Степан Бердинских

В МОЕЙ ПУШКЕ БОЛЬШАЯ РЫБА

На побережьях одинокого острова в глубинах океана по ту сторону Земли, на обыкновение стояла прекраснейшая погода непохожая ни на что из ваших представлений о прекрасном.

То были крики причудливых птиц, хохолок которых вибрировал в такт их пению, слышны были раскатистые звуки хрустящих волн, капли от которых на мгновение зависали в воздухе, а небо, или, даже сказать, картина маслом нарисованная с названием редкого сорта вина, уволакивало неокрепший взгляд так сильно, так чарующе и незабвенно, что приходилось падать на бархатный песок, лишь бы не быть пленником сногсшибательно красивых облаков.

Остров этот был искусственным, возведен был в далекие времена, а все ради ловли серебряной рыбы. И гостей побаловать, и себе отложить.

Рыбаки-лодочники обустроили под сводами гор бревенчатые домики, где чистили шкурки и укладывали тушки в бронзовые сундуки, которые затем отправлялись вглубь по течению ледяных ручьев, прямиком в каюты многоэтажных кораблей-Аистов.

— Вот он Я. А вот и Ты. Улова много у тебя?

— Не густо, совсем ничего. С чем пожаловал?

— Семена получил новые, значит и улов богаче должен быть. Место сменим?

Рыбак окинул взглядом возведенные мосты для ловли рыбы и прицыкнул:

— Ох и настроено же здесь!

И правда. Остров этот был не тот остров, что рисуется у вас в голове. То был остров как сито, но с одним отличием: меж отверстий были проложены большие ручьи, над которыми высились совсем невысокие дубовые мостики.

— Веди, я за тобой, и пушка у меня с собой.

— И у меня с собой, так что вперед.

Рыбаки смотали удочки, вскинули пушки и направились к соседнему мосту. Один рыбак, правда, шел чуть позади, а второй чуть обгонял его — показывал дорогу.

О пушках лодочников возникало много вопросов. Оно ведь как было? Самый умный рыбак из рыбаков-лодочников однажды меж гор наткнулся на желто-желтый цветок. Он вырос на горсточке земли, на большом камне.

— «И почему это он желто-желтый?» — спрашивали его.

Он и отвечал: «Желтый он цветом таким, а второй желтый цвет видно уже там, в воде, когда листья его намокают и отдают часть своей краски, которая и привлекает так много рыб, чтобы вы, рыбаки мои, ловили так много рыбы, сколько ни в один желудок не уместится!»

Когда два лодочника подошли к мосту, мастер показал новичку, как пользоваться пушкой.

Он взял картонную коробочку с желтыми семенами, с глухим щелчком вставил ее в дуло пушки и спустил курок, прицелившись в еле заметное, только что появившееся водяное колебание — это рыба плавником играла с кромкой воды.

— Повторишь?

— Дело простое! А ведь выглядит пушка гораздо сложнее! Куча рычагов и пружин!

— Такими тайнами не владею! Я им сам не знаю, для чего это все — мне никто не рассказывал. Ты стрелять то будешь?

Лодочник-новичок сделал все как положено и спустил курок.

«Щрис!» — с легким треском вылетели желтые пылинки; полетали-полетали и улеглись на воду.

Спустя пять мгновений вода успокоилась, и рыбаки уселись на стулья, свесив короткие удочки с витиеватыми лесками, если это лески были, кто их знает? Что и говорить, рыба ловилась без задоринки. У младшего рыбака ведерко было поменьше — норма такая. Старший же рыбак наполнил большое ведро свое таким количеством рыбы, что через край валилось.

— Куда это вы так много ловите? Ведь рыбу не утрясешь, вот она и падает!

— Парочку тебе отдам, другую отпущу обратно.

— Ой, а заслужил ли я подарков?

— Когда я начинал только, мне тоже выпала такая радость. А контроль у нас здесь строгий, так что не чванься.

— Послушаюсь вас, послушаюсь. За это спасибо вам. Сочтемся как-нибудь.

Рыбка за рыбкой, так и наполнились оба ведра доверху. Только рыбаки встали, младший сразу и начал:

— Интерес мой не погаснет! Пружину пушки натянуть хочу!

— По рукам да по ногам тебя свяжут, если что плохое случится. Я к ней не прикасался и тебе не советую!

— Умираю ведь! Любопытен я, то не скрою!

Со стороны казалось, с какой-нибудь высокой горы, что гневно два мужчины меж собой что-то в раз не поделили. Оба высоченные, значит, долговязые, на обоих шляпа красуется, а сами руками машут, что сил есть. Явно не так что-то!

— Удочку мою отберите, киньте в воду ее, рыбу опрокиньте, но я нажму эту кнопку и поверну за ней пружину!

— Велено тебе просто ловить рыбу! Я за тебя отвечать не буду!

Новичок-лодочник вскинул пушку, отыскал самую большую кнопку и нажал на неё сильно-сильно, повернув пружину.

«Дууу», — послышалось у главной бухты.

— Доигрался малый!

— Это не я!

— Ты что, смеёшься надо мной?! Я все видел!

«Дууууу!» — пронесся гул по всему острову.

Суматошно оглядываясь по сторонам, вертя головой влево-вправо, вверх-вниз, рыбаки не нашли ничего, кроме своих испуганных физиономий. Вы бы их видели!

— Поди ты! Ноги у тебя трясутся!

— Мои?!

— Твои, твои, дурачок!

С островом в миг стало твориться что-то неладное. Вода начала впитываться в землю так быстро, как быстро уходит капля в рыхлый кусочек ваты, а горы, возвышавшиеся на десятки метров к зефирно-воздушным облакам, осыпались вниз словно сахар, слетевший со стенок стеклянной банки.

— Солнце пропало!

— Это не я!

— Бежим, мальчонка!

— Куда бежать?! Бежать ведь некуда!

— На то урок тебе, проказник!

— Прошу меня таким не называть!

Пока лодочники бранились, над ними возвысилось что-то очень большое и вязкое. Видно было, что у этого чего-то корона сверкает и трепещет язык. И как-то пахло странно.

— Берегись!

Как бабахнуло перед лицами рыбаков, так и посыпались искры из их глаз! Небо налилось черной краской, вода превратилась в жижу, да что уж говорить, вообще все дурно стало! На какой-то миг голоса у лодочников пропали, и они на ощупь стали искать друг друга, чтобы придумать план.

— Где мы?

— Не слышу ничего!

— Иди вперед!

— Я буду лучше здесь стоять!

— Хорошо! Пойду я!

Первый рыбак осторожно ступил вперед и увидел сверкающие зрачки второго рыбака. Уселись они и стали план придумывать. Где же они оказались?

— Чувствуешь?

— Ты про мягкое под нами?

— Мы на чем-то там сидим?

И тут рыбаки вскочили, прикоснулись к поверхности вязкого и снова дар речи потеряли. Мяли пол, топали по нему, а потом нюхать стали. Мясо это или рыба? Решили попробовать, чего уж тут. На вкус пол рыбой оказался, речь теперь и вовсе не вернуть. Сели посидеть рыбаки, да встали снова.

— Стреляй!

— Куда стрелять?

— Луч света видишь?

— Его я вижу, а пушку только осязать могу!

Старый рыбак, что опытнее младшего, перехватил ружье — свое куда-то утерял, и вскинул дуло точно в белый лучик света.

— Чего ты ждешь?

— А мне стрелять?

— Стреляй, ведь я не против! Нам выбраться уже давно пора!

Глухой хлопок, цветная вспышка, поток воды под ноги вышел. Как целое ведро вылить разом в таз, так же и рыбаков вымыло из темной рыбной ямы. Вынесло их на знакомый ручей, где они лбами стукнулись друг о друга, после чего шмыгнули, что сил есть, прямиком на зеленый холмик.

— Слов ведь нет!

— Вот это рыба! Вдвоем крючком махнем?

— Зови еще людей!

А лодочники уже бежали, и кто-то даже удочку не взял — спешил так быстро. Вы видели такую рыбу? Рыбу в целый дом и даже больше! Летит крючок, летит второй, а рыба не уймется!

Глубокой ночью рыбаки большой сундук из бревен сколотили.

— Сюда ведь влезет только хвост её, вы что! Спускаем сразу по ручью, а дальше Аист унесет ее на вышку!

Охапки бревен летели из-под топоров крепких лесников-лесорубов, щепки разлетались во все три стороны, и плот был построен уже к вечеру, когда солнце преодолело рубеж в три метра относительно взгляда сторожа главной бухты. Сторож этот сидел в полном одиночестве, изредка прерываясь на кружечку заварного чая. Чаинки он доставал вилкой — ложку потерял.

Гигантскую рыбу, то была наливная, сочная Форель, привязали тугими узлами к плоту и пустили вниз по ручью, где его ожидал Аист-корабль.

— И все же, откуда взялась эта рыба?

— Рыба ли это?

— А что же?

— Ты погляди! Размеры то какие!

Рыбаки-лодочники озадаченно почесали головы, сняв свои черные шляпы, и малый добавил:

— Тут еще есть пружина!

Content

Степан Бердинских
В МОЕЙ ПУШКЕ БОЛЬШАЯ РЫБА