Павел Рудольфович Черкашин

СЕВЕРНЫЕ СКАЗКИ

БОГАТЫЙ ЧЕЛОВЕК

коми сказка

В старину в небольшой деревеньке жил богатый человек. У него была очень хорошая корова, два ведра молока каждый день давала. Вышла она однажды по хозяйскому недогляду за ворота и не вернулась.

Пошёл хозяин её искать, целый день искал, но так и не нашёл. Второй и третий день бродит он по оврагам да буеракам, а корова как в воду канула. Вот уж и неделя в поисках прошла. Нет, не может отыскать хозяин свою кормилицу. Тогда и говорит он жене:

- Послушай, жена, а давай попросим с тобой у Бога, чтобы он вернул нам нашу корову, а мы её в благодарность отдадим в государственную казну.

- Ну что ж, давай попросим, - согласилась жена, - а потом, так и быть, отдадим в казну государственную, лишь бы нашлась наша коровушка.

Вот встал мужик перед иконами, зажёг свечку и взмолился:

- Господи, Владыка Небесный, верни нам корову нашу живой и здоровой, мы её в государственную казну отдадим. Будет она поить молоком не только нас и наших детушек, но и всех нуждающихся.

Не успела ещё и свеча до конца догореть, как за окном послышалось знакомое мычание.

Обрадовался хозяин и говорит жене:

- Нет, не мог так быстро услышать меня Господь и помочь, это корова сама пришла. А раз сама пришла, то не отдадим её в казну государственную.

Жадность и до неверия доводит.

ДВА БРАТА

коми сказка

В одной небольшой деревне жили-были два брата. Небогато жили.

Вот поехал старший брат в город жить. Стал он там работать, много денег зарабатывать. Так много, что вскоре дом себе построил красивый, как дворец. Загордился. В родную деревню к матери с отцом да к брату и глаза не покажет, а про то, чтоб гостинцы им послать, и совсем речи нет.

А младший брат остался жить в деревне, престарелым родителям помогать. Жил он бедно, и было у него много детей мал мала меньше.

Пролились дождями, просыпались снегами, прожурчали талыми ручьями - пролетели годы. Вырос у бедного брата старший сын и говорит однажды отцу:

- Отец, отпусти меня в город на заработки. И вам с матушкой меньше будет ртов кормить, и я денег накоплю да вернусь домой с подарками.

- Что ж, поезжай, сын, - говорит бедняк. - У меня в городе живёт брат старший, может, и свидитесь. Глядишь, пособит тебе с работой да с жильём.

Паренёк смышлёный был, приехал он в город, поспрашивал людей и нашёл своего дядьку. Приходит к нему домой и говорит:

- Здравствуй, дядюшка! Я твой родной племянник, приехал из деревни работу искать, пусти меня пока в своё жилище.

А дядя думает: «Зачем это я вдруг буду своего бедного брата сыновей пускать? Чтоб меня объедали?» - и говорит племяннику:

- Что-то ты путаешь, паренёк, нет у меня в деревне никакого брата, я с рождения городской.

Смекнул племянник, что к чему, и отвечает:

- Что ж, видать, и в самом деле обознался. Ну да ничего, не пропаду. Мать-то с отцом недавно умерли, а я наш дом и всю утварь за десять тысяч рублей продал. Вот с этими деньгами в город и приехал. Так что - не беда, если и дядюшку не найду, всё равно смогу устроиться.

- О-о-о! Постой-постой! - воскликнул дядька. Так старшего брата жадность обуяла, что и вся спесь с него разом слетела. - Как же, вспомнил, вспомнил, был у меня в деревне младший брат. Какая радость, племянничек, что ты нашёл меня в большом городе! Ну, дорогой родственник, проходи, заселяйся в дом и живи сколько тебе угодно!

Так смекалка племянника победила жадность дяди.

ЛЕНИВЫЙ

коми сказка

Жили-были в одной деревне муж да жена. Муж был очень ленивым человеком. Как-то раз жена просит мужа:

- Съезди-ка в лес за дровами, а то нам скоро печь топить нечем будет.

Муж нехотя отвечает:

- Обуешь меня, так поеду.

Принесла жена валенки, обула мужа.

- А теперь поедешь? - спрашивает она у него.

- Я что, в рубахе должен ехать? Вот оденешь меня, тогда поеду.

Одела жена на него шубу, шапку, варежки.

- А теперь-то поедешь?

- Вот ты бы мне ещё лошадь в сани запрягла, совсем бы хорошо было, сразу бы поехал, - говорит в ответ ленивый супруг.

Что оставалось делать жене? Запрягла она сама лошадушку, подвела к крыльцу, мужа из дома под руку вывела и в сани посадила. Поёрзал тот в санях, усаживаясь поудобнее, и окликает жену:

- Слышишь, жена, долго мне так сиднем сидеть-то? Подай-ка скорее мне вожжи в руки!

Подала жена вожжи в руки ленивому мужу и, наконец, отправила его в лес.

Приехал он в лес, а с саней ему не хочется слезать, совсем лень одолела. Вот взял он топор и ударил по ближнему дереву, куда рука дотянуться смогла. Только ударил, вдруг слышит, как кто-то у него спрашивает:

- Зачем ты меня рубишь? Не руби меня, ленивый, что тебе надо, я всё исполню.

Подивился сперва мужик, но тут же и обрадовался, что кто-то ему просто так помочь хочет.

- А ты кто таков будешь? - спрашивает в ответ ленивый.

- Я - волшебное дерево. Мне все звери и птицы поклоняются в этом лесу.

- Хорошо, - отвечает ленивый, - не буду я тебя губить, но и дрова мне лень рубить. Уж если ты волшебное дерево, то сделай так, чтобы у меня во дворе много-много дров было, и чтобы они всю зиму не переводились.

- Будь по-твоему. Поезжай домой, будут у тебя дрова на всю холодную долгую зиму.

Вернулся ленивый мужик из леса домой, а во дворе дров видимо-невидимо.

А жена-то не глупа была, сразу поняла, что без волшебства здесь никак не обошлось. Стала у мужа правду выпытывать. А как только рассказал ей муж про волшебное дерево, так загорелись у неё глаза от жадности, и пристала она к нему:

- Поезжай, - говорит, - в лес и попроси у волшебного дерева, чтобы у нас полный хлев хорошей скотины был.

Поехал мужик снова в лес, доехал до волшебного дерева и ударил по стволу топором.

- Опять ты! Чего тебе надо, ленивый? - спрашивает дерево.

- Да вот, жена моя просит, чтобы у нас полный хлев хорошей скотины был. Так что уж не откажи.

- Хорошо, ленивый. Поезжай домой, будет у вас полный хлев хорошей скотины.

Воротился мужик домой, заглянул в хлев, а там и корова, и телок, и свиньи, и куры, и утки, и гуси. Да все упитанные такие!

Не унимается жена, у жадности-то глаза завидущие, снова говорит мужу:

- Скотины полный двор, а кормить нечем. Какой от живности толк, если вся с голоду пропадёт.

Поехал ленивый в лес просить корма для скота.

Доехал до волшебного дерева и вновь ударил по стволу топором.

Охнуло дерево от боли и спрашивает:

- Зачем тебя жена на этот раз отправила?

- Она сказала, что нет от скотины никакого толку, коли её кормить нечем.

- Хорошо, ленивый. Поезжай домой, будут у вас с женой и солома, и овёс.

Приехал мужик домой, видит, и впрямь полные сараи корма, обрадовался, что больше незачем в лес ехать, и зовёт супругу:

- Жена, иди-ка лошадь распряги. Потом меня раздевать да разувать будешь.

А жена вышла из дома и опять:

- Не рано ли успокоился? Скотину-то кормить есть чем, а у нас-то самих ни грамма муки нет. Возвращайся в лес, пусть дерево нам полный амбар муки даст.

Делать нечего, спорить с жадной женой мужику лень не даёт. Развернул он лошадку и снова в лес отправился.

Доехал до дерева и опять по нему ударил.

- Что на этот раз жена тебе наказала? - откликается недовольно волшебное дерево.

- Да вот, просит жена полный амбар муки и зерна.

- Хорошо, ленивый. Поезжай домой, будет вам с женой и мука, и зерно.

А ленивый сидит на санях и думает: «Устал я ездить по наказам жены, да и лень туда-обратно мотаться, что же ещё попросить у дерева?».

Думал-думал и говорит:

- Слышишь, дерево, сможешь ты мою жену в царицу, а меня в царя превратить? Вот тогда у нас, пожалуй, всё будет, и тебя тревожить больше не будем.

- Смогу, смогу, ленивый, - покорно отвечает дерево. - Поезжай домой, больше я тебе уже не понадоблюсь, да и зла топором причинить ты мне не сможешь больше.

Вернулся ленивый домой, смотрит, а вместо жены встречать его вышла-выбежала из дома хорошенькая собачка. Подумал ленивый, что мерещится ему это, решил глаза протереть и поднёс руки к лицу. Поднёс, глянул и обомлел - вместо рук у него собачьи лапы. А двор и сараи пусты, как и прежде.

Недаром говорят, не ленись да не жадничай.

Тут и сказке конец, а кто прочитал, тот мудрее стал.

ЧЁРНЫЙ ПЕСЕЦ

коми сказка

Жили-были старик со старухой. Далеко в северных лесах в махонькой деревушке стояла их убогая, потемневшая от времени избушка. Жили они очень бедно. Три дочери было у постаревших от земных тягот родителей - вот и всё богатство.

Однажды собрался старик в лес за дровами. Запряг в тележку тощую хромоногую лошадёнку и поехал. Добравшись до нужного места, старик слез с тележки, привязал лошадёнку к ближнему деревцу и огляделся. Вдруг видит, стоит неподалёку высокий берёзовый пенёк.

«А наберу-ка я старухе бересты с этого пенька на растопку» - подумал старик, подошёл и стал снимать тонкую белую кору.

Не успел он и половины ободрать, как вдруг выскочил из-под пенька чёрный песец. Прыгнул он на старика и давай бедолагу кусать да одежонку на нём когтями рвать.

Старик закричал от боли, запричитал. Попытался было сбросить с себя чёрного песца - да куда там немощному старику против зверя лесного. Взмолился старик:

- Не кусай ты меня, чёрный песец, не убивай понапрасну!

А чёрный песец и говорит тут ему человеческим голосом:

- Если я тебя не буду сейчас кусать и убивать, что же ты мне взамен дашь?

- Я, - говорит обессиленный старик, - одну из своих дочек тебе в жёны отдам, животом своим клянусь.

- Гляди, старик, ты жизнью своей поклялся, поверю тебе. Но пеняй на себя, коль обманешь, - согласился чёрный песец, спрятал клыки и когти и спрыгнул со старика. Сели они в тележку и поехали к деревушке.

Всё ближе и ближе старикова избушка, чёрный песец уже и уши навострил, глаза угольками горят от радости. Наконец, приехали в деревню. Чёрный песец в тележке остался ждать, а старик, деваться-то некуда, побрёл в избушку. Зашёл, и лица на нём от горя нежданного-негаданного нет, и ноги сами поневоле подкашиваются, и слёзы горючие неуёмно на глаза наворачиваются. Но делать нечего, дал обещание - надо его держать.

Присел старик на скамью у стола, вздохнул тяжело, рассказал домочадцам вкратце, что с ним нынче в лесу приключилось, и спрашивает у старшей дочери:

- Дочь моя старшая, дочь ненаглядная, может, ты спасёшь отца, выйдешь замуж за чёрного песца?

- Нет-нет! Что ты, батюшка! - закричала испуганно старшая дочь. - Не пойду я замуж за чёрного песца! Лучше уж я в дремучий лес убегу и заблужусь.

Старик вздохнул и к средней дочери обратился:

- Дочь моя средняя, дочь ненаглядная, может, ты выручишь отца, выйдешь замуж за чёрного песца?

- Нет-нет! Что ты, батюшка! - запричитала, отмахиваясь, средняя дочь. - Не пойду я замуж за чёрного песца! Лучше уж я камень за верёвку на шею накину и в речке утоплюсь.

Ещё печальней вздохнул старый отец и к младшенькой дочери вопрошает:

- Дочь моя младшая, ненаглядная моя Беляночка, может, ты пособишь в беде отца, выйдешь замуж за чёрного песца?

- Хорошо, милый батюшка, - поклонилась послушно Беляночка отцу, - не горюй, родимый, не переживай. Выйду я замуж за чёрного песца.

Как не тяжко было старику со старухой разлучаться с младшенькой дочкой, а слова сказанные, клятвенно обещанные обратно не вернёшь.

На следующее утро собрали старик со старухой Беляночке небольшое приданое, проводили доченьку до опушки леса и расцеловались на прощание. Дальше чёрный песец сам молодую жену повёл.

Долго шли они лесом дремучим, обходили болота трясинные, уже и солнце устало зевнуло, к закату на отдых клониться стало. Наконец, расступились вековые деревья, и вышла Беляночка со своим мужем-зверем на большую поляну. Глядит человеческая дочь, а посреди поляны стоит крепкая большая избушка. А чёрный песец прямо к избе её ведёт. Зашли они внутрь, а там только два кривых чурбана стоят и во всех углах кости обглоданные валяются.

Эта лесная изба и была жилищем чёрного песца.

- Устала, Беляночка? - заботливо спросил чёрный песец. - Если устала, то отдыхай-почивай с дороги, сейчас я тебе твою горницу покажу.

Ударил чёрный песец лапой об пол, и вдруг открылась перед Беляночкой ранее невидимая дверь, а за ней горница светлая. В горнице той зеркала в резных рамах по стенам висят, в клетках птицы певчие трелями заливаются.

Ступила робко Беляночка на порог горницы и видит, стоит у окна широкая кровать, перины на ней пуховые, одеяло соболиное, подушки шелковые, по краям богатыми кружевами украшенные, и тихая приятная музыка вокруг звучит, ласково слух чарует.

Пока оглядывала человеческая дочь своё новое жильё, звери лесные принесли молодожёнам еды. Поели Беляночка с чёрным песцом и отправились почивать с долгой дороги.

Так и стали они вдвоём в лесной избушке жить.

Долго ли, коротко ли, но вот однажды вернулся чёрный песец с охоты и говорит своей жене:

- Беляночка, сёстры к тебе в гости идут. Послушай мужа, сделай, как я тебе скажу. Выйди в землянку, что возле избы, и скажи сёстрам, как приедут, что ты там и живёшь. А будут о чём-нибудь тебя спрашивать - ты ничего им не говори, только головой кивай в знак согласия.

Поклонилась жена мужу:

- Будь по-твоему - вышла в землянку, села на чурочку-гнилушку и стала сестёр ждать. А по полу-то кругом так же, как и в избе, кости обглоданные валяются.

Вот смотрит Беляночка в окно и видит, идут её сёстры по поляне и плачут в голос:

- Хоть бы косточки собрать сестрички нашей, собрать да схоронить по-человечески!

Первой зашла в землянку старшая сестра. Увидела, что жива её младшая сестрица, жива и здорова. Только вот сидит она среди груды костей.

- Что же ты ешь, сестричка? Чем питаешься, Беляночка? Неужели чёрный песец тебя этими костями кормит?

Беляночка слушает, а сама по велению мужа головой кивает, словно бы подтверждая, что именно костями кормит её чёрный песец.

Сёстры выложили Беляночке гостинцы из дома, поговорили, рассказали, как живут и пошли обратно. Проводила их младшая сестра до опушки и вернулась в свои хоромы.

Стали они дальше жить-поживать. Сколько дней и ночей промелькнуло - никому не известно, никто не считал. Но однажды сорока на длинном хвосте чёрному песцу новость принесла, что средняя сестра Беляночки замуж выходит. Да не за простого деревенского парня, а за князя.

Вот чёрный песец и говорит жене:

- Беляночка, сестра твоя замуж выходит за князя. Поезжай и ты на свадьбу, повеселись.

- Как же я на свадьбу поеду, - сокрушается та, - у меня и наряда-то праздничного нет.

Улыбнулся чёрный песец и говорит:

- Нажми вот на этот сучок в бревне, а дальше всё сама увидишь.

Беляночка нажала на сучок, что ей чёрный песец показал, и открылась перед её глазами ещё одна дверь. А там чего только нет! Только сундуков кованых двенадцать штук!

Стала открывать Беляночка сундуки один за другим - и глазам верить боится! В первом платья парчовые да атласные, во втором сапоги да туфли, жемчугами украшенные, в третьем платки да шляпки всевозможных расцветок...

Выбрала она наряд, переоделась в своей горнице и вышла, сияя радостью, к чёрному песцу.

Чёрный песец кивнул одобрительно мордой и опять говорит Беляночке:

- Теперь нажми вот на этот сучок. Ещё одна дверь откроется. Там тебя конь вороной дожидается. Оседлай его и поезжай, только будь осторожна, чтобы конь тебя ненароком не сбросил. Уж больно он резвый, да и в конюшне застоялся.

Проводил он свою Беляночку, а сам скинул песцовую шкуру и обратился в доброго молодца. Оделся в дорогие одежды, сел на белого коня и вскоре догнал Беляночку. Скачет рядом и спрашивает:

- Куда путь держишь, красавица?

-Я, - говорит Беляночка, - на пир еду свадебный.

- Вот совпадение! И я туда же еду, - отвечает ей добрый молодец звонким голосом.

Поехали они вместе. Молодец с красавицы глаз не сводит, любуется, а Беляночка на него и не смотрит даже.

Приехали в большое село, где свадьба справлялась, а там уже пир горой. Никто и внимания не обратил на красивую молодую пару, а родные сёстры Беляночку в дорогих одеждах и не узнали даже.

Поели гости, попили, время танцев пришло. Стали парни девушек танцевать приглашать, не обошли вниманием и Беляночку. Добрый молодец, что на белом коне повстречался, первым подошёл. Она раз ему отказала, другой, третий, а после и вовсе домой заторопилась. Села на вороного коня и поскакала к себе, в избушку чёрного песца.

А чёрный песец в обличье доброго молодца перегнал жену на белом коне, коротким путём проскакал, первым зашёл в дом, влез обратно в песцовую шкуру и, как ни в чём не бывало, вышел встречать Беляночку.

Вот подъехала она к избушке, слезла с коня вороного, поднялась на крыльцо и мужу-зверю поклонилась. Тут чёрный песец у неё и спрашивает:

- Ну, Беляночка, рассказывай, как на свадьбе побывала, как с роднёю погуляла?

- Когда я ехала на свадьбу, повстречался мне в лесу добрый молодец на белом коне, с ним-то я на свадьбу и прискакала, с ним-то я и танцевала.

- Правду ли говоришь мне, Беляночка? Не оговариваешь ли себя?

Опустила смущённо глаза Беляночка, залилась стыдливо ярким румянцем и промолвила тихо:

- Неправду в сказала, чёрный песец. Подзадорить тебя решила по глупости. Прости меня. Ни с каким добрым молодцем не танцевала я, почти сразу к тебе вернулась.

- Вот теперь - твоя правда, потому что не танцевал я с тобой, Беляночка!

Сказал так чёрные песец, скинул с себя песцовую шкуру и в мгновение ока доброго молодца обратился.

Подошёл он к изумлённое красавице жене, обнял нежно и поцеловал в уста.

Вот так, преданностью своей разорвала Белянка чары колдовские, много лет доброго молодца в чёрной песцовой шкуре державшие.

Сыграли они ещё одну свадьбу, настоящую, как у всех людей заведено, и стали жить-поживать да добра наживать.

ТИМОПЕЙ

коми сказка

Жил да был в одной деревне крестьянин. И было у него три сына: Василь, Элисан и Тимопей. Многим хозяйственным умениям научил их отец, сыновья выросли сметливыми, работящими и вместе построили большой, красивый крепкий дом. Не дом, а загляденье, всей деревни украшенье.

Жили они так, не тужили, пока однажды вечером не призвал их отец к себе и не сказал:

- Ну, сынки мои родные, единокровные, построили вы для себя замечательный дом. Вижу я, что и плотники, и кровельщики вы знатные, как по дереву, так и по кладке печей первые мастера. Но пришло мне старику время обстоятельно проверить, на что же вы ещё сгодитесь в жизни человеческой. Ко всем ли невзгодам и трудностям вы готовы. Сегодня время испытания настало для старшего из вас.

- Что ж, батюшка, - отвечает старший сын, - я готов. В чём ты хочешь меня испытать?

- Иди, Василь, сегодня один ночевать в новый дом, а наутро расскажешь мне доподлинно, что тебе снилось.

Пришёл поутру старший сын к отцу, а на лице смятение, грусть-тоска.

- Ну, что снилось тебе, сын мой Василь? - вопрошает отец.

- Чудной мне, батюшка, снился сон. Всю ночь я с чёрными воронами летал.

Подошёл старик отец к старшему сыну, взял его под руку, вывел на крыльцо и сурово промолвил:

- С воронами летал - знать быть тебе вороном!

В тот же миг превратился Василь в чёрного ворона и полетел от отчего дома прочь, в даль неведомую.

Закончился день, наступил вечер, пришла очередь Элисана испытывать по велению отца судьбу свою, отправился и он на ночлег в новый дом. Вернулся средний брат с рассветом мрачнее тучи дождевой, памятуя о том, что случилось со старшим днём ранее.

- Ну, что снилось тебе, сын мой Элисан? - вопрошает отец.

- Диковинный, странный мне, батюшка, снился сон. Всю ночь я с лягушками прыгал по дну морскому.

И среднего сына вывел отец на крыльцо дома и сердито молвил, толкнув в спину:

- С лягушками скакал - знать быть тебе лягушкой!

В тот же миг превратился Элисан в большую лягушку и поскакал к ближайшей воде.

В третий вечер пришёл черёд младшего сына провести ночь в новом доме. Перекрестился Тимопей, помолился Отцу Небесному и отправился со спокойной душой почивать.

Проснулся он утром бодрый, с хорошим настроением, потому как приснился ему ночью в новом доме прекрасный дивный сон, что спал он между луной-красавушкой и солнцем-лучезарушкой.

«Не-ет, не буду я отцу сон свой рассказывать», - рассудил в мыслях осторожный Тимопей. - «Не прост мой батюшка. Ой, не прост. По всем приметам колдун, чародей оказывается. Вон какая беда по его милости с братьями моими приключилась: потеряли облик человеческий, чёрным вороном да лягушкой стали. А меня, коли про сон мой узнает, в один миг может тучей сделать, и буду я потом день за днём между луной и солнцем по небу плавать. Нет, не расскажу батюшке, что мне снилось».

На том и порешил.

Пришёл поутру к отцу, а тот, как и с прошлыми сыновьями, вопрошает младшего:

- Ну, что снилось тебе, сынушко мой младшенький Тимопей?

- А ничего тебе рассказать не могу, батюшка мой. Спал я мертвецким сном. Ничего и не снилось.

Рассерчал отец, что сын утаил от него сокровенное, затопал ногами, замахал руками и прогнал Тимопея с глаз долой. Сам же уединился в доме и стал крамольную грамоту царю писать, в которой просил государя учинить наказание сыну-ослушнику.

Как отписал он царю просьбу свою, так вновь позвал к себе Тимопея и вручил ему запечатанный свиток со словами:

- Отправляйся-ка ты, младший сын, в земли далёкие, в столицу нашу, во дворец царя-батюшки, снеси ему эту грамоту важную да, смотри, лично в руки отдай.

- Хорошо, батюшка, - ответил послушно Тимопей, и стал собираться в дорогу неблизкую.

Эх, не знал младший сын, что в той грамоте написано, какую судьбинушку ему родной отец решил уготовить. Попрощался с батюшкой и с лёгким сердцем отправился в путь.

Шёл он день, шёл другой, шёл и третий. Поначалу каждый закат считал, а потом и счёт им потерял.

Однажды вечерней порой встретился ему на узкой лесной тропинке старик с дудочкой в руке.

- Здравствуй, дедушка! - поклонился первым Тимопей.

- Здравствуй, хороший человек! Вижу - издалёка идёшь, а куда свой путь держишь?

- Иду я, дедушка, в столицу, к самому царю-батюшке с секретной грамотой от моего отца.

- Ишь ты! Ну, обрадую тебя, молодец: недалеко уж наша столица, лишь дня два тебе до царского дворца идти осталось. А дай-ка мне эту грамоту в руках подержать.

- Нет, дедушка, никак не могу. Не обессудь, не обижайся. Отцом не велено. Только царю лично в руки.

- Ну, не велено, так не велено. Тогда вот что: ты грамоту в правой руке крепко сожми, а я на неё дуну.

- А зачем?

- Через это я доподлинно узнаю, хороший ты человек или только с виду таковым кажешься. Если хорошим окажешься - дам тебе подарок, а коли плохим - то без прощания разойдёмся. Согласен?

- Согласен.

Взял Тимопей грамоту в правую руку, вытянул вперёд, старик и дунул. А после и говорит:

- Хороший ты молодец, Тимопей, дам я тебе подарок. Да не простой, а волшебный. Вот, держи мою дудочку, она тебе и в беде, и в радости доброй верной помощницей будет.

- Спасибо, дедушка! - поблагодарил молодец старика-ведуна за чудесный подарок, поклонился на прощанье и продолжил свой путь к царскому дворцу.

Меряя шагами землю, добрёл Тимопей на исходе заката до небольшой деревни и постучал в окно избушки, что на самом краю стояла.

- Пустите, добрые люди, тёмную ночку под вашей крышей переждать, от сырой прохлады укрыться.

Хозяйка, что выглянула из-за занавески на стук, увидела в руке у путника дудочку и спрашивает:

- А умеешь ли ты, странник, на этой дудочке играть, грусть-тоску людскую разгонять?

- Отчего же не уметь! Сейчас сыграю - потешу, развеселю вашу душеньку.

- Сделай милость, развесели. Уважишь - так и быть, пущу тебя до утра на ночлег.

Приложил Тимопей дудочку к губам, подул легонько, и полилась из неё музыка. Да не простая, а волшебная!

В каждый дом, в каждую избушку просочились зазывные звуки, и тут же вся деревня, словно и не спал никто, от мала до велика в общий пляс пустилась. Плясали да плясали, пока животы не надорвали.

«Ишь ты, какой чудный подарок мне старик-ведун преподнес!», - порадовался в душе Тимопей, отнимая дудочку от губ. Пустила его повеселевшая хозяйка на ночлег в свою избушку, а в придачу и накормила досыта.

Хорошо отдохнув, с первыми лучами солнца отправился наш молодец дальше.

Дошагал по извилистой дороге до вершины крутого холма, глянул с высоты на округу и радостно улыбнулся. Вдалеке, на самом горизонте уже обозначились маковки церквей и дворца царя-батюшки - конец многодневного трудного пути.

А тем временем в царском дворце уже не первый день творились суета и переполох. У царя, к которому шёл с отцовой грамотой Тимопей, было двое детей - сын и дочь, и пришла пора государеву сыну жениться. Да вот беда, никак не мог он найти себе главного дружку. Никто в ближайшей округе на столь ответственную должность не годился, не мог пройти испытание. А в те далёкие времена в деле женитьбы без хорошего дружки как без рук: ни невесту достойную себе не найдёшь, ни свадьбу разудалую не сыграешь.

Вот тут-то, как вскоре оказалось, Тимопей пришёлся в самую пору, явившись пред очи царя.

- Здравствуй, царь-батюшка, - начал наш путник с почтительным низким поклоном, - зовут меня Тимопей, пришёл я к тебе из далёких земель твоего государства с важной грамотой от моего отца, а что в той грамоте, видит Бог, не ведаю.

Царь взял в руки грамоту, разломил печать, развернул, прочитал и от радости огромной даже с трона соскочил.

- Ах! Ух! Да неужели! Слава небесам! Радость-то какая! Главный дружка к нам на выручку пришёл! Прознал про нашу незадачу и сам из далёка-далека в столицу пожаловал! Очень ты нам нужен, добрый молодец, давай, показывай скорее своё ремесло, что ты по дружкиной части умеешь делать?

Взял Тимопей волшебную дудочку, приложил к губам и вновь, как день назад в деревне, заиграл. В тот же миг весь люд честной, что во дворце находился, во главе с государем пустился в танец. Танцевали да танцевали, пока пупы себе не надорвали.

- Остановись! Хватит, хватит! - взмолился умаявшийся царь.

Тимопей отложил дудочку, а царь ему и говорит обрадовано:

- Да, именно такого главного дружку мы давно, но без успеха искали для царевича! Подходишь ты нам, лучшего и не надо. А теперь, что хочешь, то и проси - будет тебе в награду за умение твоё любой подарок.

- Погоди, царь-батюшка, - отвечает Тимопей, - позволь мне для начала выйти из дворца твоего, да посмотреть на дивный град столичный. Кто знает, когда ещё случится мне в нём побывать. Да и доведётся ли.

Согласился царь на это пожелание, тут же написал и дал молодцу бумагу со своим указом, в котором говорилось: «Везде пускать, а что попросит - давать!».

Осматривал Тимопей город царский, дивился его красоте и богатству пока не добрёл до тюрьмы. «Гляну-ка я за тюремные стены хоть одним глазком, посмотрю, чем там люд подневольный занимается».

Рассуждая так, подошёл он к стражникам у входа и показал указ царский, отворили они тяжёлые кованые врата и пропустили молодца во двор тюремный. Оказался Тимопей по другую сторону высоких каменных стен и остолбенел от увиденного: народу там видимо-невидимо, и все в тяжёлых цепях-кандалах, а вместо одежды лишь грязные лохмотья. Ходит между ними свирепая стража, кричит грозно и бьёт несчастных.

Подошёл Тимопей к измученным беднягам и спрашивает:

- Хотите ли вы, горемыки сердечные, на волю-вольную?

- Что же тут спрашивать? - отвечают слабыми голосами царские невольники. - Всем хочется на волю-вольную. На ясное солнышко с радостью взглянуть, свежего воздуха полной грудью вдохнуть да на родимую сердцу сторонушку к семьям своим податься.

Вышел Тимопей из тюрьмы и направился прямиком к царю.

- Так и так, царь-батюшка, слишком много людей твоих томится в тюремной неволе. Коли отпустишь их с миром, тогда, так и быть, пойду к твоему сыну главным дружкой, а коли не отпустишь - не серчай, ищи царевичу другого сваху.

- Это и есть твоё желание? - уточнил царь.

- Да, государь.

- Что ж, будь по-твоему.

Пришлось царю ещё один указ написать и всех на волю отпустить.

После того как отворились тюремные врата, и были отпущены на свободу все, кто был в заточении, согласился сын крестьянский быть главным дружкой царского сына.

Весь следующий день, от первого проблеска утренней зари до щедрой россыпи полночных звёзд, собирались сваты да дружки в путь-дорогу дальнюю, чтобы на больших надёжных кораблях по свету белому пройти и невесту достойную для царского сына найти. А ранним утром взошли на борт, поставили паруса и с попутным ветром отчалили от родных берегов в чужедальние страны.

Вот плывут они по морю. День плывут, два. Вот и неделя прошла, вторая к концу подходит, и вдруг внезапно остановился главный корабль, да так, что все с ног попадали. Что такое приключилось? Паруса ветром надуты-натянуты, а судно ни туда, ни сюда. Видимо, не на шутку зацепился за что-то корабль своим днищем.

Стали думу думать: кого бы на дно морское опустить, чтобы освободить корабль из неведомого плена. Все боятся, друг на друга пальцем указывают, для себя отговорки придумывают. Самым смелым Тимопей оказался. Снял он с себя одежду, и стали его младшие дружки спускать на канате на дно морское.

Опустился Тимопей в морскую пучину, коснулся ногами дна морского, глянул вверх на корабельное днище и увидел диво невиданное: два морских водяных крепко держат судно за киль, не дают ему плыть дальше.

- Что же вы это делаете, жители морские? - спрашивает Тимопей. - Зачем нашему кораблю плыть по морю мешаете?

- Есть у нас одна на двоих накидка-невидимка, а она нам обоим нужна. И никак мы договориться между собой не можем, - начали объяснять морские водяные свою незадачу главному дружке царского сына. - Вот мы и остановили ваш корабль, чтобы кто-нибудь сторонний нас рассудил, кому волшебной накидкой владеть. Не поможешь ли ты нам?

- Отчего же не помочь! С радостью помогу! Для меня это дело нехитрое. Обождите малость.

Всплыл Тимопей обратно на морскую поверхность, крикнул царевичу, чтобы тот ему медный пятак кинул, и с монетой обратно на морское дно опустился.

- Вот что, жители морские, я придумал: дайте-ка мне накидку-невидимку подержать, а я тем временем вот этот медный пятак брошу. Кто его первым поймает, тому и накидка достанется. Согласны?

- Согласны, согласны!

Размахнулся Тимопей и, что было силы, кинул монету в ил морской. Вмиг отцепили водяные свои руки-ласты от корабельного киля и бросились наперегонки за медным пятаком, а смышлёный молодец тем же путём вернулся на палубу с невидимой добычей.

Снова устремились корабли в путь. Долго ли, коротко ли плыли они по морским волнам - нам неведомо. Дни сменяли ночи, одна заря другую догоняла, пока однажды не показалась наконец на далёком горизонте земля неведомая, государство царя неведомого.

Вышел Тимопей взглянуть с палубы на незнакомый берег, как вдруг, откуда ни возьмись, большой чёрный ворон рядом с ним на борт корабельный сел и к великому его удивлению заговорил человеческим голосом:

- Долго же я искал табя, брат Тимоша! Вовремя нашёл.

Узнал Тимопей в чёрном вороне по голосу своего старшего брата и несказанно обрадовался.

- Здравствуй, милый брат мой Василь! Зачем же ты меня искал? Или беда какая приключилась?

- Пока ещё нет. И Бог даст - не случится. Но сказать я тебе хочу следующее: едешь ты главным дружкой за невестой царевичу, большая на твоих плечах ответственность лежит, и трудная у тебя будет задача. Очень хитёр царь государства, к которому ваш путь лежит. Поэтому без моей помощи тебе, милый брат, никак не обойтись.

Сказал так Василь в обличье чёрного ворона, а затем и поведал младшему брату, как тому вскоре следует невесту для царского сына искать, чтобы в выборе не ошибиться.

- Как причалите вы, и вся свита царевича сойдёт с корабля на берег царства заморского да отправится по городу, то со всех сторон будут выходить вам навстречу да на разные лады юных невест предлагать. И невесты, скажу я тебе, будут одна другой краше, но все они не настоящие. Даже не смотрите на них, ступайте себе дальше.

Когда зайдёте в царский дворец и окажетесь в большом зале, перед вами будут все как одна одинаковые золотые двери в шесть комнат - ни к одной из них не вздумайте подходить, пока я сам тебе не покажу, в какую именно следует войти.

- Как же ты мне её покажешь, брат Василь? Разве позволят стражники ворону влететь в царский дворец?

- А разве я сказал, что в обличье ворона буду? Нет, брат, я превращусь в малую муху и так буду вам верную дорогу указывать.

Так вот, когда вы с царевичем переступите порог той комнаты, что я вам неприметно для других укажу, там вас будут ждать шесть девиц-невест ослепительной красоты. И тут, братец, будь особенно внимателен, не упускай меня из виду, на плечо какой девушки я сяду, та и есть Марфа-царевна, невеста нашего царского сына.

Поблагодарил Тимопей старшего брата за помощь, и чёрный ворон, взмахнув смоляными крылами, устремился от корабля в сторону дворца царя чужедальнего государства.

К полудню корабли причалили к берегу царства заморского. Гостей из далёких мест, выйдя к морю, уже ждал царь-государь со своей свитой, ещё утром заприметивший на горизонте неизвестные парусники.

- Приветствую вас, морские путешественники! - гостеприимно поздоровался царь. - Кто вы такие будете, с каких неведомых берегов приплыли и куда свой путь держите? Какая забота или нужда привела вас к нам?

Выступил вперёд Тимопей, поклонился и на правах главного дружки ответ перед царём держит:

- Здравствуй, владыка земель чужедальних! Из далёкого царства-государства шлёт поклон тебе наш царь-батюшка, а приехали мы в твои края за суженой нашему царевичу. Прими нас с миром и любовью.

- Что ж, коли так, милости прошу, гости дорогие, есть у меня для вашего царевича шесть невест. Какая его сердцу мила будет, ту, так и быть, отдам за царского сына.

И повёл царь гостей-сватов во дворец.

Зашли они в богатые царские хоромы, распахнули покорные слуги перед гостями одинаковые золотые двери в шесть комнат, в любую войти приглашают. Но младший твёрдо помнил наказ своего старшего брата и не спешил вести царевича вперёд, пока не увидел, как в самую дальнюю комнату маленькая чёрная муха не пролетела. Только после этого уверенно заявил:

- Что ж, царь-государь, зайдём мы вот в ту крайнюю комнату, сдаётся мне, что именно там дожидается нашего царевича его суженая.

Обомлел царь от прозорливости главного дружки заморского царевича, но ничего в ответ не сказал, прикусил язык и лишь головой в знак согласия кивнул.

Проходят они в дальнюю комнату, а в ней стоят шесть красавиц.

- Как много дочерей у тебя, так и запутаться можно - молвил царю главный дружка.

- А ты самую красивую из всех выбери, не запутаешься, - ответил хитрый царь.

- Благодарю тебя, царь-государь, будь по-твоему: выберем ту, которая нам больше приглянется.

Присмотрелся Тимопей и видит, что села муха на плечо девушки, что стояла безмолвно позади всех.

- Вот какая из твоих дочерей нам приглянулась! - воскликнул он, обращаясь к царю, а затем подошёл к царевне и говорит:

- Прошу, красавица, руки твоей для царевича! Будь невестой желанною для сына царя нашего!

Из скромности ничего не ответила дочь царская, да и отцовского гнева убоялась. Но и ей приглянулся молодой статный царевич из государства далёкого. Поэтому лишь улыбнулась она кротко, с почтением да слегка головой кивнула на просьбу главного дружки. Мол, как мой батюшка решит, так пусть и будет.

А на царе с досады великой и лица нет!

- Эх, гости нежданные, сваты негаданные, выбирали вы, выбирали и к досаде моей великой выбрали мою самую любимую дочь! Марфушку! За это, уж не обессудьте, придётся вам ещё выполнить непростых моих три задания. Коли их выполните - невеста ваша, а если не выполните, то знайте, не только Марфушки, но и обратной дороги никому из вас не будет. Укорочу я вас на голову, или на весь остаток жизни своими рабами сделаю. Таково моё царское слово. Согласны ли вы на это?

- Согласны, - говорит царю в ответ главный дружка, а сам незаметно подмигивает царевичу, мол, не волнуйся, всё идёт, как надо. - Будет нужно, мы и шесть задач решим.

- Ну, зачем же шесть. С тремя бы справились - отвечает со скрытым коварством царь. А у самого радушная улыбка с лица не сходит.

- Хорошо, царь-государь, с завтрашнего дня мы и начнём твои три задания выполнять, а сегодня позволь нам хорошенько отдохнуть с дальней дороги.

На том и порешили.

Разместил царь заморский гостей у себя во дворце, напоил, накормил да на пуховые перины спать уложил, а на утро, лишь упадёт первый луч солнца на землю, приказал главному дружке с царевичем к нему в тронный зал явиться.

Наступила ночь, но не спит Тимопей. Да и как тут уснёшь, за такую дочь-красавицу, за любимую дочь-царевну наверняка царь приготовил самые сложные задания. Да что там сложные, может быть, для простого непосвящённого человека и вовсе изначально невыполнимые.

«Не-ет», - рассудил мысленно Тимопей, - «тут без хитрости никак не обойтись. Царь хитёр, да и я не прост. Посмотрим, чья возьмёт!».

Встал главный дружка с постели, надел на себя накидку-невидимку, что ему от легковерных морских водяных досталась, и вмиг стал прозрачным. Отправился неслышно на цыпочках по дворцовым коридорам и лестницам, нашёл комнату-почивальню царевны и проник внутрь. А там царь-государь, владыка земель заморских со своей дочерью вполголоса разговаривает.

Первая моя задача для гостей, Марфушка, будет такая: сейчас отправишь служанку в лавку к башмачнику да распорядись, чтобы тот дал ей женские ботинки лишь на правую ногу, но от пятнадцати разных пар. А на левую ногу за один день пусть сошьют точь-в-точь такие же ботинки главный дружка со сватами царевича.

Отправили они служанку к башмачнику, а главный дружка царевича за ней поспешил, благо, что его никто в волшебной накидке не видит. Зашла служанка к лучшему городскому башмачнику, попросила открыть лавку, купила ботинки для царской дочери и строго настрого наказала мастеру подальше спрятать оставшиеся пятнадцать ботинок на левую ногу и никому под страхом лютой смерти об этом не говорить.

Башмачник поклялся молчать как рыба, тут же сложил ботинки в ящик, накрыл куском грубой кожи и поставил его под прилавок.

Всё это от начала до конца видел Тимопей и думает:

«Что же мне делать? Как быть? Если я сейчас возьму ящик, то под накидкой-невидимкой он не уместится, и башмачник его обязательно увидит, а если останусь в лавке - он меня закроет, и я не смогу, не наделав большого шума, выйти на улицу».

Поразмышлял-поразмышлял Тимопей и кое-что придумал.

Дождался он времени, когда башмачник стал закрывать свою мастерскую, выскользнул в двери и отправился за ним до дома. А как только ночь окончательно накрыла чёрным покрывалом землю, он, что было силы, стал стучать в дверь дома мастера и кричать:

- Ой, купец-продавец, вставай! А то, пока ты тут спишь, сладкие сны видишь, ограбили твою лавку! Беги, беги скорее, лови вора, спасай своё добро!

Перепуганный до полусмерти башмачник, в чём был, в том и побежал к лавке. Смотрит, замок на месте, дверь не выставлена. Отомкнул её, забежал в лавку, зажёг масляную лампу, осмотрел весь свой товар. Всё в порядке, и ящик с ботинками стоит на том самом месте, где и должен быть, под прилавком.

- Что за наваждение! Не приснились же мне крики и стук в дверь, - недоумённо пробормотал башмачник. - Схожу-ка я да загляну в склад, может быть, там кто-нибудь спрятался.

А Тимопею только того и надо! Лишь скрылся башмачник в складском помещении, тут же схватил он ящик с ботинками на левую ногу и бегом на улицу. В ночной темноте никто и не увидел диво дивное, что летит сам собой по воздуху ящик.

Ранним утром, лишь упал первый луч солнца на землю, зовёт к себе царь заморский царевича с главным дружкой и говорит:

- Вот вам моё первое задание: перед вами пятнадцать правых ботинок царевны, если вы за один день сможете сшить пятнадцать ботинок на левую ногу, точь-в-точь как эти, я задам вам второе задание, а если нет - не взыщите.

- О, не так уж и страшен лукавый, как его малюют, - отвечает Тимопей царю, - для наших умельцев здесь работы ровно на половину дня.

- Сначала сшейте, а потом уж и хвалитесь, - предупреждает владыка земель заморских.

- Будет сделано, царь-государь.

К вечеру приходит главный дружка во дворец с ящиком в руках, а в ящике том пятнадцать ботинок на левую ногу, как две капли воды похожих на те, что царь ему с царевичем утром показывал.

Подивился царь такой сноровке гостей, но успокоил себя тем, что следующее задание им уж точно не под силу будет, и говорит:

- Хорошо! С первым заданием вы, дорогие сваты, отлично справились. Теперь отдыхайте, а утром я задам вам новое испытание.

Вновь надел наш удалец на себя накидку-невидимку и остался послушать, о чём будет говорить царь-отец с дочерью.

- Да-а, нипочём не думал я, что так быстро выполнят первое задание наши гости-сваты заморские, - задумчиво и недовольно молвил царь. - Ну, да ничего, уж второе-то задание им точно не по зубам окажется. Скажи служанке своей, чтобы она приготовила золотую стельку для твоего ботинка. А вторую стельку им не достать, как звезду с небес.

«Ох!», - думает Тимопей, - «На этот раз задание и впрямь невыполнимое».

Вышел царь с дочерью из её покоев, а служанка уже ждёт указаний от своей госпожи. Марфа ей и говорит:

- Сходи сейчас к озеру да принеси для моего ботиночка стельку золотую.

Тимопей в душе обрадовался, что всё так складно оборачивается. Можно за служанкой царевны сходить и посмотреть, откуда она возьмёт золотую стельку. Отправился вслед за ней.

Шли они, шли по многолюдным улицам, потом за городские ворота вышли и наконец, очутились возле глубокого озера. Спустилась девушка к кромке берега, взболтала руками воду и громко крикнула:

- Эй, дедушка водяной, приплыви ко мне на берег, я тебе волосы причешу!

Смотрит главный дружка - заволновалась вода на озере, вспузырилась, а на середине его показалась златовласая голова водяного. Подплыл он к берегу и прилёг на песок, чтобы ему волосы причесали.

«Так вот из чего золотая стелька будет приготовлена!», - догадался и обрадовался Тимопей.

Служанка тем временем расчёсывает золотые пряди водяному, а сама незаметно выпавшие волосины в сторону откладывает. Отложила сотни три-четыре и говорит:

- Устала я что-то, дедушка водяной, попозже ещё приду тебе голову почесать, а пока возвращаться мне надо.

Встала девушка с прибрежной травы и побежала с золотой добычей во дворец. А водяной ударил рукой-ластой по воде и был таков.

Дождался Тимопей вечера и уже один пришёл к озеру. Взбаламутил воду и позвал заветными словами водяного. Приплыл властелин озера на зов и положил свою огромную голову на берег. Причесал главный дружка волосы водяному с одной стороны и попросил повернуть голову на другую сторону. Послушался водяной, приподнял голову, чтобы повернуть, а Тимопей схватил заранее приготовленную саблю, взмахнул ею и отсёк златоволосую голову. Положил в мешок и отправился с ней обратно в город. А обезглавленное тело властелина озера тут же в лужу превратилось и в землю впиталось.

Наступило утро. Лишь упал первый луч солнца на землю, вновь царь зовёт к себе царевича с главным дружкой. Пришли наши молодцы в тронный зал дворца, а там их царевна Марфа уже дожидается.

- Посмотрите, жених и главный дружка, у меня в руке ботиночек. Он не простой, а с секретом, - и вынимает из ботинка стельку золотую. Да такую сияющую, что глазам больно! - Коли добудете такую же вторую стельку, то великое спасибо вам скажу, а коли нет, - погрустнела царевна, - царь-батюшка мой разгневается, и не быть мне суженой царевича.

- Верно моя Марфушка говорит, - сказал подошедший к этому времени царь. - Так что потрудитесь, гости дорогие, и предоставьте нам золотую стельку для второго ботиночка. И глядите, чтобы точь-в-точь такая же была, какая у нас имеется.

- Да что нам на один крохотный ботинок стельку золотую не принести, у нас вот целая голова златовласая в мешке лежит, - говорит Тимопей и достаёт из него голову водяного. - На все пятнадцать новых пар ботинок нашей суженой хватит, да ещё и про запас останется.

Обрадовалась украдкой Марфа-царевна, а царь остолбенел от удивления, руки в стороны развёл, а сказать ничего не может, сразил его главный дружка наповал своей смекалкой. Но, наконец, взял себя в руки.

- Да уж, вижу я, не простые молодцы к нам из дальних краёв пожаловали. Делать нечего, и со вторым моим заданием вы прекрасно справились. А теперь слушайте моё третье задание.

Есть у меня пара волшебных глаз, вам нужно будет их найти и взвесить. Справитесь - ваша Марфа-царевна, дочь моя ненаглядная, а если нет, то головушки ваши полетят с плеч долой.

Вернулись царевич с главным дружкой к себе в покои и стали думу думать, как же это пару глаз можно взвесить на весах. Да ещё и найти для начала.

- Ох, даже ума не приложу, как с этим заданием царя справиться. На тебя вся моя надежда, - говорит удручённо царский сын главному дружке. - Себя от погибели спасёшь и нас в обиду не дашь. До сей поры лишь тебе это и удавалось.

Вышел Тимопей за город в чистое поле и стал звать, кликать старшего брата:

- Брат мой чёрный ворон, где ты ходишь, где летаешь? Приди, прилети, младшего брата из беды неминуемой вызволи. Посоветуй, как смерти лютой избежать?

Прилетел чёрный ворон, сел к ногам Тимопея и спрашивает:

- Что случилось, брат мой милый, какая печаль тебя тревожит, молодое сердце гложет?

- Так и так, брат мой чёрный ворон, - начал рассказывать Тимопей о своём горе, - задал мне с царевичем царь заморский сложную задачу, решения которой я найти не могу. А если не справлюсь до утра, то не только царскому сыну невесты своей вовек не видать, но и головушки наши с плеч долой полетят.

- О, Тимоша, эта задача не так и сложна, как на первый взгляд кажется - говорит чёрный ворон.

- Даже не стоит, брат, заранее печалиться и руки опускать. А справишься ты с царской задачей с помощью головы водяного, тобою убитого. Только приготовься к испытанию заранее. Насыпь в свои карманы мелкого песка, он тебе пригодится. Когда голова водяного глаза откроет, не мешкай, сразу забросай их песком. Только после этого и сможешь ты выполнить задание царя.

Поблагодарил Тимопей брата-ворона, набрал на берегу морском в карманы мелкого песка и со спокойной душой спать лёг.

Поутру, лишь упал первый луч солнца на землю, отправились старший дружка с царским сыном во дворец. А там их уже Марфа-царевна дожидается.

- Здравствуйте, дорогие гости-сваты, от всего сердца желаю вам удачи в третьем испытании. А задание моего батюшки такое: перед вами положат голову водяного, а вы должны будете взвесить его пару глаз. Коли получится это у вас - с радостью стану женой царевича, а коли нет, то полетят ваши головушки с плеч долой. Такова государева воля.

Тут же вынесли царские слуги голову водяного, положили на чашу весов, а Марфа-царевна и говорит:

- Эй, дедушка водяной, о т крой глаза свои да посмотри, что перед тобой.

Открыл водяной свои огромные глаза, а в них сразу полцарства видно.

Но главный дружка времени зря не терял, мигом загрёб рукой из правого кармана горсть песка и бросил его в правый глаз головы водяного, следом взял горсть песка из левого кармана и бросил в левый глаз.

Ослепла на время, ничего не видит перед собой голова властителя озера, а Тимопей тем временем на весы смотрит. Взвесил и перед царской дочерью ответ держит:

- Быть тебе, Марфа-царевна, женой нашему царскому сыну, справился я с этим заданием. Ровно полпуда пара глаз водяного весят.

Делать нечего, видит царь, что его волшебные задания волшебством же и решаются. Смирился.

- Марфушка, доченька ты моя любимая, красавица ненаглядная, не могу я своё царское слово нарушить. Раз обещал - придётся отдать тебя замуж за царевича из страны чужедальней.

А Марфа-царевна и сама тому несказанно рада, только вида батюшке не показала.

Сказано - сделано. Устроил царь-государь земель заморских богатый прощальный пир. День пировали и два, и три. На четвёртый день засобирались гости с невестой домой ворочаться, на родимую сторонушку. Погрузили на корабли щедрое приданое и сами на борт начали подниматься. Весь город во главе с царём вышел на берег моря проводить в дальний путь сватов и Марфу-царевну.

Увидел Тимопей государя и говорит ему:

- Ну, царь, хорошо ты нас принимал, хорошо и провожаешь. Но и мы в долгу не останемся, будет и тебе прощальный подарок.

Достал он тут свою волшебную дудочку, приложил к губам, подул, и в тот же миг всё живое пустилось в пляс. Плясали да плясали, плясали да плясали. Наконец царь взмолился:

- Остановись, главный дружка, не играй больше, друг сердечный! Все животы надорвали, жилы на ногах того и гляди лопнут.

Но пока вся свита нашего царевича не села на корабли, не отнял Тимопей от губ чудесную дудочку. Так и выплясывал на берегу народ, пока весь с ног не повалился.

А на прощание сказал Тимопей жителям страны заморской, указывая на царя:

- Какой народ - такой и правитель у него. Впредь вам наука. Как над нами потешался ваш государь, так мы вас и отблагодарили.

С этими словами отчалили корабли царевича, распустили паруса и отправились в долгое плавание по морю к родным берегам.

Долго ли, коротко ли, время летит незаметно, плыли корабли по морским волнам, да вдруг опять один из них за что-то крепко-накрепко днищем зацепился. Ни вперёд, ни назад плыть не может. День стоят, два стоят, всё надеются, что стащит корабль волнами и ветром с неведомой мели. Да только всё без толку. Стоит корабль, ни на локоть не сдвинется. Что делать?

Вновь к главному дружке с поклонами пришли:

- Выручай, Тимопей, опустись в море, посмотри, кто там на этот раз наш корабль остановил, в родные края плыть не даёт.

Следом и царевич просит:

- Нырни на дно, мой главный дружка, за это, что попросишь, всё исполню.

- Всё, говоришь? Хорошо, царевич, нырну я на дно морское, вызволю из плена наш корабль, но вот моё условие: когда на родину вернёмся, первую ночь с Марфой-царевной буду спать я, а не ты.

Делать нечего, согласился царский сын на это условие главного дружки. Обвязали Тимопея крепкой верёвкой, и спустился он под воду. Смотрит, что за диво! Зацепился корабль днищем за трубу большую. Пнул наш молодец со всей силы по трубе, корабль и тронулся с места.

Обрадовались все наверху, в ладоши захлопали, как только корабль поплыл:

- Ай да, Тимопей, ай да молодец! Освободил наш корабль!

Один царевич общему веселью не рад, не по нутру ему данное главному дружке обещание выполнять, хочет сам с красавицей Марфой-царевной первую ночь спать-миловаться. Подбежал он к борту корабля, перерубил топором верёвку, за которую держался Тимопей, и полетел главный дружка прямо в трубу.

Падал он, падал и упал прямо к одному из домов в подводном царстве. Поднялся на ноги, оглянулся вокруг, осмотрелся внимательно да вдруг как закричит от радости:

- Брат мой, Элисан! Вот так диво! Вот так чудеса! Надо же, где мы свиделись! - в большой лягушке, что сидела на крыльце дома, узнал он своего среднего брата.

- Батюшки! - вылупила изумлённо глаза лягушка. - Откуда ты, дорогой Тимоша, упал, как на дне морском очутился.

Сел младший брат рядышком на крыльцо и рассказал, как всё это с ним произошло.

- Да-а, не покинули ещё мир людской злоба и предательство, - посочувствовал Тимопею брат-лягушка.

- Ладно, не печалься, оставайся, погости у меня.

- Рад бы я остаться, брат Элисан, да только как же я потом корабль свой догоню?

- И об этом тебе не стоит горевать-печалиться, догонишь ты корабль царевича и перегонишь.

- Ну, коли так, то с удовольствием принимаю твоё приглашение.

Остался Тимопей гостить у среднего брата в подводном царстве. Посадили его за стол, а на нём яств невиданных не перечесть. Пили да ели, ели да пили, разговорам да воспоминаниям конца нет, но тут Элисан неожиданно говорит:

- Ну, Тимопей, брат мой дорогой, как не жаль мне с тобой расставаться, но пора тебе дальше в дорогу.

- Как так? Уже пора? Да ведь и ночи ещё не прошло!

- Да нет, Тимоша, просто здесь у нас время совсем по-другому идёт. А по вашим меркам уже три дня и три ночи ты гостишь у меня.

Посадил брат-лягушка Тимопея на свою влажную спину, и отправились они в путь. Один раз скакнул Элисан, верста осталась за спиной, второй раз скакнул, две версты позади оставил. Перегнали вскоре они корабли с царевичем и его свитой, доскакали до желанного берега, и ступил Тимопей на родимую землю.

- Вот что, брат ты мой родной, - говорит средний брат на прощание, - помнишь, приснилось тебе в новом доме, который мы втроём строили, что спишь ты между луной-красавушкой и солнцем-лучезарушкой?

- Конечно, помню - отвечает младший брат.

- Так вот, Тимоша, приходит время сбыться этому вещему сну. А коль скоро ты наяву будешь спать между ними, то вспомни о нас, братьях твоих, человеческий облик по злой воле отца потерявших.

Вымолвил Элисан свой наказ и был таков, вмиг пропал в пучине морской.

А Тимопей поклонился родной сторонушке и направился во дворец к царю-батюшке. Увидел его царь, обрадовался:

- Какая радость! Главный дружка во дворец пожаловал! А где же мой сын, царевич?

И рассказал тут главный дружка царю всю правду.

Осерчал государь, что родной сын своим поступком недостойным его доброе имя опозорил и пообещал, что не позволит кораблям причалить к берегу.

- Раз так, не приму я их! - объявил царь во всеуслышание.

Через три дня показались на горизонте корабли. Все придворные, а с ними и царь, вышли на берег, чтобы встретить долгожданных морских путников. Но обещание своё государь помнил.

Подплывают к полудню корабли к родному берегу, все до одного столпились на палубе, руками машут, рады-радёшеньки, что долгое путешествие за заморской невестой благополучно закончилось, а царь их и спрашивает:

- Где же наш главный дружка, Тимопей? Почему я не вижу его среди вас?

- А он в бурном море утонул, батюшка - отвечает царевич.

- Что ж, в таком случае, как хотите, но достаньте его со дна морского и привезите ко мне. Пока я его тела бездыханного не увижу, на берег вам не сойти - таков мой указ.

День не пускает, второй, третий, тут царевич и взмолился: - Позволь нам, царь-батюшка, пристать к берегу, ступить на родимую землю. Невесту мою, Марфу-царевну не томи на корабле.

- Хорошо, - смилостивился отец, - будь по-твоему. Пущу я вас на родной берег, но только с тем условием, что выполнишь ты своё обещание, данное на корабле главному дружке. Помнишь ли, о чём он просил тебя, и ты свое слово царевича дал?

- Помню, батюшка, и выполню.

Причалили корабли к берегу, и вся свита с царским сыном и Марфой-царевной сошла на твёрдый берег. Смотрят и глазам своим верить отказываются. Главный дружка живой и здоровый идёт им навстречу. Невольно назад попятились.

А Тимопей взял свою дудочку, приложил к губам, подул легонько, и опять всё живое пустилось в безудержный пляс. Плясали до тех пор, пока умаявшийся царевич не взмолился:

- Хватит, Тимопей, хватит, остановись! Животы уж болят, жилы на ногах рвутся.

- Пляши, пляши, царевич! Пляши, пока не поймёшь и на всю жизнь не запомнишь, как нужно слово своё держать.

Лишь когда все вконец утомились, решил Тимопей пожалеть их и прекратил играть на волшебной дудочке.

На следующий же день устроил государь шумный да весёлый свадебный пир. Вино да мёд лились рекой, а еды наготовлено столько, что всего не то что перепробовать, но и по названиям перечислить было невозможно.

Но всё когда-нибудь, рано или поздно кончается, вот и вечер подошёл-подкрался, и пир завершился, и гости друг за другом по своим домам разошлись. Пора царю молодых в спальню вести, он и говорит:

- Ну, Тимопей, бери невесту с женихом, теперь они муж и жена, и проводи их в супружескую спальню.

- Жену молодую я, государь, в спальню заведу, а вот мужа за дверью оставлю - таков был наш с царевичем уговор. Первая ночь с Марфой мне обещана.

Жалко стало царю своего оступившегося сына-царевича, он и говорит Тимопею:

- Есть у меня прекрасная дочь, мича-Элення. Хочешь, я её тебе в жёны отдам? Хорошей женой тебе будет.

- Взял бы, царь-батюшка, да ещё неизвестно, что она скажет. А если не мил я ей, то какое же тут счастье.

Царь приказал позвать дочь и спрашивает:

- Элення, доченька милая, выйдешь ли ты замуж за Тимопея, главного дружку твоего старшего брата?

- На то, батюшка, ваша воля, - отвечает царевна Элення, - но коли благословите нас, то лучшего мужа мне и не надо.

Тут же благословил государь молодых на супружескую жизнь, и пошли обе пары в покои: в одну мича-Элення с суженым, а в другую царевич с Марфой.

Лёг Тимопей на широкую мягкую кровать рядом с молодой красавицей женой, и осенило его вдруг:

«Так вот когда я оказался между луной-красавушкой и солнцем-лучезарушкой! Сбылся вещий сон! Где же сейчас мой дорогой старший брат Василь ходит-летает. Где же дорогой мой средний брат Элисан сейчас ходит-скачет? Пришли бы ко мне, ох, и богато бы мы с ними зажили.

Только подумать успел, как в дверь дворцовую вдруг кто-то громко постучал, и голоса приветливые послышались:

- Эй, Тимоша, поспешай, открывай двери, встречай своих братьев единокровных!

Встал Тимопей с постели, отворил двери, а там оба его брата в человеческом облике стоят, счастливые, что избавились благодаря брату от колдовских чар, и красивые.

Достал тут младший брат свою, заветную дудочку, приложил к губам, заиграл, и вновь пошёл пир на весь мир!

КАК СТЕФАНИЙ ПЕРМСКИЙ КОМИ НАРОД КРЕСТИЛ

сказ народа коми

Давным-давно это было. Так давно, когда на три села был всего один топор. Селяне сначала в одном селе кололи, рубили, строили, затем в другое село топор отдавали. Во втором селе поработают, а уж потом очерёдно и в третье передают. Вот как давно это было...

В те стародавние времена жили-были коми люди. Жили они в густом дремучем лесу, на берегу красивой и богатой Елвы-реки, жили, не тужили, добросовестно и крепко ведя общее хозяйство. Мужчины занимались охотой и рыбалкой, женщины собирали лесные дары, держали скотину и вели домашнее хозяйство.

Далеко-далеко был этот благодатный край от больших городов, потому-то, видать, и царских указов коми народ никогда не слыхивал. А что ещё нужно для спокойной и привольной жизни.

Но вот однажды прослышал коми народ небывалую новость. То ли путник случайный принёс эту весть, то ли сорока на своём длинном хвосте принесла. Так было или эдак - теперь уже всё равно, да и не суть как важно. А прознать довелось то, что поднимаются по Елве-реке в лодках-ладьях русские люди.

Забеспокоились вольные лесные жители, затревожились, с добром ли светлым со злом ли чёрным едут к ним далёкие соседи, никогда прежде в их местах не бывавшие, за одним столом не сидевшие, одни песни не певшие. Вышел весь коми народ от мала до велика на высокий берег Елвы-реки и стал ждать. Наконец показалась из-за крутого поворота первая лодка русских людей.

Стали вглядываться лесные жители в плывущих к их родному берегу гостей и видят, стоит в полный рост на носу передней ладьи богатырского вида бородатый человек в просторной красной рубахе, а на груди у него большой крест висит. И был это русич Стефаний Храп, которого позднее Пермским прозвали.

Причалили лодки к берегу, сошли на землю коми народа русские люди, поклонились хозяевам, стали знакомиться. После знакомства выяснили обитатели деревень да сёл лесных, что не просто так приехал в их края Стефаний, а с великим предназначением. И в том она заключалась, чтобы коми народ в веру Христову обратить.

Вот поднялся Стефаний со своими добрыми молодцами на берег высокий, огляделся вокруг, осмотрелся внимательно и оцепенел вдруг от дива дивного, никогда им доселе не виданного. Остолбенели от чуда чудного и его добры молодцы. Стоят, как зачарованные, и смотрят на диковинное дерево на красивом холме растущее. Огромное-преогромное, кроной облака подпирающее, во все стороны величаво свои ветви раскинувшее.

А добра на нём разного - видимо-невидимо!

И рушники-то на нём полощутся расшитые, и шкуры зверей лесных висят всевозможные: вот лося длинноногого, вот медведя косолапого, вот росомахи неуклюжей, а вот и соболя да лисы меха драгоценные.

Стоит пришлый русский люд и диву даётся, глаза их и те верить отказываются! Попробовали добры молодцы взяться за руки да обхватить и измерить ствол дерева. Но не тут-то было. Пусть и не мало их в лесной край со Стефанием на ладьях приплыло, а всё равно рук не хватило. Такое оно было большое.

Не глуп был Стефаний, сразу смекнул он, что вовсе не простое дерево стоит перед ним, а священное дерево народа коми. Вот только святость и сила чудо-дерева не христианская, а языческая.

И пришла тут в голову Стефанию мысль смелая, что надо это священное дерево, которому поклоняются и поклонялись веками лесные жители, разрубить в пух и прах, чтобы не осталось от него ни пня, ни веточки малой.

Взял он огромный топор с длинным топорищем и пошёл многовековое дерево рубить.

Рубит, рубит, рубит, пот не то что каплями, а ручьями обильными стекает с его лица, горячими солёными струями льётся на могучие плечи и грудь. Стали покидать Стефания силы, сделал он ещё три сотни ударов и совсем ослабел. Присел на холме отдохнуть-отдышаться и призадумался крепко. Как же это так случилось: целых полдня рубил, весь топор затупил, а срубить удалось лишь малую часть.

Решил Стефаний на завтра с раннего утра со свежими силами да с божьей помощью продолжить работу.

Лишь задрожал на востоке первый отблеск зари, лишь дохнул от реки свежий утренний ветерок, лишь подала одинокий сонный голосок из леса малая птаха, так и проснулся Стефаний. Вышел на улицу и первым делом взглянул на дерево непокорное. Взглянул, да так и ахнул от увиденного! Стоит дерево краше прежнего, стоит оно целое и цветущее, и ни зарубки на нём нет, ни царапинки.

Удивился Стефаний, но не оробел, не отступил. Подхватил рукой богатырскою свой топор, перекрестил его три раза, сам с молитвою трижды перекрестился, Христову помощь и заступничество испросив, и начал вновь рубить дерево.

С раннего утра и до позднего вечера рубил он ствол необъятный! Уже и солнышко на западе закатилось, и зорька вечерняя истаяла, погасла, и самого Стефания за высокими горами щепы не видать, а он всё рубил и рубил.

Сорок звёзд зажглось над землёй коми народа, когда в последний раз взмахнул Стефаний топором, и дрогнуло дерево, застонало, заскрипело и рухнуло с высоты поднебесной. И такое оно высокое было, что макушкой своей далеко на противоположный берег реки упало.

Лишь тогда отложил Стефаний топор, вытер ладонью пот со лба и молвил громко:

- На этом месте будет стоять храм Божий!

- Подожди, не торопись, - послышалось вдруг со стороны.

Оглянулся Стефаний, видит, перед ним пожилой человек стоит, на ногах у него кожаные сапоги, на голове соболиная шапка.

- Ты кто таков будешь? - спрашивает его Стефаний.

- Я - Пама, коми народа разум и сердце, - отвечает тот. - А ты кто будешь, пришлый человек? Не с добром ты пришёл к нам, священное дерево предков наших срубил.

- Я - Стефаний, русский человек. Привёз вам, коми народу, новую веру. Божью веру.

- Мы, коми, живём своей верой. Зачем нам новая? - не соглашается и качает головой Пама. - Ворочайся-ка ты обратно в свои края, там и живи с Божьей верой.

- А давай силой меряться, - говорит Стефаний. - Если ты, Пама, победишь, тогда коми народ останется в своей исконной вере, а если я возьму над тобой верх, то, не обессудь, придётся всем вам мою веру взять. Христову.

Договорились Стефаний и Пама палку перетягивать. Сели они друг против друга, оперлись ногами, плюнул Пама на ладони, перекрестился Стефаний, и взялись за палку.

Стефаний тянет в свою сторону, но и Пама не поддаётся, не хочется ему со старой привычной верой без борьбы расстаться. Боролись, боролись, наконец, стал терять Пама свои силы. Стефаний почувствовал это, поднатужился и перекинул Паму через голову.

Только случилось это, как налетел откуда-то сильный ветер, зашумел, застонал под его напором многовековой лес, в Елве-реке вода тёмными волнами вспенилась.

Не согласился Пама с одним испытанием, предлагает Стефанию три раза силой меряться. Не воспротивился Стефаний и, уповая на волю Божью, ударил по рукам с Памой.

Придумали они второе испытание: кто быстрее обойдёт вокруг селения. Стефаний молод да здоров, а Пама стар. И это испытание выиграл Стефаний.

Пуще прежнего зашумел под ветром лес, закричали в испуге птицы, зарычали в тревоге звери.

- Третье испытание, - пугает Стефаний Паму, - будет таким: сейчас разведём большой костёр, а как пламя разгорится, мы через него прыгнем. Чья вера сильнее - тот и спасётся.

Разожгли коми люди и русские добры молодцы огонь, затрещали раскалённые поленья, и взметнулись на холме жаркие языки пламени в человеческий рост.

Помолился Стефаний, осенил себя крестным знамением, разбежался и перепрыгнул через костёр. Как птица перелетел! Опустился на землю и зовёт:

- Давай, Пама, теперь твой черёд!

Отошёл Пама для разгона подальше и побежал. А пока бежал, все силы истратил. Подпрыгнул Пама неуклюже над костром, коснулись его ног жгучие языки пламени, и сгорел Пама в одно мгновенье, облачком дыма над лесом растаял.

Задрожала, застонала земля, забурлила вода в реках и озёрах, вспыхнул лес - это коми народа разум и сердце сгорели...

Кто был против крещения, те ушли ещё дальше в глухие дикие леса, а кто решил принять новую веру - остались.

Собрали добры молодцы оставшихся лесных людей и повели к реке. Там в Елве и принял коми народ крещение, обретя веру Христову.

- Не бойтесь, коми люди, - произнёс Стефаний, - от имени Господа нашего благословляю вас на жизнь с достатком, с хлебом-солью! Рожайте и воспитывайте детей по заповедям Божьим, а Господь сохранит вас от огня, воды и прочих бед.

Не поклоняйтесь как божествам деревьям, солнцу и луне, а стройте на своей земле храмы Божьи и почитайте Христа в его доме, - напутствовал Стефаний лесных людей на прощание.

С этого дня началась у коми народа новая жизнь.

СОРОГА-СПЛЕТНИЦА

хантыйская сказка

В стародавние времена жила-была в могучей полноводной реке Ас, которую люди теперь Обью называют, рыба сорога.

Как-то раз по весне, по большой воде заплыла она по протоке в большой сор. Очень ей понравилась здешняя подводная жизнь! Да и как не нравиться: каждый новый день был по-своему необычен, интересен, что-нибудь да новое приносил.

Плавала сорога по всей длине и по всей ширине огромного, прогретого высоким жарким солнышком сора и радовалась сытой безмятежной жизни. Да и как не радоваться, если лакомой еды с избытком. Как завидит комара-пискуна, присевшего на поверхность воды передохнуть, тут же заглотит его и спокойно дальше плывёт. Углядит ли незадачливого барахтающегося жирного паута, упавшего в воду и замочившего крылышки, - тоже слопает. Червяка ли в илистом дне заприметит - и им не побрезгует. А чего тут брезговать? Для сороги червяк - первейшее лакомство. Большой, питательный, сочный!

Долго ли, коротко ли так поживала сорога в полюбившемся ей месте, нам неведомо. Но вот однажды, видать, с полуденной скуки, ей в голову пришла совершенно неожиданная мысль, которую она в задумчивости даже пробормотала вслух:

- А не прогуляться ли мне до соровой протоки, что выходит в родную реку Ас? Давненько я там не была, очень хочется посмотреть, что там новенького случилось, пока я тут живу.

Недолго думая, вильнула любопытная сорога хвостом и отправилась в своё путешествие до протоки.

Долго ли, коротко ли плыла наша водная путешественница - одному Отцу Небесному ведомо, нам лишь известно, что, доплыв до истока протоки, наткнулась она на прочный рыбацкий запор, которым от края до края протоки был перегорожен весь сор.

Потыкалась головой туда-сюда - ни малейшей лазейки нет. Нет из сора выхода в вольные воды реки Ас!

Огорчилась сорога такому обстоятельству, вздохнула опечаленно, пузыри воздуха наружу пустив, и воскликнула в отчаянии:

- Кай-Кай! Да ведь так нас теперь всех здесь выловят, всех до одной из соровой воды повытаскивают! Что же нам бедолагам делать? Как верной гибели избежать?

Причитала-причитала, думала-думала и придумала!

- Поплыву-ка я сейчас обратно с печальной вестью да всех наших подводных обитателей предупрежу о беде нежданной-негаданной. Может быть, все вместе мы крепко подумаем и найдём решение, как же нам из этого закрытого сора в вольные воды реки Ас выбраться, хантам на съедение не достаться.

Рассудив так, сорога чуть-чуть успокоилась и тут же похвалила себя, вильнув хвостом:

- Кай! Какая я умная да догадливая! А теперь ещё одно доброе дело сделаю: предупрежу всех соседей об опасности.

Поплыла она обратно вдоль берега сора и до каждой рыбы донесла недобрую весть о рыбацком запоре. Испугались водные жители, переполошились не на шутку, узнав от сороги о коварной ловушке людей, и стали собираться на великий соровой сход.

Неспешно, переваливаясь с боку на бок, подплыли упитанные нельмы, муксуны, щёкуры, следом за ними поспешили сноровистые сырки и пыжьяны, чуть быстрее подошли к условленному месту стремительные зубастые щуки, за ними - жирные язи да караси, колючие окуни и ерши, а уж после всех подоспели щуплые костистые чебаки.

Все они приплыли, не на шутку встревоженные недоброй вестью, которую разнесла на весь сор сорога, собрались, чтобы подробно всё обсудить и решить общим сходом, каким образом попытаться им избежать плачевной участи и выйти из закрытого сора в вольные воды реки Ас.

Тут выплыла сорога перед собравшейся огромной рыбной толпой и взволнованно произнесла:

- Уважаемые мои соседи! Как вы уже знаете, наш сор, богатый всякой полезной растительностью и вкусными червяками да моллюсками, которые служат для нас сытной едой, ханты перегородили у выхода в протоку крепким запором. Кто-то из вас, может быть, думает, что большой беды в этом нет, просто не следует приближаться к хитрой ловушке и преспокойно жить дальше. Но это ошибка!

Приближается, осень. Вы, наверно, сами заметили, что воды уже сейчас стало меньше, а в скором времени она и вовсе стремительно пойдёт на убыль, и наш сор окончательно высохнет. А мы невольно опять станем лёгкой добычей для рыбаков.

Моё мнение таково: пока ещё есть время, нам всем надо плыть к запору, вырыть хвостами проход снизу и сразу выходить по протоке в вольные воды реки.

- Да, да, верно ты, сорога, говоришь! Мы думаем точно так же, - почти в один голос ответили ей разные рыбы. - Скорее, братья и сёстры! Не будем медлить!

И тут же многочисленные косяки соровых жителей дружно рванули в сторону протоки.

Подплыли они туда и видят: действительно ханты перегородили их сор огромным прочным запором. Устремились рыбы ко дну и изо всех сил принялись своими хвостами отгребать песок и ил у нижних заграждений запора. И до того они расстарались, что всю воду вокруг замутили. Набился потревоженный песок рыбам в нежные жабры, частички ила глаза залепили. Трудно стало соровым жителям дышать, заметались они в панике во взбаламученной ими же воде да сослепу всем скопом заплыли в прочные гимги, которые находились по обеим сторонам запора.

Так и попали вскоре в руки опытных рыбаков ханты.

А хитрая сорога не участвовала во всеобщих стараниях рыб на пути к желанной свободе, всё это время она находилась на безопасном расстоянии и лишь внимательно наблюдала со стороны за происходящими у запора событиями.

Как только вся грязь, поднятая косяками рыб, наконец, осела обратно на дно протоки, сорога пригляделась к заграждению, увидела в нём небольшое отверстие, обрадовалась удаче, нырнула в него и благополучно выплыла на вольный речной простор.

С той самой поры невзлюбили сорогу все речные рыбы, стали относиться к ней с большим презрением и прозвали сорогой-сплетницей. От такой, как ей самой казалось, незаслуженной обиды долго-долго плакала сорога, оттого её глаза покраснели и навсегда остались такими. А Небесный Отец Торум, который всё видит и всё знает, в наказание за скверный поступок лишил мясо сороги всякого вкуса.

Поэтому с тех пор и до наших дней все ханты, которые живут на берегах Оби, даже в скудные года очень редко употребляют эту рыбу в пищу.

СЛОВО О СКАЗОЧНОМ СЛОВЕ

Мне кажется, что любой нормальный человек вне зависимости от того, взрослый он или ребёнок, должен любить сказки. Не в смысле - обязан, а именно потому, что в нём есть генетическая потребность в чудесах и тех тайных знаниях, которое хранит сказочное слово.

Что есть народная сказка по своей сути? Закодированная народная память, сконцентрированный духовный и бытовой опыт многих поколений, красота и богатство родной речи (о каком бы народе ни шёл разговор) мудрый юмор и тонкие наблюдения за сущностью человека и богатейшими на размышления событиями в окружающем мире.

Одновременная простота и философская глубина сказочного слова издавна притягивает к себе внимание не только простых слушателей, но и исследователей, лингвистов и писателей. Правда современная цивилизация, всё более агрессивная и подавляющая особенности этнического развития народов, нивелируя, приводит мир к глобальному единообразию, она уже принесла немало разрушений и в эту область духовной жизни. Почти исчезли народные сказители, а вместе с ними и традиция слушать сказки и легенды в живой речи. Заменившие человека-сказителя книги, хоть и ярки, и красочны, но они не несут теплоту живого слова. Как это ни печально, всё меньше встречается именно народных сказочных сюжетов в издаваемых книгах. Практические результаты кропотливых этнографических и фольклорных экспедиций редко становятся массово доступными. Усилия и успех отдельных энтузиастов по сохранению и публикации устного народного творчества (в основном в интернете) лишь подчёркивают всю глубину проблемы.

«Северные сказки» - авторизованный литературный перевод югорского писателя Павла Черкашина сказок народов коми и ханты. Это направление в многогранной писательской деятельности автора может быть занимает и не главенствующее место, но весьма значимое.

В книге «Северные сказки» собраны шесть коми и одна хантыйская оригинальные сказки, которые по праву должны пополнить уже существующие собрания сказок этих народов. Личный богатый опыт автора в совместном проживании с коми-зырянами и югорскими народами выразились в очень бережном отношении писателя к сюжету и слову первоисточников. Ему удалось передать не только содержание, особенности логики этих народов, но даже и ауру национального менталитета. А это уже высшее проявление чувствования и понимания слова.

Представленные сказки можно разделить на волшебные - это «Тимопей», «Чёрный песец», «Ленивый»; бытовые - «Богатый человек», «Два брата»; сказание - «Как Стефаний Пермский коми народ крестил». Особняком стоит сказка народа ханты «Сорога-сплетница».

Сюжеты волшебных сказок обычно являлись «странствующими», то есть одни и те же мотивы можно найти в сказках самых разных народов, что говорит о достаточно активном общении между разными культурами. Поэтому не удивительно, что при прочтении сказки «Чёрный песец» ассоциативным образом встаёт сказка «Аленький цветочек», а сказка «Ленивый» тут же обращает к Пушкинской «Сказке о рыбаке и рыбке». При этом национальный колорит, сохранённый в переводах Павла Черкашина, становится самостоятельной ценностной единицей, которая может заинтересовать как обычного читателя, так и серьёзного исследователя-фольклориста.

Бытовые сказки ещё более чем волшебные позволяют понять особенности межличностных и социальных связей внутри самого народа. И скрупулезному исследователю могут дать даже больше информации, нежели записи каких-нибудь официальных старинных грамот и документов. Да и просто внимательный читатель может почерпнуть для себя много полезного. Как и слушатель несколько десятков лет и даже веков назад. В основе возникновения бытовых сказок как обычно лежала реальная история, которая со временем теряла имена реальных героев, но зато приобретала нравоучительный житейский смысл.

Особое место в духовном наследии любого народа занимают Сказы или Сказания. В отличие от бытовых сказок здесь реальные события приобретают более мифический характер, при этом практически на века сохраняется имя главного героя. Происходит это в случаях действительно судьбоносных для всего народа или значительной его части. Так известное историческое событие - обращение в христианскую веру сохранилось в сказе «Как Стефаний Пермский коми народ крестил». Причём сохранилась память и о той глубокой духовной боли, которую пережил народ, ведь процесс крещения проходил очень непросто.

В целом же коми сказки, представленные в этой книге, сюжетно и мифически достаточно тесно переплетены с русскими сказками, что говорит об очень давних связях этих народов.

«Сорога-сплетница» - замечательный пример особенностей мировоззрения народа ханты и северных народов вообще, когда человеку по значению был равен и зверь лесной, и рыба, и дерево. Здесь не применимо понятие Эзопова языка, когда под образом того или иного зверя выводились свойства человеческой натуры, её пороки или добродетели. И этим северные сказки, в которых главными действующими персонажами являются животные, в корне отличаются от многочисленных сказок о животных других народов.

Обо всём вышесказанном можно ещё размышлять долго, и хочется надеяться, что Павел Рудольфович продолжит свою работу над фольклорным материалом именно народов Севера. А пока, в завершении, хочется сказать, что эта книга замечательный подарок самому широкому кругу читателей от детворы до профессоров.

Татьяна Юргенсон, член Союза писателей России

О СКАЗОЧНИКЕ

Черкашин Павел Рудольфович родился 28 сентября 1972 года в селе Мужи Шурышкарского района Ямало-Ненецкого автономного округа Тюменской области. В 1987 году окончил 8 классов средней общеобразовательной школы, поступил и в 1991 году успешно окончил отделение учителей начальных классов в Тюменском педагогическом училище № 1.

В детстве запоем читал произведения Александра Пушкина, Николая Некрасова, Фёдора Тютчева, Корнея Чуковского, Сергея Михалкова, Сергея Есенина. Литературным творчеством начал заниматься с 10 лет. Юные поэтические пробы не раз появлялись на суд ровесников в школьных стенгазетах и читались со сцены во время концертов художественной самодеятельности. Первая публикация появилась в печати в 16 лет в районной газете «Ленинский путь».

Своими «учителями-ориентирами» в «большой литературе», оказавшими влияние на творческое становление, считает: в поэзии - Сергея Есенина, Николая Клюева, Марину Цветаеву, Анну Ахматову; в прозе - Константина Паустовского, Юрия Казакова, Владимира Тендрякова, Фёдора Абрамова, Владимира Солоухина, Джека Лондона.

С 1991 по 1996 год учился в Тюменском госуниверситете на филологическом факультете. В разные годы работал корректором, корреспондентом, фотографом, ответственным секретарём газет городского, окружного и областного уровня, учителем начальных классов, сторожем, телеоператором, радиоведущим, преподавателем в системе высшего образования.

Творчество Павла Черкашина поражает читателей многогранностью, тематическим разнообразием, психологической и духовной насыщенностью и в то же время лёгкостью языка и слога. Пишет как прозу, так и поэзию, занимается публицистикой, краеведением, творческой обработкой финно-угорского фольклорного материала и литературными переводами.

Творческое кредо определяет как передачу сбережённого русского слова, исторической памяти народа и любви к малой родине и Отечеству по непрерывной цепи наследования грядущим поколениям.

Участник V, XIII, XIV, XV и XVI конференций Ассоциации писателей Урала и Сибири (2004, 2012, 2013,2014, 2015), VII межрегионального фестиваля «Православие и СМИ» (2007), V, VI, VII и VIII окружного фестиваля детской и юношеской книги (2012, 2013, 2014, 2015), председатель международного фестиваля-конкурса детского литературного творчества «Устами детей говорит мир» (2014, 2015), делегат XIV Всероссийского съезда Союза писателей России (2013).

Член Союза журналистов России с 2000 года, член Союза писателей России с 2003 года. Произведения Павла Черкашина переведены на 14 языков мира. На его стихи написано 8 романсов и 26 песен. Он автор 65 книг поэзии, прозы и литературных переводов, 6 электронных изданий. Является соавтором многих альманахов и коллективных сборников поэзии и прозы. Избранные произведения автора вошли в хрестоматию для учащихся 9-11 классов «Современная литература Югры», антологию произведений членов Тюменской писательской организации СПР «Тюменской строкой...», антологию современной поэзии, 4-томную антологию ямальской литературы в 4-х томах, антологию «Югра многоликая» и энциклопедию «Поэты России».

Ветеран боевых действий на Северном Кавказе. Имеет военные награды, в том числе Благодарность Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами Российской Федерации (2000). Восемь лет отдал службе в органах внутренних дел, был выпускающим редактором окружной ведомственной газеты «Правопорядок Югры». Более трёх лет руководил отделом в Главном управлении МЧС России по ХМАО - Югре.

Лауреат IV Международного телефестиваля «Золотой бубен» в номинации «Журналист-репортёр» за документальный фильм «Наши в городе... Грозном» (в числе группы создателей) (2000), конкурса, организованного МВД России, на лучшее произведение литературы и искусства о деятельности органов, подразделений и служб внутренних дел в номинации «Художественная литература и драматургия» (2001), российского сетевого литературного конкурса «О любви» в номинации «Поэзия». (2005), Всероссийских открытых фестивалей гражданской поэзии «Часовые памяти» и «Московские салюты» (2006, 2008) и Всероссийского поэтического конкурса «Золотая строфа» (2009), VI регионального конкурса «Книга года» за книгу «Хокку» и аудиокнигу «Охотничьи тропы» (2012). Дипломант Литературной премии УрФО за книгу стихотворений «Хокку» (2012), лауреат Всероссийской литературной премии им. Д. Н. Мамина-Сибиряка (2013), премии губернатора Югры в области литературы в номинации «Проза» (2013), Всероссийской литературной премии «Молодой Петербург» в номинации «Очерк» (2013), Национальной премии Армении в области культуры (2015).

Награждён номерной медалью Союза писателей России «Василий Шукшин» (2014), медалью Петровской академии культуры и искусств «За заслуги в культуре и искусстве» (2015).

В настоящее время живёт в городе Ханты-Мансийске (с 1999 года).

Content

Павел Рудольфович Черкашин
СЕВЕРНЫЕ СКАЗКИ

БОГАТЫЙ ЧЕЛОВЕК

ДВА БРАТА

ЛЕНИВЫЙ

ЧЁРНЫЙ ПЕСЕЦ

ТИМОПЕЙ

КАК СТЕФАНИЙ ПЕРМСКИЙ КОМИ НАРОД КРЕСТИЛ

СОРОГА-СПЛЕТНИЦА

СЛОВО О СКАЗОЧНОМ СЛОВЕ

О СКАЗОЧНИКЕ