Кроу Кристофер Мор

Да будет тьма

Глава 1

1

В городе было временное затишье и, как ни странно, об убийствах не сообщали уже пару месяцев. Из-за отсутствия работы Шеппард стал страшно раздражителен. Любой, кто смотрел на него в тот период, сразу же представлял себе котёл, готовый взорваться. Его просто-таки выбешивала возня с бумажной работой.

Капитан Гейдж был удручён атмосферой, царившей в его участке.

Шеппард и так всегда был занозой в заднице, а теперь всё стало ещё хуже. Эти его вспышки гнева уже глубоко засели в печёнках у всего отдела. Если в ближайшее время не произойдёт ни одного убийства, этот парень сожрёт их всех заживо. Честное слово, он как вампир, такое ощущение, что он питается смертью или будто она его лучший друг, и он очень огорчён их долгой разлукой. Нет… Это надо прекращать, он мешает парням работать. Его обязательно надо чем-то занять…

За дверью послышался шум. Там явно что-то происходило, а по обрывкам фраз Гейдж понял, что именно.

Опять этот неугомонный спровоцировал кого-то на драку. Ему бы попытаться сдерживать свой сволочизм, иначе мы лишимся всего отдела. Причём, кажется ему интересна не столько драка, сколько сама провокация. Сейчас все уже привыкли к его манере общения, но каждая встреча с новичками обязательно заканчивается дракой. Это люди, просто непривыкшие к такому обращению.

Гейдж снял очки и, устало вздохнув, потёр переносицу. Потом встал и подошёл к большому сейфу, где держал важные документы. Открыв сейф, он достал несколько папок и положил на свой стол.

Теперь он был готов к разговору.

– Детектив Шеппард, зайдите в мой кабинет.

– Иду, капитан.

Том недовольно встал и двинулся в сторону кабинета Гейджа.

Ну что надо этому старикану? Неужели опять хочет устроить выговор из-за очередного новичка? Хоть бы произошло убийство, всё интересней, чем сидеть здесь и перебирать эти бумажки. Если так пойдёт и дальше, то наконец зафиксируют убийство, в котором убийцей стала скука.

На лице Тома появилась циничная ухмылка. Он обогнул столы других детективов и вошёл к капитану.

– Вы меня вызывали? Что вам нужно? – грубо спросил Том и развязно опёрся на косяк.

Подобная грубость не удивила и не смутила капитана. Шеппард никогда не признавал какую-либо власть над собой и никому не собирался подчиняться. Если бы не его способности, Гейдж уволил бы его уже давно. Но он не мог отказаться от лучшего детектива отдела, и Шеппард прекрасно об этом знал.

– Может зайдёшь и сядешь? Или тебе нравится обтирать косяк?

Ухмылка Тома стала ещё шире. Несмотря на его глубокое презрение ко всему роду человеческому, где-то глубоко внутри Том понимал, что даже в какой-то степени симпатизирует капитану. Он принадлежал к той маленькой группе людей, которые оправдывают своё существование. Можно даже сказать, что, несмотря на свой поганый характер и нетерпимость к власти, Том уважал капитана.

Шеппард прошёл в кабинет и вальяжно развалился в кресле.

– Вы что-то хотели мне сказать? Или просто соскучились?

– Ты мешаешь моим парням работать. Так больше продолжаться не может.

– Хотите меня уволить?

– Хочу дать тебе работу.

– Закопаете меня в бумажках?

– Ты сам прекрасно знаешь, что это ничем хорошим не закончится.

– Так что же тогда?

Он вопросительно приподнял бровь.

Гейдж выглянул из кабинета, плотно закрыл дверь и сел за стол напротив Тома.

Том усмехнулся.

– Какая таинственность. Либо здесь что-то интересное, либо кто-то параноик.

– Заткнись и слушай. Ты неуправляемая неугомонная сволочь. Но из всех, кого я знаю, ты единственный, кто сможет с этим справиться.

– Вот теперь мне действительно интересно.

Гейдж пододвинул к себе папки, лежащие на краю стола, и открыл верхнюю.

Кажется я пробудил его звериный инстинкт. У него заблестели глаза, словно он почуял добычу. Всё это выглядит ненадежно. Не делаю ли я ошибку?

– Сам знаешь, в последнее время в городе затишье. Но я боюсь, что это затишье перед бурей.

– Думаете, назревает что-то серьёзное?

– Шеппард, ты не так уж давно в городе. Я не отрицаю, что ты хороший детектив и за те несколько месяцев, что у нас работаешь, раскрыл множество убийств, но в нашем городе не всё так хорошо и не всё так просто. Есть вещи, о которых горожане не знают или предпочитают молчать. На протяжении многих лет в городе происходят жестокие убийства. Местные власти по непонятным причинам пытаются скрыть любую информацию по этим делам. У меня есть несколько дел. Это незаконно, и я говорю об этом тебе лишь потому, что тебя это не оттолкнёт, и ты явно не из тех людей, которые будут доносить властям. Я не могу просто закрыть глаза на то, что происходит. И я даже и не рассчитываю, что ты возьмёшься за это дело из-за великого сострадания к людям, но я думаю, что тебя привлечёт именно сама головоломка. Я много лет пытался раскрыть эти убийства. И многие до меня тоже пытались, пока власти не пресекли их попытки. Мало кто захочет признаться в своей неудаче, но мне важнее, чтобы убийства были раскрыты, чем потешить своё самолюбие. На меня работали много хороших детективов, но ты первый, у кого есть шанс докопаться до правды. Потому что, если потребуется, ты сможешь перейти черту.

Гейдж пододвинул папки с делами Тому.

– Прочти их. Может, ты увидишь что-нибудь, что я пропустил.

Шеппард бегло просмотрел дела.

– Я внимательно изучу их, но к каким выводам пришли вы?

– Учитывая цикличность убийств и внешний вид мест преступлений, это работа серийного убийцы, даже фанатика. Это очень похоже на ритуальные убийства.

– Но, если убийства происходят с таких давних пор, почему они так разволновали вас именно сейчас?

– Да, эти убийства происходят уже много лет, но они никогда не влияли на преступную жизнь города в целом. Всегда параллельно происходили другие убийства, другие преступления. А сейчас ничего. Никаких убийств вообще, никаких крупных покушений. Невозможно, чтобы вдруг в городе перестали совершаться преступления. Чтобы такого добиться, нужно обладать огромной силой. И мне кажется, что это затишье не принесёт нам ничего хорошего. Более того, мне кажется, что наступающая буря снесёт всё на своем пути, уничтожит всё, что мы знаем.

– Никогда бы не подумал, что вы боитесь какого-то психопата.

– Я не боюсь психопата, я боюсь того, что он может натворить, в какую трясину затянуть наш город.

– Это продолжается столько лет, вы уверены, что этого ещё не случилось?

Гейдж внимательно посмотрел на Тома.

Да, он умён. И совершенно игнорирует чувство надежды. Может именно такой человек мне и был нужен…

– Разве можно быть в чём-то абсолютно уверенным? Я знаю только то, что какой-то ублюдок убивает людей, и его надо остановить.

– Для того количества убийств, о которых вы говорили, у меня в руках слишком мало папок.

– Да, это лишь малая часть.

– И где тогда остальное?

– Я уже говорил, что власти пытались замять эти дела. Часть отчётов была уничтожена, часть хранится в старом архиве.

– В подвальном архиве?

– Нет, подвальный архив открыли совсем недавно. Я говорил о старом городском архиве. Его закрыли два года назад. Никто точно не знает почему. Скорее всего, чтобы похоронить под пылью времени те самые дела. Архив официально является охраняемой городской собственностью и проникновение в него незаконно, но, конечно, тебя это вряд ли остановит.

Шеппард улыбнулся.

– Звучит так, будто вы не одобряете.

– Такие люди, как ты, опасны и неуправляемы, и часто выходят за грань допустимого. Но это открывает перед вами многие двери. В данной ситуации эта черта тебе пригодится.

– Значит, вы советуете мне влезть в архив?

Лицо Гейджа стало ещё серьёзнее. Он нахмурил брови.

– Я настоятельно рекомендую это сделать. Я сам хотел сделать это уже давно. Это могло бы дать новый толчок в расследовании. Но у меня не было напарника. А рисковать званием капитана я не мог.

– Испугались за карьеру?

– Нет, но звание капитана тоже открывает многие двери, и это может очень помочь в нашем расследовании.

– В архиве много охранников? Или «охраняемый объект» – всего лишь название?

– Поначалу были, но потом они будто сбежали. Нет полной уверенности, что их там не будет. Возможно придётся постараться, чтобы туда попасть.

– Ну, вы сами сказали, что ни в чём нельзя быть абсолютно уверенным.

Теперь пришла очередь Гейджа усмехнуться.

– Не думал, что ты меня вообще слушаешь.

– Тут вы не правы. Слушать намного полезнее, чем говорить. Я слушаю, подмечаю и анализирую. Это позволяет делать выводы и использовать собранную информацию. Иногда от этого зависит успех всего расследования.

– Я знаю, об этом знают все детективы.

– Но, к сожалению, часто об этом забывают.

– Да, к сожалению.

– Если я проникну в архив, как мне найти те дела?

– В архиве есть несколько ящиков, в которых хранятся нераскрытые дела за последние годы.

– Но как я пойму, какие именно дела мне нужны?

– Поверь, когда ты наткнёшься на них, ты сразу поймёшь. Я бы хотел сказать тебе больше, но боюсь, что тебе самому придётся поискать.

– Это не такая страшная проблема. А что мне делать с бумажками, в которые вы меня закопали?

– К чёрту бумажки! Сейчас рутина не важна, просто найди мне убийцу!

– Капитан, вы крайне интересный начальник. Вы или адекватно оцениваете ситуацию, что случается довольно редко, или зациклились на этих убийствах, а вот это как раз встречается намного чаще.

– Называй это как хочешь, но мы должны остановить убийцу. Я освобождаю тебя от работы в участке, можешь заниматься только этим расследованием.

– Звучит слишком сладко, чтобы не было подвоха.

– Для любого нормального человека само это расследование уже подвох.

– Можно приступить?

– Да.

Том собирался уйти, уже открыл дверь, но Гейдж его остановил.

– Шеппард.

– Что, капитан?

– Когда пойдёшь в архив, будь осторожней, чтобы там ни было, охранники сбежали оттуда не просто так.

– Это забота?

– Это надежда на то, что мне не придётся вытаскивать оттуда твой труп.

Том ушёл, а Гейдж ещё долгое время сидел в глубокой задумчивости. Он не мог понять: открыл ли он новые возможности для расследования или совершил ужасную ошибку.

2

Том зашёл в квартиру и кинул папки с делами на столик, стоявший около двери. Открыв окно, он, не снимая пальто, упал на диван и прижал ладони к лицу.

Пролежав так несколько минут, Том встал, снял пальто и кинул его на вешалку. Он взял папки и, налив себе выпить, сел на диван и стал внимательно вчитываться в отчёты.

Да, здесь действительно было над чем подумать. Недолго думая, можно было догадаться, что эти убийства связаны, но нельзя было выделить какой-то особый стиль убийцы. Он будто хотел попробовать все способы.

Любой человек, взглянув на фотографии с мест преступлений, испытал бы лишь ужас и отвращение, но в глазах Тома не было ни ужаса, ни страха, ни сострадания, лишь интерес. Он любил сложные, запутанные дела. Его привлекала загадка. Ему нравилось решать головоломки. И особенно нравилось выражение в глазах убийцы, когда тот понимал, что его раскрыли. Эти дела предвещали ему интереснейшее расследование.

Том поудобнее устроился со стаканом бурбона и, открыв первое дело, жадно читал.

Дело № 70249513

Отчёт предоставил детектив Алекс Мастерс.

27 сентября на поле около города было найдено тело молодого мужчины. Тело нашёл сын фермера, которому принадлежит поле.

Мужчина опознан не был. Фермер никогда его не видел, и не было заявления о пропаже человека с такими приметами.

Он был одет в костюм пугала и привязан к столбу. Его заметили не сразу, лишь тогда, когда вонь от разлагающегося трупа стала невыносимой.

Когда неизвестного сняли со столба, обнаружили, что все его тело покрыто какими-то символами. Символы были вырезаны чем-то очень острым. Патологоанатом заключил, что все символы вырезались, пока мужчина ещё был жив. Он умер от болевого шока и потери крови. Убийца обездвижил жертву с помощью забойного штыря, применяемого на скотобойнях. Подобный штырь вставляется в основание черепа так, что жертва не может ни двигаться, ни кричать.

На теле не найдено никаких улик, ни волокон, ни отпечатков пальцев. На поле никто замечен не был. Продолжается поиск виновника и тех, кто мог знать жертву.

Дело закрыто. Повторному рассмотрению не подлежит.

Том долго задумчиво смотрел на крупную надпись в конце отчёта, он буквально обрывался на середине.

Либо у этого парня проблема с изложением, либо его очень сильно прижали. Даже при моей ненависти к бумажкам, отчёты получаются длиннее. Какой же это властью надо обладать, чтобы так быстро и беспрекословно свернули расследование? Конечно, предоставленного материала недостаточно, чтобы серьёзно заняться этим расследованием, но, может, если совместить это с остальными делами, то получится сложить единую картину.

Шеппард потратил несколько часов на то, чтобы изучить остальные дела, данные Гейджем. Но картина так и не сложилась.

Все отчёты рано или поздно обрывались одной и той же беспощадной надписью. Почерпнуть из них было почти нечего.

Ни улик, ни подозреваемых, лишь скудное описание мест преступлений. Хотя, наверное, в данной ситуации это уже немало.

Том посмотрел на стопку из папок и на пустую бутылку из-под бурбона.

Да, ночь была длинной, но не особо продуктивной.

Он откинулся на спинку дивана и устало закрыл глаза.

Видимо, всё же стоит посетить таинственный архив капитана.

Глава 2

1

В архиве было очень темно, судя по всему, лампочки там меняли тогда же, когда протирали пыль.

Да уж, наверное в архиве никто не был уже очень давно, здесь даже нет охранника. Гейдж был прав.

Том нашёл в столе на посту фонарик, проверил наличие батареек и, убедившись, что они на месте, направился вглубь архива.

Интересно, капитан, правда, нуждается в моей помощи, или я настолько ему надоел, что он отправил меня сюда, чтобы я тут задохнулся в пыли или сломал шею, падая в темноте, зацепившись за одну из этих коробок?

Он осторожно пробирался через архив, стараясь не зацепиться за разбросанные вокруг коробки со старыми делами, но всё же споткнулся об одну из них и еле удержался, чтобы не растянуться на полу.

Чёрт бы их побрал! Они бы хоть уборщицу наняли. Убиралась бы раз в год, все были бы довольны.

Снова приняв устойчивое положение, Том остановился и обвёл лучом фонаря пространство вокруг себя. Гейдж не сказал, какими именно делами он должен заняться. Судя по всему, он мог выбрать дело любого года, даже дело об исчезновении динозавров, если бы захотел.

Архив был большой, и Шеппард стоял в нерешительности среди полок, полных коробок с делами и вещдоками.

В архиве была кромешная тьма, луч фонаря словно разрезал нечто материальное. Вокруг стояла звенящая тишина, от которой закладывало уши. Однако в этой тишине, в воздухе ощущалось какое-то еле заметное движение. И от этого создавалось впечатление, будто архив дышит.

Шеппард положил руку на кобуру. Он был отнюдь не из боязливых, но все его инстинкты говорили ему, что в этом месте что-то не так.

Том не мог сказать, какого размера архив. Каждый раз, когда он пытался осветить пространство вдоль стеллажей, луч его фонаря упирался в пустоту.

Он долгое время блуждал в темноте, осматривая стеллажи. Если бы его спросили, сколько времени он там провёл, он не смог бы ответить. Иногда ему казалось, что за ним кто-то идёт, тогда он останавливался и напряжённо прислушивался. Шеппард мог бы списать это всё на разыгравшееся воображение от гнетущей обстановки, но он привык доверять своему чутью и считал, что всё это ему не мерещится.

Том бродил от стеллажа к стеллажу, пытаясь прочитать полустёртые надписи на коробках. Несколько раз он возвращался в одно и то же место, будто кто-то специально водил его кругами. Вернувшись в очередной раз к злосчастному стеллажу, от которого он всё никак не мог уйти, Шеппард подсветил коробки, кое-где покрытые от времени плесенью.

Его заинтересовала одна из коробок, на которой с трудом можно было различить еле заметный отпечаток большого пальца. Он подошёл ближе, чтобы получше её рассмотреть, но наткнулся на что-то большое и тяжелое, и ушиб ногу. Он посветил фонариком вниз и увидел металлический ящик с висячим замком, на боку которого была надпись: «Совершенно секретно!»

Тому стало холодно, и он почувствовал, что это именно то, что он всё это время искал. Под стеллажом, на полу, стояло несколько таких ящиков, но только этот был закрыт. Все ящики были очень тяжёлыми, и, взяв один из них, Том со второй попытки сбил замок.

В ящике лежали десятки папок. Тому даже не надо было открывать их, чтобы понять, что все они заканчиваются одинаково.

Папок было действительно много, и в каждой из них могла быть информация очень важная для расследования.

Судя по всему, меня ждёт ещё одна бессонная ночь…

Том любил загадки и расследования, но чтение отчётов утомляло его почти также, как их написание.

Он не мог точно знать, какие из этих дел важны для расследования. Ему нужно было забрать их все.

Как только Шеппард поднял ящик, незримое присутствие, которое он ощущал ранее, стало ещё более навязчивым. Казалось, будто кто-то дышит ему прямо в спину.

Ящик был большой и тяжёлый, и при всем желании Том не мог обхватить его одной рукой. И это ему очень не нравилось, потому что в случае опасности, он не сможет быстро выхватить из кобуры пистолет, а это может быть чревато большими неприятностями.

Но никакого другого выхода не было. Шеппард поудобнее обхватил ящик руками и осторожно двинулся в сторону выхода, полагаясь лишь на своё шестое чувство.

Чем ближе Том приближался к выходу, тем более вязким и плотным становился воздух. Все его движения замедлились, он с трудом мог идти. Шеппард чувствовал, что все его движения скованы, причём это никак не связано с тяжестью ящика, который он нёс.

Он с трудом подавил желание добраться до пистолета, но понимал, что оставить отчёты он не может, а стояние над ящиком с пистолетом посреди темного архива ему ничем не поможет.

Том продолжал двигаться в сторону выхода, с трудом передвигая ноги. Воздух стал настолько плотным, что, казалось, мог в любой момент застыть.

Шеппард осматривался по сторонам, пытаясь понять, в какую сторону двинуться. Наконец Том увидел пятно света, свет был совсем близко, и он поверил, что выход уже совсем рядом. Но чем ближе он подходил к свету, тем больше отдалялся от него. У него перехватило дыхание, голова раскалывалась, всё вокруг кружилось, было чувство, будто он падает в глубокий колодец. Свет быстро удалялся, вскоре он стал таким далёким, что практически померк. Воздух сомкнулся вокруг него, стал непроницаемым, Том почувствовал, что задыхается в этом коконе.

– Ну уж нет! Я здесь не останусь! Слышите меня? Не останусь!

Том сделал отчаянное усилие и рванулся вперёд. Воздушная паутина начала рваться, и он почувствовал, как движения теряют скованность. Далёкий свет стал приближаться, и Том сам не заметил, как ворвавшись в приёмную, налетел на стол охраны и растянулся на полу.

Он лежал на полу и радовался, что может дышать. Конечно, потом он захочет найти объяснение тому, что произошло, но не сейчас. Сейчас он просто хотел закрыть глаза и лежать вот так, опустошив голову от всех мыслей.

Но разлёживаться нельзя. Что бы это ни было, оно всё ещё здесь, и ему лучше поскорее убраться отсюда, пока что-нибудь ещё не случилось.

Шеппард с трудом поднялся на ноги и подошёл к двери выхода. Распахнув её, он почувствовал сладостную долгожданную прохладу.

Он вышел на улицу и с наслаждением вдохнул полной грудью чистый вечерний воздух. За его спиной раздался громкий вздох. Том оглянулся, но никого не увидел. Вздох был очень похож на вздох облегчения, казалось, будто само здание радо избавиться от следов чудовищных преступлений, ранее хранившихся в нём.

Вечерний воздух был свежий и очень холодный. Том потеплее укутался в своё пальто.

Когда он входил в архив, было раннее утро, а сейчас солнце уже почти скрылось за горизонтом. Том словно провалился во времени.

Чёрт. Как же хочется выпить!

Наверное, после такого ему следовало пойти домой, выспаться и изучить добытые им дела. Но Том не поддавался обычным законам логики.

Для изучения дел домашняя обстановка не требуется. Достаточно бутылки хорошего виски и тихого местечка.

2

«Старый колодец» был не самым лучшим местом для изучения отчётов. Здесь было грязно, шумно, и постоянно происходили всяческие драки и потасовки.

Том сидел за одним из дальних столов. Никто не обращал на него особого внимания. Шеппард умел слиться с любой тенью, если хотел, и старался сделать так и в этот раз, но был слишком поглощён содержимым ящика. Если бы здесь узнали, что он коп, могли возникнуть некие трудности. Том не боялся потасовок, просто считал, что сейчас это будет пустой тратой времени.

Все дела обрывались где-то на середине. Создавалось такое чувство, будто кто-то вырвал листы.

Все отчёты последних лет подписаны Алексом Мастерсом. Всегда один и тот же человек. Раз этот детектив расследовал эти дела, он должен знать подробности каждого из них. Подробности, которые власти пытались скрыть. Может, он сможет мне рассказать больше, чем изложено в отчётах? Нужно наведаться к капитану, он должен знать, где его найти.

Том допил свой виски и, взяв ящик, двинулся к выходу из бара.

Теперь можно и выспаться. Завтра поеду в участок.

Но до выхода он добраться не успел, ему преградил путь здоровенный амбал. Даже при своём очень высоком росте, Шеппарду пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Однако этот факт ничуть не беспокоил Тома, он смотрел в лицо мужчине совершенно непринуждённо. И это, казалось, только ещё больше выводило из себя и без того рассерженного мужчину. Том осмотрел того с пренебрежением и некоторым нетерпением.

– Вы что-то хотели или вам просто нравится задерживать людей?

Лицо мужчины выражало уже не рассерженность, а ярость.

– Я весь вечер наблюдаю за тобой, и твоя рожа выводит меня из себя. Я долго думал, что же в тебе меня так выводит…

Том едва сдерживал смех.

– Серьёзно? Думал? Ну и как результаты?

– А результат в том, что ты коп.

– То, что ты увидел значок у меня на поясе, не очень похоже на мыслительный процесс.

– Это не меняет сути дела.

Амбал улыбнулся, грозно наступая на Тома.

– Копам здесь не место.

– Если это тебя утешит, я уже ухожу.

– Нет, не уходишь. Твой приход сюда был ошибкой, а за свои ошибки надо отвечать.

Он замахнулся своей ручищей и нанёс сокрушительный удар по воздушному пространству, где ещё секунду назад был Том. Мужчина был выше и сильнее его, но Шеппард был быстрее.

Проскочив под рукой у верзилы, он избежал ужасного удара. При этом он выпустил из рук тяжеленный металлический ящик с делами, и тот упал прямиком на ногу верзиле. Мужчина вскрикнул и схватился за покалеченную ногу. Во время падения ящика, Тому даже показалось, что он слышал, как хрустнули кости.

Воспользовавшись временным замешательством, Том схватил стул и обрушил его на голову противника. У мужчины подкосились ноги, и он без сознания рухнул на пол.

Шеппард поднял с пола свой ящик, перешагнул через обездвиженное тело и вышел из бара, сопровождаемый удивлёнными взглядами пьяной толпы.

3

Шеппард добрался до дома только тогда, когда уже начало светлеть. Он бросил ящик посреди комнаты и завалился на диван. Закрыл глаза и уснул прямо в пальто и ботинках. Все события дня навалились на него тяжёлым сном без сновидений.

Свет восходящего солнца медленно рассеивал темноту за окном. Но внутри она оставалась непроницаемой, здесь властвовали тьма и покой. Тишину ночи лишь изредка нарушал еле слышный шёпот множества голосов.

Глава 3

1

Том бесцеремонно зашел в кабинет капитана. Гейдж оторвал взгляд от каких-то бумаг, посмотрел на Тома и вопросительно поднял бровь.

– Тебе так надоело расследование, что ты решил вернуться к бумажной работе?

– Предложение, конечно, заманчивое, но я пришёл по другому поводу. Я был в архиве.

Гейдж напрягся, весь его вид говорил о сильной заинтересованности и некоем беспокойстве.

– Что ты нашёл? Что вообще там творится?

У Тома перед глазами промелькнули события вчерашнего дня.

– Если бы я знал.

У него был задумчивый туманный взгляд, и это не ускользнуло от капитана.

– Что произошло?

– Я нашёл дела, о которых вы говорили.

– И что в них?

– Ничего полезного. Все дела обрываются на середине. Никаких важных подробностей, ни подозреваемых, ни описания расследований.

– Чёрт!

Гейдж в гневе стукнул кулаком по столу.

– Я возлагал столько надежд на эти документы!

– Однако я нашёл кое-что, что может помочь в расследовании.

– И что же?

– Имя.

– Имя?

– Все отчёты последних лет подписаны одним и тем же человеком. Собственно поэтому я и пришёл. Помогите мне его найти, он должен знать то, что скрыли власти.

– Как его зовут?

– Детектив Алекс Мастерс.

– Мастерс? Он мёртв, неудачное ограбление. Его застрелили около его же дома. Грабитель забрал бумажник и скрылся.

– Дьявол… Когда это произошло?

– Незадолго до того, как закрыли архив.

– И вы считаете, это совпадение, что детектива, ведущего эти расследования, убивают, а его отчёты запирают в охраняемом здании? По-моему кто-то просто заметал следы.

– Я понимаю твои подозрения и не могу сказать, что они безосновательны. Всё это действительно похоже на заговор. У него осталась вдова, может, она что-нибудь знает?

– Вы много рассказываете благоверной о своих расследованиях?

– Ну может, у неё сохранились какие-нибудь записи.

– Хорошо, а адрес у этой вдовы есть?

– Я что справочная? Единственная возможность, которую я допускаю, это то, что сохранились какие-то сведения в канцелярии. Так что советую тебе спросить у них.

– Думаете, это не покажется подозрительным, если кто-то вдруг начнёт разнюхивать про внезапно почившего детектива?

– Думаю, другого шанса узнать его адрес у тебя нет. Так что придумай историю получше. И держи меня в курсе событий.

– Если это будет возможно.

Гейдж посмотрел Тому вслед. Впервые за многие месяцы в нём затеплилась хоть какая-то надежда.

Может, я действительно не ошибся на его счёт. Он занимается этим расследованием только третий день, а у него уже есть зацепка. Он-то уж точно сможет во всём разобраться. Правда, он явно что-то недоговаривает, но ничего, я смогу выяснить, что он скрыл сегодня от меня.

2

Том вышел из кабинета Гейджа и направился в канцелярию.

Правдоподобная история? Какую вообще правдоподобную историю можно придумать про этого детектива? Само то, что кто-то пытается узнать его адрес – подозрительно, а если это пытается узнать тот, кто в городе и года не живёт?

Шеппард спустился на лифте в подвал здания. На этом этаже находились архив и канцелярия. Архив был сравнительно новый, его открыли вскоре после того, как закрыли городской. А вот канцелярия находилась здесь с незапамятных времён.

В архиве за стойкой сидела древняя старушка. Весь участок называл ее Слепая Сью. Казалось, она всю жизнь провела здесь, в темноте подвального помещения. У неё было крайне плохое зрение и очень сердитый нрав. К тому же она особо недолюбливала Тома.

Ещё бы. Он был молод, язвителен и совершенно не походил на общепринятый образ стандартного человека. Его тошнило от общества, а общество тошнило от него. Эта старушка постоянно пыталась загнать его в рамки, приемлемые обычными людьми. А Том отвечал ей на это сарказмом и ещё большей язвительностью. В общем, отношения между ними не заладились с самого начала.

Когда Том подошёл, старушка подняла на него сердитые глаза, обрамлённые тяжёлыми квадратными очками с толстыми стёклами. Её старческие губы растянулись в кривой ухмылке.

– А, Шеппард! Я слышала, к вам в отдел перевели новенького. Уже успел подпортить бедняге жизнь?

Шеппард широко улыбнулся самой приветливой и дружелюбной улыбкой.

– Сью! Прекрасно выглядишь! Делала маски из крови младенцев?

Сью презрительно фыркнула.

– Ты пришёл, чтобы обсуждать секреты моей молодости? Или всё же по делу?

Она театрально провела рукой по своей сморщенной щеке, напоминающей печёное яблоко.

Том облокотился о стойку.

– Я бы рад поговорить с тобой о прекрасном, но я действительно здесь по делу. Мне нужно, чтобы ты нашла для меня адресок одного детектива.

– И зачем это, позволь узнать? С каких пор детективы убойного отдела наведываются друг другу в гости?

– С тех самых, как капитан приказал собрать показания всех, кто работал над делом Голана.

– Но ведь ты в нём не участвовал. С чего вдруг Гейдж поручил это тебе?

– В качестве наказания, я думаю. Ты ведь сама сегодня упоминала о новичке.

Сью терзали сомнения. Она подозрительно посмотрела на Тома. Но, в конце концов, какой у неё мог быть повод для беспокойства?

– Кто тебя интересует?

– Алекс Мастерс.

Она была удивлена. И Тому показалось, что он близок к провалу.

– Мастерс? Он же мёртв. У кого ты собираешься брать показания? У призрака?

– Капитан говорит, Мастерс был очень дотошен, вёл подробные записи. Они могли сохраниться у его вдовы.

Старушка прищурилась и испытующе посмотрела на Шеппарда. Секунды показались ему вечностью. Это был переломный момент. Либо она ему поверит, либо у него будут большие неприятности. Не говоря уже о том, что тогда адреса Мастерса ему не видать.

– Ну хорошо. Сейчас поищу.

Она ушла вглубь стеллажей, а Том вздохнул с облегчением. Он был так близок к провалу, но, кажется, всё обошлось.

Сью вернулась через пару минут и протянула Тому папку с личным делом Мастерса. На одной из страниц он нашёл его адрес. Переписав его, Шеппард закрыл папку и вернул её Сью.

Подмигнув старушке, он спрятал бумажку с адресом в карман.

– Боюсь, я вынужден откланяться. Не переусердствуй с младенцами, а если захочешь перейти на кровь девственниц, найди меня, и я помогу найти парочку.

– Да шевели ты, наконец, уже своей задницей! Или я из тебя сделаю омолаживающее средство!

– А вот от этого воздержись. Я не младенец и уж точно не невинен, к тому же я-то знаю, ты будешь по мне скучать.

Сью только махнула на него рукой и, демонстративно повернувшись спиной, ушла относить на место дело Мастерса.

Том, посмеиваясь, вышел из архива и поднялся на лифте наверх. Выйдя из здания, он вытащил из кармана бумажку с адресом и ещё раз её перечитал. Ему до сих пор не верилось, что его маленькая авантюра увенчалась успехом.

Дело Голана… Кто бы знал… Вот никогда не угадаешь, что может пригодиться! Хорошо, что другим детективам сейчас не остаётся ничего, кроме как травить байки о старых расследованиях.

Том рассчитал, что до дома Мастерса ему добираться около часа. День только начался, и солнце высоко стояло над горизонтом. Так что он решил, не теряя времени, отправиться сразу туда.

3

Шеппард поднялся по ступенькам и постучал. Дверь открыли практически моментально. На пороге стояла с виду обычная женщина лет сорока, но было в ней что-то странное и неестественное, а что Том понять не мог.

– Я знала, что вы придёте. Алекс говорил мне об этом, он сказал, что я должна ждать вас.

Том был в недоумении. Почему она ждала его? И как покойный детектив мог предсказать его появление? Внезапно он понял, что показалось ему таким странным. У неё были безумные, лихорадочно-блестящие глаза. Она вся казалась чрезмерно восторженной, как люди в своей вере, доводящие себя до исступления.

– Здравствуйте, миссис Мастерс, я пришёл…

– Вы пришли за записями.

– Да, но как…

– Алекс рассказал мне и об этом.

Она говорит о муже так, словно он всё ещё жив. Похоже, она совсем свихнулась от горя…

– Значит, вы знаете, где записи?

– Да, конечно! Я так долго ждала вас…

– Но почему вы уверены, что вы ждали именно меня?

– Томас, Алекс подробно мне описал вас.

– Значит, Алекс и имя моё знал.

Миссис Мастерс восторженно закивала головой. Тому показалось, что она уже на пределе.

– Он мне всё-всё рассказал. Заходите, заходите. Я вам всё покажу!

Том осторожно пересёк порог и вошёл в дом. Дом, некогда обставленный со вкусом и изяществом, теперь больше всего походил на кукольный домик. Шеппард не мог себе представить, что здесь мог раньше жить детектив убойного отдела. Вся внутренняя обстановка и атмосфера, казалось, переняла состояние хозяйки. Это кукольное убранство скорее походило на нелепую маску, нежели на действительность.

Миссис Мастерс провела Тома в гостиную и усадила на ужасно неудобный, но очень дорогого вида диван.

– Может вам принести чаю?

– Спасибо, не откажусь.

Миссис Мастерс ушла за чаем, а Том стал внимательно осматривать комнату. Казалось, что тот, кто обставил эту комнату, да и весь дом, руководствовался погоней за модой на аристократию. Вся мебель была очень дорогая и изящная, но непрактичная, с трудом можно было представить, что здесь на самом деле кто-то живёт. Это было больше похоже на инсталляцию.

Тому показалось, что миссис Мастерс отсутствует слишком долго, он уже собирался встать, но как раз в этот момент она вернулась, неся большой поднос, на котором стояли чайник и две кружки, а также большой заварной кекс и пара блюдец.

– Я взяла на себя смелость захватить с собой кекс. Вы любите кекс? Скажите, что любите, пожалуйста, скажите.

У неё был такой взгляд, будто от его ответа зависит её жизнь. Такой мольбы в глазах Том ещё не видел.

– Да, к чаю будет в самый раз.

– Отлично…Просто отлично!

Её лицо моментально переменилось. Запуганное отчаянное выражение исчезло, сменившись выражением полнейшего восторга.

Чёрт! Да она на грани безумия! Сколько же времени она в таком состоянии? Наверное, стоит сообщить в соответствующее учреждение, но записи…надо узнать о них, пока она ещё в состоянии трезво мыслить, если это всё ещё можно так назвать.

– Миссис Мастерс, вы сказали, что знаете где записи, может, вы принесёте их?

– О, конечно, конечно! Я как раз собиралась это сделать. Вы же мне верите? Верите, да?

– Я верю вам и уверен, что так вы и собирались сделать.

– Я сейчас принесу. Принесу. Они здесь, в шкафу. Алекс раньше хранил их в спальне, но теперь они здесь.

Она встала, подошла к стенному шкафу и вытащила с верхней полки небольшой, но толстый блокнот. Как только тот оказался в её руке, её взгляд будто смягчился, стал более спокойным.

– Алекс всё записывал, был крайне дотошен во всем. Он считал, что всё нужно конспектировать. Кажется, ему стало мало отчётов в участке.

Миссис Мастерс протянула Тому блокнот и села разливать чай. Ее безумие словно утихло, она снова превратилась в примерную хозяйку с обложек кулинарных журналов.

– Отрезать вам кусочек кекса?

– Да, пожалуйста. Вы не замечали в вашем муже каких-нибудь перемен?

– Перемен? Кроме страсти всё записывать, вроде, больше ничего не было…

– А когда она появилась?

– Примерно за год до того, как…как…как в него стреляли…

– Вы хотели сказать, до того как его убили?

– Почему вы так говорите? Он не мёртв! Он просто…просто сильно изменился после того случая и всё!

– О, что же, простите мне мою ужасную ошибку. Значит, он стал вести себя иначе примерно за год до того, как его…как в него стреляли?

– Да, всё именно так и было. Он стал вести личные записи обо всех своих расследованиях, будто что-то скрывал и не хотел, чтобы в участке узнали. Мне казалось, он стал каким-то подозрительным. Видимо, это были просто последствия стресса, он так много работал… Но сейчас он дома…дома. И я очень этому рада! Очень-очень рада!

Она отрезала кусок кекса большим ножом и аккуратно положила его на маленькое блюдце перед Томом. Тот в свою очередь, согласно приличиям, принял угощение и поблагодарил хозяйку.

– Расскажите мне побольше о вашем муже. Что было после…после того случая?

– Полицейские сказали, что он мёртв, я была так безутешна, так безутешна… Но потом я поняла, что они ошиблись. Он не умер. Он был здесь, всё это время. Он вернулся домой, вернулся ко мне. Я ощущала его присутствие, он говорил со мной по ночам, и я была так рада снова слышать его голос…неважно, что там случилось, он вернулся. Алекс рассказал мне о вас, о записях, о моей миссии…

Шеппард внимательно слушал всё, что говорила ему миссис Мастерс, и пытался различить правду и бредни помутнённого рассудка.

Как бы ни обстояли дела, эта женщина твёрдо верит во всё, о чём говорит. Тут пахнет уже не просто помутнением рассудка на фоне потери мужа, а острым психозом.

– Алекс сказал мне, что моя миссия очень важна.

Том поднёс к губам чашку с чаем.

– Ваша миссия?

– Моя миссия в том, чтобы передать вам его записи. Он сказал, что это очень важно, что от этого зависит множество жизней. Но теперь моя миссия закончена, и мы с мужем можем спокойно уйти.

– Простите, что?

Миссис Мастерс схватила нож, которым резала кекс, и одним быстрым движением рассекла себе горло. Кровь брызнула во все стороны.

На одно мгновение, казавшееся вечностью, мир вокруг перестал существовать. Том очнулся от звона разбившейся чашки, которую за секунду до этого он держал в руках.

Шеппард кинулся к миссис Мастерс, стараясь зажать рану и спасти ей жизнь. Но бесполезно, порез был глубоким, была задета артерия, без медицинского образования у него не было шансов.

Кровь была повсюду. Том был буквально пропитан ею. Но он не мог ничего сделать, не мог помочь. Ему оставалось лишь сидеть и смотреть, как жизнь исчезает в её глазах.

– Дьявол! Зачем вы это сделали? Зачем?!

Но миссис Мастерс не слушала. Она лишь смотрела на него дикими глазами, а из её рта доносились практически невнятные хрипящие предложения. И с каждым словом из пореза у неё на шее вырывалась новая струйка крови.

– Вот растяпа, запачкала записи…Записи… Как же теперь… Может, спиртом…Вот растяпа…растяпа… растя…

Наконец последний живой огонёк в её глазах угас. Она умерла, охваченная безумием, умерла также, как жила последние годы после потери мужа. Том продолжал сжимать рукой рану у неё на шее. Он не мог осознать, что только что произошло. Лишь через некоторое время он смог оторваться от неё и встать.

Может, стоило отнестись к её бреду серьёзнее? Что могло заставить эту женщину уйти из жизни вот так? Надо вызвать копов. Надо вызвать капитана… А это я, пожалуй, пока спрячу…

Шеппард взял со столика блокнот покойного детектива. Лишь сейчас до него дошёл смысл слов умирающей. Кровь, брызнувшая в разные стороны, попала на блокнот и, раскрасив его страницы, придала ему зловещий вид.

Он засунул блокнот в карман пальто и, взяв рацию, связался с участком.

4

Том сидел на крыльце, весь в крови, когда подъехали полицейские машины. Первым, как всегда, выбежал сам капитан.

– Мать твою! Шеппард! Что случилось? Ты как привидение! Ты ранен?

– Нет…вдова Мастерса…она…самоубийство.

Гейдж громко выругался.

– Расскажи мне подробно, что случилось. И как тебе, чёрт возьми, удалось достать этот адрес?

Том грустно улыбнулся и обтёр кровь с щеки тыльной стороной ладони.

– Благодаря Голану и вашему приказу, капитан.

Гейдж удивлённо уставился на него.

– Что, чёрт возьми, ты несёшь? Какому приказу?

– Может сначала зайдём внутрь?

На улице начало темнеть, а в доме не было света. Наверное, когда у миссис Мастерс окончательно поехала крыша, она перестала платить за электричество. Том с капитаном зашли в гостиную. В сумеречном освещении комнаты, кровь казалась почти чёрной. Вокруг тела усердно трудились судмедэксперты. Изящная викторианская гостиная стала больше похожа на викторианскую пыточную.

Гейдж стоял с каменным лицом и стиснутыми кулаками.

– Рассказывай.

Они отошли в сторону, чтобы их не могли слышать посторонние. Шеппард рассказал капитану в общих чертах обо всём, начиная с аферы, которую он провернул в канцелярии.

– …так что, если начнут задавать вопросы, я здесь для этого.

– А о том, что весь наш отдел знать не знает о моём приказе, ты не подумал? И что ты будешь делать, если кто-нибудь начнёт задавать вопросы?

– Что мы будем делать.

– Это твоя афера.

– Может и так, но вы уже в ней участвуете. Так что либо сдайте меня сейчас, либо играйте до конца.

Последовала долгая пауза. Гейдж напряжённо смотрел Тому в глаза.

– А я в тебе не ошибся… Спрячь блокнот, остальным незачем его видеть. Лишние вопросы нам не нужны.

Шеппард улыбнулся со всей присущей ему наглостью. Несмотря на произошедшее, он быстро снова становился самим собой.

– Неужто вы принимаете меня за идиота? Это было первое, что я сделал после того, как связался с участком.

К ним подошёл детектив, который во время их разговора осматривал комнату и тело. Гейдж повернул к нему голову, Том же словно и вовсе не заметил его приближения.

– Детектив Макклайн, что у вас?

– Капитан, вокруг тела следы борьбы…

Том повернул голову и холодно посмотрел на Макклайна.

– Это следы борьбы за её жизнь.

– Не очень на это похоже.

– Ты когда-нибудь пытался спасти человека, у которого из горла фонтаном бьёт кровь, Макклайн? Если нет, то возьми свою напыщенность и засунь себе в зад.

Макклайн явно хотел что-то сказать, казалось он вот-вот задохнется от возмущения. Том же как ни в чем не бывало повернулся к Гейджу.

– Мне здесь больше делать нечего.

Возмущение Макклайна достигло пика и прорвалось наружу.

– Чёрт возьми! Шеппард, ты сам только что утверждал, что пытался спасти её жизнь, а теперь просто уходишь? Тебе не кажется это подозрительным? По-моему, это совершенно точно подталкивает к мысли о том, что ты бежишь от своей вины!

Том был абсолютно спокоен, не дрогнул ни один мускул на его лице.

– Это подталкивает лишь к мысли о том, что ты идиот. Я пытался спасти её, пока она была жива, теперь же это лишь тело. А тело, Макклайн, это твоя забота.

Шеппард кивнул Гейджу и, развернувшись, пошёл к выходу.

Гейдж лишь покачал головой. Его не волновал тот факт, что Том явно не был любимчиком их отдела. Однако такими темпами он запросто мог нажить себе мстительного врага. Бесспорно, это были бы только его проблемы, но всё же…это бы очень затруднило расследование. А глядя на то, как Макклайн провожает Тома пристальным взглядом, Гейдж начинал сомневаться в том, что это ещё не произошло.

Он перевёл взгляд на тело миссис Мастерс.

О, Боже…

Судмедэксперт, сидящая рядом с телом, устало поднялась на ноги.

– Бедняжка…совсем умом тронулась…

Гейдж вздохнул и тихо, словно сам себе, пробормотал:

– А вместе с ней и весь мир…

– Что?

– Ничего. Сворачивайтесь, ребята, скоро совсем стемнеет.

Он подошёл к окну и вгляделся в сгущающийся мрак улицы. В его голове проносились тысячи мыслей, но одна постоянно всплывала в его сознании снова и снова.

После того, что случилось, чего ещё можно ждать?

Глава 4

1

Том сошёл с крыльца злополучного дома и устремился в темноту ночи. У него перед глазами стоял кровавый фонтан, забрызгавший всё вокруг, кровь всюду, куда ни глянь, и абсолютно безумный взгляд мутных глаз миссис Мастерс. А в ушах всё ещё звенели её последние слова. Это происшествие не потрясло его так, как потрясло капитана, но оно заинтересовало его как детектива. Что могло свести её с ума до такой степени? И как это может быть связано с расследованием, которое он ведёт?

Все эти вопросы роились в его голове, будто назойливые пчёлы, а он продолжал углубляться во мрак. Редкие прохожие, встречающиеся на его пути, испуганно шарахались от него во все стороны. Он не обращал на это внимание, пока пронзительный крик какой-то особо впечатлительной женщины не вырвал его из глубокой задумчивости. Только теперь он понял, что стало причиной столь бурной реакции окружающих, он забыл о том, что так и не смыл с себя кровь, и сейчас был похож на члена клуба серийных убийц.

Надо смыть кровь, а то из-за криков этой особы сюда сбежится весь город. Где-то здесь я точно видел гостиницу и почему-то мне кажется, что её хозяин не будет задавать лишних вопросов.

Том пошёл дальше по улице, вглядываясь в старые истёртые вывески в поисках отеля, который он приметил ранее. Вывески явно не щадило ни время, ни погодные условия, и прочитать названия было чрезвычайно сложно. Однако оказалось, что это и не требуется. Помимо того, что здание было классическим образчиком старых отельных зданий, хозяин этой дыры повесил на стену красную неоновую вывеску, несколько лампочек которой, однако, уже перегорели и, по-видимому, довольно давно.

Шеппард толкнул дверь и вошёл в темное помещение, освещённое тусклым жёлтым светом. За стойкой регистрации сидел хмурый лысый мужчина, который не только явно не был смущён внешним видом Тома, но и, казалось, вообще особо не отразил его появление. Том подошёл к мужчине, и тот, с трудом оторвавшись от газеты, которую читал, лениво спросил, что ему надо.

– Мне нужен номер на одну ночь.

– Тогда вы пришли по адресу. Пятнадцать баксов и комната в вашем распоряжении. Что касается остального… У нас также имеется услуга молчания, но для её приобретения надо накинуть сверху пару банкнот.

Он гнусно улыбнулся и многозначительно посмотрел на Тома, явно намекая на его внешний вид.

Шеппард вытащил две банкноты и положил их на стойку, накрыв сверху полицейским значком.

– Это плата за ночь. Что касается дополнительной услуги…думаю этого вполне достаточно.

Он постучал пальцем по значку.

Лицо хозяина моментально стало жутко недовольным. Его явно не устраивало наличие копа в его заведении, но и отказать он тоже не решался.

– Конечно…детектив. Вот ключ, комната номер семь на втором этаже. Желаете ещё чего-нибудь?

– Просто сделайте так, чтобы меня никто не беспокоил.

– Разумеется, как пожелаете.

Было видно, что он изо всех сил старается быть вежливым и скрыть свою неприязнь, которая была настолько явной, что все его попытки казались просто смешными.

– Вообще-то у нас нет услуги обслуживания номеров, но, если вам что-нибудь понадобится, позвоните по внутреннему телефону, и я достану для вас всё, что только пожелаете.

– Вы очень любезны, но уверяю вас, ничего не понадобится.

– И всё же…если что, просто дайте знать.

Том кивнул, забрал ключ и пошёл к лестнице, которая вела на второй этаж. Несмотря на неприязнь, хозяин очень старался подмазаться к нему, видимо надеясь, что он закроет глаза на некоторые вещи, которые здесь происходят.

Но он мог и не стараться, Тома мало волновало происходящее вокруг, ему просто нужно было место, где бы он мог побыть в тишине и сосредоточиться над записями Мастерса.

Это, конечно, не самое худшее место, в котором я бывал, но всё же та ещё дыра. Не сомневаюсь, что основные посетители – это наркоманы и шлюхи. Да уж, копам здесь есть где разгуляться. Но это не мои проблемы. Главное, чтобы вели себя тихо…

Шеппард нашёл нужную ему комнату, отпёр дверь и напоследок, окинув взглядом пустой коридор, скользнул внутрь. Первым делом он прошёл в ванную, где тщательно постарался смыть с себя кровь миссис Мастерс. Он посмотрел в перекошенное старое зеркало и расхохотался. У него был такой вид, что оставалось только удивляться, что никто из прохожих дам не упал в обморок. Смыв кровь, он, вытираясь полотенцем, вышел из ванной и оглядел комнату.

Комната была очень просто обставлена. Кровать с мятыми простынями, чистота которых явно подвергалась сомнению, тумбочка на трёх ножках (последнюю заменяла толстая телефонная книга), на которой стоял телефон и большой графин с водой, высокий торшер и большое, слегка ободранное кресло. Его-то Том и занял, пытаясь поудобнее расположиться для чтения.

Опустившись в кресло, он вынул из кармана пальто блокнот, частично покрытый кровавыми узорами, и задумчиво посмотрел на него.

И что в тебе такого особенного? Что за тайны ты скрываешь? И как так получилось, что это стоило жизни двум людям?

Шеппард раскрыл блокнот на первой странице и попытался вчитаться в пропитанный кровью текст.

2

4 октября.

Прошло несколько дней с тех пор, как мы обнаружили Пугало. Я почти физически ощущаю напряжённость, витающую в воздухе. Ребята в отделе явно нервничают. Недавно к нам заявился какой-то тип, хотел говорить с капитаном. Уж не знаю, что он ему сказал, но я никогда не видел старика Тобса в таком состоянии. Он сразу приказал свернуть расследование и даже не стал объяснять причину. А когда я поинтересовался, сказал, что это не моё собачье дело.

Я совершенно не понимаю, что происходит. Как можно так легко отказаться от того, чтобы узнать правду? Надо было сделать это хотя бы ради этого бедняги! Моя жена практически боготворит меня, говорит, что я помогаю людям. И как мне теперь смотреть ей в глаза?

Но что я могу сделать? Рисковать карьерой, распутывая это дело? А ведь я даже не знаю, почему расследование прикрыли. Может, его вообще не закрыли, а передали людям, стоящим выше, ФБР, например. Хотя чую я, что это совсем не так.

Так зачем же я всё это записываю? Уж не потому ли, что я, старый идиот, подсознательно всёдля себя решил? Я не могу просто закрыть на всёглаза. Не могу смотреть в глаза Энн и не испытывать чувство стыда. Ядолжен попытаться во всём разобраться, чего бы мне это ни стоило!

А записываю я всё это для того, чтобы хоть где-то изложить правду, такую, какая она есть. И если я не могу сделать это официально, я сделаю это здесь. Не знаю, зачем и для кого, но я чувствую, что это не будет напрасно.

6 октября.

А ведь Пугало не первая наша жертва, которую власти обрекли на то, чтобы её убийца остался ненайденным. Я не знаю почему, но это вылетело из моей головы. Как вообще такое могло вылететь из головы? Будто кто-то запер частицу моей памяти, а сейчас оковы начали слабеть.

Около месяца назад мы нашли тело мальчика лет восьми. В городе очень много заброшенных зданий, одним из самых жутких является заброшенная библиотека. Именно там мы нашли тело. Мальчик был подвешен вниз головой и свисал с перил атриума второго этажа. Я никогда не забуду его безмятежное лицо, если бы не ужасное окружение и отсутствие пульса, можно было бы подумать, что он спит. Патологоанатом сказал, что мальчик умер из-за воздушной тромбоэмболии. Что за чудовищем надо быть, чтобы совершить такое, да ещё и столь извращённым способом!

Мальчик явно был частью какого-то обряда. Вокруг было множество пентаграмм и разных ритуальных вещей. Свечи, надписи, символы, даже шприц на специальной подставке. Тот самый шприц, укол которого оборвал юную жизнь. Никто даже не пытался скрыть то, что произошло, будто это выставили напоказ, словно бросили нам вызов. Через два дня к нам пришли и прикрыли расследование.

Как они могли? Как я мог забыть это? Это просто какая-то бессмыслица! Так не бывает! Чёрт возьми, я просто обязан в этом разобраться! И даже если после этого Тобс схватит меня за задницу, плевать, пусть так и будет, но я не могу просто всё забыть. Опять…

15 октября.

Да что здесь происходит?! Я хотел начать заново расследование по делу убитого мальчика, нашёл его родителей, а они заявили, что у них нет сына и никогда не было! Сначала я растерялся, у отца был холодный непроницаемый взгляд, но по лицу матери я окончательно уверился, что они лгут. Но зачем? Конечно, я понимаю, что смерть ребёнка это очень болезненно, я сам прошёл через это… Но такая реакция, мне кажется, вызвана совсем иным.

С другой стороны, что могло так запугать родителей? Что заставило забыть и отказаться от собственного ребёнка? Я честно старался понять, но у меня ничего не получилось.

Напарник отказался мне помочь, и я не могу винить его за это. Он сказал, что я спятил, но обещал не рассказывать никому о том, чем я занимаюсь. И я благодарен ему хотя бы за это.

Кажется, дело Пугала и дело того мальчика связаны. Я не вполне в этом уверен, но что-то подсказывает мне, что это действительно так. Символы из библиотеки очень похожи на те, которые убийца вырезал на теле Пугала, да простит меня бог за прозвище, данное тому несчастному. К тому же, по-видимому, здесь орудует какая-то группа людей, а не один человек, может, даже секта.

Я почти уверен, что властям известно нечто особенное, нечто, что им легче скрыть, нежели придать огласке…

30 октября.

Три дня назад сгорела местная психиатрическая больница. Причина возгорания так и не найдена. Установили лишь то, что очаг возгорания находится где-то внизу. Больница находилась на окраине города, и спасатели приехали не сразу. Погибло больше 150 человек…спаслись лишь несколько человек из персонала. Они просто выбежали на улицу, когда начался пожар, им просто повезло быть рядом с выходом в момент возгорания. Я не знаю почему, но мне кажется, что это событие чем-то важно для моего расследования.

Я установил некую связь между убийствами. Оба убийства произошли в новолуние. А теперь ещё этот пожар…сроки совпадают, три дня назад было новолуние. Но столько жертв… Неужели это может быть частью чего-то столь мерзкого?

Цепляясь за свою догадку, я заглянул в архив в поисках убийств, совпадающих по срокам. И действительно, я нашёл несколько, подходящих по времени и характеру. Все эти убийства можно приписать к числу ритуальных, если вдуматься в суть происходящего. Некоторые из дел, которые я нашёл, закрыты таким же образом, как и наши, некоторые же содержат имена виновных, но вот только не кажется мне, что эти ребята были виновны, есть в этих расследованиях что-то, что мне не нравится, что-то неладное.

А может, я просто подгоняю факты под свою теорию? Нет…здесь явно что-то не чисто. Если всё так, как я думаю, то получается, что группа сектантов каждый месяц, в новолуние, приносит в жертву невинных людей, и им это сходит с рук? Либо я фантазирую, либо кто-то очень постарался прикрыть им задницы.

21 ноября.

Если мои подсчёты верны, то следующее убийство произойдёт через четыре дня. И я больше не сомневаюсь в своей правоте. Сегодня на улице ко мне подошёл какой-то мужчина и сказал, чтобы я не лез не в своё дело. Я сказал, что понятия не имею, о чём он. На что тот ответил, что предупредил меня. Не знаю, что это было, но с меня достаточно…

3

Послышались громкие крики. Вокруг Тома засвистели пули, одна из них попала в графин с водой, стоявший на тумбочке, и тот разлетелся вдребезги. Стреляли в соседней комнате. Пули прошли сквозь стену.

– Да вашу же мать!

Том скатился на пол и спрятался от пуль за массивным креслом, на котором ещё несколько секунд назад мирно сидел.

Тоже мне тихие жильцы!

Выстрелы стихли, видимо у стрелка закончилась обойма. Из соседней комнаты слышались крики, прерывающиеся грохотом опрокидываемой мебели.

– Где мои деньги, Донни? Думаешь можно просто взять мою наркоту и ничего не отдать взамен?

– Я всё верну, Джо! Обещаю! Не надо!

Снова раздался выстрел.

– Хватит прятаться, Донни. Выходи и поговорим как мужчины! Пока ты расслаблял здесь свою жирную ленивую задницу, я тратил своё время, обыскивая весь город в поисках тебя! Ты мне должен, Донни!

Воспользовавшись паузой, Том перекатами подобрался к выходу и выбрался в коридор, находящийся вне досягаемости пуль.

Всё действие явно происходило в шестом номере. Дверь была выбита, коридор заполнен пороховым дымом.

– У меня нет денег! Нет с собой, но я всё верну, я обещаю, просто дай мне немного времени!

– Я и так дал тебе слишком много времени, теперь я должен принести боссу либо деньги, либо твой жирный зад.

– Мне нужно ещё немного! Прошу! Хотя бы ещё один день!

– Неправильный ответ, Донни. Впрочем…никто и не говорил, что твой зад должен шевелиться.

Послышалась очередная очередь выстрелов и хриплый нечленораздельный крик.

В этот момент Том ворвался в комнату, держа наготове свой пистолет.

– Стой, где стоишь, и медленно подними руки!

Наркоторговец обернулся и скептически посмотрел на Тома.

– Уйди с дороги, приятель, я здесь не за этим. Поверь, не стоит меня злить. Это моё последнее предупреждение.

Том опустил пистолет и хмуро ухмыльнулся, покачав головой.

– Неправильный ответ, Джо.

Брови наркоторговца удивлённо взметнулись вверх, но прежде, чем тот успел сделать хоть что-либо, Том поднял свой пистолет и выпустил в него всю обойму.

4

Ступая по пропитанному кровью ковру, Шеппард подумал, что это уже начинает входить у него в привычку. Он подошёл к телу наркоторговца и окончательно убедился в том, что тот мёртв. Да, он выпустил в него всю обойму, но всегда остаётся вероятность того, что даже у такого типа найдётся бронежилет, тем более, если он работает на крупную группировку.

Наркоторговец был мёртв, впрочем, как и наркоман Донни. Стол, за которым он прятался, не смог сдержать натиск, и парня изрешетило пулями. Как бы это ни было нелепо, но стол оказался в несколько раз крепче, чем стена, разделяющая комнаты.

Убедившись, что в комнате наркомана нет ничего полезного и ничто не представляет собой угрозу, Том вернулся в свой номер и забрал то немногое, что принёс с собой. Оставаться здесь ему не было никакого смысла, на улице светало, к тому же после этой перестрелки сюда явятся копы, которые только отнимут у него время.

Шеппард спустился вниз к стойке регистрации и нашёл там перепуганного насмерть хозяина гостиницы. Тот во все глаза смотрел на приближающегося к нему Тома и в его глазах плескался страх.

Том же спокойно как ни в чём не бывало подошёл к нему и положил на стойку ключи.

– Вот ключи от номера.

Хозяин в ужасе смотрел на него. Том приподнял бровь.

– Ах да, произошёл некий инцидент, парочка наркоманов повздорили…Вызовите копов…И наверное, стоит сменить ковёр в шестом номере.

– А вы разве не коп?

Том улыбнулся.

– Наркоманы не моя специализация.

Шеппард развернулся и пошёл к выходу, сопровождаемый взглядом хозяина, полным ужаса и недоумения.

5

Случившееся в отеле лишний раз показало Тому поверхностную сущность города.

Благословенную тишину прорезал вой приближающейся сирены. Копы вновь спешили на место преступления. Дабы избежать возможных вопросов, Шеппард развернулся и стал быстро удаляться от отеля, растворяясь в утреннем тумане.

Глава 5

1

Стоя напротив заброшенной библиотеки, Том удивлялся тому, что такое величественное здание может иметь столь испорченную репутацию. Стоит хоть раз найти труп в каком-нибудь доме, и дом сразу обрекается на великую неприязнь, будто убийца – дом, а не человек.

Библиотека представляла собой изящное готическое здание с высокими шпилями. Было понятно, почему оно привлекло убийц. Они посвящали свои ритуалы чему-то высшему, и не было места более подходящего для этого, чем это грандиозное сооружение.

Выйдя из отеля, Том навёл кое-какие справки об этом месте. Здание было построено более двухсот лет назад одним эксцентричным богачом и изначально задумывалось как некая резиденция, где бы он мог проводить свободное время и принимать гостей.

Его неуёмная страсть к чтению привела к тому, что вскоре в здании хранились десятки тысяч книг. В то время чтение было дикостью и достать книги было неимоверно тяжело. Он пытался найти единомышленников среди тех кругов общества, в которых вращался, но потерпел поражение. Лишь через некоторое время он нашёл человека, разделяющего его страсть. Этим человеком оказалась девушка из простонародья, которая впоследствии стала его женой. Он понял, что высокое общество не всегда соответствует своему званию, и вскоре начал приучать к чтению простых людей. Умирая, он попросил сделать это место чем-то вроде клубного дома для всех читающих людей города. Впоследствии это здание стало библиотекой.

За несколько месяцев до убийства, которое привело сюда Шеппарда, здание закрыли на реконструкцию, но после произошедшего так и не стали открывать. Со временем библиотека превратилась в очередной дом с привидениями, которым пугают друг друга местные подростки.

Так как здание является образчиком старинной городской архитектуры, сносить его не стали, но и использовать вновь никто так и не решился. Библиотека не являлась охраняемым объектом и представляла собой лишь одинокое, всеми покинутое здание. Величественное, но никому не нужное.

Шеппард поймал себя на мысли, что он был бы рад, если бы библиотека снова открылась. Он ценил и уважал старинную архитектуру, и был бы рад узнать, что здание снова действующее. Но совершенно не важно, чего хотел бы Том, власти разрешат вновь открыть здание лишь в том случае, если найдётся безумец, готовый нести за всё это ответственность, а это, как понимал Том, практически неосуществимо.

Конечно, здание не охраняемо, и проникновение внутрь не считается преступлением, но, следуя привычке, Том оглянулся по сторонам. И не приметив никого, кто мог бы следить за ним, двинулся в сторону здания.

2

Паутина свисала полотнами, превращая здание в пещеру огромного паука, здесь царили тишина и безмолвие. Перед Томом был короткий узкий коридор, ведущий в огромный сводчатый зал. Весь коридор был затянут паутиной, и хоть Том не страдал арахнофобией, ему совершенно не хотелось пробираться сквозь это липкое месиво.

Он поднёс зажигалку к краю паутины, и огонь моментально распространился по всему полотну. Он шёл вперёд, прожигая себе путь, пока не добрался до зала.

Внутри здание было не менее величественным, чем снаружи. Свод потолка тянулся далеко ввысь, словно пытаясь достать до неба, вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные книгами. Книг было бессчётное количество, всевозможных цветов и размеров. Около входа в зал стояли небольшие строительные леса, часть стены покрывали дыры с содранной штукатуркой, а под ногами валялись обломанные прутья арматуры, это были те немногие, ещё оставшиеся следы начавшейся когда-то реконструкции.

Том прошёл вдоль стеллажей, проводя рукой по старым ветхим корешкам. Часть крыши была застеклённой, и библиотека освещалась тусклым дневным светом. Том наугад вытащил одну из книг и сдул с неё пыль, она, взлетев, закружилась в свете, словно рой очень маленьких насекомых. Царила атмосфера безграничного спокойствия, будто время здесь остановилось, отрешившись от всего, что происходило за этими стенами.

Впереди, как жуткое напоминание произошедшего, виднелось место преступления. Никто не смывал символы, не стирал пентаграммы, копы лишь сняли тело, оставив всё остальное библиотеке. Том стоял невдалеке и с интересом рассматривал таинственные знаки и круги, начертанные на полу и стенах. Судя по цвету и общему внешнему виду, рисовали всё это кровью. Это можно было понять, не обладая никакими знаниями в этой области, сама обстановка кричала об этом. К тому же кровь казалась на удивление свежей, несмотря на то, что убийство произошло два года назад.

На перилах второго этажа, в том месте, где свисала верёвка, остались зазубрины, и Том очень хотел взглянуть на них поближе. Так что он начал осматриваться вокруг в поисках лестницы, ведущей наверх.

Том нашёл лестницу в конце зала. Видимо, по задумке проектировщиков, человек, захотевший подняться на второй этаж, по пути к лестнице мог насладиться и теми книгами, которые находятся на первом этаже. Винтовая лестница прекрасно вписывалась в окружающий её интерьер. Это была деревянная лестница с массивными ступенями и отполированными перилами. Казалось, это единственное, чего не коснулась пыль. Том подошёл к лестнице и провёл рукой по перилам.

Здесь совсем нет пыли, будто кто-то поднимался по ней совсем недавно. Но это невозможно! В коридоре было столько паутины, никто не смог бы пройти там, не повредив эти полотна! Может кто-то забрался через окна второго этажа?

Том поднялся по лестнице и обвёл взглядом второй этаж. Справа и слева от лестницы были комнаты. Одна в глубоком прошлом принадлежала хозяину здания, вторая служила гостевой комнатой. Вдоль стен, также как на первом этаже, тянулись стеллажи с книгами. В том месте, где на первом этаже находился вход, на втором была большая зона для чтения, там стояло несколько больших круглых столов и множество стульев. Место было выбрано идеально, самая дальняя стена представляла собой сплошные окна.

Больше всего Тома интересовали комнаты, и он сначала направился именно туда. Первая комната, бывшая раньше комнатой для гостей, со временем изменила свою функцию и стала комнатой отдыха. В середине комнаты стоял стеклянный журнальный стол, вокруг него разместились два кресла и большой кожаный диван. Также как и в залах, стены здесь были заняты книжными шкафами. Окна в этой комнате были высокими и очень узкими, похожие окна можно встретить в некоторых замках, сохранившихся до наших дней.

В комнате не было ничего интересного, и он решил больше не тратить на неё время и перейти в другую комнату.

Вторая комната, в отличие от первой, сохранила свой исторический вид, в библиотеке эта комната была чем-то вроде музейной экспозиции. Здесь всё оставили таким, как при жизни первого хозяина библиотеки. Полкомнаты занимала дубовая кровать, книги, не влезшие в шкафы, лежали по всей комнате. Окна были такие же, как в гостевой комнате, свет из них падал узкими лучами, в которых клубилась скопившаяся за последние годы пыль. Том прошёлся по комнате, с интересом рассматривая древние фолианты. Дойдя до окна, он выглянул на улицу, окна этих двух комнат выходили на парк, и за окном были видны лишь сплошные деревья. Никто не мог бы попасть в библиотеку никак иначе, нежели через парадный вход. На первом этаже окон не было, окна в комнатах были слишком узкими, не пролезет даже ребёнок, а окна в читальной зоне не открывались, по сути это была просто стеклянная стена. Так что полное отсутствие пыли на лестнице оставалось загадкой.

Том принялся разглядывать книги, лежащие у него под ногами, и заметил еле различимые царапины на полу, шкаф, стоящий у окна, явно кто-то двигал много раз. Шеппарда охватило любопытство, он твёрдо решил узнать, зачем кому-то понадобилось это делать.

Отодвинув шкаф, он ничего не увидел, никаких скрытых ходов, сейфов, ничего. Он уже собирался задвинуть шкаф обратно, но краем глаза заметил, что стена не ровная, а имеет небольшое углубление. Осмотрев углубление получше, Том заметил скрытый механизм с выдвижной стенкой. При срабатывании механизма, небольшая тонкая стенка отъезжает в сторону, открывая взору довольно глубокую нишу.

Шеппард заглянул в нишу и вытащил на свет то, что там хранилось столько лет. В его руках оказался древний фолиант в кожаном переплёте. Он был покрыт толстым слоем пыли и обрывками паутины. Том снова заглянул в нишу, десятки пауков, чью паутину потревожили впервые за долгие годы, разбегались во все стороны, стремясь найти себе новый укромный уголок. Шеппард оторвал взгляд от тёмной дыры в стене и снова обратился к фолианту. Его страницы тоже были сделаны из кожи, а текст и иллюстрации писали вручную.

Сам же текст был более чем странен. В книге описывались истории различных культов и ритуалы, проводимые ими. Находка крайне заинтересовала Тома, и он твёрдо решил взять её с собой. Такая книга может стать бесценным кладезем информации, полезной для его расследования.

Прихватив с собой фолиант, он вышел из бывшей комнаты первого владельца и, вспомнив, что на самом деле привело его на второй этаж, подошёл к отметинам на перилах и внимательно их осмотрел. Царапин было много, но они все были поверхностны. Скорее всего тело было подвешено на металлическом тросе, именно для него характерны такие царапины. Тот, кто это сделал, явно готовился заранее.

Свет, лившийся из окон в читальной зоне стал более тусклым. Том прошёл мимо столов в читальном зале и приблизился к окнам. Погода стремительно портилась, начинался дождь. Скоро все небо заволочёт тучами и станет совсем темно.

Кажется гроза собирается, пора выбираться, скоро станет совсем темно, я просто ничего не увижу.

Том ещё немного постоял у окна и двинулся к лестнице.

3

На первом этаже уже начал сгущаться мрак. Тьма клубилась и расползалась по углам и от этого казалась живой. Том медленно шёл к выходу, всё ещё рассматривая фолиант, который держал в руках.

Проходя мимо места преступления, он почувствовал что-то неладное и обернулся. С перил на тросе свисало тело ребёнка. Тома охватило ощущение нереальности, будто он вдруг перенёсся в сон. Он подошёл ближе и скользнул взглядом по безмолвной фигуре.

Я был прав, это всё-таки был трос, а не верёвка…

Он перевёл взгляд на детское лицо. Мальчик лет восьми – девяти с очень светлыми волосами и длинными чёрными ресницами. Он выглядел настолько умиротворённым, что казался спящим, в этом Мастерс не ошибся. Но всё же тот факт, что ребёнок висел вверх ногами, разрушал атмосферу безмятежности и умиротворения. Кожа на его лице была столь ровной и белой, что рука Тома непроизвольно потянулась к его щеке.

Как только он коснулся щеки, кожа под его пальцами начала стремительно разлагаться. Том отдёрнул руку и шарахнулся в сторону. Мальчик медленно открыл мутные белёсые глаза, его рот открывался, пока не достиг невероятных размеров. Из его горла начал изливаться чудовищный крик.

Тома сшибло звуковой волной, он закрыл уши руками и упал на колени. Этот крик можно было сравнить лишь с криком банши. Из его уха потекла тоненькая струйка крови. Стеклянная часть крыши лопнула, осыпав Тома лавиной осколков, которые, впиваясь в кожу, оставляли глубокие кровоточащие царапины. Он с трудом поднялся на ноги и, не выпуская из рук фолиант, бросился к выходу, стремясь оставить этот кошмар позади. Перед входом в коридор стояла непроницаемая стена мглы.

Строительные леса ходили ходуном, казалось дрожит даже воздух. На улице бушевала гроза, грохот грома сливался с детским криком. Дождь заливался в здание через разбитые окна. Стена казалась живой, в ней постоянно что-то двигалось, будто внутри было множество живых существ. От стены отделилось несколько фигур, сотканных из мглы, они двинулись к Тому, оставляя за собой тёмный неосязаемый шлейф.

Том почувствовал, как шевелятся волосы у него на голове, он отступал назад, не смея оторвать взгляд от приближающихся к нему фигур. Строительные леса с оглушительным грохотом упали, поднимая в воздух столбы пыли. Куски арматуры, валявшиеся вокруг, взмыли в воздух и с ужасающей скоростью устремились к Тому, словно копья.

Шеппард отпрыгнул в сторону, пытаясь увернуться от смертельно опасного железа. Но не успел. Острый прут вошёл ему в плечо, разрывая мягкие ткани.

У Тома потемнело в глазах, он словно отключился на секунду. Когда он открыл глаза, то понял, что лежит на полу. Он повернул голову, из плеча вырос несуразный кусок железа.

Из-за грозы солнце заволокло тучами, и свет почти не проникал в библиотеку. Во всполохах молний Том видел приближающиеся к нему живые тени. Он судорожно выхватил пистолет и принялся стрелять в них. Но бесполезно, пули проходили сквозь их тела, будто они были абсолютно бесплотны, оружие не могло ему помочь.

Он встал и, покачнувшись, чуть не упал снова. Выход был перекрыт, оставалось только отступать. Кем бы ни были эти существа, они приближались очень быстро. Он кинулся бежать. Единственный путь вёл в верх по лестнице, на второй этаж.

Оказавшись наверху, он прижался спиной к одному из стеллажей, чтобы перевести дух. Даже с арматурой в плече, Том двигался намного быстрее этих тварей, однако, они были уже очень близко.

Он часто и тяжело дышал. Кровь уже частично пропитала пальто, плечо горело огнём, но Том знал, что это ничто по сравнению с тем, что придёт, когда пройдёт шок.

Его тело пронзила острая боль, он повернул голову влево и увидел, что арматуру в его плече обхватила чёрная дымчатая рука. В следующую секунду руки начали появляться со всех сторон, они обвили Тома, как змеи, мешали ему дышать и причиняли ужасную боль, касаясь многочисленных ран и порезов. Казалось, они хотят затащить его в стеллаж, протащить сквозь стену и пополнить им ряды своей теневой армии.

– Нет! Отцепитесь! Только не так!

Он начал отчаянно брыкаться, пытаясь высвободиться из этих тисков. Сначала у него ничего не получалось, но боль будто придала ему сил. Он рванул вперёд с такой силой, что чуть не перелетел через перила, высвободившись наконец из этой хватки.

Шеппард оглянулся. За то время, пока он боролся с руками, тени преодолели уже большую часть разделяющего их расстояния. Тени шли по второму этажу, стремительно приближаясь к нему.

Том не стал терять время и побежал. Он бежал по узкому пространству между стеллажами и перилами, и из стеллажей к нему тянулись скрюченные чёрные руки, они хватали его за пальто и мешали бежать.

Все выходы были перекрыты, путей отступления не осталось. В отчаянии Том решил воспользоваться своим последним шансом на спасение. Разогнавшись, он врезался в огромное окно читательского зала. Стёкла брызнули во все стороны. Том летел с высоты второго этажа и ничто не могло смягчить его падения.

Удар оглушил его, а боль накрыла волной. В ушах звенело. Последним, что он увидел, было то, как тени, выпадая из рваной раны, несколько секунд назад бывшей окном, распадались в нечто, уносимое грозовым ветром. Гроза бушевала, ливень скользил каплями по его лицу. Он закрыл глаза и провалился в темноту.

Глава 6

1

Гейджа мучила бессонница, сон никак не хотел приходить к нему. Его сильно волновали события последних дней. Лежа в кровати, он смотрел на расползающиеся во все стороны по потолку трещины. Часто вставая, он садился за стол у окна и подолгу вглядывался в ночь.

Он много курил и много думал. Думал о том, что теперь делать. Смерть Энн Мастерс поразила Гейджа до глубины души, он знал Энн и никогда не подумал бы, что что-то может довести её до такого состояния.

Бедная Энн, не надо было бросать её одну после смерти Алекса. Я должен был её навещать, должен был поддерживать её в здравом уме. Но я не знал… Оставшись одна со своим горем, она потихоньку теряла рассудок. И ведь никто из соседей не обратил на это внимания! А визит Тома, похоже, стал последней каплей и спустил курок её безумия. Но я не могу винить в случившемся Шеппарда, хотя, надо признать, этот парень явно притягивает неприятности. Сначала Энн, теперь эти наркоманы, он что специально вляпывается в истории?

Его рассуждения прервал шум в глубине дома. Гейдж жил один, и источником шума мог быть только тот, кто забрался в дом без приглашения.

Взяв из-под кровати ружьё, заряженное мелкой дробью, Гейдж медленно двинулся к источнику шума. Он хорошо знал свой дом и свободно перемещался по тёмным, лишённым света комнатам. Двигаясь практически бесшумно, он стремился остаться незамеченным ночным гостем. Он хотел застать того врасплох.

Источник шума явно находился в гостиной, Гейдж прокрался до конца коридора и заглянул за угол. Окно было распахнуто настежь, столик, стоявший около него, опрокинут, а лампа, бывшая раньше на нём, разбита. Рядом стояла скрюченная фигура неудачливого взломщика. Гейдж выстрелил.

2

Выстрелом Тома отбросило к стене. На него словно накинулись разъярённые осы. Он еле устоял на ногах.

– Чёрт, кэп, а вы-то прикидываетесь божьим одуванчиком…

– Шеппард? Какого дьявола?! Я мог тебя убить!

– И у вас это почти получилось!

Гейдж выпустил из рук ружьё и включил свет. Том выглядел просто ужасно, он был весь в крови и больше всего был похож на ходячего мертвеца. Гейдж подошёл к нему поближе и озабоченно осмотрел его с головы до ног.

– Что с тобой?

– Помимо того, что вы только что нашпиговали меня дробью?

– Серьёзно? Ты можешь паясничать в такой момент?

Том рассмеялся. Учитывая то, как он выглядел, его смех звучал очень жутко.

– Да вы зануда, кэп. Ну что же…если не учитывать то, что у меня в плече арматура, множественные ранения от дроби, стекла и прочей дряни, и, кажется, сломано ребро, то со мной все в порядке.

– Ты просто несносен! Но как бы то ни было…я рад, что ты жив. А теперь…давай обработаем твои раны, а ты расскажешь, что произошло.

– Давно бы так…

Гейдж подошёл к Тому и подставил ему плечо, Том опёрся на него здоровой рукой, и они вместе заковыляли к дивану.

Усадив Тома на диван, Гейдж быстро вышел из гостиной. Через пару минут он вернулся, неся чистые полотенца, бинты, лекарства и большую бутылку спирта. Сложив всё это на диван возле Тома, он принялся осматривать его раны с умением опытного врача.

Он осмотрел плечо и полил спиртом рану. От боли Том крепко стиснул зубы и запрокинул голову назад. Гейдж аккуратно протёр полотенцем область вокруг арматуры.

– Терпи, сейчас будет ещё больнее.

– Очень воодушевляет.

Гейдж ухватился за арматуру покрепче и медленно её вытащил. Сквозь стиснутые зубы Тома прорвался рык боли. Гейдж зажал рану с обеих сторон полотенцами.

– Тебе повезло, что ты не стал вытаскивать арматуру. Ты бы просто истёк кровью.

– Я знаю. Я не сделал этого специально.

Гейдж вскользь осмотрел другие раны, но решил, что плечо сейчас наиболее важно.

– Чёрт, да на тебе живого места нет… Что произошло? Во что ты опять вляпался?

Том во всех подробностях рассказал о том, что произошло в библиотеке. О тенях, о руках, тянущихся к нему из стеллажей, и о мёртвом ребенке…

Гейдж обеспокоенно посмотрел на Тома.

Дьявол, кажется, он бредит… Нужно дать ему ещё обезболивающее.

Том заметил взгляд Гейджа и усмехнулся.

– Не надо так на меня смотреть, капитан. Я говорю правду и я не спятил, хотя впрочем в этом я не так уверен… О, не удивляйтесь, у вас на лице написано, о чём вы думаете. Если я говорю неправду, то как ещё объяснить моё нынешнее состояние?

Гейдж развёл руками. Он был человеком широких взглядов, но он всё же был копом, и поверить в сверхъестественные силы было для него трудноватым заданием, но он полагался на ум и рассудительность Тома. Такой человек как он не стал бы попусту болтать небылицы.

– Ну хорошо. Я тебе верю. Но что случилось после того, как ты, словно полный идиот, выпрыгнул из окна? Как ты сюда добрался в таком состоянии?

– Когда я очнулся, то обнаружил, что уже ночь. Я лежал под библиотекой в луже дождевой воды, смешанной с кровью, и куче стекла. Оказалось, что во время всего этого безумия я умудрился прихватить с собой это.

Том указал пальцем на фолиант.

– Видимо, я так сильно сжимал его в руках, что никакие твари не смогли бы его у меня вырвать.

Гейдж только сейчас заметил массивную книгу в кожаном переплёте, лежащую под окном рядом с перевёрнутым столиком.

– Что это?

– Древний фолиант, описывающий историю культов и оккультизма.

– Зачем он тебе?

– Я подумал, что он может помочь в расследовании. Я собирался его забрать как раз перед тем, как на меня напали.

– Но как же ты всё-таки оказался здесь?

– Я потерял слишком много крови и передвигался с великим трудом. Поняв, что погибну, если не найду помощь, я сразу подумал о вас.

– Надо было думать не обо мне, а о больнице. Ты понимаешь, что мог потерять руку?

– Я рад, что вообще выбрался оттуда. Да и как вы себе представляете поездку в больницу? Что я должен был им сказать? Начни я рассказывать им о том, как на меня напали тени, меня бы мигом упекли в психушку.

– Чёрт, Шеппард! Ты же смог обмануть Слепую Сью, а это не каждому удаётся. Уж можно было придумать какую-нибудь историю!

– Если вы не заметили, я немного не в том состоянии, капитан. Да и какая там может быть история? Как я шёл и упал на арматуру? Или о том, как на меня напали хулиганы с очень оригинальным подходом к тактике устрашения? А если прибавить к этому полицейский значок, то всё складывается вообще идеально!

Гейдж раздражённо нахмурил брови.

– Перестань. Для человека, который не смог бы придумать какую-нибудь историю, в тебе слишком много сарказма.

Том улыбнулся.

– Вполне возможно…

Обработав как следует рану от арматуры, Гейдж перевязал её чистым бинтом.

– Мы говорили с соседкой Мастерс, она утверждает, что видела в окне дома мужчину, очень похожего на Алекса. Это было за неделю до твоего визита.

– После того, что случилось в библиотеке, я начинаю думать, что речи миссис Мастерс были не так уж безумны.

– Думаешь, она не была сумасшедшей?

– Нет, крыша у неё съехала основательно, но теперь я думаю, что у неё были на то причины…

– Ничто не может стать достойной причиной для такого…

Закончив перевязывать руку, Гейдж переключил своё внимание на более мелкие ранения. К счастью во время выстрела на Томе было толстое пальто, оно сыграло роль своеобразного бронежилета, и столь мелкий калибр не смог сильно ему навредить.

– Потерпи ещё немного, нужно вытащить из тебя дробь.

Гейдж взял пинцет и тщательно протёр его спиртом. Полив спиртом раны, он принялся вытаскивать дробинки одну за другой и складывать в небольшую миску.

В другой ситуации Тому было бы невообразимо больно, но боль в плече перекрывала всё остальное. Вытащив все дробинки и осколки стекла, Гейдж принялся зашивать раны.

– Кстати, я бы на твоём месте пока не высовывался. Макклайн собирается повесить на тебя дело Мастерс и того наркоторговца, он обвиняет тебя в обоих убийствах. Я приказал ему заткнуться, но не думаю, что это остановит его надолго.

– С чего вдруг он пришёл к таким выводам?

– Как минимум потому, что ты его жутко раздражаешь.

– Но откуда он знает, что я был в отеле?

– Поверь, судя по описанию, данному хозяином, это мог быть только ты. И я был бы тебе очень признателен, если бы ты рассказал мне, какого чёрта ты там делал!

– Читал.

– Что?!

– Ну…записи Мастерса…вы же знаете.

– И при чём тут наркоманы?

– Они устроили разборки. Пришлось вмешаться.

– И никак нельзя было обойтись без трупов?

– Нет.

Взгляд Тома стал холодным, и Гейджу стало не по себе. Иногда Том пугал его, невозможно было догадаться, что тот выкинет в следующую секунду.

– Мог бы дождаться приезда других детективов.

– А смысл? Они бы только потратили моё время.

– Смысл в том, что Макклайн очень зол на тебя. А эта ситуация предоставила ему шанс подпортить тебе жизнь.

– Но это просто смешно, кэп. Дело никогда в жизни не дойдёт до суда.

– Может и так, но неужели ты думаешь, что только судимость может испортить тебе жизнь?

– Ну что ж, пусть попробует. Это будет даже забавно.

– Может быть и так, но лишь до определённого момента…

Некоторое время они молчали. Гейдж закончил перевязывать Тома. Том первый нарушил молчание.

– Может, поговорим о деле?

– Что ты вычитал в дневнике Алекса?

– Вы как-то взволнованы, кэп. Вы его знали?

– Можно сказать и так. Ну так что?

– Он, как и мы, связал убийства между собой. Кажется, он думал, что тут замешан какой-то культ. К тому же, насколько я могу судить, их прикрывает кто-то сверху.

– Что ты имеешь в виду?

– Мастерс пишет, что каждый раз, когда происходило убийство с ритуальным характером, приходил приказ сверху о закрытии дела. Я не могу придумать более подходящую причину, нежели то, что кто-то прикрывает им зад.

– Шеппард, твои речи сейчас больше похожи на теорию заговора, чем на здравые рассуждения.

– Можете думать, что хотите, капитан, это ваше право, но я чувствую, что прав.

– Как бы то ни было, надеюсь, что ты ошибаешься. Или этот город прогнил больше, чем я думал.

– Этот город прогнил насквозь, кэп. И никакие ваши надежды этого не изменят.

– Ты жесток…

– Я не жесток. Я просто считаю, что вы заслуживаете правды.

– А если я не хочу её знать?

– Вы всё равно узнаете. Рано или поздно. И лучше вам узнать это сейчас. Понять и принять, пока жизнь не стукнула вас этим в тёмном переулке.

Гейдж посмотрел на Тома и почувствовал, что тот знает о чём говорит. Ведь на самом-то деле, Гейдж ничего о нём не знает. Не знает, как сильно потрепала его жизнь. Ему оставалось лишь догадываться о том, что же могло сделать из Тома того, кем он стал.

– Но ведь, если культ прикрывает кто-то сверху, значит, их сеть охватывает весь город…

– Я практически уверен, что так оно и есть.

Гейдж глубоко задумался. Том же спокойно сидел, не мешая ему обдумывать новую информацию. Наконец, взгляд Гейджа стал осмысленным, он снова вернулся в реальность.

– А что, собственно, ты искал в библиотеке?

– Меня заинтересовал способ убийства, да и само место проведения ритуала слегка необычное. Мне кажется, я даже почти уверен, что для своих ритуалов они выбирают самые старые места и здания в городе.

– Если так, то я, кажется, знаю потенциальное место убийства.

– О чём вы?

– Нортвуд.

– Что?

– Поместье Нортвуд. Оно является одним из самых старых зданий города.

– И почему я о нём не слышал?

– Ты в городе недавно, а оно находится на другом его конце.

– Но вы-то живёте здесь давно. Что вы о нём знаете?

– К сожалению, почти ничего. Я знаю лишь то, что там живёт одна из богатейших семей города. И то, что они не особо гостеприимны, особенно после смерти главы семьи.

– Думаете, они смогут помочь мне?

– Не знаю, могут ли они помочь, но, по крайней мере, их стоит предупредить о том, что их дом – потенциальное место преступления.

– И они мне поверят?

– А ты сам как думаешь?

Том скептически посмотрел на капитана.

– Думаю, что если бы ко мне заявился незнакомец и утверждал, что в моём доме произойдёт убийство, я бы выгнал его пинком под зад.

На губах Гейджа впервые за вечер мелькнула улыбка.

– Да, это вполне похоже на правду. Ну…ты хотя бы можешь попытаться вытянуть из них какую-нибудь полезную информацию. Ведь никогда не знаешь, где тебе повезёт.

– Хорошо, тогда я пошёл.

– Куда?! Сядь, ненормальный! Ты даже до конца улицы не дойдёшь!

– Я в порядке. Не стоит тратить время на всякие пустяки.

– Ты идиот. Мёртвым ты ни мне, ни себе не поможешь. Сначала тебе надо окрепнуть. Сам подумай, что ты будешь делать в таком состоянии, если снова попадёшь в экстренную ситуацию?

– Это всего лишь визит в поместье, что может произойти?

– А что могло произойти во время визита в библиотеку? Это ведь всего лишь старое здание.

– Сарказм вам не к лицу.

– Довольно странно слышать это от тебя. Тебе нужно отдохнуть. Останешься здесь на несколько дней. Это приказ.

– Я думал, что избавлен от работы в отделе. Разве ваши приказы не должны были потерять силу?

– Да, избавлен, но я всё ещё твой капитан. И даже если ты бросишь работу копа и устроишься работать мороженщиком, мои приказы будут иметь силу.

Том расхохотался, но боль в ранах заставила его скорчиться.

– А вы куда глубже, чем кажетесь, кэп.

– Останешься здесь и будешь восстанавливать силы.

Гейдж встал и подошёл к окну, чтобы поставить на место столик и убрать осколки от лампы.

– Они тебе понадобятся для… Ооо…

Он поднял с пола фолиант и повертел его в руках. Том с интересом следил за его действиями.

– Что такое?

– Ты знаешь, что это за книга?

– Книга о культах.

– Да, но ты знаешь из чего она?

– Это очень древний экземпляр. Обложка и сами страницы сделаны из кожи. Только самые богатые люди могли себе такое позволить.

– Думаю, что далеко не все богачи могли себе такое позволить. Это не просто кожа…Это человеческая кожа…

– Что?!

Том вскочил с дивана и, несмотря на боль, подошёл к Гейджу и взял из его рук фолиант.

– Вы уверены?

– Уж поверь.

– Но откуда вы знаете?

– Человеческая кожа отличается от других, она мягче.

– Возможно, но откуда вы это знаете?

– Было у нас дело о маньяке, который снимал кожу со своих жертв и шил из неё одежду. В общем, когда мы его поймали…его изделия выглядели именно так, как эта книга. Могу сказать даже больше. Тот, кто сделал это, по-настоящему мастер своего дела. Это очень трудная работа. Он явно мастер и явно психопат.

Том с интересом рассматривал страницы фолианта. После слов Гейджа, он действительно заметил некоторые отличия от обычных кожаных изделий.

Тот, кто это сделал, был не только мастером и психопатом, он был ярым фанатом своего дела.

Обложку покрывали теснённые узоры, а иллюстрациям в книге могли бы позавидовать многие современные картины. В книге описывались истории различных культов. Истории их зарождения и так называемого жития, описания ритуалов и их значения.

– Теперь понятно, почему они выбрали библиотеку…

– Считаешь, фолиант был причиной, а не следствием?

– Сложно сказать, думаю, что за так называемым книжным клубом скрывается нечто большее, нечто более скверное.

Том взял фолиант у Гейджа из рук и вернулся на диван.

– Ты уверен?

– Я уверен лишь в одном: я больше не хочу, чтобы это здание вновь работало, пусть лучше его сровняют с землей.

Гейдж усмехнулся в свои густые усы. Он подошёл к шкафу и достал из специальной коробочки пару сигар. Подойдя к Тому, он протянул ему одну из сигар и сел рядом.

– В этом я с тобой полностью согласен. А теперь давай разместим тебя поудобнее, ведь тебе придется провести здесь некоторое время.

Том закурил сигару и с усмешкой посмотрел на капитана.

– Вы несносны.

– Учусь у тебя.

Гейдж с улыбкой затянулся поглубже и откинулся на спинку дивана.

Глава 7

1

Гейдж поселил Тома в одной из гостевых комнат. Том жил здесь уже два дня, но почти всё это время он провёл во сне или в полубессознательном состоянии. Его тело стремительно восстанавливалось, но на это нужны были силы.

Волнуясь за Тома и опасаясь того, что он может выкинуть какую-нибудь глупость, Гейдж сказался больным и взял несколько выходных, чтобы присматривать за ним. Никто в отделе не спрашивал, куда делся Шеппард и почему его отстранили от работы. Когда он ушёл, все почувствовали некоторое облегчение и не особо стремились узнать, чему они этим обязаны.

Пожалуй единственным, кого волновало местонахождение Шеппарда, был Макклайн. И вот он-то как раз проявлял к этому слишком большой интерес. Гейдж пытался его остудить, но все его попытки оказались безуспешными. Макклайн был твёрдо настроен найти Тома и подпортить ему как можно больше крови.

Он словно был одержим идеей найти Шеппарда. Пытался агитировать людей на поиски Тома и убедить всех, что тот убийца. Это было не похоже на Макклайна, он был сам не свой. Гейдж хотел пресечь все его попытки, но все его приказы и угрозы действовали недолго, и вскоре Макклайн снова выходил из-под контроля.

Всё дошло до того, что тот пытался поднять в отделе самый настоящий бунт, но, к счастью, остальные детективы не разделяли маниакальных взглядов Макклайна. Но и это не смогло остудить его, отсутствие поддержки коллег лишь подстёгивало его к действиям.

Гейджу ужасно не нравилось то, что происходит, но он ничего не мог с этим сделать. Он лишь надеялся, что Макклайн поостынет немного за то время, пока Том будет восстанавливаться, и что у Тома хватит ума не провоцировать Макклайна ещё больше.

2

Том наконец пришёл в себя после очередного долгого сна. Последние несколько дней были для него как в тумане. Он помнил, как пришёл к капитану и как тот помог ему обработать его раны. Но после этого лишь какие-то обрывочные видения. Видимо, всё то время, пока его организм восстанавливался, он был погружен в тяжёлый глубокий сон и совершенно не воспринимал то, что творится вокруг.

Шеппард привстал на локтях и осмотрел комнату, впервые за несколько дней у него появилась такая возможность, он наконец-то находился в здравом рассудке. Просторная и светлая комната, достойная обложки журнала про то, как создать в доме атмосферу уюта и гостеприимности. Он осторожно сел, голова закружилась, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы снова прийти в себя.

Плечо ужасно ныло, но он чувствовал себя определённо лучше, чем два дня назад. И был благодарен Гейджу за это. На тумбочке, возле кровати, стоял большой стакан воды. Том взял его в руки и с жадностью прильнул к нему пересохшими губами.

С другой стороны кровати стоял стул, на котором висели вещи Тома. Поставив стакан обратно на тумбочку, он переполз на другую половину кровати и, порывшись в карманах пальто, извлёк оттуда дневник Мастерса, обретший за эти несколько дней весьма потрёпанный вид.

Он принялся листать страницы, пытаясь найти место, на котором остановился, но раздался стук в дверь, и в комнату вошёл Гейдж.

– Ты, наконец-то, проснулся! Как ты себя чувствуешь?

– В целом неплохо. Вы чем-то взволнованы? Выглядите обеспокоенно.

Гейдж слегка замялся, но всё же ответил.

– Да, так и есть. Кажется, Макклайн решил во что бы то ни стало достать тебя. И никакие приказы не могут его остудить. Я не знаю, что делать.

– Но вы же капитан, в конце концов! Увольте его к чёртовой матери и всё тут.

– И как мне объяснить причину?

– Зачем? Просто сделайте это.

– Том, ты как ребёнок. У меня тоже есть начальство, перед которым я должен отчитываться.

Том издал короткий смешок.

– Отчитываться во всём, кроме того, что касается расследования?

– Расследования, сектантов, тебя и твоих незаконных действий.

– Я думал, вы одобряете мои незаконные действия.

– Я этого и не отрицал.

Он немного помолчал.

– Лучше не забивай пока этим голову. Разберёмся со всеми проблемами позже. Сейчас тебе надо отдохнуть.

– Мне казалось, я спал несколько дней. Этого не достаточно?

– После всего того, что с тобой случилось, я вообще удивлён, что ты выжил. Так что не сочти за труд поберечь себя ещё какое-то время.

– Только если вы настаиваете. А то мне всё это совсем не нравится.

– Да, настаиваю. Мне тоже это не нравится, но у нас ещё будет время во всём разобраться. Ты будешь спать?

– Нет. Я бы хотел немного почитать. Я ведь так и не успел дочитать дневник до конца.

– Только постарайся не переутомляться.

Гейдж на пару секунд задержался в дверях, казалось, он хотел что-то сказать, но передумал. Он посмотрел на Тома и, кивнув, вышел из комнаты, оставив его наедине с собой.

Оставшись один, Том откинулся на подушках и ненадолго закрыл глаза. Как ни странно, вся эта история с Макклайном его нисколько не волновала, он знал, что многие его недолюбливают, и это уже не первая история, когда кто-то хочет свести с ним счёты. У него были дела поважнее, чем утихомиривать какого-то зациклившегося на нём идиота. Снова сев, он вернулся к поискам нужной страницы.

3

21 ноября.

Если мои подсчёты верны, то следующее убийство произойдёт через четыре дня. И я больше не сомневаюсь в своей правоте. Сегодня на улице ко мне подошёл какой-то мужчина и сказал, чтобы я не лез не в своё дело. Я сказал, что понятия не имею, о чём он. На что тот ответил, что предупредил меня. Не знаю, что это было, но с меня достаточно зловещих пророчеств.

Странное предостережение того мужчины говорит о том, что я уже совсем близко. Они боятся меня, боятся того, что я знаю и того, что я ещё могу раскопать.

То, что они так легко прикрывают расследования и то, что они решились открыто угрожать мне, лишь подтверждает мою теорию о том, что у них есть крепкие связи где-то наверху. Они не могли добиться такого сами. Кто-то из властей явно помогает им, и это не сулит городу ничего хорошего.

Меня не пугают их угрозы, я всё равно продолжу копать. Истину нужно вытащить на свет, какой бы уродливой она ни оказалась.

Я навёл кое-какие справки о тех местах, где совершались преступления. Поле, где обнаружили Пугало, находится на территории самой старой фермы города. Вообще все места, выбираемые для ритуалов, относятся к периоду, близкому к основанию города. Их привлекает старина…

Эта ферма в своё время была прославлена тем, что на ней жил известный в округе психопат. Он убивал людей и делал из них огородные пугала. Говорят, он считал, что гнильё привлекает ворон и оберегает урожай от их напастей. Видимо, сектанты выбрали место и способ убийства в качестве некой дани уважения убийце из прошлого.

Меня очень это заинтересовало, и я капнул глубже. Библиотека, где погиб мальчик, раньше принадлежала одному знатному и богатому горожанину, приехавшему откуда-то издалека. У него был так называемый книжный клуб. Вот только местные поговаривали, что это был не клуб, а культ сатанистов.

Это означает, что кто-то, помешанный на истории города, пытается возродить из прошлого все те ужасы, которые похоронило время. Людей всегда тянет к жестокости, к ужасам и мистике, но такое…это уже слишком. Я покончу с этим. Я дал слово своей жене, я дал слово себе. Кто-то должен вытащить город из этого дерьма. И я, чёрт возьми, сделаю это! Чего бы мне это ни стоило!

25 ноября.

У меня осталось меньше суток на поиски потенциального места следующего убийства, но ведь вариантов так много… Я могу не успеть помешать им совершить задуманное. Но я должен…должен успеть.

Тобс сам не свой, словно он знает или, быть может, предчувствует, что должно случиться нечто плохое. Ребята тоже все на нервах, будто все застыли в ожидании беды. Такое чувство, что сам город съёжился в ожидании этого.

Мне кажется, грядёт нечто ужасное. Что-то помимо ритуала, что-то, что повлечёт за собой необратимые последствия. Чудовищные и неотвратимые.

Во всём этом вертятся довольно влиятельные люди, они словно подгребли под себя весь город. Я не узнал ничего определённого, но я точно знаю, что эти убийства как-то связаны со старым поместьем. Завтра я собираюсь нанести туда визит. Надеюсь, это прольёт хоть немного света на то, что происходит.

4

Эта была последняя запись в дневнике Мастерса. Утром 26 ноября он был найден мёртвым недалеко от своего дома.

Том ещё немного задержал взгляд на последних строчках и отложил дневник в сторону.

Они добрались до него прежде, чем он успел узнать правду… Неужели всё действительно настолько серьёзно? Интересно, он узнал нечто особенно важное или того, что он знал, было вполне достаточно для мотива? Старое поместье? Он говорил о Нортвуде? Теперь я точно должен его посетить. Во многих своих догадках я оказался прав, но если бы я дочитал дневник до того, как отправился в библиотеку, я бы смог избежать многих проблем. Но сделанного не вернёшь. Я шёл по его стопам, сам того не зная, я повторял его путь. И теперь я знаю, что этот путь был верным. Нужно поскорее отправиться в Нортвуд. Но Гейдж просто так меня не отпустит…

Откинув в сторону одеяло, он свесил ноги с кровати и попытался встать. Слабость была сильной, но преодолимой. Вскоре он смог встать и сделать несколько нетвёрдых шагов по комнате.

Он приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Гейджа было не слышно, наверное, он был в другой части дома. Тому надо было действовать тихо, потому что, если Гейдж узнает, что он собирается отправиться в поместье, то попытается ему помешать.

Шеппард оделся и собрал по комнате свои вещи. Не нашёл он только одну – свой пистолет.

– Ну, ты и перестраховщик, кэп!

Он обшарил всю комнату в поисках хоть какого-нибудь оружия, но тщетно. Гейдж предвидел такое развитие событий и всё забрал.

Том взял со стула пальто и провёл по нему рукой. В некоторых местах оно было продырявлено дробью и от этого было усеяно небольшими дырочками с неровными краями.

Хорошо хоть пальто чёрное. По крайней мере, не видно, что оно всё в крови. Да уж, в таком виде у меня ещё меньше шансов, что это семейство воспримет мои слова всерьёз.

Он надел пальто и подошёл к окну. С трудом распахнув его, он, морщась от боли во всем теле, перекинул ноги через подоконник и скользнул в ночь.

Гейдж хотел обезопасить Тома и поэтому забрал его оружие, чтобы тот не ушёл, но он допустил две большие ошибки: он не воспринял всерьёз его безрассудность и поселил его на первом этаже…

5

Гейдж сидел в своём кабинете и разбирался с бумагами, когда почувствовал что-то неладное. Он встал из-за стола и, обогнув его, подошёл к большому окну. В темноте за окном чувствовалось что-то тревожное. Что-то было не так.

Он встряхнулся и, отбросив тревожные мысли, пошёл на кухню, чтобы приготовить что-нибудь себе и Тому. Но чувство тревоги не уходило, наоборот, с каждым шагом оно становилось всё сильнее.

Он дошёл до кухни и вытащил из полки пару мисок. Гейдж не обладал особым кулинарным талантом и поэтому разогрел на плите обычный суп.

Разлив суп по мискам, он поставил всё необходимое на поднос и понёс его к Тому. Тревога, не переставая, звенела в его голове. Дойдя до конца коридора, он уже знал, что увидит в комнате. Так и оказалось, открыв дверь, он не увидел ничего. Пусто. Тома нет. Он осторожно поставил поднос на тумбочку.

Гейдж даже не был удивлён. Он знал, что именно так всё и будет, знал с самого начала. Но он надеялся, что отсутствие оружия помешает ему сделать такую глупость.

Гейдж сел на кровать и, закрыв лицо руками, тяжело вздохнул.

– Вот идиот! Такими темпами он себя убьёт!

Он взял первое, что попалось ему под руку (это оказалась подушка) и сердито швырнул в угол комнаты. Он посмотрел в окно и его взгляд всё же смягчился.

– Будь осторожен…

Глава 8

1

Нортвуд стоял на самой высокой точке города и возвышался над ним своим мрачным великолепием. Дом стоял на вершине утёса, а у его подножия бушевало море.

Поместье окружал высокий забор с острыми пиками на вершине. Том подошёл к большим воротам и подёргал их в надежде на то, что они не заперты, но напрасно. Конечно, они были заперты, как же иначе.

В обычном состоянии Том с лёгкостью перелез бы через забор, но с такой рукой его попытка закончилась бы плачевно. Он пошёл вдоль забора, ища какую-нибудь брешь, дыру, подкоп, что-нибудь, позволившее бы ему пробраться внутрь.

Пройдя вдоль забора, он не нашёл ни единого изъяна ограды, зато он обнаружил идеально подходящее дерево. Достаточно высокое, чтобы перелезть через забор, но в то же время достаточно низкое и ветвистое, чтобы он мог беспрепятственно на него залезть. Оно росло очень близко к ограде, и некоторые его ветви свисали с её обратной стороны.

Забраться на дерево оказалось довольно трудной задачей. Плечо ужасно болело, и пару раз у Тома темнело перед глазами. Переходя на другую сторону, он чуть было не сорвался на остриё ограды, но удержался в последний момент, схватившись за ветви. Он удержался от падения, но сильно ударился раненой рукой. Боль пульсировала в плече и никак не хотела уходить.

Спустившись на землю, он остановился немного перевести дух. Он хотел остаться там, пока рука не перестанет болеть, но у него не было на это времени. Поняв, что боль в плече и не собирается никуда уходить, он осторожно двинулся дальше.

От ворот к поместью вела узкая дорога, вымощенная булыжником. Поместье выглядело брошенным. Не было ни малейшего признака того, что здесь хоть кто-нибудь живёт.

Том подошёл к входу в поместье и постучал. Дверь долго не открывали, и Том уже было подумал, что придётся уйти ни с чем. Но дверь медленно отворилась…

2

Дворецкий провёл Тома в большой ярко освещённый холл, обставленный старинной мебелью в викторианском стиле.

В одном из кресел сидел молодой мужчина со светлыми, зачёсанными назад волосами, весь его вид говорил о высокомерии и некой нервозности.

Дворецкий подошёл, почтительно поклонился сидящему мужчине и представил ему гостя.

– Мистер Норвиль, к вам детектив из полиции.

– Благодарю, Слодт, теперь можешь нас оставить.

Он перевёл взгляд на Тома.

– Дариан Норвиль. С кем имею честь говорить?

– Томас Шеппард. Как уже сказал ваш дворецкий, я детектив полиции.

Дариан махнул рукой в сторону одного из кресел, приглашая Тома садиться.

– И зачем же вы к нам пожаловали?

Том сел.

– Я понимаю, это звучит странно, но я пришёл сообщить об убийстве.

– Об убийстве?

Дариан удивлённо посмотрел на Тома.

– Вы правы, это звучит странно. И кого же убили?

– Пока никого, но скоро убьют. И это случится здесь, в поместье. И вы должны помочь мне помешать этому случиться.

Дариан вскочил с кресла.

– Это звучит даже не странно, а совершенно безумно!

– Вы не понимаете.

Том тоже встал.

– Скоро новолуние, и им нужно старое здание…

Дариан взметнул руками и затряс головой.

– Я не хочу ничего слушать, вы псих!

– Послушайте…

– Нет!

Послышались шаги.

– Что здесь происходит?!

По лестнице спускалась пожилая женщина в идеально выглаженном платье и с убранными в чопорный пучок волосами. В её голосе слышались надменность и раздражение.

– Я спрашиваю ещё раз, что здесь происходит?

Её глаза гневно сверкнули.

Дариан отвёл от неё взгляд, и Тому показалось, что на его лице читалась досада.

– Не волнуйся, Элоиза, этот человек уже уходит.

Том, наблюдавший за Дарианом, повернулся к женщине.

– Нет, не ухожу. Я пришёл сообщить, что вы и все, кто находятся в этом доме, в опасности. Этот дом – потенциальное место преступления.

Она возмущённо посмотрела на Тома.

– О чём вы говорите?

Дариан злобно смотрел на Шеппарда.

– Не бери в голову, не надо поощрять его безумные речи. Он. Уже. Уходит. Слодт! Выведите его вон отсюда!

Том не обратил на Дариана никакого внимания.

– Послушайте, это серьёзно. Я детектив полиции. Мы расследуем дело о серийных убийствах. Ваш дом с очень большой вероятностью – место следующего преступления.

Спокойствие Тома ещё больше распыляло Дариана. Он был в бешенстве.

– Слодт! Где ты, чёрт тебя побери?!

Элоиза взмахнула рукой, призывая к тишине.

– Дариан, успокойся, не стоит предпринимать таких поспешных действий. Я уверена, что детектив уйдёт сам и без нашей помощи. Что касается вас…

Она перевела свой взгляд с Дариана на Тома.

– Простите, мой сын несколько не сдержан. Надеюсь, у вас хватит ума оставить нас без лишнего шума. Ваши слова звучат более, чем сомнительно. Уверяю вас, нам ничто не угрожает. Нет никакой причины волноваться за нас. Не будем устраивать из-за вашего предположения охоту на ведьм.

Слова Элоизы рассердили Тома до такой степени, что он забыл про боль в руке.

– Вы поступаете очень глупо и подвергаете свою жизнь опасности!

– Прошу вас, уходите по-хорошему. Не заставляйте действительно просить Слодта выставить вас.

Том устало закатил глаза.

– Вот идиоты…

– Что?! Что вы сказали?! Всё, с меня хватит! Дариан! Выстави его вон!

– С радостью!

Дариан подошёл к Тому и крепко ухватил его за плечо. Рана, только начавшая заживать, снова открылась. Том взвыл и отпрыгнул от Дариана, словно кот. Его зелёные глаза злобно сверкнули.

– Только без рук! Я сам.

Он подошёл к дверям и толчком распахнул их. На последок он обернулся.

– Я вас предупредил…

– Уходите!

Том развернулся и вышел за дверь. Его визит в поместье оказался полным провалом. Он сошёл на дорожку и сделал несколько шагов в сторону ворот. Шеппард хотел затаиться где-нибудь на территории, чтобы потом спокойно исследовать окрестности поместья. Но Дариан вышел на крыльцо, чтобы самому убедиться в том, что Шеппард ушёл. И Тому пришлось двигаться дальше.

Когда Том подошёл к ограде, рядом с воротами стоял Слодт, словно безмолвный страж поместья. Как только Том оказался за территорией поместья, Слодт закрыл за ним ворота и запер на большой висячий замок.

Обитатели Нортвуда явно не были настроены принимать гостей. Взглянув напоследок на видневшийся за оградой особняк, Том пошёл прочь, сопровождаемый мыслью о нерушимости человеческого идиотизма.

3

Шеппард бродил по незнакомой ему части города и не мог заставить себя уехать. Что-то подсказывало ему, что Нортвуд очень важен, но он не мог просто так вернуться туда. Ему нужна была информация об этом месте.

Совершая очередной круг по окрестностям поместья, Том заметил небольшой бар. Его открывшаяся рана ужасно болела, и ему надо было где-то передохнуть. К тому же бар находился недалеко от поместья и, возможно, там могли бы ему что-нибудь о нём рассказать.

4

В баре было темно, но глаза Тома быстро свыклись с этой темнотой. Сам по себе бар был довольно необычен, его обстановка будто переносила тебя на пару десятков лет назад. Видимо, он был открыт уже довольно давно, и со временем в нём не стали ничего менять.

Шеппард сел за барную стойку и окликнул бармена.

– Эй, приятель, налей-ка мне выпить и покрепче.

Бармен обернулся. Это был молодой парень с довольно простым, но симпатичным лицом.

– А не рановато ли для такого?

– В самый раз, уж поверь.

– Ну тогда…

Его рот расплылся в улыбке.

– Чего именно желаете выпить?

– Бурбон.

– Прекрасный выбор.

Он поставил на стойку бокал для бурбона и обернулся к полкам, чтобы достать бутылку.

– Я вас тут раньше не видел, что привело?

– Дело.

– Какое? Уж простите за любопытство.

– Ничего. Я детектив из убойного отдела и меня очень интересует поместье Нортвуд. Вы знаете что-нибудь о нём?

– Нортвуд? А как оно связано с убийствами?

– Это очень сложно объяснить. Если кратко, то это потенциальное место преступления, и мне очень важно узнать о нём как можно больше.

– Если честно, представить Нортвуд местом убийства довольно легко.

Бармен принялся задумчиво протирать бокалы. Том нетерпеливо повертел в руках бокал с бурбоном.

– Так вы можете мне что-нибудь рассказать?

Он залпом осушил бокал, и бармен сразу наполнил его новой порцией спиртного.

– Я знаю о поместье совсем немного. Владельцы особняка – семейство Норвиль – считаются уважаемыми членами общества, хотя и не часто выходят в свет. Может оно и к лучшему, очень уж они высокомерны, всюду суют свою родословную и происхождение. В общем, не самая приятная семейка. После смерти Алтона Норвиля во главе семейства стоит его жена Элоиза, злая и властная старушенция. У неё двое сыновей: Бродерик и Дариан. Старший брат, Бродерик, женат, его супруга Гвендолин безжизненная и болезненная женщина. Я видел её лишь один раз, мне она показалась больше похожей на куклу. Абсолютное безучастие ко всему, никакого личного мнения, лишь время от времени поддакивает мужу. Поговаривают, что она не всегда была такой.

Бармен слегка склонился к Тому и заговорил почти шёпотом.

– Говорят, что в девичестве у неё был любовник, и они хотели вместе уехать, но её отец был против такого союза. Её насильно выдали за Бродерика, а её любовника больше никто не видел.

Том с сомнением посмотрел на бармена.

– Разве в наше время так ещё поступают?

Бармен многозначительно улыбнулся.

– Так поступали раньше и так будут поступать всегда. Люди в сущности не меняются.

– Не могу не согласиться. А младший брат?

– Дариан вдовец, его жена Катарина погибла при невыясненных обстоятельствах. Никто точно не знает, что с ней произошло, все знают только то, что там была довольно мутная история.

– И полиция не стала расследовать это дело?

– Они начали, но очень быстро отказались от этой идеи.

– Вот оно как…

– Да, это было довольно странно, но никто особо не стремился узнать правду. Ещё у них есть дворецкий, Верджил Слодт, тоже довольно мутный тип.

– Да уж… с таким-то имечком…я не удивлён…

– Слодт – образчик английской прислуги, его семейство – потомственные слуги. Он всецело предан Норвилям, и мне кажется, готов ради них на всё. В принципе, это всё, что я знаю.

Том выпил уже пять бокалов, но совсем не чувствовал себя пьяным. Бармен всё время подливал ему ещё, даже не спрашивая, нужно ли это делать.

– А вообще…

Бармен снова понизил голос.

– Если вам интересна более полная история поместья, спросите Бабушку Сову.

– Кого?!

Том непонимающе уставился на бармена, думая, что ослышался.

– Бабушку Сову. О, да не удивляйтесь вы так. Это её так называемое прозвище в городе. Она просто очень мудрая женщина и знает всё, и обо всех. Уж не знаю, кто его придумал, но оно быстро прицепилось. Теперь мы все зовём её именно так.

Он улыбнулся.

– Если кто и сможет вам помочь, то только она. Я дам вам её адрес.

Он достал из-под стойки ручку и, быстро нацарапав адрес на салфетке, протянул её Тому.

– Вот, возьмите, она вам поможет.

– Что ж, благодарю за помощь. Сколько я должен за выпивку?

– Не смешите, детектив. Для представителей закона выпивка за счёт заведения.

– Звучит странно, но спорить не буду.

Он усмехнулся и встал из-за стойки.

– Спасибо за информацию.

– Не за что, только обязательно сходите к Сове, она сможет пролить свет на эту ситуацию. Может, она подскажет, почему поместьем интересуются сатанисты.

Шеппард, который уже развернулся, чтобы уходить, резко обернулся.

– Что?.. Я не говорил о сатанистах. Как вы…

У него закружилась голова, мир перед глазами поплыл.

– Как вы узнали?..

Говорить становилось всё сложнее, он покачнулся и, чтобы не упасть, ухватился за спинку барного стула. Бармен сохранял ледяное спокойствие, казалось, он ничего не замечает. Том не сдавался и с великим трудом продолжал говорить.

– Что вы знаете о…

Черты бармена начали расплываться и у Тома перед глазами всё потемнело…

Глава 9

1

Гейдж был взволнован, он не видел Тома уже несколько дней. Последний раз Шеппард пришёл к нему весь в крови и нёс какую-то чушь про призраков в библиотеке. Гейдж не мог отрицать того, что слова Тома вызвали в нём какую-то внутреннюю дрожь.

Эти истории зацепили его. Конечно, здравый смысл говорил ему, что это всё вымысел, бред воспалённого рассудка. Но, в то же время, он не мог не верить рассказам Тома. В конце концов, Гейдж сам зашивал все эти раны.

Он сидел у себя в кабинете и никак не мог свыкнуться с чувством постоянной тревоги. Ему постоянно казалось, что должно случиться что-то очень плохое, теперь это чувство преследовало его постоянно.

Макклайн всё ещё делал попытки настроить людей против Тома, даже против самого Гейджа, но пока его попытки кончались провалами. Они могли быть и более продуктивными, но людей отталкивало его поведение. Он выглядел слегка безумным, словно был одержим, как будто кто-то внушил ему эту навязчивую идею.

Гейджа утешало то, что пока Макклайн в таком состоянии, люди не станут его слушать. Так что пока Том и их расследование были в относительной безопасности.

2

Том проснулся у себя на диване и долго не мог понять, где он находится. Голова ужасно трещала. Он плохо помнил, что происходило накануне, и совсем не помнил, как оказался дома. Более того, он не мог понять сколько времени пробыл в таком состоянии. Последнее его чёткое воспоминание о том, как он увидел вывеску бара, остальное будто в тумане.

Он встал и, с трудом доковыляв до ванной, умылся холодной водой. Он пребывал в состоянии жутчайшего похмелья, хотя и не помнил почему.

На столе, возле дивана лежала салфетка с каким-то адресом, Том протянул к ней руку, и вдруг его охватило ощущение того, что что-то не так, что что-то изменилось…Он ничего не почувствовал. Рука, та самая рука, которой он ещё совсем недавно еле-еле мог двигать, теперь двигалась практически свободно. Нет, боль не ушла, но она не была такой острой и не проявлялась каждый раз, когда он шевелил рукой. Шеппард осмотрел рану, она словно слегка затянулась, и он никак не мог найти этому объяснение.

Когда Том взял салфетку, в его голове стали вспышками всплывать воспоминания злополучного вечера. Посмотрев на адрес, Том вспомнил всё, что говорил бармен про Бабушку Сову. Не став терять ни минуты, он схватил пальто и запасной пистолет и выбежал за дверь.

3

Шеппард позвонил, и пронзительный звук дверного звонка заставил его сморщиться от боли в голове.

Надо сказать, эта старушка живёт не в самой лучшей части города, здесь полно тёмных личностей.

Дверь открыли почти сразу. На пороге стояла женщина в возрасте. Бабушка Сова совсем не соответствовала представлению Тома. Он ожидал увидеть тихую старушку в платке, которая вяжет носки и рассказывает сказки, но ожидания не подтвердились. Бабушка Сова была совсем не такая. Седые волосы были уложены в высокую причёску, и из неё выбивались несколько чёрных прядей, вместо длинной юбки на ней были узкие брюки, но платок у неё всё же был, точнее цветная шаль, накинутая на плечи. В руках она держала тяжёлую курительную трубку.

Сова совсем не удивилась утреннему гостю и пригласила его войти.

Том поблагодарил и проследовал за хозяйкой дома.

– Бабушка Сова?

Женщина рассмеялась, и Тому показалось, что она несколько моложе, чем показалось ему сначала.

– Это Джереми вас ко мне отправил? Ох уж этот несносный мальчишка! Можете называть меня Виолой.

– Простите, но я не знаю Джереми.

– Вы уверены? Он бармен в одном из городских баров.

– Ну раз так, то моя уверенность слегка пошатнулась.

Она усадила Тома в большое мягкое кресло.

– Не желаете ли чашечку кофе? И, раз уж вы были у Джереми, я полагаю, вы не будете против, если он будет сдобрён небольшой порцией виски?

Она заговорщически ему улыбнулась, и Том, поддавшись её очарованию, улыбнулся в ответ.

– Я даже не буду против, если эта порция окажется не совсем небольшой.

Виола, смеясь, удалилась на кухню. Через некоторое время она вернулась и протянула ему чашку. Том с благодарностью её принял, он надеялся, что это маленькое чудо-средство спасёт его от навалившегося на него похмелья.

Виола села в соседнее кресло и, отхлебнув кофе, закурила трубку.

– Если вы назвали меня Совой, значит, вам нужны какие-то сведения. Что вы хотели узнать?

– Если честно, я пришёл, чтобы расспросить вас о Нортвуде.

Она удивлённо приподняла брови.

– Нортвуд? От чего же такой странный выбор?

– Я детектив и расследую одно дело, мне нужно знать об этом месте как можно больше. И я очень надеялся, что вы сможете мне с этим помочь.

– Вполне…

Она сделала несколько глубоких затяжек. Её взгляд устремился в пустоту, а глаза словно заволокло туманом.

– У Нортвуда очень богатая история. До того, как его купили Норвили, поместье долгие годы оставалось без хозяев. Изначально им владело семейство Рутзен. Анри Рутзен – человек, который спроектировал и построил поместье, он очень гордился своим творением и по окончанию строительства назвал его Нортвуд. Нортвуд был очень красивым поместьем, он был достоянием города. Сейчас же…это лишь пережитки прошлого. Рутзен устраивал роскошные балы и карнавалы для аристократии города. У него был специальный бальный зал, который использовали только во время подобных мероприятий. В остальное же время он был закрыт и не использовался.

Рутзен называл свой бальный зал залом грёз, ведь во время карнавала лица гостей были скрыты масками, и во время танца ты мог представить, что танцуешь с принцессой, с герцогом или даже с лесным разбойником, коварно проникшем на торжество. Это место потакало любым мечтам, люди чувствовали себя счастливыми, а сам Рутзен ощущал себя властелином людских желаний.

Супруга Рутзена умерла при родах, у него было двое детей: сын и дочь. Сын Рутзена был очень набожным молодым человеком и всегда стремился помогать людям. Всем людям, а не только аристократии. Анри Рутзен был добрым человеком, но слишком рьяно уважал звания, он считал, что негоже сыну знатного человека водиться с простыми людьми. Он сказал, что тот может делать всё, что захочет, но только не от имени семьи.

Сын Рутзена не понимал своего отца, но уважал его волю. Он ушёл из семьи и поселился недалеко от города, у реки, он хотел построить церковь простую и маленькую для обычных людей, но у него не было средств. Он ходил в городскую церковь и исповедовался священнику, только тот знал, кто он. Уходя из семьи, Оливер отрёкся от своего фамильного имени и превратился в очередного бродягу, которых вы можете встретить на улицах города. Узнав о том, что хочет сделать Оливер, городской священник решил ему помочь.

Городская церковь была величественна, к тому же, это был единственный храм Божий в городе. Туда ходили и аристократы, и люди более низкого происхождения, но вместо того, чтобы забыть о своих титулах, ступая на порог святого места, аристократия смущала и как бы подталкивала к выходу обычный народ. Священнику это совсем не нравилось, и он был рад, услышав, что Оливер собирается строить ещё одну церковь – только для обычных городских жителей. Он нашёл несколько мужчин, которые с радостью согласились помочь Оливеру со строительством.

Дни Оливера шли в трудах и заботах, и вот на берегу реки выросла небольшая церквушка. Небольшая – не значит простая и обыденная, о нет, она была прекрасна. Небольшое деревянное строение совсем не было похоже на величественный городской собор, но эту церковь очень любили горожане. Там принимали всех, в основном туда ходили люди бедного происхождения, но иногда туда приходили, ища уединения или утешения, молодые люди из знатных семей. Оливер был рад всем и всем был готов помочь. В маленькой башенке у него была келья, он жил там в уединении с Богом и природой.

Анри Рутзен совсем не хотел выгонять сына. Дети – это самое дорогое, что у него было после кончины его жены. Он просил сына, чтобы тот вернулся, но Оливеру нравилась жизнь простого священника. Он утверждал, что простой люд перестанет доверять ему, если узнает, что он из знатной семьи. Он считал, что они решат, будто он над ними насмехается. Оливер не хотел возвращаться в Нортвуд, хотя и тосковал по своим родным. Тогда Рутзен решил провести тайный ход от поместья к церквушке Оливера. Он нанял рабочих и не простых рабочих, а приезжих – он не хотел, чтобы в городе узнали секрет его сына.

Строительство длилось не один месяц, ведь тоннели надо было провести под всем городом. Несколько рабочих погибли под завалами, но строительство было закончено. У реки, около которой была построена церковь, были очень крутые берега. Тоннели выходили прямо на реку, а вход был скрыт росшим там кустарником. По этим тоннелям Оливер мог незамеченным пробраться в поместье отца.

Его сестра, Маргарет, иногда приходила к нему по тоннелям, ей нравилась природа, царившая вокруг церкви, но она никогда не входила внутрь. Она считала, что в разлуке с братом виновата его вера, она ненавидела его веру и эту маленькую церковь. Она пыталась убедить его вернуться домой, пыталась объяснить, что его вера сделает её несчастной, предлагала ему сжечь церковь и забыть всё как плохой сон.

Оливер никогда не обижался на неё, он лишь тихо посмеивался над тем, как воодушевлённо она говорит о разрушении и богохульстве. Он просто не мог на неё сердиться. Несмотря на духовный сан, дарованный городским священником, он просто не мог воспринимать её слова всерьёз.

Огорчённая тем, что брат не хочет её слушать и лишь смеётся над всем тем, что она ему говорит, Маргарет воспылала ненавистью ко всему религиозному.

Рутзена очень беспокоила атмосфера, царившая в его семье. Он боялся, что Маргарет в помешательстве натворит бед, что она неосознанно причинит вред себе или своему брату.

Видя, что не только брат, но и отец не одобряет её убеждений, Маргарет разъярилась ещё больше. Она стала убегать из поместья, чтобы побыть в одиночестве. Её юная душа страдала от преград непонимания, на которые она натыкалась, пытаясь общаться с родными. Она была очень несчастна и очень огорчала этим Анри и Оливера.

Оливер не понимал, зачем сестра сама делает себя несчастной, придумывая преграды там, где их нет. Он очень любил свою сестру и очень огорчался из-за того, что не может с ней общаться, даже не имея на это причин. Он пытался вразумить сестру, объяснить, как безрассудны её убеждения, но каждый раз лишь ещё больше отстранялся от неё.

Анри же убеждал себя, что помешательство Маргарет временное и ему совсем не стоит беспокоиться. Через какое-то время он заметил, что дочь будто стала приветливее с ним, и сам её вид стал менее бледен и болезненен. Она вновь стала радоваться и смеяться. Он спросил у неё, что же изменилось, и она сказала, что у неё впервые за долгое время появился друг. На расспросы же отца, Маргарет отказалась рассказать, кто он. Отец подумал, что она помирилась с братом и просто не хочет сознаваться, что была не права. На радостях он решил навестить своего сына и спросить, как же ему удалось вразумить её.

Оливер очень удивился визиту отца, ведь тот никогда не навещал его, ему самому всегда приходилось пробираться в Нортвуд. Ещё больше он удивился расспросам отца о Маргарет. Он спросил отца, почему тот считает, что они с сестрой опять общаются. Узнав же, что у Маргарет появился друг, он обеспокоился и сообщил отцу, что не знает, о ком идёт речь. Так как Маргарет отказалась назвать отцу имя своего нового друга, Оливер решил разузнать всё сам. Несмотря на непонимание и разногласия, он очень любил сестру и волновался за неё.

Тоннель от церкви вёл прямо в особняк. Чтобы попасть к тоннелю, надо было пройти по подвальным помещениям вглубь особняка. Вход в тоннель был закрыт металлической решёткой, которая была спрятана так, что никогда не найдёшь, если не ищешь. Большинство слуг даже не знали о его существовании.

Не найдя Маргарет в доме, Оливер решил обыскать окрестности. Одна из служанок сказала, что мисс Рутзен каждый день ходит на утёс смотреть на море. Нортвуд стоит на большом высоком утёсе, и до того как Оливер ушёл, они с Маргарет любили сидеть на самом краю утёса и мечтать, каково это бороздить моря и путешествовать по дальним странам. С утёса можно было видеть, как море растворяется в горизонте, а редкие корабли будто исчезают, переносясь в другие миры, взлетая в небо, и растворяются в небесном пространстве. Он и так знал, что, если она не в саду, он найдёт её там.

Она была с ним очень добра и приветлива впервые за долгое время. Оливер спросил, о каком друге она говорила отцу, но она отказалась ответить, лишь сказала, что её друг не хочет, чтобы она рассказывала о нём, но, когда придёт время, он обещал помочь ей убедить брата в том, что он не прав, подчиняясь вере, которую выбрал, что тот, кому он покланяется, недостоин этого.

Оливер лишь покачал головой. Его сестра была отстранённой и будто погруженной в себя. Он решил, что новый друг лишь плод её воображения, что она выдумала его от отчаяния, поглотившего её из-за её же упрямства. Он пытался поговорить, но она всем своим видом говорила, что не расположена к беседам. Её взгляд был мутен, а отвечала она невпопад.

Он взглянул на неё и подумал, как бы ему хотелось знать, что в этот момент творилось в её голове, но лишь ещё раз вздохнул и направился к дому. Он отправился не к себе в церковь, а в кабинет к отцу, он хотел расспросить его о Маргарет. Его очень беспокоило то, что он увидел. Зайдя в кабинет, он сообщил, что не узнал имя загадочного друга, и спросил, всегда ли Маргарет так ведёт себя.

Анри, узнав, что его дочь общается с таинственным незнакомцем, был очень обеспокоен. Даже та мысль, что это может быть просто плод её воображения, совсем не успокаивала его, даже наоборот, беспокоила ещё больше. Он боялся, что её рассудок помутнён и, что это может быть опасно для неё самой. Он рассказал Оливеру, что после их с Маргарет ссоры она стала сначала озлоблённой, а затем апатичной. В последнее время к привычной уже апатии добавились редкие проблески радостного поведения, будто она чем-то обрадована или воодушевлена, а иногда он замечал в её глазах нечто, похожее на безумие. Он не хотел пытаться разобраться в этом, слишком боялся, что его подозрения в помутнении рассудка его любимой дочери подтвердятся, слишком боялся потерять её.

Они решили пока ничего не делать и посмотреть, что будет дальше. Уверенные, что никакого незнакомца не существует, они забыли сделать самую важную вещь, они забыли допустить возможность того, что они ошибаются.

Маргарет ненавидела религию и веру, которые разлучили её с братом, но она любила самого Оливера. И хотя она не могла навещать его, потому что каждый раз их встреча кончалась слезами, она иногда убегала из поместья через тайный ход и прогуливалась в лесу, недалеко от церкви брата.

Однажды в лесу она встретила незнакомца, он был очень красив и таинственен, будто бы был частью природы, окружающей их. Она испугалась, но не могла заставить себя убежать, он словно загипнотизировал её. Не смея сдвинуться с места, она просто стояла и смотрела на него. Он улыбнулся и заговорил с ней, незнакомец был очень приветлив и мил и, казалось, не представлял собой никакой опасности. Это и не удивительно, дьявол всегда выбирает личину прекрасного.

Хочу ли я сказать, что это был сам дьявол собственной персоной? Нет. Но он явно являлся одним из лучших его орудий. Сказочно красив и обаятелен. Ты чем-то похож на него…не обижайся на старую женщину, он был словно из другого мира и всегда знал, как себя подать. Он просто вскружил ей голову, у бедняжки не было шансов противостоять ему.

Виола с нежной грустью посмотрела на Тома.

– Они проговорили много часов, а уходя, он попросил её о новой встрече. Маргарет, конечно, согласилась. Она всецело принадлежала ему уже с той минуты, когда он, повернувшись к ней, приветливо улыбнулся. Он умел покорять сердца, вот только его сердце было черно, как беззвёздная ночь.

Она начала убегать из дома только для того, чтобы встретиться с ним, потом рассказала ему о тайном ходе, чтобы и он мог приходить к ней. Они договорились встречаться поздно вечером на утёсе, под большим дубом. С утёса они наблюдали за звёздами и ночным небом, и Маргарет была счастлива, а он ждал своего часа. Может быть то, что он к ней испытывал, можно было бы назвать извращённой пародией на любовь, вот только любить он в принципе был не способен.

Так они и проводили часы на утёсе, а однажды он спросил её про брата. Маргарет очень смутилась и сначала не хотела отвечать ему, ведь все, с кем она делилась своими мыслями на этот счёт, считали, что она бредит, и пытались переубедить её, насильно заставить изменить свои убеждения. Она не хотела, чтобы её новый друг делал то же самое. Это бы всё испортило, но, когда он, видя её колебания, спросил снова, решила, что уж лучше рассказать, ведь, если он такой же, как остальные, со временем он тоже причинит ей боль. И, если уж этому суждено быть, то лучше уж это случится сейчас.

Но он её очень удивил. Он не только был с ней согласен, но и даже был увлечён этим вопросом в гораздо большей степени, чем она. Он рассказал ей великое множество интереснейших историй и преданий, и поведал, что тот, кому поклоняется Оливер, на самом деле настоящий монстр. Он призывал её вспомнить Святое писание, вспомнить, сколько народу было погублено им, и войны во имя его, войны, прикрываемые лишь религией. А дьявол? Сколько людей были убиты лишь потому, что считали его не таким уж плохим, потому что были не согласны со святошами и их книжками? Он поведал Маргарет о чудесах, которые не подвластны Богу, но подвластны другой стороне.

Сначала она была в ужасе, но она не хотела терять его и, через какое-то время, ей начало казаться не только, что он говорит вполне правдивые и осмысленные вещи, но и что он прав всецело и полностью. Когда он полностью убедил её в своей правоте, то сказал, что хочет познакомить её со своей семьей.

Мы бы назвали это культом сатанистов, но для него это была семья самых королевских кровей, а он в ней был кем-то вроде принца, даже короля. И он хотел сделать Маргарет своей королевой. Общаясь с ним и его, так называемой семьей, она всё больше проникалась духом их веры. Она стала посещать их обряды, участвовать в их ритуалах. Он был ею доволен и хотел, чтобы она родила ему наследника.

Их поженили тёмным обрядом перед лицом дьявола. В тот день и в ту ночь она была самой счастливой на свете. Её семья ничего не знала. Никто до сих пор не знает, как, но они незаметно для Рутзенов расширили тоннели, построили новые ответвления и ходы, а в глубине наткнулись на большую пещеру, свод которой терялся в темноте. Они построили там большой тёмный собор, её муж был одержим мыслью, что раз у церкви есть свои святилища, то и они должны их иметь. Нет, они должны превзойти их.

Эта пещера была священна для сатанистов, а собор был олицетворением тьмы и силы. Они построили в нём колокольню и созывали собрания, совершали ритуалы и даже вершили своё правосудие над провинившимися членами семьи.

Мужа Маргарет звали Ричард, вот уж действительно королевское имя. Ещё в стародавние времена так называли отпрысков королевских семей. Маргарет и Ричард стали править своим подземным царством. Да, в наши времена звучит дико, что кто-то может быть счастлив в кругу фанатиков, которые проводят тёмные ритуалы и приносят в жертву дьяволу невинных горожан, но, если задуматься, Маргарет действительно была.

Выйдя замуж, Маргарет покинула Нортвуд. Анри был безутешен, она просто исчезла. Он собирал целые отряды из горожан, которые прочёсывали окрестности в поисках наследницы дома Рутзен. Они даже подумать не могли, что исчезнувшая девушка живёт с мужем и своей новой семьёй под поместьем. Тем более, что в городе никто не знал про тоннели. Это должно было оставаться тайной так же, как и происхождение Оливера.

Сам Оливер долгое время не знал о случившемся, когда отец наконец рассказал ему, Оливер был крайне обеспокоен. Он слышал, что в городе стали пропадать люди и боялся, что его сестра могла стать очередной жертвой. После пропажи Маргарет, Анри стал жаловаться на сердце, и, боясь за здоровье отца, Оливер решил не делиться с ним своими опасениями. Днём он принимал горожан в своей церкви, а ночью отправлялся на поиски сестры. Он не мог выходить на поиски днём, ведь он был единственным священником у себя в церкви, к тому же люди ведь не знали, что Маргарет его сестра.

Шеппард недоумённо нахмурился.

– Почему же люди, проживя столько лет рядом с семейством Рутзен, не узнали Оливера, когда он вышел за ограду родного поместья?

– Просто люди видят только то, что желают видеть, и замечают только то, что хотят замечать. Таинственный молодой священник без имени и семьи был для них гораздо привлекательнее, нежели отпрыск богатого рода, решивший снизойти до простого народа.

Маргарет была беременна и вот-вот должна была родить. Ричард сказал, что они устроят в честь этого события большое торжество, она должна была родить ребёнка во время великого ритуала. Ричард убеждал Маргарет, что, если они сделают всё так, как он задумал, дьявол возьмёт их дитя под свою защиту.

Слушая вдохновенные речи мужа, Маргарет невольно поддавалась их очарованию. Какая мать не захочет, чтобы у дитя был могущественный покровитель? Маргарет печалило, что её радость не могут разделить с ней Оливер и отец. Она говорила мужу, как тоскует по брату. Ричард был недоволен состоянием духа своей жены. Из-за огорчения от разлуки с семьёй в неё могло закрасться сомнение, а это ему было совсем не надо. Он пообещал Маргарет, что после ритуала всё наладится, что, когда она немного отдохнет от родов, она сможет проведать брата и сама убедится, что его вера была поколеблена, а сам он наконец-то прозрел. Но всё это случится, только если они совершат ритуал. Маргарет всем сердцем любила мужа и всецело ему доверяла. Она дала своё согласие, и Ричард начал подготовку к великому празднеству.

И вот время для ритуала пришло. В последние дни своей беременности Маргарет было тяжело ходить, поэтому почти всё время она лежала в келье в соборе. Когда Маргарет вывели из собора и посадили в круг пентаграмм, началось торжество. Несколько тёмных сестёр принимали роды, остальные члены семьи свершали ритуал. Ричард же взывал к дьяволу с просьбой услышать его и даровать своё благословение этому дитя. Ритуал продолжался несколько часов, но все члены семьи присутствовали на нём. Почти… Помня о своём обещании, данном жене, Ричард послал несколько братьев к Оливеру. Они должны были убедить его в ошибочности его выбора и уничтожить тот единственный символ веры, который был так ненавистен его сестре.

Тёмные братья ворвались ночью в церковь, выволокли Оливера на улицу и бросили в окна горящие факелы. Сухое деревянное строение мгновенно запылало. Оливер вырвался и бросился внутрь, тёмные братья не смогли его догнать, а прыгать за ним в огонь они сочли безумием. Оливер сгорел, пытаясь спасти святые лики, которые приносили ему горожане.

Пожар увидели в городе и всеобщими усилиями потушили. Когда люди зашли в сильно обгоревшую церковь и увидели на полу священника, перевернув его, они обнаружили, что те иконы, до которых удалось добраться Оливеру, целы. Он придавил их собой перед смертью, его тело послужило преградой для огня, и они уцелели. Горожане забрали их, они до сих пор стоят на почётном месте в городском соборе. Уходя из сгоревшей церкви, они обнаружили на стенах дьявольские пентаграммы.

Город объявил эту церковь осквернённым проклятым местом, горожанам было запрещено ходить к столь любимой ими ранее церквушке. Горожане, спасавшие церковь от огня, вернулись в город и направились прямиком к городскому священнику, чтобы рассказать ему о случившемся и передать спасённые Оливером иконы.

Священник счёл своим святым долгом отправиться в Нортвуд и сообщить несчастному отцу о трагедии, ведь только он знал тайну происхождения Оливера. Он нашёл Анри под большим вековым дубом на утёсе, Анри часто проводил там много времени после исчезновения дочери. Когда священник сообщил Анри о случившемся с его сыном, тот тихо сел под дуб, который когда-то выслушал немало тайн и историй его детей, ещё в те времена, когда они были неразлучны. Он закрыл глаза и больше не открывал. Сердечный приступ. В последнее время у него было очень плохо с сердцем. Несмотря на то, какую весть Рутзен получил перед смертью, его смерть в сущности своей была тихой и мирной, и это в каком-то смысле было ему наградой за всё то, что он вытерпел в последний год своей жизни.

Ни Маргарет, ни Ричард не знали о трагедиях, развернувшихся на поверхности, их тёмный ритуал был в самом разгаре. В центре торжества Маргарет проходила все круги ада, пытаясь произвести на свет королевского наследника, а вокруг неё сатанисты бились в религиозном экстазе. Ритуал был почти завершён, ребёнок почти появился на свет, но Маргарет истекала кровью, и тёмные сёстры никак не могли это остановить.

Тёмная королева умерла, подарив своему королю наследника. От криков Маргарет и гула голосов сатанистов, слившихся в ритуальной песне, завибрировала пещера. Даже природа не выдержала безумства, произошедшего в ту ночь. В подземельях Нортвуда случился обвал, говорят, никто из сатанистов не выжил. В ту ночь Ричард потерял всё: семью, жену, сына и саму жизнь.

Некоторые места в нашем городе приносят несчастья, детектив, и Нортвуд одно из них. Это проклятое место и горе тому, кто захочет иметь с ним дело. Поместье долго пустовало, пока его не купила Элоиза Норвиль, не знаю, зачем оно ей понадобилось, может, это была всего лишь женская прихоть, но она совсем не выглядит счастливой. На вашем месте, я бы держалась подальше от этого дела и от этого места. И лучше бы вам послушать мой совет.

Виола выглядела подавленной, и сразу было видно, что рассказ дался ей с трудом и оставил тяжёлый отпечаток. У Тома самого было тяжело на душе, у него было такое ощущение, будто история высасывает из него всю энергию.

– Виола… Я вижу, что вы понимаете, о чём говорите, но не стоит так волноваться. Я коп и смогу о себе позаботиться.

– Вы не знаете, о чём говорите. В случае чего ваш значок вам ничем не поможет.

– Вы расстроены, но разрешите спросить…откуда вы знаете такие подробности? Трудно верится, что эта история передаётся через поколения в том истинном виде, в котором была изначально.

Виола поёжилась, словно от холода, и дрожащей рукой принялась набивать трубку новой порцией табака.

– Меня не просто так назвали Бабушкой Совой, я рассказываю истории, и моя задача знать все их подробности.

– Но вы всё равно не объяснили…

– Потому что вам не следует это знать.

Её голос и движения снова стали тверды, она снова овладела собой.

– Была рада вашему визиту.

– Но…

– До свидания, детектив.

Выражение её лица было непреклонным. Тому ничего не оставалось, кроме как уйти. Он был в смятении. Столь странная история, сопровождаемая ещё более странным поведением Виолы, легла на Тома грузом тяжёлых раздумий.

Глава 10

1

Когда Том покинул дом Бабушки Совы, в нём бушевала буря эмоций. Он узнал больше, чем рассчитывал, но это не могло удовлетворить его, он скорее получил больше вопросов, чем ответов. К тому же его беспокоило что-то в поведении Виолы. То, как она его выставила, явно говорило о том, что она что-то скрывает. Он не мог понять, как она связана с этой историей, но то, что она что-то недоговаривает, было очевидно.

История поместья сама по себе выглядела, как сказка, или городская легенда, но что-то заставляло Тома относиться к ней не как к вымыслу. Он сам на своей шкуре ощутил, что в мире возможно всё. После библиотеки он был готов поверить и в тоннели, и в подземные соборы, и в целый культ сатанистов.

К тому же, он сам был недалёк от того, чтобы прийти именно к таким выводам. Но что-то было не так, что-то не устраивало его в рассказе Виолы. Он был складным. История казалась цельной, даже слишком.

Вопросы навалились на него и давили своим количеством, и единственным местом, где можно было получить ответы, было поместье.

2

Во второй раз путь через забор дался Тому легче, чем в первый. Рука болела намного меньше, и взобраться на дерево для него практически ничего не стоило.

Поместье всё также казалось заброшенным. Если хозяева и были дома, то они старались не покидать особняк. Он вернулся в поместье под покровом ночи. Наверное, Шеппард мог бы беспрепятственно бродить по территории поместья, но он не хотел рисковать. Если его снова выставят, третий раз он сюда уже не попадёт.

Том прошёл по дорожке к поместью, но на этот раз не стал стучать. Его визит должен был остаться незамеченным, ему нужно было найти другой путь в поместье.

Он обошёл весь особняк вокруг, но не нашёл никаких других входов, кроме парадного. Даже окон подходящих не было.

За особняком, среди деревьев, был скрыт небольшой садик с солнечными часами и поильней для птиц. В саду было очень тихо, природа словно уснула вместе с обитателями особняка.

Сад этот был таким же старым, как и особняк, но какие бы тайны там ни хранились, они ничем не могли помочь Тому сейчас.

Том не мог попасть в особняк и не мог найти ничего полезного в его окрестностях. Единственным местом, которое оставалось интересным для Тома, был утёс, о котором говорила Виола. Место, столь часто упоминаемое в её рассказе, просто обязано играть какую-то важную роль.

Вернувшись по тропинке к входу в особняк, он развернулся и пошёл вверх по небольшому склону. На утёсе рос огромный вековой дуб, именно под его ветвями когда-то сидели дети Анри Рутзена. Утёс кончался крутым обрывом, у подножия которого бушевало море.

Шеппард подошёл к самому краю обрыва, чтобы полюбоваться морем, едва различимым в ночной тьме. Он наслаждался видом, но не забывал с какой целью пришёл. Уже собираясь уходить, он вдруг совершенно ясно почувствовал чьё-то присутствие за своей спиной.

Том обернулся и увидел под дубом едва различимую тень. Другой человек бы её даже не заметил, но Том обладал чем-то вроде шестого чувства. После истории с библиотекой он знал, что тени не сулят ему ничего хорошего. Он вынул пистолет и стал медленно приближаться к таинственному незнакомцу.

– Кто ты?

Том пытался разглядеть тень, при этом стараясь подходить как можно осторожнее.

– Если хочешь меня пристрелить, сначала сними пистолет с предохранителя.

Голос был женский и на удивление крайне спокойный.

– Поверь мне, я умею обращаться с оружием. Пистолет всё ещё на предохранителе только потому, что я ещё не решил: пристрелить тебя или нет.

– Ну тогда решай быстрее, я уверена, что и у тебя, и у меня есть дела гораздо важнее.

Тень чуть-чуть подалась вперёд, и Том разглядел молодую девушку лет двадцати трёх. Она представляла собой довольно интересное зрелище. Можно было бы подумать, что видишь иллюстрацию к какой-нибудь мистической книге. Когда она находилась рядом, всё происходящее вокруг казалось нереальным. Будто всё слегка расплывалось.

Несмотря на ощущение нереальности, возникшее рядом с этой девушкой, Том решил, что это всё же не призрак, а человек. И не настолько опасный, чтобы держать её на прицеле. К тому же все мужчины мира не простят ему, если он пристрелит это очаровательное создание. Наверное, он мог бы назвать её ангелом, ведь именно так называют истинных красавиц, однако было в ней что-то такое, особенно в глазах, что хотелось спросить, не жарковато ли там внизу. Да, эта женщина была дьяволицей, и ему хватило всего одного взгляда, чтобы понять это. Он сразу почувствовал, что из-за неё у него будет много проблем, но его неотвратимо тянуло к ней. Шеппард опустил пистолет.

– Убивать тебя я не стану, но имей в виду, что я могу и передумать…

Он усмехнулся, в его хитрой ухмылке было что-то хищническое, а в глазах неестественный блеск. В такие моменты он не терял над собой контроль, был спокоен и точен, но не раз пересекал черту, допустимую обществом, в котором ему, увы, приходилось находиться.

– Договорились. А тебе не кажется, что это ты должен представиться? Ведь это всё же ты влез на чужую территорию. Разве не так?

Она улыбнулась ему такой же хитрой улыбкой. Было совершенно ясно, что она не боится ночного незнакомца, который ещё минуту назад направлял на неё оружие.

Шеппард слегка приподнял бровь. Женщины этого города не переставали его удивлять. И если Виола была стара, то таинственная незнакомка была молода и прекрасна.

– Это тебя не касается. Я детектив и мне кажется, что это ты должна ответить на пару вопросов, потому что моя интуиция подсказывает мне, что ты тоже здесь не по приглашению.

– А ты уверен, что ей можно верить?

– Вполне.

– Тогда я думаю, что буду права, если сохраню право на тайну для нас обоих.

– Почему-то у меня такое чувство, будто я от этого потеряю больше, чем выиграю.

Тому показалось, что её улыбка стала ещё хитрее.

– Такое вполне возможно. Жаль, этого уже не узнать.

– Я так не думаю.

Он хотел подойти к ней ближе, но на каждый его шаг к ней, она делала шаг от него и вскоре совсем исчезла в тени дуба, из которой появилась. Том ускорил шаг и нырнул в тень могучего дерева, но там уже никого не было. Девушка просто испарилась.

Шеппард обошёл дерево вокруг, но не нашёл ни места, где можно было бы спрятаться, ни способа незаметно исчезнуть. Он должен был признать, что поместье снова оставило его ни с чем.

Том словно бродил по кругу, и цикличность происходящего совершенно точно указывала ему на его следующий шаг. Он ещё немного постоял на утёсе, подставив лицо свежему морскому ветру, и начал спускаться к поместью.

Все мои инстинкты говорят мне, что пора навестить Джереми. Кажется, он задолжал мне парочку объяснений и ещё одно похмелье.

3

В баре было темнее, чем в прошлый раз и людей было несколько меньше. Том, даже не глядя по сторонам, сразу прошёл к барной стойке.

– Эй, Джереми, кажется, ты мне кое-что задолжал.

Бармен обернулся и внимательно посмотрел на Тома. В баре было темно, и разглядеть кого-либо было довольно сложно, но вскоре в его глазах забрезжил огонёк узнавания.

– А, это вы! Ну что, сходили к Сове?

– Сходил.

– Ну и как? Получили свои ответы?

– Скорее уж новые вопросы.

Джереми усмехнулся.

– Не уж то всё так плохо? Я думал, история поместья поможет вам в вашем расследовании.

– Я тоже так думал, но это только запутало всё ещё больше. И я подумал, может ты сможешь мне помочь.

– Я? Но я уже рассказал вам всё, что знаю.

– Не совсем… ты рассказал только то, что знаешь о поместье. Возможно, ты знаешь что-нибудь о самих преступлениях.

– С чего вы взяли?

– В прошлый раз ты говорил что-то о сатанистах. Что ты имел в виду?

– Ну…местные думают, что это дело рук какого-то культа, однако, никто никому ничего не рассказывает. Все боятся. Многие просто не хотят видеть то, что происходит у них перед глазами, тем более признавать это.

– Но слухи ходят?

– Конечно. Как бы люди ни боялись, слухи сумеют просочиться всегда.

– И какой из них самый распространённый?

– Люди верят, что во всех этих убийствах виноват некий культ, который расположился где-то в окрестностях Нортвуда. Именно поэтому я упомянул сатанистов в нашу первую встречу.

– И никто не пытается с этим бороться?

– Это простые люди, детектив. Страх сковывает их действия и решения. Они вам не помощники в этом деле. Вы даже не представляете, сколько дел властям уже удалось замять.

– Но как? Как можно заткнуть стольких людей? И главное зачем?

– Да кто его знает. Никто особо и не сопротивлялся.

– Но почему?

– Это просто не имеет никакого смысла. Тебя всё равно заткнут. Все боятся за свою жизнь.

– Ты знаешь что-нибудь, что может помочь мне в расследовании? Ну хоть что-то?

– Ну…есть здесь одна психиатрическая больница. В ней пару лет назад случился бунт, в пациентов словно вселился сам дьявол. В тот день погибло много врачей и ещё больше пациентов. Говорят, в той больнице работал врач, который был членом того самого культа сатанистов. Он безнаказанно исполнял обряды и ритуалы над пациентами больницы, ведь никто не заметит исчезновения парочки психов. Умело подделывая документы и свидетельства о смерти, он заметал следы своих грязных делишек.

Однажды, проводя обряд, он уронил на ткань свечи, и начался пожар. Он сгорел заживо, а демон, которого он призывал, вырвался и захватил в свою власть ослабленные разумы пациентов. Он полностью поработил их, заставил гореть ненавистью и устроить бунт. Пациенты, не отдавая отчёта своим действиям, устроили настоящую резню. Напитавшись энергией и захватив с собой парочку душ, демон вернулся к себе в преисподнюю, а души остальных пациентов не смогли уйти, ведь они были запятнаны демоническим присутствием. Они остались заточены в больнице вместе с озлоблённой душой доктора.

Большинство душ напуганы и безвредны, но некоторые любят пошутить, а как известно, подобные шутки кончаются кровью. Возможно вам будет полезно посетить эту больницу. Это может быть очень опасно, но всё же может принести свои плоды. Возможно, вы найдёте какие-нибудь важные улики. Но будьте очень осторожны. Хотя… это всего лишь городская легенда, детектив. Возможно, не стоит воспринимать её слишком серьёзно.

– Спасибо за информацию, Джереми. Я обязательно ею воспользуюсь.

Том встал из-за стойки. И, перед тем как уйти, внимательно всмотрелся в глаза бармена.

– Надеюсь, ты сказал мне всё.

Джереми лишь улыбнулся в ответ, и Шеппард направился к выходу.

Когда я шёл в библиотеку, у меня не было определённой цели. Больше я такой ошибки не совершу. Теперь я точно знаю, что ищу. Нужно осмотреть место проведения ритуала и рабочий кабинет доктора. Если тот состоял в культе, у него могли остаться бумаги и заметки с какой-нибудь информацией, которая может помочь в деле. Теперь я точно уверен, что это дело рук культа, но как всё это могли замять? Деятельность культа здесь налицо, и это ясно даже чужаку, но местные как будто ничего не замечают. Этот культ должны были уже давно вычислить и истребить. Что-то тут нечисто…

У Тома закружилась голова, и перед глазами вновь начало чернеть.

– Нет… Только не снова…

Глава 11

1

Открыв глаза, Том громко выругался. Он снова был в своей квартире и снова не мог вспомнить, как сюда попал. Эти провалы в памяти и жуткие неоправданные похмелья ему уже осточертели.

– Чёрт бы побрал всё это дерьмо!

Том встал с кровати и огляделся по сторонам. Никаких зацепок, салфеток, наводящих улик, ничего… Ничто не указывало на то, что ему делать дальше.

Он хотел раз и навсегда разобраться в том, что происходит, поэтому быстро собрался и поехал в бар, чтобы выяснить наконец правду.

2

Шеппард стоял напротив бара и в замешательстве смотрел на обветшалые стены и заколоченные окна. Где ещё недавно бурлила жизнь, теперь властвовали тишина и пустота.

Может, я перепутал улицы? Я ведь был здесь только ночью. Нет… это то место, но что здесь произошло? Куда делся бар?

Он огляделся вокруг. В конце улочки он увидел спешащего куда-то мужчину. Было холодно, Том поплотнее укутался в пальто и поспешил догнать удаляющегося незнакомца.

– Эй, приятель, не поможешь?

Том положил руку мужчине на плечо. Тот резко обернулся, в его глазах блеснул страх и нечто звериное, вызванное явно первобытным инстинктом выживания. Он отпрянул в сторону.

Да уж, видимо, этот район действительно кишит преступниками. Люди боятся собственной тени.

Мужчина вопросительно смотрел на Тома. Всё его тело было напряжено, он словно готовился в любой момент сорваться с места и убежать.

Том внимательно посмотрел на мужчину и усмехнулся. Подобная трусость изрядно веселила его.

– Успокойся, приятель, я не собираюсь тебя грабить, я коп.

Мужчина недоверчиво осмотрел Тома с головы до ног. Весь его вид говорил о том, что он ему не верит.

Том снова усмехнулся и полез в карман за значком. Мужчина весь напрягся ещё больше. Казалось, ещё минута и он бросится бежать со всех ног.

– Эй, я же говорю, успокойся. Вот.

Шеппард сунул значок мужчине прямо под нос. Тот слегка расслабился, но напряжение всё ещё сковывало его движения.

– Теперь я могу задать вам пару вопросов?

Мужчина кивнул.

– Простите, детектив, сами знаете, здесь довольно опасно. Надо быть всегда начеку, если хочешь сохранить голову на плечах.

– Понимаю. Мой вопрос может показаться странным, но ответьте, пожалуйста, на него серьёзно.

– Конечно, конечно. Постараюсь помочь, чем смогу.

– Здесь разве не было бара?

Том ткнул пальцем через плечо, указывая на заколоченную дверь.

Мужчина удивленно посмотрел на Тома.

– Да… детектив. Сорок лет назад здесь действительно был бар, но с тех пор это здание пустует. Я могу ещё чем-нибудь помочь? Или я могу идти?

На Шеппарда словно вылили ведро ледяной воды.

Сорок лет… сорок…

Мужчина осторожно потряс Тома за плечо.

– Сэр, вы меня слышите? Я могу идти?

Том очнулся от забытья и поднял взгляд на мужчину.

– Да, конечно. Идите.

Он резко развернулся и пошёл прочь от бара.

3

Виола была мудрой женщиной и, как она сама говорила, знала всё и обо всех. Если кто-то и мог помочь Тому, то только она. Лишь она могла разъяснить ему, что всё-таки произошло, и, может быть, дать ему нужную информацию о больнице. Он надеялся, что Сова любопытна настолько, чтобы быть в курсе планировки здания и более точного описания его предыстории. Он хотел узнать всё, вплоть до незначительных слухов.

Дома не было.

Он даже не оказался заброшен как бар, его просто словно никогда и не существовало.

Какого дьявола…

Ведро холодной воды превратилось в цистерну. Он словно выпал в некую прострацию.

Он возлагал на Сову большие надежды, и исчезновение её дома стало для него ударом в спину.

Оставался только один человек, которому Том мог доверять.

Если и его дом исчез, я пошлю всё это дерьмо к чёртовой матери!

4

Раздался звонок в дверь, и Гейдж, оторвавшись от древнего фолианта, устало поднял очки на лоб и пошёл спровадить нежданного гостя. Но, взглянув в дверной глазок, он передумал и принялся открывать замки.

– Неужели ты научился пользоваться дверью?

Он открыл дверь пошире и, всё ещё держась за неё одной рукой, облокотился второй на косяк.

– Если это так сильно рушит ваше восприятие мира, я могу зайти через окно.

Том кивнул в сторону гостиной.

– Обещаю постараться в этот раз ничего не сломать.

– Да уж, думаю, ремонт обойдётся мне очень дорого. Знаешь, сколько стоила та лампа?

Он улыбнулся.

– Проходи. Как твоё плечо? Лучше?

– Даже слишком. Кажется, здесь не обошлось без сверхъестественного.

– Перестань, Том. Я не отрицаю, что ты столкнулся со сверхъестественными силами, но не стоит искать мистику во всём, что происходит.

Том оголил плечо. Рана почти полностью затянулась. Не стоит и говорить, что она выглядела намного лучше, чем должна была бы выглядеть.

– Святое дерьмо…

Гейдж опустил очки на нос и, внимательно присмотревшись к ране, аккуратно её потрогал.

– Чем ты, чёрт возьми, занимался всё это время? И почему твоё плечо выглядит так, будто его усиленно лечили на протяжении многих месяцев?

– Я не знаю. Честно, не знаю. Теперь моё предположение о мистике не кажется вам таким абсурдным?

Они прошли в гостиную.

Окно Гейдж вставил новое, столик вновь стоял на своём месте, но лампу теперь заменяла довольно причудливая для одинокого детектива ваза.

– Я думал, вы не женаты, кэп. По крайней мере, за всё то время, что я провёл у вас, я ни разу не видел вашу благоверную.

– Ты всё это время провёл в одной комнате и по большей части без сознания.

– Значит, миссис Гейдж всё-таки существует?

– Нет. Но почему ты вообще об этом спросил?

Том кивком головы указал на вазу.

– А, ты про это… Ваза моей жены, но она уже давно не миссис Гейдж.

– Оу, сочувствую, кэп.

– Не стоит.

– Вот и отлично, а то я всё равно не умею это делать.

Гейдж засмеялся.

– И почему это я не удивлён? Да, и не надейся, что я забыл про твой побег. Давай рассказывай, где тебя черти носили всё это время.

Том рассказал о своём визите в Нортвуд, о баре, о Сове, о том, что ему удалось узнать о поместье, и о том, как всё в один миг исчезло.

По большей части Гейдж молчал, лишь изредка задавая вопросы, и, когда Том закончил, он казался полностью погружённым в задумчивость.

– Знаешь, Шеппард, иногда я серьёзно задаюсь вопросом: ты сам притягиваешь к себе неприятности или неприятности притягивают тебя?

– Слишком философский вопрос для меня, кэп. По части самокопания я силён ещё меньше, чем по части сочувствия.

Гейдж вновь рассмеялся.

– Ты ужасный человек, Том.

На губах Шеппарда заиграла хищная улыбка.

– Зато я явно поднимаю вам настроение.

– Тебе не приходило в голову, что это смех отчаяния?

– Ну уж нет, кэп. По части самокопания я, может, и не силён, но в людях я разбираюсь. Лучше расскажите мне, чего добились вы за это время.

– С чего ты решил, что я занимался расследованием?

– Ещё раз повторяю, в людях я разбираюсь.

– Действительно, и зачем я спрашиваю?

Он усмехнулся.

– Что ж, о великий знаток людской натуры, я сосредоточился в основном на прикрывании твоей задницы от Макклайна и изучении фолианта.

В глазах Шеппарда вспыхнул огонь сильной заинтересованности.

– Что удалось узнать? Он содержит какую-нибудь особо важную информацию?

Гейдж укоризненно посмотрел на Тома, но тот, казалось, даже не заметил этого.

– А Макклайн тебя не интересует?

– Не особо.

– Неужели ты не понимаешь, насколько это серьёзно? И речь идёт не только о безопасности расследования. Я говорю о твоей безопасности. Ты правда не осознаёшь, что он может сделать?

Том пренебрежительно отмахнулся.

– Макклайн просто напыщенный индюк. Я сомневаюсь, что он вообще способен на что-то дельное.

– Я бы на твоём месте не стал бы его недооценивать. Это может стать для тебя большой ошибкой.

– Не пытайтесь меня пугать, кэп. За последние пару недель я видел много вещей пострашнее какого-то обозлённого идиота.

– В этом ты, безусловно, прав, Шеппард, но, пожалуйста, обещай мне подумать над моими словами.

– Ладно, если это вас хоть как-то утешит.

– Вполне.

Том внимательно посмотрел на Гейджа.

Для капитана он слишком сильно обо мне беспокоится. Надо быть осторожнее… Такими темпами к нему можно и привязаться.

Он слегка тряхнул головой, словно стараясь освободить голову от лишних мыслей.

– Итак… Возвращаясь к фолианту. Что вы всё-таки накопали?

– Мне казалось, что ничего особенного, но, после того как ты рассказал мне историю Нортвуда, информация, которую я нашёл, кажется мне более полезной.

– И?..

Тома распирало от любопытства.

Гейдж усмехнулся. Иногда Том напоминал ему большого ребёнка.

– Ну… для начала, помимо фолианта, я также прочёл некоторые книги о сатанистах, сектах и культах, пытался собрать как можно больше информации. Упоминания об организованном поклонении Сатане отслеживаются в Европе ещё в средние века. Историки даже свидетельствуют о существовании сатанинского культа при королевском дворе Людовика XIV.

Пик увлечения сатанизмом пришёлся на середину XVII века и охватил высокие светские круги, проявившись в появлении в сатанинских культах чёрных месс, искажении и воспроизведении наоборот христианской евхаристии. В качестве жертв на чёрных мессах сатанистов в то время выступали многие сотни младенцев. Тогда же были разработаны основные сатанинские обряды.

Наиболее распространённая символика, используемая сатанистами, это перевёрнутая пентаграмма – шестиконечная звезда и печать Бафомета – перевёрнутая пентаграмма с вписанной в неё головой козла. В кольцо вокруг пентаграммы напротив каждого луча звезды вписано имя «Левиафан». Скорее всего, мы найдём именно эти символы на каждом месте преступления. Конечно, помимо этих, там было и множество других, потому что каждый ритуал и обряд требует свой собственный набор символов.

Сатанизм не имеет единых обрядовых схем, потому что по сути являет собой совокупность различных организаций, сект и независимых любителей. Основой сатанического культа некоторых сатанинских групп является некое принесение жертвы, под которой понимается не убийство как таковое, а смертные муки любого живого существа. В жертву приносят животных, а также в некоторых случаях имеют место человеческие жертвоприношения. Вместо настоящей жертвы иногда может быть использован её образ, над которым осуществляются магические действия: кукла, фотография, рисунок, письменное или словесное описание. В общем, используют всё подряд. Наши ребята, видимо, из какого-то продвинутого культа со своей особенной идеологией. Правда, сколько бы я ни читал, я не смог понять, с какой именно.

Насколько я понял, они живут вместе, словно некой общиной, но никаких намёков на то, где она должна быть. Очень сложно прийти к чему-то определённому исходя из текста фолианта. Там вроде бы написано понятным языком, но текст словно зашифрован. Видимо, это некая система предосторожности на случай, если книга попадёт не в те руки. В любом случае, мне кажется, они, как птицы, рано или поздно вернулись бы туда, где была община раньше, в так называемое родное гнездо.

Том внимательно слушал, ни разу не перебив Гейджа. Его мозг лихорадочно работал, осмысливая навалившуюся на него информацию.

– Значит, вы считаете, что они всё ещё там, в катакомбах под поместьем?

– Я не могу утверждать это точно, но такая вероятность очень велика.

Том тяжело вздохнул и потёр всё ещё ноющее плечо.

– И что вы предлагаете? Ворваться туда, размахивая значками и пистолетами? Мне очень слабо верится в успех подобной операции.

– Мне тоже. Нет… Я думаю, мы должны собрать побольше информации.

Оба детектива погрузились в задумчивость.

Наконец Шеппард встал и принялся мерить шагами комнату. Гейдж с интересом наблюдал за его метаниями.

– Что тебя гложет?

Шеппард замедлил шаг и остановился напротив капитана.

– Возможно, я знаю, с чего начать…

– Что-то у меня плохое предчувствие.

Том безрадостно улыбнулся.

– У меня тоже.

С минуту они напряжённо смотрели друг на друга.

– Ну и что же ты придумал?..

5

Шеппард сидел на диване и слушал, как в соседней комнате Гейдж разговаривает с начальником пожарной службы.

Том надеялся, что с помощью капитана сможет раздобыть чертежи психиатрической больницы. Он больше не хотел бесцельно бродить по огромному заброшенному зданию, не зная, зачем он пришёл. На этот раз у него была определённая цель, и он очень надеялся на то, что бумаги, которые так его интересуют, не были уничтожены огнём. Любая, даже незначительная на первый взгляд бумажка может стать прочной нитью, ведущей к личностям членов таинственного культа.

Гейдж вернулся в гостиную, бормоча что-то себе в усы.

– Ну что, кэп? Как обстоят дела?

– Бумаги будут у нас через два часа.

– Отлично!

– А ты сомневался?

– Не то чтобы очень, но мне показалось, разговор был довольно напряжённым.

Гейдж фыркнул.

– А ты попробуй объясни, зачем тебе план здания, сгоревшего два года назад.

Том пожал плечами.

– Это надо для расследования. Я думал, у них не должно возникнуть много вопросов.

– Ты даже не представляешь, насколько дотошны бывают люди.

– К сожалению, представляю.

– Очень сомневаюсь, ты ведь у нас избегаешь любого общения.

– И не без причины.

Гейдж выглядел очень напряжённым, и это не ускользнуло от Тома.

– Что с вами? Вы выглядите озабоченно.

– Подожди минуту, мне надо сделать ещё один напряжённый звонок.

Он быстро умчался в сторону кабинета, оставив Тома в недоумении сидеть всё на том же диване.

6

Когда Гейдж вернулся, Том уже изнывал от любопытства. И поэтому, когда капитан показался в дверях, вскочил с дивана и спешным шагом пересёк разделяющее их расстояние.

– Что это, чёрт возьми, было? Кому вы звонили?

– Библиотекарю.

Том молча уставился на Гейджа. Увидев это, тот засмеялся. Но уже через мгновение его лицо вновь приобрело серьёзный озабоченный вид.

– Мне пришла в голову одна мысль… Помнишь те тени в библиотеке?

Шеппард закатил глаза.

– Нет, ну что вы! Конечно, не помню! У меня в последнее время вообще проблемы с памятью. Кстати, не подскажете, почему у меня дырка в плече? А то что-то ноет. Никак не могу вспомнить.

Гейдж нахмурился.

– С тобой совершенно невозможно серьёзно разговаривать.

– К сожалению. Так что за мысль?

– Ты говорил, что пули совсем не причинили теням вреда.

– Так…

– Но что-то же должно вредить этим тварям.

– Все ещё не могу уловить вашу мысль.

– Я позвонил в библиотеку и попросил прислать мне всё, что они найдут о призраках и других сверхъестественных тварях. Любую литературу, в которой может содержаться информация о том, как им навредить.

Глаза Тома вновь загорелись.

– Неплохой ход, кэп, будем надеяться, что это поможет.

Усталая улыбка тронула губы Гейджа.

– Будем…

7

В ранее аккуратной гостиной небольшого дома царил хаос. Повсюду лежали карты, документы и книги. Среди этого хаоса возились, закопавшись по горло в бумаги, два детектива.

– Как дела с книгами?

Гейдж встряхнулся, выбираясь из-под кипы бумаг, и потревоженные им листы взлетели в воздух наподобие некоего праздничного салюта.

– Слишком много информации, и практически ничего дельного. Большинство существ не похожи на тех, что ты видел в библиотеке, самое близкое, что я нашёл, – это призраки. Мне кажется, они подходят больше всего. Думаю, то, что ты видел, – это некий энергетический след, а, проще говоря, именно призраки.

– И как с ними бороться?

– Ну… информации о них много, но я бы и половине не стал доверять. В общем, призраки – это духи мёртвых, по какой-то причине не нашедшие себе покоя в потустороннем мире. Чаще всего ими становятся те, чья смерть была тяжёлой или насильственной. Являются призраки чаще всего своим живым родственникам, хотя нередки исключения. Кроме того, многие из них не сразу понимают, что умерли. Обычно они пытаются привлечь чьё-то внимание, но безуспешно. Что касается защиты от них, тут всё несколько сложно. Убить духа практически невозможно, особенно в нашем случае.

– Почему особенно в нашем?

– Чтобы освободить дух, надо сжечь тело, а в нашем случае… они и так все сгорели.

– Тогда почему они всё ещё там?

– Ну начнём с того, что мы не знаем, там ли они. Это всего лишь слова исчезнувшего бармена и наши предположения. Но если считать всё-таки, что они там, то, возможно, их держит что-то на духовном плане. Скорее всего, они попали в какую-то ловушку. Я не знаю, как их убить, но здесь написано, как можно им навредить.

– Я вас очень внимательно слушаю.

– Прежде всего призраки неустойчивы к соли и не могут переступить дорожку из соли, она считается одним из лучших средств для отпугивания любой нечисти. И железо. Железо призраки не переносят так же, как и соль. А также существуют различные травы, отпугивающие духов. Мне кажется, это может помочь нам.

– И что вы предлагаете? Прийти в больницу, зажечь благовония, насыпать солевой круг и, стоя в нём, размахивать железной палкой?

Надо сказать, Том умел раздражать людей, и капитан не был исключением.

– Дьявол, Шеппард! Я пытаюсь помочь! Лучше расскажи, что нашёл ты!

– Что ж, справедливо. Я изучил материалы по делу о пожаре. Со слов бармена, врач, который нас интересует, проводил эти ритуалы регулярно. Значит, ему нужно было довольно уединённое место, где бы ему не стали мешать. А также он должен был обладать неким особым положением, чтобы беспрепятственно избавляться от тел. Судя по спискам, это, должно быть, доктор Холтэд. У него был нужный уровень доступа, а также своя операционная на цокольном этаже больницы. Это просто обязан быть он. Я бы ставил именно на обыск его кабинета и той самой операционной. Если документы и правда существуют, они там.

Гейдж внимательно всмотрелся в план здания и мельком пролистал список персонала.

– Пожалуй, я соглашусь с тобой. Это…

Он резко замолчал, его взгляд стал отсутствующим.

– Эй, вы что?

Гейдж резко вышел из состояния транса.

– Мне пришла в голову одна идея… Соль…

– Вы придумали переносной соляной круг? Или предлагаете просто разбрасывать её во все стороны?

– Мы можем зарядить ею патроны для дробовика. Оружие против призраков. Ты сможешь подстрелить их теневые задницы.

– Браво, кэп! Звучит неплохо.

Гейдж улыбнулся, и его улыбка показалась Тому весьма зловещей. Но, возможно, причиной тому был хаос, царивший вокруг.

– Кроме того, у меня есть ещё одна идея…

– Придумали, где взять железо?

– Лучше… Придумал, как использовать противопризрачную траву…

Он встал, роняя на пол книги и карты, и вышел из комнаты.

Гейдж вернулся, держа в руках какой-то предмет. Он сел на диван и бросил предмет сидящему на полу Тому, и тот машинально его поймал. Том посмотрел на то, что оказалось у него в руках.

– Твою мать!.. Капитан, вы даже хуже, чем ужасный человек… Вы гений…

Глава 12

1

Когда стемнело, Том взял машину и поехал в больницу. Ехать было не близко, больница находилась почти за городом.

Шеппард доехал до больницы и несколько раз объехал вокруг неё с выключенными фарами. Он не хотел, чтобы его заметили, но в то же время ему нужно было посмотреть, не ошивается ли кто-нибудь рядом. Он ведь не хотел, чтобы его застали врасплох, даже если это будут обычные подростки, решившие получить острых ощущений.

Больницу окружал густой лес, и, несмотря на наличие дорог, в темноте в нём было очень легко заблудиться. Только безумец или отчаянный человек мог пойти на такое. Убедившись в том, что в округе никого нет, Том оставил машину под деревьями, чтобы её никто не заметил, и, взяв с собой всё необходимое, направился к входу.

Окна психиатрической больницы сопровождали его голодным взглядом стеклянных глаз.

Как он и предполагал, на дверях висел тяжёлый крепкий замок.

Хорошо, что я взял с собой болторез.

Повозившись немного, он избавился от замка и, освещая себе путь несуразно большим фонарём, который ему дал капитан, вошёл в здание. Внутри больница пострадала намного больше, чем снаружи. Лестница на второй этаж была уничтожена, везде валялись обломки и обгоревшие останки вещей, ранее принадлежавших пациентам и персоналу.

В воздухе ощущалось присутствие чего-то совсем не доброго, и Том ощутил это, как только переступил порог старого здания.

Рядом с разрушенной лестницей стояла покинутая всеми стойка администрации. На стене за ней висела облупившаяся со временем, некогда позолоченная надпись: «Добро пожаловать в Гэркхэм. Мы всегда рады помочь!»

Теперь они уже никому не смогут помочь. И я начинаю сомневаться, что вообще когда-нибудь могли…

Том вытащил из пальто карту и посветил на неё фонарём. Согласно плану здания, кабинет Холтэда находился на втором этаже.

Лестница была единственным путём наверх, но пройти по ней было совершенно невозможно. Она состояла из двух пролётов и изгибалась вдоль стены под прямым углом. Второй пролёт оказался единственной уцелевшей частью лестницы и находился прямо над административной стойкой.

Поправив висящую за спиной сумку, из которой торчала арматура, и прицепив фонарь на пояс, Том забрался на стойку и, оттолкнувшись от неё, прыгнул на уцелевший лестничный пролёт. Он ухватился за хлипкие перила, и те жалобно скрипнули под его весом. Резкий рывок в тот момент, когда его пальцы сомкнулись на балясинах, напомнил ему о том, что его плечо зажило ещё не до конца. С его губ слетел тихий стон, глухим эхом отразившийся от стен старого здания.

Он подтянулся и перелез через перила. Оказавшись на лестнице, Том сел на ступеньки и прижал руку к плечу, пытаясь унять боль. Когда плечо перестало гореть, он встал и поднялся по уцелевшим ступенькам на второй этаж. Вправо и влево от лестницы тянулись узкие коридоры с чередой дверей больничных палат и кабинетов. Том ни на секунду не задумывался, куда идти, он знал, что эти коридоры представляют собой один большой замкнутый круг, и, куда бы он ни пошёл, он всё равно не пройдёт мимо нужного ему кабинета.

Стены коридора были черны от копоти и казались такими ветхими, словно вот-вот обвалятся. Том быстро шёл по коридорам, и мимо него проносились двери бесконечных больничных палат. Комнаты с голыми стенами, всей мебелью которых были неудобные железные койки, закрывали глухие тяжёлые двери с маленькими окошечками, предназначенными для наблюдениями за пациентами.

Шеппард бросал по сторонам быстрые взгляды, ища глазами нужную ему дверь. Проходя мимо одной из палат, он заметил внутри какое-то движение. Резко остановившись, он сделал несколько шагов назад. Осторожно приблизившись к двери, он заглянул в маленькое окошко. В палате на койке сидел человек в больничной одежде.

Вытащив арматуру, Том толкнул дверь и вошёл в палату. Он был готов к нападению, но мужчина не двигался, лишь неподвижно сидел и с опустошённым взглядом смотрел в пространство. Шеппард подошёл поближе, все ещё сжимая в руках арматуру. На лбу у мужчины был шрам, видно, при жизни его подвергли лоботомии. Это доказывало, что то, какими люди станут после смерти, напрямую зависит от того, какими они ушли в мир иной.

Призрак не подавал никаких признаков активности, и Шеппард решил поскорее убраться подальше. Он возобновил свои поиски, удаляясь всё дальше по коридору. Всё чаще ему стали попадаться палаты с пациентами, и всё меньше из них походили на овощи. Несколько даже оказались буйными, но Том успел вовремя запереть двери.

Завернув за очередной поворот, он наконец-то увидел нужный ему кабинет. Из-за пожара дверь покосилась, и, чтобы открыть её, Тому пришлось приложить немало усилий.

Кабинет выглядел так, словно его покинули совсем недавно. Даже то, что огонь практически уничтожил половину комнаты, не могло прогнать ощущение того, что хозяин кабинета может вернуться в любой момент.

В уцелевшей части комнаты стояли массивный письменный стол и большой книжный шкаф. Шкаф был заставлен истёртыми и обгоревшими изданиями дорогих энциклопедий по психологии. Том лишь мельком взглянул на них и сконцентрировал всё своё внимание на столе.

Стол был единственной вещью, никак не тронутой пожаром, словно даже огонь брезговал прикасаться к нему. На столе были разбросаны бумаги: документы, карты пациентов, записи – всё осталось там же, где его когда-то оставили.

Шеппард пролистал карты пациентов. Имена, болезни и методы лечения слились в одну вереницу безумия. Рядом с картами лежали деловые договоры и личные записи врача. На столе царил хаос.

В ящике стола, помимо больничных бумаг, он нашёл небольшую книжку с заломанными углами и истёртым корешком. Было сразу видно, что ею очень часто пользовались. Все страницы были исписаны витиеватым почерком Холтэда.

Ещё один… Дневники явно стали очень популярны…

2

Никто здесь не понимает мои исследования. Невежественные ограниченные люди. Когда я совершу переворот в психологии, они наконец-то оценят совершённую мной работу. Я докажу им всем, как сильно они ошибаются!

Коттон был прав. Главное – устранить очаг инфекции, и вот тогда мои труды окупят себя. Эти невежды наконец признают мою правоту. Несмотря на то что многие стали забывать его исследования, Генри Коттон был великим человеком! И я докажу, что все те, кто считал его методику безумной, ошибались. Все они ошибались. Все они ошибаются и сейчас. И мои эксперименты докажут это!

Эйлин стала нервной. Мне кажется, её вера в наше дело слабеет. Но выбирать не приходится. Сейчас так сложно найти толковую медсестру… Не могу понять, не то её смущают проводимые нами операции, не то способы финансирования.

Я мог бы понять её негодование, но я твердо убеждён, что эти новые лекарства действительно помогают пациентам. Даже в случае неудачного применения препарата это неоценимый вклад в медицину. Не говоря уже о том, как сильно деньги с испытаний помогают моим исследованиям…

Вчера привезли очередную партию детей, которым требуется лоботомия. Если всё пройдет хорошо, уже через пару дней их родители получат назад своих детей. Более спокойных, более податливых, более усидчивых…

3

Том с отвращением закрыл дневник.

Эти записи просто-таки провоняли безумием…

Он уже не видел необходимости продолжать чтение. Всё говорило о том, что Холтэд был не менее безумным, чем его пациенты, а может, и более. Отодвинув дневник в сторону, он продолжил копаться в бумагах.

Раздался грохот, Тому показалось, что даже пол затрясся у него под ногами. Он быстро сгрёб со стола все бумаги и сунул их в сумку. Потом они могут ему пригодиться.

Надо выбираться, если я хочу осмотреть ещё и операционную. Этот грохот мог быть чем угодно, нужно быть внимательнее…

Он подошёл к выходу и тихо толкнул дверь кабинета. Немного приоткрывшись, дверь остановилась, упёршись во что-то твёрдое. Том толкнул сильнее, но ничего не изменилось. Дверь заклинило.

Шеппард взглянул в образовавшуюся щель. По коридору летела пыль вперемешку с пеплом. Всюду валялись обломки. С ужасом Том начал понимать, что произошло.

Потолок…

В коридоре случился обвал, и Том оказался замурован в кабинете.

Он закрыл глаза и стал лихорадочно думать, стараясь не поддаваться панике.

Дверь покосилась и прохудилась из-за пожара. Значит, теоретически её можно сломать. Но лишь если обломок потолка подпирает дверь только снизу. Так что, прежде чем расшибаться об эту дверь, нужно проверить, насколько её завалило.

Он открыл глаза и вновь заглянул в щель. Она была небольшой, но Том вполне мог бы просунуть в неё руку. Что он и сделал.

За дверью были сплошные обломки. Удивительно, что её вообще не завалило полностью. Том уже собирался убрать руку, когда что-то сильно потянуло её с другой стороны.

Он резко дёрнулся назад и, вырвав наконец руку из лап неизвестной угрозы, распластался на полу.

В щели появилось обгоревшее, перекошенное злобой лицо с налитыми кровью глазами. Существо неотрывно смотрело на Тома. В его глазах читались боль и ярость.

– Ох, чёрт!

Том захлопнул дверь, спеша избавиться от зловещего существа, и постарался убраться от него как можно дальше. На мгновение он даже забыл, что из этого кабинета нет выхода.

Оказавшись около стола, он стал озираться вокруг, ища хоть какой-то намёк на тайный проход или какой-нибудь другой способ выбраться. К нему снова вернулась трезвость мысли.

Дверь заблокирована, на окнах – толстые решётки, и ни малейшего намёка на потайной ход. Том уже начал отчаиваться, думая, что проведёт здесь остаток своих дней.

Идя вдоль стены, он методично постукивал по ней арматурой, пытаясь найти полость в стене или хотя бы стену, сильно пострадавшую от пожара.

Проверяя очередную стену, он различил еле заметный запах дыма, который с каждой секундой становился сильнее. Том резко обернулся. Весь кабинет пылал.

И это был не лёгкий пожар, который он мог бы затоптать или затушить с помощью пальто, а настоящее адово пламя. Огонь расползался по стенам, в комнате стоял невыносимый жар. Но хуже всего был удушающий угарный газ, который забивался в лёгкие и мешал соображать.

Том принялся яростно и с удвоенной скоростью стучать по стенам. Арматура вгрызалась в твёрдую поверхность, но лишь слегка повреждала её.

На противоположной стене огонь собирался в большой овал. Именно эта стена находилась в эпицентре пожара, и именно она могла разрушиться под напором Шеппарда. Но из-за огня он не мог подойти к ней. Воздух раскалился настолько, что стоило ему подойти, и он тут же зажарился бы до хрустящей корочки.

Том попытался приблизиться к пылающей стене, но жар отбросил его назад, его пальто загорелось. Ему удалось его потушить, но он не обратил на это особого внимания. Осознание того, что ему не суждено выбраться, острой болью пронзило его разум.

Он задыхался.

Воздуха не осталось.

Весь кислород выжгло огнём, и его место заполнил угарный газ. Том, не переставая, кашлял и старался защитить лёгкие, дыша через плотную ткань пальто. Но ничего не помогало, дыма было слишком много.

Внутри всё горело. Перед глазами расплывались очертания комнаты.

Он пытался удержаться на ногах, упираясь рукой о стену, но вскоре тело перестало слушаться его, и он упал на пол.

Том не мог даже пошевелиться, он почувствовал, что начинает отключаться.

Никогда не думал, что конец будет таким…

Он рассмеялся. Тем самым зловещим смехом умирающего человека.

Однако всё резко закончилось.

Том начал жадно глотать свежий воздух. Когда он наконец надышался, то смог перевернуться на спину и посмотреть по сторонам.

Огонь исчез вместе с дымом. Кабинет выглядел так же, как и тогда, когда Том впервые пересёк его порог.

Немного придя в себя, он смог встать на ноги. Голова ещё кружилась, но вещи уже перестали прыгать по комнате.

Шеппард нашёл свою арматуру, отлетевшую в сторону при падении, и направился к стене, которая пылала в его видении.

Призрак за дверью не унимался, он выл и колотил в дверь.

– Да заткнись ты уже!

Он подошёл вплотную к стене и резким движением всадил в неё арматуру. Под ударами арматуры стена практически крошилась, разваливаясь на куски. Вскоре в стене зияла дыра, формой очень напоминающая огненный овал, который он видел в своём видении.

Шеппард влез в образовавшийся проём и оказался в тёмной, мрачного вида комнате. Вдоль стен тянулись длинные металлические шкафы с множеством ячеек, посреди комнаты стоял большой хирургический стол. Спеша выбраться из кабинета, Том, сам того не осознавая, с большим рвением пробирался в морг.

У него вырвался нервный смешок.

Морг? Да неужели? Хотя… учитывая все последние события, пора перестать удивляться. И всё же… очень странное место для морга… второй этаж, узкий коридор, в котором довольно тяжело протолкнуться с каталкой. В этой больнице всё как-то не так, как надо…

– Как и везде в этом городе.

– Кто здесь?!

Том посветил по сторонам фонарем.

– Наверно, послышалось…

Ты сам-то в это веришь?..

Конечно, нет.

В морге Шеппарду было не по себе, и он поспешил убраться оттуда как можно скорее. Дверь оказалась не заперта, и ему даже не пришлось прикладывать никаких особых усилий.

Выбравшись в коридор, Том огляделся по сторонам. Часть коридора была полностью завалена, и через неё невозможно было пробраться. Если бы коридор не был замкнутым, ему бы пришлось навсегда остаться в этой больнице. Злобный дух исчез. Том надеялся, что тот остался с другой стороны завала и не будет пытаться его преследовать.

Встреча с озлобленным призраком заставила Тома быть ещё осторожнее. Ступая по тёмному коридору, он постоянно осматривался и старался держаться подальше от палат, избегая встречи с любыми потусторонними силами.

Добравшись до разрушенной лестницы, он стал спускаться по невидимым в темноте ступенькам. Он шёл, смотря под ноги, чтобы ненароком не зацепиться за что-нибудь.

Том подошёл к краю лестницы и посветил фонарём вниз, ища наиболее удобный способ спуститься.

Сначала у него по спине пробежал холодок, но уже через мгновение на него навалилось чувство полного безразличия.

Да пошло оно всё…

Весь зал первого этажа был заполнен потерянными душами, и практически все из них вели себя агрессивно. Заметив Тома, они двинулись к нему.

Коридор позади него никуда не вёл, отступать было некуда, некуда было бежать.

Том вытащил дробовик и передёрнул затвор.

– Давайте, сволочи! Подходите! Здесь всем хватит!

Звуки выстрелов разносились по всей больнице. Призраки появлялись на лестничной площадке и тут же исчезали, получив заряд соли.

– Ловите, ублюдки!

Том вытащил из кармана дымовую гранату и кинул в толпу.

Модифицированная ночью с помощью капитана и напичканная разной антисверхъестественной травой дымовая граната возымела на призраков сильное действие.

Зал наполнился криком. Том отступил назад, прикрывая лицо руками, чтобы защититься от дыма, расползающегося во все стороны.

Вскоре Шеппард снова огляделся по сторонам. Дым рассеялся, а вместе с ним исчезли и призраки.

Том свесился с края лестницы и осторожно спрыгнул вниз, стараясь не зацепиться за торчащие из разрушенных ступеней железные прутья.

Внизу было неестественно тихо. Тишина словно давила на уши. Он ещё раз достал карту и, сверившись с планом, направился к узкому боковому проходу, ведущему в другое крыло больницы.

Проход привёл его в ещё один зал, значительно меньший, чем первый. В углу зала виднелась неширокая лестница вниз, круто уходящая под землю. От зала во все стороны тянулись узкие тёмные проходы.

Том зашёл в зал и уже было двинулся к лестнице, когда краем глаза заметил движение в одном из тоннелей. Он быстро выключил фонарь и нырнул в самую глубокую тень, находящуюся поблизости. Без фонаря практически ничего не было видно, но Том всё равно разглядел большой темный силуэт, вышедший из одного из тоннелей.

Глаза Шеппарда немного привыкли к темноте, и силуэт превратился в очень крупного мужчину, казалось, целиком состоящего из мускулов. Он не был похож на обычного пациента и громко злобно дышал.

У Тома в голове мгновенно промелькнул заголовок одной из газетных статей, которые он прочёл, изучая больницу.

«Лечебница имени Уильяма Гэркхэма – лечебное заведение для простых людей или приют для душевнобольных преступников?»

На взгляд Тома, заголовок хромал, но отлично привлекал к себе внимание. Он уже почти не сомневался, что перед ним именно один из пациентов Гэркхэма, вызвавших в своё время такое волнение местной прессы.

Он стоял в тени и ждал, пока мужчина не скроется в одном из проходов. Ему совершенно не хотелось сталкиваться с озлобленным духом преступника из прошлого.

Когда призрак наконец-то ушёл, Том пересёк комнату и стал медленно спускаться в подвал.

4

Он ожидал, что сразу попадёт в операционную, но перед ним снова были тоннель, сырые бетонные стены и сводчатый потолок. В конце тоннеля виднелась большая железная дверь.

Со всех сторон Тома окружали карцеры. Когда-то в них содержали особо буйных пациентов, но он не сомневался, что туда также нередко попадали люди, которых Холтэд держал для своих опытов.

Шеппард прошёл мимо карцеров и распахнул двери операционной. Затхлый воздух ударил ему в лицо, и он невольно закашлялся.

Он инстинктивно провёл рукой по стене и нащупал холодный выключатель. Зажёгся тусклый свет. Как ни странно, но под землей, в отличие от поверхности, ещё оставалось электричество.

Если это не очередная галлюцинация…

Шкафы и столы с инструментами, металлический стол. Всё как и полагается для обычной операционной.

Кроме одного.

В шкафах рядом с инструментами стояли банки, в которых плавали забальзамированные человеческие органы и конечности – видимо, продукты так называемых опытов доктора.

В одной из стен виднелся обугленный проход, который некогда, видимо, был тайным. За проходом была небольшая комната, в середине которой также стоял большой металлический стол, но искорёженный пожаром намного больше, чем первый. Перевёрнутая тележка и пятна там, где когда-то было неисчислимое количество свечей.

Именно в этой комнате Холтэд проводил свои ритуалы. Наверное, один из них вышел из-под контроля… Комната загорелась, а затем огонь перекинулся на остальное здание…

Он обвёл комнату взглядом.

Здесь всё сгорело, не осталось ничего полезного для расследования…

Он почувствовал тупую боль от удара по голове. Пока он осматривал комнату, кто-то подкрался сзади.

5

– Просыпайся, детектив. Я так рад, что ты заглянул к нам.

В голове всё ещё был туман, но Том уже начал приходить в себя. Голова ужасно болела, вокруг царил полный мрак. Он попробовал пошевелиться, но почувствовал, как по всей поверхности тела в него впиваются ремни. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что он пристёгнут к операционному столу…

В глаза ударил яркий свет. Том инстинктивно зажмурился. Вскоре свет стал не таким невыносимым, и он открыл глаза. Над ним склонилось обгоревшее лицо врача, безумие искрилось в его глазах.

– Холтэд…

Холтэд довольно улыбнулся, и от этого движения мышц с его лица посыпался пепел.

– О… Я рад, что ты меня узнал. Значит, мои труды не пропали даром. Значит, моё имя всё ещё живо.

Том ещё раз дёрнулся, стараясь освободиться от ремней.

– Конечно, живо. Все знают тебя как законченного психопата и безумца.

– Не стоит, детектив, так разговаривать с тем, от кого зависит твоя жизнь. Если ты ещё не заметил, ты полностью в моей власти.

Холтэд угрожающе сощурился, осыпая Тома новой порцией пепла.

– Я с интересом наблюдал за твоими продвижениями по больнице и пришёл к выводу, что твоя проблема в том, что твой разум слишком болен, чтобы принять истину, чтобы понять её.

Он отошёл от Тома и стал рыться в одном из шкафов, стараясь что-то найти.

– Мой разум в порядке. Чего не скажешь о твоём.

Найдя всё, что искал, Холтэд вернулся к Тому и стал прицеплять что-то к его голове.

– Знаешь, я даже рад, что твой мозг нуждается в спасении. Это даёт мне шанс продемонстрировать тебе всю мощь моего метода.

– Чокнутый ублюдок! Развяжи меня!

Том всё с большей яростью вертелся, пытаясь выбраться из ремней, сковавших его движения. Холтэд, казалось, вообще не обращал на это внимания.

– Генри Коттон верил, что умственная болезнь напрямую связана с болезнью тела, что стоит вылечить очаг инфекции, и это решит все проблемы мозга. Это был величайший врач, и я верю его исследованиям. Я сам неоднократно убеждался в их действенности, проводя свои собственные опыты. И, хоть я полностью убежден в его правоте, я считаю, что этот метод не первое, к чему стоит прибегать при лечении. В твоём же случае… что же… я думаю, стоит начать с чего-то не столь радикального. Я уверен, всего один толчок в правильном направлении, и ты встанешь на путь истинный.

Холтэд отошёл от Тома и подсоединил провода к странному аппарату.

Взгляд Шеппарда метался из стороны в сторону. Холтэд. Провода. Аппарат. Снова Холтэд. Снова провода.

Он изо всех сил старался понять, что его ожидает. Вдруг понимание происходящего нахлынуло на него волной. Его глаза расширились от ужаса.

Провода… ток… ШОКОТЕРАПИЯ…

– НЕТ! Нет! Неееет!..

Он стал брыкаться с новой силой.

Холтэд смотрел на старания Тома и упивался его беспомощностью. Он подошёл ближе и попытался засунуть ему в рот небольшую пластиковую трубку.

– Нет!

– Ну-ну. Не упрямься. Мы же не хотим, чтобы ты себе что-нибудь откусил.

– Что?! Ах ты чёртов… хмммф…

Трубка скользнула Тому в рот, и он сразу же попытался избавиться от неё.

Холтэд назидательно покачал пальцем.

– На твоём месте я бы этого не делал…

Он повернулся к аппарату и принялся крутить ручки настроек.

– Итак… Начнём с самой маленькой дозы, она никак не должна повлиять на твой мозг, но зато ты сможешь привыкнуть к этим ощущениям. Так сказать, подготовить себя…

Холтэд дёрнул за рубильник. Тома прошиб электрический ток. Он выгнулся, ремни натянулись. Зубы изо всех сил впились в трубку.

Видя это, Холтэд расхохотался и вернул рубильник в исходное положение.

– Ну же, детектив, не преувеличивай! Мы только начали, это были лишь детские шалости. А вот теперь… будет больно…

Он выкрутил ручки настроек на максимум. Том мутным взглядом следил за его движениями.

– Надеюсь, ты готов к новой жизни. Надеюсь…

Раздался звук выстрела. Холтэд замер. Во все стороны полетел пепел. Он опустил взгляд на Тома, в его глазах ютились гнев и некое сожаление, словно он сожалел, что ему не дали закончить его эксперимент. В следующую секунду врач исчез.

Немного поодаль от того места, где только что стоял Холтэд, Том увидел женщину в медицинской форме и с его дробовиком в руках.

Том всеми силами старался сконцентрировать на ней взгляд, но она всё равно расплывалась. Он мотнул головой, пытаясь справиться с последствиями терапии, но от этого у него только сильнее закружилась голова. Женщина подошла к нему и торопливо стала отстёгивать ремни.

– Успокойтесь, это скоро пройдёт. Вставайте скорее, он скоро вернётся.

Она помогла ему сесть, и он, свесив со стола ноги, замер, привыкая к вертикальному положению и стараясь прийти в себя.

– Вы… вы Эйлин?

Его голос звучал очень тихо, каждое слово давалось ему с большим трудом.

Она холодно посмотрела на него.

– Откуда вы знаете моё имя?

– Холтэд писал в своих записях, что он чувствует, как вас раздирают сомнения по поводу его деятельности.

– К сожалению, эти сомнения пришли слишком поздно…

Она сморщилась, словно от боли. Подняв с пола сумку с документами, она швырнула её Тому.

– Вот. Забирайте и проваливайте отсюда.

Том с интересом посмотрел на её суровое лицо.

– Я могу чем-то помочь тем, чьи души застряли в лечебнице?

Она какое-то время молчала, словно борясь с эмоциями. Но, когда она заговорила, голос её звучал неестественно спокойно.

– Сожгите её ко всем чертям. Вы получили всё, что хотели. Теперь убирайтесь.

6

Добравшись до машины, Том оглянулся. Языки пламени вырывались из окон больницы. В всполохах пожара виднелись тёмные надгробные плиты, окружающие больницу. Когда-то на территории больницы было кладбище, на котором хоронили погибших пациентов.

Интересно, сколько из них стали жертвами экспериментов Холтэда?

Лес вокруг больницы на какое-то время скроет огонь от горожан. Будем надеяться, что огню хватит времени уничтожить этот рассадник зла.

Том хмуро посмотрел на лес, росший вокруг больницы.

И что огонь не перебросится на деревья…

Он хотел было открыть дверцу, но почувствовал за спиной чьё-то присутствие. И успел повернуться как раз вовремя, чтобы заметить за деревьями тень. Там кто-то был.

Недолго думая, Том кинулся вслед за тенью. Тень была быстра, но Шеппард оказался проворнее. Он сбил с ног человека, следившего за ним, и они кубарем покатились по траве.

Но Том не рассчитал своих сил. После манипуляций Холтэда его тело было ослаблено, и мужчина в чёрном балахоне стал брать верх в их схватке. Сатанист извлёк из многочисленных складок своего балахона кинжал и приставил его к горлу Тома.

– Я говорил им, что ты опасен, что слишком много знаешь. Говорил, что тебя надо убрать. И я был прав.

Он надавил на кинжал, и Шеппард почувствовал, как по шее заструилась кровь. Том упирался рукой в руки противника, стараясь сдержать его, но тот был сверху и давил на кинжал всем весом своего тела. Его свободная рука заметалась, ища хоть какое-нибудь оружие, но всё оно осталось в машине. Наконец его пальцы нащупали ручку фонаря.

– Знаешь, за последние несколько часов было слишком много безумцев, пытающихся доказать свою правоту. Даже для меня.

Он вложил всю оставшуюся силу в правую руку и опустил фонарь на голову нападавшего. Раздался глухой звук удара, и сатанист обмяк. Кинжал выпал из его рук и упал рядом с головой Тома.

Шеппард сбросил с себя его тело и пролежал так несколько минут, переводя дух.

Ну хоть где-то размер этого фонаря сыграл положительную роль…

Том притащил оглушённого сатаниста к машине, связал и, закинув его в багажник, сел за руль. Взглянув в последний раз на агонию старого здания, он двинулся по лесной дороге в сторону города.

Глава 13

1

– Не ожидал тебя увидеть так скоро! Но я рад, что ты приехал. Я уж думал, ты явишься не раньше чем через неделю.

Гейдж засмеялся, но, увидев странное выражение лица Тома, сразу сделался серьёзным.

– Шеппард… что случилось?

Том усмехнулся.

– Почему что-то обязательно должно было случиться?

– Просто… у тебя такое лицо…

– Ничего не случилось. Точнее… не случилось ничего такого, из-за чего нужно было бы беспокоиться. Просто… мы уже очень близко…

– Может, зайдёшь наконец? На улице дождь.

– Нет. Сначала мне надо вам кое-что показать.

Он махнул рукой в сторону машины.

– Только нужно удостовериться, что нас никто не увидит.

Гейдж озабоченно покачал головой и нахмурился.

– Что-то мне это совсем не нравится.

Они подошли к машине. Посмотрев по сторонам, Том открыл багажник.

Гейдж удивлённо смотрел на сатаниста, а тот в свою очередь смотрел на него. Наконец, оторвав взгляд от багажника, он уставился на Тома.

– Какого чёрта?! Это ещё кто?!

Шеппард захлопнул багажник, и сатанист тут же принялся протестующе колотить по нему изнутри.

– Да не волнуйтесь вы так! Это один из членов культа, его послали следить за мной. Он напал на меня около больницы, но я вырубил его и связал.

Гейдж ошарашенно смотрел на Тома.

– Ты издеваешься?! И это по-твоему ничего особенного?! Ты совсем охренел?!

– Эй, кэп, давайте потише. Нам ведь не надо, чтобы соседи вмешивались в наши дела. Пойдёмте лучше в дом.

Они вернулись в дом. Гейдж хмуро смотрел на Тома.

– И ты думаешь, соседи не услышат его стука и не станут задавать вопросы?

Шеппард невозмутимо ответил на его взгляд.

– Значит, мы должны побыстрее с этим разобраться. Нужно его допросить.

– Это подождёт. Сначала ты мне расскажешь, какого чёрта тут происходит.

– Мне кажется, что вот это как раз дело не первостепенной важности.

– Нет. Сначала говори. Потом разберёмся с этим куском дерьма.

– Но это займет слишком много времени.

– А ты в сокращённом формате…

Том сокрушённо вздохнул.

– Знаете, кэп… иногда вы бываете ещё более несносным, чем я. Не думал, что это вообще возможно.

Гейдж продолжал сверлить его суровым взглядом.

– Я тоже. Рассказывай давай. И не закатывай глаза.

– Да, мамочка.

Выражение лица Гейджа оставалось неизменным, и у Тома вырвался ещё один сокрушённый вздох.

– Ладно, если вкратце, я залез в больницу, нашёл в кабинете Холтэда кое-какие бумаги, которые принёс с собой, они в машине. Потом спустился в операционную, встретился с самим врачом, так сказать, лицом к лицу. Он слегка поджарил мне мозг, а медсестра, которая ему помогала, выстрелила ему в спину солью из дробовика. Я сжёг больницу, нашёл сатаниста, мы подрались. Я его вырубил, связал и кинул в багажник. И вот я у вас. Та-дам. Конец истории.

– Поджарил мозг?

Гейдж смотрел на Тома как на умалишённого.

– Что значит поджарил мозг?!

Том улыбнулся.

– И из всего рассказа вас заинтересовало только это?

– Всё остальное вполне укладывается в то, что от тебя можно было ждать…

– Да ладно вам.

– Шеппард…

– Не смотрите так на меня. Небольшая шокотерапия. Я в порядке.

– Шокотерапия?! И ты так спокойно об этом говоришь?!

– Не вижу ничего особенного.

Гейдж раздражённо фыркнул.

– О, ну конечно! У нашей очеловеченной вычислительной машины просто произошло короткое замыкание! Ничего особенного!

Том расхохотался.

– Ну хоть очеловеченной назвали!

Гейдж крепко стукнул его по здоровому плечу.

– Это не смешно, дурень! Тебя так убьют когда-нибудь!

Шеппард мрачно улыбнулся.

– Не убьют. Я уже мёртв.

Гейдж сердито посмотрел на Тома и резко сделал выпад. Его кулак встретился с лицом Шеппарда.

– Какого чёрта?!

Том вытер кровь с разбитой губы.

– Больно? Отлично. Значит, ты ещё жив. Так что давай без этого драматичного дерьма.

– Знаете, кэп, у вас крайне интересный способ донесения информации.

Он рассмеялся, продолжая утирать кровь.

– Просто когда-нибудь из-за твоей дурости тебя убьют по-настоящему.

– Ну вот тогда и буду думать.

Гейдж впился пальцами в переносицу, пытаясь унять головную боль, которая начинала разыгрываться у него в голове маленькой бурей.

– Ты невыносим… Совсем как маленький ребёнок…

Том развёл руками.

– Ну раз уж мы выяснили степень моей погруженности в детство, может, допросим нашего загадочного преследователя?

Гейдж хмуро кивнул.

– Тащи его в дом, я задёрну шторы.

2

Когда Том вернулся, ведя за собой сатаниста, гостиная уже была подготовлена к допросу. Шторы были задёрнуты, посреди комнаты стоял стул, а рядом с ним лежала крепкая верёвка.

Том усмехнулся.

– Кэп, да я смотрю, вы серьёзно подходите к делу.

– Давай сюда этого ублюдка.

Выбравшись из багажника, сатанист совсем перестал сопротивляться, словно окончательно смирившись со своим положением.

Том усадил его на стул, а Гейдж связал руки и ноги. Теперь, если бы сатанист захотел уйти, ему пришлось бы взять этот стул с собой.

– Не возражаете, если я сниму балахон? Естественно, вам придётся мне помочь.

– Зачем тогда надевал, если так стремишься избавиться от него?

Сатанист пожал плечами.

– Рабочая форма. Но мне в нём очень жарко, так что… будьте человечны.

– Кто бы говорил о человечности!

Том подошёл к нему и стянул с него балахон, под ним обнаружилась самая обыкновенная одежда. Одеяние повисло на спинке стула, прикрывая связанные руки сатаниста.

– И это всё?

– Тебе придётся удовольствоваться этим. Развязывать тебя я не собираюсь.

Сатанист с невозмутимым видом поёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее.

– Знаешь, на твоём месте я бы не стал так много ворчать. Это делает тебя не очень приятным собеседником.

Том повернулся к Гейджу.

– Этот сатанист…

– О, зовите меня Кайл.

– Этот сатанист сведёт меня с ума.

Гейдж усмехнулся.

– Да что ты! Мне вот он кого-то очень напоминает.

Он многозначительно приподнял бровь.

– Просто как две капли воды, кэп! Может, возьмёте его в дело, а я пока отдохну?

Сатанист, внимательно наблюдавший за словесной перепалкой, вновь вмешался.

– Ну раз уж мы теперь настолько близки, может, развяжете меня и поболтаем за стаканчиком виски?

Том нахмурил брови.

– Ну хорошо, Кайл. Может, тогда начнёшь отвечать на наши вопросы? Раз уж мы настолько близки.

– Вообще-то, вы пока не задали мне ни одного вопроса.

– Ладно…

Гейдж приблизился к Кайлу.

– Я задам тебе вопрос. Почему ты следил за Шеппардом и зачем пытался его убить?

Том громко фыркнул.

– А разве и так не понятно?

Гейдж бросил на него сердитый взгляд.

– Не мешай, я хочу услышать его историю.

Сатанист с усмешкой посмотрел на Тома и сконцентрировал свой взгляд на Гейдже.

– Твой друг прав. Всё до смешного просто. Семья послала меня следить за ним и выяснить, что он узнал.

– И зачем тогда ты напал на него?

Кайл закатил глаза.

– Вы перевираете факты, кэп. Это он напал на меня. Сначала я хотел скрыться, но он почти не оставил мне выбора.

– Почти?

– Он слишком много знал, я не мог просто уйти. Он не должен был уйти.

Том, не мигая, смотрел на сатаниста.

– Но твой план провалился.

– Кто же мог знать, что ты таскаешь с собой такого монстра.

Гейдж недоуменно перевёл взгляд с сатаниста на Тома.

Том рассмеялся.

– Да… своим спасением я в какой-то мере обязан вам, кэп. Но этот эпизод не столь важен… Лучше расскажи, кто вы и где вас найти.

– Я думал, вопросы задаёт твой капитан.

– У нас равноправное сотрудничество.

У Гейджа невольно вырвался смешок.

– У меня вообще ощущение, что ты думаешь так с самого первого дня работы в участке.

– Простите, капитан, я думаю, это сейчас немного не вовремя.

Гейдж, словно сдаваясь, поднял руки и отошёл в сторону.

Его губы тронула лёгкая грустная улыбка. Он вспомнил свою первую встречу с Томом.

Том приехал в город меньше года назад. До этого он долгое время скитался по другим городам, ища место, где он мог бы остановиться.

Несмотря на отчуждённость, в нём сразу можно было признать гениального детектива. А за счёт своей крайне привлекательной внешности он моментально получал расположение женщин, однако вскоре они понимали, что он не может дать им то, чего они хотят.

Решив остаться в городе, Шеппард пришёл в полицейский участок и заявил, что они будут идиотами, если не возьмут его на работу.

В участке, конечно, решили, что это бредни пьяного человека, а он и вправду был пьян, и хотели вышвырнуть его. Но, когда его вели к выходу, Шеппард посмотрел на доску с делом, над которым работали детективы, и назвал имя убийцы.

Детективы всё равно собирались довершить начатое, но вмешался Гейдж. Его мнение по этому делу полностью совпадало с заявлением Тома, и, вместо того чтобы приказать вышвырнуть его, он попросил Шеппарда пройти в его кабинет.

Так Том получил работу, а Гейдж – лучшего сотрудника за всю историю отдела.

Знал ли тогда Гейдж, что из-за Шеппарда у него будет множество проблем?

Безусловно.

Другие детективы не понимали его, даже чуть побаивались, пытались держаться в стороне. Капитан пытался назначать ему напарников, но ни один из них не смог долго продержаться. Одни подавали прошение о смене напарника, другие погибали, пытаясь угнаться за ним и его авантюрами. Он при любой возможности нарушал все допустимые правила.

Но все эти проблемы казались Гейджу столь ничтожными по сравнению с той пользой, которую он приносил их отделу. Ещё не было дела, которое бы Шеппард не смог распутать. Его звериное чутьё и жажда настигнуть жертву делали своё дело. К тому же он был обладателем весьма незаурядного ума и мог найти выход даже тогда, когда остальные детективы были готовы сдаться.

И всё это, все эти проблемы и маленькие победы, привели их к этому самому моменту, к этой комнате, к этому сатанисту. Почти физически ощущая опасность, нависшую над ними, Гейдж был рад, что из всех своих детективов он доверился именно Тому. После всего того, что с ними случилось, он не мог представить никого другого на его месте.

Голос сатаниста вырвал Гейджа из размышлений.

– Мы семья. Небольшая община со своей идеологией. Но об этом вам лучше поговорить с Джоном.

– С Джоном?

Том склонился над Кайлом.

– Это ещё кто такой?

– Да ладно, детектив, так неинтересно. Тебе придётся самому это узнать. Найдёшь его – найдёшь ответы.

Том в ярости замахнулся, но Гейдж вовремя перехватил его руку.

– Не надо, Шеппард. Он того не стоит.

Гейдж с презрением посмотрел на сатаниста. Тот в ответ широко улыбнулся.

– Я серьёзно, пусть поговорит с Джоном. Вы знаете, где его искать.

– И откуда нам знать?

– Всё всегда возвращается на круги своя. Только не заблудитесь. Я как-то плутал по этим тоннелям несколько дней…

Гейдж вопросительно посмотрел на Тома.

– Думаешь, он говорит правду?

Том раздражённо взмахнул руками.

– Кэп, вы серьёзно?! Конечно, он врёт.

Кайл протестующе замотал головой.

– Ты ошибаешься… Зачем мне это делать?

Том бросил на него уничтожительный взгляд.

– Такие, как ты, всегда врут.

Гейдж вновь влез между ним и сатанистом.

– Подожди, Том.

Он повернулся к сатанисту.

– Если всё так, как ты говоришь, тогда почему ты так свободно об этом рассказываешь? Разве тебя не должно пугать то, что с тобой сделают свои, если узнают?

– Нет. Мне ничего не грозит. Они жаждут этого. Они его ждут.

– Значит, они будут готовы к встрече.

– Это ловушка, Том.

Лицо Шеппарда скривилось в усмешке.

– Да что вы говорите! Без вас я бы никогда этого не понял! Капитан Гейдж, вам следует дать награду за сообразительность!

Сатанист впился в Гейджа взглядом, полным неподдельного интереса.

– А… Гейдж, мы за тобой наблюдали.

От неожиданности Гейдж вздрогнул.

– Зачем?

– Надо же было нам понять, сколько твой напарник успел тебе рассказать. К счастью для тебя, Мастерс оказался довольно скрытным детективом. При другом раскладе… ну, ты сам понимаешь.

Наступило молчание.

Шеппард с капитаном смотрели на сатаниста. Потом Том перевёл взгляд на Гейджа.

– Напарник? НАПАРНИК?!

– Том, спокойнее.

– Спокойнее? Вы врали мне всё это время! И как вам теперь можно доверять?!

– Это не имеет никакого отношения к делу. У нас у каждого свои демоны. Я до сих пор жалею, что не поверил ему…

– Какой от этого толк?! Вы представляете, насколько всё было бы по-другому, если бы вы рассказали мне правду?!

– И что бы это изменило?

– Это бы изменило всё! У нас с самого начала была бы отправная точка! Может быть, Энн Мастерс осталась бы жива!

– Думаешь, я не думал об этом?! Я задавался этим вопросом множество раз! Но мы никогда этого не узнаем. Мы не можем изменить прошлое, Том. Так было предрешено.

– Серьёзно? В такой момент вы ссылаетесь на провидение? Знаете, я не хочу с вами разговаривать. Чёрт, я даже видеть вас не хочу.

Не сказав больше ни слова, Том вышел из дома, громко хлопнув входной дверью.

– Шеппард, постой!

Сатанист улыбнулся.

– Первая ссора влюблённых – это всегда грустно…

Гейдж развернулся и с размаху ударил его в лицо. Нос сатаниста хрустнул под костяшками его пальцев, и тот упал на пол вместе со стулом.

Глава 14

1

Найти лесную церквушку было очень непростой задачей, однако нет ничего невозможного. Власти постарались замять все упоминания о ней, но слухами земля полнится.

Раньше за церковью следили, и рядом с ней были очень красивые места, но после смерти Оливера церковь была объявлена осквернённой, а этот участок леса стал считаться опасным. И даже сохранившиеся до сих пор прекрасные виды стали казаться слишком зловещими для того, чтобы в полной мере насладиться их красотой.

В церкви было светло, старая древесина скрипела у Тома под ногами. Окна по большей части оказались разбиты, и солнечные лучи играли на осколках цветного стекла, отражаясь на полу длинными радужными линиями.

Несмотря на запустение, оскверняющие рисунки на стенах и то, что произошло с ним за последние несколько дней, Том по-настоящему наслаждался моментом. Он не боялся ни смерти, ни боли, они напоминали о главном и заставляли ценить жизнь. Но за последнее время он получил слишком много подобных напоминаний. В эту минуту он просто хотел ощутить что-то, что происходит только здесь и сейчас.

Выйдя из церкви, Шеппард огляделся вокруг. Тишину нарушал лишь шум протекающей рядом реки. Постояв немного и вдыхая свежий лесной воздух, он подошёл к обрыву, которым кончался берег, и стал спускаться к реке.

Спустившись вниз, он начал продираться сквозь заросли густого кустарника. Том понимал, что это ловушка, что он словно мотылёк, летящий на пламя, но упрямо продолжал искать вход в тоннели.

2

Гейдж метался по дому, словно дикий зверь в клетке. Он боялся, что Том выкинет что-нибудь, что понесёт за собой непоправимые последствия.

Его самого тянуло сделать что-нибудь импульсивное, но он заставлял себя думать. Он знал, что, если они оба будут вести себя столь безответственно, это не приведёт ни к чему хорошему.

Монотонный звук ударов ногой о стену, доносившийся из кладовки, сводил его с ума. Он подошёл к кладовке и с силой рванул на себя дверь.

Сатанист поднял голову и с издёвкой посмотрел на капитана. Гейдж подошёл к нему поближе и вытащил кляп из его рта.

– Может, уймёшься наконец?

Кайл облизнул пересохшие губы.

– Вы что-то нервничаете, Гейдж. Боитесь за сохранность вашей сучки?

В глазах Гейджа вспыхнула ярость, он хотел ударить его, но сдержался.

– Вместо того чтобы доставать меня, я бы на твоём месте лучше бы подумал о сохранности своей шкуры.

– Это так трогательно, что вы обо мне заботитесь.

– Иди к чёрту.

Гейдж наклонился, чтобы проверить, насколько крепко связан сатанист. Верёвки были очень прочными, а узлы легче было бы разрезать, чем развязать. Но и это не удовлетворило его. На всякий случай он снял с пояса наручники и пристегнул связанного Кайла к батарее.

– Теперь ты точно никуда не денешься.

– Я все понимаю, вы одинокий мужчина… но могли бы хотя бы пригласить меня на ужин, прежде чем устраивать игры с наручниками.

– Просто заткнись…

– Нравятся послушные? Да вы доминант!

Гейдж затолкал кляп обратно в рот сатаниста и вышел из кладовки, плотно заперев за собой дверь.

Идиот…

Через полчаса бесполезной ходьбы по дому он понял, что все его попытки мыслить трезво обречены на провал. С тяжёлым сердцем он оделся, взял оружие и вышел из дома.

3

Тоннели оказались не чем иным, как лабиринтом. Сложно было представить, что кто-то может ориентироваться в них, не имея при себе никакой карты. На изучение всех ходов и закоулков ушли бы годы, а у Тома совершенно не было на это времени.

Уходя от Гейджа, он был так зол, что оставил ключи от машины у него на столе. Возвращаться за ними ему не хотелось, и он ушёл пешком. В машине остался тот самый огромный фонарь, который сейчас был бы ему очень кстати. Подсвечивая себе путь слабым ручным фонариком, он двигался во тьме, практически ничего не видя на своём пути.

Он очень долго плутал по тоннелям, и всё чаще ему казалось, что он бродит по кругу. В темноте ему слышались какие-то странные звуки, а вдалеке будто мелькали тени, хотя он не мог точно определить, правда ли это или последствия экспериментов Холтэда.

Несколько раз тени казались ему настолько реальными, что его так и подмывало выстрелить. Но он вовремя останавливал себя, понимая, что так он только выдаст врагу своё приближение.

Чем глубже он уходил, тем более обжитыми казались тоннели. Вскоре на его пути стали попадаться свечи. Всё говорило о том, что он начал приближаться к сердцу подземелья.

Взору Тома открылась огромная пещера. Нетрудно было догадаться, что именно её сатанисты называли святилищем. Повсюду лежали огромные обломки, по-видимому, оставшиеся после того самого обвала, о котором рассказывала Виола. Святилище освещал свет множества свечей, стоящих в бесчисленном количестве черепков разбитых горшков. Оно было величественно и зловеще. Под ногами клубился туман, в котором чувствовалось нечто неестественное, будто пришедшее не из этого мира.

Каменный свод пещеры был столь высок, что создавалось ощущение, будто над тобой лишь тьма, бесконечная и непроницаемая. Сквозь туман виднелся величественный собор, на вершине которого была небольшая колокольня. И все это вместе являло собой совершенно необыкновенное и завораживающее зрелище.

Том осторожно двигался сквозь руины, скрываясь в тени среди обломков. Он быстро приближался к собору, оглядываясь по сторонам и всматриваясь в туман, стараясь уловить малейшее движение в воздухе.

Тишину прорезал оглушающий звон. Кто-то звонил в колокол, созывая всех на собрание. Из тёмных углов пещеры начали появляться сатанисты. Они медленно двигались в тумане, направляясь к собору. Несколько из них прошли совсем близко от Тома, но не заметили его. Он ещё плотнее вжался в пространство между обломками, стараясь отодвинуться подальше в тень. Сатанисты проходили мимо и исчезали внутри собора, оставляя за собой след в потревоженном ими тумане.

Том, всё ещё стараясь оставаться в тени, осторожно подошёл к собору и медленно приоткрыл тяжёлую дверь, очень надеясь на то, что она при этом не издаст ни звука. Заглянув внутрь и не увидев ничего, что могло бы ему помешать, он скользнул внутрь.

Внутри было довольно темно, узкий коридор вёл к главному залу собора. Вход в зал закрывали большие двустворчатые двери. Между ними была небольшая щель, из которой пробивался свет. Он прильнул к ней и старательно пытался разглядеть, что творится в помещении.

Через щель Том видел людей, столпившихся полукругом вокруг купели. Рядом с ней, посреди зала, спиной к нему стоял человек. Так же, как и все в зале, он был облачён в балахон, а его голову покрывал просторный капюшон. Всё происходящее было наполнено некой церемониальностью, Том явно присутствовал на каком-то обряде.

Торжественную тишину нарушил голос, звучащий удивительно непринуждённо. Том вздрогнул от неожиданности. Человек у купели не поворачивался, но этот голос явно принадлежал ему.

– Вот и ты, детектив. Ты так долго меня искал… Что ж… Вот он я! Ты меня нашёл. Ну и что дальше ты собираешься делать?

Глава 15

1

Двери распахнулись, и несколько сатанистов втащили Тома в зал. Понимая, что окружён, он даже не пытался отбиваться. Один из сатанистов, стоявший рядом с ним, забрал его пистолет.

– Джон, я полагаю?

– Это так мило, что ты решил нанести нам визит. Кайл говорил мне, что ты не пойдёшь в святилище, утратив элемент неожиданности. Но я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить в это. Ты слишком импульсивен.

Джон развернулся лицом к Шеппарду и снял капюшон. Тому открылось идеально сложенное лицо, длинные тёмные волосы, собранные в хвост, и живые глаза, в темноте подземелья казавшиеся почти чёрными. В этих глазах вспыхнул лукавый огонёк.

– Ну что, я соответствую твоим ожиданиям?

– Мне казалось, что глава культа должен быть несколько… старше…

Джон рассмеялся.

– Не суди по внешности. Я намного старше, чем кажется.

– Сколько тебе? 25? 30?

– Где-то так, плюс-минус столетие.

Том со скептицизмом посмотрел на Джона.

– Ты про бессмертие души и прочее безумие, передаваемое через поколения?

– Вообще-то всё куда проще.

– Это невозможно.

– Серьёзно? После всего того, что ты видел, ты всё ещё можешь делать подобные заявления?

Том молча смотрел на Джона.

– Чёрт… Не могу оставить тебя умирать в неведении. Ты слышал историю поместья Нортвуд?

Том кивнул.

– И знаешь, что произошло здесь?

Тот же безмолвный ответ.

– Но вряд ли ты знаешь конец истории. Обвал действительно был, ты и сам можешь в этом убедиться, осмотрев пещеру, но погибли не все. Несколько членов семьи и Ричард с новорождённым сыном выбрались. Единовременные смерть и рождение дали очень сильный результат, Дьявол даровал мальчику вечную молодость. Достигнув возраста двадцати пяти лет, он перестал стареть, Ричард же состарился и отошёл в мир иной. А его сын так и оставался молодым на протяжении многих лет. После смерти Ричарда престол перешёл к нему по наследству. Из-за недовольства семьи по поводу устройства предыдущего правления он согласился ввести в правление совет старейшин. Отныне к королю должны были быть приставлены два советника, двое мудрейших старейшин, которым предоставлена честь избирать жертву.

– Очень занимательная история. Дай угадаю, по логике твоего повествования сын Ричарда – это ты. Верно?

– Я уже говорил, что ты сообразителен. Да, это я. Вскоре после смерти отца я захотел вернуть наш дом. Мы вернулись в святилище, разгребли завалы…

– Как я вижу, вы не особо старались…

Слишком поглощённый своей речью, Джон игнорировал замечания Тома.

– Во время разгребания завалов мы наткнулись на мощный источник силы, тёмной силы, дарующей безграничную власть. Видел свечи, Томас? Их огонь вечен. Они горят, пока тьма обитает в этом подземелье. Каждое новолуние мы приносим жертву, которой посчастливилось быть избранной, поддерживая источник, подпитывая его огонь.

– Но почему именно новолуния? Я думал, у вас, ребята, фетиш на полнолуния. Разве не так?

Джон презрительно хмыкнул.

– Новолуние – символ перерождения. Мы не убийцы, Томас, мы даём людям шанс на новую жизнь, шанс на перерождение. У каждого из тех, кого мы избрали, были свои грязные секреты. Мы же лишь помогли им переродиться.

– А ребёнок?

– Мальчику было всего восемь, а он уже был бывалым вором. Ну куда его привела бы такая жизнь? Но он получил шанс начать всё заново, начать всё с чистого листа. Мы дали ему этот шанс. Мы не чудовища, Том, его уход был мирным, он просто уснул. Так что вот он, ответ на твой вопрос. Обряд в новолуние даёт жертве шанс на новую жизнь, а убийство в полнолуние лишь дешёвый трюк.

– В твоей теории есть один прокол.

Джон наклонил голову, в его глазах читался лишь чистый интерес.

– Какой?

– Мастерса просто убрали. Ни за что.

– Ты опять ошибся, детектив. Ты знал, что у Мастерса был ребёнок?

Том в недоумении смотрел на Джона.

– Да, но он его потерял. И как это относится к делу?

– У него была дочь четырёх лет. Чудесное создание, радость для родителей. Вот только миссис Мастерс… Бедная Энн… У неё всегда было не всё в порядке с головой.

В его голосе послышались издевательские нотки.

– Однажды она купала дочь и слегка переборщила с усердием… Упс… Девочка утонула.

– Всё ещё не понимаю, при чём здесь Алекс, тогда вам надо было наказать Энн.

– Мы не наказываем, Том, мы помогаем переродиться.

– Тем более вам нужна была Энн.

Джон раздражённо посмотрел на Тома как на несмышлёного ребёнка.

– Это было убийство. Непредумышленное, но убийство. И Алекс, детектив на страже закона, скрыл это. Представил как несчастный случай. Видите ли, он слишком сильно её любил, чтобы потерять.

Он презрительно скривился.

– Любил настолько, чтобы простить убийство единственного ребёнка. Он скрыл это. Он солгал. Он был обманщиком и погряз в своей лжи. Он нуждался в перерождении.

– Звучит сомнительно.

– Ты просто не в состоянии понять.

– Я в состоянии понять то, что он начал мешать вам, и вы его убрали. А теперь пытаетесь прикрыться своими жалкими теориями.

– Ты ошибаешься.

– Неужели? А разве не за этим вы послали Кайла? Не затем ли, чтобы он меня убрал? Он сам сказал, что я слишком много знаю. Это его слова.

– Что ж, Кайл всегда был очень инициативным молодым человеком. Надо будет провести с ним пару бесед по этому поводу. Наверное, не стоило отправлять его за тобой.

– Это уж точно.

– Но его задачей было не убрать тебя, а привести сюда, к нам. И, если закрыть глаза на некоторые события, он справился со своим заданием.

– Значит, так у вас заведено? Карать других за малые погрешности и закрывать глаза на провалы своих людей?

– Ты несправедлив, детектив. Миссия выполнена, где ты видишь провал? Ты ведь здесь.

– Да, я здесь. Но только вот не надо утверждать, что вы просто хотите со мной поговорить. Я вам мешаю, точно так же, как вам мешал Мастерс. И никакое перерождение здесь ни при чём.

– Разве? Неужели ты настолько самовлюблён, что уверен, что все твои действия оправданы? Что ты не нуждаешься в перерождении? Ты лгун, Том, лгун и убийца, человек, который готов на любые жертвы ради достижения цели.

– Да, я далеко не ангел, Джон. И я не стану перед тобой оправдываться. Но я хотя бы не пытаюсь играть в бога.

Джон расхохотался, и звук его хохота эхом разошёлся по пещерам.

– Бог… А ты веришь в него, Томас?

– Я похож на верующего? Как бы там ни было, если бог и есть, этот парень давно уже не слышит наши молитвы. Но, несмотря на это, никто не имеет право решать, кому жить, а кому нет. Это убийство, и не стоит прикрываться теориями о великом благе.

– Ты себя вообще слышишь? Как то, что ты говоришь, отличается от того, что делаешь ты?

Том устремил на Джона тяжёлый взгляд.

– Я признаю свои действия и не пытаюсь отгородиться от них какими-то беспочвенными оправданиями.

– Ты мне нравишься, детектив… Ты даже не представляешь, насколько.

– Если это приглашение на свидание, я вынужден отказать. Уж прости, психи в балахонах меня не заводят.

– Я буду скучать, детектив… Держите его, братья мои! Время для перерождения…

Два сатаниста крепко ухватили Тома за плечи. Один из них наклонился к нему поближе.

– Не дёргайся, приятель, и больно не будет.

Второй коротко хохотнул.

– Почти…

Раздался звук выстрела, и сатанист, стоявший рядом с Томом, упал.

2

Поднялась неразбериха. Один из сатанистов отделился от толпы и, продолжая стрелять во все стороны, подбежал к Тому. Он склонился над ним, и Шеппард увидел знакомое лицо с густыми усами.

Гейдж помог Тому подняться на ноги.

– Теперь мы квиты?

– Ещё бы!

– Тогда давай уносить отсюда наши задницы!

Том забрал с тела одного из убитых свой пистолет, и они начали пробиваться к выходу.

– Как вы здесь оказались?

– Я не мог отпустить тебя одного и пошёл за тобой.

– Но почему вы были уверены, что я пошёл именно в подземелья?

– Ну я ведь знал, что в конце концов ты поступишь как полный идиот. Как только что сказал наш новый знакомый, ты слишком импульсивен.

– Очень лестная характеристика, напишете это в рекомендательном письме для новой работы?

– Боюсь, новая работа нам не светит, дружище.

– И когда это вы стали пессимистом?

– Когда обнаружил огромный злобный культ под своим городом.

– Ну… будем считать это уважительной причиной.

Продолжая отстреливаться, они добрались до выхода из собора. Оказавшись снаружи, они плотно захлопнули дверь и заблокировали её, повалив стоявшую рядом статую какого-то неизвестного им божества.

Дверь в собор тряслась под ударами сатанистов, она не могла долго сдерживать их натиск. Том с Гейджем не стали терять время и двинулись к выходу из пещеры, озираясь по сторонам.

Из углов пещеры стали выплывать мрачные фигуры оставшихся членов культа. Их окружали. Раздался треск, они обернулись и увидели, что сатанисты уже справились с препятствием и медленно заполняют собой пространство вокруг собора.

Впереди замаячил выход. Гейдж, не особо стараясь целиться, стрелял на бегу во все стороны. Том сшиб с ног мужчину, который встал было на их пути. Из-за задержки Тома Гейдж вырвался вперёд и подбежал к выходу.

Навстречу Гейджу из-за большого камня выскочил ещё один противник. Не успев остановиться, капитан налетел прямо на него. Он ахнул и посмотрел на свой живот, нож вошёл в него по самую рукоять. Сатанист одним резким движением выдернул из раны нож, и Гейдж почувствовал, как густая тёплая кровь заструилась по его телу.

Он упал на колени, а рядом с ним приземлилось безжизненное тело сатаниста. Крепко сжимая в руке пистолет, Том уже спешил к капитану.

Шеппард подбежал к Гейджу и помог ему подняться.

– Эй, капитан, давайте, нам надо выбраться отсюда, не время сдаваться.

Он оторвал кусок от одеяния сатаниста и, скомкав его, прижал к ране.

– Дай мне пистолет и оставь здесь, я задержу их.

– Не говорите ерунды, вставайте, они уже близко.

Гейдж поднял на него глаза, Том никогда не видел во взгляде капитана столько решительности и непреклонности.

– При всём уважении, капитан, мы теряем время.

Он поднял Гейджа и потащил к тоннелям. Капитан не мог сопротивляться, и ему оставалось лишь покориться.

– Чёрт бы тебя побрал, Том! Оставь меня, кому сказал!

– Простите, кэп, но я вынужден попросить вас замолчать. За нами гонятся, и если вы будете так громко кричать, то шансы скрыться в тоннелях резко исчезнут. Так что возьмите себя в руки и шагайте.

Гейдж перестал сопротивляться и сконцентрировал всю свою боль и злость на желании выбраться. Они изо всех сил старались двигаться быстрее. Тоннели извивались в множестве поворотов и ответвлений. И вскоре им удалось немного оторваться от преследователей, хотя они всё ещё чувствовали погоню у себя за спиной.

– Когда это ты наловчился так лихо отдавать приказы?

– Это иногда бывает очень полезным. Особенно когда имеешь дело с идиотами… или с упрямыми капитанами полиции, так и норовящими пожертвовать жизнью.

Гейдж усмехнулся.

– Уж не знаю, какая из твоих квалификаций лучше, но что касается последнего, кажется, я уже это сделал.

– Не говорите так, кэп. Вы не умрёте. Со мной, да и с вами бывало и хуже.

– Разве?

Том не нашёл что ответить, и на какое-то время воцарилось молчание. Перед ними простирался нескончаемый лабиринт тоннелей, в которых они ориентировались намного хуже своих преследователей.

Глава 16

1

Впереди забрезжил дневной свет. Том ускорился, продолжая тащить за собой спотыкающегося Гейджа. Они вывалились из тоннеля и растянулись на песке. Вода омывала их разгорячённые бегом тела. Им казалось, что продолжать борьбу они уже не в состоянии. Собрав последние остатки сил, поддерживаемый скорее упрямством, нежели силой духа, Том поднялся на ноги.

– Давайте, поднимайтесь. Надо отвезти вас в больницу.

– Нет. Отвези меня домой.

– Но, кэп…

– Это приказ, Шеппард.

Том колебался, не зная, как поступить. За спиной послышался шум, приближающийся с каждой секундой. Времени на раздумья не было. Он подставил Гейджу плечо и помог ему подняться. Вместе они поспешили убраться подальше от тоннелей.

– Я приехал на твоей машине. Она стоит в лесу, недалеко отсюда. Надо найти её и убираться к чёртовой матери из этого места.

2

Машина стояла недалеко от церкви. Шеппард осторожно посадил Гейджа на пассажирское сиденье и быстро запрыгнул на место водителя.

Он хаотично поворачивал ключ зажигания, но машина никак не хотела заводиться.

– Давай же, старая ты колымага!

Из-за деревьев послышались звуки погони, преследователи вновь стали их настигать.

– Ну же, ну же, ну же!

Машина протестующе заурчала, но завелась. Том вдавил педаль газа в пол и рванул с места. Церковь и преследователи быстро отдалялись в зеркале заднего вида.

Шеппард гнал машину из последних сил и сбавил скорость, лишь когда они выехали на шоссе. Он кинул взгляд на соседнее сиденье и постарался на глаз определить состояние капитана. Увиденное совсем не вселяло надежды.

– Вы как?

Гейдж улыбнулся, словно умиляясь неожиданно появившейся наивности Тома.

– А сам как думаешь? Бывало и лучше.

– Может, всё же в больницу?

Том говорил тихо, заранее зная ответ.

– Нет. Это ни к чему. Отвези меня домой, Шеппард, в больницу я не поеду.

Они подъехали к перекрёстку. Одна из дорог вела к дому капитана, по другой можно было добраться до больницы. Том остановил машину.

Гейдж уселся повыше и посмотрел в окно.

– Почему мы остановились?

– Потому что это неправильно.

Он резко крутанул руль и выехал на дорогу, ведущую к больнице.

– Том… не надо… пожалуйста.

Шеппард сердито посмотрел в глаза капитану и увидел в них что-то такое, от чего всё у него внутри сжалось. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, наконец Том отвернулся и устремил взгляд на дорогу. Около минуты они ехали молча.

– Чёрт бы вас побрал, кэп!

Шеппард сделал крутой разворот и направил машину обратно в сторону перекрёстка.

– Знаешь, а ведь ты хороший парень, Том. Хотя и притворяешься иногда полным ублюдком.

Гейдж рассмеялся, и на его губах появилась кровь, он сильно закашлялся.

Том ничего не ответил, только ещё крепче вцепился в руль. Его зелёные глаза потемнели, а губы сжались в тонкую линию. Он неотрывно смотрел на дорогу. За окном мелькали деревья, и чем ближе становился дом Гейджа, тем больше Том уверялся в том, что совершил ошибку.

3

Они остановились прямо перед входом в дом. Том не стал тратить время на то, чтобы поставить машину в гараж. Он выскочил из машины, не озаботившись даже тем, чтобы закрыть дверь.

По своей бледности Гейдж немногим уступал привидению, сразу было видно, что он потерял слишком много крови. И всё ещё продолжал ее терять. Из раны на животе текла густая тёмная кровь, которая ни на секунду не позволяла забыть о степени серьёзности ситуации.

Том вытащил Гейджа из машины и занёс в дом. Он уложил его на диване в гостиной. На том самом диване, что стал невольным свидетелем тех драм, что разворачивались здесь на протяжении последних дней.

Оставив капитана в гостиной, Том выбежал из комнаты, чтобы найти бинты и спирт. В суматохе он даже не подумал об иронии происходящего. Та же гостиная, тот же диван, раны, бинты, история повторялась, демонстрируя всем своё изощрённое чувство юмора.

Вернувшись в комнату, он поспешил к капитану, роняя по пути бинты и повязки. Глаза Гейджа были закрыты, он не двигался. Том с нарастающей тревогой приблизился к капитану и осторожно его коснулся.

– Кэп…

Гейдж с трудом открыл глаза и снова закашлялся.

– Я всё ещё здесь…

Шеппард громко выдохнул и, смочив ткань спиртом, прижал её к ране.

– Это бесполезно, ты же сам знаешь… Несмотря ни на что, я очень рад, что нам довелось работать вместе.

– Эй, не смейте прощаться со мной, кэп, держитесь. Раз даже такая скотина, как я, после всего оклемался, то вы то уж точно должны выкарабкаться.

Гейдж грустно и как-то по-особенному тепло улыбнулся Тому.

– Каждому отведено своё время, Том. Нужно просто принять это как должное. К тому же у всего, что мы делаем, есть своя цена. Я свою заплатил.

– Ну почему вы не дали отвезти себя в больницу?

– Для меня всё было кончено уже в тот момент, когда в меня вошёл нож того сатаниста. Мы бы не смогли объяснить, откуда ранение. Больница лишь скомпрометировала бы дальнейшее расследование. Я сделал выбор. Теперь у тебя есть шанс. Прищучь этих ублюдков…

Его взгляд стал стеклянным, а тело обмякло. Том с нарастающим ужасом склонился над капитаном.

– Нет-нет-нет… Нет… НЕТ!

Том в гневе швырнул в сторону бутылку со спиртом. Пролетев несколько метров, она разбилась о стену.

Он заметался по комнате, пытаясь унять гнев и боль. Подойдя к столу, он вцепился в его край с такой силой, что костяшки его пальцев совсем побелели.

Его руки тряслись. Из груди вырвался крик, больше похожий на рёв раненого зверя. Боль выплеснулась из него в поток безудержной ярости. Массивный тяжёлый стол, словно пушинка, перевернувшись, отлетел в сторону.

На смену ярости пришло опустошение. Перестав крушить всё вокруг, он сполз на пол и ещё долгое время неотрывно смотрел на окровавленное тело Гейджа, не в силах отвести взгляд.

4

Том просидел неподвижно несколько часов. Он сам не смог бы определить, сколько времени провёл в таком положении. Мир вокруг него словно застыл.

Шеппард всегда был одиночкой, таков был его образ жизни. Но за последние месяцы он незаметно для себя успел привязаться к капитану. И это было именно то, чего он так боялся, ведь если нечего терять, ничто не может причинить тебе боль. А сейчас… сейчас он бы многое отдал, чтобы не чувствовать ничего.

Когда Том наконец оторвал взгляд от капитана и встал, его глаза не выражали никакой определённой эмоции, в них плескался такой холод, что ему позавидовали бы и древние ледники.

5

Кайл давно освободился от ненавистного ему кляпа, мешающего дышать, и сидел теперь в полной темноте, выжидая появления одного из детективов.

Он отказался от мысли о побеге уже в тот момент, когда оказался в багажнике. Кайл избавился от кляпа и умудрился как-то ослабить узлы на верёвках, которыми были связаны руки, но избавиться от наручников не представлялось никакой возможности.

Так как он знал, что бежать не получится, единственный выход, который он видел, – это обманом заставить снять с себя наручники и убить своих тюремщиков.

Кайл просидел в темноте очень долго, практически не двигаясь и прислушиваясь ко всем, даже самым незначительным звукам. Он слышал тишину, звенящую тишину, затем раздались шум и крики, и снова наступила тишина.

Много времени он провёл, стараясь определить причину тех звуков, но не мог. Поэтому, когда дверь кладовки наконец распахнулась, он почувствовал не страх, нет, он почувствовал облегчение.

6

Кайл поднял голову и широко улыбнулся.

– О, вот и капитанская сучечка! Я скучал. Мы тут с капитаном немного поиграли с наручниками, надеюсь, ты не ревнуешь.

Том наотмашь ударил его по лицу. Кайл сплюнул кровь на пол.

– Значит, ревнуешь, мог сразу сказать…

Ещё удар.

– Что ж, не осталось в наше время прекрасных и нежных принцев, всех на грубость потянуло. Может, выместишь наконец всю свою неудовлетворённость на какой-нибудь дамочке или вы с капитаном вместе живёте всё же из-за большой любви? Кстати, где он?

– Он мёртв, и ты в шаге от того, чтобы последовать его примеру.

Голос Шеппарда был глухим и спокойным и от этого звучал особенно устрашающе.

– Так что в твоих интересах не раздражать меня и попытаться оказаться полезным.

– И как мне это сделать? Джон разве не поведал тебе всё, что ты хотел знать? Я думал, вы поговорите.

– О, мы говорили. Он наговорил много странных и откровенно бредовых вещей, а потом приказал меня убить. Увлекательная вышла поездочка, ничего не скажешь.

Кайл ухмыльнулся.

– Видимо, твоему горячо любимому капитану поездка тоже пришлась по вкусу…

Он не успел договорить. Кулак Тома снова приложился к его лицу. На этот раз пострадал и без того распухший нос сатаниста.

– Если собираешься продолжать в том же духе, поверь, тогда тебе лучше заткнуться.

– Сердечно извиняюсь. Думаю, нас обоих больше устроит, если этот разговор станет чуть более продуктивным. Так что, если ты не против, начни уже задавать интересующие тебя вопросы. Так будет гораздо проще. Быстрее для тебя… менее болезненно для меня.

Из-за сломанного носа его голос звучал слегка гнусаво. Несмотря на это и то, что кровь полностью заливала нижнюю половину его лица, Кайл сидел с гордо поднятой головой и, не пряча взгляд, смотрел прямо Тому в глаза.

– Итак…

Разум Шеппарда был мутен от боли и гнева. То, что снаружи выглядело как безразличие, внутри бушевало неистовым пламенем.

– Хорошо… Джон говорил правду? Он действительно настолько…

Он пытался подобрать нужное слово, но Кайл его опередил.

– Настолько долго живёт?

Том кивнул.

Кайл улыбнулся. Учитывая то, что его рот был весь в крови, эта улыбка казалась абсурдной, словно расслаивающей реальность, в которой они пребывали.

– Да, это так. И мы все очень рады, что он остаётся с нами так долго. С годами его мудрость растёт, а тело крепчает. Это именно тот лидер, в котором нуждается наша община.

Том устало привалился к стене.

– Как… как он заставляет всех вас верить в этот бред?

Кайл пожал плечами.

– Трудно сомневаться в словах человека, которому больше сотни лет.

– Но кто может это подтвердить?

– Старожилы. Те, кто в семье уже несколько десятилетий. Он всегда остаётся прежним. С момента прихода тёмного брата, который прожил в общине дольше всех остальных, Джон не постарел ни на год.

– Это безумие…

– Возможно. Но жизнь сама по себе безумие.

Том сполз по стене и сел на пол, осторожно поддерживая вновь разболевшееся плечо.

– А что за источник, о котором он говорил?

– Ты не знаешь?

– Он не успел мне это рассказать.

– В соборе есть источник силы, тёмной, могущественной и древней, как сам мир. Из неё Джон черпает энергию. Она позволяет нашей общине существовать. В этом источнике обитает тьма, детектив, и она придёт за тобой.

Кайл вновь улыбнулся своей кровавой улыбкой. Он явно был доволен всем происходящим.

Том закрыл глаза, словно в попытке отрешиться от безумия этих речей.

– И как уничтожить этот источник?

Сатанист покачал головой.

– Прости, детектив, но на этот вопрос тебе придётся поискать ответ в другом месте.

Шеппард тяжко вздохнул и начал подниматься, одновременно вытаскивая из-за пояса пистолет.

Кайл слегка заёрзал на стуле. Его взгляд был прикован к пистолету.

– Эй, детектив, не стоит принимать поспешных решений на горячую голову.

– Как его уничтожить?

– Я не знаю.

Том печально покачал головой и нажал на спусковой крючок. Пуля вгрызлась в коленную чашечку Кайла. Дом содрогнулся от крика, но, прежде чем соседи успели бы определить источник громкого звука, Том заткнул Кайлу рот, и крик превратился в мычание.

– Давай, Кайл, ещё одна попытка.

– Я не знаю!

– Кайл…

– Я не могу сказать!

Выстрел. Кровь. Сдавленный крик, перешедший в мычание.

Том приставил пистолет ко лбу сатаниста. Его глаза из зелёных стали практически чёрными. Тьма дымкой собиралась вокруг его головы.

– Последний шанс, Кайл.

Кайл ещё плотнее прижался лбом к дулу пистолета. Его глаза вновь встретились с глазами Шеппарда.

– Стреляй, детектив. Что бы я тебе сейчас ни сказал, это ничего не изменит, тьма доберётся до тебя. Она тебя уничтожит. И, может даже, не так, как ты этого ожидаешь, она уже начала это делать. А когда это наконец случится, вспомни меня и этот момент. Стреляй же.

И он выстрелил.

7

Том покидал дом, в котором поселились смерть и отчаяние. И единственными звуками в этой опустошённой обители были одинокие глухие гудки, доносящиеся из брошенной телефонной трубки.

Глава 17

1

Макклайн не мог сосредоточиться на работе, всё буквально валилось у него из рук. Голова кипела, все его мысли были заняты одним лишь Шеппардом.

Коллеги не воспринимали обвинения против Шеппарда особо серьёзно. Конечно, Шеппард тот ещё тип, но повесить на него убийство? Это уже слишком. К тому же все знали, что Макклайну доставалось от Шеппарда так же, как и новичкам. Поэтому своими заявлениями Макклайн вызывал лишь смех за своей спиной.

И единственное, что Макклайн мог сделать – это ещё глубже закопаться в расследования, пряча в работе свой гнев и недовольство начальством.

Он вообще считал, что Гейдж слишком тесно связан с Шеппардом. Макклайн не мог понять причину создания подобного союза, но он не сулил ничего хорошего никому.

Создавалось впечатление, что за всем этим кроется нечто тёмное и довольно зловещее. И, как уважающий себя детектив, Макклайн поклялся себе во всём разобраться.

Закончив с очередным заурядным делом, он снова взял в руки папки с делами миссис Мастерс и тех неудачливых наркоманов. От постоянного держания в руках и перелистывания папки имели весьма плачевный вид. Края обтрепались, а страницы покрылись различными пятнами.

Он долго сидел, вчитываясь в отчеты и рассматривая фотографии с мест преступлений. Наконец гнев пересилил ясность его мышления, и он яростно скомкал бумаги, лежащие перед ним, громко стукнув при этом по столу.

В этот момент зазвонил телефон. Он резко сорвал трубку с аппарата и поднёс к уху. В его голосе сквозило сильное неприкрытое раздражение.

– Да?!

Ответа не было. На той стороне провода была тишина.

– Алло! Я слушаю вас, говорите!

Но телефон всё так же молчал. Макклайн громко выругался и, положив трубку на стол, встал.

– Тони! Пробей номер!

Усталый техник высунулся из-за своего стола.

– Ладно! Подожди минуту… Батридж-роуд, 14.

Макклайн окаменел. Тони с беспокойством взглянул на него и осторожно подошёл ближе. В последнее время Макклайн был сам не свой.

– Всё в порядке?

– Нет. Это адрес капитана.

Мгновение они ошарашенно смотрели друг другу в глаза. Потом Макклайн оглушительно заорал на весь отдел.

– Ребята, внимание! Поступил вызов из дома капитана! Выезжаем! Срочно!

2

В дверь, не переставая, звонили, нарушая этим тишину и спокойствие достопочтенного поместья. Слодт отложил в сторону метёлку для пыли и пошёл открывать дверь.

Не успел он ещё до конца отворить дверь, как Шеппард уже оказался внутри. Не сказав ни слова, Том отодвинул дворецкого в сторону и прошёл в комнату, где его принимали в прошлый раз.

Дариан всё также восседал на диване. Когда он увидел Шеппарда, его глаза округлились.

– Ты?!..

Том подлетел к нему, схватил за грудки и швырнул к стене, прежде чем кто-либо сумел что-нибудь сделать.

Он схватил Дариана за горло и не давал ему шевелиться. Слодт поспешил на помощь молодому хозяину, но Шеппард свободной рукой направил на него пистолет.

– Даже не двигайся.

От гнева Том скорее рычал, чем говорил. Он не сводил глаз с Дариана.

– Только не говори мне, что у тебя под домом живёт огромный культ сатанистов, а ты пребываешь в блаженном неведении.

Слодт всё больше нервничал.

– Сэр! Немедленно перестаньте кидаться беспочвенными обвинениями и отойдите от мистера Дариана! Это преступление!

Но Дариан медленно поднял руку, призывая Слодта замолчать. Его глаза встретились с глазами Тома.

– О чём ты, чёрт возьми, говоришь?

От спокойного недоумения, звучащего в словах Дариана, Том слегка опешил и отступил на шаг назад. Он убрал руку с горла Дариана, но был готов в любую секунду вернуть её обратно.

В этот момент послышался стук каблуков и знакомый надменный голос. Когда Том обернулся, Элоиза уже стояла за его спиной.

– И как вы это объясните, детектив? Какой чёрт снова принёс вас в мой дом?!

Том развернулся лицом к Элоизе и мрачно на неё посмотрел.

– Тот, что живёт в подземельях под вашим поместьем.

Элоиза побледнела. Её губы сжались. Она холодно ответила на взгляд Тома и, не отрывая от него взгляд, медленно произнесла:

– Слодт, будьте добры проводить моего сына в его покои.

Дариан вспыхнул гневом.

– Что?! Ты не можешь отправлять меня в свою комнату всякий раз, когда этого захочешь! Мне 27, я давно не ребёнок. Тебе придётся считаться с моим мнением.

Элоиза оторвала-таки взгляд от Тома и посмотрела на сына.

– Дариан, пожалуйста. Это тебя не касается.

Неизвестно, что подействовало больше: сталь в её голосе или глубоко запрятанное выражение отчаяния в её взгляде, доселе ни разу не виданное им в глазах матери. Но Дариан развернулся и стал подниматься по лестнице.

Слодт бросил на Элоизу тревожный взгляд, но она кивнула ему, и он устремился вслед за Дарианом.

Элоиза вновь перевела взгляд на Тома.

– Что вы знаете?

Она прошла мимо него и села в кресло. Том же не сдвинулся с места.

– Я знаю достаточно. Меня больше интересует, что известно вам обо всём этом.

– С чего вы вообще решили, что мне что-то известно?

Том нахмурился и устало склонил голову набок.

– Не смешите. Сейчас не время играть в игры. Мы оба знаем, что вам отлично известно, что происходит. Я сказал про подземелья, и вы побледнели. Вы до сих пор бледны.

Элоиза глубже уселась в кресле.

– Да, вы правы. Это было глупо с моей стороны. Так сказать, последний жест отчаяния.

– Расскажите мне всё.

Том сел в соседнее кресло. Элоиза внимательно посмотрела на него и печально ухмыльнулась.

– Да… вы похожи…

При этих словах, Том мгновенно вспомнил Виолу и сам слегка побледнел.

Элоиза тяжело вздохнула и покачала головой.

– Это очень долгая история…

3

Криминалисты снимали отпечатки пальцев, патрульные опрашивали соседей в поисках возможных свидетелей. Всё как на обычном месте преступления. Простая схема, которой следуешь, когда совершается убийство. Но это не было обычным расследованием.

И теперь Макклайн стоял и смотрел на остывшее тело капитана, а в его душе в большой клубок переплетались гнев и смятение.

Второе тело уже было упаковано в пластиковый мешок для трупов. Один из экспертов подошёл к Макклайну. Детектив заговорил с ним, не отрывая взгляд от Гейджа.

– Что выяснили?

– Капитан Гейдж умер от одного единственного ножевого ранения, а вот второго явно пытали. Убийца сначала прострелил ему коленные чашечки. К тому же ещё одна интересная деталь в том, что есть все признаки того, что капитана пытались спасти, да и рана была нанесена точно не в доме.

Макклайн нахмурился.

– Хотите сказать, что убийца капитана и убийца неизвестного – это не один и тот же человек?

– Не возьмусь утверждать точно, но это вполне вероятно.

– Какое совпадение…

– Что?

Эксперт непонимающе посмотрел на Макклайна.

– Что вы имеете в виду?

– Просто я как раз знаю человека, в чьём характере идеально совместились бы забота о капитане и пытка и убийство другого человека.

К ним подошёл другой эксперт.

– Извините, что прерываю, но мы пробили отпечатки по базе, помимо отпечатков самого капитана нам удалось установить, что ещё одни принадлежат детективу Томасу Шеппарду.

4

У меня в семье всё решал отец, и, когда мы с Алтоном решили пожениться, он решительно сказал нет. Но меня этот ответ не устроил.

Мы поженились втайне от всех, и долгое время никто не знал, что мы муж и жена. Отец продолжал сватать ко мне женихов и с каждым новым отказом разъярялся всё больше.

Я устала от бесконечной череды женихов и рассказала отцу всю правду. Сказать, что он был в ярости, значит не сказать ничего.

Он выгнал меня из дома. Банальный финал банальной истории. Дальше по закону жанра идёт история о бедных молодых людях, которые в полной нищете упиваются своей любовью, но Алтон не был беден. Он был сыном знатного человека, имел хорошее состояние и родословную, и только сам чёрт знает, чем он не устраивал моего отца.

Мы построили поместье, наняли слуг и зажили спокойной семейной жизнью. Через некоторое время родился Бродерик – чудесный мальчик, хотя и не такой ласковый, как мы ожидали. А когда у нас родилась дочь… что ж, видимо это была расплата за мой выбор.

Девочка родилась больной, она не была уродом или инвалидом в полном смысле этого слова, но до совершеннолетия ей не было суждено дожить.

Я была беременна Дарианом, когда она начала увядать. Ей не исполнилось и пятнадцати. И тогда, в минуту наивысшего отчаяния, появился он. Красивый молодой мужчина, утверждающий, что нашу девочку ещё можно спасти.

Алтон в гневе хотел вышвырнуть его, считая, что это ещё один проходимец, желающий нажиться на горе родителей. Но я не дала ему это сделать. Возможно, это была моя самая худшая ошибка. А их было немало, поверьте.

Надо было выгнать сомнительного незнакомца, как только он оказался на пороге, но Джон обещал нашей дочери жизнь, и для меня этого было достаточно.

Я дала своё согласие, заключила сделку. И тем самым прокляла свою семью.

Одним из главных условий сделки был наш переезд в Нортвуд. Кто-то должен был прикрывать их грязную шайку. Если бы поместье досталось в руки людям несведущим, их секта рано или поздно выплыла бы на поверхность, а этого Джон хотел меньше всего.

Мы были его прикрытием, а он за это поддерживал жизнь в нашей Джанет. Вот только именно поддерживал, и не жизнь, а скорее существование. Прошло больше двадцати семи лет, а она не сказала ни слова. Иногда я вообще сомневаюсь, слышит ли она нас.

Джанет не умерла, но и не жива в том смысле, в котором нам бы хотелось. Теперь моя девочка больше напоминает живого мертвеца. Ни чувств, ни эмоций, один лишь взгляд, направленный сквозь тебя.

Иногда я думаю, что было бы лучше расторгнуть наш контракт и спалить до тла это место, лучше уж смерть, чем подобное существование. Но потом я вспоминаю, что при расторжении нашего контракта я потеряю всё, и тогда моя решимость мгновенно тает.

А ведь Дариан даже не знает, что у него есть сестра. Мы держим Джанет в нижних помещениях поместья, даже слуги не знают, что она там.

Алтон скончался вскоре после того, как мы заключили с Джоном контракт, его сердце не выдержало видеть дочь такой. С его уходом единственным, кто разделял мою тайну, стал Бродерик.

Он прекрасно знает, что происходит, и мне даже кажется, что он связывается с Джоном. Мне совсем не по душе подобный союз, но это ещё одна плата, которую приходится платить.

5

Элоиза была спокойна, но в уголках её глаз уже начинала скапливаться предательская влага. Голос Тома слегка смягчился.

– Вы сами осознаёте, что ваш договор приносит больше вреда, чем пользы. Почему же вы до сих пор не набрались смелости дать этому нестареющему ублюдку под зад?

Элоиза покачала головой.

– Вы не понимаете. Я ненавижу Джона всем сердцем, но я никогда не рискну пойти против него.

Том в порыве встал с кресла.

– Но как же так?! Что сложного просто рассказать об этой секте? Если я начну говорить, меня сочтут за умалишенного, но если мои слова подкрепят слова достопочтенного семейства, уважаемого в городе…

– Тогда всё равно ничего не получится.

– Но почему?

Том снова сел.

– Вы думаете, он смог бы просуществовать столько лет, если бы всё не было тщательным образом спланировано? Джон опутывает своей паутиной весь город. Члены его культа повсюду: городской священник, начальник полиции, даже несколько членов городского совета. Когда вы начнёте говорить, вас просто по-быстрому устранят.

Том уронил голову на руки и глубоко вздохнул.

– Не могу сказать, что не ожидал услышать нечто подобное, но как вы можете говорить об этом так спокойно?

Элоиза пожала своими узкими иссушенными временем плечами.

– Привыкнуть можно ко всему, особенно если такое происходит с тобой каждый день. Меня далеко не всё устраивает, но со своей участью я как могла смирилась.

– Но ведь так нельзя! Надо бороться! Неужели вы хотите, чтобы ваша семья жила вот так? Чтобы ваша дочь была заперта в вечно умирающем теле, не способная даже говорить? И если уж на то пошло, почему вы так уверены, что ваша дочь жива? Что Джон не поддерживает лишь её оболочку?

Элоиза резко встала.

– Довольно!

В её глазах был гнев, который вытеснялся безграничной болью.

– Думаете, я не думаю об этом каждый чёртов день? Я устала от того, что первая мысль, приходящая мне в голову при виде дочери, здесь ли она. И я бы предпочла, чтобы мне не напоминали лишний раз об этом.

– Но я буду это делать. Буду, если это приведёт вас к решению покончить со всем этим кошмаром.

– У вас слишком простое отношение к жизни, детектив. Вы не понимаете всю серьёзность ситуации и совершенно не цените свою жизнь. Чтобы хоть как-то приблизить ваше отношение к действительности, считайте, что вы пытаетесь переиграть самого Дьявола. Не забывайте об этом.

Не сказав больше ни слова, Элоиза вышла из комнаты.

Глава 18

1

Том остался в комнате совсем один, но ненадолго. Едва Элоиза ступила за порог, Дариан начал спускаться по лестнице. Они посмотрели друг на друга тяжёлым мрачным взглядом. Дариан спустился и встал напротив Тома настолько близко, словно забыл тот маленький неприятный эпизод, который произошёл совсем недавно.

– Значит, вот так обстоят дела… Что ж, это будет для меня уроком. В нашем мире нельзя доверять никому, особенно своей семье.

– Мне казалось, что этот разговор не был предназначен для твоих ушей.

– Да, возможно, было бы лучше оставаться в неведении. Но ничего уже не поделаешь, стоит один раз узнать правду, и пути назад уже нет.

– Разве? Сделай вид, что ничего не слышал, и живи себе дальше. Поверь, тебе же лучше будет.

– А ты бы так смог?

Взгляд Тома стал ещё мрачнее.

– Я не ты.

Дариан ухмыльнулся.

– Не спорю, я и сам не хотел бы быть тобой.

– Тогда к чему наш спор?

– А разве это был спор? Я просто даю тебе знать, что теперь это так не оставлю. И если ты хочешь победить в этом сражении, то тебе понадобится моя помощь.

Шеппард саркастически поднял бровь.

– Да неужели? И в чём же?

Дариан вытащил из пиджака сигару и поднёс к губам. Руки его шарили по карманам в поисках зажигалки.

– Мне показалось, что тебя может заинтересовать возможность зайти к врагам с тыла.

– И как ты можешь мне в этом помочь?

Дариан всё никак не мог найти зажигалку.

– Чёрт, да где же она…

Тому надоело на это смотреть, и он протянул ему свою.

– Благодарю. Думаю, нам обоим будет лучше забыть наши разногласия и работать сообща.

Шеппард вернул зажигалку в карман и недовольно нахмурился. Он уже начинал терять терпение.

– Все ещё не вижу, чем ты можешь быть мне полезен.

Дариан затянулся и выпустил в воздух густое облако сигарного дыма.

– Допустим, я знаю, как попасть в тоннели из Нортвуда…

2

– Всё равно не понимаю, зачем тебе это. Твоя мать скрывала от тебя сестру всю твою жизнь, а теперь, когда ты узнал об этом, в тебе резко проснулись братские чувства? Или тобой движет простое любопытство?

Дариан не отвечал. Они петляли по нижним помещениям поместья, переходя из одной кладовой в другую. Том смотрел вокруг недоумевающим взглядом.

Зачем им столько провизии? Да этой едой можно весь город накормить! В поместье всего пять человек, включая дворецкого, не удивлюсь, если они не знают и о половине того, что здесь лежит.

Они прошли череду кладовых и оказались в чрезвычайно большом и тёмном винном погребе. Шеппард протянул руку и снял с полки одну из бутылок.

Он повертел бутылку в руках, на этикетке значился год двухсотлетней давности. Пожав плечами, Том откупорил вино и продолжал путь, время от времени делая небольшие глотки и наслаждаясь великолепным вкусом.

– Скажи, как ты вообще мог не заметить, что с вами в доме живёт ещё один человек? Неужели за всю твою жизнь ни поведение брата, ни поведение матери не наводило тебя на мысль, что что-то не так?

– Может, я что-то и замечал, но, видимо, никогда не придавал этому значения. Ведь никогда не знаешь, что у человека в голове на самом деле. Я мог заподозрить в странном поведении брата желание устроить какую-нибудь гадость или подумать, что мать узнала о какой-то из моих проделок, когда видел её слишком грустной. Но такое… Нет, такого я себе представить не мог. Сам подумай, кто-то из твоей семьи вдруг ведёт себя странно, неужели первой мыслью, что придёт тебе в голову, будет мысль о том, что у тебя есть ещё брат или сестра? Подобное предположение смешно, но не более.

Том хмыкнул и посмотрел на вино в своих руках. Бутылка уже опустела наполовину.

– Да, возможно, подобная мысль и правда звучит абсурдно, но это правда, такова реальность. Не понимаю только, что ты пытаешься наверстать.

Дариан резко развернулся к Тому.

– Я не пытаюсь ничего наверстать, я лишь хочу увидеть Джанет. Найти доказательства словам матери. Чёрт возьми! Я всё ещё не могу поверить в эту безумную историю и не поверю, пока не увижу сестру своими глазами.

Они продолжили путь.

– Ну увидишь ты её, убедишься, что всё это правда. И что тогда? Что это тебе даст?

– История с сестрой столь же безумна, как и история с сатанистами. А если моя сестра здесь, значит, и сатанисты тоже. Если те истории подтвердятся, я отведу тебя в тоннели… и мы взорвём их к чёртовой матери, отрезав тем самым пути отступления этим свихнувшимся ублюдкам…

3

Найти комнату Джанет оказалось даже сложнее, чем они предполагали. Потому, когда Том с Дарианом вошли в её комнату, их переполняло торжество, которое, впрочем, моментально угасло при виде одинокой безжизненной фигуры, сидящей в кровати.

Дариан сделал два неуверенных шага к сестре. Он остановился, не решаясь подойти ближе.

Джанет сидела, устремив взгляд в пространство, на её лице навечно застыло выражение легкой печали. Если она и отразила их появление в комнате, то никак не подала вида.

Кровать была свежезаправлена, волосы Джанет расчёсаны и уложены в аккуратные косы, а рядом стоял столик с графином с водой и тарелкой со свежими булочками. Ясно было одно: несмотря на то что комната находилась глубоко под землей и была тщательно скрыта от чужих глаз, за Джанет явно кто-то ухаживал. И, скорее всего, это была сама Элоиза.

Том остался стоять в дверях, со стороны наблюдая сцену воссоединения семьи. Джанет не двигалась, не меняла направление взгляда, вообще не проявляла признаков жизни, лишь изредка моргала. Со стороны она больше походила на искусно сделанную куклу, чем на человека.

Дариан подошёл вплотную к кровати и встал на колени перед сестрой.

– Джанет… я…

Он замолчал, не зная, что сказать.

– Я… я твой брат, Дариан. Не знаю, говорила ли тебе мать обо мне, но я узнал о тебе только сейчас и вот пришёл увидеть тебя. Мы могли бы…

Поняв, что говорит сбивчивую и неразборчивую чушь, он вновь замолчал и просто уставился на сестру, застыв и не отводя от неё глаз.

Шеппард безмолвно наблюдал за этим со стороны. Он не мог не заметить одну странность, касаемую внешности Джанет. Девушка выглядела лет на двадцать пять, хотя если учитывать то, что говорила Элоиза, ей уже должно было быть под сорок. Этот факт несколько настораживал Тома и являлся в его глазах некой ниточкой, связывающей Джанет с Джоном, также переставшим стареть после двадцати пяти.

Наконец Тому надоело смотреть на безмолвные страдания Дариана, он подошёл и положил руку ему на плечо.

– Пойдём, нам здесь нечего делать. Сколько бы ты здесь ни просидел, ты не дождёшься ответа.

Это было жестоко, но действенно. Дариан встал и послушно вышел из комнаты, увлекаемый Томом прочь.

Оказавшись за пределами комнаты, Дариан вновь вернул себе свою самоуверенность. Он отстранился от Тома и прислонился к стене.

Том протянул ему бутылку, в которой всё ещё оставалось немного вина, и Дариан залпом её осушил.

– Чёрт… не думал, что будет так трудно…

Том с усмешкой посмотрел на него.

– Да, я тоже не думал, что ты так расчувствуешься.

– Да пошёл ты… скотина.

– Теперь ты получил достаточно доказательств? Отведёшь меня ко входу в тоннели?

Дариан повертел в руках пустую бутылку, поверяя, не осталось ли чего на дне.

– Пойдём.

4

Смешки за его спиной резко прекратились, коллеги перестали считать его параноиком. Теперь уже весь отдел пытался найти Шеппарда. Макклайн снова чувствовал поддержку других детективов.

Он не считал Шеппарда убийцей капитана, но считал, что тот имеет прямое к тому отношение. Что до остальных убийств, Макклайн не сомневался, что это было дело рук Тома. Ещё в то время, когда Шеппард работал в отделе, Макклайн не раз замечал, что он имеет склонность выходить за рамки дозволенного, и не сомневался, что Шеппард не остановился бы даже перед убийством. Теперь это было доказано.

После смерти Гейджа в отдел был назначен новый капитан, который целиком и полностью поддерживал желание Макклайна найти Тома.

Было решено найти Шеппарда, поместить под стражу и лишить звания и полномочий детектива до последующих разбирательств в суде.

Будь воля Макклайна, он бы без лишних разбирательств засадил бы Тома за решётку на ближайшие двадцать лет.

К Макклайну подошёл Тони и вежливо кашлянул, привлекая к себе внимание.

Макклайн оторвался от своих размышлений и посмотрел на техника.

– Что-то узнал, Тони?

– Да, Питер. Шеппард был замечен в северной части города.

Глаза Макклайна хищно сверкнули, на губах заиграла довольная усмешка.

– Пошли туда патрульную машину. Поиграем в догонялки с этим сукиным сыном.

5

Вход в тоннели перегородили крепкие кованые ворота, закрытые на большой висячий замок, ключ от которого существовал в единственном экземпляре и находился под стражей Элоизы.

Дариан подошёл к воротам и подёргал за прутья, но, убедившись, что ничего не происходит, отошёл в сторону.

– И что теперь делать? Единственный ключ мать всегда носит на шее.

– Сразу видно ребёнка, росшего в шикарном поместье, полагаю, в чужие дома ты в детстве не лазил.

Том поднял валявшийся у стены булыжник и с силой ударил по замку, несколько таких ударов – и замок уже лежал на земле. Шеппард подошёл к воротам и легонько толкнул их, ворота со скрипом открылись.

– Путь открыт.

Том взмахнул рукой, приглашая Дариана идти вперёд.

Дариан с сомнением посмотрел на Тома и пошёл в темноту.

– Ты во всех подобных ситуациях просто прёшь напролом?

– Ну… в общем-то, да. Никогда не видел смысла искать другие пути, если возможен самый простой. А ты бы предпочёл благородно попросить разрешение у твоей матери или стащить у неё из-под носа ключ?

Дариан поднял повыше лампу, освещая путь, чтобы ненароком не упасть и не сломать шею.

– Да, я думал о чём-то подобном. Я рассчитывал сделать всё незаметно, не оставляя следов. Сбитый замок точно не входил в мои планы.

– Расслабься, после того как мы взорвём тоннель, все и думать забудут про какой-то там замок. Кстати об этом, как ты собирался взрывать тоннели?

– Я нашёл эти ворота давно, и, естественно, меня распирало от любопытства. Мне безумно хотелось знать, что здесь находится. Однажды я выкрал ключ у матери и пошёл в тоннели. Я чуть не заблудился и решил больше туда не ходить, но я точно помню, что видел там несколько бочек с порохом. Мне кажется, этого будет вполне достаточно.

– Вполне…

– Единственное, что…

– Да?

– Единственное, о чём я не подумал, как мы будем выбираться оттуда. Не завалит ли нас из-за взрыва.

Том пожал плечами.

– Это не столь важно. На самом деле всё довольно просто. Поджигай фитиль, беги и надейся, что у тебя быстрые ноги.

Вскоре они дошли до того места, о котором говорил Дариан. Тоннель вёл в небольшую пещеру, где находилось что-то вроде импровизированного склада с оружием. В пещере стояли несколько бочек, доверху наполненных порохом, небольшое количество огнестрельного оружия и множество ножей самой разнообразной формы и размера.

Все это являло собой маленький арсенал сатанистов на случай отступления через поместье.

Что ж, когда мы закончим, отступать им будет некуда.

Не сговариваясь, Том с Дарианом разошлись по пещере в разные стороны, готовясь устроить знаменательный взрыв. Тоннель, приведший их к пещере, был единственным тоннелем, ведущим в поместье. Взорвав этот проход, они надежно обрезали бы все пути к Нортвуду.

Закончив, они отошли в сторону, чтобы осмотреть результат проделанной ими работы. Бочки были растащены в разные стороны, к ним вели аккуратные пороховые дорожки, соединявшиеся в одну, ведущую к ногам молодых людей.

Шеппард присел рядом с пороховой дорожкой и чиркнул спичкой.

– Теперь беги.

6

Далеко убежать они не успели. Взрыв быстро догонял их, распространяясь по узким тоннелям, стены и потолок рушились, угрожая обвалиться прямо им на головы.

Взрывная волна накрыла их, разбросав в разные стороны. Тома отбросило к одной из стен, сильно припечатав его о камни, он услышал крик Дариана и отключился.

7

Элоиза напряжённо вглядывалась в окно, устремив взгляд на ворота поместья.

– Слодт!

Слодт сию секунду появился подле Элоизы, словно материализовался из воздуха.

– Да, мадам?

– Ты видел, как уходил детектив?

– Нет, но я видел, как они уходили куда-то с мистером Дарианом.

– Вот как?

Элоиза нахмурилась.

– Ты видел, куда именно они ушли?

– Нет, мадам.

Лицо Элоизы омрачилось ещё больше.

Слодт слегка занервничал.

– Я сделал что-то не так, мадам? Вы чем-то не довольны?

– Ты здесь ни при чем, Слодт. Просто что-то мне это совсем не нравится.

В этот момент дом сотряс удар, пришедший из-под земли. Пол задрожал под ногами у Элоизы. Она смотрела на Слодта округлившимися и полными тревоги глазами.

– Это ещё что за чертовщина?!

Глава 19

1

Когда Том очнулся, в его голове был нестерпимый гул. Сквозь звон в ушах он слышал тихие стоны.

Покачиваясь, он встал на ноги. Кровь текла из раны на голове, затекая в глаза и мешая оценить масштабы проблемы.

Том стёр кровь рукавом и огляделся по сторонам в поисках Дариана. Вскоре он нашёл Дариана, кашляющего от пыли и стонущего от боли. Его придавило во время обвала, и теперь одна его нога была скрыта под обломками.

При резких движениях в голове Тома яркими вспышками искрилась боль. Он присел рядом с Дарианом, от пыли у него запершило в горле, и он тоже закашлялся.

– Ты чувствуешь ногу?

– Да, мать вашу! Ещё как!

– Тихо, не кипятись.

Том внимательно осмотрел завал и попробовал сдвинуть один из камней. Через некоторое время камень поддался и скатился вниз с оглушительным грохотом.

– Придётся повозиться, но думаю, что смогу тебя вытащить.

– Ты уж попытайся.

Шеппард медленно разгребал обломки, время от времени утирая кровь в те моменты, когда она угрожала вновь залиться в глаза, закрывая обзор. Дариан несколько раз делал попытки помочь Тому, но безуспешно.

– Чёрт, нога сломана. Я прямо-таки чувствую обломки костей.

– Я бы на твоём месте радовался, что ты вообще её чувствуешь. Тебе, между прочим, очень даже повезло, обычно после такого остаются без ноги, а ты, похоже, действительно отделался переломами.

Том сдвинул камень, лежащий прямо на ноге Дариана, и тот застонал от боли.

– Терпи, это последний.

Шеппард приложил всю свою силу, Дариан взвыл, но уже через мгновение камень поддался и откатился в сторону.

Том оттащил Дариана подальше от обвала и протянул ему руку, помогая встать. Дариан попытался самостоятельно удержаться на ногах, но не смог, и Тому пришлось его подхватить.

– Вот чёрт… Тебе придётся помочь мне идти, сам я не могу.

– Ну почему придётся? Я всё ещё вполне могу оставить тебя здесь, чтобы ты полз самостоятельно, и уйти.

Они обменялись напряжёнными взглядами, и Том подставил Дариану плечо.

– Идём.

Они двинулись в сторону поместья.

– Больно… Чёрт побери, почему же так больно…

– Боль – это хорошо. Боль означает, что ты ещё жив.

2

– Ну что?

Макклайн подошёл к Тони и встал у него за спиной. Техник немного отъехал в сторону на своём стуле, освобождая место для детектива.

– Я связался с Ником, они не нашли Шеппарда, но наткнулись на что-то странное. Лучше тебе самому послушать.

Он протянул ему рацию.

– Ник, это Макклайн, что там у вас?

– И тебе привет, Питер. Мы не нашли Шеппарда. Уж не знаю, откуда пришла наводка, но здесь никто ничего не слышал.

– Ну, зная наш город, я не удивлён.

– Нет, серьёзно, мы опросили огромное количество людей – и ничего. Абсолютно.

– Чёрт, я надеялся, что вы, парни, схватите его за задницу.

– К сожалению, нет, но мы заехали в несколько баров и мотелей, попросили, чтобы владельцы были внимательней и связались с нами, если он объявится.

Макклайн устало провёл рукой по лицу.

– Я думал, что эта поездка выльется во что-то большее, но и за это спасибо, парни.

Ник засмеялся.

– Эй, когда это ты стал таким вежливым?

– Заткнись.

– Вот, это уже больше похоже на старину Макклайна.

Макклайн невольно тоже засмеялся.

– Иди к чёрту.

– Да ладно тебе… И, кстати, я ещё не рассказал о той странности, про которую говорил.

– Так и рассказывал бы вместо того, чтобы просто болтать.

– У нас тут провалившийся дом.

– Что?

– Один из домов на окраине просто ушёл под землю.

– И как прикажешь тебя понимать?

– Честно говоря, мужик, я и сам не особо понимаю, что к чему. Такое впечатление, что земля просто ушла у него из-под фундамента. Вот стоит дом, и уже через секунду на этом месте котлован.

– Сколько погибло?

– Шестеро.

– Уже успели установить причину произошедшего?

– Нет, да и вряд ли вообще установят.

– Почему?

– Эксперты говорят, что, скорее всего, обвалилась какая-то подземная пещера, но точно установить они не могут. Придётся довольствоваться таким объяснением.

– Что за чертовщина…

– Кажется, здесь нам ловить нечего. Можно возвращаться?

– Нет, останьтесь пока там и продолжайте наблюдение.

Ник недовольно вздохнул и что-то заворчал, но Макклайн уже отключил рацию.

3

Когда они появились в зале, где Норвили принимали гостей, Элоиза лишь безмолвно встала с кресла.

Слодт сразу же кинулся к ним, помогая усадить Дариана на диван. Каждый раз, когда он смотрел на Тома, его глаза метали молнии.

– Что вы сделали?

Голос Элоизы звучал очень глухо, в него уже начали вкрадываться нотки отчаяния и паники.

Дариан сел повыше, сморщившись от боли в ноге, и с вызовом посмотрел в глаза матери.

– Мы сделали то, что должны были. Теперь эти ублюдки не смогут воспользоваться нашим домом.

Элоиза закрыла глаза, словно защищаясь от того, что не готова была услышать. Её голос стал ещё тише.

– Что вы сделали?

– Мы взорвали тоннель.

Элоиза отвернулась и удручённо склонила голову. Слодт вился вокруг Дариана, занимаясь его ногой и пытаясь хоть как-то оказать ему помощь.

– Мистер Норвиль, во всем виноват этот детектив, вы только слово скажите, и я выкину его отсюда пинком под зад.

Дариан засмеялся.

– Ты не очень-то гостеприимен, Верджил. Нет, я сам решил так поступить. Шеппард никак не пытался повлиять на меня. И я бы сделал это ещё раз. Мы поступили правильно.

– Вы идиоты! Вы всех нас угробили.

Элоиза схватила со стола бутылку виски и направилась к выходу.

Дариан провожал мать взглядом.

– Куда ты?!

– Доживать с пользой время, которое мне осталось!

В дверях она столкнулась с Бродериком, вышедшим на шум, доносившийся из зала.

– Что здесь происходит?

Он удивлённо посмотрел на мать и брата и бросил недоверчивый взгляд на Шеппарда.

Том, всё это время стоявший в отдалении, невозмутимо посмотрел на него.

Бродерик перевёл взгляд с Тома обратно на Дариана.

– Что с твоей ногой?

– Перелом.

– Это я вижу, что случилось?

– Случилось то, что твой брат по глупости навлёк беду на всех нас.

Элоиза в последний раз тяжко вздохнула и удалилась из комнаты.

Бродерик подошёл к Дариану и с каменным лицом встал напротив него.

– Рассказывай.

По мере того как Дариан говорил, лицо Бродерика становилось всё мрачнее, на нём уже читалась ярость.

– Я думал, после Катарины всё кончится, а теперь и ты туда же?!

– Что?..

Дариан остолбенел и уставился на брата.

Бродерик нервно зашагал из стороны в сторону.

– Катарина всё узнала и не хотела с этим мириться. Джон был очень недоволен. Её нужно было устранить.

– АХ ТЫ ГРЯЗНЫЙ УБЛЮДОК!

Дариан, не обращая внимания на сломанную ногу, с рёвом бросился на брата, повалил на пол и стал душить. Казалось, в нём проснулась чудовищная сила. Он яростно душил брата и колотил головой об пол до тех пор, пока Слодт не оттащил его в сторону.

Слодт помог Бродерику подняться и увёл его в другую комнату. Дариан остался неподвижно сидеть на полу.

Том, остававшийся безучастным на протяжении всего действа, подошёл к Дариану и протянул ему руку.

– Ублюдок… Как он мог? Я любил свою жену… честное слово, любил…

Он даже не взглянул на протянутую ему руку.

– Спасибо за помощь, Шеппард, но сейчас тебе и правда лучше уйти.

Не произнеся ни слова, Том развернулся и побрёл прочь.

4

Людей всегда притягивали несчастья, их будоражат смерть и разрушение. Вот и теперь толпа зевак скопилась вокруг котлована, недавно бывшего жилым домом, чтобы поглазеть на очередное несчастье.

Ещё несколько часов назад здесь жили люди, теперь же дом превратился в руины.

Макклайн стоял на краю котлована, смотря на то, что осталось от чьей-то жизни. Подобное всегда задевало его за живое. Он отвернулся от развалин и обратил свой взор на толпу зевак.

Он подошёл к одному из стоящих в отдалении мужчин.

– Извините, сэр. Вы не могли бы мне помочь?

Он достал значок и показал его мужчине. Тот кивнул.

– Конечно. Вы уже установили причину произошедшего?

– Пока нет, но мы пытаемся. Вы видели, что случилось?

– Да уж лучше бы не видел.

– Что произошло?

– Я разговаривал с Лорой…

– С Лорой?

– Лора Кэнвуд. Она живёт… в смысле жила в этом доме. Страшно подумать, что бы было, если бы я не позвал её поговорить… Вся её семья… Надеюсь, с ней всё будет хорошо.

– Мне очень жаль её семью. Пожалуй, я не буду тревожить её расспросами.

– Не надо, пожалуйста, она и так натерпелась, а переживать это ещё раз… Такое кого угодно может свести с ума.

– Вы начали рассказывать, что видели, когда я вас перебил.

– Да, в общем, это произошло во время нашего разговора. Мы стояли, болтали о всяких мелочах, а потом дом за её спиной просто ушёл под землю. Земля будто ушла из-под него, поднялось непроницаемое облако пыли. Когда оно рассеялось, дома уже не было. Боже, у неё была маленькая сестрёнка… боже…

5

Когда Том шёл к воротам поместья, его нагнал Слодт.

– Мне нужно с вами поговорить.

Том остановился и холодно на него посмотрел.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Поверьте, мне самому это не доставляет ни малейшего удовольствия. Более того, мне чрезвычайно противно.

– Ну так и не стоит этого делать.

– Нет, я должен.

Том тяжело вздохнул и закатил глаза. Слодт всё не унимался.

– Что бы ни говорил мистер Норвиль, я знаю, что это вы виноваты в том, что произошло. С того самого момента, как вы впервые появились на пороге поместья, Нортвуд преследуют неудачи.

– Нортвуд преследуют неудачи ещё со времен Рутзенов. Так что не надо всё сваливать на меня.

– Пока вы не появились, всё было хорошо.

Том уже начинал закипать от негодования.

– Значит, то, что Джанет выглядит как кукла, – это хорошо? Хорошо, что Элоиза проклинает каждый день своей жизни? Хорошо, что Бродерик убил жену своего брата и считает это нормальным? Ты это называешь хорошим, Слодт?!

– Джон поддерживает жизнь в Джанет, даёт Элоизе надежду…

– Надежду?! Всё, что он ей даёт, – это отчаяние.

– Её ребёнок жив, и она обязана этим Джону.

– Да можно ли вообще назвать подобное существование жизнью?

– Уж лучше это, чем смерть.

– Нет, с этим я не согласен. Не согласна и Элоиза.

– Это вы посеяли смуту в её душе!

– А сам-то, Слодт? Что, сатанинские культы и некромантия – это в привычном ритме твоей жизни?

– Я знаю, что может дать Джон, и я вполне готов смириться ради этого с некоторыми неудобствами.

Том с отвращением посмотрел на дворецкого.

– Ты либо псих, либо просто идиот. И я даже не возьмусь утверждать, какой из вариантов наиболее вероятен.

Слодт источал ярую ненависть, целиком и полностью направленную на Тома.

– Вы навлекли несчастье на этот дом. Вы, и никто другой. Уходите и больше не возвращайтесь.

Кошачьи глаза Тома угрожающе сверкнули недобрым огнём.

– О нет, я вернусь… Но только когда придёт время. Будь уверен.

Он развернулся и продолжил свой путь к воротам.

6

Том проезжал по городу, когда заметил толпу. Он остановился и, приоткрыв окно, подозвал одного из зевак.

– Что происходит?

– Говорят, произошёл какой-то подземный обвал. Дом просто ушёл под землю.

– Жертвы?

– Вроде как шесть человек…

Шеппард нажал на газ и направил машину подальше от котлована.

В списке вещей, за которые он попадет в ад, добавился ещё один пункт.

Он остановил машину, только когда повернул на безлюдную узкую улицу. Заглушив мотор, он откинулся на сиденье.

Он уже собирался придаться кратковременному самокопанию, когда его глаза заметили за окном нечто знакомое.

Том повернул голову в надежде рассмотреть, что это могло быть, и увидел молодую женщину. Ему хватило одного взгляда, чтобы узнать ночную незнакомку с утёса.

Она прошла мимо его машины и скрылась в каком-то задрипанном мотеле.

Шеппард вытащил ключ из замка зажигания.

– А вот это уже интересно…

Глава 20

1

День выдался отвратительным. Ребёнок из четвёртого номера заблевал всю кровать, наркоман из двадцать третьего снова обдолбался и пугал посетителей, засорилась канализация, и поступили несколько жалоб из-за качества обслуживания. Да ещё и вдобавок ко всему этому две местные проститутки устроили драку из-за клиента прямо в фойе.

Хозяин мотеля был страшно недоволен и почём зря кричал на своих сотрудников. Так что к вечеру у Франко дико болела голова.

Он сидел за стойкой администрации и изо всех сил старался быть приветливым с постояльцами, но, к сожалению, контингент в этом районе был таким, что это отнюдь не всегда получалось.

Входная дверь хлопнула, и в фойе появилась высокая брюнетка с очень тёмными большими глазами и вьющимися волосами.

Франко склонил голову на бок, оценивая фигуру приближающейся девушки. Он сразу нашёл в себе силу работать дальше. Его улыбка излучала приветливость и дружелюбие.

– Добрый день.

Девушка облокотилась о стойку.

– Не найдется ли у вас номера на ночь?

Франко с усмешкой прищурился.

– Ожидаете гостей?

Она хитро ему улыбнулась.

– Пока нет, но, думаю, они скоро будут.

Франко удивлённо вскинул брови и рассмеялся.

– Тогда, думаю, стоит пожелать вам приятного вечера.

Он протянул ей ключи.

– Благодарю.

Она взяла ключи и, на последок очаровательно улыбнувшись, удалилась, изящно покачивая бёдрами.

Франко провожал её похотливым взглядом.

Тихо брякнул колокольчик, висевший над входом, вырвав Франко из его мыслей.

В мотель вошёл мужчина в длинном пальто, с недельной щетиной и внешностью тех засранцев, которые всё время уводили у Франко девушек.

При приближении мужчины Франко завладела зависть, и он неприязненно сморщился. От былой приветливости не осталось и следа.

Новая волна неприязни захлестнула его при появлении полицейского значка.

– Чем могу помочь, детектив?

Он выдавил из себя улыбку, лихорадочно перебирая в голове все незаконные происшествия, происходившие в мотеле хотя бы за последнюю неделю.

– Детектив Томас Шеппард. Мне нужна кое-какая информация.

Детектив спрятал значок в карман и посмотрел на Франко. От взгляда этих зелёных глаз у него всё внутри сжалось.

– Что вас интересует?

– Сейчас сюда зашла высокая темноволосая женщина. Мне нужно знать, в каком номере она остановилась.

Франко облегчённо вздохнул.

Это, видимо, тот самый гость. Да, умеют копы развлекаться, ничего не скажешь.

Зависть нахлынула на него с новой силой.

– Номер двадцать один. Вверх по лестнице.

– Спасибо.

Детектив развернулся и пошёл к лестнице. Франко удручённо вздохнул и уселся обратно в кресло администратора.

Напыщенный индюк. Та крошка точно не проститутка, но что же она тогда в нём нашла? Пфф… Тоже мне… Детектив…

– Я Томас Шеппард, и я прикрываю свои похождения работой.

Франко скривился, изображая, как Том достаёт свой значок.

– Томас Шеппард… Шеппард… Чёрт!

Он резко развернулся на стуле и схватил бумажку, прикреплённую к стене.

На ней был номер телефона, который оставили копы, приходившие утром.

– Вот дьявол…

Франко потянулся за телефонной трубкой.

2

Том шёл по коридору мимо номеров, ища нужную комнату. Он почувствовал сильную неприязнь, исходящую от администратора, но не стал обращать на это внимание. Он часто встречал подобные эмоции при общении с другими мужчинами.

Его больше беспокоило то, что парень за стойкой не стал задавать вопросов. Обычно, когда копы спрашивают номер комнаты жильца, их засыпают кучей вопросов и тычут в нос политикой конфиденциальности, прося предъявить ордер. Этот же… вообще никак не отреагировал, просто назвал нужную ему информацию.

Шеппарду и радоваться бы такому везению, вот только что-то внутри него кричало о подвохе. Он попытался выкинуть из головы лишние опасения, но они упорно всплывали в его сознании.

Он нашёл нужную ему дверь и, стараясь сильно не шуметь, попытался повернуть ручку. Дверь была заперта.

Вставив отмычки в замок, он принялся крутить их со знанием дела. Через пару минут замок щёлкнул, и дверь тихо приоткрылась.

Том скользнул внутрь.

Прихожая была пуста, а одинокая лампочка, которая её освещала, постоянно мигала.

Шеппард, крадучись, прошёл по коридору и заглянул в комнату. Девушка стояла спиной к нему, глядя в окно.

Он тихо подошёл сзади, схватил за руку и, крутанув, прижал её к стене.

На лице незнакомки заиграла довольная ухмылка.

– Ну наконец-то!

3

Макклайн провёл целый день, опрашивая очевидцев крушения дома. Он вернулся в участок только поздно вечером и к тому же злой, как чёрт.

Он потратил уйму времени, но не узнал ровным счётом ничего. Макклайн не смог связать крушение с Шеппардом, а причина произошедшего до сих пор оставалась для него загадкой.

Большинство детективов уже ушли по домам, и в участке остались лишь те, кому выпала ночная смена.

Макклайн в сотый раз достал из ящика стола папки с делами, которые его так волновали. Однако практически сразу закрыл их. К нему пришло осознание того, что он уже выжал из этих отчётов всё, что только мог.

Он взял в руки записи с показаниями, которые он собрал сегодня у котлована. Макклайн не думал, что это как-то поможет ему найти Шеппарда, но ему просто необходимо было чем-то занять свой мозг. Потому что безделье вводило его в нервное состояние, по-тихому сводящее его с ума.

На пустующем столе техника затрещала рация.

– Приём. Тони? Питер? Кто-нибудь? Поступила важная информация.

Макклайн сорвался с места и кинулся к рации.

– Ник, это Макклайн. Что у вас?

– Чёрт, ты что только на волшебные слова отзываешься?

– Ник! Хватит! Ты просто решил довести меня или у тебя действительно стоящая информация?

Макклайн устало опустился в кресло Тони.

– Это, конечно, очень заманчиво, Питер, но нет. У меня действительно важная информация. Мы его нашли.

Макклайн вскочил на ноги.

– Как?! Где?!

– Наша вылазка по местным мотелям принесла свои плоды. Нам позвонил администратор одного из мотелей и сказал, что Шеппард приходил к нему и всё ещё находится в здании.

– Он точно уверен, что это Шеппард?

– Администратор сказал, что мужчина представился детективом Томасом Шеппардом и предъявил значок.

– Вот идиот! Неужели он думал, что мы не станем его искать?

– Уж не знаю, о чём он думал, но он там, а мы всего в паре кварталов. Нам взять его?

– И не думай! Ты даже не представляешь, насколько он может быть опасен. Два человека его не удержат.

– Да брось, Макклайн, он человек, а не всемогущий монстр.

– Ты его не знаешь. Он как-то в одиночку разобрался почти с двадцатью наркоторговцами. И могу тебе сказать, что далеко не все из них дожили до ареста. К тому же он вооружён и, поверь мне, умеет обращаться с оружием.

– Ну и что тогда прикажешь делать?

– Его однозначно надо брать, но дождитесь подкрепления, я вышлю людей. Да я сам, чёрт возьми, приеду посмотреть на его лицо во время ареста. Давай адрес.

4

– Я смотрю, ты ждала меня.

Том с интересом вгляделся в глаза девушки, которые на этот раз не были скрыты ночью.

Она улыбнулась.

– Можно сказать и так.

Минуту они молча смотрели друг на друга.

– Может, отпустишь меня?

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Возможно… Так и будем стоять? Или ты вломился в чужой номер всё-таки с какой-то целью?

– Что-то мне подсказывало, что это будет верное решение.

– Ооо… голоса в голове, дружок, – это уже шизофрения.

Том усмехнулся.

– Больше похоже на старый добрый инстинкт.

Девушка ещё больше приблизилась к Тому, её губы почти касались его уха.

– А ты уверен, что ему можно доверять?

Его лицо скрылось в её волосах. Он вдохнул свежий дурманящий запах.

– До сих пор он меня не подводил.

– Ну как скажешь.

Она снова от него отстранилась.

Том с сожалением оторвался от её волос.

– Было бы неплохо, если бы ты ответила на пару моих вопросов.

– Забавно, я хотела просить тебя о том же.

– Это будет зависеть от того, что ты мне скажешь.

– Тогда спрашивай.

– Ну для начала я бы хотел узнать твоё имя.

– А оно так важно?

– Но ты ведь знаешь моё.

– По-моему, в прошлую нашу встречу ты не представился.

– Брось, уверен, для тебя это не помеха.

– А ты быстро соображаешь… Том.

– Я же говорил. Итак…

– Арлин.

– Это не твоё имя.

– Нет, конечно, но ты можешь звать меня так.

– Что ты делала на утёсе?

Арлин пожала плечами.

– То же, что и ты, пыталась как можно больше разузнать об этом месте.

– Легко угадать мои мотивы, а вот твои мне не понятны.

– Всё просто: я искала нужную мне информацию.

– Чёрт, ты и дальше будешь отвечать столь пространственно? Если так, тогда мы не договоримся.

– Да не будь ты таким занудой. Я не обязана рассказывать тебе всю свою жизнь.

– Да ты и не начинала.

– Я ищу одну… вещь, и для этого мне нужна была информация о поместье.

– Ну и как? Нашла, что искала?

– Не совсем. Мне хотелось бы знать куда больше.

– Как я тебя понимаю.

Он насмешливо посмотрел на неё.

– Но мы так и не сдвинулись с мёртвой точки, твои ответы всё ещё довольно абстрактные, и, поверь, они ничем не помогают.

Арлин фыркнула.

– Ладно, предлагаю компромисс. Я не спрашиваю о твоей жизни, ты – о моей. Задаём вопросы о нужной нам информации, не касающейся нас лично. Все при ответах и при своих секретах. Все счастливы.

– Начинай.

– Что ты знаешь о Маргарет Рутзен?

Том удивлённо вскинул брови.

– Почему это тебя так интересует?

Арлин покачала головой.

– Том… мы же договорились.

Он закатил глаза.

– Ладно, виноват. Что именно ты хочешь знать?

Она сердито нахмурилась. Черты её лица стали несколько жёстче.

– Я хочу знать то, что знаешь о ней ты. Перестань задавать такие вопросы, а то мы будем стоять так до скончания веков.

– Я знаю, что Маргарет была не уравновешена, что она вышла замуж за сатаниста и погибла при родах.

– И всё?

– Ты знаешь больше?

– Возможно, но важна ли тебе эта информация?

– Честно? Я даже не уверен, какая именно информация мне нужна.

– Тогда зачем ты здесь? Только из-за чутья? Или по какой-то ещё причине?

Шеппард почувствовал её губы на своей шее. Кровь ударила ему в голову. Не успев опомниться, они оказались на кровати.

5

Никто не мог ожидать такого. Все готовились к грандиозному захвату. Машины окружили мотель. Кто же знал, что всё это совершенно лишнее…

Макклайн взял с собой несколько детективов и вошёл в здание, остальные остались ждать снаружи, нацелив стволы на входную дверь.

В фойе было пусто, все посетители либо уже спали, либо узнали о приближении копов и смылись. Их встретил администратор.

– Где он?

– Двадцать первый номер. Должен сказать, он не один.

Макклайн слегка напрягся.

– Заложник?

– Нет, не думаю. Он был там с женщиной.

– С женщиной? Это странно… а, впрочем, от него можно ждать всего.

Он махнул другим детективам, подавая сигнал подниматься наверх. Затем снова повернулся к администратору.

– Имя?

– Франко, сэр.

– Слушай, Франко. Мы будем производить захват. Этот человек очень опасен. Так что в твоих интересах сидеть тут и не высовываться. Понятно?

– Да.

Франко испуганно закивал.

Видя страх Франко, Макклайн улыбнулся про себя и пошёл вслед за остальными.

В номере было тихо, замок заперт. Не став церемониться, Макклайн выбил дверь, и детективы быстро проникли внутрь, рассредоточиваясь по комнате.

Картина, открывшаяся перед ним, была настолько нелепой, что Макклайн не удержался и расхохотался.

Шеппард лежал на кровати в одних брюках, руки его были прикованы над головой к кровати. Он со спокойным любопытством смотрел на ворвавшихся в номер копов. На его лице появилась веселая ухмылка.

– Давно не виделись, ребята, я смотрю, вы соскучились, раз уж решили навестить меня так внезапно и такой большой компанией.

Макклайн подошёл к кровати и слегка дёрнул наручники.

– Видимо, что-то пошло не так?

Том запрокинул голову и посмотрел на наручники.

– Что-то явно пошло не так.

Он снова посмотрел на Макклайна.

– Но оно того стоило.

Глава 21

1

– Может, снимешь с меня наручники?

– Даже не надейся. Ты обвиняешься в убийстве нескольких человек, в том числе Гейджа.

Том импульсивно всплеснул руками, но наручники помешали этому движению. Он раздражённо сложил руки на груди.

– Да брось, Питер. Ты, конечно, идиот, но не настолько ведь. Ты прекрасно знаешь, что кэпа я не убивал.

– Но насчёт других убийств ты этого сказать не можешь.

Макклайн достал из папки фотографии с мест преступлений и положил на стол. Откинувшись на стуле, он внимательно следил за эмоциями Тома.

Том равнодушно проскользил взглядом по фотографиям миссис Мастерс и наркоманов и задержался на фотографии Кайла. Он слегка улыбнулся.

– И чего ты хочешь добиться этими фотографиями?

– Справедливости.

– Не смеши.

Макклайн пропустил слова Шеппарда мимо ушей.

– Хорошо, Том. Может, тогда расскажешь мне о том, что произошло с капитаном?

– Его убили.

– И кто же?

– Не я. И хватит уже пытаться выдавить из себя интонации следователя. Это раздражает.

– Шеппард, ты у меня в печёнках сидишь. И если ты не начнёшь вспоминать о произошедшем, я начну забывать права арестанта.

– Может, скажешь для начала, на каких основаниях меня здесь держат?

– Я думал, ты уже понял, что обвиняешься в убийстве, точнее, в нескольких убийствах.

– И каковы же доказательства моей вины?

– У дома миссис Мастерс ты был на месте преступления, хозяин мотеля, где убили наркоманов, видел тебя. Он сказал, что ты посоветовал ему сменить ковер. А рядом с телами Гейджа и того неизвестного были найдены твои отпечатки.

– Миссис Мастерс совершила самоубийство. Я застрелил только одного наркомана, который убил второго и, кстати, напал на меня. Считай, что это было сопротивление при аресте. Что касается Гейджа, мы общались, и я бывал у него дома. Так что мои отпечатки и уликой-то не назовешь.

Макклайн скрестил руки и ухмыльнулся.

– У тебя всё так хорошо складывается. Возникает впечатление, что ты просто-таки невинная овечка. Наверное, если ситуация сложилась бы немного по-другому и тебе попался бы следователь, который не так хорошо тебя знает…

– Думаешь, что знаешь меня, Питер?

– Знаю, какая ты скотина. Так вот, если бы такое вдруг случилось, скорее всего, перед тобой бы извинились и отпустили. Но опять же… если бы. И так как такого не случилось, предлагаю смириться с тем, что тебе не отвертеться, и начать говорить.

Том засмеялся.

– Браво, Пит! Я почти поверил в твою серьёзность. И, если бы я тебя не знал, наложил бы со страху и начал говорить. Но ты сам сказал… если бы.

– Все знают, что ты убийца, и никто не будет закрывать на это глаза.

Тон Макклайна стал суровым. От всех его слов веяло холодом.

– Тебя всё равно посадят. Но от тебя зависит, куда и как надолго. Так что начинай говорить.

– Перестань меня запугивать. Это выглядит смешно.

– Ладно, тогда давай немного сменим тему.

– Хочешь узнать меня поближе? Это так мило.

Шеппард положил руки на сердце и театрально захлопал ресницами.

Макклайн облокотился на стол, подперев рукой подбородок.

– Мне вот интересно, сколько же раз ты уже слышал, что совершенно несносен?

– Много, поверь.

Том снова откинулся на стул.

– Неужели ты хотел спросить это?

– Нет, но раз уж ты не хочешь говорить про убийство, тогда расскажи, чем же таким вы с капитаном занимались последнее время. Это все заметили.

– А какой смысл? Ты мне не поверишь, да и помочь в силу своей тугодумости не сможешь.

– Может, попробуешь?

Том тяжко вздохнул.

– Да к чёрту… Я ничего не теряю. С нашей продажной системой меня всё равно посадят. Может, мой рассказ всколыхнет хотя бы остатки твоего мозга.

– Я внимательно тебя слушаю.

– Капитан поручил мне расследовать несколько убийств, которые он считал связанными между собой. Это привело меня к миссис Мастерс.

– Что тебе было нужно от неё?

– Дневник её мужа.

– Дневник Алекса? Зачем?

– Он расследовал эти дела до меня. До тех пор, пока его не устранили.

– Детектив Алекс Мастерс погиб при неудачной попытке ограбления.

– Детектив Алекс Мастерс погиб, потому что слишком много знал. И это доказывают записи в его дневнике.

– И как же это могло привести к самоубийству Энн?

– Когда я пришёл, она была уже безумна. Видимо, напоминание о муже подстегнуло её безумие к активным действиям.

– То есть ты всё же виновен в её смерти?

– Если вооружиться такой логикой, то можно повесить на меня все мировые катаклизмы.

– Что было дальше?

– Я пошёл в отель, где началась перестрелка между наркоманами, в которую я невольно был втянут. Всё это в свою очередь вывело меня на заброшенную библиотеку, в которой я нашёл древний сатанинский фолиант, который уже тогда навёл меня на некоторые мысли. Если не вдаваться в детали, я вышел на то, что под всем городом распространилась сеть подземных тоннелей. Где-то в середине этой паутины расположен культ безумных фанатиков, которые убивают горожан на протяжении многих лет. Мы с Гейджем пошли туда, и его ранили. Я пытался его спасти, но не смог. Я поддался эмоциям и в итоге оказался в мотеле, где вы меня и взяли. В общих чертах это всё.

– Знаешь, ты был прав. Я не верю ни единому твоему слову. Советую тебе подумать ещё.

Макклайн встал из-за стола и вышел из допросной.

2

– Я хочу сам с ним поговорить.

Лоуд и Макклайн наблюдали за Томом через специальное стекло. Макклайн неодобрительно хмыкнул.

– Капитан, а не слишком ли много ему чести?

– Он рассказал не самую обыденную историю. Такое ещё надо умудриться придумать. Я хочу услышать это от него.

– Послушайте, сэр, я знаю Шеппарда. Для него подобную байку сочинить как пальцами щёлкнуть. Вы своим визитом его только раззадорите.

Лоуд пожал плечами.

– Если так, то мы услышим ещё много всего интересного.

– Я не думаю, что это хорошая идея.

– Возможно, Макклайн, но ведь именно для этого здесь я. Принимать решения, когда ты сомневаешься. Пойдём.

3

– Я вам что, клоун, что ли, чтобы развлекать всех и каждого историями?

Макклайн принял невозмутимый вид.

– Но ты же хотел, чтобы тебе поверили. Вот и рассказывай. Капитан сам хочет это услышать из первоисточника.

Том наклонился вперёд.

– Во-первых, я сказал сразу, что ты мне не поверишь. Во-вторых, ты бы и сам мог всё прекрасно ему передать.

Лоуд улыбнулся. Он остановил жестом Макклайна, который был готов продолжать перепалку.

– Вы правы, несомненно, Питер и сам мог бы мне всё рассказать, но я всё же очень хотел бы услышать это от вас. Чтобы ничего не пропустить, так сказать.

Том закатил глаза.

– Как скажете.

Он ещё раз повторил свой рассказ.

– …потом меня взяли. Это всё. Спросите у своего подчинённого.

Лоуд посмотрел на Макклайна, и тот утвердительно кивнул.

– Да, что касается конца, это так. Правда, мы так и не выяснили, что за женщина была с ним в отеле.

Том громко расхохотался.

– Прошу не утруждаться. Я сам толком не знаю, кто она. Очень сомневаюсь, что у вас получится что-то дельное.

– Ты позволил себя связать незнакомке?

– Знаешь, Пит, я уверен, что представься тебе такая возможность, ты бы сделал то же самое.

– Сомневаюсь.

– Ты просто её не видел.

Лоуд кашлянул.

– Если никто из вас не возражает, вернёмся к делу.

Он выразительно посмотрел на Макклайна и развернулся к Тому.

– Итак, вы утверждаете, что под нашим городом живёт культ сатанистов?

– Да. Я надеялся, вы поймёте это с первого раза.

– О, вы выражаетесь вполне внятно, но, честно говоря, довольно трудно поверить в такое. Само предположение, что такое возможно, кажется совершенно неоправданным. Не говоря уже о том, чтобы и вправду в это поверить.

– Просто главная беда людей в том, что они придумывают для себя лишние несуществующие проблемы, а настоящие замечают, лишь когда они сваливаются им на голову.

– В этом я даже соглашусь с вами. Но давайте вернёмся к культу. Если он действительно существует, тогда как вы объясните то, что о нём до сих пор никто не слышал?

– Ты не понимаешь, паутина культа охватывает весь город. Его члены занимают порой самые высокие должности. Они прикрывают свои действия, сваливая преступления на других людей, а тех, кто знал слишком много, просто устраняют. Как Мастерса… и Гейджа.

– Но не могла же одна организация прибрать к рукам всю власть города. Каково бы ни было их влияние, рано или поздно их деятельность должна была выплыть наружу. Так что, с точки зрения логики, тёмный культ покажется любому здравомыслящему человеку идеей слишком фантастичной для того, чтобы оказаться реальностью.

Том внимательно посмотрел в глаза Лоуду. И этого мимолётного взгляда хватило, чтобы уловить тьму, клубящуюся в них. Лицо Тома слегка дёрнулось.

– Ах ты сукин сын… Послушай-ка меня внимательно, Питер. Собирай вещи, двигай к выходу и держись подальше от этого ублюдка.

Макклайн удивлённо вскинул брови.

– Ты решил испробовать все варианты? Если так, то это с твоей стороны не самый удачный ход. Выглядит как барахтанье утопающего.

Том неотрывно буравил взглядом Лоуда.

– Я не шучу. Держись от него подальше. Он один из них.

Лоуд фыркнул.

– Ну уж это ни в какие ворота не лезет! Что за бред! Я наслышан о вашей эксцентричности, но не стоит пускаться в оскорбления, если у вас закончились аргументы.

Том улыбнулся.

– Ты жалок. Поэтому ты примкнул к нему?

В глазах Лоуда мелькнула злость, но тут же пропала, словно её и не было.

– К кому, Шеппард? О ком вы говорите?

– К Джону. Но ты и так прекрасно это знаешь.

– Я уже устал повторять вам, что не имею к культу никакого отношения.

Видя, что этот разговор ни к чему не приведёт, Макклайн вмешался.

– Кто такой Джон?

– Спроси у своего нового капитана.

– Хорошо, допустим, он знает. Но расскажи мне, кто это.

– Джон – глава культа.

– Ты утверждаешь, что культ действует очень долгое время, значит, по-твоему, этот Джон должен быть уже глубоким стариком?

– Ему двадцать пять. Ему всегда двадцать пять.

Макклайн посмотрел на Лоуда. Тот покачал головой.

– Это бесполезно, Питер, пора заканчивать.

Они ушли, оставив Тома в допросной одного.

Шеппард облокотился на спинку стула и закинул ноги на стол. Он понимал, что теперь ему предстоит долгое ожидание.

Конечно, он мог бы придумать какую-нибудь историю, чтобы отделаться от детективов. Он не раз делал это. Но сейчас ему не хотелось ничего выдумывать, выкручиваться и надрываться. Он просто хотел, чтобы его оставили в покое.

Том понимал, что, несмотря ни на какие слова, его всё равно посадят. Так что можно было рассказывать им хоть про расу инопланетных котов, которые хотят захватить мир. Единственной надеждой выкрутиться оставался побег. И тут уж никакие слова не помогут.

4

– Это не обсуждается, Макклайн.

– Но сэр! Это неправильно! Где же расследование? Где суд?

– Питер, ты сам говорил, что он точно виновен. К тому же суд ещё будет, просто не здесь.

– Но что это за новые правила такие? Мы никогда так не делали.

– Приказ пришёл сверху, и я здесь не имею никакой власти. Я лишь выполняю то, что мне говорят, у меня тоже есть начальство.

– Да, но…

– Просто выполняй приказ, Макклайн.

– Но вы не можете везти его один.

– Я ответственное лицо. Шеппарда необходимо доставить в тюрьму Уорклиф. Он будет содержаться в ней вплоть до суда.

– Тогда я поеду с вами. Он опасен.

– В этом нет необходимости. С одним скованным заключённым я справлюсь.

– Извините, сэр, но я вынужден настаивать. Я гонялся за ним столько времени! Если кто и должен доставить его в тюрьму, то это я.

Лоуд посмотрел на Макклайна оценивающим взглядом.

– Ну хорошо, готовь фургон.

Глава 22

1

– И куда мы едем?

Макклайн развернулся к Шеппарду и посмотрел на него сквозь защитную решётку.

– А сам не догадался?

– По крайней мере, точно не за мороженым.

– А почему нет? Можем заехать. Капитан, увидите кафе – тормозните.

Лоуд не отвечал, сосредоточенно смотря на дорогу.

Шеппард попробовал встать, чтобы взглянуть в лобовое стекло, но машину так качало, что он решил оставить эту идею.

– И всё же?

– Мы направляемся в тюрьму Уорклиф, где ты будешь содержаться вплоть до суда.

– А не рановато ли? Меня арестовали десять часов назад. И уже перевозят?

– Таков приказ.

– Чей?

– Начальника полиции. Он приказал срочно доставить тебя в Уорклиф для дальнейшего разбирательства.

Том уронил голову на руки и тяжело вздохнул.

– Начальник полиции, говоришь? Ох, зря ты поехал, Макклайн. Очень зря…

Макклайн усмехнулся.

– Расскажешь мне очередную теорию заговора?

– Рад бы, да какой смысл? Теперь уже поздно. Ты ведь не станешь выпрыгивать из машины.

– Нет, не стану.

– Очень зря.

– Это ты уже говорил.

– И с того момента ничего не изменилось.

Машина свернула и съехала на парковку небольшого придорожного кафе.

Макклайн удивлённо посмотрел на вывеску и развернулся к Лоуду.

– Сэр, мы правда приехали за мороженым? Я думал, вы поймёте, что я шутил.

Лоуд устало потёр глаза и протянул руку к панели, чтобы сделать радио чуть громче.

– До Уорклиф ехать ещё часов пять, а я засыпаю. Буду очень тебе признателен, если ты сходишь за кофе.

– Может, я просто сяду за руль?

– Нет, лучше принеси кофе. Побольше и покрепче.

Макклайн пожал плечами и вылез из машины.

Вывеска кафе в темноте мигала, освещая припаркованные машины тусклым красным светом.

Том обшаривал карманы в поисках чего-нибудь, чем можно было бы взломать наручники. Но, как назло, в карманах не было ничего подходящего. Впрочем, как и в самой машине.

Он посмотрел в сторону пассажирской кабины и встретился взглядом с Лоудом в зеркале заднего вида.

На секунду у него внутри всё сжалось, но он моментально совладал с собой.

– Уезжай.

– Что?

Лоуд вопросительно изогнул бровь.

– Заводи мотор. Оставь его здесь. Макклайн тебе не нужен. Тебе нужен я. Зачем жертвовать лишними жизнями?

– Чем больше, тем лучше. К тому же я не могу его здесь оставить.

– Но почему?

– После всех твоих россказней про заговоры, он не поверит, что ты погиб случайно.

– Скажешь, что я напал на тебя на парковке, угнал машину, взял тебя в заложники. А ты освободился и убил меня.

– Такая самоотверженность.

– Ничего подобного, просто этот идиот сам не сможет отличить школьного учителя от наркомана-убийцы.

– Иногда это одно и то же.

– Просто уезжай. Я знаю, что ты сможешь придумать какое-нибудь убедительное объяснение.

Макклайн вышел из кафе, держа в руках бумажные стаканчики с кофе.

Том немного подался вперёд.

– Ну же. Ещё не поздно.

Лоуд улыбнулся.

– Поздно. И ты кое-что не учёл. Я просто этого не хочу.

– Сволочь.

– Не больше, чем ты.

Макклайн сел на своё место и передал Лоуду кофе.

– Спасибо.

Лоуд с наслаждением отпил из стаканчика.

– Не за что. Ну что, он тебя уже успел достать за время моего отсутствия?

– Ещё как. Ты не шутил, когда говорил, что он несносен.

– А я говорил тебе.

Шеппард покачал головой. Тьма в глазах Лоуда исчезла, он снова превратился в примерного капитана полиции. Том со злостью стиснул зубы. Он перевёл взгляд на Макклайна и немного расслабился. Придав своему голосу капризные нотки, он закрыл глаза и поудобнее уселся на своей скамье.

– Эй, Пит, а где же моё мороженое?

– В кафе сказали, что таким говнюкам, как ты, мороженое не положено. Я хотел взять тебе кофе, но потом понял, что существует слишком большая вероятность того, что мне придётся отстирывать его со своей одежды. Так что тебе придётся воздержаться.

Они отъехали от кафе и, выехав на тёмную дорогу, двинулись дальше.

2

Тюрьма Уорклиф стояла на закрытой отгороженной территории. К ней вела отдельная лесная дорога. Уорклиф находилась в такой глуши, что помимо полицейских машин близко подъезжали только совсем заблудившиеся туристы. Но это происходило настолько редко, что в остальное время дорога оставалась пустынной.

Вот и сейчас, до Уорклифа оставалось ехать ещё больше двух часов, но за последние сорок минут они не встретили ни одной машины.

Когда на дороге стало совсем пусто, атмосфера в машине заметно переменилась.

Том сидел, не говоря ни слова, полностью погруженный в тяжёлые мысли. Лоуд стал мрачен и серьёзен. А Макклайна начало клонить в сон, и он усердно вглядывался в окно, стараясь не заснуть.

Машина свернула с дороги в лес и, проехав сотню метров, остановилась. Том напрягся, готовясь в любой момент защищаться.

Успевший задремать Макклайн сонно открыл глаза.

– Где мы? Почему мы остановились?

Лоуд направил на Макклайна пистолет.

– Вылезай.

– Что? Какого чёрта?

Макклайн потянулся к своему пистолету, но того не было в кобуре.

– Это ищешь?

Лоуд держал в руках оружие Макклайна.

– Меньше надо спать. Признаюсь, ты значительно облегчил мне задачу.

– Какую задачу? Что происходит?

– Знаешь, а ведь забавно. Ты всё это время ненавидел единственного человека, который пытался тебе помочь. Не всегда теории заговора оказываются полным бредом.

Его глаза жестоко блеснули.

– Вылезай.

Они вышли и встали перед машиной. Лоуд всё время держал Макклайна на прицеле.

– Открой заднюю дверь.

Макклайн открыл дверь машины и встретился взглядом с Томом.

– Я же тебе говорил.

Лоуд дёрнул пистолетом в сторону Тома.

– Сними наручники и выведи его из машины.

Макклайн наклонился над Шеппардом и начал возиться с цепями.

Они вылезли из машины.

Макклайн окинул Лоуда взглядом, полным разочарования.

– Значит, сатанисты? Кто бы мог подумать… Вы уважаемый человек, капитан полиции. Зачем это вам?

Лоуд усмехнулся.

– Думаешь, у меня бы всё это было, если бы не они?

– Вы нас убьёте?

– Да… Шеппард был прав, когда говорил, что ты туповат. Ты ведь сам знаешь, что да.

– И как вы это всё объясните? Нашу пропажу по-любому скоро заметят.

Тома разбирало мрачное веселье.

– Не будь дураком, Макклайн. История стара, как мир. Я вырвался из оков и при попытке бегства убил тебя. А нашему благородному капитану ничего не оставалось, как пустить мне пулю в лоб.

Макклайн развернулся к Лоуду.

– И вы не боитесь понести за это ответственность перед властями?

– Власти… какое обобщающее понятие… Я готов пожертвовать собой ради семьи. Но этого и не потребуется, вся власть в наших руках.

– Вы не сможете долго оставаться безнаказанными. Рано или поздно вас поймают.

– До сих пор не поймали. Культ представляется людям столь фантастичной идеей, что они отказываются видеть то, что находится прямо у них перед носом.

– Когда-нибудь ваше везение кончится.

– Возможно, но вы, ребята, этого не увидите.

Том с полным безразличием следил за качающимся дулом пистолета.

– Ну что, Пит, будешь теперь верить мне, когда я говорю тебе, что твой капитан сатанист?

Лоуд направил пистолет в сторону Макклайна.

– Не волнуйся, Том, ему не придётся.

Том молниеносно схватил валявшийся на земле камень и бросил его в Лоуда. Камень попал в голову, и Лоуд покачнулся.

Пуля просвистела в нескольких сантиметрах от Макклайна. Тот, не теряя ни секунды, кинулся на Лоуда и повалил на землю. Пистолет отлетел в сторону.

Началась драка, и Макклайн, обладающий довольно большой физической силой и находящийся в прекрасной форме, всё равно неотвратимо проигрывал. Лоуд оказался сверху и, придавив Макклайна к земле, принялся его душить. Макклайн хватался за него руками, безуспешно пытаясь ослабить хватку.

Том спокойным шагом подошёл к отлетевшему в сторону пистолету, поднял его и выстрелил в сторону барахтающихся на земле мужчин. Лоуд обмяк.

Макклайн сбросил с себя тело бывшего капитана и принял протянутую Томом руку.

Какое-то время они смотрели на Лоуда. На земле уже начинала растекаться чёрная в тёмноте лужа. Макклайн стёр с лица попавшую на него кровь.

– И что теперь делать? Что я им скажу?

– Скажешь, что я застрелил вашего нового капитана, оглушил тебя и скрылся.

– Но ведь ты не виновен!

– Сейчас это мало кого волнует. Сам знаешь, в сказочку про сатанистов никто не поверит. Ты уже успел в этом убедиться. Так у меня будет хоть какой-то шанс успеть во всём разобраться.

– У нас.

– Что?

– У нас будет шанс. Ты что, думал, что я после такого буду стоять в стороне и смотреть?

– Я на это надеялся. Погибло слишком много людей. Держись от этого дела подальше.

– Это не тебе решать. Я знаю, что я для тебя пустое место, но, хочешь ты того или нет, теперь я замешан во всём этом, и я буду пытаться распутать это дело, поможешь ты мне или нет.

– Ты ведь понимаешь, что не оставляешь мне выбора?

– Выбор есть всегда, Шеппард.

Том раздражённо нахмурился.

– Ладно. Для начала вызови сюда остальных.

– И без тебя знаю. Как ты доберёшься обратно?

– Уж что-нибудь придумаю.

– Будет печально, если по пути тебя сожрёт пара волков.

– Не думаю, что ты будешь сильно огорчён.

– Я говорил не о себе, а о расследовании. Будет сложно начинать всё сначала.

– Особенно если учесть, что половина из свидетелей мертвы.

Макклайн залез в машину и начал копаться в бардачке. Вернувшись, он протянул Шеппарду его пистолет.

– Где я тебя найду, когда всё немного успокоится?

– Я сам тебя найду.

Том повесил пистолет на пояс и скрылся в лесу.

3

Дариан не мог выносить мать, а с Бродериком только чудо удерживало его от убийства.

Он стал ещё больше времени проводить в одиночестве, стараясь избегать семью и дворецкого.

Единственным человеком, с которым он общался, была Джанет. Путь в её комнату занимал у него очень много времени, и зачастую он останавливался по пути, чтобы просто посидеть на полу или ящиках. Сломанная нога не позволяла ему даже спокойно спуститься по лестнице.

Эти визиты порой занимали по полдня, но он продолжал ходить к ней, несмотря на то что их разговор представлял собой его беспрерывный монолог.

Элоиза приходила к ней по ночам, в свою очередь избегая сына точно так же, как и он её.

Иногда Дариан выбирался на утёс, чтобы посидеть под огромным древним дубом, наслаждаясь солёным воздухом.

Вот и сейчас он в очередной раз карабкался на утёс, волоча за собой повреждённую ногу и стискивая зубы от боли всякий раз, когда на неё опирался.

Ещё до того, как он увидел утёс, он почувствовал что-то неладное. Дариан уловил запах табака, доносившийся со стороны утёса.

Под деревом сидела женщина и курила трубку. Месяц назад Дариан выпроводил бы её, сказав, что это частные владения, но сейчас у него не возникало ни малейшего желания вести себя так.

Он слишком устал и слишком много узнал. Подойдя к дереву, он сел рядом с женщиной.

– Кто вы?

– Имена не имеют никакого значения, они приносят лишь неудобства, навязывая новые обязательства.

Задумавшись, Дариан устремил взгляд на море. Оно было темнее, чем обычно. Штормило. Волны пенились и находились в непрестанном движении. Вода жила, являя миру свою суровую природу.

– Почему вы здесь?

Женщина глубоко затянулась.

– Я люблю сюда приходить. Отсюда открывается великолепный вид. Он помогает очистить голову от лишних мыслей.

– Я никогда вас здесь раньше не видел.

– Это не удивительно. Прячась за стенами Нортвуда, перестаёшь замечать, что происходит вокруг.

– Но я не прячусь.

– Разве?

Дариан вновь замолчал. Он вспоминал свою жизнь, прожитую в поместье. Может быть, эта женщина и была в чём-то права.

– Когда я была маленькой, я часто приходила на утёс. Это особое место. В нём заключена большая сила. Закрой глаза, и ты сам сможешь это почувствовать.

Они просидели неподвижно много часов. И никогда за свою жизнь Дариан ещё не чувствовал такого умиротворения.

Глава 23

1

Происшествие в лесу не осталось незамеченным. Макклайн был вызван на ковёр к комиссии по особо важным делам. От него требовали объяснений, которые он не мог им дать.

– Вы детектив Питер Макклайн?

– Да.

– Вы понимаете всю серьёзность ситуации?

– Да.

– И готовы отвечать за правдивость ваших слов?

– Да, сэр.

– Хорошо. Тогда начнём. Можете садиться.

Макклайн сел на стул и сложил на груди руки.

– Почему вы арестовали детектива Томаса Шеппарда?

– Он был задержан по подозрению в нескольких убийствах и по обвинению в злоупотреблении полномочиями.

– Обычно в такой ситуации проводится тщательное расследование. Почему же была предпринята перевозка подозреваемого?

– Поступил прямой приказ от начальника полиции.

– Прямой приказ для кого?

– Для капитана Лоуда, который в свою очередь приказал мне подготовить машину для перевозки детектива Шеппарда в тюрьму Уорклиф.

– И вы без каких-либо вопросов выполнили этот приказ?

– Приказ исходил от моего капитана. Я обязан был ему подчиниться.

– Хорошо. Что же случилось во время перевозки?

Макклайн глубоко вздохнул. Отвечая на этот вопрос и все, которые за ним последуют, он рисковал получить тюремный срок за дачу ложных показаний. Его ложь должна была звучать максимально убедительно. Он придал своему лицу невозмутимое выражение.

– По дороге в Уорклиф Лоуд остановился в лесу по воле зова природы. Я вышел из машины, чтобы размяться и подышать свежим воздухом. Лоуд отошёл в лес. Я почувствовал удар по голове и отключился. Когда я пришёл в себя, то увидел капитана лежащим на земле в луже собственной крови. Не знаю, были ли у Шеппарда сообщники или нет, но этот сукин сын как-то выбрался.

– И вы не видели его ни до нападения, ни после?

– Нет. Удар был внезапным. Я сразу потерял сознание.

– Что вы сделали, когда очнулись?

– Первым делом я проверил, жив ли капитан. Он оказался мёртвым. Вооружившись пистолетом, я обследовал участок леса вокруг машины, но ничего и никого не нашёл. Тогда я связался с участком и сообщил о произошедшем.

– Как он выбрался из машины?

– Я не знаю. Даже представить себе не могу. Не имея инструмента, выбраться из машины практически невозможно.

– Но он как-то это сделал?

Макклайн выдержал тяжёлый взгляд следователя.

– Именно.

– Детектив Макклайн, на месте происшествия найдены следы борьбы. На земле возле машины боролись два человека. Но Лоуд был застрелен со спины кем-то третьим. Кто бы это мог быть, детектив?

Сердце Макклайна учащённо забилось. Он почувствовал, насколько близок к провалу. Его желудок сжался, словно от холода, но внешне он не выдал никаких признаков волнения.

– Я не знаю, кто бы это мог быть. Но это бы многое объяснило. Например, как ему удалось меня вырубить. Просто это сделал его сообщник.

– Мы вас поняли, детектив Макклайн. Мы сообщим о своём решении позже. Можете идти.

2

Когда Макклайн вернулся в участок, к нему сразу подбежал Тони.

– Питер! Ты как? Что эти сволочи от тебя хотели?

– Всё как обычно, узнать мою версию событий.

– Ничего, дружище, уверен, они ничего не смогут повесить на тебя.

Тони хлопнул Макклайна по плечу. Тот устало улыбнулся.

– Спасибо, но мне нечего бояться. Я не виновен.

– Конечно. А насчет Шеппарда ты не переживай. Мы его поймаем.

– Вообще-то, если честно, вся эта история с Гейджем, Шеппардом и Лоудом немного меня надломила. Я бы хотел взять отпуск на какое-то время.

Тони с сомнением на него посмотрел.

– Уверен? Ты был так зациклен на Шеппарде… Я уж думал, ты не остановишься, пока не посадишь его.

– Это дело такое запутанное. Погиб Гейдж, а теперь ещё и Лоуд. Я не хочу больше терять капитанов, я пока не готов к этому. Уверен, что найдётся кто-нибудь другой, кто сможет засадить Шеппарда.

– Пит, а как он вообще умудрился сбежать?

– Кто-то вырубил меня со спины. Скорее всего, это был его сообщник.

– Сообщник?

– Видимо, так.

Других вариантов немного.

– Тебе повезло, что ты жив остался.

– Да… ещё бы. Вообще, Тони, на самом деле, я пришёл забрать некоторые свои вещи.

– О, конечно. Не буду тебе мешать. Отдохни от этого безумия как следует.

Макклайн мрачно улыбнулся.

– Спасибо. Этим я и собирался заняться.

3

Шадоу-стрит полностью соответствовала своему названию. Несколько месяцев назад (правда, теперь казалось, что в другой жизни) Том арестовал здесь убийцу, скрывавшегося в одном из заброшенных зданий.

Том постоял перед особняком, глядя на тёмные окна, и пошёл на задний двор. Там он увидел то, что искал.

Двор был заросшим, но в высокой траве всё ещё можно было разглядеть дверь подвала.

Том помнил, что подвал сообщён с домом, поэтому сбил камнем замок и, вооружившись пистолетом, который ему дал Макклайн, спустился по лестнице.

Всюду валялись битые бутылки, весь пол был усыпан стеклом.

Маленькие окна были слишком грязны, чтобы пропускать достаточное количество света. Он шёл почти на ощупь, но всё же мог различить некоторые очертания.

В углу что-то зашуршало, но Том, наученный горьким опытом, совсем не хотел проверять, что там.

Он подобрал валявшуюся неподалеку старую трость и, подойдя к одному из окон, с силой ударил ею по стеклу.

Осколков на полу стало ещё больше, однако в подвале становилось всё более светло.

Оказалось, что звук, настороживший Тома, издавала мышь. Но он всё равно не жалел о сделанном.

Шеппард поднялся по лестнице, ведущей в дом. После нескольких усердных толчков ему удалось открыть дверь.

Он сомневался, что встретит здесь хотя бы какого-нибудь бродягу, забредшего сюда погреться. Шадоу-стрит пользовалась дурной славой, а этот дом в особенности.

Стол в гостиной всё ещё был накрыт к обеду. Серебряная посуда стояла нетронутой под толстым слоем пыли. Видимо, суеверие людей, когда они видели особняк, оказывалось сильнее их жажды наживы.

Том подошёл к входной двери и подёргал за ручку. Дверь была заперта, но выбить её не составило бы никакого труда.

Поднявшись на второй этаж, он обнаружил, что половина окон выбита, но в стальном всё осталось таким же нетронутым, как и на первом этаже.

К тому же окна разбил сам Том. Ещё в тот раз, при задержании преступника. Тогда у них завязалась нешуточная драка. А подмога прибыла уже к тому моменту, когда Шеппард застегивал на убийце наручники.

Том провёл рукой по большой кровати. Если слегка почистить её и снять пыльное покрывало, кровать могла быть пригодной для сна. Даже больше. Не просто пригодной, но и даже весьма удобной.

Он увидел всё, что хотел. Поэтому снова спустился вниз.

Перед тем как уйти, он осмотрелся вокруг. На его лице появилась довольная улыбка.

– Идеально.

4

– Тебя отстранили от расследования?

Макклайн вздрогнул.

– Чёрт тебя побери, Шеппард! Как ты здесь оказался?

Том умел эффектно появляться, возникать словно из воздуха. И время от времени бессовестно этим пользовался, чтобы оказывать должное влияние на окружающих.

Макклайн отложил в сторону меню, которое рассматривал до этого.

– А если тебя заметят?

– Брось, Пит, оглянись вокруг.

В ресторане было полно посетителей, но никто не замечал происходящее вокруг. Все были полностью поглощены своими спутниками, едой или самим собой.

Том развалился на кресле и взял в руки винную карту.

– Однако же в дорогие места ты ходишь.

– Мир летит к чёрту. Почему бы себя не побаловать? Я уже устал ждать твоего появления.

– Ну я обещал, что приду, я здесь. Но на мой вопрос ты так и не ответил. Тебя отстранили?

– Нет, я взял небольшой отпуск. В дело вмешалась комиссия.

– Вот дьявол… Эти сукины дети от тебя теперь не отстанут.

Он рассерженно бросил винную карту на стол.

– Что ты им сказал?

Макклайн фыркнул и снова стал неспешно листать меню.

– Сказал то, что вызвало бы как можно меньше вопросов.

– И что же?

– Что Лоуд остановился в лесу, чтобы отлить. Мы вышли из машины и меня оглушили ударом по голове. Очнулся и увидел труп Лоуда. Вот и всё.

В глазах Тома промелькнула искра сомнения.

– Думаешь, это сработает? У них не возникло подозрений?

– Конечно, возникло. Они всё равно задали мне чёртову кучу вопросов.

– И что ты собираешься с этим делать?

Макклайн пожал плечами.

– Ничего. Что вообще я могу сделать? Остаётся только расслабиться и ждать их решения. Ну а пока они думают, я могу потратить это время на охоту за сатанинским отродьем.

Том слегка пнул Макклайна под столом. К ним шла официантка.

Она подошла к их столику и приветливо улыбнулась.

– Что будете заказывать?

Макклайн ответил ей такой же приветливой улыбкой и заказал стейк и бокал пива.

Она кивнула и повернулась к Тому.

– А что для вас?

Том ухмыльнулся и посмотрел официантке в глаза. Та слегка покраснела.

– Будьте добры, принесите бутылку портвейна, сырную тарелку и свежий хлеб.

– Для портвейна два бокала?

– Ни в коем случае. Если мой спутник хочет давиться дешевым пивом, я его, конечно, не виню, да и к хорошим напиткам приучать не собираюсь.

Он игриво подмигнул официантке. Девушка смущённо кивнула и ушла выполнять заказ.

Макклайн укоризненно посмотрел на Тома.

– Ведёшь себя как идиот.

– Возможно. Зато я не покажусь ей скрытным подозрительным незнакомцем. В случае, если полиция снова начнет расспрашивать людей обо мне, эта девушка уж точно не свяжет образ детектива в бегах со мной.

Макклайн засмеялся.

– Ты хитрый, как чёрт!

Том мрачно улыбнулся.

– Жаль, иногда этого недостаточно.

Им принесли их заказ, и девушка ушла, кидая робкие взгляды в сторону Тома. На салфетке, в которую были завёрнуты приборы, был аккуратным почерком написан номер телефона и имя Шелли.

Когда она ушла, Том с Макклайном переглянулись и расхохотались.

– Я же говорил, что это работает.

– Боюсь, теперь тебя будет преследовать не только полиция.

– В крайнем случае всегда можно приковать её к чему-нибудь наручниками и попытаться сбежать.

– Если ты прикуёшь её к чему-нибудь наручниками без веской на то причины, мне придётся тебя арестовать.

Макклайн посмотрел на Тома серьёзным взглядом, и они снова расхохотались.

От смеха у Макклайна запершило в горле, и он глотнул пива.

– Что же, если возвращаться к серьёзным вещам… Что мы будем делать с культом?

– Не думаю, что это подходящее место для подобного разговора. Доедай свой стейк, и я тебе кое-что покажу.

– Знаешь, звучит довольно сомнительно.

– Если вкратце, так и есть.

Том усмехнулся и запил вином кусок сыра.

5

– И на кой чёрт ты меня сюда привёл?

Перед ними возвышался заброшенный особняк.

– Помнишь клубные дома, которые все строили в детстве? Считай, что это один из них.

– Это клуб любителей графа Дракулы или клуб потомственных маньяков?

– Будем считать, клуб любителей надирать сатанистам задницы.

Том отвёл Макклайна на задний двор. На дверях подвала висел новый тяжёлый замок. Шеппард извлёк из кармана пальто ключи и открыл двери.

На этот раз узкие окна, пропускающие хоть какой-то свет, были забиты досками.

Освещая путь зажигалкой, они прошли в дом. В доме окна и даже дверь были забиты так же, как и окна в подвале.

На расчищенном от посуды и грязи столе лежали папки с делами, которые Том забрал из архива, и древний фолиант, принесённый из заброшенной библиотеки.

Макклайн посмотрел на Тома, в его глазах читался немой вопрос.

– Эй, не смотри на меня так. Дом Гейджа и мою квартиру стерегут копы. Мотель, как оказалось, тоже не самая лучшая идея. Мне же надо где-то жить. Это место идеально подходит для нашего небольшого клуба.

– Хватит, Шеппард, это не клуб. Перестань это так называть.

– Как это ни называй, нам нужно место, где мы могли бы вести расследование. Здесь нас не потревожат.

– Ты так в этом уверен?

– Люди боятся этого дома.

– А ты нет?

– После того что происходило в последнее время, пара безобидных привидений меня не волнует.

– С чего мы начнём?

– Я покопался в папках, полистал фолиант, но ничего толкового не нашёл. Мне кажется, надо начинать копать там, где дело берёт свои корни.

– И где же?

– До истории Рутзенов культ был более незаметен. Он был более пассивен. Именно после того, как власть перешла к Джону, культ начал активные действия. Я думаю, надо узнать больше о Рутзенах. Возможно, тогда мы сможем раскопать что-нибудь полезное.

Макклайн нахмурился.

– Но эти сведения должны храниться в старом архиве, а доступ туда закрыт. Архив охраняется, внутрь нам не попасть.

Шеппард улыбнулся.

– Не такое уж это неприступное место. На территорию попасть проще простого, а уж про охрану я вообще молчу.

– Хочешь сказать, ты и туда уже успел влезть?

– Я с этого начал. Но теперь, похоже, пора туда вернуться. Надеюсь, ты готов нарушить парочку законов.

Макклайн вздохнул и заворчал:

– Как будто у меня есть выбор…

Глава 24

1

Машина подъехала к архиву. Макклайн с тревогой взглянул на старое здание.

– Что именно мы будем искать?

Том припарковал машину недалеко от входа и вынул ключ зажигания.

– Честно говоря, я даже не вполне уверен, что столь старые записи сохранились. Да и были ли они? Понятия не имею, велись ли подобные записи в то время.

– Конечно, велись, вопрос только, где именно их искать.

– Нам нужны все сведения про Рутзенов. Думаю, что совсем старые дела они держат примерно в одном месте.

– А что нам делать с охраной?

– Нельзя ничего сделать с теми, кого там нет.

Макклайн удивлённо вскинул брови.

– Они не поставили никого охранять «охраняемое» здание?

– Думаю, поставили, просто те не слишком долго продержались.

– Что вообще могло заставить их вот так вот всё бросить?

Том улыбнулся.

– Увидишь. Пойдём, надо ещё забрать кое-что из багажника.

Они вышли из машины. Шеппард открыл багажник и вытащил из него сумку. Открыв сумку, он протянул Макклайну дробовик и железный прут.

– Зачем это?

– Для защиты.

Том с непроницаемым спокойствием начал заряжать дробовик, неотрывно глядя на архив.

– Будь готов к некоторым странностям. Нас ожидает опасность.

– Звучит очень пафосно. О чём ты, чёрт возьми?

– Обряды сатанистов оставляют печать осквернения, которая призывает духов и сковывает цепью зла их разумы. Они перестают себя контролировать, ими движет лишь ненависть. Я уже встречал таких и, поверь, еле унес ноги.

– Ты спятил?

– Вот и посмотрим.

Шеппард захлопнул багажник.

2

Том прошёл мимо стойки охраны и, включив фонарь, посветил им внутрь архива.

Ну что, твари, поиграем?

Он медленно двинулся вдоль стеллажей, озираясь по сторонам. За ним, не отставая, шел Макклайн.

– Чёрт… Какого же размера этот архив?

– Если хочешь, можешь, конечно, проверить, но я сомневаюсь, что у него вообще есть какой-то размер.

– И что ты хочешь этим сказать?

– В прошлый раз я бродил здесь несколько часов и ни разу не наткнулся ни на одну из его стен. Я думаю…

– Шеппард…

– Что?

Том обернулся. Макклайн застыл на месте и неотрывно смотрел в один из проходов.

– Что там?

Он подошёл к Макклайну и заглянул в проход. В десяти, может, в пятнадцати метрах от них стояла фигура, сотканная из теней. От неё отделялась тьма и, взлетая в воздух, исчезала.

Фигура была совершенно неподвижна. Но Том прекрасно знал, чего ожидать дальше.

Тень слегка шевельнулась и медленно двинулась в их сторону.

Макклайн смотрел на это округлившимися от ужаса глазами.

– Что это за хрень, Шеппард?! Что это?!

– То, о чём я тебе говорил.

Он встал и передёрнул затвор.

– Ну давай, подходи, ублюдок…

Фигура приблизилась на достаточное расстояние, и Том выстрелил. Заряд соли лишь разозлил существо. Воздух завибрировал. С полок начали слетать коробки. Несколько из них врезались в Тома. Макклайну досталось и того больше.

Шеппард сделал уже шесть выстрелов, но существо даже не замедлило шаг.

Оно приблизилось вплотную и попыталось схватить Тома за горло, но в последний момент он выставил перед собой железный прут.

Прут вошёл в тьму там, где предположительно должен был находиться живот. Существо сделало ещё пару шагов, всё глубже насаживаясь на железо, и растаяло в воздухе.

Том, уже готовившийся к неизбежному концу, привалился к стеллажу и глубоко вздохнул. Он посмотрел на Макклайна, пребывающего в состоянии глубокого шока.

– Ну теперь ты понял, что надо делать. А теперь сделай мне одолжение… в следующий раз не стой столбом!

– Прости… Я… Этого не может быть! Просто не может! Сверхъестественного не существует!

– С такими категоричными взглядами долго ты не протянешь. Так что давай побыстрее осмысливай это и бери себя в руки.

Они снова двинулись по коридору. Макклайн всё время вертел головой и оглядывался.

Том усмехнулся.

– Расслабься, Пит. Если кто-то из них появится, ты и так это заметишь. Не трать силы зря и просто держи прут наготове.

Макклайн фыркнул.

– Тоже мне, успокоил.

Однако головой стал вертеть чуть менее энергично.

Они прошли мимо очередного прохода. Макклайн снова остановился.

– Эй, Шеппард.

– Что, опять тень?

– Что? Нет. Насчёт того, что мы ищем. Раздел городской истории подойдёт?

– Думаю, вполне.

Они принялись шарить по полкам.

– Чёрт, сколько же здесь коробок… Как ты в прошлый раз нашёл нужную?

Том улыбнулся.

– Я об неё споткнулся.

Макклайн окинул взглядом стеллаж.

– Да… не думаю, что в этот раз мы отделаемся также просто.

Несколько часов ушло на то, чтобы перерыть все коробки. Наконец Том подозвал Макклайна к себе.

– Вот. Смотри, думаю это то, что нам нужно.

Макклайн наклонился над коробками.

– Уверен?

– Ни в чём нельзя быть уверенным… Но вероятность того, что я прав, чрезвычайно высока. К тому же, не знаю, как тебе, но мне совсем не хочется задерживаться здесь ещё на какое-то время.

Макклайн кивнул.

– Полностью с тобой согласен.

Каждый взял по ящику с документами. Тяжёлому, но не настолько, как в прошлый раз. Они медленно двинулись в сторону выхода.

Не успели они выйти даже в главный проход, как фонарик Тома погас.

– Вот дьявол! Ну же, работай, чёртова ты хреновина!

Макклайн вскрикнул, и Том почувствовал сильный удар железным прутом. Он ощутил и даже услышал, как пальцы на левой руке хрустнули.

– Какого хрена, Макклайн?!

– Ох, чёрт. Прости, Том, прости. Просто… До меня что-то дотронулось… что-то…

Шеппард слышал в его голосе панику. Он собрал всю боль от удара в силу своего голоса и громко рявкнул.

– А ну, прекрати!

Макклайн замолчал.

Том порылся в карманах пальто, всё ещё прижимая к себе ящик сломанной рукой, и вытащил зажигалку.

Тусклое пламя зажигалки осветило пространство вокруг. Со всех сторон их окружали тени, которые довольно быстро к ним приближались и были настроены явно враждебно.

Том ощутил знакомое чувство. Воздух снова становился вязким. Стало трудно дышать.

Он оглянулся на Макклайна. На него смотрели глаза, полные ужаса.

– А вот теперь, Пит, размахивай прутом во все стороны. И беги.

3

Они вывалились из архива и кубарем скатились по лестнице.

Достигнув твёрдой земли, Том быстро развернулся и, всё ещё сидя на земле, замер, направив дробовик на дверь.

Но в дверях так никто и не появился. Шеппард с Макклайном тяжело выдохнули и завалились прямо там, куда они упали, чтобы немного перевести дух.

Со стороны ворот послышался смех.

– Какие люди! Детектив Томас Шеппард. Мы уж думали, ты никогда не появишься. Смотрю, ты завёл себе новую зверушку.

Они обернулись.

У ворот стояли несколько человек в балахонах. Том, не теряя времени, направил на них дробовик и выстрелил.

Сатанисты стояли слишком далеко, и соль, долетевшая до них, не причинила им особого вреда.

– Эй, не самый радушный приём. Ты что же, не рад нас видеть?

Том снова выстрелил.

– Очень красноречиво.

– Что вам надо?

– Ты нас очень обидел, Том. Вы с твоим горячо любимым капитаном убили много моих братьев. Не говоря уж о бедном Кайле, которого ты зверски замучил.

Том поднялся на ноги.

– Я оказал миру услугу.

– А мир оказал услугу нам. Я слышал, Гейдж ту ночь так и не пережил.

Том рванулся было вперёд, но Макклайн удержал его за плечо.

Сатанист рассмеялся.

Через мгновение Шеппард уже снова владел собой.

– А как Джон? Его фанатичное безумие ещё не угасло?

– Не знаю насчёт фанатичного безумия, но если ты о вере, вера его сильна как никогда. Даже после того, что ты сделал с тоннелями.

Том оскалился.

– Надеюсь, мой маленький взрыв не очень помешал вашим молитвам.

– Не критически. Но не могу утверждать, что он нас совсем не затронул.

– Рад это слышать. Но, может, закончим прелюдию?

– Да, ты прав.

Предводитель группы перевёл взгляд на Макклайна.

– Хотел бы я, приятель, сказать тебе, чтобы ты забыл всё и пошёл домой. Но ведь мы оба знаем, что это не вариант.

Макклайн кивнул.

В руках сатанистов сверкнули ножи. От переговоров они перешли к нападению.

Том достал из-за пояса пистолет и выстрелил. Ближайший к нему сатанист упал и больше не поднимался.

От звуков выстрелов сатанисты озверели ещё больше. Многие успевали добежать до Тома с Макклайном, несмотря на дырки от пуль. Один из них добежал до Макклайна и сильно порезал его чуть выше локтя.

Макклайн взревел. Кровь струилась по его руке и капала на землю. Он выбил нож из рук сатаниста и выстрелил в упор ему в грудь.

Через десять минут вокруг детективов лежала дюжина бездыханных тел.

Том наклонился над телом предводителя и обыскал его. Под балахоном, как и в случае с Кайлом, оказалась самая обычная одежда. Он извлёк из карманов его брюк удостоверение личности.

Макклайн подошёл сзади.

– Ну и кто это?

– Джордж Уилис.

– Директор городского банка?!

– Да… Не думаю, что стоит хоть чему-либо удивляться.

– Эти парни не шутили, когда говорили, что у них в руках вся власть.

– Не сомневаюсь, что таких Джорджев Уилисов у них навалом.

– Нам придётся нелегко.

Том вдохнул.

– А когда вообще было легко?

Макклайн слегка пнул труп одного из сатанистов.

– И что нам делать с телами?

Том пожал плечами.

– Просто оставь их здесь. Это не наша проблема.

– А что будет, когда тела найдут?

– Это не должно нас волновать.

Том подхватил с земли один из ящиков и пошёл к машине.

Макклайн смотрел ему вслед. Он постоял ещё немного и последовал за ним.

Они загрузили ящики в машину и взяли курс на Шадоу-стрит.

4

– Куда спешишь, Тони? Я думал, мы сегодня собираемся с парнями в баре.

Тони замер в проходе и развернулся на звук голоса. Увидев приближающегося к нему Ника, он улыбнулся.

– Конечно, Ник. Но ведь до этого ещё несколько часов. Я хотел сначала съездить домой к Питу. Он забыл кое-какие свои вещи. К тому же я бы хотел узнать, как у него дела. В прошлую нашу встречу он выглядел раздавленным.

– Он взял отпуск?

– Да, хочет отдохнуть от этого дерьма какое-то время.

– Его можно понять. Я бы тоже не осилил такую нагрузку. Может, я поеду с тобой, а потом сразу в бар? Я на машине, так будет быстрее.

Тони посмотрел на тяжёлую коробку в своих руках.

– Думаю, ты прав. Это было бы отлично. Поехали.

Они вышли из участка и сели в патрульную машину, которая в нерабочее время целиком и полностью была в распоряжении Ника.

Они подъехали к дому Макклайна. Тони посмотрел в окно.

– Странно, свет нигде не горит.

– Может, его нет дома? Или он уже спит.

– Спит? В восемь часов вечера? Ты сам-то в это веришь?

Они вылезли из машины и, подойдя к входной двери, постучали. Никто не ответил.

Ник загородился рукой от света и заглянул внутрь через стекло смотрового окошка.

– Никаких признаков жизни. Значит, его действительно нет дома. В конце концов, он ведь взял отпуск не для того, чтобы дома сидеть. Положи вещи в почтовый ящик.

– Думаешь, влезут?

– Они тяжёлые, а не громоздкие. Поместятся.

Тони обеспокоенно взглянул на пустой дом.

– Что-то мне всё это не нравится.

Они открыли дверцу почтового ящика. На землю посыпались письма и газеты.

Детективы переглянулись.

– На его месте я бы поехал немного попутешествовать. Да, это было бы…

Ник замолчал, поняв, насколько неубедительно звучат его слова.

Они сунули вещи в почтовый ящик, закрыли дверцу и уехали, сопровождаемые всё более нарастающим чувством тревоги.

Глава 25

1

– Вот дерьмо!

Макклайн вылил содержимое небольшой фляжки, которую всегда носил с собой, на порез и приложил к нему ткань.

– Очень надеюсь, что этот поход того стоил.

Том молча перебинтовывал повреждённую руку, уже успев открыть и начать рассматривать принесённые материалы.

Макклайн взволнованно посмотрел на его посиневшие пальцы. В нём волной поднималось чувство стыда.

– Рука сломана, тебе нужно наложить гипс.

Том отмахнулся здоровой рукой.

– Не стоит. Бывало и хуже. К тому же намного и совсем недавно.

– И тебе не больно?

– К боли привыкаешь. Боль тот же наркотик.

– Перестань изображать из себя бесчувственную машину, или я тебя за задницу притащу в эту больницу.

Том усмехнулся и начал раскладывать на столе фотографии.

Как ни странно, документов, связанных с семьёй Рутзенов было чрезвычайно много. Начиная со свидетельств о рождении и заканчивая различными газетными статьями.

Макклайн взял в руки газетные вырезки и скептическим взглядом окинул документы, лежащие на столе.

– Скажи мне, что это не просто куча бесполезного хлама.

Шеппард забрал у Макклайна статьи.

– Скоро увидим.

Том поднёс к свету одну из фотографий. Это был семейный портрет. Пожилой мужчина, видимо, был Анри, молодой парень с кучерявыми волосами и небольшими усами – Оливер, а девушка, стоящая между ними, – Маргарет. Тёмные волосы струились у неё по плечам, на шее виднелось старинное колье с большими камнями, похожими на рубины, которое так и притягивало к себе взгляд.

В Маргарет было что-то очень знакомое. Он был уверен, что видел её раньше, но никак не мог вспомнить где.

Он взял в руки другую фотографию. На ней уже не было Оливера. Скорее всего, она была сделана уже после того, как единственный сын семейства Рутзен решил посвятить свою жизнь Богу.

Анри выглядел усталым. На щеках кое-где чернела щетина, глаза слегка ввалились, у него был взгляд человека, прожившего тяжёлую жизнь. Казалось, что между этими двумя фотографиями прошли годы. Однако даты на задней стороне фотокарточек говорили совсем другое.

Маргарет же казалась живым привидением. Кожа её побелела, что особо чётко было заметно на контрасте с чёрным цветом её волос. Под глазами были коричневые круги, а старинное колье исчезло с её шеи.

– Интересно…

Макклайн отвлёкся от другого ящика с документами и перевёл взгляд на Тома.

– Что-то важное?

– Пока не знаю…

Макклайн нахмурился и отвернулся к своему ящику.

– Знаешь, Том, для работы в команде ты чересчур скрытный.

– И я уже устал всем об этом напоминать. Ты сам подписался на такое сотрудничество. Ладно, если моя идея сложится в осмысленную теорию, я скажу тебе об этом…

Послышался шум у них над головами, что-то гремело на втором этаже.

2

Они поднялись по лестнице на второй этаж, держа наготове пистолеты и готовые обороняться, что бы ни случилось.

В комнатах первого этажа было пусто. Всё оставалось таким же, как они это оставили.

Том опустил пистолет.

– Что за чертовщина?

– Может, мы ошиблись…

– Коллективная галлюцинация? Не говори ерунды.

Он сел на кровать и осмотрелся вокруг.

Макклайн сел рядом.

– После того что я видел в архиве, я верю в твои безумные рассказы и доверяю твоему чутью. Но здесь ничего нет. Мы можем убедиться в этом собственными глазами. Оглядись вокруг.

– Знаешь, Пит, твои доводы могли бы звучать убедительно, если бы не тот факт, что уже не единожды пустота оказывалась лишь иллюзией.

– Мне кажется, нам надо хорошенько выспаться после всего, что произошло.

Том встал.

– Потом, ещё успеем. Сейчас надо закончить с тем, что лежит внизу.

Спустившись на первый этаж, Том уловил в воздухе что-то, что его сильно встревожило.

Они зашли в гостиную. Материалы дел лежали на полу. Стол вновь был сервирован к праздничному обеду. Серебро тускло поблёскивало под толстым и нетронутым слоем пыли и паутины.

Макклайн застыл посреди комнаты.

Том же с облегчением улыбнулся.

– Успокойся, это всего лишь шалости обитателей дома. Они нам ничего не сделают.

Он подошёл к раскиданным материалам и стал собирать их. Собрав папки, он наклонился, чтобы положить их внутрь, но остановился.

– Вообще-то, они нам даже помогли. Смотри.

Он кивнул в сторону ящика.

Макклайн подошёл ближе.

На дне пустого ящика лежала небольшая книжка с надписью на обложке: «М. Рутзен».

3

14 апреля.

Отец наконец завершил строительство нашего нового дома. Он назвал его Нортвуд. Звучит очень красиво. Мне кажется, он очень доволен тем, что получилось в итоге.

Дом кажется мне таким огромным. Я уже дрожу от предвкушения нашего переезда. Мне так хочется осмотреться в нём.

Оливер сказал, что там есть прекрасный сад с поильней для птиц и каменными скамьями.

До сих пор я видела Нортвуд лишь издали, но уже успела полюбить его.

В честь переезда отец подарил мне старинное ожерелье. Мне оно так нравится, я ношу его не снимая.

Завтра мы переезжаем. Меня распирает радостное волнение. Я уверена, что в новом доме наша жизнь станет ещё чудеснее, чем раньше.

15 апреля.

Я в восторге! Это оказалось ещё лучше, чем я ожидала. Из окон верхних этажей видно весь город, а столь свежего воздуха я ещё нигде не встречала.

Оливер был прав. Сад просто чудесный. Сегодня я провела в нём несколько часов, читая и кормя птиц. Однако сад – это даже не самая прекрасная часть поместья. Утёс. Вот предел моих мечтаний. Как только я там оказалась, это место сразу полностью завладело мной.

Не сговариваясь, мы с братом решили, что именно утёс станет нашим местом. Море прекрасно само по себе и способно надолго завладевать нашими разумами, но это место… оно является идеальным сочетанием всего, чего только можно пожелать. Дуб, растущий на утёсе, так и зовёт присесть рядом с ним. И этому зову невозможно сопротивляться.

Остаток сегодняшнего дня я провела, глядя на море. Утёс просто не отпускал меня. Я дошла до дома лишь вечером, и то только после того, как за мной пришёл отец.

У меня осталось совсем немного времени. Скоро ночь, а я так ещё хочу осмотреть дом. Я постараюсь описать то, что увижу, завтра.

16 апреля.

Кажется, я уснула в кабинете отца. Я осматривала дом, когда сон сморил меня. Я села на диван в кабинете отца, чтобы просто слегка отдохнуть, но следующее, что я помню, это уже утро. Я бы, наверно, спала и дальше, но солнце, так ярко светившее в окна, просто не позволило мне этого.

Выйдя в коридор, я столкнулась с перепуганным отцом. Оказалось, они всё утро меня искали. Оливер зашёл утром в мою комнату, чтобы меня разбудить, но никого не нашёл. Они испугались и принялись меня искать. Когда я вышла в коридор, отец как раз шёл искать меня на верхнем этаже. Они как дети. Ну что вообще могло со мной случиться?

9 июня.

Я не писала очень долгое время, но сейчас я снова чувствую, что мне это необходимо. Оливер ушёл. Он бросил нас. Бросил меня. Я не понимаю, как он мог? Как он мог так поступить? Бросить свою семью ради религии.

Я ненавижу религию! Ненавижу! Ненавижу религию, Бога и эту маленькую церковь в лесу. Они отняли у меня всё.

Отец был против, но Оливер не слушал его. Он всегда был слишком упрям. Я думала, что если Оливер почувствует, что остался без поддержки, почувствует, насколько зол на него отец, то одумается и вернётся домой.

Но отец сломался. Он не смог выдержать разлуку с сыном. Он смирился.

Теперь отец строит тоннели, чтобы связать дом с лесной церковью. Он совершает ошибку. Этого нельзя делать! Нельзя!

24 июля.

Тоннели достроены. Отец снова стал улыбаться. Они с братом считают, что нашли выход из ситуации, но они ошибаются. Это лишь уловки, иллюзия.

Тоннели ничего не изменят. Все осталось как раньше. Это благочестивое чудовище больше не мой брат.

7 августа.

Впервые за долгое время я чувствую себя счастливой. Оливер все ещё меня очень огорчает, но у меня хотя бы появилась надежда.

Ричард обещал помочь мне освободить брата от этого помешательства.

Я встретила Ричарда во время одной из прогулок по лесу. Он словно загипнотизировал меня. Я не могла оторвать от него взгляда.

Сначала я очень испугалась, увидев в лесу незнакомца, но звук его голоса успокоил меня. Мы провели в лесу весь день, и мне казалось, что я готова слушать его вечно.

Мне совсем не хотелось возвращаться домой, но когда я зашла в Нортвуд, то поняла, что мне несложно сделать это. Наверно, впервые за последние месяцы.

Кем бы ни был Ричард, он завладел моим сердцем уже тогда, когда я только его увидела.

11 августа.

Ричард раскрыл мне свою тайну и познакомил со своей семьёй. Сначала я была ошарашена. Но, как оказалось, это принять намного проще, чем кажется на первый взгляд.

Их культура – это нечто удивительное. Их семья в первую же минуту становится твоей. Я никогда раньше не видела такое сосредоточение энергии в одном месте. Когда все члены семьи собираются вместе, кажется, что эту энергию можно потрогать.

Они приняли меня такой, какая я есть, и теперь именно они моя семья.

Оливер не верит, что у меня мог появиться настоящий друг. Он считает, что это всё плод моего воображения. И он сказал об этом отцу, я уверена.

Они думают, я не замечаю, как они на меня смотрят. Они считают, что я помешалась, пытаются выследить симптомы.

Но ничего у них не получится. Я не безумна. Ричард существует, его семья существует. И они обещали помочь мне. Скоро Оливер с отцом поймут, что это они ошибаются.

21 сентября.

Ричард предложил мне стать его королевой. Когда он сказал это, на мгновение мною завладело странное чувство, сходное с паникой. Мне захотелось развернуться и бежать, бежать, не останавливаясь.

Но я быстро взяла себя в руки. Не знаю, с чего вдруг это чувство закралось в мой разум. Я люблю Ричарда. С ним я чувствую себя собой. Его семья со мной очень дружелюбна. Я действительно чувствую себя у них как дома.

Это чувство было секундной слабостью. Плод семени сомнения, которое, надо полагать, живёт в сердце любого влюблённого человека. Мы слишком боимся, как бы нам не сделали больно.

Я согласилась. Его семья готовит специальный обряд для нашего венчания.

30 сентября.

Обряд был прекрасен. Нас нарекли тёмными королём и королевой. Теперь мы законные правители тёмной братии.

Я рассказала остальной семье о тоннеле. Ричард загорелся желанием расширить их. Я считаю, что это слишком рискованно, но он утверждает, что никто ничего не заметит.

3 ноября.

Теперь у нас есть свой собственный собор. Во время расширения мы наткнулись на очень большую пещеру. Как бы я ни старалась, я ещё ни разу не смогла увидеть её свод. Каждый раз, когда я поднимаю голову вверх, я вижу лишь темноту.

Мы переехали в этот собор. Я ничего не сказала отцу. Просто не смогла с ним попрощаться. Наверно, он думает, что я исчезла, но я не могу заставить себя поговорить с ним. Он не поверит мне, может, даже попытается удержать силой. Настанет время, и они все поймут, но не сейчас.

Во время строительства что-то произошло. Не знаю, что это было, но мне никто ничего не говорит. После этого мы не досчитались нескольких братьев, а в соборе появилась купель, которой не было на первоначальном плане строительства.

Каждый раз, когда я прохожу мимо неё, у меня подкашиваются ноги. Я ощущаю непомерную силу, исходящую от этого места. И чем чаще я её ощущаю, тем больше боюсь, что совершаю ошибку.

5 декабря.

Моё сомнение оказалось легко объяснимым. Я беременна. Это объясняет все перепады моего настроения. Все страхи и опасения. Но теперь я знаю, что всё хорошо. Я чувствую себя свободной. И, что не менее важно, я чувствую себя в безопасности.

4

Макклайн сидел мрачнее тучи.

– У этой девицы солома вместо мозгов.

– И она дорого за это поплатилась.

– Сколько же таких наивных дурочек попадаются им каждый день?

– Думаю, много.

Том закрыл дневник и бросил его обратно в коробку.

– Это была последняя запись. Рождение ребёнка она не пережила.

– Неужели копов вообще не насторожили эти записи?! Анри погиб от инфаркта, Оливер сгорел. Всему этому есть доказательства, есть документы, но Маргарет… Она считается просто пропавшей. Они могли всё понять, просто прочитав этот чёртов дневник.

– Не обманывай себя, Макклайн, никто его даже не открывал.

Макклайн встал.

– Я пойду спать. Твои призраки не помочь нам хотели, а просто поиздеваться.

– Ты не прав.

– И почему же?

– Потому что из этих записей можно сделать крайне полезные выводы.

Макклайн изогнул бровь.

– Не стоит знакомиться с незнакомцами в лесу?

– Купель – источник их силы.

Глава 26

1

– Ты не пойдёшь.

– Ты не можешь меня здесь оставить! Это не тебе решать!

– Ты вообще в курсе, сколько людей погибло или пострадало за последнее время именно из-за таких рассуждений?

– Мне плевать! Это только ещё больше доказывает, что мне надо туда пойти.

– Ты рассуждаешь как идиот!

– Пусть так. Но я не позволю кому-нибудь погибнуть вместо меня! Этих уродов нужно остановить, Шеппард, ты сам это знаешь.

– Знаю, и я это сделаю один.

Макклайн вскочил на ноги. Стул отлетел в сторону.

– Ты не можешь всё делать один! В одиночку ты с ними не справишься!

Том тоже встал.

– Ну, так давай проверим это на практике.

– Неужели ты не понимаешь, что, если ты пойдёшь туда и не справишься, мы потеряем своё преимущество.

Том рассмеялся.

– О каком преимуществе ты говоришь? Думаешь, Джон не знает, что мы придём? Он уже ждёт нас с распростёртыми объятиями.

– Нет. Он ждет не нас, а тебя. Сатанисты, напавшие на нас у архива, удивились. Они не знали о том, что мы работаем вместе. А так как никто из них не выжил, не знает об этом и Джон.

– И что с того?

– На нашей стороне будет эффект неожиданности. Мы нападём на него с разных сторон. Этого он не ожидает. В прошлый раз вы выбрались из подземелий именно из-за того, что Джон ждал тебя одного.

– Да, мы выбрались. И Гейдж поплатился за это жизнью.

Том устремил на Макклайна мрачный взгляд.

– Я не хочу, чтобы кто-то ещё жертвовал собой из-за этих ублюдков.

– Но ведь пойти туда одному – это даже не самопожертвование, это самоубийство!

– Ладно. Твоя взяла. Мы туда вообще не пойдём.

– Шеппард!

Том направился к выходу из комнаты.

– Куда ты?

Том остановился в дверях.

– В подвал за вином. Если ты не даёшь мне пойти надрать задницы сатанистам, я буду пить. Уж это-то ты мне позволишь?

Когда Шеппард вышел из гостиной, Макклайн со злостью пнул лежащий на полу стул и рухнул в кресло.

Идиот! Упрямец! Совершенно невозможный тип! Как же можно быть таким упёртым?

Макклайна окружала тишина, и прошло какое-то время, прежде чем это его насторожило.

Он встал с кресла и, подойдя к двери в подвал, вгляделся в темноту.

– Шеппард?

Ему никто не ответил.

– Шеппард?!

Он начал спускаться по лестнице. В подвале было темно и пусто. Его охватило чувство тревоги.

Макклайн прошёл мимо стеллажей и подошёл к дверям, ведущим наружу. Он толкнул двери. Они скрипнули и остались на месте. Макклайн толкнул сильнее. Никакого эффекта. Вскоре он уже барабанил в дверь изо всех сил. Но это не помогало. Дверь была заперта.

– Шеппард! ШЕППАРД, СУКИН ТЫ СЫН! ОТКРОЙ ДВЕРЬ! ШЕППАРД!

2

– Перестань, Тони, не разводи панику.

– Подумай сам, Ник. Ты видел всё то же, что и я.

– Я видел обычную почту.

– Не обманывай себя. Я видел твоё лицо. Ты тоже почувствовал, что что-то не так. Дом пуст, и пуст уже несколько дней.

– Может, он и правда уехал в путешествие. Откуда тебе знать, что это не так?

– Потому что это не похоже на Пита. Вот так вот просто взять и уехать? Он бы предупредил кого-нибудь о своём отъезде. Оставил бы записку в конце концов.

– Он многое пережил за последнее время. Было бы неудивительно, если бы он захотел немного развеяться.

– Тем более он бы никуда не поехал. Говорю тебе, это на него не похоже. Подумай, Шеппард сбежал, Лоуд убит. И единственный свидетель пропадает через пару дней. Неужели ты думаешь, что это совпадение?

– И что ты хочешь этим сказать? Что Пита похитил Шеппард? Ты понимаешь, как абсурдно это звучит?

– Разве? Думаешь, Том на это не способен? У меня до сих пор мурашки от одного упоминания об этом парне.

– Ну хорошо. Я добавлю Макклайна в список разыскиваемых, если тебя это успокоит.

3

Шеппард не думал, что Маргарет потеряла колье, продала или отдала мужу. Скорее она спрятала его в какое-нибудь надёжное место. И оно, без сомнения, должно было быть особенным для неё.

И Том знал одно такое место.

На утёсе было холодно, и даже его толстое пальто не спасало от резких порывов ветра.

Он подошёл к дубу и провёл рукой по многовековой коре, покрывающей ствол могучего дерева. Пальцами он ощущал не только неровности и шероховатости, но и древнюю силу, исходящую, как казалось, из самого центра земли.

Он поднял голову, внимательно ища глазами то, зачем пришёл. Наконец, он увидел то, что искал. На высоте примерно четырёх метров виднелось довольно большое дупло.

Том принялся карабкаться вверх, каждую минуту рискуя сорваться. Неосторожно схватившись повреждённой рукой за очередную ветку, Том громко выругался.

Сделав последнее усилие, он подтянулся, сел на ветку рядом с дуплом и заглянул внутрь. За многие годы в дупле скопилось множество всякого хлама. Большинство из этого было принесено птицами, они и сейчас были здесь.

На Тома немигающе смотрела большая хищная птица. Жёлтые глаза встретились с зелёными. Том достал пистолет.

– Послушай, приятель, я всё равно осмотрюсь здесь, так что погулял бы ты немного.

Он поднял руку с пистолетом повыше, готовый в любую минуту защищаться от острых, как бритвы, когтей.

Хищник сделал осторожное движение вперёд, и Том предостерегающе поднял пистолет. Несмотря на здравый смысл, он был уверен, что птица его понимает.

Клацнув острым клювом, она горделиво вышла из дупла и, расправив свои широченные крылья, устремилась к морю.

Том, завороженный красотой ее полёта, смотрел ей вслед, пока она не скрылась из виду.

Вооружившись фонариком, Шеппард принялся осматривать вещи, скопившиеся в дупле за последнее столетие. Через некоторое время в куче листьев и мусора, который приносили в дупло столько лет морские чайки и прочие его обитатели, он нашёл небольшой сверток.

Убедившись, что это именно то, что он думал, Том начал спускаться вниз.

Оказавшись на земле, он отряхнулся. Шеппард явственно почувствовал за спиной чьё-то присутствие и улыбнулся.

– Мама тебя не учила, что подкрадываться к людям некрасиво?

– Я думала, ты должен ощущать моё приближение на духовном плане.

– Мне казалось, вся духовность закончилась тогда, когда ты бросила меня в мотеле, пристёгнутого к кровати.

– Неужели ты всё ещё дуешься? Я думала, мы забудем этот маленький инцидент.

Голос Арлин звучал весело, но лицо стало более суровым.

– А теперь будь умницей, дай мне колье.

– Ты про это? Это ты всё время искала?

Он пренебрежительно взял колье в руки и швырнул его Арлин. С присущей всем её движениям грацией она с легкостью поймала колье и хищно улыбнулась. В ту же секунду украшение исчезло в складках её одежды.

– Как ты узнал, где оно?

– Это не важно. Теперь можешь исчезнуть навсегда.

– Как знать, может, мы ещё встретимся…

– Нет, не встретимся. И ты сама это прекрасно знаешь.

В её глазах появилось что-то похожее на отголоски человеческих чувств, но уже через мгновение исчезло, сменившись холодным расчётливым выражением.

Уходя, она кинула на него последний прощальный взгляд.

– Будь осторожен.

– Иди к чёрту…

Она улыбнулась и в очередной раз исчезла в тумане.

4

Том смотрел на волны, словно прощаясь с ними. Он знал, насколько ничтожен шанс увидеть их вновь.

Лёгкий бриз потрепал его волосы и ласково прошёлся по лицу, словно даря последний поцелуй на прощанье.

Том развернулся и побрёл к особняку. Оставался ещё один человек, с которым он бы хотел попрощаться.

Ему открыли не сразу. И, когда дверь начала отворяться, Шеппард был готов увидеть сморщенное лицо Слодта. Но ему открыл сам Дариан.

От Тома не ускользнули его бледность и измождённость.

– Если ты всё ещё не хочешь меня видеть, я уйду.

Дариан слегка улыбнулся.

– Нет. Ты единственный, кто не пытался врать мне. Проходи.

Он широко открыл дверь и махнул рукой в сторону зала.

Том закрыл за собой дверь и пошёл за Дарианом.

– Где Слодт?

– Бродерик уехал и забрал Верджила с собой.

– Уехал? Куда?

– Даже знать не хочу.

– Но почему?

– Я сказал, что убью его, и этот ублюдок решил, что мой гнев угаснет, если немного подождать. Поэтому он уехал и взял с собой Слодта, которому я тоже совсем не гарантирую безопасность.

– А Элоиза?

Дариан пожал плечами.

– Она где-то в доме. Я не хочу видеть её, она не хочет попадаться мне на глаза. Мы живём в полной гармонии.

– Кто ухаживает за Джанет?

– Я навещаю её, если ты об этом. Кормит её мать, я видел свежий завтрак сегодня утром. Не знаю, как она умудряется оставаться для меня невидимой, но у неё это хорошо получается. И я совсем не против, если так будет и дальше.

Они сели в мягкие кресла.

– Лучше скажи, что тебя привело сюда.

Дариан отставил в сторону костыль, на который опирался, когда ходил. Он смотрел прямо Тому в глаза. В его взгляде читалась настороженность. Он явно не ждал ничего хорошего от этого визита. И Том не мог винить его за это.

– Я возвращаюсь в тоннели.

Дариан удивлённо вскинул брови.

– Зачем? Их слишком много, всех не убьёшь. Надо действовать более тонко. Накопать грязи, собрать досье, прижать их с помощью копов.

Шеппард расхохотался.

– С помощью копов. Приятель, за последнюю неделю я встретил двух копов-сатанистов и директора городского банка. Неужели ты думаешь, что это досье как-нибудь поможет? Оно только поможет быстрее свести нас в могилу. Я не собираюсь отстреливать их по одному. Я собираюсь лишить их главного источника их силы.

– Ты нашёл его?

Том усмехнулся.

– Он всё время был у нас под носом. Это купель. Они черпают свои силы оттуда. На месте, где стоит купель, находится какой-то очень мощный источник силы. Это и позволяет им подчинять мёртвых.

– Ты хочешь просто разрушить его?

– Если я уничтожу купель, они лишаться власти над сверхъестественным. А без неё это просто кучка безумных фанатиков.

– Чёртова нога! Как бы я хотел пойти туда с тобой, быть частью этой битвы.

Том устало улыбнулся.

– Я знаю. И, хоть ты не можешь идти со мной, ты и так многим уже пожертвовал ради всех нас.

– Если ты про ногу, то я…

– Я про дар блаженного неведения.

– Да, я бы многое отдал, чтобы забыть некоторые вещи… Хотя нет. Я рад, что узнал правду. Лучше жить так, чем жить в неведении… Как ты собираешься добираться туда?

– Через старую церковь. Больше ходов не осталось.

– Нет. Подожди, та женщина на утёсе…

Тома словно ударило током.

– Женщина? Молодая?

Дариан отрицательно покачал головой.

– Не молодая. Она была в возрасте и всё время курила трубку.

– Сова.

– Что?

– Что она сказала?

– Она сказала, что есть ещё один вход. Через который можно зайти им в тыл. Я не совсем понял, где он, но она что-то говорила про какой-то бар. Правда я не уверен, что её можно слушать. Вдруг это приведёт тебя в ловушку.

Том задумчиво посмотрел в окно, через которое был виден утёс.

– Сомневаюсь.

Глава 27

1

Шеппард понял, о каком баре говорила Виола, но совсем не спешил туда. У него было незаконченное дело.

За все свои тридцать лет Том никогда не думал, что дойдёт до этого момента. Наверно, впервые за всю жизнь он думал о последствиях своих поступков.

Он остановил машину недалеко от церкви и прошёл остаток пути пешком.

На земле возле церкви кое-где ещё чернели пятна, своим присутствием напоминающие о событиях той ночи, когда Том был здесь в последний раз.

Шеппард спустился к реке и заглянул внутрь пещеры, ведшей в тоннели. Он прошёл вглубь несколько метров.

– Если в пещере кто-то есть, выходите, здесь опасно. Я предупреждаю только один раз.

Том подождал пару минут и, не услышав ответа, достал из внутреннего кармана пальто динамитную шашку.

– Я предупреждал…

Он чиркнул зажигалкой.

Стоя на безопасном расстоянии, Том смотрел, как церковь проваливается под землю, образуя после себя ещё один котлован.

Теперь у сатанистов было ещё одним ходом меньше. Конечно, совсем отрезать им пути отступления он не мог, слишком много было тайных проходов, о которых он не знал. Но этот точно был одним из основных. И теперь они его лишились.

2

В прошлый раз вид пустого здания выбил почву у него из-под ног. Теперь же, смотря на бар, Том понимал, что это чувство всё ещё с ним, где-то глубоко внутри его головы.

Переулок был пуст. В этом районе люди старались вообще не выходить лишний раз на улицу.

Доски, которыми в прошлый раз была заколочена дверь, были сорваны, замок выбит. Дверь оказалась слегка приоткрытой.

Том проскользнул внутрь, бесшумно двигаясь в темноте. Он вытащил из-за пояса пистолет и напряг слух. Вид входной двери просто-таки кричал о том, что внутри кто-то есть.

Тоннели – это сеть подземных ходов. Значит, искать в верхних помещениях нет никакого смысла. Они уходят вниз, значит, и идти надо вниз… В любом баре должен быть подвал для вина и всяких других продуктов, которым требуется холодное тёмное помещение. Скорее всего, если вход в тоннели здесь есть, то он именно там.

Том обошёл барную стойку. Проходя мимо барных стульев, он споткнулся обо что-то массивное, чертыхнулся, но не упал.

Шеппард принялся шарить по задней стене, ища рычаг, открывающий потайную дверь. Такие скрытые комнаты были очень распространены в барах во время сухого закона.

Он уже дошёл до полки с алкоголем, когда сзади на него напали. Кто-то запрыгнул к нему на спину и начал душить.

Том подался назад и с силой приложил нападавшего о барную стойку. Тот свалился с его спины, и у Тома появилась возможность достать из кармана зажигалку.

Он осветил нападавшего, у того в руках блеснула сталь, и Том выстрелил. Мужчина обмяк.

Шеппард подошёл ближе, чтобы повнимательнее его рассмотреть. Нападавшим оказался обычный бездомный, решивший отстоять тёплое местечко. Можно сказать, что он просто оказался не в то время и не в том месте.

Том покачал головой и продолжил поиски. Вскоре ему под руку попался рычаг, выглядевший, однако, как пивной кран.

Одна из задних панелей в стене отъехала в сторону, и Том увидел тёмную лестницу, ведущую вниз.

Он спустился в погреб, освещая себе путь крохотным пламенем зажигалки.

Внизу было множество полок, которые сейчас пустовали, лишь кое-где завалялась пара бутылок вина.

Том обошёл весь погреб, но не нашёл проход. Его будто никогда и не было. Он остановился посреди комнаты, внимательно рассматривая все вокруг.

Может, я ошибся? Наверно, у них есть ещё один подвал… Дьявол, как холодно, чёртов сквозняк… Сквозняк? В подвале?

Том опустил взгляд на зажигалку, её пламя упрямо клонилось в одну сторону. Он пошёл в этом направлении и уткнулся в стену, у которой стоял очередной стеллаж.

Пламя тянулось именно к этой стене, и, подойдя ближе, Том услышал тихий характерный свист, который обычно возникает, когда ветер пытается просочиться сквозь щели.

Шеппард погасил зажигалку и двумя руками ухватился за стеллаж. После нескольких попыток ему наконец удалось отодвинуть его от стены.

Ветер резко усилился, и Том почувствовал поток холодного воздуха.

Он вновь открыл зажигалку. Перед его взором возник старый покрытый пылью тоннель, исчезающий в темноте.

3

Ему казалось, что он плутает в тоннелях слишком долго. Он даже не мог понять, в каком направлении надо идти. Тоннели поистине представляли собой паутину.

Даже тому, кто хорошо знает эти ходы, было бы чертовски легко заблудиться.

Ему казалось, что он снова раз за разом возвращался в одно и то же место. Однако Том не мог сказать наверняка, потому что все ходы были практически неразличимые с виду и на первый взгляд казались совершенно одинаковыми.

Том почувствовал, что ещё чуть-чуть – и он начнёт кидаться на стенки, как дикий зверь.

Он остановился, сел на пол и закрыл глаза.

Относительно святилища бар находится на западе. Значит, нужно идти на восток. Вот только где этот грёбаный восток?

Он пытался сосредоточиться, стараясь дышать глубоко. Внезапно он открыл глаза, резко встал и решительно направился в совершенно противоположную сторону от своего первоначального направления.

Шеппард шёл быстро, уверенно поворачивая в самые неприметные ответвления.

Вскоре он достиг пещеры. Перед ним снова предстал величественный собор, тянущийся своей колокольней в бесконечную темноту свода.

4

В это время суток пещера была практически пуста. Сейчас все сатанисты, как бы это глупо ни звучало, были на работе. Занимали свои главенствующие должности и незаметно плели тонкие сети интриг.

Том не сомневался, что на лжи и интригах Джон выстроил целую империю. И такие люди, как начальник полиции или Джордж Уилис, бывший директор городского банка, являются её опорными столбами.

В пещере кое-где были видны бродящие в тумане члены культа, но было совершенно непонятно, стояли ли они на страже или просто прогуливались.

Несколько сатанистов шли в сторону Тома. Он попятился от них, прячась за камнями и под покровом тумана.

Уткнувшись спиной в одну из дверей, ведущих в собор, Том нащупал ручку и, не отрывая взгляда от них, повернул её. Дверь тихо отворилась, и Шеппард исчез внутри.

Это оказалось что-то наподобие складского помещения. В глубине комнаты стояли бочки с маслом, пакеты с мукой и прочая провизия. А также всевозможные верёвки, ткани, свечи… В общем, вещи, применяемые в обиходе.

Внутри собор был обшит деревом. Тому хватило одного взгляда, чтобы в его голове сформировался план его дальнейших действий.

Он сложил в кучу всё, что может гореть, облил это маслом, не забыв и про деревянные стены, поджёг и выскочил за дверь.

Спрятавшись за камни, Том вытащил пистолет и стал ждать. Скоро его противники заметят пожар, и у него появится возможность действовать.

Глава 28

1

Тяжёлые двери громко скрипнули, и Шеппард опасливо огляделся по сторонам, боясь, что столь громкий звук мог привлечь лишнее внимание.

Он остановился в проходе. Около купели с невозмутимым видом стоял Джон.

– С возвращением.

Том опустил пистолет.

– Тебя пожары совсем не волнуют?

Джон пожал плечами.

– Не особо. Ты правда думал, что я не пойму, что пожар устроил ты?

– Честно говоря, я был не совсем уверен в твоих умственных способностях.

– Мне почему-то кажется, что ты вообще ни в чьих умственных способностях не уверен.

– Что правда, то правда. И где же твои сатанисты? Отрезают мне пути отступления?

– Это вряд ли. Боюсь, я тоже не уверен в их умственных способностях. Десять к одному, что они сейчас всем скопом пытаются бороться с огнём.

– Считаешь, было бы лучше, если бы всё сгорело?

– Огонь тоже своего рода перерождение. Во всех культурах мира он символизирует очищение.

– Перестань. Мы оба знаем, что все эти байки о перерождении всего лишь способ манипуляции. Ты сам в них не веришь.

– Может, нет, а может, да. Главное, в них верят они. Остальное не так уж важно. Но в жертвоприношения я верю. И даже ты не можешь отрицать их действенность. Ты сам видел их плоды.

Том презрительно изогнул брови.

– А не слишком ли ты зазнаёшься? Я видел что-то, что ещё можно назвать проявлением тёмных сил, но это никак не выводит на ассоциации с тобой.

Джон лишь усмехнулся.

– По-твоему мои обряды не дают никакого результата? Но как тогда ты объяснишь всё это?

– Всё просто. Тебя разводят точно так же, как ты своих сатанистов. Думаешь, им важно, как ты убиваешь? Будь уверен, им абсолютно насрать. Главное, больше трупов. Больше трупов – больше душ. Они там как строительный материал. Все твои ритуалы просто мишура. Ты мог бы просто караулить с ножом припозднившихся гуляк. А вся эта демоническая сила… лишь игрушки, чтобы умаслить капризного ребёнка. Она тебе не подчиняется. И в любой момент может обратиться против тебя.

– Ты не знаешь, о чём говоришь.

– Готов спорить, ты тоже.

Они мрачно посмотрели друг на друга.

– Ты же понимаешь, что я не дам тебе уйти отсюда.

– Я понимаю, что отсюда уйдёт только один из нас.

– Какая избитая фраза.

– Однако как точно описывает происходящее. Избитые фразы избиты лишь потому, что очень удачны. И кому, как не тебе с твоими последователями, знать об этом? Как часто ты используешь их, когда уговариваешь людей продавать души?

Джон улыбнулся.

– Даже чаще, чем ты думаешь. Но мы снова увлеклись, не находишь?

– Да, нас слегка унесло от темы.

Том снова поднял пистолет.

– Мне даже неловко стрелять в безоружного.

Джон усмехнулся. В его глазах играли насмешливые искорки.

– Не волнуйся об этом.

Он поднял руки. Из купели стала выползать тьма. Том не знал, как назвать её по-другому. Она была похожа на непрестанно шевелящийся туман. Пелену дыма. Этому можно было дать много названий, но тьма подходила для этого больше всего.

Тьма вылилась из купели и чёрным туманом стала расползаться по полу, двигаясь в сторону Тома. У него больше не осталось сомнений. Оно было живое.

Шеппард нажал на спусковой крючок, главным образом целясь в Джона. Он использовал всю обойму, но ни одна из пуль не достигла цели. Тьма, словно щит, поглощала их в себя.

Добравшись до Тома она обвилась вокруг его шеи. От неё нельзя было ни отбиться, ни убежать. Том оказался абсолютно беспомощным. И он задыхался.

– Том, неужели так трудно было понять, что не нужно ввязываться в это дело?

Голос Джона звучал глухо, словно его источник находился под водой.

Сознание начало покидать Тома, у него перед глазами стоял бушующий океан.

На горизонте, меж волн, появилась чёрная точка, которая начала быстро разрастаться и вскоре заполнила собой всё пространство.

Том почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. У него уже не осталось сил сопротивляться, он мог только наблюдать изнутри за происходящим.

А потом всё резко прекратилось. Том подумал, что это конец, но в следующую секунду уже стоял на коленях в часовне и надрывно кашлял, пытаясь восстановить дыхание.

Он поднял голову.

Джон стоял около купели, прижимая руки к груди, сквозь его пальцы струилась кровь. На его лице застыло недоумение. Он медленно обернулся.

За его спиной стояла Виола с дымящимся пистолетом.

Джон упал на колени.

– Что ты наделала?..

– То, что должна была сделать давным-давно.

Её лицо было каменным и непреклонным, но, когда Джон повалился на пол, слезы потекли по её щекам.

Пистолет выпал из её рук. Она кинулась к телу Джона. Приподняв его от пола, положила его голову себе на колени, пытаясь зажать рану у него на груди. Вскоре она была перепачкана в крови не меньше, чем Джон.

Прекратив тщетные попытки, она успокоилась и замерла, скорбно склонив голову.

Том снова уставился в пол. В глазах помутилось, долгий недостаток воздуха сделал своё дело. Руки его задрожали и подогнулись, и он рухнул на каменный пол.

2

Сначала он не мог понять, где он, но потом его сознание начало проясняться. Он, покачиваясь, встал на ноги.

Виола сидела всё в том же положении, совершенно не реагируя ни на что происходящее вокруг.

– Виола?..

Она стояла на коленях, глядя на свои окровавленные руки. Слёзы текли по её щекам, оставляя за собой тёмные дымящиеся борозды.

– Маргарет?

Она подняла голову в его сторону. Голос её был тихим, но обретал силу, отражаясь от высоких стен собора.

– Я знала, что это произойдёт. Рано или поздно. Но я не была к этому готова. Как мать вообще может убить собственного ребёнка?

Том опустился на пол и сел рядом с ней.

– Но почему вы убили его? Я думал, вы целиком и полностью преданы культу.

– Проведя вечность между жизнью и смертью, начинаешь переосмысливать некоторые ценности.

Она посмотрела ему в глаза. В её взгляде мешались вызов и отчаяние.

– Ты осуждаешь меня?

Он отрицательно покачал головой.

– Все совершают ошибки. Я читал ваш дневник. Я не одобряю то, что вы сделали, но вполне могу это понять. Я сам порой принимал довольно сомнительные решения.

Маргарет горько усмехнулась.

– Вряд ли они повлекли за собой такие последствия.

– Кстати о сомнительных решениях… Извините, но я отдал ваше колье Арлин.

Маргарет улыбнулась.

– Ничего, Странница о нём позаботится.

После недолгой внутренней борьбы Том осторожно коснулся её плеча.

– Почему же вы не пытались остановить его раньше?

Она отпрянула назад как от пощёчины.

– Думаешь, за столько десятилетий мне не приходила в голову подобная мысль?! Я не могла… не была уверена в своих силах. Именно поэтому мне был нужен ты.

– Я?

– Неужели ты считал, что наткнулся на меня случайно? Джереми послал тебя ко мне именно по моей просьбе.

– Я считал Джереми лишь иллюзией.

Маргарет вновь улыбнулась ему.

– О нет, он вполне реален. Он существует. Ну или по крайней мере существовал когда-то.

– Вы перенесли меня во времени?

– Не во времени, в пространстве. Это как другая реальность, где бар всё ещё существует.

– Как вы это сделали? Как вам удалось провернуть все эти фокусы с перемещениями через реальности?

– Время, мой мальчик. Оно открывает для нас новые двери и новые возможности. И моё уже давно истекло.

Том внимательно посмотрел на неё и только сейчас заметил, что с её рук и головы опадает мельчайшая пыль. Очень медленно и неумолимо Маргарет распадалась на прах у него на глазах.

– Но зачем я был вам нужен? Почему просто не сделали это сами? Зачем втянули меня во всё это? Втянули Гейджа?

– Ты не прав. Я не втягивала в это ни тебя, ни твоего капитана. Это была целиком и полностью его инициатива. Я не могу влиять на принимаемые решения. Я лишь помогла тебе, дала нужную информацию. Не сомневаюсь, в конце концов ты бы и сам докопался до истины. Но мне нужна была помощь, и чем раньше, тем лучше.

– Я всё равно не понимаю. Вы бессмертны, наделены сверхъестественными силами. Зачем вам я?

– Том, ты ведь не дурак. Перестань говорить глупости. Никаких сил у меня нет, лишь умение договариваться с теми силами, которые и так существуют в природе. И, опять же, это не дар, а практика на протяжении долгих десятилетий. А моё бессмертие… я бы не стала это так называть. Ни жива, ни мертва, застряла где-то посередине. Какое же это бессмертие? А вот Джон был бессмертен, и без тебя я бы никогда не решилась довести дело до конца. Спасибо.

Она улыбнулась Тому практически материнской улыбкой.

– Спасибо тебе…

Словно из ниоткуда, налетел ветер, песок забился Тому в глаза, и ему пришлось зажмуриться. Когда он снова смог открыть их, на месте, где сидела Маргарет, осталась лишь небольшая кучка серого пепла.

3

Том напряжённо посмотрел на то место, где сидела Маргарет. Он взял небольшой мешочек, оставшийся от динамита, который он использовал в церкви, и собрал в него прах.

Он делал всё по инерции, мыслями находясь сейчас очень далеко отсюда.

Шеппард подошёл к Джону и с силой пнул его бездыханное тело.

– Это тебе за Гейджа, ублюдок. Надеюсь, из того места, куда ты попадёшь, ты сможешь наблюдать крах своей драгоценной империи.

Он подошёл к купели и заглянул внутрь. Вместо воды в ней клубился туман. Явственно ощущалась исходящая от него сила, однако сейчас он был пассивен, будто спал.

Том вытащил из кармана ещё одну динамитную шашку и зажигалку.

– Всё кончено.

Он уже было собирался зажечь фитиль, но вдруг почувствовал в своей голове чужеродное присутствие.

Это никогда не кончится. Тьма поглощает тебя, подчиняет своей воле. Если ты хоть раз коснулся её, ты уже никогда не сможешь от неё избавиться.

Том закрыл глаза, стараясь вытеснить посторонний голос у себя из головы.

– Ну уж нет, не дождёшься…

Вспыхнуло пламя, и дымящаяся шашка упала в купель.

Глава 29

1

За последнее время Том устроил немало пожаров. Как оказалось, огонь был лучшим средством окончательно разделаться со всем этим.

От жара лопались окна. Шеппард стоял довольно далеко от бара, но даже здесь было слышно, как трещит пламя. Люди уже начали собираться вокруг здания, а вдалеке послышались звуки пожарной сирены. Город уже знал о случившемся, и вскоре они начнут искать виновника происшествия.

Он побрёл вверх по улице в направлении Нортвуда. Ноги будто сами несли его туда.

У ворот поместья его встретил Макклайн. На лице его читался гнев, который, однако, уже успел поутихнуть с их последней встречи.

– Ну наконец-то! Я знал, что ты придёшь именно сюда! Ты не пойдёшь один, я тебе не позволю.

Том усмехнулся.

– Знаешь, Пит, у тебя совершенно удивительная способность делать всё вовремя.

Макклайн бросил на него удивлённый взгляд. Несколько мгновений он недоумевающе смотрел на Тома, но потом его глаза начали замечать детали, скрытые до этого момента за пеленой его гнева. Грязную, кое-где порванную одежду, следы пороха на ней и общий облик, будто Том только что с боем вырвался из преисподней.

– Ты там уже был…

– Отлично, Пит, ещё чуть-чуть – и ты сможешь стать лучшим детективом отдела.

Том криво улыбнулся.

– Неужели ты думал, что я просто шатаюсь где-то всё это время?

– Просто я не ожидал увидеть тебя живым после похода туда в одиночку.

– Может, перестанешь меня недооценивать? Тебя, я смотрю, вообще в крайности всё время бросает. Ты то решаешь, что я ни на что не способен, то приписываешь мне всё вселенское зло.

– Вместо того чтобы просто языком трепать, лучше бы рассказал, что там произошло.

Том устало закрыл глаза.

– Это долгая история, Макклайн. Я не хочу сейчас пускаться в пространственные излияния. Просто не в состоянии.

Макклайн нахмурился.

– Ты не пустил меня сражаться, хотя у меня было полное право. Хотя бы один рассказ ты мне точно задолжал.

Шеппард недовольно сморщился.

– Пит…

– Хотя бы вкратце. Я не требую от тебя героической эпопеи… Что это за запах? Чувствуешь?

– Просто горит ещё одно старое здание.

– Ты устроил очередной пожар? Чёрт возьми, Шеппард! Ты так полгорода спалишь!

Том пожал плечами.

– Знаешь, Том, ты уже тянешь на серийного поджигателя.

– Это было необходимо.

– Полагаю, это часть той истории, которую ты так упорно не хочешь мне рассказывать.

Том поднял руки, словно сдаваясь.

– Ладно. Я взорвал вход около церкви, чтобы отрезать сатанистам хоть какие-нибудь пути к отступлению. Через старый бар я попал в тоннели, устроил пожар, чтобы отвлечь их, и пошёл к купели. Около неё на меня напал Джон. Он натравил на меня живую тьму, но Маргарет убила его, и я смог разрушить купель.

– Погоди. Что? Маргарет? Живая тьма?

– Про тьму даже при всем желании не смогу объяснить. Знаю лишь, что это часть той древней силы, которой управлял Джон. Что же касается Маргарет, она просто была жива все это время.

Макклайн вытаращил на него глаза.

– Что значит жива?! Ты сам говорил, что она погибла при родах.

– Я так думал. Впрочем, это действительно так в каком-то смысле. Маргарет умерла тогда, во время обряда, рожая Джона. И возродилась потом уже как Виола. Всезнающая Сова. Все эти годы она собирала информацию и выжидала подходящего часа, чтобы устранить последствия своей ошибки.

– И где она теперь?

– Она завершила своё неоконченное дело. Теперь её душа свободна, а тело просто превратилось в прах.

Макклайн негромко выругался себе под нос и снова посмотрел на Тома.

– Я, наверно, никогда не привыкну к этой чертовщине… Хорошо, надеюсь всё осталось далеко в прошлом. Теперь нужно просто поймать обычных преступников. Что будем делать дальше?

– Мы – ничего.

Макклайн раздражённо взмахнул рукой.

– Если ты и на этот раз надеешься оставить меня в стороне…

– Нет. Я говорю не об этом. Это я выхожу из игры.

– Что?!

Том был очень серьёзен. Его голос звучал холодно и категорично.

– Послушай меня внимательно, Макклайн. Я серьёзно.

Макклайн попытался было протестовать, но Шеппард вновь перебил его.

– Я уничтожил источник их силы. В этом плане они беспомощны. Теперь это просто кучка фанатиков, которых нужно переловить и посадить за решётку. Но это не так просто. Даже без своей силы они всё ещё очень могущественны. Многие из них занимают высокие посты и высокое положение в обществе. Среди них – городской священник и начальник полиции. Этого уже немало, но я уверен, найдутся ещё. Причем, возможно, даже занимающие ещё более высокие посты. Ты должен собрать группу из тех детективов, которым ты доверяешь. И начать вылавливать этих ублюдков одного за другим. Только помни, что доверие – штука опасная. Будешь выбирать людей, выбирай тщательнее. А теперь иди.

Всё в Макклайне кипело от возмущения и тревоги. Однако что-то заставило его развернуться и пойти прочь.

2

Когда Макклайн отошёл на приличное расстояние от поместья, в его голове резко прояснилось.

Он развернулся и бросился бежать в обратном направлении. Он не знал, что задумал Шеппард, но понимал, что это какая-то очередная опасная авантюра.

Промчавшись мимо ворот, Макклайн подбежал к парадному входу Нортвуда и принялся колотить в дверь. Не дождавшись никакого ответа, он решил обойти здание.

Он шёл очень быстрым шагом, всё время вертя головой в поисках Тома.

Выходя из очередных зарослей, он наткнулся на сад, в котором стоял небольшой фонтан для птиц и несколько каменных скамей. На одной из скамей сидела молодая девушка.

Она повернула к нему голову и, нисколько не испугавшись, улыбнулась ему. Девушка похлопала рукой по скамье, приглашая его сесть рядом с собой.

Макклайн покачал головой.

– Извините, я не хотел нарушить ваш покой. Я не могу присесть, я очень спешу.

Она улыбнулась ещё шире.

– Садитесь, Макклайн, Шеппард знает, что делает.

Макклайн ошарашенно посмотрел на неё и, сам не осознавая, что делает, сел рядом с ней.

– Кто вы?

– Джанет Норвиль. Я рада с вами познакомиться.

– Я думал, вы давно покинули наш мир. Если не телом, то душой.

– Как видите, теперь это одно целое.

– Что произошло?

– Не знаю, но что-то явно было. Скорее всего, это произошло после смерти Джона.

– Вы знаете и об этом?

– Все эти годы я была заточена у него в голове. Без шанса выбраться, без шанса что-либо изменить… Но теперь я свободна.

– А как же болезнь?

Макклайн понимал, что не принято задавать такие вопросы, но чувствовал, что сейчас можно поступиться любыми приличиями.

Джанет оставалась абсолютно невозмутимой.

– Она со мной. Но лучше прожить год полной жизнью, чем двадцать пролежать в кровати, похожей на овощ.

– Я не могу ничем возразить вам на это.

Её глаза гневно сверкнули.

– И вряд ли кто сможет.

Он мягко посмотрел на неё.

– Вы сказали, что Шеппард знает, что делает. Вы знаете, где он?

– Это уже не имеет значения. Слишком поздно. Но не вините себя за промедление. Вы же знаете Тома, если он загорелся очередной идеей, его не остановить.

3

Том стоял на утёсе, ветер трепал его волосы и полы пальто. После того как история подошла к логическому финалу, к нему должно было прийти чувство облегчения, но он чувствовал лишь пустоту.

Достав из кармана небольшой мешочек, он вытряс из него его содержимое. Прах Маргарет тут же подхватил ветер и, кружась, унёс его в сторону горизонта. Теперь она находилась там, где всегда мечтала.

Шеппард подошёл к самому краю утёса и посмотрел вниз, на бушующее тёмное море.

– Не стоит этого делать.

Том обернулся.

Из тени ветвистого дуба вынырнула фигура. Гейдж подошёл к Тому и теперь стоял рядом с ним, глядя на воду.

– Хорошо выглядите для мертвеца, кэп.

– Ты же знаешь, в этом городе никто не остается мёртвым надолго.

– Значит, мне точно нечего бояться.

– Это совсем другое… Я здесь только из-за тебя. Ты держишь меня здесь, я должен уберечь тебя от этого.

– Нет, не должны. И вы здесь не из-за меня, а из-за того, что внутри меня.

Гейдж лишь молча смотрел на море.

– Этот город, он весь прогнил. Но теперь эпицентр этой гнили… этой тьмы устранён. Мы заражены, кэп. Именно поэтому вы здесь. Оно не даёт нам уйти… Я должен это сделать, и вы не имеете права меня останавливать. Я лишь хочу покончить с этим окончательно.

Воцарилось молчание, каждому нужно было время, чтобы обдумать и принять то, что только что прозвучало. Гейдж первым его нарушил.

– Мы можем найти другой выход?

Том отрицательно покачал головой.

– Но ведь ты не знаешь этого точно! Мы можем попытаться, а это всегда успеешь сделать.

– Не все так просто, кэп. Я не могу рисковать, не могу распространять эту тьму. В следующий раз, когда понадобится её уничтожить, моих сил может не хватить.

Вновь воцарилось молчание. Вечерний воздух опьянял своей свежестью.

– Ты решил окончательно?

– Да…

– И ты уверен, что это необходимо?

Том молча кивнул.

– Тогда я не буду тебе мешать.

Шеппард благодарно посмотрел на капитана. Ветер завывал и рвал одежду, море бушевало. Том вздохнул полной грудью и, сделав шаг, упал в неизвестность.

4

Гейдж в одиночестве стоял на утёсе и смотрел на волны, поглотившие Шеппарда.

Том ошибся, я всё ещё здесь…

Он постоял ещё немного и развернулся, чтобы уйти. Кинув последний взгляд на море, он печально улыбнулся.

– Я буду по тебе скучать…

– Сомневаюсь, кэп.

Гейдж обернулся и засмеялся.

– Шеппард! Сукин ты сын! Я уж думал, что ты с концами коньки отбросил.

– Ну, в общем-то, так оно и было.

– А ты всё же ошибся. Мы всё ещё здесь.

– Не совсем…

Том хитро улыбнулся.

– Я пришёл забрать вас, кэп. Нам пора…

Гейдж секунду непонимающе смотрел на Тома, закинул голову назад и расхохотался.

Вскоре его хохот утонул в завываниях ветра. Утёс опустел.

Content

Кроу Кристофер Мор Да будет тьма

Глава 1

1

2

Глава 2

1

2

3

Глава 3

1

2

3

4

Глава 4

1

2

3

4

5

Глава 5

1

2

3

Глава 6

1

2

Глава 7

1

2

3

4

5

Глава 8

1

2

3

4

Глава 9

1

2

3

Глава 10

1

2

3

Глава 11

1

2

3

4

5

6

7

Глава 12

1

2

3

4

5

6

Глава 13

1

2

Глава 14

1

2

3

Глава 15

1

2

Глава 16

1

2

3

4

5

6

7

Глава 17

1

2

3

4

5

Глава 18

1

2

3

4

5

6

7

Глава 19

1

2

3

4

5

6

Глава 20

1

2

3

4

5

Глава 21

1

2

3

4

Глава 22

1

2

3

Глава 23

1

2

3

4

5

Глава 24

1

2

3

4

Глава 25

1

2

3

4

Глава 26

1

2

3

4

Глава 27

1

2

3

4

Глава 28

1

2

3

Глава 29

1

2

3

4