Леонид Антонов

ОЯШ

Пролог

— Михаил Соболев! Повернитесь к стене!

Злобно усмехнувшись, я медленно, из-за цепей на ногах, развернулся на сто восемьдесят градусов. Передо мной была серая каменная стена, на которой можно было видеть засохшие, едва заметные красные пятна. И это будет последним, что я увижу в своей жалкой жизни…

— Приготовить оружие!

Совсем недавно, когда меня спросили, нужно ли привести ко мне батюшку, чтобы я смог покаяться в своих грехах, я даже не задумываясь ответил «нет», ведь раскаиваться в своих делах я не собирался, несмотря на десятки, а может сотни, жертв, что я оставил за собой. Все были мертвы за дело.

Ко всему прочему я никогда не был верующим. Ад, Рай… все эти темы были за гранью моего понимания. Помню, как однажды какой-то старик, что пришел по мою голову с двустволкой, решив отомстить за своего сына, которого я убил во время очередного ограбления, сказал мне, что за свои поступки я буду долго жариться в Аду, а черти будут лить на меня масло, чтобы я горел сильнее. Что ж, сказал я тогда, если так оно и будет, то я сам буду просить их подбавить маслица в огонь. После того как я это сказал, я не раздумывая нажал на спуск, и старик свалился на пол комнатушки, в которой я жил, с дыркой во лбу.

— Пли!

Прежде чем наступила тьма, я успел услышать несколько выстрелов. Судя по тому, что я помню боль в спине, одна пуля попала мне в спину, а следующая угодила в затылок, что и привело к мгновенной смерти. Что ж, радует, что я хотя бы не мучился.

А и еще…

Ни в какой Ад, Рай, или еще что, я не попал, ибо после темноты, в которую я, как мне казалось, падал целую вечность, пока впереди не показался яркий белый свет, я переродился…

Переродился в другом мире!

Арка 1. Новичок

Глава 1. Первый день в новой школе

— Меня зовут Кимура Хидео! — нехотя произнес я, ковыряя мизинцем левой руки в левом ухе. Мои новые одноклассники с интересом разглядывали меня. Ну еще бы, ведь выглядел я для них, наверно, не самым лучшим образом. Начнем с того, что я ковырялся в ухе, а это уже не норма, к тому же у меня правая часть белой рубашки была не заправлена, в правом ухе серьга в виде черепа, так как в этом мире, и в этой империи, была такая мода, что все крутые парни носят хотя бы одну серьгу. А еще, по той же моде, у меня были подвернуты брюки, ибо в этом мире это тоже считалось крутым. Раньше, в родном мире, увидев такого, я бы точно не удержался и подумал «пидарас», но я уже давно не в своем мире. Хотя называть этот мир не родным язык не поворачивался, ведь тут у меня были свои родители, своя жизнь, несмотря на то, что я помню прошлую, когда еще был Михаилом.

— Что ж, Кимура, мы рады познакомиться с тобой, и надеемся ты станешь нашим новым другом! — улыбаясь произнесла классный руководитель. — Занимай свободную парту и давай приступать к уроку!

Парт в классе было двадцать — четыре ряда по пять парт в каждом. И единственная свободная была предпоследней, в ряде у окна, и именно к ней-то я и подошел. Твою ж… усевшись за парту, поставив черный портфель на пол, и начав вытаскивать тетради, я стал ощущать себя героем какого-нибудь посредственного аниме, которые мне иногда приходилось смотреть вместе с кузиной. Смешно будет, если сейчас у соседки справа из рук выпадет ластик, которым она что-то стирала в тетради…

Блять, ну кто тянул меня за извилины?!

Когда ластик выпал из рук этой неуклюжей дуры, которая, однако, была симпатичная — синеволосая, так как в империи с двенадцати лет разрешается красить волосы, волосы заплетены в две косички, что лежали на плечах, с маленьким носиком, большими глазами и грудью второго размера — ее щеки порозовели, что придало ей еще больше девчачьего очарования. А ластик, сука, словно специально, упал на пол, потом подпрыгнул и улетел мне под парту. Да что ж такое-то, а?

— Вот, держи, и постарайся больше не ронять, поняла? — злобно прошипел я, протягивая этой неуклюжей поднятый мной ластик. Он, кстати, был розовым, отчего меня тут же стало мутить. Ненавижу розовый и голубой!

— П-поняла. Прости, — покраснев еще сильнее, прошептала девчонка и отвернувшись, стала смотреть на учительницу, которая что-то тем временем начала объяснять, рисуя на доске иероглифы. Так как я жил в этом мире, можно сказать, с нуля, то мне пришлось обучаться почти всему заново — читать, писать, говорить, ведь все это было уже на незнакомом для меня языке. Мне вообще много чему пришлось обучаться, даже не смотря на то, что все мои знания из предыдущего мира так же остались со мной. Но это было даже на руку, ведь в детском саду, и в младшей школе, я был из-за этого отличником, пока мне это не надоело. В другом мире я ведь не был отличником, умником, да и хорошим меня не назовешь, ведь я погиб будучи казненным, так что когда я перешел в среднюю школу, я решил стать прежним собой.

Славу хулигана я получил быстро — моих тётю и дядю, которые были моими опекунами с трех лет, когда отец и мать погибли в авиакатастрофе, возвращаясь домой из командировки, чуть ли не каждую неделю вызывали к директору. То окно разбил, то подрался, то бросал петарды в унитаз… в общем, я был тем еще засранцем!

А вот когда я поступил в старшую, все стало еще хуже! Не для меня, для других…

Я тогда как раз вошел в период полового созревания, ведь мне уже стукнуло пятнадцать, так что от меня стали страдать не только парни. То одну девчонку ущипну за задницу, то другую, то под юбки заглядывал, то за сиськи хватал… И все было бы хорошо, если бы пару недель назад, старшую школу не закрыли из-за нехватки бюджета и мне с кузиной, которая тоже как раз только поступила в старшую школу, не пришлось отправиться в другой город, чтобы здесь поступить уже в другую школу.

И вот я здесь! Старшая школы Святой Марии, в городе Касимото, что располагался в империи Хосидзава. Не самый большой, не самый маленький, обычный такой городок, коих было множество в империи. Если честно, то эта империя своими порядками и всем остальным, очень напоминает Японию, но думаю, что империя Хосидзава и являлась Японией этого мира. Как-то так, в общем…

* * *

Сидеть на уроках для меня было смертной скукой. До большой перемены, на которой можно было пообедать, я успел зевнуть раз десять, не меньше. В какой-то момент, мне даже стало настолько скучно, что я стал просто фантазировать на тему «сексуальная училка и я в одной комнате». Особенно если учесть, что моя новая классная руководительница была и впрямь что-то с чем-то!

Примерно двадцати пяти лет, стройная, ростом наверно около 180 сантиметров, с грудью третьего размера, темными волосами, которые были завязаны в тугой узел на затылке, в очках. Одета она была в черную юбку, едва прикрывающую колени, коричневые колготки, в черные туфли на шпильках и серую кофточку.

Эх, как же тяжко мне было смотреть на классную руководительницу Синохару Наоми, и представлять, как я толкаю ее на одну из парт, и сняв туфли, начинаю стягивать с нее колготки, а под юбкой у нее обнаруживаются красные трусики, которые я так же начинаю медленно стягивать…

Все, харэ, а то я тут сейчас от своих фантазий начну еще слюни пускать на парту! А ведь еще идет урок! На меня и так уже поглядывает та синеволосая, что сидит справа! Че пялится, блин? Вон, опять немного повернула голову в мою сторону, а когда я в ответ повернулся к ней, то резко отвернулась! Задолбала!

— Слышь, ты че смотришь, а? — спросил я, немного повернувшись на стуле.

— Я… я… п-прости! — пробормотала она. — Просто в ш-школе есть одна легенда, которая г-гласит, что тот, кто сидит именно на этом месте, в этом к-классе, то он б-будет…

— Что он будет?

— П-проклят! — глаза синеволосой стали еще больше, чем были. — До тебя тут сидел Кавахара Рэй, и он… он в прошлом месяце погиб! Его сбил грузовик! А до Кавахары, тут сидела девушка, которую, по заверению полиции, убил маньяк, что орудует в городе вот уже несколько лет!

— Херня эти ваши проклятья, — усмехнулся я, начав ковыряться мизинцем в левом ухе. — Просто случайность! Насчет Кавахары… или он был слепым и глухим болваном, что не увидел и не услышал грузовик, или же водитель потерял управление. Тормоза сломались, к примеру… Ну а девчонка… блин, вот здесь даже не знаю что и сказать. Совпадение, наверно!

— Это не могло быть просто совпадение! — покачала синеволосая головой из стороны в сторону, отчего ее косички смешно задергались. — Ведь эти двое были не единственными, кто сидел на этом месте и погиб!

— Да пофиг! — отмахнулся я. — Во всякие проклятия я не верю! А если они все же есть… В общем, если в ближайшее время я сдохну от рук маньяка или меня собьет грузовик, будем считать что проклятие правдиво, окей?

— Как… как ты можешь так спокойно об этом говорить? — возмущенно надула щеки синеволосая. Усмехнувшись, я бросил взгляд на одну девку, что сидела за второй партой, на том же ряду, что и эта Мальвина. Бросил на нее взгляд, потому что она обернулась ко мне, и вдруг проведя пальцем по горлу, указала на меня. Синеволосая заметила этот жест, и смущенно уткнулась в тетрадь, начав что-то поспешно записывать.

Ну а я вернулся к своим похотливым фантазиям, стараясь не отводить взгляда от задницы учителя Синохары, которая продолжала что-то объяснять, записывая математические формулы на грифельной доске…

* * *

Наступила большая перемена. Наконец-то! Первый день в новой школе, и тянется он писец, как долго!

Вытащив из портфеля коробочку сока и пакетик, в котором лежал сэндвич с беконом, я только собрался приступить к своему скромному обеду, так как утром мне было лень готовить для себя, как в наш класс «2-C» влетела девчонка в очках, одетая как и все школьницы в белую блузку, короткую, не дотягивающую до колен, клетчатую юбку и белые гольфы, и встала рядом со мной. Короткие черные волосы, ободок с кошачьими ушками, которые немного поддергивались, в руках блокнот и карандаш. На моську тоже ничего такая, симпотная…

— Ну, рассказывай! — весело произнесла эта девчонка, уставившись на меня. Толстяк, что сидел позади меня, за последней партой, хмыкнул и поправил очки.

— Что рассказывать? — не понял я, неспешно жуя свой сэндвич, запивая его яблочным соком. Сок, кстати, был покупной, и не очень мне нравился, ведь я больше предпочитал сам выжимать яблоки, для чего даже выпросил у тёти еще одну соковыжималку, для новой квартирки, в которой поселились мы с кузиной. Но вот проблема: с утра я обнаружил, что яблоки у нас кончились, потому и пришлось по пути в школу зайти в круглосуточный магазин, что находился как раз по пути, в школу.

— Все о себе! Ты новенький, и потому мне интересно знать о тебе все!

— Ты сама-то кто? — без особого интереса спросил я.

— Сасаки Касуми, класс 2-B, глава клуба журналистов. Ну и по совместительству школьный репортер! Потому и должна знать о тебе все! И о той другой новенькой, которая так же пришла сегодня в школу! Но она отказалась со мной говорить, — обиженно произнесла эта Сасаки, закусив нижнюю губу. — Вся раскраснелась и уткнулась в парту…

— Не обращай на нее внимания, она всегда такая.

— О, так ты ее знаешь? И… кем же она тебе приходится? — Сасаки хитро прищурила глаза. — Сестра? Подруга детства? А может… твоя девушка?

— Она моя кузина. Ясуда Мэй ее зовут. А я Кимура Хидео. Это все, что тебе стоит знать о нас.

— Ну может, хоть что-нибудь расскажешь? — умоляющим голосом произнесла Сасаки. — Мне для газеты надо… пожалуйста, Кимура! Хоть немножечко, а?

— Хм… знаешь, если так подумать, то это информация обо мне, а раз это информация, то она кое-чего да стоит, не думаешь? — усмехнулся я. Сасаки покраснела, видимо понимая к чему я клоню.

— Ну… н-наверно… и что же ты хочешь за интервью с вами двумя?

— Дашь пожмакать сиськи, и я тебе расскажу все о нас с кузиной! — я специально произнес это настолько громко, что все, кто в этот момент были в классе, обернулись ко мне. Толстяк на задней парте аж подавился своей едой, а прокашлявшись, злобно усмехнулся. Ясное дело, что от моего громкого заявления, все девчонки испуганно уставились на меня, особенно Сасаки, которая закрыла свои сисечки, которые были размера третьего, руками. О, а вот и шепотки в стиле «он что, извращенец?» пошли… не люблю, когда меня считают тихим и спокойным. От этого жизнь становится скучной… — Ну так что, Сасаки? Не переживай, я буду нежным…

— П-пошел ты! — фыркнула Сасаки, и развернувшись, быстро вышла из класса, не опуская руки от груди. Хе-хе-хе! Ее реакция, как и реакция остальных, просто бесценна! Плохо, что мой мобильник лежит в портфеле, а то я бы даже сфоткал ее, чтобы потом вместе с Мэй поржать…

— А ты дерзкий, Кимура! — произнес толстяк, пристально глядя на меня.

— А то! — хмыкнул я, сжав пустую коробку из-под сока, вытащив для начала из нее пластиковую трубочку. — Знаешь что-нибудь об этой Сасаки? Она мне понравилась…

— Я Сасаки еще со средней школы знаю. Мы там с ней вместе в одном классе учились. Меня Миямото Тихиро звать.

— И что, Миямото? Как думаешь, она согласится на мое предложение?

— Не хочу тебя огорчать, но вряд ли, — покачал головой Миямото. — Для этого она чересчур… скромная.

— Если она такая скромная, что ж тогда решила заняться журналистикой?

— Хочет пойти по стопам матери. Ее мать ведущая новостей на шестом канале. Сасаки Тамико, слышал о такой?

— Да ладно?! Сасаки Тамико ее мать?! — не поверил я своим ушам. — Ничего себе! А я-то подумал, чего она так похожа на ту секси-ведущую! Хм, теперь я еще больше хочу сблизиться с Сасаки, ведь если ее мать такая… то представь, какая будет ее дочь!

— Да, я тоже так думаю, — толстяк поправил очки и хитро усмехнулся. — Кажется, наши с тобой вкусы совпадают, Кимура!

— Точно, Миямото!

Кажись, так я обрел себе нового друга, потому что мы с ним еще некоторое время сидели и обсуждали Сасаки и ее мать, пока мне не приспичило.

Узнав у Миямото, где расположен сортир, я вышел из класса, и направился чуть дальше по коридору. Миновав лестницу, а мой класс был расположен на втором этаже, я увидел нужную мне дверь с иероглифом мужчины, и вошел в туалет, где было три кабинки. Две первые я пропустил сразу, ибо из-за дверей сильно воняло.

Зайдя в третью, и сделав в ней свои дела, я застегнул ширинку, и когда вышел из кабинки… просто застыл в изумлении!

Глава 2. Призрак мужского сортира

В стене, прямо напротив третьей кабинке, появилась черная дыра, из которой на меня смотрело не меньше десяти глаз, с голубой радужкой. Когда я сделал шаг вправо, глаза не перестали таращиться на меня, и при этом, они все по очереди моргали, так как у них были веки и ресницы…

— Че пялитесь? — буркнул я, медленно отходя к двери, стараясь не отводить взгляда от этой черной дыры. Глаза продолжали следить за мной, даже тогда, когда я подошел к двери, надеясь выйти из чертового сортира, и дернул за ручку…

Заперто!

Какого хуя, спрашивается?! Не понял, это кто-то решил посмеяться над новичком? Сука, если это так, то этому гандону не поздоровится очень и очень сильно!

Но если это чья-то шутка, то каким образом он сделали эти глаза? Хм, любопытно…

Вернувшись к черной дыре, я, не веря тому, что делаю, резко ткнул указательным пальцем в один из них, и что можно сказать… ОН БЫЛ ОСЯЗАЕМ!

— И что тут у нас происходит? — потыкав пальцами еще в несколько глаз, которые болезненно закатывались, я вдруг услышал, как в третьей кабинке сама собой смылась вода, словно кто-то потянул за пимпочку.

Нахмурившись, я толкнул дверцу, и поглядел на унитаз, из которого, неожиданно для меня, вдруг вылезла какая-то рука, которая держала указательным и большим пальцем глазное яблоко, с синей радужкой. И этот глаз, как и те, в черной дыре, смотрел на меня…

— И, типа, я должен сейчас обосраться от страха? — спросил я, подходя к унитазу, и резко схватившись за руку, отобрал у нее глазное яблоко. Рука недовольно замахала, но ничего не могла сделать, так как я тут же отпрыгнул назад. Повертев глаз в руках, я приблизил его к своим глазам. — Ты же настоящее, верно? А если так, тогда… что тут происходит?

— П-пожалуйста, верни мой глаз…

Голос раздался так неожиданно, что я даже подпрыгнул, и чуть не навернулся, но удержался за дверцу кабинки. У двери, откуда ни возьмись, появилась странная тень, которая приобрела очертания девушки лет пятнадцати. Она была одета в школьную форму, ту которую носили в этой школе, а еще у нее не было левого глаза, на месте которого была просто зияющая черная дыра.

Светлые волосы были распущены, блузка немного помята, нескольких пуговиц не было, так же как и правого рукава, на юбке было несколько разрезов, через которые можно было увидеть белые трусики. К тому же, в правой руке она держала какую-то белую тряпочку.

— Ты кто? — спросил я, протягивая девчонке глазное яблоко, которое она тут же вставила в глазницу. М-да… нахуй я на это смотрел?! Когда глаз встал в глазницу, как-то неприятно хлюпнув, и девчонка несколько раз моргнула, ставя его на место, она сделала несколько шагов в мою сторону. А вот я, если честно, сделал несколько шагов назад, пока не уткнулся спиной в подоконник. Окно, кстати, сейчас было покрыто какой-то шевелящейся массой, так же как и дверь.

В общем, бежать в случае чего, было некуда!

— Я Нацуми Изуми, — произнесла призрак, а то, что это был призрак, я почему-то не сомневался. — Учусь… эм… училась в этой школе, несколько лет назад. Но недолго проучилась, к сожалению…

— Убили?

— Убили… — вздохнула она. — Несколько учеников из третьего класса, затащили меня в этот туалет и… и… — призрак несколько раз шмыгнула носом. — Один начал душить меня, а второй тем временем раздевал… но первый не рассчитал силы и задушил меня. Их поймали, и сейчас они в тюрьме… наверно…

— Вот как. А от меня чего хочешь? Ты ведь не просто так решила показаться именно мне?

— Ну, я много кому хотела показаться, чтобы хоть поговорить, а то сидеть одной в туалете очень скучно, знаешь ли… одна девчонка, кажется, смогла увидеть меня, но потом завизжала и выбежала отсюда. Ну и ты… как тебя зовут?

— Кимура. Первый день в этой школе, и сразу же… интересно, а с чего это я вдруг стал видеть призраков? Ты не в курсе?

— Н-нет. Послушай, К-Кимура, а ты не хочешь немного посидеть тут, поболтать со мной…

— Пока не могу, занятия, сама понимаешь, — вздохнул я. — Но могу забежать после них, если ты не против!

Уже поникшая было Нацуми, радостно подняла голову и быстро-быстро закивала, улыбаясь. Вдруг, она стала медленно растворяться в воздухе, и когда исчезла совсем, то вместе с ней исчезла и черная дыра, и непонятная жуткая масса, что перекрывала двери и окно. Выдохнув, я поскорее решил ретироваться из сортира.

Но стоило мне открыть дверь, как с той стороны кто-то охнул, взвизгнул, и зашипел. Когда я вышел, то увидел, что на полу, потирая лоб, лежит очередная девчонка в школьной форме, а ее юбка сильно задрана, так что я без проблем увидел ее розовые трусики, на которых была изображена кошачья морда. Хех, значит, эта киска любит котиков? Что ж, учтем…

— Куда ты смотришь? — недовольно спросила девчонка, поднимаясь с пола, и поправляя юбку. Хм, в первый же день в школе повстречать столько красивых девчонок… Что ж, спасибо судьба, что запихала меня в этот мир и это тело! Уж я-то не дебил, чтобы упускать свой шанс! Пока я еще держусь, ибо надо попривыкнуть, а уж потом я разгуляюсь!

В общем, описать эту девчонку можно так: блондинка, явно крашенная, волосы длинные, распущенные, на ней ободок с голубой розой. Про лицо даже говорить не стоит — просто красивая, и все. А еще грудь… я нервно сглотнул слюну, поглядев на грудь девчонки, которая была размера четвертого, не меньше. Мля…

— Извращенец! — фыркнула блондинка, и хотела уже уйти, но я схватил ее за плечо, и развернул к себе. Она взвизгнула, и хотела вырваться, но никому, особенно девушкам, никогда не вырваться из моих цепких лап! Но пока я не собирался делать ничего неприличного, особенно если учесть, что в нашу сторону пялились другие ученики, которые были в этот момент в коридоре. Блин… А так хочется…

— Не отрицаю, — кивнул я, притянув блондинку поближе к себе. Причем одной правой, ведь левая рука у меня сейчас была в кармане штанов. — Но скажи мне, что ты делала рядом с мужским туалетом, а? Может ты тоже извращенка? Любишь подглядывать за мальчиками?

— Не пори чушь, придурок! Я просто… — она замялась, а я тем временем еще сильнее подтянул ее к себе, отчего ее лицо уже было почти рядом с моим, и я даже ощущал ее частое дыхание. Она была совсем немного пониже меня ростом. — Я глава клуба сверхъестественного! И я ни за кем не подглядываю! Я хочу поговорить с призраком, что живет в мужском туалете!

— Ты про Нацуми Изуми?

— Про нее… погоди, а откуда ты знаешь? Ты ведь вроде как новичок, о котором говорит вся школа? Уже успел разнюхать информацию?

— Да нет, просто я только что с ней говорил. С Нацуми.

— Т-ты… ты говорил с ней?! — изумилась блондинка. Ослабив хватку, я позволил ей вырваться. — Не врешь?

— Нет. Она мне рассказала, что ее убили в этом туалете. Затащили какие-то ублюдки, и… того. Задушили, как она сама сказала.

— И ты не испугался с ней говорить?!

— Если только чуть-чуть. Но она, на самом деле, совсем не страшная. Хотя, когда она вставила в глазницу глаз, это было мерзко, даже для меня…

— Хм, — задумалась блондинка, приставив палец к подбородку. — Не ожидала, что в школе объявится еще кто-то способный видеть души мертвых… Я ее тоже видела, потому и решила основать клуб сверхъестественного, чтобы разобраться с той ерундой, что происходит в школе!

— Погодь, значит, это ты та девчонка, о которой говорила Нацуми, которая смогла увидеть ее, а потом в страхе убежала из туалета?

— Получается, так. Ого! Ты говорил с призраком… а вот мне не хватает храбрости еще раз заглянуть туда, чтобы пообщаться с ней! — девчонка смотрела на меня с нескрываемым восхищением. Приятно даже, хех! Кажется, она хотела еще что-то сказать, но тут, как назло, прозвенел звонок на урок, отчего мы с ней оба одновременно вздохнули. — Ладно, новичок, я найду тебя после занятий! Хочу сделать тебе одно предложение…

— Надеюсь, оно мне понравиться!

— Извращуга!

Фыркнув, блондинка пошла по коридору второго этажа, а я двинулся за ней. Так, судя по тому, что она зашла в класс 2-A, ей шестнадцать… неплохо.

Зайдя в свой класс, я уселся на свое место, и так как учиться мне теперь тем более не хотелось, ведь я повстречал таких девчонок, что прямо — ух! — я погрузился в свои эротические фантазии, записывая то, что говорил учитель, просто на автомате.

* * *

Наконец-то! Наконец-то уроки кончились! Как же долго тянулся первый день в новой школе! Собирая тетради в портфель, я мечтал лишь о том, чтобы прийти в свою квартирку, и увалиться спать. Но…

Всегда есть «но», верно?

И моим «но» была Мэй, которая обязательно будет просить приготовить ей пожрать, ведь сама она нифига не умеет! Засядет опять за свои видеоигры или аниме и будет полночи таращиться в экран, не давая мне никакого покоя. И почему тётка не смогла найти хотя бы двухкомнатную квартирку? Она же могла догадаться, что я уже парень взрослый, и мне нужен личный уголок! А вдруг я захочу уединиться с какой-нибудь девчонкой? Эх, если такое случится, то придется снимать комнату в Лав-отеле, а это лишняя трата денег…

— Братик!

О, начинается! Пока я убирал вещи в портфель, в мой класс зашла моя кузина, вся такая скромная и милая, и подошла к моей парте. Миямото, который еще не успел уйти, возясь с замком на своем портфеле, тихонько ругаясь, а так же еще несколько парней, да и девчонок, уставились на Мэй.

Что я могу сказать о своей кузине, которая ко всему прочему, была моей лучшей подругой? Немного ниже меня ростом, а мой рост был 172 сантиметра, стройная, хотя я не понимаю, как ей удается такой оставаться, светловолосая, потому что красилась, хотя ее натуральный цвет волос черный, как и всех моих родственников, возможно даже симпатичная, но так как я против запретных отношений, и не смотрю ту дичь, которую смотрит она, то я не сильно обращаю внимания на ее лицо. Ну, еще у нее грудь примерно второго размера, волосы примерно до груди, распущенные, и она постоянно ведет себя скромно. Пока не приходит домой… я бы сказал, ее истинную натуру знаем только мы — я, дядя и тётя.

— А я думал ты хоть в этой школе будешь собой, — пробурчал я, застегнув портфель, и поднявшись из-за парты, бросив взгляд на Мэй. Она так мило улыбнулась, что у Миямото, кажется, даже кровь носом пошла. Он тут же достал из кармана платочек, и прижал его к ноздрям. — Ладно, погнали домой. Сегодня столько всего позадавали, что я точно полночи просижу рядом с тобой, решая гребаные математические задачи…

Закинув портфель за спину, и засунув левую руку в карман, я неспешно покинул класс вместе с Мэй, которая шла, держа голову прямо, держа портфель перед собой двумя руками. Сама скромность, епта!

Но как только мы дошли до лестницы, и уже собирались спуститься на первый этаж, как с третьего кто-то окликнул меня. Перепрыгнув через три ступеньки, держась руками за перила, снова засветив свои розовые труселя с котиком, перед нами встала та блондинка, и широко улыбаясь выставила перед собой какой-то листок бумаги, который, судя по всему, был какой-то анкетой.

— Вот, Кимура! — произнесла блондинка. — Я все заполнила за тебя, пробравшись в учительскую и найдя твое дело! Тебе осталось только подписать!

— Нихера я подписывать не буду! — буркнул я, бросив взгляд на анкету. Че за…? На анкете, как она и сказала, были реально заполнены все нужные строки: имя, фамилия, возраст, класс, адрес проживания, родственники… Погоди, анкета-то для вступления в клуб… клуб сверхъестественного! Чего, мля?

— Ну, Кимура, не ломайся! — продолжая лыбиться, ласково произнесла блондинка. — Или ты хочешь, чтобы я что-то сделала для тебя? Да-да, Кимура, уже вся школа в курсе, что ты предложил бедняжке Сасаки взамен на интервью с вами двумя!

— Б-братик? — удивленно спросила Мэй, глядя на меня.

— И что? Думаешь, мне станет стыдно? Ты меня нифига не знаешь!

— Верно, не знаю. Но одно я поняла точно… — блондинка подошла ко мне ближе и выставила руки в стороны. — Вот! Можешь тискать мою грудь как хочешь, когда хочешь, и сколько хочешь, но пожалуйста… вступи в мой клуб и помоги докопаться до истины!

— Б-братик!

— Не, блондиночка, это уже не проканает, — засунув мизинец в левое ухо, со скучающим видом произнес я. — Сиськи у тебя большие, и наверняка приятные, но предложение пожмакать грудь уже было. Так что, можешь расслабиться, и подумай о том, что ты можешь предложить еще!

— Т-ты… — испуганно вытаращилась на меня блондинка. — Ты совсем с ума сошел?! Я не собираюсь терять девственность с тобой! По крайне мере не из-за клуба!

Проходившие в этот момент мимо нас девчонки из моего класса, переглянулись, посмотрели на меня так, словно увидели самого Антихриста, и поспешили покинуть этот этаж. Даже Мэй немного отошла от меня, отвернувшись и сильно покраснев. Блондинка тоже сделала несколько шагов назад, понуро опустив голову, и повернувшись к нам с Мэй боком, хотела тоже уйти, но тут позади меня, со стороны туалетов раздался какой-то жуткий вой, от которого у меня по спине пробежали мурашки.

— И-ик! — Мэй тут же спряталась за мою спину, когда я развернулся и недоуменно уставился на дверь мужского туалета. Блондинка так же удивленно захлопала глазами, тоже глядя в сторону туалетов. — Ч-что это было?

— Слушай, извращуга, а ты призраку случайно ничего не предлагал? — спросила блондиночка встав рядом со мной. — Что, например, навестишь ее еще раз?

— Бля, а ведь верно, — я смущенно почесал затылок. — Было такое, ага!

— Придурок… Придется тебе сейчас идти выполнять свое обещание, а то у нас могут быть проблемы! Как бы она в демона не превратилась… Я читала об этом в одной старой книге, которую нашла в библиотеке, — заметив мой любопытный взгляд, объяснила «четвертый размер». — И советую тебе, не проверять, какие бывают демоны…

— Я тебя понял. Так, Мэй, ты у нас призраков и демонов не видишь, а значит…

— А мне кажется, что видит! — усмехнулась блондинка. — Она ведь тоже услышала этот вой, а его простые люди, слышать точно уж не могли…

— М-может лучше пойдем домой? — спросила Мэй, дернув меня за рукав.

— Иди одна. Слышь, сисястая, и даже не вздумай ей предлагать вступить в твой клуб, поняла? А то накажу… — я повернулся к двоюродной сестре. — Ты знаешь, что если заметишь что-то подозрительное, то сразу же доставая телефон и звони мне. Мобильник где?

— В кармане, — Мэй похлопала по левому карману блузки, который и правда немного выпирал. Отлично, просто отлично!

— Ну тогда иди! Не будем нашего призрака заставлять долго ждать, а то и так задержались, верно?

— А ты заботишься о своей сестре. Братик, серьезно?! — усмехнулась блондинка, когда Мэй спустилась по лестнице, а мы с сисястой подошли к двери в мужской туалет. Наши с ней портфели мы бросили у стены, справа от двери.

— Иди ты! Сука, не думал, что потащу девчонку в мужской толчок не для того, чтобы трахнуть ее, ну да ладно… — пробурчал я, взявшись за дверную ручку. Из-за двери, что мне совсем не нравилось, доносились какие-то всхлипывания и завывания. — Готова?

— Готова!

Когда я распахнул дверь, и мы вошли в мужской туалет, дверь за нами сама собой захлопнулась, а мы, как ни странно, вместо туалета оказались в каком-то длинном коридоре, пол и стены которого были покрыты мерзкой шевелящейся массой, какая была на окне и двери, когда призрак заперла меня в туалете. А чуть впереди, глядя на нас с какой-то злобной ухмылкой, стояла сама Нацуми, сжимая в правой руке… окровавленный нож.

Выставив нож перед собой, Нацуми, с диким криком набросилась на нас.

Глава 3. Бешенство призрака и грузовик

Выставив вперед окровавленный нож, Нацуми набросилась на нас, начав как-то дико, не по-доброму, смеяться. Блондинка, которая замерла от ужаса, широко раскрыв глаза, тряслась, судя по всему даже не собираясь уворачиваться от атаки бешенного призрака. Ну да ладно, это уже не первый раз, когда на меня бросаются с ножом, так что справимся. Вернее, в этой жизни, будучи Хидео, на меня никто еще так не кидался, но когда я был Мишей, то такое происходило частенько. Бывало и я кидался на людей…

Дождавшись подходящего момента, когда Нацуми уже почти добежала до нас, я оттолкнул блондинку вправо, а сам увернувшись влево, извернулся, и ударил призрака локтем правой руки по ребрам. Удар был не сильным, но я бил и не для нанесения урона. Я проверял, возможно ли вообще ударить призрака. Как оказалось, можно, а значит…

Пора действовать!

Пока блондинка сидела на полу, если так можно назвать шевелящуюся массу под ногами, чем-то напоминающую человеческое мясо, поджав ноги, испуганно закрыв лицо руками, и что-то бормоча, я дрался с призраком. М-да… с кем я только не дрался в своей прошлой и этой жизни — с ментами, спецназовцами, гопниками, пьяным дядей Васей, из нашего двора, когда я жил в том мире. Я даже дрался с ВДВ-ками, причем 2 августа, и бывало даже выходил из схватки победителем, пускай и не всегда! Но с психованной девочкой-призраком, в мужском туалете старшей школы…

В общем, если вкратце описать нашу с Нацуми драку, то начало у нее было скучное. Я по-большей части уклонялся, так как призрак так быстро размахивала ножом, то я бывало не всегда умудрялся уследить за ее рукой. Потому и получил несколько порезов — один по животу, из-за чего пострадала рубашка, и по левой руке, ниже локтя. Зато, получив эти, не самый страшные ранения, я изучил ее движения.

И вот уже я, перестав уклоняться, извернулся, ударил Нацуми в живот правым кулаком, а левой рукой схватив ее, уже за ее, правую руку. Да уж, силушки ей было не занимать, хотя по ней и не скажешь, но это, как мне кажется, только из-за того, что она призрак. Но я все равно был сильнее, как бы она не старалась.

Когда лезвие ножа было совсем недалеко от моего горла, я почувствовал странный прилив сил, благодаря которому сумел отвести нож от горла, и перехватив ее правую руку своими, резко дернул ее в сторону, сломав нахрен.

Закричав, судя по всему от боли, Нацуми выронила нож, который с сожалению тут же был поглощен массой под ногами, и отпрыгнула от меня назад. Эх, а мне бы сейчас пригодилось оружие, особенно такое. Ну, ничего не поделаешь!

— Кииимууурааа! — провыл призрак. — Тыыы обмааанууул меееняя…

— Ага. Но это не специально, — хмыкнул я, оглядывая свои руки, которые были покрыты каким-то белым пламенем, но не обжигающим. Что происходит? Интересно… — Я просто забыл, со мной такое бывает. А вот ты, сучка нетерпеливая, сразу же решила броситься на меня с ножом. Даже не попытавшись разобраться! А я не люблю, когда на меня нападают!

С этими словами, сжав кулаки, я бросился на Нацуми. Она, прорычав что-то в ответ, побежала на меня, тоже сжимая левую руку в кулак, тогда как ее правая рука безвольно болталась вдоль тела.

Когда мы с ней сблизились, я ушел вправо, уклонившись от ее кулака, и ударив ее под ребра правой рукой, отчего призрак как-то склонилась на бок, левой я схватил ее целую руку, и заломив ее за спину, ногой двинул под правое колено. Призрак подкосилась, а я со всей силой, на какую был способен, сломал ей левую руку, а потом быстренько схватив за голову, резко повернул, градусов на сто двадцать. Неприятный хруст… и призрак свалилась на массу, которая тут же стала поглощать ее.

И вот, когда тело призрака было целиком поглощено, все вдруг исчезло, и мы с блондинкой оказались в самом, что ни на есть обычном, мужском туалете. Я стоял у второй кабинке, а сисястая сидела рядом с унитазом, прижимаясь к ней спиной, и так же во второй кабинке, дверца которой была распахнута. А еще я заметил, что под блондинкой была лужа… она что, так испугалась, что описалась? Писец…

— Эй, давай уже вставай! — сказал я, осматривая свои руки. Они уже не были покрыты белым пламенем. Подойдя к блондинке, стараясь не наступать на лужу, я схватил ее за левую руку, которыми она закрывала лицо, по-прежнему что-то бормоча, и трясясь, и с силой поднял ее на ноги.

— В-все кончилось? Мы уже мертвы? — убирая правую руку от лица, спросила блондинка. На ее щеках отчетливо были видны следы слез, а глаза еще были мокрые.

— С хера ли?! Это я сучку прикончил, чем спас себя и тебя, — убрав руки в карман, я поглядел на сиськи блондиночки, которые поднимались и опускались, из-за ее всхлипываний, что меня возбуждало еще сильнее.

Шмыгнув несколько раз носом, блондинка подошла к раковине, и умыла лицо. А я тем временем вышел из туалета, и убедился, что наши портфели никто не тронул. Бросив взгляд на окно, за которым уже было темно, я мысленно выругался. Кажется, мой бой с взбесившейся Нацуми продолжался дольше, чем я думал. Дерьмо… наверняка Мэй дома психует, и опять объедается чипсами, хотя я ей много раз говорил, чтобы она перестала жрать их каждый день.

— Зараза… как я так умудрилась обмочиться… придется идти домой без трусов… — бормотала блондинка, когда она вышла из туалета, и я протянул ей ее портфель. Забрав его, она убрала в него свои розовые трусики, которые, видимо, сполоснула в раковине, и подняла на меня глаза. — С-спасибо, Кимура… не знаю, как ты это сделал, но ты спас меня…

— Ага, и в благородство играть не буду. С тебя должок, а какой… ну, об этом я подумаю, так что тебе стоит готовиться ко всему. У меня больная фантазия, знаешь ли… — я усмехнулся. Мы вместе с блондинкой спустились на первый этаж, вышли в холл, сменили сменную обувь на уличную, и вышли из здания школы.

Пока блондинка думала о моих словах, а может и не о них, но она частенько поглядывала на меня, пока мы шли по улице, я достал из портфеля мобильник, и проверил вызовы. Пусто… значит Мэй благополучно дошла до нашей квартиры. Это не могло не радовать, отчего я даже облегченно вздохнул.

— Мне сейчас направо, — произнесла блондиночка, когда мы с ней дошли до круглосуточного магазина. После него дорога разветвлялась на три стороны. Во всех трех сторонах были по-большей части жилые дома. Что меня все же радовало в квартирке, что нам сняла тётя, так это то, что до школы можно было дойди минут за десять, почему я мог спать подольше, чем те, кто ездит в школу из центра города. Мы-то находились на окраине, угу.

— А я прямо, — я уже хотел уйти, но остановился, и повернулся к блондинке. — Тебя как зовут-то?

— Танабэ Юки.

— Понятно. Послушай, Танабэ… думаю, что я не против вступить в твой клуб. На то, что произошло сегодня, я точно не смогу закрыть глаза. Да и к тому же… должен ведь тебя кто-то охранять, если ты опять полезешь на призраков, верно? Но… с тебя за это килограмм яблок каждую неделю, окей?

— А это… покроет то, что ты спас меня?

— Не-а! Яблоки за вступление в твой клуб и твою охрану, а насчет того, что я спас тебя… — я усмехнулся. — Были бы у меня с собой резинки, я бы заставил тебя отплатить за спасение в одном из классов, а так…

— Озабоченный! — фыркнула Танабэ, отвернувшись от меня. — Грязный похотливый извращенец!

— Вот тут ты права! Так что будь готова к тому, что я могу в любой момент заставить тебя расплачиваться со мной!

Блондиночка быстро пошла направо, что-то ворча, и когда она была примерно метрах в десяти от меня, я понял, что не зря решил постоять и последить за ней, ведь в тот момент подул сильный ветер, пришедший со стороны океана, и к моей радости задрал ей юбку. А на ней не было трусиков, гы! А еще благодаря фонарю, в свете которого Танабэ как раз и была, я разглядел ее задницу. И она была ничего такая, ага!

— Извращенец! — долетело до меня, когда я засмеялся, глядя на ее попытку прикрыться. Когда ветер, наконец, стих, а я сумел немного удовлетворить свой взор видом прекрасного, я поправил портфель, и неспешно двинулся прямо.

Но дойти до дома спокойно мне было не суждено.

— Ты че, блять, издеваешься? — выдохнул я, когда увидел несшийся на меня по тротуару грузовик. Полностью черный, с затонированными окнами, с выключенными фарами, а его бампер выполненный в каком странном стиле, был похож на злобную ухмылку. А еще этот паскудный грузовик громко сигналил, играя на клаксоне похоронный марш, причем из моего прошлого мира. И да, несмотря на то, что окна были затонированы, в какой-то момент, ветровое стекло грузовика, сбавившего немного скорость, каким-то образом опустилось вниз, и я увидел, что на водительском месте сидит надувная секс-кукла, на голове которой была приклеена фотография улыбающегося беззубой улыбкой джигита.

Ясное дело, что увидев всю эту хренотень, я тут же бросился влево, решив уйти дворами, но как назло, улица здесь была такой ширины, что грузовик мог спокойно проехать по ним. Свернув за мной, грузовик, явно вдавил на газ, потому что начал быстро догонять меня. Черт, ну как мне на своих двоих вообще тягаться с грузовиком?!

— Бип-бип! — просигналил грузовик, прекратив на несколько секунд поигрывать похоронный марш. И вот честно, в этом его бибиканье я услышал, что-то вроде «ха-ха». Вот пидор, еще и смеется над моими потугами сбежать!

И думается мне, ему бы удалось сбить меня и проехаться своими колесами по моей тушке, выдавливая кишки и прочие внутренности, если бы мой глаз не зацеплялся по привычке за все, что было вокруг меня. Ведь именно в этом и было мое спасение, когда я заметил чуть впереди узкий проулок между двумя домами. Уже из последних сил, когда в глазах было темно из-за нехватки воздуха, потому что я не очень привык бегать, считая что бегать должны от меня, и когда грузовик, словно издеваясь, несколько раз задевал меня бампером, а потом сбавлял скорость, я добежал до проулка, и юркнул в него.

Грузовик-паскуда вовремя затормозил, едва не врезавшись в стены домов, и несколько раз бибикнув, словно на прощание, развернулся и уехал куда-то вправо по тротуару. При этом он стал играть на клаксоне не иначе как имперский марш, из одной известной киносаги, из прошлого мира. Говнюк, чтоб его!

Отдышавшись в этом же проулке, который был шириной сантиметров сорок, не шире, боясь вылезать оттуда, пока клаксон долбанного грузовика не затих, я мысленно подготовился к еще одной пробежке. Не хотелось конечно, но я не собирался рисковать, понимая, что грузовик может вернуться в любой момент.

Медленно выйдя из проулка, поглядев по сторонам, я вдохнул в грудь побольше воздуха, и бросился снова бежать. Бежал в этот раз я не так быстро, и частенько оглядываясь назад, все ожидая, что эта хрень на колесиках, которая знает музыку из моего прошлого мира, вернется.

Но вроде все обошлось, и вскоре я добежал до пятиэтажного жилого комплекса, и взбежав по лестнице на второй этаж, быстренько достал из портфеля ключ от квартирки, и вбежал в безопасное, как мне казалось, убежище. Захлопнув дверь за собой, и на всякий случай заперев ее еще и на засов, помимо ключа, я прижался к ней спиной, и перевел дыхание, заодно и успокоившись.

— Братик, что случилось? — в коридор из комнаты вышла Мэй, одетая в пижаму с поняшками. Эта пижама, у нее была с десяти лет, и странно, что она по-прежнему сидит на ней как влитая… походу, моя кузина нифига не растет, ни в одном месте.

— Н-ничего, — выдохнув произнес я, снимая ботинки и одевая тапочки. — Жрать хочешь?

— Конечно хочу! — надула щеки Мэй. — К тому же, у меня кончились чипсы! Так что будь добрым, братик, сходи в магазин!

— Ну его нахер этот магазин! Я тебе завтра куплю чипсы, а пока будешь жрать то, что я сготовлю. А ты пока можешь за меня уроки сделать.

— Вот еще! — Мэй убежала в комнату, а я, бросив портфель в коридоре, прошел на кухню, которая была отделена от комнаты. Прежде чем приступить к готовке, я залез в холодильник, и достав оттуда бутылочку колы, приложился к ней, пока не выпил половину. Да уж, как же все странно… и нет, я не имею ввиду то, что случилось за этот день, призрака там, или грузовик.

Странно было то, что Мэй оставила мне бутылку колы, хотя обычно она выпивает все сразу, стоит только что-нибудь купить…

Глава 4. Новый член клуба

— Кимура!

Кто-то потрепал меня по плечу, отчего я недовольно что-то пробурчал, и тут же получил несильный удар по голове. Подняв голову я посмотрел на учителя Синохару, которая стояла с линейкой в руках, которой она, по всей видимости, и ударила меня по затылку.

— Кимура, у нас вообще-то урок еще идет! — недовольно произнесла она. Протерев глаза, я уставился на учительницу, и обвел взглядом весь класс. Ясное дело, что все как один пялились на меня. Бля… а ведь я кажется, что-то пробурчал еще…

— Простите, учитель. Просто я ночью плохо спал…

— И что же ты делал ночью такого, от чего не выспался?

— Уроки, — выдохнул я, вспомнив, что я и правда просидел большую часть ночи, выполняя домашние задания. Вроде успел поспать всего два часа, а потом приготовил себе и Мэй пожрать, и мы с ней двинулись в школу. Черт, как же башка раскалывается из-за бессонной ночи…

— Уроки, говоришь? А судя по тому, что ты бормотал во сне, ты всю ночь смотрел… хентай!

— Не, вчера я точно не смотрел, честно вам говорю, — я поднял глаза на учителя Синохару. — Это больше не повторится, учитель! Чесслово!

— Смотри у меня! На первый раз прощаю, но если увижу еще раз, что спишь на уроке, оставлю после уроков, — развернувшись на каблуках, учитель Синохара вернулась к доске, а я едва удержался от того, чтобы не хлопнуть ее по заднице.

Она продолжила что-то объяснять классу, какие-то математические формулы, а я уставился на синеволосую, не зная, стоит ли ей говорить про грузовик, который напал на меня вчера вечером. Нет, наверно все же не стоит. Если так подумать, то таким стоит поделиться с Танабэ, ведь она, как и я, может видеть призраков, и наверняка сможет помочь разобраться, что происходит. Ага, я уже начал верить, что попал под какое-то проклятие, ведь некоторые мои убеждения за вчерашний день сошли на нет… до встречи с Нацуми я не верил ни в каких призраков.

Когда подошло время большой перемены, я достал из портфеля коробочку с бен-то, которое не поленился приготовить для себя утром, ну и для Мэй, естественно, и уже приготовился насладиться своей готовкой, от которой сам же фанател, как в класс влетела Танабэ, и встала рядом с моей партой, протянув мне анкету о вступлении в клуб.

— Ты обещал, что вступишь в мой клуб, после того, что мы с тобой вчера… сделали!

От ее слов бедный Миямото, который как-то грустно глядел в окно, попивая сок, подавился и закашлялся, а от слов Танабэ, на меня посмотрели остальные мои одноклассники. Придурки… как можно в такое вообще верить? К тому же, я уверен, что как только смогу получить свою награду от Танабэ, то она явно не будет кричать об этом на каждом углу. И я был уверен, что она даже будет просит еще, хе-хе…

— Ага, я помню, — выхватив из ее рук анкету, я поставил свою подпись.

— Теперь ты официальный член клуба сверхъестественного, Кимура Хидео!

— Я так рад, что сейчас просто… описаюсь, — произнес я, усмехнувшись. От моих слов Танабэ покраснела, и забрав бланк, куда-то убежала вместе с ним. Хе-хе, кажется, я знаю, чем еще буду донимать блондинку некоторое время, пока мне это не надоест…

— Слушай, если не секрет, что вы с ней вчера сделали? — спросил Миямото, поправив очки.

— А, ничего особенного, — отмахнулся я, медленно жуя рыбную котлету.

Покончив с обедом, и убрав пустую коробочку в портфель, я отправился в мужской туалет. Сделать свои дела, и заодно проверить, не поселился ли там еще какой-нибудь призрак. И к счастью для призрака, я его там не обнаружил, зато обнаружил двоих парней, судя по всему из класса выше, которые курили сигарету, одну на двоих.

— Э, погодь! — остановил меня один из них, когда я вышел из третьей кабинки, которая кажется, станет моей любимой, и хотел покинуть туалет. — Ты же тот новенький, да? Который еще вчера приперся в школу?

— Может быть, — фыркнул я, собираясь открыть дверь, но тот парень, который и обращался ко мне, вцепился за мое левое плечо, и хотел развернуть меня силой к себе, но я повернулся сам, доставая руки из карманов. Кстати да, я был из тех, кто не мыл руки, после того, как сходит по-маленькому… если быть хулиганом, то быть им уж по полной программе, верняк?

— Ты нормально говори, когда к тебе старшие обращаются!

— Это ты, что-ли, старший? — усмехнулся я.

— Допустим, мы. А че, по нам, типа, не видно?

— Не особо. Судя по тому, что вы курите одну сигарету на двоих, да еще и в сортире, вы оба не стоите моего времени. Обычные лошки вы, как по мне!

— Че вякнул, сучара?! — надулся, словно индюк, второй лошок, подходя ко мне. Драка, скоро будет драка! Отлично, хоть частично сонливость скину с себя!

Но драка оказалась скучнее, чем я рассчитывал. Да и вряд ли можно назвать дракой то, что я нанес им всего по одному удару в живот, и увернулся от кулака второго. Ну, как увернулся… просто отвел голову влево.

— Скажи-ка мне, лошок, а кто тут главный хоть? Что-то мне захотелось поглядеть на него!

— С-Сакамото главный! И тебе, новичок, с ним точно не потягаться. Он прикончит тебя быстро и мучительно.

— Сакамото, значит… что ж, запомним, — толкнув парня, отчего он упал, я вышел из туалета, и вернулся в класс. До конца перемены еще было время, и потому я решил, что стоит немного подремать. Я умел спать где угодно, как угодно, и когда угодно. Видимо, эта способность перешла ко мне из прошлой жизни, когда приходилось дремать в таких местах, что даже вспоминать страшно… например в подвале с крысами, когда мы с еще тремя моими корешами скрывались от полиции, после не особо удачного ограбления.

* * *

Когда кончился последний урок, и я, собрав тетради, вышел из класса, то меня тут же окликнули Танабэ и Мэй.

— Ты готов познакомиться с остальными членами клуба? — спросила Танабэ.

— Странно, что в твоем клубе еще кто-то есть, — фыркнул я, как обычно засунув мизинец в ухо. — Ладно, давай. Только недолго, а то мне еще надо кучу дел сделать. Уроки например…

— Мне опять идти домой одной, получается? — вздохнула Мэй.

— Ничего не поделаешь. Сегодня постараюсь надолго не задерживаться, — обойдя кузину, я пошел вслед за Танабэ, которая привела меня на третий этаж, к самой дальней двери коридора, на которой висела табличка «клуб сверхъестественного». Блин, и угораздило же меня вот так вот встрять! Я конечно, в средней школе состоял в клубе, но там был клуб укрепления тела, где мы устраивали между собой спарринг на кулаках, штангу качали, все дела…

Ладно, одно радовало, что Танабэ у меня в долгу, осталось лишь найти свободное время и сходить в аптеку, купить кое-что и… и думаю, что теперь я знаю, где нам с ней можно будет уединиться, хе-хе! Вот за что я точно люблю свою новую родину, так это за то, что возраст согласия тут начинается с пятнадцати лет.

— А вот и новый член клуба, о котором я говорила! — толкнув дверь, громко произнесла Танабэ, и толкнула меня внутрь, влетев сама и закрыв дверь за нами. Оглядев небольшую комнатушку, где стоял только стол, несколько стульев, книжный шкаф и небольшой старый диванчик, я фыркнул, поняв, что Танабэ преувеличила. В клубной комнате, за столом, разложив на нем тетради и учебники, сидела моя одноклассница, та самая, синеволосая, которая кажется, делала домашку. Она удивленно взглянула на меня, покраснев.

— Да уж, народу у тебя тут хоть отбавляй, — усмехнулся я, пройдя в комнату, и увалившись на диван. Не самый удобный, но и хер с ним. Все равно, сидеть тут целыми днями я не собираюсь. Хотя, этот диванчик можно неплохо использовать, если знать как… — Как она тебя-то умудрилась сюда затащить?

— Она моя подруга! Мы с ней дружим еще с младшей школы! — ответила вместо синеволосой Танабэ. Так, а как зовут синеволосую? Я же слышал ее имя, когда к ней обращались другие ученики… Эмм… О, вспомнил! Кобаяси… Кобаяси Шизука!

— Вот как? Понятно… короче, она решила просто пожалеть тебя, я правильно понимаю?

— Н-нет! — возмутилась Кобаяси, покраснев еще сильнее. — Я… я верю в призраков! И проклятия! И… и… хочу вместе с Юки освобождать бедные души и снимать с людей проклятия!

— А ты хоть одного призрака видела?

— Нет. Но я в них верю… вот Юки говорит, что в мужском туалете видела призрак погибшей девушки и я… я ей верю! Потому что та девушка, Нацуми Изуми, когда-то сидела за той же партой, за которой теперь сидишь ты…

— Так, а вот это уже интересно, — я сел прямо и уставился на Кобаяси, глаза которой испуганно забегали. Даже Танабэ, сидевшая во главе стола, спиной к окну, которое была занавешено черной шторой, видимо для атмосферы, так как по всей комнате были еще расставлены свечи, пускай и не зажженные, бросила на меня удивленный взгляд.

— Что интересно? — спросила блондинка.

— Ну, то, что вчера, когда мы с тобой разошлись, на меня напал грузовик. А как мне рассказала Кобаяси, то прошлого ученика, который сидел за той партой, тоже сбил грузовик…

— Ты не шутишь?

— Я сама серьезность! Я вчера такую пробежку совершил, которой от себя не ожидал. Залез в какой-то проулок, что и спасло меня, а то думаю, что сегодня в новостях уже трубили бы «новый ученик старшей школы Святой Марии был найден с выдавленными кишками. Зрелище жуткое, и потому мы не можем показывать данные кадры»… — я спародировал голос ведущего на пятом канале, у которого был такой нудный голос, что каждый раз слыша его, мне хочется разбить телек. — Эх, не думаю, что говорю такое, но мне нужна ваша помощь, девочки! Я нихера не понимаю в проклятии, а подыхать мне пока не сильно хочется… по крайней мере девственником!

— Ого, так ты еще девственник? Ничего себе новость! — Танабэ подскочила со стула и встав передо мной, уперла руки в бока, нагло улыбаясь. — А я думала, ты уже всех девчонок в прошлой школе перепортил, а ты…

— Да они там все стремные были, — засунув мизинец в ухо пробормотал я. — А вот перейдя сюда… — резко выбросив вперед правую руку, я схватил Танабэ за левую сиську и немного помял ее. О, да! Ясное дело, что девчонка покраснела, а Кобаяси раскрыла рот. Пока Танабэ не опомнилась я схватил ее и за вторую руку, и уже немного помял ее грудь двумя руками. Шикос!

— Ч-что… ты делаешь?! — возмутилась Танабэ, пытаясь вырваться, но как я уже говорил, ни одной девчонке не вырваться из моих цепких, похотливых лап! Поднявшись с дивана, я приблизился к Танабэ, насколько это было возможно, не отпуская ее грудь, отчего девчонка тихонько застонала. — От… отпусти меня, Кимура! Ты не можешь…

— Могу. И хочу! Но… — отпустив Танабэ, которая тут же отпрыгнула, убежав к двери, неловко поправляя блузку, я взглянул на Кобаяси, которая тихонько дрожала, вся красная. — У меня сейчас нет резинок, а я не хочу, чтобы ты случайно залетела! Так что пока отпускаю!

— Извращенец! Подлец! — ворчала Танабэ. — Не буду я тебе помогать снимать проклятие! Хотя я знаю, как это сделать! Ненавижу тебя! Пускай тебя задавит грузовик!

— Ты мне такого желаешь? Что ж ладно… Слушай, Кобаяси, а она тебе не говорила, что вчера описалась, увидев призрака, а потом шла по улице без трусиков? А когда мы с ней попрощались, подул ветер, и я увидел ее задницу…

— Прекрати! Замолчи, придурок! Извращенец! — Танабэ вдруг захныкав, выскочила из комнаты, и судя по громкому топанью, убежала куда-то. Ой, зря она это сделала, ведь я остался наедине с Кобаяси, которая кажется, поняла, что сейчас может случиться.

Синеволосая медленно поднялась со стула, а когда я обернулся к ней, довольно хмыкнув, она пискнула, и убежав в угол комнаты, забилась в него, и закрыла глаза, качая головой из стороны в сторону. Уху! Сама себя загнала в угол! Неплохо, однако! Но, пока я все равно ничего сделать не мог с ней, ибо я не насильник, да и контрацептивов у меня не было, потому я хотел просто… побаловаться!

— Пожалуйста, Кимура! — пищала синеволосая, когда я подошел к ней, и схватив за подбородок, приблизил ее лицо к себе, и прижался к ее губам своими. В какой-то момент, мы с ней лизались уже с языком, а я подумал о том, что девочка-то не такая серая мышка, как я думал изначально! И думается мне, что она была готова отдаться мне прямо сейчас, и мне уже было плевать на все, но…

Открыв глаза, я вдруг увидел перед собой лицо черноволосого парня, который стоял надо мной, прикрыв глаза, и целовал меня в губы. Че, блять?! Какого…?

Оттолкнув парня, я вытер губы рукавом, и сжав кулаки, уже хотел ему врезать, не понимая, что происходит, но тут…

Мы с Кобаяси одновременно заорали, поняв, что во время нашего поцелуя, мы с ней поменялись телами! Ведь парень, что стоял передо мной, был вылитый я!

Глава 5. Что, маньяка подослали?

— Как такое вообще случилось? — изумленно произнесла Танабэ, которая вернулась в комнату спустя несколько минут, уже не визжащая, и довольно-таки бодрая. Когда она вернулась, Кобаяси в моем теле, подбежала к ней, и хныча, стала рассказывать, что произошло в комнате, когда тут остались только мы. И выглядело это, мягко говоря, странно…

Ну а пока она рассказывала, как я, нехороший, зажал ее в углу, и силой поцеловал, причем с языком, я стоял все в том же уголке, и думал о том, как же использовать эту способность Кобаяси. А еще у меня было желание ощупать тело Кобаяси, пока я в нем… блять, как звучит… но я подумал, что это не так клево, как щупать другую девку.

— Подонок ты, Кимура! — произнесла Танабэ, когда Кобаяси закончила свой коротенький рассказ.

— Я в курсе. Но кое-что Кобаяси скрыла — ей это понравилось. Я ведь прав?

— Н-ну, я… — Кобаяси отвернулась, и сука, как же странно было выглядеть себя с покрасневшими щеками. Никогда я еще в этом мире не краснел, а тут… эх, блин!

— Шизука? — вопросительно спросила Танабэ.

— Д-да… м-мне понравилось… ну и что с того, Юки?! Завидуешь? — вдруг выпалила она. — Ты-то еще ни с кем не целовалась!

— А мне оно и не надо! Я… жду того, кто будет по моему вкусу…

— И каким же он должен быть? — усмехнулся я. Странно было слышать голос Кобаяси, что доносился из моих уст, который хоть и был тонким, но из-за моего говора ее голос звучал злобно.

— Ну… сильным, смелым, красивым… который будет любить меня за душу, а не за сиськи…

— Могу тебя огорчить, в наше время ты таких не найдешь. Даже если попадешь в другие миры, — я поднял руки вверх и запрокинув голову громко произнес: — Аве сиськам! Слышь, дай еще пощупать!

— Пошел ты, извращенец! — фыркнула Танабэ, положив руки на грудь, и сделав шаг к двери.

— Может лучше подумаем над тем, как нам снова вернуться в наши тела, а? Я не хочу… не хочу, чтобы у меня был… он, — Кобаяси посмотрела на свою… тьфу, бля… на мою… не, не то. В общем, она посмотрела на промежность, которая была у моего тела. Не, че-то как-то не звучит… — Я же н-не знаю, что делать, если он…

— Боишься стояка? А, не парься на его счет! У меня он почти постоянно в активном положении, особенно когда я вижу такие… дыньки, — я бросил взгляд на грудь Танабэ. — А вот насчет того, чтобы вернуться в наши тела… есть у меня одна идея. И если она не сработает, то придется тебе научиться жить с малышом в штанах, пока не найдем, как вернуться в нас обратно. Стой спокойно!

Подойдя к своему телу, я прижался губами Кобаяси к своим, ощущая себе как-то мерзко. Целовать парня, блин, дожили… плевать, что это я сам, это все равно попахивает для меня пидарасней, ей богу! Но, несмотря на все, мой охуетительный план сработал, и когда я открыл глаза, закрывая их чтобы не видеть свою же рожу, я увидел, что передо мной стоит синеволосая, которая уже руками обвивала мою шею. Ага, ей все-таки понравилось со мной лизаться, судя по довольной моське!

— И как? — нетерпеливо спросила Танабэ.

— Нормуль. Я — это я! Она — это она! — весело произнес я, хватая Кобаяси за грудь. — О, да! Вот так щупать грудь девчонок намного приятнее!

— Извращенец! — в один голос произнесли девчонки, а я довольно захихикал, отпуская нашу Мальвину.

— Ладно, делу время, потехе час. Что насчет проклятья? Поможете снять его?

— Помогу, так уж и быть. Но за это, ты забудешь должок, за мое спасение!

— Эх, знаешь куда надавить… ладно, хер с тобой, можешь не таскать мне яблоки каждую неделю. Но про долг я не забуду, ки-ки-ки!

— Сука ты, Кимура! Скотина, каких еще поискать!

— А про какой долг ты говоришь? — спросила Кобаяси, когда я увалился на диван, вытянув ноги. Хороший денек сегодня, очень хороший!

* * *

Мы просидели еще примерно час в клубной комнате. Сначала Танабэ рассказала про призрака, а потом я рассказал обеим, как свернул шею Нацуми, и как за мной гнался грузовик-убийца. Пока сидели, Кобаяси достала из своего портфеля, на котором висел брелок персонажа какого-то аниме, еще не открытую пачку печенья, и протянула нам по печеньке.

Когда мы, наконец, наболтались, и выйдя из комнаты, покинули школу, мы с Танабэ, попрощавшись с Кобаяси, двинулись по той дороге, что и вчера. А вот синеволосая пошла в другую сторону.

Попрощавшись с Танабэ у круглосуточного магазина, шлепнув ее по заднице, и послушав еще немного, какой я извращенец, я двинулся в сторону жилого комплекса, частенько оглядываясь назад, боясь, что грузовик может сегодня напасть на меня сзади.

Но сегодня, кажется, у грузовика был выходной.

Никому не мешая, стараясь думать об учителе Синохаре, оглядываясь по сторонам, я шел по улице, пока не услышал сверху какой-то странный звук, напоминающий двигатель. Вовремя подняв глаза, я увидел, как на меня сверху падает какая-то черная тень с… бензопилой!

Отпрыгнув в сторону, я увернулся от лезвия бензопилы, и не глядя, кого сегодня подослали за моей несчастной головушкой, я бросился бежать. Но не в сторону жилого комплекса, ведь я не дурак вести непонятную хрень-убийцу к себе домой, чтобы пугать Мэй. Я побежал в ту же сторону, куда бежал вчера, только теперь ища другой выход из ситуации. Ясное дело, что в проулок залезать — последнее дело. Это от грузовика можно там спрятаться, но не от чувака с бензопилой!

— Сука, когда-нибудь я раздобуду себе пушку, и посмотрим, как ты у нас бегаешь! — злобно прошептал я, мчась во весь опор от психопата, который старался не отставать от меня, держась метрах в пяти. Свое стандартное оружие, которое было стандартным для ебнутого на всю голову психопата-маньяка, который падает тебе на голову хуй пойми откуда, он держал над головой, на вытянутых руках. В какой-то момент, обернувшись несколько раз, я сумел разглядеть его.

Черная куртка, черные штаны, черные ботинки и черная широкополая шляпа. Морда была закрыта хоккейной маской, а в прорезях для глаз была темнота. Когда я разглядел его, то первое что пришло мне в голову, так это то, что этот хер наверняка является внебрачным сыном Джейсона Вурхиза и того парня, из фильма «Техасская резня бензопилой»… Кожаное лицо его вроде звали… маску одолжил у папы Джейсона, а бензопилу у папочки Кожаная морда…

В этот раз мой бег длился дольше, чем от грузовика, потому что я никак не мог найти место, куда бы сныкаться от полудурка. И чего, спрашивается, докопались до меня, а? Только из-за того, что я сел на ту парту?

Черт, как же я устал бежать! Мои легкие уже просто горели, а в глазах было темнее, чем на улице, но сдаваться я не собирался. Я еще не вставил свою тычинку в пестики Сасаки, Танабэ, Кобаяси и учителя Синохары, ну и может еще кого, а для меня это была лучшая мотивация жить и бежать, несмотря на то, что я уже начал запинаться. Ну и о кузине же должен кто-то заботиться, и не давать в обиду, верно?

— Эй, пидор, у тебя шнурки развязались! — обернувшись на бегу, прокричал я, выпустив тем самым остатки воздуха из легких. Но к моей большой удаче, счастью и всему остальному, маньяк оказался дебилом, и остановившись от моих слов, посмотрел себе на ноги. Это мой шанс!

Из последних сил я развернулся, и рванул к нему с такой скоростью, которой от себя тем более не ожидал, и в секунду сократив расстояние между нами, со всей силы, на какую был способен, врезал ушлепку кулаком по морде.

От моего удара, этот хрен отлетел назад, выронив бензопилу и свалился на тротуар. Ну и тут пришла моя очередь выносить злость!

Подобрав бензопилу, которая была немного тяжелая для моего нынешнего тела, я сделал несколько шагов к маньяку, который стал медленно отползать от меня, выставив вперед левую руку, надеясь, что она его защитит.

— Готовься, сладкий, сейчас будет бо-бо! — выдавив настолько зловещую улыбку, на какую был способен, я дернул за спусковой механизм, и врубив пилу, вонзил ее лезвие в пузо маньяку. Крик поднялся такой, что его наверняка можно было услышать из космоса, и я, кажется, даже на несколько секунд оглох, но мне было насрать. Кромсая ублюдка, я получал такой кайф, что мне и самому было страшно. Отрезал ему ноги, потом руки… черт, а я страшный человек!

Выпустив наконец всю ту злость, что накопилась во мне за два дня, я вытер рукавом рубашки лицо, и облизнув губы, медленно побрел домой. А расчлененный труп маньяка, между тем, стал медленно растворяться, превращаясь в какую-то мерзкую пузырящуюся массу.

* * *

Придя, наконец, в нашу с Мэй квартирку, и бросив портфель и бензопилу у порога, я, весь покрытый черной жижей, которая была кровью того маньяка, и которая летела во все стороны, пока я его кромсал, я прошел мимо комнаты, не обращая на удивленный взгляд Мэй внимания, и зайдя в ванную, набрал в ванну теплой воды, скинул с себя грязное шмотье и погрузился в воду. Каеф! Мои легкие по-прежнему горели от той пробежки, что я совершил, причем уже второй день подряд. Ненавижу бегать!

— Братик, ты в порядке? — в дверь постучала Мэй.

— В полном.

— А откуда ты бензопилу взял? Она какая-то странная, черная вся… и лезвие у нее покрыто какой-то гадостью… Ой, фу!

— Мэй, просто… просто не спрашивай! Считай, что бензопила подарок, блин…

— А от кого?!

— Подарок судьбы! А теперь иди и играй дальше в свои игры, и ни о чем лучше не спрашивай! Дай мне немного отдохнуть, а потом я тебе чего-нибудь вкусного забабахаю!

Арка 2. Проклятие предпоследней парты

Глава 6. Дело было в раздевалке…

Главное — не спать! Не спать, ведь если я снова усну на уроке, я испорчу отношение учителя Синохары к себе, а мне еще предстоит соблазнять ее, когда кончится вся эта тягомуть с проклятием. Если эта тягомуть вообще кончится… ладно хер с ним, нужно думать о чем-то плохом, чтобы не уснуть! А о чем? Да и к тому же, как вообще можно думать о плохом, если третьим уроком у нас будет физ-ра, и я никак не мог не думать о том, что пришло мне в голову. Ки-ки-ки!

С трудом отсидев первые два урока, и дождавшись звонка, я подскочил из-за парты, и подошел к Кобаяси. Она испуганно поглядела на меня, захлопав ресницами.

— Пошли за мной! — приказным тоном сказал я, хватая ее за руку, и выводя из класса. Дойдя с ней до лестницы, и прижав к стене, поглядев, есть ли кто-нибудь рядом, я поцеловал ее, прикрыв глаза, которые закрывались сами собой, а когда открыл, то увидел перед собой свою же наглую рожу. Да, в этот раз малышка даже не сопротивлялась, когда я целовал ее.

— Ч-что ты задумал? — спросила она, пока я поправлял блузку на ее теле, которая немного помялась, ведь она во время поцелую прижалась ко мне.

— Кое-что, гы! Подумай, какой у нас сейчас урок?

— Ф-физкультура… И-ик! К-Кимура, ты не можешь… получается, я должна…

— Именно, детка! Я пойду в твоем теле в женскую раздевалку, а ты в моем теле в мужскую, — я злобно усмехнулся. — Ладно, нет у меня времени с тобой болтать, ибо меня ждет Рай! Смотри, не напортачь, а то накажу!

Не слушая, что говорит мне мое тело, в котором сидит Кобаяси, я вернулся в наш класс, стараясь подражать ее походке, и подойдя к ее парте, взял пакет со спортивной формой, и двинулся вслед за одноклассницами. Я заметил, что позади меня плетется Ивасаки Асука, та девчонка, которая сидит на одном ряду с Кобаяси, но за второй партой. Та, которая еще мне угрожала, проведя пальцем по горлу… ух, сучка, теперь я тебя всю рассмотрю… блин, плохо что мне не сделать фотки, ибо это будет палевно, да и мобильник я оставил в своем портфеле.

— Чего от тебя нужно было этому новичку-извращенцу? — спросила Ивасаки, сравнявшись со мной. И вдруг она как-то нежно положила руку мне на левое плечо. Ась?

— М-мы с ним в одном клубе состоим, так что он… кое-что рассказал мне про призраков, — произнес я, надеясь, что прокатит. А не прокатит, то и хер с ним. — О-он тоже ими увлекается…

— Не верю! — фыркнула Ивасаки. — Наверняка подкатывает к тебе шары, чтобы потом, оставшись наедине в клубной комнате, изнасиловать тебя… не позволю, Шизука, милая, ты принадлежишь ли мне!

Она вдруг шлепнула меня по заднице, а я, стараясь отыгрывать Кобаяси, испуганно пискнул. Вашу ж Машу! Здрасьте, пожалуйста! У нас тут еще и лесби! Ну ладно, плевать, пусть что хочет, то и делает с Кобаяси, это не мое дело, хотя… Оу, май! А я же в теле Кобаяси, и значит… блять, ну что я за извращуга такой, а? И… как же мне нравиться то, что я придумал!

Когда мы дошли до раздевалки, куда успели прийти большая часть моих одноклассниц, я едва удержался от того, чтобы не закричать от восторга. Я точно в Раю! Как же много девчонок в одних трусиках и лифчиках, иии!

Быстро переодевшись в спортивную форму, я встал у двери, и оттуда стал наблюдать за одноклассницами, среди которых, ясное дело, была лесби Ивасаки. Что можно сказать про нее? Короткая прическа, волосы выкрашены в белый цвет, на моську ничего такая, как и все девки в школе, грудь третьего размера. Ки-ки-ки! А я уже придумал, как воспользоваться телом Кобаяси, но это уже потом, после урока…

* * *

Вот честно, хоть я и не был атлетом, даже в своем теле, но гонять по стадиону круги, в теле Кобаяси было той еще мукой. Помимо того, что я выдыхался уже через десяток метров, словно герой видеоигр-хорроров, так еще и бегать приходилось… по женскому. Блин, ну нахер, больше я не буду в теле Кобаяси заниматься физ-рой! А если захочу опять в женскую раздевалку, буду целовать ее прямо во время урока.

А еще эта чертова Мальвина подставила меня, во время пробежки свалившись пару раз на землю, чего я себе точно никогда не позволял, отчего все парни, даже Миямото, который точно уж не был спортсменом, заржали! Ну ничего, я знаю чем отплатить за это! Берегись, Кобаяси!

Когда урок кончился, и я с девчонками вернулся в раздевалку, настало время принимать душ. О-ля-ля! Быстренько скинув с себя спортивную форму, трусы и лифчик, который, сука, мне уже надоел за это время, я пошел в душевую, и там встав в уголке, стал наблюдать за моющимися девчонками. Я точно был в Раю!

Но видимо, я получил чересчур сильное удовольствие, глядя на все это, потому что, забывшись, я протянул руку к своей промежности, чем вызвал странные взгляды со стороны девчонок, особенно Ивасаки, которая подошла ко мне, все мокрая, и нависла надо мной, с какой-то хитроватой похотливой улыбкой.

— И-Ивасаки? — пропищал я, съежившись в уголке душевой. Все остальные одноклассницы уже ушли одеваться, и мы с лесби остались тут одни. И если честно, взгляд у нее был такой говорящий и похотливый, что я мог с уверенностью сказать, мне еще далеко до ее уровня.

— Шизука… я… — тяжело дыша, произнесла Ивасаки, левой рукой опираясь о стену, а правой водя по моим грудям. Когда ее пальцы схватились за правый сосок, и сдавили его, я не удержался и простонал. Сука, ну все, Ивасаки, советую держаться лучше!

— Давай займемся этим прямо сейчас! У нас еще есть немного времени… — прошептал я, уже в свою очередь хватая Ивасаки левой рукой за сиську, а правой ныряя в промежность…

Ух, не думал я, не гадал, что у меня будет лесбийский секс в школьной раздевалке да еще и в душевой, но отказываться от такого я точно не буду, что я дурак что-ли? К тому же, я должен был выпустить пар и снять напряжение, что накопилось в моей душонке за последние два дня…

* * *

В класс мы вернулись вместе с Ивасаки, оба с довольными рожами, ясное дело. Ки-ки-ки! К сожалению, поменяться телами обратно с Кобаяси мы не смогли, так как мы с лесбияночкой немного опоздали, потому мне и урок пришлось отсидеть в таком виде. Мне-то пофиг, ибо я недавно словил кайф! А вот сама Кобаяси выглядела как-то подавленно… она почти весь урок просидела в моем теле, глядя в парту широко раскрытыми глазами. Да уж, рожа моего тела выглядела очень странно, могу сказать, я бы даже сказал жутко. Неужто я и впрямь такой жуткий? Да уж, теперь понятно, почему Мэй в детстве, да и сейчас, бывает пугается, когда я улыбаюсь…

К несчастью Кобаяси, нам пришлось отсидеть на уроках в наших телах до большой перемены. И она и я, подхватив наши коробочки с едой, вышли из класса, и быстро поднявшись на третий этаж, вошли в клубную комнату, где уже сидела Танабэ, обедая.

— Эмм… Кимура, а чего ты такой… вялый? — удивленно спросила она.

— Я… я… — не успела Кобаяси подобрать слова, чтобы ответить, как я поцеловал ее, и вернулся в свое тело. Размяв плечи, я злобно улыбнулся, и уселся за стол, открыв свою коробочку с бен-то.

— Слушай, я не понимаю, что происходит? — спросила меня Танабэ, когда Кобаяси уселась на диван, и закрыла лицо руками. — То ты какой-то вялый, то теперь она выглядит так, словно сейчас разревется…

— Ю-Юки, я… я сегодня была в мужской раздевалке… принимала вместе с парнями душ… — всхлипнув, произнесла Кобаяси, не отрывая рук от лица. — Я видела их голыми… а у многих даже разглядела… его…

— Не поняла…

— Да че тут непонятного? — фыркнул я, проглотив рис. — Перед физ-рой мы с ней телами поменялись. До этой перемены я был ей, а она — мной. Вот и все!

— Ты… Кимура, ты просто мерзавец! — возмутилась Танабэ, и выйдя из-за стола села рядом с Кобаяси, приобняв ее за плечи, и начав поглаживать по волосам. — Просто придурок! Извращенец!

— О, ты еще не знаешь, что произошло в душевой, после урока… мы вдвоем, я и Ивасаки, под струями воды… Кобаяси, можешь не благодарить, но твои отношения с Ивасаки сегодня перешли на новый уровень!

Убрав руки от лица, синеволосая подняла на меня взгляд, всхлипнула и… вдруг разревелась. Скинув со своих плеч руки Танабэ, она подскочила с дивана, и подбежала к дверях, видимо чтобы убежать подальше от меня, но тут дверь распахнулась, и в клуб вошла сама Ивасаки.

— Это ты обидел мою девушку, тварь?! — злобно спросила она, и приобняв Кобаяси, которая уже ревела у нее на плече, вдруг аккуратно оттолкнула ее в сторону, и набросилась на меня. Да так быстро, что я едва успел нырнуть под стол, прямо со стула! — Ах ты сука!

— Давай, Ивасаки, наподдавай ему! — поддерживая взбесившуюся засранку, крикнула Танабэ, отбежав к двери, и встав рядом с Кобаяси.

Вылезая из-под стола, с другой стороны, я увернулся от пинка Ивасаки, которая перепрыгнула через стол, заодно надеясь ударить меня в лицо ногой. Нифига! Уклоняясь от ее быстрых, резких ударов, я даже засунул руки в карманы, показывая, что какой бы быстрой она не была, я был сильнее. Когда мне это надоело, я просто отошел назад и чуть в сторону, и подставил ей подножку, одновременно с этим толкая ее боком на диван, на который она и свалились. Ну а тут уже я подоспел, схватив ее за руки, и зажав ее ноги между своими коленями. Причем ее правая ножка задевала моего малыша, который тут же пришел в движение. Терпи малыш, терпи!

— Детка, успокойся, я ей ничего не сделал, — спокойно произнес я. — Наоборот, ты должна быть мне благодарно, ведь лишь из-за меня ты смогла усладить свою похоть в душевой!

— Ч-что? Что ты несешь, придурок?

— А то, что в тот момент, когда ты играла пальчиками и язычком, в теле Кобаяси был я. Она, видишь ли, может меняться телами с тем, кого целует.

— О-он прав, — всхлипнула Кобаяси, вытерев слезы и поглядев на нас. Я по-прежнему держал Ивасаки в той же позе, не позволяя ей даже дергаться. — Не знаю, что вы там делали, но с конца второго урока, я была в теле Кимуры…

— Но признай, Ивасаки, я ведь был хорош, а? — хитро спросил я, отпуская Ивасаки, которая, по всей видимости успокоилась, и сев на диване, поправив юбку, поглядела сначала на меня, потом на Кобаяси. Вздохнув, Ивасаки встала, и подойдя к синеволосой, слилась с ней в страстном поцелуе. Да-да, именно страстном, потому что наша лесбиянка прижала Кобаяси к себе и стала даже водить руками по ее спине, волосам и заднице. Мы с Танабэ переглянулись, а блондиночка, видимо прочитав то, что читалось на моем лице, покраснела. Не, ну а че мы как два дурака стоим, пока те две лижутся? Непорядок…

— И как? — спросил я, когда Ивасаки отлипла от Кобаяси.

— Ничего. Так и знала, что ты врешь. Ну теперь держись, паскуда…

— Хэй, погодь! Если нападешь на меня, я ведь в долгу не останусь. Думаешь, я не смогу ударить девушку? — я злобно ухмыльнулся, сжав правую руку в кулак. — Прежде чем совершишь неразумный для себя поступок, давай точно в этом убедимся. Может только я могу меняться с ней телом, ну или только парни?

— Ладно, тогда целуй! — Ивасаки пальцем показала на Кобаяси. Кивнув, я подошел к девчонке, которая уже даже не пыталась сопротивляться, и присосавшись к ней, почувствовал, как у меня сами собой закрылись глаза, а открыв их, я обнаружил себя в ее теле.

— Ну вот, пожалуйста! — вздохнул я, разведя руки в сторону. Словно доказывая девчонке, что теперь я в теле Кобаяси, я засунул мизинец в левое ухо. — Если не веришь, то спроси у Кобаяси, что теперь она — это я!

— Так и есть, Ивасаки… — моим грубым голосом произнесла Кобаяси.

— Ничего себе! — Ивасаки подошла ко мне. — Тогда, теперь мне многое становится ясным…

— Что именно? — спросила Танабэ, подходя к моему телу, и как-то нехорошо поглядывая на него.

— А то, что в прошлом году, я уже предлагала Шизуке встречаться, но она отказала мне, сказав, что ей нравятся парни. А я, как ты знаешь, не такая, чтобы бросать что-то, попробовав лишь раз! То-то я удивлялась, почему в душевой ты была… точнее, был… не против, — Ивасаки провела рукой по волосам тела Кобаяси. — Слушай, Кимура… если честно, то мне абсолютно плевать, кто сидит в этом миленьком теле, так что, если хочешь…

Голос Ивасаки звучал так развратно, что я уже хотел наброситься на нее, но тут прозвенел звонок. Мы с Ивасаки недовольно вздохнули, и после того, как мы с синеволосой поменялись телами обратно, так и не пообедав нормально, все вместе вышли из клубной комнаты, и разошлись по классам.

Хех, нужно было видеть лицо Миямото, когда я зашел в класс вместе с довольной Ивасаки, и немного вялой Кобаяси. Кажется, я даже знаю, о чем он подумал…

Глава 7. И кто теперь жертва?

Вот и кончились уроки третьего дня моего учения в старшей школе Святой Марии. Побросав тетради в портфель, я не дожидаясь Кобаяси, нашел Мэй, и сказав, что опять приду поздно, двинулся в клубную комнату. Как я и ожидал, Танабэ уже была там, и стояла у книжной полки, держа в руках объемную книгу в черной обложке, на которой было изображено жуткое лицо. И почему мне кажется, что если это окажется Некрономикон, я этому не удивлюсь?

— Что, знакомые слова нашла? — спросил я, бросив портфель на стул, и улегся на диван.

— Ну ты же хочешь, чтобы я помогла тебе снять проклятие? — фыркнула Танабэ. — Эта книга принадлежала еще моей прабабушке, и передавалась из поколения в поколение. В ней описано столько различных проклятий, как их наложить, как снимать, всякое такое… рецепты каких-то зелий, заклинания, и еще столько всего интересного!

— Что же за прабабушка у тебя была такая? Ведьма?

— Ну, так говорят. Но мне кажется, она была кем-то более… сильной, чем простой ведьмой. В свое время она заработала столько денег, что мы, ее потомки по-прежнему не бедствуем. Половина офисных зданий в городе принадлежит моей семье, живем в огромном особняке… у нас даже есть свой островок!

— Богатенькая значит? — усмехнулся я. — Если так, то может все-таки устроишь мне килограмм яблок раз в неделю? Очень уж люблю свежевыжатый яблочный сок, а в последние дни как-то не было времени в магазин сходить. А деньги в школу я не таскаю…

— Даже не надейся!

— Угу, зато на кое-что другое могу надеяться! Как насчет выходных? Можешь даже сама выбрать место, где хочешь лишиться девственности! Первый раз должен быть незабываемым, верно, Танабэ?

— Вот честно, я бы не стала помогать такому подонку, как ты, Кимура, но у меня слишком доброе сердце, чтобы просто бросить тебя в беде, — сквозь зубы прошипела Танабэ, подойдя к своему портфелю, лежащему на столе, и засунув в него книгу. — Продержись еще денек. Я посижу ночью, покопаюсь в книге… возможно даже не высплюсь из-за тебя… но найду, как можно снять проклятие.

— Уж постараюсь. Но теперь у меня по крайней мере, есть чем защититься.

— И чем же?

— А ну да, я же тебе еще не рассказал, но на меня вчера напал маньяк с бензопилой…

Пока я рассказывал блондинке, что произошло вчера вечером, в клуб зашла Кобаяси, и как-то устало опустилась на стул, положив голову на стол. Причем она как-то странно ерзала, словно ей было неудобно, а может неприятно, сидеть на стуле, который был довольно мягонький, ведь у этой школы, в отличие от моей прошлой, был хороший бюджет.

— Шизука, что случилось? — спросила Танабэ.

— Это все Ивасаки… о-она задержала меня в классе, повалила на парту, а потом… — Кобаяси обреченно вздохнула, и вдруг развернулась ко мне. — Это все ты виноват!

— В чем я виноват? Девчонка просто хотела тебя, а я и помог ей. Нужно ведь помогать ближним, не так ли?

— Вот сам теперь и исправляй то, что испортил!

— И каким же образом? Я, конечно, могу взять бензопилу и покончить с ней, но… — говорил я это таким спокойным тоном, что обе девчонки испуганно посмотрели на меня, съежившись. Да, помню, в прошлой жизни, был случай, когда я решил ограбить супермаркет с бензопилой… тогда все плохо прошло, ведь когда я туда забежал, с надетыми на голову коричневыми колготками, с прорезями для глаз, одна из продавщиц так заорала, что меня аж оглушило, потому я поспешил покинуть опасную зону. В тот супермаркет, я больше вообще не совался… А еще был случай, когда я одного мужика распилил пополам, все той же бензопилой. Он был киллером, которого одна из вражеских группировок наняла, чтобы прикончить меня. Тогда я был злой, а под рукой не было ничего, да и я был ранен в ногу…

— Т-ты так шутишь? — испуганно спросила Кобаяси. — Я… я не хочу, чтобы ты убивал ее!

— Да и я не хочу! А как тогда мне отвадить ее от тебя?

— Ну, может… будем говорить, что мы встречаемся? — кажется, она выпалила это не подумав, так как прикрыла рот рукой.

— Мне похер, хочешь говори так. Но встречаться с тобой по-настоящему я не собираюсь. Нахер мне все эти ваши вздохи, охи, и прочая херня, вроде романтических ужинов и гуляний по парку, — я засунул мизинец в ухо и зевнул. — Захочешь потрахаться, подходи, а так…

— Значит, ты не против, если я скажу Ивасаки, что встречаюсь с тобой?

— Не-а. Но не жди от меня чего-то хорошо, как я уже сказал… и вообще, думаю, что если ты так будешь говорить, то я могу поддерживать твою легенду, но с тебя килограмм свежих яблок каждую неделю. По рукам?

— Л-ладно…

— А чего ты докопался до этих яблок, а, извращуга? — спросила Танабэ.

— Я же говорил, что люблю свежевыжатый яблочный сок, вот и все, — пожал я плечами. Поднявшись с дивана, я взял портфель, и подошел к двери. — Ладно, до завтра. Хочу сегодня пораньше вернуться, может хоть посплю подольше…

Выйдя из клубной комнаты, я спустился на первый этаж, сменил обувь, и покинув здание… увидел, что у школьных ворот стоят пятеро. Ну как стоят… двое сидят на кортах, причем один из них держит в руках биту. И все пялились на меня. Выглядели они, как и я, по хулиганским, для империи, меркам: у всех в ушах серьги, у одного даже в обоих ушах, штаны подвернуты, на мордах злобные улыбки. У одного даже прическа была выполнена в стиле ирокез, и именно он и держал в руках биту.

— Это ты Кимура? — спросил один из них, тот, что стоял в центре.

— С утра вроде был им, — ответил я, поставив портфель на землю, и вытащив руки из карманов. Хрустнув пальцами, я подготовился к хорошей драке. Пятеро на одного, и один из них вооружен. Что ж… давно я так не упражнялся!

— Сакамото передает тебе привет, Кимура. Говорит, ты должен ответить за тех двух, которых избил вчера в туалете.

— Избил? А не преувеличиваешь? Я им всего по одному удару нанес, причем в живот, где же тут избиение? — хмыкнул я, сделав несколько шагов им навстречу, не отрывая взгляда от того, что сидел на кортах с битой. Он был моей первой целью, ведь я первым делом собирался у него отобрать ее. — Кто же виноват, что они такие задохлики, что на них дунешь, они уже на куски разваливаются? Лошки они, вот что я скажу, и судя по тому, что вижу, то же самое я могу сказать и о вас!

— Дерзкий говнюк! Допустим, с двумя ты справился, а что насчет нас пятерых? Давайте, парни, мочите его!

Все пятеро одновременно набросились на меня, но я, прежде чем бить хоть кого-то из них, уклонился от удара одного, уйдя чуть влево, потом немного пригнулся, прошел под рукой второго, и очутился перед третьим, которой замахнулся на меня битой. Резкий удар в солнечное сплетение и обладатель ирокеза согнулся пополам, а я уклонившись от удара одного четверых, коленом пнул в лицо хозяина биты, и выхватив ее у него из рук, прямо в падении, со всей силы ткнул ее концом одного из лошков в колено. Когда он согнулся, я налетел на следующего, в этот раз ударив битой ему в живот, и отпрыгнув в сторону, пропустил мимо себя другого, в тот же момент ударяя его левым кулаком в живот, а потом еще и сделав подсечку, отчего он свалился мордой об землю.

И вот на ногах остался последний, который медленно попятился в сторону ворот.

— Куда собрался? — я наставил на него битву, злобно улыбнувшись. — Ты это… карманы-то выверни, ага!

— Л-ладно! Ладно, хер с тобой! — парень, судя по его росту, он мог быть из класса выше меня, достал из карманов несколько купюр и вытянул руку протягивая мне деньги. Резко бросившись вперед, я схватил его за руку, выдернул из его рук деньги, и силой развернув, пнул его в сторону школьных ворот, куда он, запнувшись, и едва не упав, бросился бежать вон.

Усмехнувшись, глядя как он драпает, я стал обшаривать карманы остальных, лежащих на земле, и что-то тихо стонущих. Похоже я не рассчитал силы, и приложил их слишком сильно. Да и ладно, так свою добычу легче собирать, а денежки никогда лишними не бывают. Ки-ки-ки!

— Что это ты делаешь? И… что тут вообще произошло? — спросила Танабэ, которая вместе с Кобаяси вышли из школы, и подошли ко мне. Все четверо нападавших уже сидели на коленях, ожидая, пока я разрешу им идти. Все их карманы были мной тщательно осмотрены, а деньги изъяты, так сказать, за моральный урон, и потраченное время. Ки-ки-ки!

— Да вот, напали, побить хотели! — ответил я девчонкам. Повернувшись к лошкам, я выдавил такую жуткую улыбку на какую только был способен, и приглушенным голосом рявкнул: — Брысь отсюда!

— А это точно они на тебя напали, а не наоборот? — нахмурившись спросила Танабэ, когда мы втроем смотрели, как те четверо убегают прочь.

— Они, они! Ну а я по-хорошему объяснил им, в чем разница между мной и ими. Ну а за объяснение взял с них плату, не самую большую, но на пару резинок точно хватит, — я подмигнул девчонкам, и подхватив свой портфель, вертя в руках биту, неспешно пошел к воротам. — А еще даже хватит чтобы снять комнатку в Лав-отеле, на пару часиков. Смекаешь? Ты, я… и Кобаяси!

— Извращенец! — выпалили обе девчонки. Но несмотря на это, попрощавшись с синеволосой, Танабэ пошла вместе со мной, и даже не пыталась обогнать меня.

Как обычно, когда мы дошли до круглосуточного магазина, мы попрощались, а я, как и в прошлый раз, шлепнул ее по заднице, подумав о том, почему она ходит пешком, если родом из богатой семьи. Надо будет уточнить это завтра, а пока…

— Ну че, кто сегодня пришел по мою душу? — громко спросил я, идя по улице, глядя по сторонам. В этот раз, я с самого начала вооружен, и единственным, кто сейчас мог бы представлять для меня опасность, был ебучий грузовик.

Но по мою душу пришел не он.

Когда я проходил мимо одного из переулков, из его темноты, под свет фонаря, вышла девка в длинном черном платье, хромая на правую ногу, и волоча за собой по земле огромную, сука, секиру. Лицо нового моего, как бы, убийцы, скрывали волосы, что спадали почти до самой земли. Двигалась она так медленно, что я решил плюнуть на нее, и пошел себе дальше.

— Братик! Ты опять задержался надолго! — возмутилась Мэй, выйдя в коридор в своей пижаме, и держа в руках мой бумажник, когда я зашел в нашу с ней квартирку. — Вот, иди и покупай мне колу и чипсы! Да побольше, чтобы на несколько дней хватило!

— Да тебе что не купишь, и на день не хватит, — буркнул я, бросив портфель и биту на пол, и уже выйдя на улицу, увидел, что говноманьячка уже дошла до жилого комплекса. Фыркнув, я вошел обратно в квартиру, и схватив бензопилу, чем удивил Мэй, которая выглянула из комнаты, улыбнулся ей.

Спустившись по лестнице, я поглядел на маньячку, которая, видимо испугавшись моего оружия, замерла, лишь немного покачиваясь из стороны в сторону, и злобно усмехнувшись, завел бензопилу. Маньячка сделала несколько шагов назад.

— Ссышь, сучка? И правильно делаешь! А теперь будь добра, покажи-ка мне личико, хочу узнать, есть ли у тебя ротик!

Призрачная маньячка, испуганно трясясь всем телом, откинула волосы, и я увидел, что за ними скрывается довольно-таки симпатичное личико. Подойдя к маньячке, я силой опустил ее на колени, и оттолкнув секиру, которую она уронила чуть ранее, я расстегнул ширинку на брюках и достал свой прибор.

— Начинай! И если мне не понравится, медленно разрежу тебя на маленькие, сука, кусочки! А то вы меня уже настолько заебали, что сил с вами сюсюкаться уже нет! Выдумали они, блять, какое-то проклятие! Посмеяться надо мной решили?! Ничего, я еще всем покажу, кто будет смеяться последним!

Когда маньячка закончила работать ротиком, я застегнул ширинку, и приказал этой твари валить куда подальше. Когда она уползла на коленях за угол того дома, где я жил, я подобрал секиру, и унеся ее в квартиру, бросил у порога, как и бензопилу, подумав о том, что мой инвентарь постепенно пополняется, а потом уже спокойно, насвистывая веселую мелодию, отправился в магазин.

Глава 8. Долой проклятие!

Как же, сука, хотелось спать! Опять я полночи просидел над гребаными уроками, и как бы мне не хотелось плюнуть на них, вылетать из школы в ближайшее время я не планировал. И как только Мэй удается учиться на отлично, при этом нихера не делая, целыми днями сидя перед телеком, глядя аниме или играя в чертовы видеоигры? И когда она успевает долбанную домашку делать, а? Вот же вредина, блин! Нет, чтобы помочь братику, хотя бы в плане готовки… ладно, я справлюсь! Недолго мне осталось домашкой заниматься и не высыпаться из-за нее, ведь я собирался пройтись по классам, и найти какого-нибудь ботана, и запрячь его в это дело. Можно было, конечно, заставить Миямото этим заняться, но на него у меня другие планы… на будущее, так сказать, да и он еще не самый умный, как я мог убедиться за те дни, которые провел в школе.

— Эмм… Хидео… — произнесла вдруг синеволосая, когда наступила большая перемена. Мне так сильно хотелось спать, что я снова не приготовил себе обед, ограничившись купленным в магазине соком и сэндвичем, который все же, пришлось делать самому.

— Чего тебе? И какого черта ты меня по имени зовешь? Вроде мы с тобой еще не друзья, да и дружить с девками я не собираюсь… — повернув голову в ее сторону, лежа на парте, я посмотрел на Кобаяси, которая опять была с красными щеками. В руках она держала пакет, с которым приперлась в школу. — И вообще, кроме Мэй, я позволю обращаться ко мне по имени только тем, с кем пересплю… а с тобой мы вроде еще не спали…

— Н-но… ты же вчера говорил, что поддержишь легенду о том, что мы с тобой встречаемся…

— А, ну да, что-то такое было…

— Вот, я… я тебе яблоки принесла, как ты и просил…

Кобаяси протянула мне пакет, который я тут же вырвал из ее рук, и заглянул внутрь. Яблочки! Поставив пакет с ними под парту, я встал со стула, и подойдя к Кобаяси, прижался к ее губам. А, плевать, что поменяюсь телами! Поддерживать легенду же надо, верно? А вроде как, влюбленные должны лизаться… Я вообще, если честно, лишь один раз в прошлой жизни, будучи Михаилом, влюбился, обычно предпочитая случайные и быстрые связи, ведь в моей жизни не было покоя, из-за бандитской жизни. Но… как бы ни печально это не было, моя любовь кончилась быстро… А ведь тогда я даже хотел завязать с ограблениями, убийствами и даже осесть где-нибудь с тем баблом, которое успел накопить, и которого хватило бы на хороший загородный дом, шикарную тачку, и на открытие своего бизнеса, чтобы начать легально зарабатывать… но все закончилось плохо. Потому я решил больше никогда в жизни не связывать себя отношениями, вот так!

— Хидео, мы же в классе! — произнесла Коба… эмм… Шизука, когда я еще раз поцеловал ее, чтобы вернуться обратно в свое тело. И да, это происходило на глазах Ивасаки и еще других учеников, и даже учителя, не помню его имени. Учитель Синохара же, сейчас должна быть в учительской… О-па! Интересно, а вечерами учительская свободна? И остается ли там Синохара? Нужно будет узнать, а то мне уже не терпится, ки-ки-ки! Да и первый раз в этом мире я хочу трахнуться с опытной женщиной, а не с этими, вечно краснеющими, дурами…

— И че? — не понял я ее смущения.

— Это же не очень… прилично…

— Вот именно, Кимура! — вдруг оказалась рядом со мной Ивасаки, и схватила меня за грудки. — К тому же, я же тебе сказала, чтобы ты не лез к моей девушке!

— А она теперь моя! — я злобно усмехнулся и облизнулся. Яблочки нужно отрабатывать, ага! — Так что не вздумай лезть больше к ней, усекла? А то у меня уже есть идеи, что с тобой сделать, если ослушаешься!

— Ну и что ты мне сделаешь? — фыркнула она, не отпуская мою рубашку.

— Выложу в сеть фотки твоей промежности, — хмыкнул я ей в ухо, вытащив руку у нее из-под юбки, и показывая мобильник, которым я, пока она держала меня за грудки, успел несколько раз сфоткать ее промежность. Увидев фотку своих трусиков, которые были, кстати, черные, она покраснела, и тут же отпустила меня.

— Т-ты не посмеешь! — прошипела она.

— Проверим? — я положил палец на кнопку «принять», которую только и осталось нажать, чтобы отправить фото ее киски в трусиках на мою страничку в соцсети. У меня там было много парней в друзьях, которые будут не прочь подрочить на эти фотки. Ки-ки-ки! А они, в свою очередь, отправят своим друзьям, а те своим друзьям, ну и так далее…

— Удали их… прошу тебя… — умоляюще прошептала Ивасаки.

— Не-а! Это будет защита, на случай, если пристанешь к Кобаяси, — я убрал телефон в правый карман штанов, мысленно радуясь, что решил все же держать мобильник в кармане, а не в портфеле. На случай, если вдруг Мэй будет звонить. Волновался я за нее, сестренку, особенно когда отправлял одну домой… — Че встала? Свободна!

— К-Кимура…

— Думаешь, что я мудак, да? О, нет, дорогая моя! Я намного хуже, ки-ки-ки! — так как мы стояли очень близко друг к другу, шепчась, я просунул левую руку ей под юбку, и провел указательным и средним пальцем по ее киске. Ивасаки пискнула и съежилась. Весь класс сейчас наблюдал за нами, но они не могли понять, что я делаю пальцами под юбкой Ивасаки. — Ну так что? Отвалишь от нее?

— Д-да…

Вытащив руку у нее из-под юбки, я засунул руку в карман, двинулся вон из класса. Время еще было, и потому я хотел немного прогуляться до комнаты клуба. Но первым делом я зашел в мужской туалет, где вымыл руки. А пока я их мыл, я думал, что бы такого заставить делать лесбиянку, за то, чтобы я удалил эти фотки. Ки-ки-ки!

* * *

— Ты уверена, что это говно сработает? — спросил я, глядя на Танабэ, которая зажигала свечки, стоявшие по всей комнате. На полу комнаты была разложена простынь, на которой был красной краской изображен круг с какими-то символами. И в центре этого круга сидел я, положив руки на колени. И помимо прочего на углах простыни стояли мисочки, с каким-то зельем, сделанным явно из дерьма, ведь воняло оно так, что меня едва не рвало. Вот Шизука, только зашедшая в комнату, зажала нос, и тут же выбежала, так и не вернувшись. А Танабэ, сучка такая, зажала себе нос прищепкой, а когда я спросил, какого черта я должен дышать этой мерзостью, она ответила, что именно запах и является основной частью ритуала.

— Не могу сказать наверняка, но в книге прабабушки написано, что этот ритуал помогает избавляться от проклятий. Причем от любых! — хмыкнула Танабэ. Зажгя зажигалкой последнюю свечку, она взяла со стола свою книгу, который был отодвинут мной к окну, и подойдя ко мне, открыла ее.

— Учти Танабэ, если это не сработает, я найду способ чтобы проклясть тебя на то, чтобы ты вечно ощущала этот приятный запашок! — злобно прошипел я. Злобно поглядев на меня, Танабэ, начала громко зачитывать какие-то непонятные слова, и если честно… в комнате начала происходить какая-то херня.

Я сидел почти не двигаясь, глубоко вдыхая блевотный запах зелий, едва сдерживаясь чтобы не сблевануть, и мог лишь водить глазами, но мне этого хватало, чтобы видеть, что происходило вокруг.

С первых же слов, судя по всему, заклинания, в комнате стали плясать странные тени, очень уж напоминающие людей. Пламя на свечах так же стали танцевать, а от зелий в мисках повалил дым, да и по их поверхности пошли круги, словно при землетрясении.

— Прооокляяятыыййй… — вдруг раздался голос, донесшийся по всей комнате, отчего Танабэ даже вздрогнула, но отдаю ей должное, не прервалась зачитывать заклинание. Че за заклинание, о чем оно, я вообще нихера не понимал, так как оно явно было на каком-то другом языке, а не на хосиндском, на котором говорили на Хосиндских островах, где и была расположена империя Хосидзава.

— Все! — радостно произнесла Танабэ, когда она закончила свое чтение, и громко захлопнув книгу, бросила ее на диван. Тени и пламя перестали танцевать, да и в комнате стало даже как-то светлее. — Осталось лишь как-то проверить, сработало оно или нет!

— Ну, это будет не так уж и сложно, — фыркнул я, вставая с простыни, и зажимая нос рукой. Кажется, у меня уже образовался иммунитет на ту вонищу, что стояла в комнате.

* * *

Прибравшись в клубной комнате, вернув стол на место, вылив зелья в унитаз, мы с Танабэ двинулись по домам. Пока шли, я решил узнать, почему она не ездит домой на машине, на что блондинка ответила, что родители снимают ей небольшую квартирку, чтобы она смогла научиться самостоятельности. А так ее родовое поместье находится далеко за городом, но постоянно там живет лишь ее мать, тогда как отец живет в центре города, в пентхаусе самого высокого здания.

Когда мы с ней попрощались, как обычно, у магазина, по пути домой, я частенько оглядывался по сторонам, ожидая, что сейчас на меня выйдет еще какой-нибудь придурок, или выедет сраный грузовик, но… все обошлось, и я впервые за четыре дня обучения в школе Святой Марии, спокойно дошел до дома. Заебись!

— Мэй! — весело крикнул я, заперев дверь. Бросив взгляд на то место, где должны лежать бензопила и секира, я обнаружил к большому сожалению, что ни того ни другого оружия больше нет. Ну, ясное дело, ведь они, по идее, были призрачными или, как-то так, ведь никто кроме меня и Мэй, не мог их видеть, как и маньяков и грузовик. Эх, обидно, а я бы был не против, чтобы на меня напала еще одна маньячка, которая умеет работать ротиком, ки-ки-ки! Ну да ладно… За Танабэ еще должок, хех!

— Братик! — в коридор выскочила Мэй, глядя на меня как-то испуганно. Так, не понял… на ней все еще школьная форма, хотя она обычно, когда приходит домой, тут же переодевается в свою любимую пижамку! — Т-там в комнате…

Схватив биту, которая была настоящая, что не могло не радовать, я влетел в комнату, и увидел, что на кровати, которая была всего одна, и на которой спала Мэй, тогда как я спал на футоне, сидит черная кошка, во лбу которой горит звезда. Она как раз вылизывала свою переднюю правую лапу, а когда я забежал в комнату, держа на изготовке биту, она подняла взгляд, и посмотрела на меня своими вертикальными глазами.

— Тьфу ты, бля! — произнес я, опуская биту. — Я-то думал, к нам вор лезет, а это всего лишь ходячая шаурма!

— Сам ты шаурма! — вдруг произнесла кошка. — Я Звёздочка!

— Пиздец… шаурма еще и говорит, — усмехнулся я. — Кажись у меня в натуре крышак поехал из-за того, что сплю всего по несколько часов. Прости, Пёздочка, или как там тебя, но у меня сейчас слишком хорошее настроение, чтобы слушать свои глюканы…

Подойдя к шаурме на ножках, я схватил ее за шкирку, вышел в коридор, открыл дверь и с пинка отправил ее в полет. Мало мне проклятия, грузовика с секс-куклой, двух маньяков, так еще какая-то тварь подослала к нам в хату кошку, у которой во лбу звезда горит! Нет уж, нахер нам такие сюрпризы!

— Вот и все! — отряхнув руки, я захлопнул дверь и повернулся к Мэй. — Ну, что сегодня жрать будем? Продуктов-то у нас, насколько я знаю, почти нет…

— Магазин еще работает, братик! — улыбнулась Мэй. Вздохнув, я взял деньги и вышел из квартиры, на всякий случай захватив с собой биту. Увижу говорящую кошку еще раз — прибью точно!

Арка 3. Звездная воительница

Глава 9. Богиня благословила меня!

Когда я зашел в круглосуточный магазин с битой, продавец за прилавком, который стоял со скучающим лицом и листал какой-то порно журнал, позевывая, встрепенулся, но я его тут же успокоил, поставив биту к прилавку и буркнув, что это оружие от хулиганов, а не для ограблений. Смешно, особенно если учесть то, что я сам выгляжу как хулиган…

Взяв корзинку, так как по идее, магазин был небольшим маркетом, я стал неспешно ходить вдоль прилавков, набирая продукты. Одно было херово — здесь не продавали фрукты и овощи. Потому-то я и не мог делать себе сок, зато благодаря милашке Шизуке, сегодня я напьюсь его вдоволь!

Не зная, что лучше взять, я набрал всего понемногу, и еще захватил две баночки с лапшой быстрого приготовления, решив, что сегодня с сестренкой поужинаем ей, ну а утром я, как обычно, приготовлю бен-то. Эх, как же все-таки хорошо, когда за тобой никто не гоняется…

Подойдя к прилавку и поставив корзину на него, я стал ковыряться в ухе мизинцем, пока мой взгляд не упал на открытый журнал, который мужик даже не стал закрывать. Глядя на хорошую фигурку модели, с грудью, наверно, четвертого размера, я вдруг кое-что вспомнил. То, о чем стал забывать, в последние дни, так как башка почти не варила из-за недосыпа.

— А вы презервативы продаете? — спокойно спросил я.

— Последняя пачка осталась, — буркнул мужик, доставая из-под прилавку пачку гандонов. — Брать будешь?

— Буду, ясен хрен. Эх, знал бы, что они тут продаются, еще вчера бы купил…

Расплатившись с продавцом и получив сдачу, я взял пакет, схватил биту, и вышел из магазина. Неспешно дошел до жилого комплекса, думая о том, как будет выглядеть лицо Танабэ, когда я покажу ей заветную упаковку. Хех, может не стоит ждать выходных, а?

Но мои мечтания о Танабэ прервала сраная кошка со звездой во лбу, которая сидела у дверей нашей квартиры и недовольно смотрела на меня. Сука, она что, с первого раза не поняла? Ну, сама напросилась, я ведь предупреждал!

Бросив пакет с покупками на пол, я схватил биту обеими руками, и набросился на кошку. Но ничего сделать я не успел, так как звезда во лбу кошки ярко засияла, и из нее вырвался белый луч, который ударил меня в середину груди, оставив на рубашке паленую дыру а на моем теле, в том месте, небольшой ожог. Больно, ну да похер, не впервой обжигаюсь!

— Ну держись глюк ходячий! — злобно рявкнул я, увернувшись от очередного белого луча, и со всего размаху пнув шаурму так, что она отлетела куда-то назад. Вот так вот! Ненавижу таких назойливых мух, которые помимо того, что врываются в твою хату без спроса, еще и пытаются тебя психом сделать, начав с тобой говорить!

— Б-братик! Она снова вернулась! — стоило только открыть дверь, услышал я крик Мэй. Да че за нахер-то?!

Сжимая биту, скрипя зубами, я вошел в комнату, и поглядел на черную кошку, которая злобно смотрела на меня своими желтыми кошачьими глазами… сидя на коленях у какой-то лоли, что сидела на кровати Мэй, одетой во все красное и с дурацкой остроконечной шляпой на голове. Блять, еще и лолек мне тут в хате не хватало! И как мне ее прогнать, спрашивается? Избить битой и вышвырнуть? Ой, пиздец тогда мне будет! Заметут ведь!

— Тебе чего надо, а? Кто вообще такая? — злобно зыркнул я на лольку, приставив биту к стене. Ладно, раз физической силой котяру не прогнать, будем решать дело с помощью переговоров. — Вы че в нашу квартиру ходите, как к себе домой, а?

— Ты обидел мою помощницу! За это я прокляну тебя, смертный! — недовольно пропищала лолька. Маленькая, а какая визгливая, блин! Аж уши от ее голоса заложило!

— Госпожа Айрис, давайте перейдем к делу. Я хочу побыстрее уйти из этой квартиры, — вздохнула шаверма. Лолька сбросила кошку на кровать, и поднявшись, подошла ко мне, злобно глядя на меня снизу вверх. Мля… надеюсь Мэй никому не скажет, что у нас в квартире была лолька, а то еще неправильно поймут и все… прощай свобода!

— Я согласна, Звёздочка! — фыркнула лолька, надув щеки. Вдруг она повернулась к Мэй, которая уже была одета в свою пижаму с поняшками, стоявшую в дверях, и показала на нее указательным пальцем. — Ты — Ясуда Мэй, была рождена под счастливой звездой, и потому тебе выпала счастливая возможность стать Звездной воительницей, которая будет сражаться со злом во имя меня, Звездной Богини Айрис!

В комнате наступила тишина. До тех пор, пока я не отвесил щелбан самопровозглашенной богине, которая вдруг совсем по-детски захныкала, и стала потирать лоб. Ага, щелбаны у меня были болезненные!

— Как ты посмел ударить госпожу Айрис! — зашипела кошка, и прыгнула на меня, выставив когти, но я в воздухе нанес ей такой мощный удар, что она отлетела к стене, ударилась об нее, и свалилась на кровать. Сознание потеряла? Шикос, тишина будет!

— Так, а теперь лоли, скажи-ка, с какого хера моя кузина должна сражаться со злом во имя тебя?

— Не смей называть меня лоли! — эта девка хотела ударить меня, но я перехватил ее руку, и с силой толкнул назад, отчего она чуть не упала, но удержалась уткнувшись спиной в прозрачную дверь, что выходила на небольшой балкончик.

— Как хочу, так и буду называть! Лучше начинай говорить, если не хочешь отведать волшебного пендаля!

— В-вы оба родились под счастливой звездой, — хныкая и потирая глаза начала объяснять лолька. Что можно сказать про эту, так называемую, богиню Айрис? Да типичная такая лолька, за один неправильный взгляд на которую, тебя могут упечь на большой срок, в места не столько отдаленные! По виду ей было лет двенадцать, одета в короткое красное платье, гольфы, тоже красные, туфельки, понятно какого цвета, а на башке шляпа, в каких обычно представляют ведьм, только цвета как и вся остальная одежда лольки. — У вас обоих есть способности сражаться с демонами и призраками, которые грозят всему миру. Т-ты же уже встречался с одним призраком, и… и сам едва не превратил его в демона, обманув! Вот с такими вот д-духами, которые потерялись между мирами, и сражаются Звездные воительницы!

— Я не обманывал, а просто забыл, — фыркнул я. — Не знаю насчет счастливой звезды, лолька, но тут да… мы с Мэй родились в один день, пускай и с разницей в один год. Но че в этом особенного, а?

— Особенно то, что именно в день вашего рождения, я спускаюсь на землю, и одариваю своим благословением некоторых новорожденных девочек, у которых сильная душа! Н-но… но так получилось, что когда родился ты, я тоже спустилась на землю, и случайно чихнула на тебя, потому ты и стал видеть п-призраков и можешь даже противостоять им, тогда как та девушка, Танабэ, может просто видеть их, но не может нанести им урона!

— А откуда ты знаешь про Танабэ? — удивленно спросил я.

— Я… я слежу за теми, кого одарила, и жду подходящего момента, когда их можно будет завербовать в армию воительниц! А так как я чихнула на тебя, то и за тобой следила…

— Пиздец просто, вот что я скажу! И что теперь делать? Давай снимай с меня это свое благословение, и с Мэй тоже, и проваливай со своей шаурмой!

— Н-нет! В городе не осталось ни одной воительницы, так как вчера погибла последняя, потому я пришла к вам. Ты будешь защищать этот город, Ясуда!

— А я сказал, что не будет! Моя сестра не будет служить тебе, сука мелкая!

— Хех, а я тебя и не спрашиваю, извращенец! — лолька вдруг показала мне язык, и в ее руке появился красный жезл, который она направила на меня. — Я — богиня! А ты всего лишь смертный! Так что твои слова ни на что не влияют!

— Ах ты сука… — я сделал шаг к лольке, но она вдруг вытащила откуда-то мобильник и прижала к уху, нагло ухмыляясь. Я тут же замер, глядя на ее рожу, которая выглядела явно наглее, чем моя рожа обычно. Значит так, да? Ну ничего, мать твою, когда-нибудь я отомщу тебе! — Ладно, хер с тобой! Пускай Мэй будет твоей воительницей, но я буду помогать ей, ясно?

— Ясно, ясно! — хмыкнула лолька. — Тогда вам обоим стоит поспешить, ибо в паре кварталов к востоку отсюда, разбуянился демон! А, и еще, Ясуда, когда будешь там, скажи «Звездная Богиня, дай мне силу!», чтобы облачиться в боевую форму и получить оружие! А теперь, разрешите откланяться, хи-хи-хи!

Подхватив свою кошку, которая все еще была без сознания, лолька раскрыла балконную дверь, и прежде чем перепрыгнуть через перила, обернулась, и вновь показала мне язык. Блять, не будь ты лолькой, я бы тебе такое устроил… но лолек мы не трогаем! Нельзя!

— Ч-что будем делать, братик? — спросила Мэй.

— Пошли посмотрим, что за демон такой тут взялся, — буркнул я, выходя из комнаты, и закрывая дверь, чтобы дать Мэй время переодеться.

Глава 10. Звездная воительница

Искать точное местоположение демона долго не пришлось. Миновав несколько кварталов восточнее жилого комплекса, мы услышали громкие вопли ужаса, и бросились с Мэй в их сторону. В руках я сжимал биту, которую решил так же захватить, на всякий случай. Я по-прежнему был в школьной форме, а вот Мэй оделась в зеленый спортивный костюм.

Когда мы прибежали на место, то увидели очень нехорошую картину — по тротуару, без левой ноги, пытаясь спастись от нависающего над ним двухметрового монстра, с длинными руками, и очень, сука, длинными когтями, полз мужик, одетый в темно-синий костюм. Судя по всему, работник какого-нибудь офиса, который шел домой…

Чуть правее, прижимаясь к автомобилю спиной, у которого работала сигнализация, сидела женщина, тоже одетая в офисный костюм — черная строгая юбка, ниже колен, бежевая блузка, в руках сумочка, которую она прижимала к груди, по всей видимости от страха. Она испуганно кричала, не отводя взгляд от демона.

Как можно описать монстра? Ну, он явно когда-то был человеком, причем спортсменом, судя по его телосложению. Лысый, с небольшой бородкой, как я смог разглядеть, так как он стоял лицом к нам. Одетый в белую майку и джинсы с кроссовками. Только вот руки были длиннее, да еще и с когтями длинной наверно сантиметров десять, да и рожа мужика была какая-то перекошенная.

— Едрить меня нежно, — прошептал я, поглядев на Мэй, испуганно дрожащей слева. — Слышь, ты даже не вздумай подходить к нему, ладно? Я попробую сам разобраться!

— Н-но… что насчет боевой формы?

— Ну проверь, если тебе так хочется, но на рожон не лезь!

— Хорошо! Звездная Богиня, дай мне силу! — громко выпалила Мэй, подняв зачем-то вверх правую руку, подражая героям ее любимых аниме. И вот началась трансформация… но совсем не так, как я думал, и не так, как показывают в долбанных аниме! Не, оно, конечно, было немного похоже, потому что Мэй стала изгибаться по всякому, но вот ее одежда… точнее ее спортивный костюм, его просто порвало на кусочки, прежде чем моя кузина облачилась в розовое короткое платье с вырезом, с рюшечками, ободком на голове, ее длинные распущенные волосы стали двумя длинными хвостиками, на ногах появились гольфы с подвязками, а в руках появилась…

Бензопила! Причем полностью розовая!

— Ой! — взвизгнула Мэй, уронив бензопилу на землю. — Тяжелая!

— Бензопила, почему опять бензопила?! Лучше бы винтовку дали, — проворчал я, бросая биту на землю, хватая вместо нее бензопилу Мэй, и дернул за спусковой механизм, предвкушая, как я сейчас расчленю этого двухметрового хрена, которому не сидится в своем призрачном мирке… но бензопила не завелась! — Какого хуя?!

— Хи-хи-хи! — вдруг раздался над нашими головами голос, и подняв взгляд к верху, я увидел гребаную богиню, что парила в воздухе над нами, крутя в руках жезл. — Что, не работает? Ею может воспользоваться только твоя кузина, ведь это ее духовное оружие! Хи-хи-хи!

— Ну ты сука! — прошипел я, бросив бензопилу и поднимая опять биту. — Ничего, я тебе еще припомню! Ты у меня так заноешь, что пожалеешь о том, что вообще связалась со мной! Ки-ки-ки!

— Ты лучше побеспокойся о тех двоих, — усмехнулась лолька. — Смотри, сейчас мужика убьют!

Проклиная эту сучку, желая чтобы ей занялся какой-нибудь лоликонщик-извращенец, я бросился на демона, и добежав до него с левой стороны, со всей силой ударил его битой по башке. И тут мне захотелось завопить как последняя сучка, потому что бита просто разлетелась на кусочки, а херов демон лишь едва покачнулся, и злобно фыркнув, решил заняться мной!

Взмахнув левой рукой, он едва не задел меня своими когтями, но я сумел отпрыгнуть, потому мои кишочки и остались в моем животе, как им и положено. Но по крайней мере, теперь я мог не беспокоиться о безногом, который тихо постанывая от боли, продолжал куда-то ползти.

— Братик! — воскликнула Мэй, и я заметил, как она подняв бензопилу, немного пошатываясь от ее тяжести, запустила ее. — Я спасу тебя!

— Не лезь! — злобно проорал я, уклоняясь от когтей демона, и изловчившись в какой-то момент, подобрался к нему поближе, и кулаком ударил в живот. Мои руки, между прочим, снова были охвачены белым пламенем, как тогда, во время драки с Нацуми. И как мне кажется, именно благодаря этому пламени, я мог наносить демонам и призракам урон.

— Мрааазь… — прорычал демон, согнувшись от моего удара.

— Что, больно, пупсик? А вот мне приятно! — злобно гыкнув, я отпрыгнул направо, уклоняясь от его удара, и тот же миг пнул его по ноге, одновременно с тем ударив несколько раз по ребрам. Демон упал на одну ногу, а я же стал бить его по морде. Ух, сука! Какой-же крепкий! Его шею мне точно не сломать, ибо она была слишком перекачана. Бодибилдер хуев!

Но тут мне на помощь пришла Мэй, которая доковыляв до нас, вонзила лезвие бензопилы ублюдку в спину. Он так завизжал, что у автомобилей, стоявших вдоль дороги, выбило стекла. Ясное дело, что осколки стекла попали и на ту женщину, что сидела у одной из машин, которая тоже завизжала от этого. Ну просто атака ультразвуком, епта!

Когда Мэй вытащила бензопилу из спины двухметрового хера, он свалился на землю, и под ним образовалась шевелящаяся масса, которая быстро поглотила его. Как говорится, он — испарился!

— Эй, сестренка, ты как? — спросил я Мэй, тяжело дышавшую, и бросившую бензопилу на землю. Ну, вернее на асфальт… в общем на дорогу! Потому что мы находились посреди дороги, пусть и не в самом активном районе города!

— Я… я… — Мэй всхлипнула, и закрыла лицо руками. — Я только что убила…

— Нет, не убила! Освободила, ибо это демон, образовавшийся от призрака, который был человеком, который жестоко умер. Вот так как-то! Так что не распускай нюни, и не думай об этом! Будь сильнее! — хмыкнув, я злобно глянул на лольку, висевшую над женщиной, и подняв с асфальта рукоятку биты, которая единственная осталась цела, запустил ее в лольку. Рукоятка попала лольке в лоб, и от неожиданности, она свалилась на асфальт, ударившись задницей, и вдруг снова захныкала. Но стоило мне подойти к ней, как она взлетела в воздух, и зависнув в паре метров над землей, чтобы я не смог дотянуться, злобно захихикала.

— Интересно, что ты хотел со мной сделать, а, чертов извращенец? — взмахнула жезлом, усмехнулась Айрис. — Но в любом случае, как бы ты не хотел причинить мне вред, тебе меня не достать, и потому тебе остается лишь злиться!

— Ничего, настанет время, когда я до тебя доберусь, — фыркнул я, оглядевшись. Женщина, в мелких царапинах, поднявшись с земли, куда-то медленно брела, не глядя вокруг, а мужик… а мужик откинул копыта, судя по тому, что не шевелился. Твою ж за ногу… — Эй, богиня-хуиня, и что делать со всем этим? С пострадавшими?

— О не волнуйся, этим займется Звёздочка! Мне не пристало заниматься такими пустяками как сокрытие истины и всякое такое! — Айрис взлетела чуть повыше, но тут хлопнула себя по лбу, и опять опустилась на прежнее расстояние от земли. — Да, чуть не забыла! Чтобы твоя кузина скрыла боевой наряд и оружие, ей стоит просто сказать «Бой окончен!». Ну все, теперь мне точно пора прощаться!

Поглядев на улетающую вверх богиню, мысленно матеря ее всеми словами которые знал, я подошел к Мэй, которая уже немного успокоилась, и я, подхватив ее бензопилу, повел ее домой. По пути она еще хотела скрыть свой наряд, но я сказал, что этого делать лучше не стоит, ибо ее одежда порвалась, и мало ли, что может случиться потом… Лучше уж когда домой дойдем!

* * *

Когда мы вернулись домой, то я обнаружил, что в комнате, на кровати, сидит сраная шаурма, которая, уже, судя по всему, решила поселиться здесь. Пока Мэй освобождалась от наряда, я заварил лапшу нам обоим, и мы с ней сели ужинать. В одиннадцать вечера, м-да…

— Слушай, а почему именно бензопила? — спросил я у кошатины, лежащей на кровати с закрытыми глазами. Диктор в телевизоре, по которому сейчас шли вечерние новости, и перед которым сидела Мэй, ожидая новую серию какого-то аниме, бубнил про маньяка Трусонюха, которые пробирается в квартиры, и похищает трусики как женщин, так и девочек. В общем, в городе появился вор-долбоеб, который оставляет еще и записку с благодарностью!

— Я не могу сказать, ибо не знаю. У каждой воительницы оружие индивидуальное, и зависит от силы ее воли, силы духа, силы разума… много от чего. А может, ей просто нравятся бензопилы, и она от них тащится, кто знает!

— Смешно, потому что Мэй вряд ли они нравятся, — усмехнулся я. — Лучше бы мне дали такое оружие, уж я бы показал тварям, кто в этом городе главный, хех! А не заставляли бы убивать мою сестру… Что ж у тебя за госпожа такая, а?

— Да, заскоки у нее бывают, этого я не могу отрицать… — вздохнула кошка. — Я могу полечить разум твоей кузины, но для этого мне придется остаться с вами! И больше не пинать меня!

— Понял, понял! Не буду! Только сделай все в чистом виде, ясно? А то накажу…

— Сделаю.

— И не гадь!

— Я не гажу! Я ведь не простая кошка!

— Да мне похер, простая-непростая! Почую запах, я тебе хвост отрежу! И кота просить не вздумай!

— Я не прошу котов, дурак! — фыркнул чебурек.

Доев лапшу, я уже хотел было лечь спать, но тут вспомнил, что уроки снова не сделаны! И потому, уже, сука, четвертую ночь, я ни черта не выспался!

Зато кое-что меня могло радовать — с утра Мэй выглядела как обычно, и начала капризничать, как ребенок, когда я сказал ей, что пора идти в школу. Кажется, на нее не сильно повлияло сражение с демоном и его убийство, а может это только благодаря кошке, что всю ночь просидела и пролежала у нее под боком…

Глава 11. Члены школьного совета

Ясное дело, что в школу я пришел в херовом настроении. Однако, было кое-что, что могло бы все же улучшить его, ки-ки-ки! А именно — снова физ-ра, которая так же была третьим уроком! Но в этот раз, я не стал целовать Шизуку до урока, зато сделал это после него, подойдя к ней, и прижав к себе. Когда Ивасаки увидела мой жест, она злобно фыркнула, но ничего не сказала, даже когда я вошел вслед за ней в раздевалку.

— Кимура, ты такой мерзавец, каких еще поискать, — пробормотала она, когда мы с ней остались в душевой наедине, после того, как остальные девчонки ушли оттуда. В этот раз уже я зажал ее у стены, и первым начал ублажать ее. Эх, как же все-таки хорошо, когда у тебя есть знакомые, которых можно использовать таким способом, ки-ки-ки! — Ты же вроде сказал, чтобы я не подходила к Шизуке?

— Ну, настоящая Шизука, если так подумать, сейчас в моем теле, так что это не считается. Все удовольствие же получу я, а не она, согласна?

— Ну, в чем-то ты прав… может тогда все-таки удалишь те фотки, а?

— Не-а! Тогда я не смогу держать тебя на поводке…

— Тогда может… я пересплю с тобой, настоящим… например, сегодня вечером…

— Хм, а идея неплохая! Только нужно место, а Лав-отель для меня дороговат… да и домой я тебя пригласить не могу, ведь там Мэй… Если только в клубной комнате…

— А у тебя есть с собой резинки? — усмехнулась Ивасаки, которая в данный момент уже меня прижимала к стенке, работая пальчиками.

— Вчера купил… Скажи Ивасаки, а почему ты вообще влюбилась в Шизуку?

— Потому что она хорошая девушка. Не знаю, как это вообще получилось, но когда я увидела в прошлом году Шизуку, она мне показалась таким светлым и добрым созданием, что я сама того не ожидая, стала заглядываться на нее… А тут пришел ты и…

— Но не отрицай того, что тебе это не нравиться, сладкая, — пропищал я тонким голоском Шизуки, и прижавшись к Ивасаки, поцеловал ее в губы.

* * *

Мы с Ивасаки успели как раз вовремя — мы с ней так увлеклись в душевой, что даже немного забылись, а потом опомнившись, быстро оделись, и побежали в класс. Пришлось, конечно, опять просидеть в теле Шизуки до большой перемены, но и ладно. Оно того стоило, ведь даже в прошлый раз мне не было так хорошо. И думаю, что сегодня вечером будет не хуже, ки-ки-ки!

Уже на большой перемене, как только прозвенел звонок, и я не успел даже поменяться телом с Шизукой обратно, передняя дверь в наш класс распахнулась, и в него вбежала мелкая девка, с хвостиками, однако одетая в нашу школьную форму.

— Кимура Хидео! Следуй за мной! — властно произнесла она, подойдя к Шизуке, сидевшей в моем теле. По классу сразу пробежались шепотки, ведь Шизука, порча мне репутацию, не нашла что ответить, и просто покорно поплелась за ней. Дура! Пришлось все брать в свои руки, и подбежав к ней, поцеловать ее!

— Слышь, мелкая, а вообще, с хера ли я должен тащиться за тобой? — вернувшись в свое тело произнес я, начав ковыряться мизинцем в ухе. — Че-то я вообще не втыкаю, ты кто такая, а?

— Аоки Мисаки. Секретарь школьного совета! — важно произнесла она. — Так что будь повежливей! И следуй за мной!

— Не-не-не! Хватит с меня лолек… — блять, ой я дурак! Когда я это произнес, вспомнив сраную богиню, на меня обернулся весь класс, так как никто еще не успел разойтись, ожидая представления. Вот тебе и представление! — Ничего плохого, ясно? Просто до моей кузины докопалась одна вчера, а я ее послал, только и всего! А вообще, попробуйте только пустить про меня слухи — морду расквашу так, что мать родная не узнает, усекли?

Все в классе испуганно кивнули, а я все же решил пойти следом за мелкой. Вот какого хера, спрашивается, в школе делает мелкая девка? И с чего она состоит в школьном совете? Ладно, разберемся по ходу дела!

Как ни странно, девка привела меня в кабинет… школьного совета! Пам-пам-пам! Неожиданно, не правда ли?

Когда мы зашли туда, то я увидел то, от чего все мои мысли улетели куда-то в космос, или даже дальше. Я просто застыл на месте, а мой малыш в штанах пришел в движение, ведь за столом сидела она! Моя богиня, моя новая вайфу, которую я сразу же захотел заполучить в свои грязные похотливые ручонки, ки-ки-ки!

Красотка, с длинными красными волосами, большими глазами, курносая, с миленькой хитрой улыбкой на губах, не совсем пышных и не совсем тонких, и… сиськами пятого, божечки мои, размера! Они так сильно выпирали из-под блузки, несмотря на лифчик, что почти лежали на столе. Как же… как же мне охота сейчас погрузиться в них с головой и уснуть прямо на них! Вот тогда я бы точно смог выспаться!

— Кимура Хидео, наверно, тебе интересно узнать, почему мы позвали тебя? — произнес какой-то неприятный голос справа от моей богини, но не обращая на него внимания, я подошел к столу, и нагнувшись над ним так, чтобы максимально приблизить лицо к красноволосой красотке, проглотил слюну.

— Послушай, красотка, не хочешь перепихнуться? — спросил я, сам того не ожидая. Ну вырвалось, бывает… но ведь я спросил именно то, что мне хотелось в данный момент. И как ни странно, вместо того, чтобы испугаться, или покраснеть, или еще чего, эта красавица мило улыбнулась, и покачала головой.

— Прости, но если ты хочешь перепихнуться, то сначала тебе стоит завоевать меня, — хихикнула она. — Да и к тому же, у меня есть парень! А он довольно… страшный человек, даже по твоим меркам, Кимура!

— Это еще стоит доказать, детка! — усмехнулся я, вставая все же прямо, и начав ковыряться мизинцем в ухе. Парень у нее есть, блин! А у меня девушка, ну как бы, и че? Эх, сука, похоже теперь у меня появилась еще одна цель, которую я должен затащить в постель. Бог извращений, если ты есть, и если ты слышишь меня, дай мне силу!

— А вот об этом мы и хотим с тобой поговорить, — усмехнулась красноволосая. — Хотим предложить тебе сделку, которая даст тебе возможность доказать, что ты круче, чем кажешься!

— А я что, совсем не кажусь крутым? — хмыкнул я. Парень справа от нее усмехнулся и поправил очки. Да, я только сейчас увидел, что там стоит парень, чуть выше меня, в очках, блондин, даже в пиджак оделся, а руки держит вдоль школы. Пф, по-любасу какой-нибудь умник-задрот… опа-па! А ведь именно такой человек мне и нужен, чтобы он делал за меня домашку!

— Может и кажешься, но пока недостаточно, — произнесла красноволосая. Если я правильно понимаю, то эта девчонка может быть только Кавасаки Акеми, президент школьного совета, ученица класса 3-C, и первая красавица школы. Ну а Танабэ, она вторая, угу…

— Ну так и чем же я могу вам доказать?

— Сакамото Широ, — произнес парень. — Он уже давно портит школьную жизнь. Его шестерки почти каждый день вымогают у слабых деньги, избивают их, пристают к девчонкам… Они это делают только из-за того, что их кроет Сакамото, который является сильнейшим в этой школе. А со вчерашнего дня, среди учеников ходят слухи, что ты в одиночку сумел побить пятерых.

— Ну и как бы… и что? Хотите, чтобы я побил этого Сакамото? Это-то без проблем, я и так уже подумываю над тем, чтобы занять его место сильнейшего в школе, но… работать на вас, ребятки, я не собираюсь! Если только вы не предложите мне кое-что взамен!

— И что же ты хочешь, в обмен на то, что ты возьмешь под контроль школьных хулиганов, но будешь подчиняться нам? — улыбнулась Кавасаки. — Хочешь со мной встречаться?

— Не, подруга, встречаться я ни с кем вообще не собираюсь… у меня Шизука есть! — усмехнулся я, добавив про Шизуку в последний момент. Нужно ведь поддерживать легенду. — А насчет того, что я хочу… ты, очкарик, будешь делать за меня домашку! Ибо мне уже задолбало не высыпаться, чтоб их всех!

— Кого их? — спросила мелкая.

— Сволочей всяких… Ну так что, по рукам?

— А я не сомневался, что ты попросишь что-то в таком духе, — хмыкнул очкарик. — Если тебе интересно, меня Мацумото Ичиро звать…

— Не интересно, — фыркнул я. — Завтра днем я займусь Сакамото, однако я должен знать, где он находится. И как он вообще выглядит…

— Он и его банда сидят на крыше. Они обосновали там себе логово, и выбираются оттуда лишь на уроки, и то не всегда. Не знаю, каким образом Сакамото это делает, но ни директор, ни учителя ничего не могут с ним поделать.

— И казалось бы, почему, ведь директор, как мне кажется, очень любит школу, — вздохнула лолька, скрестив руки на груди. — Ну, это не так важно для тебя, я права? А узнать Сакамото не сложно… как только зайдешь на крышу, сразу поймешь, кто им является.

* * *

Стоило мне только выйти из кабинета, как я наткнулся на Мэй. Выглядела сестренка встревоженно, и почему-то в руках у нее был ее портфель.

— Почему тебя вызывали к школьному совету? — спросила она, поправляя портфель, с немного расстегнутой молнией кармана, из которого вдруг вылезла кошачья наглая рожа, и поглядела на меня.

— А какая разница? Не парься, Мэй, это не твои проблемы! Лучше скажи, что тут делает эта харя, а?

— Пришла сообщить, что неподалеку есть призрак, который уже вот-вот станет демоном.

— И что? Сбегать с уроков из-за этого? Я хоть и не большой любитель учиться, но мне как бы и о будущем надо думать иногда, так что… — я развел руками, и двинулся в сторону лестницы. Кабинет школьного совета находился на третьем этаже, всего в паре комнат от клуба сверхъестественного. — А ты даже не вздумай идти туда одна, поняла? Постараешься трансформироваться в девочку-бензопилочку без одежды останешься, и что тогда будешь делать?

— Это работа твоей кузины, отправлять демонов в мир иной…

— Варежку захлопни, — рявкнул я. — После школы разберемся, поняла? А теперь сгинь отсюда, и прекращай моей сестренки мозги прочищать о том, что это, якобы, ее работа. Она за это ничего не получает, и рискует своей жопой из-за какой-то мелкой… засранки, которая на нее микробов напускала. Если не хуже… Ведь кто знает, как именно она «одаривает» своим благословением…

— Но… — хотела что-то еще сказать котяра, но я выдернул ее из портфеля Мэй, и подойдя к окну, открыл его, и вышвырнул через него домик для блох. Довольно хмыкнув, я закрыл окно, отряхнул руки, и мы с Мэй уже более спокойно пошли к лестнице. Я ведь обещал кошке, что не буду ее пинать, так я и не пнул. Вышвырнул ее из школы без использования ног, ки-ки-ки!

Глава 12. Призрак переулка

— Ну что… ты готов? — спросила Ивасаки, подходя ко мне, когда кончился последний урок. Зараза, несмотря на то, что она лесбиянка, ну или бисексуалка, раз не против даже со мной, она все же красотка, да и тело у нее хорошее, в чем я уже два раза убедился, ки-ки-ки! И мне вот честно, так бы хотелось прямо сейчас схватить ее за руку, приволочь в клубную комнату, выгнать оттуда Танабэ, а может и запереть ее вместе с нами, и лишиться, наконец, сраной девственности! Но…

— Не поверишь, но пока придется об этом забыть! — вздохнул я, забрасывая портфель за плечо, засовывая левую руку в карман. — Надо сегодня сестре помочь.

— И в чем же?

— Да так, мы тут с ней демонов и призраков помаленьку убиваем… жизнь-то, сука, скучная, вот и ищем приключения на пятую точку, — мысленно обматерив сраную богиню, пожелав ей, чтобы у нее никогда не выросли сиськи, я медленно вышел из класса, махнув на прощание Шизуке. Хм, а интересно, почему я ни разу не предложил Кобаяси перепихнуться? Она ведь тоже симпотная, да и вообще мы, якобы, встречаемся… Надо будет это дело исправить, особенно если учесть, что скоро выходной, ки-ки-ки!

Спустившись на первый этаж, я зашел в класс Мэй, и подождав, пока она соберет портфель, вместе с ней покинул школу. Однако стоило нам выйти за школьные ворота, как мы с ней увидели кошку-звиздушку, что сидела на дороге, в окружении нескольких учениц, которые гладили ее по спине. Пф, нашли кого гладить! Ненавижу животных! Одна грязь, вонь и шерсть!

Когда мы подошли ближе, черная сучка тут же подбежала к нам, и начала тереться об ноги Мэй, при этом зыркая на меня.

— Это твоя кошка, Ясуда? — спросила одна из девчонок, которая была одноклассницей Мэй. О, а ведь верно! Девчонки же любят животных!

— Верно, наша! — ответил я, улыбнувшись. А чего бы не воспользоваться шансом, и не заполучить побольше хорошей репутации у девчонок? Вдруг мне когда-нибудь надоест приставать к Танабэ, Шизуке или той же Ивасаки? А мне это надоест, я себя знаю… О, мне тут в голову одна идейка пришла, ки-ки-ки… А что если поставить себе цель переспать со ста девчонками?! Если будут повторения, они не будут считаться…

— А кто только и делает, что пинает меня и выкидывает из окна? — прошипела Звёздочка. Я злобно поглядел на нее, думая, что ее услышат и остальные, но кажется, ее слова могли понимать только мы с Мэй, так как девки не обратили внимания на это.

— А что у нее за звезда на голове? Из чего она? — восхищенно спросила одна из девчонок, симпатичненькая такая, с волосами до плеч. Было в ней какое-то очарование, отчего моя рука сама собой дернулась, уже потянувшись было к ее подбородку, чтобы попробовать вкус этих губок… Ну, прямо на улице нельзя, особенно при такой толпе остальных учеников, а то еще в домогательствах начнут обвинять… вот если бы мы были в клубной комнате, или еще где-нибудь наедине…

— Это такое украшение, — ответил я. — Если хочешь, можем как-нибудь на выходных посидеть, поболтать… или после школы, в комнате клуба, в котором я состою… только ты и я…

— Братик, а разве ты не встречаешься с Кобаяси? — удивленно спросила Мэй. — Я слышала это от других…

Мэй, какого хрена?! Бросив злобный взгляд на кузину, которая явно поняла, что сболтнула лишнего, я вздохнул, и оттолкнув девчонок, пошел дальше. Настроение было испорчено моей же сестренкой… черт, а ведь та милаха была уже почти у меня на крючке, судя по тому, как она покраснела, и мило опустила голову вниз… А все из-за яблок и Ивасаки! Ладно хоть, я вчера после ужина удалил свою жажду, и наконец-то сделал себе сок. Вот то был сок, да! Не то что эта херня с добавками, которую даже яблочным нектаром не назовешь…

— Эй, шерстяная, и где этот твой призрак? — недовольно спросил я, когда мы отошли от школы. Кажется, это первый раз, когда я иду со школы в нужное время, и потому народу на улице было как-то многовато… ведь все прошлые дни я покидал школу, когда уже было темно…

— В том переулке, — махнула хвостом звезданутая, указывая его кончиком в сторону темного, мрачного переулка, в котором стоял лишь мусорный бак. Грязный, воняющий мочой и дерьмом, с какими-то жуткими пятнами на стенах обоих домов, и красноватыми, почти свежими пятнами на земле, чуть дальше от бака… Короче, место шикарное! Помню, как-то я, еще будучи Михаилом, затащил одну пьяненькую девчонку, которую как раз бросил ее парень, в переулок вроде этого, и прямо там же ее и… того. Дело было тогда за границей, потому что из родной страны пришлось валить, так как меня разыскивали уже во многих городах, да и бандитские группировки стояли на ушах из-за меня… а ведь веселая тогда жизнь была — свобода, пьянки, каждую неделю новая цыпочка, которых я обычно цеплял в барах или еще каких-нибудь темных местечках… потому что пьяных цеплять легче…

Твою ж дивизию! Что же я сразу-то не подумал об этом! А не, блин, в этой империи с алкоголем строго — как говорится, ты можешь трахаться с пятнадцати лет, а пить только с двадцати одного. Хотя, казалось бы, что страшнее… а жениться можно с восемнадцати. Самое смешное, что если у тебя ненароком появится ребенок, то жениться ты все равно не сможешь, но и ребенка никто не осудит… все же, здесь, в империи Хосидзава очень маленькая рождаемость, ибо тут все такие стесняшки-скромняшки, как парни так и девки… А еще все чересчур помешаны на роботе.

— Ну и что будем делать? — спросила Мэй, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты пока ничего. В боевую форму облачаться негде, — развел я руками. — Пойду попробую разобраться сам.

— Но… может мне пока сходить переодеться? — Мэй бросила взгляд в сторону небольшого торгового центра, где наверняка есть общественный туалет.

— Иди.

— А ты со мной! Подождешь у туалета, а то знаю я тебя… — Мэй схватила меня за руку и потопала к торговому центру, таща меня за собой.

Уже в торговом центре, когда она вручила мне свой портфель, а сама зашла в женский сортир, я недолго думая, побежал обратно. Зная ее, копушу, она будет облачаться в боевую форму долго, так что пока меня хватится, я может успею наподдавать призраку. Кошатина, кстати, была со мной, сидя в портфеле Мэй, но ничего не сказала.

Добежав до переулка, я шагнул в него, и когда дошел до мусорного бака, все вокруг меня стало изменяться. Стены домов и земля под ногами, покрылась шевелящейся массой, так же она загородила мой путь назад из переулка, да и вокруг стало немного более…узко. Чуть впереди, из массы справа вдруг вылез призрак, в этот раз это был парень, явно из средней школы, лет тринадцати, в очках, очень тощий. В руках он держал…

— Ты смеешься? — выдохнул я, глядя на катану, которую парень держал обоими руками.

— Кто ты такой? — недовольно спросил парень. — Как ты смог проникнуть в этот… мир?

— Хам, тварь и просто нехороший парень, — усмехнулся я. — Кимура я, в общем. А ты что за перец? И я так понимаю, тебя в этом переулке убили?

— Верно понимаешь, Кимура. Я — Миура, бывший ученик средней школы Касимото, убитый, кажется, несколько недель назад… кто убил, я не могу сказать, ибо ко мне подошли сзади, прислонили нож к горлу и затащив сюда, просто перерезали горло. Все произошло так быстро, что…

— Ну а чего ты злишься, объясни? Тебя кто-то обидел?

— Ты придурок, или как?! — злобно спросил Миура. — Конечно, я злюсь! Почему среди множества других школьников, убийца выбрал меня, а не какого-нибудь… гопника, вроде тебя!

— Э, на личности не переходи! — да, я мог бы прямо сейчас наброситься на него, ведь мои руки уже покрылись белым пламенем, но… у него, блин, катана! А у меня нет ничего…

— На что хочу, на то и перехожу! — Миура вдруг облизнул губы, и сделал несколько шагов вперед. — Могу лишь посочувствовать тебе, Кимура, но сейчас я совсем не настроен на переговоры. Не знаю, как ты попал в этот мирок, но тебе отсюда, увы, не уйти…

С этими словами Миура набросился на меня, и от первого же удара я не смог увернуться нормально. Каким бы хорошим бойцом я не был, но против мечников, и всяких там самураев я еще не дрался. Вот против парней и девчонок с ножами, это да…

Лезвие катаны прошло по моему левому боку, порезав рубашку, и оставив глубокий шрам, из которого тут же хлынула кровь. Зажав ее левой рукой, я немного пошатнулся и сумел отпрыгнуть в сторону, уклоняясь от следующего удара. Да уж, не самое удачное время, чтобы учиться сражаться против мечников, но ничего не поделаешь!

Стараясь следить как за катаной, так и за руками Миуры, пытаясь подобраться поближе к очкарику, я в какой-то момент, сумел все же сократить расстояние, и уйдя от очередного удара, ударил Миуру в солнечное сплетение, и тут же отпрыгнул, так как парень оказался хорош, и не согнулся в три погибели, как другие обычно сгибались, получая такой удар.

— Ублюдок… — произнес Миура, делая шаг вперед одновременно делая выпад катаной. Хах, лошара! Все же, он нихера не самурай, но видимо хотел им быть, раз его призрачное оружие катана! Ведь именно этот выпад стал для него последним и можно сказать роковым, так как я делая шаг ему навстречу, уходя чуть в сторону пропустил лезвие слева, и ударив его по рукам левой рукой, правой уже целился в морду.

— Смертельный яростный удар бешенства экзорциста! — прокричал я, злобно усмехаясь, вспоминая аниме Мэй, где герои всегда что-то кричали нанося удары своим соперникам. Ну а чем я хуже? Ки-ки-ки!

Удар был мощным, настолько, что с морды парня слетели очки, сам он свалился на шевелящуюся массу под ногами, выронив катану, ну а затем над ним навис я, со своей злобной ухмылкой. И вот, несколько мощных ударов ботинком по лицу парня, превратив его в кровавый фарш, и масса быстро поглотила его. Кошка, все это время стоявшая у портфелей, которые я бросил, когда мы только «засосались» в этот мирок Миуры, кивнула, когда я повернулся к ней.

— Братик, почему ты… — громко возмущаясь, в переулок вошла Мэй, держа в руках бензопилу и свои шмотки. Ясное дело, что все, кто проходил мимо переулка, особенно парни и мужики, заглядывались на нее, ведь выглядел ее костюм, мягко говоря, сексуально… — Почему ты бросил меня?! Мне пришлось одной идти по улице в таком… наряде!

— Извини, сестренка, но я просто хотел тебя защитить, а тут получается… — я показал ей рану на левом боку. Воу-воу! Теперь, когда адреналин в крови стал уменьшатся, я понял, что крови я потерял уже достаточно. Хорошо, что до дома не так уж и далеко! — В общем, постараюсь больше тебя не бросать, а то без тебя мне точно каюк! Блять, хотел как лучше, а получилось как всегда…

— Мне идти так, или возвращаться, чтобы переодеться?

— Да иди так! Хер с ней, с раной! Если какой-нибудь выродок будет на тебя пялиться, глаза можно выколоть и одной рукой, хе-хе!

* * *

Медленно мы доковыляли до нашего жилого комплекса. Мэй тащила наши портфели, я тащил в правой руке бензопилу, левой зажимая рану, кошка шла рядом. Пялились на нас только так, ведь выглядели мы, если честно, как какие-то косплееры, особенно Мэй, в ее костюмчике. Несколько человек даже хотели сфоткать ее, какие-то туристы, судя по незнакомому языку, но я вручил Мэй бензопилу, которую она тут же запустила, чем и напугала их. Гы!

Уже в нашей квартирке, когда я обработал рану, Мэй помогла перевязать меня, так как в больницу идти я не собирался, а то еще начнут выспрашивать, что да как. После чего я приготовил ужин, и когда мы с Мэй поужинали, я сел делать уроки, а Мэй уселась за свои игры. И вроде бы все могло быть хорошо, но…

Тут зазвонил мой телефон, и когда я взял трубку…

— Х-Хидео! Помоги! За мной кто-то гонится! — прозвучал испуганный голос Шизуки. Да, мы с ней обменялись номерами телефонов, решив, что так наша легенда о том, что мы встречаемся, будет выглядеть более правдоподобно.

Арка 4. Сильнейший ученик старшей школы Святой Марии

Глава 13. Я просто Бэд Бой!

— Где ты?

— Я… я спряталась в парке…

— Шизука, я в городе еще не ориентируюсь! Скажи, как мне идти до него от школы!

Я шел быстрым шагом по вечерним улицам города. Несмотря на то, что еще было не так темно, в этом районе народу в этот час было не так много. Мне попалось на пути всего два человека, один из которых был офисным работником, судя по костюму, и куда-то брел по своим делам с бутылкой в руках, не глядя по сторонам, а второй был пацан, примерно на год младше меня, и его я кажется, видел даже в школе… Да неважно, в общем!

Добежав до школьных ворот, которые были еще открыты, так как их закрывали в десять вечера, я миновал их, и пошел дальше, как мне по телефону говорила Шизука, едва не плача. Какая мразь решила тронуть ту, которая нужна мне для моих грязных делишек?!

— Хидео! Пожалуй…

— Вот ты где, сучка! Эй, мобилу брось, шлюха! — раздались нехорошие звуки, визг Шизуки, а потом из трубки раздался мерзкий голос уебка, которого я точно сделаю инвалидом! — Эй, Кимура! Мы тут с твоей девчонкой поразвлекаться решили! Не хочешь присоединиться?

Я уже подходил к парку. Не то, чтобы мне так уж сильно было жаль Шизуку, или что-то такое, но я уже положил на нее глаз, да и ее способность была очень полезна. Особенно для хождения в женскую раздевалку! Палева — ноль! Ну, а если бы нас застукали там с Ивасаки, то и пофиг — проблемы были бы у Кобаяси, а не у меня!

Наконец-то я добежал до парка, и услышал вдалеке голоса, визг и смех! Перейдя на бег, я бросился бежать в ту сторону, и заметил троих, которые повалили Шизуку на землю и раздевали ее, при этом негромко хохоча. Один из подонков держал ее за руки, одновременно закрывая ей рот, второй держал ее за ноги, а третий уже приспустил свои штаны… Именно он и стал моей первой целью!

Подбежав к ним слева, я прямо с ходу пнул ублюдка в стоячий хер, и когда он отлетел, я бросился на того, который держал Кобаяси за ноги. Ему я пробил с ноги в челюсть, а потом налетел на третьего, который уже отпустил Мальвину, и набросился на меня. Немного крепче меня, даже с небольшой щетиной, на башке одета шапка.

Врезав ему в живот правым кулаком, я ушел чуть влево, хватая его за правую руку, одновременно с тем делая ему подсечку — неприятный хруст, и рука парня была сломана. Когда он свалился на землю, он не успел даже крикнуть от боли, так как я ударил его ногой по затылку, тем самым еще и втоптав его сильнее мордой в землю. Пусть покушает, а то вон какой слабенький! Ки-ки-ки!

Как ни странно, двое остальных не стали нападать на меня. А почему? Да потому что им было некогда, хех! Тот, которому я пробил с ногой в челюсть, громко стонал, видимо я сломал ему хлебальник, а второй корчился на земле, с выпученными глазами, держась за своего малыша.

— Что, сладкий, больно? — усмехнулся я, подходя к тому, что сейчас был пучеглазеньким. Наступив ему на руку, которой он сжимал свой член, я надавил еще сильнее, и парень захрипел так, что мне казалось, он подавился своими же слюнями. А его зенки выпучились еще сильнее, и казалось, что могут прямо сейчас лопнуть, если я сдавлю еще сильнее его кукожики и сломанный хер, который был неестественно выгнут вправо, как я мог видеть. — Знаешь, я тебя, наверно, даже убивать не буду. Хочешь знать почему? А чтобы ты сам хотел сдохнуть! Ки-ки-ки! Помучайся, поживи со сломанным хуем! Надеюсь, пупсик, ты хотел один раз успел покувыркаться с девчонкой, а если нет, то… а мне похер!

Пнув ублюдка по голове, отправив его в нокаут, я подошел к тому, у которого была сломана челюсть. Увидев, насколько сильно вправо был перекошен его рот, а язык вывален наружу, я передернулся всем телом. Красавчик, что писец! М-да, что-то я перестарался… ладно, в любом случае, пускай только попробуют пожаловаться копам — их самих заметут, ведь Шизука свидетель, и думаю, ей не будет смысла скрывать, что они хотели с ней сделать.

— Шизука, ну ты как? — подойдя к синеволосой, спросил я. Она стояла на ногах, покачиваясь, и пыталась натянуть трусики, которые с нее стянули ублюдки. На ее щеках были видны мокрые дорожки, да и она по-прежнему плакала.

— Я… я… Хидео, проводи меня до дома! — когда я помог Кобаяси натянуть нижнее белье, и взял ее под руку, чтобы она не упала, она медленно пошла вперед. Ее правая щека была красная, что говорило о том, что один из ублюдков ударил синеволосую. А еще на блузке не хватало несколько пуговиц, да и волосы были растрепаны во все стороны…

— Да без проблем! Ты, главное, успокойся, ладно? Они ничего не успели тебе сделать, а вот я им кое-что сделал, ки-ки-ки! Думаю, они еще не скоро забудут меня! Хочу сниться им в кошмарах! — я злобно захихикал. — О, надо, кстати, Мэй позвонить, что я сегодня опять приду поздно… ни одного дня спокойного нет, блин…

Достав мобильник, я набрал Мэй, и сообщил о том, что я вроде как цел, и что ей придется подождать ужина подольше. Она конечно, возмущалась, спрашивая, куда я удрал, ни слова ей ни сказав, и вообще что я плохой и вредный брат… А, она постоянно так вела себя, так что я просто сбросил вызов!

— Мне кажется или скоро пойдет дождь… — вдруг сказала Шизука, поглядев на небо. Да, тучи и впрямь набегали… как и улыбка на моем лице! Все же, я был таким подонком, каких еще поискать, бу-га-га!

— Пойдет, ага, — я посмотрел на Шизуку, и стал ковыряться мизинцем в левом ухе. — Знаешь, крошка, а ведь если так подумать, то теперь ты мне кое-чем обязана… я же не из тех, кто бежит спасать девчонок только из-за благородства… Ты понимаешь к чему я клоню?

— Я… я… — Шизука замялась. А мне пофиг! Мне уже все надоело! Я тут жизнью рисковал, троих парней искалечил, недавно призрака замочил в переулке, а еще недавно был лишен секса с Ивасаки! Хватит с меня! Мне нужно расслабиться, и под расслаблением я подразумевал… Ки-ки-ки!

— Ой, да не ломайся ты! К тому же, наша с тобой легенда о том, что я твой парень, еще по-прежнему в силе! Да и вообще, я уже видел тебя голой, когда мы с Ивасаки занимались любовью в душевой, да и твое тело уже, можно сказать, немного натренировано нами, хех!

— Хидео, не говори такое… — надула щеки Шизука. — Вообще-то это мое тело… и почему, стоило тебе только перевестись в эту школу, как все пользуются моим бедным телом?! То ты, то Ивасаки, которая один раз даже меня на школьной парте… то теперь какие-то подонки…

— Детка, я тебе могу сказать, что ты должна радоваться, что на тебя уделено столько внимания! И вообще, я не понимаю, чего ты отталкиваешь Ивасаки? Ну да, она девка, но я могу с уверенностью сказать, что с ней быть довольно… приятно! Никто же не заставляет быть чистой лесби, верно? Да и она, как мне кажется, не полностью лесби, а скорее бис…

— Что ты имеешь ввиду?

— Да так, ничего…

* * *

Шизука, как оказалась жила в паре кварталов от парка. Ну, до парка путь не самый близкий, а уж до школы тем более… и как она вообще все это время ходила в темноте по этим улицам одна?! Вот я бы Мэй вообще не позволил даже на улицу выходить, не говоря уж о том, чтобы ходить по этим улицам в одиночку. Даже днем! Да и город этот, какой-то… ебанутый, одним словом! Призраки, лоли-богини, маньяки, проклятия, жестокие хулиганы… Даже в моем родном городе такого не было, и вообще я там считался самым отмороженным, хе-хе! Один взгляд на девчонку, а она уже была готова разреветься, один взгляд на парня — он тут же падал на колени, и начинал просить прощения, пусть и было не за что! Вот так мне нравилось! А тут… что ж, возьмем власть в свои руки, отпиздим всех кого надо, пошантажирую тут и там — и заживем припеваючи! И может все-таки постараемся… нет, мы это сделаем, ибо можем и хотим… и переспим с сотней разных девчонок! Главное — сделать это до конца третьего класса старшей школы, чтобы было интересней… и повторения не считаются!

Мысленно усмехаясь своим похотливым мыслям, я шел под руку с Шизукой, которая нет-нет да поглядывала на меня как-то испуганно и в то же время восхищенно. Мы шли уже по району, в котором по большей части были выстроены двухэтажные частные дома, с невысокой каменной изгородью, и стоявших очень близко друг к другу. В родном городе, я жил почти в таком же доме, где у меня была личная комната, как и у Мэй, а под кроватью хранилось сокровище — чемоданчик с хентайной мангой, ДВД, журналами и прочей эротической хренью.

— Вот здесь я и живу, — остановилась возле одного из домов Шизука, на почтовом ящике у которого было написано «Кобаяси». Дождь еще не начался, но над городом зависла темная туча, из-за вокруг было темно, но над крыльцом каждого из домов висел фонарь, позволяющий видеть немного дальше главного входа.

— Неплохой домик! — усмехнулся я, отпуская руку Шизуки. Она как-то немного потопталась, подойдя к калитке, а потом повернулась ко мне. — Учти, с тебя тоже должок, синеволосая!

— Может быть… хочешь зайти… ой, смотри, у тебя рубашка красная! — Шизука показала на мой левый бок. Рубашка и впрямь была красная от крови, так как рана от удара катаной открылась, еще когда я бежал на помощь Мальвине.

— Да это пустяк… а ты, прежде чем, приглашать такого парня как я домой, подумай как следует, готова ты или нет… но уже поздно, потому что приглашение получено, и отказываться я не собираюсь!

Испуганно пискнув, поняв видимо, что совершила ошибку, Шизука все же кивнула, и когда я подошел к ней, она открыла дверь ключами и мы зашли внутрь, оказавшись в небольшой прихожей. И в тот же самый момент снаружи прогремело… Дождик, прошу тебя, давай начинай идти, ибо я хочу Шизуку! Хочу, прямо не могу! Да и резинки по-прежнему лежат в кармане штанов, со вчерашнего вечера… странно, что Шизука, когда была в моем теле, не заметила их… а может и заметила, только ничего решила не говорить, понимая, что я тот еще похотливый хер!

— Эй, Шизука… — в коридор выскочил парнишка лет десяти, и увидев меня округлил глаза, и едва не выронил из рук какую-то тетрадь. — Мама! Папа! А Шизука парня привела!

— Что?! — донесся до нас грубый голос из гостиной, и когда мы с Шизукой сняли обувь и прошли к лестнице, нас остановил батя Шизуки. Пф, по голосу он звучал как какой-то крутой мужик, а на деле… обычный задохлик лет сорока пяти, с небольшими усами, пускай и выше меня ростом. Вслед за ним в коридор выскочила женщина, одетая в легкое длинное платье с фартуком и поварешкой в руке.

— Здрасьте, — буркнул я. — Кимура Хидео меня зовут, одноклассник ее. А еще мы встречаемся…

— Чего?! — удивленно вскрикнул пацан. Шизука с покрасневшими щеками взглянула на меня. Надеюсь она не думает, что я и правда считаю ее своей девушкой? Я же просто так это сказал, чтобы втереться в доверие к ее предкам!

— В общем, папа… Хидео меня совсем недавно от хулиганов спас, и потому проводил до дома… но он немного ранен, так что я… обработаю его рану! — неловко переминаясь с ноги на ногу, проговорила Шизука. А я тем временем выдавил такую жуткую улыбку, на которую был способен, что у папашу Шизуки волосы на голове встали дыбом, ее мать сделал несколько шагов назад, схватившись за сердце, а пацан просто взвизгнув убежал куда-то! Бесят… вылупились на меня так, словно я бандит какой-то… но я ведь… я пока еще максимум хулиган, гы!

* * *

Мы находились в комнате Шизуки. Снаружи шел сильный дождь, которому я был благодарен, ведь сегодня, наконец-то, я лишился девственности этого тела. Ну и лишил ее милашку Шизуку, прямо в ее комнате.

Когда она помогла мне обработать раны и снова перевязать мой бок, я схватил девчонку, которая испуганно что-то пропищала, и быстро раздев ее, повалил на кровать, и сам быстро скинув свои шмотки, набросился на нее. Ух, как она застонала, когда мой истребитель влетел в ее небеса, ки-ки-ки!

И потому, что можно сказать? Одна из сотни уже готова! Только вот, если я собрался переспать с сотней, то мне нужно завести какой-нибудь дневник, чтобы записывать в нем имена. И только для того, чтобы не повторяться, хех! Ну и может еще что-нибудь на память… О, я даже знаю что!

— Слышь, Шизука, ты не против, если я возьму твои трусики? — усмехнувшись спросил я девчонку, что прижималась ко мне слева. — Ну, типа на память…

— Не знаю зачем, но… если тебе надо…

— А еще надеюсь ты понимаешь, что по-настоящему я не твой парень?

— Д-да, я понимаю…

Глава 14. Доминируй. Властвуй. Унижай

Когда мы с Шизукой с утра спустились на кухню, нужно было только видеть рожи ее родителей! Интересно, а мы с Шизукой сильно шумели ночью? Да и похер, хотя судя по виду старших Кобаяси и ее брата, шумели мы сильно…

Когда мы с Шизукой позавтракали, я набрал Мэй, и сказал чтобы она захватила в школу и мой портфель. Да уж, возмущалась кузина знатно, за то, что я не пришел домой, и не сделал ей ни ужин, ни завтрак, ни обед в школу… ну ничего, пускай хоть немного станет самостоятельной!

Выйдя из дома Шизуки мы неспешно побрели в школу. И могу сказать, что сегодня я чувствовал себя как-то бодрее! Неужто выспался?! Хотя, мы вроде как с синеволосой полночи не спали…

— Твою мать… — произнес я, хлопнув себя по лбу ладонью, когда мы почти дошли до школы. Проходившие мимо нас ученики бросили на меня удивленные взгляды.

— Что случилось? — спросила Шизука. Не знаю зачем, но ее портфель тащил я, так что девчонка шла налегке. А, вспомнил! Когда мы выходили и ее дома, я взял ее портфель, чтобы не рушить легенду о том, что мы, якобы, встречаемся! Ведь вроде как, если не ошибаюсь, парни же должны таскать портфели своих девушек? Хотя хер его знает, в прошлой жизни я в школе-то почти и не учился…

— Мы забыли сделать сраные уроки, вот что случилось!

— Ой! А ведь верно…

— Шизука! — донесся до нас спереди знакомый голос, и вскоре мы увидели Танабэ, которая как и мы, уже подходила к воротам. Судя по тому, как улыбка сошла с лица «четвертого размера» ей не понравилось, что я шел вместе с синеволосой. — Я не поняла? А чего это вы вместе?

— Спали с ней. Такой ответ устраивает? — злобно усмехнулся я, а Шизука, покраснев, кивнула. Глаза блондинки расширились, и она перевела взгляд сначала на меня, потом на Мальвину, а потом обратно. Хе-хе, не завидуй, детка, тебе скоро тоже достанется, ки-ки-ки!

Мы втроем прошли через ворота, в толпе других учеников, которые о чем-то болтали и смеялись, и тут я увидел группу парней, которые стояли впереди у главного входа. Их было не меньше двадцати, и среди них были как ученики первого класса старшей школы, так и второго и третьего. Двое даже были из моего класса, угу… И все эти ученики стояли на расслабоне, пока не заметили меня, тут же начав усмехаться, и быстро пошли в нашу с девчонками сторону. Другие ученики, которые проходили мимо, старались на них даже не смотреть, и вообще отходили подальше.

— Кажись, петушкам от меня чего-то надо, — фыркнул я, не глядя отодвигая Шизуку и Танабэ за свою спину. Танабэ вдруг воскликнула, когда я правой рукой, отодвигая ее, схватил ее за правую сиську. Не случайно, ки-ки-ки!

— Эй, Кимура, я слышал, что ты вчера троих моих парней сделал инвалидами, — сказал один из школьных хулиганов, подходя ко мне. Остальные встали вокруг нас с ним, образовав небольшое кольцо. Ладно хоть, Танабэ не растерялась и успела схватить Шизуку за руку, и свалить к школьным воротам. Ведь сейчас будет драка… а я не против! К тому же, драка будет на глазах почти у всей школы, потому что многие ученики встали у ворот, некоторые у главного входа, а кто-то смотрел из школьных окон! Что ж… пора доказать свою силушку, пускай и не богатырскую!

— А ты че, хочешь присоединиться к ним? — держа руки в карманах спросил я. — Могу прямо сейчас это устроить, мне не сложно! Только сильно не кричи от боли, а то еще стекла своим визгом выбьешь у школы…

— Че, думаешь, ты такой крутой, да? — усмехнулся парень. Как можно описать этого парня вообще? Типичный имперский гопник, типа меня. Только у меня волосы были немного длинноваты, и я никогда не причесывался, потому они торчали во все стороны, а этот хрен был стрижен «ежиком», в нижней губе торчало кольцо, в обоих ушах серьги в виде перевернутых крестов, в левой брови так же был пирсинг. Рубашка у этого хера тоже была не из школьной формы — светло-зеленая в клеточку. Обе руки, как и я, он держал в кармане, причем левый был оттопырен сильнее. Вот наверняка держит там или складной нож, или еще что. А раз держит в левой, значит левша. Будем следить за левой лучше, чем за правой… а может это обманка? Может у него там просто мобильник, а бить он будет правой?

— А ты думаешь, что ты крутой? — фыркнул я. — Ты кто вообще?

— Я — Сакамото!

— Опа-на! Вот ты то мне и нужен, хер с горы! Это же ты вчера послал тех пидарасов за Шизукой, да?

— И что с того? — пожал плечами Сакамото. — Одно разочаровывает — они с ней ничего не успели сделать…

— Да, не успели. Но не переживай, малыш, — я облизнул губы, и злобно усмехнулся — я бы в любом случае, сделал бы тебе что-нибудь плохое! Может уже начнем? Или так и будем пиздеть до вечера?

— Давай начинать, но сначала… — Сакамото вдруг свистнул и сделал несколько шагов назад, а на меня напали его шестерки. Все сразу.

Началась такая вакханалия, что было просто непонятно, кого и куда я бью. Их было как минимум девятнадцать, а я был один… веселье начинается! И ведь никто не сможет попрекнуть меня, если я вдруг сильно покалечу кого-нибудь из них, ведь это, по идее, не совсем честно…

Для них, бу-га-га!

— И один в поле может быть воином, — прошипел я, нанося удар в рожу первому, уклоняясь от трех кулаков сразу, и делая подсечку. Быстро распрямляюсь, и пинаю одного из ублюдков в живот, одновременно с тем, хватая другого пальцами за ноздри, и дергая его вниз. Он провизжал как свинюшка, упав на одно колено, чтобы потом еще и получить удар с ноги в рожу. Божечки, какие же они все медленные! Я мог прочитать движение каждого из них, даже тех, что были сзади меня! Фу, ненавижу когда сзади меня стоят парни! Особенно такие лошки-петушки, как эти! Я сам предпочитаю стоять сзади, особенно когда перед мной девчонка, ки-ки-ки! Но не парни! Не-не-не!

Эх, как же скучно было драться с этими чмошниками! Никакого челенджа! Мне в игры с Мэй сложнее играть, потому что она постоянно выигрывает меня во все, кроме файтингов, из-за чего я потом долго злюсь и психую! А здесь… пф, они не стоят того времени, которого я на них потратил, особенно если учесть то, что скоро прозвенит звонок на урок…

… Ударив одного придурка в живот, ту же делаю резкий разворот на девяносто градусов направо, врезаюсь левым кулаком второму в челюсть. На меня справа набрасывается еще один, у которого уже был на щеке след от моего кулака, но видимо ему показалось этого мало, и он попросил добавки. В этот раз добавка была сильнее, потому что я просто пинаю его ногой в солнечное сплетение. Вкусная добавочка, а? Кушайте-кушайте, у меня на всех хватит! Вот этому дал (удар в переносицу), этому дал (апперкот другому, что стоял слева), этого не обидел (пинок по яйцам и добивающий удар с ноги в лицо, когда он скукожился)…

— Погоди… а че, все?! — не понял я, распрямляясь, и засовывая руки в карманы. Вокруг меня на земле, постанывая и корчась лежали двадцать парней, некоторые были даже без сознания. — Да епт… я даже не успел войти во вкус! Че за лажа?! Слышь, Сакамото, ты каких-то дрищей держишь вокруг себя!

Бросив взгляд на Сакамото, который как-то испуганно смотрел на меня и на парней вокруг, я усмехнулся. Но моя ухмылка тут же сошла на нет, ведь я подумал о том, что если Сакамото такой же слабак, то… я лягу прямо тут и просто усну! Че за противники такие, от которых даже урона не получаешь, а? Мне что, специально ходить по городу и искать призраков? Ну ведь так не делается же, ребятки! Меня пугали этим Сакамото, что он тут сильнейший, но если его банда почти не стоит никаких усилий, то что же из себя представляет их, так сказать, босс?

— Сумел побить их всех значит… — произнес Сакамото, сделав несколько шагов ко мне. Я же тем временем уже начал ковыряться мизинцем в ухе, со скукой глядя на этого… проколотого!

— Ага. Давай уже, не медли, покажи на что ты способен, — кивнул я. Хмыкнув, Сакамото вдруг бросился на меня, на ходу вытащив левую руку из кармана, в которой он сжимал складной нож, и открыв его, он выбросил руку вперед, целясь лезвием ножа мне в лицо. Возможно даже в глаз! Ай-ай-ай так делать! Так ведь и поранить можно кого-нибудь!

Но какого же было удивление Сакамото, когда я, вместо того, чтобы увернуться в сторону, вдруг выгнулся назад, сделав идеальный мостик, причем стоя на одной лишь левой руке, держа правую по-прежнему в кармане, и подняв правую ногу, ударил носком ботинка Сакамото по яйцам. Хотел, на самом деле, по челюсти, но что-то пошло не так… Че-то я в последнее время слишком много парней по яйцам пинаю, пора бы уже прекращать, а то еще, не дай бог, такой фетиш выработается… Тогда в империи точно не останется парней, и рождаемость упадет еще больше, а ведь она и так маленькая… а бью я сильно, угу!

Выронив ножик из рук, который отлетел куда-то к воротам, Сакамото упал на колени, прижимая руки к своему раненому, но надеюсь, не сломленного малышу. Почему надеюсь? Да потому что вчера вечером, империя лишилась одного из возможных отцов, того, которому я хуй сломал. Минутка молчания в честь павшего воина, который будет смотреть вправо…

— С-сука, чтоб тебя… — провыл Сакамото, когда я, встав прямо, с трудом, на самом деле, будем уж честны, подошел к нему. — Больно!

— Ну ясен хер, что больно! А теперь… — ударив Сакамото по голове, уронив его мордой об землю, я несколько раз не сильно пнул его по голове. Он лежал у моих ног, выплюнув кровь изо рта. — Начинай кланяться мне, говнюк!

— Ч-что…

— Кланяйся мне! — нехотя повторил я, ковыряя мизинцем в ухе, глядя на тех учеников и учителей, которые стояли как в окне, так и у главного входа. Все они смотрели на меня, ясное дело, а я был из тех, кто любит быть в центре внимания. Ки-ки-ки! — Слышь, мне сколько еще раз повторить, а? Может ты оглох?!

Когда я пнул Сакамото еще несколько раз, уже по ребрам и спине, он чуть-чуть отполз назад, и склонился на земле в поклоне. Ки-ки-ки! Чувствую себя так хорошо, словно лежу на пляже, а мне отсасывает молодая девчонка. Да-да, такое тоже было, в моей прошлой жизни! Только та девчонка была проституткой, но да ладно… свои денежки она отрабатывала сполна!

— А теперь, сука, я бы мог тебя отпустить на все четыре стороны, но… — я выдавил злобную ухмылку, и обернувшись, поглядел на Шизуку, Танабэ и Мэй, которая стояла рядом с теми двумя, держа в руках два портфеля. О, молодец сестренка, мой все же захватила! — Но ты знаешь, Сакамото, мне очень не понравилось, что ты послал тех троих напасть на синеволосую! Не так, чтобы я сильно уж беспокоился за нее, но эта школа — теперь, можно сказать, принадлежит мне, и потому только я буду решать, на кого и когда нападать! Проси прощения!

— Я… я прошу прощения… — пробормотал Сакамото, подняв на меня лицо. Господи… опять я перестарался! Правый глаз заплыл, из носа текла кровь, губы были разбиты, вся морда какая-то опухшая…

— О, нет, дружок! Так не просят прощения! Целуй мой ботинок, за то, что мне пришлось бежать по городу и спасать ее, а потом целуй обувь Кобаяси! Или ты хочешь стать инвалидом? Как насчет сломанного позвоночника, а? Я ведь выслежу тебя после уроков… выбирай, или пара минут унижения перед всей школой, или вся жизнь на коляске!

Со слезами на глазах, Сакамото поцеловал меня в носок правого ботинка, а потом, на коленях, подполз к Шизуке и так же поцеловал ее в носок правой туфли. Все, даже моя сестра, смотрели на меня испуганно, а мне это нравилось! Боятся — значит будут слушаться! А раз будут слушаться, значит уже многое в школе принадлежит мне!

Осталось разобраться с еще кое-чем, но это уже на большой перемене…

Глава 15. А директор-то, тот еще мудак!

— Я сделал свою часть договора, — произнес я, не отрывая взгляда от сисек Кавасаки. Все же, это просто охренеть! Как она сумела отрастить такие в семнадцать лет?! Она что, выполняла эти упражнения, которые пишут в спамах, вроде «хотите увеличить свою грудь выполняя каждый день эти пять упражнений?»… ну, те спамы, когда у тебя не стоит в браузере блокировщик рекламы, и стоит только зайти на сайт как повсюду на весь экран вылезает огромный хер, с большой надписью «ХОЧЕШЬ УВЕЛИЧИТЬ? УВЕЛИЧЬ, СУКА!»… Надо будет как-нибудь узнать, вдруг это и впрямь работает… я, конечно, не жалуюсь, но ведь на парня с большим хером и девки будут лучше кидаться. Да уж, я просто представил себе эту картину — шестнадцатилетний хосиндец, который по сути, японец, из моего прошлого мира, в котором сидит русский бандит из другого мира, и у которого хер, как у негра… бляяяя, ну картиночка!

— Мы видели… да вся школа это видела, — фыркнула лолька, сложив руки на груди… ну или что там у нее было. Доска доской! — Это было очень жестоко!

— Ой-ой, кажется, кто-то че-то вякнул про жестокость! — я злобно посмотрел на лольку-старшеклассницу, или кем она была. — Слышь, плоская, договора, что я буду делать по-доброму не было! Да и он меня вынудил!

— Интересно, чем же? Сегодня, насколько я знаю, в школу не пришли трое учеников, так как попали в больницу с серьезными травмами, и почему-то я сразу поняла, что тут замешан ты, и возможно та девчонка, Кобаяси, ведь ты заставил Сакамото еще и ей ногу целовать!

— Какая ты понятливая, я офигеваю просто! От твоих слов у меня аж интеллект повышается, ей богу! — усмехнулся я.

— Ха-ха, как смешно!

— Ну, для такой маленькой, и шутки должны быть… низко интеллектуальные!

— Давай-давай, смейся над моим ростом! Думаешь, раз побил сильнейшего в школе, то я на тебя глаз положу, или все девки будут бегать за тобой?

— Не надо на меня глаз ложить! Я не хочу проблем с полицией, да и ты… — я оглядел мелкую с ног до головы. — Не в моем вкусе! Ни сисек, ни жопы… И что с тобой делать, если дело дойдет до постели? Я же себя буду чувствовать каким-то педофилом… слушай, а тебе лет-то сколько вообще?

— Мне семнадцать, придурок! — злобно произнесла… а как ее вообще зовут? Че-то запамятовал, да и пофиг! — Я из 3-A класса! Да, ростом я маленькая, но зато в отличие от тебя, у меня мозгов побольше! Придурок озабоченный!

— Ну, малышка, тебе только мозгами и хвастаться, — развел я руками, поглядев на Кавасаки и того парня, Мацумото, кажется, которые немного потрясывались от смеха. И от смеха, у президента немного подпрыгивала грудь… ах, я могу вечно этим любоваться, ки-ки-ки! — Да уж, не завидую тому, кто захочет встречаться с тобой… ты же надеюсь, носишь паспорт с собой? А то его точно заметут на улице, если полицейский увидит, как вы с ним идете под руки… а ты знаешь, педофилов на зоне не особо жалуют… мыло ему придется ронять очень часто…

— Я постоянно ношу с собой паспорт, придурок! Извращенец!

Хлопнув дверью, лолька выбежала из кабинета, а я в голос заржал, да и президент не удержалась и засмеялась. Один лишь Мацумото остался стоять спокойно, хотя и улыбался, постоянно поправляя свои очки. Черт, как же это, сука, весело!

— Ладно, шутки шутками, теперь о серьезном, — произнес я, отдышавшись, и засунув руки в карманы. — Ты свою часть сделки выполнишь, Мацумото?

— Уговор дороже денег! Но и ты, постарайся не сильно буянить в школе, и не задирать тех, кто слабее тебя, — глухо произнес очкарик. — После уроков я зайду в твой класс и заберу тетради. Послезавтра утром у ворот отдам.

— Отлично, а теперь я должен еще кое-что спросить… Кавасаки, теперь-то ты мне скажешь, кто твой парень, и кого мне надо избить?

— Ты думаешь, что справишься? Хорошо, я тебе скажу, — красноволосая встала из-за стола, и подошла ко мне. Мои руки так и тряслись, ведь я едва сдерживался, чтобы не схватить ее за ее сиськи… ой, да пошло оно все! Выбросив обе руки, я схватил ее за груди, и немного помяв их, положил на них голову. Едрить-колотить! Хочу лежать на них вечность! Самое смешное, что Кавасаки не торопилась меня отталкивать, лишь слегка покраснела. Вот такие девки мне нравятся больше, не то что эта Танабэ… — В общем, мой парень Сугияма Горо, номер семь по силе, среди сильнейших людей в городе! Их еще называют «Десять пальцев»…

— Ага, и типа… мне это должно о чем-то говорить, судя по твоему голосу? — не понял я. Да, как можно понять, я по-прежнему лежал головой на сиськах президента. Не хочу, не хочу отдаляться от них! Притащить что-ли завтра в школу веревку, и привязать себя таким образом к президенту? А что, идея хорошая… да и веревка в доме есть!

— Я думала ты уже знаешь. В общем, Кимура, в городе есть десять сильных людей, кто-то еще учится в школах, кто-то является владельцем магазина, кто-то работает на пляже… все разного возраста, и среди них есть даже девушки. Мой парень, седьмой по силе, а десятый, слабейший, сейчас получается… ты!

— Я? Десятый? Слабейший, да? Ну-ну… — пробормотал я, закрыв глаза, сильнее погрузившись в мягкие, теплые дыньки президента. — А почему я стал десятым? Вот так вот сразу?

— Десятым был Сакамото. А так как ты побил его, теперь ты занял его место. И остальные «пальцы», наверняка уже узнали об этом!

— Прикольно, гы! Пусть приходят, всех побью и унижу… а девок ихних, в том числе и тебя, заберу себе, ки-ки-ки! Устрою себе гарем, чтобы каждое утро просыпаться в объятиях девчонок, бу-га-га! А ты будешь моей личной подушкой…

— Ну, некоторые и впрямь могут прийти к тебе. Есть одно правило, если ты хочешь стать «пальцем» выше, ну или бросить слабейшему вызов — это должен быть честный вызов. Вот Сакамото не честен, ибо он пытался избавиться от тебя с помощью шестерок, потому и получил наказание — унижение перед всей школой! Идиот! — фыркнув, видимо на Сакамото, моя красноволосая богиня оттолкнула меня от себя, и провела рукой по щеке. Зачем она это сделала? У меня кол в штанах появился, а рука сама собой дернулась в карман, где лежала открытая пачка презиков…

— Я всех побью, в особенности твоего парня, и ты будешь моей! — произнес я, злобно усмехаясь. — Говоришь, надо побеждать по порядку? Ладно, хоть я и не самых честных правил, будем действовать по ихнему! Кто там девятый?

— Канэко Акио. У него свое мэйд-кафе… не знаю, какое именно, но говорят, что оно самое странное из всех в городе.

— Заметано, — засунув руки в карманы, я развернулся. — Я разберусь со всеми «пальцами», побью седьмого, и приду к тебе, красотка. Ты будешь принадлежать мне!

* * *

Крыша выглядела довольно прикольно. Небольшой диванчик, над которым была повешена водонепроницаемая ткань, несколько пластиковых столиков, стулья, и кресло, на которое и уселся я, как новый главный хулиган школы. Побитые члены банды Сакамото, а теперь мои, стояли тут же на крыше, и среди них был и сам Сакамото.

Развалившись на кресле, ощущая себя хозяином жизни, я неспешно попивал невкусный сок из коробочки, который мне отдал из моих шестерок.

— Ну, Сакамото, давай рассказывай, каким образом ты заставил директора закрывать глаза на твои выходки. Если ты ему жопу подставлял, не волнуйся, я никому не скажу! — усмехнулся я. Говорил я тихо, так чтобы только Сакамото мог слышать меня. Он сидел на корточках слева от меня, так как я решил сделать его своей левой рукой. Все же, он был вторым по силе в школе, так что пускай продолжает заниматься тем, что делал — гоповать и отнимать бабло, но, как я ему сказал, уже за пределами школы, ведь договор нужно соблюдать, ки-ки-ки! Договор ведь был, что порядок будет только в школе, так что… тут все честно!

— Я это… в общем, Кимура, смотри! — Сакамото, у которого по-прежнему правый глаз был прикрыт, протянул мне какую-то фотографию, сложенную в четверо, и когда я раскрыл ее, я даже присвистнул. Мать твою… я-то думал я мудак, а тут… изнасилование в чистом виде!

В общем, на фотке был большой темный стол, на котором задрав ноги, лежала девчонка, задрав ноги, с расстегнутой блузкой, а за ней стоял сам директор Кудо Такаши, левой рукой держа девчонку за правую сиську. Директор стоял с такой злобной рожей, глядя прямо, что я не выдержав, усмехнулся.

— Да что, блять, за школа тут такая? — пробормотал я, сложив фотку, и убрав ее в карман. Пригодится, однако! — Это ты сделал фотку?

— Ага. Как-то вечером, гуляю по школе, прохожу мимо кабинета директора, слышу странные стоны и ахи, достаю мобильник, открываю дверь и фоткаю! — Сакамото хмыкнул. — Вот потом я и пошел к директору, на следующий день, и сказал, что если он не хочет чтобы эту фотку увидела его жена, то он должен закрывать глаза на то, что я буду творить в школе!

— Это один экземпляр?

— Верно! Я удалил фотку с мобилы, когда распечатал ее!

— Отлично! А ты молодец, Сакамото, — я похлопал его по голове. Будешь верным песиком, дам косточку, ки-ки-ки! — А кто вообще эта девчонка?

— Не в курсе? Идол нашей школы — Хамада Митсуко, пятнадцать лет, учащаяся класса 1-C. Как я понял, идолом она стала именно из-за того, что директор ее… чпонькает! Хе!

— Возможно… — пробормотал я, думая, какую же выгоду можно извлечь из этой информации. Сакамото придурок мелочный, ведь за ТАКУЮ фотку, он мог просить много чего… это тебе не со школьным советом связываться, которые ничего не могут в принципе изменить! Ладно, пускай пока полежит, для начала стоит поговорить с директором и встретиться с нашим идолом, ки-ки-ки! А если судить по фотке, то она довольно милая, угу… да и она не может быть не милой, ведь в идолы не берут кого попало, а значит у нее красивый голос и она умеет танцевать… ки-ки-ки, может эта милашка-идол станет еще одной, которую можно будет добавить в мою соточку?

* * *

Когда уроки кончились, в класс, как он и обещал, зашел Мацумото, и отдав ему тетради, и сказав, что нам задали, я вышел из класса, и спустился на первый этаж, где меня уже ждала Мэй.

— Надеюсь, сегодня ты покормишь меня? — возмущенно надула она щеки, когда мы с ней вышли из школы. — Из-за тебя мне пришлось самой делать себе сэндвичи! А еще ты обманщик!

— Ну, немного есть, но поверь, у меня была важная миссия — спасение девицы!

— И почему я уверена, что не только спасение девицы, но еще и получение благодарности, — вздохнула Мэй. — Бедная Кобаяси… мне ее немного жаль даже…

— Пф, ей понравилось, — отмахнулся я, оглядываясь назад, так как услышал, как кто-то окликнул меня. И это была Ивасаки, почему-то без портфеля. Подбежав к нам, она вдруг вытянула перед мной какую-то анкету и хитро улыбнулась. Вздохнув, я отошел вместе с ней в сторону, попросив Мэй подождав.

— Я вступила в клуб сверхъестественного, — произнесла Ивасаки.

— И что? Мне начинать прыгать от радости, или че?

— Не знаю, можешь хоть на голове стоять! Но у меня к тебе предложение от которого ты точно не откажешься! И я имею ввиду не только секс с тобой, чтобы ты удалил те фотки… — Ивасаки подошла ко мне поближе, едва не дыша в правое ухо. — Может, заключим договор о том, что я не буду приставать к Шизуке, когда она в своем родном теле, а лишь тогда, когда в нем ты? Будем договариваться и всякое такое… как тебе?

— Хм… предложение хорошее. Хочешь попробовать лесбийские ласки не только в душе? — усмехнулся я. Бросив взгляд на Мэй, которая недовольно смотрела на нас, нетерпеливо покачиваясь из стороны в сторону, я выдохнул. — Знаешь, я бы прямо сейчас повел тебя в комнату, и прямо там трахнул, но Мэй точно обидится на меня. Мне и так придется сейчас делать кучу вкусняшек, чтобы она простила меня за то, что я дома не ночевал, но тут уже ничего не поделаешь…

— А чего это ты дома не ночевал? И почему это ты заставил Сакамото целовать ногу Шизуке? Только не говори мне…

— Увидимся, Ивасаки! — я неспешно направился к Мэй, помахав Ивасаки, которая смотрела на меня так злобно, что если бы я не шантажировал ее, она бы точно бросилась на меня с кулаками. Ки-ки-ки! Хорошо, когда ты можешь контролировать людей тем или иным способом!

* * *

Когда мы с Мэй вернулись домой, я тут же бросился на кухню, и стал готовить ужин, а сраная шаурма сидела на подоконнике, и наблюдала за мной. Что, надеялась что я ей выделю кусочек мяса? Хера-с-два! Хочет жрать — на помойке куча мышей и крыс бегает, вот пускай их и ловит! Мэй же, стоило ей вернуться домой, тут же уселась за свои видеоигры, и не дожидаясь ужина, начала уплетать чипсы, пачку которых, с наглой улыбкой, вытащила из-под кровати.

Когда мы с сестрой поужинали, я достал из портфеля белые трусики, которые принадлежали Шизуке, и наклеив на них небольшую бумажку, на которой было написано «Кобаяси Шизука», убрал их в шкаф, спрятав на полке под своими трусами.

Что ж… цель моя ясна — собрать сто разных трусиков, которые будут принадлежать разным девушкам и женщинам, заодно и переспать с ними!

Арка 5. Выходной

Глава 16. Итс э трап!

«— Братик, я… давай сделаем это!

— Ч-что?! Что ты такое несешь?! П-погоди, сестренка, зачем ты раздеваешься?! Т-ты же моя к-кузина, мы не можем…

— Не говори мне, что мы можем или нет! Никто об этом не узнает, братик!»

Я с хмурой рожей сидел за столиком на полу, неспешно поедая завтрак, и пялился в экран телека, на котором было изображение полуголой девчонки, которая приставала к своему кузену. Мэй, лежащая на полу в своей пижамке, болтая ногами, неотрывно пялилась в экран, приоткрыв рот, и лишь иногда нажимая кнопку, чтобы переходить к следующей сцене.

— Мэй, вот скажи мне, нахрена ты играешь в подобные игры? Да еще и при мне! — мрачно спросил я. — Я, конечно, не против эроге, но тут ведь сплошной инцест! Одно название этой визуальной новеллы чего стоит — «Войди в меня! Парень и три сестренки!»…

— А мне скучно! Мне надоели все игры которые у меня есть! — недовольно произнесла Мэй, бросая геймпад на пол. — К тому же, большую часть из них я уже по несколько раз прошла!

— Так займись чем-нибудь другим! В комнате приберись! — фыркнул я, глядя на множество пустых пачек из-под чипсов, пустых бутылок из-под колы, фантики от конфет. — Срач тут развела, блин!

— Не хочу прибираться! Хочу новую игру! Купи!

— Нет! Дядька сказал, чтобы я тебе покупал не большой одной игры в месяц! А в этом месяце ты уже покупала игру, перед тем как мы поехали в этот город!

— И что? Я же учусь на отлично! У меня одни пятерки! В отличие от тебя! — Мэй подползла к столику и села напротив меня, недовольно глядя мне в глаза. Только попробуй применить свое «секретное оружие» против меня… только попробуй… — Ты даже домашку, чтобы не делать, взял под контроль всех хулиганов!

— Ки-ки-ки! А вот насчет этого, ты должна меня благодарить! Пока мы тут сидим, моя банда вместе с Сакамото, ходят по городу, и отжимают бабосы у ботанов! На те же чипсы и колу для тебя, ну и игры!

— Так что, чего тебе терять? Купи игру!

— Нет!

— Слышь, братик, купи! — Мэй возмущенно надула щеки, а в ее глазах… да чтоб тебя, кузина! Опять слезный поток будешь устраивать?! Ну нахер, надо тикать отсюда, пока я еще успеваю!

Быстренько поднявшись с пола, я схватил кошелек со стола, и хотел выбежать в прихожую, но Мэй вдруг, прямо с места, подскочила, прыгнула вперед, и схватилась за мою левую ногу. Вцепилась сильно, как обычно я вцепляюсь в девчонок или их грудь!

Когда она схватилась за мою ногу, а я не обращая на нее внимания, все же двинулся в прихожую, она вдруг громко заревела, обдав мои бедные ушки ультразвуком. Секретное оружие! «Ультразвуковая атака Мэй», как я его называю! Неееет!

— Хорошо, засранка, хорошо! — взвыл я, зажимая уши ладонями. — Куплю я тебе игру, только прекращай убивать мои уши!

— Вот и отличненько, братик! — тут же замолкнув, подскочила с пола Мэй. На ее вредной и наглой роже вообще не было ни следа от того, что она только что ревела, поливая все вокруг слезами. Еще и лыбилась во весь рот! — Дай мне переодеться и мы пойдем!

— Да-да. Заодно зайдем кое-куда, ки-ки-ки!

Вчера вечером, после ужина, когда Мэй сидела и смотрела какое-то аниме, я посидел за компом и отыскал в интернете, расположение всех мэйд-кафе в городе. И нашел, как мне кажется, то странное, о котором говорила моя сисястая богиня — недалеко от того парка, где я спас Шизуку, находилось кафе «Стайл», и судя по отзывам на их сайте все довольны. А отзывы там, по-большей части, от мужиков и парней. Если я правильно понял, то кафе называется «Стайл» потому что у них там официантки ведут себя по разному — кто-то отыгрывает роль младшей сестренки, кто-то старшей сестры, кто-то цундере, кто-то садистку, а кто-то идола. В общем, дичь там творится знатная… И именно этим кафе владеет Канэко Акио, которого мне нужно отпиздить, чтобы стать девятым по силе в городе.

* * *

— И почему бы просто не купить цифровую версию этой игры? — хмуро спросил я, когда мы стояли в отделе торгового центра, где торговали дисками и прочей электронной хурмой, что был расположен в центре города, до которого мы доехали на автобусе. Остановок всего две, но Мэй отказалась «топтать свои ножки»…

— Покупать диски намного приятнее! — с блестящими глазами произнесла Мэй, держа в руках две пластиковые коробочки с видеоиграми. Одна была опять какой-то новеллой, судя по всему, а другая шутером. Да, моя сестра играла во все игры, не ограничивая себя в жанрах, а во всякие онлайн-шутеры даже получше многих парней. — Это чувство, когда открываешь новую коробочку, достаешь диск с заветной игрой… вот ты же покупаешь свои порно-журналы? Знаешь ведь какое это чувство, когда, например открываешь первую страничку, а там на всю страницу огромные…

— Слышь, а об этом обязательно орать на весь магазин? — фыркнул я, глядя на продавца-парня, который поднял на меня глаза, стоя за прилавком. — Выбирай давай уже и пошли отсюда! У меня еще дела есть!

— Знаю я твои дела… или подраться с кем-нибудь или к девчонкам приставать, — буркнула Мэй. Вздохнув, я вытащил из бумажника несколько купюр, сунул ей в руки, отчего она просияла, и вышел из этого отдела. Все же, это надолго… надо бы пройтись немного по торговому центру, посмотреть что тут вообще есть!

Ковыряясь мизинцем в левом ухе, я неспешно брел по третьему этажу центра. Мои мысли как обычно были переполнены эротическими фантазиями, но теперь уже не только об учителе Синохаре, но и президенту Кавасаки… я с ними в комнате Лав-отеля, они обе голые лежат на большой кровати в форме сердца, лаская друг друга, а рядом я, тоже голый, и со злобной похотливой улыбкой бросаюсь на них и…

Мои эротические фантазии прервала девчонка, пробежавшая мимо меня, и толкнувшая меня в правый бок. Блондинка с длинными волосами, и с ободком с голубой розой на голове… так, стопэ!

Успев схватить блондинку за руку, я силой развернул ее к себе, отчего она чуть не упала, злобно поглядев на меня. Ага, а я не ошибся, подумав что это глава клуба сверхъестественного!

— Кимура, пусти! — попыталась вырваться из моих рук Танабэ, прижимая к груди пакет, явно с покупками. — На нас люди смотрят!

— А, они всегда смотрят! — отмахнулся я, все же опуская блондинку. — Что тут делаешь?

— Не твое дело, извращенец! — фыркнула она, прижимая пакет посильнее к своим сиськам.

— Возможно, но не забывай, что за тобой еще должок за спасение… как насчет сегодня вечером? — я подошел к ней, положив руку на талию, отчего лицо Танабэ стало красным, как свекла. — Я даже защитой обзавелся! И скажу, что Шизуке понравилось, ки-ки-ки!

— Я и сама думала о сегодняшнем вечере… не потому что ты мне нравишься, а чтобы побыстрее отвязаться от тебя, озабоченного! — пробормотала Танабэ. — В общем, Кимура, сегодня вечером… приходи ко мне домой! Я живу одна, так что нам никто мешать не будет!

Мое сердце! Оно едва не разорвалось от счастья от ее слов! Живет одна… Спасибо тебе бог извращений! Спасибо, что ты переродил меня в этом мире! Надеюсь, когда я умру, ты заберешь меня к себе, и сделаешь своим приспешником, о Великий Извращуга!

— А где ты живешь? — стараясь не показывать эмоций, произнес я, доставая мобилу. Когда Танабэ сообщила мне свой адрес, и я записал его в заметки на телефоне, мысленно уже находясь с Танабэ в одной квартире, блондиночка, по-прежнему прижимая к груди пакет, быстро пошла прочь, частенько оглядываясь на меня.

Ну пускай хоть какая-то тварь помешает мне! Будь то гопник, призрак, богиня или еще какая-нибудь хуйня — точно убью нахрен! Никто не посмеет встать больше между мной и бурной ночкой с девчонкой, у которой четвертый размер груди! Эх, если бы она была бы еще опытная… ну да ладно!

— Ты чего такой довольный, братик? — произнесла Мэй, подходя ко мне сзади, и дергая за рукав куртки. Так как сегодня не нужно было тащиться в школу, я оделся в черные джинсы с подворотами, белую футболку и спортивную серую куртку. Мэй же была в коротком голубом платьице, которое она одела специально для того, чтобы побесить меня. Ненавижу голубой… — И о чем ты говорил с Танабэ?

— О хорошем, Мэй! Ки-ки-ки!

— Судя по твоему смеху, хорошем для тебя… — вздохнула Мэй, протягивая мне коробочку с игрой. Бросив на нее взгляд, и увидев название игрушки, я едва не заматерился. «Сладкие перчики!»… Блять, она что, теперь в визуальные новеллы про яой играть будет?! Мы с ней, конечно, договаривались, что каждый из нас делает, что хочет, раз мы предоставлены сами себе, но…

— Слушай, сестренка, тащи-ка сама свою игру! — проворчал я, отдавая коробочку с игрой обратно ей. — Мне такое даже в руки противно брать, и вообще… при мне в ЭТО не играй, а то я выкину нахер эту игру, поняла?

Вместо того, чтобы ответить, Мэй показала мне язык. Блин, вредная засранка… но именно за это я и люблю свою кузину!

* * *

Не знаю зачем, но Мэй потащилась за мной в мэйд-кафе. Как она сказала, ей все равно, что я там буду делать, она просто хочет пирожное и молочный коктейль.

В этот раз, несмотря на ее скандал, который она закатила, говоря, что хочет ехать на автобусе, мы пошли пешком. До парка от центра идти всего остановку, да и погода была хорошая, так что чего бы и не прогуляться? В отличие от сестры, я не был хикки-задротом, и частенько проводил свое время или на улице, ввязываясь от скуки в драки, или бегал за девчонками, ки-ки-ки!

Единственное, что меня бесило, пока мы шли, это чертова игра, которую она держала в руках. Вот какого черта она не взяла с собой свою сумочку?! Забыла, говорит она… Не верю, просто не верю! Ладно хоть, лицевую сторону она держала к себе, а не наружу, так что это было не очень палевно…

Когда мы наконец, дотопали до мэйд-кафе, я толкнул дверь, и когда мы с кузиной вошли внутрь, я сразу увидел симпатичную… погодь! Что-то в девчонке было не чисто, вот чуял мой дружок. Обычно, стоило ему увидеть красотку или милашку, он сразу приходил в движение, а тут…

Короткое голубое платьице, немного смахивающее на костюм готической горничной, длинные волосы, заплетенные в две косички, гольфы с подвязками чуть выше колен, голубые туфельки… даже косметика была, вроде подводки для глаз, и помады, но…

Мать твою!

Поняв КТО стоял передо мной, я немного отпрыгнул назад, сжимая правую руку в кулак.

АЛЯРМ! АЛЯРМ! ИТС Э ТРАП!

— Добро пожаловать в кафе «Стайл»! — улыбаясь произнес трап, поклонившись. — Могу я показать вам ваш столик?

— Вон, моей сестре покажи! Это она любит всякое… — толкнув Мэй к трапу, я оглядел зал, и тут заметил, что за одним из столов сидит толстяк в очках, которые пристально смотрит на меня. Опа-на, Миямото! — О, там мой дружбан! Я к нему сяду! А ты пока обслужи мою кузину, и будь повежливее, усек?

— У-усек! — испуганно кивнул парень, и повел Мэй за другой столик, а я же, подошел к столику, где сидел Миямото, и уселся за него. М-да, сказать, что Миямото выглядел довольным, значит ничего не сказал… Он едва не светился, глядя по сторонам, ну как собственно и другие парни, которых здесь было по двое по трое, почти за каждым столиком. Единственной девушкой, которая не была работницей, была Мэй, о чем-то мило сюсюкавшая с трапом. Сука, я очень надеюсь, что он не только транс, но и гей, а то убью, если будет приставать к моей сестренке!

— Ну и как оно тут все, Миямото? — спросил я.

— Отлично, Кимура! Просто отлично! — усмехнулся толстяк. — Я каждые две недели сюда хожу, и меня тут уже даже узнают! Особенно та девчонка, которая играет роль младшей сестренки!

— Ой, только этого мне еще не хватало! У меня вон, своя младшая сестренка есть, которая ведет себя иногда похлеще, — выдохнул я. — Приперлась, блин, за мной… нет, чтобы идти в свою игру играть…

Я замолк, поглядев на хмурую официантку в платье как у трапа, только фиолетовом, которая встала рядом с нашим столиком, и недовольно поглядела на меня. Волосы завязаны в тугой узел, на вид лет двадцать, симпатичная, грудь размера третьего… Ха, вот по-любому отыгрывает цундере! Меня, озабоченного, который с десяти лет хентай смотрел, не обманешь, ки-ки-ки!

— Будешь что-нибудь заказывать? — спросила официантка очень высокомерным тоном. Ох, обожаю таких!

— Кусок шоколадного торта и клубничный коктейль, — так же высокомерно произнес я, даже не взглянув в меню. В своем родном городе я посещал такие кафе лет с четырнадцати, и уже успел понять, что во всех мэйд-кафе одно и то же меню. Тортики там, коктейли… кофе! Несколько раз, я даже хлопал официанток по задницам, и что странно, они даже не возмущались… кроме одной, которой было лет шестнадцать, как мне сейчас, но тогда я подстерег ее после работы, и прыгнув сзади, облапал ее сиськи и задницу, и убежал, громко смеясь. Вот такой вот я, ки-ки-ки!

— Заказ будет скоро готов. Но не думай, что мне нравится быть на побегушках у парней, — лицо официантки тут же стало вмиг красным, и каким-то смущенным. Вот почему я люблю цундере! Они такие мимишные!

Пока мы с Миямото, не отрываясь смотрели на задницу официантки, уходящей от нашего столика, мы с ним хихикали как два дурачка, пока он, наконец, вдруг не задал вопрос:

— Скажи, Кимура, а ты сюда случайно не за поединком с Канэко пришел?

Глава 17. Девятый «палец»

Как только Миямото произнес эти слова, как дверь, то находилась слева от прилавка, распахнулась, и в зал кафе, по всей видимости из подсобки, вошел мужик лет тридцати, в темно-синем костюме с черным галстуком, держа руки в карманах штанов. Дверь он, по всей видимости, открыл с ноги, м-деее…

Высокий, крепкий, волосы причесаны, на подбородке и на челюсти небольшая щетина, на роже довольная ухмылка, в левом ухе серьга-пусета, судя по всему золотая. В общем, я бы этого мужика описал как гопник-бизнесмен, который однако владеет миленьким мэйд-кафе.

— Кто тут вякнул «поединок»? — громко спросил он, подходя к прилавку, и вдруг хлопнув по заднице ту самую цундере, которая захихикала. Эй, я тоже хочу ее по заднице хлопнуть! Че за несправедливость?! Вот уверен, попробуй я хлопнуть, она бы завозмущалась…

— Это был Миямото, — усмехнулся я, вставая из-за стола, и хрустнув пальцами. — Но драться хочу я, Кимура Хидео! Десятый «палец», ставший им вчера!

— Так это победил Сакамото? Что-то я тебя тут раньше не видел… а я знаю, что все парни в городе, примерно твоего возраста, любят ходить в мое кафе!

— Я всего неделю учусь в школе, а переехал сюда в прошлую субботу, так что не было возможности побывать в местах вроде этого. Но это я потихоньку исправлю, ки-ки-ки!

Хмыкнув, Канэко вразвалочку подошел ко мне, не вынимая руки из карманов, и встав передо мной, вдруг выбросил вперед правую руку, сжимая ее в кулак, который метился мне в лицо. Если честно, бил он с такой скоростью, что я едва успел среагировать, заблокировав его удар левой рукой. Офигеть! Похоже, мой первый достойный противник! Что ж… я ждал этого!

— Хм… молодец, парень! Не каждый успевает среагировать! Я принимаю твой вызов на поединок!

— Где будем драться? — злобно улыбаясь спросил я. Ясное дело, что взгляды всех парней, официанток, и Мэй были обращены по-большей части ко мне, ведь как я понял, опять же покопавшись в интернете, редко кто бросает вызов «Десяти пальцам». Обычно это заканчивается тяжелыми травмами, но не более, ведь убивать и делать соперника инвалидом запрещено.

— В парке. Готов прямо сейчас?

— Я всегда готов ко всему, ки-ки-ки!

* * *

Мы с Канэко стояли посреди парка, на траве. День приближался к полудню. Мы с моим соперником были окружены любопытными парнями и девушками, мужчинами и женщинами, и даже детьми, как мальчишками так и девчонками. Всем было интересно, судя по всему, как будет происходит драка между девятым и десятым «пальцами» и кто же окажется сильнее…

Вообще, новость о том, что я стал десятым «пальцем», уже облетела весь город: какие-то придурки снимали вчера на мобилы мой бой с девятнадцатью учениками и унижение Сакамото. И ясен хрен, видосы уже лежат в интернете…

А я-то становлюсь знаменитостью! И думаю, что скоро я стану еще более известным, ведь если я побью Канэко, а я побью, ибо мое ЧСВ зашкаливает, ки-ки-ки, я стану девятым, а он опуститься на мое место. А как можно понять, чем больше моя известность… тем больше девчонок будут кидаться на меня, бу-га-га! Девчонки ведь любят крутых и знаменитых парней!

— Давай, братик! — крикнула Мэй, стоя впереди справа, рядом с Миямото. Помимо своей яойной игры, моя сестренка держала в руках мою куртку. Вообще, что можно сказать про то, как мы с Канэко стояли — оба держали руки в карманах со злобными ухмылками, только моя рожа была злее, и я знал это, потому что некоторые детишки лет семи, что глядели на меня, начинали рыдать. Да и парни с девчонками передергивались, и я даже услышал, как одна девушка сказала другой: «Какой он жуткий! Думается, что если он посмотрит на меня, он точно заберет мою душу!». Эх, милая, если бы я мог, я бы лучше забрал не твою душу, а твое тело, хе-хе…

Ну да ладно, шутки в сторону! Пора чистить рыло Канэко!

— Че, погнали? — хмыкнул я и тут началось…

Канэко первым бросился на меня, вытащив из кармана лишь правую руку. А я же вытащил обе руки, ибо этот хрен оказался таким быстром, что стоя в метрах пяти от меня, за какую-то секунду допрыгнул одним прыжком, целясь мне в живот. Я ушел влево, одновременно с этим пытаясь ударить Канэко в лицо, но он отвел все тело как-то вправо, отчего я промахнулся. Охренеть! Такого уже давно не было! Как же весело, иии!

Но мое веселье длилось недолго, ведь вдруг Канэко вытащил левую руку из кармана, и быстрым, резким движением ударил меня в живот. Ого! Вот это скорость!

Отпрыгнув в сторону, в этот раз уже я набросился на Канэко, который теперь тоже стал драться двумя руками. Могу сказать, что пока мы наносили друг другу удары, и уклонялись от них, я понял, что наша скорость с ним почти одинакова, единственное что, моя реакция была хуже. Да, признаю, моя реакция стала подводить меня! Вот что значит прожить жизнь в родном городе, где одни слабаки и нет достойных соперников!

Удар в живот… заблокирован! Удар в лицо… Канэко увернулся, целясь в меня… черт, не уследил, и получил удар в солнечное сплетение! Два удара за один бой! Кошмар! Ужас! Ну ничего, сейчас посмотрим, кто кого…

— Давай, Канэко! — закричал кто-то из толпы, причем кричал как-то медленно, словно в замедленном действии. Смотреть кто это кричал, чтобы потом в переулке гопнуть его, у меня не было времени. Не люблю, когда болеют не за меня, ки-ки-ки! А вообще, как бы странно это звучало, но сейчас, после двух ударов, я стал чувствовать себя как-то более энергично… Адреналин в крови поднялся? Возможно, но такое же чувство было, когда я сражался Нацуми…

— Кимура! — вдруг раздался голос, с той стороны, где стояла Мэй, и голос был знакомым. Котяра?! Какого хрена она тут делает, ведь она с утра куда-то умотала?! Оглядываться на нее не было времени, ведь я сумел нанести первый удар Канэко, который стал чуть-чуть помедленнее. А почему, интересно?

— Братик!

В этот раз кричала Мэй, но я не могу обратить на них внимания!

Ударив Канэко в живот, я увернулся от его кулака, отклонившись всем телом влево, и попытался пнуть его правой ногой, но он тоже увернулся, и попытался в свою очередь схватить меня за ногу, но я быстро, на одной ноге, отпрыгнул вправо.

— Братик, посмотри под ноги!

Да чего ей надо-то?! Я занят, у меня лапки… тьфу ты, блять! Дерусь я, некогда мне пялится под ноги! К тому же…

Опа-на! Канэко открылся! Я нашел его слабое место… Ай!

Обрадовавшись, поняв, что этому «пальцу» с трудом удается блокировать мои удары, которые идут снизу, я расслабился, и получил удар кулаком по морде. Прямо в челюсть справа!

От такого удара меня немного перекосило, и я сделал даже шаг влево, склонив голову вниз, и тут увидел, что у меня под ногами шевелящаяся масса. Едрить! Че она-то тут делает?! Мы что, сражаемся на территории призрака, которому это не понравилось?!

— Пора закругляться! — прошипел я, ощущая во рту сильную боль. Набросившись на Канэко, я провел обманку, заставляя его думать, что буду бить в живот левой рукой, но уже под конец, когда он заблокировал этот удар, я нанес ему апперкот правой, да такой сильный, что он даже подлетел на пол метра над землей, а потом свалился на траву! Точнее, на шевелящуюся массу, которая уже была даже под ногами зрителей!

Но расслабляться не было времени! Быстренько оглядевшись вокруг, я заметил странную девчонку, лет семи, которая медленно двигалась ко мне, как-то похрамывая. Ее голова была опущена вниз, а в руках она сжимала плюшевого медвежонка. Да вы че, серьезно? Маленькая девочка-призрак?! Как я буду бить ее на глазах множества людей? Они-то, конечно, не видят той херни, что творилась вокруг, но ведь если я буду бить по воздуху, то меня точно сочтут конченным, и девки не будут на меня кидаться!

Но меня, как ни странно, спасла от этого дерьма Звёздочка! Крикнув что-то, она бросилась в сторону призрака, а я, поняв, что она захотела сделать, бросился на нее, надеясь, что одного удара в живот хватит, чтобы призрак девочки исчез.

В тот момент, когда мы со Звёздочкой поравнялись с призраком, кошка прыгнула на нее, а я замахнулся правой ногой.

— Волшебный пендель! — прокричал я, с ноги ударяя девочку-призрака в голову, ощущая, как от моего удара у нее треснул череп. В тот же момент, когда она упала, кошка попала под мой пинок, и ей тоже достался удар, отчего она улетела в сторону дерева, что стояло позади толпы, и повисла на одной из веток. Когда труп девчонки поглотила масса, что была уже по всей площади, нашей с Канэко боевой площадки, все вокруг стало нормальным. Травка там, хуявка и прочая дребедень. Потому что живое отвратительное мясо, покрывало даже дерево.

— О-он точно демон… монстр… — послышался голос, когда замершие зрители пришли в себя от моих действий. — Зачем пнул бедную кошечку?

— Псих… точно псих…

— Мама, я больше не буду ходить одна в школу. Я… я боюсь этого парня… — произнесла какая-то девчонка лет четырнадцати, держа за руку женщину лет сорока. Пф, всралась ты мне как будто!

А вообще, что стоит сказать… я же победил, ага!

Подойдя к Канэко, который уже поднялся на ноги, держась за подбородок, я злобно хмыкнул, и уставился на него исподлобья. Я ждал, когда он что-нибудь скажет, но он лишь кивнул, и медленно побрел в сторону своего кафе, махнув рукой, показывая, чтобы я следовал за ним.

* * *

— Так значит, никто не знает, где искать Накамуру? — спросил я, крутя в руках чайной ложкой. Из-за того, что я побил Канэко, он сказал, что сегодня угощает за свой счет, но только меня и Мэй. Ясное дело, что моя сестренка тут же заказала себе тортиков, пирожных и прочее, что было в меню кафе, ну и всякие коктейли, а я же решил ограничиться лишь тем шоколадным тортом и коктейлем, который заказал ранее. Миямото, сидевший рядом со мной, огорченно вздыхал, так как ему не досталось ничего. Ничего, ему полезно!

— Нет. Иногда он приходит, чтобы бросить вызов Сугияме, но обычно уходит от него побитый. Ко мне он ни разу не приходил, чтобы дать шанс подняться на ступень выше, — ответил Канэко. Наш с ним диалог был о Накамуре Хару, восьмом «пальце». — Думаю, Кимура, что если ты собрался бросать ему вызов, тебе стоит связаться с Сугиямой, чтобы он в случае, если появится Накамура, сказал тебе об этом!

— И какого хрена нельзя просто бросить вызов Сугияме, и дело с концом? — проворчал я. — Правила, правила, да кому они вообще вперлись, не пойму… тем более это все просто так, чисто повыделываться, кто сильнее! Из-за этих гребаных правил, я не могу заполучить в свои руки Кавасаки…

— Чего?! — громко спросил Миямото. — Ты имеешь ввиду президента школьного совета?!

— Ну а кого еще? Думаешь, я просто так начинаю бросать вызов «пальцам»? Не, Миямото, это все ради сисек Кавасаки, ки-ки-ки! Ты ее видел? У нее же пятый, сука, размер!

— Да тебя только это и волнует, — проворчала Мэй, попивая коктейль через трубочку.

* * *

Когда мы с Мэй вернулись домой, я, в предвкушении бурной ночки с «четвертым размером», не зная, чем себя занять, приготовил для Мэй ужин, завтрак, сразу же обед в школу, убрал это все в холодильник. Немного посидел за компом, в наушниках, пересмотрев несколько сцен из хентая, пока Мэй не видела, так как она была занята своей яойной новеллой. Потом я принял душ, и когда стемнело, я вышел из хаты, и пошел к сисястой. Искать дом, в котором она живет пришлось недолго: сначала я дошел до круглосуточного магазина, на всякий случай купив еще несколько пачек презиков, пока у них был завоз, ки-ки-ки, а потом отправился в ту сторону, куда обычно шла Танабэ.

Как оказалось, квартирку ей родители снимали тоже в жилом комплексе, вроде того, где жили мы с Мэй, только в более роскошном, и у которого был домофон. Когда я набрал на нем ее квартиру, то услышал ее дрожащий голос, а когда она услышала мое бурчание, то даже взвизгнула. Но дверь открыла…

Жила Танабэ на четвертом этаже, и когда она открыла мне дверь, то я увидел ее в белом халате, с распущенными волосами, и без дурацкого ободочка. Она вся была красная, как рак, и как-то смущенно мялась.

Бросив портфель, который захватил с собой, чтобы утром сразу двинуться вместе с Танабэ в школу, я подошел к крашенной блондинке, и слился с ней в поцелуе, одновременно с этим расстегивая пуговицы на ее халате. И когда я его снял с нее, и отлипнув от ее губ, увидел что на ней было одето сексуальное алое кружевное белье.

— Ты говорил, что первый раз должен быть незабываемым, вот я днем и решила купить что-нибудь… такое, — произнесла Танабэ. — Надеюсь, хоть сегодня ты побудешь нормальным, и не будешь вести себя, как обычно…

— Что значит «нормальным»? — не понял я. — Я всегда такой, какой есть и вообще… где там твоя кровать?

Ну, что можно сказать? Ночка была бурная, да! И я наконец, сумел нормально обмацать грудь Танабэ, и не только ее, ки-ки-ки! И Танабэ, как оказалось, была той еще похотливой сучкой! В какой-то момент, плюнув на все, мы с ней из ее спальни, перешли в гостиную, а потом вообще на кухню, воспользовавшись столом! Казалось бы, первый раз у нее, угу…

Вообще, когда я шел к ней, я боялся, что она тут захочет какую-нибудь романтику, или типа того, но все обошлось, чему я был рад! Только секс и ничего лишнего! В какой-то момент, она мне даже спину поцарапала своими ногтями, но это лишь еще сильнее возбудило и меня и ее…

Короче и в целом, что можно сказать… бог извращений просто благоволит мне!

Арка 6. Началась вторая неделя…

Глава 18. Пьяный у ворот!

— Одно не пойму, зачем тебе мои трусики? — тихо спросила Танабэ, когда мы с ней вышли из ее дома и направились в школу. Прежде чем выходить из ее квартирки, я набрал Мэй, и когда она взяла трубку, чуть не криками заставил ее поднимать задницу и идти в школу. Она снова едва не устроила истерику через трубку, но я просто вякнул, что если услышу «не хочу в школу» еще раз, то позвоню дяде и тёте, и скажу о том, что она себя плохо ведет. Каждый раз приходится мне следить за ней… ну да ладно, ведь если так подумать, то я веду себя похлеще нее, ки-ки-ки!

— Ну, скажем, что на память о тебе! — усмехнулся я, держа левую руку в кармане, а правой держа портфель, закинутый за спину. В портфеле, кстати, сейчас лежал мой второй трофей — розовые трусики с кошачьей мордой, которые принадлежали Танабэ. Да, я решил забрать именно их, не знаю почему… понравились может? Ведь именно они были в тот день, когда я впервые повстречал «четвертый размер»… — Вообще, лучше не задумывайся об этом, это просто… мой фетиш, скажем так!

— Твой фетиш — собирать трусики у тех, с кем переспал? Или ты просто собираешь все подряд?

— Только у тех, с кем переспал.

— Значит, ты и у Шизуки забрал одни?

— Верно.

— Какой же ты извращенец, Кимура, — вздохнула Танабэ.

— Да кто бы говорил-то! Ты мне так спину ночью поцарапала, что она по-прежнему болит! Это точно твой первый раз?

— Не ты один смотришь хентай… — усмехнулась блондинка. — Я же одна живу, так что делаю, можно сказать, что хочу…

— Как же я хочу жить один! — мечтательно произнес я. — Мля, вот уже вижу, как приглашаю тебя, Шизуку и Ивасаки к себе, и мы с вами устраиваем такую оргию, которые учащиеся Святой Марии точно никогда не устраивали…

— Да иди ты! Шизука моя подруга, и я не собираюсь заниматься с ней… любовью! Я же не Ивасаки! — фыркнула Танабэ. — Чертов извращенец!

Пока мы двигались дальше, уже миновав круглосуточный магазин, мне в голову пришла такая идея, от которой я даже захихикал. О, мой воспаленный разум, что же ты творишь?! Почему я стал таким озабоченным, ведь та идея, что пришла мне в голову, она точно была ненормальной?! Да и пофиг! Попробуем ее исполнить, ки-ки-ки! Ох, мне уже не терпится увидеть лицо Танабэ, когда я начну воплощать свою идею… постараюсь выполнить ее сегодня же вечером, бу-га-га!

* * *

Мацумото не обманул: ждал меня у школьных ворот, и молча вручив мне мои тетради, зашел в школу. Быстренько пролистав их и убедившись, что домашка и впрямь выполнена, я довольно хмыкнул. Не знаю, правильно ли он их решил или нет, в этом убедимся потом. Если не правильно, пусть пеняет на себя, очкарик сраный. Прибью нахрен!

Когда подошло время большой перемены, я достал коробочку с бен-то, которое, кстати, приготовила Танабэ, для себя и для меня, я уже хочет приступить к обеду, но тут меня отвлекли сразу двое: Миямото и Шизука. Первый потрепал меня за плечо, а вторая удивленно уставилась на коробочку с едой. Видимо поняла, что она принадлежит Танабэ, хех…

— Вам чего? — недовольно буркнул я. На самом деле, настроение у меня было офигеть какое хорошее! Оно и понятно, всего неделя учебы в новой школе, а уже столько умудрился совершить… и самое главное, переспал с двумя девчонками, ки-ки-ки!

— Ммм… Хидео, может пообедаем в клубной комнате? — спросила Шизука, еще не открыв свою коробочку с едой.

— Чего бы и нет? Пошли… да чего тебе, Миямото? — рявкнул я на толстяка, который дернул меня за рукав, как-то нагло ухмыляясь. Вообще, как мне кажется, он единственный кто не боялся обращаться ко мне… да и с чего бы? Я ему ничего плохого не делал, да и он мне вроде как… да и пусть попробует мне сделать плохое, сам же пострадает, хех!

— Поговорить хочу, наедине!

— Ну, давай, говори! — вздохнул я. — Шизука, иди в комнату одна, я скоро приду. Поболтай пока с Танабэ, поговорите какой я плохой… или наоборот хороший!

Не поняв моего намека, Шизука вышла из класса, а за ней следом, подхватив свою еду, выскочила и Ивасаки. Ах да, она же теперь тоже член клуба… мля, это тогда че получается — я один, и три девчонки?! Ебана… это же так охеренно! Как в аниме-гаремниках прямо, ки-ки-ки! И с двумя из них я уже переспал… а секс с третьей уже не за горами! Может сегодня? Посмотрим, потому что моя жизнь такая непредсказуемая, что прямо… ух!

— В общем, смотри, Кимура! — Миямото вложил мне в руку какую-то листовку, небольшую, мятую такую, и когда я прочитал, что на ней было, я… я просто закрыл лицо рукой, злобно усмехнувшись. — Ну как тебе?

— Это, конечно, офигенно, но скажи, Миямото… ты реально хочешь снять проститутку?! — прошептал я, возвращая листовку обратно парню. — И где ты вообще взял листовку? Да и когда вообще сутенеры стали давать листовки?

— А ее никто и не давал! Я в интернете нашел и сам распечатал! И да… я хочу снять проститутку!

— Ну а я здесь при чем?! Флаг тебе в руки и всякое такое! Не забудь резинки купить, но если стесняешься, могу тебе одолжить, у меня всегда с собой, — я похлопал себя по карману, и уже хотел уйти, но очкарик остановил меня. — А еще и у «девушек по вызову» они должны иметься, так что… не пропадешь!

— Я… я стесняюсь звонить туда, Кимура! А ты… ты же крутой, и наверняка не постесняешься заказывать… женщину! Помоги мне… если хочешь, я даже заплачу за тебя, ибо я уже год подрабатываю после школы, денег накопил достаточно! Но…

— Чувак, нахрена мне шлюха?! — усмехнулся я. — У меня Кобаяси есть…

— Кимура, пожалуйста… ты же видишь, какой я… да на меня ни одна девка не посмотрит, но… я не хочу пробыть всю жизнь девственником… Я же в долгу не останусь, честно!

— Ладно, черт с тобой! Когда ты собираешься ее заказывать?

— З-завтра! После школы! Я живу с родителями, но у нас еще есть небольшая квартирка, которая осталась от бабушки и дедушки, и я могу ходить туда, когда захочу… а родители туда не ходят, и они знают, что я могу там иногда ночевать…

— Понял, постараюсь на завтра ничего не планировать. И как ты понял, я не дурак, чтобы отказываться от перепихона, особенно за чужой счет, хе-хе!

— Да это без проблем, но я буду первым, ладно?

— Ты платишь, так что ты — главный.

Выйдя из класса, я быстренько поднялся на третий этаж, и зашел в клубную комнату. Ясное дело, что девчонки были там, обедали, причем все трое. Когда я сел за стол, слева от Ивасаки, напротив Шизуки, тогда как Танабэ, как глава клуба сидела во главе стола, лесби вдруг толкнула меня в плечо, отчего я чуть не выронил палочки.

— Так это правда, озабоченный? — злобно спросила Ивасаки. — Ты переспал и с Шизукой и с Танабэ?

— Так и знал, что вы будете про это болтать, — вздохнул я. — А вообще… да! И че? Никто из вас не является моей девушкой, женой и т. д. и т. п., так что делаю что хочу и когда хочу! К тому же, теперь вы мне ничего не должны! Но если вам вдруг захочется перепихнуться — я всегда готов!

— Ну… ты мне сразу не давал никакой надежды на отношения, так что… я не в обиде, Хидео… — вдруг произнесла милашка Шизука, покраснев, и отвернувшись в сторону. — В отличие от Юки, я не жду принца на белом коне…

— Вот за это, Шизука, ты мне и нравишься! Ведешь себя как скромняшка, а на деле… ты понимаешь, как устроена жизнь! — я усмехнулся. — Не задумывайся о глупостях, вроде любви — и тебе не будет больно, если например, тебя бросит твоя половинка. Или изменит тебе!

— А вдруг ты сам когда-нибудь влюбишься?

— Не, Танабэ, такого точно не случится! Да и подумай сама — какая, нахуй, любовь, если вокруг так много сисек, которые я еще не пожмакал, и как много самок, в которых мне хочется… войти, бу-га-га!

— Придурок! — фыркнула Танабэ. — У тебя даже смех становится все более… идиотским!

— Слышь, Танабэ, не обижай мой смех. И вообще, если ты сейчас еще раз меня обзовешь придурком, я начну рассказать, как ты у меня от…

Я не успел договорить, как дверь в клубную комнату распахнулась, и в нее влетел парень из класса 3-B, тяжело дышащий. Я не знал, как его зовут, ибо мы еще не общались, но он был из моей банды, потому его лицо я запомнил. Я запомнил лица их всех, на случай, если попробуют мне как-нибудь поднасрать.

— Босс, там это… — испуганно проговорил моя шестерка, встав по струнке. — Какой-то мужик приперся пьяный и тебя требует! Учителя пытаются его остановить, но он, сука, нападает на них!

— Да епт… пожрать спокойно не дают. Танабэ, еда у тебя отменная, извиняй, что не доел!

Выскочив из клубной комнаты вслед за парнем, мы с ним спустились на первый этаж, выскочили наружу, и я увидел, что у школьных ворот и впрямь стоит мужик, с побитой рожей, фингалом под глазом, расквашенным носом, из правой ноздри течет тонкая струйка крови, да и сам он выглядел так, словно его отпиздили в какой-то подворотне. Мужика окружили несколько учителей, среди которых был физрук, крепкий такой мужик, и учитель Синохара. А вот за последнюю я был готов драться с кем угодно, хе-хе-хе!

— Приведите мне Кимуру! — орал незнакомец, лет двадцати семи, держа в правой руке бутылку чего-то там, а левой отбиваясь от учителей. Ни серег или других телесных украшений я на нем не видел, значит уже не хулиган… просто алкаш или же…

— Ну, типа, я Кимура, а че? — громко произнес я, встав недалеко от учителей, засунув руки в карманы. Они все обернулись ко мне, причем учителя испуганно, а этот хер с наглой ухмылкой.

— Парень, иди отсюда! — предостерегающе сказал мне физрук, но тут поиметый в подворотне, оттолкнул его, и с кулаком набросился на меня, злобно зарычав. Так… а кто он вообще такой? Рыло незнакомое, да и не помню, чтобы я какое-то плохое зло делал алкашам… может он папаша одного из тех, которые хотели Шизуку изнасиловать? Да не, я же тогда, захватив власть над бандой Сакамото, сказал нескольким парням, чтобы они сходили к тем трем в больницу, и предупредили их, что если она скажут, кто их так украсил, я займусь ими еще более серьезно, а заодно и их семьями. А как я понял, у кого-то из них есть даже старшая сестра, ки-ки-ки!

Добежав до меня, хер хотел было ударить меня кулаком в лицо, но я в последний момент, специально, без особого труда отошел влево, и подставил ему подножку. Мудак ебнулся на землю, приложившись мордой об камень, и издал протяжный стон. Самое смешное, что свой хавальник он не пожалел, а вот бутылочку — это да… спас ее от разбития прижав к себе, немного расплескав содержимое, которого теперь осталось чуть на донышке.

— К-Кимура… я… восьбой из «бальцев», Нагамура, вызываю тебя на боединок, — с трудом поднявшись на ноги, произнес этот рептилоид, говоря в нос. А, так это Накамура! Ууу, еще и на поединок вызывает? Заебись, и искать его не надо будет ходить! Сам приперся, чтобы сместиться на одну ступень ниже! А если я сейчас его побью… сиськи Кавасаки, да и сама она, могут готовиться к такому разврату, что даже… ух! Ведь мне останется только побить седьмого «пальца», ее парня!

— Поединок, так поединок! Я принимаю вызов! — злобно усмехнувшись, произнес я, вытащив руки из карманов. Ты мне не дал пожрать спокойно, а значит… готовься к серьезному унижению, сучара! — Погнали!

Я первым бросился на Накамуру, и нанес ему первый удар в живот, от которого он согнулся. Потом тут же второй, в солнечное сплетение, потом еще третий удар, в грудь. Мне было похер, побитый он, не побитый, вызов был брошен официально, так сказать, а не собираюсь упускать шанс поскорее добраться до дынек Кавасаки!

Я бил его, почти не получая сопротивления, лишь пару раз Накамура пытался уклониться но безрезультатно! Однако, я нанес ему уже столько ударов, что ему бы уже давно пора валяться на земле, но он, скотина такой, оказался крепким. Бесят такие! Нет, чтобы просто упасть, так будут до последнего сопротивляться…

Когда я понял, что удары в торс вообще на него не действуют, я замахнулся правой рукой, нацелившись ему в морду, и уже почти нанес ему удар, вложив в него всю свою злобу, ненависть, и силу земли, но вдруг… этот пидор ударил меня по башке бутылкой с такой силой, что у меня в глазах потемнело! Бляяя… это же не тело Михаила, уже натренированное, а тело, у которого и соперников достойных почти не было, потому еще слабое!

Но все же, я был настолько крут, ведь ЧСВ у меня зашкаливало, как счетчик Гейгера в Припяти, что все же умудрился врезать Накамуре по ебалу, да с такой силой, что у него лицо впечаталось в затылок, как мне казалось! И когда этот любитель бутылок, и наверняка любитель садиться на них, свалился на землю, потеряв сознание, я…

Короче, не тая, скажу, что я тоже погрузился в небытие!

* * *

Очнулся я от того, что кто-то лазал по моим карманам. Резко схватив чью-то руку, которая была в моем правом кармане, я распахнул глаза, и увидел Ивасаки, которая стояла с таким лицом, словно перед ней сам Сатана… а, ну так перед ней я! И вот честно, я даже сказать не могу, кто из нас, Владыка Ада или я, в данный момент пострашнее, ведь я совсем не люблю, когда по моим карманам лазают!

— И что это ты делаешь, а? — злобно ухмыльнувшись, спросил я, приподнявшись. Бросив взгляды по сторонам, не отпуская руки Ивасаки, которая по-прежнему была в моем кармане, я увидел, что нахожусь в медкабинете. Судя по всему, лежу на последней из трех коек, что стояла у окна. А за окном уже было немного темновато… так, я что, все уроки пропустил? Пизда рулям, просто…

— Какой же ты… вот надо стало тебе очнуться именно в этот момент! — фыркнула Ивасаки, пытаясь вырваться из моей хватки.

— Что, хотела фотки удалить, пока я был без сознания?

— Сообразительный какой, а? — усмехнулась Ивасаки. И вдруг начала расстегивать блузку. Опа-на! Блять, ну почему сейчас?! Меня немного подташнивает и башка кружится… ну да похер! Че я, дурак, отказываться, если девка сама предлагает?! Вытащив из кармана пачку презиков, я поглядел на Ивасаки, которая, сняв блузку, бросила ее мне в ноги. Легко улыбаясь, каким-то хитрым взглядом, Ивасаки откинула с меня тонкое одеяло, которым я был укрыт, и начала расстегивать ремень на моих брюках. — Знаешь, Кимура, мне ведь еще с того первого раза, когда мы были в душевой, хотелось попробовать, какого делать это с парнем… Но ты удалишь те фотки, ладно?

— Уговор дороже денег! — усмехнулся я, когда Ивасаки стянула с меня штаны и трусы. — А где медсестра?

— Кажется, пошла попить кофе в учительскую… совсем недавно причем, оставив меня следить за тобой, и в случае чего позвать ее, — Ивасаки стянула с себя трусики, которые были черные, и залезла на меня. — У нас хватит времени, я надеюсь…

* * *

Несмотря на головокружение, я не посрамил свою честь мужика, ки-ки-ки! Однако, не успели мы с Ивасаки закончить, как дверь в медкабинет открылась, и мы с ней замерли. Твою-то мать! Пускай кровать и перекрывалась ширмой, но ведь только с одной стороны, отгороженная от другой койки…

— Ивасаки, ну как он… — из-за ширмы выглянула женщина лет тридцати, на лицо ничем не примечательная, самая обычная уроженка империи. Темноволосая, волосы завязаны в длинный хвост, под глазами мешки. Одета была в черную кофточку, и длинную коричневую юбку, а поверх одежды распахнутый белый медицинский халат. Грудь третьего размера, ибо это для меня важно.

Увидев, ЧЕМ мы тут занимаемся, школьная медсестра хмыкнула. Ивасаки покраснев, протянула руку к лифчику, который она тоже сняла, и хотела слезть с меня, но медсестра покачав головой, махнула нам рукой, и быстро вышла из медкабинета, громко хлопнув дверью.

— М-даааа… — протянул я, а Ивасаки усмехнувшись, продолжила наше неоконченное дело. Просто кабздец! Так глупо попасться… да и ладно! По крайней мере, медсестра оказалась понимающая, хех! Хорошо, что ни я, ни Ивасаки, не были такими уж прям скромняшками и стесняшками, и потому, мы спокойно, смеясь, доделали наше дело.

Медсестра, которую, если я правильно помню ее имя, которое слышал один раз на уроке, звали Такаги Чика, вернулась спустя минут десять, после того как мы уже оделись. Ивасаки, вся красная, сидела на краю моей койки, в ногах, копаясь в моем телефоне. Ага, я доверил ей его, чтобы она лично удалила те фотки, чтобы потом не обвиняла меня в чем-либо!

— Что, уже закончили? — усмехнувшись спросила медсестра Такаги, встав у кровати. — Не волнуйтесь, я никому не скажу, чем вы тут занимались! Это уже не первый случай на моей памяти, так что все нормально…

— Ну… спасибо, наверно… — пробормотала Ивасаки, отдавая мне мой мобильник. Я, кстати, уже тоже не лежал, так как я не был неженкой, да и домой уже пора было идти.

— Ты как себя чувствуешь? — спросила Такаги.

— А, нормально! — отмахнулся я, поднявшись на ноги. — Голова немного кружится, но это уже не первый случай на моей памяти, когда меня бьют по башке… Вы не в курсе, моя сестра уже ушла?

— Шизука должна была отвести ее домой, — сказала Ивасаки. — Твоя кузина и твой портфель захватила, так что можешь идти налегке!

— Не знаю, стоит ли тебе знать… — начала медсестра. — Но тот мужик, Накамура, восьмой из «пальцев»… он умер. Не знаю, как так получилось, но твой удар был очень силен… ты не переживай, тебя никто не обвиняет, ведь свидетелей того, что он сам пришел сюда и напал на ученика множество…

— Ха, было бы за кого переживать! — злобно усмехнулся я. — Сдох и сдох, сам виноват! Могу я уже идти? А то жрать охота!

Медсестра вздохнув, кивнула, и мы вместе с Ивасаки, которая подхватила свой портфель, стоявший у моей койки, вышли из медкабинета, и спустившись на первый этаж, сменили обувь, и пошли по домам. Кстати, в этот раз, уже Ивасаки пришлось идти без трусиков, ведь я забрал их у нее для своей странной коллекции, ки-ки-ки!

Ну, три уже есть, осталось еще… девяносто семь!

Глава 19. Как Кимура и Миямото вызвали женщину

— Зачем ты пришел в школу?! — возмущенно воскликнула Шизука, когда я на следующий день зашел в класс. Она подскочила из-за своей парты, и перегородила мне дорогу к моей парте. Еще несколько одноклассников и одноклассниц обернулись ко мне, в том числе и Миямото.

— Я тут учусь, как бы, — не понимая, чего от меня надо синеволосой, ответил я. Моя башка, кстати, еще была перевязана, и немного болела, но ничего страшного. Подумаешь… единственное, что меня волновало, так это то, что я вчера не воплотил одну идею, из-за того, что провалялся на койке. Сука, надеюсь тот говнюк Накамура переродился мухой, чтобы жрать говно!

— Да знаю, что ты тут учишься, но разве… разве не ты вчера провалялся без сознания пол дня?! Ты же должен лежать отдыхать, как вчера сказала медсестра Такаги!

— А че ты обо мне волнуешься? — оттолкнув Шизуку, я прошел к своей парте, и бросив портфель на пол, уселся на стул, и бросил взгляд на синеволосую, злобно усмехнувшись. — Втюрилась что-ли?

— Я… я просто…

— Да не парься! Моей башке как уже только не доставалось, так что это не самое страшное, — указал я на повязку. — Самое главное, он не пострадал, ки-ки-ки!

Мы с Миямото, который тоже слушал нас, заржали, а Шизука, надув щеки, села за свою парту и обиженно отвернулась. Самое херовое, что вчера я не смог отдать тетради Мацумото, но хорошее было в том, что у меня уважительная причина их не делать. Да и не знал я, что делать, хех!

— Кимура, так что насчет сегодняшнего вечера? — спросил Миямото, поправив очки.

— Мы же добазарились, так что будем действовать как и задумывали! Сразу после уроков пойдем, если опять какая-нибудь херня не произойдет, — ковыряясь мизинцем в левом ухе, я взглянул на вошедшую в класс учительницу Синохару. Она, кстати, мне сегодня опять снилась ночью…

* * *

Так как мне было снова лень делать себе обед, и я его сделал только для Мэй, которая тоже со вчерашнего вечера дулась на меня, из-за того, что я вечно нарываюсь на неприятности, на большой перемене я быстренько схарчил сэндвич, запив его чаем из термоса, и отправился в кабинет школьного совета.

Там находились лишь Кавасаки и лолька, что меня не порадовало. Ну почему Кавасаки не остается она? И какого хрена эта семнадцатилетняя лолька вечно тут торчит? Ей что, заняться нечем больше, кроме как в кабинете торчать? Не дает взрослым поговорить наедине, ки-ки-ки!

— Ну, госпожа президент, и где этот ваш седьмой «палец»? Я собираюсь заняться им в выходные, ведь я, если не ошибаюсь, уже стал восьмым, верно?

— Кимура, ты меня начинаешь пугать, — округлила глаза Аоки… О, я ее фамилию вспомнил! Ну, этой лольки! — Неужто тебя по-прежнему волнует только… завоевание президента?!

— Ну ясен хрен! Где же еще такую красотку можно найти? — усмехнулся я, глядя на грудь президента. — Вот смотри, на сиськах президента можно полежать, их можно помять, получить такой кайф… а вот у тебя… Да я боюсь даже говорить про тебя! Может тебе на турнике начать подтягиваться, чтобы хоть немного вырасти? Чтобы хоть до носа доставала, а то ты же мне едва до плеч достаешь…

— Как же ты меня бесишь! Извращенец чертов! — провизжала Аоки и выбежала из кабинета.

— Ну так что, Кавасаки, устроишь мне встречу с седьмым номером? — спросил я, подойдя к столу, и оперевшись на столешницу ладонями, уставился на лицо президента. Она мило улыбалась, крутя между пальцами правой руки карандаш.

— Устрою. Как насчет того парка, где ты дрался с Канэко? В воскресенье, в полдень?

— Я согласен. Как раз башка к тому времени заживет… — медленно обойдя стол, я сел на корточки перед президентом, и положил голову ей на колени. Ах, какой кайф, когда над тобой нависают две дыньки, а ты лежишь на мягких коленках очень красивой девушки! Что мне нравиться, она не стесняется, в отличие от всяким там Кобаяси или Танабэ… а ведь Ивасаки тоже не стеснялась! — Послушай, Кавасаки, а ты не в курсе, чего этот Накамура приперся вчера пьяным и побитым? Кто это его так?

— Это его так Горо отделал.

— Серьезно?! А он значит, решил на мне отыграться, да? Мудила… — я хмыкнул и прикрыл глаза. Хорошо, что на кортах сидеть я мог долго, так что дискомфорта в ногах я не испытывал. Когда-то, еще будучи Мишей, будучи тогда молодым парнем, я жил в одной пятиэтажке, в районе, который славился своими четкими пацанчиками, к которым относился и я. У меня даже кликуха была «Харчок», потому что я частенько тогда харкался, но потом бросил эту привычку, когда пришлось тикать с городу. А еще я любил носить тогда синюю олимпийку, черные трико и черную кепку… целыми днями мы с пацанами шугали ботанов, лузгали семки в подъездах, пугая жильцов, тискали девок, пили пивко…

— Скажи, Кимура, а ты не переживаешь насчет того, что ты убил человека?

— Не-а!

— Вот как… — Кавасаки ненадолго замолчала, видимо задумавшись о чем-то своем. Но ее лица я не видел из-за бугров, так что не мог сказать, правда ли она задумалась или нет.

Эх, хотелось бы, конечно, лежать так и дальше, а еще лучше, чтобы это было в моей квартирке, отправив куда-нибудь Мэй, но ничего не поделаешь. Поднявшись во весь рост, я прижался к губам Кавасаки, даже не получив сопротивления, а потом вышел из кабинета. Закрывая дверь, я услышал, как красноволосая красотка говорит с кем-то по телефону…

* * *

День, этот прошел спокойно. Ну нихера ж себе, да?! Вот честно, настолько все было муторно и спокойно, что мне даже стало скучно. Ни призраков, ни дебилов, которые хотят меня побить — никто не пришел по мою голову, что даже странно!

После разговора с Кавасаки, я поднялся на крышу, и там пообедав, в компании своих шестерок и получив свою долю денег, которые пацаны отжали на улицах за два дня, и послушав последние новости, и поржав вместе с ними, слушая рассказ Сакамото о том, как он трахнул вчера в сортире ночного клуба какую-то двадцатилетнюю девку, которая была явно под кайфом, я вернулся в класс.

И вот…

Уроки кончились!

После того, как я отдал Мацумото тетради, мы вместе с Миямото выскочили из школы, не забыв забежав в класс к Мэй, и предупредить ее, что я приду сегодня поздно, и поперлись в квартирку покойных родственников толстяка. Парень явно нервничал, потому что то и дело оглядывался по сторонам, словно кого-то боялся. Только кого? Что, боялся что его родители запалят? Как по мне, его папаша должен радоваться, что сын решил стать мужиком! Вот моему дяде пофиг на меня, лишь тётка любит меня и беспокоится обо мне… ну а папаши у меня нет, хотя, если судить по рассказам тёти, он был таким же идиотом, как и я, лишь потом одумался, и женился на моей матери… а она, вроде как, была такая же, как Шизука, скромная…

… Квартирка, куда мы собирались заказать проститутку, находилась в довольно оживленном районе, в трехэтажном жилом комплексе, вроде того, в котором жили мы с Мэй. Вход в квартиры здесь так же располагался с улице. Сам дом располагался недалеко от пролива, через который проходил мост, соединяющий два острова. Вообще, вся империя была расположена на островах, коих было множество…

Зайдя в квартирку, двухкомнатную, кстати, в которой было довольно уютно, и мебели было достаточно, ведь все осталось от предков, как объяснил Миямото, я тут же уселся на диван, перед стареньким телеком, который все же был «плоским», и вытащив мобилу, набрал номер, что был указан на листовке, которую мне протянул Миямото.

— Ну что? — вышагивая туда-сюда по гостиной, спросил Миямото, грызя ногти на руках.

— Скоро будет, — ответил я, убрав мобильник в карман, я взял пульт и включил телек. Опа-па! По телеку шли вечерние новости на шестом канале, и сейчас показывали красотку Сасаки Тамико. Увидев ее, Миямото тут же уселся рядом, и вместе с ним, от нечего делать, стали придумывать разные извращения, которые делали бы с матерью школьного репортера, попадись она нам в руки. Пока мы придумывали разную херню, смеясь как идиоты, я подумал, что может мне стоит подкатить к Сасаки, как это умею я, найти способ попасть к ней домой, а потом соблазнить ее мать? Мне пофиг, что ей уже сорок, ведь она выглядела так офигенно, что ей не дашь больше двадцати пяти, ки-ки-ки! А я люблю опытных женщин… ну и дочь заодно, ясное дело, бу-га-га!

Но вот в дверь позвонили. Миямото, подпрыгнув на диване, испуганно покосился на меня, а я, поняв, что он вообще ни ку-ку, пошел сам открывать дверь. И когда я ее распахнул, ковыряясь мизинцем в левом ухе, предвкушая, наконец, секас с опытной… я просто замер, как и проститутка, которая увидев меня, захлопала глазами.

— К-Кимура?!

— Медсестра Такаги?!

Да, это была она — школьная медсестра собственной персоной! С распущенными волосами, одетая в кожаную мини-юбку, коричневые колготки в сеточку, в черные туфли на высоких каблуках, и в кожаном топе, с открытым животом, благодаря чему можно было узреть проколотый пупок. Косметики на ней тоже было достаточно — тени для век, алая помада, немного румяна. Кажется, она еще тональный крем намазала под глазами, чтобы скрыть мешки…

— Ч-что ты тут делаешь? — удивленно спросила Такаги, поправив красную сумочку, висевшую у нее на левом плече. Она неловко переминалась с ноги на ногу, не решаясь зайти внутрь. Я, кстати, по-прежнему был с перевязанной головой, и видимо только по ней, медсестра и узнала меня, хех! Ну и по серьге в виде черепа, которая на самом деле, была сделана под заказ, и подарена тётей на мой четырнадцатый день рождения. Другой такой в городе не найти, да и мастер, что отливал мне эту серьгу, уже помер… спустя три месяца, после создания этой серьги.

— Как что? Мы тут с одноклассником… девушку решили вызвать для похабных целей, — усмехнулся я, и схватив Такаги за руку, затянул ее в квартиру, тут же захлопнув дверь. — А вы, Такаги, судя по тому, как одеты, и есть та девушка!

— Подожди, Кимура…

— Медсестра?! — в коридор выглянул Миямото, весь красный, и увидев медсестру, аж заикал. Бедняга… — А… а… ч-что вы т-тут делаете?

— Так вот значит какой одноклассник, — покачала головой медститутка. А че, прикольно звучит — медститутка! Медсестра-проститутка, епта… — Не ожидала, что ты способен на такое решение Миямото! Сколько раз, парень, тебя в прошлом, да и в этом, году отправляли ко мне, из-за твоего давления? А ведь ты даже рубашку стеснялся при мне поднимать…

— Ну, все мы иногда скрываем свою истинную сущность, — пожал я плечами, разглядывая Такаги. Да уж, нежданчик…

— Это верно, кому как не мне это знать, — Такаги хмыкнула, и поглядев на нас с Миямото по очереди, сняла с плеча сумочку, повесила ее на вешалку, и встала, уперев руки в бока. Она была ростом немного выше меня, и еще более выше Миямото. Толстяк, ясное дело, был немного растерян, начав снова кусать ногти на руках, но а я…

— Так что, Такаги, может уже начнем? — спросил я. — Деньги у нас есть, так что мы заплатим, однако хотелось бы еще немного уточнить расценки…

— Вдвоем дороже, а если по отдельности, то цены не меняются, — Такаги вздохнула. — Господи, и это я говорю двум мальчишкам из школы, где работаю… такого на моей памяти еще не было, хотя я с семнадцати лет таким образом подрабатываю! Ну так как?

— Пускай он будет первым, — кивнул я на Миямото. — Он платит, по-большей части, так что я уж после… к тому же, в отличие от него, меня не надо прямо уж так сильно обучать, хех!

— А у тебя вчера был первый раз? — сощурилась Такаги.

— Не-а! — подмигнул я. — Вы давайте, работайте! А то Миямото, кажется, сейчас в обморок упадет!

Усмехнувшись, Такаги подошла к Миямото, и схватив его за руку, повела в спальню, на которую я ей указал. Когда дверь за ними закрылась, я уселся на диван, и ожидая, пока Такаги закончит с Миямото, который накопил реально достаточно денег, можно сказать, чтобы попробовать большую часть услуг, я стал щелкать каналы телека. Как же хорошо, что мои шестерки дали мне проценты, от отжатых ими денег, так как пока мы с Миямото шли сюда, мы с ним договорились, что я воспользуюсь только двумя услугами, но теперь… ха, а теперь думаю, что попробую как минимум четыре, так как тех денег, что у меня на кармане, хватит еще на две, ки-ки-ки! А вообще… думаю, что стоит и у нее забрать трусики, ведь ее я тоже трахну, а это считается!

* * *

Через какое-то время, когда из комнаты вышел Миямото, в одних трусах, поправляя очки, и довольно увалился на диван, что-то бормоча, настало время мне идти в комнату. Такаги, сидевшая голая на кровати, простынь и одеяло на которой были помяты, а подушки выкинуты с нее нахер, усмехнулась.

— Послушай, Кимура, это, конечно, не мое дело, но разве ты не с Ивасаки?

— А, да у нас с ней только один раз был, и то вчера! Сложно это все объяснять, да и вас не касается, — сбросив с себя штаны и трусы, я встал перед Такаги. — Вы, кстати, не переживайте насчет того, что мы с Миямото узнали вашу тайну! Я никому не скажу, да и он будет молчать…

— Хочешь скидку? — насмешливо спросила Такаги.

— Ага. А еще ваши трусики забрать. И не смотрите на меня так! Просто у меня цель одна есть, и собирание трусиков тех, с кем переспал, входит в нее.

— В которых я пришла, я не отдам, у меня еще клиенты сегодня будут, я уверена. Но если ты точно пообещаешь, что не выдашь мою тайну, я тебе одну пару завтра отдам, по рукам?

— По рукам.

И вот мы приступили к делу… Что ж, вот уже и четвертая девушка/женщина, с которой я занялся сексом. Звиздец… а ведь только вторая неделя учебы в этом городе началась! Ну, успехи у меня большие, что еще скажу… думаю, что бог извращений, который наверняка сейчас наблюдает за мной, и который точно существует, как и Великий Летающий Макаронный Монстр, доволен мной!

* * *

Я вернулся домой примерно в десять вечера. Ясен пень, что Мэй не спала, втыкая перед монитором компа, глядя какие-то видосы в интернете.

— Ну и где ты был сегодня? — недовольно спросила она, когда я был на кухне, и готовил нам ужин. Мы не были сторонниками «не жрать после шести», ибо все это хуйня, как предполагали все мои родственники, коих было всего три.

— С другом в аркадный клуб ходили, — буркнул я первое, что пришло в голову.

— Врешь ведь! — Мэй, одетая в свою пижамку с поняшками, подошла ко мне, и вдруг схватила меня за левое ухо, нагло улыбаясь. — Послушай, братик, мне, конечно, все равно, чем ты занимаешься, но я ведь… беспокоюсь за тебя! А что если с тобой что-то случится? Что мне тогда делать, а?

— Чтобы со мной что-нибудь случилось!? Боишься, что на меня хулиганы нападут? — хмыкнул я, нарезая морковь. Мэй все еще держала меня за ухо, видимо, совсем становясь похожей на свою мать. Тётка, когда я тоже в чем-либо был повинен, частенько хватала меня за уши, тогда как дядька сразу хватался за ремень, хех!

— Я не этого боюсь… но все равно, волнуюсь за тебя! А вдруг ты повстречаешь призрака или демона? Я же тебя знаю, ты обязательно нападешь на него, чтобы доказать, непонятно кому, свою силу! Но… вдруг, вдруг он окажется тебе не по зубам? — Мэй отпустила мое ухо и встала рядом, покраснев. — Что если тебя убьют, братик? Как мне… кто же тогда будет заботиться обо мне?

— Научишься сама о себе заботиться. Тебе уже пятнадцать, а ты даже готовить не умеешь, блин! И почему вообще готовкой должен заниматься я, когда это, по идее, твоя обязанность?

— Но ты — старший! А раз старший, то должен заботиться о своей младшей сестренке! — Мэй подошла к холодильнику, и достав оттуда бутылку колы. — В общем, братик, предупреждай меня, куда ты будешь уходить, ладно? А то я ведь… позвоню родителям, и расскажу, что ты творишь в школе, и за ее пределами!

— Козырями кроешь, да? — усмехнулся я. — Ладно, вредина, я буду предупреждать тебя, куда ухожу, но ты будешь…

— Не буду! — показав мне язык, Мэй убежала в комнату, даже не дослушав меня. А я ведь хотел заставить ее хотя бы прибираться в комнате… М-да, все же моя кузина — единственная девушка, с которой мне никогда не справиться…

Глава 20. И пришел ОН…

Когда на следующее утро я пришел в школу, чуть раньше чем обычно, забрав у Мацумото, ждущего меня у ворот, свои тетради, я бросил портфель под свою парту, и вразвалочку пошел в медкабинет. Повязку со своей башки я решил снять, ибо она меня задолбала, да и к тому же, сегодня физ-ра. А Шизуке, думаю, будет не очень удобно мыться в этой повязке, а ведь она сама не станет ее снимать. И да своей традиции насчет обмена телами, я не собираюсь изменять, да и судя по моське Ивасаки, которая тоже рано пришла в школу, она уже с нетерпением ждала похода в душ, ки-ки-ки!

— Привет, Такаги! — весело поздоровался я с медсестрой, входя в медкабинет. Она сидела за рабочим столом, запрокинув левую ногу на правую, и хмыкнула, когда я щелкнул замком на двери. — Ты принесла свои трусики?

— Принесла, — кивнула Такаги и вытащила из кармана халата алые трусики, и скомкав их, бросила мне. Поймав их в воздухе, и убрав в карман штанов, подошел к медсестричке, которая ехидно усмехалась, и слился с ней в поцелуе, одновременно с этим, засунув руку ей под блузку, и начав ласкать ее грудь. Она была не против, ведь вряд ли ее клиенты вообще целуют ее.

А вообще, это длилось недолго. Оторвавшись от нее, я махнул ей на прощание, и вышел из медкабинета, и насвистывая мелодию из одного хентая про медсестер, вернулся в свой класс, и усевшись за парту, по стелсу убрав трусики Такаги в портфель, подмигнул Ивасаки.

* * *

И вот подошло время третьего урока. Как и в прошлый раз, после физ-ры, которая сегодня проходила в спортзале, я поменялся телом с Шизукой, и мы вместе с Ивасаки поперлись в душевую. Но не успели мы снять с себя спортивную форму, как я вдруг почувствовал резкий запах ванили. Причем, судя по всему не только я, так как одноклассницы, тоже стали изумленно оглядываться, пытаясь понять, откуда идет запах, который был очень, ну прямо очень сильным!

— Слышь, Ивасаки, как думаешь, кто тут так… навонял? — усмехнувшись, спросил я.

— Н-не знаю… — вдруг как-то чересчур нежно произнесла Ивасаки, и вдруг правой рукой залезла мне в трусы, и начала работать пальчиками. В тот же момент, она встала немного правее меня, и легонько укусила за ушко. — К-Кимура…

— Эй, Ивасаки, я конечно, все понимаю, но как бы… — я огляделся по сторонам, глядя на других девчонок. Не то, чтобы я стеснялся, просто это было как-то странно…

Странно, потому что все девчонки, вдруг начали удовлетворять друг друга! Причем без разбора! Одна подошла к своей подруге, как я понял, и прижав ее к шкафчику, слилась с ней в страстном поцелуе, еще одна девка подошла к сидящей на скамейке, и опустившись перед ней, стянула с нее трусики и…

— Да что за ботва происходит? — недоуменно пропищал я голосом Шизуки, и вдруг…

Вдруг у меня закружилась голова, и я почувствовал такое возбуждение, которого до этого вообще не ощущал. А потом…

Честно, я не помню, что было потом, ибо все было как в тумане — помню лишь какие-то отрывки, стоны, смех, кто-то громко произносил мою фамилию, причем кажется, это была Ивасаки, которая вроде как рассказала всем девчонкам, смеясь, что в теле Шизуки сижу я… Блять, я надеюсь, такого не было, и все это лишь мои галюны, которые я словил хер знает почему?

Но все не так просто, как кажется, совсем нет… ведь когда я пришел в себя, почему-то сидя у стены в душевой, среди одноклассниц, которые чересчур сладко сопели на полу, с широкими довольными улыбками на лицах, я медленно поднялся с пола, и держась за голову, хотел выйти из душевой, как вдруг в душевую… заходит ОН!

И честно, я не сдержался, увидев ЕГО! Я просто завизжал, как резаный, как последняя сучка, прикрыв грудь и промежность Шизуки ее маленькими ручками!

Выше двух метров, мускулистый, я бы даже сказал, перекачанный, негр, в одних, сука, розовых стрингах, с длинными черными волосами, спадающими до плеч, с козлиной бородкой, и губами, сильно покрашенными в красный. Встав у выхода из душевой, загородив своим телом единственный шанс на побег, он усмехнулся! Нахер, в случае чего, я не буду спасать остальных девок, главное себя спасти!

А вообще, я ведь даже сбежать не могу, если так подумать… ведь когда я его увидел, у меня подкосились ноги, и я медленно опустился на пол, продолжая прикрывать интимные места Шизуки. Мляя… если я выйду из этой душевой целым и невредимым, больше никогда сюда не пойду! Плевать на все, и плевать на Ивасаки и Шизуку! Все, больше никакого лесбиянства в теле Кобаяси!

— Здравствуй, Кимура! — спокойным голосом произнес негр, встав в сексуальную позу. Чего, блять?! Какую, нахер, сексуальную?! Все, пора точно конча… эмм… прекращать менять телами с Шизукой, а то не дай бог, еще пидаром стану! Фу, бля!

— З-здрасьте… — пропищал я. — Дяденька, пожалуйста, не надо делать со мной ничего… позязя…

— Успокойся, Кимура, я ничего тебе не сделаю, — я даже не сразу обратил внимания, что она зовет меня по моей родной фамилии. Не до того мне было… совсем не до того! — Я — бог извращений Аналь, и я пришел к тебе…

— Анально карать, да? — испуганно спросил я, закрыв глаза, съежившись настолько сильно, насколько вообще мог. Бог извращений вдруг громко засмеялся, и подойдя ко мне, нависнув надо мной, тряся своим большим хером, поднял меня, в теле хрупкой Шизуки, и поставил прямо. Не утаю, что в тот момент я описался… мне было страшно до невозможности. Это был вообще первый раз за обе мои жизни, когда я чего-то, в данном случае кого-то, испугался!

— Не бойся, Кимура, ничего я тебе не сделаю. Я пришел предложить тебе небольшую сделку, которая тебе наверняка понравится, ведь ты то и дело, мысленно обращаешься ко мне.

— К-какую сделку?

— Переспи со ста женщинами/девушками, как ты и хочешь, собери сто трусиков, а потом сожги их под цветущей сакурой, в том порядке, в котором собрал, принеся мне их в жертву, и я выполню одно твое желание. Но ничего такого, вроде править миром или сверхсилы, не жди, ибо я — Великий Извращуга, и могу исполнять только извращенные желания. Могу тебе, например, рабыню дать, или сделать тебя самым лучшим любовником, что от тебя все будут тащиться и кидаться, ну или вроде того…

— О-одно желание? — вытерев слезы, льющиеся из глаз, пробормотал я. Да, я плакал, и что?! Посмотрел бы я, как среагировали бы другие, оказавшись на моем месте! Ничего смешного в этом нет, блин!

— Верно! Думаю, ты же не такой, чтобы отказывать от возможности, заполучить в свои похотливые ручонки красивую грудастую женщину, с которой можно будет делать все, что твоей душе захочется? Или чтобы все девки сами хотели тебя?

— Н-нет… я, вроде как, не дурак… — всхлипнув пробормотал я. — А это… вы точно не будете ничего со мной делать?

— Нет, пупсик, не буду! — подмигнув, ласково произнес Аналь, проведя указательным пальцем левой руки по моим губам. — Но вот они… эти девушки, которые сейчас здесь… лучше уходи, пока они под гипнозом. И ты и Ивасаки проговорились, насчет того, что ты обмениваешься телами с синеволосой, пока были под миазмами возбуждения, и потому… советую тебе немедленно возвращаться в свое тело.

Аналь развернулся, и виляя бедрами, болтая своим шлангом, вышел из душевой, и в тот же миг, все мои одноклассницы стали приходить в себя. Пиздец… пора тикать!

Выскочив из душевой, я быстренько натянул трусы, лифчик, юбку, и накинув сверху блузку, выбежал из женской раздевалки, и плюя на все, забежал в мужскую. Ясное дело, что все парни обернулись ко мне, в том числе и моя рожа, ведь не каждый день в школьную мужскую раздевалку входит одноклассница с мокрыми волосами, и с расстегнутой блузкой, демонстрируя небольшую грудь, на которой, хотя бы, был одет лифчик.

Быстро подбежав к своему телу, я поцеловал его, и вернувшись в себя, облегченно вздохнул. Усмехнувшись, я поглядел на Шизуку, стоявшую передо мной, красную как рак, которая вдруг взвизгнув, выбежала из раздевалки, прикрывая грудь левой рукой.

— Это че счас было? — недоуменно спросил Миямото, стоявший рядом со мной, и глядевший вслед Шизуке.

— Херня, друг! Полная херня! — пробормотал я, и стал одеваться. Ага, когда я забежал в мужскую раздевалку, Шизука в моем теле стояла голая… как и некоторые парни, у которых сразу все поднялось…

* * *

Когда наступило время большой перемены, я решил пообедать в клубной комнате, вместе с Шизукой, Танабэ, Ивасаки и, как ни странно, Миямото, который, хер знает зачем, решил вступить в клуб, как он сказал, только из-за меня, потому что считает меня своим корешем. Ну окей, мне не в падлу дружить с ним, ведь не только с девками и шестерками якшаться, верняк? К тому же, меня никогда не волновало, толстый чувак или тощий. В прошлой жизни, я дружил с одним мужиком, тоже бандитом, и он весил больше ста кило, но с ним было весело, пока в его тушку, на одном из ограблений, не выпустили обойму из «АК», превратив кореша в решето. Хороший был мужик, веселый… и как бы странно это не было, добрый… в отличие от меня, хе-хе!

— Что же там такое случилось, в душевой? — уже в который раз спрашивала меня Ивасаки, сидя слева от меня. Шизука была на меня обиженна, и сидела на диване, поджав ноги, Танабэ злобно пялилась в мою сторону, Миямото вообще нихуя не понимал, играя в портативную консоль, сидя за столом напротив, ну а я… у меня из башки не выходил образ бога извращений, особенно его… болтающийся ствол. Ебануться…

— Не спрашивай, Ивасаки, лучше не надо, — пробормотал я, дрожащими руками пытаясь палочками взять рис из своего бен-то. — Просто… я больше никогда не пойду в женскую раздевалку. Да и опасно это теперь, ведь все девчонки из класса помнят, как мы кричали с тобой, что я Кимура, а они все принадлежат мне… только доказать ничего не могут…

— Одного не могу понять, с чего нас так… торкнуло. Слушай, а ты когда-нибудь принимал наркоту?

— Нет. Но я знаю, с чего нас торкнуло, только ты мне все равно не поверишь.

— А может поверю! Ты сначала расскажи, а я потом решу…

— Иди ты! А таком лучше не рассказывать. Вообще никому… — вздохнув, я все-таки сумел справиться с палочками, и взяв немного риса сунул его в рот, начав неспешно жевать. А мысли тем временем были далеко…

Хм, а ведь несмотря на мой ужас, я не мог не думать о том, как выглядели мои одноклассницы, когда они все вернулись в класс. Они теперь, помня о том, что делали в душе, даже не могли смотреть друг на друга, сидя на уроках красные как помидоры, а вот парни, кроме меня, то и дело переглядывались, ни черта не понимая, почему в классе теперь все девки ходят смущенные и тихие… ну а кто бы не ходил, после лесбийской оргии, ки-ки-ки!

Арка 7. Ничем не примечательные вечера

Глава 21. Самый обычный вечер

Кончились уроки третьего дня второй недели в школе Святой Марии. После того, как я отдал Мацумото свои тетради, и рассказал о том, что нам задали, я взял немного опустевший портфель, и закинув его за плечо, вышел из класса. Сегодня я хотел устроить себе спокойный день. Прийти домой, сделать пожрать, ну и может поиграть с Мэй в видеоигры. Махнув на прощание рукой Шизуке и Ивасаки, которые отправились в клубную комнату, я спустился на первый этаж, и подождав кузину, вместе с ней пошел домой.

— Странно, что ты сегодня не убежал ни к одной девчонке, — хмыкнула Мэй, когда мы с ней неспешно шли домой. — Что, Танабэ и Кобаяси уже надоели?

— Нет, просто сегодня… надо же иногда уделять внимание сестренке, верно? — подмигнул я. Мэй расплылась в довольной улыбке. — Давай зайдем в магазин, накупим вкуснях побольше и посидим поиграем в твои игры? Только никакого яоя, поняла? Может, в «City Fighter V» зарубимся?

— Да ты меня снова разнесешь в пух и прах! — надула щеки кузина. — Давай лучше поиграем в кооператив какой-нибудь!

— Ага, я не против…

Когда мы дошли до круглосуточного магазина, то Мэй тут же бросилась набирать вкуснях, пока я стоял у прилавка, со скучающим видом глядя на порно-журнал, свежий выпуск, который читал тот же парень, который продал мне гандоны. Заметив мой косящийся взгляд, он усмехнулся, бросил взгляд в сторону полочек, где сновала Мэй, и положил журнал на прилавок и мы с ним стали вместе разглядывать красоток, шепотом обсуждая, какая из них лучше в постели. Парню, кстати, на вид было лет двадцать пять.

— … Я бы хотел переспать с этой, — хихикая, как дурачок, я показал на модель из журнала, у которой грудь была размера третьего, а сама она была сфотографирована сидящей голой на кожаном диване, прижав указательный палец к губам и ехидно подмигивая, раздвинув ноги. — Очень уж училку мне напоминает одну…

— Да, помню, когда учился, у нас тоже была одна сексуальная, не училка правда, а медсестра, — вздохнул продавец. — Она была такая, что ее все парни в школе хотели! Ну прямо такая, что… вообще, ух! И такая была в средней, что обидно… а в старшей, что медсестра, что учителя какие-то… ну вообще никакие были!

— А я вот учусь в старшей школе Святой Марии, и там наша классная просто офигенна! Да и медсестра, если честно, тоже, ки-ки-ки! — хотелось бы мне добавить, что медсестричку я даже «распробовал» по всякому, но я обещал молчать. Причем не только я, но и Миямото, хех!

— Ты, кстати, успел уже резинками воспользоваться? — усмехнулся продавец. — А то больно много ты их набрал в прошлый раз…

— Пф, конечно успел! И не один раз причем!

— Серьезно?! Или гонишь? — прищурился продавец и обернулся на Мэй, которая сновала между полок, что-то напевая себе под нос, и кидая в корзинку… чего она туда не кидала. Увидев, сколько всего она набрала, я мысленно попрощался с деньгами, что для меня с усердием отбирали мои шестерки. Ну да ладно…

— Не гоню! Отвечаю!

— Это ты с этой что-ли… кувыркался? — кивнув на Мэй, спросил продавец. — Я вас уже не в первый раз вместе вижу… и ходите в одну сторону…

— Но-но-но! Это сестренка моя! — возмутился я.

— О, извини! Просто…

Что именно «просто», мне не суждено было узнать, ведь в тот момент в магазин вошел парень в джинсах и ветровке, с накинутым на голову капюшоном, и в медицинской маске на лице, держа руки в карманах. И казалось бы, обычный покупатель, пускай и в маске, которые носят большинство жителей империи, чтобы не подхватить какую-нибудь болезнь, ибо прогуливать работу для многих сравнимо с концом света — такие они трудоголики…

Но этот сука, сраный покупатель, вдруг выхватил из-за ремня сзади пистолет, который он прятал под широкой серой ветровкой, и наставил его дуло на продавца, который аж икнул!

— Деньги в пакет, живо! — рявкнул грабитель, поочередно бросая взгляд то на парня, то на меня, стоявшего у прилавка, облокотившись на него. Бросив быстрый взгляд в сторону полок, он вдруг заметил Мэй, которая замерла на месте, бросив корзинку с тем, что набрала на пол, подняв руки вверх. — Эй ты, быстро сюда подошла!

— Слышь, ты как с моей сестрой говоришь, а? — злобно прорычал я, пока Мэй, медленно, на дрожащих ногах, подходила ко мне. Этот говнюк направлял пистолет на нас троих по очереди. Он явно был испуган, так как я видел дрожание его рук… первый раз? Пф, говно, а не грабитель, вот что я скажу! А почему?

Потому что долбоеб даже не снял пистолет с предохранителя! А наставлять волыну на меня лучше не стоит… и тем более не стоит наставлять ее на мою кузину, хех! Нашел, блять, чем пугать бандита со стажем, который сам только так людей валил налево и направо, пускай и в другой жизни… но все мои знания, что были накоплены Михаилом, перешли и в Кимуру, так что в пушках, которые в этом мире почти ничем не отличались от тех, которые были в том мире, я разбирался достаточно хорошо. Не профессионально, ведь здесь мне еще стрелять не доводилось, но мне и тех знаний хватит, чтобы разобрать и собрать почти любой ствол этого мира!

— Че ты вякнул? — дрожащим голосом, видимо с трудом подавляя свой страх, рыпнулся на меня чмошник-грабитель, наставив пистолет на меня. Мэй стояла слева от меня, трясясь всем телом, продавец никак не мог справиться с кассой, ну а я…

Быстрая и резкая, как понос, подсечка, вытянув левую ногу, в тот же миг правой рукой хватаюсь за руку грабителя, которой он держал пистолет, в данном случае правую, а своей левой я дотягиваясь до его головы, и толкаю вниз, в сторону прилавка.

Прежде чем удариться мордой о поверхность прилавка, этот говнюк успел нажать на спуск, и наверняка словил такую обидку, какой у него не было давно, ведь пистолет, увы и ах, не выстрелил в мою наглую харю, ки-ки-ки!

Заломив его правую руку ему за спину, пока этот хер громко стонал, отплевываясь кровью на прилавок, так как он сильно ударился подбородком и носом, я отобрал у него пистолет, и со злобной ухмылкой приставил его дуло к башке грабителя.

— Скажи, тут камеры есть? — спросил я продавца.

— Н-нет…

— Вот и заебись! Короче, дело такое… волыну я забираю себе, ибо это плата за то, что наставлял на меня с сестрой пистолет, а ты можешь валить куда хочешь, — я стянул медицинскую маску с морды грабителя, парня лет двадцати, и кивнул Мэй. Кузина не растерялась, и достав свой мобильник из кармана блузки, сфоткала его рожу. А потом стала шариться по его карманам, найдя бумажник, паспорт и еще какие-то ключи. Ключи нахер не всрались, а вот из бумажника были изъяты бабки, коих было мало, ну да ладно… а страницы паспорта были сфотканы моей сообразительной сестренкой, которая после чего, затолкала его вещи обратно ему в карманы. — Еще раз увижу тебя, скотина, не пожалею, учти это! Это моя территория, понял? И советую молчать, что тут было, а то я тебя найду… усек?!

— У-усек… — с трудом, глотая кровь, пробормотал недо-грабитель. Держа его под дулом пистолета, с которого я уже снял предохранитель, я довел его до автоматической двери, и отпустив из своей хватки, волшебным пенделем под сраку указал направление, куда ему стоит бежать. Когда грабитель, сверкая пятками, исчез за углом дома, я поставил волыну на предохранитель, и подойдя к прилавку, бросил его в свой портфель. Продавец и Мэй ошарашенно смотрели на меня…

— Я бы мог взять с тебя деньги, за то, что спас твою шкуру, но я лучше по-хорошему попрошу тебя молчать, ладно? — добрым голосом сказал я, улыбнувшись. — Ничего не было, и ты не видел, что я забрал себе пистолет. Так будет лучше для всех… и на твоем месте, я бы вытер кровь с прилавка. Нам улики не нужны, верно?

— В-верно… — пробормотал продавец, и быстренько уйдя в подсобку притащил какую-то тряпку, и стал тщательно вытирать прилавок, отдраив его до блеска. А мы с Мэй, тем временем собрали то, что она уронила, расплатились, ибо опять же, чтобы не было подозрений, и неспешно поперлись домой. По пути я заставил Мэй перекинуть фотки на мой мобильник, а с ее стереть, ну так, на всякий случай…

* * *

— Да уж, братик, не ожидала я, что ты такой… — восхищенно произнесла Мэй, когда мы вошли в нашу квартирку, и надев тапочки прошли на кухню, бросив пакет с покупками на стол.

— Какой? — раздался позади нас голос, и обернувшись мы увидели Звездушку, которая сидела в коридоре. Шерстяная, кстати, после того, как я двинул ей с ноги, чтобы убить у призрачную девочку, куда-то пропала, сказав Мэй, что ей нужно подлечиться, или вроде того.

— Самый охеренный и крутой на свете, ки-ки-ки! — произнес я. — Че, мохнатая, налеталась среди звезд? Ну и как там лолька поживает? Ты ведь у нее была?

— Богиня поживает хорошо, только целыми днями скучает…

— Ну ясен фиг, что ей скучно! Ей сколько лет?

— Десять тысяч, по меркам этой планеты!

— Ну нихера ж… да уж, представляю, почему она так бесится! Десять тысяч лет жить лолькой, без возможности с парнями повеселиться… ай-ай-ай, как же тяжко бедным богиням-лоли! — усмехнулся я, а Мэй тихо захихикала, выходя с кухни.

— Ничего смешного в этом нет! Мне… мне жаль госпожу, ведь ей еще десять тысяч лет предстоит расти…

— Мэй, прикинь, у сучки Айрис еще десять тысяч лет сиськи не вырастут! — заржал я, услышав, как из комнаты доносится смех Мэй, которая что-то сказала насчет того, что точно не хочет быть богиней, ведь в двенадцать лет у нее уже хоть какие-то были, не то что у этой звезданутой богини. Хех… это че, получается, я уже больше раз занимался сексом, в этой жизни, чем богиня?! М-да…

— Хватит смеяться над госпожой! — возмутилась Звёздочка. — Вы всего лишь жалкие смертные, которые…

— Давай! — прошипел я, схватив кошку за шкирку, и взяв нож, приставил к ее животу. — Давай скажи еще раз, что мы жалкие смертные! Я хочу это услышать, ведь тогда, у нас будет шашлык из кошатины! А я когда-то ел чебуреки на вокзале, так что знаю, что вы вполне съедобны…

— Ты не посмеешь… — испуганно произнесла кошка.

— Уверена? Хочешь испытать меня на мою доброту? Что ж…

— Прости! Прости! — заверещала кошатина, когда я уже собрался выпустить ей кишки, совсем чуть-чуть успев воткнуть ей в брюхо. — Не надо! Я… я тебе даже правду могу открыть одну, только не убивай меня!

— Ну и что за правда?

— Я… я не кошка!

— Пиздишь, — фыркнул я, и чуть сильнее надавил лезвием ей в пузо, пустив немного крови. У меня рука поднимется, я даже будучи Кимурой, успел когда-то собаку забить игрушечной лопатой. Тогда она сама была виновата, напала какая-то бешеная, когда мне было пять, а я тогда играл в песочнице вместе с другими детьми. Не удивляйтесь, ведь не смотря на то, что я помню прошлую жизнь, мне пришлось заново расти, а память о прошлой жизни возвращалась постепенно, и окончательно вернулась лишь к десяти годам. Потому сейчас у меня и играют гормоны, ведь это зависит от тела, а не от разума, хех!

Ну в общем, о собаке… так вот, играл я значит в песочнице, а тут прибежала бешеная овчарка, и бросилась почему-то на меня, хотя другие дети были к ней ближе. Ну я тогда не долго думая, взял игрушечную формочку для песка и воткнул ей в пасть, из-за чего она не могла закрыть ее. Пытаясь убрать формочку, собака перестала обращать на меня внимания, так что я просто начал лупить ее игрушечной лопаткой, целясь в голову. Бил с такой силой, что в какой-то момент выбил ей глаза, а потом разбил череп. Нужно было тогда видеть лицо мамаш, которые пришли за своими детьми, и лица тёти и Мэй. Вот с тех пор я и стал меняться… в хорошую для меня, плохою для других, сторону, бу-га-га! Одно радует, мои тётя и дядя поняли, что я поступил хоть и по злому, но ведь это было лишь в целях защиты, так что мне не попало. Да и других детей спас, по идее… пускай другие мамаши и были возмущены моей жестокостью и силой. Ну и хуй с ними!

— Н-нет, Кимура, я не вру! Честно! — верещала кошка. — Когда-то я была ангелом, прислужницей Айрис, но потом сделала один проступок, из-за чего меня обратили в кошку, пусть и оставили половину способностей!

— И что же ты такое натворила?

— Соблазнила отца Айрис… — смущенно произнесла Звёздочка. — Бога света…

— М-да… — бросив кошку на пол, ну или кем она там была, я вернулся к готовке. — Нежданчик! Слушай, скажи тогда мне то, что меня немного смущает: если ты сейчас кошка, то… как ты справляешься с течкой? У тебя ведь и организм должен быть кошачий, я прав?

— Лучше тебе не знать, Кимура… — вздохнула Звёздочка.

Глава 22. Безумие, как оно есть

Полночи мы с Мэй просидели играя в игры, поедая чипсы и попивая колу. И как-то так уж получилось, что мы забыли следить за временем, и потому просидели аж до трех ночи. Кузину уснула прямо на полу перед телеком, ну а я все же нашел в себе силы, разложил футон, и только голова коснулась небольшой подушки, как тут же уснул.

В общем, я опять не выспался нормально, ведь будильник зазвонил в семь, и звонил он для меня, ведь Мэй не нужно было готовить жрать. Интересно, а я вообще когда-нибудь высплюсь? А ладно, плевать… по крайней мере, когда я спал, мне не снился бог извращений, что уже радовало, хех!

Когда мы с кузиной приперлись в школу, и я забрав у Мацумото свои тетради, зашел в свой класс, то первым делом мой взгляд упал на учителя Синохару, которая сидела за учительским столом.

— Как обычно, она офигенна, — произнес я, не отрывая с нее взгляда, садясь за свою парту, полностью погруженный в свои пошлые мысли.

— Ты о ком? О Кобаяси? — спросил Миямото, бросив взгляд на Шизуку, о чем-то разговаривающей с Ивасаки. Да, эти две красотки немного подружились… ну а как иначе, ведь они теперь в одном клубе, и обе, можно сказать, принадлежат мне, ки-ки-ки!

— Ну, она, конечно, тоже офигенна, но я про училку Синохару, — я откинулся на спинку стула, и начал раскачиваться на задних ножках, заложив руки за голову. — Ты же должен был заметить, какая она… ух, думаю, что пора бы начать подкатывать к ней!

— Ты че, серьезно собрался подкатить к учителю Синохаре? — удивленно спросил Миямото.

— А че бы и нет? Главное момент выгадать удачный… но никак не получается остаться с ней наедине! Каждый день какая-нибудь хурма мешает, а вчера было просто лень…

— А мне кажется, что это бесполезно, — усмехнулся Миямото. — Учитель Синохара строгих правил, и потому я уверен, что стоит тебе повести себя хоть немного странно, она тебя к директору поведет!

— Это будет ее же ошибкой, потому что у меня есть козырь против директора, — хмыкнул я, вспоминая о той фотке. Хотя, чего о ней вспоминать, ведь она лежит под стелькой в правом ботинке, приклеенная скотчем, хех! — А вообще Миямото, не хочешь поспорить?

— Хм, а чего бы и нет? Скажем… двести тысяч, что ты во время урока не осмелишься поцеловать ее с языком, держа одной рукой за задницу, а другой за грудь?

— Ого! У тебя такие деньги-то есть?!

— Ну, дома есть! С собой только десятка…

— Тогда готовься расстаться с ними! Можешь уже начинать проклинать себя, ведь в дерзких поступках я силен, как никто другой! — мы с Миямото пожали друг другу руки, и я заметил, как на меня посмотрели Ивасаки и Шизука.

* * *

Прошла примерно половина урока. Миямото, сидевший позади меня, нервно постукивал карандашом по парте, ожидая, когда я начну действовать, но пока было рано. Я хотел быть дерзким по максимуму, и ожидал подходящего случая. Пол урока наша классная простояла у грифельной доски, по-большей части к нам спиной, а я хотел, чтобы она стояла лицом к классу.

И вот момент настал! Она встала спиной к столу, опершись руками о столешницу и глядя на учеников, которые стали решать примеры, ну а я, решив всего два, резко встал из-за парты, отчего весь класс обернулся ко мне.

— Кимура, ты что делаешь? — удивленно спросила учитель Синохара, когда я быстро подошел к ней, под удивленными взглядами одноклассников, и насмешливого взгляда Миямото. — Сядь на место!

Не говоря ни слова, я притянул учительницу к себе, положив правую руку ей на левую ягодицу, левой схватив за правую сиську, и прижавшись своими губами к ее. Кажется, она даже сопротивлялась, но все же, женщинам никогда не вырваться из моей хватки, и потому ее попытки были тщетны, ки-ки-ки! В какой-то момент, она уже перестала сопротивляться и открыла рот, так как ей перестало хватать воздуха, и я дотронулся до ее языка своим. Хех, походу Миямото проспорил!

— Ну как вам, учитель? — с усмешкой спросил я, отпуская ее, и повернувшись к ней, поглядел на одноклассников, которые были, мягко говоря, шокированы, особенно Шизука и Ивасаки, сидевшие с открытым ртом. Отвесив поклон классу, отчего несколько парней даже захлопали меня, в том числе и Миямото, который даже присвистнул, я вразвалочку подошел к своей парте, и протянул руку Миямото.

— Ну ты даешь! — хмыкнул Миямото, доставая из кармана несколько купюр, и отдавая их мне. — Остальное принесу завтра! Можешь поверить, а то я ведь знаю, что у тебя лучше не вставать на пути!

— К-Кимура, за твою выходку… ты… — не могла подобрать слов учитель Синохара, поправляя немного сползшие с носа очки. — Останешься после уроков!

— Ладно, учитель! — махнул я рукой, и взяв ручку, уткнулся в тетрадь, продолжив решать примеры. А одноклассники, как и учитель, все еще были в шоке. Причем учитель, кажется не оценила мою выходку, потому что повернулась к классу спиной, и несколько раз дернулась всем телом. Ну-ну, учитель, не будьте ноющей девчонкой! Хоть я совершил это ради бабла, но это же было искренне, ки-ки-ки! К тому же, это я еще не начал действовать…

* * *

— Вы чего такие веселые? — спросила Танабэ, когда мы вчетвером зашли в клубную комнату, держа в руках наши обеды. Мы с Миямото ржали как дикие, когда я рассказывал ему, как проник языком в рот учителя, а Шизука и Ивасаки по-прежнему были в шоке.

— Танабэ, он сегодня прямо на уроке начал лапать учителя Синохару! — ответила ей Ивасаки, усевшись за стол вместе с Шизукой. Мы же с Миямото сели на диван, не переставая ржать.

— Это было офигенно! Просто офигенно! — поправив очки, усмехнулся Миямото.

— Чувак, я тебе говорю, у нее такая задница упругая, что даже покруче, чем у… кхм, ну в общем ты понял! — успокоившись и переведя дыхание, я открыл свою коробочку с едой, и уже хотел приступить к еде, но заметив взгляды девчонок, хмыкнул. — Что, неужто вам хочется знать, про задницу я говорю?!

— Какой же ты… а, впрочем ты и так знаешь, какой ты, — покачала головой Танабэ. — Ты понимаешь, что Синохара Наоми куратор нашего клуба? Она ведь из-за тебя теперь может закрыть его, придурок!

— А, так вот кто курирует этот странный клуб… Не боись, Танабэ, она точно не закроет наш клуб! Как мне кажется, ей даже понравилось, ведь она не отталкивала меня. Ну, по началу пыталась, но против меня это бесполезно, ки-ки-ки! К тому же, она меня оставила сегодня после уроков, и думаю я там разойдусь не на шутку…

— Знаешь, нам троим не очень интересно слушать твои «любовные похождения», — фыркнула блондиночка.

— Опа! Ты че, ревнуешь?! — засмеялся я, толкнув локтем Миямото, который глупо захихикал. — Вот мне было бы интересно послушать о твоих «похождениях»! Честно!

— Ничего я не ревную! Такого придурка, как ты, Кимура, вообще никто никогда не полюбит! — «четвертый размер» встала из-за стола, и подошла к двери, видимо собираясь выйти из комнаты, но я быстро соскочив с дивана, схватил ее за сиськи, и прижал спиной к себе. — Отпусти, извращенец!

— А я не хочу тебя отпускать! Слышь, Танабэ, мне так нравится, когда ты злишься, — прошептал я прямо ей в ухо. — Мне нравятся такие девчонки, как ты, но думаю ты и сама это понимаешь… не хочешь где-нибудь уединиться? На крыше или в сортире?

— Да пошел ты!

Выпустив Танабэ из своей хватки, я бросил взгляд на красную, как рак, Шизуку, которая вдруг встала из-за стола, и подойдя ко мне, прошептала мне на ухо «пойдем», после чего взяла меня за руку, и мы с ней выйдя из комнаты, поднялись на крышу, откуда я выгнал всех своих шестерок.

Ну а после, мы занялись с синеволосой любовью, прямо на кресле. И что-то ее настолько возбудило, что она почти до конца перемены прыгала на мне. Пожрать мы с ней, ясное дело, так и не успели…

* * *

И вот уроки кончились. Отдав тетради Мацумото, и попрощавшись с Шизукой, Ивасаки и Миямото, я пошел в другой класс, где сидели другие провинившиеся и делали… да черт знает, что они там делали, ибо заниматься там хоть чем-либо полезным я не собирался. Никогда этого не делал, и делать не буду!

Усевшись на заднюю парту, в ряду у окна, коих в этом классе было пять, так как учеников везде было по разному, я стал пялиться в окно. Недолго, ведь скоро пришла Мэй, которой я забыл сказать, что наказан, и выслушав от кузины ворчание, я вновь погрузился в свои грезы. Кажется, меня о чем-то спрашивал учитель-мужик, но я вроде просто послал его.

Когда подошло время уходить, и остальные провинившиеся стали потихоньку расходиться, я специально сделал вид, будто копаюсь в портфеле, стал тянуть время, так как в класс зашла Синохара и бросив на меня смущенный взгляд, стала о чем-то разговаривать с учителем-мужиком. Блин, что-то у меня из головы его фамилия вылетела, ну да и фиг с ним! Особенно если учесть, что он в какой-то момент, что-то пробурчав, свалил, оставив меня с учителем Синохарой наедине, ки-ки-ки!

— Скажите, учитель Синохара, вам понравилось то, что я сделал на уроке? — громко спросил я, встав из-за парты, и быстро подойдя к секси-училке, которая стояла рядом с учительским столом. И по всей видимости, уходить она не собиралась.

— Кимура, твой поступок был… — учитель закусила нижнюю губу, и сняв очки, посмотрела мне прямо в глаза. — Никогда еще, в этой школе, насколько я знаю, такого не было…

— Ну так это понятно! Я же только на прошлой неделе здесь объявился, — усмехнулся я, и максимально приблизившись к учителю, которая чуть-чуть прикрыла глаза, потянулся к ее блузке, но вдруг она сама, видимо неожиданно для себя, стала расстегивать ремень на моих брюках.

— Если нас застукают, я ведь тут же вылечу с работы… — пробормотала Синохара, но несмотря на свой страх, стянула с меня штаны, и уселась на стол, немного откинувшись, и предоставив мне делать все остальное.

Окей, я не против! Делать все самому мне нравилось даже больше, ведь так я чувствовал себя еще более круче, ки-ки-ки!

Вообще, можно сказать, что после этого, сбылась та моя фантазия, которую я себе представлял еще во время уроков в первый день обучения в этой школе. Это я про ту, где представлял себе, как толкаю ее на парту, хотя в данном случае был стол, да и туфли она сбросила сама, ну а дальше, уже я, снял с нее сначала юбку, потом стянул колготки, затем трусики, которые оказались серыми, ну а затем…

О, да! Все же, мне удалось трахнуть училку, ки-ки-ки! И как же, сука, мне хотелось, чтобы она стонала сильнее, но мы были в школе, на третьем этаже, и не факт, что кроме нас тут никого не было. Ведь вдруг директор в своем кабинете сейчас развлекается со школьным идолом?

— Наоми, ты ведь…

— Для тебя я учитель Синохара, хулиган! — подмигнув, произнесла училка, когда мы с ней уже почти кончили, хех, наше дело, но тут произошло нечто такое, к чему я точно был не готов…

Передняя дверь в класс вдруг распахнулась, отчего мы с учителем одновременно обернулись, и увидели, что на пороге стоит Шизука, тяжело дыша, глядя на нас исподлобья, и сжимая в правой руке большой нож. Сделав несколько шагов в нашу сторону, синеволосая вдруг безумно засмеявшись, накинулась на нас, и как же я был рад, что моя реакция была хорошей. Не идеальной, но хорошей!

Ведь когда она почти добежала до нас, взмахнув ножом, целясь им в учителя, я со всей силы, на какую был в тот момент способен, резко выбросил правую руку в сторону, сжимая ее в кулак, и ударил девку в лоб, отчего она, словно поскользнувшись, упала на пол, ударившись затылком. Нож вылетел у нее из руки, и отлетел к двери, которая была открыта.

— Хидео… — простонала Шизука, положив левую ладонь на лоб и повертев головой, закрыв глаза. — Хидео…

Быстренько кончив, я натянул свои трусы и штаны, и подняв трусики учителя, засунул их в карман. Еще один трофей в плюсик мне! Пять из ста… блять, еще так мало, чтобы стать лучшим любовником… да-да, я думал о том, что же выбрать, и решил, что будет клево, если девушки будут сами на меня кидаться, а в постели мне не будет равных, ки-ки-ки! Потому и хотелось, как можно скорее собрать эти сто трусов, чтобы успеть до цветения сакуры… Хотя бы на следующий год, хех!

— З-зачем ты забрал мои трусы? — удивленно спросила учитель, вставая со стола и начав одеваться. Я же тем временем подошел к Шизуке, которая пыталась встать, злобно глядя на учителя, и наступил ей ботинком на руку, отчего она ойкнула.

— И хер ли ты творишь? — спросил я, давя Шизуке пальцы.

— Т-ты… придурок… — тяжело дыша, словно получая удовольствие от боли, Шизука покраснела. — Полный придурок, Хидео! Разве ты не замечаешь, что я люблю тебя?! Разве ты не видишь, как я смотрю на тебя?!

— Да как бы нет… да и на кой оно мне надо, любовь эту твою?

— Это из-за того, что у меня сиськи маленькие, да? Или из-за того, что я веду себя скромно? Если ты хочешь, я могу быть как ты — такой же крутой! Даже смеяться могу так же! — глаза Кобаяси бегали из стороны в сторону, и она все время пыталась встать, но лишь делала себе хуже. Мля, если так дальше пойдет, она себе пальцы сломает. — Вот послушай! Кхи-кхи-кхи!

— Вообще не так, как у меня, — нахмурился я. Бросив взгляд на учителя, которая сумела натянуть колготки, и сейчас пыталась дрожащими пальцами справиться с юбкой, я вздохнул. — Учитель Синохара, а вы можете быстрее? Я бы на вашем месте валил бы отсюда подальше!

— Д-да, я уже почти все… — пробормотала учитель, застегнув наконец на юбке пуговицу, и быстренько надев туфли, уже подошла к передней двери, как вдруг, увидев что-то в коридоре, издала такой крик, что аж мне поплохело. И в ту же секунду, какие-то черные щупальца, появившиеся из коридора справа, схватили Синохару за ноги и повалив ее на пол, утащили ее из моего поля зрения.

Что, блять, происходит?!

Глава 23. Хентай-хоррор с тентаклями

Отпустив руку Шизуки, я бросился в коридор, и выскочив из класса, даже на какое-то время замер от удивления, увидев, как ни странно, Накамуру, такого же побитого, каким он был тогда, когда приперся в школу, только с кучей, сука, тентаклей, коих было не меньше восьми, что торчали из его спины. И в данный момент, пять тентаклей занимались Синохарой, приподняв ее над полом. Одно щупальце, причем они были без присосок, и скорее напоминали члены, держало Синохару за руки, два других за ноги, причем раздвинув их, еще одно щупальце залезло ей в рот, начав делать непристойность, ну а пятое тем временем срывало с нее одежду.

Синохара смотрела на меня, одним взглядом зовя на помощь, ну а я…

Конечно, я бросился на помощь, ведь мои руки уже были объяты белым пламенем! Да и к тому же, я, наконец, добился училку, о которой так много фантазировал, чтобы просто оставить ее в беде. Если спасу, будет по гроб жизни мне обязана, хех!

— Кииимууураааа… — провыл Накамура, и одно из свободных щупалец ударило горизонтально, выбив стекло у одного из окон в коридоре, и сломав тонкую стену класса, пытаясь задеть меня, но я сделал подкат, да еще и такой низкий, который от себя не ожидал.

Быстро поднявшись на ноги, я подбежал к Накамуре, и ударил его кулаком в рожу, но в этот раз, удар был не такой эффективный, как тогда, когда я убил его, и Накамура лишь пошатнулся. И не успел я нанести следующий, как одно из щупалец, обмотавшись вокруг моей ноги, швырнуло меня через весь коридор.

Ай… ой… уй… сука!

Прежде чем мое тело, которое немного сломало гравитацию, окончательно приземлилось, я пару раз подпрыгнул, ударяясь об пол. И это было писец, как больно! Ударился поясницей, левым локтем, башкой, коленами…

Приземлился я, кстати, недалеко от кабинета директора, и потому недолго думая, без стука, открыл туда дверь, и увидел мужика лет пятидесяти с лысой головой и пышными усами, и нашего школьного идола, которая выглядела очень испуганно. Как собственно и сам директор! Причем оба они поспешно одевались, видимо прервавшись из-за крика Синохары! Ну ничего, нам с учителем тоже помешала одна такая синеволосая дурочка…

— На вашем месте, я бы валил из школы! — усмехнувшись сказал я им. — Я понимаю, директор, что очень уж хочется молодых девок, но у нас тут как бы… демон, угу!

Не закрывая дверь в кабинет, я обернулся, и побежал к Накамуре, на ходу вытаскивая из кармана мобильник! Все же, тут мне одному не справиться, потому придется прибегнуть к помощи девочки-бензопилочки!

— Мэй, у нас ЧП! — крикнул я в трубку, прижимая ее к уху левой рукой, а правой тем временем, подбежав к Накамуре, который был сейчас занят Синохарой, на которой почти не было одежды, кроме рванины, и в которую только так входили тентакли. Пиздец! Я, конечно, когда-то смотрел хентай с тентаклями, но сука… в жизни это не так прикольно выглядит, как в нарисованных движущихся картинках на экране монитора! — Бегом в школу со своей пилой!

— Да, я знаю! — произнесла Мэй, на той стороне связи. — Звёздочка говорит, что демон очень мощный, и появился слишком… ненормально резко!

— Ну, нормального тут точно нет! — увернувшись от щупальца, я нанес Накамуре удар в солнечное сплетение, и тут же отпрыгнул назад, так как один из тентаклей хотел ударить меня вертикально. — У нас тут прямо порево жесткое!

— Чего?! — воскликнула Мэй, но я уже сбросил вызов, и убрав мобильник в карман, увернулся от очередного удара щупальца, и словно заправский паркурщик, прыгнул сначала на стену, и оттолкнувшись от нее, запрыгнул на щупальце, которое держало Синохару за руки. Обхватив его руками и ногами, я начал бить его, и с каждым моим ударом, при этом еще приходилось терпеть удары других щупалец, пламя на моих руках становилось все больше, и в какой-то момент… оно так всполохнуло, что время вокруг почти замерло, а я, почувствовав резкий прилив сил, сумел отцепить тентакль от рук Синохары. Ее руки словно в замедленной съемке, стали опускаться, я спрыгнув на пол, отцепил тем временем тентакли от ее ног, вытащил другое из ее промежности, и схватив Синохару, вместе с ней рванул в класс.

И когда я забежал в класс, и положил Синохару на стол, с которого она все скинула на пол ранее, во время секса, время снова вернулось в нормальное русло.

Что вообще происходит?! Откуда у меня такая сила? Если это истинная сила, которую мне дала Айрис, начихав на меня, я ей, сука, спасибо скажу!

— Кииимуурааа! — взвыл Накамура, видимо не понимая, как я сумел вырвать из его хватки училку. Вдруг часть стены в класс, которая и так была немного разрушена, обвалилась еще больше и Накамура, вошел в класс, злобно зарычав, увидав меня.

— Что пидор, член не работает, раз тентаклями пользуешься? — злобно фыркнул я, встряхнув руками, и сжав кулаки, набросился на него с какими-то свежими силами.

Увернувшись от одного щупальца, отпрыгнув в сторону от другого, перепрыгнув через парту, я с ноги врезал демону по хлебальнику ботинком, и в этот раз удар был явно сильнее, потому что ублюдок вылетел из класса, упав на пол, придавив спиной несколько щупалец. И когда я уже подбежал к нему, чтобы добить, ударив пару раз по башке, я услышал слева визг, крик, и жуткий смех. И тут совершил ошибку, бросив быстрый взгляд влево, где стояла Шизука с окровавленным ножом в руке, а у стены, с выпущенными кишками, громко стона, лежала школьный идол. Директор же бежал в мою сторону, рыдая, и когда пробегал мимо меня и Накамуры, демон сумел извернуться, откинул меня в сторону Шизуки щупальцем, другим схватив директора, и вышвырнул любителя молоденьких девушек из окна. Улетел он далеко, разбив своей лысиной стекло. Кажется, куда-то за ворота…

— Шизука, ты просто дура! — крикнул я, вставая с пола, и вырубив Шизуку одним ударом в лоб, отобрал у нее нож, и сжимая его в руках, вновь набросился на Накамуру.

Увернувшись несколько раз от щупалец, я подбежал к чертовому демону, и воткнул нож ему в левый бок. Все тентакли содрогнулись словно в судороге, а сам Накамура пошатнулся. Ха, ему больно! Ну держись тогда, паскуда!

Я наносил ублюдку удар за ударом, стараясь бить только в живот и бока, потому что я хотел сделать ему кое-что больное, и мне нужно было, чтобы он пока оставался в живых. Если так можно назвать уже дохлого человека, который стал демоном.

Когда он был без сил, упав на колени, а его щупальца лежали вокруг него, содрогаясь в судорогах, я злобно улыбнулся, и встав сзади него, ножом порвал его штаны, и схватив одно из щупалец, с силой запихал его ублюдку в жопу. Ох, как он заорал!

— Это тебе за учителя! — злобно хохоча, крикнул я ему прямо в ухо, трахая его. Причем его же собственным щупальцем, бу-га-га! И вдруг позади себя я услышал, сладкий для моих ушей, рычание монитора, и уже через мгновение, рядом со мной объявилась Мэй, с бензопилой в руке, в своем боевом наряде. Она удивленно уставилась на то, что я делаю щупальцем и жопой Накамуры. — Не хотел, чтобы ты то видела, сестренка, но этом сука заслуживает того, чтобы быть пидаром! Ладно, думаю, что его уже можно кончать!

Отпрыгнув в сторону, я позволил Мэй заняться расчленением Накамуры, а сам тем временем, бросив нож, оглядел коридор. И что можно сказать…

Полный пиздец! Вот просто… других слов я не мог подобрать!

Окна выбиты, стены в класс расхреначены, недалеко от кабинета директора, спиной к стене сидит девчонка с выпущенными кишками, рядом с ней, бессознательная Шизука. В классе лежит голая изнасилованная тентаклями учитель Синохара, а я стою рядом с кузиной, у трупа демона, который быстро исчезал в шевелящейся массе. И что я, что Мэй были покрыты черной кровью демона… А, и еще где-то за территорией школы лежит или мертвый, или сильно травмированный директор.

— Да что тут произошло? — пробормотала Звёздочка, которая подбежала к нам.

— Ты займешься этим? — только и спросил я, опускаясь на пол. Черт, а мое тело-то болело сильно… ну еще бы, то через весь коридор летал, то получал сильные удары щупальцами… Ох, кажись, у меня пара ребер точно сломаны, судя по тому, что дышать было больно.

— Попробую… Хотя тут такие разрушения и такие смерти, что придется изменять память людям, а для этого нужно будет обращаться к госпоже…

— Так обращайся, ангел херова! — рявкнул я, находя в себе силы, и поднимаясь с пола. — Вы директора видели?

— Пробежали мимо него. Он на заборе висит, — прошептала Мэй. — И… и что теперь будем делать?

— Пойдем домой, — пожал я плечами. — Предоставим все кошке.

— Думаю, что несколько дней вам не придется ходить в школу. Я сообщу госпоже, чтобы она немного подправила события, произошедшие здесь. Скажем… Директор сошел с ума, и убил девочку, но сначала гонялся за ней по всему классу. Только вот что делать с учительницей, ведь судя по тому, что с ней произошло сегодня, она вряд ли захочет возвращаться в школу… вообще, как мне кажется, то, как сильно изменилась ее аура, она теперь будет бояться оставаться одна…

— Пускай она уволится. Ну или вроде того… — буркнул я. — Короче, делай как знаешь!

Когда кошка кивнула, и вдруг выпрыгнула из окна, куда-то исчезнув, я подошел сначала к Шизуке, повалил ее на левое плечо, потом сходил за учителем Синохарой, сняв с себя рубашку, обмотал шмотку вокруг ее пояса, чтобы она не натерла задницу, и за руку потащил к выходу. Оставлять этих двух здесь было нельзя. Черт, во что я вляпался, перейдя в эту школу? Призраки-хуизраки, демоны, тентакли, боги… Все, пора брать выходной!

Спустившись на первый этаж, спуская Шизуку и Синохару по очереди, мы вышли из школы, и поперлись домой. Как я был рад, что на улице никого не было, несмотря на то, что было еще девять часов. Все же, район этот был спокойным, и потому, примерно через пол часа, тихонько матерясь от боли в теле, я все же дотащил тех двух до нашей квартирки. Когда мы проходили мимо круглосуточного магазина, Мэй забежала внутрь, отвлекая продавца, другого, не того парня, разговорами, пока я тащил под фонарем двух девушек.

Да уж, жизнь меня к такому не готовила, по крайней мере эта. В прошлой-то я много раз таскал на своих плечах как жмуриков, так и живых, причем обычно это были мужики, но там у меня и тело было сильнее и более подготовлено.

Ну да ладно, ныть и жаловаться — не мой метод! К тому же, думаю, что за спасение, училка, которая, наверно, уже и не училка, будет мне обязана, ки-ки-ки! Если придет в себя, конечно… а, ну так кошка же вылечила разум Мэй, что она спокойно теперь реагирует на мертвых и расчлененку, может и тут поможет? За это я ее даже бить больше не буду! Ни руками, ни ногами, честно!

Осталось теперь решить, что делать с синеволосой, которая походу сошла с ума… дура! На кой ляд она вообще убила ту девчонку? Хотя, чего я спрашиваю… безумцы никогда не дружат с логикой и разумом!

* * *

Бросив Синохару и Шизуку на пол, рядом с кроватью, я укрыл их одеялом, и выйдя из комнаты, чтобы Мэй смогла переодеться, я зашел на кухню, и достал из холодильника бутылочку питьевого йогурта. Но стоило мне сесть на стул, как зазвонил мой мобильник. И когда я увидел, кто звонит, я выругался…

Ибо это была тётя Хикари!

— Алло? — устало спросил я, прижав мобильник к уху.

— Хидео! Привет! Как вы там с Мэй поживаете? Как учеба в новой школе?

— Ну, если честно… просто отлично! — невесело усмехнулся я. — Мэй, как обычно, целыми днями в свои игры играет, ну а я…

— Странно, что нам не приходят выговоры! Ты что, Хидео, хорошо себя в школе ведешь?

— Наверно… в клуб тут вступил, на второй день, в школе немного прибрался… меня даже наша классная уже любит… — говоря это, я чуть не смеялся. — А вообще, тётя, у нас с Мэй все хорошо, можете поверить! Даже Мэй себе занятие нашла — стала волонтеркой, помогает очищать город от… грязи! Ей даже спецкостюм выдали!

— О, неужто вы там стали исправляться? А я давно говорила, что вам просто нужна хорошая компания… а то Кенджи все твердит, что тебя надо лупить, а Мэй пора перестать покупать игры, мангу и прочее…

— Да, компания у нас хорошая… Ладно, мне уже идти пора, уроки делать, так что…

Сбросив звонок, я не выдержал и засмеялся, достав из школьных брюк трусики учителя, и начав крутить их на пальце. Учитель меня, блин, любит… ага, на учительском столе, и люблю ее я, ки-ки-ки! И знали бы дядя и тётя, чем мы с Мэй на самом деле занимаемся…

Усмехнувшись своим мыслям, я допил йогурт, и уже чисто на автомате приступил к готовке. Жрать, конечно, не хотелось, но оставлять кузину голодной я не собирался… к тому же, надо было еще и о гостях позаботиться!

Арка 8. Вечерняя распродажа

Глава 24. А крышак поехал, угу!

Сидя за столиком в комнате, скрестив ноги, я попивал яблочный сок, который выжал сам, и глядел на фотографию, где директор «развлекался» со школьным идолом. М-да… в свете последних событий, от этой фотки больше не было никакой пользы, а жаль… ведь я мог бы с помощью нее получить еще одни трусики в свою коллекцию.

Скомкав фотографию, я бросил ее в корзину для бумаг, что стояла справа от стола, и бросил взгляд на Шизуку, которая лежала на кровати, связанная веревкой по рукам и ногам, и с кляпом во рту. Почему я ее связал? Чтобы обезопасить Синохару, ну а платок в рот запихал, чтобы… ну, просто хотел тишины, а то у синеволосой рот не закрывался с тех пор, как она очнулась.

Вообще, ночь прошла достаточно спокойно: приготовив для Мэй ужин, я, глупо хихикая, увалился на пол, между Синохарой и Шизукой, которые были без сознания, и так проспал всю ночь. Где-то посреди ночи, как мне сказала Мэй, которая не спала, играя в свои игры, лежа на кровати, приперлась кошатина, которая улеглась под бок Синохаре, и видимо немного подлечила ее разум, потому что училка с утра была нормальная.

— Никогда еще не принимала ванну в квартире у ученика, с которым трахалась, — произнесла Синохара, заходя в комнату в одном полотенце. Увидев ее, синеволосая яндере, что-то замычала и снова начала дергаться, а ее глаза безумно заблестели. Вытянув левую руку, я легонько ударил ее по голове, и она тут же успокоилась.

— Можете подобрать себе одежду. У Мэй не так много шмоток, но вдруг что-нибудь подойдет вам, — произнес я, следя за Синохарой, которая подошла к шкафу, и открыв его стала перебирать платья и остальную одежду Мэй. Одежда училки, как уже понятно, была разорвана членощупальцами в клочья вчера вечером. Однако, когда ночью явилась Звёздочка, она принесла в зубах портфель шизанутой Шизуки и красную женскую сумочку, которая принадлежала Синохаре, что обрадовало училку, ведь там были ключи от ее квартиры и кредитка. Как оказалось, красотка не признавала наличку…

— Что-то тут все какое-то мелкое, — вздохнула Синохара, вытащив одно из платьев кузины. После она достала одни из ее трусиков, и подергала их за резинку. — Слушай, Кимура, а ведь ты вчера, кажется, забрал мои трусы себе…

— Они на нижней полке. Пошарьтесь там, — я допил сок и поставив стакан на столик, поднялся на ноги. — Только не задавайте…

— Ничего у тебя тут коллекция! — усмехнулась Синохара. — Кобаяси, Танабэ, Ивасаки… так, а чего тут делают трусы Такаги? Это же нашей медсестры, да?

— Ага. Вы же не думаете, что я способен кого-то любить? — я смотрел, как училка, отвернувшись, надевает на себя свои трусики, не снимая полотенца. Хех… а вот Шизука, видя это, снова начала дергаться, но очередной несильный удар успокоил ее. — И вообще, не забудьте потом вернуть их, ясно?

— А зачем они тебе, если не секрет?

— Считайте, что это мой фетиш, — я усмехнулся. — С каждой новой парой трусиков, я все ближе к тому, чтобы стать самым крутым любовником. Мои навыки растут, ки-ки-ки! Слышишь, синеволосая? Если я так тебе нужен, то думаю, ты не будешь против, если я стану мегакрутым трахарем, хех?!

— Ладно, я потом верну их тебе, — пожала плечами училка и вытащив несколько платьев из шкафа вышла из комнаты. И в этот момент, я услышал, как хлопнула входная дверь, и прокричав «Братик, я дома!» в комнату вбежала Мэй, одетая в школьную форму. А за ней в комнату ввалились Миямото и Танабэ, которые удивленно уставились на Шизуку. Поправив очки, Миямото захихикал, и не спрашивая уселся за стол, напротив меня.

— Что у вас тут происходит? Шизука, что с тобой сделал этот извращенец?! — возмущенно произнесла Танабэ, и подойдя к Кобаяси, взялась за веревки, но тут подоспел я, и схватив блондинку одной рукой за талию, другой за правую руку, злобно усмехнулся.

— Не стоит развязывать яндере, даже если она твоя подруга, — глухо прошептал я. От моего голоса, жутковатого, у Танабэ по руке пробежали мурашки. — Она вчера хотела убить учителя Синохару, застукав нас с ней в классе… а потом выпустила кишки Хамаде Митсуко. Жуткое было зрелище, скажу я тебе, Танабэ. Бедняга плакала, пытаясь задержать их у себя в животе, а Шизука стояла над ней с большим ножом, жутко и злобно смеясь. Она даже в ней чувствовала свою соперницу…

— Что ты несешь, придурок?! — фыркнула Танабэ, когда я переместил руку с талии на живот, и залез ей под блузку. — И хватит меня лапать!

— Я тебе не вру, блондиночка… хочешь знать правду, что произошло вчера вечером?

— Да ты даже в школу сегодня не пришел! Что ты можешь знать?

— Я знаю все! — продолжал я, таким же глухим, устрашающим голосом, и для пущего эффекта облизнул губы. — Я был вчера в школе и сражался с демоном… а потом трахнул его! Его же собственным тентаклем, муа-ха-ха!

— Ты точно псих! Пусти меня… Кимура! — взвизгнула Танабэ, когда я поднял руку до ее груди, и засунув руку под лифчик, схватил ее за сосок. — Ты чертов извращенец!

— Конечно! И чем чаще ты будешь говорить это, тем большим извращенцем я буду становиться, ки-ки-ки! — продолжая лапать Танабэ за грудь, так как Мэй все равно была где-то на кухне, я бросил взгляд на Синохару, которая зашла в комнату, одетая в платье Мэй, которое были слишком короткое для нее. Да и грудь у нее была слишком большая, и без лифчика… — Учитель, скажите, что то. что я говорю про демона, не выдумка!

— У-учитель Синохара?! — выдохнула Танабэ, когда я все же отпустил ее, и она повернулась к училке, которая немного смущенно, подошла к столу, и села на стул. Тут же с кухни вернулась Мэй, притащив несколько пачек чипсов и бутылку с колой, и пробравшись к телеку, включила консоль, и… можно сказать, что мы ее потеряли! Ибо сейчас ее точно ничего не будет волновать, ведь она включила какую-то RPG-ку, в которой любила отыгрывать своего персонажа по максимуму. И в эту игру она играла только во время каникул, не вылезая из нее сутками…

— П-привет, Танабэ… Миямото, — улыбнулась учитель, взяв свою сумочку, висевшую на спинке стула, и вытащив оттуда косметичку, стала наносить косметику, глядя в небольшое зеркальце.

— Что вы тут делаете?! — Танабэ несколько раз поглядела на меня и училку по очереди, и видимо догадалась, прочитав то, что было написано на моей довольной роже. — Кимура! Ты что, совсем идиот?! А вы, учитель?! Почему вы…

— Ну, судя по тому, что у него в шкафу твои трусики, то ты с ним тоже… того, — усмехнулась учительница. — Да и вообще, я взрослая свободная женщина, с кем хочу, с тем и буду!

— Но, вы ведь уже не учитель, верно? — произнес Миямото, который пристроился рядом с Мэй, уставившись в экран телека, и начав поглощать чипсы, которые ему подвинула Мэй. — Уже два дня не учите нас…

Мы с Синохарой переглянулись. Понятно… значит, реальность или память людей, хер знает что из этого, была все же изменена… ну, по крайней мере, я вне подозрений, и то хорошо. Как и училка, которая уже не училка, и психопатка, которая что-то мыча, заркает на нас.

Мляя… а если память изменена, то тогда…

— Слышь, Миямото, а ты мне разве ничего не должен? — подозрительно сощурившись, спросил я, поглядев на очкарика. Он тут же обернулся ко мне, и вдруг потянулся к карману, и достав свой бумажник, довольно толстый, вытащил оттуда приличную пачку денег, и протянул мне.

— Помню я, помню! Знаю, что должен был еще во вторник принести, но…

— Это за то, что я на уроке поцеловал учителя, да? — на всякий случай уточнил я, хватая бабло, и начав пересчитывать его.

— Ага. Ты ее в понедельник целовал, и я должен был тебе занести во вторник, но у меня не хватало пары тысяч, потому ты и позволил мне принести в пятницу, с процентами. Проценты я тоже принес, так что… не бей меня!

— Не буду, ки-ки-ки!

Пока я считал бабки, я думал о том, как же хорошо, что некоторые события, были изменены не так уж сильно. Терять двести тысяч не очень-то хотелось! Это же можно месяц на них жить! Да и не хотелось бы мне, чтобы одноклассники забыли о моем поступке, ведь я старался… ну, Шизука и Синохара уж точно не забудут, ведь их память не была изменена. Хотя, я бы хотел, чтобы Шизука забыла о том, как застукала меня с училкой в классе…

О, может попросить котяру и ей изменить память?! Ну, как попросить… взять нож и приставить к хвосту, пообещав, что отрежу нахер, хе-хе! Еще кого-то о чем-то просить… да нахер надо!

— Эмм, Кимура! — позвала Синохара, когда я хихикая, считал деньги. Я не сразу услышал музыку, которая доносилась от Шизуки. Вздохнув, я вытащил из кармана блузки яндерки ее телефон, розовый такой, блевотный, и увидел, что ей звонит ее мать. Мляя…

— Это твоя мать! — произнес я, вытащив изо рта Шизуки платок.

— Я ей вчера сказала, что переночую у Юки, — покраснев, ответила Шизука. — Я ведь уже не раз оставалась у нее, после школы, а вчера… вчера я весь вечер просидела в клубной комнате, пока не решила сходить в тот класс, где обычно сидят наказанные…

— Ну, отвечай давай, — прошипел я, прижимая телефон к ее уху. — И попробуй только что-то не то сказать, я тебя заставлю голой прибираться в квартире, на радость Миямото, который при этом будет снимать!

Под хихиканье Миямото, я нажал «принять вызов» и Шизука, немного дрожащим голосом, стала отвечать на звонок. И честно, я слышал, как громко возмущалась о чем-то ее мать, только не мог понять о чем. Да и пофиг мне, если честно!

— Да… конечно, мам… ну так, Юки, она же… — Шизука вздохнула. — Да, у нас отменили уроки! Да там директор трах… эмм… насиловал одну ученицу, а потом зарезал ее… угу… я сейчас у Юки, мы тут всем клубом сидим… хорошо, скоро приду.

— А ты ведь помнишь, что было на самом деле, верно? — ухмыльнувшись спросил я. — Ну да ладно, не мои проблемы! Ну и что, тебя стоит отпускать?

— Мама сказала мне идти домой, — понуро сказала синеволосая, пока я развязывал ее. — Хидео… а можно мне остаться жить с тобой? А попробую уговорить родителей…

— Да нахер оно мне надо! Вали давай, психопатка! — схватив Шизуку за руку, я вышел вместе с ней в коридор. У нее на голове, кстати, красовалась большая шишка, образовавшаяся от моего удара. Подождав, пока она оденет свои туфли, я сунул ей в руки ее портфель. Но она вдруг приблизилась ко мне, тяжело дыша, тут же покраснев.

— Хидео! Почему ты отвергаешь меня?

— Я не отвергаю, и вообще я к тебе ничего не чувствую, — фыркнул я. — И да, скажи спасибо, что я сам не прирезал тебя там, в школе, ведь у меня на школьного идола были планы!

— Я убью всех, кто встанет на моем пути!

— Ну давай, попробуй! — усмехнулся я. — Ничего, подруга, я из тебя выбью всю эту дичь, поверь мне! И выбивать буду жестко!

— О чем тут шепчетесь? — недовольно спросила Танабэ, вместе с Синохарой выходя в прихожую. — Опять докапываешься до Шизуки?

— Не твое дело, сисястая.

Я прижался к стене, наблюдая, как Синохара пытается надеть туфли, чтобы не порвать платье. В какой-то момент это надоело Танабэ, и она помогла бывшей училке это сделать. После чего, блондиночка открыла дверь, и вместе с Шизукой, которая злобно поглядела на училку, вышли из нашей с Мэй квартиры. А вот когда Синохара попыталась выйти, то стоило ей ступить наружу, как она вдруг охнула, ее колени подогнулись, и она едва не упав, благо что я успел подскочить, и поддержать ее, вдруг не своим голосом закричала, закрыв глаза руками.

— Они… они повсюду! — кричала Синохара, отчего несколько человек, проходивших по улице, обернулись в нашу сторону. — Они лезут на меня! Аааа!

Выдохнув, я затащил Синохару обратно в квартиру, и поглядел на девчонок. Бывшая учительница, сильно дрожа, прижималась ко мне, едва не рыдая, и что-то бормотала насчет того, что «тентакли повсюду»…

Походу все, приехали! После того, что с ней сделал демонический Накамура, ей уже, кажется, никакое магическое, божественное или другое лечение уже не поможет. Если только психушка, но… пошли они нахуй! Они еще хуже сделают! Отправлять такую красотку в такое место — это ж каким дебилом надо быть!

— Я… я не могу… не хочу… — повторяла Синохара. — Их слишком много снаружи… пожалуйста, Кимура, не выгоняй меня к ним!

Глава 25. В квартире Синохары

И как меня угораздило так встрять?!

В общем, когда Синохара успокоилась, она рассказала нам всем, кроме Шизуки, которая ушла домой, что когда только ступила за порог моей квартирки, тут же начала видеть повсюду тентакли, некоторые из которых уже ползли по ее ногам, подбираясь к промежности и заднему проходу. Через несколько часов, после того, как мне пришлось кормить всех, ведь мы с Мэй с утра не ели, она попробовала снова выйти за пределы нашей квартиры. Тот же результат!

Была еще третья попытка, еще через пару часов. В этот раз, мы завязали Синохаре глаза, решив таким образом отвести ее домой, но она просто свалилась у порога, сказав, что чувствует, как они ползут по ней, и забираются в нее… а потом закричала так что все окна в доме задрожали, и ее начало ломать, словно ее и вправду насиловали тентакли.

Короче, бывшая училка слетела с катушек, и ее убежищем была лишь наша с Мэй хата, м-да… Ну, естественно, поняв, к чему все ведется, я, как истинный джентльмен, сказал, что не против, если она будет жить с нами, но ей придется выполнять некоторые обязанности! Танабэ это не понравилось, а вот Синохара была не против, ки-ки-ки! Ведь в отличие от Шизуки, она была взрослая, и уже давно жила одна, без присмотра родителей, хех!

Мэй тоже, немного подумав, все же согласилась на это, но при условии, что Синохара никому не скажет, что она заядлая отаку, и такое же обещание взяла с Танабэ и Миямото. А еще сказала, чтобы я хотя бы при ней вел себя прилично, ведь она догадывается, что я буду заставлять делать Наоми за то, что она будет жить у нас… ки-ки-ки!

Но я не такой конченный, чтобы этим заниматься при кузине! Для этого есть ванная, бу-га-га!

* * *

Дело клонилось к вечеру. Мы с Миямото неспешно шли по улицам города Касимото. Да, толстяка я решил взять с собой, чтобы помог мне тащить шмотки Синохары и жратву, которую нужно было забрать из холодильника. Вообще, он хотел остаться и позависать вместе с Мэй в игры, но почему-то передумал… интересно, не из-за того ли, что я пообещал сломать ему ноги? Да не, быть не может…

Когда мы пришли к дому Синохары, который располагался в очередном жилом комплексе, который был немного круче того, в котором жил я, ведь у него был домофон, а входы в квартиру были не снаружи, мы поднялись на пятый этаж на лифте, и подошли к двери в ее квартиру, под номером «203». Поглядев по сторонам, словно какие-то воры, я вставил в замок ключ, который нам дала сама Синохара, я повернул его, и мы с очкариком зашли внутрь.

— Офигеть! Никогда еще не был в квартире учителя! — присвистнул Миямото, включив свет в прихожей. Первое, что бросилось мне в глаза — это зеркало в полный рост на стене, на котором была фотография Синохары с каким-то младенцем на руках, вокруг нее пожилые мужчина и женщина, и мужчина, или вернее парень, лет девятнадцати — двадцати. — Как думаешь, что это значит?

— Не знаю, — пожал я плечами, схватив фотку и засунув ее в свой бумажник. Синохара попросила принести эту фотку, сказав, что она для нее важна. Ну, а че бы и не принести? — Ладно, ты давай иди на кухню и забирай продукты, а я пойду ее шмотки собирать.

— Если что интересное найдешь, сразу кричи, — усмехнулся Миямото, и подхватив одну из двух больших сумок, поплелся искать кухню. Хотя, чего ее искать, ведь Наоми сказала что ее квартира двухкомнатная, и потому тут точно не заблудишься…

Зайдя в спальню, миновав гостиную, в которой стояла плазма, большая, я усмехнулся, поглядев на двуспальную кровать, с зеленым одеялом, и несколькими подушками. Ясное дело, что мне в голову тут же пришли эротические фантазии… эх, я был бы не прочь покувыркаться с Синохарой на этой кроватке! Ну ничего, вот вернется Звёздочка, которая с утра умотала куда-то, наверняка опять дня на три, заставлю ее по нормальному лечить Синохару! Уж очень сильно мне понравилась Наоми, и плевать, что она больше не училка… в школе и других красоток хватает, ки-ки-ки!

— У нас в руках пять трусиков, повесим их, как бусинки, и будем в них мы щеголять, — тихо пропел я, раскрыв дверцы шкафа, и начав перебирать шмотки Синохары. Много одежды я брать не собирался, ведь она селится у нас ненадолго. Ну, так я думал, по крайней мере! — А если спросит кто меня «А не дебил ли ты, пацан?», я тут же ему в рожу дам… та-дам!

М-да… певец и сочинитель из меня тот еще, хех! Ну да похер! Настроение было хорошее, хотя… а с чего ему быть плохим, в принципе? Я же теперь буду несколько дней дрыхнуть в объятиях секси-бывшей училки, у которой сиськи третьего размера! Бог Аналь, ты просто крут, чувак! Пусть и выглядишь ты странно, но мое уважение к тебе растет все больше и больше… если бы еще яндере как-нибудь отвадить от меня, чтобы не мешала мне собирать труселявую коллекцию, то я был бы просто на седьмом небе! Может, ты опять придешь как-нибудь и предложишь сделку, хотя бы, чтобы Шизука отвалила от меня?

Подумав об этом, я поймал себя на том, что бросил взгляд на дверь. Но… никакого мускулистого негра в стрингах, который заходил бы в комнату, я не увидел. И вот теперь, по идее, не знаешь, радоваться или нет этому, ведь если так подумать…

А что если он не тронул меня в прошлый раз, когда я был в теле Кобаяси, только потому что… я был в теле Кобаяси?! А что если ему нравятся колбаски?! И свою он любит пихать в яойную дырочку?! Ой, ну нахер тогда! Сам разберусь с синеволосой, а то мало ли…

— Эй, Кимура!

От раздавшегося, так неожиданно для меня, голоса, я даже вскрикнул, и тут же сжал все, что только мог, и бросив снова взгляд на дверь, увидел Миямото, который почесывал затылок, переминаясь с ноги на ногу.

— Тьфу ты, сука! Напугал! — фыркнул я, поднимая с пола лифчик Синохары и запихивая его в сумку. — Чего тебе?

— Ну, как бы… в холодильнике пусто. Жратвы нет!

— Совсем?

— Угу. Я прошарил все шкафчики, но ничего, кроме пустых бутылок из-под пива и банок из-под лапши не нашел! Да еще и все пыльное какое-то… такое чувство, что она на кухню совсем не заходит.

— Да? Ну и ладно! Зайдем в магазин, что поделать, — у нас дома, если честно, тоже почти не осталось продуктов. Ну, если не считать десяток пачек чипсов, нескольких бутылок колы, и всяких конфет, шоколада и мороженого… ну почему Мэй так любит все это, больше чем мою готовку?! Я ведь стараюсь, чуть не шедевры готовлю, как говорили неоднократно дядя и тётя, они даже какое-то время предлагали мне пойти в академию готовки, где учатся только лучшие повара, но… нахер, я больше люблю выяснять отношения с помощью кулаков, а не кулинарных битв!

— Слушай, а как ты думаешь… что может хранить учитель в этой тумбочке? — спросил толстяк, подходя к тумбе в углу, на которой было установлено что-то вроде алтаря. Свечи, баночки, зеркальце… и толстая книга. Что, очередной Некрономикон? — Ого! Это же… Камасутра!

— Ась? — удивленно спросил я, подходя к Миямото, стоявшему над раскрытой книгой, и которая и впрямь оказалась камасутрой. — Нифига себе! Это же так… офигенно! Кидай ее в сумку!

— Зачем? — не понял Миямото.

— Ты дурак? Известное дело зачем! Буду с Синохарой практиковать позу, скажем, «подвешенные ножницы»… А что, неплохо выглядит!

— Ну ладно… — бросив на меня странный взгляд, Миямото бросил книгу в сумку с одеждой. Это не воровство, ведь я потом верну ее владелице. Да и скрывать от владелицы, что я взял эту книжечку, я не собираюсь, ки-ки-ки! Хм, интересно, а Шизука согласится на такое?

Думая о том, как я предлагаю ТАКОЕ Шизуке, я открыл ящик тумбочки, и вытащил оттуда… плетку и кляп. Хер знает, как он называется, но этот самый, который в БДСМ используется. Ебануться… походу, Синохара не так проста, как кажется…

И ведь вроде, хотелось бы даже удивиться, но, сука, чему вообще теперь удивляться, если в школе медсестра подрабатывает проституткой, а ученицы спокойно убивают друг друга… я уж молчу обо всем остальном…

— Нет, такие извращения точно не по нам, — вздохнул я… и подойдя к сумке, положил плетку и кляп в сумку. Главное — придумать способ выгнать на пару часов Мэй из квартиры! А там уж как пойдет, угу… в жизни надо все попробовать, да и Аналь, я думаю будет еще больше доволен мной, ки-ки-ки!

* * *

Не позволив больше Миямото рыться в вещах Синохары, мы вскоре вышли из квартиры, и выйдя из дома, отправились в супермаркет неподалеку. Там я собирался закупиться по полной, ведь там продавались и фрукты и овощи, и даже яблочки! Ну и всякое остальное, естественно…

— Опа-на! — остановился я возле автоматической двери, и поглядел на витрину слева, на которой был приклеен большой плакат. А на плакате большими буквами было написано «Вечерняя боевая распродажа»… чего? — Слышь, Миямото, это че за фигня?

— Боевая распродажа? А, это обычное дело в некоторых супермаркетах города, — выдохнул парень, поправив на плече сумку с вещами. Ага, я заставил его тащить нагруженную сумку, а сам шел с той, которая была пустая. Ибо нефиг боссу выполнять грязную работу, бу-га-га!

— Ты нормально объясни, что это значит. Неужели надо драться за продукты?

— Типа того. Берешь корзинку, набираешь тем, что тебе надо, а потом бежишь на кассу. И все это время, на тебя будут нападать другие, ведь на вечерней распродаже, только определенные вещи будут со скидной, и в ограниченном количестве. А желающих достаточно…

Миямото вздохнул и поглядел внутрь магазина, где и правда было множество желающих. Распродажа начинается в восемь… о, а мы как раз вовремя! Осталось десять минут до начала…

— Кимура! — услышал я вдруг знакомый голос сзади, и обернувшись, увидел Ивасаки в закрытом темно-зеленом костюме, которая шла в нашу сторону вместе с каким-то толстым небритым мужиком, в довольно потрепанном костюме. Когда Ивасаки хотела еще что-то сказать, открыв уже рот, мужик вдруг отвесил бисексуалке подзатыльник, да такой сильный, что Ивасаки едва не упала.

— Не разговаривай ни с кем, дочь! — злобно рявкнул он. — Особенно со всякими отбросами!

— П-поняла, отец, — вздохнула Ивасаки, потирая затылок, и опустила взгляд, начав смотреть в землю.

Злобно хмыкнув, я отдал пустую сумку Миямото, и начав ковыряться в левом ухе мизинцем, засунул правую в карман и громко произнес:

— Слышь, педофил, ты кого отбросом назвал?

Глава 26. Битва за скидки 90%

— К-Кимура… — пропищала не своим голосом Ивасаки, съежившись. Хм, вообще на нее не похоже… ну да ладно, не мое дело! Мое дело касается того, что какой-то пидор, смеет называть меня отбросом? Судя по его виду, он-то и есть отброс, а я же просто гопник-извращенец.

— Ты че рявкнул, молокосос?! — надулся мужик, став еще более круглым, чем раньше! Колобок, ты кажись, не в ту страну закатился! Да и не в тот мир! Хм, а интересно, в этом мире вообще есть такие сказки? Надо будет как-нибудь в интернете покопаться, поискать сказки других стран.

— Че слышал, педофил! — я злобно улыбнулся. — Судя по тому, как ты обращаешься с моей одноклассницей, я прав примерно на… 70 %.

— Не смей… не смей так говорить о моем… отце, — возмущенно топнула ногой Ивасаки. Хм, че-то она какая-то скромная сегодня. Это ей вообще не идет. Неужто… я прав? Да, помню, как-то, еще в том мире, когда я подрабатывал наемником — кем я только не был — я сидел во дворе и пил пиво, когда увидел, как мужик бьет девчонку лет тринадцати. Мне было пофиг, естественно… до определенного момента, пока ко мне не подошла девчонка постарше. Это была сестра той, которую избивал мужик, их папаша-одиночка.

«Простите, дядя Миша, но… я знаю, что вы убиваете людей за деньги, сказала старшая девчонка, ей, вроде как, было пятнадцать.

Ну и, спросил я, даже не поднимая взгляда на девчонку.

У… Убейте этого… человека, который зовет себя нашим отцом, чуть не плача произнесла девчонка, пока ее папаша избивал младшую дочь. Он… он делает с нами, что ему вздумается, говорит девчонка.

Все в этом мире имеет свою цену, ответил тогда я, у тебя есть чем заплатить?

Кредитка этого… на ней должны быть деньги, но я не знаю сколько, протянула мне девчонка кредитную карточку, я ее стащила у… этого, и если вы не убьете его, он сделает с нами… нехорошие вещи. Вернее, еще более нехорошие, чем обычно… он обещал, что будет продавать нас с сестрой».

Было видно, что девчонке трудно говорить все это, но я все же поразился ее храбрости. Не каждая способна подойти к соседу-наемнику, и признаться в таком. Потому я, как обычно, даже не задумываясь, взял кредитку, вместе с кусочком бумаги, на котором был написан пин-код, и быстро подойдя к папаше девочек, выхватил из-за пазухи пистолет и несколько раз выстрелил ублюдку в затылок. Свидетелей, кроме девочек, не было, разве что один пацан, пялившийся на нас из окна. Но он точно не сдаст, и я знал это.

На карточке, кстати, тогда обнаружилось чуть меньше ста косарей, ну да пофиг. Патроны они окупят и ладно. Зато, как я потом узнал, девочек забрали в детдом, и старшая уже спустя несколько лет, стала актрисой. Ее я несколько раз видел по телеку, угу…

— Слышь, Ивасаки, я буду говорить с ним так, как хочу, поняла? — фыркнул я. — Этому гандону, значится, можно обзывать меня, а мне нет?

— Ты поганый молокосос, я тебе сейчас…

Папаша Ивасаки не договорил, так как я за секунду преодолел расстояние между нами, выхватывая из-за пояса пистолет, и приставил дуло к яйцам ублюдка, злобно улыбаясь. Он издал какой-то скрип, а Ивасаки закрыла лицо руками, отойдя в сторону и немного отвернувшись. Ее колени дрожали, и она была готова свалиться на землю.

— Давай, назови меня как-нибудь еще раз, — встав на цыпочки, прошептал я ему в ухо, сильнее прижав пистолет к яйцам. — Сделай мне приятное, сладкий! Ну, как ты, наверняка, делаешь приятно моей однокласснице! Я таких как ты за версту чую, поверь мне! Все признаки указывают на то, что ты насилуешь свою дочь…

Когда мы были с Ивасаки в душе, все три раза, я каждый раз видел новые синяки, ссадины, которые были у нее по всему телу. Да и когда мы с ней трахались в медкабинете, слишком уж она… умело это делала. Тогда я не обратил внимания, но сейчас начинаю понимать, почему она, так легко залезла на меня, даже не смущаясь, в отличие от Шизуки и Танабэ. Да и ее лесбиянство… особенно те слова про светлое и доброе создание Шизуку… кажется, я догадываюсь, почему она решила влюбиться в девчонку…

— К-Кимура… — дрожащим голосом произнесла Ивасаки. — Пожалуйста… он же меня потом…

— Не-а! Детка, он ничего с тобой не сделает, ведь ты под моей защитой! — усмехнулся я. — На этот раз, уебан, я тебя отпускаю целым и здоровым, но увижу еще раз, я даже не погляжу на свидетелей, и прикончу тебя. А если подойдешь к ней… то твоя смерть будет очень и очень мучительной, ки-ки-ки!

Оттолкнув ублюдка от себя, я убрал пистолет за пояс, и подтянул к себе Ивасаки. Мать твою, а я оказался прав… вы только поглядите, как на меня смотрит бисексуалка! Епт… прям героем себя ощущаю, хех!

Фыркнув, толстяк сделал несколько шагов назад, а потом развернувшись, быстро пошагал прочь, частенько оборачиваясь к нам. Ивасаки, тем временем, прижимающаяся ко мне, несколько раз всхлипнула, вытерла слезы, и вдруг слабо улыбнулась.

— Кимура, я… ты не против, если я поживу у тебя?

— А что насчет твоей матери?

— Ее уже давно нет… потому этот ублюдок и делал со мной все, что хотел.

— Да я уж догадался, — ухмыльнулся я. — Но ты же понимаешь, что я это сделал не по доброте душевной?

— Понимаю… но ты ведь не будешь меня таскать за волосы по квартире и избивать?

— Не буду. И знаешь… я даже фотки делать не буду, — усмехнулся я. — Ну а теперь, если ты не против, Ивасаки, я хочу захватить себе побольше продуктов по скидке… нам ведь теперь понадобится побольше продуктов, не думаешь?

* * *

Забежав в супермаркет, успев в последнюю минуту, я увидел, что желающих заполучить дешевые продукты, на которые действовала скидка 90 %, было достаточно. Человек двадцать. И среди них были как мужики, так и женщины, парни и девчонки. И среди всех, выделялась одна, и сука, как уже можно догадаться, на нее я тоже сразу же положил глаз.

— О, нет! — вздохнула Ивасаки, у которой все еще были мокрые глаза. — Видишь эту девчонку? Судзука Тора… шестой «палец»! Она тут редко бывает, а когда приходит… забирает себе все дешевые продукты!

— Шестой «палец»? Да бля… ну, почему я встретился с ней сейчас, а?! — фыркнул я. — был бы я уже седьмым, я бы вызвал ее на поединок, а так не смогу… бесит, сука! Кто придумал эти дурацкие правила?

— Тогда была бы полная вакханалия, Кимура, — произнес Миямото, державшие в руках обе сумки. Он не собирался участвовать в битве, в отличие от Ивасаки, которая стояла рядом, явно готовая к этому сражению. — А так, становится понятно, кто каким пальцем является!

— Может, не стоит участвовать? — спросила Ивасаки. — Даже папаша, когда видел, что она тут, уводил меня обратно домой… а потом выносил на мне злость за то, что мы не получили хоть какие-нибудь дешевые продукты…

— Ты в меня не веришь? — хмыкнул я, хрустнув пальцами. — Ты просто… занимайся поиском тех, на которые идет скидка и бросай их в корзину. А я буду драться и прикрывать тебя! Эх, уже предвкушаю, как мой кулак врезается кому-нибудь в морду, бу-га-га!

— Таков план? Ладно, попробуем… никогда еще не дралась с кем-то в паре…

— А папаша твой?

— Он не дерется, — отмахнулась Ивасаки. — Жирный ублюдок! Вообще, я все его выходки терплю только потому что мне больше некуда идти… никого из родственников в живых нет…

— Придется теперь терпеть мои, ки-ки-ки! Но не бойся, я более… нежен, хех! Во всех смыслах…

Я замолчал, так как увидел, что менеджер идет к подсобке, ухмыляясь и обводя всех бойцов взглядом. В магазине, кстати, не было тех, кто не собирался драться, вроде мамаш и их детей. Все бойцы были возраста от 15 до 30 примерно, так что можно было лупить всех, кто под руку подвернется. И могу добавить, что все немного нервничали: кто-то облизывал губы, кто-то шмыгал носом, кто-то переминался с ноги на ногу… и лишь та девка, шестой «палец», спокойно стояла в стороне, глядя на всех нас. Несколько раз она бросала взгляды на меня, видимо думая, что я глупый новичок, который захотел побороться за скидки…

Что можно о ней сказать? Ну, ее волосы, выкрашенные в яркий зеленый цвет. Завязаны хвостиками, одета в школьную форму, но не Святой Марии, а какой-то другой школы, судя по всему тоже старшей. Длинные белые гольфы, черная короткая юбка, черная блузка, с эмблемой в виде единорога на правой стороне груди. Ростом чуть выше меня, не совсем симпатичная, из-за шрама на щеке, который и портил ее красоту, ну да ладно… А еще у нее сиськи были второго размера, что тоже немного удручало, но как мне кажется, раз она боец, то это ей даже в плюс. Ничто не мешает при движениях, особенно если она на ловкость и скорость полагается.

И вот…

Менеджер скрылся в подсобке, и как только дверь захлопнулась…

— Да прольется кровь и побьются зубы! — прошипел я, первым бросившись через перегородку, и врезаясь кулаком какой-то девке в живот. Мы с Ивасаки еще с самого начала приметили консервированные ананасы, стоявшие ближе всех, на баночке из-под которых, была наклейка «Распродажа 90 %». Именно продукты с такой наклейкой и нужно было брать. Но этим занималась Ивасаки, пока я кружился неподалеку от нее, защищая от других бойцов, раздавая удары и пинки налево и направо.

Несколько ударов, в той вакханалии, получил я и, само собой: один удар в живот, и удар в челюсть, но мое тело, после побоев членощупальцами, и так все болело, и было почти каменным, так что я не обращал внимания. Хотя, думается, мне, что завтра утром, все тело будет болеть еще сильнее, чем сегодня, ну да и хер с ним! Жаловаться кому-либо я не собираюсь, а то еще подмочу себе репутацию отморозка, ки-ки-ки!

— Кимура, слева! — крикнула вдруг Ивасаки, и я не глядя, ударил туда ногой, попав кому-то по груди, отчего он аж засвистел, вскрикнув. Ивасаки же, довольно хмыкнув, бросилась к другой полке, с тортами. Офигенно! Мэй будет в восторге!

Удар в солнечное сплетение… уход влево, одновременно с этих ударяя локтем в лицо девку, что хотела напасть на меня сзади… еще один удар в лицо, потом кто-то схватил меня за куртку… Ха! Резкий разворот, вырываясь из захвата, и апперкот, после чего резко приседаю, пропуская над собой руку мужика, и схватив ее, сам того не ожидая от себя, перебрасываю мужика через себя, сам едва не свалившись… ух, сука, тяжелый! Как бы не надорвать себе чего…

— Веселуха! — захихикал я, когда кто-то ударил меня по спине, отчего я тут же развернулся, и увидав какую-то женщину, лет двадцати трех, сначала схватил ее за сиську третьего размера, а уж потом врезал так, что она отлетела к полке, и ударилась об нее лбом. Потом она медленно побрела в сторону выхода, что-то ворча, видимо понимая, что ей тут больше делать нечего, ведь пришел я… и кто знает, как еще я буду лапать ее, во время потасовки, ведь меня и обвинить нельзя в такой-то вакханалии ни в чем, хе-хе!

* * *

Битва продолжалась недолго. Постепенно бойцы, которые получили слишком много ударов для себя, начали расходиться, ну а наша с Ивасаки корзинка, пополнилась почти до упора. Там был и шоколадный торт, и печенье, и те ананасы, немного овощей, фруктов разных, на каждом из которых была наклейка, и еще кой-чего, из чего можно забабахать офигенный ужин.

Я бы мог сказать, что мы были победителями, ведь забрали себе почти все, но под конец, пришло время сразиться с боссом этого супермаркета, который, вернее которая, перегородила нам путь к единственной работающей кассе, за которой сидела кассир, и нетерпеливо, с ухмылкой на лице, постукивала пальцами по прилавку.

И ясное дело, что боссом была шестой «палец», которая не участвовала в основной потасовке.

— Неплохо дерешься… Кимура, верно? — хмыкнула «палец». — Я — Судзука Тора, номер шесть. И кажется, сейчас тебе еще рано бросать мне вызов, но… я просто не могу удержаться от того, чтобы сразиться с тобой. К тому же, вы забрали себе почти все продукты на распродаже…

— Ну, я тоже не против сразиться с тобой. Неофициально, так сказать, — злобно ухмыльнулся я. — Только думаю, что дело не только в продуктах, верно? Это было бы слишком… скучно и мелочно, сражаться таким, как мы, только из-за жратвы. Не хочешь сразиться за что-нибудь более… интересное?

— Подойди сюда, я прошепчу тебе на ушко, — хихикнула зеленоволосая. — Не бойся, бой еще не начался, а я за честные поединки.

— Было бы чего бояться, — прошептал я, подойдя к ней почти вплотную. — Ну так… на что драться будем?

— Я видела, как ты прогнал того мужика, что пришел с этой девушкой, — Судзука вдруг положила руку на мой ствол. На тот ствол, который сзади, блин… — Если я тебя побью, отдашь мне пистолет…

— А если проиграешь ты, кукла, отдашься мне, прямо там, в подсобке, окей? — хмыкнул я. — И еще свои трусики мне отдашь…

— Хм, так ты извращенец? Прямо как мой парень… ну ладно, я согласна. Ведь тебе меня все равно не побить, Кимура!

— Не спеши с выводами! И лучше заранее приготовься к тому, чтобы идти домой без трусов!

Мы с ней злобно усмехнувшись друг другу, не отворачиваясь, стали отходить спиной, увеличивая расстояние между нами. Мы собирались драться между двух полок, что было очень удобно для меня, ведь я хотел попробовать один прием, который получился у меня во время боя с тентаклями. Ну, тот когда я прыгнул на стену и оттолкнулся от нее… как у меня это тогда получилось, я не знал, ведь я просто действовал, не задумываясь «как?» «зачем?» и все в таком духе.

Вообще, если честно, я бы хотел у нее попросить что-нибудь другое, но мне ведь нужно собрать всех поке… ой, бля… сто трусиков, так что нужно пользоваться случаем. Бог-извращуга не дремлет, и его глаз следит за мной, в чем я был уверен!

И вот мы бросились в драку!

Сблизившись с Судзукой, я тут же получил неожиданный для меня удар с колена в живот, отчего немного согнулся, но все же сумел увернуться от ее кулака. Перехватив другой кулак, я в свою очередь ударил ее в бок ребром ладони, после чего, вывернулся, и толкнув ее вперед, хотел сделать ей подсечку, но она вдруг схватилась свободной рукой за полку, и в свою очередь притянула меня к себе, подставив колено, чтобы ударить меня им снова. Нифига! В падении, я вытянул руки, и немного склонил тело вправо, отчего ее колено попало мне в левый бок, ударив меня по еще не совсем зажившей ране от лезвия катаны. Больно… но терпим!

— Ну-ну! — хмыкнул я, когда мы снова выпрямились, и опять набросились друг на друга. В этот раз мы с ней просто начали махать кулаками, уклоняясь от ударов, иногда все же их пропуская. Все же, она была быстра, но по сравнению с тентаклями, она была более… предсказуема, да и руки у нее были не такие длинные. Это я вообще к чему? А к тому, что в какой-то момент, я снова выгнулся назад, едва не сделав идеальный мостик, как тогда, с Сакамото, и подняв в этот момент левую ногу, правой рукой схватившись за полку, я ударил ее в живот пяткой, после чего, благодаря полке, быстро вернулся в нормальное положение, и уже провел апперкот.

Я бью женщин и детей, потому что я… могу, хех!

— Кажется, ты мне зуб сломал… — произнесла Судзука, выплюнув кровь на пол.

— Э, ты чего пол мараешь?!

— А, здесь можно! Тут каждую боевую распродажу кого-нибудь серьезно избивают, так что уборщику не привыкать!

— М-кей!

Мы продолжили драться, но я уже понимал, кто побеждает, ведь мои удары были сильны, даже для боевой девчонки, у которой к тому же, в какой-то момент из носа пошла кровь, когда я ударил ее по лицу. Она меня тоже несколько раз умудрилась ударить, так что…

Но в любом случае, пора было заканчивать!

Отпрыгнув назад, увернувшись тем самым от пинка Судзуки, я вдруг прыгнул на полку с печеньем, и оттолкнувшись от нее, прыгнул сверху на девчонку, сжимая кулак, и улыбаясь своей злобной улыбкой, которая была способна напугать даже Сатану!

Сильный удар по голове… и Судзука свалилась на пол, обмякнув. Она пыталась закрыться руками, но я вложил в свой кулак всю злость, и всю оставшуюся силу, так что ее попытка была бесполезна.

Увидев, что последняя соперница свалилась на пол, Ивасаки пробежала мимо нас, и начала выкладывать продукты на прилавок. Квест успешно завершен, ки-ки-ки!

— Ну, ты как? — протянув руку, я помог Судзуки подняться. Девушка посмотрела на меня, и улыбнулась. М-да… улыбочка у нее просто шикарная! Все зубы и десны в крови, один передний зуб сломан…

— Вгоде в ногме, — шмыгнула она носом. — Чегт… как хогошо, что бой пагень — слабаг, а то узнав о том, что я ебу избеню… Погоди, я тольго убоюсь, там же, в подсобге…

* * *

Выгнав менеджера, бросив ему что-то вроде «простите, мы ненадолго», мы с Судзукой уединились в подсобке, и там прижав ее к стене, я стянул с нее трусики, которые в этот раз были голубые, с красной розой, я там же и взял ее. Эх, вот уже и шестые трусики в моих лапках похотливых… как же, сука, еще много собирать и ведь надо стараться сдерживать себя в рамках приличия, ведь мешают долбанные законы… Хм, а может все-таки потом попросить у Аналя рабыню?

* * *

Попрощавшись с Миямото, который был в полном восторге от драки в супермаркете, мы с Ивасаки поплелись в нашу с Мэй квартирку. Одна сумка набита хавчиком, другая шмотками Синохары, в кармане шестые трусики… настроение просто охеренное! Пускай завтра все тело будет болеть… но это уже завтра!

— Мэй, я приперся! — громко произнес я, когда мы с Ивасаки зашли в хату, и я закрыл дверь. Пройдя в комнату, я встал как вкопанный, увидев очень жуткую для меня картину… Нет, ничего такого, на самом деле, просто…

Синохара, сидевшая на кровати рядом с Мэй, держала в руках второй геймпад от консоли, и вместе с ней рубилась в файтинг. Причем ни та, ни другая даже не повернули ко мне головы.

— Ой, здрасьте учитель! — смутилась Ивасаки, встав рядом со мной.

— Да чтоб тебя! Я же нажимала кнопку! — вдруг возмутилась Синохара, бросив геймпад на кровать, и наконец обратив на нас внимание. — О, Ивасаки! А ты чего здесь?

— Я о том же вас хотела спросить…

— Пошли на кухню, поможешь жрать готовить, — буркнул я. — Я тебе заодно интересную историю расскажу, в которой будет психопатка, тентакли и хентай, с училкой в главной роли…

Арка 9. Незапланированный выходной

Глава 27. Куда же без похода в бассейн!

Счастье! Охеренное счастье! Что нужно озабоченному шестнадцатилетнему парню из империи Хосидзава, который помнит свою прошлую жизнь, когда он был убийцей, наемником, насильником, и хер еще знает кем? Правильно — чтобы вокруг него лежали красотки! Ну вот, допустим они лежат рядом, и что тогда ты будешь делать? Ну… вот уверен, что если бы я не помнил свою прошлую жизнь, и был бы просто Кимурой, то я… то я бы лежал скромно и стеснялся даже ложить на девушек руки! Был бы придурком из аниме, по которым тащится Мэй, говоря, что они крутые…

Но я не был придурком из аниме!

И потому, когда я решил, что пора ложиться спать, я расстелил футон посреди комнаты, и прочистив горло, громко сказал Ивасаки и Синохаре, что спать они будут со мной! Да и чего бы и нет, ведь я обоих уже… того, ки-ки-ки! Но что было все же обидно, так это то, что рядом со мной улеглась лишь Ивасаки, в грудь которой я тут же уткнулся лицом, а бывшая учительница продолжала сидеть на кровати вместе с Мэй, играя с ней в игры. И играли они всю ночь, что-то ворча и переругиваясь между собой.

Я-то, само собой, привык к круглосуточным посиделкам Мэй, да и вообще мог спать при любых обстоятельствах, но вот Ивасаки не могла уснуть, ворочаясь. И да, спала она в халате, который ей предоставила Синохара, которая переодевшись в ванной, вернула мне мой трофей, отчего Ивасаки странно поглядела на меня, и оделась в короткие шорты и майку. Без лифчика, отчего ее сиськи подпрыгивали, когда она радовалась очередному убийству босса в кооперативном экшене, играя в него по сплит-скрину.

Наконец, где-то часа в три, обе хикки решили все же поспать, и когда вырубили свои игры, и Синохара легла рядом со мной, с другой стороны, я чуть не заорал от счастья! В прошлой жизни, я, конечно, участвовал в оргиях, причем обычно пьяных, с травой, наркотой и прочим, но тогда я не был таким озабоченным и не так уж обращал на это внимания, но сейчас же… Каеф!

Но ведь не могло быть все так гладко… совсем не могло…

Около пяти утра, я проснулся оттого, что услышал чье-то громкое тяжелое дыхание, и когда открыл глаза, и повернулся в сторону балкона, то увидел, что за стеклянными дверями, на балконе, ясное дело, стоит Шизука, в красной короткой юбке, черных гольфах, серой кофточке… ну а в руках она сжимает тесак. Ага, тот которым мясо хорошо рубить… И улыбочка у нашей яндере такая, сука, милая, что легче было взять пистолет и застрелиться нахер. Ну или ее застрелить, чтоб не мучилась!

— И че ты тут делаешь? — спросил я, зевая, подойдя к балконной двери и приоткрыв ее. Шизука тут же подставила ногу, чтобы я не смог закрыться от нее. — Следишь помаленьку? Ну-ну!

— Что тут делает Ивасаки? — нежным голосом спросила Шизука, улыбнувшись. Ласково так, словно распоследняя няша. Интересно, я один такой больной, что увидав ее улыбочку психически ебнутой маньячки, захотел ее трахнуть? Ну не бояться же мне какой-то девки, в конце-то концов?!

— Проблемки у нее были, потому и решил приютить у себя, — хмыкнул я, засунув правую руку в карман, а мизинцем левой начав ковыряться в ухе. Да, я сплю в одежде, и че? Вернее, сплю в ней, но лишь с тех пор, как переехал в этот двинутый город. — Не хочешь зайти? Хотя, че я спрашиваю, ты и так, по идее, уже зашла… Только вот…

Вопрос «как?» отпал сам собой, когда я бросил взгляд на простыни, привязанные к своеобразному крюку из ножей. М-да… а ведь на физ-ре, когда я менялся с ней телом, я ведь чувствовал, что она очень слабенькая физически… да и в постели не такая выносливая, а тут прямо… была бы медаль, вручил бы ей, угу!

Пропустив Шизуку в комнатушку, я тут же, тихонько захихикав, схватил ее за руку, и потащил в ванную, для начала достав из ящика стола презики. Не держать же их постоянно в кармане, да? К тому же Мэй не лазала в этот ящик, так как ящики стола и полки в шкафу у нас были поделены. И у нее было больше полочек и ящиков, ведь большая часть стола и шкафа были забиты ее играми, мангой и ДВД с аниме…

— Ты сама напросилась, детка! — заперев дверь ванной, хмыкнул я. — Если ты стала так помешана на мне, то пеняй на себя! Я не дурак, отталкивать тех, кто сам лезет ко мне, ки-ки-ки!

Стоило нам с Шизукой залезть в ванную, и я только успел снять с нее кофточку, и уже занялся ее юбкой, как вдруг в дверь постучали. Ну какого Дьявола?!

Вздохнув, я вылез из ванной, и подойдя к двери, приоткрыл ее и увидел заспанное лицо Мэй. Кузина, чтоб тебя! Вот чего тебе не спится?!

— Братик, я в… — пробормотала Мэй, и вдруг увидела синеволосую, лежащую в ванне, с раздвинутыми ногами, которая весело, и немного смутившись, помахала ей, после чего, неуклюже вылезла из нее, и вышла из ванной. Поглядев ушедшей в комнату Шизуке вслед, удивленно хлопая глазами, Мэй покачала головой, и вытолкнув меня из ванной, вручив мне в руки кофту Шизуки, заперлась внутри.

Вернувшись в комнату, я увалился обратно на футон, а Шизука увалилась рядом, ногой оттолкнув Ивасаки к столу, которая так крепко дрыхла, что даже не заметила, что ее колени уперлись в ножку стола…

* * *

— Какое офигенное утро! — произнес я, сидя на кровати Мэй, прикрыв глаза. Затылком я лежал на груди Синохары, которая сидела прислонившись к стене, снова зависая вместе с Мэй в ее игры. Шизука и Ивасаки тем временем возились на кухне, готовя нам завтрак. Совсем недавно, около девяти утра, зазвонил мобильник Шизуки, из-за которого мы все подскочили, а Ивасаки и Синохара удивленно уставились на Шизуку, не понимая, откуда она тут взялась. Ясное дело, что Шизуке звонили ее родители, но я, плюнув на все, взял трубку, и своим самым нежным, ласковым голосом, сообщил им, что я позабочусь о Шизуке, и что она некоторое время поживет со мной. А самой синеволосой сказал, что если ей так хочется быть рядом со мной, то пускай занимается хозяйством, ибо нехер мне тут нахлебничать!

— Согласна! — усмехнулась Синохара. — Кажется, уже второй день как я буду питаться нормально… а уж про то, чтобы для меня кто-то готовил, такого уже давно не было, с тех пор как я съехала от родителей…

— Хех, даже если Звёздочка сможет вылечить вас, я не против если вы останетесь тут и дальше! Мэй с вами весело, а мне… — я посильнее вжался в ее сиськи. — А мне просто приятно… эх, если бы еще мы могли бы с вами сейчас…

— Братик, я тебя сейчас ударю! — проворчала Мэй.

— Цыц! Вообще, может тебе куда-нибудь сходить, прогуляться, например? Можешь даже себе игру купить…

— Если бы я не знала, для чего ты выгоняешь меня из квартиры, я бы с радостью взяла деньги и ушла в магазин, а так… — Мэй нагло улыбнулась. — И вообще, не понимаю, учитель, почему вы не против того, что с вами хочет сделать мой брат? Не скажете ему хоть что-нибудь?

— Пф, сестренка, не хочу хвастаться, но у нас уже кое-что было, ки-ки-ки!

От моих слов Мэй даже выронила геймпад, и что-то хотела добавить, но тут в дверь позвонили, и я, вскочив с кровати, пошел открывать. И когда я открыл дверь, начав ковыряться мизинцем в левом ухе, мой рот растянулся в глупой ухмылке, ведь на пороге стояла Танабэ, держа в руках сумку.

— Привет, Кимура! Что, опять витаешь в эротических фантазиях? — усмехнулась она, не спрашивая входя в хату. Че за нафиг? Возмутившись этим, я схватил Танабэ за руку, прижал ее к стене, отнимая у нее сумку, бросив ее на пол, и захлопнул дверь ногой. Крашенная блондинка уже даже не сопротивлялась, когда я положил одну руку ей на грудь, а другую на задницу, понимая, что это бесполезно. Меня не перевоспитать, ки-ки-ки! — Примерно такую встречу я от тебя и ждала…

— Рад, что не разочаровал! — усмехнулся я. — Ну, чего пришла? Я, конечно, не против, что ко мне ходят такие девчонки, но ты ведь не за перепихоном ко мне пришла?

— Конечно нет! — возмутилась Танабэ, издав тихий стон, потому что я залез пальцами ей под трусики. — Я пришла, чтобы вас в бассейн позвать… и прекрати уже, пожалуйста…

— Но ты такая прикольная! Как я могу…

— Шизука! А ты-то что тут делаешь?! — удивилась Танабэ, повернув голову, и поглядев на Шизуку, что вышла с кухни, одетая в черно-белый костюм готической горничной. Ага, у Мэй был такой костюм, так как мы иногда с ней посещали всякие мероприятия, вроде «Комиксмира» или «Игрокона». Она любит косплеить одну боевую горничную, из аниме про какого-то скелета-задрота, или вроде того, ну а я, бывало, косплеил какого-то ниндзю-подростка, тоже из аниме. Не по своей воле, естественно, ведь тётка сшила этот костюм, чтобы я сопровождал Мэй, потому что она боялась, что к ней может кто-нибудь пристать по дороге. Ну а кто к ней пристанет, особенно в нашем родном городе, когда с ней был я? Только тот, кто очень хочет узнать силу моего удара…

— Она теперь тоже будет жить тут, — сказал я, отпуская Танабэ, пока Шизуку опять не накрыло, а то вон уже как поглядывает, держа в руках тарелки. — Может и ты хочешь присоединиться к гаремнику? У тебя, пока что, сиськи самые большие, я на них спать буду!

— Да пошел ты! — фыркнула Танабэ и зашла в комнату, следом за мной. — Ну, в общем, бассейн… у нас же незапланированные выходные, так почему бы не повеселиться?! К тому же, его всего месяц назад открыли!

— Я точно пойду, меня можно не упрашивать!

— И я! — воскликнула Шизука. — Только мне домой надо заскочить, за купальником…

— Зачем? Плавай голой, — захихикал я. — Представляю, какого будет парням, особенно тем, кто придет с девушками, ки-ки-ки! Сколько сердец будет разбито тогда… а еще тебя выгонят сразу, но зато парням сделаешь приятно…

— Сам так плавай, — обиделась Шизука, надув щеки. Взяв со стула свои шмотки, она пошла в ванную, чтобы переодеться, но я остановил ее.

— Я-то смогу! — усмехнулся я. — Хочешь поспорим на что-нибудь? Кто проиграет, будет в бассейне голышом щеголять, а остальные видосы снимать, пока его не выгонят… Сразу прославимся в интернете…

— Вот ты и прославляйся, придурок! — возмутилась Танабэ. — Раздевайся и бегай голым! И я буду только рада, когда тебя, извращенца-эксгибициониста, посадят в тюрьму для несовершеннолетних! А Шизуку не трогай!

— Да я же прикалываюсь! И вообще, харэ уже обзывать меня, сисястая! А то как бы с тобой что-нибудь не случилось плохого в бассейне…

* * *

В общем, идти решили такой компанией — я, Танабэ, Мэй, Шизука и Миямото, которому я позвонил, и который сказал, что будет ждать нас у входа в бассейн. Ни Ивасаки, ни Синохара идти не собирались. По определенным причинам, что очень жаль… а я бы хотел увидеть Синохару в купальнике! Мля, вот это попадос…. Ну, а у Ивасаки не было купальника, и домой она возвращаться не собиралась. А одежду ей одолжила училка.

Хм, а почему мы все по-прежнему зовем ее училкой? Да пофиг, пусть будет училкой!

Собравшись, мы вышли из хаты, и дотопав до дома Шизуки, подождали пока она возьмет деньги и купальник, а потом дошли до остановки где сели на автобус и поехали за город, где и находился единственный городской бассейн. Как бы мне не хотелось ехать рядом с Шизукой или Танабэ, но я сидел с Мэй, которая смотрела в окно, и частенько дергала меня за рукав, указывая на что-то…

Но как я мог любоваться видами города, на который мне было откровенно плевать, если в моих мыслях были только красотки в купальниках! И именно в этом кроется причина того, что я согласился отправиться в бассейн, хотя и был бы не прочь провести день дома. И вообще у меня все тело болело, от ударов, которые я получил за те дни, что живу в этом городе… И ни одна из девчонок, которые вертятся вокруг меня, не пожалеет меня, не скажет «Кимура, ты был таким крутым! Дрался с демонами и призраками, спасая невинных людей; сумел победить шестой „палец“, чтобы купить продукты со скидкой 90 %, будучи сам еще восьмым; спас от изнасилования милашку-яндере; побил сразу двадцать парней; приютил девчонку, которую насиловал собственный папаша…», а потом повалит на кровать, снимет с меня штаны и сделает приятное! Для меня это было бы лучшим лекарством! Ну или бы Мэй свалила на пару часиков из дома, чтобы я заставил училку лечить себя, муа-ха-ха! А я-то дурак радовался, что теперь буду делать с ней, что хочу, эх… Ничего, найду способ выгнать Мэй из хаты, оттянусь по полной!

* * *

— Ты это чувствуешь, Миямото? — спросил я, когда мы с толстяком вышли из мужской раздевалки, в купальных трусах, и остановились с ним в паре метров от выхода, окинув нашими похотливыми взглядами всю территорию бассейна.

— Естественно, друг! Только больной на голову, или педик, может не чувствовать этого, — кивнул Миямото, поправив очки. — Куча девчонок в купальниках!

— Верно!

Мы с Миямото заржали, и в тот же момент к нам подошли и наши девчонки. И увидев Танабэ в купальнике, мы с ним аж подавились слюнами, закашляв, и начав хлопать друг друга по спине. Ну, была еще Шизука, но… эх, второй размер, угу. Ну и Мэй, но она сестра, и потому, увидев ее в купальнике, во мне проснулись чувства старшего брата, ведь я должен буду защищать сестренку от похотливых ублюдков, которые попытаются пялиться на нее. Пусть только кто не так взглянет на нее, урою нахер!

— Я даже спрашивать не буду, чего вы ржете, ведь по вашим лицам все видно, — вздохнула Танабэ, стоя перед нами в розовом купальнике. Четвертый размер и купальник, эхе-хе-хе… что может быть лучше? Только если бы она была голой, как тогда в ее квартире, ки-ки-ки!

— Ну и как я тебе, Хидео? — Шизука со своим «вторым размером» повернулась вокруг своей оси. Она была в голубом купальнике, с рюшечками… Ну почему обязательно розовый и голубой!? Че, сука, других цветов больше нет?! Одна Мэй в нормальном цвете, для меня, купальнике, от которого мне не хочется сблевануть — оранжевом!

— Прелестно, — буркнул я, ковыряясь мизинцем в ухе, глядя по сторонам. — Погнали уже в воду, блин? А то сегодня че-то реально жарко…

— Уже почти лето. Через несколько недель погода может доходить до «+40», — произнесла Танабэ, сложив руки под грудями, которые немного подпрыгнули, отчего мы с Миямото довольно захихикали. Но от меня не укрылся завистливый злобный взгляд яндерки, которая взглянула на Танабэ так, словно та ее злейший враг, а не подруга…

Глава 28. Шизанутая Шизука

Третий размер… четвертый… снова третий… ууу, это второй… а, ясно, Шизука… так, вон четвертый… ки-ки-ки… ой, ну нафиг, лолька на горизонте, на нее смотреть даже страшно, особенно моим взглядом…

— Обожаю бассейны, — пробормотал Миямото, хмыкнув. — Слушай, Кимура, как думаешь, может мне попытаться познакомиться с какой-нибудь девчонкой?

— Попытайся, че бы и нет, — пожал я плечами. Мы с толстяком сидели на шезлонгах, и рассматривали девушек, плавающих в бассейне или проходящих мимо. — Только скажи, оно тебе надо? Свяжешь себя отношениями — превратишься в песика на поводке. Лучше знакомься с кем-нибудь чисто для перепихона… вон с той, например!

Я кивком указал ему на одну девушку, примерно двадцати одного года, которая сидела на шезлонге, поникнув головой. Почему я решил, что с этой? Я видел, как она совсем недавно как-то недовольно разговаривала с парнем, примерно ее возраста, которого она под конец диалога ударила по щеке, а парень махнув на нее рукой, вразвалочку утопал куда-то. Думаю, что теперь эта милашка-брюнетка, с четвертым размером, свободна, ки-ки-ки!

— Ты думаешь, она посмотрит на такого, как я? — мрачно спросил Миямото, потрясся своими складками, которых на самом деле, было не так много. Ну, килограмм девяносто пять он весил, не больше…

— А нахер думать! — произнес я, вставая с шезлонга. — В таких случаях надо просто действовать!

Под взглядом Миямото, я подошел к этой девушке, и в наглую встал перед ней. Когда она подняла на меня взгляд, так как загородил ей солнце, она сначала испуганно вскрикнула, потом схватилась за сердце, а потом облегченно вздохнула. Твою ж… похоже, зря я улыбнулся ей. Сука, испортил первое впечатление о себе, ну да пофиг!

— Тебе чего, парень? — спросила она.

— Познакомиться хочу, — скучающим голосом произнес я. — Судя по тому, что от тебя ушел тот, ты теперь свободна…

— Познакомиться? — усмехнулась девушка. — Парень, тебе лет-то сколько? Ты ведь явно еще в старшей школе учишься!

— А в чем проблема? Мне всего шестнадцать, не скрою, но думаешь, что я буду вести себя как какой-то последний задрот, который не знает, что и как нужно делать?

— Что ты вообще несешь?

— Я к тому, что ты офигенна, детка, и если тот придурок бросил тебя, то он явно импотент!

Девушка хмыкнула, а я быстренько подсев к ней рядом, приобнял ее за талию. Действовать надо быстро, и пусть я не мастер пикапа, но именно сейчас она слаба морально, пускай и не показывает этого.

— И вообще, если он так поступает, то почему ты должна быть послушной овечкой? — продолжал я. Самое смешное, что она слушала, весь тот бред, что я нес. — Ты разве хуже него? Или ты ему чем-то обязана? Бросил тебя? Ну и плюнь на него! Живи так, как тебе хочется! И самое главное — не верь во всякую там херню, вроде любви! Этого нет! А если уж сильно захочется с кем-нибудь перепихнуться… то в империи полно парней, которые будут только рады коротким, ни от чего не зависимым, отношениям!

— И я так понимаю, что ты один и этих парней? — усмехнулась девушка.

— Ну, почти! Видишь ли, у меня есть цель — стать крутым любовником, и потому я бы хотел, чтобы мои партнерши были опытны. И не смотри, что мне шестнадцать, возраст не столь важен…

— Знаешь, что? Да пошло оно все! — девушка вдруг встала с шезлонга и за руку заставила подняться и меня. Ки-ки-ки! Готово! — Но ты хоть имя скажи свое, чтобы с совсем уж незнакомцем…

— Кимура Хидео, восьмой «палец», — произнес я. — Который вера вечером неофициально побил шестой «палец»… тебе это о чем-то говорит?

— Это много о чем говорит, парниша! — схватив меня за руку, девушка куда-то потащила меня. Когда я бросил взгляд на Миямото, который сидел с открытым ртом, я показал ему большой палец. Ну и рожа у толстяка, конечно! Зависть, сука, она такая!

* * *

Девушку звали Хасимото Мино, и узнал я это, когда мы с ней закрылись в одной из кабинок мужского туалета, ки-ки-ки! Ясное дело, что она была в шоке, когда я попросил ее трусики и ее адрес, но все же, согласилась отдать мне их. Купальные, естественно, но отдала она мне их уже после того, как сбегала в женскую раздевалку, оделась и вышла оттуда, собираясь покинуть бассейн. Адрес ее я, кстати, записал в заметки на телефоне, ибо очень уж понравилась она мне ки-ки-ки!

— Вот уже семь из ста, — пробормотал я, выходя из мужской раздевалки, где убрал седьмой трофей в карман штанов. — Прекрасно просто! Уже предвкушаю, как получу восьмые, ки-ки-ки! Эх, Кавасаки, поскорее бы уж ты стала моей…

— Кимура! — в раздевалку забежал Миямото, поправляя съехавшие с носа очки.

— Че тебе?

— Там твоя кузина… она с каким-то парнем разговаривает!

— Чего, блять?! — прорычал я, и быстро выскочив из раздевалки, пошел вслед за Миямото, и увидел чуть дальше Мэй, стоявшую в стороне от посетителей бассейна, и о чем-то болтающая с парнем, в красных трусах! Ну все, сука, держись у меня!

Я так быстро, и с сильной злостью направлялся к тем двоим, что по пути толкал всех встречных. Почти все лишь возмущенно ругались, но не останавливали меня, видя мою злую рожу, серьгу в ухе, ну и походку, чуть сутулую. Но один придурок, из компании четверых парней, все же решил разобраться со мной, остановив меня, когда я толкнул его в бок.

— Э, ты че не видишь куда прешь, придурок?! — злобно прошипел он, пытаясь развернуть меня. Но я развернулся сам, тут же врезав ему по морде кулаком, и с ноги отправив его в воду. Трое остальных набросились на меня, но получили несколько ударов, и так же отправились в воду. Многие посетители испуганно смотрели на меня, хех…

— Братик? — пропищала Мэй, когда мы с Миямото подошли к ней и парню, который был пониже меня, и нависли со злыми рожами над ними. Толстяк был охеренным корешом, и потому понимал, в чем была суть проблемы. У него самого же, не было ни братьев ни сестер, угу.

— Ты, сука, кто? — не обращая на кузину внимания, спросил я парня. Морда какая-то знакомая… не помню где, но где-то я его уже видел.

— Ф-Фурукава Такеши! — встав по стойке смирно, парень поклонился мне. — Д-друг Ясуды…

— Какой, нахер, друг? Ты можешь быть ее другом, ведь я тебе этого не позволял!

— Братик, как будто я должна спрашивать тебя, с кем дружить, а с кем нет, — фыркнула Мэй, схватив парня за руку, и хотела видимо утащить его куда-то, но я схватил парня за другую руку.

— Если с девками — то нет, а если с парнями… ты на его рожу посмотри! Он только и ждет, чтобы затащить тебя в постель!

— Не все такие извращенцы, как ты, братик!

— Да ты что?! Слышь, говнюк, ну-ка честно ответил, нравится она тебе или нет?

— Д-да… — пробормотал Фурукава. — Но я не думал о чем-то плохом…

— Пиздишь, сука! — рявкнул я, и так сильно дернул парня за руку, что Мэй не смогла удержать его. — Давай-ка отойдем поболтать, Фурукава!

— Братик, если ты хоть раз ударишь его, я позвоню маме! — воскликнула Мэй.

— Я не буду его бить, честно-честно! — произнес я, злобно улыбнувшись своей нежной улыбкой, муа-ха-ха! У меня есть другой план, который будет покруче, чем избиение этого придурка…

Отведя Фурукаву чуть в сторону, пока Мэй, фыркая, куда-то убежала, мы с Миямото зажали парня у стены, нависнув нашими тушами над ним. Он так сильно съежился и прижался к стене, что казалось, будто хочет пройти сквозь нее.

— Давай, говори! — прошипел я.

— Ч-что говорить?

— Кто таков, где учишься, сколько лет и так далее… и попробуй только соврать, ведь я выведаю о тебе все, что только можно… и если хоть что-то окажется неправдой, я сожру твою душу, а тело отдам своей кошке, которая любит человечину…

— Ну, я учусь в старшей школе Святой Марии, в классе 2-B, мне шестнадцать, подрабатываю в мэйд-кафе идолом… да ты… вы… видели меня, как в школе, так и в кафе, когда дрались с Канэко!

Ебушки-воробушки! Так вот почему его рожа показалась знакомой! Фурукава — тот самый трап из кафе! Гребаный трансвестит!

— Охренеть! — выдохнул Миямото. — А я думал, что тамошний идол — девушка…

— Только не говори мне, что ты дрочил на него?

— Не буду…

— Короче, слушай, транс сраный, у тебя есть одна возможность оправдаться и если ответ будет неправильным, то ты познаешь боль и унижение, усек?

— У-усек! — испуганно кивнул Фурукава.

— Так вот… ты натурал или гомик?

— Г-гомик… — испуганно пролепетал Фурукава. — Я… мне нравятся парни… Ч-честно…

— Что ж, ответ верный, но… я тебе не верю!

Схватив парня за руки, мы с Миямото быстренько дотащили его до женской раздевалки, и пока никто не обращал на нас внимания, открыли дверь, и втолкнули его внутрь. Пока мы его сюда тащили, я видел, как в раздевалку вошли несколько девушек, так что…

Встав недалеко от двери, мы с Миямото захихикали, услышав визг, крик, голос Фурукавы, который пытался оправдываться, ну и ругань девушек, которые кричали что-то вроде «извращенец!», «маньяк!», ну и все в таком духе. Через несколько минут Фурукава вылетел из женской раздевалки, весь в побоях, и бросив на нас с Миямото взгляд, убежал в мужскую раздевалку. Правильно, ублюдок, вали нахер отсюда! Никто не смеет приближаться к моей кузине!

— Ну и чего вы тут творите? — спросила Танабэ, подходя к нам, с мокрыми волосами. Мы с Миямото аж рты разинули, увидев капли, которые стекали по ее почти обнаженной коже.

— Че хотим, то и творим!

— Послушай, Т-Танабэ… — вдруг замямлил Миямото, не отрывая глаз от лица Танабэ. — А не х-хочешь… встречаться со мной?

— Ты дурак, Миямото? Смотри, как надо! — схватив Танабэ за талию, я прижал ее к стене, отчего она тяжело задышала, отвернувшись в сторону и прикрыв глаза, но я ничего делать не собирался в этот раз. Я просто учил своего друга, угу! — Детка, не хочешь встречаться со мной? Ты такая клевая, что увидев тебя, я тут же понял, что мне нужна только…

Я не успел договорить, как к нам вдруг подлетела синеволосая, и с яростным криком воткнула нож в шею Танабэ, а затем вонзила нож мне под ребра. Больно… но я все же вывернулся, отпуская кряхтящую блондинку, которая медленно съезжала по стене, обливаясь кровью, видимо шизанутая попала ей в артерию. Резкий удар в живот Шизуке, хватаю ее правую руку, и ломаю ее, отчего она начинает ненормально визжать. Миямото, испуганно отошедший в сторону, прижал к себе Мэй, которая прибежала на крики, и что-то кричала.

— Почему ты предлагаешь встречаться ей, а не мне?! — визжала Шизука, подняв нож левой рукой, и начав размахивать им с такой скоростью, что я никак не мог выгадать подходящий момент, чтобы вырубить ее. Глаза сумасшедшей девки были просто невьебенно огромные. Кажись, ей даже было похер на то, что ее правая рука сломана…

— Да не предлагал я ей, ебнутая! Я показывал Миямото, как надо делать!

— Не верю! Не верю! Если ты не хочешь быть моим, то не доставайся никому!

С этими словами Шизука набросилась на меня, почти как Нацуми, схватив нож обеими руками, и вытянув их. К сожалению, и для нее и для меня, она была слишком близко ко мне, и потому я просто не сумел уклониться, потому лезвие вошло мне в живот снова, чуть повыше и правее пупка, но я, не обращая на это внимания, по началу, естественно, ударил Шизуку правой рукой в челюсть, отчего девка немного отлетела влево, и свалилась на бетон. Вытащив нож из живота, зажимая обе раны руками, я подлетел к Шизуке, и несколькими ударами по голове ногами вырубил ее. Хотелось бы убить, но тогда и меня посадят… гребаные законы!

— Братик! — крикнула Мэй, пока мои глаза медленно закрывались. Ебать, я походу много крови потерял… ну-ка… Ай, блять! Нахуй… Нахуй я пальчиком залез в дырку на животе справа?! Я свои кишочечки задел!

Подойдя к стене, прижавшись к ней спиной, я медленно сполз по ней, и повернув голову направо, увидел безжизненные глаза Танабэ. Ее голова была повернута влево, в мою сторону, а лицо выражало сильный страх… Пизда рулям, что еще скажу! Ненавижу яндере! Если еще такую увижу в своей жизни — сразу убью на месте! Сука… лишился «четвертого размера»… А еще, походу, хана клубу сверхъестественного! Ну да ладно, единственное, что мне в нем нравилось, так это диван… а я так и не успел на нем ни с кем покувыркаться, эх!

— Эй, парень, не отключайся! — произнес чей-то голос, и кто-то отнял мои руки от живота.

— Не отключаюсь я… подумаешь, два удара ножом в живот… это уже не впервой, — усмехнулся я, с трудом выговаривая слова. Хм, а сколько вообще раз меня резали ножом в прошлой жизни? Раз двадцать? Ну плюс-минус, примерно столько… И ничего, выживал! Да и вообще, с хера ли мне подыхать, если в хате меня ждет училка и Ивасаки, а в школе Кавасаки, ммм?!

Что было дальше, я помню как-то смутно, ибо разум помутился из-за потери крови. Ну принципе, и так понятно все: приехала скорая, которая в империи приезжает быстро, не то что, в моем прошлом мире, и в родной стране, меня положили на носилки, и увезли в больницу, где сделали операцию. Ну, кишочки зашили, раны, ну и прочее… Хотя насчет кишков не уверен, может с ними и так было все в порядке, хер его знает… не силен я в медицине, хотя первую помощь умел себе оказывать. Мне больше нравилось наносить увечья, из-за чего мне неоднократно говорили, что у меня есть повадки садиста…

Ну, в принципе, что можно сказать, по поводу всего — меня хер убьешь, пока я сам этого не захочу! А я не хотел… потому и не умер, так что пусть синеволосая подавится! Хуй ей, но я еще трахну девяносто трех девушек, ки-ки-ки!

Ответвление 1

Сидеть в психиатрической больнице она не собиралась. Она знала, что он выжил. Выжил, и будет продолжать свои похождения. У нее был план, как выбраться. И этим планом был один из санитаров, что сопровождали ее в машине скорой помощи. Она видела, как он смотрел на нее, бегая по ее телу похотливым взглядом. Пускай она и была одета в успокоительную рубашку, ее рот был свободен. Она вела себя все это время спокойно, вынашивая план, и спокойно разговаривала с психиатрами, которые признали ее невменяемой, когда она рассказала правду о своих чувствах к НЕМУ и почему убила свою подругу.

— П-простите… — еле слышно пробормотала она, подняв взгляд на молодого санитара. Машина немного тряслась, ведь ехали они по ухабам, так как единственная психбольница находилась далеко за городом. — Могу я попросить вас… об одном одолжении…

— Смотря о каком, — буркнул молодой санитар. Второй, чуть старше, хмыкнул.

— Я… я же, наверно, больше никогда не познаю поцелуя… — покраснела она. Специально. — Не могли бы вы… на последок… чмокнуть меня в губы? Я… я не буду сопротивляться и мой рот будет закрыт, так что не бойтесь…

Она облизнула губы кончиком языка, увлажняя их, и бросила взгляд на молодого санитара, который дернулся, собираясь встать с сиденья, но сделал вид, будто ему неудобно, поглядывая на своего коллегу. Тот фыркнул, и вдруг кивнув, отвернулся. Усмехнувшись, молодой санитар все же поднялся с места, и не отрывая взгляда от ее лица, прижался к ее губам своими.

Когда это случилось, ее глаза закрылись сами собой, и когда она их распахнула, то увидела, что стоит сама над собой, в теле молодого санитара. Крепкое. Крепче даже, чем у НЕГО… Хорошее тело, молодое и сильное.

— Ч-что… что происходит? — вдруг задергался тот, кто теперь сидит в ее теле. — Эй! Эй, что случилось?! Ты что сделала?! ПОМОГИТЕ! Она в моем теле! Она — это я!

— Ты чего орешь, дура психованная?! Просила же чмокнуть тебя, вот я и чмокнул! — произнесла она, чуть-чуть улыбнувшись, глядя в глаза своего истинного тела, в котором теперь сидел санитар. Как же она была рада, что ее план сработал! — Успокойся!

— Что ты сотворила со мной?! Помогите! Она во мне! — санитар начал дергаться и биться головой о стенки машины, не продолжая кричать о том, что она украла его тело. Кхи-кхи-кхи!

Ее тело извивалось и кричало до тех пор, пока не начало действовать успокоительное, которое ввел в ее тело второй санитар, пока она сама держала свое старое тело, мысленно уже предвкушая, как она сбежит. Но она не собиралась торопиться. Она побудет санитаром до конца смены, а о том, что делать дальше, она подумает после. Ей нужно было другое тело, женское, и она очень надеялась, что у хозяина этого тела есть жена или девушка.

Она даст ЕМУ еще один шанс, и если он откажет… пусть пеняет на себя!

Арка 10. Шестнадцать дней спустя

Глава 29. Крутой учитель Нисимура

— Учитель! — злобно произнес я, толкая ногой Синохару в поясницу, одновременно застегивая рубашку. — Синохара, блин!

— Ну чего тебе? — подняв голову с подушки, приоткрыв один глаз, спросила Синохара. Училка и Мэй опять всю ночь просидели за играми, и лишь в пять утра легли дрыхнуть. Ладно Синохара, черт с ней, ей никуда не нужно идти, но кузине, как и нам с Ивасаки, вообще-то в школу надо!

— Вы бы хоть в квартире прибрались, чтоб вас! — рявкнул я, пнув ногой бутылку из-под пива, которая закатилась под кровать. — Устроили тут срач!

— Прости, Кимура, я все уберу… потом. Вали уже в школу, дай поспать… — пробормотала Синохара, снова увалившись на подушку и захрапев. Вот так значит? Ну-ну…

Скрипнув зубами, выдавив злобную ухмылку, увидев которую, Мэй тут же убежала на кухню, почти сразу проснувшись, а я же тем временем зашел в ванную, и схватив красное ведро, наполнил его холодной водой. Вернувшись в комнату, я вылил полное ведро холодной воды на Синохару, замочив пол и футон с подушкой. Завизжав, Синохара подскочила и сильно дрожа бросилась вон из комнаты, видимо чтобы встать под горячий душ, но поскользнулась на мокром упала, и свалилась на пол, ойкнув.

— Когда я приду домой, чтобы вся квартира была отполирована, ясно? — нависнув над Синохарой прошипел я. — Хоть одну пылинку найду, выкину нахер все консоли и игры!

— Но это мои консоли и игры! — возмутилась Мэй, встав в прихожей, уже полностью одетая в школьную форму, держа в руках портфель.

— Да мне пофиг чьи! Придешь домой, будешь учиться жрать готовить и делать уроки! И попробуй только что-то сказать, я сожгу всю твою мангу!

— Ты злой, братик! — надула щеки Мэй.

— Че ты вякнула?! — уставился я на нее, сделав шаг в ее сторону. Кузина вдруг взвизгнула, и быстренько натянув на ноги туфли, выскочила из хаты, громко хлопнув дверью. А я же повернулся к Синохаре, которая сильно дрожа и стуча зубами сидела на полу, потирая затылок, на котором наверняка выскочила шишка. — Учитель, и даже не вздумайте ничего заказывать в интернете! Хотите жрать — продукты на кухне! Хватит засорять хату бутылками из-под пива и баночками из-под лапши!

— Не волнуйся, я пригляжу за ней, — открыла глаза Звёздочка, лежащая на кровати, свернувшись клубком. — Если что, пойду в школу и доложу тебе.

— Заметано.

— Предательница, — пробормотала Синохара, поднявшись с пола и скрывшись в ванной, откуда сразу донеслись звуки льющейся воды и пение Синохары. Бесит… Пока лежал в больницу, моя кузина и училка, которая прижилась тут, засрали всю хату. Почти две недели, пока я лежал в больнице, они питались лапшой, чипсами и колой, а училка пивом, которые заказывали по интернету. Мэй даже в магазин ленилась заходить, хотя он был по пути! Когда меня выписали в пятницу, и я вернулся домой, я пришел в такой ужас, что вытолкнул Синохару из квартиры, и закрыл дверь. Как она визжала, крича, что воображаемые тентакли залезли куда только можно, пугая соседей! Я держал ее снаружи примерно минут десять, пока она не потеряла сознание, а потом втащил ее обратно и приведя в чувство, заставил готовить мне ужин! Но перед этим, пока Мэй была в школе, так как меня выписали около полудня, я заставил ее ублажать меня. Ибо нехер, блин! Она за хату не платит деньги, да и на ее карточке, как она сама сказала, не так много денег было, потому она пользовалась моей, потратив свое бабло за несколько дней, пин-код у которой знала Мэй… Ну и заодно, я впервые воспользовался плеткой и кляпом, и понял, хотя тут и так все было понятно, что училка любит по жесткому…

А вообще, я понял, что буду звать ее училкой потому что она меня кое-чему научила, ки-ки-ки! Можно даже сказать, она стала моим наставником в эротическом плане, угу!

И да, как бы кошка-звездушка ни старалась, напрягалась, пока что ее ангельские способности не помогали Синохаре. Да и ее лоли-богиня сказала, что это вылечить сложно, однако, возможно…

* * *

— Не думаю, что тебе понравиться наш новый учитель математики, — вздохнула Ивасаки, когда мы втроем шли в школу. Да-да, девчонка тоже жила все это время в нашей с Мэй хате, но большую часть времени она проводила или в школе, или в больнице со мной. Не было у нее друзей, а все из-за гребаного папаши… она мне в больнице рассказала, что когда она решилась на вступление в клуб, этот ублюдок пол ночи делал с ней что хотел…

— Да пофиг! Че он, девка что-ли, чтобы мне нравится, — хмыкнул я. — Ты мне лучше скажи, как дела с Сакамото и его парнишками? Наезжают на других?

— Наезжают. Они и ко мне лезли, и к Мэй…

— Так, а вот об этом поподробнее, — нахмурился я, поглядев на кузину. — Какого хрена вы мне обе раньше не сказали об этом?

— Эээ… ну… один, который вроде и есть Сакамото, остановил меня в коридоре, и начал домогаться… — чуть слышно произнесла Мэй, а я тем временем придумывал какое-нибудь жестокое наказание для этого проколотого ублюдка. Хм, интересно, где находится городское кладбище? Видимо его унижение перед всей школой ничему не научило… сука, а я ведь хотел по-хорошему с Шизукой, заставил его унижаться и перед ней, а эта паскуда… — Но мне на помощь Ивасаки пришла, которая врезала Сакамото, а потом мы убежали домой. Он нам с тех пор покоя не дает в школе, постоянно то меня, то ее лапает…

— Урою нахер! Настроение у меня и так херовое, а тут еще всякое говно… — мы с девчонками уже дошли до школы и вошли в ворота, когда я увидел двоих, из банды Сакамото, которые стояли перед каким-то задохликом из класса ниже, видимо отнимая у него бабло. — А вот и первые груши для разминки, бу-га-га!

Вручив свой портфель Ивасаки, я хрустнул пальцами, и медленно, вразвалочку, подошел к хулиганам, встав позади них. Нужно было только видеть лицо парня, которого они гопали, ведь он увидел меня первым, и начал икать, пальцем показывая тем двоим за спину.

— К-К-К… — только и мог выговорить он.

— Что «к-к-к»? — спросил тот, что стоял по мою левую руку. — Нормально говори, говнюк…

— Он вам пытается сказать, что сзади вас Кимура, — нежно прошептал я. Ох-хо-хо! Кажется, эти двое испугались, не факт, что не обосрались, потому что пахнуло что-то… а еще у них волосы буквально встали дыбом, когда они медленно развернулись, и увидав мою рожу, аж немного присели.

— К-Кимура, а т-ты разве не сдох? — спросил тот, что стоял справа. — В-вроде же был слух, что тебе кишки выпустила твоя тёлка…

— Эта сучка не была моей тёлкой, да и рана там была не настолько серьезная, — я положил руки на плечи парням, которые присели еще сильнее, дрожа, как осиновые листы. — Я две недели не тренировался, ребята, но думаю, вы сможете простить меня…

— З-за что?

— За это!

Резко схватив обоих за волосы, я несколько раз ударил их лбами друг друга, после чего, когда они постанывая, свалились на землю, врезал одному по морде правым коленом, а другого по челюсти кулаком. После чего, так же за волосы, поднял их с колен, и развернув в сторону школы, отвесил им по очереди волшебного пенделя. Один даже упал, ударившись мордой об землю, но быстро подскочив, прижимая руки к пятой точке, исчез в стенах проклятой школы.

Хмыкнув, я повернулся к парню, и выхватив у него из рук несколько купюр, которые не успели отнять те ублюдки, сунул их в карман, и насвистывая один опенинг из аниме, двинулся в школу. Ивасаки и Мэй уже давно зашли внутрь, не став смотреть на то, как я буду творить свою говенную «справедливость», которой даже не пахнет… ибо нахер ее!

Когда я брел по школе, не убирая со своей рожи наглую и злобную ухмылку, от меня шарахались все, как парни, так и девчонки. Но такое было еще с того дня, когда я побил Сакамото, и я рад, что за две недели почти ничего не изменилось… хотя нет, не так… не изменилось ко мне отношение окружающих, а вот кое-что все же испоганилось в худшую сторону. И я имею ввиду Танабэ и Кобаяси, которых больше нет в школе… Но если Кобаяси хочется взять и удушить, чтобы ее на самом деле не было, и забыть про нее, то вот о блондиночке забыть никак не получается, хотя казалось бы, разве может такой, как я, о ком-то переживать?

Иногда могу…

… Зайдя в класс, отчего на меня обернулись все мои одноклассники, я первым делом бросил взгляд на место Кобаяси, и вразвалочку подойдя к своей парте, увалился на стул, и стал готовиться к уроку. Пока меня не было в школе, Ивасаки, забегавшая ко мне в больницу каждый день, притаскивала мне домашку, которую я и делал, чтобы совсем уж не отстать от остальных.

— Здоров, Миямото, — буркнул я, повернувшись к толстяку, который сидел глядя в окно. Так… у него были новые очки, на лице побои, причем свежие, как и большущий фингал под правым глазом. — Это тебя Сакамото так?

— Угу. В пятницу побили, очки сломали, а сегодня… — он показал пальцем на фингал. — Хорошо, что очки снял сразу, а то опять от отца бы попало…

— Ничего, на большой перемене я этого Сакамото по стенке размажу. Не хочешь со мной?

— Не умею я драться…

— Плевать! Разве тебе не хочется этому Сакамото вмазать?

— Хочется. Этот ублюдок уже второй год достает меня, — прошипел Миямото и нагнулся ко мне. — А еще мне очень хочется вмазать Кобаяси, ты сам знаешь почему… Я бы хотел… сломать этой сучке шею!

— Я бы тоже! Из-за нее я чувствую себя виноватым, а мне это совсем не нравится, — нахмурился я. — Надеюсь, эту сволочь напичкают таблетками, а какие-нибудь санитары будут трахать ее по ночам!

— Ненавижу… — Миямото замолчал, так как в класс, через переднюю раздвижную дверь, вошел небритый мужик. Одетый в джинсы с подворотами, черную рубашку, красный галстук и бежевый пиджак, в котором он выглядел нелепо, он крутил в руках четки, обводя класс взглядом. Несмотря на то, что до звонка была еще примерно минута, все ученики уже молча сидели за своими партами, что было странно, ведь при Синохаре, которая сама опаздывала бывало на минуту, в это время еще были слышны разговоры…

— Я смотрю, в классе новое лицо, — хмыкнул мужик. В его левом ухе, проколотом, висело золотое кольцо, в нижней справа тоже был пирсинг, а волосы коротки стрижены и выкрашен он был под блондина. — Ты Кимура, я не ошибся?

— Не ошибся, — фыркнул я, откинувшись на стуле, и отвернувшись к окну. Только я начал раскачиваться на задних ножках, опять начав витать в своих пошлых фантазиях, которые сейчас помогали мне отвлекаться от плохих мыслей, как вдруг этот новый учитель подошел к моей парте, и схватив меня за волосы, развернул меня за них лицом к себе.

— Слышь, говнюк, ты будешь обращаться ко мне на «вы» или я тебя оставлю на месяц после уроков! — прошипел этот мужик. — Я слышал, что ты восьмой «палец», и думаешь, раз стал им, то можешь обращаться к тем, кто старше тебя и выше по званию, как тебе хочется?

— Я буду делать что хочу и когда хочу, — скучающим тоном произнес я. — И вообще, может для начала представишься, а?

— Нисимура Монтаро, твой новый учитель математики и по совместительству второй «палец», — произнес мужик, еще сильнее дернув меня за волосы, отчего я даже немного приподнялся со стула. Фига себе силушка у него!

— И че, думаешь, что раз второй по силе, сможешь держать меня на поводке? Для этого у меня кузина есть, — фыркнул я, хватая его руку, которой он держал меня за волосы. — Слышь, учитель, отпусти по-хорошему, пока мое настроение не упало еще сильнее…

— А то что?

Не отвечая, я схватил второй рукой его за пиджак, и злобно фыркнув, напряг все свои мышцы и… резко дернув учителя в сторону парты, случайно выбросил его в окно! Осколки стекла улетели туда же, а мои одноклассники испуганно уставились на меня…

Блять… вот просто… пиздец, что я натворил! Я ведь просто хотел ударить его мордой об парту, чтобы больше не рыпался на меня, а… не рассчитал силы, и вот…

— Что-то я погорячился, — потирая затылок пробормотал я, подойдя к окну и поглядев вниз. М-дее… приперся в школу, и опять какая-то херня началась… интересно, а если меня исключат, мне позволят пойти в другую школу в этом городе? Или опять искать другое место учебы? А как же Синохара? Ладно, заберу ее с собой… А что насчет Ивасаки? Над этим надо поразмышлять…

— Хули вылупились? — бросил я одноклассникам, усевшись обратно за свою парту, и начав раскачиваться на стуле, заложив руки за голову и прикрыв глаза. — Жив он! Сейчас припрется в класс!

Учитель, как я и сказал, вернулся в класс через пару минут. Войдя через заднюю дверь, пыхча, словно паровоз, весь в мелких порезах с немного разодранной одеждой, он снова подошел ко мне и вдруг ударил меня по роже. Точнее, не вдруг, а очень даже ожидаемо!

Слетев со стула, упав на пол, так как удар у учителя был просто какой-то нереально мощный, причем бил он, как мне казалось, не со всей силы, я еще и ударился головой об стену. Твою ж дивизию! Шишка будет большой, ну да похер… а еще придется идти в медкабинет, а то у меня снова живот разболелся, видимо из-за напряжения, ведь тяжести мне поднимать нельзя…

— Давно я не чувствовал сладостной боли, — вдруг с усмешкой произнес учитель Нисимура, оттолкнув ногой стул и протянув мне руку. — Парень, я не буду даже на тебя в суд подавать и жаловаться директору, своему брату! Но окно за твой счет, понял?

— Понял, понял, — пробормотал я, схватившись за руку учителя и с его помощью поднявшись на ноги. Звонок, кстати, уже давно прозвенел, угу… — Черт, тётка меня прибьет… ну да ладно! А у вас, учитель, удар хороший, кстати… понятно, почему вы второй по силе в городе!

— Что, уже и уважение ко мне появилось?

— Ну так… — пожал я плечами, и вытерев изо рта струйку крови, так как я сильно прикусил правую щеку, ударившись башкой, я вдруг усмехнулся и сказал кое-что, что сам от себя не ожидал. — Не хотите стать моим боевым наставником?

— Зачем тебе?

— Хочу стать сильнее! Намного сильнее, чем сейчас, чтобы стать сильнейшим в городе!

Глава 30. Миямото VS Сакамото

Все же, нельзя мне еще напрягаться из-за дырок в животе… Примерно посреди урока, я все же не выдержал, и подняв руку, попросил учителя Нисимуру разрешения выйти. Когда он кивнул, я, держась за живот, быстренько покинул класс, и прошел в медкабинет, находившийся на втором этаже, чуть дальше по коридору.

— О, ты уже вернулся в школу? — усмехнулась Такаги, сидя за столом, закинув ногу на ногу.

— Есть такое. Обезболивающее есть? — спросил я, проходя к ближайшей койке. Усевшись на нее, я приподнял рубашку и осмотрел свои раны. Вроде бы нормально, не разошлись… хотя когда-то, был такой случай, когда меня пырнули ножом, а потом через пару дней, после того, как один подпольный доктор подлатал меня, мне пришлось поднимать из подвала дома, где я укрывался вместе с тремя корешами, пулемет, чтобы иметь больше шансов отбиться от членов вражеской банды, которые ехали на машинах. Вот тогда было жестко — я, с разошедшимися швами на животе, стоял за пулеметом, и с едва не вываливающими кишками, а ранение было намного серьезнее, чем эти два, отстреливался от нескольких десятков ублюдков с автоматами и гранатами…

— Я слышала звон бьющегося стекла…

— А, да это я учителя из окна выкинул. Ничего особенного. Он жив и чувствует себя даже лучше, чем я, — вздохнул я, принимая из рук Такаги таблетку и запивая ее водой из пластикового стаканчика. Пока я глотал воду, я разглядывал медсестру, которая сегодня, кажется, была более бодрая, чем обычно. А все из-за отсутствия мешков под глазами, от чего она стала выглядеть моложе. — Такаги, а вы случайно не хотите перепихнуться? Или вы только за деньги это делаете?

— Обычно за деньги, — хмыкнула Такаги, при этом скинув с себя медицинский халат. — Но иногда могу делать и исключения… к тому же, все выходные я сидела дома, отсыпалась, потому мое настроение хорошее…

— Ну и славно! Для меня нет лучшего лекарства, чем перепихон, ки-ки-ки!

Не обращая внимания на боль в животе, я поднялся с койки, и стянув с медсестры кофточку, толкнул ее на койку, руками раздвинув ее ноги…

* * *

— Ты готов, Миямото? — спросил я, когда наступила большая перемена. Хрустнув пальцами на руках, я злобно усмехнулся, и быстрым шагом вышел из класса. Миямото и Ивасаки пошли за мной. Не знаю, на кой хрен с нами увязалась Ивасаки, но это уже ее дело.

Но когда мы дошли до лестницы, собираясь подняться на третий этаж, то случилось следующее: спускавшаяся в тот момент с третьего этажа милашка Сасаки, державшая в руках какую-то папку, каким-то образом споткнулась, чуть не на ровном месте, даже не доходя до ступенек, и полетела вниз. Оттолкнув Миямото в сторону, я выбросил обе руки вперед, делая шаг к лестнице, и умудрился поймать Сасаки прямо в воздухе, немного пошатнувшись. Да уж, она была такая легонькая… и миленькая, что у меня сразу началось движение в штанах, ки-ки-ки!

— С-спасибо, — пробормотала она, лежа у меня на руках. Да, поймал я ее за талию, но потом перевернул ее, держа правой рукой под коленами, а левую под спиной. — К-Кимура, может отпустишь меня?

— Не-а! А как же благодарность за спасение? — ухмыльнулся я.

— Н-но…

— Не бойся, за такое спасение не лапают за сиськи! Один поцелуй и все, ки-ки-ки!

Смутившись, Сасаки сложила губы трубочкой и прикрыла глаза. Хех, нахер такой поцелуй! Присосавшись к ее губам, я поцеловал ее по-настоящему, пускай и без языка, но все равно… мне это понравилось, ки-ки-ки! Эх, хотел бы я, чтобы ее трусики пополнили мою коллекцию, но пока было не до этого… Точнее, к этому я был готов в любой момент, просто мне хотелось, чтобы Сасаки сама захотела со мной заняться сексом, ибо она была слишком… милой, чтобы принуждать ее. Вообще, мне нравилось, как она краснеет и смущается, ки-ки-ки!

— Ну и как? — спросил я, опуская Сасаки на пол. Ничего не сказав, красная как рак, Сасаки поправила юбочку, и побежала дальше по лестнице, на первый этаж. Вздохнув, я переглянулся с Миямото, и потопал наверх.

Когда мы втроем, наконец, поднялись к дверям, ведущим на крышу, я с ноги открыл ее, ведь она открывалась наружу, и выскочив на свежий воздух, тут же набросился на парня стоявшего ближе всех к выходу. Удар ботинком под правое колено, и когда он припал на одно колено, я схватил его за волосы и не убирая с лица злобную ухмылку, оглядел всю крышу, где собралась вся банда, вместе с Сакамото и теми двумя, которых я побил утром. Нужно было только видеть их испуганные рожи! Особенно Сакамото, который сидел на моем кресле, но увидев меня, тут же встал с него и отскочил в сторону.

— К-Кимура! Ты вернулся! — имитируя радость воскликнул Сакамото, переминаясь с ноги на ногу. — А я тут… это самое… пока тебя не было, взял на себя командование…

— Не пизди, сука! — прошипел я, облизнув губы. Отшвырнув шестерку от себя, в сторону Ивасаки, которая пнула того в рожу, я сделал несколько шагов к Сакамото, который аж взвизгнул, словно хрюшка. — Я знаю, что ты приставал к моей кузине и Ивасаки, гоповал в школе, бил Миямото… Ох, ебать! Представь, что я с тобой сделаю только за одну Мэй…

— К-Кимура, стой! — завопил Сакамото. Остальные члены банды не спешили бросаться на меня, хотя бедняжка Сакамото только так вертел головой, ища поддержку. Он засунул руки в карманы и вытащил оттуда кучу бумажных денег, и протянул в мою сторону. — Вот, возьми все деньги, что у меня есть! Я… я прошу прощения…

Когда Сакамото упал на колени, я подскочил к нему, выхватил из его рук деньги, убрав их в карман и хотел вмазать ему с ноги, но в последний момент одумался. И нет, во мне не взыграло добро! Просто я понял, для кого он должен стать боксерской грушей…

— Миямото, не хочешь избить этого говнюка? — обернулся я к толстяку.

— Еще как хочу! — произнес Миямото, подходя ко мне, и протягивая мне свои очки. Когда я их взял, Миямото схватил Сакамото за воротник его клетчатой рубашки, и дернув, хотел видимо поднять его, но свалился сам, начав тихо ругаться. Несколько хулиганов хотели засмеяться, но я кивнул Ивасаки, которая подскочила к ним по очереди, и пнула их в живот.

Миямото и Сакамото же тем временем поднялись на ноги, и толстячок, громко зарычав, видимо со всей силы, на какую был способен, ударил Сакамото в живот.

— Ты паршивый ублюдок! — закричал Миямото, нанося второй удар. — Дерись со мной! Ты никогда не дрался со мной один на один! Вот и давай посмотрим, какой ты на самом деле!

— Давай, Сакамото, разрешаю драться тебе так, как ты умеешь! — бросил я парню и отошел к Ивасаки. — Мне и самому интересно поглядеть, как ты дерешься!

И вот он стали драться. Вернее, как драться… Миямото иногда не мог даже попасть по Сакамото, которому не составляло труда уходить от его медленных и предсказуемых ударов в сторону. Несколько раз Сакамото, бросая на меня взгляд, бил Миямото, но видимо боялся бить сильно, понимая, что один неправильный удар, и в империи будет на одного инвалида больше.

— Может ему лучше не надо драться? — тихо спросила Ивасаки. — Он по нему даже попасть не может… даже я дерусь лучше!

— Нет, ему это нужно, — покачал я головой, ковыряясь мизинцем в левом ухе. — Он хочет быть сильнее, и не только в физическом плане. Пусть он и будет побит в очередной раз, он уже сделал первый шаг — вступил в бой…

— Да, такого раньше не случалось. Обычно он просто прижимался к стене, и молча терпел, пока ублюдки били его и шарили по карманам, — вздохнула Ивасаки.

Миямото же тем временем продолжал свои попытки побить Сакамото. Он умудрился нанести проколотому еще несколько ударов, один в правый бок, другой в грудь, но они были слабыми, так как его противник лишь хмыкал, и в отместку бил толстяка по тем же местам, отчего Миямото начинал кряхтеть.

Удар правой рукой, целясь в печень, но Сакамото ушел влево… удар левой рукой, целясь в солнечное сплетение, но Сакамото отскочил назад, из-за чего толстяк задел лишь воздух… злобно зарычав, словно псина, Миямото накинулся на Сакамото, вдруг схватив его левой рукой за правую, и не дав ему возможности отскочить, нанес удар в живот. Судя по тому, как скривился Сакамото, удар в этот раз был сильнее…

— Я больше не позволю унижать себя, — услышал я шипение Миямото, который резко дернув Сакамото за руку, на себя, ударил его в пояс правым коленом. — Не позволю!

Удар кулаком в солнечное сплетение… удар в живот… Сакамото не мог вырваться из хватки Миямото, у которого явно бомбануло, потому что он стал наносить удары так часто и быстро, и что не маловажно, метко… удар, еще удар, затем еще…

И видимо, психанув окончательно, Миямото нашел в себе силы, и дернув Сакамото вниз, отчего тот упал на одно колено, толстяк вдруг ударил подошвой ботинка Сакамото по роже, оставив на его харе отпечаток!

— Подонок! — фыркнул Миямото, отпускай Сакамото, и еще раз пнув его, уже по ребрам. Когда я подошел к ним, и отдал толстяку его очки, только я засунул руки в карманы, как Миямото резко развернулся, и врезал мне по челюсти слева. Я даже немного пошатнулся, угу! — Ты же понимаешь, за что, да, Кимура?

— Понимаю. Но не думай, что от этого я стану другим. Такого как я — не изменишь, — усмехнулся я, ставя ногу на голову Сакамото, заставляя его сильнее целовать пол крыши. — Короче, уебки, как вы можете понять, я по-прежнему босс, и потому больше не наезжаете ни на кого в школе, усекли? За ее пределами — можете! Если кого гопнули, то теперь отдаете мне шестьдесят процентов, за то, что плохо себя вели! Скроете от меня это — сломаю руку! Тот, кто сдаст мне обманщиков — получит денежную награду! Вопросы есть?

— Н-нет, босс! — в один голос произнесли все, даже Сакамото.

— Вот и славненько, ки-ки-ки! Ах да… теперь моя правая рука — Миямото, если что, советуйтесь с ним. Обидите его — пизды получите!

Окинув всех собравшихся на крыше злобным взглядом, усмехаясь, я за воротник поднял Сакамото, и повел его к выходу. Я собирался поговорить с ним наедине, насчет Мэй, бу-га-га! А для этого мне нужен был мужской сортир…

Но когда мы с ним спустились на один пролет, я увидел учителя Нисимуру, который стоял у стены опустив голову и скрестив руки на груди. Догнавшие меня Миямото и Ивасаки, как и я, замерли, встав перед ним.

— Молодец, Миямото! — произнес учитель, не поднимая на нас взгляд. — Я видел, как ты побил этого… но тебе не хватает мастерства, парень!

— Следили, значит, за нами? — усмехнулся я, держа Сакамото за воротник, который даже не пытался вырваться. — И зачем же?

— Хотел посмотреть, что вы будете делать на крыше, которую оккупировала банда этого…

— В смысле — этого?! Это моя банда! — возмутился я. — Этот придурок просто решил, что раз меня нет в школе, значит он может делать все, что ему вздумается! Очень зря! Бу-га-га!

— Наверно, будь я нормальным учителем, я бы попытался остановить тебя, но…

— Вы такой же ненормальный, как и все мы, и потому просто закроете глаза! Не бойтесь, пока что переступать закон я не собираюсь…

— Я этому очень рад! — учитель поднял на нас взгляд. — Так что, Кимура, согласен на тренировку сегодня вечером? Чем быстрее начнем, тем лучше, верно?

— Верно, учитель!

— Мы тоже хотим учиться! — выпалили одновременно Ивасаки и Миямото, слегка поклонившись учителю.

— Я не против. Хотя девушек я еще никогда не тренировал…

— Эй, Ивасаки, надеюсь, ты хочешь стать сильнее, не для того, чтобы давать мне отпор, если я захочу тебя? — усмехнувшись, спросил я. — Учти, ты в моей хате живешь, а не я в твоей… да и в любом случае, тебе меня никогда не одолеть!

— Пока что нет, Кимура, — хмыкнула Ивасаки. — Хочу отомстить папаше… ну, ты понимаешь…

— Я тебя понял! В общем, учитель, где будем тренироваться?

— Как насчет парка? Там по вечерам народу никого…

— Ну, я не против, — бросив взгляд на Ивасаки и Миямото, которые кивнули, соглашаясь, я хмыкнул и повернулся к Сакамото. — Ну что, дружок? Готов к унижению?

* * *

Мужской туалет на втором этаже. Сколько же событий тут случилось для меня — первый призрак, первое битье гопников, а теперь в этом туалете я впервые окунаю ублюдка мордой в унитаз! И этим ублюдком был Сакамото, ясное дело…

— Что, говнюк, хочешь еще раз тронуть мою сестру? — злобно улыбаясь спросил я Сакамото, вытащив его морду из толчка. Он стоял на коленях, в третьей кабинке, моей любимой, и тяжело дышал, начав качать головой из стороны в сторону. Миямото стоял у окна, Ивасаки у одной из раковин, разглядывая себя в зеркале. Да, она была в мужском толчке, и че? Пусть кто-то попробует что-то не так ей сказать — прибью нахер! Она под моей защитой!

— Н-нет, я… я больше не трону твою сестру… — с трудом произнес Сакамото.

— И Ивасаки тоже!

— Ее тоже…

— Молодец! Но чтобы ты усвоил урок получше… — я вновь опустил морду Сакамото в унитаз, и злобно захихикал. Чувствовал я себя ублюдком, и это было хорошо! Очень хорошо!

Арка 11. Падшая с небес

Глава 31. Видения прошлого

Вот и кончились уроки. Быстренько собрав портфель, я подошел к задним дверям класса, и встав у них, засунув левую руку в карман, стал ожидать Миямото и Ивасаки, которые были теми еще копушами. Ждал я их так долго, что в класс уже зашел учитель, который бросил взгляд на наручные часы, и даже Мэй, которая нахмурилась, поглядев на меня.

— Что, мне опять одной домой идти? — тихо спросила она, обойдя учителя стороной. — Братик, ты уже надоел! Хватит бросать меня одну!

— Ну так я же должен стать сильнее! — хмыкнул я. — Да и ты не одна будешь дома…

— Ууу! — простонала Мэй, топнув ногой. — Ненавижу этот город! Как только мы сюда переехали, ты мне вообще внимания перестал уделять! Ни в игры со мной больше не играешь, аниме не смотришь…

— А разве… кхм… наша соседка с тобой не играет или не смотрит с тобой аниме?

— Но она — не ты!

— Так заведи себе подругу, такую же отаку, как ты! — прошептал я, бросив взгляд на учителя, который чересчур пристально пялился на мою кузину, ухмыляясь. В руке он крутил четки… хм, может мне тоже четки купить?

— Ну и заведу! — вскрикнула Мэй, и быстро выбежала из класса, а ее длинные светлые волосы, которые были длинной до середины спины, прошлись по моему подбородку, пощекотав нос, отчего я не удержался и… «апчхуй!», короче!

— Твоя сестра? — спросил учитель.

— Кузина, — вздохнул я. Мы вчетвером последними вышли из класса, и неспешна двинулись по коридору к лестнице. Мэй уже и след простыл. Я как обычно шел закинув портфель за спину, и нет-нет да бросал взгляд на задницу Ивасаки, что шла впереди. Блин, затащить ее что-ли в лав-отель после тренировки? Ну не мог я никак сдержать свое возбуждение, на радость Аналю… да и вообще, пока я лежал в больнице, у меня две недели не было перепихона, а для меня это не норма… Не, ну был потом с Синохарой и сегодня с Такаги, но, блин… А, че бы и нет? Главное, чтобы опять какая-нибудь хуйня не случилась, вроде призрака, или типа того… Бог Аналь, помоги мне!

Когда мы вышли из школы, и уже двинулись направо, в сторону парка, я похлопал себя по карманам, ища мобильник. Не нашел. Залез в портфель, и пошарившись в нем, понял, что телефона нет. Че? Я же точно помню, что он был в правом кармане! Ведь у меня всегда так — мобильник в правом, презики в левом!

— Твою ж… вы пока идите в парк, а то я походу мобильник просрал где-то, — бросил я Ивасаки и Миямото, а сам развернулся и потопал обратно в школу. Забежав внутрь, я первым делом поднялся на второй этаж, и подбежал к своему классу, думая, что возможно оставил телефон на парте, но когда я вошел в класс… то увидел, что за моей партой сидит какой-то чувак, одетый в дурацкий ободок с двумя антеннами, и в розовых очках. Одет он был в школьную форму, что говорило о том, что он из нашей школы, но я его раньше не видел…

— Привет, Кимура Хидео, — обернувшись ко мне, произнес парень, но произнес как-то странно… не открывая рта! Охереть, еще и чревовещателя не хватало… и почему все докапываются до меня? Ладно, Аналь, пусть я и пугался его поначалу, но, сука, я ему поклоняюсь, как ни крути, ведь я на девяносто процентов состою из извращений, а остальные десять… ну, пять процентов сволочизма и пять процентов — это любовь к кузине… блин, вот сейчас думаю об этом, и че-то жутко становится… Почему так мало сволочизма?! Раньше же я на двадцать процентов из него состоял! А, видимо дело в Танабэ…

— Ну, типа, здаров, — произнес я. — Мобилу тут не видел, серую такую…

— Вот эту? — спросил парень, не открывая рта, и вытащил из кармана рубашки мой мобильник. — Я ее на твоей парте нашел. Прибрал, чтобы никто не украл.

— Ага, молодец, — я сделал шаг к парню, чтобы подойти и забрать свой мобильник, но он вдруг подкинул мой телефон к потолку, и я уже попрощался с ним, представляя себе, как буду бить рожу чревовещателя хуева, но тут мой телефон завис в воздухе, на пару секунд, а затем плавно подлетел ко мне. — Так ты значит, не просто чревовещатель, да? Телекинетик, ага? Охуенно, конечно, но вы меня, дивергенты, уже заебали… то Кобаяси ебанная, то теперь еще один двинутый на мозг…

Ворча на него, я схватил свой телефон, засунул его в карман, и хотел выйти из класса, но открыв дверь… лбом ударился о какую-то невидимую преграду. Да епт твою мать! Медленно развернувшись, потирая ладонью лоб, я бросил злобный взгляд на этого парня.

— Не можешь выйти? Что ж, не спеши Кимура, ибо у меня есть к тебе серьезный разговор. Сядь, пожалуйста.

Его спокойный голос просто въедался в мой мозг. Как же бесит! Этот тон… если я еще услышу хоть слово, у меня из ушей кровь пойдет! Нудятина… сплошная нудятина!

— Кто ты, нахер, такой?

— Не переведенный ученик, как ты мог подумать. Просто мне нравится ваша форма. Она довольно удобная, — его голос… сука, и ведь самое говенное, что если я сейчас проткну себе уши, то это не поможет, ведь его голос звучит в башке! — Можешь звать меня Наблюдатель.

— Наблюдатель, слышь… а ты можешь говорить не так монотонно?!

— Могу, но для этого… — парень вдруг исчез. Вот просто — взял и исчез! Растворился прямо в воздухе! Но уже через секунду, позади меня раздался очень знакомый голос, который я не слышал уже много лет… пару лет в том мире, и всю жизнь в этом. — Мне придется поменять свой облик. Думаю, теперь мой голос будет звучать слаще для тебя, не так ли?

Медленно обернувшись, я увидел женщину тридцати пяти лет, с растрепанными черными волосами, торчащими во все стороны, с милым личиком, родинкой под левым глазом, с грудью третьего размера, одетую в бежевую ночнушку почти до пят… увидев ее, я медленно попятился, пока не уткнулся спиной в парту, за которой сидел Миямото.

— Ты ведь помнишь ее, Михаил? — произнес голос женщины, который звучал в моей голове… голос, от которого мне стало не по себе. — Помнишь?

— Т-ты… знаешь, кем я был?

— Как я уже сказал, я — Наблюдатель. Я слежу за теми, кто… скажем так, отличается от остальных. Ты никогда не думал, почему ты помнишь прошлую жизнь?

— Не задумывался над этим… оно мне зачем? Мне и так неплохо живется…

— Конечно, ведь помня, кем ты был, ты с огромной любовью относишься к своей кузине, боясь повторения того, что случилось тогда…

— Не напоминай, ублюдок, слышь! — рявкнул я. — Мне похер, кто ты, я ведь и врезать могу!

— Что ж, попытайся! — пожал плечами Наблюдатель, выглядевший как… ОНА.

Когда он произнес эти слова, я злобно хмыкнув, бросился на этого ублюдка, не обращая внимания на то, что он похож на НЕЕ, ведь настоящая ОНА была уже давно мертва. Но как только я был уже рядом с Наблюдателем, целясь ему в рожу, я вдруг почувствовал сильную боль в голове, словно кто-то зажал ее в тиски, а затем…

Затем все вокруг меня изменилось!

Сначала была темнота, бесконечная, пугающая бездна, в которую я падал. Это напоминало мне падение в темноту, после того, как меня казнили, но через какое-то мгновение, все стало еще более странным… и более пугающим для меня…

* * *

Я был семилетним мальчиком. Мальчиком, находившимся в просторной комнате, с деревянным полом, в которой стоял диван, стенка, заставленная посудой, книгами и какими-то фотографиями. Над диваном, на стене, висел до боли в сердце знакомый ковер. Напротив дивана стояла большая тумба, на которой находился «пузатый» телек. А между этой тумбой и диваном…

На полу, прижимаясь к дивану спиной, сидела женщина, голова которой была зажата коленами ублюдка в черной кожаной куртке и шапочке-маске, в которой были лишь прорези для глаз и рта. Этот ублюдок, с усмешкой, держал в правой руке пистолет, дуло которого упиралось женщине в висок. У женщины из глаз лились слезы… ведь ее заставляли смотреть, как ее собственную дочь насилуют двое! Тоже в кожаных куртках, со спущенными штанами, в таких же шапочках, которые закрывали их ебальники… один спереди, другой сзади… а между ними была девочка двенадцати лет, полностью обнаженная… ублюдки смеялись, и что-то говорили, но слов было не разобрать… у глаз из девочки же лились слезы, но она не могла смотреть, так как в ее рту…

Чуть позади, дальше в комнате, в луже крови, лежало тело мужчины. Кровь из-под него просачивалась между досок…

Мальчика, которым я был, держал такой же ублюдок в кожаной куртке и маске. Он прижимал к виску дуло, нещадно давя его… мальчик захлебывался слезами, но не мог ничего сделать… он лишь копил в себе злость, не думая ни о чем, и просто запоминал голоса ублюдков…

* * *

Снова черная бездна, после которой была другая сцена.

Теперь я уже был тринадцатилетним мальчиком, стоявшим в комнате, напоминающей кабинет. Диван, большой стол, на котором было разложено много папок, стояла фотография в рамочке. На диване лежало тело женщины, одетой в синей халат. У нее была дырка во лбу, из которой текла струйка крови. Ее безжизненные глаза ничего не могли видеть…

Зато глаза мужчины, что сидел прислонившись спиной к столу, видели многое. Он был жив, хотя у него были прострелены обе ноги. И он с ужасом смотрел, на меня, который держал за волосы девушку, сильно избитую и раздетую. Эта девушка была дочерью этого мужика… кажется, ей было пятнадцать…

Хочу, чтобы ты чувствовал тоже самое, что и я, отчетливо слышал я голос, который был грубым, потому что лишь недавно начал меняться. Голос принадлежал мальчишке, которым я был, и который, сказав эти слова, приставил дуло пистолета с глушителем к виску девушки и нажал на спуск…

* * *

Опять недолгое падение в бездну и очередная сцена.

Кладбище. Солнце уже почти зашло за горизонт. Я по-прежнему был тринадцатилетним мальчишкой. Я был одет в кожаную куртку и джинсы. Под курткой, за пазухой, была кобура с пистолетом, а в руках я держал три букета. Огромных.

Я стоял у тройной могилы. Дмитрий, Анастасия и Полина Соболевы… Мужчина, женщина и их дочь… под именами, на мраморном памятнике, были фотографии Соболевых. Памятник был дорогой, а деньги на него были заработаны кровью и потом… и чужими жизнями.

Я… я не знаю, что мне теперь делать, говорил мальчишка, по очереди складывая букеты на могилу. Я… убил их всех, но моя жизнь теперь потеряла всякий смысл… мне не стало легче… нисколько… я бы даже сказал, наоборот, продолжал говорить мальчишка, вытирая рукой слезы, текущие из глаз. На дворе стояла осень, и он был в перчатках, которые уже были мокрые от его слез. Это был последний раз когда мальчишка плакал, ведь после этого, он никогда не возвращался к этой могиле….

* * *

Падение в бездну и другая сцена.

Темный переулок. На дворе середина ночи. Я был мужчиной тридцати четырех лет. Стоя посреди переулка, я протягивал руку в черной перчатке женщине, которой тогда еще было тридцать два. Эта была та самая женщина, чей облик принял Наблюдатель. Только на несколько лет моложе, хотя с тех пор она не сильно изменилась…

Несмотря на то, что женщина дрожала, испуганно глядя на меня, и три трупа, которых я убил голыми руками, просто сломав им шеи, она слабо улыбнулась, и взяла меня за руку.

Как тебя зовут, грубо спросил мужчина.

М-Мэри, ответила женщина.

Прости Мэри, но я спас тебя не из благородства, сказал мужчина, мне нужно жилье на пару дней, чтобы залечить раны и отдохнуть. Мужчина показал ей рану на правом боку. Пулевое ранение… ему было не привыкать, потому он не сильно беспокоился. Пуля попала не глубоко, и он знал, как ее достать.

Я тут недалеко живу, произнесла женщина. Я знал, что мужчина потом остался у нее жить…

* * *

Новая сцена после падения в бездну.

Мэри и я, будучи мужчиной тридцати шести лет, стоят над детской кроваткой в которой лежит мальчик. Ему всего месяц от роду. Мужчина счастлив. Он обнимает Мэри за талию, и целует ее в щеку, отчего та хихикает.

* * *

Очередная сцена.

Перевернутая детская кроватка. Маленький трупик годовалого ребенка с дыркой в животе, лежит рядом с телом Мэри, которая одета в бежевую ночнушку. Мэри лежит на животе, вытянув правую руку к ребенку. Ночнушка порвана на спине, а в спине пулевые отверстия. Свежие.

Я, будучи мужчиной тридцати семи лет, глядя на эту картину, достаю из кармана мобильный телефон. Мужчина набирает номер, который не набирал уже несколько лет. Когда он увидел Мэри и ребенка у него вновь пропали все эмоции. У него не было сил даже реветь.

Алло, это я, говорит мужчина в трубку.

Давно я тебя не слышал, доносится из трубки, ты же, вроде как, остепенился?

Уже нет, отвечает мужчина, подгони машину к моему дому. Ты знаешь, где я живу. Тащи все пушки, которые есть.

Я знал, что после этого, мужчина перепишет свой дом на того, с кем говорил по телефону. А через пару месяцев его казнят, уже в другой стране, где он родился…

* * *

— Ну как? — спросил Наблюдатель, стоя у раздвижных дверей в класс, в образе Мэри.

— Иди… нахуй… — пробормотал я, поднимаясь с пола. Черт, как же меня всего трясет… а все от тех сцен, что я видел… — Хули тебе от меня надо, а?! Какого хера заставил меня… снова все это видеть?!

— Я не заставлял. Ты сам дотронулся до меня, и вот тебе последствия. Нельзя трогать Наблюдателя, — не открывая рта, говорила Мэри. — А нужно мне от тебя лишь одно — чтобы ты выжил. Скоро тебе предстоит попасть в трудную ситуацию, когда никто не сможет тебе помочь. Произнеси лишь два слова, оказавшись в этой ситуации…

— Да пошел ты! — фыркнул я, забросив портфель за спину, и выходя из класса. Меня уже не останавливал невидимый барьер.

— Киндарум лангерда, — прозвучал голос Наблюдателя, который уже не был голосом Мэри.

— Заткнись, пидор, — прошипел я.

— Запомни эти слова. Они помогут тебе.

Фыркнув, я бросился бежать, и перепрыгивая через три ступеньки, спустился на первый этаж и бегом выскочил из школы. Выбежав за ворота, я бросил быстрый взгляд на окна школы, и вытерев с глаз слезы, которые выступили из-за сцен воспоминаний из прошлой жизни, быстро зашагал по улице. Херово, что у меня воды с собой не было… а то не хотелось бы показываться перед Ивасаки и Миямото с заплаканной харей. Стыд и позор, блять!

Глава 32. После тренировки

Пока я бежал до парка, то немного успокоился, после видений воспоминаний из другой жизни, и потому перед учителем Нисимурой, Ивасаки и Миямото, появился обычный Кимура — мудак, хам и просто гопник.

И как появился-то!

Скрытый тьмой, стараясь не попадать под свет фонарей, что стояли в парке, я возник позади Ивасаки, которая сидела на скамейке рядом с Миямото, пока учитель ходил где-то впереди, куря сигарету. Ясен пень, что раз я позади девчонки, к тому же знакомой, я не мог удержаться от того, чтобы не схватить ее за сиськи, отчего Ивасаки тихонько вскрикнула от неожиданности. Ки-ки-ки!

— Как это было предсказуемо, Кимура! — вздохнула Ивасаки.

— Конечно. Если бы я хотел быть непредсказуемым, то я бы…

— Может уже начнем, школота? — перебил меня учитель, подходя к нам и выпустив изо рта колечко дыма прямо в лицо. Пф, думал я закашляюсь? Я с десяти лет курю, вернее курил, пока в двенадцать лет дядя не нашел в моей комнате сигареты… я потом два дня не возвращался домой, пока он не успокоился. А потом мне попало, очень сильно… заставил меня выкурить за раз всю пачку.

— Какие мы, нахрен, школота, учитель? — фыркнул я, бросив портфель на скамью.

— Ну вы же в школе учитесь, значит школота, — усмехнулся Нисимура, бросив окурок под ноги, и затоптав его носком. Это была жесть! А почему? Потому что мусорка стояла рядом со скамейкой! Вот что значит конченный хулиган, угу! А я бы так же сделал…

— Да похер, как хотите, так и зовите, — махнул я рукой, хрустнув пальцами. — Проверим, на что я способен?

— Естественно! — учитель достал из пачки новую сигарету, и щелкнув зажигалкой, затянулся один раз. — В общем, можете нападать на меня все сразу! Отнимите у меня сигарету или добейтесь, чтобы я ее выронил! Начали!

Я первым бросился на учителя, решив сразу провести обманку — показывал, что бить буду в живот левой рукой, а на деле хотел сделать апперкот правой, но… как только я приблизился к учителю, уже проводя атаку, учитель, который до этого не шевелился, просто ушел вправо, и пнул меня в спину. В тот же момент на него напала Ивасаки, которая видимо очень любит бить ногами, и собиралась сделать ему подсечку, но учитель спокойно отошел в сторону, и так же пнул Ивасаки в спину, как и меня. Ну а Миямото… он споткнулся, даже не добежав до учителя. М-дее…

— Херня! Нападайте снова! — фыркнул учитель, затянувшись.

Вот что значит, второй по силе в городе! Мы втроем больше часа пытались хотя бы просто дотронуться до учителя, но все наши попытки были безрезультатны. Даже я, как бы не бахвалился, не мог сравниться с этим мужиком, который легко читал все мои движения. А ведь когда-то, в прошлой жизни, я спокойно мог бы наподдавать ему, и отнять не только зажженную сигарету… но это было в прошлой жизни, и не надо ставить ее рядом с этой! Мое нынешнее тело, несмотря ни на что, было еще плохо тренировано… Но по крайней мере, радовало, что против тентаклей я не бесполезен, хех! Хотя, будь я сильнее, возможно Синохару бы не поимели куда только можно… Да и Танабэ, я бы может смог защитить, если бы вовремя среагировал…

Блять, почему у меня прокачки как в играх?! Почему во всяких исекаях перерождаются в мире, где можно качаться, как в аниме «Богиня проклинает этот поганый мир!» а я как лох, переродился в ничем не примечательном мире?! Бог извращений, я недоволен! А еще эти законы… дайте мне только возможность попасть в мир с рабством и прокачкой, то…. вот там бы я развернулся! Сто трусиков сразу бы собрал, ки-ки-ки! Если не больше…

* * *

Когда последний окурок был затоптан носком ботинка, учитель недовольно поглядел на нас троих, уже сидевших на скамейке. Мы хоть и не были побиты совсем уж сильно, ведь учитель нас по-большей части просто толкал ботинками, но мы втроем были вымотаны. Я себя ощущал так, словно не чуть больше часа пытался побить мужика, а часов восемь трахал девку без остановки… и, сука, лучше бы так оно и было!

— Стать сильнейшим он хочет… ага, счас! — фыркнул Нисимура, встав напротив скамейки. — Слабаки! Все трое! Хотя нет, не так… вы двое, безнадежны, а ты Кимура, просто медлителен! Тебе не хватает скорости и ловкости! Про силу я ничего плохого не скажу, ибо сам сумел убедиться в том, что она хороша! С такой силой побить первого «пальца» не составит труда, но это тебе ничего не даст!

— Я уже побеждал шестой «палец»! — хмыкнул я. — У меня даже ее трусики есть!

— Судзуку? Знаю я ее… и я не удивлен в том, что тебе удалось побить ее. Пока вы тут падали мордами в землю, я понял, что ты сумеешь победить максимум четвертый «палец», но вот третий… и то четвертый ты побьешь с трудом.

— Ну, хоть что-то… мне же по идее, надо побить лишь седьмого, чтобы заполучить в свои руки Кавасаки, ки-ки-ки!

— Президента школьного совета? — спросил Нисимура.

— Ага! Вы же видели какие у нее…

— Пятый размер… — протянул Миямото и мы с ним глупо захихикали. — Таких редко где встретишь…

— Согласен… хотя, не скажу, что у тебя хуже, Ивасаки, — я положил руки на сиськи Ивасаки и пожмакав их, положил на них голову. — Ну, спать на них конечно, приятно, но не так чтобы очень…

— А мне и такие нравятся, — вдруг произнес Миямото, и так как он сидел с другой стороны от Ивасаки, то повторяя за мной, тоже положил голову на грудь девчонки. Ки-ки-ки! Ивасаки, ясное дело пыталась столкнуть нас, но это было бесполезно.

— Кайф! — в один голос произнесли мы с Миямото.

— Озабоченные… — пробормотал учитель, закрыв лицо рукой. — Ладно, мне в принципе пофиг, чем вы занимаетесь, это уже ваши заботы… пошел я домой, наверно…

— Погодьте, учитель, что насчет тренировок? — спросил я, подскочив со скамейки.

— Настоящую тренировку начнем завтра, так же после школы. Будешь мне оплачивать сигареты, но тебе я думаю, не стоит париться насчет денег, верно?

— Угу. А что насчет этих? — показал я на Ивасаки и Миямото, который видимо совсем расслабился, и не хотел отпускать Ивасаки, которая что-то тихонько ворчала насчет того, что с кем поведешься…

— Из них не сделать сильнейших, в отличие от тебя, но я смогу научить их защищаться. В них нет того стержня, который есть в тебе, Кимура!

— Заеб…

— Не матюкайся! — рявкнул Нисимура, и со всей дури вмазал мне по челюсти, отчего я отлетел на пару метров и свалился на землю. — Хотя бы при мне, понял? Точнее, до тех пор, пока не сможешь заблокировать или уклониться от моего удара… говнюк!

Подскочив, я в свою очередь бросился на учителя, чтоб за говнюка ответил, но он легко отпрыгнул в сторону, и ногой пнул меня в бок, отчего я отлетел на скамейку, прямо на Ивасаки и Миямото, и мы вместе с ними свалились на землю. Пока мы поднимались, ворча, учитель неспешно пошел прочь, подняв руку на прощание…

И вдруг, он достал из кармана еще одну пачку сигарет, и щелкнув зажигалкой, снова затянулся! Вот же сука! А нам сказал, что у него больше нет сигарет!

— Что, по домам? — спросил Миямото, отряхивая одежду.

— Угу… слышь, Ивасаки, погнали в Лав-отель? — схватив Ивасаки за сиськи сзади спросил я, и правой рукой залез под блузку. На ней, кстати, была ее школьная форма, которую она вместе с некоторой другой одеждой забрала из своего дома. Это было на следующий день после похода в тот злоебучий бассейн. Она подгадала время, и прокралась в дом, пока ее папаша был пьян. Она тогда весь день следила за ним, сильно рискуя, на самом деле, но у нее получилось. Молодец, девчонка, что еще сказать!

— А мой ответ на что-то повлияет? — усмехнулась Ивасаки.

— Не-а! Я просто попытался быть вежливым, хех! А так… я в любом случае тебя туда потащу!

— Что ж, пошли… — мы с Ивасаки, развернувшись, потопали прочь от Миямото махнув ему на прощание, но он вдруг остановил нас, громко прочистив горло, а затем чем-то брякнув чем-то железным. Обернувшись, мы с Ивасаки увидели, что толстяк держит в руках какие-то ключи, и тут до меня дошло… у него же есть хата дополнительная!

— Миямото, ты офигенен!

— Ну, я, конечно, не могу отдать их тебе, даже на время, но не беспокойтесь, я не буду вам мешать! — хмыкнул Миямото.

— Скажи, Миямото, а ты еще девственник? — спросила Ивасаки, когда мы быстрым шагом пошли туда, где находилась квартира родственников Миямото, в которой мы с ним снимали проститутку.

— Н-нет… — тихо ответил Миямото.

— Серьезно?! Ууу, а вот это немного грустно… — протянула Ивасаки.

— Почему?

— Хотела поприкалываться над тобой, — подмигнула девчонка. Миямото вздохнул и засунул руки в карманы.

Пока мы шли до жилого комплекса, где располагалась эта хата, я старался думать только о сиськах Ивасаки. Шли мы молча, и потому в голове опять начали мелькать образы воспоминаний из прошлой жизни. Это совсем не то, о чем я хотел бы думать, но… чтобы отвлечься от этих дурацких мыслей, я достал мобильник, и набрал Мэй. Когда я сообщил, что возможно задержусь допоздна, ибо у нас с Ивасаки будет боевая тренировка, она что-то проворчала, и сама сбросила трубку. Ну и пусть злится! Ну не такой я человек, чтобы сдерживать свою похоть! Особенно когда рядом идет девчонка, которая не против…

В какой-то момент, когда до жилого комплекса оставалось совсем немного, мы наткнулись на кошку и собаку, что стояли на тротуаре. Кошка была вся напряжена, ее шерсть была дыбом и она фырчала на собаку, которая была совсем щенком, и видимо просто хотела поиграть с кошатиной. Увидев нас, щенок, с ошейником, радостно гавкнул, и начал вилять хвостом.

— О, какой милаха! — произнесла Ивасаки, подойдя к щеночку и сев перед ним, погладила его по голове. Он уткнулся своим носом ей в колени, а потом чуть-чуть залез под юбку. — Кажется, он потерялся…

— Да и хер с ним! — буркнул я. — Ненавижу животных.

— Ну как можно ненавидеть таких лапулек! — умилилась Ивасаки.

— А вот так, — я вдруг выдавил злобную улыбку, на какую вообще был способен. И реакция животных не заставила себя ждать… кошак увидев меня умер на месте, кажется от разрыва сердца, а щенок, не понимая, вытащил морду из-под юбки Ивасаки, и поглядев на мою харю, обосрался, обоссался, а потом скуля, убежал куда-то, поджав хвост. Когда мою улыбку увидели Миямото и Ивасаки, первый аж перекрестился, а Ивасаки схватилась за сердце, из глаз у нее полились слезы, и она тут же начала снимать трусики…

М-да, что-то я перестарался со злой аурой, бу-га-га! Хорошо, что я стараюсь сдерживать себя в рамках законов, а то думаю, что одной только злобной улыбкой и аурой Сатаны, я бы мог таких дел натворить… ну, например трусики собирать было бы легче, пугая девушек и женщин в переулках, а потом…

Но нет, пока постараюсь сдерживать себя в рамках законов! Но только пока, ки-ки-ки! И то, только из-за Мэй…

* * *

Когда мы пришли в квартиру Миямото, оставшуюся ему от бабушки, или кого-то там, то как только хозяин закрыл дверь, я бросил портфель на пол в прихожей, и схватив Ивасаки, левой рукой стал расстегивать пуговицы на ее блузке, а правой расстегивать пуговицу на юбке.

— Миямото, не хочешь присоединиться? — хихикнула Ивасаки, когда я скинул с нее юбку и блузку, оставив девчонку в одном нижнем белье.

— Да я как-то… не знаю… — неловко переминаясь с ноги на ногу пробормотал Миямото, однако не отводил взгляда от сисек Ивасаки. Хмыкнув, я отстегнул лифчик и стащив его с девчонки, бросив его на вешалку, прижал ее к стене, засунув руку в ее трусики, начав потихоньку стаскивать ее с них. Пока я пальцами ласкал ее киску, Ивасаки вдруг прижалась к моим губам, начав чуть ли не засасывать меня в себя.

— Давай, Миямото, она сама не против, — усмехнулся я, когда Ивасаки отлипла от меня, и полностью стащив с себя трусики бросила их в Миямото, хихикнув. Они повисли на ухе парня, который стоял весь красный. — Ты ведь не против?

— Иногда папаша приглашал нескольких друзей-алкашей, и меня не спрашивали… — прошептала мне на ухо Ивасаки, расстегивая на моих брюках ремень. — А тут я хочу… потому что, почему бы и нет, верно? Все равно, мне не грозит забеременеть…

— Черт, я просто не могу стоять в стороне! — воскликнул вдруг Миямото, и подойдя к Ивасаки, оттолкнув меня, сам начал лизаться с ней, одновременно лаская, пока она снимала с него одежду…

М-да, я конечно, мечтал об оргии, но не такой, чтобы вдвоем одну… ну да похер! Веселье было, что надо, особенно когда я сзади, а Миямото спереди… а когда все закончилось, мы просто сидели на диване, на котором все и происходило, ибо нахер кровать! А еще у нас был включен телек, чтобы его звуки приглушали стоны Ивасаки. Хотя я был бы не прочь слушать ее стоны, но Миямото боялся, что стоны Ивасаки могут услышать соседи, ведь стены в домах были тонкие, угу…

И в тот момент, когда Ивасаки сидела верхом на моем малыше, я немного отвлекся на экран телека, где шли новости. И не так чтобы мне было очень уж интересно, просто там показали рожу того парня, который грабил когда-то магазин… да, того самого, у которого я пушку отнял… и новость была о том, что этот парень был найден повешенным в собственной квартире. Его обнаружила мать, и судя по тому, что сказали в новостях, парень повесился из-за того, что не мог найти работу, а ему надоело сидеть на шее матери…

Теперь понятно, почему он хотел поддаться в грабители… но выбрал не то время и не то место, увы и ах!

Глава 33. «Пятый размер» № 2!

Мы с Ивасаки неспешно шли домой. Я как обычно, ковыряясь мизинцем в левом ухе, ибо не мог я без этого, привычка, блин, держа портфель в правой руке закинув его за спину. Ивасаки шла слева, держа портфель в левой руке, а в правой баночку колы, которую она захватила из квартиры Миямото. Пить она, говорит, хочет, а то во рту солоноватый вкус… ясен хер, хех!

— Не хочешь? — протянула она мне баночку.

— А че бы и нет? — взяв баночку я допил остатки колы, и одной рукой смяв ее, бросил ее в мусорку, которая была немного впереди. Ха, не промазал! Ну а с чего бы мне мазать? Что бы я, да промазывал? Да ни в жизнь!

— У, какой меткий! — засмеялась Ивасаки.

— А как же! Еще не успела убедиться в этом?

— Успела, успела!

Продолжая двигаться дальше, мы прошли мимо мэйд-кафе «Стайл», потом дошли до долбанной школы, ворота у которой были уже заперты, так как время перевалило за полночь, и когда мы с Ивасаки дошли до конца забора, который окружал территорию школы, мы заметили впереди несколько парней, которые шли в нашу сторону. Их было шестеро, и у всех в руках было оружие. Ну, как оружие — какие-то железные трубы, бейсбольные биты, ведь в этом мире тоже играли в бейсбол, у кого-то была просто толстая деревяшка, а-ля дубинка. И этот, который держал дубинка, был ростом почти два метра, и с такой тупой рожей, что когда он вышел под свет фонаря, и я разглядел его рожу, с маленькими глазами и большим носом, я не выдержал и усмехнулся.

— Ивасаки, в наш мир проникли тролли. Не те, которые интернет засоряют, а те которые из фэнтези всяких, — толкнул я Ивасаки в бок локтем. — У нас тут че, нах, портал где-то открылся?

— Эй, пидрила, это ты Кимура? — спросил один из говнюков, что держал в руках железную трубу. Вручив свой портфель Ивасаки, я сделал несколько шагов вперед, хрустнув пальцами, и выдавив такую же зловещую улыбку, как тогда, с животными. И могу с уверенностью сказать, что один из дебилоидов на ножках обосрался, потому говном пахнуло сильно. Причем, я даже понял кто — тот, кто стоял левее остальных, и от которого отодвинулись другие, зажав нос. Этот парень увидав мою зловещую ауру и улыбочку Дьявола, даже застонал, а потом бросив трубу, с криками бросился бежать прочь.

— Минус один, — ухмыльнулся я, убирая руку от носа. Вонять стало меньше. — Парни, у меня хоть настроение и хорошее, но я не пожалею вас, так что по-хорошему… идите и сосите молочко из титек мамаш, а то ведь покалечу!

— Пиздеть ты умеешь, а как кулачками махать? — грубым голосом произнес тот, что похож на тролля. Сука, и почему я все жду, когда он засунет палец в нос? Вот тогда был бы канон — тролль-дебил из-под моста, вылез трахнуть, блять, козла! Стишок, ага!

— Божечки, ты можешь больше не открывать рта? У меня интеллект упал в половину, а его и так мало, — бросил я ему, обернувшись к Ивасаки, которая ухмыляясь, кивнула, и высунув язык, закатила глаза. — Вон, даже девчонка отупела из-за тебя!

— Ах ты сука! — проревел тролль, и взмахнув дубиной бросился на меня. С учителем ему было не сравниться по скорости, так что спокойно увернувшись от его атаки, я схватил его правой рукой за воротник, левой за правую руку, и коленом ударил его по ребрам. Он взвыл от боли, а я толкнув его в сторону его дружков, схватился за дубину, и вырвав ее у него из рук, проверил ее, похлопав по ладони.

— Неплохо… черепа бить ей можно! — я поглядел на челотролля, который встал рядом со своими дружками, и поднял трубу брошенную их обосравшимся корешом. М-да, его рожа была такая тупая, что глядя на нее я реально тупел! Мне уже хотелось скинуть с себя одежду, словно какому-нибудь питекантропу, или кто там был до них, если вообще был, и пойти прыгать по деревьям, осеменяя каждую встречную самку, и жрать сырое мясо… — Но прежде чем бить ваши черепа, не могли бы вы сказать, кому я какое плохое зло сделал, что он попросил вас побить меня?

— Не побить, — усмехнулся один из них, держа в руках биту. — Убить. Переломать все кости, одно за другим, выдавить глаза, раздавить яйца…

— И кто это такой храбрый?

— Так мы тебе и сказали. За дураков нас держишь? Хех… парни, давайте все вместе!

Но не успели бедняжки ничего сделать, как вдруг, внезапно, со свистом, неожиданно для всех, на этих пятерых, прямо с неба, упала какая-то хуйня, по форме напоминающая яйцо, только серого цвета! Размером с легковой автомобиль, она упала на головы этих недо-наемников, раздавив их тушки в кровавое месиво! Один лишь челотролль, остался в живых, но ненадолго, ведь ему задавило ноги, и не успел он даже закричать, как в хуйне, открылась дверь, из которой выпрыгнула мегакрасотка, причем голая, и прыгнула прямо на голову тролля, раздавив его черепушку.

Поглядев себе под ноги, красотка, что-то произнесла на незнакомом языке, покачав головой, и отпрыгнув в сторону от кровавого месива, поглядела на нас с Ивасаки, которые стояли замерев на месте… нууу… хотелось бы мне удивиться, но после лоли-богини, негра-Великого Извращуги, удивляться чему-то не было смысла. Да и к тому же…

— Нихера себе сиськи! — в один голос произнесли мы с Ивасаки, неотрывно пялясь на голую красотку. Да-да, полностью голую, ки-ки-ки!

Ростом наверно метр восемьдесят, повыше меня, стройная, с розовыми длинными волосами, большими глазами, настоящими, угу, с милым личиком, словно пришла из аниме, и с сиськами пятого размера, которые болтались, когда она прыгала! Проглотив слюну, я бросил дубину на землю, подальше от себя, и медленно подойдя к незнакомке, схватил ее за сиськи и пощупал их. Вроде бы настоящие… точнее, она ощущается, значит она не плод моего извращенного воображения.

— Кхм… — прочистил я горло, отойдя от нее на шаг, поглядев на ее промежность. Ясен хуй, что мой хуй встал! — Мы, жители планеты Ялмез, приветствуем вас!

— Че ты несешь, Кимура? — усмехнулась Ивасаки, подходя ко мне, и вдруг выбросив левую руку, потрогала киску незнакомки, которая что-то делала с непонятным ошейником, единственным аксессуаром, что был надет на ее тонкой шейке. Она даже не обращала внимания, что мы лапаем ее, так была увлечена своим ошейником, высунув кончик языка, который весь мигал, словно рождественская елка.

— Слушай, Ивасаки, у нее хвост! — заметил я тонкий черный хвостик, который дергался из стороны в сторону. Кончик хвоста незнакомки был в виде перевернутого сердца. — Она, походу, реально пришла оттуда!

— Пришелец? Да уж… заберем ее к себе? — выдавила улыбку Ивасаки, ущипнув незнакомку за оба соска, отчего та простонала, бросив на нее взгляд, но ничего не сказала.

Не успел я ответить Ивасаки, как незнакомка опустила руки от ошейника и поглядев на нас по очереди, хмыкнула.

— Так… вы… вы меня теперь понимаете? — произнесла она, а ее голос звучал так нежно, что мне уже хотелось проверить, как она стонет во время оргазма. М-да… что ж я за извращенец такой, который в любой ситуации думает только о пошлостях?

— Угу.

— Что ж хорошо… — пробормотала розоволосая и хотела ударить меня с правой ноги, но я просто схватил ее за ногу. Она удивленно уставилась на меня, и попыталась врезать мне левой рукой, но и этот удар я заблокировал. Ивасаки тем временем, держа в руках наши с ней портфели, с пошлой улыбкой на лице, оглядывала незнакомку, хихикая и радостно угукая. Видимо, ее лесбиянство никуда не исчезло, а жаль, ведь я с таким упорством пытался показать ей, что с парнями круче…

— Можешь не пытаться, крошка! — хмыкнул я, глядя на попытку инопланетянки вырваться из моей хватки.

— Вы меня лапали, а значит, должны получить по морде! — усмехнулась незнакомка. — Вы же меня не спросили, можно или нет!

— Пф, это не в моем стиле спрашивать девчонку, можно или нет.

— Может, отпустишь меня? Мне как-то не очень хочется стоять тут голой… стыдно немного…

Отпустив незнакомку, которая немного пошатнулась назад, отпрыгнув от меня и подойдя к своей капсуле, или че это была за херня, под которой лежали пять раздавленных парней, достала оттуда какую-то заколку, в виде божьей коровки, размером с наперсток, и прицепив ее на волосы, над правым ухом, нажала на нее, и через секунду уже была одета в обтягивающий желтый костюм. Оглядев себя, красотка зачем-то попрыгала, и довольно хмыкнув, подошла к яйцевидной капсуле, достала оттуда железный ящик, и что-то нажав повернулась ко мне.

— У вас есть место, где можно отдохнуть? — спросила она меня. Когда я кивнул, она снова что-то нажала в капсуле, и ногой подтолкнула ящик ко мне. — Поможешь слабой девушке? Понесешь мои вещи?

— Угу. Но предупреждаю сразу — я ничего не делаю просто так, — подняв ящик, который был чертовски тяжелым, я аж охнул, но по-большей части из-за неожиданности. — И может хоть имя скажешь?

— Лола. Просто Лола! — сказала инопланетянка отпрыгнув от капсулы. — Не хотите пробежаться?

— Зачем? — нахмурилась Ивасаки.

— Капсула самоуничтожится через пятьдесят секунд, — пожала плечами Лола.

Переглянувшись, мы втроем бросились бежать в сторону жилого комплекса, где находилась наша с Мэй хата. Лола бежала за мной, Ивасаки впереди, держа в руках оба портфеля, а я бежал с тяжелым ящиком в руках, который размером был, наверно, с чемодан. Мы не успели отбежать совсем уж далеко, когда позади нас раздался мощный взрыв, ударная волна от которого растрепала наши волосы, и мы едва не свалились на тротуар. Из-за этого взрыва, кажется, немного пострадал забор школы, и два уличных фонаря, не говоря уж о том, что из-за него образовалась дыра в тротуаре. Но ни самой капсулы, ни давленных трупов не было…

— М-дее… — протянул я. — Ну, по крайней мере улик нет…

— Это да, потому и уничтожила капсулу. Но надеюсь, вы никому не расскажете обо мне? Ваша планетка-то отсталая, потому я и решила спрятаться здесь.

— Не скажем, уж поверь. Но мое молчание, как ты понимаешь, кое-чего стоит, ки-ки-ки!

Лола удивленно посмотрела на меня, а Ивасаки лишь закрыла лицо рукой, понимая, к чему я клоню. Не, ну а че? Если хотят от меня благородства, которое у меня точно не свербит, то пускай катятся на все четыре стороны! Все имеет цену, ки-ки-ки! К тому же, я же не деньги прошу, бу-га-га!

* * *

— Мэй, мы дома! — крикнул я, когда мы втроем зашли в квартиру. Ивасаки, уже немного прижившаяся здесь, бросила наши портфели у порога, и зашла в комнату, скинув туфли. Поставив ящик Лолы на пол, я с интересом стал ждать, как же она будет снимать обувь, но она просто нажала на свою заколку, и ее обувь, черные ботинки, просто исчезли. Инопланетные технологии, мать их так! Будущее!

— Наконец-то! И как прошла ваша «тренировка»? — послышался из комнаты обиженный голос Мэй. Когда мы с Лолой зашли в комнату, я увидел обычную картину — кузина и Синохара сидят на кровати, с геймпадами в руках, вокруг них пакеты с чипсами, открытые и все с разным вкусом, а шаурма Звёздочка лежит между ними, свернувшись клубком. Ивасаки же копалась в шкафу, что-то доставая оттуда.

— Ты знаешь, неплохо! — усмехнулся я. — Вот познакомьтесь — Лола! Упала с небес! Лола — это моя кузина-отаку и хикки-училка, которая уже и не училка…

— Привет! — бросила им Лола, и вдруг ее глаза закатились. Я успел подхватить ее, прежде чем она упала на пол, и проверив дыхание, которое было довольно спокойным, понял одно…

Она просто уснула!

Ответвление 2

Она протянула смену в теле санитара психбольницы. Это было сложнее, чем она думала, но она справилась. У нее была цель, к которой она стремилась, и это давало ей силы, открывающие в ней такие возможности, о которых она даже не подозревала.

Благодаря паспорту, найденному в повседневной одежде санитара, она узнала где он живет. И жил он в центре города, что было ей на руку. Не так далеко до школы, которая была ей нужна. У нее был план, над которым она думала не один день, но для этого ей нужны были деньги. И вот теперь она начала жалеть о том, что убила Юки. Ну ничего, она знала еще одну богатенькую девчонку, с которой можно поменяться телом. Главное — это подобраться к ней в мужском теле, а для этого ей придется действовать жестоко.

После смены, она без особого труда нашла дом, где жил санитар, чье тело она заняла. Это был жилой комплекс, вроде того, где жил ОН. Квартира санитара находилась на третьем этаже. Когда она туда зашла, ее встретила девушка приятной наружности с сиськами второго размера, одетая в эротическое белье. Она прыгнула на нее, повиснув у нее на шее, обхватив ногами пояс. Поцелуй в губы. Она едва сдержалась, чтобы не скинуть с себя эту бабу. Противно, но ей сейчас нужно было держаться, чтобы привести свой план в исполнение. Чуть позже, ей даже пришлось сыграть роль жениха, ведь эта девушка была невестой санитара, на которой тот собирался скоро жениться, как она узнала.

Пока она удовлетворяла девушку, вспоминая, что с ней делал ОН, времени оставалось все меньше. Одевшись, она прошла на кухню, и взяв нож и деньги, быстро покинула квартиру. Девушка уже спала.

Пешком она добралась до старшей школы Святой Марии. Время подходило к девяти часам. Как она была рада, что смена в психбольнице закончилась в семь.

Затаившись в переулке между двумя жилыми домами, она из темноты стала наблюдать за школьными воротами, через которые покидали учебное заведение ученики, состоявшие в различных клубах. Она знала, что ее цель всегда покидает школу в девять. Бывает, конечно, и раньше, но обычно лишь по делам.

Она простояла минут пять, и вот, наконец, она увидела, что из главного входа вышли две девушки, и пройдя через ворота, попрощались друг с другом и разошлись в разные стороны. Ее цель пошла вправо, если смотреть от школы, куда обычно ходила она. Налево, если так же смотреть от школы, где-то в конце ограды, была странная яма, огражденная лентой. Что за яма, и откуда она взялась, ее не сильно волновало. Ее вообще ничего не волновало, кроме ее плана.

Позволив цели уйти немного вперед, она вышла из переулка, и стараясь ступать как можно тише, пошла за целью. Она могла бы уже сделать свое грязное дело, но несколько человек помешали ей.

Но вот, наконец, когда вокруг никого не осталось, она быстренько догнала свою цель, на голове которой был одет ее любимый ободок с кошачьими ушками, которые время от времени поддергивались, и схватив ее за руку, развернула к себе.

— Ч-что… — не успела ее цель даже закричать, как она прижалась к ее губам своими и вот через пару минут, она уже была ей, а перед ней стоял санитар, в котором теперь сидела девушка. Пока та приходила себя, не понимая, что произошло, она вырвала из руки санитара нож, и нанесла несколько ударов ему в грудь. Умрет тело санитара, значит умрет и истинная хозяйка ее нового тела.

Чтобы тело санитара не закричало, она еще взмахнула ножом, перерезая ему или же ей, горло, и когда санитар, в теле которого сейчас была Сасаки Касуми, свалилось на землю, захлебываясь кровью, хрипя и кряхтя, она вытерла нож блузкой своего нового тела, и бросив его на землю рядом, пошла туда, где жила Сасаки, поправляя немного съехавшие во время поцелуя, очки…

Уже завтра… завтра она сможет подобраться к НЕМУ!

Арка 12. Собираем трофеи

Глава 34. Очередная в хате!

Как бы странно это не звучало, но первая половина следующего дня прошла спокойно. До большой переменны, само собой, ведь как я мог забыть о том, что кто-то послал шестерых придурков убить меня. Как они там сказали? Хотели переломать мне все кости, отдавить яйца и выдавить глаза? Что ж… прелестно!

— Я ничего об этом не знаю, честно! — хныкал Сакамото. Он был первым, кто пришел мне на ум, к тому же, у него была мотивация. Потому его я решил допросить первым. — Я бы не послал никого убить тебя! Да у меня и денег нет, чтобы нанимать кого-то!

— Вот не верю я тебе, Сакамото, понимаешь? Не искренне твои слова звучат! — злобно усмехаясь, ковыряясь в левом ухе мизинцем, я правой рукой держал Сакамото за правую ногу. А сам он висел за ограждением на школьной крыше, угу… Силушки мне все же было не занимать, раз я спокойно держал одной рукой семнадцатилетнего парня, который весит примерно около восьмидесяти килограмм.

— Я… я клянусь, Кимура! Затащи меня обратно!

— А доказательства того, что ты их не посылал за моей несчастной головушкой у тебя есть?

— Я… я вчера дома сидел, за компом, как со школы вернулся! Мои родители могут подтвердить!

— Не, так дело не пойдет. Родители будут защищать свое дитя… ну, нормальные, по крайней мере… так что нужно тебе найти кого получше!

— М-моя сестра! Она меня ненавидит, вечно дебилом и гопником называет! Она может подтвердить, что я вчера весь вечер был дома…

— Отлично! — затащив Сакамото на крышу, все так же одной рукой, я бросил его к ограждению, наклонившись, вытер о его рубашку мизинец, и наступил носком ботинка ему на пальцы левой руки. — Ну давай, звони своей сестре! Послушаем, что она скажет!

— Прямо сейчас?! Н-но… она меня убьет! — захныкал Сакамото. — Она сейчас на работе и ненавидит когда я звоню ей! Особенно ненавидит, когда я мешаю ей работать!

— Звони, — прошипел я, сильнее надавив на руку несчастному хулигану.

Делать было нечего и Сакамото, достав свой мобильник из карманов лишь потому что они были на молниях, набрал со слезами на глазах номер сестры, и что-то прошептав в трубку, протянул мобилу мне.

— Кто ты такой?! По какому праву ты смеешь отвлекать меня от работы?! — донесся до меня недовольный женский голос, когда я приложил телефон к левому уху. — И вообще, как ты сумел заставить моего братца звонить мне?!

— Я Кимура, дорогуша. Восьмой «палец», — спокойно ответил я девушке на той стороне связи. — И честно, я бы не стал заставлять твоего братца звонить тебе, но мне нужно знать, где он был вчера после школы?

— Дома сидел! Этот задрот только и делает, что дома сидит и указывает остальным, которые приходят к нему, — фыркнула девушка по телефону. — А чего он опять натворил?

— Да, просто на меня вчера напали, вот я и подумал первым делом на твоего братца, потому что он, слабо говоря, недолюбливает меня…

— Ну, не удивлюсь, что он мог приказать кому-то напасть на тебя, но он последние дни только и делал что задротил в свои игры в своей комнате. Все выходные и вчера после школы за ними сидел.

— Что ж, спасибо, что уделила мне время, — сбросив вызов, я достал свой телефон и на всякий случай записал себе номер сестры Сакамото, уж больно мне ее голос понравился. После чего, бросив мобильник его владельцу, я убрал ногу с его руки и повернулся к Ивасаки и Миямото, которые стояли у выхода с крыши. Все остальные шестерки тоже были тут, само собой, и вообще они почти всегда тут тусовались. — Кажись, он чист! Эй, Сакамото, а чего ты врал, что ты ходишь в клубы и в сортирах трахаешь девок, а? Твоя сестра говорит, что ты целыми днями зависаешь в играх!

— Ну, я… — Сакамото медленно поднялся на ноги, отряхивая штаны.

— Хотел казаться круче, чем есть, верно? — усмехнулся я. Сакамото кивнул, поглядев на всех остальных. — М-да… Похоже, Миямото, ты теперь даже круче этого! Так что, можешь гордиться этим, угу! Ладно, некогда нам тут с вами лясы точить, у нас есть еще дела!

Покинув крышу втроем, мы спустились на второй этаж, и двинулись в сторону кабинета школьного совета. Когда мы втроем шли по коридору, все ученики расступались перед нами. Меня стали бояться еще больше — ведь не каждый день ученик выкидывает учителя из окна, а тот даже боится пожаловаться. Такие ходят слухи, как мне сказала Ивасаки, когда ходила в женский туалет. Из кабинки она слышала, как две ученицы из класса выше, говорили про меня… причем говорили не только плохое, потому что одна из них хотела даже замутить со мной, но вторая остановила ее, говоря, что после психического срыва Кобаяси, вокруг меня постоянно вертится Ивасаки. Блин… как же это клево, когда девки обсуждают тебя в толчке! Хотя вот насчет замутить… мее, не хочу! Вот если бы просто перепихнуться, то я бы уже летел к ней, а-ля мужик в трусах поверх штанов, хех!

Дойдя до кабинета школьного совета, я без всякого стука вошел внутрь, и уставился на Мацумото и Кавасаки, которые резко обернулись ко мне. Ивасаки и Миямото зашли следом за мной, встав рядом с дверями, причем Миямото встал в позу охранника, а Ивасаки сложила руки на груди. Хех, мы прям бригада, епта… Банда «Три гада», в деле… только свистни, они появятся, морду набьют, деньги отберут и прочее…

— Тебя стучаться не учили? — зыркнув на меня, спросил Мацумото, когда я встал посреди комнаты, засунув руки в карманы. — Чего пришел?

— Настроения стучаться нет. А пришел я по поводу Сугиямы. Кавасаки, детка, не могла бы ты позвонить ему и попробовать договориться с ним, чтобы он сегодня-завтра принял мой вызов?

— Я могу попробовать, — улыбнулась Кавасаки и взяв со стола красный телефон-раскладушку, вышла из кабинета, виляя своей задницей, которая тоже была ничего так. Мы все втроем, я имею ввиду свою банду, поглядели ей вслед, причем Ивасаки даже вздохнула. Черт, ее лесбийство только нарастает походу… вчера вечером, когда я уложил инопланетянку в углу комнаты, где уже тупо нет места, Ивасаки уселась за комп, и смотрела какое-то аниме про двух лесбиянок, причем пару раз даже пускала слезы, на каких-то драматичных моментов… Я бы тоже мог присоединиться к просмотру, но это была обычная романтика, которые я терпеть не могу, а вот если бы хентай, хе-хе, то другое дело было бы!

— Слышь, Мацумото, я, конечно, понимаю, что за те две недели что я провалялся в больнице, Сакамото опять начал творить хурму в школе, но я ведь… снова навел порядок. А договор мы вроде не расторгали. Понимаешь, к чему я?

— Понимаю. Да, в школе и впрямь со вчерашнего дня снова стало спокойно. Домашка?

— Ага. Все по старому. Вечером забираешь, утром отдаешь.

— Хорошо. Надеюсь, в этот раз все будет получше, чем в прошлый…

— Тоже надеюсь, — кивнул я, и в этот момент в кабинет вернулась Кавасаки, и усевшись за стол, поглядела на меня, мило улыбнувшись. — И?

— Он сможет лишь завтра. Но придет во время большой перемены, так что тебе стоит готовиться.

— Уже готов, — хмыкнул я, поглядев на пятый размерчик Кавасаки. Ух, я уже в предвкушении, как буду зарываться в эти дыньки… — Надеюсь, с ним проблем, как с Накамурой не будет?

— Он не такой дурак. И он был бы рад подраться с тобой вечером, но он работает почти целыми днями. Мы с ним редко когда видимся… ах, как же мне не хватает мужского внимания, — вздохнула Кавасаки, сложив руки замком.

— Не переживай, со мной проблем в этом плане не будет, ки-ки-ки! — бросил я ей, когда мы выходили из кабинета. — Мне обычно всегда мало женского внимания, так что в этом плане я дикий, хе-хе-хе!

Когда мы вышли из кабинета, мы втроем вернулись в класс, и решили, что все же стоит пообедать. Причем, когда обедали, Ивасаки сидела на моих коленях и мы втроем обсуждали одну тактику, как нам все-таки выбить сигарету из руки учителя Нисимуры. Это, кстати, он сказал мне, чтобы я бросил вызов Сугияме, потому что он хочет вживую увидеть, как я дерусь, когда серьезен. Таким образом он моет придумать для меня тренировку, чтобы прокачать мою реакцию и скорость. Хех, даже интересно, что он может для меня придумать — сто отжиманий, сто приседаний и десять километров бега каждый день? Если так, то не облысею ли я… не, я буду даже рад, если стану как один лысый хрен из аниме, который одним касанием может размазать любого врага по стенке… тогда миру точно звиздец, хе-хе!

* * *

Повернув ключ, я толкнул дверь и мы с Ивасаки устало ввалились в нашу с Мэй квартирку. Скинув уличную обувь, и бросив портфели у порога, мы с ней прошли в комнату. Моя кузина и бывшая училка, как обычно задротили в игры, причем сейчас играли в портативки, одну из которых училка купила, пока я валялся в больнице. Кошка умывалась, сидя на стуле, а «пятый размер», упавший с неба, капсула которой оставила большущую яму возле школы, которая сейчас была оцеплена полицией, которые не понимали какого хера происходит, из-за чего приходилось обходить ее, сидела на полу за столиком, скрестив ноги, и судя по всему, пила травяной чай.

— Выспалась, значит? — буркнул я, садясь за столик напротив нее. — Ну давай, рассказывай, кто ты и чего тут делаешь, на нашей скромной, охеренно доброй, планете!

— Как я уже говорила, я — Лола, — ответила инопланетянка, кончик хвоста которой утыкался ей в макушку. Кажется, так она чесала голову, или вроде того. — Родом с планеты Декруа. Декруанка я, в общем!

— Допустим… а чего тебе на своей планете не живется?

— Не твое дело, — фыркнула декруанка. — Я сбежала со своей родной планеты и в ближайшее время возвращаться туда не собираюсь. А может и совсем… поверь, тебе не стоит знать, почему именно я ушла оттуда.

— Да мне и так пофиг на причины, но почему именно наша планета?

— Ваша планета вдали от всех остальных развитых цивилизаций, потому я и отправилась сюда. У меня была причина на это. И могу сказать, что своей цели я добилась — сюда долетела, только вот… звездолётами я управляю довольно плохо, и потому когда пролетала через поле астероидов, получила критические повреждения, — Лола взмахнула хвостом. — Корабль под конец стал падать, и кажется, сейчас он где-то в океане… ну а я успела прыгнуть в капсулу и вот… я тут!

— А чего ты была в капсуле голой? — спросила Ивасаки, положив ногу на ногу.

— Моя заколка слетела, когда капсула вошла в атмосферу. Как я ни старалась, у меня не получается сделать так, чтобы она держалась.

— А че это за заколка такая? — спросил я. — Я так понимаю, она тебе одежду заменяет… такую херь все на твоей планете носят?

— Нет, это мое личное изобретение! — гордо произнесла Лола. — В ней куча вариантов одежды, больше тысячи, и выбирать это все можно с помощью мыслей. Заколка считывает импульсы моего мозга, что идут через волосы и вот…

Декруанка дотронулась до заколки, и через секунду она была одета в короткие синие шортики, тапочки в виде голов непонятных существ, вроде крокодилов, только с тремя глазами и большими ушами, как у чебурашки, и розовую майку. Она даже поднялась с пола и покрутилась показывая свой облик всем нам. Ивасаки присвистнула, а Мэй пробормотала что-то вроде того, что хочет такую же заколку. Интересно, только нахера оно ей? Она ведь по-большей части дома торчит, нося одну и ту же пижаму. Мне кажется, что если бы ей разрешили ходить в школу в том, что ей хочется, она туда пошла бы в этой же пижаме…

— Ты, типа, какая-то изобретательница? — фыркнул я, когда декруанка уселась обратно за столик. — Или как?

— Ну, можно сказать и так. На своей планете я занималась созданием разных… устройств. И именно с моими устройствами связано то, что мне пришлось улетать оттуда. Но я не жалею — давно уже хотела побывать на других планетах… у меня изначально был план посетить эту планету, дальнюю, а потом продвигаться в обратном пути, посещая другие планеты, но мой звездолёт…

— Так и какие у тебя теперь планы, раз ты осталась без своего транспорта? — спросила Мэй. — Только не говори, что собираешься…

— Я на этой планете еще никого не знаю, да и насколько я понимаю, ваши народы не в курсе о космических цивилизациях, кроме вас, потому может мне… остаться с вами? Вы же не против? — Лола поглядела на всех нас по очереди.

— Против! — вскрикнула Мэй.

— Оставайся, — усмехнулся я, пожав плечами и вставая с пола. — Но на халяву не надейся! И будь готова к тому, что я очень премерзкий тип, который старается залезть под юбку почти к каждой встречной!

— Даже так? — пробормотала Лола, а Мэй злобно фыркнув, уткнулась в свою портативную консоль. Ивасаки и Синохара же переглянулись, а потом одновременно покачали головой, с какой-то жалостью поглядев на Лолу, которой еще только предстояло познать мою извращенную, больную на всю голову, сущность, бу-га-га!

— А еще на твоем месте, я бы купила трусики, — произнесла тихо Ивасаки, обращаясь к Лоле, когда я уже почти вышел из комнаты, чтобы отправиться на кухню и приступить к готовке. — Он точно не откажется от еще одного трофея в свою коллекцию. Особенно полученного от такой сисястой, как ты…

Глава 35. Седьмой «палец»

На следующее утро меня разбудил странный писк, который донесся с кухни. Подскочив, я быстро метнулся туда, думая, что может случайно не выключил газовую плиту, спросонья не замечая, что газом-то и не пахнет, но обнаружил, что на кухне стоя за кухонной тумбой стоит Лола, ковыряясь отверткой в каком-то устройстве, напоминающем пульт от телека, только с небольшим экраном. Рядом с ней, на полу, стоял ящик, который она вытащила из капсулы, и который до хаты донес я. В этом ящике лежала куча непонятных устройств и инструментов, судя по всему. Хотя, некоторые были узнаваемы — небольшой молоток, пассатижи, та же отвертка.

— И че за нахер ты тут делаешь? — подошел я к ней, бросив взгляд на часы, висевшие на стене. Время было всего четыре утра… сука, да когда ж я высплюсь-то, а? Я же лег только в час, бляха-муха! А ладно… Хотелось мне лечь раньше, но мы еще сидели и болтали с нашей новой знакомой, точнее болтали с ней Ивасаки и Синохара, рассказывая ей, какого хера они поселились тут, Мэй злилась, ну а я втыкал в мобильник, зависая в соцсетях, скидывая с Миямото друг другу разные мемасики, хех!

— Делаю одно устройство, которое поможет мне обнаружить другие звездолёты. Ты же не думаешь, что я первая и единственная, кто прилетел на эту планету?

— Думать о таком я в принципе не собираюсь, — хмыкнул я, оглядывая тело Лолы. А вообще, от ее слов мне даже стало немного смешно — я ведь, если так подумать, более странный пришелец на этой планете, который помнит свою прошлую жизнь. — Слушай, помнишь, что я говорил насчет того, что я не позволю жить в моей хате на халяву?

— Помню… хочешь, чтобы я телом расплачивалась? Тебе что, мало тех двух?

— Можно и так сказать. Ну тут дело даже немного в другом, в более… возвышенном. Короче, я не из тех, кто долго нудит — готова заняться этим прямо сейчас, пока моя кузина дрыхнет? Ты меня разбудила, так что заняться мне сейчас нечем…

— Что, прямо здесь? — усмехнулась Лола, положив свое устройство на стол, и отодвинув его к стене. Я подошел к ней, и не дожидаясь ее согласия, резко снял с ее волос заколку, бросив ее на стол. Когда Лола осталась без своей иллюзорной одежды, она запрыгнула на кухонную тумбу, а я тем временем уже спустил свои штаны. Когда розоволосая инопланетянка раздвинула ноги, немного отклонив голову назад, и прикрыв глаза, закусив нижнюю губу заранее, я вставил свой «шнур» в ее розетку, хех! И, сука, уже который раз я жалею, что живу в однокомнатной квартирке, причем с кузиной, а на кухне нет двери. Пока я трахал инопланетянку, улучшая межгалактические отношения, я частенько оборачивался в сторону выхода, боясь, что сюда может зайти Мэй, услышав стоны Лолы, пускай она и старалась издавать их потише.

Но Великий Извращуга не дремлет, и благоволит мне, ведь все прошло хорошо, ну а когда я кончил, то пошел в ванную. Выкинуть презик, и заодно принять душ. Все же, не зря я одну пачку презиков спрятал в ящик на кухне. Мэй в них все равно не заглядывает, а мне оно вон как пригодилось, ки-ки-ки!

* * *

Тем же утром, после того, как я принял душ, я стоял у плиты, готовя обед нам с Ивасаки и Мэй, и завтрак для всех нас. Лола немного мешалась мне, по-прежнему ковыряясь в своем устройстве, стоя у окна.

— Слышь, а ты реально крутая изобретательница? — спросил я, подумав кое о чем, что уже давно пришло мне в голову.

— Как сказать, — пожала она плечами. — На Декруа меня называли «умной и одновременно глупой изобретательницей». Умной — потому что я за пару дней могла создать андроида, который может по максимуму имитировать, скажем, вас, людей. Я бы внедрила в него копию разума человека, так что он был чувствовал эмоции, ему нужно было бы питаться, он бы мог даже возбуждаться…

— Это офигенно, — произнес я. — А почему глупой?

— Все мои изобретения не были прямо уж совсем полезны. И андроида я не создавала. Могла бы, но не сделала этого, — Лола вздохнула, почесав кончиком хвоста макушку. — Вот взять ту же мою заколку — по идее, вся одежда которую она создает — голограмма, но очень реалистичная, например: если попасть на снежную планету, и с помощью заколки одеться в меха, она будет греть тебя.

— Это уже охуенно. Честно, — слушая ее, я даже прекратил нарезать морковь. — И в чем глупость?

— Это не оружие. Не бомбы. Не танки. На моей планете уже сотню лет воюют восемь государств, и всем политикам хочется, чтобы кто-то создал, наконец, оружие, которое помогло бы их государству победить. Меня тоже склоняли к тому, чтобы я начала делать оружие… Не люблю пушки! Именно потому я и свалила с родной планеты… ну там было еще кое-что, о чем тебе лучше не знать…

— А вот это херово, что не любишь пушки. Я-то как раз хотел, чтобы ты сделала мне глушак на пистолет… может все-таки сделаешь, а?

— А зачем тебе вообще пистолет? Ты что, убийца какой-то?

— Как бы тебе объяснить… просто так я никого не убиваю. Только в целях самозащиты, но по нашим законам как получается — если на тебя напали, с целью убить, а ты случайно убил нападавшего — тебя посадят. Максимум, что ты можешь ему сделать, это немного покалечить. Так что, если мне вдруг придется кого-нибудь убить то хотелось бы поменьше шуметь, понимаешь? А врагов у меня много…

— Я… я могу сделать, чтобы он стрелял беззвучно, но…

— Не страдай моралью, меньше мучиться душой будешь, — хмыкнул я, и положив нож на тумбу, сходил в комнату и достав из ящика стола ствол, вернулся на кухню и вручил Лоле. — Поверь, мне это реально нужно…

— Н-но…

Резко схватив заколку с ее волос, я отпрыгнул назад, оставив Лолу без ее иллюзорной одежды. Она бросилась за мной, но я зашел в ванную и встал рядом с туалетом, держа над ним руку с заколкой, и злобно улыбаясь. Лола, чей хвост быстро дергался из стороны в сторону, стояла в дверях, боясь сделать шаг ко мне.

— Просто сделай мне глушитель на пистолет, — спокойно сказал я. — Поверь, лучше согласись, а то я ведь брошу твою заколку в унитаз, и что тогда будешь делать? На твои буфера ни один лифчик не залезет, а покупать тебе одежду никто не пойдет. И не факт, что я не вышвырну тебя из хаты…

— Ты… ты…

— Ага, я. Не с тем вы связываетесь, ребятки. Ой, не с тем! — ухмыльнулся я. — Ну так что?

— Ладно, сделаю я тебе глушитель, но…

— Заметано! — я бросил ей заколку, которую она поймала в воздухе, и прицепив на волосы, тут же облачилась в желтый костюм. Она хотела выйти из ванной, но я схватил ее за руку, и прошептал ей на ухо: — Не обижайся, никуда я тебя не вышвырну! Кормить и поить обещаю! Просто мне глушак прямо — ух! — как нужен, так что…

Я хлопнул ее по заднице, и мы с ней покинули ванную, вернувшись на кухню, где я продолжил готовить жрать, а Лола стала копаться в пистолете.

* * *

Время подходило к большой перемене. Когда прозвучал звонок, я кивнул Ивасаки и Миямото, и мы вместе с ними выбежали из класса, и перепрыгивая через две ступеньки, спустились на первый этаж, а потом выскочили через задний вход школы, и рванули к школьному стадиону. Именно так, как сказала мне Кавасаки, встретившая меня с утра у школьных ворот, и состоится бой с Сугиямой. Когда мы бежали, я уже видел, что там стоят несколько человек, ну если не брать в расчет один из классов, у которых заканчивался урок физ-ры. Кажется, это был класс 1-C и им всем было интересно, что же будет происходить, так как они нет-нет да поглядывали на учителя Нисимуру, Кавасаки и какого-то парня, лет девятнадцати, что стоял рядом с ней.

— Так это ты Сугияма? — спросил я парня девятнадцати лет, что стоял справа от Кавасаки и… ковырял мизинцем правой руки в правом ухе! Сука… не, мне пофиг, что это подделка под меня, просто это… пиздец, как мерзко выглядит! Бля, это что ж получается, когда я тоже ковыряюсь в ухе, я выгляжу так же уебищно? Все, пора прекращать! Нахер, теперь я понимаю, почему многие девки в школе смотрят на меня презрительно!

— Он самый. А ты значит, Кимура? — Сугияма хмыкнул и повернулся к Кавасаки. — Послушай, детка, ты реально готова променять меня на этого?

— Э, на личности не переходи! — фыркнул я, засунув руки в карманы и злобно поглядев на Сугияму. На самом деле, я понимал, про что он говорит: он не был гопником, в отличие от меня. Бежевые брюки, белая рубашка, красный галстук, в руках Кавасаки держала бежевый пиджак, принадлежащий явно Сугияме. Черные волосы причесаны и уложены, никакого пирсинга и проколотых ушей. Взгляд немного уставший, под глазами небольшие мешки. Ага, походу понял… он офисный сотрудник, который пошел работать сразу после школы, и судя по всему работает до глубокой ночи. Или не успевает справиться с делами во время смены, или просто берет дополнительную работу, чтобы получать сверхурочные.

— Ну, мы же с тобой договаривались, что я буду встречаться с тобой, пока ты номер семь, — хмыкнула Кавасаки. Хех, а она походу ты еще… сучка. Сугияма вздохнул и вытащив мизинец из уха, с каким-то мерзким чпоком, поправил галстук и бросил на меня злобный взгляд.

— Что, начнем? — спросил он. — Не знаю, как ты умудрился тогда убить Накамуру, но поверь… я сильнее его!

— Я уже Судзуку побеждал, так что думаю, ты не станешь для меня совсем ж большой проблемой, — я бросил взгляд по сторонам, глядя на учеников Святой Марии, которые окружили нас. Среди них была и Мэй, вставшая в переднем ряду, и Сасаки, и Сакамото, чья рожа выглядывала из-за спин остальных шестерок, ну и Миямото с Ивасаки соответственно. Учитель и Кавасаки тоже отошли к остальным, а мы с Сугиямой оказались в своеобразном круге, который будет нашей боевой площадкой.

И вот… началась драка!

Я решил действовать первым. М-да… скорость моя все же была не самая лучшая, как и реакция, и потому Сугияма смог уклониться от моего кулака, пускай и не очень успешно, немного потеряв равновесие. Однако из-за этого, он сумел правым кулаком ударить меня в бок. После чего получил от меня удар левой рукой в грудь. Вывернувшись, Сугияма попытался ударить меня в рожу, но я заблокировал его кулак правой рукой, но вот второй удар пропустил, не успев понять, что его левая рука, целившая мне в живот, была обманкой, и потому удар пришелся по ребрам с левой стороны.

Мы с ним еще некоторое врем наносили удары друг другу, уклоняясь, блокируя их, пока Сугияма, в какой-то момент, ударив меня в живот левой рукой, умудрившись все же сделать это, схватил меня за плечо правой, и чуть-чуть нагнув меня вперед, ударил мне в пах правым коленом. Было больно… вот теперь я почувствовал, что чувствовали те, кого я бил по яйцам, сука…

Оставаться в стороне я, ясное дело, не собирался. Извернувшись, я отпрыгнул немного назад, поднимая ногу, и нанес удар пяткой ботинка Сугияме в живот, но убрать ногу я не успел. Пускай и немного зажмурившись от боли, седьмой «палец» схватил меня за ногу, и дернул ее на себя, заставив меня потерять равновесие, и начать падать в его сторону. Но совсем упасть мне не позволил апперкот, который Сугияма нанес мне левой рукой. От этого удара я изменил траекторию своего падения, немного подлетев в воздух, на пару сантиметров, а потом свалился на землю, ударившись спиной и затылком.

В глазах потемнело, но я не издал ни одного звука от боли — не хватало еще этого, пф!

Когда я попытался встать, то мне помешал Сугияма, наступивший мне на грудь левой ногой, и поправляющий свой галстук. На роже была самодовольная ухмылка, которую мне стоило только увидеть, тут же захотелось стереть ее с его морды.

— Вся проблема тех, кто со мной дерется это то, что они пытаются бить меня ногами, — произнес Сугияма, посильнее надавив на мои ребра. Блять, пусть только одно сломает, убью нахер! — Это глупо, ведь такие удары для меня — ничто!

— Больше не буду. Спасибо, что подсказал, как делать не стоит, — ухмыляясь прошипел я.

— Ты сдаешься? Или…

— Не знаю такого слова! — фыркнул я, и резко поднял правую ногу. Хорошо, что я умел хорошо задирать ноги… да что ж за слова такие, епт… потому что я задрал ее настолько, что носком ботинка сумел достать до задницы Сугиямы, и ударив его по жопе, руками схватился за ногу, что стояла на моей груди.

Послышался нехороший хруст… сильная боль… Фух, сука, пронесло! Хруст был не мой, а ноги Сугиямы, которую я немного приподнял, и резко повернул в сторону, ломая ее нахер! Хотя, он все же сумел надавить мне на ребра, но лишь причинил боль, из-за которой в глазах потемнело реально сильно, словно вокруг наступила ночь…

Крик Сугиямы, когда я сломал ему ногу, разлетелся по всей школе. Парень упал на землю, ударившись жопой, и начал скулить не хуже, чем та собака-обосрака, держась обеими руками за свою пятку, которая была вывернута внутрь. К нему уже, через толпу школьников, пробиралась Такаги и учитель физ-ры, которые бросили на меня злобный взгляд.

— Кто победил? — злобно спросил я, вытерев кровь, текущую из рта тыльной стороной левой ладони, правой держась за ребра, которые жуть как болели. Каждое слово и вдох давались мне с трудом, но… радость переполняла мою гнусную душонку, а спермотоксикоз уже зашкаливал, ведь все мои мысли были только о Кавасаки, бу-га-га! Все, сегодня точно сниму комнату в лав-отеле, чтобы никто нам с ней не мешал! Хм, может еще Лолу позвать? А че, две девки с пятым размером груди… не-не-не, слишком много хорошего нельзя, а то я же потом от них не отлипну! Придется меня еще ломиком отдирать от них, эх…

— Получается, ты, — хмыкнул учитель Нисимура, подойдя ко мне, и хлопнув меня по плечу. Своим ударом, этот хрен меня чуть в землю не впечатал! У меня аж колени подогнулись!

— Значит, Кимура, теперь я твоя девушка, — Кавасаки встала рядом со мной, и я, сплюнув кровь на землю, схватил ее за подбородок, и притянул ее лицо к себе, поцеловал в губы. После этого, отпустив ее подбородок, я прошептал ей на ухо «После уроков зайду за тобой в кабинет», и медленно побрел в школу, в сопровождении Ивасаки, Миямото и Мэй, которая тихо ворчала на меня.

Когда я вернулся в школу, то все же, решил зайти в медкабинет и немного отлежаться там. Ребра нещадно болели, как и часть моих шрамов, некоторые из которых, были довольно-таки свежие, вроде тех двух, что я получил от шизанутой.

Пристроившись на койке у окна, тогда как Сугияму со сломанной ногой отправили в больницу, чтобы наложить гипс на его несчастную ногу, я едва не задремал, витая в своих порно-фантазиях, предвкушая ночку с Кавасаки. При этом я глупо хихикал, отчего Такаги несколько раз подходила ко мне, качая головой из стороны в сторону, вздыхая и говоря, что я точно ненормальный! Эх, если честно, мне бы сейчас хотелось повалить на койку и медститутку, но я решил продержаться до вечера, чтобы всю свою похотливость излить на Кавасаки. В буквальном и переносном смысле, ки-ки-ки!

Глава 36. Не связывайтесь с Кимурой!

Когда уроки кончились, я, не убирая с рожи глупую ухмылку, вылетел из класса, чуть ли не воспаряя над полом, и побежал в кабинет школьного совета, в коридоре столкнувшись с Мацумото, который как раз шел ко мне, чтобы забрать мои тетради. Отдав ему их и сказав, что нам задали, я допорхал до кабинета, и влетев туда, без стука, ясен пень, не обращая внимания на лольку, которая что-то завозмущалась, подбежал к Кавасаки, и упал лицом ей в грудь. Он стояла за столом, видимо только придя из своего класса, и когда я налетел на нее, то еще и толкнул ее, заставив усесться на стул.

Каеф! И теперь эти сиськи принадлежат мне! Ладно, пофиг, пускай она будет моей девушкой, главное — что я могу теперь трогать ее когда захочу и где захочу! Ну, когда мы наедине естественно, я же все-таки не такой ушибленный на свою единственную извилину, которая состоит только из пошлостей, чтобы прямо на людях домогаться ее!

— Может хоть при мне…

— Сдрисни, хоббит! — прошипел я лольке, улыбнувшись своей «ангельской» улыбочкой, от чего та сильно побледнела и с криком выскочила из кабинета. После я опять уткнулся в сиськи Кавасаки. — Как вы вообще терпите эту лольку?

— Она нормальная. Просто сильно завидует и мне и Мацумото…

— Ну, оно и понятно! Если бы она не выглядела как лолька, то я бы даже не обращая внимания на ее сиськи помог бы ей, заодно получив себе очередной трофей, а так…

— Что за трофей? — спросила Кавасаки.

— Трусики. Твои я, кстати, тоже заберу… но это, считай на память. И лучше тебе не знать, почему я на самом деле собираю их…

— Только не говори, что ты Трусонюх — тот маньяк, что собирает трусики, чтобы потом нюхать их…

— Я не настолько больной! Трусики — это трусики! Меня больше волнуют их хозяйки, чем эти куски ткани. Просто они мне нужны для коллекции. И с ними я ничего не делаю, они просто лежат у меня все подписанные, вот и все! Хотя да, труселяндры должны хотя бы раз побывать на девчонке…

В этот момент в кабинет школьного совета ворвались Миямото и Ивасаки, и вылупились на нас с Кавасаки. Вслед за ними зашел учитель Нисимура, мрачно уставившийся на меня. Подняв голову, я встал прямо, засунув руки в карманы.

— Тренировка твоя не отменяется, Кимура — произнес учитель.

— Я в курсе. Слышь, Кавасаки…

— Зови меня Акеми. Давай будем звать друг друга по имени, Хидео!

— Ладушки, Акеми, — махнул я. — В общем, у меня сейчас должна быть тренировка, ведь на Сугияме я не собираюсь останавливаться, и потому хотел тебе предложить пойти со мной, подождать меня, а потом мы с тобой вместе могли бы…

Я подмигнул Акеми, и судя по всему, девчонка поняла меня, так как кивнула, поднялась со стула, схватив свой портфель, и встряхнув волосами взяла меня под руку. Меня аж передернуло от возбуждения, когда ее правая сиська прижалась к моей руке. Увидев это, Миямото огорченно вздохнул, начав завидовать мне, а учитель хмыкнул. Лишь Ивасаки, как-то похотливо поглядела на Кавасаки, и ее губы дрогнули в легкой ухмылке…

* * *

Тренировка кончилась. В этот раз учитель не заставлял меня отнимать у него сигарету, а заставлял уклоняться от его ударов, которые были резкие и непредсказуемые. Он хотел натренировать мою реакцию, поняв, как я дерусь. На самом деле, под конец тренировки, мне даже удалось увернуться от его несильного удара, но как мне кажется, лишь случайно. Ну а Ивасаки и Миямото… Нисимура сначала измотал их, немного наподдавав им, и показав парочку приемов, а уж потом, более упорно, занялся мной.

Кавасаки, все время тренировки сидела на скамейке, копаясь в телефоне, изредка бросая на меня взгляд, а потом ее стала доставать Ивасаки, которая села рядом с ней, и стала что-то шептать на ухо.

— Все же, я понял одно — реакция у тебя хромает, а не скорость и ловкость, — произнес учитель, когда я свалился на скамейку между Миямото и Кавасаки. Ребра, сука, болели по страшному, ну да похер… сдаваться я не собирался из-за такой мелочи! — Тебе нужно тренироваться постоянно, а не только со мной!

— Ну, с этим проблем быть не должно учитель! Он же с кузиной живет, так что я могу поговорить с ней, — усмехнулась Ивасаки, при этом подмигнув мне. Понятно, что она задумала — хочет заставить всех баб в моей хате тренировать меня. Ну-ну… я-то не против! Миямото тоже это понял, судя по его насмешливому взгляду.

— Ну тогда ладно. Вообще, посоветуй ей, чтобы она нападала на него сзади — быть может так он сможет…

— У нас гости, походу, — хмыкнул я, глядя на десятерых, которые не спеша шли в нашу сторону. У всех в руках были биты, железные трубы, в этот раз даже ножи, а у кого-то вообще мачете. Едрить… тут даже думать не нужно, что они идут за мной. Тот, кто вчера послал тех шестерых, явно недоволен тем, что выжил только один, вернувшийся обосравшимся, бу-га-га!

Поднявшись со скамейки, я побрел им навстречу, кивнув Ивасаки и Миямото на Акеми, типа чтобы они охраняли ее. Учитель пошел за мной, доставая из пачки сигарету, и щелкая зажигалкой.

— Твои «друзья»? — усмехнувшись спросил учитель, выпустив изо рта облачко дыма.

— Есть немного, — хрустнул я пальцами. — Вы же прикроете меня?

— Ясное дело. Заодно тебе лишняя тренировка.

— Зае… зашибись, учитель! Эй, сладкие, если пришли за Кимурой, кости там переломать и всякое такое то вот он — я!

Без всяких лишних разговоров десять красавцев набросились на нас с учителем. В тот же миг я услышал крик Кавасаки, которая видимо испугалась за меня, ведь первым на меня напал хер с мачете. Не бойся крошка, сегодня ни один пидарас не помешает мне слиться с тобой в порыве похоти! А вообще, то ли я все больше схожу с ума, то ли еще что, но что-то в последнее время драки стали возбуждать меня! Ух, бедная Кавасаки! Ей сегодня точно будет не сладко, ведь в лав-отеле я не буду себя сдерживать, бу-га-га! Там никто не обратит внимания на громкие стоны…

Увернувшись от вертикального взмаха парня с мачете, я ушел влево, хватая ублюдка за руку, и за плечо, потом резко разворачиваю его, и — вуаля! — лезвие проходит по груди другого нападавшего, разрезав ему куртку и порезав плоть. Кровище полилось сразу, угу…

Сломав ублюдку руку, и отобрав мачете, я полоснул лезвием по голове другого, отрезав ему ухо, и как только он заорал от боли, ударил его по башке рукоятью, резко разворачиваясь, одновременно с этим приседая, и полоснув лезвием еще одного мужика, а это были именно мужики в возрасте от двадцати семи до тридцати пяти, по ноге, чуть вышел колена, порвав штаны, и оставив глубокий порез.

— Меня просто все задолбало, — хихикая, и облизывая губы, на которые попала кровь, брызнувшая из носа очередного ублюдка, которому я разбил лицо рукоятью, произнес я. — Зря вы нарвались на меня, ой зря!

Учитель тем временем, без труда одолел одного, который был с длинным ножом, ведь он решил предоставить все мне, и стоял немного в стороне, держа за воротник куртки второго, одной левой рукой, в правой держа сигарету, время от времени затягиваясь и выпуская дымные колечки.

Уход в сторону, немного отклоняясь влево, уворачиваясь от железной трубы… Твою ж! Удар пришел по правой руке, и боль была такая, словно мне сломало руку, и я даже выронил мачете! Пиздец… ну ничего, у меня есть левая! И именно ей, злобно улыбнувшись «ангельской» улыбкой, я врезал гандону лет тридцати, с тяжелой железной трубой в руках, в висок, кажется отправив его на тот свет, потому что когда он упал, его тело дернулось пару раз в судорогах. И вообще на его башке, на месте виска, появилась вмятина…

— Я помогу! — вдруг возник рядом со мной Нисимура, пиная с ноги очередного нападавшего в лицо, а затем резко разворачиваясь, врезав кулаком в солнечное сплетение другому. Вот и все, ребятки! Как там было? Все они были мертвы, последний выстрел поставил точку, или как-то так… ну, в данном случае мертв был один, остальные ранены, один более-менее цел. И никто не стрелял!

— Писец, он мне походу руку сломал, — прошипел я, ощупывая правую руку левой. Она сильно болела, особенно чуть пониже локтя, куда и пришелся удар, но кажется, все же она осталась цела, так как я мог шевелить ей, и мне не хотелось прямо уж орать от боли. — Не, обошлось!

— Мертв, — покачал головой учитель, проверяя пульс того, которому я разбил висок.

— М-да, херово… ну да пофиг! — я подошел к тому, кто был в сознании и более-менее цел, только разве что держался за лицо, ведь у него было сильно разбито лицо, и коленом ударил его в его личико еще раз. Он заорал. Больно ему было, пупсику… — Э, слышь, если сейчас не замолкнешь, отрежу тебе яйца и скормлю их тебе, усек?

Тот быстро замолк, став лишь тихонечко поскуливать. Учитель подошел ко мне, и мы вместе с ним нависли над ублюдком. Тем временем, Миямото и Ивасаки стояли у скамейки, на которой сидела Кавасаки, испуганно закрывая рот рукой.

— Итак… что вам надо от моего ученика? — спросил Нисимура. — Почему они напали на тебя?

— Убить хотят. Вчера на меня так же напали, но их было всего шесть. Кто-то их послал, но вот кто… это мы сейчас выясним! Заодно и повеселимся… Учитель, не могу ли я взять у вас одну сигарету зажженную?

— Это уж без меня. Смотри, не переборщи, — вздохнул учитель, протягивая мне сигарету, выкуренную наполовину. — И это… не спрашивай, почему я вообще позволяю тебе делать это. У меня тоже врагов много… было, но они сейчас все в одном известном месте. На кладбище!

— Ну, можешь начинать говорить, — прошептал я, схватив ублюдка за волосы, и став медленно подносить сигарету к его левому глазу. — Кто вас послал? Кому там жить надоело, а?

— Ни… ничего… — с трудом пробормотал ублюдок.

— Зря, — прошептал я и воткнул сигарету ему в глаз, одновременно с этим отпуская ему волосы, и зажимая ему рот, чтобы не так сильно орал от боли. Ух, как он корчился! Бросив взгляд на своих… ну, думаю, что называть Миямото и Ивасаки друзьями я уже все же могу… я увидел, как они дернулись, испуганно глядя на меня. Правильно, меня нужно бояться, даже друзьям, бу-га-га!

Наконец, немного успокоившись, теперь уже одноглазый ублюдок, перестал сильно дергаться, и потому я снова взял его за волосы, и поднес сигарету к его правому глазу.

— А теперь, сладкий, скажешь, кто вас послал? У меня рука не дрогнет… но ты я думаю, это уже понял, верно? Если не скажешь, выжгу тебе второй глаз, и займусь другим. Представляешь, как бедным копам придется мучиться, чтобы понять, кто оставил столько людей слепыми? Давай не будем заставлять их напрягать мозги больше, чем нужно…

— И-Ивасаки…

— Что Ивасаки?

— Он… он послал нас. Заплатил нам, чтобы мы прикончили тебя, и притащили к нему его дочь… — с трудом пробормотал одноглазик.

— Опа! Интересненько… короче, поступим так — забирайте своего жмура и валите нахер. Про меня ничего не говорите, понятно? Узнаю — я буду преследовать вас, и превращу вашу жизнь в Ад. Самый настоящий, в который будет входить варка в котле, угу… Не знаю, есть ли у вас родственники, но поверь — им будет даже хуже, чем вам, так что пожалейте их, не связывайтесь со мной, а если уж связались — слушайтесь меня!

Отпустив ублюдка, я встал прямо, и засунув руки в карманы, медленно подошел к учителю и остальным. Немного поглядев на то, как одноглазый приводи в чувства некоторых мужиков, бросая в нашу сторону взгляды, я попрощался с Миямото и учителем, и шепнув девчонкам, чтобы они шли за мной, пошел в сторону лав-отеля, который, если верить картам в интернете, находился неподалеку от парка. Ага, я собирался заняться сексом не только с Кавасаки, но и с Ивасаки. Что-то я немного устал за сегодняшний день, да и тело все болело от побоев Сугиямы, да и учителя, а для меня лучшим лекарством было выплескивание своей боли и злости, и не только их, в девок. Ну, я все равно, постараюсь быть с ними понежнее, они ведь не виноваты!

Хотя, пока мы шли в лав-отель, и я прижимал к себе слева Ивасаки, а с правой Кавасаки, предвкушая предстоящие наслаждения, на некоторое время задумался о том, стоит ли мне говорить Ивасаки, что именно ее папаша натравил на меня этих ублюдков. Причем, чтобы вернуть ее, как я понимаю. для своих грязных целей… да, мои были чище, ведь Ивасаки и остальные, с кем я трахался, не были моими родственниками, так что…

* * *

Денег у меня было достаточно, и потому я снял комнату в лав-отеле до пяти утра. Да-да, я собирался оттянуться по полной. Спать — для слабаков! Кавасаки немного смущалась, когда мы с Ивасаки ввели ее в комнату, где стояла большая кровать в форме сердечка. А еще тут было много разных «игрушек», хе-хе-хе…

Несмотря на то, что у меня болели ребра, челюсть, правая рука и живот, я все же не посрамил себя, Аналя, и всех мужиков всех миров! Скинув с себя шмотки, я стянул одежду с Кавасаки, и мы вместе с Ивасаки, которая уже тоже была голая, кинули ее на кровать, и зарылись лицами ей в грудь. Немного получив такого «мягкого» удовольствия, я раздвинул ее ноги и вошел в нее. Кавасаки не сдерживалась в стонах, и когда я закончил с ней, то занялся Ивасаки, которая тоже в этот раз не сдерживалась, не то что в медкабинете или в хате Миямото…

В эту ночь я вообще не спал, зато получил так много удовольствия, что мне этого хватит… ой, да кого я обманываю?! Хера с два, мне этого хватит! После такой бурной ночки, мне точно захочется повторения, ки-ки-ки!

Глава 37. Погребенный заживо

Покинув лав-отель в пять утра, мы втроем дошли до нашей с Мэй хаты. Кавасаки, ясное дело, пришлось взять с собой, и по пути объяснить ей, чтобы она не удивлялась тому, что увидит там. Хотя, не могу сказать, насколько сильно было ее удивление, когда она увидела дрыхнувшую на полу, на футоне Синохару, странную розоволосую девушку, с хвостиком, которая спала в спальном мешке в углу комнаты и мою кузину, которая набросилась на меня с криком, швырнув в меня геймпад через всю комнату, разбив его нафиг об стену. Да, я совсем забыл позвонить ей, из-за чего она не могла сомкнуть глаз… а телефон у меня оказывается вырубился, потому что села зарядка, м-да…

Кивнув Акеми на футон, предложив ей поспать пару часиков, сам я пошел в душ, постояв сначала под холодной водой, смывая с себя сонливость, потом под теплой, а потом пошел готовить жрать на всю женскую компанию. И на себя, любимого, тоже!

В восемь часов все стали просыпаться. По очереди шли в душ, причем Ивасаки, хихикая, юркнула в ванную вслед за Лолой, а потом оттуда донеслись кое-какие неприличные стоны, отчего мне пришлось стучаться, и говорить им, что их слышит моя сестра, алло!

* * *

— Ночь сегодня была офигенна! — пробормотал я, зайдя в класс, и усевшись за свою парту, повернувшись к Миямото. — Чувак, тебе тоже надо будет как-нибудь попробовать сразу с двумя!

— Ну, вряд ли мне это светит… И вообще, я бы, если честно, хотел бы встречаться с какой-нибудь красоткой, а не просто…

— Ну, это уже твой выбор! Я хоть и сказал Акеми, что стал ее парнем, но… эх, вот уже и восьмые трусики в моей коллекции!

Да, трусики Кавасаки я забрал, ясное дело! Они были черные, без каких-либо украшений, ну да пофиг! Восемь из ста есть! Ну, по идее девять, ведь Лолу я тоже трахнул, просто у нее трусов нет. Надо будет в выходные дать ей немного денег, и заставить Ивасаки прогуляться с ней по магазинам! И вообще, надо будет в свободное время на трусиках наклеить цифры — чтобы не забыть в каком порядке я их получил. Лолу я трахнул раньше, а значит ее трусики будут на восьмом месте, а труселяндры Кавасаки на девятом… ну, как-то так, в общем!

— Кстати, я когда шел в школу, видел, что неподалеку полиция стоит, — пробормотал вдруг Миямото. — Какого-то мужика зарезали, как я понял, подслушав немного разговоры полицейских.

— И че? — не понял я. — В этом городе только и делают, что кого-то режут, насилуют или грабят, так что чему удивляться?

А вообще, я хотел проклясть того полудурка, который убил этого мужика. Это ж, сука, очередной призрак! А если это призрак, то мне и Мэй с ним разбираться потом! Блин, и наверняка придется разбираться и с тем, которого я убил в парке… блять, как же меня это бесит! Странно, что за столько времени Танабэ не стала призраком, вот что меня беспокоит… думается мне, если бы это случилось, кошка бы нас уже давно предупредила об этом… а, ладно, че я парюсь?! Пускай приходят эти долбанные призраки — всех порешаем, нах! Главное, не допустить, чтобы в демонов не превратились, а то чую я, одними тентачленами они не ограничатся…

* * *

— Как-то мне немного неуютно ходить в трусиках учителя Синохары, — поерзав у меня на коленях пробормотала Акеми. Мы с ней, Ивасаки, Миямото и шестерками сидели на крыше и обедали. Члены банды вручили мне немного нечестно заработанных денег, пока не видела Кавасаки, так что в моих карманах опять не было пусто. Сакамото сейчас где-то пропадал, но он и нахер больше тут не нужен — он теперь был изгоем и общался только с такими же отбросами, как и он. А нехер было думать, что он круче меня, верно?

— Ну ничего, потерпи немного. Вечером придешь домой и оденешь свои, — усмехнулся я. Держа в одной руке коробочку с бен-то, а в другой палочки, я оглядел крышу. Все же, жизнь моя была прекрасна! Слава богу Аналю, ки-ки-ки! И ведь это лишь начало, ведь кто знает, с какими красотками мне еще придется встретиться на этом жизненном пути…

Ну, конечно, нужно было еще разобраться с проблемами, в виде папаши Ивасаки, стать сильнейшим в городе, а там… как пойдет!

* * *

Уроки кончились. Мы с Ивасаки и Миямото снова собирались на тренировку, ясное дело. Учитель, как обычно, зашел за нами в класс, как и Мэй, которой я пообещал, что после тренировки точно приду домой. Сегодня никаких планов на добывание трофеев у меня не было, да и не хотелось больше заставлять кузину волноваться. Потрепав ее по голове, мы вместе с ней вышли из класса, и тут наткнулись на Сасаки, которая стояла у задних дверей, держа в руках фотоаппарат, и с покрасневшими щеками смотрела на меня…

— К-Кимура, можно… можно немного поговорить с тобой?

— Ну давай, — кивнул я, едва не начав ковыряться мизинцем в ухе, но вовремя вспомнил, что решил отказаться от этой привычки.

— Наедине…

— А? Окей, я не против! — я повернулся к учителю и ребятам. — Вы идите в парк, ладно? Я скоро приду туда! Смысл торчать тут!

— Не задерживайся, понял? — хмыкнул учитель и он вместе с Ивасаки, Миямото и Мэй пошел к лестнице. Когда они ушли вниз, и остальные ученики тоже покинули класс, мы остались с Сасаки одни в пустом коридоре. Хех, на ней, как обычно, был ее ободок с дергающимися кошачьими ушками. Приблизившись к ней, и зажал ее у стены, и положил правую руку ей на талию. Она была слишком мила и скромна, чтобы хватать ее за сиськи…

— Ну и чего ты хотела?

— Т-ты… мне нравишься, Кимура… — вдруг тихо произнесла она, подняв на меня взгляд. Ее щечки стали еще более красными, а очки запотели, уже из-за моего дыхания.

— Вот как? Что ж… не хочешь уединиться где-нибудь? — усмехнувшись спросил я. — Но учти, если согласишься, я отниму у тебя твои трусики… и не спрашивай зачем, это мой фетиш, угу!

— Я… я… может, пойдем в ту комнату, где раньше был клуб сверхъестественного? — еще более неожиданно для меня, прошептала Сасаки. — У меня есть ключ…

— Погнали. Только скажи, это будет твой первый раз?

— Н-ну да… — покраснела Сасаки, схватив меня за руку. Мы с ней медленно дошли до лестницы, поднялись на третий этаж, и дойдя до той самой комнаты, Сасаки вставила ключ в замочную скважину и повернула его. Щелчок, и я толкнул дверь…

В комнате больше не было свечей и книг, которые, как я понял, принадлежали Танабэ. Зато все остальное тут осталось на месте, вроде стола, стульев и что немаловажно, диван.

Заперев дверь на ключ, оставшись наедине с Сасаки, я первым делом стащил с нее очки, ободок, а потом начал расстегивать блузку. Сасаки стояла прижимаясь к двери, немного повернув голову влево, тяжело дыша… я бы сказал, как-то ненормально дыша.

Стащив с нее блузку, я снял с нее лифчик, и бросив его куда-то себе за спину, начал гладить сиськи Сасаки, которые были третьего размера. Да уж, с грудью Акеми не сравняться, ну да пофиг! Она все равно милашка, этого у нее не отнять, что уж говорить…

— К-Кимура… — прошептала Сасаки, когда я начал пальцами поглаживать ее соски. — Я… хочу тебе кое-что сказать…

— Говори, крошка…

— Я… я… я — Шизука, — произнесла Сасаки, повернув ко мне голову, злобно ухмыляясь, и в тот же миг, я почувствовал, как что-то тонкое воткнулось мне в плечо. Бросив взгляд влево, я увидел шприц, через который Сасаки что-то ввела мне в организм.

— Сучка, — прошипел я, врезав Сасаки кулаком в живот, получив в ответ пинок по яйцам. Мы с девкой согнулись от боли, а еще у меня потихоньку закрывались глаза. Сасаки, или вернее Шизука, которая была в ее теле, злобно улыбаясь, несколько раз ударила меня по лицу. Черт, что она мне ввела, что я чувствовал сильную слабость, из-за которой уже не мог даже поднять руки?!

— Надеюсь, Хидео, ты хорошо проведешь время в одиночестве, — хихикнула Шизука, когда я упал на пол. Глаза закрывались. — Зря ты не выбрал меня, дурачок! Но если уж так… то не доставайся ты никому! Наверно, тебе будет тяжело осознавать, лежа в могиле, что твою сестренку и остальных баб постигнет жестокая участь… в прочем, как и тебя, кхи-кхи-кхи!

Это было последнее, что я услышал из ее уст, перед тем, как сознание покинуло меня. А еще я увидел, что Шизука-Сасаки открыла дверь, и пустила в комнату несколько человек, которые начали пинать меня ногами. Но я уже почти не чувствовал боли…

* * *

Когда я открыл глаза, я не сразу понял, что происходит. Вокруг было очень темно, и как бы я ни старался, глаза к темноте не привыкали. Пошевелив ногами и руками, и попытавшись встать, поднять голову, я понял, что не смогу этого сделать. Кажется, я лежал в каком-то ящике, как-раз под мой размер. Ящик был деревянным, так как я постучал пальцами по его стенке.

С трудом ощупав штаны, я убедился, что у меня отобрали все — мобильник, презики и деньги. Ладно, хуй бы с ними, сейчас это не главное… хотя нет, мобильник бы пригодился.

А еще у меня болело все тело, особенно голова. Видимо меня по ней пинали… уебки. Если смогу выбраться — всех порешу на кусочки! Слишком долго я был добрым, сука! А эту Шизуку, которая каким-то образом поменялась телом с Сасаки… ух, блядь, для тебя я придумаю такое, что ты пожалеешь, что сбежала из психушки!

А выбраться я должен, хотя бы ради Мэй. И для этого, главное, нужно было успокоиться, и начать думать, ведь дышать с каждой секундой становилось все труднее…

Да, я уже понял, что лежал в гробу, ведь это не первый раз за обе мои жизни. Только тогда мне было легче, ведь один мой кореш знал, на кого я нарываюсь, и знал, где та банда закапывает своих врагов живьем, а сейчас…

И что мне, сука, делать, спрашивается?! Как там говорил тот хер, Наблюдатель? Когда я окажусь в опасной ситуации, нужно сказать какие-то слова… блять, я не помню… Не помню!

Все же, не поддаваться панике в такой ситуации было сложновато, особенно когда все мои мысли были только о Мэй. Черт, плевать на себя, смерти я не боюсь, но моя кузина… она же ни в чем не виновата!

Вспоминай, придурок озабоченный, вспоминай те слова!

Я даже начал стучать пальцами по деревянным стенкам гроба, тем самым заодно надеясь, что меня похоронили не очень глубоко, и кто-то сможет услышать меня. Вот только знать бы, где меня вообще похоронили…

Все же, я начал поддаваться панике!

Арка 13. Kimura’s Time

Глава 38. Сладенькая месть!

Вдох… выдох… опять вдох… затем выдох. Нужно соблюдать спокойствие, Хидео и не нервничать. Подумаешь, в очередной раз закопали в могилу. С тобой ведь уже такое было, верно?

Немного успокоившись, я поерзал в гробу, и стараясь дышать как можно спокойнее и реже, стал быстренько восстанавливать фрагменты памяти, особенно ту встречу с Наблюдателем. Не знаю, сколько я уже лежал, и в порядке ли Мэй, но сейчас я старался об этом не думать. Мне нужно было сосредоточиться по максимуму, и вспомнить те долбанные два слова которые мне сказал Наблюдатель. Что же это за слова такие были? Что-то на «к», кажется…

— Киндер-хуидер? — прошептал я. Ничего не произошло. Не, вроде второе слово было на «л»… — Куриные лапки? Не, что-то с киндером связано, это я точно помню… Киндер ленд?

Блять, Хидео, думай! Вел себя, как дебил тогда, подумаешь, воспоминания! Всегда слушай, что тебе говорят, ведь все слова важны! Эта ебанашка сейчас наверно Мэй на кусочки режет, а ты тут лежишь, отдыхаешь, в своем подземном солярии!

На эмоциях я ударил кулаком по крышке гроба, и сука, получил занозу, и при этом немного покосил доску, из-за чего из небольшой трещины на меня повалилась земля. Пиздец! Кимура Хидео, ты ебнутый! Давай, еще и закопай себя помимо прочего!

Земля потихоньку просачивалась через крышку самодельного гроба. Черт… Может, я не так уж и глубоко? Что если попробовать… Нет, это большой риск! Нужно вспоминать слова… А вообще, может попытаться вызвать Аналя? Как-то же у меня получилось в прошлый раз, так чего бы не начать поминать его мысленно много раз, может тогда отзовется?

Аналь, Аналь, Аналь, Аналь… в сотый, сука раз, Аналь… Заебал уже! Приди, спаси меня, иначе хер тебе, а не сто трусиков… ну позязя! Аналюшка, пупсик…

Да пошел он в жопу! Ладно, попытаемся снова вспомнить слова связанные с киндером, лангером… опаньки! Едрить меня нежно! Я вспомнил! ВСПОМНИЛ! Блин, если бы я сейчас не лежал, я бы запрыгал от радости, начав распевать гимн во славу Аналю!

— Киндарум лангерда! — произнес я и затаил дыхания ожидая сам не зная чего, но… ничего не происходило. Вокруг меня была темнота. — Киндарум лангерда!

Когда я произнес слова во второй раз, ничего не произошло. Да пошло оно все нахуй! Попробую вылезти сам! А если встречу того пидрилу еще раз, вышвырну его из окна! Телепат хуев! В голову он лазит! А в мужиков он сзади не залазит, случаем? А то его рожа выглядела очень уж по-пидорски, сука, особенно ободок с антенками…

Мысленно матеря того хера, я вдруг почувствовал, как меня сверху что-то придавило. Послышался треск досок, и я уж подумал все, закрыв глаза, меня ждет новая жизнь, и уже начал представлять, кем я буду в следующей жизни, в которой хотел бы оказаться в мире магии, с эльфийками и рабством, сыном какого-нибудь лорда, как вдруг…

— Ой, почему тут так тесно! — произнес кто-то, причем голос исходил с моей груди. Кто-то лежал на мне, почти не двигаясь, едва перебирая руками. Кто-то легкий и мелкий, и чей голос был до ужаса знаком…

— Айрис?! — с трудом произнес я, так как дышать было нечем.

— К-Кимура?! Что происходит? Где мы вообще… и что это твердое упирается мне в ногу?! Ах ты педофил! — завозмущалась лоли-богиня. — Что, решил еще и меня изнасиловать? Я так и знала, что у тебя есть замашки, ублюдок! Я сейчас позову папу, он тебе отрежет все что…

— Айрис, вытащи меня! Я как бы в могиле лежу! Погребенный заживо! — прервал я писклявые возмущения богини. Она замолчала, и… — Слышь, хватит мне давить коленом на член!

— Уаааа! — завопила богиня, и вдруг я почувствовал, как меня поворачивает вертикально, дышать становится чуть легче и… крышка откидывается с самодельного гроба, и я оказываюсь на свежем воздухе. Айрис тут же отпрыгнула от меня и начала прыгать вокруг, вопя что-то насчет того, что ее рука коснулась моего… ну думаю понятно, да? И нет, у меня на нее даже не вставал, она это выдумала, угу!

— Фух, думал, что сдохну, — пробормотал я, делая шаг вперед, и оглядываясь, пытаясь понять, где меня закопали уже определенно будущие жертвы, и тут заметил мужика, что стоял слева, держа в правой руке поводок, на который была привязана маленькая собачка. Собачка тихо скулила, прячась за ногой мужика. Сам он стоял, как вкопанный, с открытым ртом, и глядел на меня и богиню, что прыгала вокруг, в своем коротеньком платьице, которое явно способно соблазнить любого лоликонщика, ведь когда она подпрыгивала, платье задиралось, и можно было увидеть ее трусики…

Тьфу, нахер! Какие в жопу, трусики? Она же лолька — маленькая девочка, а как мне кажется, даже среди божков есть свои законы… да за один взгляд на ее трусики меня упекут в божественную тюрячку, где ангелы заставят меня ронять мыло… ну, или я их, одной только своей улыбочкой… а это не есть хорошо, ведь тогда точно гомиком стану… бррр!

— Типа здаров! — подошел я к мужику. Он не сводил с меня глаз, весь дрожа. — Не подскажешь, где город?

Мужик молчал, собака скулила, лолька что-то возмущаясь, уже стояла рядом со мной, дергая за рукав. Не обращая на нее внимания, я залез в карман штанов мужика, и вытащив оттуда мобильник, стал искать GPS. Ну, нашел его быстро и запустив, понял, что нахожусь не так уж и далеко от города. Проложив себе маршрут к жилому комплексу, я поднял взгляд на мужика.

— Не факт, что верну, — показал я мужику его мобильник, который был смартфоном, я быстрым шагом пошел в нужную мне сторону, и отойдя на несколько метров услышал крик, который явно издал мужик, и что-то вроде «Они восстали!». Хех… Знал бы он, что есть кое-что хуже, что намного страшнее ходячих мертвецов…

— Ты мне, кстати, будешь должен! — промямлила лолька, подпрыгивающей походкой шагающая рядом со мной. — Никто не имеет права звать богиню, если она сама не захочет прийти!

— И каким же образом я тебя призвал? Теми упоротыми словами? — усмехнулся я. Мы шагали по вытоптанной тропинке в каком-то небольшом лесочке, что находился западнее города. Не так уж и далеко от города, на самом деле, что меня радовало. Чем быстрее доберусь до хаты, тем лучше для меня… надеюсь, эта сучка не успела ничего сделать Мэй… Пора прекращать сдерживать себя, и показать всей этой жалкой шпане, на кого они нарвались!

— Будь повежливей, извращенец! — фыркнула лолька, оторвавшись от земли, и теперь уже летя передо мной, задом наперед. — Ты вообще-то с богиней говоришь! Которая, к тому же, спасла тебя от мучительной смерти!

— Допустим. Ну и что это за слова такие?

— Слова для призыва меня, которые знают только мои воительницы. А тебе, я так понимаю, твоя сестра их назвала?

— Нет, один говнюк, который даже рот не раскрывает. Назвал себя Наблюдателем…

— Ой-ой! Извращуга, это очень плохо, что он приходил к тебе!

— А это мы еще посмотрим, кому будет хуже, — фыркнул я на богиню поглядев в мобильник, заряда у которого было не так много, ибо долбанный GPS жрал его, словно Мэй поглощает чипсы. Быстро и без остановки.

Свернув немного с тропы, я пошел напрямки, через деревья, а гребаная мечта лоликонщика оборзела настолько, что хотела сесть мне на плечи, потому что деревья тут росли часто, но я схватил ее за правую ногу, и отшвырнул в сторону. Она не успела даже среагировать, потому и ударилась башкой и спиной о дерево, завыв, и начать заливать все вокруг слезами, сидя на земле жопой и дрыгая ногами. Она что-то кричала о том, что я еще пожалею, о том. что так жестоко обращаюсь с ней, что мне и Мэй скоро не поздоровится, но мне было пофиг! Что она мне сделает? Папочку на меня своего натравит? Пускай приходит, епт…

* * *

Выйдя из леса, я побрел по улицам города, чуть ли не бегом. Телефон мне уже был не нужен, ведь эти места я прекрасно знал. Вот например тот проулок, в котором я ныкался от грузовика-мудака, вот то место, где я покромсал призрачного маньяка… Совсем чуть-чуть пройти…

— Будь готова, Шизука сраная, будь готова, бу-га-га! — злобно хохоча, бормотал я. — Осталось немного, совсем, а потом… а не знаю, что потом! Мы все решим по ходу дела!

И вот… показался жилой комплекс в котором находилась наша квартирка. Вроде ничего подозрительного, кроме двух придурков, которые стояли у лестницы, куря сигарету, одну на двоих, как последние пидарасы. Непрямой поцелуй? Ну что ж, скоро вы у меня будете лизаться по настоящему…

— Я бы хотел трахнуть ту светловолосую, — услышал я слова одного из них, который протягивал сигарету второму. Каким-то чудом, они меня еще не увидели, хотя такого, как я трудно не заметить, особенно в это время суток. Сейчас было достаточно светло, солнце только-только всходило на городом… получается, я весь вечер и всю ночь спал в гробике? Блять…

Ну насчет того, как я выгляжу: рубашка вся в земле, сильно мятая, правая сторона наружу, левая заправлена в брюки, брюки тоже мятые, вся моя морда в побоях… серьгу мою по крайней мере не сняли, решив, что это обычная дешевка, наверно…

— Так это же сестра Кимуры! — заржал второй. — Ее все парни в школе хотят! Видел, в какой она пижамке? Я бы с радостью снял ее и… слушай, а как думаешь, Кимура ее тоже… того?

— Я ничему не удивлюсь! Он же тот еще… — первый замолчал, и закашлялся, заметив меня, но предупредить второго, который стоял ко мне спиной, не успел. Подлетев к ним, я схватил обоих за волосы и несколько раз ударил их друг друга башками. Вот вам и поцелуи!

Бросив обоих на асфальт, я нырнул в их карманы, надеясь найти хоть что-нибудь полезное, и нашел бумажники, пачку сигарет, почти початую, складной ножик… из всего этого я прихватил только ножик, тут же раскрыв его, и вбежав по лестнице, прижался ухом к двери нашей квартирки. Голоса… плач… смех…

Выдохнув, я нажал на дверной звонок. Послышались шаги, и когда дверь открылась, я увидел на пороге… Сакамото! Увидев мою злобную харю, на которой не было даже улыбки, ибо сейчас нихуя не до веселья, его рожа из веселой, тут же изменилась на такую испуганную, словно он увидел покойника! Или Дьявола…

Он не успел даже ничего пробормотать, как я воткнул лезвие ножика ему в горло, быстро и резко, схватив его за рубашку левой рукой, и выдернув из квартиры. Кровища хлестала из его горла, заливая мою одежду, так как я прижал его к себе, чтобы его хрипы не были слышны. А еще перед тем, как Сакамото стал захлебываться собственной кровью я выхватил у него из рук пластиковую бутылку, в которой оставалось примерно одна треть колы. Сука, еще и нашу жратву тронули?! Пизда всем… вырежу без остатка!

Когда Сакамото подох, я положил его тело неподалеку от двери, и походкой балерины, на цыпочках впорхнул в квартирку, закрывая за собой дверь.

Бросив взгляд на лежащие у порога портфели, которые принадлежали Мэй и Ивасаки, я прошел до комнаты, и встав в дверях, огляделся.

Ну… что можно сказать? Синохара лежала на кровати, видимо без сознания, а по ее лбу, откуда-то из волос, по лбу и левой щеке стекала струйка крови. Ивасаки сидела у кровати, вся побитая, с заплывшим левым глазом, разбитыми губами, в частично порванной одежде, а по ее щекам текли слезы. Моя сестренка сидела связанная на стуле, что стоял посреди комнаты, в своей пижамке, и ее рот был заклеен скотчем. Над ней стояла Сасаки, с одним из моих ножей в руке, и водила его лезвием по животу моей сестренки, которая и так была уже вся порезана. Еще в комнате были двое, из моей банды — один стоял спиной ко мне, облокотившись о косяк двери, другой стоял у телека.

— А вот и Кимура! — ласковым, чуть ли не ангельском голоском прошептал я в ушко ублюдку, что стоял у косяка, одновременно с этим втыкая ему в шею складной нож. Не рассчитав силы, я воткнул его почти целиком, вместе с рукоятью. Бедняжка… как он стал корчиться от боли, упав на пол! А еще я наступил на него правой ногой, левой рукой вытирая кровь, что брызнула из него, и попала мне на губы.

Нужно было только видеть морду Шизуки-Сасаки, когда она обернулась ко мне! И морду второго, который от страха стал медленно ползти вдоль стеклянной двери, а потом открыв ее, сиганул через ограждение балкона. Послышался крик…

— К-Кимура… — прошептала Шизука, сжимая нож в руке. — Как ты… Сдохни!

Ебнутая набросилась на меня, держа нож, как истинная маньячка. Резко отскочив в сторону, я схватил ее за короткие волосы, и со всей дури, развернув ее к себе, врезал ей правым кулаком по роже. Фига себе! Я думал, что она потеряет сознание, но она видимо настолько обезумела, что ей уже было пофиг на боль!

Резко взмахнув ножом, она воткнула мне его в правую руку, чуть повыше локтя. Блять, как же больно! Но стараясь не обращать на это внимания, я ударил ее левым кулаком в челюсть, и от этого удара, ее пошатнуло, и она свалилась на стену, а дальше я ударил ее с ноги в живот, а потом схватив за волосы, стал бить ее башкой об стену, пока она не потеряла сознание, и не съехала по стене…

Выдохнув, стараясь не шевелить правой рукой, из которой только так хлестала кровища, я, чувствуя, как теряю сознание, потому что эта сучка порезала мне вену, я поднял нож, и на ватных ногах подошел к Мэй, и разрезал веревки на ней.

— Слышь, притащи из ванной бинты и прочую хрень, — шепнул я ей. — Ты же не хочешь, чтобы я сдох, верно?

Мэй, закивав, выскочила из комнаты, отдирая скотч с губ, несколько раз чуть не упав, а я тем временем подошел к кровати, и просто свалился на него. Дьявол, я уже просто не чувствую руки, а глаза закрываются сами собой… Не-не-не, спать нельзя!

Через минуту вернулась Мэй, причем вместе с Лолой, которая, кажется, была заперта в ванной и они стали обрабатывать мою рану на руке. С трудом мне удавалось не терять сознания, ведь кто знает, когда может очнуться шизанутая!

* * *

— Киндарум лангерда! — громко произнес я. Лолька появилась почти сразу, под потолком надо мной, снова засветив свои трусики.

— Хватит призывать меня, когда вздумается! — возмущенно пропищала Айрис, оглядев комнату. — А что у вас тут происходит?

Ну да, в комнате была полная вакханалия — посреди комнаты, на стуле, сидела связанная Шизука, в теле Сасаки, на кровати сидели Мэй, Синохара и Ивасаки. Лола стояла у балкона, покачиваясь взад-вперед, кошка, которая оказывается, все это время валялась на кухне без сознания, так как Сакамото приложил ее пинком, сидела на коленях моей кузины, а я стоял перед Шизукой, у которой во рту торчала тот кляп, что используется при БДСМ. Я специально запихал ей в хавальник именно его, чтобы больше опозорить эту тварь… К тому же, вскоре я собирался сделать с ней кое-что нехорошее, но пока нужно было позаботиться о другом. О жмурах, которые лежали в прихожей, которых я, вместе с Лолой, с трудом притащил в квартиру.

— Долго объяснять, да и ты не поймешь, но мне нужна твоя помощь, Айрис, — вздохнул я. Правой рукой, которая была перевязана бинтами, я старался не шевелить. Эх, вот не думал, что буду говорить с лолькой в хорошем тоне, но сейчас ее помощь была очень сильно нужна.

— Что я слышу? Извращуга просит моей помощи?!

— Завались! Думаешь, оно мне хочется? Короче, мелкая… разберись с этими жмурами! Измени память людей, или вроде того… — заметив взгляд Айрис, я мысленно выругался. — За мной должок, ясно? Не знаю, что тебе в башку взбредет, но похер! Думать о будущем — не мой стиль!

— Это будет сложно, но я… богиня! Так что для меня нет почти ничего невозможного!

— Охуенно! К тому же, это тебе на руку — не придется искать новую воительницу!

— Но учти, должок за тобой будет большой! — хмыкнула Айрис, летая под потолком. — И перестань уже пялиться мне под платье, извращуга!

— Было бы еще на что пялиться… в общем, эта сучка, — показал я на Шизуку — скоро тоже будет трупом, но пока мне нужно поболтать с ней наедине. Так что… свалите все отсюда! Нужно быстрее разобраться со всем, чтобы потом спокойно отдохнуть!

— А… а как же школа? — пробормотала Мэй, поглядев на часы, которые показывали одиннадцать утра. Уроки уже давно начались, но… какая к черту сейчас школа?!

— Да в пизду ее! — рявкнул я. — Свалите уже все на кухню!

Я выдавил злобную улыбку, на которую у меня не было сил, и все девки быстро выскочили из комнаты. Закрыв за ними дверь, и повернув замок, чтобы они точно не вошли, и не увидели, чем я тут буду заниматься с Шизукой, я подошел к пленнице, и за волосы, поднял ее со стула. Правая рука у меня не работала, так что все приходилось делать одной левой.

Толкнув ее на кровать, мордой вниз, я стащил с нее юбку и трусики, которые будут моим очередным трофеем, и спустив с себя брюки, стал анально карать Шизуку. Для моей цели мне же нужно было трахнуть девок, вот я и трахал ее! Если бы у Лолы были трусы, то сейчас у меня было бы уже десять из ста, но думаю, что со дня на день мы купим ей нормальную одежду.

Закончив сзади, я за волосы перевернул Шизуку на спину, которая была ослаблена из-за моих ударов и из-за того, что в этот раз я был жестким, к тому же, это ее тело было девственным, и продолжил свое грязное дело. Причем глядя ей в глаза, из которых текли слезы.

— Что, сучка, тебе плохо, да? — прошипел я, кончив прямо в нее. — А мне пиздец, как хорошо! Но ты я думаю, и сама это понимаешь, не так ли? Я бы мог и не делать этого с тобой, но… я хочу! Хочу и буду! Да и ты заслуживаешь этого! Убила Танабэ, захватила тело Сасаки, на которую у меня были планы… еще и мою сестренку мучила!

Схватив Шизуку за волосы левой рукой, я поднял ее с кровати и швырнул на стул. Пока она, без единого звука ревела, содрогаясь всем телом, я оделся, и подошел к столу, на котором лежал один из моих ножей, тот самый, которым сучка мучила мою сестренку. Нужно было только видеть рожу Шизуки, которая была милой моськой бедняги Сасаки, когда я взял нож, и встал перед шизанутой.

— Прощай, паскуда! — прошипел я, занеся над ее головой нож. Быстрым и сильным ударом я вонзил лезвие ей в затылок. Чтобы совсем не казаться полнейшим мудаком, я не улыбался. Я вообще ничего не чувствовал. Но… кого это ебет, верно?

Немного помучавшись, одев на тело Сасаки-Шизуки юбку, я поднял ее трусики, и засунув их в шкаф, открыл дверь и вышел из комнаты. Все девки, и даже богиня, испуганно посмотрели на меня… ах, сука, походу я засветил, что сделал с Шизукой, потому что забыл застегнуть ширинку! Да и похер, зато больше бояться будут! Хотя, думается мне, что они и так догадались, даже Мэй, которая была совсем не глупая…

— Ну, типа, все! — хмыкнул я, подойдя к холодильнику, и достав оттуда бутылочку колы, с трудом открыл ее и за раз выпил почти половину. — Больше яндере можно не бояться, угу!

— Я даже спрашивать не буду… — начала Синохара, но замолкла, когда я со стуком поставил бутылку на кухонную тумбу, злобно зыркнув на нее.

— И не надо! С вами я ничего плохого делать не буду, пока вы будете слушаться меня и не пытаться навредить мне или Мэй. Против вас, учитель и Ивасаки, я ничего не имею! Да и ты, Лола… ты сделала глушитель?

— Я… — Лола замялась, отвернувшись и ища поддержку у Синохары. — Нет, не успела. Пистолет сейчас лежит разобранным в помойном ведре. Я хотела модернизировать его, потому и разобрала его полностью, а когда вошли эти… то успела лишь выкинуть его…

— Ладно, похер! Уже не так важно, будет на нем глушак или нет! Собери мне его до вечера! Я пока отдохну, а вечером мне нужно разобраться еще кое с кем!

— И с кем же? — усмехнулась богиня. — Ты уже должен мне так, как никогда не был должен ни один смертный! Но я не против! У меня есть на тебя большие планы, извращуга!

— С твоим папашей, Ивасаки! Всех ублюдков, которых мы повстречали — тех шестерых, и позавчерашних десятерых — послал он. Чтобы убить меня, ну а тебя… Пора прекращать всю эту хрень! Хоть плач, хоть стони, хоть вешайся мне на шею — этот гандон отправится в могилу сегодня же вечером!

Глава 39. Когда в дверь стучится ОН…

Не думал я, не гадал, что этот день настанет и в этой моей жизни, но… он все же случился! Мой план был прост — прийти в квартиру Ивасаки и пристрелить папашу лесбияночки. Когда я сказал ей о своем плане, она кивнула, и у нее из глаз выкатились несколько слезинок, но она не зарыдала. Вообще не понимаю, какого хера ей жалко такого отца? Как вообще можно родную дочь… а, мне не понять! И понимать не собираюсь!

Сказав девкам, чтобы сидели тихо, никому не открывая двери, и не отвечая ни на какие звонки, для чего вообще заставил их вырубить телефоны, я разложил футон на кухне, и поспав до девяти вечера, отдохнув, и кажется, наконец, выспавшись, приготовился к нападению. Пора уже было кончать с ублюдками, которые думают, что могут безнаказанно натравлять на меня всех, кого захотят!

Для того, чтобы лишний раз не остаться в долгу гребаной богини, я решил действовать по умному — отобрал у Лолы заколку, взял сумочку Мэй, в которую запихал пистолет, пускай и без глушака, и даже решил нанести себе косметику. Да, попахивает пидарством, но я не хотел сильно уж палиться. А заколка, к сожалению, не наносит на морду помаду и остальную херь…

После того, как Синохара, Мэй и Лола вдоволь поиздевались надо мной, размалевав меня словно проститутку, нанеся мне толстый слой помады на губы, тени, румянец и даже сделав мне зачем-то маникюр, а я пообещал, что отыграюсь на них по своему, кроме Мэй, естественно, я нажал на заколку, прицепив ее себе на волосы слева, и почувствовал, как по телу пробежал какой-то импульс… ну а после, я поглядел на себя в зеркало, и увидел, что на мне был одет длинный светлый парик, лифчик с наполнителем, который увеличивал мою грудь до третьего размера, черный топик, открывающий пупок, короткая черная кожаная юбка, колготки в сеточку. Красные туфли на каблуках были обычной обувью, не из заколки, так как мне наверняка придется заходить в квартиру. Мать твою… что только не сделаешь, чтобы тебя не посадили и не поймали!

И вот в таком вот наряде, в котором я был похож на похотливую, шестнадцатилетнюю шлюшку, которой прямо уже хочется взять в рот, с трудом удерживаясь на каблуках, с почти не работающей правой рукой, которой прижимал к себе сумочку Мэй, я шел по вечернему городу. Несколько раз по пути мне попадались школьники, несколько раз взрослые мужики и женщины… хе-хе, реакция у всех была разная!

Молодые парни свистели мне в след, взрослые мужики улыбались, один мужик даже остановил меня за правую руку, схватив как-раз за то место, куда шизанутая воткнула нож, и отчего я даже охнул от боли, и предложил мне зайти в переулок, начав водить по моей заднице рукой. Какого же было его удивление, когда я левой рукой наклонил его к своему лицу и ласково прошептал ему на ушко «у меня есть член!»… а затем улыбнулся своей «ангельской» улыбочкой, бу-га-га!

Он поспешил ретироваться, а я пригладив юбку на жопе, немного поправив женские иллюзорные трусики алого цвета, что были на мне надеты и из которых торчали яйца, ибо я не мог никак втиснуть их в эту узкую херь, а если втискивал, им было пипец неудобно, блин…

* * *

Дойдя до нужного мне жилого комплекса, что находился всего через дом от того супермаркета, где можно сражаться за скидки, я поднялся на четвертый этаж, и пригладив волосы, прочистив горло, позвонил в дверь.

— Че надо? — спросил папаша Ивасаки, открывший мне дверь. В одних семейниках и майке, покрытой жирными пятнами, он глядел на меня со странной похотливой улыбочкой, какой я обычно смотрю на Кавасаки. А судя по тому, что его семейники зашевелились, у него встал… Фу! Фу-фу-фу, нахер! Блять, сам не верю, что такое думаю, но что-то мне становится жалко Ивасаки…

— Н-ну, я… — как можно более смущенно начал говорить я. Мне пришлось даже потренироваться перед девчонками, и если честно… Аналь, ты ведь доволен мной, да? Потому что Мэй настолько понравилось, как я играю девушку, что она захотела, чтобы я иногда играл для нее сестренку, которую моя кузина хочет. Когда ей было десять лет, как я помню, она подошла к тёте и дяде, а мы тогда втроем сидели перед телеком, и сказала им, чтобы они шли и делали ей сестренку! Угу… Можно представить, как мне стало тогда плохо, ведь я сразу же подумал о еще одной кузине-отаку… Нахер мне такое счастье! Я, конечно, Мэй люблю, но иногда и она меня выбешивает своей ленью…

— Чего тебе, малышка? — положив мне на правое плечо свою жирную руку, улыбнулся папаша Ивасаки. В трусах торчал колышек, который он даже не скрывал…

— Я… я подруга Асуки, и проходила тут неподалеку… решила зайти к ней в гости, после работы… — пробормотал я, опустив голову вниз. Благодаря каблукам, я на пару сантиметров был выше этого педофила, но старался вести себя скромно. Судя по ботинкам в прихожей, в квартире папаша был не один. Жертв будет больше, ну да ладно…

— Асука ушла в магазин. Она скоро вернется. Не хочешь зайти, подождать? Не бойся, я тебя не обижу…

— Я… я даже не знаю… — отвернувшись в сторону, специально, я сделал шаг вперед, вступив в квартиру. Папаша Ивасаки тут же захлопнул за мной дверь, и защелкнул замок. Вот же ж… мудак обыкновенный, что обитают во всех городах!

Сняв туфли, я сделал несколько шагов в одну из комнат, которых было три, и оказался в такой грязной гостиной, где на диване сидели еще трое мужиков, лет сорока пяти, и пялились в телек. Повсюду валялись бутылки, пачки сигарет, окурки… блять, даже использованные презики! Я даже не хочу думать, на ком они использовались…

— Вот познакомьтесь, подруга моей доченьки, хо-хо, — громко произнес папаша Ивасаки, и вдруг хлопнул меня по заднице. Он обнял меня сзади, положив обе руки мне на талию, а потом правую руку повел вниз, а левую вверх. Я издал стон, когда его рука легла мне, якобы, на грудь. — Как тебя зовут, крошка?

Когда он это спросил, его дружки глядевшие на нас, как-то по-ублюдочному засмеялись, а рука папаши в тот же момент залезла мне под юбку, и его пальцы… дотронулись до моих яиц.

— Моя фамилия Кимура, — тихо прошептал я, улыбнувшись своей «миленькой» улыбочкой, выхватывая из сумочки Мэй пистолет, и отпрыгивая чуть вправо, освобождаясь от хватки папаши Ивасаки, который как раз отпустил мои яйца, делая выстрел.

Бах! — и во лбу Ивасаки Муро появляется дырочка, и он начинает падать на пол. А тем временем разворачиваюсь, и делаю еще три выстрела, прикончив на месте и дружков Муро. Я не очень хорошо стрелял из левой руки, да и к тому же не стрелял с момента перерождения в этом мире, но все же, пули попали в цели. Хотя вот один из дружков Муро умер не сразу ведь я попал ему в правое легкое, судя по тому, как он захрипел. Быстренько подлетев к нему, я приставил дуло к его лбу, и в пятый раз спустил курок. И да… предохранитель у меня был снят изначально, я же не долбоеб!

— Минус проблема, — хмыкнул я, убирая пистолет обратно в сумочку. Эх, минус пять патронов… а всего их было тринадцать. Выйдя в прихожую, я надел туфли, немного поправил одежду и выйдя из квартиры, быстренько зашагал в сторону дома. По пути я зашел в переулок, и сбросив в мусорку сумочку Мэй и туфли, нажал на заколку, и тем самым переоделся в свою обычную школьную форму, только с шапочкой, чтобы она закрыла заколку. Чтобы не было сильных подозрений, свою серьгу я оставил дома.

Засунув пистолет за пояс сзади, спрятав его под иллюзорной рубашкой, я засунув руки в карманы, медленно пошел домой, напевая в голове один опенинг из аниме.

Я был доволен, и уже точно знал, что когда вернусь, затащу в ванную Синохару, хочет она того или нет, и заставлю ее тереть мне спинку. А может и не только ее… Хм, а собственно, почему бы и Лолу туда не затащить? Я герой? Герой! Я спас своих девок, а значит заслуживаю награду!

Ки-ки-ки!

Эпилог

Сначала была темная бездна, в которую я падала, как мне казалось, вечность. Я боялась, что стану призраком, как Нацуми, но такая судьба обошла меня стороной. Она сделала мне сюрприз похлеще…

Резкий яркий свет, образовавшийся вокруг меня, когда я еще падала… резкий толчок, словно кто-то дернул меня за волосы и вот…

— Слышь, может эту возьмем? — услышала я грубый голос.

— Да ну… че-то она какая-то плоская…

— Зато цена меньше! Немного бабла сэкономим!

— Да в жопу экономию! — фыркнул второй голос. — Давай лучше ту, слева… ты посмотри, у нее функций больше, да и сиськи третьего размера! И выглядит она более… взрослой! Не пойму, какой дебил вообще решил делать сексдроидов в виде лолек?

— Ну да… ну да… хотя для любителей малолеток сойдет. Легальные лольки, хех!

Послышались шаги и наступила тишина. Медленно открыв глаза, я огляделась.

Какой-то магазин, за стеклянными витринами которого, сидят голые девушки и парни. Сидят почти не двигаясь, лишь слегка улыбаясь или махая руками проходящим мимо них людям. И парни и девушки были очень красивые, и все были разного возраста. Примерно от тринадцати до восемнадцати лет. Нет… я ошиблась. Они были не совсем голые — интимные места были обмотаны белой тканью.

Что происходит?

Опустив взгляд вниз, я увидела, что сижу в той же позе, что и остальные — на коленях, положив на ноги руки. Медленно подняв правую руку, я вдруг увидела в правом верхнем уголке зрения надпись «Энергосберегающий режим. Осталось заряда 87 %».

Ч-что?

К-какой еще энергосберегающий режим?!

Я попыталась вновь поднять руку, но тут по моему телу пробежался странный разряд, который заставил меня замереть, и уставиться в надпись, что появилась перед моими глазами.

«Режим „жизни“ отключен».

Да что происходит?!

Я хотела закричать, но не смогла издать и звука. Зато перед глазами возникла очередная надпись: «Голос отключен».

К-как мне… куда я попала?! Включите мой голос! Что это за бред?!

«Желаете включить голос? Да/нет?»

«Желаете включить режим „Жизни“? Да/Нет?»

«Предупреждение: включение функций без разрешения хозяина/продавца может обернуться серьезным последствиями, такими как: преследование полиции, полное отключение, разбор на запчасти! Желаете продолжить?»

Какое еще отключение? Какое к черту преследование полицией? Какой еще хозяин?!

Да что вообще происходит?!

Где я? Куда я попала?

Мне было страшно. Я боялась включать эти функции, пока не разберусь, что происходит! Мне нужны ответы на мои вопросы, которых было множество! И только на один вопрос «Кто я?» у меня был ответ…

Я — Танабэ Юки.

Однако, когда я подумала о своем имени, перед глазами встала надпись: «Ваш серийный номер 5897003; класс — сексдроид; имя — не зарегистрировано».

Content

Леонид Антонов
ОЯШ

Пролог

Арка 1. Новичок

Глава 1. Первый день в новой школе

Глава 2. Призрак мужского сортира

Глава 3. Бешенство призрака и грузовик

Глава 4. Новый член клуба

Глава 5. Что, маньяка подослали?

Арка 2. Проклятие предпоследней парты

Глава 6. Дело было в раздевалке…

Глава 7. И кто теперь жертва?

Глава 8. Долой проклятие!

Арка 3. Звездная воительница

Глава 9. Богиня благословила меня!

Глава 10. Звездная воительница

Глава 11. Члены школьного совета

Глава 12. Призрак переулка

Арка 4. Сильнейший ученик старшей школы Святой Марии

Глава 13. Я просто Бэд Бой!

Глава 14. Доминируй. Властвуй. Унижай

Глава 15. А директор-то, тот еще мудак!

Арка 5. Выходной

Глава 16. Итс э трап!

Глава 17. Девятый «палец»

Арка 6. Началась вторая неделя…

Глава 18. Пьяный у ворот!

Глава 19. Как Кимура и Миямото вызвали женщину

Глава 20. И пришел ОН…

Арка 7. Ничем не примечательные вечера

Глава 21. Самый обычный вечер

Глава 22. Безумие, как оно есть

Глава 23. Хентай-хоррор с тентаклями

Арка 8. Вечерняя распродажа

Глава 24. А крышак поехал, угу!

Глава 25. В квартире Синохары

Глава 26. Битва за скидки 90%

Арка 9. Незапланированный выходной

Глава 27. Куда же без похода в бассейн!

Глава 28. Шизанутая Шизука

Ответвление 1

Арка 10. Шестнадцать дней спустя

Глава 29. Крутой учитель Нисимура

Глава 30. Миямото VS Сакамото

Арка 11. Падшая с небес

Глава 31. Видения прошлого

Глава 32. После тренировки

Глава 33. «Пятый размер» № 2!

Ответвление 2

Арка 12. Собираем трофеи

Глава 34. Очередная в хате!

Глава 35. Седьмой «палец»

Глава 36. Не связывайтесь с Кимурой!

Глава 37. Погребенный заживо

Арка 13. Kimura’s Time

Глава 38. Сладенькая месть!

Глава 39. Когда в дверь стучится ОН…

Эпилог