У Илефельда это была уже 36-я победа в войне, у Гайссхардта – 19-я.

Следующий «Харрикейн» (Z4250), который пилотировал француз флайт-сержант Марсель Лебуа, сумел избежать встречи с «Мессершмиттами» и атаковал транспортные «Юнкерсы», один из которых сбил. В 18:00 Лебуа благополучно вернулся на базу Джероула, где ожидал новостей о двух своих соотечественниках, также вылетевших на патрулирование к Малеме. При приближении к острову три «Харрикейна» разделились и вели охоту на немецкие самолеты самостоятельно. Флайт-лейтенант Жакье вскоре заметил один Ju-52, приближавшийся к Малеме. Позже Жакье вспоминал:

«Я летел примерно на высоте 10 000 футов и находился где-то в 20 км к северу от Малеме, когда заметил одиночный Ju-52, летевший очень низко (на высоте около 100 м) и направлявшийся к Криту. Я атаковал его сзади, сделал один заход, набрал высоту, развернулся для второго захода, и увидел, что «Юнкерс» упал в море. Спустя несколько минут я заметил еще один Ju-52 на такой же высоте. И снова я атаковал его, зайдя в хвост. Он тоже упал в море. В обоих случаях стрелки «Юнкерсов» отвечали огнем только в последний момент. Я набрал высоту и полетел к аэродрому Малеме, чтобы обстрелять его. Когда я атаковал аэродром, пять «Мессершмиттов» Bf-109E и два Bf-110 кружили на высоте около 1000 м на небольшой скорости с выпущенными шасси – очевидно, для идентификации немецкими зенитчиками. Я спикировал на большой скорости с высоты 3000 м с запада на восток (солнце сзади) и обстрелял стоявший Ju-52, который взорвался. Выйдя из пикирования, я пролетел на высоте лишь нескольких метров над землей. Над восточным краем аэродрома я получил попадание в двигатель – он заглох, и горючее полилось в кабину. Используя набранную скорость, я долетел до пляжа между Малеме и Канией и сел «на брюхо» прямо на немецких передовых позициях. Сразу же меня взяли в плен. Со мной обращались хорошо, в соответствии с Женевской конвенцией. Я носил знаки различия RAF и на первом допросе в Малеме сказал, что я франко-канадец. Немного позже в лагере военнопленных я встретился с лейтенантом Курко и двумя другими французами (Марто и Лефевр) из экипажа сбитого «Мэриленда». Я решил, что должен разделить судьбу своих соотечественников, и поэтому на втором допросе в Афинах, признался, что я француз».

Из второй тройки «Харрикейнов» на базу вернулся только флайн-офицер Антуан Перрон (тоже француз), он посадил свой «Харрикейн» Z4538 на базе Джероула в 19:15. Во время своего пятичасового боевого вылета он также встретил один Ju-52 и заявил о его сбитии. Третий пилот, сержант Колин Гловер погиб – его «Харрикейн» Z4606 был сбит и упал в море. Его сбил «Мессершмитт» Bf-109E обер-лейтенанта Вальтера Хёкнера из 6/JG77. Смог ли Гловер перед своей гибелью сбить какой-либо немецкий самолет, в точности неизвестно. Всего пилоты «Харрикейнов» 274-й эскадрильи заявили о шести сбитых Ju-52. Фактически же документы Люфтваффе признают потерю четырех транспортных «Юнкерсов» - трех из I/KGrzbV172 и одного из KGrzbV105. Еще два Ju-52 были повреждены и совершили аварийные посадки в Малеме.

В сумерках удар по аэродрому Малеме должны были выполнить шесть «Бленхеймов» (по три из 45-й и 55-й эскадрилий RAF). Перед взлетом «Бленхеймов» в 17:00 на штурмовку аэродрома были направлены еще два «Харрикейна» из 274-й эскадрильи, их пилотировали сержант Николсон и уорент-офицер Шарль Кудрэ (еще один из французских добровольцев). Оба «Харрикейна» выполнили задачу и благополучно вернулись. Но когда к цели прибыли «Бленхеймы», немцы уже ждали их. Три бомбардировщика 55-й эскадрильи смогли избежать перехвата, но «Бленхеймы» из 45-й эскадрильи были атакованы «Мессершмиттами» Bf-109E из 6/JG77 под командованием обер-лейтенанта Хёкнера. Сначала Хёкнер атаковал «Бленхейм» T2339 сержанта Н. Томаса и сбил его, весь экипаж бомбардировщика погиб. После этого Хёкнер атаковал ведущий «Бленхейм» T2350 флайн-офицера Т. Черчера и нанес ему тяжелые повреждения. Экипаж «Бленхейма» был вынужден покинуть самолет, Черчер и его наблюдатель пайлот-офицер Р. Мэй сразу же были взяты в плен. Стрелок сержант Лэнгриш смог избежать плена и блуждал по острову два дня, пока не вышел на южный берег, где его подобрал эсминец. Третий «Бленхейм» V5592 пайлот-офицера Робинсона избежал перехвата и благополучно пересек море, но при полете над пустыней у него кончилось горючее, и Робинсон приказал экипажу покинуть машину. Все трое выпрыгнули на парашютах, но наблюдатель сержант Лонгстафф позже заблудился в пустыне и пропал без вести. Робинсон и его стрелок сержант Кросби шли по пустыне четыре дня и пять ночей без воды и пищи, прежде чем их обнаружили и спасли.

Тем временем на Крите группа личного состава 33-й эскадрильи RAF под командованием флайт-лейтенанта Вудворда после долгого и опасного пути добралась до бухты Суда. Вудворд вспоминал:

«Однажды нам пришлось ползти по новозеландскому минному полю в виноградниках, к большому удивлению новозеландских солдат, наблюдавших за нами в бинокли».

Вудворду сообщили, что этим же вечером его эвакуируют на «Сандерленде» и приказали ждать. Но в последний момент его назначили командовать группой ходячих раненых и отвести их к месту погрузки на австралийский эсминец «Низам» в бухте Суда. На нем, а также на эсминце «Хиро» и минном заградителе «Эбдиел» были эвакуированы 930 раненых и других людей, в том числе моряки с многочисленных потопленных торговых судов и флотский личный состав, в том числе группа пилотов и техников 805-й эскадрильи FAA под командованием лейтенанта Рамсэя. Ранее с «Эбдиела» высадились оставшиеся коммандос подразделения «Лэйфорс», которые не могли высадиться два дня назад, а два эсминца доставили защитникам Крита 150 т продовольствия и боеприпасов.

С отбытием флайт-лейтенанта Вудворда командованием личным составом 33-й эскадрильи принял флайт-лейтенант Митчелл. Теперь в его группе, насчитывавшей первоначально 102 человека, остался только 41, им было приказано следовать в Сфакию, для их перевозки предоставлены два грузовика. Перед их отправлением над этим районом пролетел «Дорнье» Do-17, сбросивший листовки на английском и греческом языках, в которых угрожалось репрессиями всем, кто будет признан виновным в плохом обращении с немецкими пленными. В Сфакии, куда направлялась уцелевшие из 33-й эскадрильи, уже ждали эвакуации 50 человек из 30-й эскадрильи RAF, их также осталось меньше половины от первоначальной численности.

Три корабля с ранеными покинули бухту Суда ночью и встретились с Соединением «А». Спустя три часа конвой атаковали около 20 «Юнкерсов» Ju-88 из II/LG1 и «Хейнкелей» Не-111 из II/KG 26. Линкор «Барэм» получил попадание в башню и повреждения от близких разрывов, его льяла были затоплены. От попадания в башню начался пожар, для тушения которого потребовалось два часа. Соединению «А» было приказано возвращаться в Александрию для избежания дальнейших потерь. При отражении налета расчеты зенитных орудий кораблей заявили о двух сбитых бомбардировщиках и еще одном поврежденном.

Было принято решение отвести в Александрию остававшиеся у Крита патрульные траулеры, иначе авиация противника наверняка уничтожила бы их. Южноафриканские траулеры «Сиверн» и «Кос-22» вошли в бухту Суда, чтобы укрыться там до наступления сумерек, а потом под прикрытием темноты следовать в Александрию. Но в 20:00 вечером 27 мая перед самым закатом их внезапно атаковали пикировщики Ju-87. Оба траулера получили попадания и загорелись, уцелевшие члены экипажей были вынуждены покинуть их и выбраться на берег. Третий траулер «Кос-21», пытавшийся дойти до Александрии, рано утром был атакован к югу от Крита бомбардировщиками Ju-88. Бомбы в траулер не попали, но пулеметным огнем были убиты два человека из экипажа. В 08:30 «Кос-21» атаковали четыре «Хейнкеля» Не-111 с малой высоты, были убиты еще два человека из команды. Четыре часа спустя атаковали еще два Не-111, от близких разрывов траулер получил новые повреждения, но все же он уцелел и через два дня прибыл в Александрию. Лихтер А16, один из последних уцелевших лихтеров типа А, выполнял важную работу по перевозке людей и грузов в бухте Суда и пережил 37 авианалетов. Теперь его было приказано затопить, а его экипаж эвакуировать на одном из эсминцев.

К тому времени (27 мая) на Крит высадилось около 27 000 солдат Оси, в том числе 4000 итальянцев. Немцы даже смогли доставить на Крит два танка на буксируемой открытой барже. Немецкое командование было теперь настолько же уверено в победе, насколько Уэйвелл не сомневался в своем поражении. Рано утром 27 мая Уэйвелл сообщил премьер-министру, что оборонять Крит более невозможно, и войска необходимо эвакуировать. В связи с полным господством противника в воздухе доставлять подкрепления на остров не было возможности. Начальники штабов были вынуждены с этим согласиться. Вина за потерю Крита в основном была возложена на RAF, но основной причиной было отсутствие хорошо защищенных и оборудованных авиабаз и численное превосходство Люфтваффе, а также решительное (хотя и дорого стоившее немцам) использование ими воздушно-десантных войск.

Район Ираклиона постоянно подвергался налетам. 27 мая первыми атаковали шесть «Дорнье» Do-17 из III/KG2. Уцелевшие расчеты «Бофорсов», еще продолжавшие оказывать сопротивление, смогли сбить один бомбардировщик – «Дорнье» U5+ET лейтенанта Рудольфа Хаберланда, разбившийся около Кании. После этого Ираклион тремя волнами атаковали 37 «Юнкерсов» Ju-88, бомбившие город и аэродром.

Среди тех, кто был захвачен в плен в первые дни высадки немцев, был пайлот-офицер Невилл Боукер из 112-й эскадрильи RAF. 27 мая он смог сбежать из плена, просто выйдя из немецкого полевого госпиталя, и присоединился к группе британских солдат. Следующей ночью ему удалось попасть в число эвакуируемых из Ираклиона.

Несмотря на подготовку к эвакуации войск с Крита, коммодор авиации Коллишоу считал, что силы 204-й авиагруппы должны продолжать делать все возможное, чтобы задержать продвижение немцев. Но в следующие 24 часа британская авиация понесла большие потери. Ночью 26/27 мая шесть «Веллингтонов» из 148-й эскадрильи RAF бомбили Малеме, экипажи видели на аэродроме большой пожар и взрывы. В 03:00 на базе Фука к взлету стали готовиться три «Бленхейма» из 45-й эскадрильи, чтобы также атаковать Малеме. Но ведущий «Бленхейм» Z5896 разбился при взлете и загорелся, его пилот флайн-офицер Пиннингтон и наблюдатель погибли, стрелок получил сильные ожоги и умер спустя три недели. Налет, в ходе которого на аэродром Малеме должны были быть сброшены легкие бомбы и шипы, был отменен.

Рано утром 27 мая два «Мэриленда» из 39-й эскадрильи RAF выполняли разведывательный полет вдоль побережья Крита, «Харрикейн» флайн-офицера Пирса (бывшего пилота 30-й эскадрильи) из 2-й отряда фоторазведки провел разведку над Родосом. В Египте к новому налету на Малеме готовились «Бленхеймы» 14-й и 55-й эскадрилий RAF. Три бомбардировщика 14-й эскадрильи готовились к вылету с посадочной площадки Кутайфия (в семи милях к юго-западу от Эль-Дабы), а шесть «Бленхеймов» 55-й эскадрильи – с базы Маатан Багуш.

После 14:30, когда с базы Маатан Багуш взлетела первая пара «Бленхеймов», вскоре после взлета они столкнулись в воздухе. Флайн-офицер Харрис смог посадить «на брюхо» свой «Бленхейм» T2051 без потерь, но бомбардировщик сержанта Мартина перевернулся, весь экипаж погиб. Остальные четыре «Бленхейма» взлетели и успешно бомбили Малеме, их экипажи считали, что несколько «Юнкерсов» Ju-52, из более чем сотни стоявших на аэродроме, были уничтожены. В быстро наступавших сумерках при возвращении «Бленхеймы» разделились, и только два бомбардировщика сели на своей базе. Остальные два заблудились над пустыней и разбились. Обломки «Бленхейма» T2175 сержанта Чисмена и трупы экипажа были позже найдены «Лайсендером» из 6-й эскадрильи RAF. Пилот другого «Бленхейма» сержант Бейл, когда кончилось горючее, приказал экипажу покинуть машину. Все трое членов экипажа смогли вернуться на базу через два дня.

У звена 14-й эскадрильи дела шли не лучше. Один «Бленхейм» вскоре был вынужден вернуться из-за неисправности двигателя. Остальные два, имевшие задачу бомбить сосредоточение немецких войск между Малеме и бухтой Суда, не смогли найти свою цель, и вместо этого бомбили аэродром. При возвращении в темноте они заблудились и разбились в пустыне. «Бленхейм» Z5593 упал в 30 милях к юго-западу от Мерса-Матрух. Его пилот флайн-офицер Жан Ле Кавалье (франко-канадец) погиб, остальные два члена экипажа выпрыгнули на парашютах, но живым нашли только стрелка. Другой «Бленхейм» (T2338) с новозеландским экипажем разбился в 60 милях к югу от Эль-Дабы, экипаж выпрыгнул на парашютах. Понадобилось три дня воздушных поисков, чтобы найти обломки, и еще три дня, прежде чем удалось найти наблюдателя сержанта Фирна и стрелка сержанта МакКоннела. Пилот флайн-офицер МакКензи пропал без вести.

Удары «Бленхеймов» по аэродрому Малеме не нанесли немцам значительных потерь. При этом из девяти участвовавших бомбардировщиков шесть было потеряно (даже не в результате действий противника) и девять человек из их экипажей погибли. 204-я авиагруппа не могла позволить себе такие потери.

Последние боевые вылеты в этот день были предприняты в 15:30, когда два «Харрикейна» из 274-й эскадрильи и один «Бленхейм» Mk IVF из 45-й эскадрильи вылетели на перехват немецких транспортных самолетов, продолжавших прибывать на аэродром Малеме. Когда эти три истребителя направлялись к южному побережью Крита, они встретили шесть «Юнкерсов» Ju-88 из II/LG1 и атаковали их. Пилот «Бленхейма» южноафриканец лейтенант Д. Торн атаковал с левого борта один из низко летящих «Юнкерсов» и заявил, что нанес ему значительные повреждения, и что этот «Юнкерс» вероятно был сбит, хотя экипаж «Бленхейма» не видел его падения. Оба пилота «Харрикейнов» - флайн-офицер Уэллер (Z4250) и сержант Николсон (Z4536) – также вступили в бой, каждый заявил о вероятно сбитом бомбардировщике. Экипаж «Бленхейма» подтвердил, что видел, как один «Юнкерс» горел, а два других упали в море. Фактически был сбит только один Ju-88 лейтенанта Георга Фрайзольдта (L1+EW), весь его экипаж погиб. Вероятно, все три истребителя атаковали один и тот же «Юнкерс». После боя «Харрикейны» отделились от «Бленхейма» и начали патрулирование, но транспортных самолетов противника не обнаружили. Оба «Харрикейна» сели в Ираклионе и на следующий день вернулись в Египет. «Бленхейм» также не встретил противника и вернулся на базу.

С наступлением темноты два «Веллингтона» из 37-й эскадрильи вылетели снова бомбить Малеме, также они сбросили бомбы на пляж, где было замечено много немецких транспортных самолетов, после сброса бомб экипажи видели шесть пожаров. Фактически в результате этого налета был уничтожен один Ju-52 из KGrzbV106 и один Bf-109E из III/JG77. Еще два «Веллингтона» бомбили Канию, а семь «Веллингтонов» из 148-й эскадрильи атаковали Скарпанто, где был поврежден еще один Bf-109E из III/JG77. По данным Люфтваффе к тому времени было потеряно три «Мессершмитта» из базировавшихся на Скарпанто, или от зенитного огня, или в воздушном бою, но более подробных сведений нет, и потерь пилотов также не упоминается.

После потерь, понесенных 27 мая, самолеты 204-й авиагруппы RAF выполнили мало вылетов, только два «Бленхейма» из 55-й эскадрильи атаковали Малеме, оба благополучно вернулись. С наступлением вечера с базы Фука взлетели два южноафриканских «Мэриленда» для прикрытия возвращавшихся кораблей, и также не встретили противника. Два «Бленхейма» из 45-й эскадрильи в сопровождении двух «Харрикейнов» из 274-й выполняли патрулирование, но и они противника не обнаружили. На базе Джероула 274-я эскадрильи RAF была пополнена пятью пилотами из 73-й эскадрильи для действий над Критом. На базу Абу-Суэйр прибыли с Мальты еще три «Бофайтера», два из них были из 272-й эскадрильи, причем один из них пилотировал ее командир комэск Флетчер. Третий «Бофайтер» пилотировал флайт-лейтенант Билл Райли из 252-й эскадрильи RAF. Он недавно вернулся из госпиталя после того, как над Мальтой его «Бофайтер» был по ошибке сбит «Харрикейном». Райли был очень опытным пилотом, он летал на «Гладиаторах» в Норвежской кампании и на «Харрикейнах» в Битве за Британию, имел на счету четыре личных победы и две в группе.

На базе Ираклион утром 28 мая события приближались к развязке. Около 10:00 база снова подверглась сильном налету бомбардировщиков «Дорнье» Do-17 из KG2 и «Мессершмиттов» Bf-110 из II/ZG26 и II/ZG76. Один Bf-110 из последней группы был поврежден огнем «Бофорса» и разбился при посадке. Вскоре после этого налета к Ираклиону на малой высоте подошли около 50 «Юнкерсов» Ju-52 и сбросили 900 парашютистов в двух-трех милях к востоку от аэродрома и недалеко от радиостанции в Гуине, их задачей было помочь остаткам 1-го парашютного полка взять город. Было видно, что один транспортный «Юнкерс» сел на возвышенности в трех милях к северу от аэродрома, откуда он позже взлетел снова. Но четыре Ju-52 из 1/LLG1 и три из KGrzbV172 были тяжело повреждены при посадке в Малеме, один «Юнкерс» из KGrzbV40 был полностью разбит; девятый Ju-52 из KGrzbV2 разбился при возвращении в Тополию и также был полностью уничтожен.

Около 16:30 долина, где располагался штаб бригады и RAF на Крите, подверглась сильному налету пикировщиков, продолжавшемуся около полутора часов. В тот же день на восточной оконечности острова высадился с моря небольшой контингент итальянских войск, они начали наступление на Ираклион, но прибыли слишком поздно, чтобы повлиять на ход боя. Немецким парашютистам также не пришлось вступать в бой с защитниками Ираклиона, потому что той же ночью гарнизон был эвакуирован.

Планы эвакуации уже начали осуществляться, они включали несколько фаз. На северном побережья войска из района Ираклиона должны были эвакуироваться из имевшегося там порта, а войска из Ретимо должны были грузиться на корабли в бухте Плака. В районе Ираклиона некоторое число защитников было отрезано противником к югу от города, и они не могли пробиться к порту Ираклиона. Таким образом, им предстояло следовать к порту Тимбаки. Основные силы защитников, обороняющие район Малеме – бухта Суда, было возможно эвакуировать только с южного берега, а для этого войска должны были отступать через горы к Сфакии. Эвакуация во всех пунктах должна была проводиться ночью, обычно между полуночью и 03:00, что позволяло кораблям уйти достаточно далеко на юг, прежде чем с наступлением дневного света должны были начаться налеты Люфтваффе. Отступление к Сфакии и другим южным портам должен был прикрывать арьергард под командованием генерал-майора Уэстона. Эти войска должны были медленно отступать с боями из района бухты Суда к южному берегу.

Рано утром 28 мая из Александрии вышло Соединение «В» под командованием адмирала Роулингса (крейсеры «Орион», «Дайдо», «Аякс» и шесть эсминцев), чтобы приступить к эвакуации войск из района Ираклиона. По пути ему пришлось выдержать десять налетов немецкой и итальянской авиации. В 19:20 в 90 милях от Скарпанто эсминец «Империал» был поврежден близкими разрывами, спустя 90 минут крейсер «Аякс» был поврежден, получив пробоину, 20 человек из его экипажа были тяжело ранены. Ему было приказано возвращаться в Александрию. Экипажи бомбардировщиков S.84 из 41-й бомбардировочной группы заявили о попаданиях в оба корабля, но в налете также участвовали Ju-87 с базы Скарпанто и Do-17.

Остальные корабли Соединения «В» прибыли в Ираклион в 23:30, и началась эвакуация. Людей грузили на крейсеры и эсминцы до 02:55, когда последние солдаты из арьергарда погрузились на борт эсминца «Кимберли». Всего было эвакуировано более 4000 чел. прямо из-под носа окружавших Ираклион немецких парашютистов и без помех со стороны Люфваффе. Не удалось эвакуировать только больных и раненых из госпиталя в Кноссосе, этот район был отрезан парашютистами. Из персонала RAF, остававшегося на аэродроме, также многие не смогли добраться до кораблей, из 140 чел. было эвакуировано только 64. Также из 37 чел. личного состава RAF на станции РЛС 220 AMES смогли уйти только 23, и лишь немногим из оставшихся удалось добраться до порта Тимбаки.

Среди попавших в плен был комэск Трамбл, комендант базы Ираклион, и флайн-офицер Валахос из его штаба. Флайт-лейтенант Фрай, раненый командир 112-й эскадрильи, и флайн-офицеры Хаттон и Гарсайд также попали в плен. Вместе с ними «в мешке» оказался пайлот-офицер Гамильтон, пилот «Харрикейна» из 274-й эскадрильи, совершившего вынужденную посадку в Ираклионе 25 мая, и экипаж «Веллинтона» сержанта Фолкнера из 37-й эскадрильи. Еще два пилота 112-й эскадрильи, флайн-офицер Беннет и пайлот-офицер Бартли, смогли добраться до южного берега, но об их приключениях будет рассказано позже.

Когда Соединение «В» покидало Ираклион, у поврежденного эсминца «Империал» внезапно произошла поломка рулевого управления. Адмирал Роулингс направил ему на помощь эсминец «Хотспер», но состояние «Империала» было признано безнадежным, и адмирал отдал приказ перевести экипаж и эвакуированных на «Хотспер», а «Империал» затопить. В результате, когда в 06:00 появились первые Ju-87 с базы Скарпанто, «Хотспер» отстал от главных сил соединения. Но командир эсминца так искусно маневрировал, что попаданий бомб удалось избежать, и пикировщики вскоре переключили свое внимание на основные силы Соединения «В». Около 06:25 они добились попадания в эсминец «Хируорд», бомба попала перед передней трубой.

На борту эсминца в это время находилось 450 эвакуированных солдат. Скорость «Хируорда» значительно снизилась, и он повернул к побережью Крита, до которого было все еще не больше пяти миль. Адмирал Роулингс, помня о тысячах беспомощных людей на борту других своих кораблей, не имел другого выбора, кроме как оставить «Хируорд» на произвол судьбы и продолжать следовать к Александрии. Сосредоточившись на «Хируорде», пикировщики быстро потопили его, но значительную часть экипажа эсминца и эвакуированных солдат спасли итальянские торпедные катера с базы Скарпанто. Пока продолжалась спасательная операция, над катерами на малой высоте кружил итальянский спасательный гидросамолет Z.506B с красными крестами, не позволяя «Штукам» расстреливать людей в море.

Тем временем другой эсминец – «Декой», получил повреждения от близкого разрыва. Было повреждено машинное отделение, потери экипажа составили девять человек. Скорость эсминца снизилась, но он продолжал следовать к Александрии. Адмирал Роулингс запросил истребительное прикрытие, которое должно было прибыть с 06:30, в это время Соединение «В» вошло в пролив Касо. Хотя для выполнения этой задачи были направлены пять «Харрикейнов» из 274-й эскадрильи, к несчастью, они не смогли найти корабли. В результате налеты Люфтваффе на Соединение «В» продолжались непрерывно. В 07:30 близким разрывом был поврежден крейсер «Орион», что повлекло снижение скорости. После этого Ju-87 обстрелял его мостик из пулеметов. Был смертельно ранен капитан Бэк и легко ранен сам адмирал Роулингс.

«Штуки» снова атаковали в 08:15. Одна бомба попала в крейсер «Дайдо» и вывела из строя носовые орудия; 46 человек на крейсере были убиты и 37 тяжело ранены. Получил попадание «Орион», много людей было убито, на крейсере начались пожары. По сообщениям свидетелей, один пикировщик был сбит, он не вышел из пикирования и врезался в море недалеко от носа «Дайдо». Последний налет начался в 10:45, он застал корабли незадолго до того, как они должны были выйти из радиуса действия «Штук». «Орион» атаковали 11 пикировщиков, одна бомба пробила мостик и взорвалась в кочегарской столовой, где находилось много солдат. Бойня была ужасной, всего на «Орионе» было убито 262 человека, из них 155 солдат, в основном из батальона «Черной Стражи». Еще 300 человек были ранены. Несмотря на это, пожары были потушены, раненые перевязаны, и крейсер продолжил свой путь в Александрию, хотя его скорость сильно снизилась.

Получив сообщения о непрерывных налетах на Соединение «В» и отсутствии истребительного прикрытия, адмирал Каннингэм приказал дежурному звену «Фулмаров» на базе Абукир немедленно вылететь на прикрытие кораблей. Вылетели два «Фулмара» из 806-й эскадрильи FAA под командованием лейтенанта МакДональд-Холла. Он вспоминал:

«Мы получили приказ командующего – в связи с большими потерями кораблей при эвакуации, обеспечивать максимальное истребительное прикрытие, пока нас не сменят, а если нас не сменят – садиться на воду. Так как мы действовали с берегового аэродрома, необходимости в стрелках-наблюдателях для выполнения штурманских обязанностей, строго говоря, не было, и, получив такой приказ, мы решили, что было бы разумно оставить их на базе».

Похоже, что «Фулмары» прибыли, когда налет «Штук» уже завершался. Макдональд-Холл продолжает:

«Два раза я атаковал пикировщики. В первом случае «Юнкерс» можно считать вероятно сбитым – из его мотора пошел дым, и он отвернул в сторону, прервав атаку. Во втором случае едва ли я его сбил – он прервал заход на цель и направился к Криту».

В ходе этих налетов Люфваффе потеряли только один пикировщик – Ju-87 унтер-офицера Мартина Кречмара из 2/StG3, его экипаж погиб. Вероятно, это был тот «Юнкерс», который упал в море недалеко от крейсера «Дайдо», и, возможно, именно его атаковал МакДональд-Холл. Два «Фулмара» смогли найти корабли около полудня – это были первые британские самолеты, которые моряки Соединения «В» увидели со времени своего выхода из Александрии.

Далее в налетах на Соединение «В» последовал перерыв до 13:00, когда конвой атаковали «Дорнье» Do-17, сбросившие бомбы с большой высоты. Такой же налет был повторен в 13:30, а потом в 15:00. Но попаданий в корабли больше не было, и в 20:00 корабли, наконец, вошли в гавань Александрии. Там были выгружены на берег 3486 эвакуированных солдат; более 600 эвакуированных было потеряно по пути, в это число входят убитые при налетах и попавшие в плен при потоплении «Хируорда».

Пока Соединение «В» вело тяжелый бой, отражая налеты Люфтваффе, четыре эсминца Соединения «С» («Нэпьер», «Низам», «Кельвин» и «Кандагар») прибыли в порт Сфакия, чтобы эвакуировать уцелевших участников боев за Малеме и бухту Суда. Длинные колонны солдат двигались через горы Крита к этому порту, тем временем 5-я (новозеландская) бригада успешно вела арьергардный бой у Стилоса в семи милях к югу от бухты Суда. Австралийский 2/8-й батальон и коммандос подразделения «Лэйфорс» отразили две атаки немецкого 85-го горнострелкового полка у Бабали-Хани.

До 6000 солдат по пути к порту преодолевали горы центрального Крита, в основном пешком, многие из них были ранены. Часто раненые получали только самую элементарную медицинскую помощь, но, тем не менее, шли самостоятельно, пройдя 30 миль до зоны эвакуации, многие из них страдали от сильной боли. Среди них были люди с ампутированными руками, тяжелыми ранениями в ноги, один солдат был ранен в грудь, но с помощью своих товарищей дошел до зоны эвакуации. Отступление проходило под частыми налетами Люфтваффе, продолжавшимися и ночью, противник сбрасывал осветительные бомбы, чтобы осветить единственную дорогу на юг, забитую людьми. Однако здесь немецкие летчики повели себя безупречно, и не атаковали группы раненых, показывавших большие флаги с красным крестом. Сообщается об одном случае, когда пилот «Мессершмитта» Bf-109E прервал атаку, заметив флаг, и летел над группой раненых, пока они не дошли до берега, защищая их от атак других немецких самолетов. Рассказывали, что он даже высунулся из кабины и помахал рукой, прежде чем улететь.

Эсминцы вышли из Сфакии в 03:00, перед этим выгрузив продовольствие и боеприпасы для защитников. Всего они эвакуировали 744 человека, в том числе группу пилотов и техников 33-й эскадрильи RAF под командованием флайт-лейтенанта Митчелла, и лейтенанта Саттона, офицера связи из FAA. Также на борт были взяты двое детей и их собака.

С наступлением дня 29 мая вернулась угроза авианалетов, и около 09:00 с эсминцев заметили четыре Ju-88, от близких разрывов их бомб получил легкие повреждения эсминец «Низам». За исключением этого налета путь до Александрии прошел благополучно. После 13:00 к эсминцам пытался приблизиться еще один немецкий самолет, идентифицированный как Ju-88, но его атаковал вовремя прибывший «Бленхейм» Mk IVF из 45-й эскадрильи RAF. Пилот «Бленхейма» сержант МакЛелланд быстро атаковал «Юнкерс» и заявил о нанесении ему серьезных повреждений и вероятном сбитии.

Пока 28 мая на Крите шла подготовка к начальной фазе эвакуации, два моторных катера, вышедшие из бухты Суда прошлой ночью, следовали в Александрию. Катер ML-1032 дошел без потерь и повреждений, но ML-1030 был тяжело поврежден пулеметным огнем Ju-88, и затем потоплен близким разрывом бомбы. Его экипаж из 9 человек провел 21 час в бурном море, цепляясь за маленький спасательный плот, но все же им удалось добраться до берега. Позже они добрались до Сфакии и были эвакуированы.

Захватив бухту Суда, немцы и итальянцы начали перебрасывать туда подкрепления на гидросамолетах, для чего были задействованы «Дорнье» Do-24 из SeenotStaffel 7, «Хейнкели» Не-60 из 2/126, и итальянские «Кант» Z.501 и Z.506B.

Несмотря на неудачу с попыткой прикрыть Соединение «В», британские ВВС продолжали делать что могли. Ночью 28/29 мая два «Веллингтона» из 70-й эскадрильи RAF снова атаковали аэродром Скарпанто, где был поврежден осколками еще один «Мессершмитт» Bf-109E из III/JG77. Эти два «Веллингтона» повторили налет в следующую ночь, и еще два вылетели бомбить Родос, но на этот раз в обоих случаях бомбы были сброшены мимо целей. Той же ночью 29/30 мая еще восемь «Веллингтонов» из 37-й и 148-й эскадрилий получили задачу атаковать Скарпанто (пять бомбардировщиков) и Малеме (три). Когда они выруливали на взлет на аэродроме Шаллуфа, «Веллингтон» W5685 сержанта Кеннера столкнулся на ВПП с бомбардировщиком сержанта Гудолла W5622, оба «Веллингтона» загорелись. Кеннер и еще четыре человека его экипажа погибли сразу, Гудолл и его наблюдатель умерли от ран. Налет на Малеме не дал видимых результатов, а при атаке базы Скарпанто бомбардировщики были встречены сильным и точным зенитным огнем, «Веллингтон» L7800 сержанта Стрикленда был сбит, весь его экипаж погиб. Британцы потеряли три ценных бомбардировщика, ущерб противнику же ограничился повреждением одного истребителя CR.42 на базе Скарпанто.

Несколько больший успех был достигнут при дневных вылетах на прикрытие конвоев. Всего утром и ранним днем 29 мая «Харрикейны» из 274-й эскадрильи RAF выполнили 21 вылет, прикрывая корабли с эвакуированными. На это патрулирование истребители вылетали группами по два или три, обычно их сопровождал один «Мэриленд» SAAF или «Бленхейм» Mk IV из 45-й эскадрильи. В 12:00 «Мэриленд» лейтенанта Майлза Барнби кружил над кораблями Соединения «В», когда экипаж заметил одиночный самолет на высоте 13 000 футов. Барнби повернул к нему, и оказалось, что это «Юнкерс» Ju-88 – разведчик из 2(F)/123, который немедленно начал уходить со снижением. Барнби стал преследовать его, сделав несколько очередей из носовых пулеметов, но на высоте 6 000 футов в кабину «Мэриленда» попала разрывная пуля, и кабина наполнилась дымом, Барнби прекратил преследование. Из поврежденного правого мотора «Юнкерса» шел черный дым, и в этот момент его атаковал один из «Харрикейнов»(V7830 флайн-офицера Трейси). В результате Ju-88 фельдфебеля Эрнста Хлебовица (4U+EK) был сбит, весь его экипаж погиб. Тем временем пилот другого «Харрикейна» (V7855) пайлот-офицер Артур Самнер атаковал другой самолет, идентифицированный как Do-17, и заявил о его повреждении. Также Люфтваффе потеряли Bf-110 обер-фельдфебеля Эггера из II/ZG76, по немецким данным, сбитый зенитным огнем к югу от бухты Суда.

В одном из вылетов на прикрытие конвоев сержант Питер Николсон получил приказ долететь до района Ретимо и сбросить пакет с сообщением для осажденного гарнизона. В пакете был приказ отступать к бухте Плака для эвакуации, «написанный сленгом, так, чтобы немцы не смогли его понять, если они подберут пакет». Когда Николсон попытался выполнить эту задачу, его «Харрикейн» Z4634 был перехвачен «Мессершмиттом» Bf-109E обер-лейтенанта Эриха Фридриха из штабной эскадрильи JG77 и сбит над морем, Николсон погиб. Неизвестно, удалось ему сбросить пакет или нет, но приказ об отступлении так и не достиг подполковника Кэмпбелла, командущего гарнизоном Ретимо.

Тогда же рано утром радары засекли разведывательный самолет противника, на большой высоте приближавшийся к Александрии. Было решено поднять на его перехват два новых истребителя «Кертисс Томахоук» из 250-й эскадрильи RAF. Поднявшись на высоту 25 000 футов, пилоты «Томахоуков» идентифицировали противника как «Кант» Z.1007bis, ведущий пары открыл огонь, и в этот момент у него заклинило пулеметы. Ведомый пайлот-офицер Уилсон приблизился к цели, но внезапно потерял сознание из-за неисправности кислородного оборудования. Он очнулся вовремя, чтобы успеть выпрыгнуть на парашюте, прежде чем его «Томахоук» упал в море. Позже Уилсона подобрала летающая лодка «Сандерленд».

Признаком значительных потерь, понесенных Люфтваффе, было прибытие на базу Молаои в Греции «Мессершмиттов» Bf-109E из III/JG52 с баз в Румынии. Они прибыли для пополнения JG77, понесшей большие потери и в боевых вылетах и в авариях при посадках на плохо оборудованные аэродромы.

Вечером 29 мая эвакуация с Крита продолжалась. Соединение «D» (крейсеры «Феб» и «Перт», десантный транспорт «Гленгайл», крейсеры ПВО «Калькутта» и «Ковентри» и три эсминца) под командованием адмирала Кинга прибыло в бухту Сфакия в 23:30. Из опасения за безопасность «Гленгайла» (особенно когда он будет нагружен эвакуированными солдатами) командование даже предполагало отозвать его, но в конечном счете было принято решение направить с конвоем еще три эсминца для помощи «Гленгайлу» и спасения с него людей, если транспорт будет потоплен. По пути к Криту корабли атаковал только один Ju-88, сбросивший бомбы на «Перт», но попаданий не было. Когда в 03:20 корабли вышли из Сфакии, всего они приняли на борт 6029 солдат. В числе эвакуированных был старший капрал морской пехоты Нейлл, наводчик «Бофорса», и два уцелевших солдата из его расчета. Расчет Нейлла, по «неофициальным» данным, сбил или повредил за две недели до 20 немецких самолетов.

Разведывательные самолеты противника обнаружили корабли только в 09:30. После этого конвой атаковали «Юнкерсы» Ju-88 из II/LG1, и снова они выбрали целью «Перт». Одна бомба пробила палубу крейсера у мостика и взорвалась в носовом котельном отделении; были убиты четыре члена экипажа и девять солдат. Между полуднем и 13:00 «Перт» и эсминец «Ягуар» были повреждены близкими разрывами. Но позже немногочисленные британские истребители – «Харрикейны», «Фулмары», «Бофайтеры» и «Бленхеймы» - сумели защитить корабли, отогнав группу из 20 «Юнкерсов» Ju-87 и Ju-88, прежде чем они смогли атаковать. Соединение «D» прибыло в Александрию после полуночи.

Тем временем четыре эсминца Соединения «С» в 09:15 снова вышли из Александрии, направившись в Сфакию, чтобы предпринять ночную эвакуацию. Спустя 3,5 часа у эсминца «Кандагар» возникли технические неисправности, и он был вынужден вернуться. В 15:30 Соединение «С» атаковали три «Юнкерса» Ju-88 из II/LG1, эсминец «Кельвин» был поврежден близким разрывом, его скорость снизилась, и он также получил приказ возвращаться в Александрию. Два оставшихся эсминца прибыли в Сфакию после полуночи.

В течение дня 30 мая «Харрикейны» 274-й эскадрильи выполнили 30 вылетов на прикрытие кораблей, иногда их сопровождал один «Бленхейм» Mk IVF или «Бофайтер». Первый контакт с противником был после 08:00, когда звено из трех «Харрикейнов» под командованием комэска Хокинса атаковало три бомбардировщика, идентифицированные как «Хейнкели» Не-111. На этой стадии войны немецкие самолеты были относительно малознакомы для большинства пилотов RAF в Африке, и вероятно, что это были «Дорнье» Do-17Z из I/KG2. Флайн-офицер Перонн, один из французских пилотов, быстро выпустил очередь по ближайшему бомбардировщику, и видел, как тот упал в море. По данным Люфтваффе в тот день был потерян Do-17Z унтер-офицера Хайнца Хёвеля (U5+GL).

Позже после полудня пайлот-офицер Тови («Харрикейн» W9329), патрулировавший вместе с «Бофайтером» флайт-лейтенанта Райли (из 252-й эскадрильи) заметил над морем «Хейнкель» Не-111 (1H+KN) лейтенанта Вальтера Фишера из II/KG26, который летел в Киренаику. Райли атаковал первым, но скорость «Бофайтера» была такой высокой, что он столкнулся с бомбардировщиком, хотя оба самолета каким-то образом избежали серьезных повреждений. Это дало возможность Тови догнать «Хейнкель» и сбить его.

С приближением сумерек последние вылеты в тот день выполнили три «Харрикейна» и «Бофайтер» T3230, который пилотировал суб-лейтенант Фрейзер из FAA. Они заметили разведывательный Ju-88 (7A+HM) обер-лейтенанта Франца Шварц-Трампера из 4(F)/121. Его атаковали Фрейзер и пайлот-офицер Самнер («Харрикейн» Z7855), хотя, похоже, они не подозревали, что атакуют одну цель. Фрейзер заявил о вероятном сбитии, Самнер о достоверном. Как бы то ни было, «Юнкерс» был сбит и упал в море, весь его экипаж погиб. При возвращении на базу Фука в темноте Фрейзер не нашел аэродром и совершил вынужденную посадку в двух милях к югу от базы, он и его наблюдатель не пострадали.

Для помощи 274-й эскадрилье в долгих вылетах на патрулирование прибыли новые пилоты. Три южноафриканца из 1-й эскадрильи SAAF, в том числе опытные ветераны капитан К. Драйвер (11 побед) и лейтенант Р. Тэлбот (8 побед). Из 73-й эскадрильи также прибыли три пилота, все французы, в их числе суб-лейтенант Альбер Литтольф, ветеран боев за Францию в 1940 году. За время службы во французских ВВС он записал на свой счет две личных победы и одну в группе, потом он сбежал из вишистской Франции и поступил на службу в RAF, и позже был направлен в 73-ю эскадрилью в Египте. За последний месяц, когда 73-я эскадрилья участвовала в героической обороне Тобрука, Литтольф записал на свой счет еще пять побед.

Пока войска в Сфакии ожидали третьей ночи эвакуации, горы над гаванью, сама деревня и районы к западу и востоку от пляжей постоянно подвергались налетам Люфтваффе. Странно, что сам пляж, с которого проводилась эвакуация, немецкие самолеты не атаковали по ночам, когда большие колонны солдат двигались к шлюпкам для посадки на корабли – большое упущение со стороны Люфтваффе, сыгравшее немалую роль в успехе эвакуации. Кроме того, хотя «Веллингтоны» с баз в Египте почти каждую ночь бомбили Малеме, Скарпанто или Родос, Люфтваффе не перевели туда ни одного соединения ночных истребителей для противодействия этим налетам. «Мессершмитты» Bf-110 из ZG26 или ZG76, по данным Люфтваффе, также не выполняли ночных вылетов для перехвата британских бомбардировщиков.

Среди тех, кто укрывался в районе Сфакии, ожидая эвакуации, были генерал Фрейберг и капитан авиагруппы Бимиш, они оба получили приказ эвакуироваться со своими штабами. Их и их штабных офицеров должны были эвакуировать «Сандерленды», и около 18:00 прибыли две этих больших летающих лодки. На «Сандерленд» флайт-лейтенанта Брэнда из 230-й эскадрильи RAF погрузился штаб Фрейберга – всего 45 офицеров армии и RAF. А «Сандерленд» флайт-лейтенанта Фрейма из 228-й эскадрильи должен был подобрать своих пассажиров в бухте Сфакии. Возникли некоторые сложности с местонахождением эвакуируемых, два члена экипажа «Сандерленда» добрались до берега на надувной лодке, но не обнаружили никого. При возвращении на «Сандерленд» они заметили свет маяка на острове Гавдос и поняли, что оказались в шести милях к юго-востоку от места эвакуации. Фрейм подвел летающую лодку к правильному пункту, где и была обнаружена шлюпка с пассажирами.

Эвакуация из Ираклиона и Сфакии шла достаточно успешно, в Ретимо же дело обстояло хуже. Приказ об отступлении так и не дошел до подполковника Кэмпбелла, и его солдаты продолжали вести бой с немецкими десантниками группы «Центр» полковника Штурма. К немцам постоянно поступали подкрепления, и у австралийцев уже заканчивались боеприпасы. Кэмпбелл понял, что ему придется сдаться, чтобы спасти своих солдат от полного истребления. Некоторые все же смогли уйти на юг – около 140 человек, но 700 солдат были вынуждены сдаться, среди них флайт-лейтенант Ривз, командовавший аэродромным отрядом. За время упорной обороны Ретимо погибли 160 австралийских и британских солдат, но они смогли убить до 700 немецких парашютистов и еще 500 взять в плен, в том числе самого полковника Штурма, который после капитуляции гарнизона был освобожден со своими людьми.

31 мая в 02:30 в бухте Сфакии два эсминца («Нэпьер» и «Низам») приняли на борт еще 1510 солдат, и вышли в обратный путь. С наступлением рассвета, со своей новой базы в Ираклионе на охоту за британскими кораблями вылетели пикировщики Ju-87 из III/StG1 под командованием обер-лейтенанта Мальке. Сначала никаких целей замечено не было, потом на пределе дальности экипажи «Штук» заметили одиночное большое судно. Мальке повел их к цели, но заметив флаг с красным крестом, немецкие пилоты прервали атаку. Вероятно, это было госпитальное судно, эвакуировавшее раненых с Крита. Два эсминца на обратном пути были атакованы один раз – в 08:50 на них внезапно спикировали Ju-88 из II/LG1. Налет продолжался около 25 минут, «Нэпьер» был поврежден близкими разрывами. Хотя у него были повреждены и машинное и котельное отделения, и его скорость снизилась, эсминец продолжил путь. Один бомбардировщик был предположительно сбит орудиями эсминцев, и еще один поврежден.

В это время в небе появились «Мэриленд» из 24-й эскадрильи SAAF и три «Харрикейна» из 274-й, которые пилотировали недавно прибывшие южноафриканские пилоты, и сразу же атаковали «Юнкерсы». Лейтенант Тэлбот («Харрикейн» Z4510) выпустил две очереди в один бомбардировщик, но тот смог уйти. Капитан Драйвер («Харрикейн» Z4614) и лейтенант Бестер («Харрикейн» P2646) вместе атаковали другой Ju-88, который быстро спикировал к поверхности воды. Тэлбот и пилот «Мэриленда» лейтенант Кирни преследовали «Юнкерс» около 70 миль, наконец, очередь Тэлбота попала ему в мотор. Кирни на своем «Мэрилендн» обогнал «Харрикейн», приблизился к поврежденному «Юнкерсу» и выпустил в него весь оставшийся боекомплект. Вероятно, был поврежден тот же двигатель, потому что он остановился, и когда южноафриканские пилоты в последний раз видели этот «Юнкерс», он летел лишь в 10 футах над поверхностью моря.

Кирни и Тэлбот посчитали его сбитым, и им была официально засчитана эта победа. Фактически же пилот «Юнкерса» смог привести его обратно на аэродром Ираклион и совершить аварийную посадку. Бомбардировщик был списан, по немецким данным – вследствие тяжелых повреждений от зенитного огня. Кроме того, капитан Драйвер сообщил, что заметил еще три или четыре Ju-88 и сбил один из них. По немецким данным потерь других Ju-88 не было.

Вероятно, что другое звено «Харрикейнов» из 274-й эскадрильи с французскими пилотами, прибывшее сменить южноафриканцев, также атаковало те «Юнкерсы» о которых говорил Драйвер. Суб-лейтенант Литтольф («Харрикейн» W9329) заявил об одном сбитом «Юнкерсе». Также Литтольф сообщил, что заметил одиночный «Кант» Z.1007bis, очевидно, разведывательный с базы в Ливии, и смог нанести ему повреждения, прежде чем тот успел уйти. «Харрикейн» W9273, который пилотировал сержант Огюст Гийю, не вернулся из этого вылета. Вероятно, он был сбит ответным огнем стрелков «Юнкерсов» или сопровождавшими их «Мессершмиттами» Bf-110. В тот день немецкие пилоты заявляли о четырех «Харрикейнах», сбитых к югу от Крита.

Вскоре после полудня, когда три «Харрикейна» с южноафриканскими пилотами снова вылетели на патрулирование, был замечен еще один вражеский самолет. Капитан Драйвер и лейтенант Бестер остались прикрывать корабли, а лейтенант Тэлбот начал преследовать противника и идентифицировал его как «Кант» Z.1007bis, вероятно, это был еще один разведчик с базы в Ливии. Тэлбот преследовал его около 100 миль и позже заявил, что сбил его в 50 милях от Тобрука.

Тем временем Соединение «D», на этот раз состоявшее из крейсера «Феб» и четырех эсминцев, вышло из Александрии, чтобы забрать последних эвакуируемых солдат в Сфакии. По пути корабли не встретили противника, пока не достигли критского берега. Там между 18:25 и 19:05 корабли выдержали три атаки «Юнкерсов» Ju-88, но попаданий бомб не было, и один бомбардировщик был поврежден зенитным огнем. К тому времени корабли уже вышли за пределы дальности «Харрикейнов», но некоторое прикрытие им обеспечивали немногочисленные «Мэриленды» и «Бленхеймы» Mk IVF. Патрулировавший над Соединением «D» пилот «Мэриленда» лейтенант Джим Уильямс из 24-й эскадрильи SAAF увидел два самолета, кружившие поблизости – еще один «Мэриленд» и преследовавший его Bf-110, пилот которого так увлекся, что не заметил появления нового противника. Уильямс приблизился на расстояние 150 ярдов и выпустил по «Мессершмитту» две очереди. Позже Уильямс сообщил, что Bf-110 загорелся и упал в море. Вероятно, это был «Мессершмитт» гауптмана Карла Хайндорфа из 2/ZG26, но по немецким данным он был сбит на следующий день зенитным огнем.

В течение дня «Харрикейны» 274-й и 73-й эскадрилий RAF и 1-й эскадрильи SAAF выполнили 44 вылета. «Фулмары» из 806-й эскадрильи FAA, «Бленхеймы» из 45-й и 55-й эскадрилий RAF и «Мэриленды» из 24-й эскадрильи SAAF выполнили по шесть вылетов на каждую эскадрилью, а «Бофайтеры» - еще восемь вылетов (с Мальты прибыли еше шесть этих мощных истребителей). «Мэриленды» из 39-й эскадрильи продолжали вылеты на разведку над морем, в тот день к ним присоединился еще один «Мэриленд» из 69-й эскадрильи с Мальты, его пилотировал командир эскадрильи Р. Уэлланд. Он провел разведку над Занте и Патрасом в поисках кораблей противника в портах, был замечен один крейсер и два торговых судна.

В сумерках два «Сандерленда» снова вылетели в Сфакию, чтобы эвакуировать командный состав, в том числе генерал-майора Уэстона и его штаб. «Сандерленд» Т9046 флайт-лейтенанта Фрейма из 228-й эскадрильи медленно летел на малой высоте вдоль берега, подавая условленные световые сигналы над местами, где вероятно могли прятаться группы эвакуируемых. Ответных сигналов не было, и спустя 10 минут Фрейм улетел. Позже был замечен световой сигнал SOS, подаваемый с берега. Этот сигнал подавал флайт-лейтенант Дадли Онор из 274-й эскадрильи, сбитый шесть дней назад. Он и другой пилот сержант Керр смогли пробраться на юг с помощью греков, но у Керра были повреждены ноги, и он отстал, пока Онор выбирался по камням на берег.

С помощью фонаря Онор стал подавать сигнал SOS азбукой Морзе. Наконец к берегу пристала маленькая резиновая лодка, в которой был пайлот-офицер Пэйр, второй пилот «Сандерленда». Онор с трудом влез в лодку, и они на веслах поплыли к «Сандерленду», на борт которого были взяты еще шесть греков, но, к сожалению, возвращаться за Керром не было времени, и в результате он попал в плен. Фрейм повел «Сандерленд» вдоль берега к тому пункту, где генерал-майор Уэстон и его штаб грузились на другой «Сандерленд» - N9029 из 230-й эскадрильи. Но обнаружилось, что кроме них больше эвакуировать некого, и обе летающие лодки вернулись в Александрию. В 03:00 в гавань Александрии прибыли и корабли Соединения «D», доставившие 3710 солдат из Сфакии. Всех, кого не успели эвакуировать, пришлось оставить на произвол судьбы.

Бомбардировщики RAF продолжали ночные налеты на базы Люфтваффе, но по-прежнему без особых успехов. Ночью 30/31 мая комэск Уэллс повел семь «Веллингтонов» 148-й эскадрильи в налет на Ираклион. Их экипажи докладывали о больших пожарах и взрывах на аэродроме и заявили об уничтожении большого числа «Юнкерсов» Ju-52. В действительности был уничтожен как минимум один Ju-52 из I/KGrzbV1. Базу Малеме атаковали четыре «Веллингтона» из 38-й эскадрильи, их экипажи заявили о трех уничтоженных Ju-52. Действительно три транспортных «Юнкерса» из KGrzbV172 получили тяжелые повреждения, один из них не подлежал ремонту. Другие «Веллингтоны» бомбили цели в Греции, в частности, порт Пирей, где британским пилотам удалось до некоторой степени отомстить за опустошительный налет Люфтваффе в начале немецкого вторжения в Грецию, когда были потоплены 11 торговых судов союзников. Бомба с одного из «Веллингтонов» попала в болгарский пароход «Княгиня Мария Луиза» (3821 т), бочки с бензином на его палубе загорелись, и взорвался груз боеприпасов. Этим взрывом были потоплены еще два парохода: немецкий «Аликанте» (2140 т) и румынский «Джиул» (3127 т), погибло около 200 человек. На следующую ночь пять «Веллингтонов» из 37-й эскадрильи снова бомбили Малеме, а четыре «Веллингтона» из 70-й эскадрильи атаковали Ираклион. Снова было заявлено об уничтожении в Малеме как минимум десяти Ju-52. Очевидно, по большей части это были обломки уже уничтоженных ранее самолетов.

Когда рано утром 1 июня Соединение «D» возвращалось в Александрию, в 05:45 на его прикрытие вылетели три «Бофайтера», недавно прибывших в Египет. В 07:15 были замечены три «Юнкерса» Ju-88 из I/LG1, и «Бофайтеры» немедленно атаковали их. Пайлот-офицер Кларк видел, как атакованный им «Юнкерс» сбросил бомбы, но в этот момент Кларк был ранен ответным огнем стрелков бомбардировщика и прервал атаку. Командовавший звеном «Бофайтеров» пайлот-лейтенант Кэмпбелл и третий пилот сержант Дикин одновременно атаковали другой «Юнкерс». Дикин подавил огонь хвостового стрелка «Юнкерса», но его «Бофайтер» получил попадание в левый двигатель. Кэмпбелл продолжал атаку, сделав две или три точные очереди, от которых загорелся правый двигатель «Юнкерса», но в этот момент у него заклинило пулеметы. «Юнкерс», вероятно, действительно получил попадания и совершил аварийную посадку на Родосе, по немецким данным – из-за неисправности двигателя. Сержант Дикин смог привести обратно свой поврежденный «Бофайтер» на одном моторе и сесть на аэродром Маатан Багуш.

Для поддержки Соединения «D» из Александрии были направлены крейсеры ПВО «Ковентри» и «Калькутта», их огневая мощь должна была обеспечить дополнительную защиту от авианалетов. В 09:00 радары на обоих крейсерах обнаружили приближение вражеских самолетов. Спустя 20 минут со стороны солнца спикировали два «Юнкерса» Ju-88, близкие разрывы бомб одного из них повредили «Ковентри», бомбы другого попали в «Калькутту» и нанесли фатальные повреждения. Крейсер затонул через несколько минут, 117 человек из его экипажа погибли, 255 выживших были подобраны «Ковентри». Это была последняя потеря британского флота в битве за Крит.

Примерно тогда же «Хейнкель» Не-111 из II/KG4 проводил разведку над Александрией. Он не вернулся из этого вылета, и позже были подобраны два человека из его экипажа, которые сообщили, что «Хейнкель» был сбит зенитным огнем. Вероятно, его могли сбить и «Фулмары» из 806-й эскадрильи FAA: лейтенант МакДональд-Холл и суб-лейтенант Хогг, взлетевшие с базы Абукир, заметили одиночный немецкий бомбардировщик, который приняли за разведывательный Ju-88. МакДональд-Холл вспоминал:

«Мы заметили 88-й, вероятно, разведчик, и у нас в этот момент было преимущество в высоте. Он сразу же повернул к Криту, но мы вдвоем атаковали его, и видели, как он упал в воду».

Когда эвакуация завершилась, на Крите еще оставалось около 12 500 британских, австралийских и новозеландских солдат, в том числе 226 человек личного состава RAF. Многие из них уже были в плену, но тем, кто еще оставался на свободе, генерал Уэйвелл дал разрешение сдаваться или спасаться своими силами. И к концу 1941 до Египта разными путями и средствами смогли добраться более 1000 сбежавших с Крита, а также из материковой Греции и греческих островов. Некоторые успели спастись быстро, прежде чем немцы полностью оккупировали Крит. Среди них были около 200 австралийцев из 2/11-го батальона, оборонявшего Ретимо, шотландцы из «Черной Стражи» и полка Аргайла и Сазерленда, и несколько человек из RAF, которые смогли добраться до Тимбаки к 1 июня. В этой группе были флайн-офицер Беннет, пайлот-офицер Бартли и рядовые из 112-й эскадрильи RAF. Днем над ними пролетел «Бленхейм» на малой высоте и сбросил некоторое количество продовольствия, в котором они очень нуждались. По прибытии в район Тимбаки они встретили там лейтенанта Форда и его экипаж «Мэриленда» из 24-й эскадрильи SAAF, сбитого 25 мая, и вместе придумали план побега с острова.

Они смогли починить брошенную десантную баржу с пробоинами ниже ватерлинии и погнутым винтом, другие искали в районе Тимбаки горючее и продовольствие. Шесть офицеров (в том числе Беннет, Бартли, Форд и лейтенант Гилл) и 66 солдат решили попытать счастья и вышли в море на барже, у которой был исправным только один мотор. Через три дня их перехватила итальянская подводная лодка, с которой просигналили приказ остановиться. Итальянцы приказали офицерам плыть к подводной лодке, при попытке добраться до нее лейтенант Гилл утонул. Раненому австралийскому офицеру итальянцы разрешили остаться на барже и приказали возвращаться обратно к Криту. Но командование баржей принял сержант Д. МакУильям, и он решил продолжить путь к североафриканскому берегу.

Итальянцы больше не мешали им, и спустя четыре дня баржа благополучно достигла Мерса-Матрух. Позже пришла еще одна десантная баржа, на ней с Крита бежали 142 человека – морские пехотинцы, австралийцы, новозеландцы и коммандос. Они вышли из Сфакии и провели в море восемь дней, за это время два человека умерли от истощения, но остальные выжили и достигли африканского берега в 12 милях к западу от Сиди-Баррани.

Другие позже бежали через Грецию и Турцию, некоторые из лагерей для военнопленных. Около 200 таких беглецов спасли подводные лодки «Трэшер» и «Торбей». Другим помогали бежать агенты Отделения «N» службы MI-9 (отделение британской разведки, занимавшееся помощью беглецам из оккупированной Греции и греческих островов), устроившие секретную базу в районе Чесмо на западном побережье Турции, напротив эгейского острова Хиос. Действуя оттуда, каики и другие малые суда спасали группы беглецов три следующих года оккупации. Одним из тех, кто смог бежать из плена и вернуться в Египет был командир 33-й эскадрильи RAF Хауэлл.

Хотя кампании в Греции и на Крите невозможно рассматривать иначе как катастрофу для Британского Содружества (имевшую особенно тяжкие последствия для греческого населения), которая серьезно ослабила британские позиции в Средиземноморье и на Ближнем Востоке в целом, и стала причиной потери всего, что было отвоевано у итальянцев в Ливии, для держав Оси цена этих кампаний также была высока. Итальянскому престижу был нанесен сильнейший удар. Адольф Гитлер был настолько потрясен потерями своих элитных воздушно-десантных войск, что никогда больше не позволял проводить их крупномасштабные высадки. Балканы стали зоной военных действий, требовавшей постоянной и дорогостоящей оккупации и периодического проведения антипартизанских операций. И кто знает, чего могли бы достигнуть немцы, если бы операция «Барбаросса» против Советского Союза началась на один месяц раньше.

С тактической точки зрения британские потери были тяжелее, и на этой стадии войны их было труднее возместить. Особенно тяжелыми были потери Королевского Флота – следует заметить, что практически все они были понесены от действий авиации противника. В битве за Крит были потоплены три крейсера и шесть эсминцев. Три линкора, авианосец, шесть крейсеров и семь эсминцев получили повреждения, некоторые очень тяжелые. На этих кораблях погибли 1828 человек и еще 128 были тяжело ранены. Также очень тяжелы были потери торгового флота союзников, уже серьезно пострадавшего от действий немецких подводных лодок в Атлантике.

На земле, не считая относительно небольших потерь, понесенных в материковой части Греции, были потеряны 1751 чел. убитыми и 1737 ранеными, из них 71 убитый и 9 тяжело раненых офицеров и солдат RAF, сражавшихся вместе с армией. С Крита были эвакуированы 16 500 чел. и 12 500 пришлось оставить на острове. Кроме того, большие потери понесли греки, но по ним точных данных не сохранилось, немецкие документы сообщают только о 5255 греческих пленных, взятых на Крите.

В операции «Меркур» были задействованы 22 000 немецких солдат, из них 6543 потеряны убитыми, пропавшими без вести или тяжело ранеными. Из этих потерь 3764 относятся к воздушно-десантным войскам XI авиакорпуса Люфтваффе, потерявшего много опытных офицеров и унтер-офицеров. Кроме того, 311 чел. из экипажей самолетов Люфтваффе были убиты или пропали без вести.

По данным британской разведки в 12-дневном бою за Крит Люфтваффе потеряли 60 самолетов сбитыми в воздухе (и еще 14 вероятно сбитыми) и 34 уничтоженными на земле, из уничтоженных 61 самолет – транспортные «Юнкерсы» Ju-52/3m. Эти цифры оказались в значительной степени заниженными. За период 13 мая – 1 июня по данным Люфтваффе были потеряны 220 самолетов, хотя только 147 из них от действий противника – 80 «Юнкерсов» Ju-52/3m, 55 «Мессершмиттов» Bf-109 и Bf-110, 23 «Юнкерса» Ju-88, «Хейнкеля» Не-111 и «Дорнье» Do-17, 9 «Юнкерсов» Ju-87. Еще 64 самолета были списаны в результате серьезных повреждений. Между 20 мая и 1 июня транспортные группы Люфтваффе потеряли 117 «Юнкерсов» Ju-52 полностью уничтоженными, еще 125 поврежденными, но подлежащими ремонту. Действительное значение этих потерь в полной мере стало ощущаться лишь в конце 1942, когда возникла необходимость организовать снабжение по воздуху немецких войск, окруженных в Сталинграде. Даже к тому времени работавшая с большим напряжением авиационная промышленность Германии не смогла восполнить эти катастрофические потери.

Потери, понесенные 204-й авиагруппой RAF за тот же период, составили 7 «Веллингтонов», 16 средних бомбардировщиков и 23 истребителя. По сравнению с потерями Люфтваффе это весьма скромные цифры, но на той стадии войны на Ближнем Востоке это были чрезвычайно болезненные потери для RAF. Маршал авиации Артур Теддер, недавно принявший командование RAF на Ближнем Востоке, хорошо понимал, кого генералы и адмиралы назначат главным виновником поражения. 30 мая он направил начальнику штаба авиации в Лондоне длинную телеграмму, параграфы из которой, относящиеся к битве за Крит, приводятся здесь:

Параграф 1

«Проведен анализ действий RAF в битве за Крит. С сожалением вынужден признать, что, хотя усилия принесли хорошие результаты, цена оказалась высока. Особенно потери «Бленхеймов» - ночные и вечерние налеты «Бленхеймов» сопровождались большими потерями и на Крите и при возвращении на аэродромы в Африке. Несомненно, я виноват в том, что не придержал Коллишоу (речь идет об агрессивном использовании коммодором авиации Коллишоу ограниченных сил 204-й авиагруппы – прим. ред.). Всего в битве за Крит потеряно 47 самолетов, из них 30 между 20 и 27 мая. 28 мая прекращены все вылеты над Критом, кроме разведывательных. Также вчера была попытка доставить самолетом пакет с сообщением в Ретимо, которая оказалась неудачной».

Параграф 4

«Несомненно будет много разговоров, что авиация недостаточно поддерживала армию и флот в кампании в Греции и на Крите. Я придерживаюсь убеждения, что главная причина такой ситуации в нехватке оборудованных авиабаз. Мы не смогли занять Додеканезские острова и оборудовать авиабазы на равнине Лариссы. В результате авиация противника базировалась на все более широком фронте, наш же фронт постоянно сужался, пока наконец не осталось всего два плохо оборудованных аэродрома на Крите, которые невозможно было эффективно оборонять и поддерживать с баз в Африке. Эта кампания была прежде всего битвой за аэродромы».

И этим было сказано все.

1

Еще раньше в Грецию прибыли два югославских пилота-добровольца на «Бреге» Br.XIX югославских ВВС. Один пилот, лейтенант Драган Джурич, был переведен в эскадрилью истребителей PZL P.24 и активно участвовал в боях следующие несколько месяцев. Неизвестно, имел ли он победы в воздухе.

2

Звание Squadron Leader в RAF соответствует званию майора

3

Звание Flying Officer в RAF соответствует званию старшего лейтенанта

4

Звание Flight Lieutenant в RAF соответствует званию капитана

5

Звание Pilot Officer в RAF соответствует званию лейтенанта

6

В действительности миноносцы «Лупо» и «Линче»

7

В русском издании Д. Макинтайр, С. Пак, Б. Шофилд и др. «Битва за Средиземное море: Взгляд победителей», издательство АСТ 2000 г.

Content

Шорз Кристофер и др Война в воздухе за Югославию, Грецию и Крит 1940-41

1