Морин Чайлд

Ночь дерзких открытий

Роман

Глава 1

Пребывая в своих мечтах, Шон Райан бродил по пляжу и наслаждался ледяным пивом. Таким же ледяным, как окружающая его действительность.

Январь в Вайоминге… Это было неподходящее место и время года для уроженца Калифорнии. И если бы у него был выбор, Шон не оказался бы здесь.

Но сейчас пришла его очередь превратить пришедший в упадок отель в игровой плацдарм, за основу которого была взята одна из наиболее популярных видеоигр, разработанных его компанией. «Почему я решил, что этот отель должен быть в Вайоминге, а не на Таити, например?»

Но, с другой стороны, в основе всех видеоигр компании «Келтик нот» лежали древние легенды. И Шон был уверен, что пляж на Таити не был местом действия ни одной из легенд. К сожалению!

Шон был высоким мужчиной с густыми волосами черного цвета, спадавшими на плечи. Сейчас он стоял, засунув руки в карманы джинсов и разглядывая холл старой гостиницы. Помещение было огромным, и шаги Шона гулким эхом нарушали его покой. Здесь было очень много окон. Двойные стекла не позволяли холоду проникнуть внутрь помещения, но в похожем на гигантскую пещеру холле все равно было прохладно.

В гостинице было всего сто пятьдесят комнат, но она казалась гораздо больше. Вероятно, это чувство возникало из-за обилия дерева и стекла, использованных в отделке помещений. Шон уже представлял себе, как гостиница будет выглядеть после ремонта. Ему предстояло много дел! В каждой комнате нужно сделать ремонт и оснастить игровыми системами и телевизорами с плоскими экранами. Художники распишут стены сценами из видеоигры «Лесная гонка», и гостиница станет первым пунктом назначения для игроков всей страны.

Шон воочию убедился, что окружающая обстановка полностью соответствовала видеоигре «Лесная гонка». Территория гостиницы занимала двести акров земли, на которой были и леса, и луга, и большое красивое озеро. Но Шон не мог представить себе тех людей, которые захотят поехать зимой в эту глушь. Кто предпочтет такой отпуск паре недель на жарком пляже?

Уж точно не он сам. Ему оставалось только надеяться, что существуют любители видеоигр, хорошо чувствующие себя при минусовых температурах. Сам Шон уповал на скорый отъезд в Южную Калифорнию. Тряхнув головой, он подумал о том, что его командировка подходила к концу. Он уже неделю торчал в Вайоминге. Все консультации с подрядчиком закончились, и сегодня вечером он на корпоративном самолете вернется обратно в реальный мир. В свою жизнь.

Над его головой раздались шаги, и Шон взглянул на потолок. Внезапно он понял, в чем дело. Нахмурившись, он постарался отогнать от себя назойливую мысль. Но нет, ему это не удалось.

Когда он уедет, он не будет скучать по снегу. И уж точно не будет скучать по этому уединенному месту. Но вот что касалось девушки… Здесь все было иначе.

Кейт Уэллс. Деловая женщина, руководитель подрядной компании и заноза в сердце. Он приехал в Вайоминг в зимнюю стужу только потому, что Кейт настояла на встрече именно в гостинице, в месте проведения основных реставрационных работ.

Но как только Шон увидел ее, все рабочие планы покинули его голову, уступив место мыслям о ее густых темных волосах, обычно собранных в хвост, о синих глазах и полных губах, заставляющих думать только о том, как поцеловать их.

Уже много лет миновало с тех пор, когда Шон в последний раз был страстно влюблен. Только этим фактом он мог объяснить себе необъяснимую реакцию своего тела на женщину, носящую пояс с рабочими инструментами.

Он еще раз взглянул на потолок и сильнее нахмурился, когда увидел ее на втором этаже.

Она шла твердым шагом. Шон еще ни разу не встречал женщину, настолько уверенную в себе, как Кейт Уэллс. Она спорила с ним по всем вопросам, и странно, но Шону это нравилось. Это только подтверждало его догадку, что он отморозил себе здесь большую часть головного мозга.

Тряхнув головой, он взял свой мобильный телефон и про себя поблагодарил Бога за то, что здесь была хотя бы связь. Нажав на кнопку видеоконференции, он стал ждать ответа.

На третий сигнал вызова на экране появился его брат Майк.

— Я ненавижу Вайоминг, — выпалил Шон.

Майк рассмеялся и откинулся на спинку стула.

За спиной брата виднелся сад. Здесь, в чудесном калифорнийском саду, стояло старое здание в викторианском стиле, в котором размещался офис «Келтик нот».

— Не держи все в себе, расскажи о своих чувствах!

— Очень смешно, — пробурчал Шон.

Его старший брат сейчас наслаждался жизнью, а не торчал где-то в лесу среди сугробов вместе с женщиной, одновременно привлекательной и приводящей собеседника в ужас. Вспомнив про Кейт, Шон бросил взгляд через плечо, чтобы проверить, не подкралась ли она к нему. Убедившись, что она где-то далеко, он снова посмотрел на экран телефона. Лучше не думать о Кейт, когда говоришь о чем-то совершенно ином.

— Снег сыплет не переставая с того дня, как я сюда приехал, — сказал Шон. — Тут сугробы высотой три фута, и я не думаю, что снег когда-то перестанет идти.

— Видно, там очень холодно. — Майк театрально передернул плечами.

— О, — фыркнул Шон. — Это даже не холодно! Словами не выразить это чувство! На мне под курткой два свитера!

— Если ты на секунду сможешь взять себя в руки и не жаловаться, расскажи, какая там обстановка, — сказал Майк. — Тебе удалось осмотреть землю и гостиницу, несмотря на твои незавидные обстоятельства?

Майка трудно было сбить с толку. Шон вздохнул и начал рассказывать:

— Да, мне удалось все осмотреть. Место хорошее. Много деревьев, много открытого пространства. И, кто бы мог подумать, неба! Надо выбраться из города, чтобы оценить, какое здесь небо!

— Да, я тоже обнаружил, что небо может быть огромным, когда мы с Дженни были в…

Пристально глядя на брата, Шон задумался о том, что могло произойти между ним и Дженни Маршалл, сотрудницей их компании. Дженни была художницей. Майк никогда не говорил об этом, и, прежде чем Шону удалось разговорить брата на тему его разрыва с подругой, ему пришлось уехать в Вайоминг.

— Что-то подсказывает мне, что ты скрываешь от меня правду, — поддразнил брата Шон, решив, что после возвращения он пойдет выпить с ним пару кружек пива, и тут уж брат не сумеет отвертеться.

— Может быть, но ты об этом не узнаешь, — ответил Майк. Его сейчас гораздо больше интересовал их новый проект. — Как выглядит гостиница?

— Большая, холодная, пустая, — разочарованно вздохнул Шон. Он еще раз огляделся вокруг и уточнил: — Предыдущий владелец оставил какую-то мебель на первом этаже, но спальни должны быть обставлены заново. Там нет ни кроватей, ни стульев, ни столов, ничего!

Он бросил взгляд на потертый кожаный диван и два кресла, стоящие перед камином в холле. Шону не нравилась эта мебель, но он был рад, что, раз уж он и Кейт застряли здесь на какое-то время, у них была возможность посидеть не только на полу.

— Это ничего страшного, — возразил Майк, — нам все равно пришлось бы переделывать спальни так, как нам этого хочется.

— Верно. А фундамент у здания хороший. Но все равно надо сделать очень много, чтобы превратить гостиницу в площадку для «Лесной гонки».

— А Кейт Уэллс справляется с работой?

— Она так считает, — пробормотал Шон.

Он еще никогда не встречал женщину, настолько уверенную в своих способностях. Равно как он никогда не встречал человека, готового спорить с ним из-за каждой мелочи. Он больше привык к людям, которые работали на него. Но эта женщина считала, что она здесь главная, и ему предстояло рано или поздно дать ей понять, что это не так.

— Как бы то ни было, — продолжил Шон, — здесь сто пятьдесят комнат для гостей, и ремонт должен быть сделан в каждой из них.

Майк нахмурился:

— Если мы решим реализовать твою идею про нашу собственную игровую консоль в гостинице, то нам потребуется больше комнат. Рядом есть другие отели?

— Нет. Мы в десяти милях от ближайшей гостиницы. Это маленький городок, где есть две гостиницы и один мотель на выезде из города.

Майк нахмурился еще сильнее.

— Шон, мы не можем устроить большую конференцию, если людям негде будет остановиться. — Он вздохнул и добавил: — И не утверждай, что мы разобьем для гостей палатки.

Шон рассмеялся:

— Если я люблю ходить в походы, то это не значит, что мне нравится, когда посторонние живут в палатках на нашей территории. В двадцати пяти милях отсюда есть город побольше, там достаточно гостиниц. — Именно в том городе Шон и остановился в уютном дорогом отеле, где бы он хотел оказаться прямо сейчас. — А у Кейт, нашего подрядчика, есть другое решение этой проблемы.

— А что она предлагает? — Майк взял в руки чашку и с наслаждением сделал глоток кофе.

Шон недовольно уставился на своего брата:

— Ты пьешь капучино? В то время как я мерзну здесь?

Майк ухмыльнулся и сделал еще один глоток.

— Я пью его за твое здоровье!

— Спасибо! — Голос Шона был пропитан сарказмом, но он знал, что это не произведет на Майка никакого впечатления.

Да и с чего бы? Его старший брат был в своем офисе в Лонг-Бич, в соседнем доме была кофейня, а на соседней улице — их любимый бар, из окон открывался чудесный вид на океан, и, что самое главное, Майк сейчас не отмораживал себе уши в Вайоминге.

Шон очень скучал по цивилизации. Покачав головой, он сказал:

— Кейт думает, что мы должны построить маленькие коттеджи за основным зданием, на границе с лесом. Чтобы гости могли почувствовать себя более уединенно в лесной глуши.

Майк кивнул, обдумывая эту идею:

— Звучит неплохо.

— Да, я знаю.

— Однако особого энтузиазма я в твоем голосе не слышу.

— Это из-за того, что она уверена, что только ее идеи правильные, — сказал Шон, вспоминая свой разговор с Кейт. Она заставила его ходить за собой по занесенному снегом полю и показывала, где она уже запланировала возведение коттеджей.

Она так подробно описала ему свой план, что Шон буквально увидел перед собой новые коттеджи. Маленькие домики в лесу отлично вписывались в концепцию их видеоигры. Шон даже начал размышлять о том, что коттеджи должны обязательно отличаться друг от друга, у каждого домика должна быть своя особенность.

Но его смутило, что ему в голову ни разу не пришла подобная идея. А идея Кейт попала точно в цель! Шон даже расстроился, но он был достаточно умен, чтобы не показать этого.

— Да, — задумчиво произнес Майк, — это настоящая мука, когда твои подчиненные вдруг придумывают гораздо лучшие идеи.

— Да ты ничего не знаешь! — возразил Шон.

— Думаю, что знаю. — Майк неспешно отпил капучино из чашки. — Складывается впечатление, что ты там наслаждаешься жизнью.

Глаза Шона превратились в щелки. За чашку горячего капучино он отдал бы сейчас свою машину.

— Да, я тут со смеху помираю. Я еще никогда не работал с таким упрямым человеком, как эта Кейт. По упрямству она превосходит даже тебя.

Майк пожал плечами:

— Результаты ее работы отличные, и это единственное, о чем мы должны думать.

Его брат был прав. Он должен был думать только о результатах работы. Но ему это плохо удавалось. Вместо работы Шон думал о темных густых волосах Кейт и о том, как бы она выглядела, если бы распустила свой вечный хвостик. Он думал о синеве ее глаз и о том, как пояс с инструментами подчеркивал изгибы ее бедер. Он неохотно признавался сам себе, что, пока она говорила, он не мог отвести взгляд от ее рта. Он порой даже не понимал, о чем она говорит.

Нет, ему нужно было срочно уезжать из Вайоминга.

Шон провел рукой по лицу и снова сосредоточился на разговоре с Майком.

— Да, на следующей неделе сюда приедет ее команда. Они планируют начать ремонт, я согласен с этим. — Шон пробежал пальцами по воротнику свитера. — При условии, что я буду наблюдать за выполнением плана из Калифорнии.

— Хорошо, но ты не взял с собой ни одного из наших художников. Как она планирует расписывать стены?

— О чем ты говоришь? — резко возразил Шон. — Как я мог оторвать наших людей от последних штрихов к «Дикой охоте»?

— Верно, — согласился Майк. — Тут работа не прекращается ни на час.

Шон должен был работать вместе с ними. Он должен был связаться с отделом маркетинга и с клиентами, проверить рекламные проекты перед запуском новой видеоигры. В Калифорнии его ждала гора невыполненной работы, но он не мог выбраться из Вайоминга, потому что его нетерпеливый подрядчик требовал согласования перед началом работы. Эта командировка нарушила все его планы. Сейчас все сотрудники «Келтик нот» готовили новую игру к выпуску. Это должно было произойти этим летом. Шон не мог себе позволить привезти с собой хотя бы одного художника.

— А если они оставят стены неразрисованными? — предложил Шон. — Покрасят их, например, в белый цвет, а потом мы привезем художников, и они будут работать, так сказать, на белом полотне?

— Пойдет! — согласился Майк. — Ты планируешь вернуться домой завтра?

— Да, надеюсь на это, — вздохнул Шон. — Кейт сейчас приедет на своем грузовике, и мы вернемся в город. Снег по-прежнему идет.

— Если тебе станет легче от этой новости, то у нас тут сегодня двадцать четыре градуса тепла.

— Замечательно, спасибо, что сказал! Теперь мне гораздо легче!

За спиной Шона послышался звук резко распахнутой двери. Кейт крикнула что-то, стоя у входа, и Шону пришлось отвлечься от разговора с братом.

— Что?

— Надвигается буря! — прокричала ему в ответ Кейт.

Он прикрыл телефон рукой.

— Ты шутишь!

— Даже не думаю, — хладнокровно ответила она, пожимая плечами, — перевал уже закрыт. Мы не сможем выехать отсюда.

— Надолго мы здесь застряли?

Она снова пожала плечами.

— Я не могу это сейчас узнать.

— Великолепно!

— Что случилось? — раздался голос Майка.

— Скорее всего, карма, — недовольно произнес Шон. — Кейт только что услышала по радио в своей машине, что перевал у подножия горы закрыт. Я в снежном плену.

Далее Шону пришлось наблюдать, как вместо сочувствия Майк безуспешно пытается сдержать смех.

— Спасибо за сочувствие, брат.

Майк поднял вверх руку и попытался что-то сказать. Однако из-за смеха ему это не сразу удалось.

— Прости, прости меня, Шон!

— Что тут смешного? — огрызнулся Шон. — Я, как в ловушке, сижу в пустой гостинице со сварливой подрядчицей и горой снега на улице.

— Это понятно, — произнес наконец Майк. — Но это так смешно звучит здесь, в Калифорнии! У тебя ведь есть еда и отопление?

— Нас засыпало снегом, — сказала Кейт, и по выражению ее лица было понятно, что Шон имел в виду, говоря, что она сварливая.

— Да, — ответил за брата Шон и повернулся к Кейт: — Подойди сюда на минутку, познакомься с моим братом.

Она не особенно обрадовалась этому приглашению, чему Шон совершенно не удивился. Быстро пройдя по комнате, она остановилась за спиной Шона и уставилась на экран телефона.

— Привет, я Кейт, а ты Майк! — произнесла она. — Рада познакомиться с тобой, но у нас сейчас нет времени на разговоры. На улице есть дрова, и мы должны внести их в дом, пока буря не началась. Но не беспокойся. Здесь полно еды, поскольку я всегда обеспечиваю свою команду едой и питьем, когда мы работаем вне офиса. А мы уже провели здесь всю неделю, измеряли помещения и разрабатывали план работ.

— Хорошо… — только и успел сказать Майк. Он сказал это так быстро, как будто опасался, что она не даст ему договорить. И он был прав.

— Буря закончится через пару дней. Снегоуборщики расчистят перевал быстро, поэтому твой брат успеет вернуться домой к выходным.

— Хорошо…

Шон повернул телефон экраном к себе и сказал Кейт:

— Я сейчас выйду на улицу помогать. — Затем он поглядел на Майка, который качал головой. — Она пошла на улицу за дровами. Мне надо ей помочь. Мне не хватило пары минут, чтобы добраться до моей машины и уехать домой. Теперь я не знаю, когда я отсюда выберусь! Скажи маме, чтобы она не волновалась, и не беспокойся сам. Я выключу телефон, чтобы сэкономить заряд.

— Хорошо! — И хотя пару секунд назад он подшучивал над злоключениями Шона, сейчас Майк спросил: — Ты уверен, что справишься?

Шон рассмеялся.

— Не забывай, что я рос на улице. Хотя здесь нет условий для серфинга и подходящей волны, которая бы смыла меня отсюда, я справлюсь. Мне приходилось жить и в худших условиях. Как-никак у нас есть крыша над головой и полно кроватей на выбор. Я позвоню тебе, когда смогу. Надеюсь на чашку горячего капучино при встрече.

— Договорились! И послушай, Шон… Не убей подрядчицу.

Шон не планировал ее убивать, но и не хотел рассказывать брату о своих планах. Вместо этого он процедил:

— Не могу тебе этого обещать…

Окончив разговор и выключив телефон, Шон направился в том направлении, куда ранее ушла Кейт. Вот проклятье, она не могла дождаться его! Он провел в ее компании целую неделю и был уже на грани нервного срыва. А теперь ему придется проторчать здесь с ней еще неизвестно сколько из-за снежной бури.

— Дела становятся все лучше и лучше, — пробормотал он.

Он прошел через просторную кухню, которая требовала серьезного ремонта. Взглядом скользнул по оборудованию, которое уже внимательно изучил на этой неделе. Длинный кухонный остров с разделочным шкафом посреди кухни. Рабочая поверхность по периметру кухни. Газовая плита с восьмью конфорками и старый гигантский холодильник. Стены были покрашены в белый цвет, но со временем пожелтели из-за дыма. Пол был покрыт линолеумом с рисунком в виде шахматной доски, части которой отсутствовали.

Из огромных окон обычно открывался вид на ближний лес. Но сейчас Шон видел из окон только низкое серое небо и снег. Задняя дверь стояла открытой. Из нее можно было пройти в помещение, которое Кейт именовала «сени». На самом деле это было служебное помещение, в котором стояли стиральные и сушильные машины, полки для обуви и вешалки для пальто.

За «сенями» находилось крытое заднее крыльцо с расшатанными деревянными перилами, требующее срочного ремонта. Шон поплотнее закутался в свою куртку, когда шагнул на порог. Снег, кругом только снег. Ничего, кроме снега. Он падал с неба тяжелыми хлопьями, и Шон не мог не залюбоваться открывшейся перед глазами картиной. Затем он вспомнил, что эта красота на самом деле нарушила его планы, и вся ее притягательность сразу же улетучилась.

— Кейт! — позвал он.

— Я здесь! — раздалось в ответ.

Шон повернул голову на голос. Снег ударил ему в лицо сотней ледяных булавок, а налетевший ветер старался загнать его назад в дом.

Шон не обратил внимания на препятствия, чинимые природой, и пошел к Кейт, которая набирала поленья из аккуратно сложенной поленницы. В руках у нее было уже три бревна, и она потянулась за четвертым.

— Дай я помогу тебе, — сказал Шон, слегка подтолкнув Кейт локтем.

Кейт подняла голову и взглянула на Шона:

— Я сама справлюсь.

— Да, — кивнул он. Он понимал, что она упряма и не намерена полагаться на чужую помощь. — Я знаю, — повторил он. — Ты настоящий боец. Мы все восхищаемся тобой. Но если мы понесем дрова вместе, то сможем гораздо быстрее согреть помещение.

У нее на лице было написано, что она готова поспорить с ним, но затем она по каким-то причинам передумала.

— Хорошо. Возьми, сколько сможешь, а потом мы вернемся за новой партией.

И Кейт, не тратя больше времени на разговоры, направилась обратно в гостиницу.

Набрав поленьев побольше, Шон распрямился и огляделся вокруг. Высокие прямые ели стояли как солдаты на параде и не сгибались под ударами ветра со снегом. Озеро замерзло, на его берегах лежали сугробы. Шон поднял голову и посмотрел вверх на серое небо. Казалось, что снегопад никогда не прекратится. А если так, то их заточение может длиться неделями.

Кейт сложила поленья аккуратной горкой у камина и села, прислонившись к каминной решетке. «Неужели метель не могла начаться после того, как он уедет?» — подумала она.

Конечно нет. Иначе все было бы слишком просто. Ведь судьбе гораздо интереснее оставить ее здесь, в заснеженных горах, наедине с мужчиной, который своим появлением нарушил плавный и размеренный ход ее жизни.

Медленно поднявшись на ноги, Кейт потрясла головой в надежде избавиться от навязчивых мыслей. Это ей не помогло. Она взяла пару поленьев и сунула их в очаг. Сверху она насыпала щепок, зажгла длинную деревянную спичку и держала ее в очаге так долго, пока щепки не подхватили пламя. Процесс разведения огня в камине помог ей успокоиться.

Она смотрела, как разгорается пламя, как оно приближается к поленьям. И вот наконец потрескивание дров нарушило тишину комнаты.

— Я справлюсь, — прошептала она. — Он просто мой шеф.

«Вранье», — тут же возразил ее разум. Какое-то глупое, детское вранье. А грустной правдой было то, что Шон Райан оказался не просто мужчиной, на которого она сейчас работала. Он оказался тем единственным мужчиной, кому впервые за много лет удалось пробить брешь в ее невидимой глазу броне. У Кейт начинали трястись колени от одной его улыбки. От взгляда его синих глаз ее давно спящие гормоны пускались в радостный пляс. Она ненавидела себя за это.

Этот карнавал чувств был ей совершенно не нужен. До момента встречи с Шоном Кейт была довольна своей жизнью, которую она сама, кирпичик за кирпичиком, построила, как хороший надежный дом.

И сохранять благоразумие ей было бы гораздо легче, если бы Шон Райан уехал завтра, как это и было запланировано. Но буря загнала их в ловушку, из которой они неизвестно когда смогут выбраться.

И от этой мысли у нее опять возникло странное чувство в животе. Нахмурившись, Кейт напомнила себе, что в прошлом она смогла пережить историю, которая сломила бы многих. Поэтому она и сейчас сможет провести несколько дней в компании Шона.

Кивнув, как бы соглашаясь с собственными доводами, она встала с пола и направилась к выходу из комнаты. Нужно было принести больше дров. Тут в комнату ввалился Шон, держа в руках гораздо больше поленьев, чем она могла бы принести за одну ходку. Он явно не радовался сложившимся обстоятельствам.

— Просто свали их здесь у камина. — Кейт показала рукой направление. — Я пойду и принесу еще.

— Не стоит, — ответил он под оглушительный стук падающих бревен. — Я сам схожу. Я могу принести больше дров, чем ты, то есть вылазок на улицу мы сделаем меньше.

Она готова была поспорить с ним, но понимала, что он прав. Но все равно она с трудом принимала чужую помощь. Кейт была самостоятельной, независимой личностью. И она без жалости расставалась с людьми, которые считали, что она сама не справится с различными обстоятельствами жизни.

— Хорошо, — ответила она. — У меня в машине есть предметы первой необходимости. Я принесу их, пока ты таскаешь дрова. Принеси побольше. Ночь будет долгая и холодная.

— Правильно, — одобрил Шон. — А что это за предметы первой необходимости?

— Простыни, фонарики, кофеварка — самые необходимые вещи.

Шон широко улыбнулся.

— Кофе? Вот это другой разговор! Я бы отдал сейчас сотню баксов за чашку кофе!

Ну зачем он начал улыбаться?! Зачем эта улыбка так осветила его лицо, что отразилась искорками в глазах и заставила ее снова нервничать? Все было бы гораздо проще, если бы она могла просто ненавидеть его.

— Сто долларов за кофе? — Кейт кивнула. — Продано!

Он поднял брови и улыбнулся еще шире.

— Правда? Хорошо, я буду тебе должен. У меня нет с собой столько наличных.

«Обаяние бьет через край, — подумала она. — Он включает и выключает свою улыбку, как водопроводный кран».

— Хорошо, — сказала она вслух. — Я пришлю тебе счет.

— Без проблем! — Его лицо вновь стало серьезным, но в глазах еще блестели искорки смеха. — Мы уладим все денежные вопросы до моего возвращения в Калифорнию. Можешь быть уверена!

О боже! Кейт посмотрела ему вслед, а затем подняла воротник своей куртки и направилась к парадному входу. По дороге она сама себе читала молчаливую суровую лекцию. Она не могла поверить, что мгновенно теряла голову, стоило Шону только улыбнуться. По правде говоря, противостоять ему было сложно и тогда, когда он жаловался на снег. А уж когда он улыбался, то становился просто опасен для ее самообладания.

Кейт вышла на улицу и попала в приветливые объятия холодного ветра и снега. Если что-то и могло потушить пожар, бушующий у нее внутри, то это была именно зима в Вайоминге. Но, по ее ощущениям, сейчас и зима была бессильна.

Она шла вдоль широкого парадного крыльца к тому месту, где у нее была припаркована машина. Снежный покров уже достиг кузова. Если она оставит все, как есть, то им придется откапывать машину из-под снега, когда метель прекратится. Сев в кабину, она включила зажигание и медленно поехала вдоль гостиницы к гаражу. Кейт почувствовала огромное облегчение, когда смогла припарковать машину.

Она вытащила из кузова большую пластиковую коробку, которую всегда возила с собой на тот случай, если она когда-нибудь застрянет в снежном заносе. В коробке был спальный мешок и пара простыней.

Выйдя из гаража, Кейт закрыла за собой дверь и на мгновение остановилась, глядя на гостиницу. Шона не было видно, значит, он был уже внутри и поддерживал огонь в камине. Если бы она оказалась здесь одна, отрезанная снегопадом от мира, ей стало бы немного страшно. Но оказаться здесь вдвоем с Шоном было просто ужасно.

Она конечно же не беспокоилась за свою безопасность. Она боялась потерять свой здравый смысл, и ей пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы остановить карусель тех несвязных мыслей, которые вновь завертелись в ее голове.

Он был слишком хорош. Слишком красив, слишком богат. И, кроме того, он был ее работодателем. Удачное завершение проекта для «Келтик нот» даст мощный толчок для развития ее компании.

Поэтому она обязана держать свои гормоны под контролем каждый раз, когда Шон оказывается рядом. Она не может позволить себе поддаться его обаянию. Роман с ним ничем хорошим не закончился бы. Уже два года прошло с тех пор, как она последний раз была с мужчиной. Тогда Кейт смогла убедить себя, что все ее сексуальные желания и потребности умерли вместе с ее мужем, Сэмом.

С разочарованием она вынуждена была признать, что эта ее теория разбилась вдребезги, стоило только Шону Райану появиться в ее жизни.

Она перевела взгляд на гостиницу, где за окном гостиной виднелся свет от камина. Хотя вечер еще не наступил, но сумерки уже начинали сгущаться.

Стена снега между ней и зданием гостиницы становилась все больше. Это означало, что началась снежная буря. Их заточение может продлиться несколько дней.

Как странно, что эта перспектива одновременно огорчала и возбуждала ее!

Глава 2

Температура воздуха в гостиной уже поднялась. Свет огня отражался на лице Шона, когда он склонялся к камину, чтобы подложить дров. Когда Кейт вошла, он повернулся и взглянул на нее. У Кейт перехватило дыхание от этого взгляда. Огонь и свет горели в его синих глазах и, казалось, проникали внутрь ее.

Пару секунд в воздухе висело безмолвное напряжение. Кейт с трудом могла дышать. Наконец она смогла произнести:

— Если ты принесешь больше дров, это поможет нам пережить завтрашний день.

— Правильно, — согласился Шон. Он поднялся и сунул руки в карманы джинсов. Кивнув на кучу вещей, которые она сложила перед собой, Шон сказал: — У тебя приличный запас предметов первой необходимости!

— Я предпочитаю хорошо подготовиться, а не умереть от холода, — ответила Кейт, пожав плечами. — Ты никогда не можешь знать, заведется ли твоя машина, не съедешь ли ты в канаву из-за обледеневшей дороги, не сдуется ли шина.

— Или окажешься отрезанной от мира из-за метели.

— Точно! — Она подтолкнула носком ботинка черный нейлоновый чехол со спальным мешком ближе к остальным вещам. — В этом ящике у меня фонарь, работающий от аккумуляторной батареи, шоколад и кофе, энергетические батончики.

— Снова это волшебное слово, — усмехнулся Шон.

— Наконец-то мы можем договориться о чем-то, — сказала Кейт с нерешительной улыбкой.

А Шон только улыбнулся еще шире. Сердце Кейт затрепетало.

— Да, у нас была интересная неделя, как ты думаешь?

— Можно и так сказать, — вздохнула Кейт. Она склонилась к своей коробке и достала из нее свою древнюю кофеварку. Прихватив и упаковку кофе, Кейт встала и увидела, что он пристально смотрит на нее. — Ты оспорил все мои предложения по обустройству гостиницы.

— Это моя гостиница, — просто ответил он. — И я принимаю решения.

У Кейт еще не было клиента, который бы критиковал ее каждое предложение. Обычно Кейт была не против воплощения в проекте представлений клиента. Но она также знала, что можно было воплотить в жизнь, а что — нет. Однако Шон считал, что осуществить можно все, что он пожелает.

— Моя команда, моя работа, — возразила она.

— Вот мы снова взялись за старое, — качая головой, сказал Шон. — Да, ты будешь делать свою работу, но ты будешь делать ее так, как я хочу.

— Даже если ты не прав.

Его губы сжались.

— Если я хочу чего-то, то я прав.

— Ты ничего не смыслишь в архитектуре, — возразила Кейт, хотя понимала, что все ее доводы напрасны.

Она сжала кофеварку в руках. Этот мужчина был непробиваем. Ей так и не удалось убедить его ни в чем за последнюю неделю.

Он вынул руки из карманов и сложил их на груди, демонстрируя покорное ожидание.

— А что ты знаешь о видеоиграх? Прежде всего о «Лесной гонке»?

— Ну, скажем так, мало, — дала она уже известный ему ответ. Они уже не в первый раз спорили на эту тему, и Кейт знала, что ей придется признать его правоту.

— Иными словами, ничего.

— Хорошо. Я не знаю ничего об этой игре. — В ее голосе слышались оправдательные нотки, но она уже не могла совладать с собой. — У меня, к величайшему моему сожалению, не хватает времени, чтобы тратить его на какие-то глупые и бесполезные видеоигры.

Шон был явно оскорблен ее ответом.

— Слава богу, что в мире есть несколько миллионов человек, которые так не думают.

Одним словом, он смог напомнить ей о разнице между ними. Он был миллиардером. Она была наемным работником.

— Ты прав, — сказала она, а слова обжигали ее язык. — Я не знаю, что геймерам захотелось бы увидеть в гостинице, которая должна быть оборудована специально для них.

Он коротко, практически царственно кивнул.

— Но, — добавила Кейт, — ты ничего не смыслишь в архитектуре. Что может и что не может быть сделано и, важнее всего, что следует делать и чего делать нельзя. Ты нанял меня, потому что я профессионал. Если я говорю тебе, что это несущая стена, то это не из-за того, что я возражаю против «открытого пространства для наблюдения за колдуном». Это связано всего лишь с тем, что если я снесу эту стену, то это нарушит прочность всего здания.

Он явно хотел возразить, однако произнес всего лишь:

— Ты права.

— Спасибо, я была уверена в этом.

Легкая улыбка скользнула по его губам.

— Ты самая упрямая женщина в мире!

Кейт затаила дыхание. Странно, но только Шон Райан сказал ей об этой ее черте характера. Обычно ей удавалось договариваться с клиентами гораздо быстрее. Но он придирался ко всем ее предложениям, и она не понимала почему. Она чувствовала, что приходится отстаивать свое мнение, свою позицию. Ей предстояло научиться находить общий язык с ее капризным клиентом, и она могла начать делать это уже сейчас.

— Хорошо, я думаю, ты тоже прав.

Он удивленно поднял брови.

— Поговорим по душам?

Как у него получалось быть одновременно и дружелюбным, и раздраженным? Кейт сделала глубокий вздох в надежде успокоиться. После смерти Сэма, ее мужа, она жила уединенно, практически как отшельник. От мысли о том, что ей предстоит провести некоторое время наедине с Шоном, ей становилось не по себе. Но она должна была справиться! Она должна была дождаться того дня, когда он сядет в свой частный самолет и отправится туда, где и было место таким мужчинам, как он. Тогда ее жизнь вернется на круги своя, и она забудет, какую бурю чувств вызывал в ее голове один лишь его взгляд.

— Почему бы тебе не принести дров? А я сделаю кофе.

— Разговор по душам закончен, — констатировал Шон, качая головой. — Что ж, сейчас оставим все, как есть, потому что мне действительно срочно нужен кофеин.

Кейт держала свою кофеварку и упаковку с кофе, как охотник держит добычу.

— Газ подключен. Я должна только сделать пробное включение плиты, и, если все в порядке, мы можем ею пользоваться.

— Ты — богиня, — мелодраматично произнес Шон.

Кейт изумленно покачала головой:

— На тебя легко произвести впечатление!

— Не совсем так, — ответил он и подмигнул.

«Он подмигивает мне! — думала она, пока шла на кухню. — Как же он хорош! Что это за проделки судьбы, которая посылает мне такого мужчину именно тогда, когда я его совсем не жду?»

Бормоча себе под нос, она налила воды в миску и с помощью спички зажгла газовую конфорку. Затем она пошла в кухонную кладовку проверить, какие запасы еды остались здесь с прошлой недели.

Обычно, когда ее команда работала над каким-то проектом, они держали холодильник, забитый едой, прямо на объекте. Но в гостинице все обстояло иначе. На этом объекте подразумевались переработки и длительные пребывания без выезда в ближайшие населенные пункты. Поэтому они сделали запасы еды и разных необходимых вещей, например пластиковых тарелок, полотенец и одноразовых столовых приборов.

— Это, конечно, не пятизвездочный ресторан, — пробормотала она, — но мы не умрем с голоду.

— Правда? — раздался голос Шона прямо за ее спиной. Кейт подпрыгнула от неожиданности. А он не обратил внимания на ее реакцию. — Что у нас тут есть?

Кейт отошла в сторону.

— Сыр, крекеры, чипсы, печенье. Вся та вредная еда, которую не стоит есть. — Она бросила на него взгляд. — Моя команда просто обожает эти гадости.

— Не будем их в этом упрекать!

Кейт улыбнулась и открыла дверь холодильника.

— Здесь еще больше запасов. Буря еще пока не нарушила подачу электроэнергии. Это хорошо. Вот посмотри, тут три бутерброда, сырные палочки, яйца вкрутую, салат из макарон.

Он нахмурился:

— Когда мы вчера покупали продукты, то купили по бутерброду на каждого. Я не думал, что что-то останется.

— Обычно ничего и не остается. Ребята съедают все, как саранча, особенно в том случае, когда они не сами заплатили за еду. Но благодаря нашей заботе Лайла и Рауль на диете, поэтому они не съели свои бутерброды, а Фрэнк уехал раньше всех, так как его жена рожает. И поэтому у нас теперь есть еда.

— Я совсем забыл, что жена Фрэнка беременна. — Шон прислонился к кухонному шкафу. — Кто у них будет, мальчик или девочка?

— Девочка, — ответила Кейт и улыбнулась. Она вспомнила, как Фрэнк позвонил ей вчера вечером. — Он так взволнован. У них уже есть четыре мальчика, и он страстно хотел на этот раз девочку.

— Пятеро детей? — удивленно сказал Шон и присвистнул. — У родителей плохо с головой?

Он был настолько шокирован, что Кейт стало обидно за своих друзей.

— У них с головой все в порядке. Просто они любят детей.

— Да, вероятно, ты права, — пробормотал Шон и весь передернулся, как от холода.

— Тебе настолько неприятна мысль о семье и детях?

Что-то промелькнуло в его глазах — какая-то тень — и пропала так быстро, что Кейт не была до конца уверена, что она действительно что-то видела.

— Нет, — ответил Шон, — просто я не имею никакого интереса к созданию собственной семьи.

— Значит, тебе и не стоит заводить детей, — решительно сказала Кейт, раздумывая о том, что человек, с которым ей предстоит работать долгие месяцы, открывается ей еще с одной стороны.

— Да нет же… — Он качнул головой и рассмеялся. — Я просто не представляю себя в роли отца. Может быть, мой брат способен на это, но не я.

И хотя Шон перевел разговор в более беззаботное русло, Кейт все никак не могла забыть ту тень, промелькнувшую в его глазах. Мучимая любопытством, она не удержалась и спросила:

— Почему?

Шон выдохнул, сложил руки на груди и ответил:

— Мне нужно свое личное пространство и время для себя. Меня совершенно не привлекает перспектива подстраиваться под чье-то еще расписание.

— Да ты эгоист!

— Совершенно верно, — учтиво согласился он. — А что насчет тебя? Если ты так любишь детей, почему у тебя самой нет трех или четырех?

Ее лицо внезапно застыло. Она почувствовала это, но никак не могла справиться с собой. Оставалось лишь надеяться, что он ничего не заметит. Она не хотела рассказывать Шону о своем покойном супруге и о своей мечте о семье, которая у них была и которую они потеряли.

— Просто не получилось.

— Кейт, — сказал Шон, придвинувшись к ней ближе, — что с тобой?

— Все в порядке, — поспешно ответила она, подняла голову и постаралась улыбнуться задорной улыбкой.

«Это просто еще одно напоминание о том, что мы люди разного круга», — подумала она. Мистер Плейбой и Миллиардер, вероятно, думает, что семья — это клетка, где его будут держать на цепи. А ее мечта почти осуществилась — дом, муж, дети, но все это исчезло, и теперь она была совсем одна.

Шон совершенно точно не сможет понять ее состояние. А разве она должна что-то объяснять ему?

— Как бы то ни было, — сказала Кейт, — еды у нас достаточно, чтобы прожить тут несколько дней.

— Правильно. — Он легко смирился с тем, что она поменяла тему. — А кофе нам хватит?

Нам. Они были неравной командой. Пока на улице бушевала стихия, они могли называть себя «мы». Кейт была готова признать, что была счастлива, что не оказалась здесь в одиночестве. Даже если это значило, что она и Шон будут постоянно находиться вдвоем в замкнутом пространстве. Но сейчас решающую роль в их отношениях сыграла их общая страсть к кофеину.

— Я как раз этим занимаюсь.

Вода в миске закипела, и Кейт осторожно заварила кофе в своей дорожной кофеварке. Она чувствовала, что Шон наблюдает за ней. Как странно, подумала она, что взгляд мужчины может быть таким же явным, как прикосновение. Еще более странным было то, что ей хотелось, чтобы он дотронулся до нее. Какая глупость!

Разве она только что не напомнила себе, какая пропасть зияла между ними? Что его появление в ее жизни носило временный характер, уж не говоря о том, что он был ее клиентом, по сути, ее работодателем. Этого нельзя отрицать. А напряжение, возникшее между ними, было опасным, странным. И таким манящим!

«Все дело в сложившейся ситуации», — решила Кейт. Они оказались вдвоем в пустой гостинице, за дверьми которой возвышались огромные сугробы снега. Конечно, в таких обстоятельствах она немного потеряла голову. Единственное, что было неправдой, так это то, что она потеряла голову гораздо раньше, когда Шон только приехал в Вайоминг.

Слушая, как завывает ветер за окном, она наблюдала, как вода просачивается через фильтр в кофейник.

— Божественный запах, — раздался сзади голос Шона.

— Верно, — согласилась она и подлила еще воды в фильтр.

Затем она пошла в кладовку, взяла две чашки и налила в них горячий кофе. Первый глоток сотворил чудо — все ее внутренние противоречия внезапно утихли.

Прислонившись к шкафу, она посмотрела на окно над раковиной. Это было эркерное окно с большим подоконником, где можно было выращивать пряные травы. Сейчас подоконник был пуст, но Кейт живо представила себе, как все здесь будет выглядеть, когда они закончат работу.

Снег стоял стеной за окном, и Кейт уже не могла разглядеть ни озера, ни леса.

— Тут часто такое происходит? — спросил Шон, подойдя к ней.

Его рука скользнула по ее руке, и Кейт судорожно глотнула воздуха, чтобы успокоиться.

— Достаточно часто, — сказала она, тщетно пытаясь взять себя в руки. Она сделала еще один глоток кофе, и ее прошиб пот. — Спроси кого хочешь, и люди тебе расскажут. Если тебе не нравится погода в Вайоминге, подожди пять минут, погода изменится.

Он наклонился вперед и откинул голову назад, чтобы увидеть небо.

— То есть через пять минут выглянет солнце, а снег растает?

Кейт рассмеялась. В его голосе слышалась такая искренняя надежда!

— Не похоже на то! Это явно затяжное явление. Я думаю, что мы застрянем здесь на несколько дней. А может быть, и больше.

Он вздохнул, кивнул и посмотрел на Кейт.

— Ну, по крайней мере, у нас есть мы!

«Именно это и есть моя проблема», — подумала Кейт.

Они решили внимательно изучить, какая еда у них есть, и вот, час спустя, они уже ели, поделив бутерброд и несколько крекеров. Сидя перед камином, слушая завывание ветра за окном, Шон взглянул на сидящую рядом Кейт. Они подвинули старую кожаную софу ближе к камину и расселись по ее углам.

Кейт смотрела на пламя, и его отблески плясали на ее лице и волосах. Ее глаза неотрывно смотрели прямо на огонь. Шон понял, что она нервничает из-за него, и ему было приятно это осознавать. Это несколько снижало его градус напряженности.

Он нахмурился, задумавшись над своими ощущениями. Он был действительно напряжен. Обычно в компании женщин он чувствовал себя как рыба в воде, а не как новичок-первокурсник. Тогда Дана Морон, рыжеволосая красавица с зелеными глазами и ослепительной улыбкой, легко могла приводить его в состояние болвана. Но только до того момента, когда он в первый раз поцеловал ее. Этот первый поцелуй открыл перед Шоном прекрасный мир чудес, красоты и страсти, и этими дарами Шон наслаждался по сей день.

Большинство женщин не задерживались в его жизни надолго. Хотя была в его жизни женщина много лет назад, которая оставила в душе Шона глубокий след. Но он не позволял себе думать о ней и о том, что произошло между ними. Истории из его прошлой жизни не имели ничего общего с тем человеком, каким он был сейчас.

А теперь в его жизни появилась Кейт. И его чувства к Кейт оказались гораздо сильнее, чем к той женщине из прошлого. Шон осознавал, что теряет контроль над собой, и это ему не нравилось. Он чувствовал сильнейшее влечение к Кейт, но в его голове периодически включался сигнал тревоги и говорил ему, что необходимо сохранять дистанцию, а лучше всего, убраться отсюда подальше. Но из-за капризов погоды это было нереально.

Шон не любил попадать в запутанные ситуации, всячески избегал их и не горел желанием впутаться в историю сейчас. Однако в настоящий момент логика уступала чувствам.

Он хотел Кейт. Он хотел настолько сильно, что ее образ постоянно возникал у него в голове. Когда он видел ее, его тело напрягалось. Чем дольше он находился рядом с ней, тем критичнее становилось его физическое состояние. Эта страсть пожирала его изнутри, требуя разрядки. Но секс только усложнил бы их отношения, а Шон был тем мужчиной, который не любил сложности.

Его жизнь была бы намного проще, если бы ему удалось сбежать из Вайоминга. Но поскольку такой возможности у него не было, надо было найти способ пережить это вынужденное совместное пребывание с наименьшим ущербом для внутреннего комфорта.

— Почему ты смотришь на меня?

Шон вздрогнул и вернулся к реальности. Кейт стояла напротив и внимательно изучала его.

— Я просто думал.

— О, это повод для беспокойства, — ответила она, и легкая улыбка скользнула по ее губам. — О чем ты думал?

Нет, он не собирался рассказывать ей правду о том, что размышлял, как скоро ему удастся раздеть ее.

— Я размышлял, почему ты выбрала эту профессию.

Она нахмурилась, ее глаза сузились, и Шон понял, что она ему не поверила. Но, пожав плечами, Кейт ответила:

— Из-за моего отца. Он старший плотник. Организовал свое дело, когда я была еще ребенком.

Кейт улыбнулась своим воспоминаниям, и Шон заметил, как смягчились черты ее лица.

— Я каждое лето работала с ним. Он и его бригада научили меня всему, что я знаю о строительстве домов, об архитектуре.

— Забавно. Я тоже работал летом на моего отца, — сказал Шон, вспомнив, как он отчаянно каждый раз пытался сбежать от отца на море.

— А чем занимался твой отец?

— Он юрист, — ответил Шон. — Он хотел, чтобы мы с братом учились в юридической школе, а потом работали бы у него.

— А тебе не хотелось стать юристом? — спросила она.

Шон пожал плечами.

— Нет. Ты когда работала на отца, выезжала на объекты?

— Обычно да.

— А я нет. Мы уничтожали старые документы, подметали, мыли пол и выполняли разные незначительные поручения. — Шон тряхнул головой. — Я терпеть не мог находиться в закрытом помещении и пообещал себе, что найду такую работу, которая позволит мне заниматься тем, чем я хочу. Например, серфингом, если мне захочется.

Кейт рассмеялась.

— Я думаю, что очень мало людей могут позволить себе заняться серфингом в обеденный перерыв.

— Верно. Именно поэтому мне нравится быть своим собственным начальником. Я думаю, ты понимаешь, что я имею в виду.

Кейт кивнула:

— Да, я тебя понимаю.

Пара минут прошла в молчании, которое нарушал только треск поленьев в камине. «Между нами установились практически товарищеские отношения», — подумал Шон. Это был первый раз с момента их встречи, когда они спокойно разговаривали и еще ни разу не поспорили. Он удивился, что ему очень нравится эта ситуация.

— Итак, — возобновил он разговор. — Кто будет вести за тебя дела, пока ты застряла здесь?

— Из-за такого сильного снегопада мои ребята просто будут сидеть по домам. Они ничего не смогут сделать в такую погоду, — ответила Кейт и огляделась по сторонам.

Помещение погрузилось в полумрак, нарушаемый отблесками огня из камина.

— Когда снегопад прекратится и дороги будут расчищены, мы начнем реконструкцию здания. Сам дом в полном порядке, но на крыше надо заменить черепицу. Еще нужно починить перила лестниц. Мы начнем с внутренних работ и перейдем на внешние, когда у нас здесь окончательно установится весна.

— И вот мы снова заговорили о работе, — прервал ее Шон. Он заметил, что, как только их беседа переставала быть формальной и сворачивала в более личную плоскость, Кейт мгновенно начинала снова говорить о работе.

— На этот раз по твоей вине. Кроме того, мы здесь именно из-за работы, — ответила она.

— Нет, — заявил Шон, махнув рукой в сторону окна, за которым стояла белая пелена снега. — Мы здесь из-за снега. Мы сегодня уже много разговаривали о работе.

— Хорошо, — решительно ответила Кейт. — О чем ты хочешь поговорить?

— Да кто сказал, что я хочу именно говорить? — спросил он и улыбнулся.

Кейт напряглась, лицо ее приняло бесстрастное выражение. «Что это может означать?» — подумал Шон. Явное нежелание этой женщины признавать возникшую между ними симпатию не давало ему покоя. Может быть, секрет заключается в том, чтобы поддаться сексуальному влечению? Если они будут продолжать игнорировать свои чувства, они вряд ли смогут находиться вдвоем в закрытом пространстве еще несколько дней.

— Нет, — сказала Кейт. — Этого не произойдет.

— Никогда не говори «никогда», — ответил Шон, беззаботно пожав плечами. — Мы отрезаны от всего мира, а я невероятно привлекателен.

Неуверенная улыбка скользнула по ее губам.

— Я думаю, что смогу контролировать себя.

— Это мы еще посмотрим, — заявил Шон. Он любил принимать вызовы. А Кейт Уэллс явно бросала ему вызов.

— Хорошо. Я думаю, надо принести еще дров, — сказала Кейт, поднимаясь на ноги и смотря на него сверху вниз.

— А я думаю, что у нас достаточно дров. — Он посмотрел на дрова, сложенные высокой горкой у очага.

— Дров не может быть слишком много, — ответила Кейт, надевая куртку.

Он понимал, что Кейт сейчас придумала себе это занятие, чтобы отдалиться от него, создать между ними расстояние. Он решил помешать ей.

— Я сам принесу дрова.

— Нет, за дровами пойду я, — произнесла она и ушла, даже не взглянув на него.

Проклиная упрямых женщин, Шон надел куртку и пошел за Кейт. Он прошел сквозь сени и вышел на широкое заснеженное крыльцо и увидел, как она схватила несколько больших поленьев.

— Дай я сам возьму.

— Я сказала, что мне не нужна помощь, — возразила Кейт.

Шон подошел к ней как раз в тот момент, когда она оборачивалась на звук его голоса. Локтем она попала ему в грудь, он отступил и споткнулся о ступеньку крыльца. Потеряв равновесие, он почувствовал, что падает. Мягкий снег смягчил его падение. Шон лежал на спине и смотрел, как снег, не прекращая, падал с неба.

— Боже мой! Как ты? — Кейт бросила дрова на землю и протянула руку Шону. — Я не знала, что ты стоял рядом.

Шон не двинулся и посмотрел на нее. На ее волосах, ресницах, воротнике ее куртки лежали снежинки. Он схватил ее протянутую руку, но вместо того, чтобы подняться, рывком потянул Кейт на себя, и она упала рядом с ним.

Кейт вскрикнула, а затем сразу же попыталась подняться. Но Шон не дал ей такой возможности.

— Куда ты спешишь? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.

— Мне холодно…

— Прижмись ко мне, мы согреем друг друга.

Глава 3

— Сумасшедший, ты просто сумасшедший, — сказала Кейт, тряхнув волосами.

Тяжелые большие снежинки по-прежнему тихо падали с неба и садились на его ресницы, его губы.

— И неотразимый. Не забывай, что я неотразимый.

— Верно, — рассмеялась она. — Ты свалил меня в снег! Правда, очень мило с твоей стороны!

Шон ухмыльнулся:

— Ты первая начала!

Она начала первая и в результате упала прямо на него в снег.

— Тебе это нравится, правда?

Шон провел одной рукой вниз по ее спине, и ее глаза предупреждающе сузились.

— Да, я думаю, мне это нравится…

— Как я и сказала. Ты сумасшедший.

— Поцелуй меня, и мы выберемся из снега.

Целовать Шона Райана не входило в планы Кейт. Но она была так слаба! Так слаба, что знала: если она не попытается сейчас встать, он одержит победу.

— Все, я встаю, — заявила она и оттолкнулась от него, пытаясь подняться на руках.

Шон удержал ее.

— Только один поцелуй! Ты увидишь, что мы сможем растопить весь снег!

Она скользнула взглядом по его губам, а затем посмотрела ему в глаза. «Никогда соблазн не выглядел так привлекательно…» — подумала она, осознавая, что никогда еще не была так близка к поражению. Нет, она не была робкой девственницей, она была вдовой. Мужчина, которого она любила и женой которого она была, был полной противоположностью Шона.

Сэм Уэллс был симпатичным, добрым, тихим. Простым улыбчивым человеком с хорошим характером. Кейт не привыкла к общению с заносчивыми и самоуверенными мужчинами. И теперь она удивлялась самой себе, недоумевая, почему она находит Шона таким… привлекательным.

И пока она замерла на секунду, размышляя над своими чувствами, Шон притянул ее к себе еще ближе и поцеловал в губы.

Это был горячий, страстный поцелуй. Странно, что снег, на котором они лежали, не растаял.

Тело Кейт поддалось желанию, но разум продолжал посылать тревожные сигналы. Растопить снег? Если Шон продолжит в том же духе!

«Вставай! — приказала она себе. — Прекрати это немедленно!» Но она прекрасно осознавала, что не сможет остановиться. Ее давно, слишком давно, не обнимал и не целовал мужчина. Поэтому она с такой страстью отвечала на прикосновения Шона. Это так она пыталась объяснить себе свою реакцию. Это не было проявлением чувств именно к этому мужчине. Это была простая физическая потребность, о которой она два года пыталась не думать.

Но когда его язык коснулся ее языка, она была вынуждена признать, что все дело именно в нем, в Шоне. Она реагировала не на поцелуй как таковой, а на поцелуй Шона.

Всю неделю, что они работали вместе, она спорила с ним, но не могла запретить себе думать о нем. А теперь он обнимал ее, целовал в губы. Это было так не похоже на то, что она испытывала раньше!

Шон оторвался от нее, посмотрел на нее с таким выражением, как будто она была пришельцем с Марса. И покачал головой:

— Если бы я знал, как приятно тебя целовать, я бы это сделал уже неделю назад!

Глядя в его красивые глаза, она выпалила прежде, чем успела подумать:

— Я, может быть, и разрешила бы!

Уголок его красиво очерченных губ дрогнул.

— Может быть?

Он и так был слишком самоуверен, поэтому не стоило давать повода для подпитки его эго, которого хватило бы на трех здоровых мужчин.

— Я думаю, что мы уже миновали этап «может быть», Кейт, — сказал Шон, гладя кончиками пальцев ее шею. Кейт хотелось замурлыкать.

Эта мысль заставила Кейт откинуться назад.

— Нет, этого не будет.

— Здесь, конечно, нет, — согласился Шон. — Мы же замерзнем насмерть.

Но, несмотря на холод, снег, ледяной ветер, Кейт было жарко. Она встала на ноги, Шон последовал за ней. Он схватил ее за локоть и спросил:

— Ты будешь делать вид, что ничего не произошло?

— Это был поцелуй, Шон. Просто поцелуй. — Она выскользнула из его руки, стянула шапку и резинку с волос и тряхнула ими.

— Это был настоящий поцелуй, Кейт!

Она чувствовала прикосновения его пальцев на своем свитере, как будто он касался ее обнаженной кожи. Интересно, что будет, если он действительно дотронется до нее? О, только не думать об этом…

— Кейт…

— Нам нужно набрать побольше дров…

— О, я могу помочь тебе чем-то другим…

Кейт обернулась и вздохнула.

Шон ухмыльнулся:

— Я же сказал тебе — я неотразим.

— Не трать на меня свое обаяние, — ответила Кейт.

— Я и не трачу…

Кейт еще раз вздохнула, склонила голову в сторону и посмотрела на него:

— Почему ты это делаешь?

— Мы оба это делаем, — сказал он просто.

Он шагнул ей навстречу, положил ей руки на плечи, а она не стала противиться, хотя понимала, что должна. Этот невыносимый жар прожигал ее насквозь. Казалось, что в этом заснеженном ледяном мире остались лишь они вдвоем. Как будто и не было ничего, кроме старой гостиницы и их. Кейт посмотрела на Шона и почувствовала, что силы покидают ее.

«Какой же он самоуверенный», — подумала Кейт. Ее сила воли таяла, как сахар в горячей воде. Она не хотела поддаваться влечению, но и не могла думать ни о чем другом.

— И что же теперь будет? — спросил он и взял ее лицо в свои ладони. Прохладные ладони на разгоряченной коже заставили ее вздрогнуть. — Мы будем притворяться, что ничего не произошло?

— Это будет самым безопасным решением.

— Ты всегда выбираешь самые безопасные решения? — скривил он рот.

Да. Большую часть своей жизни Кейт старалась жить так, чтобы избегать любой опасности и угрозы. Ее мать погибла в автокатастрофе, когда Кейт была еще ребенком. Это оставило глубокий след в душе Кейт. Она всегда пристегивалась ремнем безопасности, соблюдала скоростной режим. Безопасность была основным критерием ее существования. Она не рисковала, была всегда бдительной и осторожной. Самым правильным решением сейчас было бы забыть о произошедшем и продолжать жить своей спокойной жизнью. Избежать того, что могло произойти между ней и Шоном.

И пока она обдумывала свои последующие действия, Шон наклонился к ней и снова поцеловал ее в губы. Его губы были мягкими, его движения были нежными, и Кейт сдалась. Когда он оторвался от нее, она долго не могла вздохнуть. Наконец она сказала:

— Безопасность — самое правильное решение во всех обстоятельствах.

— Забудь о безопасности, — потребовал Шон.

Она не могла отвести глаз от его лица.

— По всей видимости, это со мной сейчас происходит.

Он снова поцеловал ее, но не нежно, а требовательно, настойчиво, жадно.

Кейт почувствовала даже сквозь куртку и свитер, какая у него крепкая мускулистая грудь. Внутри ее вспыхнуло пламя. Положив руки ему на плечи, она прижалась к нему. Шон обхватил ее за талию. Так они стояли по колено в снегу, крепко держа друг друга в объятиях. Кейт не чувствовала холода. Ее наполняло его дыхание, и пламя у нее внутри разгоралось еще сильнее.

Отстранившись, Шон произнес:

— Пойдем в дом. Мы замерзнем здесь.

— Мне не холодно, — возразила она, облизывая губы, чтобы сохранить его вкус.

Шон улыбнулся и, обняв ее за талию, повел в направлении гостиницы. Они прошли в кухню, и Шон захлопнул за ними дверь.

Кейт внезапно занервничала и начала судорожно думать о том, что может произойти и какие это будет иметь последствия.

— Нет! — приказал Шон, прижав ее к кухонному шкафу и опершись руками на шкаф.

— О чем ты?

— Ты слишком много думаешь. Ты начинаешь беспокоиться о том, что мы можем допустить ошибку.

— Ты научился читать мысли? — спросила Кейт, стараясь игнорировать тяжелое биение сердца.

Он рассмеялся.

— Прочитать твои мысли сейчас очень легко. — Его взгляд ласково скользнул по ее лицу. — Тебе все это нравится, но тебе страшно в этом признаться.

— То же самое я могу сказать и про тебя.

— Ты права. — Шон задумчиво кивнул. — Разница между нами заключается в том, что я не готов отрицать свои эмоции и желания, а ты, как я вижу, чемпион в этом деле.

— Соглашусь с половиной сказанного тобой. Ты не готов отказывать себе в удовольствиях.

— А почему я должен отказывать себе в этом? — Шон пожал плечами. — Какая польза от того, что ты будешь обманывать себя, отрицать свои желания, отказываться от прекрасного?

Несмотря на очередной начинающийся спор, Кейт не покидало предвкушение радости.

— Ты уверен в том, что можешь быть прекрасен?

Его рот дрогнул, в глазах блеснула искра, и он склонился к ней так близко, что их разделяло только дыхание.

— А ты в этом не уверена?

Пара заблудившихся снежинок упала с воротника ей на кожу шеи. Кейт вздрогнула.

— Это какое-то сумасшествие, — пробормотала она, отводя глаза от его губ.

— Я обожаю сумасшествие, — прошептал Шон.

— Охотно верю, — рассмеялась Кейт.

Сумасшествием было то, что они здесь обсуждали. Секс с Шоном был бы большой ошибкой. Даже огромной. Но если она упустит этот момент, даст ему вернуться в Калифорнию, не воспользовавшись шансом, предоставленным ей Судьбой, это ведь тоже будет ошибкой? Не будет ли она сожалеть о неслучившемся всю оставшуюся жизнь?

И она не хотела больше сожалеть ни о чем.

Кейт за последние два года даже не допускала мысли о близости с мужчиной. Но внезапно нахлынувшие чувства к Шону были настолько сильными, что ей становилось даже физически больно. А она испытала так много боли в последние годы.

Конечно, секс без любви был для нее неприемлем. Но ведь однажды она уже любила и потеряла свою любовь и не хотела, чтобы это произошло с ней вновь. Но если она не собиралась прожить всю жизнь как в монастыре, она должна была признать, что обстоятельства меняются. Она не могла отрицать возникшего влечения. Когда она встретилась с ним взглядом, то поняла, что Шон нравится ей, несмотря на то что иногда смущал и обижал ее.

Глядя ему в глаза, Кейт призналась себе, что он действительно был привлекателен, честен и мог ее рассмешить.

Такому мужчине было трудно противостоять, хотя она и пыталась последние несколько дней. Кейт глубоко вздохнула и… сдалась.

Если она совершит ошибку, то будет нести за нее ответственность сама.

— Кейт… — пробормотал Шон, снимая ее куртку и запуская руки ей под свитер. — Сойдем с ума вместе или будем бродить, грустные и печальные, поодиночке?

Она опять вздрогнула и подняла на него глаза. Он смотрел прямо на нее, ожидая ответа.

Кейт подняла руку к его лицу.

— Давай сходить с ума вместе, — прошептала она.

— Слава богу! — И он поцеловал ее.

Все тело Кейт напряглось в экстазе. Она обхватила его за шею и прижала ближе к себе. Теперь, когда она отбросила все сомнения, она не могла контролировать свои чувства. Она застонала, когда его язык коснулся ее губ. Она не могла дышать, ее тело горело огнем.

Шон тем временем окончательно стянул с нее куртку и посадил ее на стол, встав между ее бедер, а она скрестила ноги вокруг его талии.

Они смотрели друг другу в глаза, и, когда Шон положил свои ладони на ее грудь, Кейт почувствовала, как напряглись ее соски. Она чувствовала нарастающий зуд, желание. Отчаянное, безумное желание пожаром разгоралось в ее теле. Они не обращали больше внимания на свирепствующую за окном метель.

— Пойдем в комнату, — прошептал Шон, — к камину…

— Мне не холодно, — заверила она его, прижимаясь к нему и ожидая его поцелуя.

— Я хочу раздеть тебя, а здесь слишком холодно. Мы не сможем завершить то, что начали.

Он был прав. В кухне становилось все холоднее. Мороз проникал уже сквозь стены здания.

— Хорошо, пойдем, — согласилась она.

Он поднял ее и на руках понес в комнату. В любой другой момент она возразила бы, но сейчас она наслаждалась, ощущая его крепкое тело между своих ног. Ее собственное тело дрожало от возбуждения.

— Кейт, давай доберемся до камина, — простонал Шон.

Но она приняла решение быть с ним и не хотела терять времени. Она хотела почувствовать его на себе, в себе. Она хотела получить от него все то, что отдавала одному-единственному мужчине до этого — своему мужу. Усилием воли Кейт остановила круговорот мыслей в своей голове. Надо жить сейчас в эту минуту своей жизнью, надо разделить этот момент счастья с Шоном.

Секс. Более двух лет она не спала с мужчиной. Поэтому она так страстно реагировала на ласки Шона. До этого момента самым приятным в сексе была близость, объятия после полового акта. Никогда до этого дня Кейт не чувствовала такого желания и не думала, что она способна на это. Она боролась с чувством вины, так как понимала, что Шон делает ее более счастливой, чем ее покойный муж. Но об этом потом, потом… Сейчас она страстно ожидала разрешения нарастающего желания.

Но внезапно она остановилась.

— Стоп! Подожди!

— О нет… — простонал Шон. — Прошу тебя, не говори мне, что ты передумала.

— Нет, не в этом дело, — сказала Кейт, облизывая губы в полном разочаровании. — Я не принимаю противозачаточные средства, понимаешь? А у нас нет презервативов…

Шон улыбнулся, сунул руку в карман джинсов и вытащил из него кошелек. Из кошелька он достал целую упаковку презервативов.

Ее глаза расширились в изумлении, затем она улыбнулась и покачала головой.

— Ты как подросток. Ты носишь презервативы в своем кошельке?

— Да, — ухмыльнулся он. — С тех пор, как встретил тебя. — Он протянул ей презервативы, а сам поднял спальный мешок, который Кейт принесла из своей машины ранее. — У тебя свои предметы первой необходимости, а у меня свои…

Это заявление вызвало у Кейт противоречивые чувства. Он планировал переспать с ней и заранее подготовился к этому. Она начала нервничать. У нее до этого был только один мужчина, ее муж Сэм. Она вспомнила, как он целовал и ласкал ее, как при этом нарастало ее желание. Вспомнила свои оргазмы, которые несли с собой и облегчение, и, как ни странно, разочарование.

А сейчас она хотела секса с мужчиной, которого едва знала. Она действительно сошла с ума, это было единственным объяснением для такого поведения.

Шон расправил спальный мешок.

— Это не королевское ложе в «Ритце», — сказал он. — Но сейчас и так сойдет.

Огонь камина отражался на поверхности спального мешка и бросал причудливые тени на стены комнаты. Кейт взглянула на Шона и почувствовала, как улетучиваются ее сомнения и страхи. Она приняла решение и не будет раздумывать об этом более.

Шон был прав: они зашли слишком далеко, чтобы останавливаться. И более всего, Кейт не хотела останавливаться.

— Согласна!

Она отбросила все мысли в сторону и бросилась к нему, когда он протянул к ней руки. Под треск огня в камине они быстро срывали одежду. Кейт совершенно забыла обо всех сомнениях и страхах, терзающих ее минуту назад.

Они бросили на пол свитеры, Шон расстегнул и отправил туда же ее бюстгальтер. Он накрыл ладонями ее груди, а затем начал нежно массировать ее соски, которые уже горели огнем. Кейт стонала и изгибалась под его ласками, требуя большего. Она не думала. Она не могла больше думать, даже если захотела бы. Она сейчас испытывала только одно чувство. Глубокие волны возбуждения сотрясали ее изнутри.

Ничего из опыта ее прошлой жизни с Сэмом не походило на то, что делал с ней Шон. Она никогда еще не была настолько возбуждена.

— Твое тело даже лучше, чем я предполагал, — прошептал Шон, продолжая ласкать пальцами ее груди.

— О, мне так хорошо! — согласилась она и прислонилась к нему, запуская руки под его футболку.

Его тело было крепким и мускулистым, с теплой и мягкой кожей. Она потянула за футболку, и он наконец-то снял ее.

Кейт не думала, что ощущения во время секса могут быть еще более сильными, чем те, что она испытывала раньше. Сейчас она поняла, что ошибалась. Шон указывал ей путь к наслаждению. Она с нетерпением ожидала наступления оргазма, который, как она знала, должен наступить после невыносимого напряжения во всем теле. Она не хотела больше ждать ни минуты.

Потянув за собой Шона, она опустилась на спальный мешок. Почувствовав на коже обжигающий холод нейлона, Кейт возбудилась еще больше.

Он склонился над ней и внимательно посмотрел ей в глаза. Кейт затрепетала. У Шона было очень красивое лицо и восхитительный рот, которым он в следующую секунду впился в ее губы. Кейт издала глухой стон, их дыхание слилось воедино. Ее руки беспрестанно скользили по его спине — Кейт наслаждалась гладкостью его кожи под своими ладонями.

Поленья шипели в камине, ветер бросал снег в окна и стонал под крышей. И на фоне этих звуков происходило таинство между двумя людьми. Здесь, в этой комнате, не было места для холода и стужи. Воздух в комнате буквально накалялся.

— Ты прекрасна, — прошептал он, целуя ее шею. Затем он провел по шее кончиком языка вверх-вниз и почувствовал, как ускоряется ее пульс, отвечая на его ласки.

Сердце Кейт билось так сильно, что она едва могла слышать, что говорит ей Шон. Но она не обращала на это внимания. Единственное, что сейчас волновало ее, были руки мужчины на ее теле и предстоящее наслаждение. Шон расстегнул молнию на ее джинсах и быстро стянул их вниз.

Теперь их разделяли только ее черные кружевные трусики. Понимая, что не может помочь ему иначе, Кейт призывно приподняла бедра в безмолвной мольбе. Ее тело изнывало от томления, успокоить которое мог только Шон.

— Если бы я знал, что под джинсами у тебя скрывается такое произведение искусства, я бы еще быстрее добрался до него.

— У меня слабость к красивому нижнему белью, — прошептала Кейт.

— Хорошо, что я об этом узнал, — сказал Шон. — Но ведь сейчас оно нам только мешает, правда?

Она кивнула, когда он, зацепившись пальцами за эластичную тесьму, потянул ее трусики вниз. Затем он присел на корточки и начал разглядывать ее. Его взгляд был внимательным и чувственным. Он возбуждал Кейт сильнее, чем его прикосновения.

Она потянулась к нему, но Шон отодвинулся от нее еще дальше, затем встал и быстро сорвал с себя одежду.

Он схватил пачку презервативов, открыл один и через мгновение снова оказался рядом с Кейт. Кейт ощущала его твердость и силу и хотела его сейчас больше, чем когда-либо. Одной рукой она обхватила его твердый член и улыбнулась, услышав его подавленный стон.

Она провела по нему рукой вверх-вниз, наблюдая, как темнеют от наслаждения глаза Шона. Кейт поняла, что ему, как и ей, хотелось поскорее закончить эту пытку.

— Вот так… — пробормотал Шон и встал на колени между бедер Кейт.

— Да, — прошептала она. — Пожалуйста! Сейчас!

— Да, — вторил он ей. — Сейчас…

Одним долгим движением он вошел в нее, и волна эмоций подхватила и понесла Кейт. Мягкий оргазм, которого она так ждала, на секунду сковал ее тело, а затем она даже немного расслабилась, понимая, что достигла своей вершины наслаждения. Она уже привыкла к тому, что на смену ожидаемому взрыву чувств, к которому так стремилось ее изнывающее тело, приходило легкое разочарование. Через час или два ее эмоции полностью успокоятся, и ее жизнь войдет в свое привычное русло.

Подняв руку к его лицу, Кейт улыбнулась Шону.

— Спасибо!

Его рот дернулся, он замер, по-прежнему находясь в ней.

— Ты благодаришь меня?

— Ну… да!

Улыбка на его лице превратилась в ухмылку.

— Оставь свои благодарности до того момента, когда мы закончим.

«Ну конечно. Он-то не закончил. Но это случится уже очень скоро, и тогда я смогу прижаться к нему и лежать рядом с ним какое-то время, чувствовать его разгоряченное тело. Это самое прекрасное, что может предложить тебе секс», — подумала она.

— Хорошо, — произнесла она вслух и подняла свои бедра, а Шон начал двигаться внутри ее.

Снова и снова его тело вонзалось в нее до того момента, пока вдруг тело Кейт не выгнулось высокой дугой, а она, пытаясь вздохнуть, схватила Шона за руки. Такого раньше никогда не происходило. Не с ней. С Сэмом все было иначе: сначала она чувствовала слабое облегчение, затем его напряженное тело поникало, и он обессиленно опускался рядом с ней, а ее сердце продолжало неистово биться, пока наконец не успокаивалось.

Но на этот раз ничего не напоминало ей прежние любовные отношения с мужем. Она чувствовала неистовое желание внутри своего тела, Шон скользнул одной рукой вниз, туда, где их тела сливались воедино, и дотронулся до нее. Кейт распахнула глаза, когда он начал ласкать ту единственную чувствительную точку в самом центре. От удивления, шока и невероятного удовольствия тело Кейт содрогнулось. Она простонала его имя, когда волна невероятного, взрывного удовольствия накрыла ее с головой.

— Вот так, — прошептал Шон, наклоняясь и целуя ее. — А теперь давай еще раз.

— Нет… — едва смогла произнести Кейт. — Невозможно… Не могу… Нечем дышать…

Она не могла поверить, что ее тело способно реагировать на ласки так, как это произошло сейчас. Что ее тело способно на подобные ощущения. И хотя она сказала Шону, что не в состоянии продолжать дальше, в ее теле снова нарастало желание.

Секунду спустя мысли в ее голове окончательно уступили место чувствам. Ее тело ринулось навстречу Шону, они слились в безумной страсти, желая до конца отдаться друг другу.

Тяжело дыша, в едином ритме они любили друг друга в мерцающем свете камина. Когда следующий сокрушительный оргазм сотряс ее тело, Кейт прижала его губы к своим и поглотила его крик, ведь в этот раз они закончили одновременно.

Позже он провел ладонью по ее спине и начал ласкать изгибы ее тела. Кейт вздрогнула от его прикосновения: в памяти было свежо воспоминание, что он может сотворить с ее телом.

— Я с тобой еще не закончил, — сказал он.

— Хорошо, — ответила она и перекатилась на спальном мешке так, что оказалась под ним. — И я с тобой не закончила.

Шон ухмыльнулся.

— Такие женщины мне нравятся!

«По крайней мере сейчас», — сказала себе Кейт.

Глава 4

Пламя в камине медленно умирало, в его руках спала роскошная обнаженная теплая женщина, а Шон не мог расслабиться. Он должен был затеряться во времени и пространстве после того, что они оба пережили за последние пару часов. Но он не мог заснуть и наблюдал за затихающим огнем, погруженный в раздумья.

Шон не беспокоился о том, что не может заснуть. Он покрепче обнял Кейт и удобнее уложил ее голову у себя на груди. Ее волосы, густые и мягкие, пахли клубникой, ее дыхание щекотало его кожу.

Прошло уже много лет с тех пор, когда он по-настоящему спал с женщиной, с которой до этого занимался сексом. Тогда он тоже держал спящую женщину в своих объятиях. Но воспоминания прошлого внезапно бросили свою мрачную тень на приятные воспоминания о былой любви. «Нет, это не то же самое, — постарался заверить себя Шон. — Кейт — это не Адрианна. И все произошло совсем не так».

Боже, Адрианна… Он не должен был вспоминать ее имя. Он намеренно стер ее лицо из своей памяти и плотно затворил за собой дверь. Но прежняя жизнь так или иначе давала о себе знать. Но он не будет ворошить прошлое. Сейчас рядом с ним была Кейт, и, хотя он не хотел признаваться себе в этом, секс с ней превзошел все его ранее испытанные ощущения. Но ведь это ничего не должно означать! Конечно, Кейт, ее напор и ее страсть заставили его испытать совершенно новые ощущения. Но это не должно означать, что он должен остаться с этой женщиной.

Он пошевелился, когда Кейт вздохнула во сне и положила руку ему на грудь. Ну хорошо. Может быть, он и останется здесь. По крайней мере на время. Шон посмотрел на Кейт и залюбовался бликами затухающего огня на ее коже. Красивая, сильная и уверенная в себе. Загадочная для него женщина. Возбуждающая его интерес. И да, восхитительная!

С того дня, когда он впервые увидел ее, в его теле нарастало напряжение. Снять напряжение должен был секс. Но, как ни странно, секс не помог. Вместо расслабления Шон почувствовал нарастающее желание. А это чувство не входило в его план!

Нахмурившись, Шон накрыл себя и Кейт одеялом: огонь почти потух, и холод медленно отвоевывал пространство комнаты. Шону следовало встать, чтобы снова разжечь камин, но тогда он бы разбудил ее и… Да зачем врать самому себе? Он не хотел вставать, потому что лежать рядом с ней и чувствовать на себе ее тело было очень приятно.

Ветер по-прежнему завывал за окном, а снег заметал окна. Если в камине огонь совсем потухнет, то в комнате станет очень неуютно! Поэтому рано или поздно ему придется оторваться от Кейт и подбросить дров в камин, иначе они замерзнут насмерть. Но не сейчас… И это явное нежелание оставить Кейт лежать одну озадачило Шона.

Эта ситуация способна перевернуть все его планы с ног на голову.

Он приехал сюда работать, а оказался в снежной ловушке вместе с женщиной, которой удалось разбудить его чувства быстрее, чем кому-либо еще. Ради них обоих ему следует отказаться от нее. Ни одному из них эти отношения не принесут добра. Шон должен держать себя под контролем, и, несмотря на то что им хорошо вместе, он не должен позволить чувствам взять верх над разумом. Но это не означает, что он не будет наслаждаться общением с Кейт, пока они здесь вместе.

— Мне так… хорошо… — прошептала она. Ее тихий мягкий голос спутал его мысли. Шон был рад, что Кейт проснулась.

Он посмотрел на нее и увидел, что она наблюдает за ним. По ее лицу было видно, что ей действительно хорошо. И это было частью проблемы. Но сейчас он не хотел тратить время и мысли на проблемы.

Он откинул волосы с ее лица и посмотрел ей в глаза. Она проспала около часа. Достаточно долго.

— Ты знаешь, что мы еще не закончили?

Легкая, невероятно сексуальная улыбка осветила ее лицо.

— Я действительно рада это слышать…

Шон схватил ее и притянул к себе. Они слились в поцелуе. Затем он бережно положил ее на спину и поднялся над ней, поглощая все, что она была готова отдать ему. И он затерялся в ней, позволив всему миру и всем проблемам мира на время оставить их в покое.

Завтра само позаботится о себе.

На следующее утро Кейт чувствовала себя удивительно бодро. В теле она ощущала приятное напряжение и небывалый подъем энергии — она могла бы схватить свои инструменты и в одиночку заняться ремонтом всей гостиницы. Она не могла понять, почему ей было так хорошо.

Улыбаясь самой себе, Кейт варила кофе и смотрела в окно на белоснежный мир. Снег по-прежнему валил густыми хлопьями, и даже прямые, как солдаты, ели начали сгибать свои вершины под тяжестью сугробов на своих ветвях. Кейт не знала, когда закончится метель, и она была этому рада. Сказать по правде, она была счастлива, что оказалась в плену у снега.

Она, конечно, понимала, что вчера приняла не самое правильное решение. Это было в крайней степени неразумно — поддаться сексуальному влечению и оказаться в объятиях шефа. Но именно сейчас ей не хотелось себя ни в чем упрекать. Время для угрызений совести, она знала это, наступит позже. А сейчас ей хотелось только с радостным удивлением вспоминать обо всем том, что Шон делал с ней — и для нее.

Воспоминания заставили ее покраснеть. Кейт даже почувствовала, как огнем горят ее щеки. Нет, пора заканчивать с воспоминаниями. Прошлой ночью эмоции настолько захватили ее, что у нее совсем не было времени на чувство вины. Однако сейчас раскаяние постепенно начинало давать о себе знать.

Кейт чувствовала, что изменила своему покойному мужу. Несмотря на любовь, которую она испытывала к мужу, Кейт была вынуждена признаться самой себе, что Сэм никогда не доставлял ей такого удовольствия, как Шон вчерашней ночью. За время своей супружеской жизни Кейт убедила себя в том, что она не может испытать удовольствие от секса по своей собственной вине. Что-то в ней было не так, что-то не давало ей испытывать те потрясающие оргазмы, о которых так любила рассказывать ей подруга Молли. Надо сказать, что Кейт всегда полагала, что Молли значительно преувеличивает. Но сейчас она понимала, что напрасно сомневалась в словах подруги.

В голове у Кейт творился полный беспорядок. Она думала то об одном, то о другом. Вероятно, ее подсознание намеренно удерживало ее от того, чтобы она начала обдумывать произошедшее вчера ночью. Что она должна сказать Шону? Как ей следует себя вести?

— Я чувствую запах кофе!

Она обернулась и увидела, что Шон заходит в кухню. Кейт почувствовала, как дернулось ее сердце, и ей пришлось глубоко вздохнуть, чтобы хоть как-то успокоиться и подавить нарастающее волнение, возникшее при одном только взгляде на Шона. Его черные волосы спадали ему на лоб, синие глаза были прищурены. На нем были черные джинсы и белая рубашка с длинными рукавами, которую он не застегнул. Он не надел обувь, и Кейт не могла себе объяснить, почему этот факт так возбудил ее. Единственное, что она знала точно: у нее явно были серьезные проблемы.

— Кофе почти готов, — сказала она, пытаясь сконцентрироваться на действиях своих рук, в то время как этот красивый мужчина медленным шагом направился в ее сторону.

— Чудесно. Мне нужен кофеин. — Шон оперся о кухонную поверхность и скрестил руки на груди. — Ты лишила меня сил. Кто бы знал, что ты окажешься такой ненасытной, как только я сниму с тебя этот пояс с инструментами.

Ей стало жарко. Мысли вихрем пронеслись в ее голове.

— Для меня это было тоже неожиданностью, — пробормотала она.

— Пра-а-а-авда? — протянул Шон.

— Ну да. — Кейт схватила кофейник и налила каждому полную чашку. Ей необходима была передышка, чтобы собраться с мыслями. Он назвал ее ненасытной. Она и правда была такой. И голод ее тела удивил и испугал ее. — Я никогда не придавала большого значения сексу.

Он слегка улыбнулся.

— Но у тебя настоящий талант, — произнес он задумчиво. — Это значит, что твои предыдущие мужчины были не особенно хороши.

Кейт бросила на него взгляд. Что касается ее интимной жизни с мужем, да, ей было о чем подумать. Но она не собиралась обсуждать это с Шоном, потому что это оскорбило бы память о Сэме.

— Он был вполне хорош.

— Просто хорош? — Шон рассмеялся и сделал глоток из своей чашки. — Хорошо — это не то слово, которое используют для описания секса. Так можно сказать про печенье, но не про секс. — Внезапно он замолчал, выпрямился и недоверчиво посмотрел на нее. — Погоди-ка. Ты сказала «он». У тебя был только один парень?

Новая волна стыда накатила на нее. Да, до Шона у нее был только один мужчина — ее муж. В ее памяти всплыло улыбающееся лицо Сэма, а в сердце возникла ноющая боль. Она не могла говорить о нем с Шоном. Она не хотела слышать сочувственные слова и видеть сожаление в его глазах. Она не могла говорить о Сэме даже со своими друзьями и своим отцом. Она пыталась справиться со своей бедой самостоятельно, как умела.

— Я не думаю, что нам следует обсуждать свое прошлое. Хотя тебе, вероятно, хочется чем-то со мной поделиться…

Это произошло так быстро, что Кейт не была до конца уверена, действительно ли она увидела эту вспышку в его глазах. По всей видимости, он так же бережно охранял свое прошлое, как и она. Ну что ж, хорошо, значит, он может ее понять.

— Нет, — сказал он наконец. — Нам совершенно не нужно обсуждать свое прошлое.

Кейт с облегчением кивнула:

— В таком случае почему бы нам не обсудить наше будущее?

На секунду черты его лица застыли, а в глазах отразился типичный мужской испуг.

— Какое будущее?

Кейт весело рассмеялась, отчего Шон нахмурился. Выражение озадаченности на его лице было настолько красноречивым, что она не могла перестать смеяться. Она внезапно осознала, что чувство вины и неловкости исчезло.

— Что смешного я сказал? — спросил Шон.

Все еще смеясь, Кейт подняла одну руку в немой просьбе, пытаясь взять себя в руки. Шон ждал, но он был явно раздражен.

Покачав головой, Кейт вдруг поняла, что впервые с той минуты, как она проснулась сегодня утром в объятиях Шона, она чувствовала себя непринужденно, самой собой. Она успокоилась, оттого что странное чувство вины и сожаления куда-то пропало, и она точно понимала, кто она и что она тут делает. Она не будет оберегать чувства Шона, потому что они, так сказать, не были парой.

Каждый из них был самостоятельной, независимой личностью, и, пока она помнила об этом, она могла справиться со всеми проблемами.

Она наконец-то перестала смеяться и смогла вздохнуть. Шон выглядел так… испуганно. «Мужчины все же забавные существа», — подумала она.

Шон был ярким примером типичного мужчины. Он сделал все для того, чтобы уложить ее в постель, пусть это и был спальный мешок. А как только она на следующее утро произнесла слово «будущее», она практически услышала, как он нажал на невидимый взгляду тормоз. Она удивилась, что он еще не убежал, а по-прежнему стоял рядом с ней. Он наверняка думал, что она грезит о чудесном доме, саде с живой изгородью и розовощеких детях. И она действительно как-то мечтала обо всем этом. Давно. А потом все мечты умерли. И ей не хотелось воскрешать их.

Когда она успокоилась, то сказала:

— Успокойся, Шон. Я не ожидаю предложения руки и сердца и клятвы в вечной верности. Боже, жаль, что ты не видел своего лица!

— Это странно, — произнес он. — Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ну конечно, — покачала головой Кейт, сделав глоток из своей чашки. — Ты не хочешь признаваться. Ну да ладно. Я говорила о будущем гостиницы, не о нас.

— Я это понял.

— Ну хорошо. — Кейт снова рассмеялась и отпила из своей чашки. — Когда ты зашел в кухню, ты ожидал увидеть женщину, обезумевшую от внезапно свалившегося на нее счастья. Ты думал, что я брошусь к твоим ногам, чтобы умолять тебя жениться на мне или о еще каких-нибудь странных вещах.

— Странных вещах? — Он удивленно поднял брови.

— Тебе не стоит беспокоиться об этом. — Она спокойно посмотрела в его ледяные глаза. — Мне не нужен муж, а если бы он и был мне нужен, то не такой, как ты.

Он посмотрел на нее долгим взглядом, а затем внезапно выпалил:

— А что со мной не так?

Кейт снова рассмеялась.

— О, теперь ты оскорблен!

— Нет! Хотя да! Я думаю, что оскорблен. Почему ты не вышла бы за меня замуж?

— Давай подумаем, — задумчиво произнесла Кейт, склонив голову набок и изучая его лицо. — Прежде всего потому, что ты был готов рвануть к выходу, как только решил, что я потеряла из-за тебя голову.

— Я бы не убежал, — сказал он сухо. — Метель не прекратилась.

— Ну да. Кроме того, мы нервируем друг друга. Хорошая причина, чтобы избегать друг друга. А еще ты из Калифорнии, а я из Вайоминга. Это разные миры. И в заключение — каждый раз, когда я вижу тебя на обложках журналов, ты всегда стоишь в обнимку с какой-нибудь блондинкой, грудь которой значительно больше ее ай-кью.

— Это сексизм, — криво усмехнулся Шон.

— Я женщина, я имею право так говорить. Признай это, Шон. Ты не годишься в мужья. Тебе не нужна постоянная спутница жизни, так почему я должна хотеть выйти за тебя замуж?

Он внимательно посмотрел на нее, затем поставил на стол свою чашку и протянул руку к Кейт. Она не противилась, потому что знала, какое удовольствие он может ей доставить.

— Все это очень логично, — кивнул Шон. — Ты все правильно сказала. Но забыла про одну вещь.

— Какую?

— Секс, — ответил он, пожав плечами. — Секс с тобой сводит меня с ума.

— Но этого недостаточно для брака, и почему мы до сих пор об этом говорим?

— Потому что я хочу, чтобы ты призналась, что хочешь меня.

— Я хочу, но не как мужа.

— Я смогу с этим жить, — сказал он, улыбнувшись.

Кейт почувствовала, что теряет над собой контроль. Шон Райан плохо действовал на нее. Может быть, поэтому ей было так хорошо с ним?

Его взгляд застыл на ее губах, и она облизнула их в предвкушении. Когда он склонился и поцеловал ее, она утонула в его поцелуе.

Несколько часов спустя смех Кейт по-прежнему стоял в ушах Шона. Он был вынужден признать, что она не ошиблась в отношении его реакции на ее слова о будущем. Вероятно, это было слабое место у всех мужчин. Все они с осторожностью наблюдали за женщинами, ожидая, когда же они начнут мечтать о домике с живой изгородью. Мужчина должен не терять бдительности и быть готовым к бегству.

В жизни Шона таких случаев было очень много. Рано или поздно его подруги начинали говорить о свадьбе. Он знал, что творится в головах у женщин: свадьба, дети, прямой путь к деньгам мужа. Его деньгам. Естественно, он ожидал, что Кейт поведет себя точно так же, как и остальные женщины в его жизни.

«Но она не такая», — мрачно признался он сам себе.

Ей не хотелось поддерживать с ним отношения, и саму идею отношений она находила смешной, что оскорбило его до глубины души.

— Это снег на нас так действует, — пробормотал он. Он не мог придумать другого объяснения. Он чувствовал, что теряет уверенность в себе. И все потому, что оказался взаперти с такой сильной женщиной, как Кейт.

Она не была похожа ни на одну из его бывших подружек. Она полностью заполнила собой его мысли, она терзала его тело. И он периодически работал на нее, как раб. Шон привык лидировать: завоевывать клиентов, заключать договора, проводить встречи, разговаривать с клиентами за ужином в дорогих ресторанах.

Он совершенно не привык работать молотком. Но он уже успел помочь ей раскатать и уложить линолеум в одной ванной комнате, оторвать облицовку в комнате на первом этаже, а теперь ему предстояло снять ковровое покрытие в одном из номеров.

Выдрав крепления, Шон схватил ковер за края и потянул его на себя. Многолетняя пыль полетела ему прямо в лицо, и он закашлялся. Это была грязная тяжелая работа. Шон невольно почувствовал уважение к тем мужчинам и женщинам, которые выполняли такую работу каждый день.

Таким женщинам, как Кейт. Когда он первый раз встретился с ней неделю назад, он увидел только холодного профессионала. Она знала свою работу и не боялась возражать Шону, когда была уверена в своей правоте.

Теперь он знал о ней больше. Знал, какая она страстная. Знал, что, когда она отдавалась ему, она все равно держала что-то в тайне. Он удивился, почему ее тайны вызвали у него такое любопытство. И он понимал, что, как только он попытается что-то узнать, она полностью закроется от него.

«Не такой, как ты…» — звучало у него в ушах.

Нахмурившись, он сказал сам себе, что у каждого человека есть тайны. У каждого есть свои воображаемые тайные комнаты, в которых он прячет раскаяние, чувство вины. Стыд. Эти тайные комнаты были и у него, даже Майк не знал об их существовании. Так почему же он должен выпытывать тайны Кейт?

Их связывало желание, основанное на удобстве. Вот и все. Пока он будет работать здесь, он будет спать с ней, а как только они выберутся из этой гостиницы, он отправится домой. Туда, где было его место, туда, где он сможет абстрагироваться от этих отношений.

— Хорошая работа.

Она неслышно возникла у него за спиной. Шон обернулся и увидел, что Кейт стоит в дверном проеме. Он не хотел признаваться даже себе самому в том, что терял над собой контроль при виде ее пояса с инструментами. Она выглядела такой уверенной в себе и такой притягательной.

— Спасибо, — усмехнулся он. — Много мастерства не требуется, чтобы снять старый ковер с пола.

— Да, нужны только время и усилия, — согласилась Кейт.

Она вошла в комнату и обошла вокруг рулона с ковром. Затем она опустилась на одно колено и начала изучать покрытие пола, которое было спрятано под ветхим ковром.

— С полом все в порядке, — наконец сказала она, более обращаясь к себе, чем к Шону. — Я на это надеялась. Твердую древесину, даже такую изношенную, можно отшлифовать песком, и она станет как новая. Это будет гораздо дешевле, чем покупать новый пол на весь дом.

Кивнув, он наблюдал, как она проводит кончиками пальцев по дереву. Так же нежно, как она ласкала пальцами его грудь. Его тело напряглось, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать.

Кейт откинула назад свои волосы и посмотрела на Шона:

— Если все полы в таком хорошем состоянии, мы сэкономим тебе много денег.

— Это всегда хорошо, — согласился Шон.

Кейт встала на ноги.

— Я сняла ковры в двух других комнатах. Там полы тоже в хорошем состоянии, так что будем надеяться на лучшее. А сейчас я хочу проверить подвал, посмотреть, что там находится.

— Разве ты не была в подвале во время первой проверки дома?

— Была, конечно. — Она пожала плечами и положила руку на молоток, висящий у нее на поясе. — Но я не задерживалась там надолго, просто проверила состояние фундамента. А теперь у нас больше времени…

Он коротко рассмеялся.

— У нас полно времени!

— Вот именно. Мы можем спуститься в подвал и посмотреть, какой ремонт там требуется.

— Разве мы закончили с коврами?

— Я просто хотела понять общее состояние полов. Мои ребята закончат эту работу, когда смогут сюда пробраться.

Взгляд в сторону окна подсказал Шону, что снег по-прежнему валил густой пеленой.

— Если метель когда-нибудь закончится.

— Когда-нибудь она точно закончится. Мне эти метели знакомы с детства.

— А мне нет, — вздохнул Шон, и в этом вздохе слышалась тоска по океану, пляжу и морскому бризу. — Я привык к волнам и песку.

— Ты скоро вернешься в привычную обстановку, — ответила Кейт, и их взгляды на секунду встретились. Взгляды говорили больше, чем могли себе позволить Кейт и Шон. — А сейчас пошли в подвал!

— Давай. — Шон пожал плечами и направился за Кейт вниз по лестнице. Его взгляд невольно задержался на изгибах ее фигуры. У нее была действительно классная попка. И этот факт сводил его с ума.

— Перила нужно закрепить, — бросила Кейт через плечо. — Основание расшаталось, поэтому вся конструкция стала неустойчивой.

— Да, ты права. — Шон потряс перила и ощутил их колебание.

«Она снова права», — подумал он, как в тот момент, когда принял решение заключить с ней договор. У Кейт Уэллс была репутация перфекционистки, когда дело касалось работы, а это качество Шон очень ценил в людях.

Пройдя через кухню и буфетную, Кейт открыла дверь в подвал и пошла вниз по лестнице.

Помещение освещалось двумя лампами на потолке. За исключением ряда стиральных и сушильных машин здесь практически ничего не было. Вдоль одной стены стоял верстак, над которым висели пустые полки для инструментов. Пол был цементный, как и стены, и из-за этого в помещении было очень холодно.

— Я всегда думал, что в подвале есть что-то жуткое, — сказал Шон.

— Согласна, — ответила Кейт, разматывая измерительную ленту. — Но мы это исправим. Вот, например, я понимаю, что устраивать здесь прачечную было неверно. Это неудобно для персонала. Прежде всего, потому, что им придется идти с бельем через всю кухню.

Она сделала заметку в блокноте, для которого тоже нашлось место в ее рабочем поясе.

— А ты права, — кивнул Шон и посмотрел на уходящую вверх лестницу. — Я об этом и не подумал. Если в кухне работают повара, то снующие туда-обратно горничные будут постоянно им мешать.

Кейт сделала еще пару заметок в блокноте и принялась разглядывать стены.

— Если мы используем здесь изоляционный материал, то подвал станет более пригодным для жилья.

— Еще одна хорошая идея, — ответил Шон. — Давай превратим его в жилое помещение.

— Это легко сделать. — Она взглянула на него. — Раз ты разделяешь мои взгляды, как ты отнесешься к тому, чтобы перенести прачечную в комнату бывшего владельца? Это в другом конце гостиницы, напротив гостиной, и там есть масса возможностей для подключения к водопроводу и электросети.

Шон вспомнил расположение помещений в гостинице и снова согласился с Кейт.

— Да, это будет гораздо лучше и проще для всех. Но в этом случае у нас остается пустой подвал, и нам не нужно будет делать в нем ремонт.

— Как раз нет, — возразила она. — Если мы проведем здесь изоляционные работы, то полы верхних помещений будут теплее. Счета за отопление станут меньше. А в подвале можно устроить офис для технического персонала, который тебе неизбежно придется нанять.

Шон подошел к Кейт и с ухмылкой спросил:

— А технический персонал не помешает работе кухни?

— Нет, — ответила она, подошла к стене и хлопнула по ней рукой. — Вот здесь мы установим двухстворчатую дверь, сделаем рампу, чтобы техники могли без особых усилий привозить и вывозить отсюда тяжелое оборудование. Тебе потребуются садовые трактора, несколько снегоуборочных машин. Их можно хранить здесь. Здесь достаточно места и для оборудования, и для офиса.

Шон в очередной раз убедился в правильности идеи Кейт. Ему было только немного обидно, что он сам раньше не додумался до этого. Но, с другой стороны, он и не смог бы. Он ни разу в жизни не использовал снегоуборочную машину. Кроме того, ему никогда не нужно было подстригать газон, так как он жил в многоквартирном доме у пляжа.

Его основной задачей были рекламные кампании и маркетинг их видеоигр. Поэтому в бытовых вопросах он мало что понимал.

— Согласен, это хороший план.

Кейт внимательно посмотрела на него, склонила голову набок и спросила:

— Почему ты теперь так легко со всем соглашаешься? Когда ты только приехал в Вайоминг, мы не переставали спорить.

Она и тут была права.

— Времена меняются, — сухо ответил он. Дело было в том, что она запала ему в душу. Но как он мог ей об этом сказать?

— Я думаю, что соглашусь с тобой в этом. — Кейт направилась в его сторону, но не остановилась рядом, а пошла дальше к лестнице, ведущей на первый этаж.

— Что ты делаешь сейчас, Кейт?

Она остановилась на пороге. Свет из кухни освещал ее фигуру, в то время как лицо оставалось в тени. Однако Шон догадался, что она улыбается.

— Пока ты в таком хорошем настроении, мы можем начать демонтаж одной из стен. Надо проверить проводку.

— Ты серьезно?

— Ну хорошо, не всей стены. Но нам нужно сорвать гипсокартон, чтобы посмотреть, что под ним творится.

— Ты хочешь заниматься ремонтом, пока мы находимся в этой снежной ловушке? Зачем?

— Мы же не можем валяться в кровати весь день.

Его тело напряглось при одной только мысли об этом.

— Почему бы и нет?

— Конечно, ты не против такого решения! Но, если серьезно, мы будем заниматься не ремонтом, а, скорее, разрушением. — Кейт откинула волосы назад. — В строительном бизнесе мы называем это «презентация».

— Чудесно.

— Да брось, Шон! Тебе понравится.

«Ну что ж, — подумал Шон, поднимаясь вслед за Кейт по лестнице, — вместо секса придется поработать молотком».

Глава 5

Пленники непогоды работали весь день. Кейт не давала спуску ни себе, ни Шону и постоянно придумывала новые поручения. У них не было ни времени, ни возможности направиться к спальному мешку. Но Кейт постоянно думала о прошлой ночи. Шон открыл перед ней мир новых эмоций и ощущений. И она хотела почувствовать это еще раз, хотя ее разум подавал тревожные сигналы. Ее разум был конечно же совершенно прав, а ее телу следовало успокоиться.

Но ее ощущения не имели ничего общего со здравым смыслом. Когда день наконец подошел к концу, а снег все шел и шел, все отговорки у Кейт закончились. Они поужинали, а когда закончили с едой, Шон потянулся к ней, и она не стала этому препятствовать. Понимая, что должна не допускать ошибок в своей жизни, Кейт не могла остановиться. Она узнавала себя заново в его объятиях, и она хотела — ей было необходимо — узнать все.

Но когда-то ночью метель прекратилась. Утром они увидели голубое небо. Снег переливался миллиардами крошечных бриллиантов в лучах солнца. Кейт должна была почувствовать облегчение оттого, что их вынужденное пребывание в запертом пространстве на этом закончилось. Но у нее было совершенно другое настроение.

— Как ты думаешь, как быстро расчистят дорогу? — спросил Шон.

Она обернулась на его голос.

— Несколько часов. Муниципальные службы используют мощные снегоуборочные машины.

— Тогда нам остается только расчистить подъездную дорогу, чтобы вывезти твою машину из гаража.

— Нам и этого не нужно делать. — Кейт улыбнулась про себя и покачала головой. — Сейчас, когда метель прекратилась, я могу вызвать кого-нибудь из моих ребят. Они нас быстро откопают.

— Значит, мы почти спасены, — задумчиво сказал Шон.

— Да, твой кошмарный сон заканчивается сегодня, — съязвила в ответ Кейт, надеясь, что ее голос прозвучит беззаботно и он не услышит в нем отчаяния и пустоты, которая внезапно разверзлась перед ней.

Он взял ее руку, повернул Кейт к себе лицом и внимательно посмотрел ей в глаза:

— Кейт, я не сказал бы, что это был кошмарный сон.

Она хотела бы понять, что он думает, но он надежно скрыл от нее все свои чувства и мысли.

— Почему нет?

Он покачал головой:

— Давай считать, что мы были на трехдневном семинаре под названием «Шон и Кейт».

Несмотря на напряженный момент, она не смогла удержаться от смеха. Она много узнала о Шоне. Может быть, слишком много, но пути назад уже не было, и она не могла забыть все, что узнала.

— А теперь семинар закончился.

— Почти.

Шон подошел еще ближе и положил руки ей на талию.

— Я думаю, у нас еще есть время на перерыв.

«Боже, он действительно неотразим», — подумала Кейт. Она смотрела в его синие глаза и понимала, что будет скучать по нему, когда он уедет. Она не хотела этого. Она с удовольствием вернулась бы к своей прежней жизни, оставив в прошлом эти несколько дней, проведенные с Шоном. Но она понимала, что теперь это будет невозможно.

Он разбудил не только ее тело. Он пробрался к ней в сердце и снова оживил его. И Кейт понимала, что отныне жизнь будет доставлять ей боль. Однако у нее оставалось еще немного времени на радость.

— Повторение — очень важный элемент обучения, — сказала она.

— Рад, что ты это понимаешь!

Через два дня Шон прилетел в Калифорнию. Он решительно вернулся к своей обычной жизни, полностью погрузившись в планы и стратегии запуска их новой видеоигры «Дикая охота», запланированного на начало лета. Пока он был вовлечен в переговоры с дистрибьюторами и обсуждение стратегии с отделом маркетинга «Келтик нот», он старался не думать о Кейт. Он с головой ушел в работу, пока воспоминания о заснеженной гостинице и роскошной женщине с хваткой питбуля не превратились в смутные образы. Вайоминг был где-то далеко, очень далеко от Лонг-Бич в Калифорнии.

Вот и хорошо. Несмотря на снег, на холод и на скудную пищу, Шон слишком комфортно проводил время в той старой, продуваемой всеми ветрами гостинице. Ночи, проведенные вместе с Кейт, пробуждение утром под потрескивание дров в камине, все это было слишком… Шон не хотел и боялся назвать это чувство по имени. То, что они вернулись к своей привычной жизни, было единственно правильным решением для обоих.

Так почему же у него было так паршиво на душе? Он уже успел сорваться на Линду, их администратора, отверг идею одного из ведущих разработчиков и сумел даже оскорбить крупнейшего клиента компании. И это все до обеда.

— Шон, ты не хочешь со мной ни о чем поговорить?

— Что? — Шон поднял глаза от бумаг и увидел своего брата Майка. — Нет. — Шон схватил пачку документов и потряс ими в воздухе. — Я занят.

— Вижу, — ответил Майк, входя в кабинет и садясь в кресло для посетителей напротив Шона. — Я тоже занят. Поэтому давай перейдем сразу к делу и поговорим о том, что тебя беспокоит.

Семья может быть настоящей проблемой. Прежде всего, это касается старших братьев, которые видели слишком много и слишком хорошо тебя знают. Бросив на Майка негодующий взгляд, Шон поинтересовался:

— С каких пор ты стал таким проницательным?

— Когда Дейв сказал мне, что ты разгромил его новую разработку. Когда увидел, что Линда плачет за своим столом. И когда Декстер Стивенс позвонил мне, чтобы пожаловаться на твое поведение.

— Много фактов, — пробормотал Шон, намеренно отказываясь поддержать ироничный тон Майка. — Разработки Дейва можно назвать, мягко выражаясь, посредственными…

— Это всего лишь предварительный набросок, — прервал его Майк.

— А Линда, с тех пор как забеременела, плачет каждый раз, как зазвонит телефон.

— И ей совершенно не нужно, чтобы ты расстраивал ее еще больше.

— А что касается Декстера, — продолжил Шон, не слушая брата, — то за последние два года он постоянно критиковал нас, а мы не решались ему и слова сказать.

— Да… — произнес Майк. — А все потому, что его дистрибьюторская сеть смогла реализовать два миллиона экземпляров игры «Замок судьбы».

Майк нахмурился, вспомнив про эту игру. Она была самой популярной в их коллекции. Да, Майк был прав. Декстер тогда дал своим сыновьям-подросткам бета-версию игры, и они полюбили ее. Благодаря сыновьям Декстер начал продавать «Замок судьбы» на всем северо-западе страны, и игра действительно пользовалась успехом! А «Келтик нот» вышла на новый этап развития. Да, Декстер был настоящим придурком в личном общении, но он был гением продаж, и они не могли позволить себе обижать такого клиента.

Шону пришлось оправдываться:

— Декстер Стивенс настоящая заноза в заднице и…

— И таким он был всегда, — закончил фразу Майк. — Все равно это не дает нам повода срываться на нашего лучшего клиента.

Он был прав, но Шон не хотел признавать этого. В свой первый рабочий день в офисе он успел испортить настроение многим. Надо было исправлять ситуацию. Декстер успокоится, если Шон извинится перед ним, а именно это он и собирался сделать сразу после того, как выдворит Майка из своего кабинета.

Обычно Шону нравилось общаться с поставщиками, клиентами и дистрибьюторами. Он любил людей и умел найти подход к каждому. Но именно сегодня ему не хватило терпения, и только по своей собственной вине.

— Хорошо, — пробурчал Шон, — я позвоню ему позже. Предложу ему предварительную версию «Дикой охоты» для его пацанов.

— Чудесно. А теперь скажи мне, что с тобой происходит.

— Ничего, все в порядке. — Шон откинулся назад, положил ноги на угол стола и сложил руки на животе.

Но его расслабленная поза не обманула брата.

— Ты можешь пытаться одурачивать тех, кто тебя не знает. — Майк склонил голову набок, изучая брата. — Ты был в полном порядке до того дня, когда снег отрезал тебя от остального мира. Ты не хочешь рассказать мне, что произошло в гостинице между тобой и Кейт?

Ну и денек сегодня выдался! Когда Шон пытался понять, что же все-таки произошло между ним и Кейт, он понимал, что не может точно назвать это словами. Поэтому он избегал думать об этом. И поэтому, вместо того чтобы ответить Майку, Шон сам задал ему вопрос:

— А ты не хочешь рассказать мне, что происходит между тобой и Дженни?

По каким-то неизвестным причинам Майк и Дженни Маршалл, сотрудница «Келтик нот», общались последнее время крайне раздраженно. Шон подозревал, что это было не просто так и между его братом и Дженни что-то происходит. Он догадался об этом, когда понял, что Майк замолкает и становится напряженным, когда кто-то упоминает Дженни. Например, как сейчас.

«Ну и как? — подумал Шон. — Тебе явно не очень нравится, когда люди узнают о твоих секретах!»

— Дженни хорошо справляется со своей работой в гостинице «Лафлин».

— Ага, настоящая конюшня! А ты получаешь бонус за удачную отговорку, — сказал Шон с понимающей улыбкой. — А как она справляется с тобой?

Глаза Майка сузились, и он рывком встал на ноги.

— Хорошо, — сдержанно произнес он. — Ты донес до меня свою точку зрения. Ты не хочешь говорить о Кейт, а я не хочу говорить о Дженни, поэтому давай оставим эти разговоры и вернемся к работе.

— Это мне подходит. — Шон удовлетворенно кивнул.

Майк направился к двери, но остановился, не доходя до нее, и сказал:

— И не срывайся больше на клиентов, договорились?

Оставшись в одиночестве, Шон подъехал на своем стуле к окну и выглянул во двор. Величественное викторианское здание, в котором располагался офис «Келтик нот» вблизи Тихого океана. Он простирался вдоль горизонта сразу за оживленным шоссе. А сразу под окнами здания находился уютный внутренний двор. Сейчас в разгар калифорнийской зимы трава во дворе была сухой, но на клумбах все-таки цвели хризантемы. По голубому небу бежали белые облачка. До Вайоминга было очень далеко… Так почему же он мечтал сейчас о снеге?

Снегопад снова начался.

Кейт слушала фоновую музыку в своем телефоне и смотрела в окно на свинцово-серое небо. Нет, это была не метель, и она вместе со своей командой не окажется снова пойманной в снежную ловушку. Это была обычная снежная буря в Вайоминге. И она напомнила ей о Шоне, о тех днях, что они провели в этой гостинице совершенно одни. Это было всего пару дней назад.

Она скучала по нему.

Такого она от себя не ожидала. Вначале он так раздражал ее, что ее единственной мечтой было поскорее отправить его назад в Калифорнию. А сейчас она хотела, чтобы он был здесь.

— Мисс Уэллс?

Музыка в телефоне внезапно прервалась, и Кейт усилием воли вернулась к реальности, к работе. Это было гораздо лучше, чем тратить все свое время на Шона. Все равно это ничем хорошим не закончится.

— Да, я здесь. Я хотела узнать, где мусорные баки, которые я заказала?

— Мисс Уэллс, — снисходительно произнес мужской голос на том конце провода. — Я понимаю ваше нетерпение, но мы не сможем привезти баки еще как минимум пару дней, потому что проезд закрыт.

— Нет, с проездом все в порядке, он расчищен от снега. И мне срочно нужны эти баки, Генри, — сквозь зубы процедила Кейт.

Генри хмыкнул, а Кейт захотелось закричать.

— Если вы не заметили, дорогая, снег снова идет. Мы не хотим застрять на пол пути.

Они оба понимали, что дело не в снежной буре. Но Кейт также понимала, что Генри Джексон был упрям и требованиями она от него ничего не добьется.

— Хорошо, хотя бы к пятнице я их смогу получить?

— Если погода позволит, — ответил Генри, сумев и согласиться, и не пообещать невозможного.

— Хорошо, спасибо. — Кейт понимала, что несет убытки, но Генри был ближайшим поставщиком. Все остальные находились еще дальше. Так что ей оставалось только надеяться, что она справится со своей задачей.

Повесив трубку, она постояла еще несколько минут у окна, пока ее раздражение не улеглось.

— Если бы дела со снегопадом обстояли так плохо, разве мы могли здесь сейчас работать? Проезд свободен, Генри просто ленится. Ты сама все прекрасно понимаешь, — сказала она самой себе.

Если бы проезд был закрыт, она и Шон по-прежнему бы оставались здесь вдвоем. Какое-то нежное и грустное чувство возникло у нее в груди.

— Эй, босс!

Кейт подняла глаза вверх и увидела Рауля, стоявшего на лестничной площадке.

— Что случилось?

— Если у нас нет мусорных баков, куда нам складывать весь строительный мусор?

Кейт нахмурилась, обвела взглядом помещения, а затем снова посмотрела на мужчину на лестнице.

— Сейчас вы можете выбрасывать все через окна во двор. Мы заполним баки, как только Генри решится их нам привезти.

— Понял, босс!

Двойная работа, пустая трата времени. Но ничего нельзя было поделать. Кейт подумала, что она может делать только одно из двух дел.

Продолжать думать о Шоне, пытаться понять, что он делает прямо сейчас. Или вернуться к работе и работать так много, чтобы у нее не оставалось времени, чтобы думать о мужчине, внезапно возникшем и снова пропавшем с ее горизонта.

В мрачном настроении она направилась на кухню. Сносить стены в старых комнатах представилось ей хорошим занятием, чтобы не думать о Шоне.

Следующие несколько недель Шон провел над планом по выпуску игр. Он работал с утра до ночи, и это помогало ему отвлечься от воспоминаний о Вайоминге и о том, что произошло там. И только во сне воспоминания о Кейт настигали и преследовали его.

Когда он только вернулся домой, он приложил все усилия, чтобы стереть картинки тех заснеженных дней в Вайоминге из своей памяти. Он встречался с женщинами, но ни одной из них не удалось заинтересовать его. Он водил своих дам танцевать, ужинать в роскошные рестораны, слушать музыку, но, как назло, не проходило и двадцати минут, как он начинал скучать в компании своей спутницы. Через несколько недель Шон оставил свои безрезультатные попытки. Он решил, что это знак с небес, подсказывающий ему, что он должен забыть обо всех женщинах и сконцентрироваться на делах компании. Раньше или позже он опять начнет украшать свою постель красивыми женщинами. А до тех пор он должен посвятить себя работе.

Он начал переговоры о выпуске коллекции персонажей из самых популярных видеоигр «Келтик нот». Он принимал участие в переговорах о разработке настольной игры на основании «Замка судьбы»: ведь в мире существовали люди, которые предпочитали реальный мир цифровому.

Кроме того, он корректировал сценарии для предстоящего рождественского выпуска и готовился к первой конференции «Келтик нот». Гостиница в Вайоминге была единственным владением компании, которое по размеру подходило для проведения конференции. И хотел он того или нет, ему предстояло обсудить мероприятие с Кейт. Он одновременно и хотел, и боялся этого. Последние несколько недель они общались преимущественно по электронной почте. Как-то раз они говорили по телефону, но разговор был коротким и исключительно по делу. Ее голос разбередил в его душе воспоминания, и после разговора Шон почувствовал себя опустошенным.

Мобильный телефон зазвонил, и Шон взглянул на экран. На сегодня была запланирована видеоконференция. А Шон был совершенно не уверен, готов ли он снова увидеть ее лицо. Телефон продолжал звонить, и Шону пришлось ответить. На экране появилось лицо Кейт, и у Шона возникли двойственные чувства: и удовольствие, и смущение. Почему она так хорошо выглядела?

— Кейт, рад видеть тебя, — сухо поприветствовал ее Шон.

— Привет, Шон! — не сразу ответила она, видимо удивившись его тону.

— Я хотел поговорить с тобой о конференции, которую мы хотим провести в гостинице.

— Хорошо. — Она кивнула. — Ты уже рассказал мне немного об этих планах, когда был здесь.

— Да, — протянул он. Ее глаза были такими глубокими и синими, что он мог бы утонуть в них. Тяжело сконцентрироваться на рабочих вопросах, когда на тебя смотрят такие глаза. — Да, именно поэтому нам нужны те коттеджи, о которых мы с тобой говорили.

— О. — Она оживилась. — Я как раз хотела поговорить с тобой о коттеджах.

— Хорошо, но сначала скажи, как у вас идут дела с ремонтом. — Шону безумно нравилось смотреть, как она говорит. Эмоции на ее лице, блеск ее глаз, движения губ…

— Итак, — начала она, — внутренняя отделка идет полным ходом. Мы почти закончили с кухней, рабочие поверхности мы получим на следующей неделе и сразу же установим их.

Она продолжала рассказывать ему о работе, подробно описывая некоторые моменты, и он понимал, что должен сконцентрироваться на том, что именно она говорит. Он, его брат и их партнер Брейди Финн несли равную ответственность за превращение старой гостиницы в место действия компьютерной игры.

Фанаты «Замка судьбы» бронировали места за месяцы вперед, чтобы остановиться в том самом замке в Ирландии, где жил Брейди, а гостиница «Лафлин» — место действия игры «Убежища на реке» — должна была открыться к Рождеству, на то же время был запланирован новый релиз игры. Следующей в очереди была гостиница в Вайоминге.

Легенда была основана на видеоигре «Лесная гонка». Действующими лицами в ней были бездушные твари, храбрые рыцари, чародеи и эльфы. Шону было очень важно создать в отеле атмосферу игры. Решение перенести действие видеоигр в реальную жизнь было очень удачным и обещало компании ошеломительный успех на рынке.

И поэтому да, он должен был слушать, делать записи, задавать вопросы, но вместо этого он видел только глаза Кейт и вспоминал, как в них отражались языки пламени из камина. Он видел ее губы и практически ощущал их на своей груди. Кейт отбросила волосы за спину, и он тут же вспомнил, как они рассыпались пышной густой копной по ее плечам, когда она была на нем сверху.

— Так что ты об этом думаешь?

— Что? — Его мозг судорожно пытался понять, что она имеет в виду. Вспомнить хоть несколько слов, зацепиться за последнюю фразу. Иначе Шону пришлось бы признаться, что он совершенно ее не слушал. — Коттеджи?

Кейт закатила свои красивые глаза.

— Да. Так что ты думаешь о новой идее дизайна?

«Давай, используй свой шарм! Ты же уверен, что неотразим», — подумал Шон, а вслух заявил:

— Не так-то просто принять решение по описанию на словах.

Она пристально посмотрела на него:

— Да, я так и подумала, что ты это скажешь. Поэтому я попросила свою подругу Молли нарисовать эскизы. Она не разработчик компьютерных игр, но рисует она гораздо лучше, чем я.

Кейт подняла и показала Шону планшет с наброском. Заинтересовавшись, он поднес телефон ближе к глазам, чтобы рассмотреть чертежи. И то, что он увидел, ему понравилось.

Вместо низких квадратных коттеджей, как было задумано изначально, Кейт решила построить нечто… мистическое!

Шон видел вдохновение, с которым был создан новый дизайн домов. Коттеджи теперь выглядели как полусферы с плоским основанием. Стены и крыша аркой сходились над входом. Каждый коттедж был уникален, для каждого был создан отдельный эскиз. Шон живо представил себе небольшие сферической формы коттеджи, затерявшиеся в лесной чаще, окруженные цветами и деревьями. Да люди выстроятся в очередь, чтобы пожить в них!

Когда Кейт закончила, она снова взглянула на него и спросила:

— Так что? Тебе нравится новая идея? Я так настойчиво спрашиваю, потому что сейчас почва стала достаточно мягкой, и мы можем начать готовить основание. Прежде всего, нам нужно будет продолжить систему центральной очистки, и все коттеджи будут подключены к ней. Как только мы закончим с этой задачей, мы будем закладывать фундаменты для коттеджей.

— Система очистки! — рассмеялся Шон.

— Ну да. Мы слишком далеко от муниципальной канализации, нам не удастся к ней подключиться. А резервуар в гостинице не такой вместительный, чтобы выдержать дополнительную нагрузку.

Шон снова фыркнул со смеху и провел рукой по волосам.

— Что в этом смешного?

— Да весь наш разговор! Я думаю, что раньше никогда не обсуждал канализацию со своими любовницами.

— Я — твоя бывшая любовница, — быстро поправила его Кейт.

Ее слова были как пощечина. Но Шон не стал возражать.

— Хорошо, я тебя понял. Мне очень нравятся эти рисунки. Не закрашивай стены, чтобы наши художники могли их разрисовать эпизодами из игры.

— Правильно. Мы так и поступим. Стены в гостинице уже готовы и ждут ваших специалистов. Но я думаю, нам следует подождать, пока мы закончим основные работы.

— Я согласен. — Он развернулся на стуле в сторону окна. На клумбе во дворе расцветали цветы, и Шону стало интересно, успел ли растаять снег в Вайоминге. Но ему пришлось одернуть себя, чтобы вернуться к работе. — Направь мне эти чертежи по факсу. Я покажу их Майку, художникам и архитекторам. Вероятно, в чертежи потребуется внести изменения.

— Я отправлю тебе их сегодня вечером.

— Хорошо, — ответил Шон. Ему очень хотелось узнать, как у нее дела.

— Тогда, я думаю, мы все обсудили. Мне нужно вернуться к работе.

— Да, и мне тоже, — ответил Шон.

— Значит, договорились. Все в порядке. Я буду писать тебе о результатах нашей работы.

— Согласен. — Шон не мог оторвать взгляда от ее лица, хотя знал, что это не принесет ничего хорошего, а только мучительные сны. Осознавая это, он почувствовал раздражение, и его голос прозвучал резче, чем обычно, когда он сказал: — Я ожидаю эти факсы сегодня.

— И ты их получишь, — ответила она. — Послушай, мне пора идти.

— Да, мне тоже, — снова сказал он и понял, что ни один из них не пытается повесить трубку. Уже было двенадцать часов. Это подтолкнуло его к действию. — Хорошо. Спасибо за работу!

— Пожалуйста! Пока! — И она отключилась.

Во внезапно наступившей тишине Шон вздрогнул как от холода.

Глава 6

Миновало пять месяцев

Его брат женился.

Шону было трудно с этим смириться, но факты оставались фактами. Дженни Маршалл стала Дженни Райан. Она была беременна. Беременность стала неожиданностью для Майка. На некоторое время он даже отошел от дел. Но он примирился с этой новостью и сделал для себя какие-то выводы, в результате которых понял, что Дженни — единственная женщина в его жизни, достойная стать его женой.

Свадьба состоялась в одной из главных достопримечательностей Ньюпорт-Бэй — Павильоне Бальбоа, старинном здании в викторианском стиле. Шон смотрел на танцующих жениха и невесту. Они не замечали никого вокруг, казалось, они были единственными людьми на белом свете. Да, времена меняются. Еще недавно Майк и Дженни ругались до хрипоты. А теперь они клялись друг другу в вечной любви и готовились стать родителями. Кстати, что касается родителей… Шон обернулся, ища взглядом отца и мать. Джек и Пегги Райан никогда еще не выглядели такими счастливыми. Шон задумчиво нахмурился и сделал глоток из бокала с виски.

Брак его родителей всегда казался Шону неестественно совершенным. Только недавно он узнал о том, что его брат Майк знал уже в тринадцатилетнем возрасте, — его родители были людьми, которые тоже допускали ошибки. Он все еще не мог простить брату, что тот многое утаивал от него. Но, с другой стороны, и у Шона были свои секреты.

Он никогда не лгал членам своей семьи, но он никогда не говорил им и всей правды. Сейчас было не время думать о прошлом. Сейчас следовало бы задуматься, каким чудесным образом Майк и Дженни преодолели взаимный антагонизм и полюбили друг друга.

И размышления об антагонизме естественным образом привели его к мыслям о Кейт. Но, говоря по правде, Шон никогда не забывал о ней. Пять месяцев прошло, но он не мог забыть ее запах, ее вкус. Ее лицо всплывало перед его глазами каждую ночь, когда он пытался заснуть. Казалось, его мозг работал сверхурочно, постоянно напоминая ему про Кейт.

Как он мог о ней забыть! Мысли о ней не оставляли его ни днем ни ночью. Может быть, думал он, пора было возвращаться в Вайоминг. Лично проверить, как обстоят дела с ремонтом, а не полагаться на отчеты, присланные по факсу и по электронной почте. Там он снова встретится с Кейт, и, возможно, это успокоит саднящую в его душе рану. Он не сомневался, что его страсть к Кейт обусловлена игрой его разума. Казалось, что в воспоминаниях Кейт представлялась ему лучше, чем была в действительности. Поэтому новая встреча с ней прояснит все сомнения, поможет ему увидеть их отношение друг к другу в истинном свете, и, возможно, после этого он сможет наконец-то забыть ее!

Приняв решение, Шон отошел подальше от музыки и толпы и набрал номер Кейт для видеозвонка. После нескольких вызовов она ответила, на экране появилось ее лицо. Тело Шона мгновенно напряглось.

Да что же такого было в этой женщине?!

— Шон? — Она была явно не очень рада его видеть. Ее глаза сузились, и она прикусила нижнюю губу, прежде чем сказать: — Не ожидала тебя услышать.

Она посмотрела в сторону, потом снова на экран телефона, как будто не хотела встречаться с ним взглядом.

— Мы тут работаем. У тебя какая-то проблема?

Он не думал, что у него действительно проблема, но он быстро поменял свое мнение. Каким бы человеком ни была Кейт, она совершенно точно не была игроком. И, судя по выражению ее лица, ей не стоило даже пытаться играть в покер.

— Ты сама можешь ответить на свой вопрос, — сказал Шон, отходя подальше от шумной толпы. Он вышел на улицу, в летнюю ночь. — Что-то не так?

— Нет, — ответила она быстро. — Все в порядке. Все действительно очень хорошо. О, а что это за музыка на заднем плане?

— Мой брат Майк женится. Я сейчас на торжестве по этому поводу.

— О, очень мило. — Она снова прикусила губу. — А я немного занята, Шон.

Интересно, чем это она занята.

— Да, — кратко ответил Шон. — Я тоже занят, так почему бы нам не обойтись без лишних расспросов? Ты можешь просто вкратце рассказать мне, что там у вас происходит.

Кейт глубоко вздохнула и шумно выдохнула.

— Хорошо. Мы уже очень много сделали и…

Она продолжала говорить, но Шон ее не слушал. Вместо этого он изучал ее лицо и пытался понять, появился ли блеск в ее глазах только сейчас, когда она увидела его?

Что-то было не так, и она явно не хотела говорить об этом с Шоном. Если бы это была проблема, связанная с работой, она не стала бы ее замалчивать. Шон уже успел понять, что Кейт крайне серьезно относилась к своим обязанностям. Точно так же, как и сам Шон. Сейчас по плану она должна была заниматься перестройкой внутренних помещений. Так что же заставило ее так неохотно отвечать на его вопросы? В ее жизни появился новый мужчина?

Эта мысль очень не понравилась Шону. Стиснув зубы, он прервал поток ее слов одним вопросом:

— Почему ты сейчас так нервничаешь?

— Нервничаю? — Она попыталась рассмеяться, затем покачала головой. — Я не нервничаю, Шон. Я просто занята. Мы сейчас выполняем очень ответственную работу, за которой я должна наблюдать безотрывно. Мы заливаем фундамент для коттеджей. У меня действительно нет времени на разговоры, Шон.

— Это правда? — Его голос был холоден, безразличен, но она, казалось, не обратила на это внимания, а просто улыбнулась. Однако выражение ее глаз оставалось напряженным.

— Чистая правда. Я очень ценю твое внимание к нашей работе. Все действительно в полном порядке. Я позвоню тебе на следующей неделе. Тебе следует немного отвлечься на свадьбе.

— Угу…

— Извини, меня зовут, мне надо бежать, — сказала она и отключила телефон.

Шон недоуменно уставился на экран. Она лгала. Или если не лгала, то что-то скрывала от него. Вопрос был: что именно? И почему?

Он раздраженно сунул телефон в карман брюк и развернулся в сторону торжества. Она сама бросила трубку! Никто так не поступал с Шоном Райаном!

Эта женщина, во всей видимости, до сих пор считала, что она тут главная. Как она могла первая бросить трубку? Говорить ему, что она слишком занята? Нет, ей это не сойдет с рук…

Шон посмотрел на танцпол, где его брат танцевал с их матерью, а Дженни танцевала с их дядей Хэнком. Пока он наблюдал за ними, его мозг напряженно работал. После приема Майк и Дженни собираются уехать на неделю в свадебное путешествие. Шон принял решение съездить в Вайоминг и самому посмотреть, что там происходит, как только новобрачные вернутся назад.

— Посмотрю, как ей удастся уйти от разговора, когда я буду стоять прямо перед ней, — пробормотал он.

— И почему это я никогда не оказывалась отрезанной от всего мира в компании мультимиллионера? — Молли Фини плюхнулась в одно из уютных кресел в доме Кейт и взяла бокал с вином с журнального стола.

— Потому что тебе всегда везет? — предположила Кейт.

— Я тебя умоляю. — Молли сделала глоток шардоне и продолжила: — Все женщины мира были бы счастливы, окажись они в одном доме с Шоном Райаном в разгар метели. Шон ведь такой… У меня просто нет слов.

Кейт рассмеялась.

— Ты так думаешь только потому, что не встречалась с ним в реальной жизни.

— Так познакомь меня с ним!

— Я тебя лучше уберегу от этого, — сказала ей Кейт.

Рассмеявшись, Молли возразила:

— Да прекрати. Он ведь не огр какой-нибудь.

Конечно нет. Все было бы гораздо проще, если бы он был ужасен и груб. А он был очаровательный и вместе с тем непонятный, веселый, раздражительный. Из-за него она испытывала так много эмоций одновременно. Поэтому она была счастлива, что он уехал домой в Калифорнию. Когда их разделяли несколько тысяч миль, Кейт чувствовала себя гораздо увереннее.

— Молли, эти три дня в гостинице изменили в моей жизни практически все, — сказала Кейт, взяв чашку с чаем.

— Но мне кажется, ты от этого совершенно не страдаешь, — ухмыльнулась Молли.

— Нет, не страдаю, — сказала Кейт. Почему она должна была страдать?

Когда Шон уехал из Вайоминга, ей было действительно тяжело. Она привыкла видеть его каждый день, привыкла к его манере поддразнивать ее по делу и просто так. Она думала, что ей станет легче, когда он уедет. Но она не предполагала, что будет скучать по нему. Она и не подозревала, насколько глубоко он проник в нее. Но игнорировать факты не имело смысла, равно как и врать самой себе, потому что сама она знала правду независимо оттого, в чем она пыталась себя убедить.

— Может быть, если бы ты не пряталась…

— Не начинай. — Кейт покачала головой и нахмурилась. Молли не давала ей покоя все эти месяцы. И отец Кейт от нее не отставал. Но не важно, что говорил каждый из них, она сама знала, что ей делать. Она приняла решение, и она не отступится от него. — Я все делаю правильно.

Разве она не мечтала о подобной ситуации годами? Когда умер Сэм, Кейт поняла, что ее мечты умерли вместе с ним. А теперь у нее был шанс, и она его не упустит.

— Ты делаешь все правильно для кого? — спросила Молли, склонив голову набок. Ее пшеничного цвета волосы рассыпались по плечам.

— Для себя, для Шона. — Кейт задумалась, а потом, кивнув, продолжила: — Для всех.

— Это твоя жизнь, моя дорогая, — ответила ей Молли, — и ты знаешь, я ненавижу вмешиваться в чужие дела, но…

Кейт фыркнула.

Молли удивленно подняла брови.

— Но тайны хранить очень сложно. Правда наверняка всплывает в самый неподходящий для тебя момент!

Кейт не хотела верить в это и решила отшутиться:

— Это что-то вроде закона Мёрфи?

— Я ирландка, — сказала Молли. — Мы верим в закон Мёрфи и все подзаконные акты. — Вздохнув, она поставила свой бокал на стол и скрестила руки на груди. — Хотя бы просто подумай об этом, Кейт.

— Молли, я постоянно думаю об этом. Последние пять месяцев я только и думаю.

— Думать и ничего не делать — это разные вещи.

Еще один упрек.

— Разве ты не на моей стороне?

— Конечно, на твоей, дорогая! И ты это знаешь, — вздохнула Молли. — Я просто хочу донести до тебя, что рано или поздно все тайное становится явным. И вероятно, для тебя будет лучше, если ты сама откроешь свой секрет.

Кейт уставилась в потолок. Она понимала, что ее подруга права.

— Молли, я не знаю. Я уверена лишь в том, что ничего не могу рассказать. Это все равно не заинтересует нашего волшебного мультимиллионера.

— Прекрасно, тогда и я замолкаю.

Но Кейт не поверила ей. Молли была отзывчивым человеком, который до последнего защищал интересы своих друзей. Если она верила, что может помочь, то никогда не сдавалась. Но вслух Кейт произнесла:

— Спасибо. Это будет очень кстати.

В дверь позвонили. Молли вскочила на ноги и сказала:

— Оставайся тут, я открою дверь.

Кейт пила чай, когда услышала, как кокетливо и мягко Молли поинтересовалась у кого-то:

— Привет! Откуда вы приехали?

— Из Калифорнии, — решительно ответил знакомый низкий голос. — Мне нужно увидеться с Кейт Уэллс. Она дома?

Во рту у Кейт мгновенно пересохло, ее желудок сжался в нервном спазме. Она медленно встала, отставила чашку в сторону и, как могла, постаралась унять свое сердце, пустившееся в галоп. Это невозможно. Она прислушалась. Молли спросила:

— А как вас представить?

— Шон Райан.

Кейт издала стон. Пока она не увидела его вживую, она могла надеяться на временное помрачение рассудка. Если она ущипнет себя, Шон исчезнет! Молли не появится из-за его спины с округлившимися глазами и распахнутым в безмолвном крике ртом, а на Кейт не будет в этот момент растянутой футболки и джинсовых шортов.

Но это был не сон. Шон стоял перед ней, уставившись на ее живот.

— Ты беременна?

Кейт положила одну руку на живот, чтобы ее девочка не услышала, как ее родители ссорятся еще до ее рождения.

— Шон, что ты тут делаешь?

«Лучшая защита — это нападение», — вспомнила она слова отца.

— Ты серьезно? Ты мне это хочешь сказать? — Шон ошеломленно покачал головой и запустил обе руки в волосы. — Ты издеваешься надо мной?

— Э-э-э… — послышался голос Молли из-за спины Шона. — Я думаю, я, пожалуй, пойду. Думаю, вам есть что обсудить…

Кейт хотелось вытянуть руку, схватить подругу и удерживать ее рядом с собой, как будто от этого зависела ее жизнь. Но какой в этом смысл? Просто небольшая отсрочка перед неизбежным разговором. Шон был здесь. Он узнал правду. У Кейт не оставалось другого выбора, кроме как сказать самой себе, что пришла пора рассказать Шону обо всем.

— Я позвоню тебе завтра, — сказала она подруге, по-прежнему глядя на Шона.

Шон не отводил глаз от живота Кейт и не мог видеть, как Молли в преувеличенном восхищении закатывает глаза. «Да, это так, — подумала Кейт. — Шон действительно красивый мужчина». Но сейчас она чувствовала совсем не желание, а панику.

Он поднял свои синие глаза и уставился прямо на нее. В его глазах она прочитала плохо сдерживаемую ярость.

— Ты вообще собиралась сказать мне об этом? — проревел он в тот момент, когда за Молли захлопнулась входная дверь.

— Скорее всего, нет, — призналась Кейт. — По крайней мере, до момента родов.

Кейт раздумывала о том, что ей делать, вот уже пять месяцев. И пока ее ребенок рос в ней, она вспоминала перекосившееся от ужаса лицо Шона, заподозрившего ее в желании выйти за него замуж. Вспоминала, как он рассказывал, что не имеет ничего против детей, просто не хочет завести своих.

— Шон, разве ты не помнишь? Ты совершенно однозначно сказал мне, что не хочешь иметь семью. Тебе становилось дурно при одной мысли об этом. Так почему я должна была рассказать тебе о моем ребенке?

Он сделал шаг ей навстречу, затем остановился.

— Ты искажаешь мои слова для того, чтобы оправдать свою ложь на протяжении пяти месяцев? Это не сработает. Ты должна была сказать мне об этом, Кейт. Потому что это наш ребенок.

Кейт покраснела и вновь в оберегающем жесте положила руку себе на живот.

— Хорошо. С технической точки зрения ты прав…

— С технической точки зрения? — изумленно повторил он.

Она не обратила внимания на его вопрос. Боже, она представляла себе этот разговор сотни тысяч раз. И ни один из сыгранных в ее голове сценариев не был настолько ужасным.

— Вероятно, я должна была сказать тебе…

Шон хмыкнул.

— Но это ничего не изменило бы, Шон. Факт остается фактом: я хочу ребенка, а ты — нет.

Он выглядел еще более ошеломленным, чем когда вошел в комнату. Она не могла упрекать его за это. Он был настолько зол, что в его синих глазах, казалось, сверкали молнии. Кейт решительно подняла подбородок, посмотрела ему в глаза и приготовилась к битве.

Этот ребенок был смыслом жизни Кейт. Это был подарок Вселенной, которая уже забрала у нее слишком много. Она не потеряет этот подарок. Она не будет делить его с мужчиной, который однажды, если не уже, пожалеет о его рождении.

— Я общался с тобой миллион раз за последние пять месяцев, — ледяным голосом процедил Шон. — По электронной почте. По факсу. По видеосвязи. И ни разу ты не удосужилась сказать мне о том, что беременна.

По правде говоря, первые три месяца, как она узнала о своей беременности, Кейт жила как в тумане. Вначале она не поверила тому, что беременность наступила. Потом она осознала, какое чудо произошло в ее жизни. Ведь она очень хотела иметь семью. После смерти Сэма она поняла, что ей не нужен муж. А нужен ребенок. И вот этот ребенок появился в ее жизни.

Именно в таком тумане ощущал себя сейчас Шон. Его сердце колотилось, и он едва мог дышать. Его взгляд был прикован к округлившемуся животу Кейт, а мозг в это время пытался думать. Он не ожидал такого поворота. Да, он что-то подозревал, поэтому и направился с проверкой в Вайоминг, как только Майк и Дженни вернулись из свадебного путешествия. Но подозрения Шона были связаны с гостиницей. Или с бригадой строителей. Со всем, чем угодно, но не с беременностью Кейт!

Они же использовали презервативы! Так какой в них был смысл, если беременность все равно наступила?

Да, теперь он знает, как себя почувствовал Брейди Финн, когда поехал в Ирландию с аудитом гостиницы и обнаружил, что Эйн беременна. Тогда Шон полностью встал на сторону Эйн. Очевидно, Вселенная решила дать ему пинка, чтобы он ощутил себя в шкуре Брейди.

Шон отчаянно пытался прийти в себя. Женщина, которая не выходила у него из головы несколько месяцев, была беременна его ребенком. Ему надо было сконцентрироваться именно на этом.

Но даже сейчас прошлое не отпускало его и напомнило, что это далеко не первый раз, когда он оказывается в подобном положении. Он не хотел об этом думать, но не мог спрятаться от воспоминаний десятилетней давности.

Он закончил первый курс колледжа в Италии. Именно тогда он влюбился в Адрианну, красивую, умную и веселую девушку. И все было прекрасно. До того самого вечера, когда Адрианна сказала ему, что ждет ребенка. Ему было до сих пор стыдно за свою реакцию, хотя сейчас он пытался оправдать себя тем, что был слишком молод. Глуп. Эгоистичен.

Но самое главное заключалось в том, что Адрианна уже нарисовала себе картину счастливой семейной жизни с Шоном. А Шон воспринял это как оковы. Спустя две недели после их яростных споров у Адрианны случился выкидыш. Она потеряла ребенка, которого очень хотела. Шон навестил ее в больнице, но она не хотела его видеть. Он разглядел только ее бледное лицо, тени под глазами, выражение внутренней боли на лице.

— Уходи, — сказала Адрианна, отворачиваясь к стене.

Шон неуклюже потоптался с огромным букетом роз, который он купил для нее, и снова попытался заговорить с ней. Он хотел, чтобы она посмотрела на него, чтобы поняла, как ему плохо.

— Адрианна, мне очень жаль, что так произошло…

Она скользнула по нему взглядом, и он поразился, что ее глаза были совершенно пустыми.

— О чем тебе жалеть, Шон? Ты не хотел этого ребенка. Теперь его нет, и ты можешь быть счастлив. Быть счастлив где-то еще. Я не хочу, чтобы ты оставался здесь. Я не хочу, чтобы ты возвращался сюда.

Больничный запах, голоса медсестер и докторов, вызовы по системе оповещения, стоны женщины в кровати напротив — ничего этого Шон как будто не слышал. Единственное, что имело значение, — это Адрианна, которая ускользала от него.

Его сердце было разбито. Шон не отступал. Крепко держась за букет, как за спасательный круг, он попытался объяснить ей, почему повел себя именно так. Ему нужно было, чтобы она простила его.

— Адрианна, — прошептал он, — мы сможем все преодолеть.

— Нет. — Она снова смотрела на стену. — Когда ты мне был нужен, тебя не было рядом со мной. А теперь, — Адрианна прерывисто вздохнула, — ты мне больше не нужен.

Шон не знал, что делать дальше. Он положил свой букет на стул и вышел из палаты, осознавая, что утратил нечто очень ценное. Он сознательно отказался от того, о чем некоторые мужчины могут только мечтать.

С чувством стыда и вины Шон прожил эти десять лет. Он никогда не говорил о случившемся с братом, да и ни с кем другим. Эта боль, кусочек льда, была запрятана глубоко в его сердце. И вот сейчас у него появился шанс попрощаться с прошлым и стать таким, каким и должен быть настоящий мужчина.

Шон посмотрел Кейт в глаза и прочел в них ее явное намерение держаться от Шона подальше. Она не хотела, чтобы он присутствовал в ее жизни и в жизни их ребенка, это было очевидно. Но он этого не допустит. Он не поведет себя как глупый эгоистичный юнец.

— Тебе лучше присесть, — сказал он.

— Что?

— Ты беременна, присядь! — Шон подвел Кейт к кушетке и дождался, пока она сядет.

— Ты это серьезно? — спросила Кейт, перекинув волосы на одно плечо. — Я была сегодня на стройке. Мы устанавливали новые окна и срывали старую облицовку со стен. Ты действительно думаешь, что я не в состоянии постоять на ногах в своем собственном доме?

Судя по ее словам, он выглядел полным идиотом.

— Послушай, я узнал об этом ребенке пару минут назад. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому.

— Это касается меня, Шон. Тебе даже не надо привыкать к этому.

— Хорошо. — Шон сунул обе руки в карманы брюк. — Значит, ты хочешь, чтобы я просто сказал «Ну, пока» и ушел?

То, что он поступил именно так десять лет назад, ничего сейчас не значило.

— Я отец этого ребенка, — сказал он, чувствуя, как внутри его нарастают гнев и отчаяние. — И я буду нести за него ответственность.

— За нее.

— Что?

— Ты сказал «за него». А это «она», девочка, — сухо сказала Кейт.

— Девочка, — повторил Шон.

Его захлестнула волна новых чувств. У него будет девочка! Он вздохнул, чтобы успокоиться, и взглянул на Кейт. Ее лицо и поза излучали ярость. Она была готова отстаивать свою позицию до последнего.

Он не понимал, какие причины были у Кейт, чтобы не сообщить ему о своей беременности. Да, как-то раз он сказал, что не хочет ни семью, ни детей. Он действительно не задумывался об этих вещах после возвращения из Италии. Он не предпринимал никаких попыток, чтобы стать отцом осознанно, но сейчас, когда выяснилось, что Кейт ждет его ребенка, он хотел его. Он не собирался никуда уходить. Кейт придется смириться с этим.

Несомненно, им предстоит многое обсудить, но в конце концов все будет так, как решит Шон. Кейт понятия не имела, на что он способен, если он решительно настроен. Например, ему, его брату и Брейди удалось построить свой бизнес из ничего! Шон привык жить, убеждая всех вокруг, что он всегда прав, и людям приходилось с этим мириться. Скорее всего, Кейт поступит так же.

Но сначала о главном.

— С ребенком все в порядке?

Ее лицо на мгновение смягчилось, и она погладила себя по животу.

— С ней все хорошо.

— Отлично. — Шон кивнул. Он почувствовал внезапный прилив сумасшедшего желания. Неужели все беременные женщины были такие привлекательные?

— Шон, — со вздохом сказала Кейт. — Я понимаю, что ты делаешь.

— В самом деле? И что же я делаю?

Она встала и подошла к нему. Шон понял, что хочет ее так же, как и тогда, когда увидел ее в первый раз. Кейт Уэллс влияла на него магическим образом, и ее беременность никак не мешала его желанию.

Он видел перед собой женщину, которая не выходила у него из головы последние пять месяцев. Ее глаза сверкали, ее губы сжались в тонкую сердитую линию, но для него это было самое прекрасное лицо на свете. Что произошло с ним, что женщина, готовая разорвать его на части, казалась ему неотразимой?

— Ты пытаешься переложить вину за то, что я не сказала тебе о ребенке, на меня.

— Разве это не так?

Она шумно выдохнула.

— Да. Но я поступила так, как посчитала нужным. Точно так же, как я поступаю сейчас. Я хочу, чтобы ты уехал, Шон.

— Мы не всегда получаем то, что хотим, Кейт.

— Как ты вообще сюда попал? Откуда ты узнал, где я живу? — Она вскинула руки, затем решительно сказала: — Ладно, это не важно. Не обращай внимания. Ты должен просто уехать. Сейчас.

Он схватил ее за предплечья и привлек к себе. Кейт делала отчаянные попытки освободиться от его рук.

— Тебя не так сложно было найти, Кейт. А раз уж я тебя нашел, тебя и мою дочь, то я никуда не уйду.

Она побледнела, но быстро пришла в себя и пошла в наступление.

— Шон, ты не должен ничего никому доказывать. Мне приятно, что ты хочешь участвовать в жизни ребенка, но это совершенно не обязательно.

— Что значит «приятно»? — раздраженно возразил Шон. — Этот ребенок настолько твой, насколько и мой. Так что мое участие в его жизни обязательно и неизбежно. Тебе не удастся держать меня на расстоянии, Кейт.

На улице уже стемнело, и Кейт зажгла настольную лампу. Золотистый свет разлился по комнате. Шон теперь мог видеть ее лучше, чем раньше. Она не выглядела счастливой.

— Нам надо все обсудить, Кейт.

— Нет, Шон, не надо. Я беременна, и я буду решать.

Кейт взяла свою чашку с чаем, бокал с вином, которое пила Молли, и вышла из комнаты.

— И поскольку я только на пятом месяце, у меня еще очень много времени.

Шон пошел вслед за ней. В своей маленькой кухне, стоя между плитой и холодильником, она оказалась как в ловушке, когда он возник за ее спиной.

— Мы оба будем принимать необходимые решения, Кейт. Я не оставлю своего ребенка. Я буду в Вайоминге еще три дня. Я бы остался подольше, но у нас на следующую неделю запланирован релиз новой игры, и я должен быть там.

— Не буду тебя останавливать, — язвительно ответила она и нагнулась, чтобы проскочить под его рукой.

Но он схватил ее за руку и не дал уйти.

— О нет, ты не будешь меня останавливать. Ты не будешь препятствовать мне.

И Кейт поняла, что он не собирается уходить, не попрощавшись. Она носила в себе его ребенка, и ребенок связал их друг с другом.

Ей нужно было смириться с этой мыслью.

Глава 7

Постепенно Кейт начинала себя чувствовать жертвой маньяка-преследователя. Куда бы она ни пошла, Шон шел за ней. Он следил за тем, что она ест и что она пьет. Он постоянно торчал на стройке и добился того, что ее сотрудники перестали подходить с вопросами к ней, а сначала отправлялись к нему. Он же был самый главный шеф. Кейт понимала, что теряет контроль над ситуацией, но попросту не знала, что ей следует предпринять.

Если она жаловалась Шону на его постоянное присутствие в ее жизни, он только улыбался и беззаботно пожимал плечами. И это злило ее еще больше.

Молли была конечно же очарована Шоном.

— В жизни он гораздо красивее, чем на фотографиях папарацци. — Она театрально вздохнула в телефонную трубку. — Это тот сорт мужчин, один взгляд которых превращает женщину в безвольную куклу, и они падают к его ногам.

— Вероятно, того же самого он ожидает и от меня, — иронично ответила Кейт, стоя на опушке леса и разглядывая сорок, перелетающих с дерева на дерево.

— Ну а почему бы тебе и не упасть к его ногам? — спросила Молли. — Он прекрасно выглядит, богат, отец твоего ребенка, и он не пытается уклониться от его воспитания. И не забывай, ты уже успела рассказать мне, что секс с ним — лучшее, что у тебя когда-то было.

Кейт вздрогнула. Она рассказала Молли об этом, хотя не могла избавиться от чувства, что она обманула Сэма. Ее покойный муж не был лучшим на свете любовником, но у него были другие гораздо более важные преимущества, которые напрочь отсутствовали у Шона.

Шон был агрессивным, напористым, заносчивым. И это были его лучшие черты. Ну, кроме того, правда, он был обладателем прекрасных синих глаз, умелых рук и отличного чувства юмора. Он заставлял Кейт смеяться даже тогда, когда ей этого совсем не хотелось. Но все вышеперечисленное, включая великолепный секс, не подходило для повседневной жизни. Правда, пока он ничего не говорил о свадьбе, но раз уж Шон хотел ребенка, то рано или поздно он сделает ей предложение, в этом Кейт была уверена.

Но она больше замуж не пойдет. Брак стал для нее источником боли.

— Секс — это еще не все, — пробурчала она.

— Люди, которые так утверждают, просто не знают, что это такое, — сказал за ее спиной низкий голос.

Кейт вздрогнула, ее сердце заколотилось в груди. Ее нервная система реагировала даже на его голос. Да что ж это такое? Она пришла сюда, чтобы хоть немного побыть в одиночестве. Она подумала, что смогла убежать от него, пока он был на кухне с рабочими. Но нет, он смог найти ее и здесь.

— О, я услышала это! — прозвучал голос Молли в телефоне. — Он мне ужасно нравится!

— Ладно, мне пора идти, — ответила ей Кейт хмуро.

— Хорошо, но потом ты мне все расскажешь! Без утайки!

Кейт покачала головой и повесила трубку. Затем она обернулась к Шону и спросила:

— Почему ты меня преследуешь?

Он пожал плечами:

— Не надо рассматривать это как преследование. Считай, что я осматриваю свои владения. Пытаюсь понять, как выглядит местность, когда она не погребена под тонной снега.

Она не поверила ему, хотя его слова звучали разумно… Но ведь вместо того, чтобы изучать окрестности, его взгляд был прикован к ней.

Она ощутила волнение в груди, по ее телу разлилась волна жара. Его глаза были синие, как озера, ветер ерошил его черные волосы. По всей видимости, он не озаботился тем, чтобы побриться сегодня утром, а щетина делала его еще сексуальнее.

Из-за того, что Шон так бесцеремонно вторгся на ее территорию, Кейт испытывала сильное беспокойство. Когда он находился на расстоянии сотен миль от нее, она жила своей собственной жизнью, жизнью своего ребенка и почти убедила себя в том, что Шон не имел к ним отношения. К Шону она испытывала смешанные чувства. Он по-прежнему возбуждал ее желание, но оно переплеталось с обидой и еще с любовью, в чем она боялась признаться самой себе.

— Посмотри вокруг, — сказала она, указывая на озеро и на лес, простирающийся на много миль по другую сторону гостиницы. Когда он перевел свой взгляд вдаль, Кейт пристально посмотрела на него и удивленно констатировала, что его суровые черты смягчились при виде открывшейся ему красоты.

Он посмотрел на нее и улыбнулся.

— Здесь очень красиво. Удивительно, каким большим кажется небо, если смотреть отсюда. Но все же меньше, чем в Калифорнии. Ты знаешь, я, кажется, всю жизнь провел на пляже. Я люблю серфинг, люблю выходить на лодке на большую воду.

Кейт улыбнулась.

— На лодке можно плавать и по озеру.

Шон ухмыльнулся.

— Правильно. Может быть, нам стоит купить пару лодок для гостей.

Кейт подумала, что катание на лодках будет пользоваться спросом, но вслух произнесла:

— Тем не менее это никак не сочетается с темой древних воинов и злобных существ.

Шон рассмеялся и засунул руки в карманы.

— Даже самые заядлые игроки находят время для радостей реальной жизни.

Кейт вздохнула. Ей было трудно возражать ему. Даже понимание того, что ей стоит держаться от него на расстоянии, было слабее, чем ее желание.

Шон отвернулся и стал внимательно изучать лесные заросли. Затем он повернулся к Кейт и спросил:

— Почему бы тебе не показать мне место, где ты хочешь построить коттеджи?

— Хорошо, — отозвалась она с облегчением.

Очень хорошо. Разговор пойдет о деле, а не о личной жизни.

Показав рукой в сторону ближайшей группы деревьев, она сказала:

— Смотри, вон там мы уже залили фундамент для двух первых коттеджей. Другие коттеджи образуют полукруг, в центре которого будет находиться гостиница. Они, с одной стороны, будут стоять уединенно в лесу, но, с другой стороны, гостиница будет совсем рядом. Система очистки уже готова. На следующей неделе мы начнем строительство домов. Сейчас мы ждем финальный план архитектора.

Кейт пошла в направлении леса. Шон пошел за ней, и она была готова поклясться, что ощущала своим телом жар его тела.

— Твоя идея мне нравится. Но почему ты не построишь пару коттеджей ближе к озеру?

— Это опасно, — ответила Кейт. — Если зима будет снежной, то весной поднимется уровень воды в озере, и нашим виртуальным воинам придется сражаться с вполне реальным паводком.

— Понятно, — ответил Шон. — Когда в Лонг-Бич сильный шторм, население укрепляет прибрежную линию мешками с песком, чтобы спасти дома на пляже от наводнения.

Иногда ей казалось, что они думают и действуют совершенно одинаково. Странно, но если их личные отношения нельзя было назвать гармоничными, то их сотрудничество по рабочим вопросам значительно улучшилось. Они чувствовали себя одной командой, когда обсуждали выполненные работы и строили планы. Но это была иллюзия гармонии. Она работала на него, и ей не следовало забывать об этом. Для нее этот проект был самым крупным за ее карьеру, и Кейт хотела выполнить его на высшем уровне, невзирая на то, что происходило между ней и Шоном.

— Большинство коттеджей будут окнами выходить на озеро, — сообщила она.

В этот момент она зацепилась ботинком за корень дерева и чуть не упала. Шон схватил ее за локоть, чтобы удержать ее на неровной лесной почве. От одного его прикосновения она почувствовала сильное волнение. В таком состоянии она точно могла упасть. Конечно, ей не хотелось, чтобы Шон заметил, как на нее действуют прикосновения его рук.

— Спасибо, Шон. Со мной все в порядке. Мне не нужна помощь. Я не упала.

Шон пожал плечами:

— Моя мать вырастила из меня джентльмена, что тут поделаешь…

— Мне это очень приятно, но дальше я могу идти сама. — Кейт постаралась высвободить свой локоть из его рук, однако почувствовала, что деликатное прикосновение его пальцев превратилось в железную хватку.

Шон развернул ее лицом к себе:

— Послушай, я понимаю, что ты не привыкла, чтобы кто-то заботился о тебе. Но ты беременна моим ребенком. И я буду заботиться о тебе и о ней, хочешь ты этого или нет.

Чувство единомыслия и гармонии сразу же исчезло.

Шон даже не замечал своего надменного поведения и желания указать каждому на его место.

— Ты не можешь появляться просто так из ниоткуда и подавлять меня своим авторитетом, — сказала Кейт. — Не ты несешь ответственность!

— Ты ошибаешься, — резко возразил Шон, и глаза его гневно блеснули. — Начиная с сегодняшнего дня, отдавать приказы буду я.

— Ты серьезно? — Она взглянула на него не менее сердито. — Ты не нужен мне, Шон. Я уже давным-давно в состоянии самостоятельно нести ответственность за себя и окружающих.

Ей показалось, что на секунду его глаза потемнели и наполнились болью. Но он быстро справился с собой.

— Нужен я тебе или нет, но я останусь здесь, и тебе не удастся избавиться от меня. Так что можешь начинать привыкать ко мне.

Они молча глядели друг на друга. Рядом с ними ветер шумел в вершинах деревьев, птицы кричали на озере, рыба плескалась в воде, но они ничего не слышали.

Шон сдался первым:

— Проклятье, да что с тобой происходит?

Он притянул ее к себе и поцеловал. Она подумала, что должна освободиться из его рук, но у нее не хватило сил. Ее губы ответили на его поцелуй, а кровь забурлила в венах. Как же ей этого не хватало! Желание нарастало. Она прижалась к нему, с наслаждением ощущая его сильные руки на своем теле.

Это было безумие, и оно очень быстро закончилось.

Когда она открыла глаза, то увидела, что Шон внимательно смотрит на нее с выражением самодовольства на лице.

— Говоришь, я не нужен тебе?

Она почувствовала себя так, как будто он окатил ее ледяной водой. Огонь в ее теле мгновенно затух.

— Ты целуешь меня, а потом упрекаешь за мои чувства? — Голос Кейт дрожал от обиды.

— Я просто напомнил тебе, что мы не только коллеги, — сказал он сухо.

— Но я прекрасно понимаю, что мы не просто коллеги, — ответила она и положила руку на свой живот.

Он положил свои ладони на ее руку.

— Вот поэтому я говорю тебе, что никуда не уеду. Я обещаю тебе.

— Я вам не помешал?

Кейт и Шон обернулись на звук мужского голоса и увидели идущего в их сторону пожилого мужчину.

— Папа?! — удивленно воскликнула Кейт. Шон настолько завладел ее вниманием, что она не слышала ничего, кроме биения своего сердца. — Что ты тут делаешь?

Харри Бейкер был высоким седовласым мужчиной с пронзительным взглядом голубых глаз. Фигура у него была крепкая, а руки мускулистые. Сказывались многие годы, проведенные им на строительных работах. Обычно он выглядел приветливо и добродушно, но сейчас выражение его лица было угрюмым и напряженным.

— Мне позвонил Рауль, — ответил он Кейт, не отводя в то же время взгляда от Шона. — Попросил меня приехать, чтобы вставить окна на третьем этаже.

Кейт чуть не застонала. Она совсем забыла, что ее отец собирался сегодня приехать на стройку. Когда Шон был где-то рядом, она не могла концентрироваться на своих планах. Если бы она помнила о приезде отца, она могла бы подготовить Шона. Да что говорить. Она и сама бы подготовилась к встрече, необходимость которой назревала вот уже несколько месяцев.

Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Отец требовал от нее, чтобы она рассказала Шону правду о своем состоянии и прекратила работать. С тех пор как она в двенадцать лет потеряла свою мать, ее отец значил для нее все. Он вырастил и выучил ее, он любил ее и беспокоился о ней. Мысль о том, что его дочь была беременной и незамужней, не давала ему покоя. Кейт знала, что он прилагал огромные усилия, чтобы не позвонить Шону самостоятельно и не рассказать ему про свою дочь и изменения в ее жизни.

— Верно, я забыла, — сказала она отцу. Ведь Раулю действительно нужна была помощь. Он остался совершенно один на отделке третьего этажа: большая часть рабочих была переброшена на строительство коттеджей.

Ее отец продолжал смотреть на Шона, и Кейт поняла, что он намеренно пришел сюда вслед за ними, чтобы увидеть мужчину, от которого забеременела его дочь. Она ощутила себя героиней романа девятнадцатого века.

— Папа, — сказала она и постаралась, чтобы ее голос звучал весело и беззаботно. — Это Шон Райан.

— Я уже догадался, — без намека на улыбку ответил ее отец.

Шон протянул ему руку:

— Рад с вами познакомиться.

Кейт наблюдала, как мужчины изучают друг друга через рукопожатие, которое выглядело скорее как дуэль, а не жест вежливости. Женщина была тут явно лишней.

Как будто соглашаясь с ней, Шон сказал:

— Кейт, почему бы тебе не вернуться в гостиницу? Нам с твоим отцом надо поговорить.

Именно это она и планировала сделать, пока Шон не озвучил ее мысли.

— Перестань говорить мне, что я должна делать.

— Кейт, уйди!

Она посмотрела на своего отца:

— И ты, папа?

Ни один из мужчин не посмотрел на нее, и Кейт по-настоящему разозлилась. Что ж, будет лучше, если она действительно вернется к работе в гостинице. Эти двое уже перестали обращать на нее внимание.

— Ладно, я пошла назад.

— Будь осторожна, — сказал Шон.

— О боже… — простонала она, покидая их.

Шон посмотрел, как она удаляется, и снова взглянул на буравящего его взглядом мужчину. Ну что ж, пришла пора для объяснений.

— Я не знал, что она беременна, — сказал он, убедившись, что Кейт отошла далеко и не услышит их.

— Я знаю. — Харри пристально смотрел на него. — Я не был с ней согласен, когда она решила не говорить тебе об этом, я заставлял ее рассказать тебе, но она упрямая женщина.

— Да, я знаю, — ответил Шон. — Это мне в ней и нравится.

Харри фыркнул, и его тело немного расслабилось. Теперь Шон был уверен, что Харри не планирует бить его. Забавно наблюдать, как отец женщины, с которой ты спишь, способен заставить тебя чувствовать себя провинившимся подростком.

— Кейт взрослая женщина и сама принимает решения, не важно, одобряю я их или нет.

Шон подумал, что может понять, как себя сейчас чувствует отец Кейт.

Конечно, такая история никогда не произойдет с его дочерью, потому что Шон не допустит, чтобы рядом с его девочкой появился какой-то мужчина. Но сейчас ему прежде всего нужно было успокоить отца Кейт.

— Я вас понимаю, — ответил он спокойно. — Когда я узнал о ребенке, я сразу сказал, что не оставлю его, а Кейт все время пытается избавиться от меня.

Харри склонил голову набок и внимательно посмотрел на Шона. Шону стало не по себе от этого пристального взгляда, но он просто стоял и ожидал ответа.

— Хорошо, что я об этом узнал, — кивнул Харри, — но я думал, что это моя дочь пригласила тебя приехать сюда.

Шон нахмурился. Он приехал, чтобы встретиться с Кейт. Чтобы понять, выдумал ли он, что они испытывают чувства друг к другу. Теперь он был уверен, что эти чувства не были просто его фантазией. Его тело все еще горело в напряжении после того быстрого, но страстного поцелуя. Он понятия не имел, что именно происходит между ним и Кейт, и сейчас осознавал, что им следовало обсудить это до того момента, как он встретится с ее отцом.

Поэтому он просто сказал:

— Это моя гостиница, господин Бейкер. Я должен знать, как идут ремонтные работы.

Покачав головой, Харри ответил:

— Вы проверяете каждую гостиницу, целуя персонал?

Шон напрягся:

— О, вы успели это увидеть!

— Да. Послушай, мне все равно, что между вами происходит. — Харри скрестил на груди свои мощные руки и выглядел теперь как человек, готовый к драке. — Но я скажу тебе, что хочу, чтобы моя беременная дочь вышла замуж.

Замуж? Забавно, что одно это слово могло лишить человека уверенности в себе. Никто не обсуждал свадьбу! Шон понимал, что сейчас чувствует Харри, но свадьба казалась ему чем-то, что свяжет их навсегда. Хотя у них будет ребенок. А ребенок неизбежно свяжет их навсегда.

О боже, у него даже времени не было, чтобы все обдумать и составить план действий. Найти правильный ответ. В его голове вертелось так много несвязных мыслей. Единственное, в чем он был точно уверен, так это в том, что он действительно хотел этого ребенка. Он хотел доказать — пусть даже и самому себе, что он изменился и уже не тот человек, каким он был десять лет назад.

Харри продолжал что-то говорить. Шон прислушался.

— Это первый признак, что она вернулась к жизни, моя девочка. С тех пор как умер ее муж.

— Муж?!

Харри удивленно поднял брови.

— А ты не знал о Сэме? Ну, с другой стороны, это неудивительно. Моя девочка не любит болтать. Она изменилась после его смерти. Она не говорит об этом, но я вижу, как ей плохо. Она еще больше замкнулась в себе. — Харри замолчал на мгновение и внимательно посмотрел на Шона. — До тех пор, пока не встретила тебя.

Шон не знал, что на это ответить. Она никогда не рассказывала ему, что была замужем. Что она овдовела. Но ему было трудно принять, что однажды она была женой другого мужчины. Каким он был, этот загадочный муж? Размышляя об этом, Шон вспомнил их разговор зимой, когда она сказала ему, что у нее был только один мужчина.

Да, неудивительно, что она так защищала мужчину, который был ей больше чем любовником. Она любила того парня и до сих пор оставалась ему верна. Грудь Шона сдавило, ему стало трудно дышать. Он понимал, что оказался в глупой ситуации: он ревнует Кейт к мертвому мужчине.

— Она и Сэм хотели иметь семью, но Сэм умер, а Кейт как будто… как будто закрылась от мира. Но она встретила тебя, забеременела и изменилась. Она теперь снова напоминает мне ту, какой была до смерти Сэма.

Она до сих пор любила своего покойного мужа? Ну что ж, у каждого было свое прошлое. Он ведь тоже не рассказал ей об Адрианне и ребенке. Не открыл ей свою душу.

Их связала страсть, а Судьба преподнесла им «сюрприз» в виде ребенка.

И что теперь ему следует делать с этой информацией?

Ему все равно предстоит уехать домой на несколько дней, чтобы присутствовать при запуске новой игры. Но как он сможет оставить Кейт и своего ребенка?

— Ты с ума сошел? — воскликнула Кейт пару часов спустя. — Я не поеду в Калифорнию! Я не могу оставить работу незаконченной!

Шон скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку. Взгляд его глаз был невозмутимым, сам он выглядел довольным, как кот. И это еще больше раздосадовало Кейт. Шон и ее отец вернулись из леса как старые друзья, улыбаясь и смеясь, пока не увидели ее. После этого они резко замолчали и не сказали ей ни слова.

Они вдвоем выдумали этот дурацкий план?

— Я уже сказала тебе, что ты не можешь появляться в моей жизни, когда тебе этого захочется, и пытаться командовать мной! А если ты и мой отец вообразили себе, что можете принимать решения за меня, как будто я ребенок, то вы оба просто сошли с ума.

Он небрежно скрестил ноги. Теперь он выглядел не довольным, а скучающим. Казалось, ее слова не производят на него никакого впечатления.

— Мое решение не имеет отношения к твоему отцу. Мне нужно вернуться в офис, чтобы провести запуск новой игры, а…

— Так поезжай! — ответила она с облегчением, но в то же время ощущая разочарование из-за его отъезда. С этим она сможет справиться. — В добрый путь!

Шон фыркнул и покачал головой, глядя на нее. Нет, у него был свой собственный план.

Они остались в гостинице одни. Рабочие и отец Кейт закончили работу и разъехались по домам. Кейт осталась, чтобы сделать обход и убедиться, что все надежно убрано. Инструменты, удлинители, кофемашины, радиоприемники. Она проверила каждое окно на первом этаже и замок каждой наружной двери. Гостиница была далеко от других населенных пунктов, поэтому риск набега вандалов был невелик. Но безопасность была для нее превыше всего.

Конечно, Шон остался вместе с ней. Как он уже сказал, она не смогла от него так легко избавиться, как ей хотелось бы. Теперь она понимала почему. Он дождался, пока они остались одни, чтобы рассказать ей о своей странной затее.

На улице сгущался сумрак, а в доме горели несколько ламп, и свет боролся с тьмой.

— Кейт, я уеду, и ты уедешь со мной!

Он выглядел так самоуверенно, что Кейт захотелось дать ему пинка.

— Моя работа…

— На этой стадии твои рабочие могут справиться и без тебя. Я думаю, они достаточно опытные ребята, чтобы несколько дней работать без надзирателя.

— Несколько дней?

— Может, неделю. — Шон пожал плечами. Ему было все равно, на сколько дней он оторвет ее от рабочего процесса. — Это бизнес, Кейт. Я хочу, чтобы ты познакомилась с нашими сотрудниками. У них есть идеи по поводу коттеджей, ты можешь обсудить с ними все вопросы. Кроме того, ты должна встретиться с архитектором.

— В этом нет необходимости, — возразила Кейт. Но она понимала, что проиграла эту битву. Шон был спокоен и уверен в себе, в то время как она нервничала и беспокоилась. Но она решила сделать еще одну попытку увильнуть от поездки. — Пусть они пришлют мне свои вопросы и планы, и мы обсудим все удаленно.

Шон вздохнул и покачал головой:

— Кейт, ты тоже мой сотрудник, и я хочу, чтобы ты присутствовала на встрече в Калифорнии.

Формально он был прав. Она не могла выиграть эту схватку. Он был не только мужчиной, сводившим ее с ума, но и ее боссом. Получается, что она не могла отказаться от поездки. Но, что бы он ни говорил, дело было не только в бизнесе. У него были свои скрытые мотивы, о которых она могла только догадываться. Может быть, он хотел показать ей разницу в их уровне жизни? Или доказать ей, что у него есть деньги, чтобы содержать ребенка?

— Возьми вещей на неделю, — сказал он. Затем обведя взглядом помещение, он добавил: — Ты была права. После обработки песком полы выглядят, с одной стороны, как новые, а с другой стороны — как намеренно состаренные.

Кейт машинально посмотрела на пол. В тусклом свете они отливали золотом. Да, старая гостиница постепенно становилась уютной и комфортной. Но сейчас она не хотела говорить о работе своей команды.

— Да, дубовые полы можно легко восстановить. Но вернемся к нашему делу…

— Так дело в том, что послезавтра мы вылетаем в Калифорнию. Собирай свои вещи.

Глава 8

Разницу она почувствовала уже в частном самолете.

Как только Кейт взошла на борт, она поняла, что никогда больше не сможет наслаждаться полетом в экономклассе. В самолете Шона были кожаные сиденья, мягкий ковер на полу, в котором утопали ее ноги, и стюардесса, единственной обязанностью которой была забота о комфортном полете пассажирки Кейт. К сожалению, эта расторопная женщина не могла помочь своей подопечной избавиться от нервного напряжения.

Нервное напряжение возросло, когда самолет приземлился и Шон повез ее в свой пентхаус в доме у пляжа. Размер квартиры ошеломил Кейт. Там, в Вайоминге, она познакомилась с Шоном — обычным парнем, который любил серфинг. Она знала, что он богат, но только сейчас поняла насколько. Его дом продемонстрировал ей разницу между его и ее жизнью.

Просторная гостиная была обставлена со вкусом подобранной мебелью.

На полированных паркетных полах лежали ковры нейтральных цветов. Одну стену полностью заменили окна с видом на Тихий океан. Через застекленные створчатые двери можно было попасть на террасу, расположенную по всей длине здания. Бриз лениво колыхал шторы.

Кейт бродила по квартире. Она была одна, как и прошедшей ночью. Шон не стал заставлять ее делить с ним постель, что несколько разочаровало ее. Кейт спала в одной из комнат для гостей.

Когда она проснулась сегодня утром, Шона уже не было дома. Но он оставил ей записку в гостиной.

«Я пошел заниматься серфингом. Чувствуй себя как дома. Вернусь через пару часов, и мы поедем в офис».

Итак, Кейт приготовила себе кофе в его огромной невероятной кухне и постаралась не завидовать тому, что у нее нет такой плиты с шестью конфорками, нет морозильника и столешниц из черного гранита. Она была готова поспорить, что Шон мог приготовить себе только бутерброд и чашку кофе. Кейт никогда бы не поверила, что он действительно использует всю технику, которой была напичкана его кухня.

Вздохнув, она отправилась со своим кофе на террасу, где села в одно из кресел и стала наслаждаться видом океана. В июне серые облака каждое утро зависали над побережьем Калифорнии, придавая океану вид расплавленного свинца. Эти облака держали температуру воздуха некоторое время под контролем, не давая ему моментально накаляться. Океан был безграничен. Волны с гребнями белой пены перекатывались вдали. По поверхности океана скользили лодки и доски для серфинга.

«Интересно, где среди них доска Шона?» — Кейт наблюдала за серфингистами и думала о мужчине, который привез ее сюда, и о том, что же она будет здесь делать несколько дней. Когда зазвонил телефон, она с облегчением вынырнула из круговорота своих далеко не оптимистичных мыслей.

— Привет, Молли!

— Привет! Как твои дела?

— Ну, я сижу на террасе, выход на которую предусмотрен только из одной квартиры. Это шикарный пентхаус с видом на океан.

— Да, звучит невероятно круто.

Кейт рассмеялась:

— Ты еще не видела его кухню!

— Ну, в отличие от тебя я не интересуюсь всеми этими кухонными приборами. А как там Шон? Что происходит между вами?

— Ничего. — Кейт отхлебнула кофе из чашки и вздохнула. — Я не знаю, почему я здесь. Я клянусь, даже несмотря на то что он настаивал, что эта поездка связана с бизнесом, где-то внутри я думала, что он хочет затащить меня к себе в постель. Но он ничего не предпринял этой ночью. Ничего. Он просто проводил меня в комнату для гостей.

И этот факт беспокоил ее. Она полночи лежала без сна, представляя себе, как он выйдет из своей комнаты и придет к ней.

— Да, это просто грустно, — согласилась Молли.

— Более чем! Тем более что он флиртовал со мной и пытался соблазнить меня с момента его приезда в Вайоминг. А теперь вдруг успокоился. Он действительно очень спокоен, не похож на парня, с которым я познакомилась у себя дома. И, кроме того, я замечаю, что он наблюдает за мной!

— Но это не означает ничего плохого!

— Он, скорее, изучает меня. Я как будто под микроскопом, и он пытается понять, к какой разновидности людей я отношусь.

— Ты сейчас все слишком близко принимаешь к сердцу, — сказала Молли.

Но Молли не знала Шона так хорошо, как Кейт. Может быть, они знали друг друга только несколько месяцев, но их общение было интенсивным с самого начала. Когда Кейт была вместе с Шоном, она начинала радоваться жизни. Она любила спорить и смеяться с ним, и ей нравилось, когда он обнимал ее.

— Я думаю, что у него какие-то планы.

— Может быть, у тебя паранойя? — рассмеялась Молли.

— Молли, он сказал мне, что хочет ребенка. Судя по этой квартире, по частному самолету, денег у него достаточно, чтобы получить полную опеку над ребенком, если он захочет. У меня не будет ни малейшего шанса.

Настроение ее подруги мгновенно изменилось.

— Не думай об этом, Кейт. Не причиняй себе боль! Не ищи проблем. Подожди пока, скоро все твои сомнения развеются. Сделай одолжение себе самой. Наслаждайся природой, комфортом. Перестань беспокоиться о том, что может произойти! Еще ничего не случилось!

«Хороший совет», — подумала Кейт, когда они закончили разговор. Только она не знала, может ли она последовать этому совету. Она беспокоилась всегда, с тех пор как себя помнила. Когда умерла ее мать, она начала беспокоиться за жизнь отца. Она настояла на том, чтобы сопровождать его на работу каждый раз, когда ей не нужно было идти в школу. Потом она начала беспокоиться за учебу. А когда она вышла замуж на Сэма, она боялась, что что-то сможет нарушить их счастье. И к сожалению в тот раз она не ошиблась. Как она могла перестать беспокоиться, когда над ней нависла угроза потерять своего ребенка?

— Кейт, ты здесь? — послышался голос Шона.

Она поднялась с кресла и пошла обратно в квартиру. На какие-то доли секунд она действительно постаралась забыть о своих тревогах и наслаждаться жизнью здесь и сейчас. Наслаждение было видеть сейчас Шона. Его волосы были еще влажными. Доску для серфинга он нес под мышкой, а мокрый плавательный костюм он спустил до пояса, оставив грудь и руки открытыми.

Он был так красив, что у Кейт мгновенно перехватило дыхание, ей стало жарко, и она не смогла произнести ни слова в ответ. Усилием воли она заставила себя оторваться от вида его мускулистого тела.

— Привет! — воскликнул Шон и бросил свою доску на пол. В мгновение ока он оказался рядом, протянул к ней руки и спросил: — Как ты себя чувствуешь? Ты немного бледная! Это из-за ребенка?

А она могла в этот момент думать только о том, как прекрасно он пахнет. Но она смогла взять под контроль свою единственную активную клетку головного мозга, затем подождала, когда к этой клетке подтянется пара-тройка других, и только тогда смогла ответить ему:

— Со мной все в порядке!

Но он по-прежнему выглядел встревоженно.

— Со мной действительно все в порядке. И с ребенком. — Она быстро сменила тему, пока он не потащил ее к какому-нибудь врачу. — А как ты провел время?

— Больших волн не было, но я был рад, что снова вышел в океан. — Шон пожал плечами и провел руками по мокрым волосам. Его грудные мышцы немного напряглись, и Кейт изо всех сил захотелось положить на них свои ладони. Поэтому она решительно сжала кисти в кулаки. — Я сейчас быстро приму душ, а потом мы поедем в офис.

— Хорошо, — ответила Кейт. Она не хотела представлять его в душе. Может быть, он специально вошел в квартиру в таком виде, чтобы произвести на нее впечатление? Но он вышел из комнаты, даже не обернувшись, даже не улыбнувшись ей, и просто оставил ее стоять, где стояла.

Так что же ему было нужно? Какой у него был план?

Никакого плана у Шона не было. Его по-прежнему терзала мысль, что Кейт была чьей-то женой. Ему было неприятно от того, что она не рассказала ему о своем браке. Что это могло значить? Когда он зашел в квартиру, он прекрасно понял ее мысли, которые она не озвучивала. Он прочитал в ее глазах страсть. Желание. Она тщетно пыталась скрыть свои чувства. Но он не собирался быть заместителем ее покойного мужа. Ему стоило огромного труда сдержаться и не броситься к ней через все комнату, чтобы обнять ее. А потом она так побледнела, что его гнев сменился паникой.

Он приглядывал за ней, чтобы понять, что с ней происходит. Когда он убедится, что с ней все в порядке, он задаст ей пару вопросов.

В офисе он наблюдал за ней во время обсуждения проекта в отделе, слышал, как расслабленно она смеется какой-то шутке Дейва. Она откинула назад свои распущенные волосы и склонилась над плечом Дейва, когда он вносил какие-то пометки на своем компьютере.

«Зачем она стоит к нему так близко?» — недовольно подумал Шон.

— Она мне нравится.

Шон посмотрел на подошедшего к нему брата. Брат разглядел, что Шон пристально наблюдает за Кейт.

— Да, она хороший специалист. Ты видел, как быстро она поняла идею сделать крыши коттеджей разными? Мне понравилось, как ловко ей удалось убедить в этом архитектора, который изначально был против.

— Я заметил, — сказал Майк, дружески подтолкнув Шона плечом. — Но я говорю не только о ее работе. Она мне просто нравится. Она приятная, смешная, симпатичная.

Шон закатил глаза. Майк не отличался особой чуткостью.

— Она такая и есть. Кажется, Кейт и Дженни поладили.

Майк кивнул, глядя, как его жена присоединилась к Кейт и Дейву за компьютером. Они оживленно что-то обсуждали, и Шон был уверен, что они придут к единому мнению. Его взгляд был прикован к Кейт, на которой были черные брюки и желтая рубашка с коротким рукавом, обрисовывающая ее округлившийся живот. Какое-то новое чувство вдруг завладело им. Желание защитить ее, желание быть рядом с ней? И что-то еще, что он не мог назвать словами. Это был не ребенок, которого он так хотел, это была Кейт.

— Ты постоянно пялишься на нее, — пробормотал Майк.

— Что? — Шон бросил на него быстрый взгляд. — Ты это заметил только потому, что сам постоянно пялишься на меня. Перестань. У тебя полно других дел, вот и иди.

— Нет, я могу себе позволить быть где хочу. Это преимущество босса. И прямо сейчас я хочу посмотреть, как у моего брата текут слюнки от вида беременной женщины. — Майк хмыкнул, когда Шон обернулся и уставился на него. — Да, Шон? Ты хочешь что-то сказать классу?

Шон раздраженно дернул головой и отошел от брата, хотя знал, что тот не оставит его в покое. Даже войдя в кабинет Майка, Шон продолжал ходить из угла в угол.

— Итак? Это твой ребенок?

Шон остановился, взглянул на Майка и вздохнул:

— Да, это будет девочка.

— Девочка? — Майк улыбнулся до ушей. — Это прекрасно! Поздравляю тебя! А мы узнаем завтра, кто у нас родится.

Шон кивнул, он знал, как Майк радовался тому, что скоро станет отцом. Он и Дженни были настоящей семьей, они строили планы на будущее. А Шон сейчас знал только то, что будет отцом. Он никогда не задумывался о будущем. Он всегда жил одним днем. Но в последнее время его жизнь начала меняться, заставляя его пересматривать свои взгляды.

— Это замечательно, Майк, — сказал Шон, проводя рукой по волосам. — Я рад за вас.

— Спасибо. — Майк пересек комнату и присел на угол своего стола. — А что происходит с тобой?

— О, — Шон попытался рассмеяться, — ничего особенного. Я только что узнал, что стану отцом. Женщина, которая ждет от меня ребенка, не хочет иметь со мной ничего общего, и, оказывается, она была замужем, однако ее праведный супруг умер два года назад.

— О, на тебя много свалилось в одночасье.

— Ты так думаешь? — Шон упал в кресло, вытянул ноги перед собой и сложил руки на животе. — Я никак не могу успокоиться и понять, почему она не рассказала мне, что была замужем. Понятно, мы только познакомились и у нее не было повода, чтобы рассказать мне об этом, но все же почему? Боже, я не понимаю даже то, почему меня так гложет этот факт.

— Правда не понимаешь?

— Она до сих пор любит того мертвого парня, Майк?

— Не знаю, — ответил его брат задумчиво. — Почему ты не спросишь ее об этом?

— Потому что она должна была мне рассказать про своего Сэма! — рявкнул Шон.

Эта мысль терзала его с того момента, как отец Кейт рассказал ему про ее брак и чем он закончился. Он сдерживался изо всех сил, чтобы ничего не сказать самому. Он считал, что Кейт должна рассказать ему об этом. Но, судя по всему, она не собиралась ему рассказывать ни о чем, что касалось ее прошлого. Поэтому он должен был что-то сделать, чтобы положить конец своему отчаянному ожиданию. Она думала о Сэме, когда целовала его?

— Послушай, — снова заговорил Майк. — Не так давно, когда Дженни доводила меня до белого каления, ты дал мне очень хороший совет.

— Это не то же самое, — прервал Шон своего брата. Майк любил Дженни. А Шон хотел Кейт. Это большая разница.

— Правильно. — Майк нетерпеливо кивнул и продолжил: — Как бы то ни было, ты сказал мне, что я должен поговорить с ней, обсудить все проблемы. И ты был прав. Почему ты не воспользуешься своим собственным советом? Поговори с ней, Шон. У вас же будет ребенок.

— Правильно. Но как? — Шон вскочил со своего кресла и снова начал бегать по кабинету. Бросив взгляд на Майка, он сказал: — Сейчас у меня на это нет времени. На следующей неделе запуск новой игры, и нам есть чем заняться. Кроме того, мы готовим сценарий для новой игры «Слезы дракона», она должна выйти в декабре…

— Да-да…

Шон остановился как вкопанный и метнул гневный взгляд на своего брата:

— Просто скажи мне, что ты обо всем этом думаешь. Когда ты со мной так легко соглашаешься, мне становится не по себе.

— Ладно! — Майк встал со стола и посмотрел прямо в глаза Шону. — Мы всегда справлялись с запуском новой игры и разработкой сценариев. Надеюсь, что так будет продолжаться еще лет пятьдесят. Но работа — это не все. Она не должна заменять тебе жизнь. Поэтому, — Майк потер рукой затылок, — начни жить, Шон. Ты привез Кейт сюда, так воспользуйся игрой на своем поле так сказать. Пойми сначала, чего именно хочешь ты, а затем иди и поговори с ней. И перестань мучить меня.

Шон рассмеялся, качая головой:

— Да, трогательно и душевно, Майк. Как раз в твоем стиле. Что касается времени для себя, то завтра я не планирую быть в офисе.

— Хорошо. Измени свое поведение до того, как ты сюда вернешься.

— Я поработаю над этим, — ответил Шон и вышел.

* * *

Несколько часов спустя Кейт сидела напротив Шона в самом изысканном ресторане, который она когда-либо посещала. На каждом столе мерцали свечи, белизну льняных скатертей оттеняли темно-красные салфетки и сияние хрусталя и столового серебра. Приглушенные голоса и мягкая классическая музыка наполняли пространство зала.

Кейт расправила салфетку на коленях. На ней было новое черное платье. Шон, который был неотразим в джинсах и рабочей рубашке, сейчас казался неописуемо красивым в сшитом на заказ черном костюме с голубым галстуком. Он выглядел так, как будто родился, чтобы украшать собой мир. И был настолько расслаблен и спокоен, что Кейт, напротив, почувствовала себя неуверенно. «Вот еще одна причина, — подумала она, — почему моя любовь к нему ничем хорошим не закончится. Мы слишком разные».

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал Шон, нарушая ход ее мыслей.

— Спасибо, — ответила Кейт.

Весь день между ними ощущалось какое-то напряжение. Кейт отметила, что с момента возвращения из Вайоминга Шон стал другим. Когда она осознала, что влюблена в него, то стала более осторожной в проявлении своих эмоций. Она опасалась, что одним неосторожным словом или жестом может выдать свои истинные чувства. И они оба кружили в осторожном танце, когда каждое слово взвешивалось и оценивалось, но важнее всего было оставшееся несказанным.

Во время ужина они вели разговор на отвлеченные темы, и Кейт ощущала себя гимнасткой на канате, отчаянно пытающейся не упасть.

— Как тебе нравится Калифорния?

Кейт улыбнулась.

— То, что я успела увидеть, мне очень понравилось. Мне нравится вид с твоей террасы.

Шон кивнул и улыбнулся уголком рта.

— Именно поэтому я купил эту квартиру. Мне нравится смотреть на океан, когда я просыпаюсь.

— Из твоей спальни тоже виден океан?

Он поднял бровь.

— Если бы ты присоединилась ко мне прошлой ночью, ты могла бы сама это узнать.

— Ты не пригласил меня.

— Тебе не нужно приглашение, и ты об этом знаешь.

О, если бы она пришла к нему прошлой ночью, вид из окна не интересовал бы ее вообще. И хотя ей хотелось говорить совсем о другом, она сказала:

— На самом деле это моя вторая поездка в Калифорнию. Правда, в первый раз мне было десять лет, и мои родители повезли меня в Диснейленд.

— Каждый ребенок должен иметь шанс попасть туда, — рассмеялся Шон.

— Ты-то, наверное, постоянно ходил туда.

— На самом деле, нет. Мои родители любили ходить в походы и изучать новые места. Они не любят развлекательные парки.

— Глядя на тебя сейчас, я ни за что бы не поверила, что ты провел свое детство в походах.

— А глядя на тебя, никто не скажет, что ты носишь пояс с инструментами так, как другие женщины носят бриллианты.

— Но я именно такая и есть. И я редко бываю в таких местах, как этот ресторан.

— А могла бы чаще.

— В маленьком городке Вайоминге не так много пятизвездочных ресторанов, — ответила Кейт, чувствуя, как ее сердце начинает биться. Она не чувствовала себя в Калифорнии как дома. Даже если им удастся принять решение, которое устроит их обоих, она не сможет остаться здесь. У нее было свое дело, от нее зависели люди и их семьи, и она хотела растить своего ребенка там, где выросла сама.

Его пальцы постукивали по столу, пока он внимательно смотрел на нее.

— Почему ты уставился на меня? — спросила Кейт.

— Мне нравится вид напротив, — ответил он.

— Ты опять включил любимца дам. — Кейт слегка улыбнулась. — Я все ждала, когда снова это увижу.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты стал очень тихим и спокойным, когда мы прилетели из Вайоминга.

Он посмотрел на ее живот.

— Мне теперь есть о чем подумать.

— Ты прав, — ответила она. Боже, как странно. Им надо так много обсудить, но они не находят правильных слов. — Ты часто приходишь сюда на деловые ужины?

Он улыбнулся, и его глаза блеснули в свете свечей.

— Не так уж часто.

— Но ты привел меня сюда. Почему?

— Тебе не понравилась еда?

— Еда была чудесная, но ты не ответил на мой вопрос.

— Ответ очевиден. Я хотел отвести тебя в приятное место. — Он встал, подошел к ее стулу и помог ей встать. — А теперь я хочу тебе что-то показать.

Она подала ему руку, и, как всегда при его прикосновении, по ее телу пронесся электрический разряд.

Как она будет жить без прикосновения его рук? Возможно, всю оставшуюся жизнь она будет думать о нем, скучать по нему.

— Куда мы идем?

— Это секрет. Ты ведь любишь секреты, Кейт?

Они ехали по побережью в его «порше». По правую сторону океан переливался бликами в лунном свете. По левую сторону от себя она видела мужчину, который так старательно разрушал возведенные ею защитные стены. Его шарм и его улыбка, а теперь его странно молчаливое поведение не давали ей покоя. Он так изменился из-за ребенка? Он обдумывал, как получить единоличную опеку? Или он сожалел о своих словах, что он хочет ребенка?

И что он имел в виду, когда говорил, что она любит секреты?

Она посмотрела на него в задумчивости. Почему ей теперь так сложно понять, что происходит у него в голове? Когда они только встретились, она поставила на нем штамп заносчивого богатого парня, но теперь она понимала, что ошибалась. Но каким именно он был сейчас?

— Ну и кто уставился сейчас?

— Я просто пытаюсь тебя понять.

Он резко рассмеялся.

— Не надо так глубоко копать, Кейт. Я достаточно прост для понимания.

— Я не стала бы пытаться, если бы ты сразу сказал мне, что тут происходит.

— Тогда будет неинтересно!

Она прикусила нижнюю губу, чтобы промолчать. Она понимала, что он намекает на ее отказ сообщать ему о ребенке. Но она сделала так, потому что понимала, что так будет лучше. Кроме того, она ведь извинилась за это.

Она замолчала и больше ничего не говорила до того момента, как он свернул направо по указателю на Вью-Пойнт. Шон припарковал машину, вышел и помог выйти Кейт. Взяв ее за руку, он повел ее к невысокому белому ограждению на краю утеса.

— Это одно из моих любимых мест, — сказал Шон, стараясь перекричать ветер, шум океана и оживленное шоссе за их спинами. — Когда у меня появилась первая машина, я любил приезжать сюда. Я садился на капот и часами смотрел на океан.

— Красиво, — произнесла она. Ей было не по себе из-за того, что они стояли так близко к обрыву.

— Верно. — Шон указал рукой куда-то, и Кейт посмотрела в этом направлении. — В хорошую погоду, как сейчас, можно увидеть все побережье. Если вечер туманный, то все видится как в сказке. Но большей частью ночи ясные, и если смотреть отсюда, то огни пляжа не кажутся такими яркими и резкими.

Кейт слушала его и представляла себе, как подростком он, сидя здесь, познавал мир. Ведь и она, когда была ребенком, приходила на озеро и смотрела на луну и звезды и на их отражение в воде.

— Огней здесь гораздо больше, чем обычно ночью в наших краях.

— И у вас есть огни, — сказал он, улыбаясь. — Они называются звезды. Никогда не видел так много звезд, как в Вайоминге.

— Верно. — Кейт поежилась от порыва свежего ветра и перевела взгляд на подножие утеса, где волны разбивались о камни.

— Холодно?

— Да, немного. — На самом деле ей было очень холодно, но, когда он обнял ее за плечи и притянул к себе, ей сразу стало жарко.

— Когда я был ребенком, — сказал он, — я приезжал сюда, и никто не знал, где я. Это было мое секретное место.

Он снова произнес это слово. Кейт посмотрела на него и увидела, что он, в свою очередь, тоже внимательно наблюдает за ней.

— Ты говоришь о секретах, Шон. Что ты имеешь в виду?

Его глаза сузились, и он продолжал смотреть на нее. Через пару секунд Кейт подумала, что он решил проигнорировать ее вопрос. А затем он спросил:

— Почему ты не сказала мне, что была замужем? Что твой муж умер?

Глава 9

Внезапно Кейт ощутила, как из ее легких пропал весь воздух. Пару мгновений она приходила в себя. Он крепче сжал ее плечи руками, препятствуя ее неосознанному желанию отстраниться от него. Отец! Кейт закрыла глаза, когда поняла, что это отец рассказал Шону о Сэме.

Она должна была быть готова к тому, что Шон рано или поздно узнает о ее браке. Харри Бейкер переживал из-за того, что его беременная дочь не вышла замуж. Вероятно, Шону крайне повезло, когда ее отец появился в лесу без ружья, чтобы пристрелить человека, соблазнившего его дочь. Вместо этого он решил убедить отца ребенка сделать то, что, по мнению Харри, было правильно.

Теперь она ощущала руки Шона, как кандалы. Ей нужно было остаться одной, продышаться.

— Отпусти меня!

— Нет! Поговори со мной!

— О чем? Я вижу, что мой отец уже рассказал тебе обо всем.

— Нет, не обо всем, — возразил Шон, разворачивая ее лицом к себе. — Он не мог сказать мне, почему ты держала свой брак в тайне от меня.

Она не могла смотреть ему в глаза. Как она могла рассказать ему о своем покойном муже?

— Мой брак не имеет никакого отношения к тому, что произошло между нами.

— Ты так думаешь? — Он взял ее за подбородок и поднял ее лицо вверх так, чтобы она смотрела ему в глаза. Кейт не понравился их гневный блеск. Но она разглядела в них и следы боли.

— Хорошо, а когда я должна была сказать тебе об этом, Шон? До секса или сразу после?

— Это был не просто секс, Кейт. — Его руки на ней сжались еще сильней. — То, что произошло между нами, больше чем секс, и ты должна была сказать мне. Да у нас было полно времени, пока мы были заперты там, в гостинице.

Да, он был по-настоящему зол. Но вместо того, чтобы попытаться успокоить его, она начала распаляться сама.

— А каким образом мне следовало донести до тебя эту информацию, Шон? Может, так: «Помоги мне донести ковер наверх, и, кстати, я уже рассказывала тебе, что я вдова?» Да отпусти ты меня уже!

Он послушно опустил вниз свои руки, и Кейт сделала несколько шагов назад. Шон не двигался. Он просто стоял на месте — высокая фигура с застывшими, как будто из камня вырезанными чертами.

— Я не обсуждаю этот вопрос вообще, Шон, — выпалила Кейт. — Ни с кем. Он умер, и часть меня умерла вместе с ним.

— Кейт…

— Нет, — резко возразила она, вытянув руку вперед и прерывая его. Она сделала это. Открылась своему прошлому. Воспоминания о Сэме переплелись с мыслями о Шоне в единый клубок боли и сожаления.

Почему она полюбила его? Когда она потеряла Сэма, ей было очень плохо, и она понимала, что боль от разрыва с Шоном будет еще сильнее не только потому, что ее чувства к Шону перевернули всю ее жизнь. Причиной боли будет еще осознание, что он жив и здоров, но не с ней.

Поэтому, борясь с болью в сердце, она сказала:

— Если ты хочешь знать все, так успокойся и слушай. Мы были счастливы. Сэм был добрый, великодушный человек. Мы прожили в браке несколько лет. Потом на стройке произошел несчастный случай, в результате которого он погиб. Это произошло два года назад. Когда он умер, мои мечты о детях и семье умерли вместе с ним.

Сказав это, Кейт в отчаянии отвернулась.

Глаза Шона сузились, и его подбородок дернулся, как будто он хотел что-то сказать. Она почувствовала на себе его взгляд и услышала его хриплый голос, произнесший:

— Пока ты не поняла, что беременна.

— Да. — Кейт положила руки на живот. — Этот ребенок — настоящее чудо, Шон. Мечты, которые я похоронила, ожили благодаря ей.

— Поэтому ты мне ничего не сказала. — Шон сделал два стремительных шага в направлении Кейт и встал прямо перед ней. — Раз ты мне сразу ничего не сказала о ребенке, то могла потом утверждать, что это ребенок Сэма.

Голова Кейт дернулась, как будто ее ударили по лицу. Ее горло сковал спазм, и ее замутило. Она пыталась сделать вдох и благодарила Бога за то, что сейчас дул резкий, холодный ветер, который осушал ее слезы еще до того, как они могли покатиться по ее щекам. Глядя в лицо стоящего перед ней мужчины, которого, как ей казалось раньше, она знала как очаровательного покорителя женских сердец, она понимала, что он прав!

Он разгадал ее план и уличил ее во лжи. Кейт видела, какую внутреннюю боль испытывал Шон. Ее игры разума не привели ни к чему хорошему. Она действительно представляла себе, что эта девочка будет ребенком, которого она и Сэм так отчаянно хотели. И Шон в этих играх был совершенно лишним. То, что между ними произошло, было приятной случайностью без обязательств. Как она могла потом сказать ему, что она беременна? Он бы решил, что она хочет его денег.

«Но это не было случайностью!» — шептал ее разум. И эта мысль пугала Кейт.

В те дни, когда они оказались в снежном заточении, Шону удалось раскрыть ее сердце, ее разум, ее душу. Он сумел затронуть те внутренние струны, о которых она даже не догадывалась, и это ее тоже страшило. Поэтому она нашла выход, как избавиться от страха: она давала ему знать о себе, только если это касалось бизнеса.

Поэтому сейчас она призналась сама себе в том, что его гнев и его боль были совершенно обоснованны.

Она могла бы начать спорить, чтобы убедить его в обратном, но не стала. Ложь не помогла бы ей ни сейчас, ни в дальнейшем.

— Боже мой, — сказала она, качая головой. — Ты прав, Шон. Я действительно представляла себе, что это ребенок Сэма. Мы хотели, чтобы у нас была настоящая семья, и, когда он умер, я почувствовала себя обманутой. А мы с тобой провели вместе всего несколько дней. И то, чем мы занимались, происходило как будто не со мной, поэтому я и постаралась таким образом спасти свой внутренний мир. К тому же ты четко произнес, что не хочешь семью. И я подумала, зачем я буду говорить тебе о ребенке? Зачем буду впутывать тебя во все это? Теперь я понимаю, что была не права. Я должна была сказать тебе.

— Да, — сухо произнес он. — Ты должна была сказать мне. Но о некоторых вещах тяжело говорить. Тяжело вспоминать.

Что он сейчас имел в виду? Он говорил о ней или о своих собственных секретах? Неужели он не раскроет свою душу, как это сделала Кейт?

— Ты все еще любишь его?

— Что? — Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Я имею в виду Сэма, — ответил Шон, буравя ее взглядом. — Ты все еще любишь его?

— Я всегда буду любить его, Шон, — сказала она, понимая, что Сэм более чем заслужил ее любовь. — Он был моим мужем, и он умер. Я не могу просто взять и перестать вспоминать его.

Сэм был первой любовью в ее жизни, и она всегда будет помнить его. Но ее чувства к Шону были гораздо глубже, интенсивнее. Поэтому сравнивать ее любовь к Сэму и ее любовь к Шону было просто бессмысленно. Сэм был нежным и мягким, как пламя свечи. Шон был как солнце — обжигающе горяч и небезопасен для тех, кто рисковал приблизиться к нему.

Но ее любовь заставляла ее рисковать.

Шон подошел к ней еще ближе, и Кейт вздрогнула. Не от ветра, не от холода, а от огня, которым горели глаза Шона. Как же она любила его, понимая, что не должна! Понимая, что она должна прекратить все отношения с ним.

Он положил руки ей на талию и прошептал:

— О ком ты думаешь, Кейт, когда я целую тебя? О Сэме? Или обо мне?

Неужели он мучился все эти дни из-за этого? Как ему пришло в голову, что она могла думать о ком-то еще, когда он прикасался к ней? Неужели он не чувствовал, что она в его власти?

Она нежно положила руку ему на лицо и сказала правду:

— Ты не знаешь? Ты не чувствуешь это, когда дотрагиваешься до меня? О тебе, Шон. Только о тебе.

— Хороший ответ, — пробормотал он и, наклонившись к ней, поцеловал ее.

Это было именно то, что ей было необходимо. В этом поцелуе было все, чего ей не хватало ранее. Она ответила на его поцелуй, уже не обращая внимая на холодный ветер, ведь ее согревал жар тела Шона.

Он крепко обнимал Кейт. Она чувствовала, как неистово бьется его сердце. Все ее мысли и сомнения оставили ее, сигнальные огни о приближающейся опасности включились слишком поздно. Кейт усилием воли заставила себя перестать беспокоиться и полностью отдаться тем чувствам, которые овладевали ею сейчас. И ей это удалось…

Шон проснулся и почувствовал руку Кейт у себя на груди. Странно, но его разум не подал тревожного сигнала. Шон подумал, что его мозг, видимо, устал от волнений последних дней и заблокировал центр, отвечающий за безопасность. Еще ни разу ни одна женщина не оставалась у него на ночь. Да он обычно и не приводил женщин к себе, а сам оставался у них. Его дом был его крепостью. Но последнюю неделю он провел в своем доме вместе с Кейт, и это было… очень приятно!

Она пошевелилась, медленно открыла глаза и провела своей ногой по его ноге. Его тело мгновенно отреагировало. Откинув голову назад, Кейт посмотрела на него и улыбнулась.

— Доброе утро!

Он хмыкнул.

— С каждой секундой я все больше это чувствую!

Перевернув ее на спину, он посмотрел ей в глаза и провел рукой вдоль ее тела, заново знакомясь с каждым его изгибом и лаская его новые округлые формы. Он поцеловал ее в живот, а затем поцеловал Кейт. Кейт поняла, как сильно он скучал по ней. Она запустила свои руки ему в волосы, и Шон понял, что заставляло мужчин идти на смерть из-за женщин.

Кейт прижалась к нему, когда он начал ласкать ее между ног. Ее бедра выгнулись, и она прошептала его имя. Когда Кейт испытала оргазм, Шон накрыл ее своим телом и осторожно вошел в нее.

Рассвет осветил небо розовыми, фиолетовыми и красными полосами. Шон наслаждался Кейт с ранее не изведанной им нежностью. Она отвечала ему теми же нежными, легкими прикосновениями, тихими стонами и неразборчивыми ласковыми словами, которые имели смысл только тогда, когда двое сливались в единое целое.

Шон смотрел Кейт в глаза и видел, что ее возбуждение нарастает. Она выкрикнула его имя, и он уронил свою голову в изгиб ее шеи, пока его тело содрогалось в облегчении.

* * *

Спустя пару часов они приехали в офис. Пока Шон вел переговоры по телефону с дистрибьюторами, поставщиками и оптовыми покупателями, Кейт и Дженни работали с художниками.

Последние несколько дней они провели, наслаждаясь друг другом и радостями жизни. Они завтракали на террасе. Шон открыл для себя, что Кейт умеет замечательно готовить.

Он наслаждался ранними утренними часами, проведенными с ней. Шон никогда не проводил время в компании женщины так весело и беззаботно. Ему нравилось разговаривать с ней: она была умна, сообразительна и сильна духом. Шон искренне восхищался Кейт. Она не требовала опеки над собой, ей не нужно было говорить, что ей следует сделать, и Кейт не составляло труда сказать Шону свое мнение.

Каждая женщина, с которой он когда-либо встречался, требовала его заботы. Но Кейт сама построила свою жизнь в соответствии с теми условиями, которые ей предлагала жизнь. Она потеряла мужа, но это не сломило ее. Она не жалела себя. Она превратила свою компанию в процветающее предприятие, а теперь она собиралась самостоятельно растить своего ребенка.

Шон нахмурился, отъехал на стуле от своего стола и посмотрел в окно, выходящее на внутренний двор. Тут буйствовали краски цветов, зеленели лианы, а в центре стояла купальня для птиц, которую Дженни и Майк привезли из свадебного путешествия.

«Келтик нот» пережил много изменений за последние несколько лет. Брейди женился, жил теперь в Ирландии и был отцом мальчугана. Майк недавно женился и скоро должен был стать отцом, и тоже мальчика! Все свободное время он сопровождал жену в поисках подходящего дома.

— А я? — вслух размышлял Шон. — У меня будет дочь от моей любовницы, которая уже строит планы о возвращении в Вайоминг.

Он успел заметить, что Кейт начинает беспокоиться, и понял, что она хочет вернуться домой к своей работе. Он не мог понять, что он будет делать после ее отъезда. Как он будет дальше жить в своей квартире, где каждый угол будет напоминать ему о Кейт? Он никогда больше не сможет сидеть на террасе, ведь в его памяти будут постоянно всплывать воспоминания о ее блинчиках и поцелуях, сладких от сиропа.

Нет. Он должен что-то сделать. Шон был мастером убеждения. Он заключал сделки, решал проблемы и выходил победителем в любой игре. Он не проиграет и сейчас, когда Кейт стала для него самым важным человеком в жизни.

Он хотел Кейт Уэллс. Он хотел их ребенка, и он не потеряет их.

В художественном отделе большинство специалистов сидели за компьютерами. Несколько человек собрались у переговорного стола, держа в руках бумагу, карандаши и маркеры. В воздухе ощущалась творческая энергия. Кейт здесь очень нравилось. Ее вдохновлял энтузиазм, с которым сотрудники работали и над общим проектом, и в одиночку, стараясь, чтобы личный вклад каждого привел к общему успеху дела. Так же обстояли дела и у нее в компании. Над каким бы проектом они ни работали, каждый старался выполнить свое задание на отлично. Кейт восхищалась и тем, с каким воодушевлением работают люди, оживляя легенды и мифы.

— Я никогда не думала, как много сил и времени нужно, чтобы создать видеоигру, — сказала она.

— Поверь мне, — ухмыльнулась Дженни, — я очень хорошо понимаю, что ты имеешь в виду. Когда я только начала работать здесь, я была ошеломлена, как тщательно прорабатываются мельчайшие детали дизайна и графики. Теперь уже я привыкла так работать.

Дженни потянулась на своем стуле и положила руку на растущий живот. Кейт сделала то же самое. Было здорово, что у нее была возможность поделиться своими эмоциями и ощущениями с кем-то, кто ее точно понимал. Разница в сроке родов у обеих женщин составляла несколько недель, и им было что обсудить.

— У тебя ведь будет мальчик?

— Да. Майк так радуется этому. — Дженни улыбнулась. — Он покупает футбольные мячи и бейсбольные перчатки. Но ты знаешь, что я имею в виду. Шон безумно рад, что у него родится дочь. Я слышала, как он говорил Майку, что его дочь однажды станет лучшим игроком в бейсбол.

Кейт погладила свой живот и улыбнулась. Шон хотел их ребенка так же сильно, как и она. Но все же она беспокоилась из-за этого. И она не знала, как им удастся решить этот вопрос.

Всю прошлую неделю они как будто играли в семью. Засыпали, крепко прижавшись друг к другу, просыпались вместе, завтракали на террасе, обсуждали свой день за ужином.

Кейт ходила на пляж и смотрела, как Шон скользит по волнам на своей доске. Каждую ночь они любили друг друга в большой постели с видом на океан, и каждое утро она просыпалась от его поцелуев.

Когда она уедет домой, она будет скучать по нему. Не стоит притворяться или убеждать себя в обратном.

Но ей нужно уехать домой. Уже скоро. Ей нужно было вернуться к работе, в свой дом, в свою жизнь. Но она понимала, что разговор с Шоном о возвращении вызовет его протест.

— Как тебе это удается? — внезапно спросила она Дженни. — Как тебе удается жить с мужчиной, который так и пышет самоуверенностью?

Дженни рассмеялась.

— О, это непросто! Но с Райанами никогда не скучно! — Дженни нашла рисунок, который искала, и схватила темно-красный маркер. Уверенными движениями она пририсовала героине платье, развевающееся на ветру.

— Здорово! — восхищенно заметила Кейт, глядя на картинку.

— Спасибо! — рассмеялась Дженни. — Вот, например, предмет нашего знаменитого спора. Майк настаивал, чтобы королева была маленькой и сгорбленной, такой типичной ведьмой. Он хотел, чтобы черты ее лица явно указывали на то, что она отрицательный персонаж. Я сказала ему, что зло гораздо страшнее, когда оно в прекрасном обличье. Мы долго дискутировали на эту тему. И я выиграла битву.

— Я полностью разделяю твое мнение, — сказала Кейт. — Она красива, но в ее глазах читается что-то злое.

— Именно!

— Ты долго спорила с Майком? Это не простое любопытство. Просто мы с Шоном регулярно ругаемся. Он такой упрямый!

Дженни рассмеялась еще громче и отложила рисунок в сторону.

— О наших спорах ходят легенды. Когда мы начинаем что-то обсуждать, все пытаются найти укромное место, чтобы пересидеть там бурю. Майк просто непробиваем, да и я, честно говоря, тоже не подарок. Но примирения стоят тех ссор…

«Странно», — подумала Кейт. Они никогда не ссорились с Сэмом. Они были родом из одного города, у них были одинаковые цели, и ей было очень просто находиться с ним рядом. Но, честно говоря, пламя, которое бушевало между ней и Шоном, делало ее жизнь еще насыщенней.

— Кейт, — произнесла Дженни, — я понимаю, что меня это не касается, но ты планируешь жить вместе с Шоном?

От этого простого вопроса все мысли в голове Кейт внезапно встали на свое место. Она не может остаться. Ее жизнь была в Вайоминге, а жизнь Шона — здесь. Ей нужно было возвращаться в свою настоящую жизнь и чем быстрее, тем лучше для них обоих.

Посмотрев Дженни в глаза, Кейт ответила:

— Нет, я уезжаю домой. Завтра. Остается только сказать о своем решении Шону.

В этот вечер они поужинали в ресторане, сходили на летний концерт в парк и отправились пешком домой. Шон весь день составлял планы, и он был уверен, что не забыл ни о чем. Был только один способ решить все проблемы. И он должен был убедить Кейт, что он прав. А поскольку он оказывался правым в большинстве случаев, то и этот не должен был стать исключением.

Они поднялись на лифте в пентхаус. Шон заметил, что с приездом Кейт изменился не только он, но и его квартира. В вазах были свежие цветы, а в воздухе витал запах шоколадного печенья, которое она испекла накануне. «Следы» Кейт можно было обнаружить повсюду.

— Хочешь печенья? — спросила она, направляясь в кухню.

— Нет, — ответил Шон и остановил ее, поймав на ходу за руку. — Я хочу с тобой поговорить.

— Хорошо, — Кейт положила руку на его грудь, — мне тоже надо с тобой поговорить.

— Обычно я уступаю дамам. Моя мама иначе отвешивала мне подзатыльники. — Он ухмыльнулся. — Но я думал об этом весь день, и я должен сказать это.

Кейт улыбнулась, ее глаза сверкнули.

— Хорошо, так что же это?

— Я долго размышлял над ситуацией, в которой мы оказались, — сказал он, держа ее за предплечья. — И я думаю, я принял правильное решение.

— Шон…

— Нет, — сказал он, качая головой, — дай мне закончить. Кейт, нам хорошо вместе. В сексе мы понимаем друг друга с полуслова, и у нас будет ребенок. Я думаю, что ты понимаешь — тут может быть только один ответ. Выходи за меня замуж!

Кейт удивилась, и это не укрылось от Шона. Но он не увидел радости и удовольствия. Наоборот, он прочел сожаление в ее глазах и почувствовал, как твердый холодный кулак сжал его сердце.

— Нет.

Шон ожидал, что она начнет спорить с ним. Но выражение ее лица подсказало ему, что она не настроена на дискуссии. Она уже приняла решение. Но это решение не подходило ему.

— Нет? И все?

— На самом деле ты не хочешь жениться на мне, Шон.

— Послушай, — мягко сказал он, — я думаю, что я именно этого и хочу, ведь я делаю тебе предложение.

— Ты даже не спросил меня, хочу ли этого я, — покачала головой Кейт. — Ты сказал «Выходи за меня замуж». Таким же тоном можно сказать «Принеси мне мои тапочки».

— У меня нет тапочек.

— Да не важно! — глубоко вздохнула она. — Я уже была замужем, и я не хочу снова страдать.

— Ты не будешь страдать. Я не говорю про любовь. Брак, основанный на взаимных потребностях, стабилен. Никто из нас не потеряет больше, чем он готов потерять. Это отличное решение, Кейт. Ты и сама это знаешь.

На мгновение он подумал, что переубедил ее, но затем она снова начала говорить.

— Мне не нужно, чтобы ты обо мне заботился, Шон. Так почему я должна выходить за тебя замуж?

Шон замер. Он был не нужен ей. Так же как и Адрианне.

— Кроме того, моя жизнь — в Вайоминге, а твоя здесь. Я не могу поменять горы на толпы народа и огромное количество машин. Даже ради тебя. И я знаю, что ты хочешь жить у океана, поэтому у нас ничего не получится. Я благодарна тебе, но…

— Можешь не благодарить, — только и смог произнести Шон. Он предлагал ей свою руку и сердце, а она не смогла этого оценить! Он делал предложение первый раз в своей жизни, и оно было отвергнуто! Это был злой пинок кармы? Вселенная смеялась над ним? Он был так уверен, что нашел идеальное решение. — А что мы будем делать с ребенком, Кейт?

— Я обещаю, что буду регулярно сообщать тебе о ней, — ответила Кейт, глядя ему прямо в глаза. — И я не буду препятствовать вашему общению.

— И все? Просто «нет»? И между нами все закончено?

— Между нами ничего не закончено. У нас ведь будет ребенок.

Но Шон не собирался мириться с ее ответом.

— Этого недостаточно. Нам хорошо вместе, и ты знаешь это, Кейт.

— Ты прав, — согласилась она, отступив от него на шаг. — Но ты опасен для моего разума и сердца, Шон, и я не хочу рисковать снова.

— Я ни слова не произнес о любви, Кейт!

Конечно, она нравилась ему, и она станет матерью его ребенка. Но он не любил ее! Любовь была вообще несвойственна ему. Любовь связывала мужчину по рукам и ногам и отправляла его путешествовать по тем дорогам, которые он сам для себя никогда не выбрал бы. Любовь заставляла думать в первую очередь о ком-то еще, а не о себе. А эгоистичному мужчине трудно перестроить свою жизнь.

Кейт сделала глубокий вздох и мягко произнесла:

— Я именно об этом и говорю, Шон. Я сделала ошибку, влюбившись в тебя, и теперь я должна уехать, чтобы справиться с этим.

— Что!?

— Я люблю тебя, Шон. Не хотела, но полюбила. — Кейт пожала плечами и неуверенно улыбнулась. — Выходит, ты действительно неотразим, как ты сам утверждаешь. Я не думала, что могу еще когда-либо полюбить мужчину. Но я не могу позволить себе этого. И поэтому я не выйду за тебя замуж.

Она не выйдет за него замуж, но она любит его. Что это за ерунда? Шон сделал шаг назад, в прямом и переносном смысле. Он вспомнил своего брата: его жизнь изменилась в тот момент, когда он понял, что любит Дженни. Он казался счастливым, но бильярдный стол пропал из его дома. А Брейди? Брейди пришлось переехать в Ирландию, потому что он полюбил.

Шон создал вокруг себя свой идеальный мир. Он делал, что хотел и когда хотел. И он не собирался отказываться от своей жизни.

— Так когда ты уезжаешь? — спросил он, сунув руки в карманы.

— Завтра. Мне надо купить билет на самолет и…

— Не валяй дурака, ты можешь полететь на самолете компании.

— Я не могу…

— Да прекрати, Кейт! — Шон удивился, что он так зол. Он не хотел любви в своей жизни, так почему его так разозлило то, что она любит его и хочет «справиться с этим», как будто любовь к нему была чем-то сродни гриппу? — Извини, я погорячился! Лети на нашем самолете. Я не хочу беспокоиться из-за того, что может произойти с тобой в переполненном самолете.

— Хорошо, спасибо. — Кейт сдержанно улыбнулась.

Шон потер шею и кивнул:

— Да пожалуйста… Позвони мне, когда доберешься домой.

— Это приказ?

— Совершенно верно! — сказал он и обнял ее. И держа ее в объятиях, он понял, что не хочет никуда ее отпускать.

Глава 10

Кейт уехала на следующее утро, поцеловав его и обещая писать. И Шон отпустил ее. У него не было другого выбора. Ведь любила в их союзе только она. А ему было хорошо с ней как с любовницей. Как с матерью своего будущего ребенка. Но при чем здесь любовь?

Шон убеждал себя в том, что Кейт приняла верное решение. Правда, чувствовал он совершенно иное. И чтобы перестать думать о Кейт и не сидеть в одиночестве в своей внезапно опустевшей квартире, он с головой бросился в работу.

Итак, «Дикая охота» должна была стать самым успешным проектом. Когда братья стали получать первые отчеты о продажах, они позвонили по видеосвязи в Ирландию, чтобы обсудить последние новости с третьим компаньоном.

— Европейские показатели сейчас более чем убедительны, — сообщил Брейди. — Мы получили больше заказов, чем можем выполнить, поэтому я запустил вторую производственную линию, чтобы мы могли оперативно отвечать на запросы рынка и не упустили выгоду.

— Хорошая идея! — одобрил Шон.

— И я считаю, что нам нужны дополнительные мощности перед запуском «Слез дракона».

— Звучит разумно, — поддержал его идею Шон, а Майк одобрительно кивнул. — Мы нашли уже одну производственную линию в Монтане. Я думаю, что слетаю туда на этой неделе и проверю, все ли там выглядит так, как нам рассказали.

— Монтана… Это рядом с Вайомингом? — Брейди развернулся на своем стуле, и братьям открылся вид на ирландский ландшафт: темные низкие облака и сгибающиеся под ветром деревья.

— Да, — ответил Майк. — И нет, он не планирует остановиться у Кейт.

— А почему нет?! — воскликнул Брейди. — Она мать твоего ребенка, идиот!

— Спасибо за поддержку, ребята, — сухо произнес Шон. — Но я думаю, что сам справлюсь со своей жизнью.

Хотя Кейт вернулась в Вайоминг два месяца назад, она по-прежнему пыталась найти на кровати Шона рядом с собой каждое утро, когда просыпалась. Каждое утро начиналось с чувства разочарования. Теперь она чаще ощущала усталость, а каждый день приближал ее к предстоящим родам. И каждый день напоминал ей, что рядом с ней нет Шона.

Разговоров по телефону и видеосвязи было недостаточно. То, что она могла видеть и слышать его, только усиливало чувство одиночества, когда разговор заканчивался. Молли изо всех сил старалась отвлечь Кейт от грустных мыслей, а Харри выполнял большую часть ее обязанностей, поскольку сейчас никто бы не стал требовать от Кейт выхода на стройку.

Так как все работы в гостинице были завершены, строители принялись за возведение коттеджей. В скором времени ожидался приезд художников из «Келтик нот», которые должны были расписать стены домов.

Когда в ее телефоне раздался сигнал видеозвонка, ее сердце дернулось, и даже девочка толкнула ее ножкой в животе, как будто знала, что звонит ее отец. Неужели он почувствовал, что Кейт думает о нем?

— Шон, привет!

«Он так классно выглядит», — грустно подумала она. И он так далеко.

— Как дела, Кейт?

— Все в порядке. — Она постаралась улыбнуться. — Мы практически закончили работы в гостинице. Осталось завершить только пару вещей. Строители занимаются в основном коттеджами.

— Я хотел сказать тебе, Кейт, что мы направим несколько художников расписывать стены.

— Очень хорошо, — ответила Кейт, и где-то глубоко внутри ее шевельнулась надежда. — Ты тоже приедешь?

— Нет, — ответил он, и искорка надежды потухла. — Следующие две недели у меня распланированы под встречи, которые я не могу отложить.

— Хорошо. — Кейт кивнула, стараясь не выдать своего разочарования. Два месяца разлуки казались ей двумя годами. — Когда приедут художники?

— На следующей неделе. Они займут несколько спален, чтобы не уезжать далеко от места работы. — И, понизив голос до интимного тона, он произнес: — А как дела у тебя самой?

— Все хорошо, — ответила она, стараясь звучать радостно и беззаботно. — Вчера я была у врача. Он сказал, что с ребенком все хорошо.

— Отлично, — произнес Шон, глядя ей в глаза. — Дженни рассказывала, что ее ребенок все время шевелится. А как себя ведет наш?

Она едва успела сдержать слезы, подступившие к глазам. Он должен это знать. Он должен быть здесь и чувствовать каждое движение их дочери. Вероятно, ей следовало бы согласиться с требованием выйти за него замуж, преподнесенным как предложение руки и сердца. Но даже сейчас она понимала, что приняла правильное решение. Хотя бы по той причине, что она любила его, а он ее — нет.

— О, она всю ночь кувыркалась. Мне едва удалось заснуть.

Шон нахмурился:

— Но это плохо. Тебе нужно отдохнуть, Кейт.

— Я сама позабочусь о себе, Шон, — быстро прервала она его. — С нами все в порядке. А как ваш бизнес. Как продается игра?

— Лучше, чем когда-либо, — ответил он, но без особого воодушевления.

— Хорошо…

Боже, как сухо они говорят друг с другом! Ходят вокруг да около и не решаются поговорить о том, что действительно беспокоит их обоих.

— Кейт!

Кейт обернулась на голос: один из рабочих звал ее, стоя в дверях коттеджа.

— Шон, извини, мне надо идти.

— Хорошо, — ответил он. — Мне тоже. Послушай, я позвоню тебе через пару дней. И береги себя!

— Не беспокойся! Всего хорошего!

Он отсоединился, и она пошла работать.

Две недели спустя Шон сидел за своим рабочим столом, когда в кабинет ворвался Майк и прокричал:

— Дженни в больнице!

Шон вскочил со своего стула и побежал с братом на стоянку.

— Я отвезу тебя, — сообщил он по дороге. — Что случилось?

— Дженни пошла в магазин, ей стало плохо! Она сказала, что у нее началось кровотечение, и она поехала в госпиталь. Господи, Шон, что я буду делать без Дженни? Без ребенка?

— Я надеюсь, тебе не придется об этом узнать.

Майк беспрестанно барабанил пальцами по колену.

— Я должен был пойти с ней! Я был занят и так устал выбирать диваны для гостиной. Я отправил ее в магазин одну! Идиот! О чем я думал?

— Ты думал, что она сама великолепно со всем справится. Это не твоя вина, Майк!

— Уже не важно, чья это вина.

Все должно быть хорошо. Еще вчера Дженни была у врача, и он заверил ее, что все в порядке. Что же могло случиться с ней так неожиданно?

Они въехали на территорию больницы, и, пока Шон искал парковку, Майк ринулся в приемное отделение.

Шон ненавидел больницы, их запах, их невидимую глазом, но явно ощущаемую безнадежность. Минуты ожидания превратились в часы. Периодически к нему выходил Майк и говорил, что они ждут врача, и не давал Шону сойти с ума из-за отсутствия информации.

Джек и Пегги Райан ворвались в комнату ожидания и, поздоровавшись с сыном, сели на неудобные больничные стулья и застыли в напряженном ожидании.

Шон не мог сидеть спокойно. Его мысли постоянно переключались на мысли о Кейт. А если и ей станет плохо? Да она же должна родить со дня на день! Он был так далеко от нее! Что, если это случится с ней, когда она будет на стройке или одна у себя дома?!

Сквозь бурю мыслей в его голове вдруг пробилась одна, ошеломившая его своей очевидностью. Это была любовь! А любовь не может быть помехой для счастливой жизни. Она делает жизнь более насыщенной и полноценной. И сколько бы он ни пытался отрицать этот факт, он понимал, что он любит Кейт. Сейчас и здесь, в больнице, полностью менялась его жизнь: он наконец осознал, что он любил Кейт тогда и любит ее сейчас. Последние два месяца без нее тянулись бесконечно. Он ощущал себя совершенно одиноким. Он позволил ей уехать, потому что она призналась ему, что любит его, но не нуждается в нем.

— Это ложь, — пробормотал он. — Конечно, я нужен ей. Так же как и она мне. И я скажу ей об этом, как только…

В помещение вбежал Майк. Увидев свою семью, он бросился к ним.

— Все в порядке! И с Дженни, и с ребенком! — прокричал он в ответ на многочисленные вопросы. Их мать начала рыдать от переполнявших ее чувств. — Доктор сказал, что она переутомилась. И ей не следовало поднимать тяжести. Я ей тоже об этом говорил, но разве она меня слушает?

Шон видел, что Майк немного успокоился.

— Через пару часов я смогу забрать ее домой, а вы можете потом приехать навестить ее.

Когда родители уехали, Майк прислонился к кирпичной больничной стене и провел руками по лицу.

— Вот что значит иметь детей. Я состарюсь еще до того, как мне исполнится сорок.

Шон хлопнул брата по плечу.

— Я рад, что все в порядке, Майк.

— Спасибо, брат. Ты несокрушим, как скала. Спасибо, что поддержал меня.

— Хочешь, чтобы я отвез вас домой?

— Нет. Машина Дженни где-то здесь. Мы доберемся сами. — Хорошо. Тогда я поехал собирать вещи.

Майк удивленно поднял брови.

— Ты уезжаешь?

— Нет, возвращаюсь домой. В Вайоминг.

Лето в Вайоминге подходило к концу, постоянно напоминая о том, что скоро наступит осень. Рабочий день закончился, и Кейт по привычке обходила строительную площадку. Объект уже почти готов к сдаче, и сейчас было понятно, что это будет уникальное место. Кейт решила осмотреть на днях возведенный павильон. Медленно поднявшись по ступенькам, она присела на пороге, потому что на седьмом месяце беременности физическая нагрузка давалась ей с трудом. Но не так сильно, как усталость, она чувствовала грусть.

Она подставила лицо порывам ветра и вспомнила прошлую зиму и те чудесные дни, которые она провела с Шоном в снежном заточении. Как бы она хотела, чтобы он был рядом с ней!

— Знаешь, — раздался голос за ее спиной, — я только сейчас понял, как мне не хватало этих мест.

Кейт судорожно вздохнула и обернулась. Она увидела Шона, идущего по направлению к ней. На нем была черная футболка и черные джинсы. Его волосы цвета воронова крыла развевались на ветру, а синие глаза неотрывно смотрели на нее.

Кейт не могла поверить, что она на самом деле видит его. Об этом ведь можно было только мечтать!

— Я не могу поверить, что ты здесь, — сказала она, медленно поднимаясь.

— Просто поверь. — Его взгляд был спокойным, а голос теплым и сильным. — Я приехал, потому что мне не хватало тебя, Кейт. Как человеку может не хватать его правой руки, так мне не хватало тебя.

— О боже, Шон…

Шон покачал головой и направился к ней. Затем он дотронулся пальцем до ее губ, призывая ее к молчанию.

— Нет, подожди. Я проделал долгий путь, чтобы сказать, что у меня на сердце. Я хочу, чтобы ты меня выслушала.

Кейт не могла поверить своим глазам, что видит его наяву. Но она не могла допустить, чтобы мужчина приказывал ей, что делать. Из-под его пальца на ее губах она пробурчала:

— Прошу прощения?

— Узнаю свою девочку! — рассмеялся Шон. — Как же я скучал по спорам с тобой! — И прежде чем она могла что-то возразить, он наклонился и поцеловал ее быстро и решительно. Затем он поднял голову и снова посмотрел ей в глаза.

Ее губы дрожали, сердце неистово билось. Даже ребенок, почувствовав состояние матери, разбушевался у нее в животе.

— Мы поженимся, Кейт…

Она открыла рот, чтобы возразить, но Шон успел опередить ее:

— Прежде чем ты начнешь свой рассказ, что ты не хочешь больше боли и разочарований, подумай о том, в каком состоянии мы оба провели последние два с половиной месяца. Признайся в этом хотя бы самой себе, Кейт. Нам было плохо, одиноко, невыносимо друг без друга.

— Да, но…

Шон вздохнул.

— Я читаю в твоих глазах твои мысли, Кейт. Но, понимаешь, дело в том, что я люблю тебя.

Она качнулась, но он, к счастью, сумел ее вовремя подхватить и не дал ей упасть.

— Да, я и сам был поражен, когда это понял. Но более всего, ты нужна мне. А я нужен тебе.

Кейт могла бы начать спорить с ним, но это не имело смысла. Конечно, он был ей нужен. И она тоже скучала по нему. И любила его.

— Когда ты сказала мне, что не нуждаешься во мне, это было как удар в спину. — Шон перевел дыхание и продолжил: — У нас у всех есть секреты, Кейт. И это касается не тебя одну. Десять лет назад я думал, что люблю женщину. Она забеременела, а я… я подвел ее. Я не был тем, кто был нужен ей, потому что я был слишком эгоистичен и хотел жить по своим правилам.

— Шон, мне очень жаль…

— Она потеряла ребенка и рассталась со мной, потому что не хотела больше видеть меня. И я замкнулся в себе. Это было глупое решение.

— Нет, не глупое, — ответила она. — И я должна сказать, я солгала тебе: ты нужен мне.

— Да, — ответил он, улыбаясь, — я знаю. Итак, вернемся к тому, с чего начали. Мы поженимся, Кейт. И будем жить здесь.

— В Вайоминге?

— Не просто в Вайоминге, а именно здесь. — Положив одну руку ей на плечи, Шон обвел другой рукой открывающийся им из павильона вид. — Я заключу договор с «Уэллс констракшен» на строительство дома прямо здесь. Нашего дома. Ты построишь для нас дом твоей мечты, Кейт. Потому что мечты должны сбываться.

— Но, Шон, разве ты сможешь жить без океана? И так далеко от своей семьи?

— Моя семья — это ты и наш ребенок. А на самолете компании мы можем путешествовать так часто, как нам захочется. Мы не будем продавать квартиру в Калифорнии. А здесь у меня есть озеро. А ты научишь меня кататься на лыжах зимой.

— Ты сошел с ума, — рассмеялась она.

— Я сошел с ума из-за тебя!

— В таком случае где мое кольцо на помолвку? — рассмеялась Кейт, чувствуя себя любимой, желанной и невероятно счастливой.

— А! — Шон сунул руку в карман джинсов и вытащил коробочку. — Это не кольцо. А то ты можешь зацепиться им за пилу или какой-то еще страшный инструмент, и это плохо кончится. У меня альтернативный подарок, смотри! — Он открыл коробочку, и Кейт увидела в ней изумительной красоты изумрудные серьги. — Вот это тебе от меня на нашу помолвку и простые гладкие золотые кольца для нас обоих на свадьбу.

— Шон… — прошептала Кейт, не веря в происходящее. — Ты невероятный человек!

— И неотразимый, не забывай об этом! — иронично заметил он и поцеловал свою невесту.

Эпилог

Прошло еще два месяца

— Кейт, метель надвигается, я хочу спуститься с этой горы до того, как она начнется! — крикнул Шон.

Октябрь только наступил, но зима уже настойчиво стучалась в двери жителей Вайоминга.

Шон подумал, что он не должен был соглашаться на финальный осмотр гостиницы перед сдачей объекта или, по крайней мере, он не должен был брать с собой Кейт. Но она была упряма, и ее нельзя было переспорить. Еще до того, как выпадет снег, Кейт хотела осмотреть дом и убедиться, что все работы завершены.

— Успокойся, Шон, — ответила Кейт. — Мы здесь не застрянем, как прошлой зимой, и мне не придется рожать нашего ребенка прямо здесь.

— Да, это было бы забавно, — рассмеялся Шон, усаживая Кейт в машину.

— Хорошо, что у Дженни и Майка ребенок родился вчера, — задумчиво сказала Кейт. — Теперь их Картер будет на день старше нашей Кайли.

— Да, — пробормотал Шон, сосредоточившись на том, чтобы машина не делала резких рывков. — Это хорошо. Постой! Откуда ты знаешь про день разницы в возрасте? Ты хочешь сказать, что рожаешь?

Она улыбнулась и положила руку ему на колено.

— Да, вот уже два часа как. Сегодня ты станешь отцом, Шон!

Радость, удивление и паника охватили Шона.

— Мы должны ехать в больницу. Дыши аккуратно! С тобой все в порядке?

— Да, но сейчас схватки стали сильнее. — Она попыталась принять удобное положение.

Он гнал машину, понимая, что сейчас нарушает все возможные правила. Остановив машину прямо у входа в приемное отделение, он осторожно вывел Кейт, которая уже не могла сдерживать стоны. Она схватила его руку с такой силой, которую можно было ожидать от человека в два раза крупнее ее.

Пару минут спустя он уже был вместе с Кейт в родовой палате. Сердце Шона останавливалось каждый раз, когда ей становилось невыносимо больно, и он готов был отдать последние деньги, чтобы поменяться с ней местами. «На самом деле женщины гораздо сильнее нас, мужчин», — подумал он.

— Не волнуйся так, дорогой, все в порядке, — произнесла она между схватками. — Просто все происходит очень быстро.

— Это быстро? Я ошибался, когда обещал тебе шесть детей. Одного будет достаточно! Я клянусь, Кейт, я к тебе больше и пальцем не притронусь!

Кейт измученно улыбнулась.

— Не буду ловить тебя на слове, Шон! О, она сейчас родится!

Через полчаса Шон держал Кейт за руку и гордо смотрел на свою новорожденную девочку, которую врач положила Кейт на грудь.

Кейт счастливо улыбалась и осторожно дотрагивалась до маленького тельца, а Кайли сосредоточенно смотрела на своего отца.

Шон почтительно дотронулся до крошечного кулачка, и ручка ребенка сжалась вокруг его пальца. Сердце Шона навсегда принадлежало ей.

— С днем рождения, Кайли Райан! — прошептал он. — Спасибо, — произнес он, целуя Кейт. — Спасибо за нее и за все, что ты подарила мне.

— Я люблю тебя, Шон, — сказала Кейт.

— Никогда не переставай, — ответил ее муж.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Морин Чайлд
Ночь дерзких открытий
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог