Наталья K

Помраченный город

Глава 1. Маг Огня

Как приятна утренняя прогулка в лесу! Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, согревают лицо. Лесная подстилка хрустит под ногами, чирикают птички… А если рядом с тобой еще и красивая девушка…

— И что ты здесь стоишь? Я ведь сказала заняться периметром, ты уже закончил его?

Правда, когда на часах пять утра, а ты, не выспавшийся и продрогший до костей в проклятом тумане, вынужден исполнять приказы придирчивой мегеры с голосом хуже крика василиска в брачный период, то прогулка становится изощренной формой наказания, а не приятным времяпрепровождением.

Тот, к кому обратились, с неохотой обернулся. Это был молодой маг, облаченный в прилегающие красно-бордовые одежды, поверх которых надета легкая броня, выкрашенная в цвет костюма. Каштановые волосы слегка взлохмачены, а нос вздернут. Примечательной чертой в его облике были глаза — ярко-оранжевые, как у кошки или совы. Звали обладателя необычных глаз Дармер.

— Да, Адель, я как раз в процессе, — вздохнув, ответил юноша высокой рыжеволосой девушке, одетой в те же одежды, что и он.

На самом деле парень даже не приступал к работе, но докладывать об этом не собирался — себе дороже. К сожалению, на слово ему не поверили, и уже через полминуты Дармер имел сомнительное удовольствие выслушивать гневную отповедь своей хорошенькой спутницы, нестерпимо желая пойти и утопиться. Или хотя бы заткнуть уши.

— …ленивый, безответственный, безмозглый… — Адель задохнулась, не находя слов, чтобы описать напарника. — За это время ты уже должен был проложить сигнализацию по всему периметру! Покажи мне хотя бы один законченный участок! — она завертелась на месте, словно пыталась высмотреть несуществующую полосу заклинаний. При этом она довольно ощутимо хлестнула Дармера волосами по лицу. — Чем ты целый час тут занимался? — вновь принялась наседать Адель.

От переполнявшего негодования ее лицо раскраснелось, раскосые серые глаза сверкали, а длинные рыжие волосы бешеным пламенем разметались по плечам. Девушка и впрямь была очень красива. Но вспыльчивого характера это не искупало, о чем замечтавшемуся парню напомнили в весьма грубой форме. А рука у нее тяжелая…

— Ты меня что, не слушаешь?!

«Оправдываться не стоит, только хуже сделаю, — подумал Дармер, потирая горящую огнем щеку. — Нужно ее как-то отвлечь. Может, свалить всё на другого?»

— Почему чуть что — сразу я? — отозвался он голосом несправедливо обиженного. — Лонган до сих пор не вернулся, а ему было поручено куда меньше работы, чем мне!

— У Лонгана, в отличие от тебя, есть чувство ответственности! — отрезала Адель. А затем, подумав, добавила: — Хотя что-то его, в самом деле, давно нет. Пойди к нему и проверь. Хотя нет, стоп, — передумала она, — пойдем вместе.

Дармер, радуясь уходу от скользкой темы, с готовностью пошел за ней в лагерь, где третьему участнику команды было велено установить несколько ловушек на случай появления там незваных гостей. Это простое, по сравнению с проведением трижды клятой сигнализации, задание досталось Лонгану из-за меньшего, чем у товарищей, энергетического запаса. По времени он уже должен был закончить возложенную на него миссию.

Лонган и впрямь обнаружился в лагере. Вот только когда другие члены команды его там оставляли, он ходил на своих двоих, а не лежал ничком на лесной подстилке.

— Отряд не заметил потери бойца, — хохотнул Дармер, когда они с Адель подошли ближе к не подававшему признаки жизни товарищу.

— Сейчас не до дурацких шуток! — рявкнула рыжеволосая. Она была сильно обеспокоена. Склонившись над Лонганом, девушка тихо произнесла: — На нем нет следов магии.

— Неужели подкрались сзади и тюкнули по голове? — спросил Дармер с ехидным смешком. — Вот посмеемся над ним, когда он очнется!

Адель вскинула голову с явным намерением высказать все, что она думает о бестолковом напарнике, но внезапно ее взгляд сместился в сторону, за спину сокомандника.

— Ложись! — крикнула она и тут же рухнула вниз, упав рядом с Лонганом.

Дармер незамедлительно последовал ее примеру — шутки шутками, а получить чем-нибудь неприятным, например, огнем, не хотелось. И точно: не успели они залечь, как над их головами пролетели три Огненных Шара и скрылись в лесной чаще. Спустя пару секунд грянул оглушительный взрыв.

Едва опасность миновала, Дармер с Адель вскочили и, не сговариваясь, побежали в сторону, противоположную той, откуда прилетели Шары, к деревьям — нужно было скорее убираться с открытого участка, где они как на ладони. Но ребята недооценили коварство противников. Все три Шара прилетели из одной стороны, и товарищи ни на секунду не усомнились, что там-то и засели враги. Правда, в тот момент обоим было не до рассуждений, ноги сами несли их в место, где можно было укрыться. Чем противники и воспользовались.

Дармер и Адель поняли свою ошибку, только когда навстречу стрелой вылетел сгусток пламени, в котором при приближении они узнали огненную ящерицу Саламандру. И, судя по свисту за спиной, сзади летела еще одна. Дармер поспешно свернул с их пути, побежав в другом направлении. Но огненные рептилии не повторили участи погибших Шаров и, сменив курс, понеслись следом. В отличие от предыдущих заклинаний, Саламандры умели преследовать противника. Уклоняться от них бесполезно, а защита двух Саламандр не выдержит, да и ставить уже некогда. Но Дармер, сделав рывок, успел добежать до деревьев. Спрятавшись за стволом, он с удовлетворением услышал, как два огненных сгустка разбились о кору, оставляя на ней подпалину. Преследовать эти ящерицы могли, а вот огибать препятствия не научились.

«А ведь обе Саламандры выбрали целью меня, — подумал Дармер. — Адель побежала совсем в другую сторону, но они даже не попытались погнаться за ней».

Похоже, их противники решили воспользоваться эффектом неожиданности и вывести из строя более слабого соперника, коим был юноша, а потом задавить Адель количеством. Вот только Дармер, хоть и слабее Адель, однако сам далеко не слабак, несмотря на то, что, как верно заметила рыжеволосая девушка, ужасный лентяй.

«Придется сильно их разочаровать — так просто, двумя Саламандрами, меня не одолеть», — подумал парень, усмехаясь. Но затем в голову пришла неожиданная мысль — что, если враги и не собирались приканчивать его так скоро…?

Мозг начал лихорадочно соображать, а, что бы там не говорила Адель, он у Дармера был, пусть тот и пользовался им не часто, только когда сильно прижмет. Времени на раздумья почти не было, и мысли с бешеной скоростью роились в голове. Но чем больше Дармер размышлял о действиях противника, тем более странными и запутанными они ему казались. Если враги на самом деле собирались убрать Дармера из игры, то использовать Саламандр было полнейшей глупостью. Эти заклинания полезны на открытой местности, где цели негде спрятаться, но никак не в густом лесу, в котором ящерицы размажутся о первое дерево, за которое спрячется противник. Что и произошло.

Быть может, их противники просто глупы и наивны, раз сделали столь бессмысленный ход? Но ведь они смогли найти его команду раньше, чем те успели подготовиться к появлению врагов, и проникли в лагерь, минуя оборонные сооружения. Эта команда отправила в беспамятство Лонгана и подготовила засаду для Дармера с Адель, использовав их товарища как приманку. Теперь у врагов преимущество: они видели противников и знают об их возможностях, а те о них не знают ничего. Нет, они точно не глупы.

А значит, остается лишь одно объяснение — трюк с Саламандрами был нужен, чтобы разделить Дармера и Адель. Теперь они не могут согласовывать действия, и противники устранят их по отдельности.

«Должен признать — у них на руках все козыри, — подвел неутешительный итог Дармер. — А что же тогда остается делать мне? Разгадать их тактику и импровизировать, конечно же!»

Врагов трое, а состав команды такой же, как и у Дармера: сильный, средней силы и слабый. Но Адель сильнейшая не только в своей команде, а среди всех возможных противников. Это означало, что «номер один» из команды соперников сосредоточит все внимание на ней. Никто другой в поединке с Адель не продержится и минуты. С остальными сложнее. Возможно, они разделятся, и тогда один отправится на помощь сильнейшему, а второй вступит в бой с Дармером. Или другой вариант: они оба быстро разделаются с магом, пока главарь выигрывает время, задерживая в бою Адель, чтобы потом, навалившись втроем, не оставить той и шанса.

Последняя версия показалась Дармеру наиболее вероятной, поскольку одолеть его самого получится только вдвоем. Оставалось придумать, как расстроить их планы. Если он нападет первым и выведет из строя одного противника, то сравняет счет и спокойно расправится со вторым, не дав ему прийти на помощь главарю. А уж с тем Адель сама справится. В поединке один на один против девушки ни у кого нет шансов!

Врагов необходимо найти раньше, чем те найдут его. У Дармера имелось на примете два места, из которых предположительно летели заклинания. И сторона, откуда пускали Шары и одну Саламандру, ему была больше по душе. Во-первых, там уже потратились. А, во-вторых, сильнейший из вражеской команды не стал бы так бездумно расходовать энергию перед боем с Адель.

Приняв решение, Дармер начал действовать. Выскочив из-за дерева, он хотел уже бежать в выбранном направлении, но вдруг место у корней, где стоял маг секунду назад, разорвалось комьями земли и огнем. Обернувшись, он увидел на ветвях соседнего дерева рыжего конопатого парня, который, как и сам Дармер, входил в группу среднячков. Его имени юноша не помнил, да и не собирался вспоминать. Сейчас голову Дармера заполоняли совершенно другие мысли.

«Они даже угадали, где я буду прятаться, и устроили засаду! — изумлялся он. — Это кто же такой умный все настолько хорошо просчитал?»

Но размышлять над этим вопросом было несколько несвоевременно, и Дармер ринулся в сторону слабейшего противника. Теперь он знал это точно. Неприятель за спиной попытался его остановить, но Дармер уже юркнул за деревья и петлял между ними, потому достать мага не было никакой возможности.

Долго бежать не пришлось. Противник, а точнее, противница сама нашла его, выскочив навстречу из кустов. Ее имя, как и всех девушек на курсе, Дармер знал — Пристина. Это была длинная и тощая девчонка с серо-русыми волосами до плеч. На лицо симпатичная, особенно выделялись зеленые глаза, становившиеся желтыми у самого зрачка. Но рядом с той же Адель она была серой мышью. Сам Дармер на дух не выносил Пристину из-за отвратительного характера. «Самомнение у нее бьет через край. А когда оно прилагается к почти отсутствующим способностям — это такое жалкое зрелище, согласись?», — когда-то сказал о ней Дармер в разговоре с однокурсником.

Едва завидев противника, девчонка тут же запустила в него Огненным Шаром.

— Сдохни, тварь! — прокричала она. С манерами у нее тоже было не ахти.

Пристине бы потянуть время, пока их не догнал напарник, а не пытаться победить Дармера в одиночку. Да и Шар был гораздо меньше тех, что атаковали ребят вначале — ее силы явно уже на исходе.

От огненного сгустка Дармер с легкостью увернулся, пустив в ответ свой, раз в пять больше. Увернуться так же легко Пристина не могла, и ей пришлось падать на землю, грязно при этом ругаясь. Дармер хотел воспользоваться шансом и добить ее, но внезапно их прервали.

Из-за деревьев вырвалась гигантская волна пламени, уничтожая все на своем пути. Магу пришлось срочно ретироваться, чтобы не угодить под нее. Когда пламя схлынуло, стало понятно, откуда оно взялось: Дармера чуть не накрыло стихией другого боя. Сквозь горящие островки, бывшие некогда деревьями, он увидел Адель, чьи волосы пламенели не меньше беснующегося вокруг огня, а когда дым понемногу начал стихать, и ее противника.

Разом отпали все вопросы. Кто смог так быстро их найти? Кто смог придумать столь эффективную засаду? И, наконец, кто смог заставить работать в команде обычно неуправляемую Пристину? Ответ: Гиртаб, занимавший почетное второе место по силе после Адель, но по хитрости и коварству дающий ей сто очков вперед. И трудно передать словами, какую лютую злобу он испытывает к тем, кто его хоть в чем-то превосходит. Не приходилось сомневаться, что Гиртаб будет из кожи вон лезть, только чтобы разгромить Адель и ее команду. Худшего противника и придумать сложно!

Теперь Дармер был последней надеждой на победу. Нужно во что бы то ни стало убрать из боя всех сокомандников Гиртаба. Без помощи товарищей тому не на что рассчитывать — он еще ни разу не побеждал Адель в поединках.

Дармер принялся искать свою противницу. Пристина обнаружилась чуть поодаль. Судя по ее виду, девчонке тоже пришлось уходить от пламени, вызванного то ли Адель, то ли Гиртабом, и она не сильно в этом преуспела. Похоже, Пристина использовала остаток своих сил, чтобы защитить тело от огня, и теперь безуспешно пыталась подняться с колен, упираясь в землю дрожащими обожженными руками. Дармеру даже стало ее жаль. Но ему плачевное состояние противницы на руку — сейчас ей хватит одного Огненного Шара.

Однако Дармеру опять помешали: на просеке появился третий враг, про которого юноша уже позабыл, и помчался к ним. И едва не влетел во взметнувшиеся прямо перед ним языки пламени.

«Не так быстро, я с твоей подружкой еще не закончил. Вот разберусь — и тобой займусь, а до тех пор посиди за Стеной Огня и подумай, как ее преодолеть», — усмехнулся Дармер.

До Пристины было слишком далеко для прицельного удара Огненным Шаром, и Дармер поспешил сократить расстояние между ними. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как ноги провалились куда-то вниз, а мир вокруг полетел вверх. Последнее, что Дармер запомнил, будто кто-то крикнул:

— Идиот!

Или ему показалось?

* * *

Как выяснилось позже, не показалось.

— Идиот! Кретин! Полудурок! — не скупилась на нелестные эпитеты Адель.

У Дармера тоже нашлась бы парочка для нее, «лохудра», например. И ведь ни капли бы не приврал, именно так она сейчас и выглядела. Однако с его стороны было бы чистым самоубийством сказать такое напарнице, пребывавшей в самом дурном расположении духа.

— Как, ну как можно было угодить в собственную ловушку?! — не унималась Адель.

«Могла бы и не напоминать», — с раздражением подумал Дармер, которого итак последние полчаса неустанно тыкали носом в его провал (и в прямом, и в переносном смысле) все, кому не лень. Особенно старались недавние противники. Больше всех ухмылялась Пристина. Силы у нее немного восстановились, руки ей вылечили, и девчонка снова превратилась в комок ехидства и наглости.

— И это ты называл меня слабой? — с ударением на «ты» сказала Пристина, скалясь. — Может, я не самая сильная, но врагу придется хоть немного напрячься, чтобы победить. А против тебя и делать ничего не нужно, достаточно стоять и ждать, когда ты победишь себя сам.

Ее команда расхохоталась. Смеялся даже рыжий парень, имени которого Дармер так и не смог вспомнить. А ведь всегда вел себя так молчаливо и тихо, что мало кто обращал на него внимание.

Гиртаб, жилистый юноша со светлыми волосами, смеялся негромко, с надменной улыбкой на красивом лице.

— Признаться, я даже не думал, что подобное возможно. С таким союзником никаких врагов не надо. Это так нелепо, что я готов отказаться от победы над тобой, — сказал он Адель. — Ты и без того достаточно унижена.

Грязное, в саже лицо девушки перекосила гримаса. В битве ей немало досталось.

«Она мне этого никогда не простит, — обреченно подумал Дармер. Про себя он костерил себя последними словами: — Это ж надо было попасть в яму-ловушку, которую успел поставить Лонган перед тем, как его уложили поспать! Последним олухом себя чувствую».

Оставшись одна, Адель сделала все, что могла, но Гиртаб, лишь немногим уступавший ей в силе, вместе с подоспевшим товарищем просто раздавили ее.

— Вообще-то ловушку ставил не я, а Лонган, — попытался Дармер хоть немного оправдаться, указывая в сторону приведенного в сознание и скромно стоящего в стороне третьего члена отряда, невзрачного русоволосого паренька, который провалялся лицом вниз весь бой. Ему сильно повезло, что разборки Адель и Гиртаба проходили в стороне от его бесчувственного тела, а то от него даже пепла бы не осталось.

— А для чего мы вчера весь вечер просидели над картой лагеря, с ловушками, с периметром, по которому ты должен был проложить сигнализацию?! — взвилась Адель, которая была просто вне себя. Дармер начал жалеть, что вообще заговорил. — Именно для того, чтобы самим не попасть в них и попытаться заманить противника! Но ты как всегда все пропустил мимо ушей!

«А нечего было вчера вместо формы надевать кофту с таким глубоким… что много чего видно было. Я удивляюсь, как Лонган все запомнил!» — возмутился про себя Дармер. Вслух он свои возражения, естественно, озвучивать не стал.

— Что ж, — заговорил молчавший до сих пор седьмой участник разговора и безмолвный наблюдатель недавних событий, учитель по практике Арктур Триостражник, а также Глава Замка Огня. Это был высокий мужчина средних лет с короткими растрепанными волосами цвета темного золота и квадратным подбородком. Его лоб испещряли морщины, но голубые глаза все еще ярко сверкали, а на губах блуждала добродушная улыбка. — Подведем итоги вашей практической работы в условиях, близких к боевым.

«Близких к боевым?!» Похоже, этот вопрос занимал не только Дармера. Посмотрев на лица учеников, Арктур пояснил:

— Потому что в реальном бою за вами не будет следить опытный маг, готовый в любой момент вмешаться, если ваша жизнь окажется в опасности. Это вы сумели обойтись без моей помощи, а вот кое-кто из групп, что проходили испытание вчера, без пригляда не отделался бы мелкими травмами. И сегодня, уверен, много кого придется спасать.

Ни команде Адель, ни Гиртаба ничего об этом известно не было. Вероятно, для того, чтобы они, как в настоящем бою, не рассчитывали на чужую помощь.

— Итак, — продолжил Арктур, закладывая руки за спину и покачиваясь на носках. — Напоминаю, что задачей первой команды было поставить лагерь и подготовиться к атаке противника. Второй команде требовалось отыскать лагерь и захватить его. Побеждает та команда, что сумеет полностью обезвредить противника и сохранить «в живых» хотя бы одного члена группы. И я поздравляю с победой команду номер два! Вы захватили лагерь противной стороны, потеряв при этом лишь одну боевую единицу. Это хороший результат для второкурсников. С вас мы и начнем «разбор полетов». Гиртаб, ты — выше всяких похвал! Сумел не только быстро обнаружить лагерь, но и провести на вражескую территорию свою команду, обезвредив при этом одного противника, а также правильно воспользовался ситуацией, создав засаду для остальных. Хотя я ничего другого от тебя и не ждал. Твоя смекалка и умение любую ситуацию поворачивать в свою пользу всегда поражала меня.

С каждым словом учителя самодовольная улыбка Гиртаба становилась шире, а золотистые глаза светились гордостью. Адель, наоборот, мрачнела и тускнела. Ее репутация лучшего ученика Замка Огня трещала по швам.

— Ты многого достигнешь, если продолжишь в том же духе. Теперь ты, Ренет, — обратился Арктур к рыжему веснушчатому парню, имени которого Дармер не помнил. А, может, и вовсе не знал. — Ты тоже хорошо проявил себя и во время засады, и в бою. Хотя мог бы быть и порасторопнее, — Ренет кивнул, принимая замечание, и рыжие патлы упали ему на лицо. — Пристина, ты меня удивила. Идеальная работа в засаде, хотя у меня есть подозрение, что немалую роль в этом сыграло правильное руководство Гиртаба, потому что без него ты опять начала делать глупости.

Пристине сильно хотелось что-то возразить Арктуру, но взгляд Гиртаба не давал ей сделать этого. Он, в самом деле, имел над ней какую-то поистине магическую власть.

— Вместо того чтобы дождаться Ренета, ты принялась самостоятельно атаковать превосходящего тебя противника! К тому же не следила за обстановкой, из-за чего и угодила под огонь. Однако, думаю, с умелым лидером, таким как Гиртаб, из тебя выйдет толк. Переходим к проигравшим. Адель… Не расстраивайся. Ты сделала все, что было в твоих силах. Ты сражалась до последнего. Поверь, в проигрыше не было твоей вины. Поражения случаются у всех, даже у лучших. И я, если честно, рад, что с тобой это произошло сейчас, на учебном задании, а не на боевом — было бы гораздо хуже… Лонган, насчет тебя многого сказать нельзя, кроме того, что ты хорошо усвоил уроки создания ловушек. Что плавно переводит нас к последнему участнику нашей беседы, — голосом конферансье, который объявляет «гвоздь программы», произнес учитель и сделал паузу. Дармер кожей почувствовал, как над ним сгущаются тучи. — Ты тоже сегодня отличился, Дармер.

Тот в недоумении поднял глаза, остальные выглядели не менее удивленными. А Арктур продолжал:

— Да… — многозначительно протянул он, — эти два года ты так старательно «радовал» меня своими «успехами», что я думал, ты не сможешь уже выкинуть нечто такое, чтобы я удивился еще больше. Ан нет, смог, выдал «сюрприз» под конец года.

Вторая команда уже не могла дышать от смеха, даже Гиртаб сбросил свою обычную маску надменности и искренне хохотал. Адель же было не до смеха, а Лонган в солидарность со своей, пусть и временной, командой, гасил все порывы рассмеяться, хотя по его лицу было видно, что ему очень этого хотелось.

— Будем разбираться по порядку, — продолжил Арктур уничтожать чувство собственного достоинства Дармера. — Сначала ты ничего особенного не показал. Всего лишь провитал в облаках целый час вместо того, чтобы устанавливать сигнализацию. А ведь если бы ты ее все-таки провел, может, вторая команда и не смогла бы проникнуть на вашу территорию. Хотя… нет, к тому времени, когда ваш лагерь обнаружили, ты бы не успел обработать весь периметр, а Гиртаб сумел бы найти лазейку, я уверен. Так что проступок этот мы тебе, так уж и быть, спишем. Дальше вы заметили пропажу товарища, пошли его проведать и попали в засаду. И тут ты меня удивил. Не так, как обычно, а по-настоящему. Ты смог разгадать стратегию противника с помощью одной лишь логики. Нашел Пристину, совершенно верно предположив, что нужно поодиночке выбивать своих противников, предоставив Адель разбираться с Гиртабом. Ты сумел повернуть изначально невыгодную ситуацию в свою пользу, ты смешал противнику все карты, ты почти принес команде победу! Но в конце совершил роковую ошибку. Вот скажи мне, зачем ты побежал добивать Пристину?

Дармер не нашелся с ответом. «Что?»

— Она уже не была способна на дальнейшие боевые действия, уже считалась выбывшей! Тебе следовало сосредоточить свое внимание на Ренете, с твоим объемом энергии победа была у тебя в кармане! А потом, если так хотелось, добивать Пристину. И уж тем более не следовало попадать в ловушку товарища! За все годы преподавания я ни разу не видел ничего подобного!

«Н-да, с какой стороны ни посмотри — везде виноват я один», — повесил голову Дармер. Лучшего способа провалиться на испытаниях и придумать нельзя, и будь это все подстроено, он мог быть сейчас собой доволен. Но, по закону подлости, в этот раз Дармер хотел победить. Ведь он не только себя, но и других подставил. Посмотрев на Адель, Дармер увидел, что она сверлит его взглядом. Открывшиеся факты ничуть ее не успокоили, наоборот — еще больше разозлили. Теперь она узнала, как была близка к победе. Пожалуй, если бы Дармер все сделал неправильно, Адель и то восприняла бы это более спокойно.

— Ну, на этом закончим, — прервал учитель невеселые мысли Дармера. — Можете возвращаться в замок. Я весь день буду на испытаниях других команд, поэтому на сегодня все свободны. Постарайтесь с толком использовать это время, чтобы как следует отдохнуть, завтра у нас с вами трудный день, — после этих напутственных речей он попрощался и вывел обе команды на тропу.

Пожелав Арктуру удачного дня, ученики нестройными рядами пошли в обратный путь по лесной тропинке. Дорога много времени не заняла, и вскоре лес расступился, явив взору когда-то роскошный белый, а теперь потемневший с осыпающейся штукатуркой особняк — Замок Огня — в котором все шестеро вот уже два года просиживали форменные темно-красные штаны на лекциях и учились искусству управления Огнем. О том, насколько успешно, можно было судить по полностью выжженной земле перед фасадом. Как на грех, представители разных стихий на начальных курсах учились порознь. Здесь бы не помешали ребята из Земли или хотя бы из Воздуха, чтобы разогнать смог, плотным занавесом висевший над особняком круглый год.

Бывшую вторую команду, молчавшую всю дорогу, будто прорвало. Говорила в основном Пристина, время от времени поглядывая на Гиртаба, тот снисходительно смотрел на нее, но отвечал и даже улыбался. Вечный молчун Ренет тоже пытался участвовать в разговоре. И можно было почти с уверенностью сказать, что их сегодняшняя победа не станет единственным воспоминанием, связывающим этих троих. Так и зарождается дружба, а, может, и что-то большее…

Дармер покосился на свою команду. Лонган вежливо попрощался и оставил теперь уже бывших товарищей, а Адель… Она повернулась к Дармеру с явным намерением что-то сказать… но, подумав, лишь махнула рукой и пошла следом за Лонганом. А Дармер так и стоял на опушке, смотря на ее худощавую фигуру, на ее длинные огненного цвета волосы, ярко пламеневшие в лучах восходящего солнца, и думал. Пожалуй, теперь можно навсегда забыть о желании пригласить ее на свидание.

Глава 2. Непредвиденный исход

— Приветствую вас, ученики, — с этих слов Арктур на следующий день начал практическое занятие.

Урок как обычно проходил на выжженной площадке перед особняком, где стояла, выстроившись в шеренгу, вся группа второкурсников. Они были одеты в форму, которая в Замке Огня отличалась насыщенным алым цветом водолазки с воротом и более сдержанным бордовым — штанов. Форменная одежда также включала сапоги с высоким голенищем, в которые заправлялись штаны, и легкую броню. Назначение последней было почти символическим: служила она в основном для закрепления заклинаний, потому что на ткани они держались плохо и становились недолговечными. Главное заклинание — это, конечно же, щит, без которого половина учеников вообще не доживала бы до выпуска. Он включался, когда ученик был уже не в состоянии защитить себя сам, и чужой призыв настигал его. Щит напитывался энергией носителя и защищал до тех пор, пока она не исчерпается. После этого заклинание исчезает, и его надо ставить заново. Помимо щита доспех был оснащен и другими заклинаниями, но уже небоевого назначения — например, повышенной прочности, нержавейности металла и некоторыми другими.

Преподаватель, одетый в длинную тяжелую темно-красную мантию из бархата, неспешно прохаживался перед рядами, заложив руки за спину.

— Тем, кто не знает, сообщаю, кто знает — напоминаю. Это последнее занятие не только в этом учебном году, но и в Замке Огня, со мной в качестве преподавателя.

По рядам прокатился удивленный гул.

— Как последнее? А следующий курс? — слышались отовсюду возгласы.

— Да, я знаю, что по учебному плану Варнорта вам здесь учиться еще год, а уже потом, после третьего курса, начинается полугодовая практика. Но наш Старейшина пересмотрел этот план, и практика у вас начнется уже через несколько дней. Да и все время вашего обучения Варнорт подверг изрядному сокращению.

— Но почему? — воскликнула Адель. — Учебный план не менялся сотни лет! Почему это сделали теперь? Как мы будем осваивать программу, рассчитанную на пять лет обучения? — остальные ученики поддержали ее нестройным гулом.

— На первый вопрос ответ простой: в связи с нынешней обстановкой в мире. Война еще не закончилась. И хотя сейчас крупные стычки случаются редко, так будет продолжаться не всегда.

Война, о которой говорил Арктур, началась несколько лет назад и стала первым крупным столкновением за очень долгий срок. Более семисот лет минуло со дня окончания прошлой войны, унесшей множество жизней и причинившей катастрофические последствия для всего мира. Но она также объединила весь мир: прежде разрозненные племена самых разных народов сплотились перед лицом врага и после победы не стали возвращаться к тому, как было прежде. Они создали Триединство: союз трех государств на трех континентах, и возглавили их трое бессмертных Старейшин.

Во главе государства магов, заселивших западный континент Земля Вечного Огня, встал Гефест Кандаон, сын одного из героев войны. Восточную часть света, Землю Каменных Цветов, заняла цивилизация азарларов, возглавляемая принцессой Мистихт Кранх. А на южном континенте, Земле Иных Миров, расселились оставшиеся народности всех видов и мастей. Их отдали под руководство созданного магией существа, нареченного Гимнур Спинорог.

Новый порядок принес мир и спокойствие на долгие семь веков. Поэтому грянувшая весть о новой войне была равносильна грому среди ясного неба. Никто этого не предвидел, никто сперва не мог поверить. Но все оказалось правдой.

Некоторым жителям Земли Иных Миров не нравились ни их правитель, ни новые порядки. Сказать по правде, они и сами мало кому нравились. Многие называли их однозначно и прямо — монстры. Кровожадные чудовища. Отныне закон запрещал убивать любых обладающих разумом существ, и некоторым это правило было совсем не по нутру. Веками эти твари ели мясо и пили кровь разумных, а теперь им приходилось довольствоваться животными. Конечно, находились те, кто плевал на правила, но их выслеживали и либо убивали, либо надежно запирали.

Не только одиночки вносили разлад в общественный порядок, случались и бунты. Иногда они были настолько сильны, что Старейшине Спинорогу приходилось через Гефеста Кандаона обращаться за помощью в Варнорт, военную организацию государства магов. Бунты подавлялись, но это был лишь вопрос времени, когда вспыхнет следующий.

Однако вскоре у Гимнура Спинорога появился неожиданный помощник. Гильдия, изначально создававшаяся как торговая организация, за сотни лет существования разрослась и раскинула сети по всей Земле Иных Миров. Благодаря своему влиянию, она взяла на себя часть обязанностей Старейшины и помогала поддерживать мир и порядок на материке. В конечном итоге Гильдия стала чем-то наподобие Варнорта у магических народностей. Она сама решала почти все проблемы в государстве, да так успешно, что мятежи быстро пресекались, возникали все реже и реже, а затем… вовсе прекратились. Никто не знал, как Гильдия этого добилась, а она не спешила делиться секретами. Но Гимнур Спинорог видел результат, и его, уставшего от бесконечных бунтов, все устраивало. И Старейшина отдал в руки организации почти все бразды правления.

Лишь несколько лет назад, когда Гильдия открыла миру свои истинные намерения, все, наконец, узнали, как ей удалось усмирить монстров. Целью организации было свержение Старейшин и установление собственного порядка. А чудовища встали на ее сторону, поскольку Гильдия пообещала, что в мире, где она станет править, не будет глупых законов, которые запрещают есть разумных. Но чтобы добиться этого, монстры должны были до поры до времени вести себя смирно и не привлекать внимания Старейшин к тому, что делает Гильдия, которой требовалось время для подготовки к войне.

А когда война была, наконец, объявлена, чудовища с большой охотой присоединились к войску Гильдии. Прежде, во время бунтов, они быстро проигрывали из-за плохой организации, отсутствия стратегии и тактики. Но теперь, под руководством Гильдии, они показали все, на что способны, и доставили немало проблем объединенной армии Варнорта и азарларских воинов. Несмотря на численное превосходство, их альянсу так и не удалось победить Гильдию.

После двух лет активных боевых действий противники настолько истощили свои силы, что сражения постепенно сошли на нет. Обе стороны негласно решили взять паузу в войне.

— Рано или поздно сражения с прежней силой вспыхнут по всему миру, — продолжал Арктур, — и Варнорт должен быть к этому готов. Сейчас нам необходимо по максимуму использовать передышку для наращивания боевой мощи. Старейшины уверены, что Гильдия поступает также. И кто знает, что она собирается нам противопоставить. Поэтому сокращение учебного времени — вынужденная мера. Вам придется усваивать знания более быстрыми темпами… если хотите выжить на войне.

С каждым словом Арктура Дармер все больше мрачнел. Он, разумеется, знал о войне и о его в ней участии как боевого мага, однако до последнего надеялся, что к моменту выпуска из Варнорта она уже закончится. Но теперь может статься, что его, вопреки надеждам, вскоре затянет в воронку под названием «война».

Остальные не меньше парня были ошарашены новостями и подавлено молчали. Хотя большинство учеников, в отличие от самого Дармера, пришли в Варнорт добровольно, вряд ли они мечтали оказаться на поле боя так скоро, тем более, без должной подготовки.

— Завтра, — как ни в чем не бывало продолжил учитель, — вы навсегда покинете Замок Огня и отбудете в Катверн, где вас распределят по местам практики. Но это будет завтра. А сейчас переходим к занятию. Так как оно у вас со мной последнее, покажите мне все, чему научились за два года!

Уроки у Арктура разнообразием не отличались: ученики либо разучивали новые заклинания, либо практиковались их применять. Вчерашнее испытание было исключением, приятным разнообразием в бесконечной череде тренировок. Хотя если пришлось бы выбирать между этими занятиями и нудной теорией, которую им вбивали в головы все остальное время, то нет нужды говорить, чему отдали бы предпочтение воспитанники Замка Огня.

Большинству учеников нравились поединки, причем смотреть, как сражаются другие, даже больше, чем драться самим. Дармер соглашался, что после изучения нового заклинания интересно посмотреть на его действие со стороны. Да и самому затем опробовать тоже хочется. Но, по его мнению, через пару-тройку занятий это зрелище начинало приедаться.

Ученики изучали только боевые заклинания, относящиеся к огненной стихии, которые назывались «призывы Огня». Было еще три Замка, принадлежащих Варнорту, в которых учили тех, кто рожден со стихиями Воздуха, Воды и Земли, и там также обучали только стихийным заклинаниям. Однако, помимо них, существовало множество «нейтральных» боевых заклинаний, то есть не связанных ни с одной стихией, вроде той же сигнализации. Неизвестно почему, но в Замках их почти не изучали. Возможно, они были слишком сложны для второкурсников.

Однако и призывов они прошли не так уж много. А после того, как ученики овладели призывом Саламандры, стало и вовсе неинтересно смотреть на поединки из-за их скоротечности. Сказалась особенность стихии Огня: у этой сферы самые мощные призывы для нападения и… самая хлипкая защита. При великом множестве разрушительных атак, у стихии Огня имелось всего два-три призыва для обороны. Но и они не шли ни в какое сравнение с барьерами Воздуха или стенами Земли. В скудном арсенале учеников был только один защитный призыв — Стена Огня. Однако она никогда не пользовалась популярностью из-за энергоемкости. А против Саламандры так и вовсе стала бесполезной. Чтобы закрыться от огненной ящерицы, призыва со сложной структурой, требовалось энергии в десяток раз больше, чем вложил создатель Саламандры в свое творение. Проделать такое были способны лишь те, у кого объем энергии много выше среднего. Да и они оставались ни с чем после столь значительных трат и все равно проигрывали, не имея сил сражаться дальше. В связи с этим бой, как поговаривали в Замке Огня, продолжался «до первой Саламандры», ведь на совершенно пустой площадке не было препятствий, за которыми можно укрыться.

Бои тем временем начались. Как вскоре убедились ученики, которые ожидали своей очереди, рассевшись на ступенях парадной лестницы, Арктур не стал ломать голову подбором противников и стравил членов вчерашних команд-соперниц. Первыми в центр площадки выходили ученики третьей группы, то есть слабые. К ней относились Пристина с Лонганом. Последний не потому, что был неумехой, а из-за низкого запаса энергии.

Поединки проходили быстро, и вскоре на площадке друг напротив друга стояли Лонган и Пристина. Дармер не сомневался в победе своего недавнего товарища — Лонган превосходил противницу как по объему энергии, так и в мастерстве. Однако Пристина, стоя напротив более сильного, чем она, соперника, сохраняла спокойствие, совсем ей несвойственное. Не было ни криков, ни глупых бравад. Она украдкой посмотрела на зрителей и поймала взгляд Гиртаба, который благосклонно кивнул ей. На лице Пристины мелькнула улыбка и тут же исчезла. То была не ее привычная ухмылка, а настоящая счастливая улыбка.

Арктур дал отмашку начинать бой. Ученики третьей группы никогда не затягивали поединок: энергии у них было маловато для осуществления сложных многоходовых стратегий. Вот и Лонган не стал мудрить, да и зачем, если он превосходил соперницу по всем параметрам? Воздух вокруг него завибрировал, колеблясь от повышения температуры. Словно из неоткуда появилось несколько огненных сгустков. Они быстро росли, пока не стали размером с голову. Этот призыв напоминал Огненный Шар, но был гораздо проще и не имел структуры. Из-за этого его контур, в отличие от сферического Шара, казался расплывчатым, нечетким. Но, благодаря простоте, этих призывов можно «налепить» намного больше при одинаковых затратах. Пусть они не так опасны, как Огненные Шары, но если попадут — будет очень неприятно. К тому же увернуться от десятка огненных сгустков гораздо сложнее, чем от пары-тройки полноценных Шаров.

Семь штук таких шариков полетели в Пристину, оставляя за собой огненный шлейф, из-за которого призыв получил свое название — Огненные Стрелы. Расчет Лонгана понятен: единственный способ не дать им тебя подпалить — поднять Стену Огня. А пока внимание Пристины сосредоточено на защите от шариков, парень создаст Саламандру. Кто первый ее запустит — тот и победит. Но для создания этого призыва требуется время, поэтому нужно отвлечь противника, чтобы получить в распоряжение необходимый резерв времени. Что Лонган и сделал.

Однако Пристина не стала ставить Стену. Вместо этого она пригнулась… и бросилась вперед, прямо на огненные сгустки!

«Она с ума сошла?» — Дармер, как и все присутствующие, следил за действиями девчонки, открыв от изумления рот.

— Давай, Прис! — разнесся над притихшими учениками голос Гиртаба.

Удивиться столь странному одобрению самоубийственных намерений его бывшей сокомандницы Дармер не успел, поскольку Пристина уже подбежала вплотную к Огненным Стрелам. Но она вовсе не собиралась сливать поединок, как подумали многие. Замедлившись, Пристина начала уклоняться от шаров. Ее тело изгибалось под совершенно невероятными углами.

«Не думал, что она так умеет… Точнее, я не знал, что такое вообще возможно, как она сохраняет равновесие в таком положении?!» — подумал Дармер, пребывая в шоке.

Но Пристина сумела удержаться на ногах и избежать всех шаров. Семь — это не тридцать, как могут создавать Адель и Гиртаб, но раньше увернуться даже от пяти считалось невозможным. А Пристина, только что на глазах у однокурсников совершив это самое невозможное, невозмутимо неслась дальше, прямо на Лонгана, на бегу создавая в обеих руках полноценные Огненные Шары.

Все произошло так быстро, что попытки Лонгана закончить призыв Саламандры были тщетны — на это просто не оставалось времени. Но все же надо отдать ему должное: когда Пристина выделывала акробатические номера, он быстро оправился от удивления и вновь занялся призывом. К сожалению, толку от этого не было — противница настигнет его раньше, чем Лонган завершит Саламандру. Ему оставалось лишь бросить недоделанное заклинание и попытаться остановить Пристину чем-нибудь другим. Повторить предыдущий призыв Лонган бы не успел, да и энергии не хватало. Огненный Шар в такой ситуации бесполезен — от него Пристине увернуться еще проще. Оставалось…

Когда Пристина была уже в нескольких шагах, Лонган поднял Стену Огня. На это у него, похоже, ушли последние силы, но другого выхода не было.

Противница бежала слишком быстро, чтобы затормозить. Дармер про себя усмехнулся. Значит, на этом все и закончится. Он не знал, что случится, когда она влетит в плотную массу огня, но подозревал, что продолжать сражаться после этого нельзя.

Но Пристину внезапно возникшая опасность нисколько не смутила. И не думая сбавлять скорость, она подпрыгнула и перелетела через Стену.

«Какого демона? Стена Огня была высотой в два ее роста, как она сумела так высоко прыгнуть?» — в который раз за бой изумился Дармер.

Вид целой и невредимой противницы настолько выбил Лонгана из колеи, что он даже не сопротивлялся, когда Пристина спикировала сверху. Два немаленьких попавших в грудь Шара отправили его в глубокий нокаут.

Бой оставил в смятении всех, кроме Пристины, с видом победительницы стоявшей над поверженным противником, и Гиртаба, который самодовольно усмехался. Что-то здесь не так. Дармер еще мог поверить, что Гиртаб каким-то чудом выбил из Пристины всю ее дурь, настроил на победу и разработал стратегию для боя. Но вот сделать из девчонки акробата за день — вряд ли. Если вспомнить, как она вчера неуклюже плюхнулась на землю, когда уклонялась от Огненного Шара…

Внимание неожиданно привлек Арктур. Учитель выглядел на редкость довольным, и, глядя, как Пристина купается в лучах заслуженной славы, улыбался…

Вскоре подошла очередь второй группы сражаться, и Дармер оказался на арене. Его противником, как и предполагалось, стал рыжий Ренет. Когда соперники заняли места друг напротив друга на площадке, Дармер заметил, что конопатый нервничает. И у него были на то основания.

Во вторую группу Дармер входил по одной-единственной причине — патологическое нежелание учиться, из-за которого он не умел ничего сложнее Огненного Шара. В отличие от остальных, энергии у Дармера было столько, что даже из первой группы находились те, кто желчно ему завидовал. Не раз до него долетали завистливые шепотки одногруппников. Их страшно бесило, что все досталось тому, кому это не надо, и, что особенно раздражало «товарищей», тому, кто этого не заслуживает. Любовью в группе Дармер не пользовался, да и дружбу ни с кем не водил. С первого дня в Замке он все надеялся на отчисление, поэтому не видел смысла пытаться с кем-то подружиться. Но прошло два года, а он все еще здесь — один, без друзей.

Но, вернемся к поединкам. Когда Дармер на первом курсе попал во вторую группу, он изобрел свой способ вести бой и с тех пор ни разу не проигрывал. Дармер использовал лишь один призыв, Огненный Залп. Простейшее заклинание Огня, не имеющее структуры и какой-либо формы — просто-напросто беснующееся пламя, на котором маги тренируются вызывать огонь. По мощности поражения этот призыв не шел ни в какое сравнение с Огненным Шаром, а уж тем более, Саламандрой. Но не при том количестве энергии, которое вкладывал Дармер.

Поначалу противники пытались как-то противостоять ему: ставили Стены, пускали в ответ Шары. Все было бесполезно: гигантская волна пламени сметала все их потуги, не замедляясь ни на секунду. Неизвестно, сработала ли бы эта тактика против Саламандры — Дармер не давал соперникам возможности создать ее. Постепенно одногруппники начали понимать тщетность своих усилий, и теперь, оказываясь с Дармером на площадке один на один, даже не пытались что-либо сделать, чтобы хоть как-то уменьшить ущерб. А размер огненной волны таков, что уклоняться тоже было бесполезно.

Зная это, Ренет лишь с обреченностью на веснушчатом лице ждал своей участи. С тех пор, как противники прекратили сопротивление, Дармер снизил энергоемкость призыва, щадя их.

«Но ты-то, небось, думаешь, что я хочу на тебе отыграться за вчерашний позор, поэтому пощады не ждешь? Если так, то ты совершенно прав!» — кровожадно подумал Дармер.

Пламя сорвалось с руки мгновением позже объявления о начале боя. Никогда прежде это не доставляло ему такого удовольствия! Вместе с огнем Дармер выплеснул всю злость, весь гнев и разочарование, переполнявшие его со вчерашнего дня. Надо ли говорить, что объем вложенной энергии был чудовищен? Огненный вал, созданный волей Дармера и ставший живым воплощением разъедавших его мыслей и чувств, был готов уничтожать все, на что падет взор творца.

Несмотря на эйфорию, охватившую парня, он не мог не обратить внимание на странное поведение Огня. Вместо того чтобы как обычно разметаться во все стороны, он еще больше сгущался в едином потоке, принимая вытянутую форму. При этом площадь поражения уменьшилась, но, поскольку Дармер израсходовал на призыв едва ли не половину энергетических ресурсов, не намного. Ренет не сумел бы увернуться, даже если бы вовремя сообразил, что не все развивается по обычному сценарию. Не успел он опомниться, как его смело гигантским потоком огня, который, поглотив жертву, останавливаться не собирался и летел дальше. Если бы Арктур вовремя не вмешался и не поставил на пути разбушевавшегося огненного чудовища красный полупрозрачный барьер, оно уничтожило бы правое крыло особняка.

Когда пламя развеялось, все увидели валявшегося в беспамятстве Ренета, который пролетел с призывом всю дорогу. Если бы не щит в форме, лежала бы там обугленная головешка. Правда, судя по дымившимся одеждам, щит все-таки спал. Хорошо, что уже после того, как Арктур погасил большую часть пламени.

— Кажется, я немного перестарался, — виновато сказал Дармер в полной тишине.

Два боя с неожиданными исходами — и оба с участниками его команды и Гиртаба. Только дождаться всеобщего восхищения, как Пристине, магу было не суждено. Если обобщить все, что высказали обретшие голос однокурсники, получится, что Дармер — психованный маньяк, которого надо изолировать от общества.

«Как грубо», — подумал новоиспеченный психопат.

Сохранится ли тенденция в сражении Адель и Гиртаба, предстояло узнать в последнем поединке. Битву двух сильнейших Арктур оставил «на десерт», как самое вкусное. Несмотря на усталость после боев, ученики поредевшим коллективом (некоторых, в том числе и Ренета, унесли в особняк лечить ожоги) с большим интересом ждали начала поединка. В том, что бой обещает быть занимательным, никто не сомневался: стремление Гиртаба к эпатажу было известно всем, и ученики ждали представление. Не в его стиле сводить последний бой с заклятым врагом к простому поединку.

Бой начался. Противники швырнули друг в друга Огненными Шарами, от которых оба без особого труда уклонились. Гиртаб послал в противницу Огненный Залп, правда, намного меньший, чем у Дармера, и который Адель нейтрализовала такой же атакой.

«Все, это надолго», — подумал Дармер, расслабляясь.

Гиртабу и Адель, как и всем, требовалось время для создания Саламандры, но здесь так просто отвлечь внимание, как это пытался сделать Лонган, не выйдет — противники совершенно на другом уровне. Бой будет продолжаться, пока один из них не совершит ошибку. А до тех пор так и будут кружить по арене, обмениваясь пробными ударами без особой надежды на успех, скорее, чтобы испытать соперника на прочность. С их количеством энергии они могли себе это позволить.

«Ту самую ошибку», как ни странно, совершил признанный стратег Гиртаб. Он запустил в Адель пять Огненных Шаров, чем та и воспользовалась. К всеобщему удивлению, Адель стала уходить не вбок с линии атаки, а назад. Гиртаб понял смысл ее маневров, только когда она, отойдя на достаточное расстояние, увернулась от части призывов, другие взорвала Огненными Стрелами и принялась что-то быстро создавать. Поняв, что на таком расстоянии не успеет ее остановить, Гиртаб выругался и начал творить призыв в ответ, но было поздно. Огненная ящерица уже слетела с руки Адель.

Но Гиртаб с поражением смириться не пожелал и продолжил хвататься за соломинку. Однако всем присутствующим было хорошо известно, что одну Саламандру другой не уничтожить, они способны преследовать лишь живую цель. Целенаправленно же атаковать чужой призыв, заставив свой двигаться по прямой, почти невозможно. Слишком непредсказуемой была траектория огненной ящерицы.

Призыв Адель почти достиг своей цели, когда Гиртаб закончил с манипуляциями.

«Как-то он долго создавал…, — Дармер осекся. — Что за?… это не Саламандра!»

Призванный огонь был гораздо больше и ярче ящерицы и принимал форму…

— Феникс! — ахнул кто-то.

Огненная птица распахнула ослепительно светящиеся крылья, воспарила и играючи расправилась с Саламандрой. Гораздо быстрее ящерицы она устремилась к Адель, которая смотрела на нее, широко распахнув глаза. Девушка даже не стала уклоняться — поняла, что раз эта птица с такой легкостью уничтожила ящерицу, то бежать от нее бессмысленно. Феникс не врезался в цель на полном ходу, как Саламандра, а, сделав разворот, задел Адель крылом по касательной. От такого «касания» она отлетела на несколько шагов и рухнула на землю. Феникс полетел обратно к своему создателю, который уже ждал его, протянув руку. Птица покорно уселась на нее и сложила крылья.

Тишина хранилась еще несколько секунд, а затем воздух взорвался шквалом аплодисментов. Громче всех хлопала Пристина, крича что-то восхищенным голосом, но Арктур от нее не отставал. На его лице было настолько счастливое выражение, какое никто из учеников у него прежде не видел.

— Невероятно, Гиртаб! — воскликнул он, когда все более-менее успокоились. — Ты смог самостоятельно выучить Феникса, которого проходят только на последних курсах! Твой талант поражает!

Гиртаб выглядел довольным собой и с благосклонной улыбкой принимал поздравления от сбежавших вниз однокурсников. Дармер тоже спустился, но кидаться на шею «выскочке», как он называл про себя Гиртаба, не спешил, а остановился в стороне, ожидая, когда урок объявят оконченным, и можно будет вернуться в особняк.

Вдруг толпа вокруг Гиртаба расступилась и смолкла. В просвете между магами мелькнули ярко-рыжие волосы, хорошо знакомые, хотя рыжих в Замке Огня было немало. Подойдя ближе, Дармер, как и ожидалось, увидел Адель. Даже вчерашний ее гнев мерк в сравнении с тем, что с ней творилось сейчас.

— … только не говори, что выучил Феникса вчера! — налетала она на Гиртаба.

— Я и не собирался, — усмехнулся тот, совершенно не впечатленный ее яростью. — Если ты так хочешь знать, я научился его вызывать две недели назад.

— Тогда какого…?! — Адель аж задохнулась от возмущения. — Какого демона ты вчера устроил весь этот цирк?! Если мог одним Фениксом нас троих…

— Но тогда сегодня это не было бы для тебя сюрпризом, — перебил ее Гиртаб, лучась от самодовольства. — И сражаться с тобой стало бы совсем не интересно. А так все получилось лучше некуда.

Адель больше не кричала, а лишь разъяренно глядела на него. Ей, как и всем присутствующим было яснее ясного, что если после вчерашнего ее статус сильнейшей пошатнулся, то сегодня он разбит вдребезги.

— Да ты не расстраивайся, — вдруг сказал Гиртаб, хотя его вид мало походил на утешающий. — Рано или поздно это должно было произойти. Нельзя вечно выезжать на одной силе.

Адель непонимающе уставилась на него, нахмурив брови.

— Ладно, на этом закончим, — вмешался Арктур. — Мы и так задержались дольше обычного. А вам нужно еще собрать вещи, да и выспаться бы не помешало. Замок вы покидаете с рассветом.

Новость вызвала дружный стон. Так рано учеников не поднимали со дня поступления. Дармер вместе с остальными поплелся обратно в особняк, но едва переступил его порог, как услышал оклик.

— Дармер!

Обернувшись, он увидел Арктура, жестом подзывающего к себе.

— Идем, — сказал он, когда ученик подошел к нему. — Надо поговорить.

«О нет, только не снова!» — взвыл про себя Дармер.

— Мне еще собираться надо, — попытался он отделаться от преподавателя.

— Это не займет много времени, — на корню пресек возражения Арктур.

Обойдя ученика, он направился в замок. Дармер обреченно поплелся за ним следом. Чередой коридоров и лестниц Арктур привел его в свой кабинет. Там он сел за стол и предложил юноше стул. Дармер, пропустив слова учителя мимо ушей, встал перед Арктуром и приготовился слушать очередную порцию нравоучений. Но, к счастью, последнюю, что сильно грело ему душу. Хоть что-то хорошее от сокращения сроков обучения.

— Понял, на что намекал Гиртаб?

Такое начало разговора выбивалось из разряда «обычных». Дармер сперва даже растерялся и не сразу ответил на вопрос.

— А… да, — сказал он. И уже уверенней добавил: — Да, я понял. Адель… Почему вы ей не сказали? Она ведь наверняка не знает.

— Не смог, — развел руками Арктур. — Понимаю, что глупо, что она все равно рано или поздно сама обо всем догадается, даже если не найдется никого, кто ее просветит… Но не смог. Особенно сейчас. Эта новость станет ударом для нее.

Он замолчал, обдумывая что-то.

— А у тебя нет таких проблем, — медленно произнес он.

Дармер еле удержался от искушения закатить глаза к потолку: «Начинается…».

— Ты не обратил внимание на одну странность в твоем сегодняшнем поединке?

Дармер молчал, не желая показывать, что заинтересовался словами учителя.

— Призыв, который ты использовал — не твой излюбленный Огненный Залп. Скорее всего, ты слишком сильно сосредоточился на Ренете, поэтому у тебя получился Огненный Снаряд — это более мощная форма Огненного Залпа.

— Не слышал о таком призыве, — сказал Дармер. — Мы его не изучали. Он очень сложный?

— Я бы не сказал, — отрицательно покачал головой Арктур. — Не сложнее Огненного Шара. А не изучали мы его по двум причинам. Во-первых, использовать его имеет смысл только обладателям большой магической силы, иначе призыв не нанесет почти никакого урона. А, во-вторых, поскольку Огненный Снаряд не имеет структуры, нужна огромная концентрация, чтобы удержать такую массу огня в едином потоке. Думаю, со всего твоего курса только Гиртаб может попытаться это повторить. И это возвращает нас к тому, на что ты тратишь свои, несомненно, выдающиеся способности.

— Господин Триостражник, я же не отрицаю их наличие, — не выдержал Дармер. — Я уверен, есть множество областей, где я мог бы их применить. Не связанных с войной.

— Таких областей нет, — отрезал маг, глядя на юношу в упор. — В этом мире не осталось ничего, что не попало бы под влияние войны. И все это станет незначимым, если мы проиграем.

— И вы всерьез считаете, что я один могу что-то изменить?! — взбеленился Дармер. — Могу сделать что-то, чего не сделали другие до меня?! Может, даже могу выиграть войну в одиночку?

На этой саркастической ноте он замолчал, переводя дух.

— Я этого не говорил, — спокойно сказал Арктур. — Но теперь представь, что все будут думать, как ты. «Я один все равно ничего не изменю, так зачем вообще что-то делать?» Кто тогда будет сражаться?

— Не думаю, что такое случится. Слышал, за все время существования Варнорта не поступало столько новобранцев, как в последние годы. Так что недостатка в учениках у вас не будет, — ядовито ответил Дармер. — Вот и учите их, тех, кто хочет сражаться, а не тратьте время на меня!

— Я трачу на тебя свое время, потому что как боевая единица ты один стоишь больше, чем все они вместе взятые, — начал втолковывать Арктур.

Но Дармер лишь отмахнулся от него. Ничего нового от Триостражника он не услышит.

Маг откинулся на спинку кресла и впился в парня взглядом.

— И еще у них был выбор. А у тебя — нет. Судьба воина была предназначена тебе еще до твоего рождения.

Тут уж Дармер взбесился по-настоящему.

— Так значит, у меня нет выбора? Значит, это моя судьба? — его голос дрожал от ярости. — Простите, но я думаю иначе. Я не заключал никаких магических контрактов, поэтому я никому ничего не должен, а что думают на этот счет другие, мне плевать! В этом мире не осталось никого, чье мнение для меня бы что-то значило!

— А ты думаешь, они бы приняли твое решение? — Арктур говорил спокойно и тихо, но лицо его побелело.

— Только не надо говорить, что знали их лучше, чем я, — теперь голос Дармера опустился до разъяренного шипения. — Я уверен, они бы не желали моей смерти! — обрубил он, делая ударение на первом слове.

Чувствуя, что еще чуть-чуть, и начнет разносить все вокруг, Дармер развернулся и выбежал в коридор, громко хлопнув дверью, которая, кажется, хрустнула. Но маг уже несся вперед, не разбирая дороги. Внутри у него все клокотало от едва сдерживаемой ярости, и больше всего на свете хотелось выплеснуть ее наружу. Хотелось подчиниться ей, погрузиться в нее, дать, наконец, волю сжигающему изнутри огню, выпустить его, стать с ним единым целым. Разрушить к демонам этот поганый замок, уничтожить, камня на камне не оставить!

Резко остановившись, Дармер прислонился спиной к ближайшей стене, а затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

«Надо взять себя в руки. Нельзя терять контроль. Иначе… Нет, об этом лучше не думать».

Злость еще не прошла, она свернула кольца, сжимаясь вокруг сердца, но желание уничтожать исчезло. В этот раз разговор с Арктуром закончился много хуже, чем прежде. Никогда еще после него у Дармера не появлялось этого давящего чувства в груди. Хорошо, что завтра он покидает это место и долго не увидит Арктура.

«Надеюсь на это».

Глава 3. Главный замок Варнорта

Лицезреть Арктура пришлось на следующий же день. Когда ученики, вставшие чуть свет, спустились вниз, в подвалы замка, там их ждал преподаватель. Прежде, чем попрощаться с учениками, он завел длинную и невероятно нудную речь о том, кем они пришли сюда, чему научились и с чем отсюда уходят, говорил что-то еще про сам Замок… На середине речи Дармер прикрыл глаза и попытался «доспать» лишние минуты. В своем желании он оказался не одинок. Высокопарная речь учителя, которая, по идее, должна была вселить во второкурсников чувство гордости за достижения и уверенности в своих силах, вселила только сонливость. Некоторые изо всех сил пытались продрать глаза, слипающиеся от недосыпа и монотонного голоса учителя, другие уже внаглую сопели, привалившись к боку соседа. Арктур не обращал внимания (или делал вид) на это сонное царство до тех пор, пока один из самых утомленных не уснул настолько крепко, что не удержался на ногах и пластом бухнулся на пол. Поднявшийся грохот мигом согнал сон со всех остальных, и дремотная атмосфера развеялась.

Арктур постоял, посмотрел на возникший переполох и, махнув на учеников рукой, не стал заканчивать речь. Вместо этого, он обернулся и сдернул темного цвета ткань, что висела у него за спиной. Под ней оказалось огромное, до потолка, черное зеркало. Подойдя вплотную, учитель принялся проводить над ним какие-то манипуляции. Отражение в зеркале Арктура, стоявших позади второкурсников и подвала расплылось, будто чья-то невидимая рука размыла их черты. Потом они и вовсе исчезли. Поверхность зеркала словно стала прозрачной и превратилась в окно: на ней проявились образы каменных строений, неба и деревьев.

Арктур отошел в сторону и сделал приглашающий жест, указывая на преобразившееся зеркало.

— Вас там уже ждут, — сказал он напоследок.

Ученики выстроились в очередь и по одному начали подходить к зеркалу. Первым шел Гиртаб. Когда он коснулся гладкой поверхности, она пошла рябью, как вода. Гиртаб нырнул в нее и скрылся из виду. Но через мгновение он появился на другой стороне «окна», гладь которого все еще колебалась, будто и правда была водой.

Следом за ним пошли остальные. Один за другим они проходили сквозь преграду, зыбящуюся от их прикосновений, и оказывались по другую ее сторону. Никто из них не выказывал ни малейшего удивления происходящим: все они хоть раз пользовались зеркалом-телепортом. Именно таким способом ученики прибывали в Замок Огня.

Место за «стеклом» Дармер видел впервые, но догадался, что это Катверн. Хотя он предполагал, что они перенесутся прямиком в замок Варнорта.

Наконец, подошла его очередь. Перед тем, как войти в телепорт, Дармер невольно бросил взгляд на Арктура. Тот смотрел на тех, кто проходил через телепорт, кивая им на прощание. Но на Дармера он глядел напряженно и едва склонил голову. Похоже, не только у парня остался осадок от разговора.

Решив не замечать уже бывшего учителя, Дармер окунулся в телепорт. На мгновение тело погрузилось в холодную вязкую субстанцию. Она была густой, намного гуще обычной воды, и продираться сквозь нее было куда сложнее. Но спустя секунду Дармер вышел из нее, и его лицо обдало прохладным ветерком. После душного подвала это оказалось весьма приятно.

Дармер оглянулся назад и увидел серую каменную стену и вплавленное в нее большое зеркало — копию того, через которое он только что прошел. Прозрачная поверхность телепорта показывала то, что осталось по ту сторону его двойника: темный подвал и лица учеников, готовившихся шагнуть за грань. Казалось, они стояли в нескольких шагах от него, но в реальности их разделяли мили пространства, на время сжатого магией между двумя артефактами.

Дармер отошел от зеркала, чтобы не мешать остальным, и приблизился к одногруппникам, которые столпились поодаль от незнакомого мага средних лет, одетого в такую же, как у учеников, форму, только черную. Этот цвет форменной одежды означал, что перед ними воин Варнорта высшего ранга. Светлые отросшие волосы мага достигали плеч, а многодневная щетина делала хмурое лицо еще суровей. Весь его вид говорил окружающим, как недоволен маг стоявшими рядом учениками, выпавшим ему поручением и миром в целом.

Из зеркала появился последний ученик. Провожатый, заглянув в телепорт, проверил, не осталось ли еще кого-нибудь по ту сторону, а затем отключил его. Телепорт снова превратился в черную гладкую зеркальную поверхность.

— За мной, — бросил он низким хрипловатым голосом.

Второкурсники направились следом за ним по мощеной булыжниками мостовой. Пока они шли, Дармер осматривался по сторонам. Катверн его разочаровал. Дома здесь были сплошь серого невзрачного цвета. Даже их архитектура не могла исправить положение. Напротив, обступающие со всех сторон высокие здания с колоннами и арками только усугубляли гнетущее впечатление. Атмосферу серости и уныния еще больше нагнетала пасмурная погода. Дармер искренне не понимал, как здесь можно жить. Сам бы он не выдержал и пары дней.

«Здешние жители, наверное, такие же унылые, как и сам город», — подумал юноша. Другого объяснения, как они привыкли к этой серости, у него не было. Но подтвердить или опровергнуть свою теорию Дармеру не удалось, поскольку в столь ранний час на улице не было ни одного горожанина.

Дорога вильнула вправо, дома кончились. Ученики оказались на краю обрыва, у подножия которого бились о скалы волны огромного озера, настолько большого, что противоположный берег скрывался в тумане, нависавшем над неспокойной водой. Дорога вела к мосту, перекинутому через пропасть с бушующими волнами к голой обрывистой скале, на которой высился громаднейший замок. У него было так много башен, что, казалось, он только из них и состоял. Самая высокая не была видна за облаками.

Уныние, оставшееся после Катверна, испарилось без следа. Стены сооружения были такими же серыми, как и здания в городе, но огромный высокий замок на фоне бескрайних водных просторов являл собой олицетворение необыкновенной силы и мощи, заточенной в камне.

Дармеру хотелось взглянуть на замок поближе, но когда процессия почти дошла до другой стороны моста, угрюмый маг не повел их к главным воротам, а спустился вниз по отходящим от моста каменным ступеням, которые вели к темному ходу, проломленному в скале под замком. Внутри ход был ярко освещен: желтый свет шел из расщелин и трещин тоннеля. Складывалось впечатление, что каменные стены были взорваны, но застыли за мгновение до того, как разлететься на куски. От тоннеля ответвлялись другие ходы, но проводник не свернул ни в один из них, а вел учеников прямо.

Коридор был узким, и второкурсникам приходилось идти тесной кучей, прижавшись вплотную друг к другу. Поэтому Дармер не сразу заметил, что свет в тоннеле изменился, из желтого став холодно-зеленым. Внезапно тесные каменные стены исчезли, и ученики вышли в большой зал. Под его потолком висели зеленые светящиеся шары, из-за чего возникало ощущение, что находишься не в выбитой в скале пещере, а на дне заросшего тиной озера. В зале стояли длинные скамьи в два ряда. Первые ряды были сплошь забиты магами в синих и зеленых одеждах представителей Воды и Земли. При появлении учеников Замка Огня они повернулись и с любопытством уставились на них. Дармер подумал, что своим появлением в алых формах он и его одногруппники внесли разлад в это подводное царство.

— Отлично, — раздался чей-то голос. Над головами сидевших на скамьях учеников поднялась фигура в черной хламиде. За исключением Арктура, Дармер прежде не встречал в Варнорте ни одного мага, который бы не носил форму. Другие военные, находившиеся в зале и одетые в черные или серые формы военных более низкого ранга, не выказывали ни малейшего удивления. Дармеру подумалось, что маг в рясе здесь самый главный и имеет право на некоторые вольности.

— Осталось дождаться только Воздух, и можно будет начинать, — сказав это, маг сел и снова скрылся из виду.

Их провожатый испарился без следа (или просто занял место у стены рядом с другими военными), и ученики Огня, предоставленные сами себе, сели позади ребят из Воды и Земли.

«Что ж, можно было и раньше догадаться, что не только нам урежут сроки обучения, — подумал Дармер, осматривая «коллег» из других Замков. — Интересно, во сколько же они встали, чтобы прийти сюда раньше нас?»

Воздух опаздывал, и заскучавшие второкурсники разговорились. Военные пытались их утихомирить, но напрасно. Особенно сильно разошлись ученики стихии Огня. Вода и Земля вели себя гораздо спокойнее. В этом не было ничего странного: давно известно, что стихийная принадлежность влияет на характер и на внешний вид. У магов Огня, особенно тех, кто обладает большим объемом энергии, внешность зачастую очень яркая. Волосы красных, рыжих, золотых цветов — обычное дело среди них. Реже стихия отражалась в глазах, как у Дармера, чьи зрачки были ярко-оранжевого цвета.

Присоединяться к одногруппникам желания не было, поэтому Дармер стал разглядывать мага в черной рясе, которого с его места стало видно. Тот был уже в летах с худым лицом и длинными русыми волосами. Он единственный не обращал внимания на царивший в зале балаган, сидел на скамье, стоявшей сбоку от остальных, и глядел в одному ему видимую точку. От ее созерцания он оторвался, только когда, наконец, явились ученики Воздуха.

Они вышли из хода, коих в стенах было по нескольку штук, и на мгновение Дармеру почудилось, что зал наводнили привидения. В полумраке пещеры фигуры в белых формах напоминали призрачные тени. Второкурсники Воздуха, ничуть не стесняясь своего опоздания, весело щебетали. На их провожатого тут же накинулся с упреками один из военных, а тот тихо и неубедительно оправдывался. Но долго переругиваться у них не получилось, потому что разгоравшийся спор решительно пресекла поднявшаяся фигура в черной хламиде.

— Довольно, — властно произнес маг.

Двое спорщиков мгновенно замолчали и под пристальным взглядом поспешно заняли места вдоль стен. Затем маг посмотрел на второкурсников Воздуха, которые тут же утихли. Его взгляд действовал на всех каким-то гипнотическим образом.

— Садитесь, — кивнул он на скамьи. — Начнем, раз все в сборе.

Заложив руки за спину, он взошел на помост-сцену перед первым рядом скамей. Дождавшись тишины, маг заговорил, и по залу разнесся его высокий певучий голос:

— Добро пожаловать, второкурсники, в Форестоун — главный замок Варнорта. Многие из вас здесь впервые, и я надеюсь, вы в нем не разочаруетесь, ведь теперь он станет вам вторым домом. Наверное, для вас стало большой неожиданностью, когда сообщили, что вы покидаете свои Замки раньше положенного срока. Это была вынужденная мера, надеюсь, вы поймете. Но прежде, чем продолжить учиться, вам предстоит пройти практику, которая тоже была сокращена с полугода до двух месяцев. Вы, наверное, сейчас задаетесь вопросом — что же из себя представляет практика, в чем ее суть? Ответ таков: она необходима для того, чтобы у каждого из вас было время притереться со своей будущей командой.

Он помолчал.

— Разделение на команды, — продолжил маг, — древняя традиция, которая хорошо зарекомендовала себя еще в прошлой войне. Редкий, я бы даже сказал — исключительный, маг может совладать с любым противником, который попадется ему на пути. Для подавляющего большинства вероятность встретить «неудобного» противника, который имеет преимущество в боевой специализации, достаточно велика. К примеру, встреча один на один представителей Огня и Воды в большинстве случаев оборачивается поражением Огня, даже если противник уступает в объеме энергии. Использование команд сводит такую возможность к минимуму. Их делают универсальными, чтобы никакой враг не смог поставить ее в безвыходное положение. Поэтому в командах присутствуют пользователи всех четырех стихий.

Волна шепота прокатилась по залу.

— В уже состоявшихся командах число магов колеблется от двух до пяти. Так как никто из вас пока не владеет никакой другой стихией, кроме родной, в ученических командах это число находится в пределах от четырех до восьми. Такой разброс объясняется уравновешиванием сил команд. Но! — маг сделал многозначительную паузу. — Прежде, чем оказаться в списках на распределение, вы пройдете одно испытание, которое покажет ваш уровень подготовки. Иначе говоря, вы будете сдавать экзамен.

Эта новость взволновала всех даже больше, чем вчерашняя — о войне. Как-никак, война где-то далеко и затронет еще не скоро, а экзамен случится уже сейчас.

— Не пугайтесь, ничего ужасного вас не ждет. Так как здесь собрались представители всех стихий, то вашей задачей на экзамене будет сразиться с магом другой стихии.

— Но мы никогда не сражались ни с кем, кроме магов своей стихии! — воскликнул кто-то.

— Вам должны были рассказывать о преимуществах и недостатках стихий, в том числе перед вашей собственной. Вот и пришла пора применить эти знания на практике. И не забывайте, ваши вероятные противники тоже никогда не сражались с представителями других стихий. Вы все в равных условиях.

Это немного успокоило учеников, но новый удар пришел, откуда не ждали.

— Значит ли это, что экзамен пройдет лишь половина из нас? — Дармер узнал голос Гиртаба. Своим вопросом тот вызвал новую волну взволнованных перешептываний.

— Отнюдь, — возразил маг в рясе. — Я ведь не просто так сказал «сразиться», а не «победить». Противники определятся случайным образом, а значит, попасться вам может кто угодно: любой стихии, любого уровня силы. Поэтому экзаменаторы оценивают то, какими умениями вы обладаете, и то, как вы их применяете. Если вы начнете швырять в противника всем имеющимся у вас арсеналом заклинаний без намека на тактику — вам это не зачтется даже в случае победы. Так что постарайтесь, вне зависимости от того, какой противник вам достанется, продемонстрировать экзаменационной комиссии не только силу, но и знания.

Он замолчал.

— Ну, вот и все, что я хотел вам сказать. Кажется, ничего не забыл, — он вопросительно оглядел зал.

— Вы забыли представиться, — раздался громкий шепот одного из военных.

Все засмеялись.

— Ах, да, — ничуть не смутился маг. — Прошу прощения. Меня зовут Парасилур Кайтос, я — Глава Форестоуна. Ну вот, теперь все. Дальнейший инструктаж проведут преподаватели Варнорта, — он указал на военных. — Удачи на экзамене, — и под неуверенные хлопки зала он скрылся в одном из ходов.

Вместо него на сцену поднялись семеро магов-военных. Они были довольно молоды, особенно тот, что стоял вторым слева. Выглядел он ненамного старше сидевших перед ним второкурсников.

— Поскольку вас слишком много, — произнес крайний справа, — мы решили, чтобы не растягивать экзамен на несколько дней, разделить вас на группы и экзаменовать по отдельности. Сейчас мы будем по очереди диктовать ваши имена. Те, кого я назову, подходите ко мне.

Он развернул лист бумаги и стал зачитывать имена. Вскоре вокруг него собралась небольшая группа в одеждах всех четырех цветов. Маг забрал их и ушел, а эстафету принял следующий маг. Имя Дармера прозвучало, когда зал уже почти опустел. Он попал в группу к тому магу, что был самым молодым. Но когда тот посмотрел на Дармера, тело парня будто сковало холодом от его колючего ледяного взгляда. Никогда прежде Дармер не видел таких глаз. Взгляд этого мага был еще более жутким из-за спадающих на лицо черных прядей челки, частично скрывавших его глаза, которые, казалось, откуда-то следят за тобой. Дармер поежился и отвернулся, стремясь прогнать неприятное ощущение.

Коридор, куда повел его и других отобранных этот мрачный субъект, был похож на вход в преисподнюю: он освещался зловещим красным светом, который не дарил тепло, как свет от огня, а, наоборот, веял холодом. Дармеру вновь стало не по себе. Но, к счастью, долго идти по этому тоннелю не пришлось. Вскоре их группа свернула на лестницу, ведущую наверх. Там наконец-то не было никакого искусственного освещения. Дневной свет лился из маленьких, с округлым верхом окошек. И хотя его было недостаточно — маги шагали в полумраке — Дармер был рад и этому.

Однако его радость быстро угасла, когда они миновали десятый лестничный пролет. Вспомнив, какой высоты замок, юноша ужаснулся. Даже если предположить, что они находились в самой низкой башне, им еще ползти и ползти, если место назначения окажется под крышей.

Пытаясь отвлечься, Дармер стал думать о предстоящем экзамене. В отличие от остальных он не испытывал никакого священного трепета перед ним, поскольку ему было глубоко наплевать на академические успехи. Парень даже начал подумывать о том, чтобы завалить экзамен. Тогда он не поедет на практику, а останется… собственно, где? Парасилур Кайтос ничего не говорил об этом, а спросить никто не додумался. Быть может, не сдавших оставят в Катверне подтягивать умения до должного уровня. Ведь Арктур говорил, что в свои Замки они больше не вернутся. Кстати, о Главе Замка Огня. Дармер был совершенно уверен, что если не сдаст экзамен, кара в лице бывшего наставника настигнет и обрушит на него свой пылающий гнев в виде бесчисленных нравоучений. От такой перспективы Дармера передернуло. Нет, что угодно, но только не это!

Принять окончательное решение — сдавать или не сдавать — Дармер не успел: они дошли до нужного места. К этому времени ученики, за редким исключением, еле переставляли ноги и тяжело дышали. Маг с холодным взглядом даже не запыхался. Он сказал, что сдающие ждут в коридоре, пока их с противником не вызовут на поединок, а затем скрылся за массивной дверью, забрав с собой двух учеников, из Воды и Воздуха.

Дармер прислонился к стене и стал ждать своей очереди, размышляя, что хуже: сдать экзамен, уехать с командой на практику и тем самым на шаг приблизиться к настоящим боям, или же завалить его и скрываться от разъяренного Арктура. Почему-то маг не сомневался, что даже если он останется в Катверне, учитель все равно узнает о его провале и отыщет где угодно.

Второкурсники выходили и заходили в помещение за дверью, кто-то сам, а кого-то выносили на носилках, что не добавляло оптимизма дожидавшимся своей очереди. Когда ученики возвращались на своих двоих, на них тут же набрасывались с расспросами. Многого они не говорили, еще находясь под впечатлением, но кое-что из их сбивчивых рассказов можно было узнать. Правила сражений были теми же, что и в Замках. Бой продолжался до тех пор, пока кто-то из участников не мог сражаться дальше, или пока поединок не останавливали из-за угрозы жизни одного из них. Затем экзаменаторы совещались и объявляли, сдали ученики экзамен или нет. Большинство сдавало, но были и такие, кто проваливался, в основном те, кого с экзамена выносили. Бои в этих случаях длились недолго — хватало пары минут. Но находились ученики, которым и получаса для выяснения, кто из них сильнее, было мало. Дармер жалел, что приходилось довольствоваться устными рассказами. Ему было интересно посмотреть, как сражаются представители других стихий. Им об этом рассказывали и не раз, но гораздо лучше увидеть все своими глазами.

Тем временем зал покинула очередная пара учеников, и из-за двери раздался голос:

— Лонган, Сида.

Дармер и не заметил, что в одну с ним группу попал бывший товарищ. Лонган ушел за дверь вместе с высокой светловолосой девушкой в белой форме. Обратно они вышли через пять минут. Точнее, девушка из Воздуха с самодовольной усмешкой на лице вышла, а Лонгана вынесли без сознания. Всем сразу стало ясно: не сдал. Но посочувствовать ему Дармер не успел, поскольку из-за двери донеслось сакраментальное:

— Дармер, Шедар!

Противником Дармера оказался рослый парень с коротко стриженными светлыми волосами. Он был вдвое шире в плечах, а на его поясе в креплениях из ремней, надетых поверх доспеха, поблескивали два меча. Но больше всего Дармеру не понравился цвет его формы — синий. Вода. Главный враг Огня.

Зал, где проходил экзамен, был меньше, чем тот, в котором выступал Глава Форестоуна, но тоже внушал размерами. Экзаменаторы сидели за длинным столом у стены. Воздух вокруг стола вибрировал — поставили щит от шальных заклятий. Всего экзаменаторов было трое, в их числе и тот мрачный тип. Также здесь присутствовали «друиды» — маги Земли, которые умели исцелять травмы и болезни. Дармер узнал их по зеленого цвета форме. «Друиды» даже после становления военными не меняли цвет своих одежд.

Дармер и его противник встали друг напротив друга в разных концах зала. Юноша так и не решил, как поступить с экзаменом. Но теперь его больше беспокоило другое. Что, если он проиграет не потому, что решил проиграть, а потому что его победят? Когда Дармер обдумывал варианты сдавать — не сдавать, то не учел возможности кому-то проиграть, сражаясь в полную силу. Каково бы ни было отношение Дармера к Варнорту, проигрывать кому бы то ни было не хотелось.

Но вдруг произошло нечто такое, что сбило его с мысли и совершенно обескуражило. Маг, с которым Дармеру предстояло сразиться, ни с того ни с сего улыбнулся ему. Это была не снисходительная усмешка Гиртаба и не довольный оскал Пристины. И это даже не приподнятые в намеке на улыбку уголки губ Адель, что появлялись на ее лице всякий раз, когда она побеждала. Нет, это была настоящая искренняя и дружелюбная улыбка! Дармер уже и не помнил, когда в последний раз ему кто-то так улыбался.

Юноша был настолько сильно выбит из колеи, что пропустил объявление о начале поединка. Когда он очнулся, то на чистом рефлексе выпустил в уже бежавшего на него противника волну огня, и она скрыла того из виду. Дармер подумал, что все кончено, ведь времени как-то защититься у мага не было, и искренне понадеялся, что формы Воды защищены не хуже. Какого же было его удивление, когда огненная масса распалась на две части, образовав коридор, в дальнем конце которого Дармер увидел противника, целого и невредимого! Его правая рука была вскинута с зажатым в ней странно искрящимся в свете пламени мечом.

«Он что… разрезал мой огонь?!» — в оцепенении подумал Дармер.

Мечник бросился вперед через образовавшийся проход, пока разбушевавшееся пламя не заполонило его. Все произошло так быстро, что не успел Дармер опомниться, как противник миновал огненную завесу и на большой скорости понесся прямо на него. Повторить свой трюк Дармер не мог: после применения такого большого количества энергии разом следовала «отдача», на время лишая возможности вновь использовать столь затратные призывы. Ничего не оставалось, как атаковать чем-то менее энергозатратным. Например, Огненным Шаром.

Дармеру раньше не приходилось применять в поединке что-либо, помимо Огненного Залпа, но, поскольку он не раз и не два отрабатывал на тренировке призыв Шара, проблем с его созданием не возникло. Целых пять полноценных Шаров отправились в противника. Тот, оценив новую угрозу, свободной рукой потянулся к поясу и выхватил второй меч. Вокруг ладони мелькнул всполох используемой энергии, и лезвие меча засеребрилось. То, что Дармер принял за искры, оказалось бликами воды, которая обволакивала оружие. Вода перетекла по клинку к острию и соскользнула с него, но не разлетелась брызгами, а змеей поползла по воздуху. Маг резко взмахнул мечом с получившимся хлыстом на конце. Поток воды изогнулся и рассек летящий Шар. Вместо того чтобы взорваться, призыв с шипением исчез, обратившись в облако пара. Сама плеть тоже частично испарилась, но навстречу другому Огненному Шару уже стрелой неслась другая, ведомая другим мечом. Еще один шарик пропал, а от остальных противник просто увернулся.

Ситуация живо напомнила достопамятный бой Пристины и Лонгана. Даже движения были похожи, хотя этот мечник и не показывал никаких акробатических трюков. Но ведь ему нужно было увернуться от гораздо меньшего числа атак.

Над Дармером явственно замаячила перспектива проиграть: враг был уже в нескольких шагах, а парень понятия не имел, чем еще его можно задержать. Он прекрасно понимал, что, если противник доберется до него, все будет кончено — в ближнем бою шансов против мечника нет. Оставалось лишь последовать примеру Лонгана и поднять Стену Огня, хотя тому это не помогло. Но Дармер понадеялся, что преодолеть Стену высотой в три его роста этот парень все же не сможет.

Но противник и не собирался прыгать. За секунду до того, как языки пламени взметнулись вверх, он сделал молниеносный выпад мечом в сторону Дармера. Тот дернулся в сторону, и атака задела его лишь по касательной. Струя воды хлестнула по лицу, и кожу обожгло острой болью и холодом. Поднявшаяся круговая Стена разорвала и частично испарила призыв противника. Отсеченный хлыст, больше не сдерживаемый энергией создателя, обрушился вниз и расплескался у ног мага.

Не успел Дармер облегченно вздохнуть, как ровное пламя Стены дрогнуло. То тут, то там в ней с шипением появлялись дыры, которые, впрочем, тут же затягивались. Однако долго так продолжаться не могло. Дармер с досадой подумал, что почти всю энергию в призыве пустил на высоту Стены, которая так и не пригодилась, а не на ее стойкость. Дыры становились все больше, а затягивались медленнее, и маг успел разглядеть, что происходит снаружи. Противник стоял чуть поодаль и теперь использовал другой призыв: от покрывавшей оружие воды отделялись небольшие тонкие лезвия и взмахом меча посылались в Стену Огня. Некоторые уже начали прорываться сквозь нее, но поскольку тратили на это всю имевшуюся в них энергию, до мага Огня долетали лишь безобидные брызги.

Стену можно было обновить, чтобы она продержалась дольше, у Дармера еще остались для этого силы, но он решил, что лучше использует их в других целях. Короткая передышка, которую обеспечила эта ненадежная преграда, позволила ему прогнать панику и заставить мозги работать как надо. В результате возникла одна идея. Это будет последняя попытка, если провалится и она — придется признавать поражение. От этой перспективы Дармер скрипнул зубами и принялся усердно собирать энергию.

Стена Огня все-таки сдалась под натиском воды и спала, превратившись в круговой костерок под ногами. Противник стоял в десятке шагов и не предпринимал никаких действий, ожидая от Дармера подлянки. Но, едва взглянув на того, мечник сразу расслабился. Дармер часто дышал, колени тряслись — его силы были на исходе, и опасности он уже не представлял. Но маг все еще стоял на ногах, а по правилам, если соперник находится в вертикальном положении, значит, еще может сражаться и побежденным не считается, неважно, в каком он состоянии. В Замке Воды учили так же, как и в остальных. Противник направился к Дармеру, чтобы «добить» его. Маг Огня только того и ждал.

Как только мечник приблизился на расстояние, с которого уже не смог бы увернуться, Дармер вскинул в его сторону руку и захлестнул мощным потоком огня. В последнюю атаку он вложил всю оставшуюся энергию. Этого оказалось достаточно. Огненный Снаряд в закрученном потоке пламени пронес противника через весь зал и с оглушительным грохотом, который сотряс весь этаж, разбился о каменную стену.

Ноги больше не держали, и Дармер рухнул на колени. К нему тут же поспешили двое «друидов». Остальные побежали в другой конец зала приводить в чувство проигравшего. На спину юноше легли ладони одного из магов Земли. Дармер ощутил, как через них в тело вливалась энергия, и ему стало намного лучше.

— Парень, ты полностью себя исчерпал, — сказал второй «друид», маг с короткими русыми волосами и щетиной на лице, который сканировал общее состояние юноши. — Ты, вообще, о чем думал?

— О победе, — честно сказал Дармер.

«Друид» презрительно фыркнул.

— Вы, с большим резервом, все одинаковые. Привыкли, что энергии по уши, и тратите ее направо и налево, а нам вас потом спасай.

Ворча, он повернул голову Дармера и принялся рассматривать рану, которую успел нанести противник. Назвать это царапиной язык не поворачивался. «Друид» был того же мнения:

— Твоей физиономией будто землю протерли, — хмыкнул он.

Рука Дармера потянулась к щеке, с которой, по ощущениям, содрали кожу, но лекарь треснул по ней. Парень оставил попытки, предоставляя «друиду» полную свободу действий.

— Ты извини за это, — раздался над головой посторонний голос. — Я не целился в голову специально. Так получилось.

Дармер дернулся и увидел стоящего рядом мага Воды. Он выглядел совершенно здоровым и ничуть не обгоревшим.

— Ты… — выдохнул Дармер, — как это… мой огонь?!

— Да, что-то я сглупил, — покачал головой тот. — А ведь хорошо знал, что слабость наступает сразу же после опустошения резерва, до использования заклинания, на которое была потрачена последняя энергия. И как я не подумал о том, что ты держал наготове призыв? — сокрушался он.

— А… — только и смог сказать Дармер. — Я не об этом. Почему на тебе ни царапины, ведь ты попал в мой огонь? Я этим призывом однажды чуть пол здания не уничтожил! — припомнил юноша свои недавние «подвиги».

— А, это, — рассеянно пробормотал маг Воды, все еще костеря себя за проигрыш. — Так я щит поставил.

Дармер пораженно уставился на него.

— Невозможно! Я своими глазами видел, как поток огня сорвал тебя с места и унес в другой конец зала! У Воды ведь нет динамической защиты! Как ты смог поставить щит без привязки к неподвижному объекту?

— Я мечи скрестил и на них Стену Воды навесил, — невозмутимо ответил тот. — Правда, она испарялась, приходилось ее постоянно подпитывать, поэтому я теперь тоже почти пустой. Но сумел продержаться весь «полет», а отключился от удара об стену.

У Дармера просто не было слов. Как такое возможно? Навесить должную оставаться неподвижной Стену на оружие? Слова этого парня звучали совершеннейшим бредом. Но ведь он сейчас стоял перед ним, целый и невредимый, и других объяснений, как ему это удалось, не было. А мечник слегка рассеянно улыбался, словно не совершил только что настоящее чудо.

— Все, — произнес «друид», который в это время колдовал над лицом Дармера. — Рану я залечил.

— У меня тоже все готово, — второй маг Земли убрал руки от спины юноши и поднялся.

Дармер сделал попытку встать на ноги и чуть снова не упал, но его успели подхватить.

— Ничего, скоро пройдет, — сказал «друид». — Я залил тебе только малую часть резерва, сам понимаешь, ты не единственный, кого надо лечить, а у меня самого ресурсы ограничены, так что будешь еще некоторое время чувствовать слабость.

Наконец Дармер смог стоять более-менее устойчиво, и его вместе с соперником подтолкнули к столу экзаменаторов, где трое магов все время молча наблюдали за происходящим, и вдвоем стали ждать вердикта.

— Ну, что ж, — подал голос седой старичок, восседавший в центре. — Если мои коллеги, — он развел руки в стороны, указывая на этих самых коллег — черноволосого мужчину с пышными усами и мрачного мага с колючим взглядом, — не возражают, я засчитываю экзамен вам обоим, потому что вы в должной мере справились с испытанием.

Мужчина кивнул, соглашаясь со словами, а вот его более молодой коллега не торопился присоединяться к нему. Он сидел, сцепив пальцы в замок, и смотрел в пространство перед собой, о чем-то задумавшись.

— В чем дело, Линт? — повернулся к нему старичок. — Ты со мной не согласен?

— Частично, магистр, — ответил тот. — Я считаю, мы не должны засчитывать экзамен представителю Огня.

— Почему? Назови причину, — потребовал магистр.

Линт откинулся на спинку стула и в упор посмотрел на Дармера, прожигая его холодным взглядом.

— А разве недостаточно того факта, что он, имея столь солидный резерв, едва не проиграл тому, у кого энергии во сто крат меньше? Да и его выцарапанная победа не многого стоит. Разумеется, по правилам учебных поединков он выиграл, но будь это настоящая битва с реальным противником, то потерпел бы поражение. Он даже подняться не мог после последней атаки, а враг сам очнулся бы через несколько минут, и уж у него сил на то, чтобы добить уже ни на что не способного противника, точно бы хватило. И еще. Вас, магистр, не было на общем собрании, а я был и слышал. Глава ясно выразился: ученики должны демонстрировать не природные таланты, а навыки, полученные ими здесь — стихийные заклинания и их грамотное применение. Как раз то, что нам отлично показал представитель Воды, и совсем нет — Огня. Никакой тактики в его действиях я не увидел. Он растерялся и пытался задавить противника огненной массой. Ни одного более-менее сложного призыва так и не сотворил. Мне вообще не понятно, чем он занимался два года, — на его лице возникла кривоватая усмешка.

Дармер стоял с каменным лицом и молился лишь о том, чтобы хруст пальцев в сжатых кулаках никто не услышал. Арктуру стоило бы поучиться у этого мага искусству втаптывать в грязь гордость и самоуважение собеседника, глядишь, у его ученика было бы больше желания учиться. Самое обидное, что все сказанное — правда. А информация о количестве энергии противника добила Дармера окончательно.

Магистр задумался над словами молодого коллеги и над решением. Ситуация, казалось, складывается лучше некуда. Ведь если Дармер провалится, то потом сможет с чистой совестью заявить Арктуру, что, дескать, сделал все, что мог, но противник попался неудобный, а экзаменационная комиссия была предвзята и завалила его. И тот бы ничего не смог на это сказать! И все, свобода, никакой войны! Но… Какая-то часть парня отчаянно противилась этому и кричала: «Я хочу сдать этот проклятый экзамен!» Зачем? Чтобы шагнуть навстречу тому, чего он опасался больше всего?

— Разрешите обратиться? — по-военному спросил стоящий рядом маг Воды.

— Разрешаю, — улыбнулся ему старичок, которому понравился тон ученика.

— Я бы хотел внести некоторую ясность в ваш спор, если позволите, — дождавшись кивка, он продолжил: — Да, я отношусь к категории магов с низким объемом энергии, но у меня было преимущество в стихии перед моим противником. Вода сильнее Огня, что сокращает разницу в наших способностях. Это, во-первых. А теперь, что важнее, во-вторых. Дело в том, что я обладаю особыми…

— Шедар! — вдруг гаркнул Линт.

— … особой подготовкой, — мигом поправился тот. — И, благодаря ей, я, несмотря на свой низкий объем, в Замке Воды входил в группу «средней силы». Я говорю все это к тому, что меня нельзя оценивать по объему энергии, в этом плане я могу одолеть противника сильнее, чем я. Поэтому господин экзаменатор занизил способности моего соперника. Я уверен, что если бы на моем месте был другой ученик с таким же объемом, как у меня, или даже выше, но без этой подготовки, он бы не продержался и минуты.

Двое старших экзаменаторов зашуршали какими-то бумагами, только Линт сидел и мрачно взирал на Шедара. Но тот, казалось, этого даже не замечал и, добродушно улыбаясь, ждал решения. Дармер тоже смотрел на него, но пораженно. Он не мог поверить, что этот парень только что вступился за него, своего соперника. Они, конечно, не были настоящими противниками и вряд ли когда-либо еще стали бы враждовать и драться, но Дармер не мог представить ту же Адель или Гиртаба, да любого своего одногруппника, вступающегося за него перед Арктуром! Подобный поступок оставался за гранью его понимания.

Экзаменаторы нашли то, что искали, и теперь с интересом вчитывались в какой-то документ.

— Вот как… любопытно, — пробормотал старичок, а мужчина с усами хмыкнул. — Ну что, Линт, — повернулся магистр к черноволосому магу. — Слова этого молодого мага звучат разумно, у тебя есть, что на них возразить?

Тот промолчал, лишь отрицательно покачал головой.

— Значит, решено, — хлопнул в ладоши старичок. — Я засчитываю экзамен обоим его участникам. Согласны с этим?

— Согласен, — низким басом поддержал его усач, до этого хранивший молчание.

— Согласен, — выдохнул сквозь зубы Линт, скривившись так, будто съел лимон.

— Отлично! Списки команд вывесят в Подземном Зале после двух, а сейчас можете быть свободны!

Дармер и Шедар попрощались с экзаменаторами и в сопровождении одного из «друидов» покинули зал. Прежде, чем закрыть за ними дверь, «друид» позвал следующую пару учеников, и новые «жертвы» скрылись за массивной дверью.

К Шедару тут же подбежали двое второкурсников в таких же синих формах, как и у него.

— Ну как, сдал? — насели они с вопросом.

— А то! — ухмыльнулся Шедар. — Оба сдали, — добавил он. На него тут же посыпались поздравления вкупе с одобрительными хлопками по спине.

Делать здесь больше было нечего, и Дармер стал спускаться вниз, попутно размышляя, чем занять себя в ближайшее время. Но не успел он преодолеть и одного лестничного пролета, как его нагнал Шедар.

— Парни, удачи! — кричал он наверх, все еще не в силах оторваться от своих одногруппников. — Вы — лучшие! — и поднял большой палец вверх.

Тут он обратил внимание на Дармера.

— А, это ты, — сказал Шедар. — Хотел поблагодарить тебя за бой. Спасибо!

— За что? — уже который раз удивленно вытаращился на него Дармер.

— Ну, знаешь, я раньше ни разу не имел дела с другими стихиями, да и с таким сильным противником не сражался. Это было познавательно, — Шедар обошел мага Огня и зашагал вниз по лестнице.

— Весьма, — пробормотал Дармер и, догнав его, спросил: — Слушай, зачем ты это сделал?

— Что? — повернулся к нему Шедар.

— Зачем ты заступался за меня перед тем экзаменатором? — Дармера сильно занимал этот вопрос.

— Как зачем? — искренне изумился вопросу Шедар. — Ведь это было честно.

— Честно?

— Ну да. Ты на самом деле хорошо сражался, и со стороны Линта было бы несправедливо не засчитывать тебе экзамен. Ты ведь не виноват в том, что я немного… необычный противник, — просто ответил парень из Воды.

— А… Спасибо, — проговорил Дармер.

— Да не за что, — отмахнулся тот. — Слушай, — вдруг вдохновлено начал он, — до двух еще куча времени, не хочешь сходить в Катверн? А то я со вчерашнего вечера ничего не ел! — он схватился руками за живот и скорчил страдающую физиономию, что при его габаритах смотрелось весьма забавно.

— Можно, — не удержавшись от смешка, ответил Дармер. Он все равно так и не придумал, чем заняться. — Только можно ли нам покидать пределы замка? И разве здесь нет места, где можно поесть?

— Можно. Мой приятель, который уже все сдал, спрашивал об этом у экзаменаторов, и те сказали, что это не запрещено. И да, столовая здесь в наличии, еда нормальная, но я хочу навестить один катвернийский трактир. Я тебя уверяю, такого мяса, как там, ты нигде больше не попробуешь!

— Я смотрю, твое знакомство с Катверном носит далеко не поверхностный характер? — усмехнулся Дармер.

— Я жил здесь неделю перед поступлением, — подтвердил Шедар. — Это была просто замечательная неделя! — он мечтательно прикрыл глаза, вспоминая.

Дармер же не мог понять, что такого замечательного тот нашел в Катверне. Более мрачного города юноша еще не видел, о чем не преминул сказать собеседнику.

— Так ты ж не был нигде, кроме центра! — фыркнул тот. — Там и впрямь скучновато. А если пройти чуть подальше — увидишь, как там весело, жизнь кипит!

Так, за разговором, они спустились к подножию башни, где был вход в подземелья. Дармер понятия не имел, куда идти дальше, на что Шедар невозмутимо сказал: «Выйдем, а там посмотрим». И как только они выбрались из башни наружу, то сразу увидели прямо перед собой мост, ведущий к Катверну. Как так получилось, Дармер понятия не имел.

«Это не замок, а лабиринт настоящий».

— Кстати, — остановившись посреди моста, повернулся к магу парень из Воды. — Мы с тобой нормально так и не познакомились! Я Шедар, — протянул он руку. — Но все зовут меня просто Шед. А тебя… Дармер, да? Можно я буду звать тебя Дар?

— Можно, — невольно вздрогнув, разрешил Дармер после паузы и пожал ему руку. — «Давно меня так не называли», — с небольшой тоской подумал он.

Следующие несколько часов пролетели как один миг. В городе Шед свернул с главной улицы и пошел по узкому переулку между домами. Вскоре Дармер понял, почему Катверн называют «лесным городом» — обилие деревьев впечатляло. Катверн строился прямо в лесу, и в отличие от центра здесь деревья вырубали лишь для того, чтобы освободить место для домов. В результате возникало ощущение, что идешь не по городу, а по лесу. Лесу, сплошь уставленному в хаотичном порядке деревянными домиками, покрытыми белой, кое-где обвалившейся штукатуркой. Ничего похожего на участки не было, дома соединялись между собой вытоптанными в высокой траве тропинками, по которым от дома к дому сновали маги.

Дармер забыл, в какой стороне центральная улица, уже через минуту, а Шед, напротив, отлично ориентировался в этом царстве зелени. Дома отличались друг от друга лишь размерами, но Шеда это не смущало, он уверенно ступал по извилистой тропе, которая вскоре привела его к двухэтажному обшарпанному зданию, оказавшимся тем самым трактиром. Шеда там встретили, как родного. Не меньше получаса ушло у него на то, чтобы поприветствовать каждого знакомого работника и завсегдателя этого заведения. Потом он вспомнил о Дармере, но вместо того, чтобы сесть где-нибудь в уголке, он обхватил его за плечи и представил всему трактиру как своего друга. Все началось по новой, с той лишь разницей, что теперь уже Дармер находился в центре внимания — «друга Шеда» приветствовали столь же рьяно, как и его самого.

Наконец Дармеру удалось вырваться из цепких рук жителей Катверна и заняться едой, при виде которой рот наполнился слюной. Ведь он тоже не ел со вчерашнего дня! Шед не соврал: мясо и впрямь оказалось на удивление вкусным. Заказ делал он и еду выбирал на свой вкус, но Дармер об этом не жалел. Ровно до того момента, пока не отпил из кружки, по глупости не уточнив, что именно ему подсунули. Сделав солидный глоток, Дармер тут же закашлялся. Ему показалось, что глаза сейчас вылезут из орбит: адское пойло чуть не прожгло горло.

— Что это? — прохрипел Дармер.

— О, это напиток богов, — не разделял его мнения Шед. — Отлично согревает. Надо же отпраздновать окончание второго курса и сдачу экзамена, не считаешь? — ухмыльнулся он.

Дармер счел аргумент убедительным и вновь приложился к напитку, но уже с большей осторожностью. Алкоголь ударил в голову быстро. Дальнейшее сохранилось в его памяти не полностью. Он помнил, что ему было настолько весело, что даже захотелось по второму кругу познакомиться со всеми посетителями. Стало так хорошо и спокойно, что было совершенно наплевать и на войну, и на Арктура, на все…

— Эк тебя, приятель, развезло! — в голове неожиданно прояснилось. — И это всего с одной кружки!

Дармер обнаружил себя сидящим на траве, а над ним возвышался Шед.

— Ну и ну, — покачал тот головой. — Ты что, никогда не пил?

— Один раз, — честно просипел юноша.

— И как?

— Не помню. Но тогда я очень много выпил.

— Однако… Надо было спросить перед тем, как тебе выпивку покупать. Сглупил, — сказал Шед, обращаясь скорее к себе, чем к Дармеру. — Хорошо хоть отрезвляющее знаю, а то пришлось бы тебя на своем горбу тащить до замка. Ладно, юный трезвенник, возвращаемся обратно, дело к двум идет.

Дармер, слегка шатаясь, поплелся за ним. Шед громко возмущался:

— Проучиться два года и не научиться пить! Если нашим скажу — не поверят. У вас что, гулянок не было? Вот у нас такие вечеринки были! Однажды все учителя оставили замок, так мы тогда такое устроили, в Катверне слышно было! Рыба в озере дохла! Наутро острова не было видно, все сплошь в пьяных телах. Влетело нам тогда, конечно, по-крупному, но никто не жаловался. Всем было весело.

Дармеру тоже было весело, хоть и недолго, но он ничуть не жалел, что пошел сюда вместе с Шедом. Да и лесная часть Катверна понравилась. Научиться бы еще в нем ориентироваться…

Обратно они возвращались так же, как второкурсники Огня шли от телепортов в Форестоун. На сей раз в роли проводника выступал Дармер, потому что Шед не знал этой дороги до Подземного Зала. Оказалось, ученики Воды прибыли совсем иным путем.

— Мы заходили со стороны озера, — объяснял Шед. — Там есть пристань, к которой мы причаливали на лодках. Нам пришлось встать в три утра, чтобы успеть сюда и восстановить силы перед сражениями. Мы, конечно, не руками гребли, а магией заставляли лодки плыть, но при моем резерве это нельзя назвать легкой прогулкой. Замок Воды находится на острове посреди озера, оттуда мы и плыли. Его, наверное, можно даже отсюда увидеть, если забраться повыше… Я тебе как-нибудь обязательно покажу!

В Подземном Зале царила суматоха — списки уже вывесили. Возле стены, на которой они висели, толпились ученики в красных, синих, зеленых и белых формах, но рослый и плечистый Шедар быстро пробил им дорогу в первый ряд. Дармер скользил глазами по строчкам с именами, чтобы поскорее узнать, в какой он команде, и выбраться из этой толчеи.

Внезапно Шед бесцеремонно сграбастал его за локоть и притянул к себе.

— Смотри! — ткнул он пальцем куда-то в список. — Мы в одной команде, братишка!

Посмотрев, куда он указывал, юноша увидел: «Команда № 11. Шедар, Дармер,…».

Глава 4. Команда № 11

— Ну, и что теперь? — поинтересовался Дармер у своего новоиспеченного сокомандника, как только они выбрались из толпы.

— Как что? — удивился тот. — Идти на общий сбор команды, разумеется. Там же было написано, ты что, не прочел?

— Не успел. А где этот сбор проходить будет? — поинтересовался Дармер.

— В месте под номером 7113.

— Это где?

— Нашел, что спросить. Я в замке, не считая этого раза, был всего дважды: когда подавал заявку и когда отчаливал в Замок Воды. Сам понимаешь, возможности побродить по здешним местам у меня не было. Я понятия не имею, как выглядит это самое место за номером 7113 — как зал, аудитория или что-нибудь еще.

Шедар с задумчивым видом осмотрел Подземный Зал, потирая подбородок. Затем, бросив через плечо: «За мной!», направился к девушке в серой форме у стены. На вопрос Шеда о местоположении нужного им места, она без запинки с каменным лицом отбарабанила:

— Седьмая башня, одиннадцатый этаж, третья комната.

Было видно, что ребята не первые и даже не десятые, кто подходит к ней с подобным вопросом, и работа живого путеводителя ей порядком надоела. Но Шедар, не удовлетворившись таким ответом, продолжил испытывать ее терпение:

— Хорошо, тогда где седьмая башня? Этаж и комнату мы уж как-нибудь сами отыщем.

Девушка окинула его взглядом, задержав внимание на форме, и ответила:

— Она находится на пути от Подземного Зала до причала.

— А! — начал понимать Шед. — Она светится голубым или розовым?

— Синим! Седьмая башня с синей подсветкой! — все-таки вышла из себя военная. — А следующая за ней не розовая, а сиреневая!

— Все, понял! Спасибо, — Шед отвернулся от недобро глядевшей на него девушки и, позвав за собой Дармера, направился в один из боковых коридоров.

Зеленое освещение в нем и впрямь вскоре сменилось голубоватым. Выйдя из подземелий, ребята стали подниматься наверх. Шедар старательно отсчитывал этажи.

«Интересно, кому пришла в голову мысль поместить нас в одну команду», — думал Дармер, шагая за сокомандником.

Он не жаловался. Шед, по его мнению, был нормальным парнем, и ему, Дармеру, в каком-то смысле повезло, что именно он стал товарищем по команде. Но все-таки? Здесь, наверняка, без экзаменаторов не обошлось. Однако Дармер был готов поспорить на что угодно: инициатива объединить бывших противников в одну команду исходила не от Линта. Хотя упрекнуть экзаменатора в необъективности, когда тот судил поединок, было нельзя, у Дармера сложилось впечатление, что чем-то он этому Линту не понравился. Чего не скажешь о Шедаре. Эти двое явно были знакомы раньше — стоило лишь вспомнить, как они спокойно называли друг друга по именам.

— С чего ты взял? — вопросом на вопрос ответил Шед, когда Дармер спросил у него напрямую.

— Догадался, — не стал вдаваться в подробности тот. — Ну, так вы знакомы?

— Пересекались, — туманно ответил мечник.

— А конкретнее? — не отставал Дармер.

— Ну, — замялся Шедар. — Он бывал в нашем Замке — вел некоторые занятия.

Дармер так и думал. И что-то подсказывало ему, это те самые занятия, на которых обучают загадочной «особой подготовке». Но подробности вытянуть вряд ли удастся — по каким-то причинам Шед не хотел или не мог распространяться на эту тему.

Дармер решил отложить этот вопрос на потом, поскольку впереди у него куча времени, чтобы к нему вернуться. Вместо этого, он задумался об остальном составе команды. С госпожой удачей у него сложились самые противоречивые отношения, и потому он не ждал от остальных сокомандников ничего хорошего. А ведь с ними Дармеру придется провести бок о бок ближайшие пару месяцев как минимум, а дальше… Несмотря на отчаянную надежду, парень оставался реалистом. Шансов на отчисление у него меньше, чем у отличников Адель и Гиртаба. Значит, Дармеру надо быть готовым к тому, что с этой командой он проведет много больше времени — месяцы, а то и годы. Поэтому его так волновало, какими магами окажутся его новые товарищи. Но один добрый знак все же имелся: Дармер не особо вчитывался в список команды, но кроме Шеда не обнаружил там ни одного знакомого имени. Юноша вознес хвалу богам. Двухлетнего общения с дорогими соучениками из Огня ему хватило с лихвой, и продлевать желания не было.

Шедар прервал его мысли, когда ребята добрались до одиннадцатого этажа. Дверь с номером 7113 нашлась, но оказалась заперта. Подергав ручку, Шед с озадаченным видом пробормотал:

— Первые, что ли… — и на всякий случай постучал.

Дверь тут же отворилась. На пороге возникла девушка невысокого роста с длинными черными волосами и светлыми глазами. Шед, когда ее увидел, сначала вылупился, а потом загоготал так, что по этажу прокатилось эхо. Дармер сперва удивился такой реакции, но потом обратил внимание, что на девчонке форма синего цвета, и все стало понятно. Эти двое знакомы.

— И чего ты ржешь? — черноволосая скрестила руки на груди, недовольно взирая на Шеда.

— Прости, — выдавил из себя тот, утирая выступившие от смеха слезы. — Просто только сейчас понял…

— Что руководство Форестоуна было не в своем уме, когда объединило нас в одну команду? — язвительно отозвалась девчонка.

— Нет… я понял, что ты-то и есть та самая Ксилота…

Шедар снова расхохотался, увидев, как вытянулось ее лицо.

— Как же так, — притворно сокрушался он. — Целых два года были не разлей вода, а познакомились только сейчас. Кстати, забавный каламбур получился…

— Вот потому и не говорила, знала, что ржать будешь! — воскликнула девушка.

— Что происходит? — спросил Дармер, от которого все больше ускользал смысл их диалога.

Все еще хихикающий Шедар пояснил:

— Когда мы познакомились с этой особой, она представилась именем Кси, ни слова не сказав, что это сокращенная форма. Когда я смотрел список нашей команды, увидел в перечне имя Ксилота. Но до меня только сейчас дошло, что это та самая Кси, которую я давно знаю. Ну и имечко тебе родители выбрали, — ехидно проговорил он, глядя на бывшую одногруппницу.

— Весело, да? — с видом обманутой в лучших чувствах смотрела на него обладательница странного имени. — Только попробуй еще раз меня так назвать, и холодный душ тебе обеспечен!

— Конечно-конечно! — с издевкой проговорил Шед. — Кси-ло-та!

Девушка недобро сощурилась и вскинула руку, намереваясь исполнить угрозу. Однако Шед с легкостью уклонился, и в результате волна ледяной воды досталась Дармеру.

— Ой, прости, — стушевалась она, глядя, как тот убирает с глаз мокрые волосы.

— Вот и первая жертва твоего произвола, — смеялся в стороне Шед, который сейчас должен был быть на месте Дармера.

«Ну почему всегда я?» — задал он самому себе риторический вопрос.

— Сейчас следующая появится! — мигом ощетинилась Ксилота.

Но продолжить перепалку не позволила выпорхнувшая, по-другому и не скажешь, златовласая нимфа в белом. Хотя среди магов Воздуха было немало светловолосых и голубоглазых, эта девушка будто сияла изнутри волшебным солнечным светом.

— Кси, что случилось? — мелодичным голосом спросила она у черноволосой. Тут ее взгляд остановился на Дармере, и она всплеснула руками. — Кси, ну разве можно так встречать своих товарищей? Чем он тебе не угодил?

— Да я… — неизвестно, что хотела сказать Ксилота, оправдаться или возмутиться, что вину за содеянное повесили на нее — ведь не она одна здесь представитель водной стихии.

Но светловолосая, не дожидаясь ответа, схватила Дармера за руку и потащила в комнату, приговаривая:

— Идем, я тебя высушу.

— Не надо, — тот попытался отказаться, не желая больше ощущать на себе воздействие чьей-то магии, но его никто не слушал.

В комнате, которая больше походила на гостиную, а не на место встречи боевой команды, ему сказали встать смирно и принялись обдувать со всех сторон воздухом. Кси и Шед тоже вошли, уселись на один из диванов и стали наблюдать за просушкой.

— Я смотрю, Кси, ты уже успела познакомиться с нашей очаровательной сокомандницей. Может, представишь нас? — Шедар тоже не остался равнодушен к чарам красавицы.

Девушка смутилась и порозовела, но знакомство пришлось отложить, потому что в этот момент дверь в коридор распахнулась. В комнату шагнул маг в зеленом. Дармер узнал в нем того самого «друида», что лечил его травму после поединка.

«Что он здесь делает?» — удивленно подумал юноша. А затем в его голову пришла неожиданная мысль. Ведь «друида» в их компании как раз и не хватает. Маг выглядел на несколько лет старше, но чем демон не шутит?

— Ты что, тоже в нашей команде? — поинтересовался Шед, который, по-видимому, подумал о том же.

— Я? — уставился на него «друид». — Боги упасите, отмучился уже. Вот ваш товарищ.

Он обернулся и к немому изумлению собравшихся вытащил на свет худого паренька, который до этого прятался за его спиной. У нового сокомандника была пышная шевелюра черных волос и очень смуглая кожа. Как и его старший товарищ, он был одет в зеленую форму.

— Давай, проходи, — подтолкнул того «друид», и паренек прошмыгнул в комнату, сел на диван и как-то сразу затерялся на нем. Уроки по техникам маскировки явно не прошли для него даром.

— А ты тогда кто? — перевела взгляд на старшего «друида» Кси.

— Я руководитель вашей группы, — пояснил тот. — И вы у меня, кстати, не единственные, поэтому давайте побыстрее разберемся со всем, чтобы я и других успел проинструктировать.

Тут «друид» обратил внимание на Дармера и пытавшуюся его высушить воздушную девушку.

— А с тобой что опять случилось?

Волосы и одежда парня все еще оставались влажными, и это нельзя было не заметить.

— Кто это сделал? — претендентов было двое, и маг Земли перевел вопросительный взгляд на парочку в синем.

— Я, — тут же взял вину на себя Шед.

«Друид» на это лишь хмыкнул, уж больно неправдоподобно невинное лицо скорчила Кси. Но маг не стал дальше развивать тему, велел закончить просушку Дармера позже, а сейчас сесть и внимательно его слушать. Все с комфортом расположились на мягкой обивке, благо мебели тут хватало, и приготовились внимать.

— Меня зовут Трим, я — руководитель вашей команды на ближайшие два месяца. Я уже окончил ученичество и работаю в госпитале, но сейчас острая нехватка преподавателей, поэтому меня приставили к вам. Сегодня я весь день носился с раненными и контуженными учениками, времени читать ваши личные дела у меня не было, так что сперва мы с вами познакомимся. Я хочу знать о вас четыре вещи: имя, возраст, объем энергии и стихию. Пожалуй, представлюсь первым: свое имя я уже сказал, мне двадцать восемь лет, у меня средний объем энергии, владею стихией Земли.

— Последнее вызывало у нас наибольшие сомнения, — громким шепотом сказал Шед, и все прыснули. — Нет, ну правда, — произнес он, глядя на нахмурившегося Трима, — зачем мы носим эти разноцветные формы, если стихию все равно приходится вслух называть?

Трим сощурился.

— На случай, если кто-то из нас неспособен различать цвета, — сказал он с таким серьезным лицом, что было непонятно, шутит или нет. — И раз уж ты такой разговорчивый, с тебя и начнем.

— Легко, — согласился парень. — Привет всем, меня зовут Шедар, если кратко, Шед, мне двадцать три года. Объем энергии низок, что поделать, но зато у меня есть два меча, — Шед делал вид, будто не замечает сердитых взглядов Трима, весь вид которого советовал ему прекратить паясничать и поторапливаться. — А стихия у меня… Вода! Неожиданно, правда?

Команда не смогла сдержаться. Кси, откинув голову назад, хохотала как сумасшедшая, Дармер закрывал лицо рукой, пытаясь приглушить смех, златовласка посмеивалась в кулак, и даже из горы подушек слышалось фырканье. Только Трим не разделял всеобщего веселья. Недовольно посматривая на подопечных, он кивком велел светловолосой продолжать.

— Привет! Меня зовут Сальвадора, — сказала она, улыбаясь, — мне двадцать лет, обладаю высоким объемом энергии, моя стихия — Воздух.

«Не решилась дальше злить нашего «начальника»?» — еле слышно хмыкнул Дармер.

Дальше слово было передано самому тихому участнику команды.

— Привет, — неуверенно поздоровался он. — Меня зовут Мартес, мне двадцать один, у меня средний объем энергии, стихия Земли.

Его волосы встопорщились, от чего он стал похож на ежа. Проговорив свой краткий монолог, он снова спрятался в диванных подушках.

Теперь вещала Кси, уже успевшая успокоиться:

— Кси, — со стороны Шеда донеслось громкое цыканье. Метнув в его сторону убийственный взгляд, девушка поправилась: — Ксилота, — буквально выплюнула она свое имя. — Девятнадцать, средний, Вода.

«И приз за самый короткий рассказ получает…».

— А меня зовут Дармер, — заговорил юноша. — Мне двадцать лет, высокий объем энергии, стихия — Огонь.

— Значит, двое с высоким объемом, двое — со средним и один — с низким. Неплохо, могло быть и хуже, — резюмировал Трим после паузы. — А теперь слушайте и запоминайте: ровно в четыре часа у нас телепорт до места вашей практики, поэтому без десяти, а лучше — без пятнадцати, вам нужно быть на телепортационной площадке. Знаете, где это?

— Да, — откликнулась Сальвадора.

Остальные недоуменно на нее уставились. Они такими знаниями обременены не были.

— Отлично. С собой берите только необходимое, остальное оставьте здесь.

— Здесь? — переспросила его Кси.

— Да, здесь. Эта комната теперь принадлежит вашей команде. А это, — Трим указал на три двери, которые Дармер до этого не замечал, — ваши спальни. Сами поделите их между собой. Здесь вы будете жить, когда вернетесь с практики. Ну, вроде все… И не забудьте — без десяти четыре у телепортов!

Трим уже повернулся к выходу, но сразу несколько голосов — Дармера, Шеда и Ксилоты — остановили его.

— Мы еще не закончили!

— А ну-ка подожди!

— Стоять! У нас есть вопросы!

Маг Земли застыл.

— Мне некогда, — попытался отвязаться он от подопечных. — У нас еще будет время поговорить.

— Нет, парень, — возразила Кси. — Я, лично, не горю желанием отправляться демон знает куда, даже под твоим чутким руководством!

— Вот именно, мы хотим знать, куда нас забросят, — поддержал ее Шедар.

— И что мы там будем делать, — добавил Дармер.

— Да я сам не знаю, куда мы направимся! — не выдержал Трим под тройным натиском. — Если вы не будете меня больше задерживать, я спрошу у руководства и перед отправлением все вам расскажу!

Такой ответ ребят не устраивал, но ничего поделать они не могли.

— Что до второго вопроса, — перевел Трим взгляд на Дармера, — то, по-моему, на общем собрании на него ответили предельно ясно. Что вам еще непонятно?

— То есть, — переспросил Дармер, — практика состоит в том, что мы будем искать друг с другом общий язык? И на это мы угробим два месяца?!

— А что тебя так смущает? Раньше практика длилась полгода, и никто не жаловался. Вы же все сегодня первый раз увидели друг друга. Большинство из вас, — поправился Трим, взглянув на Шеда и Кси. — Не думаешь же ты, что уже через неделю вы станете лучшими друзьями? Вам этого срока даже мало будет. Я тоже проходил через это, поэтому знаю, о чем говорю. В моем случае потребовалось больше трех месяцев, чтобы сплотиться с командой. Может, конечно, у вас все пройдет гораздо быстрее, ручаться не стану, и хорошо, если так, потому что впереди у вас множество самых различных заданий, справиться с которыми вы сможете только при хорошей командной работе.

— А как же наши тренировки? — спросила Сальвадора. — За два месяца можно все навыки растерять!

— А кто сказал, что все это время вы будете сидеть и ничего не делать? — хмыкнул Трим. — В вашем распоряжении будет куча времени для улучшения боевых навыков. И теперь вы можете проверить их на представителях других сфер, забыли об этом? Кстати, дружеский поединок всегда считался одним из лучших способов наладить взаимоотношения. А вот теперь мне уже точно пора, иначе со второй группой не успею ничего обсудить! — с этими словами он на всех парах вылетел за дверь.

После его ухода ребята, сочтя знакомство команды, так или иначе, состоявшимся, занялись подготовкой к отъезду — на все про все у них оставалось меньше часа. За диваном они нашли свои сумки, которые доставили из Замков. Вещи ребята не разбирали, а побросали, как придется, захватив с собой только самое нужное. Сальвадоре и Кси это требование Трима пришлось не по душе — для них не существовало такого понятия как «ненужные вещи». Шед с большим трудом уговорил их оставить большую часть поклажи.

К телепортам команда шла, следуя за Сальвадорой или, как она просила себя называть, Салли. Девушка не стала спускаться в подземелья, а вышла наружу. Со всех сторон ребят окружили каменные стены башен. Для перехода из одной башни в другую этажи соединялись между собой сетью каменных мостов. Их было так много, что любой, кто оказался здесь впервые, мог с легкостью запутаться в этой каменной паутине, а также в лабиринте башенных ходов, лестниц и коридоров. Однако Салли прекрасно ориентировалась в замке. Спустя десять минут она вывела товарищей из его стен на открытую площадку.

Это было единственное место на скале, не занятое замком. Здесь стояло множество черных зеркал. Их вставили в большие арки, искусно высеченные из темного камня. А среди них сновали маги в формах всех цветов.

— Пришли, — пропела Сальвадора. — Это и есть телепортационная площадка.

Утес был переполнен. Не только их команда отправлялись сегодня «на объект», поэтому происходящее живо напомнило базар, на котором Дармеру как-то довелось побывать. Как в этой разноцветной кутерьме вообще можно кого-то отыскать?

Салли лишь покачала головой в ответ на вопрос, может ли она найти Трима.

— Если бы я знала город, в который нас отправят, можно было попробовать отыскать телепорт, а так… — она развела руками.

— Тогда, — сказал Шедар, — поищем сами. Только держитесь все вместе, а то потеряемся и будем еще и друг друга искать.

Дармер всегда терпеть не мог толпы, но здесь творился какой-то кошмар. Все вокруг бегали, толкались, орали… Уже на второй минуте в этом бедламе парень был готов ехать хоть на край света, лишь бы подальше от этого скопища народа. На его счастье в тот момент, наконец, нашелся Трим — его заметил Мартес. Руководитель стоял возле одного из зеркал и не один: вокруг него топтались несколько учеников в формах разных стихий — должно быть, та самая вторая команда. Еще на подходе Дармер узнал выделяющееся среди них огненное пятно рыжих волос.

— Дармер? — узнала его в свою очередь Адель и удивленно спросила: — Ты все-таки сдал экзамен?

Раздражение волной поднялось в юноше, но ответить он не успел.

— А ты можешь назвать иные причины, почему он здесь? — насмешливо спросила Кси. — Нет? Тогда не задавай глупых вопросов.

Адель окинула ее холодным взглядом, но от продолжения разговора отказалась. Тем более что слово взял Трим, решивший, наконец, объяснить, куда они отправляются.

— Цель нашего небольшого путешествия находится на Северных островах. Это небольшой город.

— Где?! — вскричала Кси. — Это же крайний север!

— И что? — остался бесстрастным Трим.

— Там же холодно! — возмутилась та.

— Не переживай, — заговорила Адель, улыбаясь. — Я уверена, твой новый товарищ, — она бросила выразительный взгляд в сторону Дармера, — не откажется согреть тебя, если ты его хорошо об этом попросишь.

Лицо Кси пошло красными пятнами. Казалось, ее сейчас разорвет от переполнявших чувств и не совсем вежливых слов, но тут вмешался Дармер.

— Согрею, если надо, — сказал он, спокойно глядя на Адель. Она и Ксилота изумленно уставились на него. — Но это уже не твоего ума дело. Лучше занимайся своей командой, думаю, многие из них не откажутся, чтоб ты их согрела.

Глаза Адель недобро вспыхнули.

— Как это мило, — отвлек ее от мыслей о сожжении парня посторонний голос. Вальяжной походкой к ним приближается Гиртаб. — Какие между вами, однако, теплые отношения. Но я был более высокого мнения о твоем чувстве вкуса, — он сокрушенно покачал головой. Было непонятно, кому из бывших одногруппников предназначались его слова. — Кстати, поздравляю, я не ожидал, что ты сдашь экзамен, — сказал Гиртаб, повернувшись к Дармеру. — Арктур, похоже, думал также — он сильно удивился, когда я рассказал ему о твоем успехе.

— Чего тебе надо? — не выдержал Дармер.

— От тебя — совершенно ничего, — усмехнулся Гиртаб. — Я здесь по просьбе господина Триостражника. Он поздравляет вас со сдачей и извиняется, что не смог прийти сюда лично. Он сейчас в замке по делам и попросил меня передать тебе вот это, — он протянул Адель запечатанный конверт.

— И с каких пор ты у Арктура на побегушках? — ехидно спросил Дармер.

— Это называется «оказание уважения учителю», но тебе, конечно, этого не понять, — с достоинством ответил Гиртаб.

— А что это? — осторожно, точно конверт мог взорваться, взяла его Адель.

— Не имею понятия. У меня, знаешь ли, нет привычки читать чужие письма, — Гиртаб осклабился. — Ну что ж, я сделал все, что хотел, и, поскольку у меня больше нет желания находиться в обществе ни одного из вас, позвольте откланяться, — и он удалился.

Адель так и продолжала держать конверт двумя пальцами, будто боялась, что он обернется змеей и укусит ее. Но собственное имя, выведенное рукой Арктура, все же убедило ее. Она взяла письмо нормально и уже хотела его вскрыть, когда недовольный окрик прервал ее.

— Долго мне еще вас ждать? Четыре часа уже пробили!

Оказалось, что кроме Дармера, Адель и ждущего их Трима, возле зеркала больше никого не было — остальные уже исчезли в телепорте. Адель, на ходу запихивая письмо в висевшую на поясе сумку, первой скрылась в его прозрачной поверхности. Вслед за ней и Дармер нырнул в холодную глубину телепорта.

Он очутился в небольшой полутемной комнате. Для двух команд она явно была тесновата.

— Извини, что не дождались, пока вы закончите, Трим настаивал… — сказал Шед, когда Дармер оказался рядом со «своими». — Что это был за хмырь?

— Одногруппник, слава богам, бывший.

— Наверняка он один из этих клановых выскочек, — презрительно отозвалась Кси. — Аристократизмом от него так и прет.

— Ну, возможно, — пробормотал Дармер, отводя взгляд.

— Да я тебе точно говорю.

Шед с интересом посмотрел на них.

— Так, кто у нас здесь? — в комнате возник маг в серой форме. — Команды?11 и?24, если не ошибаюсь?

— Да, — вразнобой ответили ему.

— Так точно! — отличился Шед.

— Где ваш руководитель?

— Я здесь, — показался из-за их спин Трим.

Он и «страж телепорта» отошли в сторону, тихо переговариваясь между собой. Ребята заскучали, а Шед даже засмотрелся в единственное имевшееся в комнате окно. Пока было время, Дармер решил получше присмотреться к другой команде. Как и одиннадцатая, она состояла из пяти магов, и Адель была там единственным пользователем Огня. На этом сходства заканчивались.

Двое в команде были магами Воздуха, оба — парни. Один имел внешность, типичную для своей стихии: светлые волосы и голубые открытые глаза. А вот о стихии второго вряд ли бы кто догадался: короткие растрепанные темные волосы, прищуренные карие глаза. Если бы не форма, Дармер мог предположить Воду или Землю, но никак не Воздух. Однако белые одежды не оставляли место сомнению. На длинном худом парне они смотрелись удивительно неуместно.

Напротив, форма Воды очень шла второй девушке в команде. Хотя Дармеру после общения с Кси было немного непривычно видеть на лице носящего эту форму не искривленные в усмешке алые губы, а милую улыбку. Не сощуренный пристальный взгляд, а широко распахнутые светло-синие глаза. Даже ее волосы, такие же волнистые, как у Ксилоты, но более светлого оттенка, выглядели мягче.

Последний сокомандник Адель был «друидом» и весьма примечательным. До этого момента Дармер считал их народ если не бесполезным, то слабохарактерным. Но этот парень… Темно-русые кудрявые волосы, зеленые глаза, золотистого оттенка кожа — внешность его была типична для «друида». Однако Дармер чувствовал исходящую от того мощь, силу и уверенность. Этот весьма неслабый маг был очень не прост и совершенно не вписывался в его представления о «друидах».

— А мы точно туда, куда надо, попали? — вывел Дармера из размышлений голос Шеда. Посторонний маг, уладив все дела, уже ушел. — Ты, по-моему, говорил, что мы направляемся в маленький город на Северных островах, а я что-то не припоминаю, когда Сагеп стал подходить под это определение?

— Мы в Сагепе? — удивилась Сальвадора. — Откуда ты знаешь?

— Можешь мне поверить, Сагеп я узнаю откуда угодно. Даже сквозь такое маленькое окно, — махнул Шедар в сторону рукой.

— Да, мы сейчас находимся в Сагепе, — подтвердил Трим. — Чтоб вы знали, не во всех городах есть телепорты. Тот город, в который мы едем, расположен в самом удаленном от столицы регионе и почти не контактирует с внешним миром, поэтому устанавливать там телепорт не было необходимости.

— Отправили нас в самую… глушь, — полушепотом произнесла Кси, но Трим услышал.

— Хватит жаловаться. Места прохождения практики распределялись жребием. Вам просто немного не повезло.

Кси ужасно хотелось поспорить насчет «немного», но она сдержалась и промолчала.

— А где мы сейчас? — спросил светловолосый юноша из двадцать четвертой команды. — И почему мы прибыли не городским телепортом?

— Мы находимся в здании резиденции Варнорта, которые есть во всех пяти крупных городах. Между ними и Форестоуном сеть постоянно работающих телепортов, которых нет нужды настраивать. Поскольку Сагеп — ближайший к нашему месту назначения город с телепортом, то почему бы не воспользоваться внутренним средством перемещения?

Задав этот риторический вопрос, Трим повел команды из комнаты куда-то по коридору.

— И как мы тогда доберемся до того города? — на ходу спросила его Салли.

— Да, хотелось бы знать, потому что между Сагепом и Северными островами высоченные горы. Чтобы их перейти, нам потребуется больше недели, — добавил Шед.

— Именно поэтому мы с вами воспользуемся воздушным транспортом, — ответил «друид».

— Здорово! — обрадовалась Салли. — Я еще никогда не пробовала летать, хотя у меня воздушная стихия.

Другие горячо ее поддержали — летать они тоже никогда не пробовали. Дармер же честно попытался изобразить радость, стараясь при этом, чтобы его улыбка не была похожа на оскал. Он-то как раз летал и не мог сказать, что это ему пришлось по душе.

Существовало два вида воздушного транспорта: ездовые животные, которые умели летать, и зачарованные для полетов артефакты. Первый полет Дармера прошел на летающей живности, и это было большой ошибкой с его стороны — кататься на чем-либо, что может само решать: лететь ему, сделать бочку или войти в пике. Но место, в которое привел ребят Трим, мало напоминало стойло, что сильно обрадовало Дармера. Окончательно он выдохнул с облегчением, когда Трим из груды вещей вытащил несколько предметов, напоминавших крылья бабочки.

— Это кайтопланы. Крепятся на спину, — начал объяснять «друид». — Работают от собственного источника энергии, но могут перейти на ваш, если заряд исчерпается. Хотя это вряд ли произойдет, энергии хватает на двенадцать часов, а нам с вами лететь гораздо меньше. Разбирайте кайтопланы, и идем на крышу.

Девочки тут же метнулись выбирать себе «крылья» покрасивее. Только Адель не приняла в этом участия, выбрав первые попавшиеся. Дармеру достались красные, Шедару — темно-фиолетовые. Кси выбрала себе кайтоплан кислотно-зеленого цвета, а Салли — синий. Остальные были столь же ярких цветов, о чем тут же посетовал светловолосый юноша из второй команды.

— Могли бы что-нибудь и побледнее сделать, их же с земли отлично видно. Случись что — и мы будем отличной мишенью для врагов.

Но его бормотания никто не слушал: подхватив кайтопланы, все побежали за Тримом наверх, на крышу здания, где принялись их надевать. С непривычки всем требовалась помощь, и ребята по очереди помогали друг другу застегивать ремешки. Кайтоплан крепился к рукам, ногам и в нескольких местах поперек туловища. Когда Шед закрепил последнюю застежку, Дармер находился в положении «звезды», не представляя, как в этом можно перемещаться, а уж, тем более, летать. Но стоило немного пошевелить руками, как кайтоплан все сделал сам: ноги оторвались от крыши, и Дармер, сначала медленно, но потом все быстрее и быстрее стал набирать высоту. Парень глянул вниз и ужаснулся: крыша, с которой он только что взлетел, стремительно удалялась. Дармер забарахтался всем телом, и ему удалось перевернуться горизонтально. Взлет тут же прекратился. Дармер неподвижно завис в воздухе и огляделся вокруг. Так и замер, пораженный открывшимся зрелищем. Стало ясно, как Шеду удалось узнать этот город с одного взгляда.

Сагеп находился высоко в горах. Дома были выбиты прямо в горной породе и густо усеивали ровные плато и отвесные скалы. Дома на склонах располагались несколькими уровнями, нависая один над другим. Через глубокие ущелья были перекинуты подвесные мосты. Многие постройки имели вытянутую вверх форму, будто тянулись к солнцу. Поэтому Дармеру не составило труда найти оставшуюся далеко внизу крышу резиденции Варнорта, которая, одна из немногих, была почти плоской, и находившихся на ней учеников. С такой высоты они казались не больше букашек. А, глянув вниз, Дармер увидал прямо под собой черную пропасть, дна которой не было видно, как он не напрягал зрение. Мысль о том, что будет, если упасть с такой высоты, заставила сердце ускакать в пятки, а его самого — спешно разбираться, как это демонов кайтоплан работает.

«Ненавижу летать!»

Спустя несколько минут Дармер все же выяснил, как им управлять: чтобы набрать высоту или спуститься, надо поднять или опустить верхнюю часть тела. От угла наклона зависела скорость, с которой ты будешь подниматься или снижаться. А чтобы лететь вперед, нужно зависнуть горизонтально и взмахивать руками-крыльями. Вроде бы, ничего сложного, но Дармер все равно чувствовал себя скованно в воздухе.

Вдруг перед его взором промелькнула и тут же исчезла белая вспышка. Маневренности Дармера не хватало, чтобы развернуться и осмотреться. Но тут вспышка появилась вновь, и парень успел ее рассмотреть — это оказалась закладывающая виражи Сальвадора. Летала она так, будто родилась с крыльями за спиной. Дармеру вновь подумалось, что родство со стихией — не пустой звук.

— Как здорово! — замерла она перед юношей. — Это лучшее, что я испытывала в своей жизни. Ты так не считаешь? — спросила она и перевернулась вниз головой.

— Нет, — пробурчал Дармер.

Рядом с ней он чувствовал себя немощным инвалидом. Салли явно не испытывала никакого неудобства, находясь привязанной по рукам и ногам к кайтоплану.

— Кстати, — продолжила Салли, — Трим был в ярости из-за твоего резкого старта без его команды.

Это известие еще больше испортило Дармеру настроение. Но тут подлетели Шед с Кси, и оно опустилось до отметки «ноль». С врожденными способностями Салли к полетам Дармер мог смириться — это ее стихия, в конце концов. Однако по этой теории маги Воды должны летать еще хуже, чем он — ведь у Огня гораздо больше общего с Воздухом, чем у Воды. На деле все было наоборот: хотя кульбитов, как Салли, они не делали, но держались спокойно и уверенно, как будто такие прогулки для них — обычное дело. Дармер снова ощутил себя хромым калекой в компании силачей.

И тут еще Трим добрался до него с остатками двух групп. Не стоит перечислять все то, что Дармер от него услышал, но Салли ничуть не преувеличивала, говоря о настроении руководителя, которое колебалось между плохим и отвратительным. Похоже, сегодняшний трудный день, свалившиеся на голову подопечные и, в особенности, одиннадцатая команда окончательно вывели его из себя, и «друид» сорвался на первом же нарушителе.

«Но почему все шишки опять мне? — возмутился такой несправедливости Дармер. — Нельзя так орать только за то, что я не справился с управлением артефактом, которым, кстати, никто не объяснял, как пользоваться. Но этому разве объяснишь…».

Его немного развеселил вид Мартеса, который в воздухе был столь же изящен, как летающий бочонок. В команде Адель ситуация сложилась несколько иная: кто-то летал лучше, кто-то хуже, но таких крайних случаев, как Мартес и Салли, не было. Их воздушные маги держались не намного увереннее остальных и тем более не исполняли фигуры высшего пилотажа.

Прежде, чем отправиться в путь, Трим определил порядок, в котором они полетят. Во главе колонны был он сам, поскольку был единственным, кто знал дорогу. За ним шла двадцать четвертая команда, а одиннадцатая, в наказание — последней. Дармер летел вторым, следом за Салли, хотя частенько он оказывался первым, поскольку познавшая радость полета златовласка не могла оставаться на одном месте. Время от времени она выбивалась из строя и облетала остальных, совершая различные маневры, благо, Трим не мог видеть, что творится у него за спиной. Мартесу же было не до пируэтов, он итак еле плелся в хвосте. Шед, которому было наказано следить за ним, подгонял его, как мог. Но уже через пять минут полета ему наскучило это занятие. Убедившись, что Мартес летит более менее ровно и отставать пока не собирается, мечник подлетел поближе к идущей впереди Кси и заговорил с ней.

— Слушай, — начал Шед, — помнишь того парня из Огня, которого ты назвала клановым выскочкой?

— Допустим, — согласилась Кси.

— А с чего ты так решила? И кто это вообще такие? — спросил Шед.

— Да ладно? — изумилась та. — Ты что, ни разу не слышал про кланы?

— Ну… при мне не раз упоминали о них, — ответил мечник. — Но я так и не понял, о чем шла речь.

— Ясно, тогда слушай, — вздохнула Кси и принялась объяснять: — Ты ведь знаешь, что все маги в зависимости от количества их энергии делятся на три категории: с высоким, со средним и с низким объемом. И это не просто пустая формальность. Энергия нужна для сотворения заклинаний, и чем большим объемом ты располагаешь, тем большее число заклятий способен создать, а также использовать затратные, но более сильные призывы. Поэтому от объема энергии зависит, сколь многого ты сможешь добиться в жизни. Маги с большим резервом всегда были в почете и в мирное время, а теперь от их числа зависит мощь нашей армии. Недаром их всех поголовно призвали на службу, когда началась война…

— Погоди-погоди, я понял, к чему ты ведешь, — перебил ее Шед. — Эти кланы полностью состоят из таких вот магов, я прав? И поэтому они ведут себя так нагло?

— Это тоже, но у них еще немало поводов для гордости. Если бы не они, вполне возможно, что сейчас сильных магов попросту бы не осталось.

— Как это? — удивился Шед.

— Что ты знаешь о передаче энергии по наследству? — спросила в ответ Кси. — Ничего? Я так и думала. Объем энергии ребенка получается средним от объемов его родителей. Например, если у отца большой резерв, у матери — низкий, то у их ребенка будет средний. Понимаешь, что это значит? Маги с большим объемом должны жениться только на себе подобных, если хотят, чтобы у потомков сохранилась их сила. Когда маги поняли это, они стали объединяться в группы, чтобы обезопасить свои способности. Потом они друг с другом переженились, стали большими семьями и превратились в кланы, какими мы видим их сейчас. И поскольку сильные маги существуют до сих пор, своей цели они добились.

— Но если они женятся только внутри клана, то все приходятся друг другу родней. И как же они до сих пор еще не выродились?

— Они тщательно следят за тем, чтобы этого не произошло, — пояснила Кси. — Брак заключается только между дальними родственниками. В кланах народу много, и есть из кого выбирать. Если же нет, то существует практика обмена между кланами как раз для таких случаев. По этой же причине кланы стремятся привлечь в свои ряды магов с подходящим объемом энергии, если они по каким-либо причинам оказываются вне клана. Потому безклановых магов очень мало, наверное, даже можно пересчитать по пальцам одной руки.

— А откуда они вообще берутся? — спросил Шед. — Если только в кланах соблюдают равенство энергий?

— Понятия не имею, — отмахнулась Кси. — Откуда-то берутся. Например, какой-нибудь клановый поссорился со своей семьей, и его вышвырнули из нее. А без покровительства он жить не привык, поэтому его принимают в другой клан.

— Я вообще не понимаю, как можно хотеть стать клановым? — вопросил Шед. — Мне-то, понятное дело, им никогда не стать, но тем не менее. Их же там, в клане, как собак разводят, партнера подходящего подбирают, а затем сдают на службу государству. Это не семья получается, а завод по производству элитных воинов!

— Это ты зря, — возразила Кси. — Да, у них много ограничений, но преимуществ — больше. Первые кланы начали создаваться еще во времена прошлой войны. Их основатели успели прослыть героями и прославить свои фамилии. После победы Совет Старейшин закрепил за ними статус Великих Кланов и одарил привилегиями. С тех пор прошло уже более семи веков, а кланы ничуть не растеряли своего величия. Все оказывают им почет и уважение. Правда при таких условиях потомки героев зазнались и все чаще стали задирать нос. Кипрей, Райграс, Симфила — наши однокурснички, помнишь их? Припоминаешь, как они вели себя? Типичные клановые выскочки. Из-за таких, как они, появилось правило не называть свою фамилию, пока ее «не заслужишь», чтобы выходцы из кланов не кичились родословной, требуя от других кланяться себе в ноги. Но они все равно ведут себя так, словно им принадлежит весь мир, поэтому их легко узнать. Запомни, если видишь перед собой мага, у которого большой объем энергии, и ведет он себя как пуп земли, знай, что он один из клановых.

— Стой, если ты говоришь, что безклановых сильных магов почти нет, как же тогда братишка и Салли? — недоуменно спросил Шед. — Не похожи они на… тех, кого ты описала.

— Эй, вы там, сзади! — раздался крик Трима, и Дармер, который стал невольным свидетелем этого разговора, не услышал, что ответила Кси. — Поднимайтесь выше, дальше высокий хребет!

Впереди и вправду маячила огромная гора. В сравнении с ней все прочие горы, над которыми они пролетали, казались карликами. Кси и Шеду пришлось прерваться, потому что последний вспомнил о своем подопечном и вовремя: Мартес уже еле виднелся на горизонте позади них. Мечник ругнулся и помчался его спасать. Остальные стали набирать высоту.

Высокая гора стала последней на их пути. Дальше простирались воды океана. Но ребята узнали об этом только после громкого объявления Трима, поскольку разглядеть водную гладь сквозь молочно-белый туман не представлялось возможным.

В Сагепе, окруженном со всех сторон горами, которые защищали его от ветров, холодно не было. Теперь же, когда горы остались позади, путешественники впервые ощутили на себе морскую погоду — сразу подул сильный ветер.

— Мы раньше от холода помрем, чем эта дурацкая практика кончится! — выплюнула Кси, поежившись.

— Не переживай ты так, не замерзнешь, — сказала вдруг оказавшаяся рядом Салли. Плохая погода ничуть не испортила ее жизнерадостного настроения.

— Откуда такая уверенность? — а вот настрой Ксилоты становился все хуже и хуже.

— В наших формах есть такое маленькое заклинанье, зовется климат-контролем. С ним ты будешь чувствовать себя одинаково хоть в тропиках, хоть в снежной пустоши.

Известие немного подняло дух Кси.

— А откуда тебе о нем известно? — повернулся Дармер к светловолосой.

— Замок Воздуха находится высоко в горах, — ответила та, — не этих, других. Те горы еще выше, и покрыты снегом. Наш Замок стоит на высокой горе, там всегда очень холодно и дуют сильные ветры. Формы защищали нас от холода. А вот с сильным ветром они ничего поделать не могут, — с сожалением закончила Салли. Но затем приободрилась: — Поэтому мы сами себя от ветра спасали.

— Как это? — заинтересовалась Кси.

— Воздухом, — Салли взглянула на вытянувшиеся лица товарищей. — Ну, как оказалось, им лучше всего…

— Земля! — грянул возглас кого-то из двадцать четвертой команды.

Сперва никто ничего не мог разглядеть в плотном белом тумане. Но затем ребята сумели различить очертания берега.

— Нам снижаться? — послышался голос Адель.

— Пока нет, — ответил ей Трим. — Это не тот остров, что нам нужен.

И они направились дальше, пролетев над островом. Тот был скрыт от глаз под покровом молочно-белой мглы. Лишь верхушки деревьев выступали над ее клубящейся поверхностью.

Дармер вновь завел разговор с Сальвадорой, ему было интересно, как они добирались до Катверна, если их замок находится в столь ужасном месте. Ответ его ошеломил и возмутил. Оказалось, что ученики Воздуха переместились телепортом прямо в Форестоун. И при этом еще умудрились опоздать!

На его негодование Салли спокойно пояснила, что поскольку Замок Воздуха находится в столь недосягаемом месте, им разрешили воспользоваться прямым телепортом. А Замок Огня стоит прямо на опушке, и, давая ученикам возможность телепортироваться прямо в главное здание, Варнорт рискует подвергнуться нападению врагов. То же самое относится и к воспитанникам Замка Воды, который вообще торчит у всех на виду. Даже Замок Земли, хоть он находится глубоко в лесной чаще, кишащей опасным зверьем, сочли недостаточно защищенным от вражеского вторжения. Варнорт ведь сражается с куда более опасными тварями. Поэтому ученики Земли, как и Огня, перемещались телепортом в Катверн.

Это было не лишено смысла, но Дармер не собирался так просто сдаваться. Душа поднятого в пять утра жаждала отмщения. Однако вмешался некстати догнавший их Шед вместе с Мартесом. Он поставил жирный крест на его порывах, напомнив, как они добирались до Варнорта, не имея в своем Замке вообще никакого телепорта. Крыть Дармеру было нечем.

Они миновали еще один остров и подлетали к следующему, когда Трим велел снижаться. Этот остров был больше двух предыдущих, вместе взятых. Море глубоко вдавалось в сушу, из-за чего остров имел изогнутый вид. По берегам большого залива теснились небольшие дома.

— Прибыли, господа ученики, — довольным голосом возвестил Трим. — Вот мы и в Глабере.

Глава 5. Мрачный город

Впечатление от места, в котором они оказались, превзошло самые смелые ожидания. Даже Катверн, каким его впервые увидел Дармер, не мог сравниться с тем, что предстало его глазам сейчас. Разумеется, он не ждал чудес от города, почти утратившего связь с реальным миром, и был готов лицезреть нечто запущенное и унылое. Но теперь Дармер понял, что слишком мало вкладывал в это понятие. Быть может, из-за сырой погоды, тумана и серого неба, но находясь здесь, каждый ощущал необъяснимую тоску и обреченность, которой был пропитан этот город. Все, начиная от камней мостовой, покрытых слизью и поросших мхом, до неказистых деревянных домов, прогнивших от постоянной влажности и изъеденных червями, выглядело нездоровым, больным. В том числе и жители города. Никто из них поначалу даже не обратил внимания на появление чужаков. Когда же их все-таки заметили, всего пара магов подошла узнать, кто они. Остальные, скользнув по ученикам безразличным взглядом, шли дальше.

Выяснив, с чем явились пришельцы, один из жителей ушел за градоначальником, оставив их дожидаться на мостовой. Взглянув на лица товарищей, Дармер понял, что тяжелая атмосфера города подействовала и на них.

— Куда мы попали? — негромко выразила общее мнение Кси. — Я здесь нахожусь всего пять минут, а мне уже хочется пойти и утопиться.

— Так пойди и утопись, кто тебе мешает, — произнесла Адель, но в голосе не было насмешки, будто эти слова вырвались у нее непроизвольно.

Даже Салли, которую, казалось, ничто на свете не могло расстроить, больше не улыбалась.

Появился градоначальник. Им оказался молодой светловолосый мужчина. Он выглядел и был одет получше остальных горожан, но его глаза были столь же холодны и пусты, как, похоже, у всех жителей этого острова.

— Вечер добрый, господа, — сказал он, натянув на лицо улыбку и осматривая гостей. — Меня зовут Рангпур Каф, я — градоначальник Глабера. Рад приветствовать в нашем городе воинов Варнорта. Для меня будет честью помочь вам освоиться на новом месте. Однако почему вас так много? — спросил Рангпур. — Это все одна команда?

— Нет, в Глабер отправили две команды, — пояснил Трим.

— Две? Но мне сообщали только об одной.

— А это имеет значение? — с недоумением спросил «друид».

— Нет, если вы согласны жить вместе в одной квартире, которую я подготовил, — равнодушно пожал плечами Рангпур. — Кстати, она не слишком большая.

Услышав это неожиданное заявление, Трим слегка растерялся, но быстро взял себя в руки и продолжил:

— Я думаю, мы придумаем, как решить это небольшое недоразумение. Но сперва давайте посмотрим, что вы нам приготовили.

— Как угодно, — проговорил Рангпур и направился с набережной вглубь города.

Здесь дома выглядели получше. Они хотя бы были не из прогнившего дерева, а каменные, добротные на вид, в три, а то и четыре этажа. В один из таких домов градоначальник и зашел. Там он быстро переговорил о чем-то с горбатым стариком, который затем повел обе команды наверх по узким каменным ступеням.

— В нашем городе нет гостиниц, — обернулся Рангпур. — Но я смог выделить вам отличную квартиру.

Квартирка оказалась лучше, чем ожидали ребята: плесени и гнили не видно, крыша не протекает, мебель целая. В таком городе, как Глабер, это уже неплохо. Но она была такой маленькой, что даже при беглом осмотре стало ясно — вдесятером здесь жить невозможно. Трим тут же обратился к Рангпуру с вопросом о второй квартире. Но тот лишь развел руками.

— Я и эту с большим трудом достал, — подвел черту под разговором он.

— Неужели ничего нельзя сделать? — Трим не собирался так легко сдаваться.

— Господин «друид», — в доселе спокойном голосе Рангпура появилось раздражение. — Вы, видно, не понимаете, где находитесь. В самом отсталом городе магов, вот где! Никому до нас нет дела, вы первые, кто посетил Глабер за много лет! Все мало-мальски способные маги бегут отсюда при первой же возможности, потому что жизнь в низах любого другого города лучше, чем здесь. Но большинству жителей даже в эти низы не пробиться, и им бессмысленно покидать город. Население Глабера растет с каждым годом, а жить негде, потому что строить некому. И как в таких условиях прикажете вас куда-то селить? — выпалив эту тираду, маг умолк.

— Э, — Трим слегка опешил от такого напора. — Я вам, конечно, сочувствую, но и вы поймите меня, я же не могу оставить одну команду на улице. И, кстати, не мы выбирали, в какой город податься.

— Ну, конечно, — невесело усмехнулся Рангпур. — Кто по доброй воле переедет жить, пусть и временно, в наше захолустье. И повторяю вам еще раз, помочь с жильем я не могу. Потому что я не умею создавать стены из ничего. Если уж на то пошло, вы, как маг Земли, сами в состоянии решить эту проблему.

Казалось, Трим начал всерьез обдумывать идею создания еще одного жилища своими руками, но тут вмешался старик-смотритель, о присутствии которого все уже забыли.

— А как насчет заброшенного дома в лесу? — проскрежетал он старческим голосом.

— Нет, — отрезал Рангпур, сразу поняв, о каком доме говорил старик.

— Что за дом? — навострил уши Трим. — Почему вы ничего не говорили о нем?

— Потому что он давно в непригодном состоянии, — ответил Рангпур. — Иначе бы не простоял столько времени бесхозным. В нем дыр больше, чем самих стен.

— Не преувеличивай, — не согласился с ним смотритель. — Кабы ты был прав, стены бы давно рухнули. А раз уж ребятишки смыслят в магии побольше нашего, то смогут заделать все прорехи. Покажи им дом, не убудет ведь.

— Верно, — поддержал его Трим. — Отведите нас к дому, а мы уж сами решим, будем в нем жить, или нет.

Под двойным напором Рангпур согласился, хотя и с неохотой. И добавил, что выходить нужно прямо сейчас, пока совсем не стемнело — время неумолимо приближалось к ночи.

Но сразу выйти не получилось. Со стороны двадцать четвертой команды поступило предложение не идти всем вместе, а оставить одну команду разбирать вещи и обустраиваться в квартире. Мысль вполне здравая, если бы она не была подана так, что не оставляла сомнений, какая из команд должна остаться. Что вызвало закономерное негодование другой команды, и, в особенности, Кси.

— С какого перепуга вы будете здесь жить? — вопросила она с надрывом.

— Потому что мы первые предъявили на нее свои права, — ответил ей «друид» из двадцать четвертой команды, нахально улыбаясь и расправляя плечи, лишь немногим уступавшие шириной плечам Шеда.

— Мы дети, что ли, чтобы поступать по принципу «кто успел — тот и сел»? — не собиралась сдаваться Кси.

Никто из учеников не видел предложенного смотрителем дома, но по разговору было ясно и так, что квартира при любых обстоятельствах оставалась лучшим вариантом. Поэтому ни одна из сторон не желала отступать. К спору присоединилась Адель, и тут же посыпались оскорбления. Дело грозило закончиться скандалом, если бы Трим не предложил свой способ разрешить конфликт — жребий. От одиннадцатой команды его тянула Кси, а Адель представляла команду соперника. Обе прямо-таки прожигали друг друга взглядами, когда Трим протянул им руку с зажатыми в кулаке двумя палочками.

— Длинная! — закричала Кси, вытащив веточку, и победно воздела руки к потолку.

Но Адель не выглядела расстроенной — она в недоумении рассматривала свою палочку.

— У меня тоже длинная, — пробормотала она, спуская Кси с небес на землю. — На ней… лист.

Все уставились на веточку в ее руке — на ней красовался слегка помятый зеленый лист, а сам прутик был не короче того, что держала Кси. Они повернулись к Триму.

— Адель победила, — возвестил тот. — Ветка с листом — выигрышная.

Если кто и удивлялся этому своеобразному «друидскому» юмору, то не на сей раз. Адель так и сияла от восторга в окружении товарищей, а Кси, напротив, была мрачнее тучи. Ее товарищи тоже особой радостью не светились. Но принимать поражение надо уметь с достоинством, что они и сделали, покинув помещение, не проронив ни слова. Кси была не в восторге, но смирилась с тем, что затевать свару сейчас — плохая затея. Неизвестно, сколько им еще придется топать до их нового жилища.

Выйдя на улицу из дома, захваченного более удачливыми сокурсниками, одиннадцатые направились вслед за Рангпуром дальше по дороге. Вскоре они вышли на местную городскую площадь. Если можно было так назвать площадку из неровного булыжника, в центре которой находился фонтан, переставший работать лет двести назад. Фигура, державшая в руках перед собой чашу, по замыслу скульптора, скорее всего, должна была олицетворять Ракшу, женщину из числа магов-первооснователей. Но скульптор явно не старался придать своему творению сходство с оригиналом. Подобные памятники в честь первооснователей и Старейшин ставили чуть ли не во всех поселениях. Но если в крупных городах они являли собой произведение искусства, то в таких, как Глабер, приходилось только гадать, кого хотели изобразить. Дармер понял, что это Ракша, лишь потому, что на азарларскую Старейшину статуя походила еще меньше.

От созерцания местной достопримечательности его оторвали шум и крики, донесшиеся с другого конца площади.

— Опять? — еле слышно пробормотал Рангпур. Но Дармер услышал, поскольку в тот момент стоял к нему ближе всех.

Градоначальник быстро направился к месту происшествия. Трим с учениками, чтобы не отстать, поспешили за ним. Там их взглядам предстала картина, которая внесла небольшое разнообразие в унылый городской пейзаж: один горожанин самозабвенно избивал другого прямо посреди улицы. Раньше Дармер никогда не видел простых уличных драк, без применения магии, и подобные разборки были ему непривычны. Но тут, словно услыхав мысли юноши, нападавший вдруг вспомнил, что он маг. С его ладони хлынул поток воды и ударил прямо в лицо другому жителю.

«Это уже не шутки!» — забеспокоился Дармер. Напор воды был недостаточно сильным, чтобы убить моментально, но тот же сейчас захлебнется!

Не только ему пришла в голову эта мысль. Нападавшего оплели длинные зеленые путы и оттащили в сторону от жертвы. Едва другой маг оказался на свободе, как упал на колени и сильно закашлялся. Тем временем Трим, который так вовремя вмешался, вязал путами несостоявшегося убийцу. Тот, казалось, даже не заметил, что пойман, и изо всех сил рвался закончить начатое.

Единственным, кто сохранял полное хладнокровие в этой ситуации, был Рангпур. Он вел себя так спокойно, будто подобные события происходят на его глазах ежедневно. Подозвав к себе нескольких привлеченных шумом горожан, он велел увести зачинщика, который теперь рвался и бился в путах Трима. Сам «друид» оказывал помощь пострадавшему, водя руками над его телом. От ладоней мага исходило свечение передаваемой целительной энергии.

— От лица градоначальника благодарю вас за содействие, — обратился к нему Рангпур. — Как он? — справился он о состоянии пострадавшего.

— Несколько гематом и пара сломанных костей, но, в целом, ничего серьезного, — ответил Трим, не прекращая лечения. — Синяки я сведу прямо сейчас, а кости срастутся через пару часов. А что произошло? Почему тот напал?

— Я пока сам знаю об этом не больше вашего, — грустно улыбнулся Рангпур, — но думаю, причина банальна — напился до беспамятства. К сожалению, здесь это частое явление, — со вздохом закончил он.

«Что-то он темнит», — с сомнением посмотрел на него Дармер.

Версия об алкоголе возникала и у парня, но только до тех пор, пока он не посмотрел в глаза напавшего. Никакой затуманенности взгляда там и в помине не было. Зато была сумасшедшая жажда убийства, направленная не только на жертву, но и на всех, кто попадался ему на глаза. Это было настолько всепоглощающее чувство, на которое разумное существо не способно…

После того, как Трим закончил лечение, а пострадавшего отправили домой, одиннадцатая команда продолжила путь. Они шли по узкой улице, которую покрыть камнями никто не счел нужным, и им приходилось быть осторожными, чтобы не поскользнуться на размокшей грязи. Дома здесь снова стали простыми и низкими деревянными постройками, как у моря, разве что не такими гнилыми.

Но вскоре все жилища кончились, а с ними и дорога. Дальше идти пришлось по траве прямиком в лес. Как пояснил Рангпур, в незаселенных частях острова делать нечего, а заброшенный дом популярностью не пользуется, поэтому некому было протоптать даже тропинки.

К этому времени уже совсем стемнело, и в лесу царила непроглядная тьма. Рангпур, шедший впереди, создал в руке шар света и освещал им дорогу. Когда путники углубились в лес, навстречу выплыл густой туман, окутывающий высокие стволы деревьев, словно погребальный саван, и принял их в свои объятия. Свет от шара искажался, тускло мерцая впереди, не давая затеряться в тумане. Так они и шли, постоянно спотыкаясь и наталкиваясь друг на друга. Марево перед их глазами было настолько плотным, что они с трудом различали лица товарищей.

Дармеру казалось, что они идут уже целую вечность. Из-за раннего пробуждения и напряженного дня, который изрядно его вымотал, парень был близок к тому, чтобы заснуть прямо на ходу. Поэтому Дармер пропустил момент, когда все остановились, и натолкнулся на спину Шеда, за которым шел след в след, чтобы не провалиться в какую-нибудь яму. Несколько секунд ему потребовалось, чтобы «выплыть» из сладкой полудремы, собраться с мыслями и сообразить, в чем причина остановки. Впереди сквозь туман вместо очертаний веток, стволов и кустов, глаз выхватывал нечто чужеродное в лесу, монолитное. Спустя мгновение Дармер догадался, что это каменная стена, знаменующая, что они достигли пункта назначения.

Темнота и туман мешали рассмотреть строение целиком, но даже видимого участка стены было достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что дом гораздо больше, чем они себе представляли. Стена уходила ввысь, и края ее видно не было. Но в этот момент из-за туч на небе выглянула луна и осветила дом, в котором одиннадцатой команде предстояло жить следующие два месяца. Он и впрямь оказался большим — настолько, что слово «дом» по отношению к нему казалось неуместным. Ничего подобного Дармер прежде не видел, поэтому подобрать подходящее определение было трудновато. Монументальное здание с узкими высокими окнами, таким же дверным проемом и одной-единственной башней тянулось вверх, закрывая собой небесное светило. Что вообще делает подобное сооружение в лесу на богами забытом острове?

Но кое-кого из товарищей Дармера необычайность здания интересовала в последнюю очередь.

— И как вы предлагаете здесь жить? Тут же половины стен нет! — возмутилась Кси.

Она была недалека от истины. Рангпур ничуть не преувеличивал, говоря, что дыр в этом доме больше, чем стен. Изрядная часть фасада отсутствовала, треугольная крыша наполовину обвалилась, и практически все стены «радовали» глаз черными провалами. Как при таком состоянии здание еще не рухнуло — уму непостижимо.

— А я предупреждал, что здесь жить нельзя, — с нотками злорадства в голосе заметил Рангпур.

— Ну, зачем же так категорично, — возразил Трим. — Если дыры залатать землей, укрепить досками, то вполне можно будет жить. Думаю, Мартес с этим прекрасно справится.

— Ты издеваешься?! — схватилась за голову Кси. — Да на нас крыша раньше обвалится!

— До сих пор ведь не обвалилась, — заметил «друид». — Сколько этот дом уже здесь стоит? — обратился он к Рангпуру.

Тот в ответ лишь пожал плечами.

— Не знаю. Он уже был здесь, когда остров стал заселяться, около трехсот лет назад. А сколько лет он простоял до тех пор и откуда здесь взялся, известно лишь богам.

— Вот видишь, — повернулся Трим к Кси. — Триста, а то и более лет простоял, и уж какие-то два месяца тем более продержится. А когда вы его отремонтируете — то еще столько же простоит. Правда, выглядеть лучше он после этого не станет, но вы ведь не против? — снова повернулся он к Рангпуру.

Градоначальник махнул рукой.

— Делайте с ним все, что хотите. Никто на моей памяти не пытался как-то использовать этот дом, так что вряд кому-то есть до него дело.

— Отлично, — просиял Трим. — На том и порешим.

Дармер в недоумении посмотрел на него.

— Ты что, всерьез радуешься тому, что будешь здесь жить?

— А причем тут я? — удивился Трим.

У юноши зародилось нехорошее подозрение.

— А где ты собираешься жить?

— В Форестоуне, — невозмутимо ответил «друид». — А я вам разве не сказал? Завтра я возвращаюсь обратно в Катверн, — добавил он, поглядев на вытянувшиеся лица подопечных.

— А как же мы? — с недоумением спросила Салли. — Разве руководителю не полагается быть вместе с командой во время практики?

Трим стушевался и замялся.

— Ну… это правило носит больше рекомендательный характер… И вообще оно создавалось для тех руководителей, чьих учеников отправляют в опасное место! — привел он решающий аргумент. — Глабер к таковым не относится. Я бы даже сказал, что это самое безопасное место на всей Земле Вечного Огня!

— То есть ты нас бросаешь на произвол судьбы в этом убогом городишке?! — вскричала Кси.

— Ничего с вами здесь не случится, — отрезал Трим. — На всякий случай я велел Рангпуру присмотреть за вами. Если что-то произойдет, он свяжется со мной. Верно?

— Да. У меня есть прямая связь с Варнортом, — подтвердил градоначальник.

— Хорошо, Трим, об этом ты подумал, а как насчет денег? — поинтересовался Шед. — На что мы будем жить? Или для Варнорта здесь все бесплатно? И где мы будем сегодня спать? Уже поздно для ремонта, а я сильно сомневаюсь, что там, — он указал на дом, — есть что-то похожее на кровати. Или мы будем спать на полу?

— С этим могу помочь, — вмешался Рангпур. — Когда вернусь в Глабер, прикажу прислать вам спальные мешки на эту ночь. А потом что-нибудь придумаем.

— Хорошая идея, — одобрил Трим. — А насчет денег не волнуйтесь, — он порылся в собственной сумке, достал из нее небольшой мешок и протянул его Шеду. — Этого вам вполне хватит. А теперь позвольте пожелать вам удачи и откланяться. Мне еще нужно заскочить к двадцать четвертой команде. У них же и заночую. Ну, счастливо! — и он скрылся в тумане.

— Предатель! — крикнула ему вдогонку Кси. — Когда вернемся в Варнорт, я потребую руководителя получше, чем ты!

— Я тоже пойду, — отозвался Рангпур. — Прослежу, чтобы он не заблудился на обратном пути. И постараюсь прислать спальные мешки как можно скорее.

— Может быть, у вас все же найдется хоть какое-то ненужное помещение? Я согласна даже на сарай с крысами и пауками! — с последней отчаянной надеждой спросила его Кси.

— А ты думаешь, здесь, — кивнул Дармер в сторону здания, — крыс и пауков не будет?

— Будут, конечно, — обреченно ответила Кси. — Но как бы там чего похуже не было.

С ней было трудно спорить: дом выглядел поистине мрачно и зловеще. Но так как иным вариантом была ночевка под открытым небом, команде ничего не оставалось, как согласиться на этот. Попрощавшись с Рангпуром, они направились к темнеющему высокому дверному проему.

Внутри было не так темно: через многочисленные дыры заливался лунный свет и освещал прихожую настолько, чтобы можно было пройти по каменным плитам пола без риска споткнуться обо что-нибудь. Но для более тщательного осмотра дома его не хватало. Однако сейчас никто и не собирался этим заниматься. Все настолько устали, что, отыскав комнату с целыми стенами, они дождались, когда принесут спальники, как попало расстелили и, забравшись в них, моментально уснули.

Наутро ребята пожалели о такой поспешности: даже Шед отлежал себе все что можно и целое утро кряхтел, как старик, от болевшей спины. Настроение у команды было препоганое, но еще меньше воодушевляла мысль провести таким же образом и следующую ночь. А значит, волей-неволей пришлось встать и заняться делом.

Для начала команда при дневном свете оценила предстоящий «фронт работ». Изнутри здание выглядело еще хуже, чем снаружи. Все горизонтальные поверхности покрывал слой пыли в пару пальцев толщиной, а пол помимо того был усыпан обломками стен и мелким крошевом. Кое-где между плитами пола проросли трава и деревья, а стены, как изнутри, так и снаружи, заросли мхом и лишайником.

— Ну… — донесся задумчивый голос Шеда, пока остальные в шоке осматривали выделенную жилплощадь. — Уборка здесь не помешает…

Терпение Кси лопнуло.

— Уборка? Уборка?! Да проще здесь все к демонам снести и нору выкопать! — перешла на крик она. — А если убираться и ремонтировать, то закончим только к нашему отъезду!

— Зато практика весьма обширной получится, — попытался пошутить Дармер, но выражение лица, которым его одарила Кси, подсказало, что неудачно.

Салли с интересом осматривала помещение, бывшее чем-то вроде холла.

— Знаете, — сказала она, наконец. — Все не так уж и плохо. Нам вовсе не нужно так много времени на уборку. Достаточно объединенной силы Воды и Воздуха, и стены засверкают первозданной чистотой.

— Для начала неплохо было бы поесть, — вставил Дармер, вспомнив, что за вчерашний день ел всего один раз.

— Верно, братишка! — поддержал его Шед. — Давайте сделаем так: я схожу в город за едой, а вы начинайте убираться.

— Отлично придумано, — покачала головой Кси. — Мы, значит, будем работать, а он — гулять по лесу.

— Все равно с моим объемом энергии я вам тут не помощник, — пожал плечами Шед. — Но если ты настаиваешь, я вымою дверь, когда вернусь, — усмехнулся он. Входная дверь у здания, как ни странно, имелась. Тяжелая и кованная, она еще держалась в дверном проеме. — Могу расстараться на канделябры, но тогда точно буду лежать весь день пластом, и за обедом придется ходить кому-то другому.

— Иди уже, — поняла свою ошибку Кси, не собираясь, впрочем, в этом признаваться.

Так обязанности оказались разделены. Шед отправился в город, чтобы добыть еду, а так же, как он выразился, «наладить полезные контакты с местным населением». Дармер порывался пойти с ним, полагая, что стихия Огня никак не поможет в уборке их временного жилища, но ошибся. Салли нашла применение и его способностям. Решив, что перед тем, как отмывать дом, неплохо бы избавиться от излишней растительности, она справедливо рассудила, что ее проще сжечь, чем пытаться вымыть водой. Сделать это оказалось не сложно, но муторно — растений внутри дома росло очень много, ведь недостатка в свете из-за множества разломов они не испытывали. Но когда все представители флоры остались исключительно за пределами здания, выяснилось, благодаря той же Салли, что Дармер еще не исчерпал своих возможностей.

Ее собственная теория о быстрой уборке силами Воды и Воздуха потерпела крах, когда Салли выметала мусор. Вернее, попыталась это сделать. Созданный ей ветер поднял в воздух все обломки… и едва не убил Мартеса, сметя все это на него. Тот, в это время чинивший один из проломов, успел в последний момент выскочить через него же. Убедившись, что опасность миновала, он молча вернулся к работе, не высказав Салли ни единого упрека. Чем выбил Дармера и Ксилоту из колеи больше, чем чуть было не свершившееся убийство.

После этого ребята коротко посовещались и решили, что ученики второго курса Замка Воздуха еще в недостаточной степени владеют своей стихией, чтобы перемещать так много крупных предметов одновременно без риска для жизни окружающих. Поэтому теперь Дармеру и Мартесу поручили убирать большие камни вручную, в то время как Салли с Кси ушли отмывать второй этаж, где мусор был помельче.

Гораздо позже Дармер с возмущением узнал, что, хотя Сальвадора и не могла разом убрать все обломки, не нанеся никому увечий, в ее арсенале был призыв, называемый Воздушное Перемещение, позволяющий свободно левитировать предметы любой тяжести. Словами не передать, как Дармер был зол, когда Салли с невинным видом сообщила, что ей было лень перетаскивать камни по одному.

«А заставлять нас переть их на своем горбу вместо того, чтобы задействовать стихию — нормально, значит?»

Это задание оказалось намного труднее предыдущего, поскольку Дармер привык работать магией, а не руками. Можно было бы применить заклинание левитации, но юноше, не обладавшему стихией Воздуха, оно давалось весьма скверно, и управились бы они нескоро. Поэтому пришлось таскать камни руками на пару с Мартесом. Дело пошло быстрее, когда к ним присоединился Шед, который вернулся из города вместе с завтраком и сразу включился в работу.

Так прошел весь день. Шед еще дважды наведывался в Глабер за обедом и ужином, а между тем помогал Дармеру с мусором. Мартес оставил эту работу им двоим, а сам вернулся к заколачиванию дыр. Поле деятельности было обширным, а кроме него больше никто не был способен справиться с этой задачей.

Под вечер к ним заглянул Рангпур. Он решил, как и наказывал ему Трим, проверить, как дела у одиннадцатой команды. Но к тому времени все настолько измотались, что были не в состоянии оценить его ответственность по достоинству.

Но все же, как они ни старались, завершить уборку за день все-таки не удалось. Девочки вымыли второй этаж, а Мартес залатал в нем дыры. Однако первый, хоть Дармер с Шедом вынесли почти все обломки, все еще нуждался в ремонте и уборке. Но была и хорошая новость: Мартес решил проблему с ночлегом, соорудив из веток нечто вроде ложа, которое застелили постельным бельем, купленным Шедом в городе. Эту и еще четыре таких же «кровати» они поставили в комнатах обновленного второго этажа. Ночью, лежа в своих «гнездах» и засыпая, каждый из одиннадцатой команды, подумал, что, быть может, жизнь в Глабере не так плоха, как казалось поначалу.

Проснувшись на следующее утро, они почувствовали себя гораздо лучше. Настроение у всех было прекрасное, и, наверно, благодаря нему ребята закончили уборку гораздо быстрее, чем предполагали. Однако если по завершению этой, безусловно важной, но скучнейшей работы, они думали, что теперь смогут заняться чем-нибудь поинтереснее, то глубоко заблуждались. Здание было еще не совсем пригодно для жизни, о чем первыми пожаловались девчонки. Как Мартес ни старался законопатить все дыры деревом и землей, строителем он никогда не был. Ветер дул изо всех щелей, и в комнатах гулял сквозняк. Кроме того в старом, давно не отапливаемом доме было не намного теплее, чем на улице. Из-за холода команда круглые сутки не вылезала из форм, даже спать приходилось в них, снимая на ночь лишь броню. И девочек это никак не устраивало. Мартес вновь был отряжен на ремонтные работы, на сей раз в компании Салли, которая помогала ему искать щели. А на борьбу с холодом пришлось выйти Дармеру. Но использовать чистую стихию для этой цели не годилось, иначе был риск сжечь дом, поэтому он стал припоминать уроки, на которых его учили нейтральным заклинаниям.

Все призывы, то есть стихийные заклинания, которые используют маги — это так называемая естественная магия. Она дается магу с рождения и имеет окрас одной из четырех стихий — Огня, Воздуха, Воды или Земли. Не бывает магов с несколькими стихиями, как не бывает магов без стихии вообще. И для простейшего проявления стихии ее даже не нужно осваивать — достаточно представить себе конечный результат. Более сложным призывам нужно учиться, но и для них не требуется никаких дополнительных приспособлений. Но как бы ни была хороша стихийная магия, она имеет один существенный недостаток — весьма ограниченный спектр возможностей. Она мало подходит в быту. Ребятам для ремонта потребовались способности всех четырех стихий, которые еще и справились не идеально. Поэтому нейтральная магия стала источником новых возможностей для магов.

Но оставалась проблема — энергия стихийного окраса не подходила для применения нейтральных заклинаний, которые требуют совершенно другого типа энергии. В итоге задача оказалась решена частичным «отбеливанием» энергии мага. Делалось это разными способами, из которых наиболее популярным были кольца с очищающим кристаллом. Маг проводил энергию через камень, и она отмывалась от стихийного окраса.

Однако и этот способ не давал идеального результата. Кольцо не могло полностью «отбелить» энергию. В ней оставалась небольшая примесь стихии, и энергия становилась нейтральной лишь частично. Поэтому большинство нестихийных заклинаний осталась магам недоступной, а те, которыми они могли пользоваться, были разделены между четырьмя стихиями, так или иначе соотносясь с ними. Заклинание левитации или шар света, который сотворил Рангпур по дороге — хорошие примеры этому. Оба относятся к нейтральной магии, но применяются в основном носителями Воздуха и Огня, а у других стихий эти заклинания вызывают большие трудности. Поэтому такая магия стала называться «псевдонейтральной». Но даже в таком усеченном виде она значительно облегчала жизнь. Дармеру по-прежнему было невдомек, почему им не преподавали нейтральные боевые заклинания, пусть они и были бы кому-то доступны, а кому-то — нет. Однако даже взрослые маги предпочитали пользоваться только стихийной боевой магией.

Но вернемся к делам насущным, а именно, к Дармеру, которому предстояло обогреть целый дом, используя полученные некогда навыки псевдонейтральной магии. В этом ему должно было помочь золотое кольцо с прозрачным камнем на правой руке. Дармер уже много лет носил его, не снимая, с тех пор, как научился им пользоваться. Так поступали многие маги, потому что в обычной жизни нейтральные заклинания применялись гораздо чаще стихийных призывов.

Само по себе заклинание обогрева не сложное, однако, оно покрывало не такой уж большой участок стены. Если речь шла об одном помещении, то там траты незначительны, несколько раз наложенное заклинание — и готово. Но огромное здание с холлом с высоким потолком и множеством комнат на втором этаже — это уже совсем другое дело. Дармер никогда не думал, что подобное возможно с его объемом энергии, тем более при использовании бытовых заклятий, но к вечеру он почувствовал себя выжатым, как жертва трех голодных вампиров. А из-за того, что заклинание требовалось хотя бы раз в сутки обновлять, то на следующий день все повторилось. Шеду пришлось два раза бегать в город, потому что одной порции обеда Дармеру оказалось мало. В последующие дни мечник, наученный опытом, таскал ему двойные порции.

Это измывательство длилось почти три дня, пока Дармер в категоричной форме не потребовал наглухо заколотить большую часть комнат, оставив лишь несколько спален на втором этаже и огромный холл-зал, перекрыть который не было никакой возможности. Только после выполнения этих требований он смог вздохнуть более-менее свободно.

Но не надо думать, что нещадной эксплуатации подвергался только Дармер. Другие тоже вносили свою лепту в общий быт. Ксилота при помощи Водного Потока — простейшего призыва стихии, наподобие Огненного Залпа — обеспечивала товарищей питьевой водой и ежедневно наполняла неплохо сохранившуюся каменную ванну, найденную в одной из комнат на втором этаже и по размерам больше напоминавшую небольшой бассейн. Воду в ней нагревали, опять же, с помощью Дармера, но для него это был уже сущий пустяк.

Способностям Салли также нашли применение. После того, как они вдвоем с Мартесом законопатили все дыры, она какое-то время сидела без дела. До того дня, когда на острове подули сильные ветры, и даже до города нельзя было добраться, не продрогнув до костей. Поначалу никто не поверил в рассказ Салли о том, как она защищалась от ветров воздухом, а зря. Это оказался простейший барьер, плотно прилегающий к телу. Получалась этакая воздушная одежда, в которой были не страшны ветра. С тех пор Салли «одевала» так всякого, кто собирался пойти в город или просто прогуляться за пределами здания. Им почти всегда оказывался Шед, который так и продолжал обеспечивать всех провизией. Остальные не изъявляли желания покидать уже обжитый теплый дом ради того, чтобы наведаться в сырой, промозглый и мрачный город.

— Здесь все какое-то блеклое, — заметила однажды Кси, — как сам город, так и люди. Мне не раз приходилось общаться с простолюдинами, — так звались маги с низким объемом энергии, из-за чего большинство из них не могло подняться выше простых горожан или сельских жителей, — и они почти ничем не отличались от других. Я всегда могла по внешности мага сказать, какая у него стихия. Вот у Салли, например, типично воздушная внешность, у Дармера оранжевые глаза, по Мартесу тоже можно догадаться, при желании. Даже у Шеда стихия легко определяется по голубым глазам, а ведь у него низкий объем! А эти все безликие. Даже этот Рангпур. Я глазам своим не поверила, когда он создал шар света. Я была совершенно уверена, что с его внешностью может быть какая угодно стихия, но не Огонь!

Градоначальник, кстати, удостаивал Замок (Салли однажды с присущей ей самоиронией назвала каменный дом «наш Замок», остальные посмеялись, а название прижилось) своим посещением чуть ли не ежедневно. Каждый раз он проводил в гостях не более двух минут, интересовался, как дела у одиннадцатой команды, а затем возвращался обратно в Глабер. Никто не мог понять, зачем Рангпур это делает. Неужели так близко к сердцу воспринял напутствие Трима? Но, быть может, как предположил Шед, «ему настолько опостылела жизнь на этом унылом острове, что он готов потратить час своего времени, чтобы добраться сюда и посмотреть на нормальных, жизнерадостных магов».

Через несколько дней они окончательно освоились на новом месте, наладили быт и наконец-то перешли к тому, ради чего их заслали в это болото.

Глава 6. Воздух, Вода и Земля

— Начинайте! — дал отмашку Дармер, и замершие на противоположных концах зала противники пришли в движение.

Шед выхватил мечи и стремительно помчался навстречу Сальвадоре. Та в ответ лишь повела рукой, ставя барьер. Контуры ее тела слегка исказились, дав наблюдателям понять, что магия сработала. Хотя мечник бежал очень быстро и успел за пару секунд пересечь разделяющее их расстояние, но златовласке хватило и этого времени. Теперь она с легкой усмешкой смотрела, как Шед несется в обреченную на провал лобовую атаку. Но когда он был уже в паре шагов от барьера, мечник будто растворился в воздухе. Потом все поняли, что этот прием — всего лишь очень быстрое перемещение, а никак не телепортация. Но в тот момент у ребят пооткрывались рты — Шед еще никогда не показывал столь впечатляющую скорость. Даже Салли была удивлена.

Но она быстро взяла себя в руки. Когда позади нее раздался звонкий, точно в гонг удар, Сальвадора даже не шелохнулась.

— Неплохая идея, — сказала она замершему позади Шеду. — Но дважды я на один и тот же трюк не попадусь, — она весело улыбнулась, повернувшись к мечнику. — На сей раз барьер круговой.

Она небрежно повела рукой, и Шеда, чей меч врезался в непробиваемый Стальной Барьер, унесло потоком воздуха. Ребята сразу опознали простейший призыв стихии, который назывался Порыв Ветра. Шедара несколько раз перекувырнуло через голову, прежде чем он рухнул на пол. Мечи со звоном ударились о каменные плиты пола.

— Салли победила, — подвел Дармер итог боя.

Та еще шире улыбнулась. Шед уже вскочил на ноги и, отмахнувшись от подбежавшего Мартеса, как бы говоря, что в порядке, пошел подбирать свое оружие. Салли отбросила его сравнительно мягко, ведь главной целью спарринга было достать противника, а не наносить увечья.

Щиты в доспехах защищали учеников от травм, а запас энергии в них пополнялся из резерва мага. Однако слишком сильная атака могла мгновенно исчерпать этот запас, не дав возможности подпитаться за счет хозяина. Тогда заклинание исчезнет, а поставить его заново никто из них способен не был. Салли в первый день тренировок объяснила команде, что заклятие щита относилось к превдонейтральной магии, используемой представителями Воздуха, что объясняло его прочность. Но сама златовласка воссоздать его была не в силах. Как она выразилась, «сложность щита за пределами моих умений по части нейтральных заклинаний». Поэтому команда старалась по возможности сократить число ударов, и спарринги продолжались до первого попадания.

Когда Салли и Шед подтвердили, что готовы продолжать дальше, Дармер взял в руки небольшой мешочек и, хорошенько встряхнув, запустил в него руку. Эту идею подала Сальвадора, когда возникла необходимость выбирать участников поединка. На небольших камешках были высечены имена членов команды, а затем пара камней наугад доставалась из мешочка. Если один из выбранных дуэлянтов не мог участвовать в схватке, поскольку еще не оправился от предыдущей, камень откладывался и доставался другой.

Вытащив камни, юноша едва удержался от того, чтобы не ругнуться. «Дармер» и «Кси».

— Что, Дар, пришла пора искупаться? — ехидно протянула Кси, когда он озвучил надписи на камнях.

— И не мечтай. Сегодня победа за мной! — воинственно ответил тот.

— Ну-ну, — хмыкнула язва.

На самом деле у нее была причина вести себя подобным образом. Дармер лишь бравировал. Еще со времен боя против Шеда он научился уважать стихию Воды. Но в полной мере осознал ее опасность для Огня только после первого столкновения с Ксилотой. Девчонка обладала куда более значительным объемом энергии, чем Шед, да и управляла ею мастерски. Она наглядно показала Дармеру, насколько сильно Вода превосходит Огонь даже при их разнице в количестве энергии и отсутствии у Кси «особой подготовки». В тот раз она буквально размазала Дармера. И хотя он извлек урок из поражения, сценарий битвы повторялся из раза в раз, когда из мешка доставались камни с их именами. Но мало того, что Кси всякий раз методично и унизительно громила Дармера, так эта зараза еще и умудрялась экономить свою энергию для следующих боев, тогда как сам парень оставался «гол как сокол».

Дармер, смотря в ее ухмыляющееся лицо, мрачно размышлял, что делать. После стольких поражений на победу он уже не надеялся. Однако на сей раз он не даст этой девчонке себя растоптать!

Его обычная тактика боя уже показала свою несостоятельность: доказано, что Кси требуется куда меньше энергии для сотворения воды, которой она гасила огонь, чем Дармеру на создание этого огня. Поэтому так любимый им Огненный Залп, после которого наступал «откат», отменялся. Когда юноша использовал его, то проигрывал максимально быстро и позорно.

Может, попробовать Огненный Снаряд? Дармер прежде не решался применять этот призыв в поединках с новыми товарищами, помня о его разрушительности, но все остальное в бою с Ксилотой он уже использовал. А подавить Снаряд ей будет гораздо труднее. Правда, если девчонке это удастся, то она сможет брать Дармера голыми руками. Парень уже знал, что после использования столь громадного объема энергии он в течение пары минут не способен творить магию вообще. Поэтому этот прием Дармер оставил на случай, когда он будет уверен, что отразить его или уклониться Кси не сумеет.

А та молча улыбалась и почему-то медлила, хотя Шед уже разрешил начинать бой. «Наверное, отдает мне право первого хода, чтобы посмотреть, что я придумал на этот раз, а затем методично разбить все мои попытки», — размышлял Дармер. Это было похоже на Ксилоту. Она любила поиграть с противником, прежде чем уничтожить его.

В конце концов, Дармер решил воспользоваться тактикой, применяемой им против Шеда. Речь шла о множестве Огненных Стрел, которых Дармер мог «слепить» не меньше пары десятков разом. Создав целую тучу шариков, парень посылал их в Шедара с разных направлений, чтобы стало почти невозможно уклониться от всех.

Решив, что попытка — не пытка, он сосредоточился. В воздухе вокруг стали появляться небольшие огненные сгустки, которые Дармер направил в сторону замершей Ксилоты. Летели они по кривым и непредсказуемым траекториям, оставляя за собой огненный «хвост». Но Кси это не обескуражило. С ее рук ручьями полилась вода, которая тут же волной взмыла вверх, закрывая девушку искрящимся куполом. Когда огненные призывы добрались до Кси, вода уже совсем скрыла ее из виду. Огненные Стрелы с шипением пропадали в переливающейся на свету поверхности. Стена Воды без труда выдерживала атаки столь малой силы. Дармер усмехнулся. Все шло по плану.

Внезапно одна из атак прорвала защиту, края дыры разошлись, и призыв утратил стабильность. Вода сорвалась вниз и расплескалась по полу, а Дармер получил возможность понаблюдать за ошеломленным лицом Кси. В первый раз.

Стена Воды держала удары намного лучше, чем такая же из стихии Огня, но была совершенно не способна к самовосстановлению. Если брешь в Стене Огня затягивалась, то любое повреждение Стены Воды нарушало структуру призыва, что приводило к его уничтожению. Кси, как обычно, не стала делать защиту чересчур стойкой, пожалев энергии. Да и зачем, ведь она считала, что имеет дело со слабыми Огненными Стрелами, которые легко поглощались Стеной. О чем она не догадывалась, так это о том, что Дармер спрятал среди Стрел несколько Огненных Шаров, на которые Стена уже рассчитана не была. Первый же попавший в цель Шар обрушил водную преграду. Сам призыв исчез, но остальные продолжали лететь в оставшуюся без защиты Кси. Она могла это предотвратить, если бы повнимательней присмотрелась к созданным юношей призывам, но кто различит сгусток огня более плотной формы среди трех десятков других. Дармер все рассчитал правильно.

— Браво, Дар! — воскликнула Ксилота. — Ты все-таки научился делать атаки с подвохом!

Она вскинула руки. Повинуясь этому движению, из воды у ее ног взметнулись вверх тонкие струйки, изогнулись и… хлестнули Огненные Шары. Дармер с изумлением опознал водяной хлыст, который уже не раз видел в исполнении Шеда.

— А ты думал, раз у меня нет оружия, то я не могу использовать Секущую Плеть? — довольно усмехнулась Кси, правильно поняв выражение его лица. — Могу, как и Пронзающее Лезвие!

Вода, появившаяся в ее руке, приняла форму длинного меча, которым она тут же взмахнула и рассекла последний Шар. Похоже, этот призыв мог исполняться как с оружием в качестве основы, так и без него. Хотя в руках Ксилоты клинок из чистой воды почти сразу после уничтожения Огненного Шара потерял форму и сгинул.

Атака Дармера была полностью отражена, но тот не сильно этому удивился. Он уже понял, что Ксилота всегда держит козырь в рукаве. Зная это, Дармер заранее подготовил еще один призыв, и теперь, когда Кси была вымотана — все же его неожиданная хитрость застала ее врасплох — настало время его применить.

— Это конец, Ксилота! — патетично воскликнул Дармер, специально назвав ее полным именем. — Огненный Снаряд! — и выпустил накопленную энергию.

Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что что-то пошло не так. Воздух разорвался. Дармера откинуло взрывной волной на несколько шагов. Лишь благодаря щиту маг не пострадал.

«Что случилось? — растерянно оглядывался парень. — Призыв не сработал, как надо — энергия не сформировалась до конца, а взорвалась. Но почему это произошло? Раньше ведь такого никогда не случалось…».

— Да, ты прав, Дармер, это конец.

Он поднял глаза и увидел донельзя довольную Кси.

— Это твоих рук дело?! — рыкнул тот. — Как?!

Девчонка рассмеялась.

— Посмотри на свои руки, — посоветовала она.

Дармер посмотрел вниз и к своему огромному удивлению увидел, что они… мокрые? Вода была разлита и на том месте, где он стоял. Но как Ксилота это сделала? Ведь она находилась в противоположном конце холла. Ответ нашелся, когда Дармер проследил, откуда пришла вода. Она проделала длинный путь от Кси в расщелинах между плитами пола, пока не достигла юноши и, поднявшись вверх, добралась до его рук.

— Но когда ты успела?

— Сразу же, как вышла на арену, — ответила Ксилота, — я пролила немного воды. А потом контролировала ее перемещение, чтобы ты ничего не заметил. Была опасность, что ты испаришь воду, но, как я и думала, ты учел прошлые ошибки и не спешил применять огонь по площадям. А когда вода оказалась на твоих руках, я при помощи оставшейся в ней энергии нарушила потоки формировавшегося призыва и сорвала твою атаку.

Дармер пораженно переваривал услышанное. Она может так точно управлять энергией на столь большом расстоянии? И при этом создавать другие призывы, отражая его атаки?

— Как видишь, — продолжила Кси, — ты понял, что надо не просто швыряться призывами направо и налево, а еще и применять в бою тактику. Но тебе далеко до меня. Я просчитала все твои действия, кроме, разве что, Огненных Шаров среди Стрел. Признаю, тут ты меня удивил.

Скупая похвала, единственная, которой Кси удостоила его за все время, взбесила парня больше, чем все ее насмешки вместе взятые.

— Битва еще не окончена! — зарычал Дармер. — Не разглагольствуй так, будто уже победила!

Запоздало он подумал, что зря это сказал: наоборот, следовало потянуть время, подождать, пока не восстановится контроль над энергией после хоть и сорвавшегося, но все же выпущенного призыва. Однако сделанного не воротишь.

— Да, ты прав, — согласилась с ним Кси, — пора заканчивать. Думаю, бесполезно предлагать тебе сдаться, — на этих словах Дармер возмущенно вскинулся. — Вот именно. Поэтому, пожалуй, преподам тебе еще один урок.

Повинуясь воле Ксилоты, от поверхности воды отделился небольшой шарик, поднялся в воздух и завис над ее ладонью. Несколько секунд Кси что-то вытворяла с ним, и из-за ее манипуляций он еще больше съежился в размерах. Затем она взглянула на Дармера.

— Я покажу тебя Огненный Шар в исполнении моей стихии. Водяной Шар! — и она запустила этим шариком в парня. — Сравни!

Все произошло настолько быстро, что Дармер даже не успел среагировать. Призыв врезался прямо в грудь. Попадание маленького шарика оказалось сравнимо с ударом молота. Дармер улетел еще дальше, чем от взрыва, и в этот раз на ногах удержаться ему не удалось.

— Кси победила! — возвестил Шед, который сейчас играл роль судьи вместо товарища.

Впервые Дармер пожалел, что филонил в Замке Огня. Все равно это привело лишь к тому, что он испортил отношения с одногруппниками и учителями. А Саламандра, которую он так и не выучил, вполне возможно, позволила бы ему победить Кси. Как выяснилось, в остальных Замках подобным «умным» призывам не обучали, и как им противостоять — тоже. Значит, был шанс, что хоть раз Дармеру удалось бы застать Кси врасплох. Но нет смысла мечтать о несбыточном, и Дармер клятвенно пообещал себе восполнить этот пробел после окончания практики.

Подоспевший Мартес сказал, что щит принял на себя основной удар, но не весь, и вынес вердикт: трещина в ребре. Услыхав это, Салли набросилась на Кси с обвинениями, что та могла приложить Дармера чем-нибудь послабее, но намеренно нарушила установленные правила. Кси пыталась отпираться, но не слишком уверенно.

Настало время следующего боя. На сей раз Мартес, только-только залечивший трещину, проявил неожиданную для себя твердость и даже пригрозил связать Дармера, если тот рискнет сегодня вновь выйти на «ринг». Правда, тот заметил, что, когда Мартес говорил это, руки у него подрагивали. Но Дармер решил не спорить и хотя бы раз прислушаться к мнению лекаря команды, поэтому не стал возражать.

Ксилота, несмотря на то, что потратила на Дармера в этот раз больше энергии, чем обычно, сказала, что готова продолжать дальше. И тут же поплатилась за это — ей выпало сражаться с Салли. Та, все еще злая на Ксилоту, вышла на арену с не предвещающим ничего хорошего взглядом. Можно было с уверенностью утверждать, что Кси придется нелегко, ведь в сражении с Сальвадорой у нее нет преимущества ни в стихии, ни в объеме энергии.

В большинстве случаев одиннадцатая команда проводила спарринги прямо под крышей в огромном холле, который им все же пригодился. Это оказалось весьма удобно, поскольку тренировки не зависели от капризов погоды (а дожди на острове шли почти каждый день). Ребята впервые почувствовали, что хоть где-то они оказались в выигрыше по сравнению с другой командой. Едва ли те могли устраивать поединки в своей маленькой квартирке.

Единственным, кто настаивал на дуэлях снаружи, был Мартес. Его стихия оказалась наиболее сложной в создании, ведь Земля гораздо плотнее, чем Огонь или Воздух. Значит, и энергии на сотворение требуется больше. Поэтому маги Земли предпочитали пользоваться «естественным материалом» для своих призывов.

Дармер всегда считал, что Земля хоть и полезна в быту, но на поле боя как стихия совершенно непригодна. Земляная Стена была крепкой защитой, но сильно уступала барьерам Воздуха. Недаром же воздушные маги в командах всегда отвечали за защиту. Над атаками Земли хотелось смеяться. Да и общее разнообразие призывов сильно уступало остальным стихиям.

Но, несмотря на все это, ни одна миссия не обходилась без участия магов Земли, от которых зависело, вернется ли их команда домой живой или нет. «Друиды» были единственными, кто мог использовать не только обычную, магическую энергию, из которой создаются заклинания и призывы, но и другую, называемую жизненной. Этой силой обладали все существа, но лишь немногие умели ею пользоваться. Маги Земли — одни из них. С ее помощью они могли исцелять раны и травмы, как свои, так и чужие. Они нашли и другое применение этой силе: смешав ее с собственной энергией Земли, они создали призыв Растений, за который этих магов и прозвали «друидами». Новая ветвь заклинаний немного расширила их боевой арсенал, и теперь магам Земли было, что противопоставить врагам на поле боя.

Мартес оказался достойным представителем племени «друидов». Противником он был не столько сложным, сколь неудобным. Для начала он вытребовал себе право сражаться во дворе. Когда остальные попытались возразить, Мартес сказал, что может сражаться и в холле, но тогда, чтобы добраться до земли, ему придется выкорчевывать плиты пола, что вряд ли придется по душе товарищам. Команде пришлось согласиться на его условия.

Добившись своего, Мартес вовсю принялся использовать свое преимущество. Неизвестно, сколькими земляными призывами он владел, но демонстрировал только один: прекрасно понимая, что, сражаясь в открытую, не в силах оказать достойного сопротивления другим членам команды, Мартес «уходил под землю». Создав яму и почти полностью забравшись в нее, «друид» накрывал себя сверху земляным куполом. Призыв назывался Землянка, но Шед придумал более подходящее название — Могила.

Оказавшись в безопасности, Мартес начинал атаковать противника длинными извивающимися растениями, которые вырастали прямо из свежего холмика. Причем «друид» откуда-то всегда знал, где находится его соперник. Расправиться с растениями труда не составляло — они были весьма медлительны. А вот вытащить на свет их создателя — задачка посложнее. Холмик стойко держал все удары огнем, водой и воздухом. Противникам удавалось разрушить его только частично. Добраться до Мартеса получилось лишь у Салли, да и то один раз. В остальных боях ситуация сводилась к пату: противник «друида», уставший забрасывать призывами неразрушимую преграду с нулевым результатом, соглашался на ничью.

После битвы с Мартесом Дармер стал с большим уважением относиться к защите Земли. Несмотря на то, что в прочности она все равно уступала воздушным барьерам, земляные стены не требовали постоянной подпитки энергией — до тех пор, пока не разрушатся окончательно. Кроме того эта защита была статичной и не исчезала с течением времени.

Что касается Шеда, то он, в отличие от своей подружки Кси, сюрпризов в отношении призывов не преподносил. В свою первую встречу с Дармером он показал все, что умел. Но его физическая сила и владение мечами поражали: почти всегда Шеду удавалось удивить товарищей, как это случилось сегодня.

Дармер неоднократно пытался разузнать у Шедара что-нибудь про его «особую подготовку», но безрезультатно. Как только в разговоре они касались этой темы, запас красноречия мечника внезапно иссякал. Когда же Дармер подошел к Кси, предполагая, что она может что-то знать, выяснилось, что с ней товарищ был нисколько не откровеннее. Она понятия не имела, какие занятия, помимо основных, посещал Шед. По какой-то причине мечник хранил эту тайну за семью замками. Но Дармер, охваченный любопытством, не оставлял попыток разузнать ее. Что-то ему подсказывало: Пристина с ее акробатическими трюками имеет к этой тайне самое прямое отношение. А значит, разгадав загадку Шеда, Дармер разгадает и ее.

Поскольку Шед никаких новых призывов не демонстрировал, Дармер выработал против него тактику, о которой уже упоминалось — массовый обстрел сгустками огня со всех сторон. Этот метод давал переменный результат: иногда у Шеда все-таки получалось уклониться ото всех направленных в него огней. Но в таком случае Дармер просто повторял атаку снова, что для него было не сложно благодаря большому объему энергии. Однако эта тактика годилась только для тренировочного поединка. Даже несколько попаданий Стрелами не причиняли Шеду ощутимого урона. Но поскольку в условиях дуэли это считалось поражением, Дармер почти всегда выигрывал, что очень его радовало.

Шед мог с легкостью ускользать от любых одиночных ударов, если они не шли на него сплошным потоком. Однако атаки по площадям были его слабым местом. Расправиться с Огненным Залпом на экзамене он смог лишь потому, что Вода сильнее Огня. Когда этого преимущества у Шедара не было, противник доставлял ему немало проблем. Поэтому сложнее всего Шеду было сражаться с Салли. Победу над ней он одержал всего однажды, в их первую встречу на арене. Тогда он застал светловолосую девушку врасплох своим стилем боя, сумел обойти барьеры и заставил сдаться, приставив лезвие меча к ее горлу. Сегодня он намеревался повторить этот маневр, но Сальвадора уже вынесла урок из того поражения.

Среди атакующих призывов Воздуха почти нет структурных. Это означало, что вложенная энергия не собирается в одной точке, а рассеивается. Поэтому большинство воздушных атак охватывают обширную зону поражения. Это не всегда полезно, потому как иногда бывает эффективнее сильная точечная атака, а не рассредоточение сил. Но в бою против Шеда Воздух оказался самой подходящей стихией. Мечник привык уворачиваться от атак, а не отражать их, и ничего не мог поделать против сметавшей его всякий раз воздушной волны. Вот почему Салли, если не считать их первой битвы, всегда побеждала Шеда.

А в бою Шеда против Кси наблюдалась совершенно иная картина. Хотя они входили в разные группы во время обучения (Ксилота, как и Шедар, несмотря на имевшийся объем, прыгнула на ступеньку выше и принадлежала к группе сильных благодаря исключительному мастерству в управлении энергией), из-за своей дружбы они постоянно между собой спарринговались, благодаря чему наизусть изучили все приемы друг друга. Ксилота, как и остальным противникам, устраивала мечнику разнообразные каверзы, но Шед уже научился просчитывать их наперед. Как результат, битва неизменно затягивалась, а ее финал часто оказывался неожиданным.

У Огня лучшая атака, у Воздуха — защита, а Вода одинаково хороша и в том, и в другом. Хотя и уступает Огню в силе, а Воздуху — в прочности щита. Однако универсальность атакующих призывов, среди которых достаточно как точечных, так и масштабных атак, вместе с неплохой защитой позволяет магам Воды драться на любой дистанции. Кси предпочитала среднюю, с которой можно легко перейти в нападение или уйти в защиту.

В битве с Сальвадорой Кси использовала все преимущества своей стихии и противостояла златовласке намного лучше, чем это удавалось Шеду. Ни у одной из них не было преимущества перед другой в стихии, а высокий объем энергии Сальвадоры уравновешивался изворотливым умом Ксилоты, который помогал ей из любой ситуации найти выход. Поэтому их шансы на победу оказывались примерно равны. Сражения девушек были зрелищными и захватывающими, а самое главное — непредсказуемыми. Никто не мог заранее предположить, сможет ли Кси поймать противницу в ловушку, или же Салли успеет взять ее измором.

Но сегодня Сальвадоре было не до расшаркиваний. Злость на Кси все еще кипела в ней и придавала сил. Которых у ее противницы оставалось не так много, как той хотелось бы. Результат оказался закономерен: очередной резкий Порыв Ветра уничтожил защиту Кси, а ее саму унес в дальний конец зала.

До этого дня никто и предположить не мог, что Салли способна так сильно злиться. Она никогда не теряла своего позитива. Ко всему в жизни она относилась с негаснущим оптимизмом. Сальвадора не изменила своему принципу даже в тот раз, когда они на пару с Дармером едва не сожгли дом. Произошло это во время их первого и последнего поединка. Смесь воздуха с огнем, получившаяся, когда Огненный Залп столкнулся с Порывом Ветра, породила поистине ужасающую силу, чуть было не оставившую одиннадцатую команду не только без дома, но и без жизней. До сих пор оставалось загадкой, как все тогда обошлось без потерь. Повторять сей опыт ни у кого желания больше не было. По единогласному решению команда заново перетасовывала камни, если из мешка одновременно выпадали «Дармер» и «Салли».

Кси, которой довелось испытать на себе неожиданно открывшуюся сторону характера Сальвадоры, подошла к скамье, едва переставляя ноги. Она здорово приложилась об пол при падении. Мартес бросился к ней, уложил на скамью и начал колдовать над телом девушки. Через пару минут он порадовал Кси, сказав, что она ничего себе не отбила. Несколько синяков не в счет.

На лице Салли, глядевшей на результат своих действия, появилось виноватое выражение. Она уже остыла и теперь жалела о своей несдержанности. А Дармер, напротив, испытал мрачное удовлетворение. Приятно все-таки, когда тому, кто постоянно издевался над тобой, капитально достается, пусть и не от тебя.

Шед уже собирался объявить очередной бой (теперь кандидатов на него осталось трое), но внезапно раздавший голос прервал его:

— Привет, одиннадцатые! Не ждали нас?

Ребята разом повернулись на звук. У распахнутой кованой двери стояла весьма неожиданная компания: Адель и «друид» из ее команды, которому и принадлежала последняя реплика. Он с интересом осматривался по сторонам.

— А вы неплохо устроились, — сказал, наконец, он. — Я бы даже сказал — хорошо. Превратить развалины, которые, как я слышал, здесь находились, в нормальное жилище, да еще так быстро… И у вас есть зал для тренировок. Теперь думаю, не прогадали ли мы…

— Чего вам надо? — не слишком дружелюбно осведомилась Кси, обрывая его речь. — И кто ты такой?

— Ах, простите мне мою забывчивость! — пафосно воскликнул нежданный визитер. — Я не представился. Пеларгон. Представитель Земли из команды?24, как вы, быть может, помните.

— Все ясно. Очередной клановый выскочка, — вполголоса произнесла Кси.

Если Пеларгон и услышал ее, виду он не подал.

— Надеюсь, вы извините нас за столь бесцеремонное вторжение… — вновь начал «друид», но его опять прервали.

— Так, заканчивай свою высокопарную болтовню и отвечай, зачем вы сюда приперлись? — нахально спросила Кси, окидывая недобрым взглядом и Пеларгона, и его спутницу.

Взаимоотношения с их командой и в частности с Адель у Кси не заладились сразу, и трудно сказать, по какой причине: то ли отношение к Адель перекинулось и на ее команду, то ли они все потеряли расположение Кси после истории со жребием.

В ответ на такую резкость рыжеволосая неодобрительно поджала губы, а Пеларгон на несколько секунд замолчал, изучающе разглядывая Ксилоту. Та на такое пристальное внимание лишь скорчила рожу.

— А если я скажу, что мы захотели проведать старых товарищей? — заговорил Пеларгон уже нормальным голосом, без патетики.

— То мы вам не поверим, — фыркнул Дармер.

С его стороны было бы верхом наивности думать, что Адель пришла проведать бывшего одногруппника. Она ведь настолько по нему соскучилась, что с момента своего появления даже ни разу не взглянула в сторону Дармера и не произнесла ни слова, а лишь подпирала спиной стену у двери.

Дармер оказался не единственным, кто был невысокого мнения о бывших одноклассниках.

— Ты никогда не делаешь ничего просто так, — послышалось бормотание. Это Мартес решил тихо высказаться о товарище по стихии.

Но Пеларгон его услышал и словно впервые заметил одногруппника. Его губы растянулись в широкой улыбке.

— Надо же, кого я вижу! Марти! Сколько времени мы не виделись!

— Всего две недели, — пробурчал «друид», не выказывая ни малейшей радости от встречи.

— Как-как он тебя назвал? — с интересом покосилась на него Кси. — Марти? — переспросила она.

— Да, его в Замке Земли все так звали, — подтвердил Пеларгон.

— Марти, значит… — протянула Кси.

Мартес боязливо оглянулся на нее. Судя по хитрой донельзя ухмылке девчонки, опасался он не напрасно. Дармер был почти уверен, что теперь Кси только так и будет называть «друида». Но долго коварным думам предаваться она не стала, и взгляд синих глаз вновь уперся в Пеларгона.

— Спрашиваю в последний раз. Что. Вам. Здесь. Понадобилось? — с расстановкой спросила Кси. В ее голосе появились угрожающие нотки, намекавшие, что гостя не ждет ничего хорошего, если он снова попытается ускользнуть от ответа.

Однако, похоже, в цели Пеларгона не входило затягивать визит.

— Мы явились, чтобы поговорить. Вернее, я пришел, а Адель любезно согласилась составить мне компанию. А то места у вас чересчур… мрачные.

Со стороны Адель донеслось хмыканье, да и остальные не сумели удержать смешка.

— О чем ты хочешь поговорить? — вступил в беседу Шедар.

— О драке в день нашего появления в Глабере, свидетелями которой вы стали, — озвучил причину своего прихода Пеларгон.

Одиннадцатая команда с недоумением переглянулась.

— И все? — озвучила общую мысль Салли. — Ради этого вы пришли сюда из города?

— Да, путь был неблизким, но я готов пройти и вдвое больше, чтобы получить интересующую меня информацию, — невозмутимо ответил «друид».

— Так спросил бы у местных, вместо того, чтобы тащиться к нам, — заметил Шед. — Многие из них тоже были очевидцами.

— С жителями я уже разговаривал. Но они, так сказать, лица в некоторой степени заинтересованные, поэтому их информация может оказаться неточной. А я хотел бы получить мнение со стороны.

— Почему тебя так интересует какая-то драка? — с подозрением осведомился Дармер.

Пеларгон помолчал.

— Вы ничего не знаете о том, что творится в Глабере? — задал вопрос он, внимательно следя за тем, как его собеседники начали растерянно переглядываться. — Видимо, нет. Я понимаю, что вы живете в глуши, и новости до вас не доходят. Но ведь кто-то же из вас должен наведываться в город за продуктами?

Ребята дружно взглянули на Шеда. Тот, заметив такое внимание к себе, поднял вверх руки в сдающемся жесте.

— Не надо так смотреть, я ходил почти только туда и обратно. У меня было не так много времени, чтобы болтать с местными!

— Ладно-ладно, мы поняли, — прекратила его оправдания Кси. А затем, посмотрев на Пеларгона, сказала: — Давай так: информация за информацию. Ты рассказываешь, что происходит в городе, а мы — то, что тебя интересует.

— Идет, — согласился тот. — Но вы начинаете первыми. Не подумайте, что я вам не доверяю или собираюсь обмануть, — добавил он, заметив, как вскинулась при его словах Кси, — я лишь хочу получить объективное мнение. Которое может исказиться, если вы заранее услышите всю историю.

Ребята вынуждены были с ним согласиться. Повествование об их прогулке по Глаберу вела в основном Салли, но ее товарищи не оставались в стороне и время от времен вносили свои дополнения в рассказ. Пеларгон слушал внимательно, а когда они закончили, задал вопрос:

— А поведение напавшего не показалось вам… странным?

— Да, — согласилась Сальвадора. — Он выглядел как… как…

— Как сумасшедший, — подсказал Дармер. — Как будто он забыл о том, кто он, лишился всех чувств и эмоций. У него осталась лишь чудовищная жажда убийства… — закончил он тихо, вспоминая, что испытал в тот день на площади, взглянув в глаза безумцу.

Команда посмотрела на него с удивлением. А Пеларгон слушал его с чувством глубокого удовлетворения. Казалось, этот ответ полностью подтвердил какие-то его догадки. Парень стоял и с улыбкой о чем-то размышлял.

— Ну что, доволен? — обратился к нему Дармер. — Мы рассказали достаточно подробно? Теперь твоя очередь.

— Да, пожалуйста, — хмыкнул «друид». — Подобные происшествия уже не раз случались в Глабере…

— Драки, что ли? — перебил Дармер. — Нашел, чему удивляться. Да в таких селах, как это, они должны каждый день…

— Помолчи, Дармер! — оборвал его гневный возглас.

Юноша встретился глазами с пылающим взглядом Адель, впервые сказавшей что-то с момента появления.

— Если кому и следует тут помолчать, так это тебе! — взвилась на ноги Кси. Она не могла не ответить на выпад недруга. Тем более в месте, которое Кси по праву считала своим домом. — И не смей здесь распоряжаться!

— Кси, успокойся! — схватив подругу за плечо, Сальвадора попыталась усадить ее обратно на скамью.

— Тебя, Адель, это тоже касается, — пожурил свою сокомандницу Пеларгон.

— Я лишь не хочу, чтобы тебя кто-то перебивал! — воскликнула Адель.

Неприятное чувство кольнуло Дармера изнутри.

«Кто-то! Ну, хоть по имени назвала».

— Довольно, — оборвал ее «друид». Адель подчинилась и не стала дальше спорить. Она снова молча застыла у стены, скрестив руки на груди. Кси, как не странно, тоже утихомирилась. — Так на чем мы остановились? — продолжил Пеларгон, будто только что никакой перебранки не было. — Ах да, на драках. Они, разумеется, случаются время от времени, иногда с более печальными исходами, чем видели вы. Но я имел ввиду не совсем это, а случаи сумасшествия… которые в этом городе почему-то происходят с регулярным постоянством.

Повисла тишина.

— И как часто они происходят? — спросила Салли.

Пеларгон задумался прежде, чем ответить.

— Где-то раз в две недели. Иногда чаще.

Шедар присвистнул.

— И чем это объясняется? — поинтересовался Дармер.

Пеларгон неожиданно широко ухмыльнулся.

— Вот тут начинается самое интересное, — провозгласил он таким тоном, будто речь шла о чем-то хорошем. — Местные в один голос утверждают, что сумасшествие — это следствие страшной болезни, от которой маг впадает в беспамятство и становится влечим жуткой жаждой убийства. Смешно, не правда ли?

— А что тут смешного? — не поняла Салли.

— А то, что такой болезни не существует! — с видом раскрывшего главную интригу объяснил маг Земли.

Воцарилось молчание.

— Из этого следуют два вывода, — не дождавшись хоть какой-то реакции, продолжил Пеларгон. — Либо болезнь все же имеет место быть, но нашей науке она пока неизвестна, либо сумасшествие вызвано чем-то другим. В любом случае я это выясню! — в его глазах зажглось неистовое пламя. — Благодарю вас за ценную информацию, а сейчас мне пора! — и он развернулся к двери.

— Подожди! — внезапно вскочил на ноги Мартес. — Ты не сказал, что делают с пострадавшими. Их лечат?

— О-о-о! — восторгу Пеларгона, казалось, не было предела. — Их «лечение», — он изобразил пальцами кавычки, — отдельный разговор. Болезнь оказалась неизлечимой и заразной к тому же. По крайней мере, так считают местные. Поэтому, чтобы не допустить эпидемии, проблему решают самым кардинальным способом из возможных, — он выдержал паузу. — Всех больных сжигают.

На сей раз тишина была просто звенящей. Ребята с трудом переваривали обрушившиеся новости.

— А перед тем, как… ну… их… — слабым голосом промямлил Мартес.

Но Пеларгон его понял.

— Этот вопрос мне так и не удалось до конца прояснить, но судя по недомолвкам и опущенным взглядам тех, с кем я разговаривал — нет. Сжигают заживо, — будничным тоном ответил «друид».

На Мартеса было жалко смотреть. Он побледнел и рухнул обратно на скамью.

— Но если они уничтожают тела, как так получилось, что болезнь не останавливается? — спросила Сальвадора.

— Пока у меня нет ответа, — развел руками Пеларгон. — Но это еще один факт в пользу того, что никакой болезни нет. Как и тот, который гласит, что между случаями «заболевания» проходят почти одинаковые промежутки времени в полторы-две недели. Настоящая эпидемия должна была прогрессировать. Но я узнаю правду — всего-то и надо, что дождаться, когда еще один местный житель сойдет с ума, и исследовать его. А я-то уж точно смогу докопаться до истины!

После этого он окончательно распрощался и покинул Замок вместе с Адель.

— В хорошенькое место мы попали! — резюмировал Шед, когда за ними закрылась дверь.

Мартес был еще бледный, но взгляд его больше не источал ужас и неверие.

— А ты что думаешь по этому поводу? — спросил у него Дармер.

Тот вздрогнул, но ответил:

— Пеларгон был одним из лучших в нашем Замке, по заболеваниям в том числе. Не вижу причин ему не доверять. Все это на самом деле странно, — признал он.

— А ты не хочешь в этом сам разобраться? — поинтересовалась Салли.

Мартес покачал головой.

— Смысл? Пеларгон справится куда быстрее меня.

— В таком случае, — заговорила Кси с заговорщицким выражением на лице, — предлагаю вернуться к тому, на чем нас прервали. Один из нас еще не побывал сегодня на ринге, и я думаю, что именно сейчас настало время исправить это упущение! — Кси полезла в мешочек. — Так кто же будет следующим…

— Дай сюда! — вырвал Дармер у нее мешок. — А то ты сейчас намешаешь, — вытащив два камня, он прочел надписи на них: — «Салли» и… «Марти»?

— О, какая удача! — захлопала в ладоши плутовка, довольно ухмыляясь. — Я оказалась права. Вперед, Марти, арена ждет!

Дармер снова взглянул на камень. Ксилота даром время не теряла и во время разговора с Пеларгоном успела поработать на камешком с именем «друида», подправив на нем надпись.

В тишине раздался тяжелый вздох Мартеса.

Глава 7. Разговор в башне

Этот день не задался с самого начала. Для Дармера уж точно.

Несмотря на жесткий распорядок дня, одиннадцатая команда позволяла себе поспать подольше, до девяти, а иногда и до десяти утра. Существенная разница по сравнению с режимом в Замках, где подъем каждый день был ровно в семь. Причиной продолжительного сна было не только то, что теперь они сами себе хозяева, но и интенсивная трата энергии с начала практики. Тренировки и выполнение обязанностей по дому отнимали столько сил, что зачастую к концу дня резерв был опустошен до дна. Восстанавливать его приходилось за счет обильной еды и долгого сна, чтобы на следующий день было, что тратить.

Но в то утро привычный распорядок оказался нарушен. Дармера выдернули из постели в час восхода солнца. И это вовсе не фигура речи, а констатация факта. Случилось невероятное: на острове впервые с момента появления на нем учеников показалось солнце. Его лучи проникли в комнату, где Дармер безмятежно предавался сну, и безжалостно выдернули из него. Тогда юноша впервые пожалел, что они отказались от идеи законопатить окна.

Когда Мартес заделывал дыры в здании, встал вопрос, что делать с узкими, но многочисленными окнами, стекол в которых отродясь не было. Если оставить все, как есть, то смысл в ремонте исчезал, но замуровав и окна, ребята остались бы в кромешной тьме. Дармер, конечно, мог придумать какое-нибудь освещение, но ему за глаза хватало и отопления. В итоге Салли нашла выход: она закрывала окна прозрачными барьерами, которые пропускали свет, но не ветер. Правда, держались они не слишком долго, поэтому с того дня и у Салли прибавилось каждодневной работы.

Так в Замке осталось естественное освещение, которое Дармер сейчас проклинал, на чем свет стоит. Из-за пасмурной погоды, стоявшей все предыдущие дни, утро было не намного светлее ночи и не мешало никому спать. Сейчас же солнечные лучи били прямо в лицо, а Дармер спал не настолько крепко, чтобы не обращать на них внимание.

Но не все разделяли его недовольство. Когда Дармер сел на кровати, с раздражением скидывая с себя остатки сна, прямо над его ухом заорали:

— Доброе утро, братишка! Сегодня замечательный день, не правда ли? — сей восторженный и действующий на нервы глас принадлежал Шеду.

С ним и Мартесом Дармер делил одну комнату с тех пор, когда для уменьшения количества отапливаемых помещений пришлось отказаться от заманчивой, но расточительной идеи обеспечить каждого собственной спальней. Число комнат сократили до двух: мальчики — отдельно, девочки — отдельно.

От возгласа Шеда проснулся и Мартес, чья кровать находилась в дальнем углу, и поэтому солнечные лучи до него не добрались. Недовольно бурча, он попытался было заснуть снова, но, глянув на горевшего азартом Шеда, понял, что это бесполезно.

Десять минут спустя все уже были на ногах. Девчонки тоже проснулись и вовсю радовались солнечному дню.

— Наконец-то, — сказала Кси. — А то я уже думала, что все два месяца буду лицезреть одно серое небо.

— Даже ветер стих! — воскликнула Салли, сняв барьер с ближайшего окна и высунув из него голову. — В такой погожий день будет преступлением сидеть в четырех стенах. А давайте пропустим один день тренировок и пойдем гулять в Глабер? — предложила она.

— Отличная идея! — поддержал Шед. — И мне не надо будет тащить вам еду — позавтракаем в городе. Выходим прямо сейчас!

Но сразу выйти не получилось: девочки в один голос заявили, что им нужно хотя бы час на ванную. Шеду пришлось охладить свой пыл. Но просто так сидеть и ждать он не хотел. Его натура терпеть не могла промедления и застоя. Поэтому, когда девчонки, а заодно и Мартес разошлись по своим делам, в голову Шеда пришла идея, как с пользой провести свободное время. Ничего не объясняя, он схватил Дармера за запястье и потащил по лестнице наверх. Тот растерялся, а когда пришел в себя, они уже стояли возле закрытой двери, ведущей в неиспользуемую часть здания. Здесь Шед соизволил рассказать свой план. Он заключался в том, чтобы забраться на башню и оттуда осмотреть весь остров, который сегодня в кои-то веки не был окутан туманом.

Предложение не сильно вдохновило Дармера.

— Ты с ума сошел! Мартес к этой башне ни разу не притрагивался. Ты хоть представляешь, в каком она может быть состоянии? Не исключено, что она развалится, если мы на нее поднимемся!

— Не преувеличивай, — отмахнулся Шед. Тирада товарища не произвела на него никакого впечатления. — Раз уж она простояла столько лет, то и от нас ей ничего не сделается.

— А лестница? Как ты собираешься подниматься в башне? Или ты думаешь, что она сохранилась в первозданном виде? Не удивлюсь, если от нее вообще уже ничего не осталось.

— Ну, мы этого не узнаем, если так и будем здесь стоять, — резонно заметил Шед. — А насчет лестницы не переживай. Главное, чтобы там осталось хоть несколько ступенек. Тогда я уж как-нибудь сумею по ним забраться.

— И охота тебе рисковать своей шеей? — Дармер еще раз попытался отговорить его.

— Шея, как ты верно заметил, моя, значит, я могу ей рисковать как угодно. Я же не тащу с собой тебя! Не хочешь — не иди, только открой мне дверь, — Шед оставался глух к любым уговорам.

Вздохнув, Дармер сдался и начал вскрывать дверь, которую в свое время они с Салли запечатали.

Башня имела квадратную форму, ступени в ней шли винтом вдоль стен. Вернее, так было в лучшие ее времена. Дармер оказался совершенно прав в своем предположении — пол не был виден под обломками. От самой лестницы сохранилась едва ли четверть ступенек.

Но Шеда состояние башни не остановило. Совершив впечатляющий прыжок, он очутился на участке лестницы на высоте почти в два его роста. Затем, оглядевшись, Шед нацелился на следующие, ближайшие к нему ступени и перескочил на них. Так, прыгая по уцелевшим ступенькам, он быстро добрался почти до самого верха. Тогда-то и произошло то, о чем Дармер безуспешно пытался предупредить бестолкового товарища. Очередная ступенька хрустнула под его ногой и рассыпалась. Потеряв равновесие, Шед оступился и полетел вниз.

Предпринять что-либо Дармер не успел. Да и что он мог сделать? Будь с ними Салли, она бы, наверное, сумела притормозить падение мечника. Но ее здесь не было, и Шед с оглушительным грохотом рухнул на гору щебня. В воздух поднялось облако пыли.

— Шед! — бросился Дармер на помощь товарищу.

Пыль пробивалась через ладонь, которой он пытался закрыть рот и нос. Но Дармер продолжал идти вперед, хотя ничего толком не видел из-за завесы перед глазами. Он шел наугад, постоянно спотыкаясь о камни под ногами. Метания закончились, когда к его огромному облегчению раздался громкий надсадный кашель.

Воздух постепенно прояснялся, и Дармер смог разглядеть товарища. Он сидел в куче камней, покрытый с головы до ног пыльной крошкой. Но главное, он был цел и совершенно невредим! И это после падения в груду острых обломков с высоты трехэтажного здания!

— Ну, и что я тебе говорил? — ядовито осведомился Дармер, хотя гораздо больше ему хотелось не язвить, а отвесить Шеду хорошую затрещину за свое волнение. — Предупреждал же…

— Осечка небольшая вышла, — сказал Шед, виновато улыбаясь. — Но в следующий раз этого не случится — я буду осторожней, — напрасно юноша думал, что кратковременный полет проветрил товарищу мозги.

— Ты собираешься взбираться туда заново? — Дармер не верил своим ушам.

— Разумеется, — невозмутимо подтвердил Шед.

— Ты спятил, — подытожил Дармер, оставляя надежду выбить хоть немного дури из этого сумасброда, по недоразумению попавшего с ним в одну команду.

Но, вопреки опасениям, на этот раз у Шеда все получилось. Вскоре Дармер слушал его восторженные вопли с верхней площадки башни.

— Эй, братишка! — показалась голова Шеда. — Ты по канату лазать умеешь?

— А в чем дело? — спросил тот, чувствуя неладное.

— Так умеешь или нет? — настаивал тот.

Зная Шеда, Дармер понимал, что нужно ответить «нет», но по какой-то причине, неизвестной даже ему самому, сказал правду:

— Умею.

И мгновенно пожалел об этом. Сверху послышалась возня, после которой перед носом спустилась толстая веревка.

— Залезай!

— Эй, мы вообще-то договаривались, что ты не будешь вовлекать меня в свой безумный план! — Дармеру отчаянно не хотелось взбираться наверх. Одновременно с этим он недоумевал, где товарищ взял веревку.

— Да ты не волнуйся, канат надежно держится. Я привязал его к перекладине под крышей и сам повисел на нем. А уж тебя-то он и подавно выдержит! — «тонко» намекнул Шедар на лишенное атлетизма телосложение товарища. — Давай, забирайся, это стоит того, чтобы увидеть! — с восторгом в голосе закончил он. Но видя, что Дармер не торопится лезть по веревке, он добавил уже совсем другим голосом с угрожающей интонацией: — А не полезешь — спущусь вниз, закину на плечо и сам дотащу!

Почему-то Дармер ни на секунду не усомнился, что у товарища хватит безрассудства исполнить угрозу. Выругавшись сквозь зубы, юноша обхватил канат руками и ногами и полез наверх, впервые в жизни порадовавшись наличию этого навыка. В противном случае наверняка пришлось бы болтаться на спине у Шеда, трясясь от мысли, что у того снова нога соскользнет.

«Демон тебя раздери, да он с самого начала планировал втянуть меня в свой замысел, иначе откуда у него бы взялась веревка?» — с негодованием подумал Дармер. Вряд ли мечник захватил ее с собой случайно.

С помощью Шеда он выбрался на верх башни. Ступив на каменные плиты, маг огляделся по сторонам. И не поверил глазам. Товарищ был совершенно прав, говоря, что вид с вершины башни стоит того, чтобы увидеть. Желтое солнце только-только восходило на горизонте. Его лучи ярким теплым светом скользили по шероховатым камням широких арочных окон, заливая башню и грея лицо Дармера, уже забывшего за две недели жизни на Северных островах, что такое солнечный свет. Он как завороженный смотрел на золотистые кроны деревьев и каждой клеточкой тела впитывал тепло. Тепло, не порожденное магией, пусть и его собственной, а настоящее, живое. Как же ему этого не доставало за прошедшие дни!

— Напоминает о доме, — нарушил тишину Шед, когда ребята, облокотившись на подоконник, наслаждались видом из окна башни. За полосой леса до горизонта простирался бескрайний океан. Даже отсюда было видно, как по его поверхности лениво перекатываются небольшие искрящиеся волны. Легкий бриз, пришедший на смену холодному сильному ветру, приятно холодил лица и трепал волосы. — Там я любил так же забраться куда-нибудь повыше и наблюдать за восходом.

— А где находится твой дом? — спросил Дармер.

— Не так далеко отсюда, — улыбнулся Шед. — В небольшой деревушке рядом с Сагепом.

— Вот почему ты его так быстро узнал, — протянул Дармер с пониманием.

— Да, верно, — подтвердил Шед. — Мы почти каждые выходные с парнями выбирались в город. У нас-то, в деревне, развлечений почти не было. А отдохнуть от тяжкой трудовой недели хотелось.

— Ты работал? А кем? — Дармер имел довольно смутное представление, чем занимаются простолюдины.

— Да много кем, — неопределенно ответил Шед. — Я ведь тогда еще подростком был, поэтому постоянную работу было трудно найти. Перебивался случайными заработками. Иногда попадалась работа с применением магии, ну там, посевы полить или канализацию прочистить. Однако чаще всего была нужна одна только голая сила. В основном приходилось перетаскивать тяжести.

— И со скольки лет ты начал работать? — в растерянности спросил Дармер.

— Дай подумать, — мечник почесал затылок. — Лет с одиннадцати, наверное.

— И твои родители позволили тебе так рано начать работать? — в шоке спросил его товарищ.

— Их постоянно не было дома, — ответил Шед. — Да и не думаю, что они были бы против. У нас все пацаны примерно в том же возрасте начинали зарабатывать.

— А твои родители чем занимались? — поинтересовался Дармер.

— Торговлей. Скитались постоянно на кораблях между материками. Дома появлялись от силы раза три за год. Но, несмотря на это, с работой им крупно повезло: ведь путешествовать на корабле намного лучше, чем копаться в земле. Большинство моих односельчан именно этим всю жизнь и занимается.

— Почему же родители не брали тебя с собой? — недоуменно спросил Дармер.

— Считали, что я не дорос еще до большого плавания, — и, услышав скептический смешок сокомандника, Шед прибавил: — И нечего хмыкать. Попробовал бы сам по нескольку месяцев плавать на корабле, лишь изредка останавливаясь в портах. Да, жизнь в деревне у меня была не сахар, но, по крайней мере, я жил в своем родном доме.

На это Дармер не нашел, что сказать. Вместо этого он задал новый вопрос:

— Ну, а сейчас? Сейчас вроде уже не маленький, — маг окинул выразительным взглядом габариты мечника. — Или ты решил забросить карьеру торговца в пользу карьеры военного? И как к этому твои родители отнеслись?

— Надеюсь, они одобряют мой выбор, — задумчиво произнес Шед.

— Что значит «надеешься»? — не понял Дармер. — Они не сказали тебе, что думают? Или ты не просветил их о своем поступлении в Варнорт?

— Ну, — проговорил Шед после паузы, — говорят, что там, — он поднял руку, указывая пальцем наверх, — все знают. Но, как ты понимаешь, — развел он руками, — спросить лично, что они думают об этом, я не могу.

Он умолк. Дармер тоже подавленно молчал.

— Извини, — сказал он, наконец.

— Не извиняйся, — ответил Шед. — Это было давно.

— Когда?

— Семь лет назад. Мне как раз шестнадцать стукнуло, а родители обещали, что когда это произойдет, они возьмут меня с собой в море и будут обучать всем премудростям торговли. Поэтому я ждал этого дня рождения больше всех прочих. Но родители из того плавания так и не вернулись, — под конец повествования в его ровном и спокойном голосе появились надтреснутые интонации.

— Как это случилось? — шепотом спросил Дармер.

— Гильдия, — ответил Шед, — потопила их корабль. Это произошло возле берегов Земли Иных Миров. Тела их, конечно, никто не искал. Я получил лишь известие об их кончине. У меня даже не было возможности похоронить родителей.

— Хочешь отомстить? — глухим голосом поинтересовался Дармер.

— Ты о чем? — переспросил Шед.

— Разве не за этим ты поступил в Варнорт? Разве не за тем, чтобы отомстить Гильдии за смерть родителей?

— С чего ты взял? — удивился Шед. — Неизвестно, по какой причине Гильдия напала на торговый корабль. Может, она перепутала его с военным кораблем. И потом, я понятия не имею, кто совершил это. А мстить всей Гильдии сразу — это как-то неразумно. Что я один могу сделать против такой сильной и огромной организации?

— Тогда зачем ты пошел на службу в Варнорт? — Дармер не сводил с него глаз.

— Как и все, — пожал плечами парень. — Защищать свой народ, свою родину. А ты разве нет?

— Не заблуждайся. Таких как я даже не спрашивали, хотят они воевать или нет. Поставили перед фактом, что теперь я на службе у Варнорта — и все.

— Не понимаю, чем ты недоволен, — покачал головой Шед. — Я всегда считал, что маги с высоким объемом энергии находятся в большом почете.

— Да, — не стал скрывать Дармер. И добавил: — В мирное время. В военное же это не только почетно, но и смертельно. А ты как думал? Бойцы с большим количеством энергии составляют главную ударную силу Варнорта.

— Ты боишься смерти? — посмотрел на товарища Шед.

— По-моему, это вполне естественно, — пожал плечами Дармер. — Кому хочется умирать? Что? — спросил он, поймав на себе изучающий взгляд Шеда.

— Странно слышать подобное от мага с высоким объемом энергии. Те из них, кого я знал лично, относились к участию в войне как к чему-то само собой разумеющемуся. Они не были недовольны своим положением.

— Таковы особенности воспитания в кланах, — нехотя пояснил Дармер. — Детей в них с самого раннего возраста приучают к мысли, что в случае войны они должны быть готовыми без страха и упрека ринуться в бой и умереть, если надо.

— Значит, ты не клановый? — с большим интересом спросил Шед. — Я давно уже хотел спросить тебя об этом.

Дармер медлил с ответом, лихорадочно думая, как выкрутиться. За разговором они вплотную подобрались к теме, касаться которой магу не хотелось.

— Ну, так что? — поторопил с ответом Шед. — Я же рассказал тебе о своей семье. Будет честно, если ты расскажешь мне о своей.

Дармер искоса взглянул на него и неожиданно даже для самого себя решил: «Да пошло оно все лесом, скажу правду!»

— Я клановый.

Глаза Шеда расширились в изумлении. Совладав с собой, он пробормотал:

— О как… Но, — он кашлянул. — Как же так получилось… Я хочу сказать… ведь ты совсем не похож на тех клановых, с которыми я был знаком, — проговорил мечник. — Ты единственный из них всех не ведешь себя, как… как… — Шед замялся, подбирая подходящее слово.

— Как высокомерный придурок с амбициями вместо мозгов? — усмехнулся Дармер.

— Ну, я хотел сказать иначе, но твой вариант тоже подойдет, — согласился Шед.

— А как же Салли? — хмыкнул юноша.

— А Салли не клановая, — с уверенностью ответил Шед.

— Откуда ты знаешь? — удивился Дармер.

— Кси рассказала, — пояснил Шед. — А ей — сама Салли. Как я понял, там то ли ее отец выходец из клана, которого затем изгнали, то ли мать, а, может, оба. А ты, случаем, не такой же? Не изгнанный?

— Нет! — с негодованием отверг Дармер это предположение. Изгнание из клана считалось огромным позором. — В противном случае я бы лишился права носить клановую фамилию.

— И какую же? — полюбопытствовал Шед.

— Вряд ли она тебе что-нибудь скажет. Ты ведь о кланах совсем недавно узнал, — ушел от ответа Дармер. — И почему тебя вообще интересует, что я отличаюсь от других клановых? — перевел он тему. — Или ты хочешь, чтобы я вел себя, как подобает моей родословной?

— Конечно, нет! — резко сказал Шед. — Наоборот, я ужасно рад, что в нашей команде не затесалось ни одного, как говорит Кси, «кланового выскочки».

— В таком случае радуйся, что мы не повстречались пять лет назад, — усмехнулся Дармер. — Тогда я вел себя именно как этот пресловутый «выскочка».

— Да ладно? — изумился Шед. — Неужели? Значит, раньше ты был напыщенным, наглым, самоуверенным, бессовестным…

— Достаточно! — перебил его Дармер. — Совсем не обязательно перечислять мои «лучшие» качества. Я и сам знаю, каким был пять лет назад.

— И почему же ты так кардинально изменился? — поинтересовался Шед со смешком в голосе.

А вот с его товарища веселье как рукой сняло.

— Ряд событий, — медленно начал Дармер, — произошедший тогда, существенно изменил мою жизнь, — он собрался с духом и на одном выдохе произнес: — Буквально за один год погибли все мои родственники. Все члены моего клана. Включая моих родителей.

Улыбка сползла с лица Шеда.

— Они погибли на передовой? — спросил он.

— Конечно. Они все были воинами.

— Но я считал, что раз вы, клановые, все поголовно воины, то к смерти близких должны относиться проще, — проговорил Шед, старательно подбирая слова.

— Но не всех же! — вскричал Дармер. — Мой клан был одним из самых многочисленных. Смерть даже десятка магов не была бы большой потерей! Но он почти разом лишился практически всех своих бойцов! Я последний остался, да и то только потому, что был младшим членом клана, и меня не допускали на поле боя! И что бы ты ни думал о нас, клан — это в первую очередь семья, а не завод по производству элитных воинов. Я любил своих родителей и свой клан, каким бы самодовольным придурком ни был!

— Братишка… — растерянно пробормотал Шед.

— Спрашиваешь, почему я так изменился? А как иначе, когда весь твой мир рухнул на глазах?! Все, чему меня учили, стало бессмысленным и бесполезным! Какие, к демону, клановые ценности, когда у меня клана даже нет?! Какой может быть клан из одного-единственного мага?! — выпалил Дармер. Все те мысли и чувства, что копились в нем эти годы, в один миг прорвались наружу. Дармер не мог, да и не хотел останавливать рвущийся наружу поток слов. Переведя дыхание, он продолжил более спокойным тоном. — И не один я так считаю. Мне уже поступало предложение перейти под знамена другого клана. Но я, конечно, сказал «нет», потому что, во-первых, это был клан, который с давних времен враждовал с моим. Я еще не утратил клановую гордость, чтобы носить фамилию врагов. Во-вторых, такой переход окончательно бы уничтожил древнюю династию, чего я не могу сделать своими же руками. И, в-третьих, это означало бы мое безоговорочное подчинение лидерам этого клана, и они бы непременно заставили меня поступить в Варнорт. А я тогда еще надеялся избежать этого.

— Но как ты собирался это сделать? — тихо спросил Шед. — Не мог же ты не знать об обязательном призыве.

— Я считал, что Варнорт получил более чем достаточно крови моего клана и не станет требовать еще и мою. Но руководство Варнорта думало иначе, и, как результат, я оказался здесь. В принципе их можно понять: я их интересую исключительно как сильная боевая единица. Им нет никакого дела, что я потерял всю семью. Они хотят видеть последнего представителя великого клана на фронте. Их я понимаю. Но вот кого я совершенно не понимаю, так это тебя, — Дармер пристально взглянул на Шеда. — Тебя ведь никто насильно в Варнорт не тащил. Ты мог распорядиться своей жизнью как угодно. Но ты решил принести себя в жертву Варнорту. Варнорту, который не смог спасти жизнь твоим родителям и сотням других!

— Мои родители воинами не были, — заметил Шед. — Но это их не спасло. Было бы наивно думать, что обычные жители в меньшей опасности, чем военные. Варнорт здесь не при чем. Он ничего не мог поделать.

— Твои родители совершили большую ошибку, отправившись к берегам Земли Иных Миров, — отрезал Дармер. — Это ж надо было додуматься торговать с врагом!

— Они и не торговали, — возразил Шед. — Они возвращались домой из Земли Каменных Цветов и обходили с юга разлом.

— Это было весьма неразумно с их стороны, — не растерялся Дармер. — Лучше бы они потратили больше времени на обход с севера, чем плыли вдоль заведомо опасной земли. Но мы отвлеклись, — перевел он тему в другое русло. — Отчасти ты прав, мирные жители не находятся в совершенной безопасности, но, тем не менее, в куда меньшей, нежели военные. Гильдия нацелена в первую очередь на Варнорт. Все остальные, если она победит, не будут ей помехой. Поэтому я спрашиваю тебя еще раз: зачем ты напрасно рискуешь своей жизнью?

— Напрасно? — переспросил Шед. — Думаешь, я не понимаю, что могу погибнуть? О нет, я прекрасно понимаю это. Понимал, еще когда подавал заявку на поступление. Но мне не важно, умру я или нет. Я пришел в Варнорт, чтобы внести свой вклад в победу, пусть он и будет мизерным.

— И ты думаешь, твоя жизнь стоит этого мизерного вклада? — холодно усмехнулся Дармер. — Нет, я не спорю, ты — сильный боец. После всех наших поединков с моей стороны было бы глупостью утверждать обратное. Но, твои же слова: «Что я один могу сделать против такой сильной и огромной организации?». Ты сам признал, как незначительна твоя сила по сравнению с Гильдией. Так зачем что-либо делать, если от тебя ничего не зависит?

— Братишка, если все начнут рассуждать, как ты, сражаться будет некому, — заметил Шед.

Дармер засмеялся горьким и отчаянным смехом. Сам того не ведая, Шед почти слово в слово повторил фразу Арктура в последний день перед отправлением в Катверн.

— Это я уже слышал. Может, скажешь мне что-нибудь новенькое?

Шед вперил в него взгляд. Дармер попытался было ответить на него, но посмотрев в глаза товарища, неожиданно вздрогнул. На какой-то краткий миг ему почудилось, что черты лица мечника стали грубее, жестче. Старше.

— Боюсь, я не смогу объяснить тебе причины своих поступков, потому что ты не сможешь меня понять, — сказал Шедар. — Мы с тобой живем в разных временах. То, что случилось с моими родителями ужасно, но я не в силах что-либо изменить. Все, что мне остается — найти в себе силы жить дальше и постараться сделать все возможное, чтобы подобная трагедия в моей жизни никогда больше не повторилась. Я живу будущим. А ты зациклился на прошлом и до сих пор живешь в том, самом страшном для тебя времени, не позволяя себе двигаться вперед. Ты не осознаешь, что твои родственники умерли, но ты сам еще жив. Они до сих пор стоят перед твоими глазами. Из-за них ты не видишь живых, которые тебя окружают и которым ты действительно нужен — меня, Салли, Кси, Мартеса и других. Ты не сможешь меня понять, потому что ты не хочешь меня понимать.

Тишина стояла еще минуту после того, как Шед умолк. В это время море чувств обуревало Дармера. Злость, гнев, страх, обида и ненависть узлом сплелись в нем. Но затем все исчезло, уступив место холодной ярости.

— Так, значит? — дрожащим голосом сказал Дармер. — Не смогу понять? Ну, раз так, то и делать мне здесь больше нечего! Счастливо оставаться!

И в два прыжка достигнув каната, он в мгновение ока соскользнул по нему вниз. Шед не остановил его и не произнес ни слова вслед.

Глава 8. Мнимая болезнь

Только Шед прикрыл створку двери в башню, как за его спиной раздался резкий окрик:

— А, вот ты где!

Обернувшись, Шед столкнулся нос к носу с чем-то рассерженной Кси.

— Что ты тут делаешь? — подозрительно осведомилась она.

— Да так, ничего, — туманно ответил ей Шед.

— А где Дармер? — продолжила допытываться Кси.

— Откуда я знаю? — пожал плечами парень. — Ходит, наверное, где-то.

— Вы же вдвоем оставались, — не сводила с него пристального взгляда черноволосая.

— Ну, а позже разошлись в разные стороны. И вообще, что это за допрос? — возмутился Шедар.

— Да так… Странные вещи творятся в нашем Замке, — загадочным голосом произнесла Ксилота. — Десять минут назад мимо меня вихрем промчался Дармер. Он так спешил куда-то, что даже не заметил меня. Мне пришлось отпрянуть к стене, иначе наш товарищ точно бы сшиб меня с ног. Значит, ты утверждаешь, что не видел его в последний час и не знаешь, что с ним сталось? — с недоверием спросила Кси, скрестив руки на груди.

— Понятия не имею, — с самым честным видом ответил Шед.

Еще с минуту девушка буравила его подозрительным взглядом, но в итоге сказала:

— Ладно, можешь считать, что я тебе поверила. Значит, ты не в курсе, где сейчас Дармер?

— Нет, — на этот раз вполне искренне отозвался парень.

— Надо его найти, — заметила Ксилота. — Все уже готовы выходить, теперь только вас и ждем.

— Вы ждете? — вознегодовал Шед. — А сколько мы ждали, пока вы с Салли торчали в ванн…

— Это неважно, — оборвала его Кси. — Мы сами у себя время крадем. Значит так, ты идешь вниз, к Салли и Марти, а я продолжу поиски.

— Странно, — взглянул на нее с изумлением Шед. — С чего вдруг у тебя случился приступ бескорыстия? Я думал, ты заставишь меня его искать.

— Я б заставила, — хмыкнула Кси, — только сильно подозреваю, что потом поиски придется начинать заново, но уже тебя. Поэтому лучше я сама все сделаю, а тебя оставлю под присмотром, чтобы не потерялся.

— Ха-ха, как смешно, — недовольно буркнул Шед, но все же покорно побрел в сторону лестницы.

А Кси направилась дальше по коридору, попутно заглядывая во все двери. Дармера она отыскала довольно быстро — он обнаружился в спальне парней. К некоторому удивлению Ксилоты, Дармер отнюдь не бездельничал.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— А на что это, по-твоему, похоже? — раздраженно проговорил тот, даже не обернувшись.

— Ты ставишь заклинание отопления? — спросила Кси, глядя, как Дармер обрабатывает этим заклинанием участок стены.

— Аллилуйя! — с сарказмом ответил парень.

— Но зачем? — задала новый вопрос девушка. — Сейчас некогда этим заниматься, все уже ждут! Да и какой в этом смысл, если нас до вечера не будет?

— Не нас, а вас не будет, — поправил Дармер, взглянув на нее. — А я остаюсь.

— С чего вдруг ты так резко изменил решение? — спросила Кси язвительно. — Помнится, еще час назад ты был не против. Что случилось?

— Ничего не случилось! — резко отозвался Дармер. — Просто передумал, — уже тише прибавил он. — Ты иди. Не заставляй остальных ждать.

— Уверен, что хочешь остаться? — в последний раз спросила Кси.

— Уверен! — отрезал парень и отвернулся назад к стене, показывая, что разговор окончен, и продолжил работу.

Кси прикрыла за собой дверь и спустилась вниз, где на нее тут же уставились три пары глаз.

— Ну, где Дармер? Ты нашла его? — спросила Салли.

— Нашла, — ответила Кси. — Но он отказался идти.

Она вперила взгляд сощуренных глаз в Шеда. Если у нее и оставались сомнения в причастности мечника к странному поведению Дармера, то теперь они испарились. Шед под взглядом Кси отвел глаза в сторону, еще больше укрепив девушку в своих подозрениях. Но допытываться дальше она не собиралась — все равно ведь не скажут, что один, что второй. Хотя ей было безумно любопытно, что же произошло, раз они так тщательно скрывают правду, а Дармер предпочел работу прогулке.

— И почему он отказался? — допытывалась Салли.

— Не хочет, наверное, — пожала плечами Кси. — Пошли уже, а то так до вечера дотянем.

Услыхав со второго этажа громкий удар закрывшейся двери, Дармер облегченно выдохнул. Он понимал, что ведет себя как ребенок, но ему было сейчас просто необходимо побыть одному, подальше от всех, в особенности, от Шеда. А то так и до срыва недалеко. Разговор в башне задел мага куда сильнее, чем он думал.

Близко, в этот раз было очень близко, зверь почти пробудился. Сдержать его удалось лишь чудом. Дармер все еще слышал тихий рык, эхом отдававшийся внутри. Дразнить зверя дальше было не самой умной затеей, поэтому сейчас ему лучше остаться одному. Кто знает, сможет ли он сдержать его снова.

Дармер не любил свои обязанности по обогреву дома, потому что сложно представить более скучную и нудную работу. Ее выполнение тянулось крайне медленно, а методичное накладывание раз за разом одного и того же заклинания приводило Дармера в крайнюю степень раздражения. Начинало казаться, что это длится не два-три часа, а целую вечность.

Но сейчас продолжительность занятия была скорее плюсом, чем минусом — работа поможет ему отвлечься от невеселых мыслей. Поэтому Дармер с редким для себя рвением принялся за дело.

Однако сегодня боги точно не были к нему расположены. Надо же такому случиться, что именно в тот день, когда требовалось дело, чтобы на несколько часов занять себя, Дармер умудрился управиться со всем меньше, чем за час. Закон подлости в действии. Оставалось только обработать заклинанием и нежилую часть здания. Пользы от этого никакой, но хотя бы Дармеру будет, что делать в ближайшее время, ведь неиспользуемых помещений было много.

Как показало время, задумка полностью себя оправдала: работа помогла Дармеру успокоиться и вернуть присутствие духа. Он уже начал подумывать о том, чтобы наведаться в Глабер хотя бы ради обеда — день близился к вечеру. Но прежде Дармер решил завершить начатое — он не любил незаконченные дела. Тем более осталось всего одно помещение на первом этаже в дальней части холла. Это была небольшая комнатка, очищенная во время уборки от обломков, но никогда никем не используемая. В ней не было ничего, кроме голых стен. Маг принялся накладывать на них заклинания.

Дело продвигалось быстро, и вскоре Дармер уже обрабатывал дальнюю стену. Приложив к каменной кладке ладони и пустив по ним энергию, он стал было творить заклинание, когда камень под правой рукой вдруг просел и ушел в стену. Шагнув назад, Дармер в изумлении наблюдал, как часть стены исчезла. На ее месте возник зияющий чернотой провал, в котором при скудном освещении еле виднелись каменные ступени, уходившие вниз.

«Потайной ход?» — подумал Дармер.

Это было неожиданно. Хотя ведь они так и не узнали, что это за здание и кому оно служило в прежние времена. Но вдруг теперь представился шанс выяснить это? Если Дармер спустится вниз и исследует тайный ход, то, возможно, поймет, для чего тот был создан. А разгадав эту загадку, он может разузнать что-нибудь и о самом доме. В старых зданиях с потайными ходами и скрытыми помещениями часто прятали сокровища и разные ценности. Там также могли находиться документы с историей здания и его окрестностей.

Все эти рассуждения окончательно уверили Дармера, что в недрах тайного хода наверняка скрывается нечто интересное. И он это найдет — надо только спуститься вниз и хорошенько поикать. Огненный Шар зажегся в руке сам собой. Дармер приготовился нырнуть во тьму хода, освещая им себе путь, навстречу тайнам и загадкам…

— Эй! Есть кто живой? — раздавшийся как гром среди ясного неба крик будто окатил его ледяной водой, смывая весь приключенческий настрой.

Ругнувшись, Дармер погасил призыв и повернулся к источнику звука.

— Чего орешь, Мартес? — узнал он нарушителя спокойствия, хотя и удивился: Мартес еще ни разу на его памяти не повышал голос. — Я тут.

Дверь распахнулась, явив взмыленного, тяжело дышащего «друида».

— Дармер, что ты здесь делаешь? — спросил он, пытаясь выровнять дыхание.

— Ничего особенного, — не стал тот вдаваться в подробности и украдкой оглянулся назад. Ход в стене исчез. — Что случилось? Почему у тебя такой вид, будто ты весь путь от Глабера бежал?

— Потому что так и есть! — выпалил Мартес. — Такое случилось…такое… Где остальные? — переключился вдруг он.

— Наверное, еще в Глабере, — пожал плечами Дармер. — Они же до вечера гулять собирались.

— Плохо! — выдохнул «друид». — Нужно что-то делать, как-то помочь! Я бегу за ними!

— Стой! — повысил голос парень. — Если ты еще раз так пробежишься, то помощь потребуется уже тебе! В Глабере, конечно, найдется пара-тройка лекарей, но…

— Не найдется! Нет в городе ни одного лекаря! — Мартес и не думал успокаиваться.

— Не преувеличивай. Глабер, конечно, не самый продвинутый город, но не до такой же степени! Лекаря в каждом селе найти можно.

— Да были они! — выкрикнул Мартес. — Но все сгорели вместе с больницей!

— Ты что несешь? — ошеломленно переспросил Дармер.

— Я правду говорю! — запальчиво ответил тот. — Там что-то произошло, но никто не знает, что, поэтому их никто не лечит, вот меня и попросили…

— Так, стоп! — оборвал Дармер поток словоизлияния. — Ты можешь говорить медленней и понятней?

— Я и так понятно объясняю! — возмутился Мартес.

Дармер вздохнул.

— Тогда начни, будь добр, с самого начала. И успокойся уже! — прикрикнул он на ходящего из угла в угол «друида». — Носиться по всему Глаберу в поисках остальной части команды — не самая лучшая затея. К тому же тебе все равно придется объясниться!

Мартес совету внял и несколько раз глубоко вдохнул, успокаиваясь. После чего он заговорил уже своим нормальным голосом:

— В городе мы сначала, как и планировали, направились в таверну, где позавтракали, а затем разделились. Шед остался в таверне. Он хотел пообщаться с местными. А Сальвадора с Ксилотой отделались от меня и ушли куда-то вдвоем. Ходить одному по улицам мне вскоре надоело. Я уже собирался вернуться, но тут ко мне подошла женщина из местных. Она решила попросить меня о помощи, когда поняла, что я лекарь. У нее сын заболел той самой болезнью, о которой нам Пеларгон рассказывал, и она просила меня его осмотреть.

— А смысл, если болезнь все равно неизлечима? — перебил «друида» маг Огня.

— В таких ситуациях, Дармер, цепляются за любую надежду, — с укоризной посмотрел на него Мартес.

— Ладно, понял, — не стал развивать тему тот. — А почему его до сих пор не «исцелили» местным радикальным способом?

— Женщина скрыла болезнь сына от Рангпура, — пояснил Мартес. — И ее можно понять.

— Ясно. Продолжай.

— Так вот, в ответ на ее просьбу я спросил, что смогу сделать, если местные лекари оказались бессильны? На это жительница сказала, что, во-первых, я из Варнорта, что сразу ставит меня выше местных лекарей, а затем поведала историю про сгоревшую больницу. Как я понял, вначале болезнь пытались лечить, проводили исследования. Но один из заболевших вырвался и сжег единственную в городе больницу вместе со всеми находившимися в ней лекарями. И лечить стало некому не только эту загадочную болезнь, но и вполне обычные.

— Странная история, — пробормотал Дармер после паузы. — И шита белыми нитками. Чтобы один маг Огня спалил нескольких магов Земли… Конечно, те «друиды» были простолюдинами, и в магии слабы, но ведь их пациенты тоже из местных!

— Да-да, и мне это показалось странным, — согласился Мартес. — Простейшая Земляная Стена спокойно держит несильные атаки огнем. Но это еще не самое непонятное! — внезапно воскликнул он. — Главное случилось, когда я стал сына женщины осматривать. Теперь я точно уверен, что это никакая не болезнь!

— Не болезнь? Как ты это узнал? — переспросил Дармер.

— После того, как я согласился осмотреть ее сына, женщина привела меня в свой дом. Сына она держала в подвале привязанным к кровати. Тот метался, рвался из пут и орал бы, если б не кляп во рту. В общем, вел себя точно так же, как тот горожанин, которого мы встретили на площади. И знаешь, что я обнаружил, когда просканировал его тело заклинанием? — снова приходя в волнение, спросил Мартес. И тут же сам дал ответ: — Следы вмешательства в организм!

— Что? — не понял Дармер.

— Его тело вскрывали, — пояснил Мартес. — Разрезали.

— И какое отношение это имеет к болезни? — спросил товарищ. — Может, его ножом пырнули в драке, — предположил он.

— Думаешь, я не в состоянии отличить колотое ранение от аккуратного разреза? — обиделся Мартес.

— Тогда, возможно, они сами себе операции делают? — снова выдвинул догадку Дармер. — Лекарей нет, а лечиться как-то надо.

— А кто тогда шрам убрал? — с торжествующим видом поинтересовался Мартес.

— Шрам?

— Да, шрам. Я одним магическим осмотром не ограничился, еще и визуальный провел. И ни единого намека на шрам на теле этого парня не обнаружил.

— Может, он уже сам сошел? — спросил Дармер.

— Но это невозможно, — возразил Мартес. — Операция была проведена не более двух недель назад. Да и не бывает так, чтобы наружный слой тканей полностью зажил, а внутри — нет. Кроме того я спросил у матери, проводили ли ее сыну недавно операцию, и она ответила отрицательно. А мать должна о таких вещах знать. Значит, операция была проведена без ведома этого парня.

— Две недели, говоришь? — задумчиво произнес Дармер. — А ведь Пеларгон упоминал, что между случаями заболевания как раз около двух недель и проходит.

— Да, верно. Я думаю, это не совпадение. Наверное, две недели — срок, который необходим объекту, чтобы прижиться и начать влиять на носителя. Плюс-минус пару дней из-за личных особенностей.

— Объект? Что за объект? — уставился на «друида» Дармер.

— Как, я не говорил? — в свою очередь удивился Мартес. — А, точно… Ну, то, ради чего и была проведена операция. От одного-то вскрытия сойти с ума невозможно. В груди того парня я обнаружил какой-то инородный предмет округлой формы. Думаю, он и есть причина сумасшествия. А операция была нужна, чтобы внедрить его в жертву.

Дармер молчал несколько секунд, обдумывая информацию.

— Получается, кто-то вживляет в местных штуки, которые сводят с ума, — подытожил он, — а обнаружить их никто не может, потому что в городе не осталось ни одного лекаря! Пожар в больнице… это не случайность, я уверен. И этот кто-то убирает шрамы от операции, чтобы следов не осталось.

— И делает это очень топорно, — добавил Мартес. — Любой лекарь сразу понял бы, в чем дело, но обычным взглядом ничего увидеть нельзя. Кто бы это не сделал, он с самого начала планировал избавиться от «друидов» в больнице.

— Да вся эта история состряпана топорно! — отрезал Дармер. — Как Рангпур мог не замечать всего этого? Почему не попросил помощи в Варнорте? И самое главное, кому это вообще было нужно? Ладно бы подобное случилось в крупном городе, сошло б за вражескую провокацию. Но здесь-то, в Глабере, зачем? Кстати, Мартес, что это за штука, ты определил?

— Нет, — ответил тот. — Для этого обычного поверхностного осмотра недостаточно. Мне лишь удалось определить само наличие объекта, его форму и размер. Но чтобы понять, что это такое, объект необходимо извлечь, а я решил с этим не торопиться и для начала посоветоваться с вами.

— Тогда сейчас идем в Глабер, найдем остальных, и будем решать, что делать дальше, — принял решение Дармер.

— Но ты же говорил, что искать наших товарищей по всему Глаберу — не лучшая идея… — вспомнил Мартес.

— Я не знал, насколько все серьезно, — ответил Дармер. — А, кроме того, ты ведь уже отдышался? Значит, не загнешься по дороге. Так что побежали!

Домчавшись до города в рекордно короткий срок, они столь же быстро нашли остальную часть команды. Как Дармер и предполагал, местные не часто видят на улицах незнакомцев в ярких формах Варнорта. Да и с утра прошло достаточно времени, чтобы одиннадцатая команда успела примелькаться. Первый же встреченный местный житель указал в сторону площади, где видел их товарищей в последний раз.

Уже на половине пути к указанному месту Дармер и Мартес услышали сильный грохот. Любой маг Огня узнал бы его и во сне: рев беснующегося пламени. Судя по звуку, залп мощный. Ни у кого из жителей не хватило бы энергии на такой, а значит, на площади точно был кто-то из своих. Вот только в одиннадцатой команде никто, кроме Дармера, не владел стихией Огня…

Не успел он додумать эту мысль, как ноги вынесли его на площадь. Дармеру никогда прежде не доводилось видеть, как сражаются команды магов разных стихий. Но сейчас было недосуг любоваться зрелищем. Его товарищи боролись против двадцать четвертой команды, и с одного взгляда было ясно, что дело идет к их проигрышу. Без Дармера и Мартеса от одиннадцатой команды оставалось всего трое, тогда как их противники бились в полном составе. У Салли все внимание уходило на поддержание барьера, который, несмотря на силу и талант девушки, еле выдерживал мощные атаки Адель. Кси из-за барьера пыталась достать противницу своими призывами, но огонь Адель испарял воду прежде, чем та успевала до нее добраться. Шед, единственный, кто не сидел под барьером, пока что успешно избегал и отражал вражеские атаки, однако совладать сразу с четырьмя сокомандниками Адель у него не получалось. Скоро они задавят его количеством. Уже сейчас под руководством Пеларгона двадцать четвертые брали Шеда в кольцо, сковывая его движения.

Требовалось срочно что-то предпринять. Драться Дармер не собирался, но необходимо остановить как своих, так и противников.

«Что ж, будем действовать проверенными методами», — подумал он.

Громадный Огненный Залп понесся наперерез очередной атаке Адель. Столкнувшись, призывы взорвались и нейтрализовали друг друга. Своей цели — привлечь к себе внимание — Дармер достиг. Все взгляды пересеклись на нем. Но теперь надо сделать так, чтобы его еще и выслушали. Широким шагом Дармер направился к магам, перекрестив перед собой руки, показывая, чтобы они остановились. Удалось ему их убедить или нет, но пока на него не нападали.

— Простите, что прерываю, — заговорил Дармер, подойдя ближе, — но мне и Мартесу, — он кивнул в сторону остановившегося в десятке шагах позади «друида», — нужно срочно поговорить с нашей командой.

— Что случилось, Дармер? — поинтересовалась Кси из-за барьера, который Салли не убирала.

Дармер подумал, что говорить о цели их прихода прямо на городской площади не совсем разумно, поэтому сказал:

— Это насчет того, о чем нам недавно рассказывали. О том, что происходит в городе.

Пеларгон, который до этого момента внимательно прислушивался к разговору, первым понял, о чем идет речь. В мгновенье ока оказавшись рядом, он восторженно зашептал:

— Вы что-то узнали, да? Что-то о болезни? Тогда мы тоже послушаем, хорошо? Ты же знаешь, как для меня это важно.

Дармер задумчиво посмотрел на него. Делиться сведениями с двадцать четвертыми не входило в его планы. Но, с другой стороны, новости, которые он собирался сообщить, касались их команду даже больше, чем его собственную — ведь они жили в городе. К тому же Пеларгона больше интересовала сама болезнь, а не ее подоплека. И если Мартес не против… Дармер покосился на подошедшего «друида». Тот, правильно поняв его взгляд, махнул рукой, мол, рассказывай. Мартес оказался не настолько повернут на науке, как его бывший одногруппник.

— Ладно, — ответил Дармер Пеларгону. — Расскажем и вам.

— Ты с ума сошел? — прошипела подбежавшая Кси. — Даже не вздумай им что-то говорить…!

— Ты лучше бы подумала, — перебил ее Дармер, — где нам поговорить так, чтобы нас не подслушали. Это, кстати, всех касается! — и, дернув к себе за локоть черноволосую, тихо шепнул ей на ухо: — Пеларгон все равно не отстанет от нас, гораздо проще ему все рассказать.

Собравшаяся препираться Кси с шумом выдохнула воздух из легких, набранный для пламенной речи, и нехотя согласилась.

— Зачем нам от кого-то прятаться? — спросил растрепанный темноволосый парень в форме Воздуха. — После того, что мы тут устроили, местные еще долго не решатся приблизиться к площади.

— Они-то, может, и нет, — согласился Дармер, — а вот те, кто стоит за всем этим, могут и не побояться прийти сюда, — тихо договорил он, прикрыв рот ладонью. — Поэтому говорить мы будем только там, где нас никто не услышит и не увидит.

Некоторые из ребят посмотрели на него с недоумением, но спросить, что он имеет в виду, не успели.

— У меня есть идея, — проговорила Салли. — Разговаривать будем здесь, но под непрозрачным звуконепроницаемым барьером.

— Ты умеешь ставить такие? — с удивлением спросил светловолосый сокомандник Адель.

— Да, — просто ответила Салли. — Сбейтесь покучней, и я его установлю.

Барьер оказался не совсем непрозрачным: свет он пропускал, но вот увидеть что-либо сквозь него и правда было невозможно. Преграда состояла из мельчайших вихрей воздуха, поток которых настолько плотный, что перед глазами стояло одно сплошное серое марево. Была ли защита от звука, ребята проверить не могли, поэтому пришлось поверить Салли на слово, что снаружи в самом деле нельзя ничего услышать.

Убедившись, что их не подслушают, Дармер велел Мартесу рассказать, как тот провел сегодняшний день. На сей раз «друид» говорил быстро и складно, вероятно потому, что уже рассказывал эту историю, из-за чего связность повествования улучшилась.

Когда он закончил, повисла тишина. Дольше минуты все переваривали услышанное.

— Обалдеть, куда мы попали? — первой нарушила молчание Кси.

Вслед за ней и остальные обрели дар речи. Выкрики различной степени пристойности не утихали минут пять — всем хотелось высказаться. Но потом разговор перешел в более деловое русло.

— Я думаю, что сумасшествие — это побочный эффект. Сам же объект предназначен для чего-то иного, — высказал предположение Пеларгон. — Смогу сказать точно, когда извлеку его.

— Может, не стоит? — неуверенно спросила водная девушка из его команды. — Кто знает, что это за штука? Лучше дождаться специалистов из Варнорта.

— И как ты их вызывать собралась? — фыркнула Кси. — Единственный, у кого есть связь с Варнортом — Рангпур, а он тот еще мутный тип.

— Верно, градоначальник не мог не замечать, что происходит в городе, — согласилась Салли. — А маг он не глупый. Значит…

— Он сам замешан во всем, — закончил за нее Шед. — Я в этом даже не сомневаюсь.

— Почему ты так в этом уверен? — поинтересовалась Адель.

— Я все утро провел в местной таверне. И многое там узнал. Так что мне тоже есть, что вам рассказать.

— Да не тяни ты! — нетерпеливо воскликнула Кси.

И Шед заговорил. Все началось около года назад. Когда стали происходить первые случаи заболевания, на них поначалу даже внимания не обратили — подумаешь, несколько магов с ума сошли, ну что здесь такого. Но когда их число перевалило за десяток, вот тогда они всполошились. Рангпур развел бурную деятельность. Он требовал проверить все случаи заболевания и насел на лекарей, чтобы те исследовали больных. Но спустя буквально сутки случился тот самый инцидент со сгоревшей больницей, после которого все проверки прекратились. А дальше произошло самое странное. Рангпур объявил, что исследователи из Варнорта провели собственное исследование, изучили болезнь и пришли к неутешительному выводу, что она неизлечима. После этого остров объявили карантинной зоной, а лично Рангпуру отдали приказ всех зараженных сжигать дотла. Однако никто никаких магов из Варнорта в глаза не видел, а об их решении было известно лишь со слов Рангпура. И вот уже год жители острова отрезаны от остального мира, а все контакты с ним проходят исключительно через градоначальника.

Стоило Шеду закончить, как воздух под барьером взорвался возгласами, еще более громкими, чем в прошлый раз. И последнему дураку было ясно, что Рангпур врет. Даже если закрыть глаза на откровенно лживые россказни градоначальника, ни один из присутствующих не сомневался, что Варнорт никогда бы не отправил учеников на остров, зараженный неизлечимой болезнью. А значит, там ни сном, ни духом не ведали о творящемся на острове беспределе!

— А что местные думают о нас? Разве они не удивились, что ученики Варнорта безбоязненно находятся в зараженной зоне? — спросил светловолосый маг Воздуха.

— Жители считают, что Варнорт защитил нас от болезни какими-то заклятиями или снадобьями, прежде чем отправить сюда. Даже поделиться ими просили, — пояснил Шед.

— И сказал им об этом, конечно, Рангпур? — язвительно осведомилась Кси.

— Да, — подтвердил Шед.

Кси тихо выругалась.

— Ладно, с этим мы разобрались, — произнес Дармер. — Теперь надо решить, что делать дальше.

— Как это что? — удивился Шед. — Пойти к Рангпуру и вытрясти из него правду. А потом связаться с Варнортом и рассказать им все.

— Не слишком ли прямолинейно? — с сомнением спросила Салли.

— А чего мудрить? — хмыкнул Шед. — Сильным этот Рангпур не выглядел. Думаю, любой из нас с ним справится. А уж вдесятером мы его в блин раскатаем!

— Вы и впятером прекрасно с этим справитесь, — заметил Пеларгон. — Предлагаю поступить следующим образом: вы, одиннадцатые, идете к Рангпуру, а мы отправляемся выяснять, что за предмет внедрили в того парня. Никогда не думал, что скажу это, но ты, Марти, мне очень помог. И поможешь еще больше, если скажешь, где находится дом новоиспеченного сумасшедшего.

Одиннадцатая команда согласилась с его планом. Пока Мартес объяснял, как найти нужный дом, Салли сняла барьер. На площади, кроме них, все еще никого не было. Пеларгон, получивший подробные сведения от бывшего одногруппника, пребывал в самом благодушном настроении.

— Спасибо вам всем, одиннадцатые! — поблагодарил он другую команду. — И за бой тоже. Даже жаль, что он так и не завершен. Вы сильные — даже втроем дали нам отпор. Давайте, когда это все кончится, снова сойдемся командами в поединке?

— Хорошая идея, — одобрил Шед.

— Да, мы еще обязательно с тобой сразимся! — поддержала Салли.

На том они и разошлись: двадцать четвертая команда отправилась искать пострадавшего, а одиннадцатые пересекли площадь и вошли в здание местной администрации, которое на общем фоне Глабера выглядело почти хорошо.

По дороге девчонки убедили мужскую часть команды, что прямо с порога бросаться обвинениями не стоит. Нужно постараться исподволь заставить Рангпура во всем признаться. С теми доказательствами, что у них есть, надавить на градоначальника будет не трудно. Дармер с Шедом согласились с доводами, но предоставили им самим вести разговор с Рангпуром. Кси решила взять эту роль на себя.

В приемной у Рангпура ребят поразило наличие секретаря. И тот сперва не хотел пропускать их в кабинет начальника. Но сотворенный перед носом Огненный Шар и выразительное помахивание мечами быстро его переубедили. Команда уже безо всяких препятствий прошла к Рангпуру.

Едва он увидел посетителей, как на его лице мгновенно возникла улыбка, которая теперь казалась неестественно натянутой. И как раньше они не замечали фальши в притворном радушии градоначальника?

— Добрый вечер, что вам угодно? — до предела вежливо поинтересовался он. — Раньше вы ко мне не заглядывали.

— Здрасте, — за всех поприветствовала Рангпура Кси. — Нам нужно связаться с Варнортом. Срочно.

— Конечно, а по какому вопросу, можно спросить?

— Можно. Мы считаем, что Варнорту просто необходимо узнать о том, какие ужасные вещи творятся на острове, — проникновенно сказала Кси. — В городе бушует неизлечимая болезнь! Каждые две недели — новая жертва! Если так и дальше пойдет, то через год-другой вымрет все население, которого здесь итак не очень много.

Улыбка медленно начала сползать с лица Рангпура, но он быстро взял себя в руки и вернул ее на место.

— Я думаю, у Варнорта сейчас полно других забот. Ему будет некогда разбираться с неизвестной болезнью в каком-то маленьком городке.

— Возможно. Но это уже пускай сам Варнорт решает, станет он заниматься этой проблемой или нет. Наше же дело — доложить, — не смутилась Кси.

— Да, вы правы, конечно, — не придумал, что на это можно возразить, Рангпур. — Приходите ко мне завтра, и я свяжу вас с Варнортом.

— Почему не сегодня? — спросила черноволосая девушка.

— Уже вечер, а сеанс связи — процесс долгий, мне же еще нужно сегодня закончить кое-какие дела. Лучше мы с вами завтра утром этим займемся.

— Никак не могу с вами согласиться, — отрезала Ксилота, наверняка про себя подумав: «Ага, как же, завтра утром его уже след простынет». — У нас не форма испортилась, и не деньги закончились, чтобы откладывать такие дела до утра. Речь идет о жизнях горожан, и каждая секунда промедления может кому-то ее стоить! Если мне не изменяет память, прошлый случай произошел как раз две недели назад, а значит, новый пострадавший вот-вот появится. Если не уже… — с многозначительным видом закончила Кси.

Рангпур вопросительно взглянул на нее, но Кси не стала заканчивать мысль. Взгляд градоначальника скользнул на Мартеса, и в нем отразилось понимание. Теперь улыбка Рангпура стала похожа на оскал, а глаза превратились в две холодные льдинки.

— Кстати, не могли бы вы объяснить, почему не попросили нас о помощи? — Кси углядела перемены на лице своего собеседника, но пока не спешила заканчивать представление. — Мы знаем о трагедии в сгоревшей больнице и о том, что в городе не осталось лекарей. Но ведь с нашим появлением их стало двое! И оба они из Варнорта. Так почему вы к ним не обратились?

— А смысл? — с мрачным видом ответил Рангпур. Похоже, он не терял надежду выкрутиться. — Болезнь неизлечима. Они бы ничем не смогли помочь.

— Ваши лекари, кажется, не успели закончить исследование болезни. Откуда у вас тогда такие сведения? — возразила Кси. Рангпур не спешил с ответом, исподлобья глядя на нее. — Ах да, к этим выводам пришли исследователи из Варнорта. Странно только, что мы узнаем об этом от местных, а не в самом Варнорте, — нанесла Ксилота новый удар.

— А почему они должны делиться результатами своих исследований с обычными учениками? — все еще не терял присутствия духа градоначальник.

— С обычными — нет. А вот с теми, кто будет проходить практику в зараженной области… Да и сомнительно, что Варнорт вообще отправил бы нас в подобное место, знай он о болезни.

— А чего им беспокоиться, если они уже озаботились вашей защитой? На ваших формах же стоят заклинания, вот они и добавили еще одно. Или напичкали вас какими-нибудь лекарствами.

Кси широко ухмыльнулась — настало время решающего козыря.

— Сомневаюсь, что от такой болезни можно защититься заклинанием или снадобьем. Ведь для «заражения» нужно сначала вскрыть магу грудную клетку и засунуть туда какой-то шарик. Должно быть, это такой очень большой микроб. Единственная магическая защита от подобного — как следует долбануть заклятием того, кто пытается это с вами сделать. Чтоб неповадно было.

После этих слов Рангпур посерел прямо на глазах. Его надежда отвертеться рухнула. Когда он заговорил, его голос хрипел от волнения:

— Я не понимаю, о чем вы. Причем здесь какое-то вскрытие, если речь идет о болезни?

— Да, мы тоже удивляемся, — вполголоса произнесла Салли куда-то в сторону. До этого момента разговор вела одна Кси, но, поняв, что беседа подходит к кульминации, остальные не сдержались.

— Может, вы нам объясните, как же так получилось? — с наигранным радушием поинтересовался Дармер.

— Хватит отпираться! — рявкнул Шед. — Ты замешан в этом по уши, и даже не пытайся оправдываться! Лучше сам во всем сознайся!

— А если не сознаетесь, — добавила Кси сладким голосом, — то нам придется заставить вас говорить.

Градоначальник заметно вздрогнул.

— Нас еще не учили вести допросы, — продолжала Кси, — но, думаю, мы и так прекрасно справимся. Ведь в этом деле что главное? Фантазия. А с ней у меня все в порядке. Правда, не могу ручаться, что после допроса все части тела останутся при вас. Мы же новички как-никак. Так что не обессудьте.

— Ты не посмеешь! — нервно выкрикнул Рангпур. — Не имеешь права! Я позову охрану!

— Вот как? — подняла брови Кси. — Ну, раз так, сначала лишим тебя иллюзий. Хоть мы закончили всего лишь второй курс, но сил даже одной нашей команды вполне достаточно, чтобы в этом городе камня на камне не осталось. Твоя охрана тебе не поможет. А что до имеющихся у нас прав, то ты, как видно, забыл, что мы здесь — официальные представители Варнорта, главной военной силы государства магов. И если речь идет об угрозе национальной безопасности, то мы можем и поступиться чужими правами, тем более в такое время, как сейчас. И напоследок: все, что с тобой можем сделать мы — ничто по сравнению с тем, как с тобой поступит Варнорт, когда узнает, что ты повинен в смерти нескольких десятков магов.

— Я ни в чем не виноват! — вскочил из-за стола Рангпур. Руки его тряслись, а лицо приобрело зеленоватый оттенок.

— Конечно! — воскликнул Шед. — А кто местных заживо в жаркое превращал?!

— Они уже были обречены! — выкрикнул Рангпур. — Вы не понимаете! Меня заставляли это делать!

— Отчего же не понимаем? — пожала плечами Салли. — И так ясно, что не вы превращали жителей в безумцев. Вам бы и умений не хватило, да и не стали бы вы себя так подставлять. Только вашей вины за смерть ни в чем не повинных горожан это не искупает.

— Я избавлял их от кошмарной участи! Они никогда не смогли бы вернуться к прежней жизни!

— Вы посмотрите на него, какой доброхот нашелся! — возмущенный до глубины души Шед сардонически расхохотался. — Ты избавил бы их от ужасной участи, если бы вовремя сообщил, куда следует!

— Меня бы убили! — с отчаянием воскликнул Рангпур.

— И ты вместо себя позволил лишить жизни столько горожан? — яростно прошипел Дармер.

— Мне надоело слушать его жалкие оправдания! — бушевал Шед. Его глаза горели от гнева. — Пусть рассказывает, как все было, и мы наконец-то сообщим обо всем в Варнорт!

— Согласна, — сказала Кси. — Ну, господин градоначальник, поведайте же нам, как вы дошли до жизни такой?

Рангпур рухнул обратно на стул, повесил голову и заговорил. Он гордился своей должностью градоначальника, к своим обязанностям всегда относился серьезно, и ему на самом деле небезразлична судьба Глабера. Поэтому, когда жители города начали один за одним сходить с ума, он стал принимать все возможные меры. Созвал консилиум лекарей, и они быстро обнаружили инородные предметы в телах больных. Один из лекарей вызвался извлечь эту штуку из тела пациента. Но во время операции больной умер.

— После того, как капсула срастается с телом, ее становится невозможно извлечь, не убив при этом носителя, — объяснил Рангпур.

— Что за капсула? — полюбопытствовал Мартес. — Удалось ли выяснить, что это такое?

— Да, — подтвердил Рангпур. — Вернее, мне потом все объяснили. Капсула — это вместилище некой демонической сущности. Что-то вроде злого духа.

Ребята потрясенно охнули. Такого никто из них и представить не мог.

— После приживления капсула соединяется с телом нитями энергии, — продолжил рассказ Рангпур, — и через них сущность начинает влиять на разум носителя. В результате тот сходит с ума.

— Но зачем?! Кому было нужно такое? — в шоке спросил Мартес.

— Я не знаю, — покачал головой Рангпур.

— Что произошло в больнице? — спросил Дармер.

– «Друид», который извлек капсулу, вскрыл ее. Капсула не просто хранит в себе сущность, она удерживает и ограничивает ее влияние. Но если она вырвется наружу, то инстинктивно вселяется в ближайшее живое существо. Когда это происходит, новый одержимый теряет разум мгновенно и нападает на окружающих. С тем «друидом» все было так. Обезумев, он начал кидаться заклинаниями во всех, кто стоял рядом. Он был невменяем. Нам пришлось его убить. Но стало только хуже. Сущность нематериальна, и ее невозможно уничтожить обычными способами. Она вырвалась из мертвого тела, вселилась в другого лекаря, и все началось по новой. Они сами все поубивали друг друга, мне оставалось лишь бежать…

— Стойте! — вдруг вскричала Салли. Все посмотрели на нее. Она сильно побледнела, на лице застыл страх. — Пеларгон! Он же сейчас как раз…

Когда Дармер понял, о чем она, то почувствовал, как тело цепенеет от ужаса. Пеларгон, который в этот момент был занят тем же самым, что и те несчастные «друиды», не знал, какую опасность таит безобидная на вид капсула. И надеяться, что он откажется от удовольствия вскрыть ее, было глупо…

— Скорее! Мы должны успеть его остановить! — закричала тоже все понявшая Кси.

— Поздно, — похоронным голосом произнес Дармер.

Остальные, побежавшие было к двери, замерли на полушаге. А Дармер с чувством обреченности смотрел в окно на подымавшиеся над крышами домов клубы дыма.

Глава 9. Дождь из земляных шипов

— О, нет… — в ужасе прошептал Мартес. — Пеларгон был сильнейшим на курсе! Мне представить страшно, что он способен натворить, лишившись рассудка…

— Эй, а ну стой! — внезапно прорезал пространство возглас Шеда.

Рангпур, про которого в поднявшейся суматохе все позабыли, воспользовался этим и тихо крался к выходу. Поняв, что обнаружен, градоначальник сломя голову рванул к двери.

— Не дайте ему уйти! — закричала Кси.

Шед и Дармер кинулись вслед за пытающимся удрать Рангпуром. Тот старался изо всех сил, но не ему было тягаться в скорости с Шедом. Мечник нагнал беглеца еще до того, как Рангпур, распахнув дверь, выбежал в приемную. Сбив градоначальника с ног, Шедар не сумел остановиться и по инерции вылетел в отворенную дверь. Поэтому эстафета по поимке Рангпура перешла к Дармеру.

Первый порыв — ударить залпом пламени, как он всегда поступал — пришлось подавить в зародыше. Градоначальник еще был нужен им живой. Дармер пожалел, что именно он, а не кто-нибудь другой отправился Шеду на помощь. Огонь был единственной стихией, предназначенной для уничтожения противника, но никак не для захвата его живьем. А раз магию использовать нельзя, значит, придется брать Рангпура голыми руками. Дармер был вполне на это способен благодаря клановому воспитанию: в его семье уделяли время и физической подготовке, а не только развитию магического мастерства. Но приоритет все же отдавался последнему, да и тренировался Дармер не долго. Поэтому по части немагических навыков юноша сильно уступал своему другу-мечнику.

Но он зря волновался: даже его скромной подготовки оказалось достаточно, чтобы одолеть Рангпура, который, похоже, давно не вылезал из уютного кресла градоначальника. Уже поднявшийся на ноги хозяин кабинета получил удар в челюсть и подножкой снова был повален на пол.

Вернувшийся в кабинет Шед мигом скрутил ему руки и не отпускал, пока подоспевший Мартес не опутал Рангпура длинными ползучими растениями, чтобы тот не предпринял повторной попытки побега. Судя по красному лицу градоначальника, которое не выражало ничего, кроме яростного упрямства, такая попытка определенно последует, если предоставить Рангпуру возможность.

Дав себе наказ следить за градоначальником в оба, Дармер осмотрелся по сторонам и к своему удивлению обнаружил, что кроме них четверых в кабинете больше никого нет.

— Они отправились на помощь двадцать четвертой команде, — сообщил Мартес, когда Дармер спросил, куда подевались Кси и Салли.

— Но я не видел, чтобы мимо нас кто-либо пробегал к двери, — недоумевал тот.

Вместо ответа «друид» указал ему за спину. Обернувшись, Дармер увидел разбитое окно.

— Они решили, что так будет быстрее, — пояснил Мартес, увидев ошалелый взгляд мага Огня. — И не хотели мешать вам ловить Рангпура.

Метнувшись через всю комнату к окну, Дармер выглянул из него наружу. Но внизу, на камнях мостовой, ничего, кроме осколков стекла, не увидел.

— Что ты так переполошился, братишка? — хмыкнул Шед. — Или ты всерьез думаешь, что маг Воздуха способен расшибиться, спрыгнув с такой высоты? Салли и себя и Кси спустила. Хотя Кси могла и без ее помощи слезть, тут же всего-то второй этаж. Но нам пора уже догонять их, там может и наша помощь потребоваться. Мартес, чего ты там возишься? — прикрикнул он на «друида», все еще крутящегося вокруг Рангпура. — Давай быстрее!

— Но почему они не подождали нас? — с некоторой обидой спросил Дармер, когда они вместе с пленным выбежали из кабинета, отшвырнув с дороги секретаря, который попытался заступиться за начальника.

В отличие от девчонок, путь они избрали более длинный, по лестнице. Ни Дармер, ни Мартес не горели желанием прыгать в разбитое окно, пусть и со второго этажа. Шеду такой прыжок не составил бы труда, но не вместе с Рангпуром, за которым он вызвался следить. Поэтому мечник, таща за собой связанного градоначальника, шел вслед за товарищами вниз по ступенькам.

— И правильно сделали, — сказал Шедар в ответ на вопрос Дармера. — Каждая минута промедления может стоить кому-нибудь из двадцать четвертых жизни. Поэтому, чем быстрее девчонки придут им на помощь, тем лучше.

— Не драматизируй, — отмахнулся Дармер. — Там есть Адель. У нее энергии море. Думаю, когда мы там появимся, она уже без чьей-либо помощи отправит Пеларгона в нокаут.

Но Мартес покачал головой.

— Сомневаюсь… Даже если эта Адель равна по силе Пеларгону… нет, даже если она превосходит его… Понимаешь, Дармер, Огонь плохо подходит для сражения с Землей.

— Разве Огонь — не самая мощная атакующая стихия? — задал Дармер риторический вопрос. — А защита Земли слабее, чем у Воздуха.

— Братишка, ты, кажется, забыл, что так и не смог пробить земляной купол Мартеса? — с ухмылкой спросил Шед. — И на твоем месте я бы не стал оценивать магов Земли по нашему не самому сильному «друиду», — сказал он, словно прочтя мысли Дармера. Тот и в самом деле считал, что Земля слабее остальных стихий. — Без обид, Мартес.

— Да чего уж там, какие обиды, — вздохнул тот.

— Все равно я считаю, что не стоит сильно переживать за их команду, — остался Дармер при своем мнении. — Вы не знаете Адель.

— А ты не знаешь Пеларгона, — парировал Мартес. — Его способности выходят далеко за пределы того, что умею я и любой другой второкурсник. Даже в своей, сильной группе, он выделялся. Пеларгон не только силен, но и талантлив: ему доступны такие заклинания, которые большинство только к концу обучения изучают.

— Если он настолько силен, как же мы с ним справимся? — поинтересовался Дармер. — Если даже Адель он не по зубам, то я тоже ничем не помогу. Ты, Мартес, слабее Пеларгона, а мечи Шеда будут бесполезны, если «друид» спрячется за Стеной.

— Ну, все не так плохо. Среди нас есть тот, кому по силам его одолеть, — обнадежил товарища Мартес. — Думаю, до двадцать четвертой команды она уже… — тут у него сбилось дыхание от быстрого бега, и «друид» не договорил.

* * *

Жар охватывал руки, словно огненные перчатки, срываясь с них единым мощным потоком ревущего пламени. Вот уже целую минуту Адель поливала противника огнем. Успешна ее атака или нет — она не знала. Пелена огня застилала глаза, скрывая от взгляда девушки врага, небо над головой и землю под ногами. Даже собственные пальцы, утонувшие в бушующей стихии, виделись расплывчато, нечетко. Но сейчас все это Адель не волновало. До сего дня она никогда не решалась «спускать огонь с цепи», и теперь впервые отдавалась безумному пьянящему чувству единения со стихией. Девушка уже начисто утратила все представления о времени и даже перестала осознавать саму себя.

Но вдруг до ее сознания дотянулась мысль, вырвавшая из блаженной нирваны: стремительно потемневшее небо над головой и резкий свист в ушах. Адель, еще не очнувшись от транса, заметила лишь нечто большое, застилающее свет, что стрелой летело в ее сторону. Но рефлексы сами взяли тело под контроль и заставили его перекатом уйти в сторону. Мгновением спустя место, где она только что стояла, взорвалось тысячью обломков врезавшейся глыбы. Несколько осколков попало в Адель, но та лишь поморщилась. Стряхнув, наконец, с себя оцепенение, она посмотрела на результат действия своего огня: земляной купол оплавился в том месте, куда била Адель, но так и не разрушился. Даже трещинки не осталось на ровной поверхности. Девушка стиснула зубы от злости. Непрерывный Огненный Залп оказался бесполезен.

Противник не стал дожидаться новых действий с ее стороны и атаковал сам. Над куполом прямо в воздухе начали появляться и быстро расти глыбы земли, похожие на сталактиты. Достигнув длины в два ее роста, они развернулись и направили свои острия прямо на Адель. Один за другим эти земляные копья срывались с места и летели на большой скорости в намеченную цель. Адель заметалась, пытаясь увернуться ото всех снарядов. Она даже не кривилась, когда в нее били обломки от разбивающихся глыб. Синяки и ушибы можно залечить, а попадание хотя бы одного копья отправит прямиком на тот свет.

Но кольев было слишком много, а их создатель, несмотря на то, что не мог видеть перемещения Адель из-за сплошного земляного купола, целился с удивительной точностью. И в один момент удача изменила девушке. Уйдя из-под одного копья, она неизбежно попадала под удар другого, увернуться от которого уже не могла. Ни времени, ни места для маневра — движения сковывали груды земли, оставшиеся от разрушенных глыб — у нее не было. Приземлившись, Адель оказалась ровно в том месте, куда через мгновение ударит острие земляного копья…

Огромная глыба земли с оглушительным грохотом разлетелась комьями в футе от лица девушки, будто врезалась в невидимую преграду на своем пути. Ошеломленной, чуть было не испустившей дух Адель потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и понять, что произошло.

Девушка от души поблагодарила про себя своих спасителей — кого-то из ее товарищей. Все это время они издали наблюдали за боем, стараясь не привлекать к себе внимания — так им приказала Адель. Глянув на товарищей, она поняла, что первоначальная догадка была неверна. Ее спас не Сирф. У того все внимание уходило на поддержание невидимого глазу барьера, под которым они втроем прятались и который, несмотря на то, что они находились на расстоянии от основного места событий, время от времени подвергался ударам долетавших обломков. Адель видела, как тяжело дышал Сирф, как по его лицу струился пот, каким загнанным и усталым был его вид. Вряд ли в таком состоянии у него еще оставались силы, чтобы защищать и ее. Оставался Занкл. Больше некому, но Адель все равно не могла поверить, что у него получилось отразить хоть одно копье. Правда она не сомневалась, что сразу после разрушения глыбы выстроенная Занклом защита должна была непременно пасть. А на повторное спасение не стоит и рассчитывать — тот наверняка израсходовал на этот барьер все свои силы.

Тихий шорох вывел ее из размышлений и заставил посмотреть в сторону источника звука. По поверхности земляного купола змеились трещины. Они ползли и множились. В воздухе стоял сухой треск. Куски земли отламывались и осыпались вниз. Наконец, купол обрушился, подняв вверх тучу пыли. Когда она осела, Адель увидела своего противника. Противника, который по злой насмешке судьбы еще совсем недавно был ей другом и товарищем. Если бы Адель могла предвидеть, как обернется их поход к сошедшему с ума больному…

Сначала все шло прекрасно. Нужный дом находился на окраине, но поскольку сам Глабер считался городом лишь с большой натяжкой и ни по размерам, ни по числу жителей не отличался от средней деревеньки, идти пришлось недолго. Дверь перед ними распахнула женщина средних лет, мать заболевшего, о которой рассказывал «друид» другой команды. Как оказалось, перед уходом тот пообещал ей или вернуться позже самому, или прислать кого-нибудь вместо себя. Поэтому женщина, узнав, по какому поводу они пришли, сразу впустила команду в дом и провела в подвал, где находился ее сын. Больной был привязан по рукам и ногам к железной кровати, рот его заткнут тряпкой, а сам он метался и извивался, пытаясь высвободиться из пут. Его пыл не усмиряло даже то, что веревка на его запястьях была уже багровой от крови.

Пеларгону пришлось рассказать женщине о таинственном предмете внутри ее сына, иначе невозможно было объяснить, зачем тот собирается оперировать больного. Та ужаснулась и, хотя разрешение на вскрытие дала, долго не соглашалась покинуть подвал. Но «друид», которому, по правде, больше хотелось исследовать незнакомый объект, чем спасать чью-то жизнь, не мог допустить ее присутствия. Поэтому он решил пойти на компромисс, объяснив, что во время операции присутствие посторонних нежелательно, и выпроводил женщину за дверь вместе с почти всей командой. Товарищи его решением остались недовольны. Им всем хотелось понаблюдать за операцией, которую никто из них раньше не видел. Только Адель не покинула подвала — Пеларгон оставил ее возле себя на случай, если ему потребуется помощь. Поэтому она своими глазами видела все, что произошло дальше.

Пеларгон приступил к делу с необычайным воодушевлением. Для начала он достал из сумки на поясе, которую всегда носил с собой, инструменты и разложил их на столе рядом с койкой. Затем «друид» провел рукой над больным, чтобы определить точное местоположение объекта. Хмыкнув чему-то себе под нос, Пеларгон взял средних размеров нож и провел им вдоль левого бока больного. Адель, которая внимательно наблюдала за действиями товарища, с удивлением отметила, что оперируемый не издал ни звука, да и вообще как-то странно затих. Прокрутив в голове последние действия «друида», девушка поняла, что больной перестал дергаться во время манипуляций Пеларгона перед началом вскрытия. Значит, подумала она, помимо диагностики, он успел обездвижить пациента либо погрузил его в сон. Это было правильным решением, ведь корчась в своем бешеном приступе, тот не дал бы Пеларгону нормально работать.

Вскрытие оказалось не столь интересным зрелищем, как представлялось Адель. Она скоро перестала следить за действиями Пеларгона и ушла в свои мысли. Поэтому девушка пропустила момент, когда «друид» прекратил копаться в чужих внутренностях и распрямился, сжимая что-то в руке. Адель мало смыслила в лекарском деле, но даже ей показалось, что Пеларгон справился чересчур быстро. Но от этой мысли ее отвлек предмет, который товарищ держал в ладони. Это был небольшой шарик размером с глазное яблоко. Разглядеть его цвет оказалось невозможно — поверхность покрывал густой слой крови, которую Пеларгон принялся обтирать.

Все внимание «друида» было полностью сосредоточено на шарике, потому он не сразу обратил внимание на хрип, донесшийся с кровати. Когда Адель перевела туда взгляд, ей предстала жуткая картина: больной выкатил глаза, рот был широко раскрыт, и из него летели жуткие всхрипы, а все тело парня тряслось как в лихорадке. Пеларгон бросился к нему и начал совершать какие-то манипуляции над бьющимся в агонии телом, но все было напрасно. Минуту спустя больной в последний раз дернулся и замер, как был: с выкатившимися глазами и открытым в немом крике ртом.

— М-да, — протянул Пеларгон немного растерянным голосом. — Нехорошо получилось. Наверное, эта штука, — сказал он уже своим обычным тоном, подбросив в руке шарик, — настолько сильно срослась с его телом, что ее отделение повлекло смерть.

— Что будем делать? — выдохнула шокированная произошедшим Адель. Еще ни разу в жизни она не видела смерть настолько близко. — Позовешь его мать?

— Нет, — покачал головой Пеларгон. — Сначала я хочу понять, что это такое, — он поднял руку с шариком повыше.

К гибели больного он отнесся с равнодушием, присущим лекарям. Пусть он в силу возраста еще не видел смерть во всех ее проявлениях, но в его клане явно позаботились о том, чтобы он не терял присутствия духа в подобных ситуациях.

— Может, это лучше сделать у нас дома? — неуверенно предложила Адель. — Или вообще в Варнорте? Ведь эта штука сводит с ума! Она может быть опасна. Пусть лучше специалисты разбираются…

Но Пеларгон не желал ничего слушать. Таинственный шарик завладел всеми его мыслями. Как он мог позволить кому-то другому раскрыть эту тайну вместо себя? Нет, именно он станет тем, кто ее постигнет, и свершится это здесь и сейчас!

Его пыл не охладило даже то, что шарик оказался намного крепче, чем он рассчитывал. Пеларгон вскрывал его дольше, чем того парня, чье тело сейчас остывало в луже собственной крови, натекшей из разреза, который «друид» так и не потрудился закрыть.

— Из чего он сделан? — донесся до Адель натужный голос Пеларгона, но по восхищенным ноткам в нем она поняла, что тот вовсе не разочарован доставшейся ему трудной задачей. — А если попробовать так…?

Девушка не видела, что он сделал, но по грянувшему восторженному восклицанию поняла, что «друид» добился своего. До этого момента Адель старалась сидеть тихо, чтобы не мешать Пеларгону работать, но тут уж ее любопытство взяло верх. Она подошла поближе, чтобы взглянуть, что таится в недрах шарика, загадка которого захватила и ее. В дыре, которую Пеларгону удалось проделать в шарике, что-то промелькнуло. «Друид» заметил это и нагнулся ниже, чтобы рассмотреть. Дальнейшие события развивались стремительно.

Столб черного непроглядного дыма взметнулся из дыры вверх. Мгновение, в которое Пеларгон и Адель в изумлении таращились на доселе не виданное ими явление, он неподвижно висел в воздухе. А затем метнулся в сторону застывшего «друида» и втянулся в его тело. Юноша с широко распахнутыми глазами схватился обеими руками за грудь, куда проникло «нечто». Адель будто в замедленном действии смотрела, как меняется выражение его лица: шок сошел на нет, руки опустились, глаза сузились, превратившись в две щелочки, а губы растянулись, скривившись в усмешке.

Что случилось потом, Адель помнила плохо. Но в ее памяти четко отпечаталось, как она вылетела из подвала. Как приказала ждущим наверху товарищам и хозяйке немедленно убираться из дома. Как наорала на них, когда они вместо того, чтобы немедленно бежать на улицу, стали что-то расспрашивать у нее. Как, потеряв терпение, она силком вышвырнула их всех в окно. Как сама она едва успела выскочить наружу, прежде чем дом зашатался листом на ветру, а затем сложился, будто карточный домик…

— Уходите отсюда! — крикнула Адель женщине, которая встала, как вкопанная, увидев, что случилось с ее домом. — Ваш сын мертв! Спасите хотя бы свою жизнь и убирайтесь отсюда как можно дальше!

Та больше не стала задавать никаких вопросов, и Адель с облегчением проследила, как женщина скрывается в ближайшем переулке. Но обрадовалась она рано — на нее тут же налетели товарищи.

— Ты, наконец, объяснишь нам, что происходит?! — напустился Занкл, глядя на Адель сверху вниз с высоты своего роста.

— Что с Пеларгоном? Он же сейчас под этим завалом! — причитала Ризида, девушка из Воды, которая с ужасом смотрела на то, что осталось от дома.

Адель с трудом подавила в себе желание раскричаться. Ее состояние сейчас было близко к панике, и возгласы товарищей только мешали ей усмирить нервную дрожь и взять себя в руки. Вместе с тем она понимала, что объяснить им ситуацию хотя бы в двух словах все же придется. Пока «друид» выбирается из-под развалин.

— Пеларгон вскрыл тот объект и сошел с ума, — неимоверным усилием воли Адель смогла успокоиться и произнести это почти нормальным голосом. И, не давая себя перебить, продолжила: — Он попытался убить меня. Все остальные вопросы потом. Сейчас мы должны думать, как остановить его.

— Что же теперь с ним будет?… — дрожащим голосом спросила Ризида. — Ведь если это неисцелимо…

— Не время думать об этом! — прикрикнула на нее Адель. — Сейчас наша задача — скрутить Пеларгона и доставить его в Варнорт, и пусть уже там разбираются, что с ним! И не вздумайте жалеть его! Я понимаю, что он наш товарищ, и мне совершенно не хочется с ним драться. Но если Пеларгон стал таким же, как те безумцы, то без раздумий убьет любого, кто попадется ему на пути, и даже не вспомнит, что вы его друзья! Я надеюсь, не надо напоминать, насколько он силен?

— В таком случае прежде, чем драться, мы должны вывести его за пределы города, — подал идею Сирф, смотря на останки дома. — Потому что если все так, как ты говоришь, мирные жители тоже в опасности, а они, в отличие от нас, совершенно беспомощны перед Пеларгоном. К тому же, если мы начнем сражаться с ним здесь, то от этой части Глабера ничего не останется.

— Хорошая мысль, — одобрила Адель. — Тогда сделаем так: как только Пеларгон вылезет, я привлеку его внимание и уведу отсюда за город, где и буду с ним драться. Вы прячетесь, в битве не участвуете и из-под барьера не вылезаете. И только не спорьте! — рявкнула она, увидев, что троица собирается возмутиться. — Вы Пеларгону не ровня, он размажет вас и не заметит. А я не хочу во время сражения отвлекаться на то, чтобы спасать вас! Будете следить за происходящим издали и страховать меня по возможности, — добавила она уже более спокойным голосом. — Но только издали!

— Тогда, может, кто-нибудь из нас позовет на помощь одиннадцатую команду? — предложил Сирф.

— Да, у них же тоже в команде есть двое с высоким объемом! — поддержала его Ризида, а Занкл поддакнул, тоже соглашаясь.

Но Адель решительно отвергла это предложение.

— Нет, мы справимся своими силами. Никого звать не надо — это исключительно наша проблема.

Она оставалась непреклонной даже после возражения Сирфа, что хотя несчастье случилось с их товарищем, риску подвергается весь город. А это уже никак не может являться только их проблемой. Но тут обломки дома задрожали, предвещая скорое появление Пеларгона, и стало не до разговоров.

Выманить его из города оказалось не сложно. Только завидев Адель, он уже не обращал внимания ни на что другое и ринулся за ней. А вот остановить — задача куда трудней. От огненных призывов Адель было мало прока против Земляных Стен «друида». Скрывшись под непробиваемым куполом, Пеларгон стал полностью недосягаем для ее атак. Однако теперь он зачем-то разрушил свою защиту, и Адель вновь воспрянула духом. У нее появился шанс.

Но посмотрев на товарища, она невольно содрогнулась. Взгляд, которым Пеларгон смотрел на нее, не мог принадлежать разумному существу. То был взгляд зверя, хищника, который только и мечтает о том, чтобы загнать в угол свою излишне ретивую добычу. Сейчас он меньше, чем когда-либо походил на того умного и интеллигентного Пеларгона, которого знала Адель и которым искренне восхищалась. Теперь он превратился в безумное чудовище, жаждущее крови. Девушка до боли стиснула зубы. «Ничего, в Варнорте его обязательно спасут, — успокаивала она себя, — обязательно вернут ему рассудок».

— Адель, берегись! — раздался громкий крик.

Девушка машинально сдвинулась в сторону… и острие копья прошло в дюйме от ее головы. Отпрыгнув подальше, Адель уставилась на длинный вытянутый шип, выросший из земли, и кружащиеся вокруг него рыжие волосы. Она пропустила момент, когда Пеларгон присел и приложил обе ладони к земле. Поверхность снова задрожала. Вверх взметнулся частокол длинных острых кольев. Этот призыв походил на колья-снаряды, но шипы создавались не в воздухе, а из настоящей земли. Теперь Пеларгону не приходилось тратить лишнюю энергию и время на создание материала для призыва. Потому этих кольев он мог создавать гораздо больше, а уворачиваться от них стало во сто крат сложнее.

Но Адель уже нельзя было застать этим врасплох. За время боя она научилась распознавать опасность по малейшему шороху и успевала уйти в сторону прежде, чем шип окончательно сформируется. Девушка так наловчилась, что смогла выкроить момент и запустить в Пеларгона Саламандрой. Но тот даже бровью не повел: в последний миг на пути огненной ящерицы выросла Стена, поставив крест на надеждах Адель достать противника. И ей определенно не стоило его недооценивать и отвлекаться.

— Сверху! — снова донесся до нее окрик.

Она не стала задирать голову и смотреть, чем еще в нее кинул «друид», и так догадывалась. Вместо этого Адель привычно отпрыгнула в сторону… и со всего маху налетела на только что выросший шип. По счастливой случайности она не напоролась на острие, но эта неожиданная атака помешала ей уйти от нападения с воздуха. Копье не попало в нее, но ударило совсем рядом и сбило с ног. Адель упала ниц и тут же прикрыла руками голову. Предосторожность оказалась своевременной — секунду спустя на нее обрушился град обломков. Когда он кончился, Адель приподнялась на руках, сбрасывая с себя землю, и осмотрелась по сторонам.

— Уходи оттуда, немедленно! — раздался крик, насквозь пропитанный ужасом. Адель узнала голос Ризиды.

Но это предупреждение было излишним. Адель уже и сама видела пять земляных копий, зависших над головой Пеларгона, с остриями, указывавшими точно на нее. Девушка дернулась, попытавшись подняться, но не смогла шевельнуть ногами. Она рванулась вверх еще раз, изо всех сил… но у нее опять ничего не вышло. Обернувшись, насколько это было возможно, Адель с нарастающим страхом поняла, что ее ноги засыпало до такой степени, что она не могла ни сдвинуться с места, ни развернуться, чтобы разобрать завал. Ее отчаянное положение не осталось незамеченным для Пеларгона. С безумной радостью тот ухмыльнулся, понимая, что его жертва наконец-то попалась в западню. Решив прекратить ее теперь уже бесполезные метания, он небрежным взмахом руки направил в пригвожденную к земле Адель все пять кольев. Шипы полетели вниз, со свистом рассекая воздух.

Попытки высвободиться из плена были напрасны. Так же, как и попытки защититься. Стена Огня и на миг не задержит смертоносные колья, а сбивать их — пустая трата сил. Отклонить в сторону все пять Адель не успеет, а прямого попадания даже одного из них хватит, чтобы… Рассчитывать на команду тоже смысла нет. Даже объединенных усилий Сирфа и Занкла будет недостаточно, чтобы остановить все копья. Эти мысли пронеслись в голове девушки за миг, и она перестала надрываться.

«Это конец», — подумала Адель. Она не стала закрывать глаза, считая это проявлением трусости, которую всегда презирала, и даже перед смертью не собиралась ей поддаваться. Адель подняла голову и почти без дрожи смотрела, как неумолимо приближаются острия земляных шипов. Она уже видела то копье, которое пробьет ее насквозь, а обломками остальных засыплет с головой, похоронив под грудой земли ее умирающее тело, не дав боли продлиться долго.

Глава 10. Штормовое предупреждение

Шипы взорвались прямо над головой Адель. На девушку посыпался дождь из комьев земли. Но и их смыл поток воды, появившийся откуда-то за гранью зрения Адель. Девушка была совершенно обескуражена и не понимала, что происходит. Кто ее спас? Это не мог быть никто из ее товарищей, ведь она хорошо знала, на что способен каждый из них. Ни у одного бы не хватило сил для подобных магических манипуляций. Адель была так потрясена случившимся, что совсем забыла о придавленных ногах. Она снова попыталась встать, чтобы осмотреться, но у нее, конечно, ничего не получилось.

— Вот уж не думала, не гадала, что придется спасать тебе жизнь! — раздался насмешливый голос, обладательницу которого, весьма раздражающую особу, Адель предпочла бы никогда не знать. — За тобой должок, рыжая, — добавила Ксилота, появляясь перед глазами девушки и глядя на нее сверху вниз.

— Меня спасла не ты, а твоя подруга, — парировала Адель, уже догадавшись, чье своевременное вмешательство уберегло ее от смерти в этот раз. — А обломки, которые ты смыла, не причинили бы мне вреда.

— Если не считать синяков, получить которые было бы весьма неприятно, — закончила Ксилота, нагло ухмыляясь. — И тебе стоит быть более благодарной тем, кто пришел вам на помощь.

— Я прекрасно могла обойтись и без нее! — прорычала Адель, хотя прекрасно понимала, что это не правда. Не поспей эти две из одиннадцатой команды вовремя, она была бы уже мертва и погребена под земляными обломками. Но почему-то вместо чувства благодарности к своим спасительницам, она ощущала лишь жгучую злость и раздражение.

Ксилота презрительно хмыкнула, будто могла читать ее мысли.

— Да ну? — со смешком сказала она, бросая взгляд на незавидное положение, в котором находилась Адель. — Вижу я, как ты прекрасно со всем справляешься, даже на ноги подняться не можешь. Но, — прибавила Ксилота, — если так сильно желаешь, чтобы наша команда впредь больше не приходила к вам на выручку, то тебе стоит лишь сказать об этом. Не знаю, как другие, а лично я всегда уважала чужое право выбора.

Неизвестно, что Адель собиралась ответить на столь нахальное заявление, но тут к ним подошла вторая девица из команды Дармера, кажется, ее звали Сальвадора. Только теперь рыжеволосая девушка обратила внимание, что звуки битвы, которые продолжались все то время, пока Ксилота и Адель «обменивались любезностями», стихли.

— Чем ты тут занимаешься, позволь узнать? Почему до сих пор не вытащила ее из-под завала? — напустилась светловолосая на свою подругу.

— А почему я должна этим заниматься? — возмутилась Ксилота. — У рыжей помимо спятившего «друида» есть еще целых три дружка. Похоже, они весь бой трусливо отсиживались в сторонке, так пусть хоть теперь что-то сделают!

— Я сама велела им не вмешиваться в бой! — процедила Адель сквозь зубы. Несмотря на то, что и сама девушка была не самого высокого мнения о боевых способностях товарищей, за исключением Пеларгона, спустить подобное отношение постороннему она не могла. — Лучше посмотри на свою команду! Один бездельник Дармер чего стоит!

— Никто из моей команды, — ледяным тоном произнесла Ксилота, интонацией выделяя первое слово, — не стал бы избегать боя, — договорила она с чувством собственного достоинства. — Никто. И еще: если ты не смогла найти общий язык с Дармером, то это не значит, что и все остальные такие же поганые товарищи, как ты.

Адель аж задохнулась от негодования.

— Вы закончите уже или нет? — приструнила их Сальвадора. — Нашли время отношения выяснять! Эй, вы! — крикнула она куда-то в сторону. — Помогите Адель выбраться из-под обломков. А ты, — схватила она под руку Ксилоту, — пойдешь со мной, — и куда-то ее потащила.

К тому времени, когда подоспевшая команда вытащила Адель из-под земли, битва так и не возобновилась. Подойдя ближе, девушка поняла, в чем дело — Пеларгон снова скрылся за куполом. На ее вопрос, что произошло, Сальвадора ответила:

— Он переключился на меня и пытался достать теми шипами, которыми хотел убить тебя. Но у него ничего не вышло — Воздух отлично противостоит Земле, — при этих словах на ее лице появилась довольная улыбка. — Ни одна его атака так и не смогла пробить моего барьера. Но когда я попыталась атаковать его, он скрылся под этим куполом, — кивнула она в сторону защитного сооружения Пеларгона.

Светловолосая девушка замолчала, внимательно разглядывая купол. Адель помялась, обдумывая, с чего начать, а затем произнесла:

— Послушай, вы же ничего не знаете…

— Сомневаюсь, — Сальвадора перебила ее, не отрывая взгляда от убежища «друида». — Думаю, не ошибусь, если скажу, что нам известно больше твоего.

Адель недоверчиво посмотрела на нее.

— Да ну? И откуда же?

Сальвадора покосилась в ее сторону и сказала:

— Пеларгон вскрыл капсулу, и то, что находилось внутри, вселилось в него и свело с ума. Я в чем-нибудь ошиблась? — увидев, как потрясли ее слова Адель, она пояснила: — Рангпур рассказал нам все, когда мы его допрашивали. Ваш «друид» — не первый, кто попался в эту ловушку. Поэтому догадаться, что у вас произошло, было несложно.

— А… что это такое, он вам не сообщил? — поинтересовалась Адель с заминкой.

— А как же! — с задором откликнулась Ксилота. — Еще бы он мне не сообщил!

— И? — с замиранием сердце спросила Адель, не ожидая услышать ничего хорошего. Если эта девчонка так веселится, значит, им сулят огромные неприятности.

— Демон это, в твоего Пеларгона вселился демон! — ответила Ксилота, усмехаясь.

Адель точно обухом ударили по голове. Несколько мгновений она стояла, не зная, что сказать, а затем повернулась к Сальвадоре:

— Это шутка? — вымолвила она слабым голосом, от души желая, чтобы Ксилота и впрямь просто жестоко пошутила.

— Демоническая сущность, если точнее, — развеяла ее надежды в прах Сальвадора. — Больше ничего сказать не могу, мы не успели выведать у градоначальника подробности.

— Но… тогда, — проговорила девушка. — Что тогда с ним будет? — почти шепотом закончила она.

— Не знаю, — честно ответила златовласая. — Если верить словам Рангпура, никому из тех, кто носит в себе эту сущность, не стать прежним. Поэтому…

— Нет! — резко перебила ее Адель. — Варнорт сумеет его вернуть! И мне наплевать, что говорит по этому поводу начальник какого-то захолустья!

Сальвадора и Ксилота обменялись выразительными взглядами, но от комментариев воздержались. Даже черноволосая в кои-то веки решила промолчать.

— Я не желаю больше говорить об этом, — твердо сказала Адель. — Сейчас главная задача — победить Пеларгона, а для этого необходимо вытащить его из-под купола, — перешла на деловой лад девушка. — У меня так и не получилось пробить его, сколько я ни пыталась. Ты тоже не можешь этого сделать? — спросила она у Сальвадоры.

— С чего ты взяла? — удивилась та.

— Ты же до сих пор его не разрушила, — вздернула бровь Адель.

— А, вот ты о чем. Нет, дело в другом — я нарочно тянула время, — сказала светловолосая.

— Зачем? — не поняла Адель.

— Пеларгон сильный противник даже для меня, хоть я и имею над ним преимущество в стихии. Для победы мне необходимы все мои силы, и я ждала, пока они не восстановятся, — объяснила Сальвадора.

— Но мне казалось, что ты потратила совсем немного энергии, — нахмурилась Адель, — а значит, и восстановиться должна было быстро.

— Верно. Но теперь я занята уже другим — концентрацией. Стена этого Пеларгона не только крепкая, но и обладает потрясающей способностью к восстановлению. Бессмысленно пытаться пробить в ней проход — он затянется почти моментально. Нужно разрушить защиту полностью, одним ударом. Я владею призывом, который может это сделать, но в него нужно вложить много энергии в сжатом, концентрированном виде.

— Что-то я не припоминаю, чтобы ты когда-либо демонстрировала нечто подобное, — спросила Ксилота, прищурившись.

— Ты не могла его видеть, ведь я никогда не применяла этот призыв на тренировках, — улыбнулась ей Сальвадора. — Потому что Штормовое Предупреждение…

В этот момент она к полной неожиданности всех присутствующих вскинула левую руку вверх. С резким свистом рассекаемого воздуха и диким ревом на земляной купол обрушился бешеный ураган. В то же мгновение взъярившийся ветер прочертил на твердой поверхности глубокие трещины. Несколько секунд, и казавшаяся ранее несокрушимой крепость пала под напором бушующей стихии и кусками разлетелась во все стороны. Вызванный ветер еще пару секунд покружил их в воздухе, словно в знак победы, а затем стих, оставив после себя лишь тучу поднятой пыли.

— …наносит противнику глубокие раны и повреждения, — закончила мысль Сальвадора.

Ксилота первой пришла в себя от увиденного и тут же накинулась на подругу.

— Мы не должны были его убивать, забыла?! — надрывалась она, чем изрядно поразила Адель. Та прежде никогда не смогла бы заподозрить Ксилоту в такой сердечности.

— У меня прекрасная память, Кси, — небрежно отозвалась Сальвадора. — Не волнуйся, жив он, основной удар на себя приняла Стена.

В этот момент, будто в подтверждение ее слов, осела пыль, и все увидели «друида», слегка потрепанного, но живого. Кси с облегчением выдохнула.

— С чего это ты так сильно переживаешь за Пеларгона? — поинтересовалась у нее Адель.

— За Пеларгона?! — с таким возмущением воскликнула Кси, будто та обвинила ее во всех смертных грехах. — Смысл за него переживать, когда он уже почти безмозглое растение, ходячий труп, безумец? Но если мы убьем его, то дрянь, что сидит у него внутри, покинет мертвое тело и вселится в кого-то из нас! Я не против, если оно выберет тебя, но рисковать своим рассудком мне не хочется.

Адель отвернулась от нее, спрашивая у себя, как она могла хоть на секунду поверить, что этой эгоистке мог быть важен кто-то, кроме нее самой.

Сальвадора же даром времени не теряла. Она проводила какие-то манипуляции с энергией, а Пеларгон метался взад и вперед по небольшому клочку земли, натыкаясь на что-то невидимое.

— Ты запираешь его барьерами? — первым догадался стоявший рядом Сирф.

— Да. Лучше бы, конечно, сферический, но на таком расстоянии… Все, готово, теперь он никуда не денется, — закончила она, с удовлетворением оглядывая свою работу.

Адель тоже придирчиво осмотрела получившуюся «клетку».

— Значит, выйти он оттуда не может, — произнесла она. — Но что мешает ему создавать призывы прямо там?

— Мои барьеры. Разве ты не знаешь? — удивилась Сальвадора. — Маг способен создавать призывы только там, куда может дотянуться своей энергией. Я не оставила ему ни одной лазейки для этого, а просочить энергию сквозь барьеры нельзя. То есть внутри барьеров он может сотворить призыв, но это будет бессмысленно, потому что до нас он не доберется.

— Но Пеларгон атаковал меня в то время, когда сидел под куполом, а ведь в нем лазеек тоже не было! — возразила Адель.

— Потому что это был его призыв, — отчеканила Сальвадора. — И его стихия. Я тоже могу использовать магию, находясь под полностью непроницаемым барьером.

Адель кивнула в знак того, что поняла, и вновь устремила взгляд на товарища. Что-то в словах воздушной девушки обеспокоило ее и заставило задуматься. Размышляя, она смотрела, как Пеларгон, которому надоело пытаться пробить барьер, присел на землю. И тут озарение стрелой промелькнуло в ее сознании. Повернувшись к Сальвадоре, она быстро спросила:

— А снизу ты поставила барьер?

— О чем…? — сначала та не поняла, что имела в виду Адель, но взглянув на усевшегося на землю Пеларгона, побледнела и промолвила: — О, демон… Это ведь тоже его стихия…

Наученная горьким опытом Адель среагировала молниеносно, едва заслышав тихий шорох под ногами. Отпрыгивая, она успела крикнуть:

— Уклоняйтесь!

Не раздумывая, Ксилота тотчас последовала ее совету, правда, по-своему, свалившись ничком на землю. А вот Сальвадора успела только чуть-чуть сместиться в сторону.

Длинная ветвь, сплошь покрытая колючками, задела ее вскользь, и правая сторона лица девушки оказалась в глубоких порезах. Сальвадора вскрикнула от боли и неожиданности. Отшатнувшись, она прижала руку к кровоточащей разодранной щеке. Адель и Ксилота избежали атаки, но кошмарные растения, в отличие от кольев, после первого броска не остановились. Изогнувшись, они, ведомые своим создателем, вновь нацелили острые шипы на девушек. Златовласая, собрав силы, запустила в ветви Штормовое Предупреждение, не имевшее и десятой силы от того, которое она использовала ранее, но промахнулась. Ксилота плеснула водой, но что та могла сделать крепким стеблям? А Адель, напротив, воспрянула духом. Ведь растения, в особенности, ветви, отлично горят!

Она уже собиралась вызвать пламя, которое бы спалило все эти проклятые колючки… но не смогла поднять руку. Что-то удерживало ее. Поглядев вниз, девушка с ужасом увидела, что ее запястья обмотаны вылезшими из земли ползучими растениями! Она попыталась сдвинуться с места, но ей не удалось и это — ноги тоже были накрепко привязаны. Адель попыталась сжечь побеги, однако энергия, которую она выпускала, не обретала форму огня, как должна была, а выплескивалась в пространство. Она совсем забыла, что эти растения, схватив противника, не дают ему использовать заклинания. Бросив быстрый взгляд на остальных, девушка поняла, что и они попались в ловушку. Сальвадору и ее товарищей тоже привязали по рукам и ногам к земле, и они не могли ни сдвинуться с места, ни использовать магию. Ксилоту, которая так и не поднялась, растения обмотали с головы до ног.

— Вот вы и попались, — прозвучал до боли знакомый голос.

Адель в шоке повернула голову и уставилась туда, где в клетке барьеров находился ее товарищ. Она хотела убедиться, что уши ее не обманывали, и в самом деле говорил Пеларгон. Вот только мерзкая ухмылка, которую даже с такого расстояния девушка видела на его лице, со всей ясностью дала понять, что это уже не тот Пеларгон, которого знала и уважала Адель. Его голос из-за барьера звучал глухо, но все равно можно было расслышать каждое слово.

— А теперь мы с вами поиграем. Но прежде я убью эту блондинку. Жаль, что так скоро, но мне уже надоело сидеть здесь, а играть с вами отсюда будет неинтересно. Хотя… почему бы не попробовать?

Сальвадора, услышав, что ее ждет, изо всех сил забилась в путах. Все с тем же нулевым результатом. Ветка снова пронеслась мимо нее и, задев плечо, разорвала форму. Девушка вскрикнула. Белая ткань на месте пореза сделалась красной. Ксилота, увидев, что творят с ее подругой, разразилась ругательствами. Адель молчала, с ужасом глядя, во что превратился тот, кого она считала своим другом.

— Замечательно! — засмеялся Пеларгон. — А теперь попробуем так.

На этот раз две ветки понеслись к девушке. Одна оцарапала ей ногу, заставив пошатнуться, но вторая лишь скребнула по доспеху на боку. Пеларгон недовольно нахмурился. Он медлил. Должно быть, метить снова в руки и ноги ему было неинтересно, но он не видел никакой возможности снять доспех, сидя под барьером. В конце концов, Пеларгон решил пожертвовать одной игрушкой, ведь у него их оставалось еще пять. Конечно, большинство из них — слабаки, с которыми играться скучно, но ничего не поделаешь — светловолосую нужно убить. Хотя она стала ближе всех к тому, чтобы победить его, если бы не ее неосторожность. Пытать воздушную девчонку было бы занимательно.

Тот, кого раньше называли Пеларгоном, отвлекся от приятных мыслей и оглядел свою жертву. Все жизненно важные органы были прикрыты броней. Не закрытой оставалась только голова. «Друид» усмехнулся и нацелил ветвь девчонке в глаз. Та, поняв, что он задумал, рванулась с такой силой, что изодрала в кровь связанные запястья. Пеларгон рассмеялся, наблюдая за ее жалкими попытками, и, желая поиздеваться, стал медленно приближать ветку. Девчонка, замерев, смотрела на растение с диким страхом в глазах, коих совсем скоро у нее станет на один меньше. Когда ветвь была уже совсем близко, «друид» решил прекратить игру и одним ударом закончить дело. Нацелив острый конец ветви, он уже приготовился совершить последний рывок…

— Прекрати, Пеларгон! — отвлек его истошный вопль.

Кричала рыжеволосая девчонка, которую он пытался прикончить с самого начала. Ее призыв был не до конца понятен ему.

— Кто такой Пеларгон? — спросил он с искренним любопытством. — Кому ты кричишь?

Та не ответила, но что-то в ее лице изменилось. Он так и не смог понять, что, и хотел было повторить вопрос, но тут его весьма грубо прервали.

Блеснуло лезвие, и ветвь, которой он намеревался прикончить светловолосую, отрубленная упала на землю. «Друид» даже закричал от охватившей его ярости. Все остальные ветви понеслись в обидчика, рослого коротко стриженого парня с парой мечей в руках. Но взметнувшийся пламенный вихрь испепелил их дотла. Выругавшись, маг Земли начал творить новые призывы. Увидев это, Сальвадора быстро сбросила с себя оцепенение и крикнула:

— Кто-нибудь, снимите с меня растения! Я должна перекрыть ему доступ к земле!

Но этого уже не требовалось: отчаянно ругаясь, Пеларгон безуспешно пытался высвободиться из пут, таких же, которыми он обмотал своих недавних жертв. Растения оплели его до того плотно, что он не удержался на ногах и рухнул, сильно ударившись головой о барьер. На землю он падал уже без сознания.

Дармер и Шедар кинулись освобождать товарищей и двадцать четвертую команду от ползучих растений, разрезая и сжигая их. Первой они освободили Сальвадору, которой тут же занялся Мартес, принимаясь залечивать ее раны. Следующей была Адель, которая в битве получила много синяков и ссадин. Она выглядела подавленной и безучастной к происходящему. Однако едва Мартес обработал ее повреждения, Адель поднялась и с самым решительным видом направилась к воссоединившейся одиннадцатой команде. Подойдя, она долго не произносила ни слова и просто смотрела на них с видом, словно разрывалась между желанием разрыдаться и накричать на всех. В тот момент даже у Ксилоты хватило такта промолчать. Наконец, Адель сумела совладать с собой.

— А теперь потрудитесь объяснить, что здесь творится, — на выдохе, тоном, больше похожим на угрозу, чем на просьбу, произнесла Адель. Она тяжело и часто дышала, будто задыхалась, и с трудом сдерживала бурный поток чувств, что обуревали ее сейчас.

Возражать никто не стал. Дармер, насколько мог, кратко изложил девушке то, что им удалось выяснить у Рангпура. К окончанию его рассказа уже Адель трясло от ярости.

— Где этот…?! — гневно прошипела она, стоило Дармеру замолчать. — Где он? Клянусь, я убью этого градоначальника, клянусь богами, убью! — она выплюнула должность Рангпура так, будто это было худшее из ругательств.

— Адель, успокойся! — подоспевшие товарищи еле отговорили девушку, уже хотевшую немедленно ринуться на поиски градоначальника.

Сальвадора огляделась по сторонам.

— А, в самом деле, где он? Вы оставили его в управлении?

— Нет, с собой привели, — мужская часть команды посмотрела на то место, где они оставили Рангпура, когда бросились девчонкам на выручку. Но там никого не было.

Они помчались туда. Шедар опередил всех и, когда Дармер и Мартес подоспели, уже поднимал с земли обгорелые остатки зеленых пут.

— Как я мог забыть! — простонал в отчаянии Дармер, ударяя себя ладонью по лбу. — Он же владеет стихией Огня!

— Не ты один забыл, — мрачно буркнул Шедар.

— Вы что, упустили его? — подбежавшая Адель мигом накинулась на них. — Как он мог сжечь путы, они ведь мешают использовать магию!

«Друид» одиннадцатой команды лишь печально покачал головой.

— Мартес не умеет создавать Лианы с такой особенностью, — объяснила Сальвадора, подошедшая вместе с Ксилотой и остатками двадцать четвертой команды. — Не кричи на них, сбежавший градоначальник — не самая большая проблема.

— Но найти его надо, — твердо сказал Шедар.

— Вот только где? — произнес Дармер со скепсисом. — Времени у него было достаточно, чтобы уже быть на другой стороне острова.

— Ну, я могу попробовать его найти, — робко предложил Мартес.

— Как? — обернулись к нему все.

— Через землю. Если он все еще на острове, то я смогу его отыскать.

— Так ищи быстрее, пока он в море не ушел! — прикрикнул Дармер.

Мартес опустился на одно колено и приложил руки к земле. Пробыв в таком положении минуту, он встал.

— Странно, — пробормотал он под нос.

— Ты его не нашел? — с волнением спросила Ксилота.

— Нашел. Он бежит в сторону нашего Замка. Непонятно, зачем, — прибавил «друид» в недоумении.

Шедар, услышав все, что хотел, хлопнул Мартеса по плечу, сорвался с места и помчался в указанном направлении. Дармер кинулся за ним, бросив на ходу через плечо:

— Мы вернем его!

Адель проводила их изучающим взглядом.

— Они точно справятся? — и тут же, не давая никому рта раскрыть, будто спохватилась. — Хотя с одним-то простолюдином должны…

— Ты не хочешь сама найти Рангпура? — осторожно спросил ее Сирф.

— Нет, — ответила та. — Мне надо в город, — сказала она посерьезневшим голосом.

Все с недоумением посмотрели на нее.

— Зачем? — спросила сокомандницу Ризида.

— Нужно… сделать кое-что, — произнесла Адель с заминкой. — Все зашло слишком далеко. Мы больше не имеем права самостоятельно разбираться с происходящим.

— И что ты предлагаешь? — спросила Сальвадора.

— Мне надо в город, — повторила Адель, и по ее тону было понятно, что она не намерена сейчас ничего объяснять.

— Мы с тобой! — выступил вперед Сирф, выражая готовность следовать за ней.

— Разумеется, — кивнула Адель, а затем повернулась к одиннадцатой команде. — А вы? — те замялись. Все трое подумали, что надо бы дождаться Шеда с Дармером, чтобы те не искали их, когда вернутся. Рыжеволосая правильно растолковала их замешательство. — Мне вы все и не нужны. Только ты, — указала она на Сальвадору. — Потому что Пеларгона я здесь не оставлю. Ты ведь сможешь транспортировать его в барьерах?

— Запросто, — улыбнулась та. — Но, — она подошла ближе к сложной конструкции из нескольких простых барьеров, — можно и упростить задачу.

Она развеяла барьеры и подняла в воздух бесчувственного «друида». Вокруг него образовалась переливающаяся сфера. Сальвадора вернулась обратно к поджидающей ее двадцать четвертой команде, а шар с находящимся внутри связанным Пеларгоном поплыл за ней.

— Я готова, — сказала светловолосая. — Вы остаетесь? — посмотрела она на Ксилоту и Мартеса.

Ее подруга, помявшись пару секунд, заявила:

— Дармер и Шед не маленькие! Сами нас найдут!

Мартес сомневался дольше, но и ему не хотелось оставаться на месте и ждать, тем более, в одиночестве. Две команды вместе покинули место, еще недавно бывшее лугом, а теперь ставшее перепаханным полем, усеянным кучами земли.

* * *

Шед избрал путь через лес напрямик. Дармеру пришлось бежать за ним по мокрой траве и продираться сквозь кустарник. Товарища он потерял из виду уже давно — Шедар бежал гораздо быстрее, несмотря на то, что и ему в лицо хлестали ветви.

Перед глазами Дармера еще стояли окровавленная Салли, лежащая ничком Кси и избитая Адель с искаженными от ужаса лицами. Эта картина намертво отпечаталась в его сознании. Едва ли ему удастся когда-нибудь забыть ее.

Хвала богам, что они успели вовремя! Опоздай ребята хоть на пять минут, точно лишились бы Салли… От одной этой мысли Дармера прошиб холодный пот. А вслед за ней пришла другая: что если путы Мартеса и барьеры Салли не выдержат, и это чудовище вырвется на свободу…?

— Эй, братишка, притормози!

Дармер очнулся от своих дум и на всей скорости врезался в Шеда. Тот даже не пошатнулся и помог товарищу подняться на ноги.

— Ты бы не мечтал во время бега, а то следующий раз не в меня, а в дерево врежешься! — усмехнулся он.

Дармер огляделся по сторонам.

— А почему ты здесь стоишь? Где Рангпур? Ты его не догнал?

Улыбка сползла с лица Шеда.

— Почти догнал. Но он успел скрыться в той скале и исчез, — с неохотой признался он.

Дармер посмотрел, куда указывал Шед. «Скалой» он назвал выступающий каменный откос, как будто часть земли поднялась вверх. Дармер подошел ближе. Высокая стена выглядела монолитной и неприступной.

— Ты сказал, что Рангпур скрылся здесь?

— Я сам не понял, как это случилось. В один момент он стоял у скалы, а в следующий — как сквозь землю провалился, — развел руками Шед.

— А где именно он стоял?

— Вон там, — указал рукой мечник.

Став на место, которое он показал, Дармер внимательно осмотрел в стену перед собой. И обнаружил некую аномалию: камень сплошь оброс мхом и лишайником, но здесь будто кто-то содрал с него зеленый покров. Формой и размером этот вычищенный участок напоминал дверь.

«Потайной ход? Скорее всего. Но если так, мы вряд ли сможем проникнуть в него, потому что не знаем, как он действует», — подумал Дармер. Ход мог открываться как угодно: рычагом или нажатием определенного камня, который можно искать год…

И тут его осенило.

— А наш Замок далеко отсюда? — взволнованно спросил Дармер у Шеда.

— В двух шагах. Почти за углом, — ответил он.

— Тогда быстрее к нему! — выпалил юноша. — Быстрее, там все объясню!

Видя напор товарища, Шед не стал задавать вопросов. Взобравшись на гряду, они побежали дальше, и уже через минуту перед ними выросли каменные стены. Заскочив внутрь, Дармер пронесся через холл и ворвался в маленькую комнату, дверь в которую он так и не закрыл, когда уходил с Мартесом. Подойдя к противоположной стене, Дармер начал вспоминать, как открыл ее в прошлый раз.

— Ты объяснишь, что мы делаем, братишка? — спросил возникший за спиной Шед.

— Погоди, не мешай, — отмахнулся тот. — «Какой же это был камень…?»

— Что ты делаешь? — не унимался Шед, глядя, как Дармер ощупывает каменную кладку.

— Сейчас все увидишь, — с нетерпением отозвался юноша. Кажется, он нашел его — камень с трещиной поперек. Дармер изо всех сил надавил на него… но ничего не произошло. — «Это не тот камень? Или это я сделал что-то не так? Думай, думай, что я тогда делал? Я накладывал заклинание и…».

— Слушай, ты ведь, кажется, вообще сегодня ничего не ел? Может, у тебя от голода в голове помутилось?

Замечание Шеда сбило с мысли. Не отнимая руки от стены, Дармер резко обернулся к нему.

— Ты не можешь постоять хотя бы минуту молча? — гневно заговорил он. — Обязательно надо отвлекать меня… — маг пошатнулся и не договорил. Камень, на который он опирался, ушел в стену, и Дармер потерял равновесие. — «Как это получилось, я ведь ничего не сделал?»

Но тут он вспомнил теплый поток, прошедший по руке, и все понял. Утром он накладывал заклинание, но оно не сработало, а энергия ушла в стену. Сейчас Дармер неосознанно выпустил ее через руку, потому что был зол.

«На камень нужно не нажимать, а пускать в него энергию!»

Часть стены исчезла, как и в прошлый раз. Взглянув в непроглядную черноту хода, Дармер повернулся к застывшему в изумлении Шеду и торжествующе изрек:

— Ну что, еще вопросы есть?

Глава 11. Подземный ход

Ступени каменной лестницы были высокими и узкими. Спускаться по ним приходилось с большой осторожностью, внимательно глядя под ноги. Созданный Огненный Шар плыл впереди, немного рассеивая тьму подземного хода. Он был единственным источником света — стена позади уже закрылась. Изнутри она открывалась рычагом — они проверили это сразу, как зашли в тайный ход, чтобы знать, как выйти обратно. Дармер всегда представлял подземелья сырым и холодным местом, но здесь оказалось тепло и сухо. Удивительно, если вспомнить, на каком острове они находились.

Ступени кончились, а на пути внезапно выросла стена. На сей раз Дармеру не пришлось искать камень, которым она открывалась — справа находился такой же рычаг, как наверху. Стоило на него нажать, как стена послушно ушла в сторону. За ней простирался длинный и широкий коридор. Шед первым высунулся в него, но почти сразу подался назад, не давая выйти Дармеру. Стена снова встала на место.

— Погаси! — зашипел мечник, указывая на Шар.

Дармер убрал призыв, после чего Шед снова нажал на рычаг, и они вышли из-за потайной двери. Тут Дармеру стало понятно, зачем такие предосторожности. В глубине коридора яркой точкой мерцал шар света, точь-в-точь такой же, какой создал градоначальник в первую их встречу.

Дармер почти не видел Шеда — свет от заклинания едва достигал их. Но, ощутив движение рядом с собой, частично разглядел, частично догадался, что мечник приложил палец к губам и указал на идущего впереди мага. Дармер так же молча кивнул, показывая, что понял. Они бесшумно двинулись вперед, ступая чуть быстрее Рангпура, чтобы нагнать, но не спугнуть того раньше времени. Постепенно расстояние между ними сокращалось, и белый свет все четче обрисовывал контуры магов, вычерчивая их из окружающей тьмы.

До Рангпура оставалось всего несколько шагов, когда Дармер задел ногой лежащий на полу камешек. С оглушительным в царившей тишине стуком тот заскакал по булыжным плитам. Градоначальник резко обернулся. В слабом свете шара перед ним стояли два неясных призрачных силуэта. При их виде Рангпур не на шутку струхнул. Истошно заорав и со всего маху плюхнувшись на пятую точку, он смотрел на преследователей дикими глазами. Дармер с Шедом, больше не таясь, подошли к нему.

— Как вы сюда попали?! — возопил Рангпур. Он уже узнал их, но еще не пришел в себя от потрясения.

— Сейчас не это должно тебя волновать, — холодно отозвался Шед, с презрением смотря на так и не поднявшегося с пола градоначальника.

— Ах да, конечно, — процедил тот. Его глаза сощурились, лицо исказилось в злобной гримасе. — Потайной ход в том доме… Значит, вы все-таки нашли его.

— Так вот почему ты не хотел отдавать его нам? — догадался Дармер.

— Раньше я проникал в подземелье через него, — произнес Рангпур, — а из-за вас мне приходилось пробираться через второй вход, которым пользуется госпожа Тормента. Да еще и к вам перед этим забегать, чтобы не обходить десятой дорогой, ползая по болотам…!

— Госпожа Тормента? — вклинился в его гневную речь Шед. — Кто это?

Рангпур резко умолк, понимая, что сгоряча наговорил лишнего. Он угрюмо смотрел на учеников Варнорта, не отвечая на вопрос. Шед вытащил меч и приставил лезвие к горлу мужчины.

— Ты, кажется, не успел рассказать нам все в управлении. Поэтому говори теперь: что произошло потом, когда ты убежал, и кто такая «госпожа Тормента»?

Рангпур опасливо покосился меч, сглотнул и снова взглянул на ребят. Он явно что-то обдумывал. Наконец, придя к какому-то решению, Рангпур громко заговорил:

— Хорошо, я все расскажу, только уберите оружие, — при этих словах уголок его губ странно дернулся. Дармер насторожился, но Шед, ничего не заметив, убрал меч в ножны и приготовился слушать. — Когда я выбежал из больницы, то сразу помчался в управление, чтобы вызвать подмогу, — голос Рангпура был спокойным и ровным, в нем не звучало ни страха, ни агрессии, как еще минуту назад. Вид он также имел уверенный. — Но меня перехватили по дороге. Это была госпожа Тормента. Она ответственна за все, что случилось в Глабере.

— Это женщина? — переспросил Дармер. — Она одна все это сделала?

— Да, — кивнул Рангпур. — Она вырубила и отволокла меня в подземелье, а затем вернулась в больницу, где добила всех, кто еще был жив. В том числе и того, в ком на тот момент находилась сущность. Она знала, как это сделать, не заразившись при этом самой. Когда я очнулся, госпожа Тормента рассказала мне все. Ее цель — усовершенствовать ту самую капсулу сущности, и для этого она прибыла в Глабер. Мне неизвестно истинное назначение этой вещи, знаю только, что сумасшествие — лишь побочный эффект действия капсулы. Для своих экспериментов госпожа Тормента похищала одиноких прохожих, сильно пьяных, чтобы те ничего не помнили наутро. В подземелье она проводила операцию, а затем относила своих жертв обратно в город.

— И ты начал ей помогать после того, как узнал, что она вытворяет с твоими горожанами? — спросил Шед с отвращением.

— У меня не было выбора! — отрезал Рангпур. — Пока я был без сознания, она имплантировала мне капсулу. И сказала, что если я не хочу закончить, как остальные «пациенты», то должен ей помогать и сохранять ее работу в тайне. В обмен на содействие она применила ко мне заклинание, которое сдерживало сущность, не давая свести меня с ума. Но это заклинание требуется постоянно обновлять, поэтому я не мог выдать госпожу Торменту, ведь только она спасает меня от сумасшествия! По ее приказу я сжег больницу и трупы, а затем врал горожанам и год хранил тайну. Пока не появились вы…

— Ты мне омерзителен, — прошептал Шед.

Дармер был полностью согласен с ним. Сотворить такое ради спасения собственной шкуры? Позволить нескольким десятками жителей стать безумцами, лишь бы не сойти с ума самому?

С трудом сглотнув ком отвращения в горле, он выдавил из себя:

— В тебе нет капсулы.

Рангпур с недоумением взглянул на него.

— Что ты сказал?

— В тебе нет капсулы, — повторил Дармер почти по слогам. — Мартес проверил тебя, когда связывал. Наверное, он тоже о чем-то таком подумал. Он сказал мне по дороге, когда мы бежали на помощь девочкам, — пояснил он изумленному не меньше, чем градоначальник, Шедару. — Ты с ним, — кивок в сторону Рангпура, — отстал и не слышал. Мартес сказал, что никаких посторонних предметов в твоей груди нет, — повернулся Дармер к застывшему мужчине. — Тебе солгали, а ты и поверил. И ты за просто так позволял гробить своих горожан.

У Рангпура был такой вид, будто его ударили. Но замешательство градоначальника длилось не долго. Его лицо приобрело насмешливо-презрительное выражение.

— Можете говорить все, что хотите, — усмехнулся он, — но в награду за верную службу я буду жить. А вот вы сейчас умрете! Конечно, я для вас и не противник, но госпожа Тормента… Она из Гильдии. Да-да, — засмеялся Рангпур, глядя, какое впечатление эта новость произвела на собеседников. — И она далеко не последнее в ней лицо. Вы даже не представляете, с кем связались. Я уже слышу шаги, — сказал он, прислушиваясь. — Да, сейчас она будет здесь!

«Вот почему он был так спокоен! — все понял Дармер. — Он знал, что «госпожа Тормента» не могла не услышать шум, и тянул время, ожидая, когда она придет. Почему мы не подумали об этом?»

Тут и он с Шедом услышали ровный стук, эхом отдающийся в длинном коридоре. Такой звук получается, если неторопливо ступать по каменному полу в обуви на небольшом каблуке. Стук приближался, становясь все громче и звонче. Дармер и Шед напряженно вглядывались во тьму. Сначала в свете шара во мраке проступил силуэт, затем отдельные черты, и, наконец, идущий стал виден полностью. Та, о ком рассказывал Рангпур, оказалась девушкой немного старше ребят с длинными растрепанными волосами светлого цвета, в тусклом свете казавшиеся белыми. Было странно, что градоначальник величал «госпожой» девушку моложе себя. Но когда она подошла совсем близко, и Дармер смог получше ее разглядеть, то невольно отпрянул. Совсем не обычная девушка стояла сейчас перед ними.

Одета она была в длинный черный плащ свободного кроя. Ее лицо было таким худым, что щеки вваливались, и скулы сильно выпирали. Губы тонкие, нос острый и вздернут кверху. Никто не назвал бы ее красавицей, но было в ней нечто притягивающее взгляд. Быть может потому, что лицо девушки казалось застывшей маской из-за полного отсутствия эмоций на нем. Ни единой тени не пробегало по нему, заставляя сомневаться, может ли такое лицо принадлежать живому существу. Это было пугающе. В пустых и холодных глазах не отражалось беспокойства или страха, когда она рассматривала тех, кто вторгся в ее владения. Взгляд обратился на градоначальника.

— Зачем ты привел их в подземелье, Рангпур? — равнодушным и сухим голосом осведомилась она.

Тот мигом оказался на ногах, но, пройдя несколько шагов, рухнул на колени перед девушкой.

— Госпожа Тормента! — воскликнул он. — Простите меня, я не хотел! Они сами увязались за мной! Они нашли в доме тайный ход и оказались здесь. Я говорил, что рано или поздно они найдут и раскроют вас, госпожа!

— В таком случае это их проблемы, а не мои, — ничуть не изменившимся голосом сказала та.

— Вы убьете их, да? — радостно спросил Рангпур.

— Разумеется. Но сначала ты расскажешь мне, что произошло. Ведь ты не должен был приходить ко мне сейчас.

— Конечно, — закивал градоначальник. — Нас раскрыли! Не только эти двое, но и остальные присланные из Варнорта маги все поняли. Они пришли ко мне и выпытали всю правду! Мне пришлось сказать ее, потому что они угрожали мне пытками! Простите меня, госпожа! — Рангпур уперся лбом в пол, низко кланяясь.

— Все, значит? — задумчиво проговорила Тормента, не обращая внимания на коленопреклоненного градоначальника. — Убить десятерых магов Варнорта и не выдать себя… довольно сложно. Ну, да ладно. Я итак скоро собиралась покидать это место. Все или еще что-нибудь? — последняя реплика была обращена к Рангпуру.

— Нет, госпожа. Еще кое-что. История, которая случилась в больнице, повторилась…

— Один из их «друидов» вскрыл капсулу? — спросила сразу понявшая, о чем речь, девушка. Рангпур кивнул. — Любопытство наказуемо… А как давно это случилось?

— Ну, — задумался мужчина, — я точно не знаю, но где-то час уже прошел.

— И? Ты больше ничего не хочешь мне сказать? — внимательно посмотрела на него Тормента.

— Нет, ничего! — под ее пристальным взглядом испуганно замотал головой Рангпур.

— Странно, — пробормотала девушка. — У него что, большой объем энергии?

— Очень большой, — подтвердил тот.

Тормента ничего на это не сказала. Она находилась где-то глубоко в своих мыслях.

— В принципе, — протянула она, наконец, — это даже к лучшему. Мне меньше грязной работы — не придется подчищать следы. Правда, уходить придется прямо сейчас, и времени у меня на это не слишком много.

— О чем вы говорите, госпожа? — спросил встревоженный Рангпур.

Тормента покосилась на него так, будто только что вспомнила о его присутствии.

— Ах, да, ты же не знаешь… Ты убежал раньше, чем это началось, а я не стала тебе рассказывать. Когда сущность находится не в капсуле, она не только сразу сводит мага с ума, но и через некоторое время начинает изменять его тело. Ты этого не увидел, потому что, когда был в больнице, из-за быстрых смертей носителей сущность металась от одного к другому и просто не успевала оказать на них полного влияния. Но после твоего побега одному магу удалось продержаться достаточно долго, чтобы началось превращение.

— Превращение? — выдохнул Рангпур.

— Да, — безразлично сказала девушка. — Он стал монстром.

— Но… ведь вы смогли его убить! — воскликнул мужчина после паузы. — Убили, не заразившись при этом сами! Значит, сможете убить и нового одержимого!

— Я поставила на него ограждение. Это заклинание заперло нематериальную сущность в его теле, и она не смогла вырваться, когда я убила ее носителя. Но чтобы проделать это, мне пришлось сначала обездвижить его, не убивая, а это не самая простая задача. И ведь это был только маг низкого уровня. У нового одержимого энергии гораздо больше.

— Но ведь они всего лишь детишки! Ученики Варнорта!

— Неважно. Объем энергии оказывает самое непосредственное влияние на процесс превращения. Чем он больше, тем дольше организм сопротивляется постороннему воздействию. И тем больше времени пройдет с момента заражения, прежде чем начнется превращение. Но когда это случится, получившееся чудовище станет поистине непобедимым… для большинства магов. Сущность многократно преумножает его силы и восстанавливает энергию с поразительной быстротой. Монстр окончательно теряет рассудок. Им движет лишь жажда разрушения и убийства. Он начинает уничтожать все, что видит. Даже я не рискну бросать ему вызов. Да и зачем? С имеющейся у него силой новоявленное чудовище сравняет Глабер с землей, и тогда мне не придется заниматься этим самой. Все, что увидят маги из Варнорта, когда прибудут сюда — это остров, лежащий в руинах. На нем не останется ни одной живой души, кроме безумного монстра. Мне остается лишь уничтожить это подземелье, и никто никогда не догадается, что здесь произошло.

Дармер стоял, как громом пораженный. Если все услышанное — правда… Им с трудом удалось усмирить просто обезумевшего Пеларгона. А что будет, когда его сила возрастет во много раз? С нарастающим ужасом он понял, что ни девочки, ни Мартес, ни двадцать четвертая команда даже не догадываются, в какой они сейчас опасности, находясь рядом с Пеларгоном, который может начать превращаться в любой момент.

Надеяться, что барьер Салли удержит его… глупо. И ведь никак их не предупредить! Маловероятно, что им позволят так просто отсюда уйти. Тормента пока еще не проявляла агрессии, но, если судить по ее словам, чужая жизнь ничего не значит для этой девушки. Вряд ли она оставит их в живых после того, что они услышали.

Дармер посмотрел на Шеда. Даже в тусклом свете было видно, как сильно побелело его лицо. Однако растерянным он не выглядел: мечник был хмур и сосредоточен, а его руки уже легли на рукояти мечей. Судя по быстрому взгляду, Тормента тоже это заметила, но тут Рангпур снова привлек к себе внимание.

— А вы сумеете сбежать с острова до того, как он будет разрушен? — спросил он.

— Разумеется. В любой момент. Карманный телепорт у меня всегда при себе.

— Госпожа, а я? Что будет со мной? Прошу вас, заберите меня, ведь я так хорошо помогал вам весь этот год! — уговаривал Рангпур, преданно глядя в глаза своей госпоже. — Я вам и потом еще пригожусь, обязательно. Я даже готов всю жизнь с капсулой в груди ходить!

Тормента уставилась на него.

— Ты что, глухой? — в ее голосе прорезались удивленные нотки. Первые эмоции за все время разговора. — Или с первого раза не понимаешь? Нет в твоем теле капсулы, тебе же сказали, — кивнула она в сторону ребят.

— Нет…? — растерянно проговорил Рангпур. — Но, как же… Получается, вы мне солгали?

— Я, конечно, могла на самом деле имплантировать тебе капсулу. Но ограждение, о котором я говорила, только удерживает сущность в теле после смерти. Однако с ее влиянием на разум носителя заклинание ничего поделать не способно. То есть ты бы все равно сошел с ума. А никакие другие барьеры я ставить не умею. Я вообще не владею магией, могу только использовать заготовки. Но ты был мне нужен, поэтому я тебя обманула. А проверить мои слова в отсутствии «друидов» ты не мог.

Рангпур пребывал в смятении. Но желание спастись пересилило гнев от открывшейся правды.

— Я… не виню вас, госпожа. Вы действовали умно и хитро, я преклоняюсь перед вашим коварством. Я готов служить вам и дальше без всякой капсулы. Все, что угодно, только, пожалуйста, не оставляйте меня умирать здесь! — запричитал он, ползая у ног Торменты.

Может, это игра света, но на лице девушки промелькнула тень. Словно доселе ровное сияние белого шара дрогнуло, и на миг черты Торменты исказились. Но уже в следующее мгновение тень исчезла, и лицо девушки вновь стало беспристрастной гипсовой маской.

— Ну что ты, как можно было подумать, что я так просто тебя оставлю, — неожиданно мягко сказала она. — Ты ведь и правда помог мне. И заслуживаешь награду… — на этих словах глаза Рангпура прояснились и наполнились радостью. Блеснул быстрый росчерк. Голова мужчины с навеки застывшим счастливым выражением на лице покатилась к ногам Дармера. Тот отшатнулся. Из перерубленной шеи еще стоящего на коленях тела брызнула кровь. Но секунда-другая — и оно повалилось на пол. Между плитами пола потекли красные струи. — Думаю, быстрая смерть тебе в самый раз, — закончила Тормента, делая резкий взмах огромным мечом, что так неожиданно появился в ее руке, смахивая с него кровь. Девушка хранила полное спокойствие и равнодушие к произошедшему, словно это не она только что хладнокровно убила своего подчиненного. — Извини, но у меня уже есть один лизоблюд и подхалим, и второй мне не нужен.

Шар света мигнул и погас, скрывая во мраке бесстрастное лицо Торменты, обезглавленный труп и учеников Варнорта. Рангпур Каф, лживый градоначальник Глабера, был мертв.

Громкий лязг, раздавшийся совсем рядом, ударил по ушам и звоном отдался в голове. Опомнившись, Дармер с все еще звенящей головой зажег Огненный Шар. Увиденная картина заставила попятиться назад: сверху в двух ладонях от его макушки застыло огромное лезвие меча Торменты. Разрубить парня пополам ей помешал клинок Шеда, на который тот принял удар.

— Надо же, — в голосе девушки послышалось удивление. Она без особых усилий одной рукой удерживала меч длиной во весь ее немалый рост, в то время как рука Шеда с зажатым в ней оружием уже явственно дрожала под натиском Торменты. — Как ты смог заблокировать мою атаку? Я двигаюсь быстро и бесшумно. Ты бы не успел применить заклятие ночного зрения.

— Я это предвидел, — пропыхтел тот. Свободной рукой он достал второй меч из ножен и, замахнувшись, со всей силы ударил им по клинку девушки, отталкивая ее назад. — Я знал, что ты воспользуешься возможностью быстро убить одного из нас, когда потухнет свет. А сначала всегда избавляются от сильнейших.

Тормента неожиданно улыбнулась. Но ее улыбка выглядела приклеенной на холодном безжизненном лице.

— Ты сделал правильные выводы из совершенно неправильных рассуждений. Все наоборот. Первыми убивают слабейших, чтобы они не путались под ногами.

Дармер хмыкнул.

— Какую же надо иметь самоуверенность, чтобы говорить так о высокоуровневом маге, — пробормотал он.

Тормента посмотрела на него как на что-то мелкое и незначительное.

— Какую же надо иметь самоуверенность, чтобы говорить такие слова, тогда как сам, если б не вмешательство товарища, валялся бы уже на полу с рассеченным черепом, — в тон юноше ответила она.

Этого Дармер стерпеть уже не мог. Сосредоточившись, он создал около полусотни Огненных Стрел. Так много этих шариков он не делал даже во время памятного боя с Кси. Усилием воли Дармер отправил их все в наглую девицу. От такого количества призывов никто не увернется, даже Шед не смог бы этого сделать. Но Тормента смотрела на летящие в нее огни, ярко освещавшие весь коридор, с полным безразличием и скукой. Когда призывы были уже совсем рядом, она исчезла. Благодаря знакомству с Шедом Дармер знал, что это не исчезновение, а быстрое перемещение, и сейчас она появится в другом месте. Но Тормента так и не появилась. Стрелы летели дальше по коридору, разбиваясь о стены и рассеиваясь, а ее нигде не было видно.

«Как это возможно? Как она могла увернуться от стольких призывов сразу, да еще и буквально раствориться в воздухе. Она ведь сама говорила, что не владеет магией…», — думал Дармер, растерянно оглядывая коридор.

— Какой смысл в твоей силе, если я убью тебя раньше, чем ты успеешь ее применить? — вкрадчивый голос, прозвучавший позади, заставил Дармера похолодеть и застыть как вкопанный.

— Ложись! — заорал Шед.

Дармер еле успел пригнуться, как над головой свистнул рассекаемый воздух. А в следующее мгновение его товарищ промчался мимо и вновь с лязгом скрестил клинки с Торментой, тесня ее подальше от товарища.

Поднявшись на ноги, Дармер огляделся. Шед и девушка вновь отскочили и застыли друг напротив друга. Случайно или нет, но своими действиями Тормента перекрыла путь к выходу из подземелья, и сбежать им теперь не удастся. Сомнительно, правда, что у них такая возможность была раньше…

— Братишка, — заговорил Шед. — Больше не вмешивайся. Она права: ты не сумеешь ее ударить, просто не успеешь. К тому же ты можешь задеть и меня, когда мы начнем сражаться. Ты понял меня?

Дармер хотел возразить, но Шед был прав. Сейчас от мага Огня не было никакой пользы.

— Да, — нехотя согласился он. — «И почему я не выучил Саламандру? Который раз уже жалею об этом…».

Тормента, молча наблюдавшая за ними, склонила голову набок.

— Ты интересный. Я давно уже не сражалась с магами-мечниками., — сказала она Шедару. — Я хотела сперва убить твоего приятеля, а уже потом — тебя. Но какая разница? Займусь сначала тобой. Но просто убивать тебя я не буду. Время у нас еще есть… не могу отказать себе в удовольствии проверить, чему Линт смог научить тебя за два года.

Шед вздрогнул.

— Откуда ты знаешь? — пораженно спросил он.

Девушка не ответила. Она изучающее смотрела на него.

— Меня зовут Киара Тормента, — вдруг сказала она. — Мне кажется, ты хотел бы знать имя того, кто тебя убьет.

Глава 12. Лучший в мире мечник

С громким лязгом скрестились клинки противников. Шед, пользуясь тем, что у него два меча, попытался достать Торменту одним из них. Но та благодаря превосходящей тяжести своего оружия откинула парня от себя. Отлетая, Шед покрыл меч водой, и вот уже Секущая Плеть змеей неслась вперед, стремясь пронзить противника насквозь. Однако и эта попытка была пресечена коротким росчерком меча, отсекшим поток воды. Твердо встав на ноги, мечник атаковал вновь. Использовав оставшуюся на оружии воду, он создал из нее лезвия и запустил их в Киару. Но она просто пригнулась, пропуская водные клинки над собой. Этот раунд однозначно остался за ней.

Но Шед был не из тех, кто легко сдавался. Отдышавшись после столь резкого начала, он сформировал Пронзающее Лезвие вокруг обоих мечей и вновь ринулся в атаку. Шед уже успел оценить мощь, что скрывалась в хрупком с виду теле. Поняв, что в состязании грубой силы ему мало светит, он сделал ставку на скорость и магию. Шедар метался вокруг девушки с поистине невероятной быстротой, атакуя при любой возможности. Происходящее напоминало танец, в котором мгновенные росчерки Водных Лезвий, Плетей и просто взмахи искрящегося меча выглядели танцевальными движениями, красивыми, динамичными, завораживающими. Если бы они приносили хоть какой-то толк…

В отличие от Шеда, Киара Тормента не показывала ни скорости, ни изящества — более того, она практически не двигалась с места, а взмахи ее меча были вялыми и даже ленивыми. Но, не смотря на это, она всякий раз успевала рассечь, заблокировать или пропустить мимо себя любую направленную в нее атаку. Почему-то она только защищалась, не предпринимая ни одной попытки напасть в ответ.

— Ну, что я могу сказать, — вдруг заговорила она. — Прекрасно. Отличный результат за столь короткий срок. Линт — хороший учитель, — Шед даже прекратил атаки и замер, слушая ее. — Однажды ты бы стал превосходным воином,… если бы не повстречал меня. Но из-за происков судьбы твой путь мечника закончится здесь, едва начавшись. Уж не обессудь.

Шед взмахнул мечом. Пара Водных Лезвий сорвалась с него и устремилась в противника. На сей раз Киара даже не стала уклоняться. Она лишь подняла меч, поставив широкий клинок плашмя. Призывы расплескались об него, так и не достигнув цели.

— Верно, у тебя очень маленький объем энергии, раз ты смог овладеть великим искусством настолько хорошо… для мага, разумеется.

Шед в изумлении вытаращил на нее глаза. А Киара между тем продолжила рассуждать вслух.

— Удивительно, что для мага небольшой объем энергии может быть как проклятием, так и даром. Не имея возможности творить мощные заклинания, он получает доступ к другой, еще более великой, силе…

Шед напряженно вслушивался в ее слова, а Дармер понял, что суть разговора от него ускользает.

— Ты о чем вообще говоришь? — спросил он.

Тормента словно очнулась и полуобернулась к нему.

— Ты не знаешь? — удивленно спросила она. — Товарищ не рассказывал тебе? Или ты никогда не замечал, что твой друг имеет ненормальную для обычного мага скорость и силу?

Дармер так и подобрался, насторожившись. Киара приметила это.

— Замечал, значит, — констатировала она. — Но, похоже, твой товарищ так и не объяснил тебе, в чем дело. Что ж, слушай, — Тормента слабо улыбнулась. Она стояла вполоборота к Дармеру и Шеду, чтобы не пропустить момент, если последний вдруг решит напасть. Но мечник не торопился этого делать — он слушал Торменту с не меньшим вниманием, чем Дармер. — Обычными тренировками таких способностей никогда не добиться. Много мышц здесь вообще не нужно. Необходимо лишь знать, как изнутри разбудить спящую в тебе мощь, — закончила Киара голосом с намеком на таинственность. — Известно ли тебе, что в твоем теле два вида энергии: первую ты используешь для того, чтобы творить магию, а вторая носит название «жизненная сила»?

Дармер кивнул.

— Ею пользуются «друиды» для целительства и создания растений.

— Не совсем. Жизненную силу используют все, но большинство делает это несознательно. Любое движение, которые мы совершаем, происходит благодаря этой энергии. С ее помощью мы ходим, бегаем, говорим. Ты сокращаешь мышцы, чтобы двинуться, и тут вступает в дело жизненная сила. Часть ее, едва ты только подумаешь о том, чтобы сделать шаг, направляется к нужным мышцам и заставляет их сократиться. Все это совершается независимо от тебя. Ты даже не чувствуешь эту энергию, однако все, что происходит в твоем теле, зависит от нее. Но этой силой можно научиться управлять сознательно. Если ты умеешь контролировать жизненную энергию, то сможешь направлять ее в мышцы больше, чем нужно, и тем самым увеличивать свою силу. И сила эта будет напрямую зависеть от того, насколько большее количество энергии ты используешь. Вложишь в два раза больше — сила возрастет в два раза, в десять — значит, в десять.

— Такого не может быть, — возразил Дармер. — То, о чем ты говоришь, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Получается, что стоит обучиться контролю над этой энергией, и ты обретешь неограниченную силу? Да, я согласен, что возможности Шеда за чертой того, на что способен обычный маг, но не до такой же степени! — тут ему в голову пришла интересная мысль, и он принялся размышлять над ней одновременно с разговором.

— Обучиться контролю — не самое простое дело, уж поверь, — снисходительно заметила Киара. — И я бы не стала судить о возможностях воинов, освоивших это искусство, по твоему приятелю. Он владеет крошечной частью той силы, которую оно дает.

— Потому что он недавно овладел им? — спросил Дармер, обдумывая со всех сторон мысль, которая постепенно уже начала превращаться в план.

— Нет, — покачала головой Тормента. — Потому что он маг.

— А это здесь причем? — не понял Дармер. — «Она смогла уклониться ото всех Огненных Стрел, значит, бесполезно атаковать ее одиночными призывами, будь их сколь угодно много. Надо использовать один, но так, чтобы она уж точно не смогла его избежать».

— Притом, что магия мешает использованию жизненной силы. Для мага энергия, из которой он творит заклинания, основная. И она преграждает доступ к другой энергии. Это не значит, что маг не может овладеть контролем над ней, но результаты будут скромными в сравнении с теми, кто подчинил ее себе до конца.

— Неужели таковые существуют? — недоверчиво спросил парень, украдкой осматривая коридор. Не такой уж он и широкий. Его, Дармера, сил должно хватить с лихвой.

— Да, — невозмутимо подтвердила Киара. — Лишь одно существо в мире способно на это…

— Человек, — шепотом закончил за нее Шед.

Дармер перевел на него взгляд. Пока мечник стоял в том месте, воплотить план не удастся, потому что его тоже заденет. Но как предупредить Шеда, чтобы Тормента раньше времени не догадалась, что он задумал?

— Верно, — улыбнулась Киара. — Люди не владеют магией — у них ее просто нет. Ничто не ограничивает их на пути к полному освоению жизненной силы. Мы целиком и полностью способны раскрыть потенциал своего тела.

Дармер краем сознания зацепился за одно слово в ее речи…

— Так ты человек? — спросил он, даже позабыв о плане.

— Да, — просто ответила Киара.

Дармер и Шед уставились на нее так, будто впервые по-настоящему разглядели. Ни один из них не видел людей прежде. Да и редкий маг мог похвастаться, что встречал в своей жизни настоящего человека. Людская раса уже долгое время находилась вне закона. Большинство их представителей содержались в закрытых городах-тюрьмах. Лишь работавшие там маги могли видеть людей.

Столь жестокие меры были связаны с тем, что именно человеческая раса много сотен лет назад развязала ту изнурительную войну, что привела к ужасным последствиям. Истинная причина, побудившая людей сражаться против всего остального мира, давно позабылась. Но самой распространенной называют зависть, поскольку люди — единственные существа, напрочь лишенные магической энергии. Говорят, что они ненавидели тех, кто этим даром наделен, и захотели уничтожить их всех.

Дармер, когда читал книги о событиях прошлого, всегда задавался вопросом: как люди могли противостоять магии, да еще и столь долгое время? Война длилась больше столетия и потому впоследствии была названа Вековой. Почему магические существа не могли так долго одолеть людей, не обладавших особыми силами? Но если то, о чем говорила Тормента — правда… Если люди, которым ничто не мешало овладеть жизненной силой, использовали ее как оружие против магии… это все объясняло.

Киаре, по-видимому, надоело смотреть на застывших в ступоре друзей, и она обратилась к Шеду:

— Ты уже понял, маг? Тебе не выиграть эту битву, как бы ты ни старался. Магу никогда не сравниться с человеком во владении великим искусством. Это, плюс мое многократное преимущество в опыте не оставляет тебе никаких шансов, мальчишка.

От такого обращения Шед аж воздухом поперхнулся.

— Мальчишка?! Да ты сама ненамного старше нас!

Тормента со снисхождением глянула на него.

— Неважно, как много мне лет на самом деле. Вам двоим и не снилось, сколько испытаний я пережила за свою, пусть и короткую, жизнь, — отчеканила она. — Поэтому в сравнении со мной вы всего лишь малые детишки.

В следующую секунду она завела меч за спину, принимая на него удар Шеда. Тот переместился туда так быстро, что Дармер даже растерялся, на мгновение потеряв его из виду. А вот Тормента, похоже, прекрасно видела все движения мечника.

— А как ты видишь мои атаки? — Шеда тоже интересовал этот вопрос.

— Я прошла слишком много битв, чтобы полагаться только на зрение, — ответила Киара.

«Это она на слух намекает? — подумал Дармер. — Какой же острый он у нее должен быть, если она определяет направление атаки по звуку?»

Тут Тормента быстро развернулась лицом к Шеду, отбила его мечи и пинком отшвырнула от себя. Мечник мешком рухнул на пол под ноги Дармеру. Сама того не ведая, Киара сильно подсобила магу, оттолкнув к нему Шеда. Теперь Дармеру не придется беспокоиться, что его товарищ может пострадать.

— Не стоит недооценивать магов, — сказал Дармер, усмехаясь и скапливая энергию. — Какой бы сильной ты ни была, запомни — в этом мире правит магия! — плотный огненный поток заполонил собой весь коридор.

Раз она настолько быстрая, что с легкостью уворачивается ото всех одиночных атак, то надо просто использовать призыв, который не оставил бы Торменте лазеек.

«Теперь-то уж ей точно некуда бежать!» — торжествующе ухмыльнулся Дармер.

Огненный Шар, который все это время был единственным источником света в тоннеле, погас. Из-за выплеснутого в пространство огромного количества энергии Дармер утратил контроль над своей магией. Но в Шаре теперь не было необходимости: Огненный Снаряд полыхал так, что в подземелье было светло, как днем.

Дармер перевел взгляд на товарища — тот так и не встал. Зачарованный, мечник глядел на огонь.

— Как думаешь, Шед, это сработает? — спросил Дармер.

Будто очнувшись, парень потряс головой.

— Должно, — произнес Шед, поднимаясь на ноги. — Раз она не владеет магией, значит, защититься ей нечем…

Не успел он договорить, как резкий свист пронзил воздух. Беснующийся огонь разметался во все стороны. Дармеру бояться было нечего — ведь это огонь, сотворенный из его энергии, и вреда он ему нанести не может. А вот Шеду пришлось быстро закрыться Стеной Воды.

Небольшие островки пламени догорали на каменных стенах. В их свете мерцала высокая фигура Торменты. Никакого ущерба от огня на ней заметно не было.

— Неплохая попытка, — сказала она. — Возможно, это и сработало бы против кого-нибудь другого, но не меня.

Огонь постепенно угасал, и в подземелье становилось все темнее. Но от Киары продолжал исходить призрачный тусклый свет. Особенно ярко светился ее огромный меч. Шед вздрогнул и смотрел на Торменту во все глаза.

Пламя окончательно погасло. Коридор погрузился во тьму. Киара тоже перестала мерцать, и Дармер решил, что ему это померещилось. Зажечь Огненный Шар снова он был неспособен — отдача от предыдущего призыва еще не прошла. Поэтому, чтобы их не перерезали в темноте, пришлось перейти на нейтральную магию и применить заклинание ночного зрения. Пользоваться им Дармер не любил, предпочитая освещать себе дорогу огнем, потому что через это заклинание видны были лишь неясные силуэты. Но в данной ситуации выбирать не приходилось.

Применив магию, Дармер увидел, что Шед поступает также. Киара продолжала стоять на том же самом месте.

— Ну что, — раздался ее голос, и она подняла тяжелый меч, — продолжим?

Как и в прошлый раз Шед бросился в атаку. На Киару посыпались водные призывы, и они вновь закружились вдвоем в смертельном танце. Но у Дармера было стойкое ощущение, что что-то не так. Он некоторое время наблюдал за сражением, пытаясь понять, в чем дело. Вроде, все, как в тот раз: Шед наносил удары с разных сторон, пытаясь достать противницу, а Киара легко отражала их. Но чего-то как будто не хватало. И вдруг Дармер понял. Не было того азарта, запала, как в прошлой битве. И дело вовсе не в том, что теперь были видны лишь очертания бойцов. В четких, уверенных движениях Шеда не чувствовалось прошлого напора, они стали шаблонными, повторяющимися, прямолинейными. Из него будто выдернули стержень, и теперь он сражался… предсказуемо. Даже не искушенный в боях на мечах Дармер заметил, что движения Шедара повторяются раз за разом.

Разумеется, и Киара не могла этого не заметить.

— В чем дело? Твои атаки стали вялыми. Что случилось? После нападения твоего друга ты будто потерял интерес к бою. Неужели…? — ее голос стал вкрадчивым. — Ты понял, что я тогда сделала?

Шед тяжело дышал, переводя дыхание. Он уже сильно вымотался. Но Киара не спешила нападать — она ждала ответа на свой вопрос.

— Линт… — произнес на выдохе мечник, — рассказывал о мастерах древности, которые могли использовать жизненную силу не только для усиления собственного тела, но и как оружие против магии. Он говорил, что эта энергия сильнее магической, и потому с ее помощью можно разрушать заклинания. Но для этого нужно уметь управлять жизненной силой за пределами собственного тела. А подобные действия считались высшим мастерством! Лишь единицы были способны на это. Почему? — вопросил Шед с большим недоумением. — Почему Линт никогда не рассказывал о тебе? Я не ошибаюсь, ты ведь сильнейший в мире мечник? Но мастер ни разу даже не упомянул о том, что существует тот, кто владеет высшим умением!

— Ты прав, — откликнулась Киара, и в ее голосе чувствовалась улыбка, — я могу обволакивать свой меч жизненной силой и уничтожать любые направленные на меня магические атаки. Не будь у меня этой способности, ты с твоим товарищем даже, возможно, смогли бы меня убить. Но не спеши обвинять своего учителя в утаивании информации. Не думаю, что он знает об этом моем приеме. Ведь мы с ним так давно не виделись…

— Вы знакомы? — изумился Шед.

Тормента еле слышно хмыкнула.

— Как-то в прошлом он бросил мне вызов. В те времена я, в отличие от него, не владела контролем жизненной силы и была гораздо слабее, чем он. Но Линт оказался чересчур самонадеян и проиграл мне. Впоследствии он поумнел, но к тому времени я уже овладела техникой контроля, и взять реванш ему так и не удалось. С тех пор он ненавидит меня и лелеет мечту одолеть. Но ему это, конечно, не удастся — по силе он уже давно остался позади меня. Особенно после того, как я освоила высшее искусство… Это будет неприятным сюрпризом для него.

Шед молчал. Должно быть, переваривал сказанное Торментой.

— Но сейчас речь не о нем — с Линтом наши дорожки еще пересекутся — а о тебе. Итак, ты, наконец, понял, что в этом бою тебе ничего не светит? И сейчас тянешь время? Напрасно, — девушка покачала головой. — Никто не придет к вам на помощь. Ты лишь оттягиваешь неизбежное. Пора заканчивать, — ее меч угрожающе лязгнул. — Поскольку ты потерял волю к победе, да и вряд ли продемонстрируешь что-то еще, эта битва становится скучной. Я увидела достаточно. Позволь теперь и мне тебе кое-что показать…

Шед тут же поднял мечи, готовясь к атаке,… но Киара уже исчезла. На долгое мгновение казалось, что Дармер и Шед остались одни в длинном коридоре. Но стук каблуков зазвучал вновь. Сделав пару шагов, Киара остановилась. Теперь она стояла перед Дармером за спиной мечника. Хотя Шедар тоже умел быстро двигаться, что казалось, будто он растворялся в воздухе, Тормента намного превосходила его в скорости. Она просто исчезла в одном месте и появилась в другом, переместившись за мгновение на пару десятков шагов. Но быстрота противника не сбила Шеда с толку — он обернулся и, увидев, что девушка смотрит на Дармера, крикнул:

— Я же сказал тебе не трогать его! Твой противник — я!

— А ты уже проиграл, маг-мечник, — ответила Киара, даже не взглянув на него.

Шед не сразу понял, о чем она говорит. Но Дармер со сковывающим душу страхом увидел, что с меча Торменты стекает что-то темное…

Звон металла о камень громом молнии прозвучал в повисшей тишине. Мечи Шеда лежали на полу, но их рукояти все еще были сжаты в широких грубых ладонях…

Словно во сне Дармер поднял руку, и в ней зажегся Огненный Шар, возвращая привычные краски в окружающий мир. Парень увидел, как Шед с застывшем в глазах неверием смотрел на свои руки. Он словно надеялся, что все это шутки разума: сейчас наваждение развеется, и он увидит кисти в целости и невредимости… Но видел лишь два обрубка.

Мечник молча таращился на то, что стало с его руками… а потом как подкошенный рухнул лицом вниз. С ужасом Дармер увидел глубокий косой разрез через всю спину. Доспехи были расколоты, кровь медленно окрашивала синюю форму в красный цвет.

Юноша перевел взгляд на Торменту. Та даже не обернулась посмотреть, что сталось с ее противником. Она была больше озабочена тем, чтобы стряхнуть кровь с лезвия. Страх отступил перед охватившим разум гневом. Дармера трясло от ярости, когда он думал, как эта… особа обращается со своими противниками. Убийство Рангпура его шокировало своей жестокостью, но не вызвало протеста — этот предатель ничего другого не заслуживал. Но Шед, хоть и не был для нее угрозой, сражался как настоящий воин, выложился на полную и показал все, на что способен… А она лишь игралась с ним. Теперь же, когда он стал ей неинтересен, ранила и оставила умирать, позабыв о его существовании.

Она поплатится за это. Она поплатится за то, что сделала с его товарищем! На сей раз причин сдерживать гнев не было…

Огненные Залпы, Стрелы, Шары — маг использовал все, что умел. Он не думал, когда творил призывы. Его руки беспрестанно полыхали огнем. Он не знал, сколько прошло времени. Лишь одно желание управляло им в тот момент — испепелить эту гадину, чтобы даже праха от нее не осталось!

— Не переусердствуй. Ты ведь так сожжешь своего друга еще до того, как он истечет кровью, — раздался до невозможности безразличный голос Торменты.

Дармера словно окатило холодной водой. Он совсем забыл, что Шед находится прямо за ней.

Но, когда дым рассеялся, юноша с облегчением увидел, что мечник не пострадал. Он лежал на полу, и благодаря этому все призывы, которые не уничтожала Киара, проносились над ним. Сама Тормента стояла в том же положении, что и до атаки, даже не сдвинувшись с места. Ее лицо больше не было застывшей маской. По нему хорошо читалось, о чем она думала в тот момент: «Скука». Огненный фейерверк совершенно не впечатлил ее.

— Неужели ты не понял, что все бесполезно? — произнесла она. — Даже у твоего товарища было больше шансов, чем у тебя.

Гнев схлынул так же резко, как и накатился. Вместо него пришла обреченность.

«Все кончено. Простите, Салли, Кси, Мартес, я не приду на помощь. Вам придется самим разбираться с тем монстром. Я верю, что вы справитесь. Прости, Шед, что я оказался таким бесполезным».

— Просто не двигайся, — сказала Тормента. — Обещаю, ты умрешь быстро.

— С-стой… — прозвучал позади нее слабый голос. Дармер посмотрел туда, и его сердце сжалось от боли. Еле живой Шед медленно полз вперед, перебирая обрубками по полу. Ноги его не шевелились. — Не трогай его… Убей лучше меня… и не тронь его. Ты же сама говорила, что никто не уйдет с острова живым. Так какая разница…?

Дармер не мог поверить — даже в таком состоянии Шед пытался спасти ему жизнь! Это настолько его потрясло, что он не мог вымолвить ни слова или сдвинуться с места. Но Киара подобными терзаниями не мучилась — она развернулась и подошла вплотную к Шеду. Тот остановился и пытался задрать голову, чтобы взглянуть ей в глаза.

— Твоя сила воли поражает, маг, — произнесла Тормента, смотря в залитое кровью лицо мечника. — Пытаться защищать другого, когда сам вот-вот отправишься к праотцам… Хорошо. Я убью сначала тебя. Думаю, что смерть от меча лучшего в мире мечника станет для тебя достойным концом, — и она занесла лезвие над головой Шеда.

Это заставило Дармера отмереть и прийти в себя.

— Не смей! — закричал он изо все сил, но Киара даже не повернула голову в его сторону. Она взялась за рукоять меча обеими руками, приготовившись нанести последний удар.

В черной глубине коридора что-то вспыхнуло, полыхнуло, освещая стены ярким пламенем.

— Я же сказала, сопротивление бесполез… — Киара осеклась, осознав, что огонь разгорается с совсем другой стороны коридора, где никого не должно было быть.

А в следующее мгновение ее смело спиральным потоком пламени. Дармер едва успел отпрянуть в сторону, когда огненная змея пронеслась мимо, унося Торменту вглубь подземного хода.

Дармер обернулся. Из темноты в свет Огненного Шара вышел маг в длинной мантии и короткими светлыми волосами. На знакомом лице застыло непривычно-хмурое выражение.

— Арктур…?

* * *

Оказавшись в квартире, Адель тут же бросилась к своим вещам. Конверт, подписанный ее именем, нашелся быстро. Он был давно вскрыт, а его содержимое изучено и прочитано. Поэтому девушка сразу откинула в сторону находившийся внутри лист бумаги, который первым попался ей под руку. Бумажка плавно спланировала на пол, и стало видно, что на ней написано:

Адель!

Должно быть, ты удивлена, получив это письмо, но мне стало известно, что ты и Дармер отправляетесь проходить практику со своими командами в одном городе. По некоторым причинам мне небезразлична его судьба и, хотя я уверен, что все у вас будет хорошо, тем не менее, решил подстраховаться. Но Дармер не примет моей помощи, поэтому я даю тебе телепорт, с помощью которого ты можешь вызвать меня в любое время, случись нечто серьезное с тобой, Дармером или любым другим членом ваших команд. Не думаю, что такой случай настанет, но если что, знай — я всегда готов прийти вам на помощь.

Арктур Триостражник.

Адель, рассудив, что такой случай настал, решила воспользоваться даром учителя. Из конверта ей на ладонь выпало маленькое зеркальце. Девушка несильно сжала его в кулак, напитывая энергией. Зеркальце тут же отозвалось легкой дрожью и потеплело. Адель положила его на пол. Воздух над ним дрогнул, зарябил, точно в жаркий летний день, и пробежал волнами. Сила артефакта все больше корежила пространство вокруг себя. Меж искривленных линий комнаты внезапно появилось нечто красное, чужеродное, чего раньше здесь не было. Оно быстро росло, вылезая из складки пространства. Когда оно показалось полностью, все линии вновь встали на свои места, а перед девушкой предстал Глава Замка Огня в неизменной бордовой мантии.

— Здравствуй, Адель, — сказал он, поднимая с пола телепорт, который снова ничем не отличался от обычного зеркала. — Я, разумеется, сам дал тебе средство связи, но не думал, что ты им воспользуешься. Неужто у вас и впрямь возникли проблемы?

— Не проблемы, — отрезала девушка, — а катастрофа! И не только у нас, но и у всего города!

Арктур, не перебивая, внимательно слушал рассказ Адель. По мере выяснения деталей его лицо становилось все мрачнее. Первым его вопросом после того, как девушка закончила говорить, был:

— Где Дармер?

— Он вместе со своим однокомандником убежал ловить сбежавшего градоначальника, — сказала Адель.

— Который наверняка умчался в логово своего хозяина докладывать о случившимся, — угрюмо продолжил маг. — Где его команда?

— На улице остались, — коротко доложила девушка.

— Веди меня к ним, — не терпящим возражения голосом приказал Глава Замка Огня.

На улице перед домом, где Адель оставила свою и одиннадцатую команды, их уже заждались. Не успела рыжеволосая объяснить, кого она привела, как Арктур уже начал отдавать распоряжения:

— Команда, в которой состоит Дармер, идет за мной. Остальные остаются здесь и дожидаются нашего возвращения. Все понятно? Адель, проследи, чтобы маги Воздуха из твоей команды поддерживали барьер вокруг обезумевшего, пока воздушница из команды Дармера будет отсутствовать.

— Конечно, учитель, — заверила его Адель.

— Пошли, — бросил он товарищам Дармера.

Сальвадора, Мартес и даже Ксилота безропотно подчинились, не задавая лишних вопросов — Арктур мог быть властным, когда хотел. Он велел им вести его в сторону, в которую предположительно ушли их товарищи. Мартес, который в точности знал, куда побежал градоначальник, возглавлял процессию. Но когда они вышли за пределы Глабера и отошли на достаточное расстояние, Арктур остановил их и велел отвернуться.

— Вы этого не видели, — буркнул он.

Одиннадцатая команда повиновалась, но любопытная Сальвадора сумела подсмотреть, как маг, используя вместо пера собственное кольцо с кристаллом, начертал в воздухе схему. Нарисованные линии повисали золотыми нитями. Когда рисунок был закончен, Арктур сунул руку за пазуху и достал оттуда небольшую колбу с налитой в ней алой жидкостью. Открутив пробку, мужчина капнул ею в середину схемы. Вместо того чтобы упасть, капля зависла в воздухе, а золотые нити вспыхнули красным и исчезли.

— Можете поворачиваться, — бросил маг. — Теперь идем за мной, — и он уверенно направился в лесную чащу.

В только что свершившимся ритуале Сальвадора узнала одно из сложнейших поисковых заклинаний, описание которого она вычитала в книге. Заклятие создавалось на крови объекта поиска, и потому давало самые точные результаты. Салли логично предположила, что в этом ритуале использовалась кровь Дармера, с которым этот маг был как-то связан. Оставался вопрос, откуда у Арктура кровь их товарища и зачем он таскает ее с собой.

Но поразмыслить на эту тему девушке не удалось. Лес расступился, и они оказались на поляне перед Замком.

— Это же наш сарай, — констатировала Ксилота.

Арктур перевел на нее взгляд.

— В смысле? Вы что, здесь живете? — поднял он бровь.

— Ну да, — невозмутимо ответила та.

— В лесу…? Кхм, ладно, сейчас не об этом, — оборвал себя мужчина и вошел через распахнутые створки двери внутрь.

— А зачем вы туда пошли…? — удивленно спросила Салли. — Вряд ли Дармер и Шед сейчас там, когда знают, что мы их ждем!

Но Арктур, не слушая никого, быстрым шагом прошел через весь холл и вошел в дверь в противоположной стороне, которая, как помнила Сальвадора, была наглухо заперта, когда они отправлялись гулять. Троица магов прошла вслед за ним в комнату, и обнаружила Арктура, стоящим у дальней стены. Он в задумчивости разглядывал ее.

— Хм… Объясните, что мы здесь делаем? — привлекла его внимание Ксилота.

— Они совсем рядом, — негромко отозвался мужчина, — и, судя по всему, находятся где-то под землей.

— Шед и Дармер под землей? — удивленно переспросила Ксилота.

— По крайней мере, Дармер — точно, — подтвердил Арктур. — И спустился он туда именно здесь! — с уверенностью сказал он. — Похоже, тут какой-то тайный ход, но как он открывается, я не знаю. Эх, и времени нет… Значит так, отойдите-ка подальше!

Стены здания сотряс оглушительный грохот.

* * *

— Арктур? — удивлению Дармера не было предела. — «Что он здесь делает и как сюда попал?» — недоуменно подумал он.

Учитель в одно мгновение оказался рядом и осмотрел его, чуть ли не с головы до пят. Убедившись, что с учеником все в порядке, он с облегчением выдохнул.

— Слава богам, ты не пострадал.

— Как вы здесь…? — начал, было, Дармер задавать вопросы, но не успел договорить.

Жуткий крик, полный ужаса и боли, пронесся по всему подземелью и заставил его содрогнуться. Повернув голову, он увидел Кси, склонившуюся над еле живым Шедом. Это у нее вырвался тот страшный крик, но до сего момента Дармер и предположить не мог, что Кси на него способна. Салли и Мартес тоже были здесь и, хотя вели себя спокойней, их лица исказились страхом, когда они смотрели на то, что сталось с их товарищем. К счастью, Мартес не ударился в панику и первым взял себя в руки, вспомнив о своих обязанностях. Он бросился на помощь, оттолкнув от Шеда Кси, которая склонилась над другом, не давая «друиду» подобраться к раненному. Но девушка словно впала в неистовое помешательство: она снова бросилась к Шеду. Тут вмешалась Салли и попыталась оттащить ее от мечника. Но силы были неравны — Кси рвалась так неистово, что Дармеру пришлось прийти светловолосой на помощь. Вдвоем они сумели утихомирить девушку. Она больше не вырывалась и в оцепенении смотрела, как Мартес колдует над изувеченным телом Шеда. По ее щекам беззвучно катились слезы.

— Что случилось, Дармер? — тихо спросила Салли, обнимая плачущую Кси. — Где Рангпур?

Тот молча кивнул вглубь коридора. Там все еще лежало обезглавленное тело градоначальника. Прошедшая битва не задела его, и теперь оно, уже остывшее, лежало в большой луже крови. Посмотрев туда, куда указывал Дармер, Салли содрогнулась и отвела взгляд.

— Кто с ним так? — поинтересовалась девушка.

— Его «госпожа», ради которой Рангпур совершал все преступления. Он рассчитывал, что за хорошую службу она заберет его с собой. Но Киара решила, что предатель ей не нужен и прикончила…

— Как ты сказал? — перебил парня Арктур. — Киара? Ты имеешь в виду Киару Торменту?

— Да. Вы ее знаете? — спросил Дармер.

Маг не ответил, лишь ругнулся себе под нос, из чего ученик сделал вывод: да, знает, и довольно хорошо. Но тут его точно обухом по голове огрели: «Демон, совсем забыл!»

— Слушайте все! У нас мало времени, — торопливо начал Дармер. — Если мы не поспешим, то Глабер и все, кто там находится, будут уничтожены!

В быстром темпе он пересказал все, что узнал от Киары о скором превращении Пеларгона в чудовище. Слушали его очень внимательно. Кси даже вышла из ступора. К концу рассказа присутствующие были близки к панике.

— Час от часу не легче, — пробормотал Арктур. — Тогда, ребята, забирайте этого парня, — указал он на Шеда, — выбирайтесь наверх и спешите на помощь другой команде.

— А вы? — с недоумением спросил Дармер.

— А я… Мне придется задержаться здесь, — проговорил маг, напряженно вглядываясь в темноту тоннеля.

— О чем вы…? — Дармер оборвал себя, заслышав до боли знакомый неспешный стук каблуков. И юноша уже знал, чье появление он предвещает.

Вскоре Киара снова показалась в свете огня. Ее одежда была подпалена в нескольких местах, но сама она оказалась невредима. Тормента сумела защититься даже от атаки Главы Замка Огня.

— Здравствуй, Арктур, — сказала она, глядя на мага. — Вот уж не думала встретить кого-то твоего уровня в таком городишке, как Глабер.

Мужчина ощутимо напрягся, не сводя глаз с Торменты.

— Уходите, — бросил он, не оборачиваясь. — Уходите и попытайтесь спасти город и жителей!

Киара скептически посмотрела на него.

— Не самое разумное решение, — покачала головой она. — Тебе бы следовало самому заняться спасением Глабера и сообщить обо всем случившимся в Варнорт. Тогда от твоего появления здесь был бы толк.

Арктур усмехнулся.

— Как будто ты позволила бы мне это сделать!

— Ну… — задумчиво протянула Киара. — Если бы ты с самого начала правильно расставил приоритеты и оставил детишек здесь, чтобы задержать меня, а сам на всех парах помчался в Глабер… Тогда бы я, наверное, не успела тебя остановить.

Лицо Арктура потемнело от гнева.

— И бросить учеников на погибель? Ты это предлагаешь? Я не настолько жесток и бессердечен, как ты!

— Может и так, но ты сумел бы спасти хоть кого-нибудь. А так умрут все. Твои детишки не смогут усмирить монстра. Уж я знаю об этом лучше, чем кто бы то ни было. Ты хочешь спасти учеников, задержав меня, но лишь отсрочиваешь их неминуемую кончину.

— Я остаюсь не для того, чтобы задержать тебя, — отрезал Арктур, — а чтобы убить! И я готов пожертвовать ради этого своей жизнью, потому что такие, как ты, одним своим существованием несут другим смерть и страдания!

К полной неожиданности Дармера Киара запрокинула голову и расхохоталась.

— Убить меня? — сказала она сквозь смех. — Глупец, ты и вправду думаешь, что сможешь убить меня? Даже твой хозяин не смог убить меня, а ты и подавно не сможешь!

— Не заблуждайся, — холодно ответил Арктур. — Он лишь пожалел тебя. А если б он всерьез захотел убить тебя, ты была бы уже давно мертва!

Смех оборвался. Прищурившись, Киара посмотрела на мага не предвещающим ничего хорошего взглядом.

— Ну, это мы еще посмотрим — кто из нас сильнее, — тихо сказала она.

Арктур, заметив изменившееся настроение собеседницы, приготовился к бою.

— Уходите, — повторил он замершим ученикам. — Сейчас же! Извините, что не смогу вам помочь, но я должен убить эту женщину, — не отводил он глаз от Киары. — Не знаю, насколько будет опасен пробудившийся монстр, но она во сто крат опаснее. Я должен приложить все силы, чтобы избавить мир от нее. И вы здесь будете только мешать. Уходите немедленно!

Больше ему повторять не пришлось. Салли магией подняла в воздух Шеда и, стараясь его не тревожить, унеслась вперед. Мартес забрал отрубленные руки, а Дармер вместе с немного пришедшей в себя Кси — мечи. Не оглядываясь, они побежали к выходу из подземелья. Им не пришлось задерживаться у замаскированных дверей, чтобы выбраться наружу. Арктур, словно предвидя их скорое отступление, заклинил механизм в проходе-стене, ведущей на лестницу, чтобы она не могла закрыться. А выход наверху вообще был разворочен до основания. Кажется, учитель, не желая тратить время на поиск способа открыть тайный ход, попросту взорвал всю стену.

В холле Шед был уложен на подстилку из веток, созданных Мартесом, и «друид» тут же продолжил лечение. Его руки слабо мерцали зеленовато-желтым светом при передаче энергии раненному.

— Как он? — с беспокойством спросила Кси.

— Много крови потерял, — откликнулся Мартес, ни на миг не прерывая лечения. — К счастью, мы успели вовремя, и я уже остановил кровотечение. Раны его не смертельны, поэтому… думаю, его жизни ничто не угрожает, — Ксилота выдохнула с огромным облегчением. — Но…

— Что? — расслабившаяся, было, девушка снова напряглась.

Мартес виновато посмотрел на нее.

— Прости, я еще мало умею как лекарь. Сделать так, чтобы он не умер — единственное, что сейчас в моих силах…

— Ты не можешь прирастить ему руки? — догадался Дармер. — Не переживай. Я слышал, что «друиды» в госпитале Варнорта способны почти на все. Они отрастят ему новые руки, если не приживутся эти.

Мартес печально покачал головой.

— Дело не в руках, Дармер. У Шедара разрублен позвоночник. Если руки можно вырастить заново, то он гораздо сложнее устроен… И лекари не всесильны… в общем…

— Так, кончай мямлить, Мартес! — прикрикнул Дармер. — Говори прямо, что будет с Шедом?

«Друид» поднял голову, в его взгляде проступила неожиданная твердость.

— Если Шедара срочно не доставить в госпиталь Варнорта, он никогда не сможет ходить! — безжалостный приговор зазвенел в ушах, не желая быть осмыслен.

Внезапно всех прошиб озноб. Казалось, что температура воздуха в помещении резко упала на несколько градусов. Сначала Дармер подумал, что его состояние связано с волнением за судьбу товарища. Но чем больше времени проходило, тем сильнее он осознавал — оно было навязано извне. Паучьи лапы страха цепляли и обволакивали, не давая вздохнуть. Его товарищи тоже это ощущали: Салли мелко дрожала, обхватив себя руками, Мартес с безумным выражением в глазах уставился в одну точку, Кси пошатывалась.

— Что… это? — выдавила она из себя.

На трясущихся ногах Дармер добрался до двери и выглянул наружу. Над деревьями в темнеющем небе разгоралось огненное марево в той стороне, где был Глабер. Мага посетило злосчастное чувство, что где-то он уже это видел. И Дармер знал, что произошло.

— Началось.

Глава 13. Монстр

Оцепенение и страх, вызванные, как они догадались, усилением демонической сущности, прошли так же внезапно, как и нахлынули. Ребята стали решать, как действовать дальше. Нужно было срочно бежать на помощь двадцать четвертой команде и совместными силами усмирять появившееся чудовище. Шед, конечно, никуда не шел, да и Мартеса после недолгого спора было решено оставить, чтобы тот продолжал лечение мечника и ждал Арктура.

До города Дармер, Салли и Кси неслись со всех ног. Еще на полпути они услышали крики и увидели бегущих прочь горожан. Дармера это даже обрадовало — не придется беспокоиться еще и об их спасении. Не останавливаясь и расталкивая толпу, они бежали в противоположном направлении, в сторону полыхавшей городской площади, где оставалась двадцать четвертая команда, когда их покинул Арктур с товарищами Дармера.

Едва они выбежали на площадь, как их взгляды тут же оказались прикованы к существу, которое возвышалось над домами. Не знай они наверняка, кто это, то никогда бы не поверили, что это и вправду Пеларгон. Громадный каменный голем высотой со здание в несколько этажей — вот, в кого он превратился. Верхняя часть туловища была намного больше по сравнению с нижней. Круглая голова казалась крошечной на широком и коренастом каменном торсе. Чудовище опиралось на гигантские руки и выглядело сгорбленным. Но сейчас монстр держался только на одной руке — в другой он сжимал что-то синее. Присмотревшись, Дармер узнал форму Варнорта и длинные темные волосы…

Девушка отчаянно закричала. Но в следующую секунду ее крик оборвался, а каменный кулак обагрился кровью. Голем разжал руку, и мало напоминавшая мага окровавленная тряпка упала на землю. Только теперь ребята увидели, что площадь завалена трупами, разорванными и изуродованными до неузнаваемости. Не только горожане пали жертвами обезумевшего чудовища — среди мертвецов виднелась знакомая белая форма. Второй маг Воздуха из двадцать четвертой команды, светловолосый, был еще жив и со всей доступной ему силой атаковал голема. Одиннадцатые ринулись ему на помощь, но опоздали — прямо на их глазах монстр одним ударом разорвал несчастного парня пополам.

— Не-е-ет! — прорезал пространство душераздирающий вой.

Оглянувшись, они увидели Адель, живую и почти невредимую. Она лежала пластом на земле. Сил у нее хватало лишь на то, чтобы чуть приподняться на руках и смотреть, как один ее сокомандник по очереди убивает других. Ее красивое лицо было искажено болью и ужасом. В глазах застыло неверие — она не могла осознать, что это правда, что это случилось на самом деле. Что вся ее команда мертва. И Пеларгон в их числе, потому как существо, которое стояло в центре площади, не могло быть им и уж тем более не могло стать «друидом» обратно.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что произошло. Как и в прошлый раз, Адель решила принять удар на и себя и разобраться с вырвавшимся чудовищем. Вот только ей не удалось справиться с Пеларгоном в его обычном состоянии, что уж говорить о «друиде»-демоне. Она закономерно проиграла. Монстр отшвырнул ее от себя, а добить помешали остальные члены команды, вступив с ним в бой. Но у них шансов было еще меньше, чем у Адель. Спасти же их самих оказалось некому — одиннадцатая команда пришла на помощь слишком поздно.

Трудно представить, что сейчас чувствовала Адель. Дармеру было невыносимо больно от одной только мысли, что он может потерять Шеда, а у девушки вся команда погибла на ее собственных глазах…

— Она нам не помощник, — вдруг произнесла Кси. Дармер повернулся к ней с немым вопросом в глазах. — Я говорю, что драться придется нам троим. Рыжая почти не пострадала, но вряд ли она сможет сражаться в таком состоянии.

Дармер хотел возмутиться таким черствым отношением к чужому горю, но сейчас было не время поддаваться эмоциям. Каменный голем уже обратил на них внимание. Дармер совсем забыл, как Кси полчаса назад рыдала над раненным Шедом, и не заметил, что слова, сказанные ей, были произнесены без обычной насмешки.

Голем пока не предпринимал никаких действий, присматриваясь к новым противникам, так же, как и они к нему. Судя по тому, как быстро он расправился с двадцать четвертой командой, Киара Тормента ничуть не преувеличивала, говоря, что чудовище способно сравнять Глабер с землей. Они должны победить, во что бы то ни стало. На кону стояли не только жизни горожан, но и их собственные.

— Действовать надо сообща, — промолвила Салли. — Если будем сражаться поодиночке, то он перебьет нас так же, как другую команду.

Дармер и Кси согласились с ней.

— Тогда нам нужен план, — произнесла Кси. — Я предлагаю вот что…

Но она не договорила. Горячая волна, от которой вдоль позвоночника пробежал холодок, оборвала ее на полуслове. Не сговариваясь, они обернулись назад, уже догадываясь, что там увидят. Перед глазами Дармера предстал его худший кошмар.

Адель больше не лежала на земле. Она нашла в себе силы сесть на колени и теперь, вцепившись руками в землю, полыхала факелом. Ее волосы пламенели, развиваясь, и на сей раз это была не метафора. Горело и тело девушки: пока что пламя охватило только спину, но огонь уже перебирался на руки, шею и лицо. Глаза Адель были пусты и безжизненны, бессмысленный взгляд устремлен вдаль — стихия быстро поглощала ее разум.

Это и был главный страх Дармера с детства. Он затмевал собой даже страх перед войной. Потерять контроль над своим Огнем, поддавшись сильным эмоциям, и взорваться — он боялся этого больше всего на свете. Чудовище, что сидело у него внутри, только и ждало момента, когда хозяин ослабит контроль, чтобы самому захватить управление телом и вырваться на свободу. И если это не остановить, то случится взрыв, что распространится на мили вокруг.

Вот, что сейчас происходило с Адель, которая не сумела справиться с эмоциями после страшной смерти товарищей. Нужно было срочно ее остановить. Взрыв, конечно, уничтожит голема, но какой в этом смысл, если он не хуже самого монстра сотрет с лица земли все живое на острове.

Все эти мысли промелькнули в голове за миг, и Дармер бросился к Адель, которая полыхала все сильней. Пламя пожирало ее с невероятной быстротой. Но тут она заметила юношу… Припав к земле, тот еле увернулся от метнувшегося в него потока пламени.

«Дело дрянь, если она уже стала нападать на всех вокруг, значит, до взрыва — считанные секунды!»

Приподнявшись, Дармер увидел Адель, стоявшую над ним. Огонь уже полностью охватил ее тело, но не это повергло юношу в ужас — обе руки девушки были направлены прямо на него. Вот-вот с них сорвется пламя и испепелит его. Увернуться Дармер уже не успевал. Но хуже всего то, что он никак не мог предотвратить взрыв. Остров обречен.

Внезапно Адель смыло с ног потоком воды и унесло в сторону. Дармер еле удержался от того, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Как он мог забыть, что здесь рядом Кси?

Та стояла чуть поодаль и выглядела донельзя раздраженной.

— Давно мечтала это сделать, — сообщила она, подходя ближе, — но теперь радости почему-то не чувствую. Вот умеешь же ты все испортить! — крикнула она барахтавшейся в луже Адель и вылила на ее голову новый поток воды.

Кси продолжала поливать девушку до тех пор, пока на ней не погасли последние язычки пламени. Метод оказался действенным — магия больше не рвалась из Адель. После всего произошедшего внешний вид девушки оставлял желать лучшего: брони она лишилась, ткань формы была прожжена во многих местах и вымокла до нитки. Сама Адель не успела пострадать от собственного огня, но ее роскошные длинные волосы почти полностью сгорели. Ко всему прочему она окончательно лишилась сил. Но это не остановило Ксилоту, когда она схватила обеими руками Адель за воротник и подняла в воздух.

— У тебя голова вообще есть?! — гневно спросила она, тряся повисшую беспомощной куклой девушку. Та даже не пыталась сопротивляться, смотря на Кси малоосмысленным взглядом. — Чем ты думала? Ты же чуть всех нас не прикончила! Разве тебя не учили контролировать себя? Ну, отвечай!

— Остынь, Кси! — Дармер поспешил на помощь, пока сокомандница и впрямь не вытрясла из Адель мозги.

— И ты это мне говоришь? — с убийственной иронией молвила та. — Лучше скажи об этом своей бывшей одногруппнице!

Ответить юноша не успел — что-то громыхнуло. Как оказалось, Салли в одиночку вступила в бой с големом, чтобы отвлечь его, пока Дармер с Кси были заняты Адель. Но долго так продолжаться не могло — нужно было срочно спешить ей на помощь. Поэтому Кси прекратила препираться. Но ее дальнейшие действия потрясли Дармера. Она с силой ударила Адель по затылку, и та свалилась на землю без чувств.

— Зачем ты это сделала? — ошеломленно спросил юноша.

— Опасно оставлять ее в сознании, — объяснила свой поступок Кси. — Она снова может воспламениться, а во время сражения нам будет не до рыжей. Помоги отнести ее подальше, чтобы не задел кто-нибудь ненароком.

Вдвоем они унесли Адель с площади и оставили в одном из переулков, после чего поспешили на помощь Салли. Та уже еле держалась под чудовищным напором атак противника. Товарищи подоспели как раз вовремя, чтобы предотвратить удар каменного кулака по их сокоманднице. Дармер пальнул сгустком огня по глазам чудовища, а Ксилота ударила по его ногам. Голем взревел от боли и отшатнулся, устояв лишь потому, что не они были основной его опорой.

— Что же вы так долго… — выдохнула тяжело дышавшая Сальвадора, когда товарищи встали рядом. Несмотря на стихийное преимущество и прорву энергии, сражение далось ей отнюдь нелегко.

— Прости, пришлось задержаться, — сказала Кси виноватым голосом. — Но не будем терять время — лучше послушайте, что я придумала…

Монстр ревел и бесновался, пытаясь прийти в себя, и у ребят появилось достаточно времени, чтобы обсудить дальнейший план действий.

* * *

Гигантский каменный кулак вдребезги разнес мостовую площади, но никого не задел — одиннадцатая команда успела отскочить. Монстр на секунду замешкался, выбирая, кого атаковать теперь, когда все цели оказались на большом расстоянии друг от друга и от него. Дармер находился справа от чудовища, Ксилота — слева, а Салли стояла прямо напротив голема. И монстр решил начать с нее. Кулак величиной с небольшой дом понесся к девушке. Но Салли не растерялась. Выставив перед собой ладонь, она сотворила Стальной Барьер и дала ему импульс в сторону летящего кулака. Рука монстра с гулким звоном ударилась о невидимую преграду и была отброшена назад. Барьер с честью выдержал чудовищный натиск.

Голем обиженно взревел и затряс ладонью. Но, как оказалось, в его голове еще сохранились остатки разума. Атаковать Салли повторно он не стал. Вместо нее монстр переключился на Дармера. Теперь уже в сторону юноши летел огромный кулак. Но Дармер не стал ни защищаться, ни уклоняться — вообще ничего не делал. Хотя при виде стремительно приближающейся каменной громадины, которая может вот-вот расплющить, ему было очень трудно держать себя в руках и не кинуться бежать со всех ног. Но Дармер остался стоять на месте, готовясь действовать согласно плану.

— Вся защита на тебе, Салли, — говорила Кси, — моя Стена Воды не выдержит и одного удара. То же самое касается и тебя, Дармер. Твоя Стена еще слабее моей, так что не трать силы попусту. Только от барьеров Салли будет толк.

Златовласка не подвела — новый барьер врезался в руку монстра, сбивая ее с траектории. Удар вдребезги разнес стоявший посреди площади фонтан — памятник первоосновательнице Ракше. Дармер отошел подальше от уничтоженного предмета архитектурного излишества.

— Наши с Дармером стихии в этом бою практически бесполезны. Вода слабее Земли, а Огонь попросту неэффективен. Надеюсь, Дармер, ты вынес урок из ошибок рыжей и не станешь их повторять. Только магия Салли может нанести голему ущерб. Но прежде, чем ты начнешь атаковать, в битву вступлю я.

— Но ты же сама только что сказала, что Вода слаба в бою с Землей, — недоуменно спросила Салли. — Что в таком случае ты собираешься ему противопоставить?

— Кое-что я все же могу, — усмехнулась Кси. — Например, сделать так, чтобы нам не приходилось бегать от его кулаков.

— А меня в твоем плане, что, вообще нет? — недовольно осведомился Дармер.

— Отнюдь. Тебе отведена весьма важная роль. Мне нужно время подготовить заклинание, поэтому первой задачей тебе и Салли будет отвлечь голема. И на это твой Огонь отлично сгодится.

Кси, судя по вспышкам энергии и напряженному выражению лица, все еще была занята. Поэтому Дармер стал действовать на упреждение, пока монстр не решил попытать счастья в убийстве Кси. Юноша решил снова использовать Огненный Залп, который прекрасно справился в прошлый раз.

Но монстру хватило одного раза, чтобы понять: бьющий по глазам огонь — это больно. Увидев большой сгусток пламени, он закрыл лицо руками, и весь заряд пришелся на них, а каменному телу высокие температуры были нипочем. Дармер ругнулся, проклиная Пеларгона, которому после превращения полагалось быть глупым. Но, как показали дальнейшие события, результат от его действий получился даже лучше, чем он рассчитывал.

Вперед выскочила Кси и выставила вперед руки, готовясь применить заклинание. Закрывший глаза голем не видел этого и поэтому не смог ей помешать. Ладони черноволосой девушки сияли от огромного количества сосредотачиваемой энергии.

— Я использую сильнейший в моем арсенале призыв. Никогда еще вам его не показывала, потому что он жрет просто уйму энергии, а у меня нет такого большого резерва, как у вас двоих. Но ничего не поделаешь, сейчас это заклинание — единственное, что должно на нем сработать. Правда, придется потратить больше половины энергии, иначе смысла не будет…

Потоки воды двумя водопадами хлынули с рук Кси. Ребята не помнили, чтобы она хоть когда-то создавала ее так много. Вода прибывала и прибывала, но не растекалась, а нарастала, превращаясь в волну, которая становилась все больше. Кси прекратила лить воду, только когда гребень волны достиг высоты двухэтажного здания. Тогда девушка остановилась и отпустила призыв. Голем, уже опустивший руки, видел надвигавшуюся опасность, но поделать ничего не мог — слишком он был неповоротлив. Бурлящий поток воды настиг и захлестнул его. Сбить голема с ног ему не удалось, но волна потащила его, отчаянно цепляющегося за мостовую, через площадь, прочь от ребят. Волна замедлила ход и сошла на нет, лишь достигнув ее края, где начинались дома.

Монстр, убедившись, что неведомый враг исчез, став безвредной водичкой под ногами, медленно направился к ребятам. Но не тут-то было. Разлитая вода начала стягиваться обратно, снова формируясь в волну. Она была не такой высокой, как предыдущая, но ее напора оказалось достаточно, чтобы вновь отбросить голема назад.

Раз за разом повторялось одно и то же: волны накатывались на чудовище, удерживая его на одном месте и не давая приблизиться. Кси не приходилось, как Дармеру, создавать призыв заново, она пользовалась созданной водой, уже помутневшей от грязи и крови, которые заливали площадь, но по-прежнему подчинявшейся воле девушки.

— Я буду применять Штормовую Волну, чтобы голем не смог подойти к нам на расстояние удара. Это собьет его с толку и отвлечет. В это время вы должны подготовить атаку.

— Мы? — удивился Дармер. — Ты ведь говорила, что от моих призывов нет толка?

— Как и от призывов Салли, — Ксилота посмотрела на подругу. — Я права? Ты так и не смогла навредить его каменному телу, пока билась с ним, — скорее утвердительно, чем вопросительно отметила она.

Салли лишь покачала головой.

— Даже царапины не оставила, — призналась она.

— Как я и думала, — сказала Кси.

— И что ты предлагаешь? — спросил Дармер. — Ты ведь что-то придумала, не так ли?

Кси усмехнулась.

— Естественно. Вы должны слить воедино ваши атаки, — сокомандники пораженно уставились на нее. — Вы ведь помните, чем закончился ваш поединок?

Салли уже несколько минут трудилась над заклинанием — Кси сказала вложить в него энергии по максимуму. Дармеру так много времени не требовалось, но лучше знать наверняка, когда она закончит, чтобы приготовиться.

— Уже почти все, — услыхав это, он начал накапливать энергию. Нужна сильная сосредоточенность, чтобы призыв сработал, как надо. Хотя раньше проблем не возникало, на этот раз Дармер собирался вложить в заклинание на порядок больше.

— Я закончила! — возвестила Салли.

— Я тоже, — глухо отозвался юноша, смотря, как голем направляется к ним. Кси, услышав Салли, прекратила сдерживать его.

— Ты готов? — спросила светловолосая. Дармер кивнул. — Тогда начинаем на счет три. Раз, — Салли подняла левую руку, раскрыв ладонь в направлении противника. Маг Огня последовал ее примеру, пристроив свою правую руку так, чтобы их ладони находились рядом. — Два, — Дармер уже с трудом удерживал рвущееся с пальцев заклинание. Голем наполовину сократил разделявшее их расстояние. — Три!

— Используйте свои сильнейшие призывы.

Два ревущих потока — огненный и воздушный — слетели с рук. Закрученное пламя слилось с ревущим ветром и взорвалось, осветив город не хуже давно зашедшего солнца. Но непостижимым образом заклинания не разметались, а стали единым потоком, неумолимо несущимся во врага. Огненно-воздушная волна поглотила голема и с силой, превосходящей призыв Кси, потащила назад. Достигнув конца площади, она не остановилась, а понеслась дальше. Дома рушились под непрошибаемым телом монстра и сокрушительной мощью слияния Огненного Снаряда и Штормового Предупреждения. Все вместе они разнесли целый квартал.

Заклинания развеялись, оставив после себя повисшую в воздухе пыль. Одиннадцатая команда напряженно вглядывалась в непроницаемую завесу, чтобы понять, успешной ли оказалась атака. Наконец, пыль рассеялась, и они смогли разглядеть мощную фигуру врага. У каждого из груди вырвался разочарованный вздох. Каменное тело монстра почернело, покрылось трещинами, кое-где от него откололись куски. Но сильно он не пострадал. Вряд ли эти повреждения станут помехой чудовищу, когда он снова захочет убить ребят.

Но голем не спешил приближаться — еще помнил, чем это закончилось для него в прошлый раз. Правда, теперь ему можно было не опасаться повторения атаки Кси. Огонь испарил почти всю воду на площади, а сотворить заново нужное количество у девушки уже не было сил. После стольких созданных волн ее энергия была на исходе.

Но ведь монстр об этом не знал. Потому, вместо того, чтобы подойти ближе, он поднял гигантские руки в до боли знакомом жесте. Направленные в сторону противника раскрытые ладони — характерное положение рук для создания заклинаний.

Из ладоней голема начали вырастать конусовидные шипы, уже виденные в исполнении Пеларгона, когда тот был обычным магом. Правда, тогда он их из собственного тела не выращивал.

С треском шипы отделились и полетели в троицу врагов голема. Ребята едва успели отскочить в стороны, когда камни под ногами взорвались от попадания снарядов.

— А заклинания Пеларгона-мага били куда слабее, — произнесла Кси, смотря на раскуроченную мостовую.

— Это потому, что они состояли из земли, — объяснила Салли. — Поэтому и удар был мягче, и сами они разваливались комьями после удара. А эти стрелы каменные, и их осколки гораздо крупнее и опаснее. Поэтому старайтесь не попадать и под них. Боюсь, если такой обломок угодит в голову, то снесет ее с плеч.

От такой перспективы ее товарищей передернуло. И совсем нехорошо им стало, когда они посмотрели в сторону голема. Не только из рук, но и из плечей, груди и даже головы монстра вырастали новые каменные глыбы. Их было не меньше пары десятков, тяжелых, острых и смертоносных шипов.

Не сговариваясь, одиннадцатые разбежались в разные стороны, чтобы голему было труднее попасть в кого-то из них. Но тот явно решил сделать ставку на количество снарядов, а не на точность попадания, и на этот раз почти не целился. Все копья выстрелили разом. Даже если одиннадцатой команде и удастся увернуться ото всех, то избежать осколков копий, разорвавшихся о землю одновременно — едва ли…

Дармер открыл глаза. Последнее, что он помнил — как его погребло под обломками. Камней оказалось не много, и он смог сесть, стряхнув их с себя. Голова кружилась. В нее угодил один из осколков и, похоже, оглушил парня. Но в таком случае, почему он жив и, кажется, невредим?

Дармер огляделся. Площадь была сплошь покрыта обломками камней разной величины. Но где Салли и Кси? Их нигде не было видно. Тут Дармер заприметил выглядывавшие из-под груды камней белые одежды и помчался туда. Через несколько секунд юноша уже вытаскивал стонущую девушку на свет. Салли, как и его самого, сильно ударили по голове, но и она не пострадала от камнепада.

— Что произошло? — послышалось за спиной. Это была Кси, которая смогла самостоятельно вылезти из-под завала. — Почему мы еще живы?

— Щит… — слабым голосом произнесла Салли, — сработал.

— Какой еще щит? — удивленно переспросила Кси.

— Который в наших формах, — уже более уверенно сказала золотоволосая, поднимаясь.

— Я думал, он только от магических атак защищает, — пробормотал Дармер.

— И от обычных тоже, если они очень сильные, — с уверенностью сказала Салли. — Однажды в Замке Воздуха мой сокурсник упал со скалы с большой высоты. И щит уберег его почти от всех травм.

— Тогда зачем ты пугала нас попаданием осколков, если знала о щите? — с возмущением поинтересовалась Кси.

Салли смутилась.

— Я… честно говоря, я забыла об этом напрочь, — призналась она.

Кси фыркнула, но ответить ей не удалось.

— Приготовьтесь, — напряженно сказал Дармер, глядя, как голем выращивает новые шипы. — Сейчас будет второй залп.

Все повторилось заново, но теперь они старались прикрывать голову руками. Щит щитом, а от сотрясения мозга он может не спасти. Дармеру удалось увидеть, как он работает: за мгновение до попадания камней доспех тускло засветился, и вокруг юноши появился переливающийся магический кокон, отразивший все обломки. Дармеру вновь пришлось выбираться из-под них, но на сей раз хоть сознания не лишился.

— Надо что-то делать, — мрачно заметила Салли, когда все трое, встав на ноги, следили за големом, который накапливал силы для следующей атаки. — Долго так продолжаться не может. Скоро у нас кончится энергия, и щит перестанет работать.

— И что ты предлагаешь? — спросил Дармер. — Наша совместная атака ощутимого урона ему не нанесла, а ничего сильнее в нашем арсенале нет.

Салли в задумчивости нахмурилась.

— Возможно, чтобы добиться успеха, надо сконцентрировать атаку в одной точке, а не рассеивать ее по площади.

— Такая атака будет неэффективна, если в ней не использовать стихию Воздуха, — покачала головой Кси. — А эта стихия бедна на точечные призывы. Не припоминаю, чтобы у тебя был хоть один!

— Про то, что я владею Штормовым Предупреждением, ты тоже только сегодня узнала, — улыбнулась Салли. — Дармер, подойди сюда.

— Опять будем смешивать наши призывы? — спросил тот.

— Не совсем, — ответила Салли. — Ты сможешь добавить огонь в уже созданное заклинание?

— Ну, могу попробовать, — неуверенно ответил Дармер.

— Если собираетесь что-то предпринять, советую поторопиться, — проговорила Кси. — Голем опять начинает атаковать.

Из тела монстра снова росли шипы. Салли сосредоточилась, и над ее левой ладонью стали собираться потоки воздуха. Они закручивались и превращались в большую полупрозрачную сферу.

— Полагаю, это называется Воздушный Шар? — с сарказмом спросил Дармер, глядя на еще один вариант Огненного Шара. Теперь он не удивится, если окажется, что и у Земли есть нечто подобное.

— Нет, — опровергла Салли его догадку. — Это Воздушная Сфера. Добавляй огонь.

— А ты не боишься, что он взорвется? Не можешь отвести его подальше от себя? — с сомнением проговорил Дармер.

— Не могу. Я и так еле удерживаю его, потому что вложила слишком много энергии, — ответила девушка. — Действуй уже, голем вот-вот атакует!

Вопреки опасениям, все получилось, и Сфера не взорвалась. Огромный огненный вихрь, заключенный в сферу, и копья голема полетели навстречу друг другу одновременно, но, к счастью, удачно разминулись. Дармер в тот момент думал только о том, как подействует призыв. Эта неосторожность дорого ему стоила. Лишь в последний момент парень заметил, что один из шипов летит прямо в него, и не успел увернуться…

— Дармер! Дармер, очнись! — донесся встревоженный голос Кси.

Открыв глаза, Дармер увидел склонившуюся над ним девушку. Заметив, что юноша очнулся, она посветлела лицом от радости.

Дармер опять потерял сознание. В памяти тут же всплыла и причина этому.

— Со мной все в порядке? Щит выдержал даже прямое попадание? — стал он задавать вопросы.

— Выдержал. Но больше он тебе не поможет, — с грустью сказала Кси.

— Понятно, — проговорил парень. Щит отбил копье, но сила удара оказалась слишком сильна, и он не выдержал. — Ничего, главное, что атаку все-таки отразил, — тут в голове молнией промелькнула мысль. Дармер резко подскочил, не обращая внимания на раскалывающуюся от боли голову, и посмотрел туда, где находился голем.

Маг пробыл без сознания совсем недолго, не более минуты, но самое интересное все же пропустил, и теперь мог наблюдать лишь последствия. Голем лежал на боку, а в его груди чернел огромный кратер, оставшийся после Огненно-Воздушного Шара. Призыву не хватило совсем немного, чтобы дыра стала сквозной. Из раны валили клубы дыма.

— У нас… получилось? — прошептал Дармер.

— Самой не верится, — сказала подошедшая Салли.

— Слушайте, а вы не перестарались? — скептически спросила Кси. — Он еще жив? Потому что если вы убили его, то нас ждут большие проблемы.

И тут, словно в ответ на ее слова, голем зашевелился. Он приподнялся, а затем с большим трудом встал, еле удерживаясь на ногах.

— Ну вот, а ты боялась, — улыбнулась Салли, — для того, чтобы убить такого монстра, нужно нечто большее, чем…

Речь ее оборвалась на полуслове. Ребят накрыло такой чудовищной волной магии, что у них перехватило дыхание и вышибло дух. Ноги подкашивались, а волосы бешено трепало, как при сильном урагане. Голем сиял от переполнявшей его энергии. Самый яркий свет шел из пролома. Прямо на глазах он начал затягиваться камнем. Через несколько секунд дыра совсем исчезла, будто ее никогда и не было. С тела голема пропали и все остальные повреждения, что ему успели нанести. Поток магии начал стихать.

— Это… невозможно, — чуть слышно прошептала Салли. — Залечить такую рану настолько быстро… Этого не может быть!

— Сколько же у него энергии?! — потрясенно вымолвила Кси.

Дармеру вспомнились слова Киары: «Сущность многократно преумножает его силы и восстанавливает энергию с поразительной быстротой». Он поведал об этом девочкам.

— Так это что получается, мы сражаемся с бездонной бочкой?! — с истеричными нотками в голосе выкрикнула Кси. — И как нам в таком случае его победить?

— Никак, — в отличие от подруги Салли была странно спокойна.

— Что? — повернулась к ней Кси.

— Мы ничего не можем с ним поделать, — ответила ей Салли. — Убивать его нельзя, потому что тогда мы сами пострадаем. Хотя с нашими возможностями мы даже при желании не смогли бы это сделать. Все опасные повреждения голем моментально излечивает. Это идеальное живое оружие с разрушительными атаками и практически полной неуязвимостью.

— Значит, наше сопротивление было изначально обречено на провал, — подвел нерадостный итог Дармер.

Киара оказалась права во всем. Усмирить чудовище не в силах одиннадцатой команды. Остров обречен на уничтожение.

— То есть это… конец? — тихо проговорила Кси.

Никто ей не ответил, но все и так поняли то недосказанное, что девушка не набралась смелости произнести вслух. Да, это конец. То, чего так боялся Дармер, произошло, и гораздо раньше, чем он предполагал. Но почему-то именно сейчас он не чувствовал того удушающего страха, что одолевал его прошлые годы. Нет, страх присутствовал, но не за свою жизнь. Гораздо сильнее он боялся за жизни товарищей. Впервые со времен гибели семьи у Дармера появились те, чьи жизни для него были важнее собственной. Как это получилось, да и еще за столь короткое время, он не знал, но это было так. Теперь больше всего его волновало, как спасти команду. Один раз он уже пережил смерть близких и не хотел проходить через этот ад снова.

Голем уже полностью излечил свои раны и готовился снова пустить залп каменных шипов. Дармер стал напряженно размышлять, что делать. У него больше нет щита, но у девочек он был, и следующую атаку они смогут пережить. Однако неизвестно, сколько еще продержатся их щиты. Значит, им нужно спасаться, пока есть время. Бежать — вот единственный путь к спасению. Если хорошо спрятаться, то, возможно, голем их не найдет. Подземелья! С виду ход построен весьма прочно и надежно, раз за столько веков существования не осыпался. Значит, есть вероятность, что и разрушение острова бешенным големом выдержит.

План созрел в голове моментально. Чтобы девчонки смогли скрыться вместе с бесчувственной Адель, нужно отвлечь монстра, и Огонь как будто создан для этого. Пусть Дармер и не годился для битвы с големом, но сейчас ему требовалось только выиграть немного времени. Осталось пережить камнепад еще раз, и можно начать приводить план в действие.

Дармер уже собирался попросить Салли прикрыть его барьером, но та, не догадываясь о его мыслях, принялась действовать сама. Подняв руки, она собрала в них такое огромное количество энергии, что они засверкали ярким белым светом. Такое же свечение возникло вокруг голема, который уже приготовился выпустить стрелы.

— Ты что делаешь? — спросил Дармер. — Сама же сказала, что все усилия бесполезны.

— Не победить… — с усилием проговорила Салли, ее руки дрожали из-за сильного напряжения, — но задержать его я могу.

Кси потрясенно охнула, с ужасом взирая на подругу.

— Салли, остановись немедленно! Если ты израсходуешь столько энергии при оставшемся у тебя количестве, то умрешь!

Сальвадора, не слушая ее, продолжала создавать заклинание. Все, что успела сделать подбежавшая к ней Кси, это подхватить падающее тело подруги. В мгновение ока Дармер тоже оказался рядом и с облегчением увидел, что девушка жива. Она тяжело дышала и не двигалась — заклинание отняло у нее все силы.

— Ты идиотка! — ругалась Кси на чем свет стоит. Руки у нее дрожали, и вовсе не от того, что Салли была тяжелой. — Зачем ты это сделала?!

— Зато я смогла его остановить, — слабо улыбнулась Салли.

Она была права. Запуск стрел так и не состоялся, потому что за секунду до него Сальвадора успела завершить свой призыв. Голем оказался заключен в прозрачную воздушную сферу вместе с обломками разбившихся об нее каменных шипов. Стальной Барьер смог выдержать этот натиск.

После создания столь сильного и мощного призыва Салли осунулась, побледнела и неподвижно лежала на коленях подруги. Как бы сильно Дармеру не хотелось верить в правдивость сказанного Кси, но вид девушки говорил сам за себя. И благодаря происхождению юноше было хорошо известно, чем заканчивается магическое истощение в бою…

Громкий треск разбил повисшую тишину. Голем уперся громадными ручищами в барьер по сторонам от себя и давил на него со всей своей немалой силой. Секунда-другая сопротивления — и сфера лопнула как мыльный пузырь.

— Он… даже минуты не продержался, — прошептала Кси.

Салли лишь молча смотрела. Вместе с барьером рухнули и ее надежды. Она совершенно напрасно пожертвовала своей жизнью.

Монстр оценил плачевное состояние противников — измотанные, обессилевшие — и решил больше не тратить энергию на создание шипов. Он направился к ним, чтобы добить собственноручно. Глядя на его приближение, Дармер лихорадочно думал. План провалился, не успев начаться. Если вдвоем Салли и Кси могли уволочь Адель, то одна Кси даже свою подругу поднять не сможет. «Что же делать, что делать…»

— Дармер, берегись!

Голем, добравшийся до них чересчур быстро для своего массивного тела, отвел назад каменный кулак, намереваясь расплющить одиннадцатую команду одним ударом. Дармер замешкался, не зная, как поступить. Отскочить с места удара он бы успел, но девочки… Решение созрело молниеносно.

Поток огня ударил чудовищу в глаза, заставив его прервать атаку и зареветь от боли.

— Давай, каменная оглобля, иди сюда! — закричал Дармер, отбегая в сторону и уводя бросившегося за ним голема подальше от девчонок.

Юноша повернулся спиной и побежал, но далеко уйти ему не удалось. Спустя пару мгновений в спину будто врезалась стена. Голем, поняв, что от ударов толку мало, замахнулся рукой, и на сей раз ему удалось достать врага. От такого взмаха из Дармера вышибло дух и покатило по земле. Завалившись на спину, он чуть не взвыл от жуткой боли. Удар монстра, пусть и раскрытой ладонью, не прошел бесследно — что-то точно было сломано. Оставалось лишь надеяться, что не позвоночник. Хотя… какая теперь разница?

Кулак уже навис над ним. И он раздавил бы Дармера, если б не удар волны, изменивший направление движения руки. Это Кси отчаянно пыталась не дать чудовищу убить товарища. Но этим призывом она исчерпала последние оставшиеся крохи энергии, и силы покинули ее. Она упала рядом с Салли.

«Зря, Кси, ты это сделала. Все, чего тебе удалось добиться — это купить мне несколько лишних мгновений жизни, — думал Дармер, глядя, как голем вновь нацеливает на него кулак. — А ты могла бы убежать, так хоть кто-нибудь из нас спасся. Хотя… да о чем я думаю? Ты бы никогда не смогла убежать, бросив своих товарищей в беде. Как и все мы. Пожалуй, и придуманный мной план спасения был слишком наивен: едва ли мне бы удалось уговорить девочек сбежать, бросив меня на погибель», — Дармер усмехнулся.

Время будто замедлилось. Юноша смотрел, как медленно, а на самом деле стремительно, летит в него кулак, и думал. Может и хорошо, что все случилось именно так: он умрет первым, и не увидит, как убивают его друзей. С этой мыслью он закрыл глаза и стал ждать удара. Сейчас все закончится. Лишь одна надежда оставалась — что долго мучиться не придется. Хотя, наверное, когда огромный кулак раздавливает тебя, смерть наступает мгновенно. Он, возможно, даже не почувствует боли.

«Что-то он долго меня убивает, — вдруг пришло Дармеру в голову. — А, может, я уже умер? Нет, вряд ли, я же еще чувствую боль. Тогда почему…?»

Дармер открыл глаза, и увидел сжатый кулак голема в десятке футах над собой. Несколько секунд юноша пролежал, глядя на каменную руку, но ничего не изменилось. Каменный голем застыл, словно изваяние.

— Хорошо, а теперь откиньте его подальше, — раздался чей-то голос.

Голем исчез из поля зрения. С трудом Дармер поднялся, сел и осмотрелся. Они больше не были одни — площадь заполонили воины Варнорта в серых и черных формах. Среди них виднелось и несколько «друидов». Многие маги сновали вокруг голема, которого опять отбросили в дальний конец площади.

«А они ведь не знают о сущности», — щелкнуло в голове у Дармера. Внезапному появлению стольких магов Варнорта он даже удивиться забыл.

Преодолевая боль, Дармер встал на ноги, отметив мимоходом, что у него сломаны ребра, и так быстро, как мог, направился к воинам.

— Молодой маг, куда вы так торопитесь? — остановил юношу тот же голос, раздавшийся теперь совсем рядом. — Не с вашими травмами бегать.

Обернувшись, Дармер изумленно выдохнул. Перед ним стоял ни кто иной, как Парасилур Кайтос, Глава замка в Катверне, в своей длинной черной робе. Встретить его здесь, в Глабере, было весьма неожиданно. Но раз Глава здесь — значит, он и руководит операцией.

— Послушайте! — быстро заговорил Дармер. — Надо срочно сказать им, — указал он на окруживших голема магов, — что монстра убивать нельзя! В нем находится…

Но Парасилур поднял ладонь, жестом приказывая замолчать.

— Я уже все знаю, — с непробиваемым спокойствием на худом лице сказал он. — И моим подчиненным розданы соответствующие указания. Они не станут его убивать. Пока, во всяком случае.

С этими словами он прошел мимо Дармера и направился к голему. Увидев Парасилура, маги поспешно отскочили подальше от монстра. Когда рядом с големом больше никого не было, Глава запустил в чудовище каким-то заклинанием. Тотчас каменное тело голема обмотали толстые цепи. Шипы на их концах вонзились в землю, не давая монстру сойти с места и напасть на подошедшего Парасилура.

— Те, кому известно заклинание Очищения Демонической Души, подойдите ко мне, — провозгласил он.

Из толпы вышли трое магов.

— Но, Глава, как же ученик? — возразил один из них. — Ведь это заклятие…

— Мы ничем не сможем ему помочь, — отрезал Парасилур. — Все, что нам дано — это освободить его душу от оков тела чудовища.

Маги стали с четырех сторон от монстра. С их рук одновременно сорвались фиолетовые молнии, скрестившиеся в теле голема. Жуткий нечеловеческий вой прокатился по площади. Монстр рвался, корчился, а бившие в него лучи проникали, обволакивали, причиняя, по-видимому, невыносимую боль. А потом все закончилось. Из глаз и рта голема выплыла черная субстанция, похожая на дым, и рассеялась. Монстр затрясся, зашатался, а затем развалился на куски. Он стал такой же грудой камней, как и обломки его призывов, что теперь грудами усеивали площадь. Пеларгон окончательно умер.

— Вот и не стало этого поганца, — вторя мыслям Дармера, прозвучал голос Ксилоты.

— Да, — откликнулся тот. А потом резко повернулся и увидел Кси, стоявшую рядом и с безучастным видом взиравшую на останки голема. — Ты что здесь делаешь? Ты в порядке? Что с Салли? — удивление мага понятно, ведь он своими глазами видел, как Кси свалилась от усталости.

— С Салли все хорошо, — откликнулась та, — ей сейчас «друиды» занимаются. Они сказали, что если успеть вовремя, то магическое истощение можно исцелить. В общем, Салли будет жить и уже скоро присоединится к нам. А у меня истощения и не было. Совсем чуть-чуть до него оставалось, но я сумела сохранить каплю энергии. Поэтому со мной управились почти моментально.

Дармер облегченно выдохнул. Самое страшное позади.

— А теперь я хотел бы услышать подробнейший рассказ обо всем, что здесь произошло, — вернул его на землю голос Парасилура, неслышно подошедшего к ним. — Будьте любезны…

Прогремел взрыв. Все обернулись и увидели, что над лесом взметнулось пламя. Точно как когда они бежали из дома усмирять монстра, в небе полыхало огненное зарево.

«Неужели, это… Замок? Но ведь там…»

— Ребята!

— Шед! — слились в один крики Дармера и Кси.

Глава 14. Великий клан

Потрясенные Дармер и Кси смотрели на поднимавшееся над лесом пламя. Сомнений быть не могло — так полыхать мог только их Замок. Кроме него в той стороне больше ничего не было.

— О чем вы говорите? — спросил Парасилур Кайтос.

— Там! — обернулась к нему Ксилота, в отчаянии указывая на зарево. — Там находился наш дом, а в нем оставались двое наших товарищей! И сейчас они…

Она не сумела договорить. Понимание обрушилось на нее. Кси мелко задрожала, обхватив себя руками, будто спасаясь от холода. Глава Форестоуна в задумчивости смотрел нее несколько секунд, а затем его лицо неожиданно прояснилось.

— Один из них — такой щупленький темноволосый юноша? — задал вопрос он.

— Да, — подтвердил Дармер с неверием в голосе. Кси перестала дрожать и буквально впилась взглядом в Парасилура.

— Живы ваши друзья, — даже если бы Глава объявил об окончании войны, он бы не смог обрадовать их сильнее, чем этими тремя словами. — А одному из них вы обязаны своим спасением, — Дармер с огромным облегчением выдохнул. В глазах Ксилоты плескалось счастье, которое может пережить лишь тот, кто уже уверился в смерти близкого, а потом узнал об обратном. — Итак, кто-нибудь из вас может сказать мне, что это был за взрыв? Известна ли вам его причина?

Дармер, услышав вопрос, застыл. Теперь, когда тревога за товарищей оставила его, и разум прояснился, ответ, простой и очевидный, то, о чем он должен был подумать с самого начала, возник перед внутренним взором, точно выведенный чьей-то невидимой рукой.

— Арктур… — еле слышно прошептал юноша.

Но Парасилур его расслышал.

— Арктур? Арктур Триостражник? — резко переспросил маг. — Он здесь?

— Да, — ответил Дармер.

— Что он здесь делает? — продолжал допытываться Парасилур.

— Он сражался… в подземелье под нашим домом.

Дармер понимал, что в этот раз надежды на чудесное спасение мало. Страх и ужас вновь опутали его холодными щупальцами. Юноша отвечал на вопросы собеседника практически бездумно. Добиться от него более подробного ответа было почти невозможно. Но Парасилур Кайтос не зря много лет являлся Главой Форестоуна. Даже по тем обрывкам сказанной Дармер информации, он моментально понял, что произошло. Не тратя больше времени на разговоры, Кайтос гаркнул приказ, и толпа на площади, разгребающая последствия битвы, всколыхнулась. Тотчас был собран отряд, который во главе с самим Парасилуром немедленно отправился на место происшествия.

Дармер в изнеможении сел на лежащий рядом камень. Он не переживал за своего учителя так, как за сокомандников, ведь Арктур был сильным взрослым магом и мог за себя постоять. Но Дармер помнил, с какой легкостью Киара уничтожала направленные в нее призывы. А еще вспомнил, как Арктуру было важно ее убить. Что, если в надежде уничтожить мечницу он подорвал подземелье вместе с собой?

На плечо Дармера легла чья-то рука. Подняв глаза, юноша увидел Кси. Она с сочувствием смотрела на него.

— Не раскисай. Возможно, он еще жив. Не хорони его раньше времени, — посоветовала девушка.

— Он сказал, что готов отдать свою жизнь, лишь бы убить эту Киару, — сказал Дармер. — А ты не видела, на что она способна…

— Он правда так сказал? — переспросила Ксилота.

Дармер удивленно взглянул на нее.

— Ты ведь тоже там была и должна была слышать.

Девушка смутилась.

— Да я… если честно, почти не помню, что было в подземелье, — проговорила она.

Дармер вспомнил, в каком состоянии была Ксилота после того, как увидела Шеда, и ничего не сказал.

— А если все-таки твой учитель… — Кси не договорила. — Он воин. Значит, к смерти был готов всегда. Это неотъемлемый риск нашего дела. Каждый из нас может умереть, и сегодняшний день — лучшее тому подтверждение.

Несмотря на невеселую ситуацию, Дармер усмехнулся.

— Ты почти слово в слово повторила слова Арктура, которые он мне сказал несколько лет назад. Исключая последнюю часть.

— Ты был знаком с ним до поступления в Варнорт? — вскинула брови Кси.

— Да, он друг моих родителей, — подтвердил Дармер.

Кси явно хотела спросить что-то еще, но тут за ее спиной кто-то пропыхтел:

— Нашел… — это был Мартес, всклокоченный и запыхавшийся. Несмотря на то, что он не сражался, выглядел «друид» немногим лучше Дармера и Ксилоты, которым пришлось изрядно поваляться на земле.

— А вот и ты! — воскликнула Кси, оборачиваясь к лекарю команды. — Отвечай немедленно, что с Шедом?!

— С ним все хорошо, — ответил немного обескураженный таким напором Мартес. — Его переправили телепортом в Варнорт. Скорее всего, им уже занимаются «друиды».

— Как так получилось, что вас не оказалось в Замке? — продолжила расспросы девушка.

— Ты так говоришь, как будто жалеешь, что их там не было в момент взрыва, — хмыкнул Дармер. — Кси хотела спросить, что случилось после нашего ухода. Из-за чего вы вдвоем покинули Замок? И что стало с Арктуром?

Мартес покачал головой.

— Насчет Арктура ничего не могу сказать, я его не видел. После того, как мне удалось более-менее стабилизировать состояние Шедара, я прислушался к своим ощущениям и смог почувствовать этого монстра. Его сила потрясла меня. Я никогда не испытывал ничего подобного! Мне стало ясно, что шансов на победу у вас нет, — произнес «друид» категорично. — Вам срочно требовалась помощь, но мое появление мало что изменило бы. Поэтому я решил вызвать подкрепление из Варнорта, вспомнив, что у Рангпура было средство связи с ним. И я отправился в администрацию, взяв с собой Шедара, потому что оставлять его рядом с местом сражения я не рискнул.

— И ты оказался совершенно прав, — пробормотал Дармер, невольно бросая взгляд на огненное зарево над лесом. — Я только одного понять не могу, как ты умудрился дотащить Шеда до города? Он же тяжелее тебя раза в два!

— Я сделал настил из веток, — пояснил Мартес, — уложил на него Шедара, а сам впрягся в сделанную из прочного стебля шлею. Так и дотащил.

— А такой способ перемещения не опасен, в его-то состоянии? — нахмурилась Ксилота.

— Ну, вообще-то, нежелателен, — признался «друид», — но я очень старался тревожить его поменьше.

— Кси, отстань от Мартеса, он все сделал правильно! Оставлять Шеда в Замке было куда опаснее, — пресек дальнейшие споры Дармер. — Что было дальше? Ты пришел в город и…?

— Я сгрузил Шедара в каком-то доме на окраине, потому что в центре сражались вы. Многие жители убежали в лес, и дома стояли пустые. Ну, я оставил Шедара в ближайшем и направился в администрацию. В кабинете Рангпура я нашел нужный прибор и отправил сообщение в Варнорт, что нам требуется помощь.

— А что бы ты делал, если б в кабинете не оказалось передатчика? — поинтересовался Дармер. — Рангпур мог его хранить где угодно.

— Нет, — отрезал Мартес. — Все артефакты имеют магический фон. А те, что наделены пространственной магией, фонят совершенно по-особенному. Я его почувствовал еще в прошлый раз, когда мы пришли к Рангпуру в кабинет.

— Ладно, с этим разобрались, — произнес Дармер и вздохнул. — Спасибо тебе огромное, Мартес, если бы не ты, мы бы уже были покойниками.

— И чего мы сами об этом не подумали? — недоуменно спросила Кси. — Надо было с самого начала так сделать, а не затевать этот бессмысленный бой.

— Если бы мы так сделали, то некому было бы остановить Адель. Тогда мы вместе со всем островом взлетели бы на воздух, — не согласился Дармер. Он вдруг резко подскочил и скривился от резкой боли в сломанных ребрах: — Что с Адель? Она жива?

Кси сощурилась, но Дармер во все глаза смотрел на Мартеса и не видел этого.

— Да, лекари ей уже занимаются, — успокоил его «друид», подходя ближе и начиная исцелять травму. — Как только прибыла помощь, я тут же сообщил, где искать всех раненных.

— Понятно, — проговорил Дармер. — Молодец, Мартес, ты спас нас всех.

«Друид», не привыкший получать похвалы, смущенно потупился, растеряв весь свой решительный настрой. Но навыки лекаря он не потерял, и вскоре кости его товарища снова стали целыми. Разговор прекратился: Дармер и Кси узнали, что с их друзьями все в порядке, и на них обоих накатила усталость, а вместе с ней и апатия. После всего пережитого им хотелось лишь одного — отоспаться и забыть обо всем, что здесь произошло.

Настроение команды не поменялось даже после того, как к ним присоединился тот, о ком они уже позабыли — их руководитель Трим. Старший «друид» появился неожиданно и сходу начал сыпать поздравлениями, преувеличенно счастливым голосом говорить, как он рад, что они уцелели, и тому подобные вещи. Однако Дармер, Ксилота и Мартес почти не вслушивались в поток слов. Все трое видели, в каком напряжении находился совсем нерадостный Трим, и слышали, как подрагивал его обычно спокойный, уверенный голос. Руководитель сейчас был сам на себя не похож, и его подопечные прекрасно понимали причину этих перемен. Четверо учеников Варнорта были мертвы, и их смерть — на совести «друида». Если бы Трим не пренебрегал своими обязанностями, а, как того требуют инструкции, остался в городе с командами, то, почуяв неладное, тут же смог бы сам вызвать подкрепление. Но он понадеялся, что в столь отдаленной области не может случиться ничего чрезвычайного. Конечно, Трим не мог знать, что небольшой городок стал испытательным полигоном человека из Гильдии. Но теперь одна из команд почти уничтожена, а остальные ученики лишь чудом избежали смерти. Варнорт не простит ему этой ошибки, и Трим не мог не понимать этого.

Но никто из одиннадцатой команды не стал произносить свои мысли вслух, не стал кричать, обвинять. Даже Кси не воспользовалась случаем, отчасти из-за усталости, отчасти потому, что догадывалась, чем грозит Триму его беспечность. За смерть сразу четверых учеников можно и самому поплатиться жизнью…

Словоблудие руководителя прекратилось только с возвращением Парасилура Кайтоса. Под его взглядом Трим умолк и заметно съежился.

— Убирайся! — рявкнул Глава, и «друид» мгновенно исчез, точно испарился. Парасилур уже более спокойным голосом сказал, обращаясь к одиннадцатой команде: — А с вами мы еще не закончили.

— Что с Арктуром? — отмер Дармер.

— Неизвестно, — покачал головой Парасилур. — На месте того дома теперь руины. Сейчас их разбирают, и это может занять несколько часов. Удалось лишь установить, что взрыв действительно шел снизу, из подземелий, как вы и сказали. Земля вокруг просела в нескольких местах, что указывает на наличие пустот. А теперь я хотел бы получить подробный рассказ обо все, что с вами произошло. Работы у нас в этом городе непочатый край, и мне необходима как можно более полная информация.

Ребята переглянулись между собой и начали говорить, хотя сейчас им меньше всего хотелось вспоминать о событиях в Глабере. Но Глава был неумолим, поэтому, чем быстрее они закончат, тем скорее их отпустят.

Они рассказали, как Пеларгон, «друид» из второй команды, первым заметил странную болезнь, поражающую горожан. Как к Мартесу обратилась женщина с просьбой осмотреть ее заболевшего сына. К каким выводам пришел лекарь после осмотра, поняв, что это вовсе никакая не болезнь, а внедренное инородное тело. Вспомнили, как их команда допрашивала градоначальника, а Пеларгон решил исследовать инородный предмет, и во что это вылилось. Поведали, как усмиряли обезумевшего «друида». Затем Дармер рассказал, как погнался вместе с Шедаром за убежавшим Рангпуром, как нашел вход в подземелье, как они встретились с главной виновницей произошедшего…

Едва услышав ее имя, Парасилур, который доселе слушал молча, вздрогнул и перебил:

— Вы сказали Киара Тормента? Это точно?

— Да, она так представилась, — ответил Дармер, отметив про себя, что реакция на это имя у Арктура и Главы Форестоуна почти одинакова.

— Как она выглядела?

— Худая, высокая, со светлыми волосами… — начал описывать юноша.

— Достаточно, продолжайте, — оборвал его Парасилур, став слушать дальше. Вид теперь он имел донельзя мрачный и напряженный.

Дармер рассказал обо всем, что случилось в подземелье, не забыв упомянуть подробности разговора и сражения с Киарой. Появление Арктура и битву с обратившимся в монстра Пеларгоном описывали уже все трое.

— А что случилось потом, вы сами знаете, — сказал Дармер, закончив свое повествование появлением магов Варнорта. Он ждал, пока Парасилур что-нибудь скажет, но Глава молчал, задумавшись. Парень решился задать волнующий его вопрос: — Господин Кайтос, скажите, разве Киара не понимала, что рано или поздно ее обнаружат? Рангпур, конечно, покрывал все ее дела, но после того, как здесь появились мы, неужели она не сознавала, что мы увидим все несостыковки и поймем, что в Глабере творится неладное?

Парасилур встрепенулся, выныривая из своих мыслей.

— Разумеется, она понимала, что вы обо всем догадаетесь. Но, судя по ее словам, Тормента уже заканчивала свои эксперименты, поэтому ваше вторжение не было для нее проблемой. Если бы не ваш обезумевший товарищ, Киара бы просто вырезала вас, а, возможно, и всех горожан тоже. Сил бы ей хватило.

— Но тогда с ее стороны это неслыханная наглость — устроить такое под носом у Варнорта! — почти что выкрикнул Дармер в ярости.

Парасилур невесело усмехнулся.

— Для Киары Торменты не существует границ и пределов. То, что здесь произошло — далеко не самое худшее, на что она способна.

— Да кто она такая?! — гневно вопросила Ксилота, вспомнив, что Тормента сотворила с ее другом.

Глава тронулся с места и отошел в сторону. Когда все уже думали, что Кси не дождется ответа на вопрос, он остановился и, не оборачиваясь, сказал:

— Она — головная боль Варнорта. С ее силой и возможностями при полном отсутствии совести и морали Тормента доставляет нам больше бед, чем любой другой член Гильдии. И вот, теперь еще одна, — он обвел рукой творившийся на площади хаос. — И знаете… так нельзя, конечно, говорить, но если окажется, что Арктур погиб, забрав с собой эту тварь, я буду счастлив.

Ребята оторопели. Парасилур Кайтос, Глава замка Форестоун, который, как говорят, являлся образцом благопристойности и учтивости, только что произнес бранное слово при учениках?

— Идемте, — сказал Парасилур через плечо. — Я провожу вас до телепорта. Все ваши товарищи уже в Варнорте, пора и вас отправить.

* * *

Следующие часы прошли, как в тумане. Вернувшись в замок Форестоун через стихийно открытый телепорт, Дармер, Ксилота и Мартес, несмотря на то, что все они буквально умирали от усталости, идти в свою комнату категорически отказались и потребовали отвести их к товарищам. Они уже знали, что Сальвадору не выпускают из-под надзора «друидов» только из-за слабости после опустошения резерва, и не переживали за нее. Гораздо больше их волновало состояние Шеда. После слов Мартеса, что мечник может навсегда остаться калекой, вся команда испытывала тревогу за его судьбу.

Вернувшийся вместе с ними Трим попытался отговорить ребят от этой, по его мнению, безрассудной затеи и отправить их в башню. Но его подопечные проявили редкостное единодушие и упрямо заявляли, что если тот не отведет их к товарищам, то они отправятся искать Салли и Шеда самостоятельно. Руководителю команды ничего не оставалось, кроме как проводить их до госпиталя Варнорта.

Но там перед настойчивыми посетителями возникло неожиданное препятствие: местные «друиды» не пускали их внутрь, сказав, что здоровым здесь делать нечего, а посетители будут только мешать. Но ребята не отступили, а уселись прямо под дверьми госпиталя, несмотря на все просьбы Трима, пытавшегося воззвать к разуму и заставить их разойтись по постелям. Команда делала вид, что не слышит его мольбы.

В беспокойстве за товарищей Дармер, Мартес и Ксилота просидели бы до утра на холодном полу в порванных грязных формах, если бы Триму вконец не надоело упрямство своих подопечных. У него, как у лекаря, был свободный доступ в госпиталь, чем он и воспользовался. Внутри он переговорил с коллегами и смог уговорить их позволить ребятам занять несколько коек. В лечении никто из троих не нуждался, но так они, наконец, согласились немного поспать, тем более что положили их в одну палату с Салли. Стянув с себя все рваные тряпки и искореженные доспехи, команда предалась долгожданному сну.

* * *

Ребята проснулись много часов спустя. Они могли бы спать и дольше, но их разбудил необычайно веселый Трим. Руководитель явился с огромным количеством разнообразной еды и готов был чуть ли не силком запихивать ее в своих подопечных, если те откажутся есть. Но до таких мер не дошло. Дармер, едва взглянув на еду, мигом вспомнил, что уже больше суток ничего не ел, и в одиночку смолотил половину принесенного. Ксилота, Мартес и Сальвадора были скромнее, но и они с удовольствием принялись за еду. И хотя никто из команды почти не выспался, все четверо почувствовали себя намного лучше, чем накануне.

Госпиталь Варнорта находился под землей, на том же уровне, что и Подземный Зал. Трим объяснил, что это было сделано на случай возможного штурма Форестоуна. Под землей раненые находятся в большей безопасности, чем в одной из башен, которые может обрушить противник.

Резиденция «друидов» представляла собой огромный комплекс, состоящий из множества палат, процедурных и других помещений самого разного назначения. Троих ребят положили в одну палату с Салли, поскольку та уже выздоравливала, но Шедар и Адель располагались в других комнатах. Поэтому первый заданный Триму вопрос был об их самочувствии.

— А чего рассказывать? — пожал плечами Трим. С его лица так и не сошла лучезарная улыбка. — Сейчас сами все увидите. Я вам формы новые принес. Одевайтесь и пойдем.

В свете недавних событий его радость выглядела неуместно. Однако ребята догадывались, что, скорее всего, он получил грандиозную выволочку за свою ошибку, но сурового наказания не понес, отделавшись легким испугом. Поэтому теперь и вертится ужом вокруг команды и всеми силами пытается загладить вину.

— А про Арктура новости есть? — спросил Дармер, не сильно рассчитывая на положительный ответ. Но он его получил.

— Тело так и не нашли, — сообщил Трим. — Завал разобрали, но под камнями никого нет — ни его, ни Торменты.

— Может, они были полностью уничтожены взрывом? — предположила Кси, натягивая синюю водолазку и штаны более темного цвета. Ни она, ни Салли не стеснялись, одеваясь перед товарищами. Да и Дармер с Мартесом не обращали на это внимания.

— Исключено, — покачал головой Трим. — Даже если их тела испепелило, специалисты бы все равно что-то нашли. Но они облазили весь раскопанный тоннель и вынесли вердикт: там никто не умер.

— Но это же хорошо! — воскликнула Салли. — Есть надежда, что господин Триостражник вернется к нам целый и невредимый!

— Все, конечно, так, — согласился Трим, — но вполне может статься, что Киара Тормента, которая, скорее всего, тоже жива, похитила его, и теперь Глава Замка Огня — пленник Гильдии. Неизвестно, кстати, что хуже — умереть или попасть в плен к Гильдии.

Вся команда разом застыла, пораженная таким предположением. Но Трим тут же поспешил рассеять тревогу после жути, что он нагнал:

— Разумеется, это все лишь гипотеза. Будем надеяться, что верна версия Сальвадоры, а не моя.

На этой оптимистичной ноте облаченные в новую форму ученики и их руководитель покинули освещенную тускло мерцавшим белым светом палату, выдолбленную в сером камне, как и все прочие подземные комнаты, и пошли по такому же коридору.

Дармер помимо Шеда тревожился и за Адель, поэтому попросил сначала заглянуть к ней. Кси была категорически против. Девушке хотелось поскорее увидеть друга. Адель же была ей безразлична. Однако она осталась в меньшинстве, поскольку Салли и Мартес приняли сторону Дармера. Ксилоте ничего не оставалось, кроме как, стиснув зубы, последовать за товарищами в конец коридора, где находилась палата «наглой рыжей выскочки». Но вскоре гневные мысли вылетели у нее из головы.

Двери в этом коридоре были совсем не похожи на те, что довелось видеть ребятам в других частях госпиталя. Выкованные из темного металла створки разительно отличались от деревянных дверей остальных палат. Трим поколдовал с врезным замком и с трудом отодвинул одну из тяжелых створок. Но зайти в комнату команде не удалось — «друид» не пропустил их дальше порога и велел молчать. Заглянув внутрь, они поняли, почему.

Палата была небольшая, одноместная. В ней на единственной койке лежала Адель. Ее рыжие волосы с обгоревшими концами разметались по подушке, а руки вытянуты вдоль тела. Девушка не спала — ее глаза были открыты — но она даже не пошевелилась, когда открылась дверь. Она не обратила на посетителей ни малейшего внимания. Ее бессмысленный взгляд был устремлен в потолок. Если бы Адель изредка не моргала, можно было подумать, что она мертва.

Трим затворил дверь и накрепко запер.

— Сами видите, — сказал он, вздохнув. — Она совершенно здорова. Раны ей залечили в два счета, как только поступила. Но лекарей беспокоит ее душевное состояние. Они опасаются повторной вспышки. Поэтому Адель остается здесь под пристальным наблюдением в этой палате, — махнул Трим рукой на монументальную дверь, — которая рассчитана как раз на подобный случай. Если взрыв все-таки случится, он не выйдет за пределы комнаты.

Дармер, как никто другой знавший о силе взрыва, по-новому взглянул на закрытую палату. Он не обратил внимания, но комната наверняка была обшита изнутри крепким металлом, а стены испещрены десятками защитных заклинаний.

— Что с ней? — сокрушенно спросила Салли.

— Депрессия, — пожал плечами Трим. — В ее случае обычное дело. Потеряла всю команду, которую еще и убили у нее на глазах… Плюс едва не взорвалась — это тоже сильно подкашивает.

— И как долго она останется в таком состоянии? — тихим голосом поинтересовалась Салли.

— Никто не знает. Лекарств для души не существует. Пока ее лучше не трогать. Пусть, для начала, успокоится, придет в себя, а там, глядишь, и сама справится.

Дармер смотрел на закрытую дверь и чувствовал, как сердце сжимает когтистая лапа. С болью и горечью он вспоминал пустые, безжизненные глаза и осознавал, что ничем не может помочь. Юноша прекрасно понимал, что чувствует Адель, и знал, что помочь ее горю нельзя — это можно только пережить.

— Ладно, теперь пойдем к вашему другу.

Дармер с трудом отвел взгляд от двери и заметил Кси, которая наблюдала за ним. Она тут же отвернулась, едва увидев, что он смотрит на нее.

Порог палаты Шеда Дармер переступал с тем же напряжением, с каким обычно заходил в кабинет Арктура в Замке Огня. Слишком тяжелое впечатление на него произвел вид безучастной ко всему Адель, и Дармер боялся увидеть то же самое здесь. Но, оказавшись в палате, он с облегчением перевел дух. Шед лежал на кровати, но, как только открылась дверь, тотчас приподнялся и сел, радостно улыбаясь всей команде. От этой улыбки у Дармера в груди сам собой распутался тугой комок, появившийся там со вчерашнего дня, и ему стало гораздо легче.

— Шед! — громкий вопль ударил по ушам. В следующее мгновение Ксилота уже сжимала в объятиях друга.

— Ты… меня… задушишь! — прохрипел мечник, пытаясь отцепить девушку от своей шеи. Его руки, как тут же с радостью заметили все присутствующие, были на месте. Лишь тонкие полоски шрамов напоминали о недавнем увечье.

На помощь пришел Трим:

— Ксилота! Немедленно отцепись от Шедара! Он еще вчера при смерти был!

Кси немедленно разжала руки, и мечник снова смог дышать.

— Шед, как ты себя чувствуешь? — подскочила к нему обеспокоенная Салли.

— Что лекари говорят? — высунулся из-за ее плеча Мартес.

Дармер встал рядом с ними, ничего не говоря, но с волнением смотря на Шеда, ожидая, что он ответит.

— Да все нормально! — ответил тот. — Эти знахари скоро прийти должны, сказали — выписывать меня будут.

Сразу несколько облегченных вздохов пронеслось по палате. Команда была счастлива узнать, что с их товарищем все в порядке, и ребята заметно расслабились. А Ксилота, услышав радостное известие, мигом стала самой собой.

— Да что с этим балбесом случиться может? — язвительно протянула она, с наглым видом плюхаясь на койку так, что Шед аж подпрыгнул. — Он же твердокаменный, — и она в доказательство постучала Шеда по лбу. — Мозгов не додали, так хоть шкурой прочной не обделили. Чтоб баланс, так сказать, восстановить. И заживало на нем все всегда, как на оборотне!

Любой другой на месте Шеда, наверное, обиделся бы на такую речь, но мечник лишь весело рассмеялся. Глядя на него, Кси, которая пыталась состроить сердитое лицо, тоже невольно расплылась в улыбке. Но сорваться с языка новой колкости это не помешало:

— Но на тебя хоть взглянуть приятно, в отличие от той умалишенной, что мы видели до тебя!

Шед прекратил смеяться.

— Ты это о ком? — с недоумением спросил он.

Только теперь до присутствующих дошло, что мечник ничего не знает о произошедшем. Ведь он потерял сознание еще там, в подземелье, а пришел в себя только в Варнорте. Шед с удивлением глядел на замявшихся товарищей. Наконец, ребята собрались с духом и кратко поведали о событиях вчерашнего дня, которые он пропустил. После окончания рассказа в палате на несколько секунд повисла напряженная тишина.

— Вот как, — произнес Шедар с несвойственным ему хмурым лицом. — Значит, все, кроме Адель… Когда будут похороны?

— Они уже прошли, — ответил Трим. Одиннадцатая команда с удивлением посмотрела на него — об этом он им не говорил. — Похоронили… то, что от них осталось, — непонятно, с какой целью уточнил «друид».

— Как похоронили? — воскликнула Салли.

— Что тебя удивляет? — в свою очередь спросил Трим.

— Так быстро? Даже суток не прошло с тех пор, как…

— А зачем тянуть? — пожал плечами руководитель. — Ритуал захоронения воинов Варнорта обычно проводится на территории Форестоуна. За исключением случаев, когда погибший клановый, и его семья желает провести ритуал сама. Из той четверки клановым был только Пеларгон, но вы сами видели, что осталось от его тела — одни камни. Их мы прямо на месте и погребли.

— В Глабере? — тихо уточнила Сальвадора.

— Да, за городом. И не надо на меня так смотреть! Или вы полагаете, что Варнорт должен был сперва таскать эти булыжники через телепорт, чтобы затем вручить клану Пеларгона? Не кажется ли вам это глупым?

Ребята молчали — возразить было нечего.

— А оставшихся троих перенесли в Варнорт и захоронили по всем правилам, как настоящих воинов. За это я вам ручаюсь — сам на церемонии присутствовал.

— А как же их семьи? — негодующе воскликнула Салли. — Родственники тоже имеют право присутствовать на похоронах, вы должны были их дождаться…

— Дорогуша, — перебил ее Трим, — если ты не заметила, сейчас война. У Варнорта есть куда более важные дела, чем собирать родственников трех погибших учеников, тебе так не кажется?

По возмущенному лицу девушки было видно, какого она мнения об отношении Варнорта к погибшим и о самом руководителе. Ей очень хотелось высказать тому все в лицо, за его черствость и за это язвительное «дорогуша». Но она сдержала свой порыв и ограничилась тем, что повернулась к «друиду» спиной.

— А Адель? — вклинился Шедар. — Она же их сокомандница! Уж она-то должна была присутствовать на похоронах своих товарищей!

Тут уже все присутствующие поглядели на него с изумлением. Опасаясь, как бы Трим теперь не прошелся по мечнику, Дармер быстро пояснил:

— Адель ушла в себя после произошедшего. Сейчас она лежит и ни на что не реагирует. И в таком состоянии она может находиться еще долго. Поэтому бессмысленно ждать, когда она придет в себя.

— А даже если рыжая и оклемается в скором времени, — добавила Ксилота, — сразу тащить ее на похороны команды было бы верхом глупости. От Варнорта тогда одни руины останутся.

— Кстати об этом, — задумался Шедар. — Что все-таки произошло с Адель, почему она чуть не взорвалась? Я ничего не понял из ваших объяснений.

— Если маг поддастся эмоциям, то его магия может выйти из-под контроля, и вот тогда будет очень плохо, — пояснила Ксилота. — Если его не успеют остановить, он взорвется, и это уничтожит не только его, но и всех, кто находится рядом. Да ты не бойся, — хмыкнула она, увидев, какое впечатление произвели ее слова на мечника. — Бояться следует лишь магам Огня с большим объемом энергии. Так что ты — все опасности, — не могла не подколоть друга Кси.

— Стихия Огня считается самой неуправляемой и разрушительной, — вставил свое слово Дармер. — Поэтому обладателей больших ее запасов учат с детства контролировать себя, чтобы не допустить взрыва. Если он все же произойдет, то последствия ужасны: огненная волна сметает все на своем пути в радиусе до нескольких миль вокруг.

Его слова произвели неизгладимое впечатление на присутствующих. Сальвадора и Мартес хоть и знали раньше об этой особенности магов Огня, но до сегодняшнего дня, похоже, не представляли, о взрыве какой силы шла речь. Шед же и вовсе впервые слышал об этом. А вот Ксилота, которая была больше осведомлена в этом вопросе, пораженной не выглядела. На ее лице явственно читалось раздражение, смешанное со злостью, и она не замедлила озвучить свои мысли:

— А теперь только представьте, что бы с нами случилось, не подоспей мы с Дармером вовремя! — с нескрываемой злостью процедила она. — Были бы сейчас там же, где и двадцать четвертая команда. Эта рыжая чуть не прикончила нас всех!

— Кси, она же потеряла всю команду! — Сальвадора встала на защиту Адель. — Ее можно понять!

Довод подруги не показался Кси убедительным.

— Знаешь, Салли, когда война была в самом разгаре, каждый день кого-то убивали. И что-то в новостях не передавали ни одного случая, когда клановый маг Огня взрывался из-за гибели товарищей! — отчеканила она.

Дармер почувствовал, что пора вмешаться.

— Адель не клановая, — сказал юноша. — И никто не учил ее контролировать эмоции.

Ксилота пристально посмотрела на него.

— Даже если и так, — медленно произнесла она. — Рождаться в клане необязательно, чтобы уметь себя контролировать. У нее же есть родители? Неужто они не просветили свое чадо, как опасно бывает не держать себя в руках?

Дармер понял, что скрывать правду дальше нет смысла.

— Мне кажется, они и сами об этом ничего не знали, — увидев недоуменные взгляды, юноша пояснил: — Адель простолюдинка.

Его товарищи вытаращились на него так, будто Дармер сообщил, что Адель — воплощение богини.

— Ты, верно, шутишь? — не веря, переспросила Салли. — Чтобы у родителей с низким объемом родился ребенок, настолько превосходящий их… Ты ведь, кажется, упоминал, что резерв Адель на порядок больше нашего с тобой? — Дармер и правда еще в Глабере, рассказывая о бывшей одногруппнице, говорил подобное.

Даже Трим, которого, казалось, ничто не может пронять, был удивлен. Похоже, он так и не удосужился открыть их личные дела, в которых эта информация должна быть.

— Ну, вообще-то, — неожиданно вклинился в разговор Мартес, — это возможно. Редко, правда, но рождение детей с резервом, отличным от среднего его родителей случаются.

— Но настолько огромная разница в способностях…? — все еще была поражена Салли.

— Да, о таком я слышу впервые, — признал Мартес.

— Дармер, а ты совершенно уверен, что Адель простолюдинка? — спросила Кси.

— Да, — ответил тот. — Мне рассказал Арктур.

Это было не совсем так. Дармер догадался о происхождении Адель по намеку, брошенному Гиртабом. Арктур лишь подтвердил его предположение… Но не пересказывать же сейчас в подробностях события, случившиеся в тот день!

А реакция товарищей на это известие вызвала у него недоумение. Когда Дармер вник в скрытый смысл слов Гиртаба, то, конечно, удивился, но не настолько сильно, как ребята. Скорее, он просто принял к сведению. И ему была непонятна столь бурная реакция. Юноша так и сказал своим товарищам. Да, это возможно. Да, это явление очень редкое, но не настолько, чтобы вызывать такой шок.

— Кстати, — добавил Дармер, — бывает и наоборот. И если предположить, что появление магов, таких как Адель, происходит с той же частотой, то подобное случается один-два раза в столетие.

— Прости, а наоборот — это как? — полюбопытствовал Мартес.

— Это когда у родителей с высоким объемом энергии рождается ребенок с низким, — объяснил юноша.

— Дармер, позволь узнать, откуда у тебя такие познания? — сощурилась Ксилота, с подозрением глядя на товарища.

Тот замялся. Он бы с радостью предпочел замять эту тему, но… Шед уже в курсе, и лишь вопрос времени, когда узнают остальные. Скрывать правду не имело смысла.

— В моем клане было несколько подобных случаев, — как можно беспечнее произнес Дармер, надеясь, что товарищи не станут заострять внимание на его словах. Напрасно.

— Ха! — воскликнула Кси, хлопнув в ладоши. — Я же говорила, что он клановый! Салли, ты должна мне десятку!

— Но ведь он совсем не похож на кланового, — пробормотала раздосадованная Сальвадора. — Ты ведь сама говорила, что они все самовлюбленные выскочки! Значит, ты ошиблась…

— Я не говорила, что все. Исключения есть всегда, — заявила Кси. — Но, как бы они себя не вели, клановое воспитание все равно видно невооруженным взглядом, если, конечно, знать, на что обращать внимание. А по Дармеру сразу понятно, что он…

— Извините, я вам не мешаю? — решил напомнить объект обсуждения, что он стоит в двух шагах, о чем обе девушки уже, похоже, забыли.

— Ой, — опомнилась Ксилота. — Так из какого ты клана? — сделала она вид, что не прерывалась на разговор с Салли.

— Ну, об этом же не принято говорить, — Дармер попытался уйти от ответа.

— Ну, мы же твои друзья, — в тон ответила ему Кси, отрезая все пути к отступлению.

Дармер вздохнул. Как с Шедом отговориться не получится, эта наверняка все кланы наперечет знает, как бы ни лучше, чем он сам.

— Веспер.

— Веспер?! — как парень и предвидел, Ксилота оказалась наслышана о его клане. — Но это невозможно! — девушка была поражена до глубины души.

— Ага! — Сальвадора испытующе посмотрела на подругу. — На этот раз проиграла ты — клан ведь не угадала!

— Когда это мы такой спор заключали? — пренебрежительно фыркнула Кси.

— А ты вспомни, — весело пропела Салли, — сама же говорила: «Готова поспорить, что фамилия Дармера Антарес. Возможно, Нинсар, но вряд ли». В итоге ни тот и не другой. Так что я тебе ничего не должна.

— А я не понимаю, почему ты, Ксилота, так переполошилась, — произнес Трим, чем прервал девушку, собиравшуюся уже возмутиться наглости подруги. — Что в этих Весперах особенного?

Кси вытаращилась на него так, будто не верила своим ушам. Она огляделась на товарищей, но, исключая Дармера, все смотрели на нее с любопытством и непониманием.

— Кажется, в этой комнате я одна учила историю и слежу за новостями, — сделала вывод девушка с видом мага, собирающего реальность по осколкам. — Ладно другие, но ты-то, Трим! Ты же в Варнорте несколько лет служишь!

Руководитель неловко передернул плечами. Признаваться, что имеет весьма смутное представление о творящихся в мире событиях, не хотелось.

— Ну, я слышала, — неуверенно начала Салли, — что клан Веспер появился одним из первых, еще во время войны. Первой войны, я имею в виду, — уточнила она.

— Не просто из первых — он один из сильнейших, — отчеканила Ксилота. — Весперы даже по меркам клановых обладали впечатляющим объемом энергии. Еще они столетиями служили стражей во дворце Старейшин, а такая честь не каждому клану оказывается. Поэтому Весперы — одна из самых влиятельных семей в мире, — подвела итог черноволосая под вздохи товарищей, бросающих восхищенные взгляды на Дармера, который не знал, куда из-под них деться. — Но я удивилась не поэтому, — неожиданно произнесла Кси, а затем с нерешительностью посмотрела на товарища, не будучи уверенной, продолжать ли ей. — Я думала, что клан Веспер, — медленно проговорила она нетвердым голосом, — вымер.

Несколько секунд все молчали, осознавая услышанное.

— Что значит «вымер»? — переспросила Салли.

— То и значит, — пожала плечами Кси. — Все члены клана погибли в боях. И в новостях его назвали вымершим.

— А, так вот о каком клане шла речь, — пробубнил Трим себе под нос.

— Ты о чем? — уставились на него подопечные.

— Да… — запнулся «друид». — Я же не в лесной глуши живу, кое-какие слухи и до меня доходят. Пять лет назад все вокруг только и трепались о каком-то полностью истребленном клане. Там, по-моему, все за год умерли. Прямо друг за другом. Поговаривали даже, что клан прокляли…

— Твои новости, Кси, верны, но не до конца, — вмешался Дармер в разгоравшееся обсуждение. В свое время он услышал достаточно слухов и предположений о гибели его семьи, и не горел желанием выслушивать их снова. — Я был младшим членом клана, и, когда началась война, мне было всего лишь тринадцать лет. Сами понимаете, в боевых действиях я не участвовал. Обо мне мало кто знал. Вероятно, поэтому после смерти последнего Веспера на поле боя сказали, что погиб весь клан.

— Так это получается, ты остался последний? — Салли с сочувствием посмотрела на товарища.

— Получается, что так, — ответил Дармер.

Говорить на эту тему ему не хотелось. Но парень не мог не признать, что разговор прошел куда лучше, чем он предполагал. Ребята не наседали с вопросами, много не обсуждали. А Шед проявил понимание и не говорил, что узнал историю семьи Дармера раньше остальных. Он вообще во время беседы оставался необычайно молчалив. К сожалению, не один Дармер это заметил.

— А ты чего затих? — Кси легонько пихнула Шеда в бок. — Неужели сказать нечего? Как-то это на тебя не похоже.

Мечник беспомощно огляделся по сторонам, будто искал помощи, а у Дармера замерло сердце. Если Шед сейчас начнет вспоминать то злополучное утро в башне…

Хлопок открывшейся двери и последовавшие за ним шаги, возвещавшие о чьем-то приходе, еще никогда не были для мага столь желаемыми. Вошедшим оказался «друид» невысокого роста с испещренным морщинами лицом. При виде его Трим встрепенулся и вытянулся в струнку. От былой расслабленности не осталось и следа.

— Господин Нертер? — нервно проговорил он. — Очень рад вас видеть.

«Друид» смерил его колючим взглядом маленьких глаз и, ничего не ответив, прошел вперед к кровати Шеда. Стоявшая вокруг команда расступилась перед ним. От сухощавой фигуры в халате, надетом поверх формы без доспеха, исходила аура власти. Мартес еле слышно шепнул Дармеру на ухо:

— Это главный лекарь госпиталя. Мне родители о нем рассказывали.

Оказавшись перед койкой больного, местный начальник первым делом спросил сухим, как и он сам, голосом:

— Как себя чувствуете? Что-нибудь беспокоит?

— Все отлично, — жизнерадостно ответил Шед. — Чувствую себя превосходно.

— Ну да, ну да, — пробормотал лекарь, потирая редкую бороду на подбородке. — Раз так, то ступайте, отлеживаться можно и в комнате. Но советую не напрягаться в течение нескольких дней, чтобы раны зажили, как следует.

— Скажите, а когда мне можно будет вернуться к тренировкам? — спросил Шед у уже собиравшегося уйти «друида».

— Тренировкам? Каким тренировкам? — переспросил тот.

— Ну, я ведь не обычный воин, — пояснил Шедар. — Я мечник, и мне нужно ежедневно упражняться в фехтовании. Так когда можно приступить?

— Ах да, — будто что-то вспомнил Нертер, — насчет этого. Понимаете, наши лекари слишком поздно пришли на помощь. К сожалению, даже наши возможности не безграничны. Чудо одно то, что «друиды» в госпитале сохранили вам способность ходить. Боюсь, что сильные нагрузки вашему организму отныне противопоказаны — они могут свести на нет даже это достижение, а то и привести к смерти.

Судорожный вздох Ксилоты прокатился по комнате. Салли в ужасе прижала руку ко рту. Мартес застыл, лицо его вытянулось. У Дармера все внутренности сковало холодом от страшного известия. Один лишь Шед не понял, что за приговор вынес ему пожилой «друид».

— Я говорю о том, — сказал Нертер, видя непонимание на лице пациента, — что вы должны навсегда забыть о любых тяжелых тренировках и мечах. С такой травмой вы можете быть лишь обычным магом.

Глава 15. Седьмая башня

Вечер в общей комнате напоминал затишье перед бурей: никто не произносил ни слова, все пытались заниматься своими делами, но в воздухе витало ощутимое напряжение. Команда проявила удивительное единодушие в выборе занятия — все четверо уткнулись в книги, которые нашлись в их вещах, оставленных здесь перед практикой.

Шедар с ними не сидел. Он отлеживался в комнате, как ему предписал лекарь. Товарищи стыдились признаться даже сами себе, но они были рады отсутствию Шеда в гостиной. Каждый из них чувствовал, что в его присутствии ощущение неловкости значительно бы усилилось.

Глаза Дармера прыгали по строчкам текста, но смысл слов ускользал от него. Он был уверен, что и остальные только делают вид, что читают. Пару раз он замечал отсутствующий взгляд Кси, брошенный поверх «Истории нового времени». Мартес забывал переворачивать страницы справочника магической анатомии, а Салли вперилась в «Теорию нейтральных заклинаний» остекленевшими глазами. Дармер прекрасно знал, какие мысли обуревают его товарищей.

Каждый из них понимал, что за приговор вынес Шеду старый «друид». Варнорт не зря давал слабым магам возможность научиться управлению жизненной силой. Дармеру вспомнился Лонган, его бывший одногруппник, который, скорее всего, не пожелал осваивать это искусство, и как его с легкостью одолела еще более слабая в магии Пристина — теперь-то юноша понял, в чем ее секрет. Дармер всегда думал, что выходцам из простолюдинов никогда не стать сильными воинами. Их единственная задача на поле боя, причина, почему их обучают — быть «мясом», которое отдается на растерзание врагу, чтобы выиграть время, пока сильные маги готовятся к атаке. Но теперь он узнал, что таким воинам дается шанс стать сильнее и подняться над массой. А Шед теперь этого шанса лишен…

Надо было решать, что делать дальше. Страшный вопрос, на который ни у кого из команды не находилось ответа.

Они не могут бросить Шедара. Не потому, что им не хватит духа или смелости принять такое решение. Каждый понимал, что совершить это — значит предать товарища. Никто не был на такое способен. Но если оставить все, как есть… если идти в бой прежним составом… то Шед станет для них… На этом месте Дармер обрывал себя, чтобы даже в мыслях не проскочило предательское слово «обуза». Вот и получалось, что какое решение они не примут, оно в любом случае станет неправильным.

Хотя выбора у них и так нет. Шед никогда не захочет обременять товарищей, поэтому уйдет сам. Дармер в этом не сомневался. Вот только осознание того, что он бросил друга, даже если тот сам так решил, будет разъедать его до конца жизни. И это не говоря уже о судьбе самого Шедара. Если бывший мечник уйдет со службы и вернется домой в деревню, то беспокоиться нечего. Но Дармер не верил, что Шед так поступит. Он успел неплохо изучить товарища, чтобы с уверенностью предсказать, что тот останется в Варнорте. И тогда, в составе «мяса», смерть ему гарантирована…

— Братишка, — вдруг раздался голос над ухом.

Юноша вздрогнул и обернулся: погруженный в свои мысли он и не заметил, как к нему подошел Шедар.

— Да, — произнес Дармер внезапно охрипшим голосом и прокашлялся. — Ты что-то хотел?

— Я надумал прогуляться. Не составишь мне компанию? — голос Шеда, в отличие от товарища, был спокойным, ровным и даже немного беззаботным.

— Конечно, — ответил Дармер, поднимаясь с кресла.

— Шед, а можно мне тоже с вами пойти? — спросила Ксилота и уже собралась встать, но парень жестом руки остановил ее.

— Нет, Кси, — мягко сказал он, — останься. Я просто хотел показать братишке наш Замок. А ты его уже сто раз видела, — с этими словами Шед бесцеремонно сграбастал Дармера за плечо и потащил к двери, оставляя товарищей в недоумении и растерянности.

Оказавшись на лестничной площадке, Шед уверенно направился вверх по лестнице. Дармеру ничего не оставалось, как последовать за ним. В его голове вихрем проносились один за другим множество вопросов. То, что друг позвал его с собой не просто погулять, было ясно как день. Шед явно собирался поговорить с ним о чем-то серьезном, но о чем? И почему именно с ним? Может, он хотел вернуться к тому давнему разговору в Глабере? Хотя, почему давнему, он же только вчера произошел. Дармер поразился тому, сколько событий случилось с тех пор, что утро предыдущего дня кажется таким далеким.

Пройдя последний лестничный пролет, они вышли на плоскую крышу с зубчатым ограждением. Седьмая башня оказалась одной из самых высоких, и от открывшегося с нее вида у Дармера перехватило дух. Уже почти стемнело, и башни были окутаны светлячками окон и дверей разных цветов, будто увешаны гирляндами огней. Катверн, освещенный уличными фонарями и окнами домов, призрачно сиял сквозь кроны деревьев. Дармер вспомнил, какое впечатление на него произвел город и замок, когда он оказался здесь впервые, при свете дня, и подивился, как преобразилось это место в сумеречное время. От серости и уныния не осталось и следа. Воздух наполняло ощущение сказки и волшебства.

— Отсюда многого не разглядишь, тем более сейчас, — вторгся в сознание Дармера голос Шеда и порушил всю идиллию, — но если присмотреться, то… Вон, смотри, видишь огоньки?

Он указывал на что-то в сторону озера. Взглянув туда, Дармер и впрямь увидел несколько светящихся точек вдали от берега.

— Это Замок Воды, — с гордостью заявил Шед.

Дармер вновь напряженно вгляделся во тьму. Не без некоторых усилий он сумел разглядеть очертания небольшого острова посреди озера и строение на нем, которое, по-видимому, и было Замком Воды, но больше ничего рассмотреть не удалось. А через пару мгновений до юноши дошло.

— Ты позвал меня сюда лишь затем, чтобы показать Замок? — с неверием спросил он.

— Ну, я же тебе обещал, — широко улыбнулся Шед. — В день нашего знакомства, помнишь?

Дармер помнил. Но что же получается: товарищ вовсе не имел никакого тайного умысла и позвал его сюда не для разговора, а чтобы исполнить давнее обещание? Дармер почему-то почувствовал себя обманутым.

— У тебя нет ощущения… повтора? — неожиданно сказал Шед, закладывая руки за спину и устремляя взгляд куда-то далеко в чернеющие воды. — Помнится, недавно мы вдвоем также стояли на башне.

Дармер как можно незаметней перевел дух, благо Шед не смотрел на него. Все же он не ошибся, и разговор по душам состоится.

— Мы тогда тоже говорили, — неуклюже продолжил маг Воды. — Я хотел попросить у тебя прощения.

— За что? — удивился Дармер.

— За то, что наговорил тебе тогда, — объяснил Шедар. — Я не должен был так резко… такими словами… В общем, прости меня.

— Не извиняйся. Это я должен… — пробормотал Дармер. — Повел себя тогда… не очень, — он тоже замялся, не в силах подобрать нужных слов. — Эта тема для меня болезненная, вот и сорвался.

Парни замолчали, оборвав разговор. Друг на друга они не смотрели.

— Но я хочу, чтобы ты понял, почему я так сделал. Почему поступил в Варнорт, — голос, совершенно спокойный и ровный, в котором не было ни капли неуверенности, нарушил тишину. На сей раз Шед говорил, смотря Дармеру прямо в глаза. — Большинство тех, кто поступает в Варнорт по собственной воле, говорят, что хотят защитить свое государство, свой народ. И они говорят правду, потому что, только защищая страну, они могут защитить свою семью. Своих близких. Вот истинная причина, заставляющая магов вступать в ряды Варнорта, и причина, почему ты не желал к ним присоединяться, — им есть, кого защищать.

— Но ведь у тебя тоже никого не было, когда ты пошел в Варнорт! — запротестовал Дармер.

— Моя матушка всегда говорила, что даже если ты что-то теряешь, то потом оно все равно вернется к тебе. Нельзя быть одиноким вечно. Рано или поздно у тебя появятся те, кто тебе дорог. Поэтому я поступил в Варнорт — чтобы защитить свое будущее, — закончил Шед полушепотом.

Дармер смотрел на него со смесью неверия и восхищения. Идти на войну лишь ради будущего, до которого он может не дожить? Сам Дармер никогда не решился бы пойти на такое, о чем он и сказал Шедару. В ответ тот посмотрел на него пронизывающим взглядом.

— А скажи, братишка, если бы тебе сейчас предложили уйти из Варнорта, ты бы согласился? — голосом, требующим исключительно честного ответа, спросил Шед.

Дармер задумался. Уйти? Снова зажить прежней жизнью, без забот и мыслей о войне? То, о чем он мечтал два года? Все это время мысль об уходе из Варнорта не давала ему покоя. Но теперь Дармер даже не мог вспомнить, когда обдумывал ее в последний раз. И почему она не приносит былой радости, как раньше? Почему все внутри него кричит о неправильности такого поступка? Почему…

И тут в его памяти лавиной пронеслись воспоминания: окровавленный Шед, перебирая обрубками рук, ползет по полу. Мартес, который на пределе сил делает все возможное, чтобы сохранить ему жизнь и здоровье. Салли, отдавшая все силы на заклинание, умирает на руках Кси. Сама Кси, обессиленная, делает безнадежную попытку спасти ему, Дармеру, жизнь… И Адель, впавшая в безумие отчаяния, разгорается все сильней.

Вот, почему. Он уйдет, но они-то останутся… И однажды настанет день, когда он увидит в некрологах имена кого-то из своих друзей.

Ответ, простой и единственно возможный, появился сам собой.

— Нет.

Шед улыбнулся. Он ждал услышать этот ответ и, казалось, точно знал, о чем думал Дармер. Следующие его слова подтвердили это.

— Я уже давно не думаю о будущем. В Замке я подружился со многими магами, и, к моей радости, один из моих лучших друзей попал со мной в одну команду. Но наша команда стала для меня гораздо большим, чем просто друзья. Вы стали для меня настоящей семьей. Теми, ради кого я готов пожертвовать своей жизнью, — Шед помолчал, дав время потрясенному Дармеру переварить услышанное. — Я не жалею, что все случилось именно так, — он сжал запястье в том месте, где под синей тканью были шрамы, не оставляя сомнений, что он имеет в виду. — Это было не напрасно.

Дармер порывался было что-то сказать, но Шедар поднял руку и покачал головой, как будто точно знал, о чем тот хотел говорить.

— Я больше не могу защищать наших друзей. Не спорь, — снова заставил он замолчать Дармера, — ты знаешь, что это правда. Я слишком слабый маг, и теперь от меня нет никакого толку. Но ты — другое дело. Ты сильный, намного сильнее меня, и эту силу не способно отобрать какое-то ранение. Ты получил ее по праву рождения, и она останется с тобой до конца жизни.

— Не преувеличивай, — возразил Дармер. — Кси меня постоянно побеждает, да и Салли как минимум не слабее.

Шед помолчал, должно быть, обдумывая сказанное.

— Наши друзья сильны и во многом превосходят нас, — сказал он, наконец. — Они могут и сами постоять за себя. Но сила заключается не только в умениях и навыках. Салли… немного наивна и думает, что знает все о войне. Но это не так, и однажды она это поймет. Мартес… он не очень общительный, и ему сложнее всех стать частью команды. А у Кси сложный и тяжелый характер, ей трудно находить общий язык с другими. Мы с ней тоже не с первого дня знакомства поладили, но в отличие от остальных, я не прекратил общаться с Кси. В итоге мы стали лучшими друзьями. Кси из тех, с кем возможна настоящая дружба, — Шед улыбнулся каким-то своим мыслям или воспоминаниям. — А еще они не знают, каково терять близких. Если это впервые для них произойдет в бою, они станут совершенно беспомощны перед врагом. Боль отнимет у них силы и желание сопротивляться, — жестко закончил он.

Дармер молчал. Вспоминая то страшное время, когда ему не хотелось ничего, даже жить, он не мог не признать правоту Шедара.

— Ты поможешь им? Поможешь справиться с болью? Станешь защищать их?

Шед выжидающе смотрел на него с требовательностью во взгляде. Дармер кивнул и улыбнулся — впервые за весь день.

— Да.

— Обещаешь?

— Да.

Шедар вдруг подался вперед, и Дармер ощутил, как его сжимают в медвежьих объятиях.

— Спасибо, — еле слышно прошептал товарищ и отпустил его. — И еще, — вдруг добавил он, — позаботься о той девчонке, Адель, ей сейчас тоже нужна поддержка. Хотя, наверное, напоминать тебе об этом было лишним, — и Шед с усмешкой многозначительно посмотрел на Дармера. Тот почувствовал, что краснеет. И как друг догадался о его симпатии, ведь он никому об этом не рассказывал. — Ну, ладно. Я сказал все, что хотел, и услышал, что хотел. Возвращайся в гостиную, братишка, уже поздно.

— А ты? — посмотрел на него Дармер.

— А я побуду здесь немного, — счастливо улыбнулся Шедар, вдыхая полной грудью ночной воздух. — Замок в это время суток удивителен, особенно издали. Мы часто собирались всем курсом вечером на берегу, смотрели закат и любовались ночным Форестоуном.

Уже подходя к люку, ведущему на лестницу, Дармер услышал:

— Спокойной ночи, Дар.

* * *

Вопреки пожеланию Шеда, эта ночь прошла отнюдь не спокойно. Слова друга что-то изменили в душе Дармера, перевернув все с ног на голову. Он не мог уснуть, вновь и вновь прокручивая разговор на башне. Мысли метались одна за другой, и не в одной из них Дармер не находил успокоения. Ему было ясно одно: одним разговором Шедару удалось сделать то, что не получалось у Арктура несколько лет.

Лишь глубокой ночью юноше удалось забыться сном.

Проснувшись утром, совершенно не чувствуя себя выспавшимся, Дармер с удивлением обнаружил, что кровать Шеда стояла не разобранной. А поскольку ее владелец никогда не страдал привычкой заправлять постель сразу после подъема, вывод мог быть только один — Шед так и не возвращался в комнату.

Поднявшись, Дармер выглянул в гостиную в надежде, что найдет друга там. Но в креслах сидела одна Салли и читала с утра пораньше книгу.

— Доброе утро. Ты Шеда не видела? — спросил у нее Дармер.

— Привет, — улыбнулась ему златовласка. Она выглядела, как всегда, великолепно, будто и не ложилась спать. Чего нельзя было сказать о сонном и помятом собеседнике. — Нет. А он разве не в вашей комнате? — удивилась она. — Вы же вместе вчера уходили.

— Только я пришел раньше него, — пояснил Дармер. Когда он накануне вернулся в гостиную, его друзья уже разошлись по спальням, поэтому не знали, что они возвратились не вместе. — Шед захотел прогуляться в одиночестве. Но, похоже, он вообще в комнате не ночевал.

Дармер рассказал о не разобранной кровати Шеда, прибавив, что никогда не замечал за ним страсти к ночным прогулкам. Напротив, он больше всех стремился провести это время, предавшись крепкому сну.

Салли выслушала его, а затем покачала головой.

— По-моему, ты придаешь его отсутствию слишком большое значение. Вчера у Шеда был очень непростой день, ведь не часто слышишь… такие новости. Тебе не хуже меня известно, что для него значило быть мечником. Поэтому я совсем не удивляюсь, что ему этой ночью не спалось.

Дармер обдумал эти слова и был вынужден признать их правоту. И правда, чего он забеспокоился? Лучше бы вспомнил, как сам пять лет назад страдал бессонницей. В сложившейся ситуации поведение Шеда не было чем-то из ряда вон выходящим.

Но сколько бы юноша ни старался убедить себя, что все в порядке, червячок сомнения продолжал его грызть. Дармер не мог понять, чем вызвано необъяснимое чувство тревоги, что скручивало его внутренности в пружину. В конце концов, он решил, что лучший способ успокоить свою паранойю — пойти и самому убедиться, что все его страхи беспочвенны. Дармер направился к двери, отрывисто бросив Салли:

— Пойду поищу Шеда, скоро ведь завтрак, — но дойти до нее не успел.

Прямо перед ним дверь отворилась. На пороге стоял Трим. Сердце Дармера пропустило удар, а затем бешено заколотилось, когда он увидел выражение, застывшее на лице «друида». С одеревенелым лицом, приобретшим неприятный землистый оттенок, он выглядел так, будто не спал несколько дней подряд. Либо…

— Что случилось? — выдавил из себя Дармер.

Неужели предчувствие его не обмануло? Внутри все замерло в ожидании ответа. Салли, которую ничего не терзало, смотрела на Трима с легким любопытством.

Трим отвел глаза в сторону. Он явно не знал, как начать разговор. Его заминка не осталась незамеченной Дармером и встревожила его еще больше.

— Шедара сегодня утром нашли в одном из боевых залов, — наконец, быстро проговорил «друид», будто боясь, что запнется. — В том самом, в котором вы с ним сражались на экзамене. Их обычно не запирают, — непонятно, зачем, уточнил Трим. — Он тренировался. Рядом лежали мечи.

— Что? — вскочила Салли. — Но ему же нельзя!

— Вот именно, — глухо ответил Трим.

Дармер ощутил, как внутри все оборвалось. Глубоко вздохнув, он спросил, стараясь подавить дрожь в голосе:

— Что с ним?

Трим опустил глаза вниз, и Дармеру все стало ясно. Пол закачался под ногами, и юноша подумал бы, что спит или сильно пьян… если бы однажды уже не испытал подобное.

— Так что с Шедом? — Салли или не видела лица Трима, или не поняла, что оно означает.

— Он… мертв, — с заминкой проговорил тот.

Сальвадора в ужасе прижала ладони ко рту. Время остановилось. Все замерли, точно оцепенели.

— Как мертв? — безжизненный голос разрушил тишину.

Голос был чужим и незнакомым, но Дармер сразу понял, кому он принадлежал. Забыв о собственной боли, он обернулся и вперился взглядом в бескровное лицо Ксилоты, которая, стоя в дверях комнаты, смотрела на них растерянным взглядом. Казалось, она не понимала, что происходит, или же думала, что над ней злостно посмеялись. Но никто из присутствующих не спешил сознаваться в шутке. Кси переводила взгляд с одного лица на другое. Трим смотрел на нее все с тем же каменным выражением, Дармер — с пониманием и болью, а в глазах Салли стояли слезы. Медленно к девушке пришло понимание, что происходящее — не глупый розыгрыш, и то, что она слышала, — правда.

Дармер думал, она закричит, как тогда, в подземелье. Но Ксилота только закрыла лицо руками и зарыдала. Ноги, больше не державшие ее, подкосились, и она рухнула на колени.

* * *

Серая и унылая погода Катверна как нельзя лучше соответствовала настроению одиннадцатой команды и тому событию, ради которого они собрались на причале Форестоуна. Стоя на нем, они смотрели, как лодку с телом их товарища и друга сносят по каменным ступеням к воде. На похороны Шедара почти никто не пришел. Только его команда, Трим, да пара незнакомых магов, занимавшихся процессом погребения. Возможно, в Катверне оставались бывшие одногруппники Шеда, которые бы захотели прийти, но Дармер не пожелал их разыскивать и отговорил Салли, которой пришла эта идея. Он хотел отправить Шеда в последний путь в присутствии лишь самых близких. Без посторонних. Почему-то ему казалось это очень важным. Поняла ли его чувства Сальвадора или нет, но больше она не настаивала. Ксилоте было все равно, а Мартес по обыкновению промолчал.

Ребята уже простились с другом. Первой к лодке подошла Ксилота. Она не плакала — должно быть, уже просто не была на это способна. С того момента, как Кси услышала весть, прошло совсем немного времени, но она разительно переменилась. Ее румяные полные щеки посерели и ввалились, остро проступили скулы. Большие сверкающие глаза поблекли, под ними залегли черные тени. Даже волнистые волосы потускнели и паклей свисали вниз.

Опустившись на колени, Ксилота обняла Шеда и прижалась лбом к его лбу. В таком положении она провела несколько минут, не произнося ни слова. Потом она поднялась и, пошатываясь, побрела обратно к ребятам.

Следующими подошли Сальвадора и Мартес. Салли присела на край лодки и заговорила тихим шепотом. До Дармера долетали лишь отдельные слова: «ошибалась», «храбрее», «не смогла бы», «горжусь». Мартес молча стоял рядом. Когда девушка отошла, он наклонился и приложил руку к лодке изнутри. Под его пальцами из дерева начали вырастать красные и желтые цветы. Словно волна, они быстро распространялись по нему. Когда Мартес отнял руку, цветы покрыли всю внутреннюю поверхность лодки.

Дармер подошел проститься последним. Он смотрел на Шеда в его синей форме, лежавшего на ковре красных и желтых цветов, и думал, насколько сильно этот маг изменил его жизнь всего за пару дней.

Дармер вспомнил их разговор на вершине башни. Теперь он понял все, весь смысл его слов. Его друзья не могли понять, почему Шед так поступил, зачем буквально наложил на себя руки. В том, что это самоубийство, никто не сомневался — мечник не мог не знать, чем закончится его тренировка. Дармер не спешил их просвещать. Ведь недаром Шед сказал свои последние слова именно ему. Он не хотел быть бесполезным, не хотел становиться обузой, камнем на шее у товарищей. И он выбрал смерть — смерть, достойную его. Он умер, не выпуская мечи из рук.

— Вы закончили? — ворвался в мысли Дармера посторонний голос. — Простите, у нас еще много работы.

Дармер вздрогнул. Оказалось, он уже долгое время стоял над телом Шедара. Подняв голову, юноша увидел одного из магов, занимающихся похоронами. Дармер кивнул, и в последний раз посмотрел в бледное умиротворенное лицо. И только теперь он заметил легкую, почти незаметную улыбку на губах Шеда. На какое-то мгновение у Дармера промелькнула мысль, что его друг спит и ему снятся счастливые сны. Шед умер, зная, что о его товарищах есть, кому позаботиться. Он верил, что «братишка» защитит их и поддержит в трудную минуту. Ведь тот пообещал. Умирая, Шед улыбался и знал: у его друзей все будет хорошо.

Лодка взлетела в воздух, подчиняясь заклинанию. Затем ее тихо спустили на воду и оттолкнули от пристани. Покачиваясь, лодка неторопливо поплыла прочь от берега. Случайно или нет, но она направлялась в сторону Замка Воды в середине озера. Вся команда, стоя на краю причала, смотрела ей вслед.

— Ритуал закончите вы? — спросил один из магов. — Или этим заняться нам?

Дармер оглянулся на гробовщиков. Хотя оба они были в серых формах, юноше не составило труда понять, кто есть кто. Один, тот, что поднял лодку, был магом Воздуха, а стихию второго выдавали темно-рыжие волосы. Ему-то, должно быть, и предназначалось закончить ритуал.

— Нет, — отрывисто сказал Дармер, — я сам.

Он вышел чуть вперед и вскинул руку в направлении лодки. Та уже достаточно далеко отплыла.

«Пора», — решил Дармер.

Огненный поток с ревом пронесся над озером, и лодка вспыхнула, объятая пламенем. Дармер глядел на пылающий остов, пока за спиной не услышал всхлип. Кси не сумела сдержать эмоций, глядя, как сгорают останки ее друга.

Шед просил помочь их друзьям пережить боль от его смерти, хотя тогда Дармер еще не понял, что он хотел сказать. Помочь пережить то, что уже доводилось испытать им обоим. И сейчас Дармер понимал Кси, как никто другой. Он подошел к ней и обнял, прижав к себе. Потому что знал: никакие слова не принесут облегчения, не уменьшат разрывающую грудь боль. Никто из тех, что тогда пытались его разговорить, не додумался сесть рядом и молча поддержать. Никакие слова мира не смогут передать того участия, как этот простой жест, который лучше всего прочего говорит: «Ты не один. Я рядом. Я буду с тобой». Это единственное, о чем тогда мечтал Дармер.

Поэтому он не стал ничего говорить Кси. И не ошибся: она тут же вцепилась в него, словно от крепости хватки зависела ее жизнь, и прижалась щекой к холодному доспеху. Понемногу всхлипы утихли, а лицо Ксилоты разгладилось.

К тому времени лодка уже уходила под воду. Глядя на догорающие островки пламени, Дармер еще раз подумал об обещании, данном Шеду, и с каждой секундой решимость крепла в его душе.

«Я не обещаю, Шедар», — сказал он про себя.

В этот момент пучина поглотила последние остатки лодки. Погасли последние огоньки. Волны лениво перекатывались по поверхности озера, и ничто уже не говорило, что под ними в глубине нашел последнее пристанище самый храбрый маг, которого встречал в своей жизни Дармер.

«Я клянусь».

Глава 16. Пауза заканчивается

— Хорошие новости! — с этими словами в гостиную одиннадцатой команды ворвался Трим.

В общей комнате находились только Дармер с Кси — Сальвадора и Мартес ушли ужинать. Салли звала их с собой, но у Дармера аппетит отсутствовал напрочь. О Ксилоте и говорить не приходилось: после похорон на нее накатил ступор. Она сидела в кресле, почти не шевелясь и уткнувшись неживым взглядом в стену. Девушка даже не дернулась, когда Трим с грохотом распахнул входную дверь.

Дармер проявил больше интереса.

— Что за новости? — спросил он, про себя думая, что бы это могло быть, и почему Трим так обрадовался. Первой мыслью было, что «друида» сняли с должности руководителя их команды. Тогда его восторг понятен.

— Господин Триостражник вернулся! Живой! — на мгновение Дармер пожалел, что его предположение не сбылось, но эта мысль потонула в потоке гораздо более радостных чувств.

— Арктур? Вернулся? — не веря, переспросил он. В глубине души Дармер уже похоронил учителя, потеряв надежду увидеть его живым. Поэтому новость оказалась не только хорошей, но и свалилась как снег на голову. — Где он?

— В госпитале, — ответил Трим и предложил: — Если хочешь, я проведу тебя к нему.

— Конечно! — с решимостью откликнулся Дармер. Такого душевного подъема у него не было давно. Дармер вскочил с дивана и уже собрался бежать, но тут вдруг вспомнил о позабытой всеми Кси. Она не изменила своего положения и не выказывала никакого интереса к происходящему. Но на всякий случай Дармер спросил у нее: — Ты пойдешь с нами?

Та пару мгновений молчала, а затем коротко ответила, не меняясь в лице:

— Нет. Иди.

Больше Дармера ничто не удерживало, и он понесся по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньки, так быстро, что Трим не поспевал за ним. Из-за недавних трагических событий юноша успел запомнить дорогу к госпиталю, и даже не задумался, когда, оказавшись в подземелье, свернул в один из коридоров, ведущих в четвертую башню. Но у дверей госпиталя ему пришлось сбавить обороты, поскольку одного, без «друида», его не пускали.

Трим подоспел через минуту, запыхавшийся и явно недовольный подопечным, который заставил его побегать. Но он ничего не сказал Дармеру, лишь зыркнул на него, а затем подошел к стоящему у закрытых створок рослому «друиду», который следил, чтобы никто посторонний не проник на их территорию. Трим о чем-то с ним тихо переговорил, после чего «друид» без проблем пропустил их внутрь госпиталя. Должно быть, охранник у входа сказал, в какой палате находится Арктур, потому как Трим, не останавливаясь и не спрашивая ни у кого дорогу, уверенно петлял по запутанному лабиринту коридоров с множеством дверей, все как один освещенные тусклым белым светом. В какой-то момент они свернули в неприметный закуток, и Дармеру показалось, что он узнает железные двери палат в этом коридоре. Когда «друид» остановился у одной из них, Дармер был уже точно уверен, кто находится за этой дверью.

— Так ведь это же… — начал он, но не успел закончить.

Как и в прошлый раз, створка поддалась с большим трудом. Трим жестом пригласил ученика пройти внутрь. Дармер не ошибся — это и в самом деле оказалась палата Адель. Но с прошлого раза обстановка в ней сильно переменилась.

Девушка больше не лежала, уставившись в потолок, а сидела, облокотившись на подушку, прислоненную к спинке кровати. А рядом на стуле сидел… Арктур. Его вид оставлял желать лучшего. Прежде роскошная мантия сильно обгорела, покрылась копотью и грязью до такой степени, что о ее истинном цвете — бордовом — можно было лишь гадать. Под стать одежде выглядел сам Арктур: руки и лицо покрыты ссадинами и разводами грязи. Время, прошедшее со дня их последней встречи, вряд ли оставило ему о себе хорошие воспоминания. Дармер не припоминал, видел ли он учителя когда-нибудь таким усталым и изнуренным.

Арктур, говоривший что-то Адель, прервался, когда открылась дверь, и повернулся к посетителям. Дармер обратил внимание, что взгляд Адель больше не пустой и безжизненный. Хотя девушка по-прежнему была лишь тенью себя прежней, но в ее глазах появилось осмысленное выражение. Она с большим вниманием слушала, о чем говорил ей Арктур.

— Дармер, — раздался в тишине голос учителя. Арктур встал со стула, подошел и, неожиданно для Дармера, стиснул его в объятиях. — Я очень рад, что ты жив.

— Это я рад, — ответил тот, ощущая неловкость, но не делал попыток вырваться. — Я уже не думал, что увижу вас в живых.

Арктур отпустил его и отошел на шаг назад.

— Мало кто в это верил, даже господин Глава, — грустно улыбнулся учитель. — Он мне все рассказал. Прими мои соболезнования.

Дармеру не требовалось переспрашивать, чтобы понять, о чем речь. Он коротко кивнул, не сочтя нужным что-либо говорить. Напоминание о смерти Шеда отдалось внутри затаенной горечью, но уже не вызывало того надрывного чувства боли, какое преследовало его после смерти родителей. Дармер не мог сказать, с чем это связано: то ли теперь потеря близкого воспринималась легче, чем в первый раз, то ли из-за клятвы, данной другу. Быть может, осознание важности возложенной на него задачи помогало преодолевать боль. Даже в мыслях Дармер не допускал, что не справится, а значит, подведет Шеда.

— Когда мне сказали, что произошло, я подумал, Адель более всех прочих нуждается в моем участии. Я не ошибся? Ты же не сердишься на меня за то, что я не навестил тебя самым первым? — спросил Арктур, внимательно следя за реакцией ученика.

— Разумеется, вы все правильно сделали, — поспешил ответить Дармер, догадываясь, о чем тот думает. — Я в порядке, правда, — прибавил он, поскольку Арктур не отводил его него пристального взгляда. — А что случилось с вами? Где вы были все это время? — переменил он тему разговора.

Лицо Арктура неожиданно разгладилось, и он усмехнулся.

— Интересно, сколько раз мне еще придется пересказывать эту историю? — риторически вопросил он. — Ну, да ладно. Присаживайся, Дармер. Адель ведь, наверняка, тоже интересно послушать. История эта и в самом деле занимательна.

Адель, все это время с отрешенным видом слушавшая разговор учителя и ученика, кивнула и подвинулась, давая Дармеру место сесть, потому как стул в палате был только один. Когда все расселись, Арктур заговорил. Свой рассказ он начал с того места, когда остался с Киарой в подземелье после отступления одиннадцатой команды…

Поначалу все шло более, чем удачно: ограниченное пространство стесняло Торменту в движениях, не оставляя места для маневра, тогда как для самого Арктура такое поле боя было не помехой, а преимуществом. Как и Дармер, он догадался использовать призывы, которые охватывали собой весь тоннель, не давая Киаре возможностей уклоняться. Ему эта тактика удалась куда успешнее — ведь призывы Арктура гораздо мощнее, а значит, Киаре было значительно труднее их отражать. Если бы события и дальше так развивались, Арктур мог и одолеть Киару. Но он не учел одного: битва велась на территории противника. К сожалению, Глава Замка Огня вспомнил об этом слишком поздно.

Киара, похоже, предполагала, что ей, возможно, придется покидать Глабер в спешке, и на этот случай у нее имелся способ быстро уничтожить подземелье, чтобы Варнорт не понял, какого рода эксперименты она проводила. Тоннель оказался заминирован. Выждав момент, когда у нее будет фора в несколько секунд, Киара воспользовалась карманным телепортом. А в следующую секунду на каменных стенах подземелья вспыхнули руны и символы. Арктуру хватило беглого взгляда, чтобы понять: если он сейчас же не покинет подземелье, то умрет.

— Не будь у меня столько боевого опыта — точно не выбрался бы оттуда, — рассказывал Арктур. — В такие моменты мое тело будто начинает само двигаться. У меня было не больше пары секунд, и за это время я успел выхватить телепорт, которым ты, Адель, меня вызвала в Глабер.

И он достал из кармана маленькое зеркало. С виду ничем не примечательное, но присмотревшись внимательней, становилось ясно, что сделано оно не из стекла, а камня. Тончайшая плитка черного цвета была отшлифована до зеркального блеска. По ободку шел узор из символов.

— Мой военный трофей, — сказал Арктур, крутя вещицу в руках. — Гильдия в свое время сделала много разновидностей карманных телепортов. Этот перемещает к себе предмет с особым знаком, — он поднял левый рукав мантии и показал ученикам шнурок на запястье с вплетенным в него камнем цвета бирюзы, на котором виднелись паутинки нацарапанной руны, — и того, кто его носит.

— Вы хотите сказать, что воспользовались им? — недоверчиво поинтересовался Дармер. — Спаслись из подземелья через этот телепорт? Но как? Ведь для вас он был бесполезен.

— Да, но все телепорты работают по одним и тем же принципам. А я, к счастью, неплохо разбираюсь в пространственной магии, — Арктур чуть слышно хмыкнул. — Мне удалось быстро перенастроить телепорт, чтобы он переместил меня из подземелья. Координаты я не задал, поэтому перенесся в случайное место.

— Случайное? Но вас могло выкинуть посреди океана! — воскликнул Дармер.

— Да, могло быть и такое, — подтвердил Арктур. — Но это был мой единственный шанс на спасение. Я итак еле успел. Руны уже начали взрываться, когда я телепортировался.

— И куда вас занесло? — спросил Дармер.

— В Ледяные горы, — ответил Арктур. — Мне, можно сказать, повезло. Хоть это и не самое приятное место, но я оказался неподалеку от Замка Воздуха. Мне доводилось бывать там раньше, потому, не без труда, но я отыскал его. И уже оттуда телепортом переместился в Форестоун.

Он устало вздохнул. Дармер подумал, что этот короткий рассказ не передает и малой толики тех трудностей, что пришлось выдержать Арктуру. Одно то, что он почти двое суток скитался по заснеженным склонам Ледяных гор, которые считались одним из опаснейших мест мира, говорило о многом.

— Вам бы отдохнуть, учитель, — тихо заметила Адель, которая, как и Дармер, заметила состояние Арктура. Тот испытующе глянул на нее, и девушка добавила: — Не беспокойтесь, мне уже гораздо лучше. Спасибо вам.

Она неуверенно и несколько вымученно улыбнулась. Одна эта попытка заверить, что с ней все хорошо, яснее любых слов говорила не только о том, что Адель наконец-то вступила на путь выздоровления, но и каким долгим и трудным он для нее будет, прежде чем она сможет снова стать собой. Но появление Арктура сдвинуло дело с мертвой точки, и это стало еще одной отличной новостью для Дармера.

Когда они вышли из палаты, Трима давно след простыл. Он не заходил следом за Дармером. Должно быть, опасался навлечь на себя гнев Главы Замка Огня, если тому уже известно о роли «друида» в этой истории. Поэтому Арктур сам закрывал дверь в палату.

Как только тяжелая створка стала на место, Дармер обратился к учителю с давно терзавшим его вопросом.

— Почему вы не рассказывали ей об опасности ее силы? Почему не учили контролировать эмоции? — юноша смотрел на Арктура в упор, требуя ответа.

Он понимал, что его слова звучат, как обвинение, но не мог с собой ничего поделать. Перед глазами все еще стоял образ, который, казалось, навсегда въелся ему в подкорку: бледная, исхудавшая, с черными тенями ввалившихся глазниц Адель, от одного вида которой становилось страшно и горько на душе. Неужели и он сам когда-то выглядел также, когда слонялся привидением по родовому замку?

Арктур тяжело вздохнул.

— В том-то и дело, что учил. Я сам лично обучал ее контролю. Но ты должен понимать, Дармер, тебя этому учили чуть ли не с рождения, а у меня было всего два года. Это слишком мало, тем более в таком возрасте, когда личность мага уже сформировалась. Если бы мы узнали ее потенциал раньше… — тут он махнул рукой, обрывая свою мысль. — Ладно, Дармер, возвращайся в свои комнаты. А я пойду, найду какого-нибудь «друида». Мне и правда не помешает здесь отлежаться, — и Арктур впервые за сегодняшний день весело усмехнулся.

* * *

Последние лучи красного солнца исчезли за горами. Город на берегу залива накрыли сумерки. Все больше золотых огней загоралось в домах и на улицах. Свет зажигался и кое-где в окнах громадного каменного гиганта, еще одной горой возвышавшегося над городом. Но большинство окон оставались темными. Многие обитатели серого здания и не заметили наступления сумрака.

Темным было и окно, за которым вокруг стола расположились несколько фигур. Рассмотреть их было невозможно — комнату не освещало даже тем тусклым заревом, что еще виднелось на горизонте, поскольку единственное окно было обращено на восток. Однако существам в комнате отсутствие света нисколько не мешало. Многие из них прекрасно видели в темноте.

Единственным, кого можно рассмотреть, был мужчина, сидевший во главе стола спиной к окну. Его силуэт четко вырисовывался на фоне фиолетового неба. У него были длинные волнистые волосы и широкий размах плеч. Желтые глаза, двумя светляками горевшие во тьме, внимательно оглядывали присутствующих.

— Приветствую всех на очередном собрании, — прозвучал неторопливый голос. — Рад сообщить, что к нам снова присоединилась Киара Тормента, недавно вернувшаяся из Глабера.

Никто не произнес ни слова, хотя несколько горящих глаз посмотрели в дальний угол.

— После удачного завершения своих исследований…

— Удачного? — перебил насмешливый женский голос. Его обладательница сверлила Торменту красными прищуренными глазами. — Насколько мне известно, она не смогла убить нескольких сопливых детишек, и теперь Варнорту известно о ее делах!

— Не надо преувеличивать, — холодно откликнулась Киара. — Я взорвала подземелье. Прямых улик не осталось, а по рассказам им остается лишь гадать, для чего это было нужно.

— Да что ты? — издевательски вопросила красноглазая. — А как же твои старые приятели, которые к Варнорту присоединились? Линт и еще одна, не помню имя. Разве они не знают о тебе достаточно, чтобы сложить два и два?

Повисло молчание. Видимо, Киара обдумывала ответ.

— Даже если они догадаются, — наконец, сказала она, — помешать все равно не смогут. Проект на завершающей стадии.

Красноглазая не нашлась, что на это возразить. Зато уцепилась за другое.

— Ладно еще детишки, но как ты могла не прикончить Триостражника? Любой из нас разделал бы его под орех и не запыхался, а ты даже ранить не смогла. Поторопились тебе давать звание Влас…

— Хватит, — прервал мужчина во главе стола. — Накладки случаются у всех. Киара права — Варнорт ничего не сможет сделать, даже если поймет, что она исследовала. А то, что Триостражник оказался на удивление живучим, меня лично не расстраивает. Наоборот: его изворотливость оказалась весьма полезной для нас. Но об этом позже. Сейчас вернемся к насущным делам. Где Эмили? — желтые глаза посмотрели на кого-то из сидевших с левой стороны.

— Госпожа изволила передать, что эти собрания невероятно скучны и только отнимают у нее время, — отозвался кто-то ехидным тоном.

— М-да. Как обычно, — пробормотал златоглазый мужчина. — Но она хоть разобралась с материалами?

— Да, — сказал голос уже более деловито. — Говорит, этого достаточно. Теперь остается только ждать.

— И сколько ждать?

— Ну-у-у, — многозначительно протянул некто. — Вы же должны понимать, работа тонкая, а объем большой. А мы с Эмили не конвеер, силы у нас иссякаемы. Особенно у меня. Я едва ли половину успел создать… — в голосе говорившего появились нотки надменности.

— Короче, — прервал его желтоглазый. — Сколько вам потребуется времени?

— Пара месяцев. Плюс-минус… — неопределенно ответил тот.

— Хорошо, работайте. Что ж, господа, — произнес мужчина, вставая. Он был такого высокого роста, что полностью закрыл собой окно. Яркие глаза сверкали. — Уже скоро случится то, чего мы так долго ждали. Меньше, чем через полгода… мир будет в наших руках.

Content

Наталья K
Помраченный город

Глава 1. Маг Огня

Глава 2. Непредвиденный исход

Глава 3. Главный замок Варнорта

Глава 4. Команда № 11

Глава 5. Мрачный город

Глава 6. Воздух, Вода и Земля

Глава 7. Разговор в башне

Глава 8. Мнимая болезнь

Глава 9. Дождь из земляных шипов

Глава 10. Штормовое предупреждение

Глава 11. Подземный ход

Глава 12. Лучший в мире мечник

Глава 13. Монстр

Глава 14. Великий клан

Глава 15. Седьмая башня

Глава 16. Пауза заканчивается