Соколова Марина Александровна

Хроники Проклятых земель. Слуга Паучихи

Пролог. Слуга Великой Паучихи

Говорят, что в лесу можно насладиться тишиной и покоем, побыть в одиночестве. Так вот, это все глупости, природа не бывает безжизненна или безмолвна, каждый миг она наполнена звуками, иногда приятными, иногда до одури мерзкими, а бывает, что они не вызывают в душе никаких эмоций. Все зависит от состояния человека, от того, что его гложет и мучает.

Я уже несколько часов неподвижно стоял на краю бурного ручья, что рождался из шумного водопада и устремлялся вглубь темного леса. Стоял, смотрел, слушал, размышлял. Осень уже начинала вступать в свои права и листва вековых деревьев начала окрашиваться в золотые тона, совсем немного, но это уже бросалось в глаза, и все же, зелень не торопилась отступать. Красивая пора увядания, навевающая светлую грусть и сентиментальность. Мой взгляд скользнул на поваленное, поросшее мхом дерево, что казалось мостом, пролегающим над бурным ручьем. Оно не погибло, просто искривилось и теперь росло не так, как другие, а его корявая рука-ветка тянулась к водопаду, словно надеясь зачерпнуть немного живительной влаги. В душе появилось понимание того, что я точно такой же, кривой, уродливый, отчаянно цепляющийся за жизнь и несмотря ни на что идущий к своей цели. Сейчас мне представлялось, что когда-то дерево росло вертикально, тянясь к солнцу, точно так же, как миллионы других деревьев, но однажды что-то изменилось и оно захотело пойти против природы и коснуться воды. Это желание было настолько велико, что оно начало накреняться и однажды не выдержав напряжения, рухнуло, отчаянно цепляясь конями ветвями за землю. Дерево удержалось, но теперь росло иначе, все силы и соки отдавая крючковатым ветвям, тянущимся к воде, что с шумом падает с высоты. Откуда это упрямство у растения? Какая, в сущности, разница? Людям свойственно видеть в окружающем мире отражение себя самого, додумывать и фантазировать, видеть то, чего нет.

— Такое же, как я, — мрачно улыбнувшись, я плотнее закутался в теплый шерстяной плащ. В этой части леса было слишком влажно из-за водной взвеси, к тому же шумно настолько, что собственные слова тонули в грохоте воды, разбивающейся о гладкие камни, но вместе с тем, именно здесь мне удалось найти умиротворение, которое я так долго искал и неважно, что суставы начало ломить от долго стояния.

Хорошо, что я набрел на это место, здесь можно спокойно поразмыслить и попытаться осознать свои ошибки, которых совершено превеликое множество. Может быть, мне стоит сдаться? Но если старое дерево до сих пор не погибло и тянется к своей цели, почему я должен опустить руки?

Александр и Минори покинули Проклятые земли и континент — больше моей семье ничего не угрожает, даже я сам не смогу причинить им вреда, а это значит, что у меня не будет повода для сомнений и угрызений совести. Мне не придется вновь делать выбор между людьми, ставшими близкими и родными и любимой богиней, верным слугой которой я останусь навеки, и даже смерть не сможет это изменить.

Мне до сих пор было непонятно, как так вышло, что такой циничный и расчетливый человек, как я, смог к кому-то привязаться, вновь испытать какие-то теплые чувства и надежды, увы, несбыточные. Казалось, что я не способен на это… В какой момент это случилось? Когда меня запечатали в теле маленькой девочки, для которой я стал самым близким человеком, когда появился Александр, взявший Минори под свою опеку или, быть может, после первой мнимой победы над Поглотительницей? На этот вопрос не найти ответа, да и не стоит тратить на это время, ведь моя семья в безопасности, они сбежали от воли богов и предначертанной судьбы, а вот я так не могу.

Я проклятый маг!

Я слуга Арании — Великой паучихи!

Я выбрал путь служения и не отступится от своих убеждений!

Я остался совершенно один, как это с ним уже бывало.

Тяжело вздохнув, я ощутил, как вместе с воздухом в мои легкие проникала и влага. Дышать становилось тяжелей, а из горла рвался надрывный кашель. Холодно. Очень холодно и сырость леса не способствовала избавлению от этого ощущения. Мне так и не удалось принять ледяную магию, она разрывает изнутри, пытается убить. Я точно знал, что заледеневает, медленно, но верно превращается в глыбу льда. Это моя расплата за жадность и недальновидность. Нельзя пытаться завладеть всей магией, не случайно боги даруют лишь одну силу, но я решил изменить это… По воле моей богини.

— Нужно поторопиться и закрыть источник, пока я не промерз насквозь.

Я пришел в это место не просто так, а потому, что именно здесь находится один из алтарей Арании, вход в темные пещеры, где в глубине, вдали от солнца и свежего воздуха обитают множество пауков. В этом месте моя покровительница сможет появиться, и предстать передо мной во всем своем величии. Сама мысль об этом заставляла мое сердце сладостно сжиматься от предвкушения и восторга. Я был словно влюбленный юнец, мчащийся на свидание к прекраснейшей из женщин. И не важно, что магия и эксперименты над собой износили мое новое тело и изорвали душу в клочья, а сама прекраснейшая из женщин — замужем за Повелителем могил и лишь играет со мной. В её руках я готов был стать игрушкой, орудием её воли, покорным слугой и рабом.

Арания была для меня всем! Лишь ради нее я существовал! Именно эта богиня взяла под свое покровительство щупленького мальчишку, в котором никто не видел задатков мага, она нашептывала мне секреты магии, направляла и защищала, лишь благодаря Великой паучихе я прожил в этом мире сотни лет и проживу еще столько же. Ни один человек, кроме меня не может похвастаться подобным. Свою семью в лице Александра и Минори я приобрел по воле Арании, но и потерял их тоже из-за нее. Правильно ли я поступил, отвернувшись от них, решив, что знает правильный путь? Я не мог найти ответы на эти вопросы, не мог понять, почему моя преданность покровительнице вдруг пошатнулась.

Сомнения поселились в моей душе, и развеять их могла лишь она, прекрасная и смертоносная Арания. Потому-то я пришел сюда, чтобы узнать волю Великой паучихи.

* * *

Я всегда любил мрак, темноту, узкие пространства, а потому в пещерах и чувствовал себя превосходно. Мне было достаточно тусклого света желтоватых кристаллов для того, чтобы разглядеть свой путь, а пауки, сопровождающие меня всюду — были верными стражами, способными предупредить о любой опасности и угрозе. Пауки были в моей жизни всегда, они не оставляли меня, были друзьями и соратниками, моими любимыми питомцами, лишь им я могу доверять в полной мере. Лишь им и моей обожаемой госпоже, Арании. Я уже и не помню своей жизни без этих милых, но опасных созданий. Пауки могли проникнуть куда угодно, стать шпионами и помощниками, холодными убийцами, не ведающими жалости, но вместе с тем, именно пауки умели плести изящное кружево паутины, создавая опасную красоту вокруг себя. Временами Я и сам ощущал себя пауком, что уже много столетий вынужден плести сети интриг. Жаль, что это не так, у пауков жизнь проще.

Я спускался все ниже в пещеры, радуясь тому факту, что моя богиня оберегает свой тайный алтарь, и до сюда до сих пор не добрались наги. Вот уж кого я ненавижу всей душой, так это этих мерзких склизких змей. Их самцы тупы и вечно голодны, а самки только и ждут возможности найти пищу для своих детенышей. В этих пещерах их обитает невероятное количество, практически они создали свое подземное государство, лишая людей доступа к столь ценному синему мху и кристаллам. Однажды настанет день и они доберутся до всех алтарей Великой паучихи разрушив их полностью, не оставив на них камня на камне. Война между богами все нарастает, и даже мне становится страшно, а ведь я многое повидал, намного больше чем любой смертный. Не хочу думать о то том, что грядет, но сдается мне, я увижу окончательную гибель Проклятых земель и всего континента. Арлин и её союзники не остановятся, да и древние боги жаждут вернуться, их культы уже разрастаются. Хорошо, что Александру и Минори удалось покинуть это место, так у них есть хоть какой-то шанс на лучшую жизнь.

Если бы не поступок Александра все было бы как раньше, и мир находился бы в относительном покое. Но кто я такой, чтобы судить брата? Он хотел жить и это желание свойственно всем живым существам, он не хотел быть разменной фигурой в игре богов и это мне тоже знакомо. Я и сам не безгрешен, ведь иду против природы и богов. У меня нет никакого права осуждать его, и я не стану этого делать, как и он не будет делать это. По крайней мере, я очень надеюсь на то, что они с Минори не возненавидели меня после того, что мне пришлось сделать. Мне нелегко далось то решение, и я до сих пор неуверен, что поступил правильно.

Сомнения… Чем дольше я существую в этом мире, тем больше их появляется в моей душе, они разъедают меня изнутри, заставляют задумываться о том, что раньше казалось простым и легким. Я старею. Вновь. И что дальше? Снова искать новое тело или доживать дни в этом теле? Я не знаю. Устал от всего. Хочу сидеть в удобном кресле у камина и смотреть на огонь.

— Райнер…

Этот голос заставил меня вздрогнуть. Мое сердце сжалось в маленький комок и замерло, а тело наполнилось приятной истомой, какая появляется всякий раз стоит мне услышать её, мою повелительницу, мою богиню. Я настолько увлекся своими переживаниями, что не заметил, как достиг уютной пещеры, полностью покрытой паутиной, фактически это был своеобразный кокон, из которого невозможно выбраться. Но для меня это не проблема, я мог твердо ступать по этой липкой мягкой поверхности, приближаясь к алтарю. Арания была прекрасна, как и всегда. Не важно, что другие считают её отвратительной и ужасающей, для меня она была венцом творения, самим совершенством. Вот и сейчас я с восхищением рассматривал мою богиню, ту, которой обязан всем. Это никогда не надоест мне, хотя кажется, её образ давно запечатлен в моей памяти в мельчайших подробностях: её нижняя часть — черное паучье тело, с восемью мохнатыми лапами, на спине светился ярко-красный рисунок-паутина. Верхняя часть была человеческой, но от того не менее прекрасной: длинные иссиня-черные волосы лежали на её плечах и груди, прикрывая обнаженную грудь, бледная полупрозрачная кожа была нежной и шелковистой, источала притягательный мускусный аромат, перед которым было невозможно устоять. Изящные, аристократические черты лица, без малейшего изъяна, но самым притягательны в ней были глаза удивительного сапфирового оттенка. На Арании совсем не было одежды, она никогда не любила все эти тряпки, считая их ненужными, её наготу прикрывали лишь волосы и золотые массивные украшения. Удивительно, что при всем при этом богиня умудрялась выглядеть целомудренно и невинно.

— Райнер, ты пришел, — Арания протянула ко мне свои изящные длинные руки, простирая свои объятия. — Я ждала тебя, мой верный раб.

— Госпожа, — я позволил паучихе обнять меня. Как всегда, в такие моменты, я ощутил невероятное умиротворение и покой — все проблемы и тревоги покинули мое сознание. — Разве мог я ослушаться и не прийти на зов?

— Нет, ведь ты мой верховный маг, — богиня отстранилась от меня и нежно улыбнулась. — У меня есть для тебя очередное поручение. И на этот раз тебе стоит постараться хорошенько. Второй ошибки я не прощу.

— Да, моя госпожа, что я должен сделать? — виновато склонив голову, я ожидал указаний. Мне не нужно было пояснять, в чем именно я виноват, это было и так понятно, ведь я не смог остановить Александра из-за своего особого отношения к названному брату. Впервые паук не смог предать. А ведь это было моей специализацией! Мне стоит взять себя в руки и поскорее, в противном случае я могу лишиться всего и жизни, и силы, и благосклонности мой обожаемой богини. Этого допустить я не могу!

Богиня медлила. Она пристально смотрела на меня, задумчиво поджимала губы, но молчала, не говоря, что именно хочет от меня, казалось, что я должен что-то сделать. Но что? Я не понимал, а потому покорно ждал, когда же Арания сообщит мне свою волю. Я всегда был её покорным рабом и, наверное, это уже никогда не изменится. Не в моем возрасте возможно стать другим, я слишком долго существую, слишком много видел и знаю — иного пути нет.

— Александр и Минори покинули континент, — наконец, произнесла паучиха, при этом её голос был пропитан холодом и презрением, словно она говорила о чем-то омерзительном. — Что ж, это спутало нам все планы, но это не значит, что Арлин победила и её культ поглотит все. Этому не бывать!!! Боги стихий никогда не сравнятся с нами в могуществе и силе! — глаза Арании сверкнули, в них разгорелось настоящее пламя ненависти и злобы, которые богиня была не в силах сдержать. — Мы лишились двух ключевых фигур, но не потеряли всех! Ты все еще в моих руках, Райнер. И так будет всегда.

— Можете не сомневаться в моей преданности, госпожа, — мое сердце забилось быстрей. Видеть паучиху в гневе было жутко и будоражеще одновременно, сейчас, без своей маски спокойствия, она казалась настоящей и ещё более притягательной, чем обычно. Такие моменты были для меня особенно дороги, они не внушали мне ужаса, лишь благоговение. Она прекрасна! И все же… мне было неприятно то, как она говорила о моей семье. Александр и Минори заслужили спасение и шанс на жизнь.

— У меня есть для тебя особое поручение, с которым можешь стравиться только ты, — синие глаза потемнели, а тонкие губы Арании искривились в усмешке, не предвещая мне ничего хорошего. — В Проклятые земли прибывают слуги моего мужа, им оказана великая честь — править Рокусом, раз уж у тебя, милый мой, на это не будет времени. Твоя задача встретить их у западных ворот стены, поводить в город и передать им бразды правления. Мы в мужем возлагаем большие надежды на эту семью и её союзников. — паухиха насмешливо взглянула на меня, давая понять, что самое интересное и важное она приберегла напоследок. — Ты с ними уже знаком — это семейство Акеро.

От упоминаний этой фамилии мне стало не по себе — моя ненависть к ним не только не угасла, но и укрепилась за долгие годы, можно даже сказать, что эти некроманты мои личные враги. Арания это прекрасно знает и все равно позволила Повелителю могил отдать город в их руки, да еще меня к ним в качестве гида направляет. Мне стоило ожидать чего-то подобного от моей покровительницы, но я оказался не готов к такому повороту событий. Волна неприятной дрожи пробежала вдоль тела — я был пленником этих некромантов многие столетия, но вовсе не это злило меня, а то, что они сделали и что собирались сделать с малышкой Минори. Я понимал их намерения и на определенном этапе жизни и сам бы поступил точно так же, что скрыть были в моей жизни деяния и пострашнее, но девочка отчего-то стала для меня дорога, я считал её сестрой и не смог предать, как моих настоящих родственников. Я часто задумываюсь над тем, почему так произошло и не нахожу ответа. Одно можно сказать точно, столетия одиночества, что мне пришлось провести в зеркале, изменили меня, заставили о многом задуматься. По большому счету, ничего другого мне тогда не оставалось, мое существование было пустым и беспросветным… Это изменилось лишь, когда моя душа была помещена в тело Минори, девочки, которая должна была исчезнуть, став пустым сосудом для Повелителя могил. Я перестал быть один и не хотел повторения печальной судьбы узника, я помог маленькой некромантке, подарил ей надежду и новые возможности. Ненавижу Акеро за то, что они сделали со мной и Минори, ненавижу за то, что эти люди так и не ответили за все, что совершили.

— Ты недоволен моим поручением? — тихо рассмеялась Арания, для которой я был, как открытая книга. Она знала меня с рождения — мои мысли и чувства никогда не были для нее секретом. А потому лишь моя богиня могла причинить мне боль, наказать так, как никто другой. Великая паучиха издевалась надо мной, насмехалась, демонстрируя мое место в жизни.

— Недоволен, — честно признался я. Лгать в моем положении ни к чему, это лишь унизит меня еще больше. — Но я исполню твою волю. Как и всегда.

— Да, исполнишь, — Арания провела рукой по моему лицу и улыбнулась. — Ты мой лучший раб, и, поверь, я ценю это. Тебе стоит служить мне с большей отдачей и страстью, тогда ты получишь все. Почему мне приходиться вновь говорить тебе это?

— Прошу простить мою минутную слабость, — я закашлялся, мороз распространяющийся в моем теле не давал мне покоя, убивал мое тело, вынуждая искать новый сосуд для моей души. Сейчас, это больше не проблема, но я стал сентиментален, мне нравилось то, какой я сейчас, к тому же, у нового тела непременно возникнут проблемы, мне придется привыкать к нему, долго осваиваться… Хотя с другой стороны, это было бы для меня решением многих проблем, ведь мое новое лицо будет никому неизвестно.

— Ты плохо выглядишь… Мне это совсем не нравится… — Арания прижала меня к своей груди. Сразу стало теплее и спокойней. — Я закрою источник разрушительной для тебя магии, но твое тело износилось, так что подбери новое. В дворцовых садах Рокуса полно подходящих… Ха-ха-ха, ты ведь всегда знал, что рано или поздно это понадобится. После того, как проведешь к месту некромантов, они помогу тебе с ритуалом. Приказ уже отдан, так что не стоит волноваться из-за этого.

Богиня приподняла мое лицо за подборок и наклонилась к моим губам — это был почти поцелуй, но все же, она не касалась меня, я ощущал лишь её горячее дразнящее дыхание. Все внутри меня сжималось и трепетало, я жаждал податься вперед, сократить то ничтожное расстояние, разделяющее нас, но не мог сдвинуться с места. Прикосновение Великой паучихи ядовито, других оно убивает, ну, а меня оно заставляло оцепенеть. Такими наши отношения были всегда — богиня играла со мной и не пыталась это скрывать, а я всегда готов был принять это. Болезненные отношения.

Холод внутри меня начал исчезать, я чувствовал, как кожа покрывает тонкой корочкой льда, что тут же таял, а вместе с тем меня покидала ледяная магия, так и не прижившаяся в моем теле. Она почти доконала меня, но теперь все это позади. Арания спасла меня вновь… И это тоже было нормой, по её подсказке я совершал ужасные и безрассудные действия, ведущие к гибели, но паучиха не позволяла мне просто так умереть. Раз за разом, она демонстрировала мне свою любовь и благосклонность — вырывая из объятий Повелителя могил.

Сколько раз уже случалось подобное? Бессчетное количество раз. Кажется, я начал уставать от всего этого. А ведь, казалось, что это невозможно.

— Вот и все, — паучиха резко оттолкнула меня. — А теперь иди и займись делом. У тебя мало времени, а добираться до западной стены долго. Не подведи меня на этот раз, Райнер. Не хочу разочаровываться в тебе еще больше.

— Я успею вовремя. Даю слово, моя госпожа.

В сопровождении сотен пауков, я направился к выходу из пещеры, больше находиться здесь не было необходимости. Мне не хотелось торопиться и выполнять поручение, но отказаться я был не в силах. Моих сомнений было недостаточно для этого. Пока недостаточно… Но что будет, когда я встречу некромантов? Сама мысль о том, что мне придется увидеть представителей семейства Акеро, выводила из себя, пробуждала в моей душе волну ярости. Интересно, кого я увижу у стены? Смогу ли сдержаться и не убить их? Этим некромантам известно, кто я и какую роль сыграл в судьбе мира и Минори, так что встреча будет не самой приятной и это еще мягко сказано. Радует лишь одно — моя названная сестра уже далеко отсюда и ей не придется пройти через это все.

Глава 1. Компания для мага

Почти всю свою жизнь я был одинок, во многом это было связано с моей магией и характером, да и что скрывать, я не лучший человек в мире и никогда не отличался благородством. Так что мне было не привыкать путешествовать без компании, хотя должен признать мне не хватало общества Минори и Александра. С ними было весело, я не знал, чего ожидать и как все сложится, можно даже сказать, что ощущал себя живым.

— Пора с этим кончать, мне стоит перестать думать о них и сожалеть. У меня еще будет на это время, когда я стану совсем стариком и буду сидеть у очага, греясь огнем, тогда и буду вспоминать. Я поступил правильно, не стоит сомневаться в этом, — тяжело вздохнув, я возвел взгляд к небу, как всегда оно было затянуто серыми тучами. Иногда, кажется, что в Проклятых землях никогда не бывает ясной погоды, а местные жители позабыли о том, как выглядит чистое голубое небо и сияющие солнце. Последнее время я стал слишком сентиментальным, постоянно думаю, размышляю. Нет. Это до добра не доведет, так что настало время взять себя в руки и вспомнить о том, что меня не просто так ненавидели и боялись. Я Райнер — маг с проклятой душой и мне самое место в этом погибшем королевстве, где разразилась битва богов. Я живу достаточно, чтобы научиться полностью контролировать себя и даже тот факт, что мне приказано встретиться с семейством Акеро и отдать им город, что я с такой тщательностью и трепетом строил, не значит, что ничего нельзя предпринять. Я паук, я умею плести сети, заманить жертвы в ловушку, а после наблюдать за мучениями врагов самонадеянно решивших, что способны тягаться со мной. Даже Арания не сможет у меня отнять этого! Я покорный раб, верный слуга, но и мне свойственно неповиновение. Моя богиня это знает, а потому должна понимать, что я не буду безропотным.

— Пора в путь. Хорошо еще, что на запад, а не на восток. Не придется снова с повелителями молний общаться, — поправив теплый шерстяной плащ, я направился вглубь леса. Мне предстояло непростое путешествие, через земли, принадлежащие не самым дружелюбным личностям. Со слугами Тьмы, я договориться еще смогу, к тому же Черный шут мой давний знакомый, а вот общения с ледяными магами лучше избегать. Их сила не просто не прижилась в моем теле, но и в принципе была опасна для любого. Они способны замедлить, превратить в глыбу льда, заставить дрожать от нестерпимого холода. Одним словом, мерзкие типы. Вот только единственный способ избежать встречи с ними, спуститься в подземелья к нагам. Даже не знаю, что хуже! И почему только эти некроманты не могли прибыть через другие ворота. Южные ворота были бы самым удобным вариантом, да и помнится, когда мы с Минори сбегали от них, то прошли именно через них.

Я медленно продвигался по лесу, размышляя о своем задании и том, чем мне предстоит заняться дальше. Я одна из ключевых фигур Арании, её верховный маг, человек в которого она вложила много усилий и знаний, сделав сильнейшим, а это значит, что для меня приготовили особую судьбу. Вот бы узнать какую. Я давно уже понял, что все те эксперименты, что я творил над собой, и мое обретение нового тела здесь, звенья одной цепи. Моя богиня что-то замышляет и, наверняка, Повелитель могил поддерживает её. Я должен разобраться в происходящем, а еще исполнить волю моей обожаемой богини.

Лес вкруг меня постепенно менялся, он переставал быть нормальным, напоминая о том, что Проклятые земли не просто так получили свое название. Здесь все еще было полно следов деятельности королевы Арлин, живые растения, хищные туманы, жуткие монстры, жаждущие крови — они никуда не делись. Все маги и воины, что поселились в этом месте, не смогли полностью зачистить леса, хотя должен признать, некоторым удалось сильно продвинуться в этом вопросе. Повелители молний смогли полностью обезопасить свой клочок земли, но и им приходится постоянно сражаться, земли вокруг Рокуса тоже безопасны, мы с сестрой постарались на славу, вот только идти мне предстояло в ином направлении. Я не боялся, моих сил достаточно для того, чтобы добраться до западной стены, но все же, что-то неуловимое тревожило меня, заставляло опасливо озираться по сторонам, прислушиваться к звукам и собственным ощущениям, звать пауков, обитающих всюду. Да. Все надежды лишь на них — моих маленьких шпионов. Уверен, они смогут мне помочь разобраться в том, что же не дает мне покоя.

Пауки — они всюду, их никто не замечает, не думает, что эти малыши могут навредить. Лично мне всегда нравились именно маленькие экземпляры, от них больше пользы, а я всегда знаю, как их использовать. Я и сам паук — эта мысль всегда вызывала у меня самодовольную усмешку. Вот и сейчас нарочито бодро и показательно беззаботно ступая по лесу, я ухмылялся. Меня невозможно застать врасплох, больше этого не произойдет никогда, ведь я в отличии от большинства людей умею делать правильные выводы и учиться на своих ошибках.

Наконец, один из паучков, зацепившись за мою одежду, начал быстро забираться по ней. Всего пара мгновений и он уже достиг моей шеи, а дальше и уха. Приятное щекочущие ощущение, хотя многие со мной и не согласятся. Люди боятся пауков, хотя те намного меньше их. Меня всегда забавлял этот факт, а вместе с тем придавал гордости. Я слышал голос моего маленького шпиона, принесшего мне хорошие новости.

— Вот оно как? — медленно протянул я, растягивая звуки. Похоже, мой старый знакомый решил вновь объявиться, а это значит, что Госпожа Удача, все еще не наигралась и вновь собирается испортить богам все карты. Вот только на чьей она стороне теперь? Эта особа никогда не вызывала у меня доверия, ведь вела себя непоследовательно и опасно, иногда мне даже начинало казаться, что Госпожа Удача давно выжила из ума. Хотя, учитывая происходящее, тоже самое можно сказать о любом.

— Серж, не стоит прятаться, — вздохнув, произнес я, благоразумно решая, что раз от общества этого пройдохи мне все равно не избавится, так пусть уж идет рядом. Да и поговорить с умной личностью всегда интересно, даже если эта личность наглый и своевольный кот. Если честно, я до сих пор не определился в том, кто же такой Серж и чего от него ожидать. Сейчас, он служит Госпоже Удаче, исполняя её прихоти, но этот пройдоха явно жил еще во времена древних богов, возможно даже сам является одним из них. Последнее предположение хотя и выглядело неправдоподобным, но все больше казалось мне единственно верным. Одно можно сказать точно, Серж ведет свою игру, и мне не стоит ему доверять.

— Надо же, заметил, — мурлыкнул кот, бесшумно выходя из-за дерева. Его пушистая серая шкурка стала еще более шелковистой и ухоженной, а зеленые глаза все так же с надменной насмешкой смотрели на мир.

— Да ты и не скрывался, — пожав плечами, я слегка склонил голову в знак приветствия. — Помнится, ты великолепно умеешь прятаться, так что могу сделать вывод, что ты хотел быть замеченным. Так?

— Совершено верно. Ты как всегда проницателен, Райнер. Мне всегда нравилась эта черта в тебе, — благосклонно заявил Серж, методично помахивая пушистым хвостом, которого, не смотря на все свои проделки, так и не лишился.

— Твои слова лживы, но приятны, так что считай, что комплимент принят, — сделав небольшую паузу и вновь оглядев серый лес, казавшийся живым и опасным, а вновь обратил свой взор на кота. — Чем обязан твоему появлению? Только не надо лгать о том, что пришел помочь или соскучился. Я не Александр, так что не стану верить в подобные глупости. К тому же, мне известно кому ты служишь, есть даже догадки, кем ты являешься на самом деле, так что избавь меня от лжи.

— Я и не собирался врать, — насмешливо произнес Серж, начиная беззаботно вылизывать свою лапу, становясь в этот момент похожим на самого настоящего кота. Покончив со своим 'невероятно важным' занятием, кот вновь заговорил. — Я решил составить тебе компанию в предстоящем путешествии. Оно не будет слишком долгим, но что-то подсказывает мне, что интересно будет. К тому же, я действительно, скучал… Не скажу, что по тебе, но по путешествиям и неприятностям точно к тому же, мне давно никто не угрожал открутить хвост.

— Это было желание Александра, а я на слова время тратить не буду, найду другой способ отплатить тебе за все хорошее, вот только, боюсь, это не поможет тебя убить. Ты тварь бессмертная, рано или поздно вновь появишься на горизонте!

— Каждое слово — истина, — фыркнул Серж, которого ничуть не задела моя гневная тирада и намеки на прошлые предательства. — Ну, так что, пойдем?

— А у меня есть выбор? — зачем-то спросил я, и без того зная ответ на этот вопрос.

— Нет, нету, я все равно буду рядом, — кот неспешно семенил впереди меня, всем своим видом демонстрируя, что гуляет сам по себе, там, где ему вздумается. — У меня свои интересы в этом путешествии, так почему бы нам не пройтись вместе? Согласись, я весьма приятная компания.

— Она могла бы быть лучше.

— Учитывая твой характер, магию и славу — нет, не могла. А вот хуже, это уже более вероятно. Не стоит обманываться на свой счет, Райнер. Твоя душа проклята, ты сам приговоренный к тысячам смертей убийца, чью голову хотят заполучить многие маги. Тебе никогда не покинуть Проклятые земли, у тебя нет друзей и больше нет семьи, ты снова потерял её и как всегда по собственной глупости, ну, или можешь считать, что это последствия твоей безграничной преданности и любви к Арании и собственным идеалам, которых у тебя, к слову, нет. Без разницы. Факт остается фактом — ты остался совершенно один, Райнер, так что придется тебе довольствоваться моей компанией.

— Да уж, на этот раз ты решил не любезничать, — мои губы тронула легкая, едва заметная улыбка. Меня не задевали слова Сержа, я достаточно мудр для того, чтобы не обижаться на правду. Все правда — я одинок, но для меня это привычное состояние, к тому же, меня утешает тот факт, что в предстоящей бойне Александр и Минори не будут участвовать, мне больше не придется их предавать.

— А зачем нам это? Мы с тобой уже знакомы, на что я способен, ты знаешь.

— Да, так что мне стоит быть готовым к тому, что ты заведешь меня в ловушку.

— Ха-ха-ха! Пока что подобное в мои планы не входит.

— Но все еще может измениться, — усмехнулся я, наконец, нагоняя бодрого кота, идущего в нужном мне направлении.

— Естественно…

Я понимал, что Серж не лучшая для меня компания, но другой у меня не было, к тому же, я не собирался вести себя беспечно и полностью доверяться серому пройдохе. Кто знает, возможно, мне удастся вытянуть их этого котяры интересные для меня сведения. Было бы весьма кстати — главное определить, что в его словах истина, а что наглая ложь. И вот это самая непростая задача, даже для такого лжеца и лицемера, как я. И все же, я продолжал идти рядом со старым знакомым даже не думая от него избавляться или что-то предпринимать. Не хочу скучать, находить в одиночестве, ведь тогда ненужные мысли не покинут меня, я снова начну терзаться сомнениями, пытаться понять, кто же я такой и для чего живу, а мне этого не надо. К тому же Серж абсолютно прав, лучшей компании мне не найти, а в скором времени она еще и ухудшится. Сама мысль о том, что мне придется провести время в обществе Акеро, заставляла меня кривиться от омерзения.

— Ты слышал что-нибудь о некромантах? — поинтересовался я.

— Я много чего слышал, — уклончиво ответил мой спутник и, несмотря на то, что его голос звучал безразлично, я точно мог сказать, что кот заинтересован в этой беседе. Сержа выдавал его дергающийся хвост, что на мгновение замер, когда я задал вопрос. — К примеру, о том, что Повелитель могил призвал сюда своих слуг. И призовет других. А еще ходят слухи о том, что некроманты к чему-то готовятся, и здесь, и за стеной. Знаешь, сейчас в мире вообще не спокойно, так что это даже хорошо, что мы находимся в Проклятых землях и понимаем, сколько угроз вокруг. Люди во внешнем мире лишены этой возможности, а потому наивно полагают, что они в безопасности.

— Мне нет дела до других людей.

— До кое-кого все же есть, — Серж обернулся, бросая на меня хитрый взгляд, — но в следующее мгновение снова продолжил говорить, как ни в чем не бывало, словно он и не делал никаких намеков на то, что ему известно обо мне. — Но это не имеет никакого значения, ведь мы говорим о планах Повелителя могил и его супруги… Кстати, неужели Арания не посвятила тебя в них? С чего бы это?

— А вот это тебя не касается, просто расскажи то, что тебе известно, — мне с легкостью удалось подавить волну раздражения, появившуюся в моей душе. Серый пройдоха провоцирует меня, но я не собираюсь поддавать на его ухищрения. Я слишком долго существую в этом мире, чтобы вестись на подобные глупости. — Что еще говорят?

— Многое, но в большинстве своем, это слухи и домыслы, не стоящие внимания.

— А что думаешь ты? Наверняка, у тебя есть гипотеза о том, что грядет.

— Ха-ха-ха! У меня всегда полно гипотез и одна из них непременно сбудется, — рассмеялся Серж, чувствуя себя спокойно и непринужденно, чего не скажешь обо мне, ведь я не мог отделаться от ощущения тревоги.

— Поделишься?

— Я дам тебе подсказку, а ты подумай сам, — предложил кот. — Договорились?

— Излагай уже, — я раздраженно возвел глаза к небу. И как я только мог позабыть, насколько этот тип бывает невыносим. Серж был способен легко вывести из себя любого и готов спорить, делал это намерено.

— Чтобы понять, что творится не надо быть гением, достаточно обладать зачатками разума и способностью сопоставлять факты, так что думаю, ты на это способен. Итак. Первое, что тебе стоит вспомнить — кто такие некроманты? Второе — что находится под Проклятыми землями? Третье — чего добиваются боги?

Я ничего не ответил, вместо этого я размышлял над словами моего хитрого спутника, который, не сказав ничего, дал ответ на мой вопрос. Некроманты повелевают мертвыми, а в катакомбах под некогда процветающим королевством, полно захоронений, здесь покоится несчетное количество тел, что вполне могут стать армией Повелителя могил. Нам с братом уже доводилось сталкиваться с этой силой и тогда лишь вмешательство Минори спасло нас. Учитывая то, что боги, разделившись на два непримиримых лагеря, затеяли войну, то всему этому может быть лишь одно объяснение — Повелитель могил решил взяться за дело серьезно, он готовится к полноценной войне. Я мог бы и сам догадаться об этом, но, увы, это решение было настолько очевидным, что я его просто не заметил.

Мы столько сил положили на то, чтобы зачистить хотя бы часть территории Проклятых земель, уничтожить тварей созданных королевой Арлин и обезопасить немногочисленных людей, обитающих здесь. Но все стремления к возрождению величия этого королевства, оказались напрасными, бесполезной тратой времени, ведь новая война все вернет на круги своя. Уже сейчас можно заметить, что мир становится хищным, а монстры возвращаются. Это угнетало, даже меня, повидавшего многое. А ведь я единственный из ныне живущих людей, которому довелось видеть лучшие годы этой страны.

— Ну, как, понял?

— А что, в этом есть сомнения? — пожав плечами, я продолжал идти в нужном направлении. Мне нужно выполнить волю моей богини, остальное не имеет значения. Судьба мага повиноваться своему покровителю, служить ему верой и правдой, даже мне этого не изменить.

Интересно, почему я об этом думаю? Неужели хочу что-то изменить? С чего бы это?

* * *

Удобно устроившись у костра и по привычке с ног до головы закутавшись в шерстяной плащ, я наслаждался задорным потрескиванием горящих веток и любовался дивным танцем языков пламени. Не скажу, что меня можно назвать ценителем подобной умиротворенной красоты, но последнее время я все чаще любовался природными явлениями и стихиями. Старею. Иногда, я пытаюсь вспомнить, а сколько же мне лет, и всякий раз сбиваюсь. Пара тысяч точно есть. Людям не стоит столько жить, ведь даже если тело молодо, о духе такого не скажешь. Я слишком многое видел и знаю, мне довелось пройти через такое, что не выдержал бы никто другой. Я устал, но при всем при этом не могу уйти в мир иной. Не могу и не хочу.

Сегодня мы смогли пройти не очень много, а все от того, что протоптанных троп здесь нет, так что приходилось продираться сквозь буераки, да и сам лес постепенно менялся, становясь серым, гнилостным, хищным. Проклятые земли снова возвращались в свое привычное состояние — возрождение было лишь видимостью и не продлилось долго. Здесь опасно и стоит держать ухо востро — никогда не знаешь, кто или что может попытаться тебя сожрать, окажется смертельно опасным или захочет подчинить тебя своей воле. Хищные твари всюду, они наблюдают, выжидают, готовятся к нападению. Я вижу это, ощущаю и готов уничтожить любого, кто осмелится приблизиться непозволительно близко. Несмотря на внешнее спокойствие и безучастность ко всему происходящему, я был напряжен.

Нужно что-то решать. Не хочу тратить много времени на выполнение этой миссии, а потому даже начал задуматься о том, чтобы раздобыть где-нибудь ящеров, так мы намного быстрее доберемся до западной стены. Не стоит заставлять Акеро ждать, так они станут лишь еще более невыносимыми и раздражительными, чем обычно, и мне станет намного труднее терпеть их выходки. К тому же, чем быстрее я выполню поручение Арании, тем скорее избавлюсь от общества этих мерзких некромантов. Готов спорить, наша неприязнь взаимная, так что скоро мое спокойное путешествие превратится в настоящую пытку.

— Что-то ты сам на себя не похож, — Серж медленно потянулся и уставился на меня своими огромными хитрыми глазами. Он точно знал, что творится у меня на душе, видел и в некотором роде даже понимал. И это его понимание было самым опасным. Древний, как сам континент кот был мудр и знал, как найти подход к любому, даже ко мне. — Так ты долго не протянешь. Или ты уже подумываешь о том, чтобы стать верноподданным Повелителя Могил? Не стоит торопиться, все самое интересное только начинается. Лицо мира в очередной раз изменится, и ты приложишь к этому руки! Разве это не чудесно?

— Я бы предпочел что-то менее грандиозное и внушительное, но, как ты и сам знаешь, магам не дано выбирать. Это наша плата за силу и магию, за высочайшее покровительство.

— Разве ты не узнал, как открывать источники магии без помощи богов? Как по мне, так это превосходный повод не платить. Разве нет?

— Так-то оно так, но боги все еще способны прихлопнуть любого, кто им неугоден, так что давай не будем обсуждать эту животрепещущую тему. Тебе не сбить меня с пути!

— Посмотрим. Наше путешествие будет длиться очень долго, так что не зарекайся, — зеленые глаза азартно блеснули, словно он воспринял мои слова, как вызов. — Но сдается мне все дело в Арании. Ты давно попался в ее сети…

— Не стоит продолжать этот разговор, — грубо перебив кота, я снова уставился на огонь. Не желаю говорить о моей госпоже, не желаю думать, что для нее я не важен, и она способна избавиться от меня в любой момент. Моя судьба — служение Великой Паучихе, так было с момента моего появления на свет, так будет длиться вечно. Я паук, не ведающий жалости. Вот только, почему-то последнее время эти мысли все больше вызывают у меня отторжение.

— Что ж, если желаешь, давай сменим тему, — усмехнулся Серж, продолжая рассматривать меня. Этот кот всегда вел себя с чувством собственного превосходства, словно ему известно намного больше, чем можно себе вообразить. — Мы вполне можем обсудить семью Акеро, что дожидается тебя у западных ворот.

— Все-то тебе известно, — я подкинул в костер немного сухих веток и целебных трав. Огонь сразу озорно зашипел, а в воздухе начал разносится приятый сладковатый аромат, что отпугнет вечно голодных комаров, да и других тварей, прогуливающихся неподалеку от нашего лагеря. — Может быть, тогда скажешь, с кем мне предстоит увидеться? Готов спорить, твои источники информации достаточно осведомленные для того, чтобы узнать такую незначительную малость.

— Естественно, — Серж принялся вылизывать свою лапу, становясь похожим на обычного кота. — Мне многое известно, даже планы Повелителя Могил.

— И?

— Среди некромантов будет лишь один человек, известный тебе, Райнер, — с остальными тебе не доводилось сталкиваться, так что ты столкнешься с новыми лицами. Хотя, не думаю, что это что-то изменит — тебе все равно не понравится.

— Имена! — потребовал я.

— С чего ты взял, что я назову их?

— В противном случае, ты бы не затеял этот разговор. Не стоит играть. Мы оба с тобой долгожители, нам многое известно, так что не стоит ходить вокруг да около. Назови имена.

— Бран Акеро, с ним ты знаком, ведь он отец Минори, тот самый человек, что проводил ритуал слияния и поместил твою душу в тело своей дочери. Беспринципный, алчный, властный, спесивый гордец — о его 'достоинствах' можно говорить вечно, но я остановлюсь на этих эпитетах, — фыркнул Серж, демонстрируя все свое отношение к этому некроманту. Что ж, в этом мы с ним солидарны. — С ним прибудут Карей и Лиадан — первый весьма перспективный и амбициозный некромант, поговаривают, что ему уготовала роль верховного некроманта в Проклятых землях, а Повелитель могил благоволит к этому юнцу. Так это или нет, я не могу сказать, меня мало интересует судьба этой семьи. Что же касается Лиадан, то эта женщина опасна и безжалостна. Будучи младшей сестрой Брана, она всегда оставалась в его тени, но, поверь мне, её это не устраивает. Эта некромантка предпочитает манипулировать и лгать, хитростью получая то, что ей нужно. Недостаток магической силы, она компенсирует умом и пронырливостью. Я бы даже сказал, что ей стоило служить Арании, но судьба распорядилась иначе. Тебя ждет путешествие в весьма интересной компании. Так что наслаждайся моим обществом, пока можешь.

— Я этим и занимаюсь, — тихо рассмеявшись, я поднял взгляд к черному небу. Ни луны, ни звезд, ни какого-то другого источника света, казалось, что небосвод все ниже опускается над землей, пытается ей раздавить, уничтожить Проклятые земли, со всеми людьми, тварями и богами, обосновавшимися здесь.

— Что-то незаметно, — обиженно заявил кот, сворачиваясь клубочком недалеко от костра. — Ворчишь, рычишь, ведешь себя так, словно меня нет рядом.

Я не стал ничего отвечать, мне стоило обдумать его слова, продумать тактику поведения. Как он и сказал, мне предстоит общаться с интересными личностями, вот только от этого они не перестают быть неприятными и отвратительными. Это будет непросто…

Огонь продолжал потрескивать, успокаивая и умиротворяя, навевая сонливость. Мои веки тяжелили, сознание неумолимо ускользало, мысли растворялись в небытие, а мир сновидений распахнул передо мной свои теплые и нежные объятия. Усталость взяла свое и это неудивительно, ведь мне давно уже не доводилось высыпаться. Кошмары и видения жуткого прошлого преследовали меня ночами. Даже магия не помогала от них избавиться — каждый раз закрывая глаза, я видел обрывки своего прошлого, того, чем гордился и того, что было достойно сожаления. И все же, не спать вовсе было невозможно.

* * *

Сквозь сон, я ощущал движение вокруг. Это было похоже на легкое дуновение ветерка, щекочущее прикосновение легчайшего перышка. Я слышал голос — тихий нежный шепот, неразборчиво бормочущий ласковые слова. В ноздри ударил приятный аромат свежескошенной сочной травы и весенних цветов. Мои кошмары отступили, разбежались в стороны, уступая место радужным и ярким ведениям-снам. Я видел свою золотую пору, далекое прошлое, что еже стало стираться из моей памяти, семью, Аранию, улыбающуюся мне. Этот сон был пределом моих мечтаний, тем, что я хотел бы видеть вечность. На душе было тепло, спокойно и так лениво. Мне не хотелось просыпаться, хотя я и знал, что это ловушка, обман, созданный для того, чтобы погубить меня. Я все это знал и все равно отчаянно хотел подольше задержаться в этом мире грез и мечтаний.

Это была минутная слабость. Как бы сильно, мне не хотелось именно такой жизни, я все же осознавал, что это всего лишь иллюзия. Я слишком давно живу, слишком много видел и знаю, чтобы попасться на такой простенький трюк. Подобное неуважительное поведение по отношению ко мне было непростительным и требовало наказания. Кто бы ни пытался проделать это со мной, я не прощу его.

Резко распахнув глаза, я попытался подняться, но сделать это было невозможно. Древесные корни крепко обвили мое тело, прижимая к стволу векового дуба, казалось, что дерево пытается слиться со мной воедино, раздавить и переломать мои кости. С каждым мгновением эти объятия становились все сильнее и болезненней, а помимо этого я ощущал, как моя жизненная сила перетекает к растению.

— Серж! Где ты, блохастый? — рыкнул я, начиная дергаться, но чем больше я это делал, тем хуже мне становилось. Мое сопротивление было абсолютно бесполезным и лишь вредило, а потому мне пришлось расслабиться, в надежде, что это поможет выиграть немного времени. Не понимаю, как я умудрился не заметить эту угрозу? Как позволил подобраться настолько близко к себе?

— Предпочитаю держаться подальше от этой мерзости, — послышалось испуганное шипение кота, сидящего на одной из веток соседнего дерева. — Прости, но здесь я тебе не помощник. Мои когти и мудрость не смогут избавить тебя от корней. Тут больше подойдет топор, но его у нас нет, как впрочем, и того, кто сможет им воспользоваться. Придется тебе, Райнер, выкручиваться самостоятельно.

— Ты бесполезен, — зло бросил я, замечая в стороне от себя едва уловимое движение. Чтобы рассмотреть это нечто мне пришлось скосить взгляд в сторону, да так, что глаза чуть не вылезли из орбит.

Всего в паре шаг от меня, на вылезшем из земли корне дерева, сидело странное существо — щуплое, неказистое и слабое, с тонкими длинными руками и ногами, выпирающими ребрами и впалым животом. Его вполне можно было бы принять за тощего мальчишку, если бы не пара факторов, говорящих об обратном — непропорционально большие заостренные уши торчали в стороны, а огромные черные глаза занимали пол лица. Единственным приятным в этом существе были крылья, как у стрекозы: легкие, изящные, радужно переливающиеся в ночном полумраке и свете костра, что все еще продолжал гореть.

— Твоих рук дело? — сразу перешел я к делу. Не нужно быть гением для того, чтобы понять, что именно он контролирует растение. И судя по его блаженной улыбке, моя магия насыщала не только дерево, но и его.

— Да. Мое имя Дзейрен, — улыбнулось существо, демонстрируя острые, как бритва, треугольные зубы, которыми весьма удобно рвать мясо. Похоже, мой новый знакомый — плотоядный хищник, так что не стоит обманываться его неказистой внешностью. — Мне весьма приятно познакомиться с моим ужином. Я благодарен вам за то, что навестили мои владения. Мне давно не удавалось насытиться, приходилось довольствоваться мелкими животными и птицами, но и их почти не осталось. А тут такой подарок судьбы. Тебя мне надолго хватит.

— Прости, но я не собираюсь становиться, ни чьим ужином!

Я ощущал приближение моих пауков, направлял их в сторону Дзейрена, надеясь на то, что яд моих малышей быстро заставить эту тварь позабыть обо мне и ослабить хватку. Ну, а пока этого не произошло, мне стоит постараться и выпутаться. Пусть я не могу пользоваться руками и не дотянусь до амулетов и артефактов, что всегда со мной, но это не значит, что невозможно воспользоваться магией вовсе. Пока во мне есть хоть капля силы, я не бесполезен. Вряд ли здесь помогут кислоты и яды, да и вода окажется бесполезной, а вот огонь другое дело. Он спалит к чертям это проклятое дерево, а заодно и его хозяина.

Слова нужного заклинания всплыли в моей памяти и сорвались с губ. Они лились непрерывным потоком, превращаясь в рычащую песнь. Тело нагревалось и пылало, превращалось в сгусток пламени. Болезненная и неприятная магия, каждый раз применять её все равно, что гореть заживо, принося себя в жертву Великому Огню. Все вокруг меня горело, как и я сам. Мое пламя было зеленоватое, недовольно шипящее, болезненное, но оно было действенно, и гибкие корни, сжимающие меня в своих тисках, ослабли, позволяя мне свободно дышать.

— Прекрати!!!

Верещание Дзейрена было оглушающим, но этого недостаточно для того, чтобы сбить меня с настроя. Я уже давно не новичок и бывал в ситуациях намного хуже этой. Заклинание продолжало действовать, а я, превратившись в горящий факел, все так же монотонно бормотал нужные слова, нагревая все вокруг. Лес вокруг пылал, а контролировать огонь становилось с каждым мгновением сложнее — еще немного и эта чужеродная магия, которую я самовольно присвоил себе, вырвется из-под контроля.

Я резко умолк. В моем деле нельзя допускать ошибок, к тому же, я уже победил. Хищное дерево превратилось в горячие дымящиеся угольки и больше не представляло угрозы, чего не скажешь о его хозяине, что все еще был жив. Дзейрен смотрел на меня с ужасом и застывшей во взгляде безысходностью и чувством обреченности. Кажется, он был связан с деревом и вот теперь его частичка мертва. Забавно. В былые времена я бы непременно заинтересовался этим неказистым созданием, попытался бы поймать его и изучить, вспороть его брюхо, изучить строение и понять, как он использует магию. Но сейчас у меня не было на это времени. Жаль… Во мне проснулся интерес исследователя.

— Ты совершил ошибку, позарившись на мою жизнь. За все приходится платить, — зловеще прошептал я, надвигаясь на Дзейрена. Мои пауки уже добрались до него, ползали по его телу и крыльям, готовы были в любой момент пустить в ход яд, но что-то заставляло меня медлить, и я не отдавал им приказ. Это существо было весьма интересным… Настолько, что в моей душе пробудился уже угасший исследовательский дух — я точно мог сказать, что оно не плод экспериментов богов, а творение природы. Новый виток развития!

— Может быть, не станем его убивать? — деловито предложил Серж, все еще сидящий на ветке дерева и опасливо рассматривающий Дзейрена. — Он забавный. Кто знает, может быть, пригодится в нашем пути…

— Хм… Все может быть, — я замер в полушаге, от сжавшегося существа, дрожащего от страха, боли и омерзения. Надо же! Еще один трус, боящийся пауков. Забавно! Что же мне предпринять? Мне стоило об этом хорошенько подумать.

— Что… — существо судорожно сглотнуло, обхватывая себя руками. Жалкое зрелище. — Что вы собираетесь делать?

— Для начала было бы неплохо понять что ты такое, — я с удивлением обнаружил, что в моем голосе звучит смесь угрозы и презрения, того высокомерия, от которого я, казалось, давно избавился. Похоже, я становлюсь прежним и это не могло ни радовать. Здесь, в Проклятых землях, нужно быть особенно черствым и циничным, думать только о себе и собственной выгоде. Привязанности не помогут мне выжить и исполнить волю моей богини.

— Я Дзейрен, — дрогнувшим голосом ответил наш новый знакомый.

Даже не верится в то, что это хищник. Сейчас он скорее походит на жертву, легкую добычу, не способную о себе позаботится. Мне все это не нравилось, ведь я не мог понять — игра это или нет. Стоит ли брать столь странное существо с собой? Однозначно путешествие в его компании будет занятным и возможно, даже интересным, но не стоит забывать об угрозе. Эта тварь чуть не прикончила меня! Хотя… Это сильно сказано. В моей жизни встречались противники намного страшней. Сейчас же я просто был не готов к нападению и больше такой ошибки не допущу.

— Как ты появился на свет, ты помнишь?

— Я сын дриады, жившей в этом дереве, — Дзейрен сильнее обхватил ствол дерева, словно надеясь на то, что оно защитит его.

— А кто же тогда твой отец? — мне было тяжело поверить в слова нового знакомого, ведь дриады размножаются не так как люди и среди них есть только женские особи. Они больше растения, нежели люди, а у Дзейрена были крылья, относительно человеческие черты.

— Она никогда не говорила.

— Вот оно как… Весьма занятно, — сдается мне, что это существо и само не знает, кто оно. Это пробуждало во мне интерес исследователя, желание вскрыть это существо, досконально изучить его, понять, кто же передо мной. — Что ты умеешь, кроме как контролировать свое дерево и убивать забредших к тебе волею судьбы путников? Советую тебе хорошенько подумать над ответом, ведь от этого будет зависеть твоя жизнь и дальнейшая судьба, — я подошел к Дзейрену вплотную, нависая над ним, буравя взглядом. У меня уже было заготовлено заклинание, которое я в любой момент мог пустить в дело, обрекая это нелепое дрожащее создание на мучительную гибель, но все же, я выжидал.

— Не пугай его, а то он двух слов уже связать не в состоянии, — недовольно шикнул на меня Серж, наблюдающий за нами с высокой ветки. Он так и не рискнул спуститься. Неужели опасается?

— Говори, — не обращая внимания на кота, я продолжал смотреть в огромные черные глаза Дзейрена, все больше напоминающего мне насекомого. В этом что-то есть. — Почему я должен сохранить тебе жизнь? Чем ты можешь быть полезен мне?

— Иногда, я могу видеть будущее, — не выдержав, существо отвело взгляд в сторону. — Не всегда и я даже не способен контролировать свои видения, но все же, — Дзейрен запнулся, подбирая нужные слова. — Пару раз это спасло мне жизнь и помогло найти добычу, — существо облизнулось, а его крылья затрепетали. — А еще, я превосходный летун, способен подняться высоко, к самому солнцу, даже ветер не способен обогнать меня. Слышу голоса растений, различаю голос леса.

— И неплохо можешь себя преподнести, — ехидно усмехнулся я, поднося ладонь к лицу Дзейрена. Всего одно прикосновение и яд проникнет в его кожу, а дальше вместе с кровью разнесется по всему организму, погружая это нелепое создание в мир агонии и боли. Мое любимое заклинание — прикосновение паука. — Но сможешь ли ты выжить вдали от своего дерева, которое я уничтожил? Если ты сын дриады, то уже сейчас медленно умираешь. Ты бесполезен!

— Я полукровка, — голос Дзейрена звенел от напряжения и практически сорвался на писк. — Не знаю, смогу ли жить без моего дерева и уйти, я никогда не пытался… Прошу… Не убивайте… Не оставляйте меня здесь одного… Умоляю…

Я ощущал чужой страх, понимал, что существо боится не столько смерти, сколько одиночества. Мне пришлось уничтожить дерево, с помощью которого он охотился и существовал всю осознанную жизнь, теперь Дзейрен не знает, как жить дальше и что делать. Не сомневаюсь, что он отобрал множество жизней и своей матери в том числе.

— Хорошо, можешь пойти с нами, но если от тебя не будет прока, я без сожалений избавлюсь от тебя, — расплывшись в улыбке, произнес я, так и не определившись с тем, что я буду делать с этим существом. У меня даже не было уверенности в том, что он способен чем-то быть полезен.

— Благодарю, — просиял Дзейрен, но в его голосе мне все еще слышался страх, но вместе с тем некая благодарность.

Глупец, он думает, что я проявил по отношению к нему милосердие и доброту, собираюсь помочь бедному голодному созданию. Сразу видно он мало знает о жизни, почти никого и ничего не видел, позабыл том, что и сам проявлял коварство.

— Не стоит, — я перевел взгляд на Сержа, свысока наблюдающего за нами. — Спускайся! Отдых закончен, нам пора в путь!

— А может, еще немного поспим? — предложил кот, лениво спускаясь с дерева. Всем своим видом он демонстрировал вселенскую усталость и нежелание шевелиться. — До рассвета еще далеко, вполне можно закончить начатое.

— Нет, поспали уже. Хватит! — наверное, слишком резко бросил я, приступая к сборам. Хорошо еще, что я предпочитаю путешествовать налегке, много времени это не займет.

— Ты слишком напряжен, — насмешливо заявил Серж, грациозно переставляя лапы, приближаясь ко мне. Прямо-таки хищник на охоте, не иначе.

— Зато ты чрезмерно расслаблен.

— А чего напрягаться? — беззаботно хмыкнул пройдоха. — Наш новый знакомый зачистил территорию, так что больше нам нечего бояться.

— Бояться всегда есть чего. Не забывай, это Проклятые земли и они снова оправдывают свое название. Нам так и не удалось зачистить эту территорию, это в принципе невозможно. Мы были слишком наивны, когда полагали, что способны что-то изменить и боролись. Возрождение было недолгим, его не было вовсе, а все, что мы с делали ни к чему не привело.

Мне было тяжело говорить об этом, тяжело осознавать собственную наивность и глупость. Я живу невероятно долго, видел столько, что можно было бы и поумнеть. И все же, еще недавно у меня не возникало никаких сомнений в успехе. Хотел бы я понять, почему? Что заставило меня расслабиться и как результат — потерять все. Жаль, что на это нет времени, а может, к лучшему — чем меньше думаешь, тем спокойней.

— Куда мы пойдем? — опасливо поинтересовался Дзейрен, переминаясь с ноги на ногу. Ему явно было не по себе от того, что придется покинуть свой привычный мир, но выбора у него не было. Как и сказал Серж, здесь не осталось еды, более того, больше нет дерева, с которым связан наш новый друг — оставшись, Дзейрен погибнет от истощения. Он уже на пути к этому, так что у него нет иного выбора. Желание жить заставляет идти на безумные поступки, я это уже видел…

— На запад, к стене, но ты вряд ли знаешь, что это такое.

— Не знаю, я никогда не уходи дальше реки, — страх в голосе моего нового спутника звучал все отчетливее, но при этом в его глазах появился легкий азартный блеск, хотя правильней было бы сказать, что голодный.

— Значит, настало время сделать это впервые, — не оборачиваясь, я направился в чащу, надеясь на то, что сегодня нам удастся продвинуться намного дальше, чем вчера.

* * *

В предрассветном полумраке лес выглядел иначе, чем днем и должен признать, таким он мне нравился больше. Всюду мрачные густые тени, какие-то звуки, ощущение чьего-то присутствия. Вот только все это лишь казалось — лес Дзейрена был мертв и убил его именно наш спутник. Правильно ли я поступил, беря это существо с собой? Он опасен, голоден, пользы от его способностей будет мало, а на изучение у меня просто нет времени.

Мы шли в полной тишине, ничего не говоря, не обсуждая, и мне это нравилось. Люблю быть погруженным в собственные мысли, мысленно говорить сам с собой — это стало моей привычкой еще со времен заточения в зеркале. Я размышлял о том, как лучше поступить, как построить маршрут наилучшим образом и быстрее достигнуть стены. Пройти под землей было бы идеально, но наги не пропустят нас, скорее уж мы станем обедом для их выводка. Если так пойдет дальше, то Проклятые земли станут королевством змей, ведь пока люди и боги сражаются, строят козни и грызться друг с другом, наги усиленно размножаются. Нет. В катакомбы мне нельзя! Разве что, когда достигнем территории ледяных магов. Змеи не любят холода, так что там их быть не должно. Ну, хоть что-то приятное…

Постепенно становилось все светлее. Небо начло окрашиваться в сиреневые и грязно-розовые тона, а сам лес казался серым и бесцветным, словно утро крало у него все краски, делая блеклым. Это долго не продлиться — всего пара часов, а после окончательно расцветет и окружающий нас мир снова поменяется, наполняясь яркими цветами и неким подобием жизни.

— Долго еще до реки? — поинтересовался я, продолжая медленно переставлять ноги. Мне бы и хотелось идти быстрее, но мое нынешнее тело было на это неспособно. Внешне оно не было изношено и выглядело вполне прилично, но чужеродная магия, которой я пытался овладеть доконала меня, уничтожая меня изнутри. Нужно поторопиться с заданием и забрать из Рокуса одно из заранее подготовленных тел, пока я окончательно не начал разваливаться на части. Учитывая мое положение, это вполне возможно.

— Нет. Скоро придем, — тихо ответил Дзейрен, семенящий следом за мной. — Я уже слышу её журчание, но мне неизвестно, где брод.

— Значит, она глубокая? — недовольно зашипел Серж, явно не желающий замочить свои лапы и шкуру. Что ж, я его вполне понимаю, мне и самому не хочется лезть в воду.

— Очень.

— Ну, у тебя есть крылья, так что перебраться на тот берег для тебя не станет проблемой, — подметил кот, оценивающе смотря на Дзейрена. — И меня перенесешь, а вот нашего Райнера ты точно не сможешь поднять, так что ему придется заняться плаванием. — Серж перевел на меня насмешливый взгляд. — Ну, ничего. Ты главное не расстраивайся, плавание полезно для здоровья.

— А ты ничего не забыл? — зевнул я, даже не думая реагировать на поведение кота.

— Хм… даже не знаю…

— Воду я тоже контролирую, — мои губы тронула легкая ухмылка. — Это была одна из первых присвоенных мною магий. Ха-ха-ха! Я бы даже сказал, что именно с ней были связаны самые большие трудности. Ведь ради того, чтобы завладеть этой магией, мне пришлось сменить сове тело, на весьма неудобное и проблемное.

— И что же это было за тело такое? — Серж заинтересованно задергал ушами.

— Мне был нужен сильный маг, — ответил я, невольно погружаясь в пучину воспоминаний. — Но, увы, подходящих моим критериям мужчин, рядом не оказалось. Я долго искал, но так и не смог подобрать нужное тело и тогда мне пришлось использовать для моих целей женщину. Заманить её в ловушку не заставило труда, я просто очаровал её, убедил в том, что безмерно влюблен в нее и схожу с ума от страсти.

— Ты, и очаровал? А ты не преувеличиваешь? — хихикнул кот. — Как по мне, так ты себе льстишь.

— Не преувеличиваю. Тогда я был молод, выглядел иначе и был весьма настойчив и артистичен, — недоверие Сержа было мне понятно, ведь сейчас я совершенно другой человек и меня сложно представить в роли героя-любовника. И все же, когда-то я пользовался большим успехом среди женщин. Хотя, по большей части этот успех гарантировали мне сила, власть и деньги, а вовсе не мои личные качества. — Я убил её, а после переселился в её тело, осваивая новую магию. Должен признать, это был весьма неприятный опыт. Женские тела прекрасны только когда смотришь на них, прикасаешься, любишь их и ласкаешь в порыве страсти. Но самому стать женщиной уже не так приятно. У них все иначе, хотя я и не понимаю почему, а от ежемесячных кровотечений меня до сих пор в дрожь бросает.

— Значит, повторить тот опыт ты не хочешь? — рассмеялся Серж, которого забавляла моя история. А вот мне было не до смеха и мое время пребывания в женском теле, по неприятности могу сохранить только с периодом заточения в зеркале семейства Акеро.

— Нет, не хочу. Предпочитаю быть мужчиной, — пожав плечами, я обернулся. Дзейрен замедлил шаг, словно еще сомневался в том, стоит ли продолжать путь или лучше остаться и сдохнуть от голода. — Хорошо еще, что мне удалось быстро освоиться с магией воды и найти новое тело. Дзейрен, решайся уже быстрее! Я не собираюсь ждать тебя, так что шевелись быстрее! Можешь даже крылья размять.

— Я… я пройдусь пока так, — неуверенно произнес Дзейрен.

— Как хочешь, — безразлично пожав плечами, я продолжил идти по направлению к реке, чье журчание я тоже начал слышать. Магия воды давалась мне тяжело, можно даже сказать, что со скрипом, я откровенно недолюбливал её, но мокнуть мне совершенно не хотелось. К тому же не стоит забывать, что в местных водоемах обитает множество хищных тварей, так что придется использовать магию.

— Так что ты собираешься делать? — не унимался любопытный кот.

— Скоро увидишь, так что наберись терпения, — вдаваться в пространные объяснения мне совершенно не хотелось, к тому же лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Да и если признаться честно, я пока что и сам не решил, какое заклинание будет здесь уместно…

* * *

Дзейрен не соврал и оказался превосходным летуном. Он без проблем: легко и грациозно поднялся в воздух, чтобы перебраться на противоположный берег реки, не забыв при этом прихватить Сержа. Жаль, что я не такой же маленький и легкий, так что мне придется решать свою маленькую проблемку самостоятельно. Можно было, конечно, рискнуть и попытаться попросить нового знакомого помочь с моей транспортировкой, но в этом случае риск оказаться в ледяной воде, был слишком велик. Нет. Предпочитаю воздержаться от бодрящего купания и перспектив оказаться чьим-то обедом.

Замерев около самой кромки воды, я на мгновение прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Пахло тиной, рыбой и сыростью, словно передо мной не бурая река, а болото. Странно. Но на разбирательства у меня не было времени, да и не интересует меня больше безопасность на этой территории, отныне это забота Акеро, вот пусть они этим и занимаются. Я даже надеялся на то, что некроманты потерпят неудачу в этом вопросе и потеряют доверие Повелителя Могил. Это было бы идеально!

— Эй, ты чего там уснул? — раздался нетерпеливый голос Сержа.

Вот ведь пушистая зараза! Ведет себя так, словно это я напросился с ним в путешествие и теперь задерживаю. Наглый кошак! Вспышка раздражения была мимолетной и быстрой, спустя всего мгновение я вновь вернул себе спокойствие и сосредоточенность. Ничего не отвечая моему спутнику, я открыл глаза, устало оглядел реку, в очередной раз, убеждаясь, что вброд её не перейти.

— Пора.

Опустившись на колено и стараясь не обращать внимания на ноющие суставы, я прикоснулся ладонью к холодной воде, осторожно поглаживая её поверхность. Холодно, мокро и мерзко! На моей коже, словно образовалась тонкая липкая пленка от этого действия, да и сама жидкость оказалась маслянистой. Плавать в этом точно, чревато неприятностями. Но ведь я и не собираюсь этого делать…

В памяти всплыли слова заклинания, а тело начало неприятно покалывать, как бывает всегда, когда используешь чужую магию. В некотором роде это ощущение даже приятно. Я слышал собственный рычащий голос, будто со стороны, сам себе казался чужим, но все равно не останавливался. Заклинание нельзя обрывать, оно должно быть произнесено полностью, а поток воды усмирен. Моя сила устремлялась к реке, сливалась с его потоком, я ощущал себя частью отравленной реки, в которой давно уже нет нормальной рыбы, лишь хищные вечно голодные твари, созданные богами и природой. Я стал частью реки, проник в её суть, увидел, что скрывается под её маслянистыми водами и это заставило меня содрогнуться от омерзения.

— Расступись! — приказал я.

Вода, не в силах сопротивляться моей воле, отхлынула в разные стороны, создавая узкую тропку, по которой я вполне мог бы пройти. На обнажившемся песчаном дне, покрытой сколькой тиной и гниющими водорослями, виднелись останки морских обитателей и тех несчастных людей, что рискнули искупаться в реке. Глупцы!

Поднявшись на ноги, я начал медленно продвигаться вперед, осторожно ступая по скользкой поверхности. Жаль, что у меня нет посоха — он бы пригодился сейчас. Нужно будет исправить это упущение в ближайшее время, а то мало ли что. В пути дополнительная опора не помешает.

— Поторопись! Плетешься так, словно никуда не спешишь и вообще вышел не прогулку, — вновь решил меня подогнать Серж.

И снова я ничего не ответил, хотя и стал идти чуточку быстрее, но не из-за слов кота, а от того, что из воды, на меня смотрели десятки глаз. Невозможно было рассмотреть, кому они принадлежат — одному существу или нескольким, и проверять мне это не хотелось. Да и не люблю я, когда на меня смотрят — это раздражает.

Удерживать воду становилось все труднее, она словно живое существо, сопротивлялась моей воле, пыталась вновь соединиться, поглотить меня и вновь течь, куда ей нужно. Стоило мне ступить на берег, как стены воды с шумом рухнули вниз, поднимая брызги, река с недовольным ворчанием продолжила свое течение и в её голос мне слышались проклятья в мой адрес. Забавно. Это действительно так или у меня разыгралось воображение?

— Райнер! Сзади! — испуганно вскрикнул Дзейрен, чьи глаза от ужаса стали еще больше. Тонкие сверкающие крылья взметнулись вверх, переливаясь всеми цветами радуги и поднимая своего хозяина ввысь.

Что касается Сержа, то он зашипел, а его шерсть поднялась дыбом, превращая его в пушистый комок шерсти, пятящийся назад. Я не оборачивался, в этом не было необходимости. За моей спиной, была та самая тварь, что наблюдала за мной из воды, и она явно собиралась закусить мной. Глупо! Я не тот, кого можно сожрать просто так. В моей душе, а точнее том, что от нее осталось, не было ни страха, ни трепета, ни злости, лишь легкое раздражение и желание поскорее покончить с этим делом.

Снова с моих губ сорвалось заклинание, но на этот раз оно было похоже на монотонную песню. Что лучше огня сможет помочь мне? То, что течет в реке, не отнюдь не вода, это нечто горючее и этим просто грех не воспользоваться. Жар окутывал мое тело, а вместе с тем реку, вспыхнувшую малиновым пламенем.

Обернувшись, я с довольной ухмылкой наблюдал за тем, как горит вода, как шипит и извивается в смертной агонии нечто черное и бесформенное, обладающее сотнями глаз разных размеров. Мерзость! Огонь распространялся стремительно, пожирая все, до чего мог дотянуться, и в этом было нечто завораживающе прекрасное и умиротворяющее. Мне нравилось лицезреть последствия моих действий, ощущать собственную силу и могущество. Во мне начало пробуждаться практически непреодолимое желание все уничтожить, спалить весь мир, погрузить его в хаос и разрушение.

— Нам лучше продолжить путь, — тихо произнес я, сам вздрагивая от пронзительно-шелестящих ноток в моем голосе. — Если поторопимся, к вечеру доберемся до поселения. Насколько помню, оно небольшое, но все лучше, чем ночевать под открытым небом.

— Ну, не скажи, — не согласился Серж, все еще бросая настороженные взгляды на горящую реку. Казалось, что он все еще опасается и ждет нападения. — Ты ведь в курсе, кто там живет?

— Слуги Тьмы, — спокойно ответил я, замечая, как длинные уши Дзейрена начинают любопытно дергаться. Похоже, наш новый друг, действительно, никогда не покидал своих владений, а потому он не в курсе, кто же его ближайшие соседи. — Не стоит волноваться по этому поводу, у меня вполне неплохие отношения с Черным шутом.

— Он слишком долго задержался в этом мире, — недовольно бросил кот, проворно перебирая лапами. — Тьме давно пора избрать нового верховного мага, вместо этого выжившего из ума старикашки. Не понимаю, как она терпит его выходки, он же портит весь её образ! Да и о чувстве стиля и умении держаться, говорить не приходится. Шут на это просто не способен!

— Сдается мне, ты что-то натворил, вот и боишься, — так или иначе менять свои планы я не собирался, да и невозможно обогнуть эти земли. Крюк получится слишком большой, да и всех опасностей все равно избежать не удастся.

— Ничего подобного, — фыркнул Серж, — Просто не люблю Шута!

— Странно, а мне казалось, что вы друзья…

— У меня нет друзей, — безразлично ответил серый Пройдоха и это было чистой правдой. Кот мог быть доброжелательным, помогать, оказаться приятным собеседником, но он всегда притворялся и преследовал свою выгоду. Ему нельзя доверять, я это точно знал.

— Не сомневаюсь в этом.

Дальнейший путь мы продолжили в полной тишине, никто не желал говорить, хотя и по разным причинам. Серж, наверняка, строил очередные козни, Дзейрен не знал, с чего начать и боялся заговорить, хотя было и видно, что у него скопилось множество вопросов. Что же касается меня, то мне было не интересно говорить с кем-то. Это может породить ненужные мне привязанности, пробудить любопытство, а этого лучше избегать. Быть в одиночестве лучше — это путь всех слуг Арании.

* * *

Ночь уже начала вступать в свои права. Небо чернело, становилось объемней, начинало нависать над миром, угрожая в любой момент рухнуть вниз, раздавив всех живых. Лес вокруг тоже преображался, становясь более опасным и хищным, то тут, то там начали появляться блуждающие огни, освещающие чащу угрожающим зеленым свечением. Все вокруг шевелилось, шептало, наблюдало за нами — так бывало каждый раз, когда наступала ночь.

— Дзейрен, поднимись в воздух и посмотри, далеко ли поселение, — приказал я. Идти дальше было глупо, так что если я ошибся в расчетах и мы шли слишком медленно, придется сделать привал прямо здесь.

— Я не уверен…

— Ты хотел быть полезным, не так ли? — в моем голосе не было ничего, ни одной эмоции. Я устал, проголодался, хотел отдохнуть в человеческих условиях, а не под открытым небом и тратить время на препирательства точно не собирался. — Тебе лучше поторопиться с этим, иначе мне придется оставить тебя магам Тьмы… Уж они то точно найдут тебе применение.

— Хорошо, я посмотрю, — испуганно пискнул Дзейрен. Готов спорить, он уже сотни раз пожалел о том, что согласился пойти с нами, но возвращаться обратно, не торопился. Его дерево разрушено, в его доме не осталось больше пищи, а умирать долго и мучительно, сходя с ума от голода, существо не желало. Страх! Вот что движет всеми живыми существами.

Я наблюдал за то, как Дзейрен быстро поднимается ввысь, скрываясь в темноте и шелестящей листве деревьев. Все же, интересно, как он летает? Его крылья слишком тонкие и слабые для того, чтобы удерживать поднять большой вес, да и любой сильный порыв ветра вполне мог порвать тонкую ткань крыльев. В очередной раз мне захотелось забыть о поручении моей богини и начать исследование, вновь начать открывать тайны магии и жизни, найти нечто невообразимое и стать сильней, чем когда-либо.

— Иногда мне кажется, что ты балансируешь на грани безумия, то срываясь в него, то непостижимым образом вырываясь из его объятий, — мурлыкнул Серж, наблюдающий за мной из темноты.

— Безумие? Это понятие относительное, — я продолжал смотреть туда, где недавно скрылся Дзейрен. — Мое стремление к знаниям и силе не такое уж неправильное. Что такого страшного в том, что я пытаюсь понять, как устроен этот мир и магия? Да, ради этого мне приходилось убивать, мучить, пытать, причинять боль, но все это не для собственного наслаждения, а ради великой цели.

— Так говорят все маньяки.

— А у тебя что, большой опыт общения с ними?

— Я только с такими и общаюсь, специализация у меня такая, — насмешливо фыркнул Серж. — Вот и сейчас с безумцем беседую, пытаюсь объяснить ему, что он давно свихнулся, а он отрицает.

— Я так понимаю, с Черным шутом, тоже на эту тему беседовал?

Кот ничего не ответил, демонстративно отвернувшись от меня, но я точно мог сказать, что абсолютно прав. Именно этим вызвана нелюбовь серого пройдохи к слугам Тьмы — он слишком много болтал и естественно поплатился за это. Рано или поздно это должно было произойти, если не с шутом, то с кем-то другим.

Может быть, Сержи прав, но в моем безумии нет ничего ужасного. Я просто отличаюсь от других, выделяюсь из серой массы людей и магов. Это прекрасно! Именно поэтому Арания избрала меня, поэтому продлевает мою жизнь. Лучше быть безумцем, чем таким же, как все остальные.

Раздался шум и треск и Дзейрен буквально рухнул перед нами, голод и усталость не шли ему на пользу. Если я хочу использовать этого летуна и дальше, придется решать эту проблему.

— Впереди поселение, оно недалеко, — тихо пробормотал Дзейрен. — Мы быстро доберемся до него, — летун облизнулся, а в его огромных глазах появилось настоящее пламя. — Там есть люди. Немного, но есть.

— Да, но пока что они не твоя добыча, — я направился в сторону, которую указал Дзейрен. — Идемте. Сегодня я хочу спать в мягкой постели в теплом доме.

— Или в сырой, холодной темнице, это уже, как карта ляжет, — насмешливо фыркнул Серж, скрываясь в темноте. Судя по всему, он решил перестраховаться и переждать время недалеко от поселения, чтобы не рисковать своей безупречной шкуркой. Меня это вполне устраивало.

Глава 2. Поселение Слуг Тьмы

Небольшое укрепленное поселение магов Тьмы встретило нас радушно, как дорогих гостей и важных персон. Создавалось обманчивое впечатление, что они еще не в курсе, что я больше не правитель Рокуса, а в самих Проклятых землях за последние месяцы многое изменилось. Нет. Все не может быть настолько просто, скорее уж, им что-то от нас надо, и я был готов к этому, ведь со слугами Тьмы не бывает иначе — они всегда и во всем ищут выгоду. Направляясь именно сюда, я знал это и готов был при необходимости уплатить дорогую цену за помощь этих магов, более того, мне было, что им предложить.

Не задавая вопросов, стражники пропустили нас с Дзейреном за ворота и проводили к центральному дому, в котором, несмотря на поздний час, горел свет и был накрыт стол. Нас ждали и это было весьма кстати, ведь я не люблю путешествия и долгие блуждания по лесам и болотам, мне больше подходят более комфортные условия. Увы, пока что об этом я могу лишь мечтать, впереди меня ждет долгий путь.

Расположившись за столом, мы с моим спутником наслаждались поздним ужином. Дзейрен, жадно набросился на пищу, хватая все, до чего мог дотянуться. Казалось, что он пытается набить брюхо впрок, наивно полагая, что это возможно. Что же касается меня, я не настолько оголодал, чтобы забыть о манерах и правилах хорошего тона. При любых обстоятельствах можно вести себя достойно. И все же, я получал истинное наслаждение от трапезы. Как же я скучал по нормальным условиям и еде, когда не нужно жевать пресное горелое мясо, заедая его размоченными в воде сухарями, да и выдержанное розовое вино было намного лучше простой воды! На краткий миг, мне даже захотелось задержаться в поселении подольше, позабыв обо всех проблемах и поручениях.

Мои размышления прервал вошедший в комнату маг. Это был высокий худощавый мужчина, чья кожа казалось немного серой, навевая на мысли о том, что он болен. Но больше производили впечатления его глаза — пустые, безразличные черные, как сама Тьма, глаза. Они казались блестящими стекляшками, но никак не плотью. Слегка поддавшись вперед, даже не пытаясь скрыть своего интереса, я рассматривал мага, все больше убеждаясь в том, что прав — это не настоящие глаза, хотя сомневаться в том, что они настоящие не приходилось. Странное дело, но Тьма испытывает странную любовь к ущербным: Черный шут — безумен, этот маг был слеп, да и если присмотреться к другим, то выяснится, что у кого-то нет руки, у кого-то ноги, у всех темных магов есть изъян.

— Райнер Де Фур, рад приветствовать вас в своем доме, — тихо, приторно сладко произнес маг. — Для нас большая честь, принимать вас. Можете не сомневаться, пока вы здесь, мы обеспечим вам полную безопасность и достойные условия. Можете чувствовать себя, как дома. Мое имя Тлакон и по всем вопросам вы можете, не стесняясь обращаться ко мне.

— Непременно, — подняв медный кубок, я пригубил бесподобное вино, в котором легко было различить цветочные нотки. Судя по всему, его разбавили травяным отваром, чтобы добиться нужного вкуса и свойств. — Какова будет плата за ваше гостеприимство? И давайте не будем ходить вокруг да около, я не первый раз имею дела с такими, как вы, и точно знаю, что слуги Тьмы ничего и никогда не делают бесплатно.

— Да, это не в наших правилах, — маг уселся напротив меня, бросил беглый взгляд на жадно жующего мясо Дзейрена, а после вновь устремил взгляд на меня. — Мы считаем, что за все нужно платить, ничто в этом мире не дается просто так. Иногда цена явная, иногда — люди даже не понимают, что у них что-то забрали, а временами время платить по счетам наступает так поздно, что уже и не вспомнить, за что приходится расплачиваться.

— Весьма глубокомысленно и умно, — кивнул я, продолжая неспешно ужинать. Мое состояние можно было охарактеризовать, как спокойное и безмятежное, я не волновался и не беспокоился, точно знал, что достаточно умен, чтобы избежать любых ловушек, расставленных на моем пути. — Но это все еще не ответ на мой вопрос. Какова цена вашего гостеприимства? Надеюсь, она не будет слишком высока… Мне не хотелось бы покинуть этот дом на ночь глядя. Это будет весьма неприятно и неудобно.

— Что ж, если вы желаете…

— Желаю.

— Нам нужна от вас одна незначительная услуга, исполнение которой не составит для вас трудности, многоуважаемый Райнер.

— Ближе к делу, — нетерпеливо произнес я. Все же, с черным шутом дело иметь намного интересней и быстрей. Он и развлечь может, и говорит только по делу, хотя и не сразу поймешь, что это так.

— Верховному магу нужен яд белой паучихи. Сами мы его достать не смогли, только потеряли несколько сильных магов, — в голосе мужчины не было ни капли жалости или хоть каких-то эмоций. Смерти коллег не трогали его, что не удивительно, ведь маги Тьмы — одиночки. — Ваше появление у нас весьма кстати. Кто, как ни верный раб Арнии, сможет раздобыть такую редкость?!

На слове раб маг сделал особое ударение, давай понять, что обо мне думает, но меня это не волновало. Слуги, рабы, свободные — суть, по большому счету, одна.

— Я так понимаю, яд мне нужно доставить шуту?

— Да, так будет быстрее, — кивнул Тлакон, все еще оставаясь беспристрастным и холодным. — На все мы отводим вам два месяца и не дня больше. У нас весьма сжатые сроки, так что вам придется поторопиться.

— А не дороговата ли цена, за скромный ужин и ночлег? — хмыкнул я, насмешливо глядя на собеседника. Заключать сделку на невыгодных для меня условиях я не собирался. Раз уж сделать это все равно придется, так почему бы не выбить для себя побольше привилегий? И не важно, что для меня не составит труда раздобыть нужный черному шуту яд.

— И что же вы хотите?

— Полную и безоговорочную безопасность на землях подконтрольных Тьме. А так же посильную помощь в моем путешествии. Провиант, зелья, ингредиенты… — мне захотелось сказать 'тело', но я сдержался. Как бы ни был интересен экземпляр, стоящий передо мной, забирать его тело для освоения магии Тьмы, было бы глупо. Есть и другие способы овладеть этой магией, которая не должна отторгаться моим организмом. Да и сам маг с изъяном, а мне подойдет лишь совершенное и безупречное во всех отношениях тело. Благо, что выбирать я могу.

— Что-то еще?

— Ответы.

— Ответы?

— Да, у меня есть несколько вопросов, на которые мне жизненно необходимо получить ответы, — тихо произнес я. — Если шут согласится на разговор, я так и быть достану ему яд белой паучихи. Это будет достойная цена за такую редкость.

— Я переговорю об этом с верховным магом, — сквозь зубы процедил Тлакон, с трудом пытаясь скрыть свое раздражение. Готов спорить, он был бы не прочь наслать на меня проклятье, видеть, как я корчусь в агонии, а пламя жизни во мне медленно и мучительно больно угасает.

— Хорошо, я подожду до утра, — меня не волновало, что думает про меня маг. Я нужен им, а это значить, что вправе диктовать свои условия. К тому же, это не первый мой контракт с Тьмой и её прихвостнями, так что опыт у меня имеется.

Ничего больше не говоря, Тлакон покинул комнату, оставляя нас с Дзейреном наедине с ужином. Я точно знал, что больше нас никто не побеспокоит, так что можно расслабиться. Жаль только, что здесь практически нет пауков, и не удастся отправить их и на разведку и в дозор одновременно. Придется чем-то пожертвовать…

— Почему ты согласился? Не лучше было бы уйти? — со страхом в голосе прошептал мой крылатый спутник.

— Тебе не нравятся эти маги? — насмешливо поинтересовался я. — Странно. Они так же жестоки, как и ты, так же любят убивать…

— Я убивал ради еды, а они для удовольствия и ритуалов, — голос Дзейрена дрогнул, а его глаза помутнели, становясь тусклыми. — У них нет чувств и сожалений, все они познали боль и отчаяние, сгубившее души.

— Тебе-то откуда это знать? Неужели, довелось съесть кого-то из них? — это предположение было настолько невероятным, что я и сам в него не верил. Это крылатое недоразумение не может быть настолько сильным… Хотя меня ему все же удалось задеть…

— Я же говорил о даре предвидения и интуиции, — шелестящий голос Дзейрена был полон страха и ужаса, а на лице застыла гримаса боли и отчаяния. Он видел будущее, и оно ему не нравилось.

— Расскажи, — потребовал я, не сомневаясь в том, что летун поймет, о чем я. Должен признать, что наблюдать за ним в это мгновение было невероятно захватывающе. Готов поклясться — в его тусклых глазах я видел картины и образы, словно в магическом зеркале. Занятно. Весьма занятно! Если Дзейрен случайно или нет, погибнет, нужно непременно забрать его глаза, из них должен получиться неплохой артефакт и что самое главное полезный.

— Не хочу… Это лишь моя судьба и тебя в ней нет, — сипло прохрипел летун, приходя в себя от наваждения. — Нет ничего хуже, чем видеть собственную смерть, но не знать, когда наступит этот день и как его избежать.

Я ничего не ответил, да и никакого сострадания к своему спутнику не испытывал, ведь как и сказал Тлакон, за все рано или поздно приходится платить. За все убийства, пусть и ради еды, за свою несдержанность Дзейрену придется ответить. Даже меня эта участь не минует, хотя я и надеюсь на то, что час моей расплаты наступит не скоро.

— Не стоит соглашаться на их предложение.

— Это не тебе решать, — в моем голосе свозило высокомерие и надменность. — Я служу Великой паучихе, ради достижения её целей я ни перед чем не остановлюсь и заключу договор с кем угодно, если на то будет воля моей госпожи.

Поднявшись из-за стола, я направился к одной из кроватей. У меня еще не скоро появится возможность выспаться в человеческих условиях, так что стоит ловить момент, а заодно поразмыслить над тем, зачем черному шуту мог понадобиться яд белой паучихи, самой опасной из всех существующих. Когда-то давно, она была человеком, красивой женщиной, что смогла пленить сердце самого Повелителя могил, заставить его позабыть о прекрасной и опасной супруге. Естественно Арании это не понравилось, но она не стала убивать соперницу, ведь это бы отдало девушку во власть бога мертвых. Великая паучиха поступила иначе — превратила красавицу в безобразного монстра, вынужденного жить глубоко пол землей, бояться солнечного света и огня, нести смерть любому, кто прикоснется к ней. Белая паучиха никогда не умрет, она ненавидит свою хозяйку, но вынуждена служить Арании. Весьма забавно. Мне еще не доводилось встречаться с ней и говорить, но в скором времени это недоразумение будет исправлено. Признаюсь честно, я желал этого всей душой — во мне вновь проснулся исследовательский интерес и азарт. Моя жизнь набирала обороты, бурлила и кипела, заставляя позабыть о том, сколько лет я существую в этом мире, что я устал и лишился семьи. Вот только меня не оставляло смутное и весьма неприятное ощущение, что я просто игрушка, которую боги передвигают по доске мира.

Удобно устроившись под одеялом, я закрыл глаза — мне нечего опасаться в этом доме, ни Дзейрен, ни местные маги не смогут навредить мне, ведь мои немногочисленные друзья-пауки охраняют мой покой и предупредят о любой угрозе.

* * *

Этой ночью я великолепно выспался, мне не смогли помешать ни бубнящие что-то за стеной темные маги, ни пялящийся на меня летун, ни собственные кошмары. Подобные вещи давно уже перестали меня волновать и раздражать, я научился жить с этим. Этой ночью мне снились катакомбы под Проклятыми землями, наги и белая паучиха, которую мне предстоит найти. Я путался рассмотреть её, понять, что же она такое, но не мог. Такие сны не приходят просто так, они предвестники чего-то важного. Вот только чего?

Проснувшись на рассвете, я недовольно уставился на Дзейрена, судя по всему, не сомкнувшим глаз всю ночь. Странный тип. Странный, но интересный. В очередной раз, я пожалел о том, что не в своей лаборатории и не могу, как следует изучить моего нового 'друга'.

— Ты вообще спишь или твой вид в этом не нуждается? — сухо поинтересовался я, поднимаясь на ноги. Одежда за ночь измялась, но это не важно. Я не на свидание и не на важную встречу направляюсь.

— Сплю, но редко… Обычно раз в месяц, иногда реже. Все зависит от того, насколько я устал и голоден, — тихо, едва слышно ответил летун. Он явно чувствует себя неуверенно и опасается меня.

— Занятно, получается…

Но договорить мне не дали. Дверь выделенной нам комнаты распахнулась, и на пороге появился Тлакон, все такой же серый и невзрачный, как и вчера.

— Я передал ваши условия верховному магу, — сразу перешел к делу маг. По его холодному и безразличному лицу трудно было понять, что же он думает и чувствует в этот момент, но готов поспорить, что Тлакон мечтает поскорее избавиться от нас. — Он согласен. Плату получите, после того, как доставите яд.

— Значит, договор заключен? — я расплылся в довольной улыбке. Все складывалось, как нельзя лучше и мое путешествие уже не кажется таким омерзительным, как раньше. Возможно, я даже смогу получить выгоду и выйти из этой истории победителем, вновь завоевать расположение моей обожаемой госпожи.

— Да. Договор заключен, так что вам стоит поскорее покинуть наше поселение. Всем необходимым для путешествия мы вас снабдим, в знак доброй воли и расположения.

— Что ж, не смеем больше злоупотреблять вашим гостеприимством, мы покинем вас немедленно.

Нас выпроваживали. Причем, даже не пытаясь это скрыть или как-то завуалировать. Все это наталкивало меня на мысли о том, что яд не просто нужен Черному шуту, а жизненно необходим. Весьма необычно. Никак не могу понять, для чего непревзойденным убийцам может понадобиться столь сильный яд? Дары Тьмы опасны, они убивают медленно и мучительно, никому не укрыться и не спастись. Неужели есть кто-то, кого они не способны прикончить? Весьма интересно.

— Собирайтесь. Ящеры и провиант в дорогу уже готовы, — Тлакон повернулся к нам спиной. — Остаться на завтрак не приглашаю. У нас много дел, у вас тоже. И запомните, пусть вас и не огранивают во времени, но это не значит, что Терпение Тьмы безгранично.

— Я в курсе, насколько эта дама нетерпелива.

Маг не стал закрывать двери, в очередной раз, намекая на то, что нам лучше поторопиться и уйти. Да уж, гостеприимство Темных магов во всей своей красе!

— Ты готов? — я бросил взгляд на притихшего летуна. Кажется, он в серьез опасается, что я оставлю его здесь. Глупец! Опасаться стоит именно меня, ведь я способен на то, от чего даже слуги Тьмы содрогнуться.

— Да, — кивнул Дзейрен, отчего-то опуская взгляд вниз. — Чем быстрее мы уйдем, тем лучше. Эти люди всю ночь бродили рядом, заглядывали в окно, стояли под дверью.

— Это просто предосторожность, не более. Им известно, что я не самый благородный и честный тип, так что это поведение вполне объяснимо.

Слова летуна не были для меня открытием, ведь мои пауки давно доложили мне о слежке и наблюдении, о том, что маги плели сложные заклинания, пытаясь набросить на нас сети проклятья. Вот только я оказался им не по зубам, так что, скорее всего, это стало одной из причин того, что нас так скоро выпроваживают.

— Тебя что, ничего не волнует? Эти маги могли сделать, что угодно, а ты спал и сейчас ведешь тебя так, словно все под твоим контролем, — затараторил летун, пытаясь высказать свою мысль, пока его смелость не угасла. — Ты настолько силен, что можешь не опасаться пара десятков других магов?

— Ты ничего не знаешь про меня, Дзейрен, — я закончил сборы и неспешно направился к дверям. Мы не сбегам, а просто покидаем поселение, в котором больше нет причин задерживаться, так что стоит сделать это с достоинством и подобающей моему статусу гордостью и величием. — Идем, нам предстоит сегодня преодолеть большое расстояние. Да и Сержа найти надо, без него путешествие не будет таким захватывающим и интересным, — я бросил на летуна изучающий взгляд. — Ты когда-нибудь видел ездовых ящеров?

— Да, — тихо ответил Дзейрен и готов поклясться, что в его голосе слышались довольные урчащие нотки. — Они вкусные, сочные!

— Ха-ха-ха! Такое ощущение, что ты всех оцениваешь только по питательным свойствам. Мне нравится эта твоя черта!

— А что в этом плохого? Я плотоядный хищник, так что это совершенно нормально. Вот ты, к примеру, будешь не вкусным, да и в твоих питательных свойствах я сомневаюсь, — ответил осмелевший летун. — Маги невкусные, но именно ваши тела дают больше энергии. Магию тоже можно есть.

— Весьма интересно…

Мой новый друг был весьма интересным и занятным существом, я бы назвал его насмешкой природы над всеми богами и магами, пытающимися создавать новые, совершенные формы жизни. Все чаще мне казалось, что этот щуплый летун не так прост, как хочет казаться, не так труслив и забит. Так ли это, или быть может, я все усложняю? Поживем, увидим.

Мы вышли на улицу. Сейчас, в свете утреннего солнца, разогнавшего сумрак ночи, я смог лучше внимательно рассмотреть поселение слуг Тьмы. А посмотреть было на что. За деревянным частоколом, расположился десяток добротных домов, разбросанных вокруг центральной башни. Именно в ней, а не в доме, как мне показалось вечером, нам довелось провести ночь. Но самым примечательным было вовсе не это, а то, что 'украшало' поселение. Множество столбов с подвешенными на него людьми: кто-то был жив, кто-то мертв, кто-то на последнем издыхании. Если присмотреться, то вполне можно было понять, что все эти люди подвержены разнообразным проклятиям — именно это их убивало: медленно и мучительно.

— За что их так наказывают? — с тихим придыханием прошептал Дзейрен. Летун дрожал всем телом, словно ощущал боль всех этих несчастных.

— Это не наказание, а великая честь, — раздался за нашими спинами голос Тлакона. — Все эти люди, пожелали стать слугами Тьмы, вкусить её благодати. Чтобы достигнуть этого, нужно доказать, что ты достоин или умереть.

— Вы ставите на новобранцах эксперименты, — растянувшись в ухмылке, протянул я, с интересом рассматривая одного из предполагаемых послушников. Серая потрескавшаяся кожа была покрыта язвами и нарывами, из которых сочилась неприятная коричнево-зеленая слизь. Его сердце практически не билось, даже дышал он через раз, и вполне могло сложиться впечатление, что его часы сочтены, но я мог с уверенностью сказать, что это не так. Этот тощий мальчишка выживет, это было видно по горящему в его глазах огню.

— Да. Тьме нужны новые проклятья и порчи, а так же те, кто способен противостоять ей, — безразличным тоном ответил маг, которого не волновали его будущие коллеги, да и нынешние тоже. Он предпочел бы и вовсе остаться в одиночестве, но ослушаться приказа верховного мага не мог. — Они знали, на что идут, мы всегда честно предупреждаем о том, как стать одним из нас. Увы, в Проклятых землях небольшой выбор, так что приходится подвергать проверке всех желающий и брать, кого попало.

— Иногда, среди кого попало вполне можно найти интересные экземпляры, — хмыкнул я. Такой гордец, как Тлакон, не в состоянии понять, что первое впечатление может оказаться обманчивым, а истинную силу — заметишь не сразу. Но задерживаться и объяснять ему эти прописные, для меня, истины я не собирался.

— Не в этом случае, — голос мага был полон презрения.

Готов спорить, что он пришел из-за стены, оттуда, где маги в почете и далеко не каждый может надеться на благословение богов. Такие, в большинстве своем, с презрением и высокомерием смотрят на тех, кого считают ниже себя, на тех 'преступников', что сумели выжить в Проклятых землях. Зря!

— Где наши ящеры? — я решил сменить тему нашей беседы на более насущную и важную для меня.

— Они ждут за воротами, сумки полны провианта и мы даже приготовили для вас несколько зелий.

— Какая щедрость! Вот только благодарить за нее я не собираюсь, ведь это всего лишь часть нашей сделки.

— Поверьте, я и не рассчитывал на это.

Мы обменялись неприязненными взглядами, а после я, в сопровождении благоразумно притихшего Дзейрена, неспешно и чинно направился к беспечно распахнутым воротам. Слуги Тьмы не боялись чудовищ и монстров, не опасались других магов, они верили в то, что неуязвимы, а страх перед их ужасающей магией остановит кого угодно. Глупая самонадеянность и непростительная беспечность, но не мне учить кого-то, это не в моих правилах и интересах. Я служу интересам Арании, до остальных мне нет дела. И пусть недавно, это было не совсем так, сейчас я вновь вернулся и стал прежним. Больше ничто не собьет меня с пути!

Глава 3. Семейство Акеро

Признаюсь честно, мне хотелось поскорее отправиться за ядом Белой паучихи, это задание Черного шута привлекало меня, манило новыми возможностями и открытиями. Учитывая, сколько времени я прозябаю в этом мире, с каждым годом меня способны удивить и заинтересовать все меньше вещей. Увы, я не мог слепо следовать своим желаниям, мне нужно было в первую очередь выполнить приказ Арании — она не потерпит задержек и неповиновения. Мне еще ни разу не доводилось вызывать гнев богини, но я видел, что было с теми, кто попал в немилость Великой Паучихи. Если вдуматься, то магами руководят в равной мере страх и алчность — мы жаждем силы и боимся наказания. Размышления об этом помогали мне скоротать время в пути, все-таки Серж, хотя и был болтуном, но говорить постоянно не мог. Что же касается Дзейрена, то он был скучным собеседником, ведь ничего не знал и не видел, кроме своего участка леса. Единственное, в чем от него была польза — видения. Летун видел незначительные вещи, но они помогали нам в дороге, предупреждали об опасности и трудностях. Вкупе с быстрыми ящерами, все это позволяло нам стремительно приближаться к западным воротам. Идеально! Скоро я разберусь с поручением Арании и смогу заняться своими делами. И в первую очередь нужно озаботиться подбором нового тела, ведь это уже поизносилось. Столько дел, столько дел… Не знаю как все и успеть.

— С чего это ты так лыбишься? — недовольно проворчал кот, сидящий меня на плече. Да же не вериться в то, что я согласился на это? До сих пор не понимаю, как позволил этому пройдохе уговорить меня. Хотя, истины ради стоит признать, что это было весьма приятно. Кот был теплым, а его лапы приятно массировали плечи, так что ворчать мне не стоит. Ну, а я начал ценить меха, странно что это не пришло ко мне раньше.

— А почему бы нет? Мы без проблем, никем не замеченные прошли через земли ледяных магов, на территории Слуг Тьмы проблем не было вовсе, мы почти достигли цели, разве это не повод для радости?

— Это повод для грусти и раздражения, — фыркнул Серж, насмешливо смотря на меня. — Или ты забыл, с кем должен встретиться? Семья Акеро не лучшая компания, так что ты еще пожалеешь об это встрече.

— С каких это пор ты у нас стал прорицателем? Этим у нас Дзейрен занимается, а он меня пока что ни о чем таком не предупреждал.

— Неприятности тебя ждут в любом случае, — подал голос летун, с каждым днем становившийся все уверенней. Жалко только, что пока недостаточно для того, чтобы стать интересным собеседником.

— Я знаю. Они ждут всех нас, — спокойно ответил я. — Не стоит забывать, что мы находимся в Проклятых землях и никогда их не покинем. Это место последнее, что нам доведется увидеть в наших жизнях.

— Говори за себя, моя судьба только начинается, заявил Серж.

За все то время, которое мы были в пути, кот вел себя прилично, не делал гадости, не пытался заманить в ловушку, не выспрашивал тайны и страшные секреты. Если бы я знал его чуточку хуже, то вполне мог бы расслабиться. Интересно, зачем он увязался за мной? Какие цели преследует? Возможно, я для него всего лишь способ подобраться к семье Акеро. Что ж, меня это вполне устраивает, пусть вредит им, ну, а я займусь другими делами.

Мы продолжили наше путешествие молча, лишь изредка обмениваясь короткими ничего не значащими фразами. Все вокруг было спокойно, умиротворенно, заставляло забыть о том, где мы и что опасность поджидает за каждым деревом. Пару раз мы натыкались на разного рода тварей, и даже подвергались нападениями весьма омерзительных существ, но моей магии было достаточно для того, чтобы с легкостью расправиться с ними. Можно сказать, что нам сопутствовала удача. И это вполне могло оказаться правдой, ведь никто не знает, кому и почему благоволит эта переменчивая богиня, какие цели преследует. Так или иначе, мы были все ближе к западным воротам и стене, отделяющей Проклятые земли от остального мира. Никто, кроме магов не может покинуть это погибшее королевство, любой, кто приблизится к стене с этой стороны, будет уничтожен. Лишь обладание магией служимо пропуском к воротам.

* * *

Это был не первый раз, когда я видел стену, и все равно она подавляла и восхищала одновременно. Мне было известно, что она построена вовсе не людьми, как думали большинство жителей континента. Нет, ради её строительства магами были призваны каменные великаны — жуткие исполины, являющиеся лучшими строителями. Они строили не просто на века, а на целую вечность. Даже если мир рухнет, стена останется стоять, напоминая о прошлом, когда не станет людей, животных, монстров и растений она все еще будет стоять на своем месте. Стена незыблема и постоянна, ведь великаны не просто строили её, они стали частью этого сооружения.

— Она огромна, — с восхищенным придыханием произнес летун, запрокидывая голу, чтобы получше рассмотреть внушительное сооружение, ставшее символом отчаяния и безнадежности, но вместе с тем, символом надежды. Люди боялись оказаться с нашей стороны стены, с ужасом думали о том, что твари, обитающие здесь, вырвутся на свободу и заставят мир биться в агонии. Они надеялись на защиту стены! А вот те, кто был приговорен к изгнанию, совершенно иначе смотрели на стену — их она пугала, подавляла, заставляла осознать близость конца.

— Да, когда я увидел её впервые, то подумал о том же. Её ширина более двадцати метров, высота шесть, ну, а длину и вовсе подсчитать невозможно. Это самое эпичное сооружение в истории человечества, если конечно не считать Трайс — легендарный город богов. Но он всего лишь легенда, даже в мои времена о нем говорили именно так, а я родился очень давно.

Я поправил свой шерстяной синий плащ с вышитым на нем серебряным деревом — такие могли носить только маги. Он позволит нам приблизиться к стене, ну, а дальше нам останется лишь пройти мимо уловителей магии. Моей вполне хватит для того, чтобы провести Сержа и Дзейрена — проблем с этим не возникнет.

— Эту стену вполне можно назвать рубцом от раны на теле земли, — неожиданно произнес кот и в его логосе мне слышались ноты истинной грусти и сожаления. Мы с ним помнили это мир до появления стены, мы знали, о чем говорим и сожалеем.

— Да, так оно и есть. Этот рубец никогда не затянется, но с другой стороны, кровоточащая рана никогда не откроется.

— Ну, не скажи… — таинственно произнес Серж, явно знающий о стене больше, чем я.

Я ничего не ответил. Да и что тут скажешь? Для меня стена незыблема и вечна. Возможно, однажды она и рухнет, но к тому времени от нашего мира ничего уже не останется. Так зачем волноваться по этому поводу? Оно того не стоит. А вот о предстоящей встрече поразмыслить стоило. За время, проведенное в пути, я смог успокоиться, обдумать линию поведения — Акеро не смогут вывести меня из себя! Спокойствие. Главное спокойствие и невозмутимость. Больше они не запрут меня в зеркале на долгие тысячи лет! Я не стану пленником и не окунусь в пучину одиночества и отчаяния, когда сумасшествие близко настолько, что начинаешь говорить сам с собой, видеть то, чего нет, терять самого себя.

Снова эти мысли. Они никогда не оставят меня, мне не забыть о том, что пришлось пережить. Мое одиночество, казавшееся бесконечностью, не могло пойти бесследно. Рано или поздно, но я заставлю Акеро пожалеть о том, что они сделали со мной и Минори. Я уничтожу этот род, не оставив от него даже воспоминаний. Так оно и будет! В этом нет сомнений.

* * *

Мы с легкостью прошли все проверки и остановились у самых ворот, которые, если учитывать размеры стены, казались мышиной норкой, не более. Забавное сравнение, но иного мне на ум не приходило. Здесь, у самой стены, когда легко можно было прикоснуться к серому камню, особенно ощущалась собственная никчемность. Мы букашки в сравнении с этим сооружением.

— Что дальше, так и будем здесь стоять? — спросил летун, нервно озираясь по сторонам. Земля под нашими ногами была усыпана белесыми костями и еще относительно свежими кусками обгоревших тел тех наивных приговоренных, что решили остаться у стены, а не отправляться вглубь Проклятых земель. Расплата за подобную глупость — смерть!

— Нет, скоро к нам придут, — зевнул я. — Поверь, не стоит ходить туда — обратно. Там за стеной огромный мир, но он ничуть не лучше нашего. Люди везде одинаковы, боги тоже. Вопрос лишь в видимости, не более.

Ворота открылись, и появилось три всадника, неспешно направляющиеся к нам. Все всяких сомнений это были маги — члены семьи Акеро, которых мне предстояло сопроводить в Рокус, город построенный моими руками, место, которое я считал домом, но вынужден отдать тем, кого ненавижу всеми фибрами того, что осталось у меня от души. Еще один повод желать уничтожить этих людей и малейшее упоминание о них. Вот только сейчас, я вынужден им улыбаться, не могу воспользоваться ядами и кислотами. Так будет не всегда, и эта мысль утешала меня, даря силы вытерпеть предстоящее знакомство.

— Приветствую вас, — все своим видом я демонстрировал крайнюю степень скуки и безразличия ко всему происходящему. Я уже знал все, что мне нужно от Сержа, так что знакомится с семейством Акеро ближе, я не собирался.

— А вот и наше сопровождение, — нарочито медленно протянула Лиадан, изучающее рассматривая нашу примечательную компанию. Эта некромантка была красива: рыжеволосая, высокая, статная, я бы даже сказал стильная, у нее были такие почти такие же, как у Минори серые глаза, только без малейшего намека на голубизну. Ей невероятно шел черный брючный костюм, но меня было не привлечь женскими прелестями. Я давно уже понял, что красота в женщине не главное, более того, обычно она сочетается с мерзким характером и заносчивостью. Особенно это касалось магичек.

— К ваши услугам, леди Акеро.

Насмешливо поклонившись некромантке, я перевел взгляд на её спутников. Один из них был молод, я бы даже сказал совсем юн. Мальчишка, но в нем чувствовалась огромная сила, бьющая через край. Вне всяких сомнений это Карей. А вот второго некроманта я знал лично, ведь именно Бран проводил ритуал слияния моей души с телом Минори. Этот человек не сильно изменился с момента нашей последней встречи. Повелитель могил печется о своих слугах, а потому дарует им долголетие и молодость. В глазах Брана я видел многое — высокомерие, презрение, самоуверенность. Жаль, что я не могу прямо сейчас прикончить этого ублюдка, заставившего собственную дочь страдать. Сдерживать ярость и клокочущую в моей душе ненависть было неимоверно сложно, но все же, внешне я оставался спокойным и невозмутимым совсем, как статуя, которой когда-то было мое тело.

— Давайте не будем тратить время на приветствия и расшаркивания, — Бран говорил презрительно, словно считая себя сильнее и умнее не только меня, но и любого другого человека. — Мы не нравимся тебе, а ты не нравишься нам.

— Говори за себя, братец, — хмыкнула Лиадан, обольстительно улыбаясь. Вот только чувствовалось, что это дело для нее привычное и к мужскому вниманию она не просто привыкла, но даже требует его к себе. — Лично мне наш сопровождающий нравится. Должна признать, что он выглядит совсем не так, как я ожидала. Так сказать, Райнер совершенно не соответствует своему возрасту.

— Лиадан!

— Я говорю то, что думаю, — некромантка явно дразнила брата. — А вот тебе стоит быть повежливей. Как-никак перед тобой человек почтенного возраста, бывший правитель Рокуса, который отныне принадлежит нам.

— Не вижу необходимости в излишней вежливости, он не более чем проводник.

— Ты же знаешь, что это не так. Это по его вине, в нашей семье так и не появилось аватара для Повелителя могил. Это он испортил наши планы! По его милости, мы оказались в этой дыре!

— А я-то думал, что он тебе понравился, — насмешливо произнес Бран.

— Понравился, ведь он испортил твои планы, а не мои, братец.

Карей все это время молчал, изучающее смотря на Сержа и Дзейрена. Молодого некроманта явно заинтересовали мои спутники, причем, намного больше нежили моя персона.

— Господа. Давайте оставим все эти препирательства и милые семейные ссоры. Чем быстрее мы отправимся в путь, тем быстрее достигнем Рокуса и я избавлюсь от вашей компании. При всем моем почтении к леди Лиадан, я предпочитаю одиночество. Вот только, боюсь, ваши лошади долго здесь не протянут. Они медлительны, пугливы, к тому же, здесь в ходу другой, более экзотичный для вас вид транспорта, — я демонстративно похлопал по длинной шее моего ящера.

— Значит, купим этих тварей в первом же поселении, — буркнул Бран.

— Ха-ха-ха, да вы шутник, — расхохотался я. Возможно, это путешествие будет не таким уж неприятным, ведь некроманты понятия не имеют, как все устроено в Проклятых землях, более того, они не приспособлены к трудностям и опасностям. Что ж, это вполне может быть весело…

* * *

Мое знакомство с семейством Акеро прошло довольно-таки гладко, даже лучше, чем я предполагал, но это не означало, что можно расслабиться и наслаждаться их обществом. Эти люди вызывали у меня стойкую, вполне обоснованную и оправданную неприязнь, так что я намеривался отделаться от них, как можно быстрее. Чтобы осуществить задуманное мне потребуется сделать несколько вещей. Первое — найти ездовых ящеров для моих спутников, а после наслаждаться превосходным зрелищем, ведь ездить на этих тварях не одно и то же, что на лошадях. Второе — проложить быстрый и безопасный маршрут до Рокуса, причем совместить эти два параметра будет, весьма непросто, и хотя у меня уже было пара идей на этот счет, окончательное решение я еще не принял. Третье — присматривать за некромантами, потому что ожидать от них можно что угодно, они ни перед чем не остановятся ради достижения своей цели. Ну и четвертое — банально полагаться на везение и надеяться на то, что по пути нам не встретятся враги, ни Повелителя могил, ни мои собственные. Что поделать, я уже успел обзавестись недоброжелателями и завистниками, многие хотят убить, особенно теперь, когда Александр покинул Проклятые земли, так и не выполнив своего предназначения. Временами мне начинает казаться, что Арания поручила мне это задание лишь для того, чтобы наказать за мысли о том, что брат поступил правильно. Хотя, какая, в сущности, разница? Ничего не изменить и меня в том числе, мои мысли — это единственное, что принадлежит мне. Но, что-то я отвлекся на эти размышления, которые никуда не ведут, пора бы и делом заняться.

Я обернулся назад. Некроманты плелись за мной на своих лошадях, но за проворными ящерами не поспевали. Их транспорт был не только медлительней, но и пугливей. Лошади чувствовали опасность, понимали, что не смогут защититься ни от одной угрозы, а потому постоянно дергались, вздрагивали и ржали, временами норовя сбросить своих наездников. Забавное зрелище, вот только наслаждаться им я не мог, ведь это противоречило одному из пунктов моего плана, а именно — поскорее избавиться от Акеро и заняться своими делами.

— Когда мы достигнем ближайшего поселения? — поинтересовалась Лиадан. Эта женщина была выносливой, сильной, но она уже устала от затянувшегося путешествия. Им с семьей пришлось сначала достигнуть стены, а теперь еще тащиться по Проклятым землям, которые им еще только предстоит изучить и понять.

— Здесь мало поселений, — зевнул я, демонстрируя вселенскую скуку и безразличие ко всему происходящему. — И в большинстве из них не будут рады некроманты. Ваше золото здесь не в ходу, ценного у вас мало, так что, вряд ли вы сможете купить хорошее расположение к себе. К тому же вам достался такой проводник, как я — это тоже не добавляет вам популярности.

— Ты же сам сказал, что нам нужны эти ящеры! — раздраженно бросил Бран, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не ударить свою своенравную лошадь. Он вообще вел себя так, словно я его слуга: повышал голос, приказывал, смотрел так, словно я ниже его по происхождению и положению. В молодости меня задело бы такое поведение, но сейчас это лишь вызывало у меня усмешку. Мне было плевать на то, что думает и говорит этот человек, его мнение было неважно для меня и неинтересно.

— Сказал, но это не значит, что мы сможем это сделать. По крайней мере, не в ближайшее время, это точно, — зевнул я.

— Тогда что нам делать? Лошади словно взбесились! — недовольно прошипела некромантка. — Они только задерживают нас! Такими темпами мы и за месяц до Рокуса не доберемся! Если так пойдет дальше, то придется идти пешком, и то это будет быстрей.

— Хм… что же делать, даже не знаю, — я бросил взгляд на Сержа, который с тех пор, как мы встретились с семейством Акеро, молчал, вел себя чинно и прилично, всячески притворяясь обыкновенным котом. Серый пройдоха все еще вел свою игру, не желая ни помогать нам, ни мешать. Снова мне выкручиваться самому. — Попробуйте убить ваших лошадей, а после воспользоваться магией. Так они станут послушными, перестанут бояться местных хищников, не уверен, что при этом они станут быстрее, но кормить и поить их после этого точно уже не надо будет.

— Издеваешься? Ты хоть представляешь, что предлагаешь?

Бран одарил меня презрительным взглядом. К чему бы это? Неужели он считает, что я не разбираюсь в некромантии? Зря, я давно уже освоил эту магию, еще в то время, когда был тесно связан с Минори. Вот только сдается мне, что Акеро не в курсе всех моих талантов, все еще считая, что я просто слуга Великой Паучихи, проклятый маг, вынужденный им помогать.

— Это может сработать, — впервые за все время нашего путешествия подал голос Карей. В отличии от своих родственников этот тощий юнец был немногословен, мрачен, задумчив — настоящий некромант, такой, какими этих магов представляют обыватели. Должен признать, в Карее что-то было, даже меня бросало в дрожь, от взгляда его бледно-серых, почти бесцветных глаз. От этого мага веяло самой смертью — так что вне всяких сомнений, Карей Акеро отмечен Повелителем могил.

— На это уйдет слишком много энергии, — возразила Лиадан.

На удивление к Карею некромантка испытывала даже больше уважения и почтения, чем к собственному старшему брату. Все это в очередной раз наводило на мысли, что этот юнец невероятно силен, а сведения Сержа на его счет более чем правдивы.

— И что с того? Зато двигаться мы будем намного быстрее, — зевнул некромант, спрыгивая на землю. Он был полон решимости и не собирался никого слушать. — Благоразумней потратить немного сил и поднапрячься сейчас, чем всю оставшуюся дорогу возиться с этими пугливыми тварями. Тебе не стоит беспокоиться, я все сделаю сам.

Наблюдать за некромантами становилось все интересней и интересней. Хотя я и знал, что они члены одной семьи, казалось, что это не так. Отличия были не только внешними, но и в характерах, поведении и взглядах.

— Карей, не стоит заниматься этими глупостями! — тон Брана был приказным, вот только никакого эффекта это не возымело.

Молодой некромант никого не слушал, он нежно провел рукой по шее своего коня, заглянул в большие напуганные глаза животного, зашептал что-то успокаивающее, поглаживая шелковистую гриву своего скакуна. Со сторону казалось, что юноша решил успокоить скакуна, подбодрить друга, что вез его на себе столько времени. Но это было лишь видимость. С моего места было весьма хорошо видно, что в свободной руке Карей сжимает тонкий трехгранный кинжал. Всего одно резкое, но точное движение и холодное лезвие до упора вошло в шею жеребца. В тишине леса послышалось испуганное ржание, животного, осознавшего близость своего конца, сдавленные хрипы, предвестники смерти — конь замертво рухнул на землю. На лице некроманта не дрогнул ни один мускул, он оставался все таким же холодным и безразличным ко всему происходящему. Убивать для него было естественным, это занятие не вызывало у него никаких эмоций.

— Прикончите своих лошадей сами или это сделать мне?

— Я сама, — Лиадан нехотя спешилась.

Бран предпочел молчать. Ему явно не нравилось то, что его авторитет безнаказанно попирается, и никто не собирается слушать его и подчиняться, но ничего предпринять мужчина не мог. Некроманту оставалось лишь плыть по течению, старательно делая вид, что все так, как и должно быть.

— Только осторожно, не испортите тела, — все так же скучающе произнес Карей.

Лиадан убила своего жеребца безжалостно, решив при этом воспользоваться магией, всего одно легкое и изящное заклинание, незаметное для обычного глаза и несчастное животное, повинное лишь в медлительности и страхе, замертво упало к ногам магички. Эта женщина явно не желала пачкаться в крови — весьма странное свойство для некромантов, ведь их основное занятие это возня с трупами и убийства. Что касается Брана, то он не собирался церемониться или красоваться, а потому просто свернул шею гнедому скакуну. Теперь некроманты временно оказались вовсе без транспорта. В мою голову даже закралась мысль о том, что было бы неплохо, чтобы так оно и осталось, а гордецы Акеро были вынуждены следовать за мной пешком.

— Готово, можешь поднимать их, — недовольно проворчал старший Акеро, давая понять, что он не собирается тратить свои силы и заклинания. Даже удивительно, с чего бы это они такие экономные?

— Наверняка, они вкусные, — протянул Дзейрен, смотря на происходящее своими огромными, вечно голодными глазами. Начинаю сомневаться в том, что летун вообще способен насытиться.

— Кто именно: лошади или некроманты? — усмехнулся я, ловя на себе раздраженный взгляд Брана, прекрасно слышавший наш разговор.

— Лошади. Они не такие жесткие, как ящеры, облизнулся летун.

— Пока что их есть нельзя, а концу нашего путешествия ты и сам не захочешь этого.

— Почему? — недоверчиво поинтересовался Дзейрен.

— Они трупы, а трупы имеют тенденцию гнить и разлагаться. Ты же у нас хищник, а не падальщик, так что эту мерзость есть не станешь.

— Когда голоден, это уже не имеет значения.

— Ну, а что насчет некромантов? Они вкусные?

— Не уверен, но попробовать при возможности стоит.

В это мгновение во взгляде летуна промелькнуло что-то едва уловимое, неприятное, пробирающее до дрожи. Всего один миг, но я вновь задумался о том, что Дзейрен не совсем тот, за кого себя выдает. Серж, упорно притворяющийся спящим фыркнул и задергал ушами, словно давая понять, что я мыслю в верном направлении.

— Хватит нести эту чушь! Вы всего лишь проводники, так что, — начал гневную тираду Бран, но я не собирался его слушать. Меня начал неимоверно злить этот заносчивый и высокомерный тип.

— Вот именно, всего лишь проводники, услуги которых никак не оплачиваются. Меня не просили быть вежливым или услужливым, осыпать вас комплиментами и похвалами. Так что довольствуйтесь тем, что есть! Свои претензии можете предъявлять Повелителю могил, если, конечно, осмелитесь.

— Давайте все успокоимся, — вмешалась в разговор Лиадан. — Мы все устали, не в восторге друг от друга и этого очаровательного местечка. Так что давайте не будем усугублять. К тому же Карею нужна тишина и спокойствие для проведения ритуала.

— Как по мне, ему ничего не нужно, но я совсем не против того, чтобы помолчать.

Молодому некроманту, действительно, было ничего не нужно, он уже приступил к работе и по лихорадочному блеску в его блеклых глазах, в этот момент казавшихся живыми, я мог с уверенностью судить, что магу нравится его занятие. Давненько я не видел такого упоения в работе — этот Карей далеко пойдет, если ему позволят. Отчего-то вспомнилась малышка Минори, когда она была ребенком, что чем-то была похожа на своего родственника. Не внешне, но ощущение от нее было такое же. Еще один повод задуматься и начать анализировать происходящее. Готов спорить, Серж в курсе того, что происходит, но мне ни за что не скажет. Я сам должен додуматься и понять. Это не так уж плохо, ведь пока мы мыслим, нас можно считать живыми. Прямые ответы убивают оглупляют и убивают, так что я готов поразмыслить над происходящим сам. Поразмыслить и понаблюдать, а заодно оценить уровень силы молодого некроманта.

Карей действовал быстро и четко, надрезал свою ладонь тем же кинжалом, которым прикончил скакуна, оставил на всех лошадях кровавые отпечатки, на их мордах нарисовал символ подчинения. Все быстро, без заминки — он не просто поднимал из могил мертвых животных, он создавал слуг, которые должны будут служить некромантам на протяжении всего нашего путешествия. Это занятие более трудоемкое, чем временное воскрешение. Наконец, настало время заклинания. Голос молодого мага звучал на удивление громко и четко, я бы даже сказал по-мужски. Такой голос вполне мог бы принадлежать Брану, но никак не щуплому юноше. Должен признать, я был впечатлен, и тем, как выглядел в этот момент Карей, и уровнем его силы. Она впечатляла! Даже Минори не была настолько сильна. Голос некроманта был рычащим, резким, он приказывал мертвым вернуться и служить ему, он повелевал, и этому было невозможно противиться!

Еще теплые трупы животных окутало почти неуловимое при дневном свете зеленоватое свечение. Они встрепенулись, зловеще заржали, в их черных глазах разгорелось темное пламя, что, впрочем, тут же потухло. И вот, скакуны снова на ногах, снова готовы вести своих наездников к цели. Теперь мы будем передвигаться намного быстрей, в этом нет никаких сомнений. Вот только не только это было целью моего предложения.

— Ну вот, теперь мы можем продолжить наше путешествие, — на моих губах появилась довольная ухмылка. — Нам стоит поторопиться. Путь до относительно безопасного ночлега не близкий.

После того, как был решен вопрос с транспортом, мы стали двигаться намного быстрей, что не могло ни радовать. Я уже мысленно прикидывал, как скоро смогу избавиться от некромантов, неприятного ощущения и обрести относительную свободу. Меня не покидало смутное предчувствие чего-то дурного и крайне неприятного, казалось, что я неумолимо иду в ловушку. Паук попался в паутину — это невозможно, но создавалось впечатление, что это свершилось. Что именно вызывало такие мысли, и сравнения я не понимал и это чрезмерно раздражало.

Сегодня мы проделали большой путь, ехали до самой темноты, до тех пор, пока ящеры были способны переставлять ноги. Остановились мы, только когда они возмущенно застыли на месте, начиная пританцовывать на месте, давая понять, что дальше мы никуда не едем. Увы, двигаться круглые сутки напролет невозможно даже для магов, так что придется сделать привал. Я разжег небольшой костер, Дзейрен принес для нас веток и листвы, чтобы можно было соорудить удобную лежанку, а после летун скрылся из вида. Не сомневаюсь, что он отправился на охоту, ведь сырое мясо и кровь для него намного приятней обычной пищи, к которой привычны люди. Это хорошо — не придется тратить на него наши запасы, которых не так уж много.

— Когда мы уже, наконец, доберемся? — Лиадан смотрела на меня так, словно считала, будто я специально задерживаю их, намеренно выбираю самую долгую дорогу.

— Около недели. Может, больше, может, меньше, в Проклятых землях ни в чем нельзя быть уверенными. Если мы пойдем по катакомбам, то двигаться будем намного быстрей, зато не будет не солнечного света, ни прохладного ветерка, мы не сможем сбежать, в случае необходимости и что самое неприятное, рискуем нарваться на наг. Они сейчас особенно недоброжелательны к чужакам — как-никак у них период вылупления малышей.

— Неужели ты боишься? — надменно ухмыльнулся Бран. Этот человек вообще вел себя весьма неадекватно, словно уже считал себя хозяином всех Проклятых земель и меня. Неприятный тип.

— Бояться это естественно, — я ласково поглаживал большого мохнатого паука примостившегося на моей руке. Этой ночью, когда все уснут, нужно будет отправить его к противному некроманту. Яд этого красавца не смертелен, но вот зуд и покраснения по всему телу гарантировать может. Для меня доставить, как можно больше неудобств моим спутником — сплошное удовольствие.

— Даже для такого прославленного мага, как ты? Разве ты не приобрел силу других магов, не пошел против правил, установленных богами? Так чего тебе бояться? — не унимался Бран, за что тут же удостоился недовольного взгляда своей сестры.

— Не боятся только мертвый и безумцы, да и то, последнее — сомнительное утверждение. Пока страх живет в наших душах, мы живы и хотим жить. Смелость некоторых это либо нелепая бравада, либо признак глупости, иного не дано. Интересно, что вызывает вашу смелость?

— Ха-ха-ха-ха!

Звонко рассмеялась Лиадан, хлопая в ладоши, а вот лицо её брата перекосило от гнева. Не понимаю, как будучи настолько неуравновешенным типом, он умудрился стать некромантом. Это противоречит самой природе его магии. Хотя… На все воля Повелителя могил, раз он благоволит к этому магу, меня это не должно касаться. Я перевел взгляд на Карея. молодого некроманта не интересовали наши разговоры и моя персона, он уже соорудил для себя лежанку и завалился спать. Его вообще мало что интересовалось и лишь при использовании магии он преображался, в его пустом и блеклом взгляде появлялась искра жизни. В остальное же время он был пустым, словно кукла.

— Ты слишком много болтаешь, Райнер, — сквозь зубы процедил Бран.

— У всех свои недостатки — безразлично пожав плечами, я приступил к поздней трапезе, не забыв поделиться с молчуном-Сержем. Сегодня мы пировали вяленым мясом и сухарями, запивая все это кислым вином. По опыту прошлого могу твердо сказать, что весьма недурно. — Раз уж я настолько болтлив и это вас раздражает, быть может, мы с вами не будем разговаривать вовсе? Я люблю тишину или интересные беседы. Как это ни прискорбно, но от вас, Бран, не дождешься ни того, ни другого.

И снова я был удостоен гневного, презрительного взгляда. Вот только ни на что большее пока что некромант способен не был, хотя готов поспорить он желает это изменить и снова запереть меня в зеркало или куда-нибудь похуже. Это путешествие явно не станет для меня приятным…

* * *

Ночь окончательно вступила в свои права: она была темна, непроглядна и густая настолько, что её можно было сжать в ладонях. Луна и звезды скрылись за темными тучами, все ниже спускающимися к земле, зато вокруг нас появилось множество блуждающих огней, танцующих свой чарующий танец, увлекающий в водоворот мыслей и фантазий, собственных иллюзий, ведущих прямо к смерти. Некроманты уснули, казалось, они настолько уверовали в безграничное покровительство Повелителя могил, что совершенно потеряли бдительность. Хотя, скорее уж они рассчитывают на мою бессонницу и пауков, постоянно сопровождающих меня.

— Ну, как тебе путешествие в компании Акеро? — насмешливо протянул Серж. Он пытался казаться спокойным и безразличным, быть выше обстоятельств, но я видел, что ему тяжело было держать язык за зубами. Для него это была настоящая пытка.

— Вполне сносно, но должен признать, что твое молчание весьма необычно. Уверен, что хочешь продолжить путешествие с нами?

— Уверен. Я способен не только на разговоры, — тихо рассмеялся кот. — Мне вполне под силу быть тихим, неприметным наблюдателем.

— Шпионом, собирающим нужные ему сведения, — подсказал я.

— Абсолютно верно. Но ведь ты наперед знал, что меня интересуешь вовсе не ты.

— Мне стоит расстроиться?

— Разве ты на это способен?

— Вполне, но не каждый повод достоин такой моей реакции.

— Вот видишь, — фыркнул Серж, задирая морду вверх. — Ты так и не ответил на мой вопрос? Как тебе Акеро?

— Раздражают, хотя некоторые из них и вызывают определенный интерес, — мои брови сошлись на переносице. — Я пока что не понимаю, что происходит и почему, но смогу разобраться в этом вопросе.

Осторожно, с величайшим трепетом, я опустил паука на землю. Он точно знал, что ему надлежит сделать, а потому без всяких дополнительных приказов устремился к храпящему Брану. Завтра этого напыщенного типа ждет весьма неприятное пробуждение, и осознание этого факта грело мою душу.

— Ты, как ребенок, — тихо рассмеялся серый пройдоха, азартно наблюдая за тем, как паучок проворно перебирая лапами, спешит к своей жертве.

Я его понимаю, это поистине завораживающее зрелище, оценить которое способен далеко не каждый. Пауки красивы, бесшумны, опасны, они созидатели прекрасного, как по мне, так именно они венец творения.

— И что с того? Если есть возможность, почему бы ею не воспользоваться?

— За это, я и люблю тебя, Райнер. Ты слегка безумен. Самую малость, но это уже делает тебя интересным, — Серж, наконец позволивший себе открыть рот, пребывал в благодушном расположении духа. — Хочешь, открою секрет?

— Если ты собираешься его поведать, значит, не такой уж это и секрет.

— Для кого как, — кот выдержал драматическую паузу, затянувшуюся минуты на две. Я его в это время не тревожил. Зачем? Захочет сказать — скажет, а нет, так значит мне оно и не нужно. И все же Пройдоха продолжил излагать свою мысль. — Белая Паучиха живет глубоко под землей, в катакомбах под Проклятыми землями. Один из входов, ведущих к ней, находится здесь недалеко… В одном из разрушенных храмов Арании.

— Надо же, как все удачно складывается.

— Я бы так не сказал, — Серж медленно потянулся, и принялся медленно расхаживать перед костром, словно разминая лапы. — Ты не один, у тебя большая обуза в виде некромантов и Дзейрена. Для начала тебе придется сопроводить Акеро в Рокус, сбагрить подальше нашего забавного малыша с крылышками, а уже после вернуться сюда.

— Или можно воспользоваться ситуацией, — я заметил, что Карей лишь притворяется спящим, а на самом деле внимательно слушает наш с Сержем разговор. Но даже это не заставило меня умолкнуть и начать шептать, пусть слышит, все равно деваться от меня им некуда.

— Хочешь взять их с собой?

— Катакомбы — это огромная могила, так что если со мной будут верные слуги Повелителя могил, то наги и прочие трудности не станут большой проблемой. У нас всегда будет поддержка в виде армии мертвецов.

— Не ты ли говорил, что это опасно и туда лучше не соваться?

— Говорил, но разве я не могу передумать? Решать, как идти может только проводник. Если Акеро что-то не устраивает, они могут попытаться добраться до места самостоятельно.

Я осознавал, что Серый Пройдоха не просто так затеял этот разговор, он подталкивает меня в нужном ему направлении, хочет, чтобы я отправился на встречу с Белой паучихой. Это повод насторожится. Но ведь я все равно собирался сделать это, так почему бы не сейчас?

Глава 4. Белая паучиха

Дзейрен вернулся под утро, в тот самый момент, когда солнце только начало выползать из-под земли, а небо окрасилось в бардовые и сиреневые краски. Рассвет в Проклятых землях отличается от этого момента в остальной части континента, здесь вообще все другое. Изменения происходят медленно, постепенно преображая мир так, чтобы люди ничего не заметили. И лишь немногочисленные старики, сумевшие прожить долгую жизнь в этом гиблом месте, внезапно вспоминали, что когда-то было иначе. Размышления на эту тему всегда удручало меня, ведь я помнил иной мир, иное время, жил во времена величия этого мира и богов.

— Удачная охота? — поинтересовался я. Летун выглядел довольным и даже немного сытым, что было довольно-таки необычно. Мне казалось, что голод никогда не исчезнет из его взгляда.

— Более чем. Здесь полно живности… Мне стоило раньше покинуть мое дерево, тогда голод не стал бы моим вечным спутником, — в голосе Дзейрена слышалась неподдельная печаль и сожаление. Будь я чуточку чувствительней, то меня могло бы это тронуть.

— Так значит, то все еще хочешь есть?

— Я никогда не смогу насытиться…

— Совсем, как Поглотительница, — это сравнение было неуместным, но в полной мере отображало состояние летуна. Арлин тоже испытывала вечный голод, жажду чужих жизней и далеко не сразу смогла обуздать себя, для этого ей потребовалось полюбить. Вот только эта любовь принесла в мир еще больше разрушений и боли, изменило лицо континента и до сих пор влияет на судьбы всех живых существ. Когда-то я знавал одного поэта, он говорил, что мир спасет любовь, лишь она исцеляет и дарит силы, окрыляет. Я точно знаю, что он ошибался, ведь любовь разрушительна — она повинна в смертях и гибели целого континента.

— Кто это?

— Богиня, испытывающая вечный голод, если не повезет, вы с ней встретитесь, — ответил я, выискивая взглядом Сержа. Кот нашелся почти сразу. Он снова притворялся обыкновенным животным — нагло забравшись под плащ Лиадан, он прижимался к груди магички, при этом громко мурлыча. Судя по улыбке проснувшейся женщины, ей это нравилось, она даже поглаживала Пройдоху. Что ж, пора нарушить эту идиллию, а заодно проверить насколько хорошо поработал мой маленький друг. — Просыпайтесь! Выдвигаемся через десять минут, так что поторопитесь!

— Почему так скоро? — некромантка недовольно взглянула на меня, но все же, приняла сидячее положение и потянулась.

— Потому что я так сказал.

Переведя взгляд на Брана, я довольно ухмыльнулся, ведь маг был весь в красных пятнах, да еще непрестанно чесался. Смотреть на его перекошенное от недовольства лицо, было сплошным удовольствием. Маленькая, детская проказа, но мне стало легче от такого вида некроманта.

— Что это? — некромант кривился и скалился, дергался, словно пытаясь кого-то сбросить с себя. Мой маленький друг справился со своей задачей превосходно.

— Не знаю. Возможно, вас кто-нибудь укусил, или вы прикоснулись к ядовитому растению, — я развел руки в стороны, всем своим видом демонстрируя незаинтересованность и непричастность к этому происшествию. — В Проклятых землях опасно все, даже то, что кажется знакомым и привычным. Вас стоить быть осторожней, иначе чесотка станет меньшей из ваших проблем.

— Карей! У нас есть лекарства? Мазь, эликсир, что-нибудь от зуда? — продолжая неистово чесаться прорычал Бран.

— Возможно, это поможет, — молодой некромант протянул родственнику бутылек с розовой жидкостью. — Но я не уверен.

Конечно, не поможет! Я это точно знал, ведь против яда паука, укусившего Брана, нет противоядия. Он не убивает, но зато доставляет массу неприятностей. Мой ворчливый и самодовольный спутник еще долго будет чесаться, неделю точно. Хотя нужно признать, что со временем ему станет легче и эффект пройдет.

— Вам стоит поторопиться. Сегодня нам предстоит преодолеть большое расстояние, — я неспешно доедал свой скудный завтрак. Времени на готовку не было, да и не умел я этого делать, так что приходилось довольствоваться сухарями и ягодами, которые я успел насобирать.

— К чему такая спешка? Я не понимаю, почему нельзя собраться более основательно или передвигаться чуть медленнее? Рокус никуда от нас не денется! — недовольно поморщилась Лиадан, пытаясь привести себя в порядок. Для этой женщине было приоритетней расчесать волосы, а не поесть. Глупо.

— Нас поведут к входу в местные катакомбы, — ответил за меня Карей. Маг слышал наш с Сержем разговор, но не торопился посвящать в его содержание родственников. Все это навевало на мысли о том, что в семье Акеро разлад и непонимание.

— Зачем? Ты же говорил, что это небезопасно! — сквозь зубы процедил Бран, протирая кожу зельем. Судя по всему, ему становилось немного легче, но я точно знал, что долго это не продлится.

— Зато быстро, а для меня это сейчас самое важное. Так что поторапливайтесь, ждать я вас не стану.

— Но и без нас не уйдешь, — хихикнула некромантка.

— Уйду, предварительно указав вам направление, в котором нужно двигаться. Я проводник, но это не значит, что я постоянно должен быть рядом с вами. Это было бы утомительно и для меня и для вас.

Я демонстративно поднялся на ноги, накинул на плечи теплый плащ и принялся собираться. Дзейрен помогал мне в этом деле, а вот Серж продолжал нежиться на руках Лиадан. Сдается мне, скоро мы с ним расстанемся и после того, я как я выполню задание Арании, настанет время расставаться. У Серого Пройдохи нет друзей, нет союзников, только марионетки и те, кого можно использовать для достижения своих целей. И все же, общаться с ним для меня было намного приятней, чем с кем-либо еще. Мы оба знали, чего ожидать друг от друга и это было прекрасно.

— Поторопитесь. Настало время продолжить наш путь!

— Идем, идем, — проворчал Бран. Хотя он и пребывал в отвратительном настроении, а тело зудело, мужчина все-таки не возмущался и даже притих. Хорошо. Это весьма удачно получилось.

— Тебе не обязательно идти с нами, — тихо проговорил я, переводя взгляд на летуна. Можешь сам добраться до выхода из пещер, с помощью крыльев, ты доберешься туда быстрее нас, — во мне вовсе не проснулась жалость или сострадание. Просто мне не хотелось видеть и слышать истерику Дзейрена, когда он ощутит себя в ловушке и осознает, что не может расправить крылья. Даже люди в пещерах ощущают себя неуютно, впадают в панику и сходят с ума, что же говорить о том, кто рожден для полета? Это может принести нежелательные проблемы.

— Нет, я с вами, — покачал головой Дзейрен, чей взгляд на мгновение затуманился, а глаза, словно превратились в пустые мутные стекляшки. — От судьбы не уйти, с ней лучше не спорить. Я видел себя в пещерах, в кромешной тьме, когда вместо неба над головой лишь камень. Мне это не понравилось, это страшно, опасно… смертельно… Но от судьбы не уйти, то, что я вижу настолько отчетливо и ярко должно свершиться. Любая попытка изменить череду предрешенных событий, лишь усугубит ситуацию. Я это точно знаю, ведь уже пытался.

— Ха-ха-ха! — невпопад рассмеялся я. Летун не сказал ничего смешного, но все же, его слова позабавили меня. Они давали повод для размышлений, говорили о том, что я не зря согласился взять Дзейрена с собой, а он сам не так прост, как кажется на первый взгляд. Вполне вероятно, что на сам многого о себе не знает. Это лишь подогревало мой интерес. — Хотелось бы мне услышать твои истории.

— Они не интересны.

— Позволь это решать мне, — я закрепил седельные сумки на ящерах и с легкость забрался в седло. — Как-нибудь непременно поговорим. Ну, а пока, у нас есть дела более важные и насущные — нас ждут пещеры и те, кто там обитают. Я перевел взгляд на некромантов, спешно собирающихся после ночлега. — Поторопитесь! У вас осталось две минуты!

— А разве время, которое ты им дал, не истекло? — поинтересовался летун, взгромоздившийся на своего ящера.

— Без понятия, — зевнул я. — В любом случае, их стоит поторопить.

* * *

Пещеры…

Как же давно я в них не спускался! Хотя, если поднапрячь память и проанализировать события последних лет, то вполне может выясниться, что под землей я бывал не так уж давно. Память начинает подводить меня, заменяя действительность, на желаемое, и вот, в своих мыслях, я не просто давно не бывал в катакомбах, но и не предавал брата. Жить с такими мыслями намного проще, и я не собирался бороться с этим, постоянно напоминая себе о том, что сделал. Возможно, это лицемерно, но кто вправе меня осуждать?

Спускаться под землю не хотелось абсолютно, там слишком много змей и трупов, ни то, ни другое меня не прельщает. Все мое естество отчаянно желало остаться на поверхности, где есть свет и свежий воздух, обманчивое ощущение свободы. И все же, спуститься под землю придется, ведь прийти сюда, сократив таким образом путь, было моей идеей, отступать и снова менять решение будет глупо. К тому же, не стоит забывать о Белой паучихе скрывающейся под руинами храма той, кого ненавидит. Эта особа манила меня своей таинственностью и силой, интриговала и пробуждала мой интерес — её яд способен убить даже бога. Так как она стала пленницей? Почему скрывается под землей? Что сдерживает её, не позволяя применить свою силу? В моей голове было множество вопросов, и на все их я собирался получить ответы в скором времени.

— И это храм Арании? Слуги Великой паучихи совершенно не следят за её алтарями.

Лиадан брезгливо осматривалась вокруг, даже не пытаясь проявить хоть капельку почтения к священному месту. Её можно было понять, от некогда прекрасного и величественного здания, поражающего своей архитектурой, остались лишь камни, обломки, поросшие мхом, все разбросано, захламлено, ощущался неприятный запах гнили, а болото все ближе подбиралось к владениям моей богини. Запустение и разруха царили здесь, что было весьма печально. В мире все меньше действующих храмов Великой паучихи, все к меньшим людям она благоволит, открывая им тайны своей опасной магии. Да. Все мы сильны, намного могущественнее других магов, но нас слишком мало, что бы достойно славить Аранию.

— Моей богине не важны алтари, она не тщеславна, в отличии от своего мужа, — хмыкнул я, проводя рукой по жертвенному камню, единственному, что уцелело в первозданном виде. От него до сих пор исходит сила, приникающая в меня при малейшем прикосновении. — Она преследует иные цели, и вы должны радоваться этому, ведь это все ради Повелителя могил.

— Ха! Это точно!!! — продолжающему чесаться Брану явно понравилось моя фраза. Вот только он не понял её истинного смысла и вряд ли сможет понять. Этот человек слишком тщеславен, к тому же глуп, как пробка.

— Давайте, оставим все эти разговоры. Где вход в подземелье? Здесь нет ни скал, ни углублений, ничего, кроме грязи, камней и алтаря, — скучающе зевнул Карей. Чем больше я наблюдал за ним, тем больше понимал, что его спокойствие и безразличие ко всему происходящему, не такие уж искренние, скорее уж притворство, весьма умелая игра. Мне стоит присмотреться к пареньку получше.

— Прямо под алтарем, где же еще? Ты же не думал, что он уцелел просто так? В некотором роде Проклятые земли двухъярусные. На поверхности леса, болота, немногочисленные города, поселения магов и преступников, сосланных сюда, руины, а внизу склеп, где покоятся многие поколения местных жителей.

— А еще там живут наги, — поморщилась Лиадан, прижимая к себе довольного Сержа.

Похоже, этих двоих до поры, до времени ни разлучить. Жаль, я лишаюсь весьма занятного собеседника.

— Да, это их обитель… Иногда мне кажется, что именно им достанется мир, когда война богов закончится. Не станет нынешних богов, старые не вернутся, а новые не придут — зато наги выползут на поверхность и будут править на руинах того, что останется от человечества.

— Ты слишком мрачен, — некромантке не нравились мои слова, и она даже не пыталась этого скрывать.

Я сильнее нажал ладонью на холодный камень, который моментально откликнулся на мои действия. Он словно ожил, затрепетал, подобно живому сердцу, можно было даже ощутить, как он сокращается под моей рукой, передавая мне свою силу. Бесподобно!!!

Я внимательно осматривал алтарь, не торопясь открывать проход, ведущий в подземное святилище. Несмотря на то, что это был храм Арании, что-то меня смущало — это было практически неуловимое ощущение, словно я чего-то не замечаю. Внутри камня были видны символы моей богини, но отчего-то ни один, а два. Это было весьма странно и необычно, ведь Великая паучиха ни в чем не терпит конкуренции. Все должной быть в одном экземпляре лишь у нее… И все же, на этом алтаре были двойные символы — белый и черный, при этом они смотрели прямо друг на друга, словно одно из них, какое-то цветоизкаженное отражение.

— Решил помолиться? — насмешливо поинтересовалась Лиадан, наблюдающая за моими действиями.

— Даже если так, вас это не должно касаться, вы просто следуете за мной, как и велел вам Повелитель могил.

Оторвавшись от созерцания таинственных символов, явно говорящих о чем-то важном, я нажал на камень алтаря сильнее, он моментально потеплел, завибрировал, откликаясь на мою силу. Алтарь признавал меня за своего и готов был пропустить в подземные части храма Арании, чье былое внешнее величие, а нынче разруха было лишь фасадом — главный алтарь находится намного ниже, там, где до него не смогут добраться случайные люди. Земля под ногами задрожала, послышался треск и скрежетание древних, давно не использовавшихся механизмов, открывающих проход. Фактически он выглядел, как грязная темная дыра и лишь обшарпанные каменные ступени говорили о том, что это нечто большее.

— Ну и вонь? — скривился Бран.

— Учитывая специфику твоей магии, ты должен быть привычен к подобному, ведь это дыхание смерти и опустошения, — безразлично бросил я, создавая пару магических светлячков. Они не потребуются нам долго, ведь как только мы спустимся достаточного глубоко наш путь будут освещать кристаллы. Их свет будет сопровождать нас несколько дней, а может, даже недель — должен признать, временами мне кажется, что он намного лучше солнечного сияния. Свет кристаллов всегда разный, он предупреждает о том, что ждет дальше, разгоняет сумрак и страхи. Я перевел взгляд на своих застывших в ожидании спутников. — Лошадей и ящеров придется оставить, так что берите сумки и вещи. Дальше мы пойдем пешком.

— Ну и зачем тогда ты заставил нас превратить их в зомби?

Некромант не мог успокоиться и постоянно искал повод в чем-то меня обвинить. Видимо это доставляет ему удовольствие или дело в чем-то другом. Вникать в это дело абсолютно не хотелось, ведь на душе начало разливаться приятное тепло, как всегда бывает перед встречей с моей госпожой.

— Затем, что так мы добрались до этого места намного быстрей, — я все же удостоил Брана ответа. — Мог бы и сам головой подумать. Я не горю желанием лицезреть ваши лица и дальше, так что сделаю все, чтобы вы поскорее оказались в Рокусе.

— Да, как ты…

— Дядя, хватит! — жестко произнес Карей.

Я удивленно взглянул на юношу — такого я от него не ожидал. Кажущийся тихим и замкнутыми, безразличным ком всему, он иногда мог проявить силу и уверенность. Занятный мальчик. Занятный и весьма перспективный, особенно если будет верой и правдой служить Повелителю могил.

Неопределенно хмыкнув, я снял седельные сумки с ящеров — одну перекинул через свое плечо, вторую всучил Дзейрену, дальше мне оставалось только отпустить наш транспорт, который с легкостью сможет позаботиться о себе. Эти хищные твари выживут при любых обстоятельствах и способны приспособиться к чему угодно, за них волноваться не стоило.

Не обращая ни на кого внимания, я направился к темному проходу, спускаться в него не хотелось, да и запах от него исходил просто отвратительный, но к этому вполне можно привыкнуть. К тому же, мне хотелось осмотреть этот Храм. Я давно живу на свете, но здесь мне не довелось бывать — похоже, настало время исправить это непростительное упущение. Готов спорить, что двойной символ на алтаре нанесен не по ошибке, это что-то значит. Не факт, что хорошее, но, наверняка, интересное. Меня охватила странная эйфория — мне было не важно, следуют ли за мной некроманты и летун, не было дела до ворчания Брана, я шел к главному алтарю, чтобы увидеть собственными глазами легендарную Белую паучиху и заполучить её яд, а сразу после этого мы отправимся в город, который больше не принадлежит мне. Это будет непростое путешествие.

Мы шли уже несколько часов, а лестница все не кончалась, она вела нас все глубже и глубже, у меня даже начало складываться ощущение, что она вполне способна достигнуть раскаленного сердца земли. В этой ситуации радовало несколько факторов: во-первых, стало намного суше и мы уже не шлепали по грязи о воде, во-вторых, исчез неприятный запах гнили, пусть и не полностью.

— Долго нам еще идти? — практически простонала Лиадан, явно не привыкшая ходить своими ногами. Благородной леди и некромнтке, будущей правительнице Рокуса не подобало напрягаться.

— Не знаю, — честно ответил я, продолжая спуск. До чего же не хочется отвечать на все эти вопросы и комментарии! Компания, с которой я был вынужден вести свое путешествие, была чрезмерно раздражающей, да и мои перепады в настроении не добавляли комфорта.

— А куда мы вообще идем, ты в курсе? — не хуже наги зашипела женщина. Мне даже показалось, что она намеревается швырнуть в меня Сержа, урчащего у нее на руках. Хорошо Пройдоха пристроился, ничего не скажешь, ему даже лапы переставлять не надо, его несут, да еще прижимая к груди. Не удивлен, что он урчит.

— Если было бы иначе, меня бы не назначили вашим проводником. Ну, или Повелитель могил решил таким извращенным способом от вас избавиться, — монотонно ответил я, замечая, что прямо перед нами развилка. Не колеблясь ни мгновения, я повернул на право. Почему? Не знаю, но, когда мне нужно сделать выбор, куда пойти и есть несколько вариантов, я всегда выбираю тот, что правее.

— Шутник, — презрительно фыркнула магичка, пытаясь испепелить меня взглядом. Вот только это не её специализация, так что опасаться мне нечего — пусть смотрит, сколько вздумается. Мне не жалко. Удивительно только, что в этой ситуации ворчит она, а не Бран.

Повернув голову назад, я заметил, что некромант побледнел, тяжело дышит и весь покрылся волдырями. Похоже, мазь больше не помогает ему, а в довершение ко всему наш бравый некромант получил еще пару укусов паучков. Что ж, сам виноват, здесь нужно быть особенно внимательным, ведь угроза может исходить не только от меня. Хмыкнув, я вновь продолжил идти вперед, отмечая, что развилок становится все больше, фактически они были через каждые сто метров, и я все время выбирал правый туннель. До чего же забавно! Мне становилось все интересней и интересней. Если мысленно представить все наши повороты, то вполне можно предположить, что мы по спирали спускаемся вниз.

Теперь стены катакомб больше походили на каменную кладку, можно было даже различить резные колонны, украшенные двойными символами Арании, но больше всего меня радовало не это, а тот факт, что появились кристаллы, дарящие нам свой теплый оранжевый свет. Чем ниже мы опускались, тем краснее становился их цвет, а, следовательно, и жарче воздух. Дальше будет только хуже.

Остановившись, я скинул с плеча сумку уже натершую мне кожу и снял теплый плащ, в котором больше не было необходимости. Пот градом струился по телу и лицу, попадал в глаза, мешал видеть, я даже начала сожалеть о том, что избавился от ледяной магии и больше не мерзну.

— У нас привал? — с надеждой в голосе поинтересовался Дзейрен, уже тысячу раз пожалевший о том, что увязался за нами, вместо того, чтобы полететь самому. Его тонкие сверкающие крылья потрескались, иссохли и вполне могли отпасть, да и сам летун выглядел не лучшим образом.

— Да, у вас привал, — ответил я, внимательнейшим образом изучая письмена на камне. Читать древний, давно позабытый всеми язык было непросто, но все же, мне были знакомы эти символы. — Дальше я пойду один.

— Хочешь бросить нас здесь? — рыкнул Бран, да так, что своды туннеля содрогнулись.

— Хочу, но к несчастью не могу, — я устало взглянул на некроманта. Дразнить и измываться над ним стало неинтересно — Бран слишком предсказуем, а это лишает любые шутки и издевки своего смысла. — Ниже храм Великой паучихи. Если вы пораскинете мозгами, попытаетесь подумать и проанализировать ситуацию, то догадаетесь, что там много пауков и не все будут рады видеть гостей… Я исключение, у меня иммунитет ко всем возможным ядам и кислотам, к тому же мне выпала честь быть верховным магом моей богини.

— Тебя не тронут, а вот мы можем пострадать, — закончил за меня Карей, усаживаясь на ступеньках.

Юноша воспринимал наше путешествие спокойно и даже, несмотря на жару практически не вспотел. Еще немного и начну ему завидовать, причем, далеко не белой завистью, я на это не способен.

— Вот именно, ждите меня здесь.

Я продолжил свой путь в гордом одиночестве и столь желанной тишине. Вы замечали, что тишина бывает разной? Тишина в компании и одиночестве отличаются друг от друга. Я предпочитаю последнюю — это способствует размышлениям и самоанализу. Можно не думать об отвлекающих факторах и просто заниматься тем, что важно для тебя. В данный момент все мое внимание было сосредоточено на символах, что никак не складывались у меня в единую картину. Жаль, что стены туннеля повреждены.

— Так или иначе, можно быть уверенным, что Балая паучиха находится внизу, — пробормотал я, вновь решая побеседовать сам с собой. Последнее время, мне все чаще хочется это делать. Я тот собеседник, который меня не напрягает. — Мне просто нужно найти её, поговорить и сцедить немного яда, и не только для шута, но и для меня. Ха-ха-ха! — смех сам рвался из моей груди. — Я хотя и верный слуга, но возможность убить бога мне не помешает. К тому же никто не знает, как моя дальнейшая судьба сложится и что потребует от меня богиня. Мне стоит подготовиться ко всему.

Собственным рассуждения придавали мне уверенность и немного притупляли дурное предчувствие, не оставляющее меня уже давно. Серж не просто так упомянул об этом храме, не случайно увязался за мной, так что стоит ожидать подвоха. Мне предстоит узнать или найти что-то значимое, возможно, именно это истинная цель моего пушистого спутника. Хотя, с другой стороны все может оказаться намного тривиальней и Сержу, банально, нужен яд. Боги затеяли нешуточную войну, так что такое оружие мечтают заполучить многие, не только Черный шут и я, найдутся, и другие желающие и еще неизвестно против кого обернется сила Белой Паучихи.

Пришло неприятное осознание того, что я всего лишь орудие, но с другой стороны, какая разница, кем меня считают другие? Я-то знаю, на что способен и чего хочу, к чему стремлюсь на своем пути. Скоро я покончу с этим нелепым заданием, расплачусь с Черным шутом и обрету новое тело, а дальше все снова начну с начала, продолжая свою бесконечно долгую жизнь, от которой уже устал.

Я продолжал спускаться, сопровождаемый своими верными друзьями пауками, что уже забрались на меня. Их укусы и щекотания были для меня приятными, вот только напрягал тот факт, что я не полностью понимал их. Пауки признавали меня за своего, но не подчинялись моей воле, что уже само по себе было поводом насторожиться. Мне даже начинало казаться, что это не храм Арании вовсе, а пауки служат кому-то другому. Безумие! Неужели это все Белая паучиха, её влияние? Что ж, скоро я все выясню, и если потребуется, защищу мою богиню и её интересы.

Я спускался все ниже, погружаясь в прекрасный и манящий мир подземных ходов и туннелей. Земля под ногами стала более жесткой, исчезли влажность и слякоть, а гнилостный запах испарился. Зато все больше сияющих кристаллом освещали мой путь, то тут, то там начал проскальзывать ценный синий мог, которым я набивал заранее приготовленные мешочки. Эта редкость мне еще пригодится в пути, так что, не стоит упускать выгоду. Мое сердце было переполнено восторгом и дивным чувством предвкушения, а двойные знаки Арании все чаще появляющиеся на стенах лишь укрепляли мою веру в то, что я на верном пути. Очередная развилка, и в очередной раз мною был выбран правый поворот, который привел меня в небольшую пещеру, выход из которой преграждали массивные каменные двери.

— Такое ощущение, что они от гигантов скрывались, — усмехнулся я, подходя ближе. Двери были метров пять в высоту, причем сделаны из цельного камня. Красиво, внушающе, но бесполезно, чтобы открыть их потребуется либо неимоверная физическая сила, либо магия, ну или на худой конец с десяток человек.

Прикоснувшись к горячему камню, я ощутил мощный поток магической силы, пропитывающий его. Именно он держал взаперти опасную пленницу, не давая ей вырваться на свободу и отомстить богам. Наверняка, Белая паучиха опасна, в противном случае, не было бы столько предосторожностей. Да и предупреждающие знаки Арании явственно говорили о том, что дальше лучше не соваться. Все это лишь подогревало мой интерес и не могло разубедить меня действовать. В конце концов, договор со слугами Тьмы заключен, и пойти на попятную нельзя. Эта дама не потерпит обмана. Пока я размышлял об этом, заклинание само начало слетать с моих губ, мое тело и разум жаждали оказаться по другую сторону камня, увидеть то, что было надежно спрятано на протяжении многих веков, а может, даже тысячелетий. Моя магия сочилась сквозь кожу, сливалась с той, которая пропитывала каменные двери, а собственный голос звучал чужим и чрезмерно властным. Казалось, что и не я говорю вовсе, а кто-то другой. Знакомое чувство, вот только оснований для него не было. Эти мысли, мелькающие в моей голове, не могли сбить меня с настроя, я продолжал четко и громко произносить заклинание на древнем языке. Камень поддался, заскрежетали древние проржавевшие механизмы. Вот оно! Сердце так и заходится от восторга! храмы Арании особенные, они не только наполнены магией, но и используют механизмы, которыми пренебрегают другие боги. Моя повелительница прогрессивна и умна, использует все, что попадает в её руки.

Двери передо мной нехотя, надрывно скрипя, распахнулись, и я смог войти в главный зал подземного храма. Внутри было светло, как днем, по полу ползали тысячи, сотни тысяч пауков всех размеров, были здесь и совсем безобидные малыши, я ядовитые красавцы и вечно голодные плотоядные гиганты. Я безжалостно ступал прямо по ним, кого-то калеча, кого давя насмерть, хоть я и любил пауков, но это не значит, что им дозволено мне мешать! Не я служу паукам, а они мне — моим 'друзьям' никогда не стоит забывать об этом.

— Надо же, у меня гости, — раздался нежный обволакивающий женский голос, от которого захватывало дух. Я был готов слушать его вечно, настолько чарующ и прекрасен он был. — Это весьма неожиданно. Спустя тысячи лет заточения увидеть человека, не просто человека, но мага, способного открыть двери неподвластные моей силе. Волнующе…

— Где ты? — я медленно поворачивался, пытаясь найти обладательницу дивного голоса, но её нигде не было. Вполне могло сложиться впечатление, что это всего лишь плод моего больного воображения. — Не бойся меня, я не причиню вреда. Просто покажись.

— Ха-ха-ха! — раздался заливистый звонкий хохот. Он эхом разносился по храму, заполнял все вокруг, отражаясь от стен и множась. — Бояться? Мне? Тебя? Ха-ха-ха! А ты забавный. Неужели, ты настолько веришь в свою силу, считаешь себя равным богам? Или быть может, не знаешь, в чей храм спустился? Ха-ха-ха!

— Мне известно, что это храм Арании, а в своей силе — сомневаться не привык, — тихо произнес я, наблюдая за тем, как пауки начали расползаться в стороны, словно расступаясь перед кем-то. Так интригующе! Я замер на месте, уставившись вперед, ожидая появления обладательницы дивного голоса и звонкого смеха пленившее мое сердце.

— Арания… Снова это имя, снова она присваивает себе то, что ей не принадлежит, — недовольно произнесла паучиха, наконец появляясь передо мной. В это самое мгновение я окончательно осознал, что соваться сюда было плохой идеей, это необдуманное решение изменит всю мою жизнь и понимание происходящего. Я ничего не знаю, но то, что мне предстоит выяснить, не принесет ничего хорошего.

Нынешняя хозяйка подземного храма была прекрасна — её нижняя часть — белое паучье тело, с восемью мохнатыми лапами, на гладком теле, светился ярко-синий рисунок, напоминающий резную снежинку. А вот верхняя часть была человеческой. Длинные белые, как молоко, волосы лежали на плечах и груди, прикрывая обнаженное тело. Бледная полупрозрачная кожа, казалась такой нежной и шелковистой, источала приятный кисловатый аромат. Но самым поразительным было лицо совершенное и такое знакомое. Я видел его сотни раз и, конечно же, мне знаком был взгляд глаз удивительного сапфирового оттенка. Я видел перед собой белую Аранию, ощущал силу моей богини…

— Кто ты? — мне нужен был ответ на этот вопрос, я должен был понять, чтобы жить дальше и понимать, что делать и кому служить. Почему соперница Арании, наказанная ею женщина выглядит так же, как моя покровительница, почему она источает ту же силу и запах.

— Уверен, что хочешь знать? — Белая паучиха наклонилась ко мне ниже, пристально всматриваясь в глаза.

— Говори, кто ты и почему заперта в этом храме?! — мне не стоило этого знать, но устоять я был не в силах. Передо мной была обожаемая богиня, пусть иная, но все же, это была она. К этой женщине меня тянуло не меньше, а может, даже больше, чем к Араннии, под её пристальным взглядом я трепетал и дрожал. Когда я шел сюда, то думал лишь о том, что получу сильнейший яд, способный убивать даже богов, но теперь, мне этого недостаточно.

— Мое имя — ничего тебе не кажет, моя история — тебе не знакомо, моя трагедия — тебе безразлична, — ласково ответила паучиха, нежно проводя рукой по моей щетинистой щеке. В её глазах я видел столько всего: боль, отчаяние, страх, надежду, интерес — все эти чувства переплелись в ней в один немыслимый клубок, так знакомый мне самому. Женщина почти безумно улыбнулась. — Я расскажу тебе, кто я, поведаю историю, которую ты не хочешь знать, и неважно, что ты думаешь иначе.

Белая паучиха отстранилась от меня и неспешно направилась в сторону, туда, где около алтаря стояла пустая колыбель. И как только я раньше не заметил её?! Меня слишком увлекла личность Белой паучихи и я перестал замечать важные мелочи.

— Мое имя — Яинара, — наконец, заговорила женщина, замирая у колыбели. — И я не всегда была пленницей этого храма. Когда-то, я была могущественной и сильной богиней, повелительницей пауков, той, перед кем почтительно склонялись. Я никогда не была одна, со мной всегда была сестра-близнец Арания. Моя точная копия, только черная… — паучиха устремила на меня свой пронзительный взгляд, проникающий прямо в душу. — Готова спорить, ты не знал об этом.

— Не знал, — честно признался я, ни мгновения не сомневаясь в том, что Яинара говорит правду. Серж знал о том, что я увижу и услышу, а потому так радостно подтолкнул меня в этот храм. Что ж, посмотрим, к чему это приведет… Сейчас, было ясно одно — я все еще был не в силах оторвать взгляд от прекраснейших из женщин.

Яинара печально смотрела на пустую колыбель, при этом слегка раскачиваясь из стороны в сторону, это движение было практически незаметным, но в то же время гипнотизирующим, я словно попал в сети паучихи и не мог пошевелиться. Все что мне оставалось это стоять на своем месте и слушать рассказ богини, любоваться ею, восхищаться совершенством, созданным природой. Смотря на нее, я видел Аранию, но в то же время понимал, что это не она. Они так похожи, но то же время абсолютно разные.

— Я родилась раньше на несколько минут, но Арания не смогла простить мне этого. Она всегда и во всем стремилась затмить меня: быть сильнее, красивее, хитрее, опасней, но судьба благоволила ко мне. Так в те времена думала я. Не замечая злости сестры, я наслаждалась жизнью. Наши общие с Аранией храмы процветали, люди восхваляли нас, приносили дары и молитвы, а мы даровали им силу и помощь, — голос Белой паучихи звучал нежно, ласково, а на её губах играла легкая улыбка, от одного взгляда на которую у меня начинало щемить в груди. Я слушал внимательно, ловил каждое слово и жест богини, что продолжала свой рассказ. — Однажды на меня обратил свой взор Повелитель могил. Это была настоящая любовь, по крайней мере, я верила в это. Мы были счастливы, наслаждались друг другом, не обращая внимания на людей и богов. Так способны любить лишь люди, и это было истинным счастьем. Но Арания не желала мириться с тем, что владыка мертвых пренебрег ей, а потому постоянно была рядом, улыбалась, рассыпалась в льстивых речах, соблазняла и искушала моего мужа. Её яд проник в его душу, отравив и превратив в покорного раба. Теперь им управляли лишь похоть и желание. Муж позабыл обо мне, и решил взять себе вторую жену — мою сестру. Мое сердце было разбито, ведь Арания и Повелитель могил предали меня. Предали в тот момент, когда в моем чреве уже зародилась новая жизнь. Я смотрела на то, как любимый мужчина улыбается другой, как ласкает её, позабыв обо мне, как они смеются и упиваются страстьем. Мне было больно, злоба и ярость завладели моей душой, а мой яд стал еще опасней. Я собиралась убить Аранию! Восстановить справедливость и вернуть то, что принадлежит мне по праву. Моя рука дрогнула в последний момент. Об этом я буду сожалеть вечность, — Яинара устремила на меня свой полный боли взгляд. Если это игра или ложь, то весьма мастерские и даже гениальные, ведь я поверил ей, каждому слову, каждой ядовитой слезинке, стекающей по бледной щеке. Я не решался прервать этот рассказ, боялся спугнуть момент. А Яинара продолжила говорить, все глубже погружаясь в болезненные воспоминания. — Сестра не пощадила меня, в её душе вообще нет места жалости и состраданию, она не способна любить по настоящему, лишь отбирать то, что принадлежит другим. Она в слезах бросилась к Повелителю могил, рыдая и причитая, убедила его в том, что я сошла с ума и стала опасна, что от меня нужно избавиться, ради всеобщего блага. Ха-ха-ха-ха! Она была права, я хотела убить их всех, однажды я бы смогла решиться на этот поступок… Никто не стал разбираться в том, что произошло, меня заперли в этом храме, с моими пауками. Никто из богов не вступился за меня, а все от того, что боялись моего яда. Именно этим воспользовалась Арания, изображая жертву. Я стала вечной пленницей, которую могла освободить лишь сестра. Вот только она никогда не придет ко мне, не освободит, а наши слуги позабыли дорогу в этот храм.

— А как же ребенок? — рискнул спросить я, ведь у меня не было сомнений в том, что у Повелителя могил нет детей. Мне трудно было судить, какие чувства пробудил во мне рассказ паучихи, я не жалел и не сочувствовал ей, но в то же время считал, что она стала жертвой Арании. Моя богиня коварна, она на все пойдет ради достижения своей цели, уничтожит любого, даже свою сестру… Да и меня при необходимости тоже. Это осознание пришло внезапно и хотя не было открытием, но оказалось весьма неприятным.

— Я родила в этом храме, — женщина провела рукой по колыбели, а её голос стал более жестким и звонким, он буквально дребезжал от напряжения, осколками битого стекла проникал в душу, заставляя ощутить боль богини. — Пауки помогали мне выносить ребенка, они же заботились о малыше и обо мне, но этого оказалось недостаточно, мой сын не выжил. Детям нужно солнце, свежий воздух и много еды… Того, что приносили пакуи было недостаточно, а моя сила здесь оказалась бесполезна. Пока мой сын умирал, никто не пришел на помощь. Я молила Повелителя могил забрать ребенка себе, воспитать его, дать нашему сыну хоть какой-то шанс. Мой муж был непреклонен… Ему не нужен был мой ребенок, он даже заявил, что не имеет к этому отродью никакого отношения. Всему виной Арания — это она отравила его душу! Мой сын умер… Его больше нет! — Яинара уставилась на меня и я осознал, что тону в синеве ее глаз, такой глубокой и притягательной. — Видишь это, — женщина указала на украшение в своих волосах, только теперь я его заметил и осознал, что сделано оно из маленьких костей и черепа. — Это мой сын. Он навсегда останется со мной! Напоминание о том. для чего я существую…

— Месть, — понимающе произнес я.

— Да, благородная цель, не так ли. Райнер? — ухмыльнулась паучиха, вновь направляясь ко мне.

— Откуда ты знаешь мое имя? — я напрягся, но не сдвинулся с места. Пока что я не ощущал угрозы, так что не стоило делать резких движений. — Не припомню, чтобы я представлялся.

— То, что я заперта в этом храме, не значит, что мне не известно, что твориться в мире и что замышляет моя горячо любимая сестрица. Мы близнецы, у нас одни мысли и желания на двоих, одни предпочтения. Я знаю, чего желает Арания, знаю, почему она поручила тебе столь сомнительную миссию.

— И почему же?

— А ты подумай! Ха-ха-ха! Ты давно живешь, у тебя богатый опыт, подумай сам. Для чего нужен проклятая душа? Для чего она долгие столетия создавал тебя? Зачем в Проклятых землях появились Акеро и почему после провала они все еще обласканы Повелителем могил? Задай себе эти вопросы Райнер! Отбрось раболепие и обожание, подумай головой! Сопоставь факты!!!

Мне не нравились слова Белой паучихи, но еще больше меня не устраивало то, что они породили в моей душе сомнения. Я задумался, задумался по-настоящему и пришел к весьма неутешительным выводам.

— Повелитель могил не смог заполучить тело Минори, ведь его испортила Арлин, да и отказаться от возможности манипулировать Александром, он не мог.

— Да, именно так, — ласково прошептала богиня, приближаясь ко мне вплотную, обнимая меня и прижимая к своей обнаженной груди. — Но это не значит, что мой муж отказался от аватара в принципе. Это ведь так удобно иметь земной сосуд.

— Карей, им станет Каерей, — все для меня сложилось и стало ясным. Мне не дадут новое тело, не позволят уйти, а по возвращению в Рокус моя душа вновь окажется в заточении, правда, на этот раз ненадолго. Нас с молодым некромантом принесут в жертву воле богов, ведь мы всего лишь верные рабы, слуги… вещи.

— Неприятные мысли, — проникновенно прошептала Яинара мне прямо на ухо. Её горячее дыхание опалило мою кожу, заставило вздрогнуть от волны желания.

Я безумно любил Аранию, но и на её сестру это, похоже, тоже распространяется. Для меня они были едины. В теле ощущалась неприятная слабость, устоять на ногах было весьма непросто, но я справился. В голове четко звучала мысль о том, что я не хочу умирать, не хочу становится частью Повелителя могил. Теперь, я прекрасно понимаю Александра. жаль только, что это понимание пришло слишком поздно, и я уже не могу сбежать вместе с ним.

Что же делать?

Смириться? Бороться? Остаться здесь и наблюдать?

Вариантов у меня не так уж много.

— Думай, Райнер, думай… Прими решение, — Яинара продолжала ласково поглаживать меня. И демон меня подери, мне еще никогда не было так хорошо и спокойно. Идеальная женщина! И пусть я всего лишь орудие в её руках, я готов был быть им вечно.

Для меня не было секретом, что Арания использовала меня в своих интересах, она поступала так всегда и со всеми — этой её сущность, её сила, и удивляться подобному повороту событий было бы глупо. Но все же, до этого момента я наивно надеялся на то, что моя жизнь чего-то стоит, значима для моей богини. Слова Яинары причиняли боль, заставляли задуматься, пересмотреть свои взгляды и планы на будущее. Сомнений в правоте Белой паучихи не было, ведь я и сам подозревал подвох, а если бы раньше сопоставил все факты, то сам бы пришел к этому печальному выходу. Я предпочитал не обращать внимания на очевидные вещи. Глупец! Что мне теперь делать?

— Знаешь, что случается с забытыми богами? С теми, кому больше не возносят молитвы, у кого не осталось ни одного храма и почитателя? — тихо прошептала женщина, отстраняясь от меня. — Они становятся смертными. Богам — нужны люди и их вера. Арании молятся, у нее есть храмы и маги — это сделало её сильней. Меня всего этого сестра лишила — я больше не богиня, у меня осталась лишь сила яда и умение говорить с пауками, их преданность мне. Я лишилась всего — счастья, любви, мужа, ребенка, могущества…

— И что же ты хочешь от меня? Стать твоим слугой, вознести молитвы и построить храм? Вернуть бессмертие?

— Нет, — Яинары нежно улыбнулась мне, но в её бездонных глазах, я видел все те же боль и отчаяние, что во время рассказа паучихи. — Я не желаю возвращать былое. Лучше прожить обычную жизнь и умереть, чем мучится вечно. Я устала от одиночества, предательства и лицемерия. За тысячи лет, проведенные в заточении, я прошла через многое. Я ненавидела. Я вынашивала планы мести. Я сходила с ума. Я мечтала о смерти, но не могла её обрести. Я смирилась и обрела надежду вновь. Я просто существовала. Мне не нужно мое бессмертие — я просто хочу покинуть этот храм, выбраться на свет и увидеть солнце.

— Убить Аранию и Повелителя могил, — закончил я.

— Нет, это сделают другие, воспользовавшись моим ядом. Я с радостью подарю его тебе и Арлин, что так и не смирилась с тем, что у нее отняли все самое ценное и дорогое. Или волку, которому все еще молятся, поддерживая его силу. Сама я ничего делать не стану. Выпусти меня из храма, помоги выбраться на поверхность, большего я от тебя не прошу, а взамен я дам тебе то, за чем ты пришел. Яд. Он ведь тебе нужен, так?

— Да, он, — не стал отпираться я. Как же мне поступить? В моей душе все еще были сомнения, и лишь одно можно было сказать точно — я не хочу умирать или становиться частью Карея, терять свою волю! Хватит с меня уже быть пленником! В этом мы с Яинарой похожи, я способен понять, какого это долгие столетия находиться в одиночестве, не иметь возможности поговорить с кем-то и бороться с мыслями и чувствами, одолевающими тебя. Я словно встретил родственную душу — прекрасную и израненную.

Пучиха не торопила меня, она отошла в сторону, давая мне полную свободу выбора. Но способен ли я его сделать, как это однажды уже удалось моему брату, принявшему меня в свою семью? Сомнения все еще одолевали меня, а бесконечная и раболепная преданность Арании боролась с желанием жить. Если ослушаюсь мою покровительницу, то мне не избежать её гнева, да и Повелитель могил постарается сделать все, чтобы я поскорее присоединился к его армии мертвецов. Но если подчинюсь — потеряю все! Весьма неприятный выбор, где любое решение может принести к гибели. Начинаю понимать Александра.

— Я выведу тебя, — казалось, что это говорит кто-то другой, а не я. Мне даже не удалось как следует подумать! И все же решение принято и от произнесенных слов стало легче. — Но яд ты мне дашь прямо сейчас.

— Хорошо, — моментально согласилась Яинара. Она не сомневалась в том, что приму верное решение, которое ее всецело устроит.

— Не боишься, что я тебя предам? Заберу яд и сбегу? — не удержался я от глупого вопроса, который мог все испортить.

— У меня нет иного выбора, кроме как довериться тебе, Райнер, — паучиха откинула волосы назад, позволяя рассмотреть её во всей красе. Яинара обольстительно улыбнулась мне, в то время, как её руки принялись сжимать полные груди. — Подойди ближе, — томно прошептала паучиха, с трудом подавляя вздох блаженства от собственных действий. — Можешь собрать его весь. Он твой.

Я словно завороженный подошел к Яинаре, не сводя взгляда с розовых сосков, из которых сочился молочно-белый яд. Никогда не видел ничего более привлекательного и возбуждающего. Не удержавшись, я облизался, мечтая припасть к груди паучихи, отведать её яд. Спасет ли меня мой иммунитет или я паду жертвой? Удержаться было невероятно сложно, но неимоверным усилием воли мне это удалось. Осторожно, чтобы не спугнуть момент, я достал из поясной сумки пустую хрустальную бутылочку, начиная ловить каждую драгоценную каплю яда. Мои руки дрожали от напряжения, во рту появилась неприятная сухость, я не мог оторвать взгляда от жидкости, стекающей по идеально белой коже Яинары.

— Ха-ха-ха.

Смех паучихи был для меня музыкой, чарующей и прекрасной, я был в полной власти этой женщины, словно выбравшись из одной ловушки, сразу и с радостью попал в другую. Видимо, такова моя судьба, вечно служить женщине.

— Если хочешь, можешь попробовать, я разрешаю, — ласково прошептала паучиха, продолжая сцеживать яд. — Он не опасен для тех, кому я разрешаю. Так что попробуй, оцени его вкус, пропитайся его силой.

Я был не в силах ответить или сопротивляться этому голосу и тому, что видел. В голове появилось осознание того, что сделав всего один глоток, я полностью окажусь во власти сестры мой госпожи… Моей бывшей госпожи, но это меня уже не волновало. Бороться с искушением было бесполезно. Шумно сглотнув, я припал ко второй груди, сжимая зубами нежный сосок, начиная интенсивно сосать.

Вкусно! До чего же это вкусно! Еще никогда в жизни мне не доводилось пробовать что-то настолько великолепное. Восторг полностью поглотил меня, отключая мозг, подчиняя себе. Я растворялся в этих ощущениях и готов был продать и тело, и душу, ради того, чтобы ощущать это, как можно чаще. Сам того не замечая, я сжал свободной рукой грудь Яинары, помогая ей сцеживать яд, до моего слуха донесся томный вздох, лишь подстегивавший меня. Остановиться было невозможно…

— Ах… Ко мне так давно никто не прикасался…. Райнер…

Я понимал, что женщине приятно, что она тоже трепещет от восторга, в этом мы были с ней едины. В голову даже закралась шальная мысль — остаться здесь вместе я паучихой навсегда, сбежать от судьбы и богов, забыться в вечном блаженстве

— Тебе стоит остановиться, — простонала Яинара, кладя свои руки на мои плечи. — Так будет лучше для всех. Не позволяй моему яду полностью подчинить себя.

Оторваться от груди и божественного яда было сложно, но я сделал это, хотя должен признать, что мне сразу захотелось припасть к груди богини снова. Отшатнувшись, я буквально отскочил от женщины, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Перед глазами все плыло, меня слегка пошатывало, но вместе с тем, я ощущал невероятный прилив сил. Арания никогда не дарила мне подобных ощущений, не позволяла подобные вольности.

— Вот так, хорошо… Теперь ты станешь намного сильнее, а Арания больнее не властна над тобой.

— Я стал твоим рабом, — мрачно усмехнулся я.

— Нет, я больше не богиня, мне не нужны молитвы и почитание. Мне просто было сложно сдержаться — сестра лишила меня всего, но и я кое- что у нее забрала. Это недостаточная плата за то, что Арания сделала, но мне пока и этого достаточно.

Мой взгляд сфокусировался и я увидел, что Яинара преобразилась — теперь передо мной стояла обнаженная женщина. Она была прекрасна, хотя когда она была с телом паучихи, мне нравилось намного больше. Я понимал, что в таком виде бывшей богине будет удобней путешествовать, и все же немного сожалел…

— Куда ты собираешься идти?

— Не знаю, я еще не решила, — улыбнулась Яинара. — Для начала, было бы неплохо выбраться на свет, а дальше видно будет.

— В таком случае, позволь сопровождать тебя, — я накинул на обнаженные плечи женщины свой плащ, скрывая под ним бесподобное и такое манящее тело.

— Ха-ха-ха, позволяю, Райнер, — синие глаза озорно блеснули, но этот огонек быстро угас, словно Белая паучиха вновь вспомнила о том, что ей пришлось пережить.

— Отлично, теперь остается лишь придумать, что делать с Акеро, — мрачно заявил я, вспоминая о своих спутников, находиться с которыми мне было опасно.

Держа Яинару за руку, бережно сжимая её нежную ладонь, я вывел женщину из храма, бывшего для нее темницей долгие тысячелетия. Мне трудно описать то, что я испытывал в тот момент, но одно могу сказать с уверенностью, я готов был отдать за нее жизнь. Моя, во многом, болезненная преданность Арании перекинулась на её сестру, которая оказалась в моей досягаемости. Я мог обладать ей, и это сводило меня с ума, заставляя потерять голову. Это не могло пройти без последствий, но мне было все равно, ведь я не собирался в этот раз исполнять волю моей покровительницы. Я не стану жертвой! Не растворюсь в небытие, чтобы Повелитель могил мог обрести еще большую силу. Не хочу!

Стоило паучихе переступить порог, как из её груди вырвался вздох облегчения, а своды пещеры с грохотом и шумом обрушились за нашими спинами. Теперь Яинара была по-настоящему свободна и могла не опасаться того, что её вновь запрут. Женщина гордо расправила плечи, улыбнулась нежно и кротко, как ребенок, впервые вышедший из дома.

— Это был последний наш с сестрой общий храм, — печально улыбнулась Яинара, ступая босыми ногами по теплому камню. Казалось, что она вовсе не замечает мелкие острые камни под своими стопами, духоту и жар, исходящие от нагретого камня. — Теперь остались лишь личные алтари Арании, но это ничего. Участь богини печальна, особенно если она никому не нужна. Вечность одиночества и тяжелых воспоминаний любого сведет с ума. Оттого-то одни боги сменяют других, так было и так будет всегда.

— Не думай о прошлом, я возведу для тебя новый храм, — я, действительно, хотел сделать это. Что угодно, лишь бы эти прекрасные глаза смотрели на меня с одобрением и благосклонностью.

— Я не хочу храм, да и бессмертие мне не нужно, даже месть, по большому счету, не имеет значения, — мягко рассмеялась женщина, сильнее кутаясь в мой плащ. — Мне достаточно свободы и возможности наблюдать за тем, что происходит. Видеть гибель тех, кто отвернулся от меня, когда я нуждалась в помощи, будет настоящим подарком судьбы. Я хочу просто сидеть и наблюдать… Быть зрителем этого представления, но не участником.

— На этом континенте тебе это не удастся.

Я начал сожалеть о том, что не покинул Проклятые земли вместе с Александром и Минори. Мне лучше было бы не знать всего этого, не участвовать в происходящем. Увы, сожалеть о чем-то поздно и глупо, нужно лишь идти вперед, и тогда я получу удивительный подарок — узнаю, чем все закончится.

— Посмотрим, все может быть. Ну, а чем ты займешься, Райнер, примешь свою судьбу? — изящные дуги бровей сошлись на переносице. — Не пойми превратно, но я бы не хотела, чтобы мой муж заполучил тебя. Это будет весьма неприятно, если он обретет силу, к которой стремиться, а весь мир станет его владениями. Дело не в тебе, не в нем, а во мне. Я не хочу, чтобы планы моих родственничков осуществились.

— Мне бы этого тоже не хотелось, — честно признался я, чувствуя, что могу говорить открыто и буду понят. Готов спорить, это все воздействие её яда, который я вкусил и жажду отведать вновь. — Я слишком эгоистичен, чтобы расстаться с жизнью.

— Даже ради моей сестры?

— Даже ради нее, — сердце болезненно сжалось. Правильно ли я поступаю, поддавшись моменту? Столько столетий я служил лишь Арании, но столкнувшись с её сестрой, обо всем позабыл. Но ведь она первая предала меня, и иного от моей богини я не ожидал. Я всегда был для нее лишь фигурой, которой легко манипулировать, верным рабом, который исполнит любой ее каприз. Так и было, но теперь я не желаю подчиняться своей судьбе. Не хочу!

Мы продолжали идти, молча. Паучиха насаждалась свободой и возможностью двигаться, а я размышлял о том, как действовать дальше. Самое благоразумное — бросить Акеро в катакомбах, а самому выбраться на поверхность и сбежать. Вот только у этого, на первый взгляд, идеального плана было несколько весомых минусов. Первый из них заключался в том, что катакомбы полны трупов и нам просто не дадут уйти, ведь мои спутники некроманты. А второй — не было обходного пути, мне в любом случае придется пройти мимо некромантов. Так что мне делать? Остается лишь одно, притворится, что я все еще покорен воле Арании, а моя спутница исполняет волю Великой паучихи. Но пойдет ли на это Яинара? Могу ли я требовать или просить от нее хоть что-то?

— Твои мысли для меня, как открытая книга, — тихо рассмеялась женщина. Яинара смотрела на меня насмешливо, даже озорно, для нее я был мальчишкой, не более. Не скажу, что мне это было приятно, но я рад, что её печаль исчезла. Женщину окрыляло чувство свободы и избавления, больше ей не было необходимости сидеть около пустой колыбели и вспоминать. Воспоминания самое страшное в одиночестве, особенно, если это воспоминания счастливые. Все время думаешь о том, что у тебя было, и чего ты лишился, это заставляет злиться и впасть в отчаяние. Мне это знакомо, хотя я и был пленником намного меньше Белой Паучихи.

— И что же тебе понятно? — я поймал себя на мысли, что общаться и Яинарой мне намного проще, чем с её сестрой. Арания была гордой, сильной, властной, она смотрела на меня свысока и одаривала своей благосклонностью, каждая её улыбка, каждое слово и прикосновение были наградой мне. С Яинарой все было проще, она была более человечной и от того более манящей для меня.

— Ты боишься гнева Арании и Повелителя могил, а потому не можешь сразу прикончить своих врагов. Тем более, здесь, где все пронизано смертью и гнилостным запахом разложения. Это территория моего мужа, его владения, где он безгранично властвует! Я понимаю тебя и не стану подвергать опасности… К тому же, мне интересно, что же ты предпримешь дальше, Райнер. Для меня это развлечение, одно из тех, которых я была лишена долгие годы. Теперь я могу двигаться, говорить не только с пауками, узнавать что-то новое — это бесценное сокровище, которое не каждому дано оценить.

— Вот оно как…

— Считай, что я буду играть по твоим правилам, — тихо рассмеялась женщина, продолжая идти рядом со мной с невероятной легкостью. Она не чувствовала ни усталости, ни напряжения, ни смущения, ни каких-либо трудностей и неудобств.

— В таком случае, никто не должен знать, кто ты на самом деле. В противном случае мы просто не выберемся живыми из этого бесконечного склепа.

— Выберемся, но это будет весьма и весьма непросто, даже с моими силами, которые угасают… — голос паучихи сник, но в следующее мгновение она уже более бодро добавила. — Утешает лишь то, что не только я слабею, но и остальные боги, пусть для них это происходит и медленнее, чем для меня.

Слова Яинары заставили меня задуматься над тем, что твориться в мире, а последние сомнения в том, что происходящие в Проклятых землях лишь начало, отпали. Мир на грани гибели, но эта гибель — новое начало.

Глава 5. Хозяин наг

Мы быстро добрались до места, где меня дожидались Акеро и летун, при этом паучиха практически не говорила. Со стороны создавалось впечатление, что она любуется стенами и сводами туннелей, сверкающими кристаллами, с упоением ступает по шершавым ступеням. Другой бы не понял этого, но мне чувства женщины были знакомы. Она заново училась быть свободной — это не просто приятно, это будоражит и сводит с ума. Я не сомневался в том, что Белая паучха использует меня в своих целях, но меня это мало волновало. Я и сам затевал большую игру, ведь умирать ради амбиций семейства Акеро и Повелителя могил не собирался. Паук всегда останется пауком, так что мне не оставалось ничего другого, кроме как плести свои сети, надеясь на то, что в них попадется достойная добыча.

— А вот и наш проводник, — раздался недовольный голос Брана, первого заметившего мое приближение. — Ну и как прошла молитва, удачно или… — в это мгновение некромант увидел мою прекрасную спутницу и слова застряли у него в горле. Нужно было видеть лицо некроманта, на нем можно было прочесть и недоверие, и любопытство, и восхищение, и подозрение. Это человек был вовсе не глуп и чувствовал угрозу, исходящую от богини.

— Это еще кто? — недовольно скривилась Лаидан. В отличии от брата, она была способна говорить и мыслить и ей не нравилось появление в нашей компании еще одной женщины, к тому же, столь красивой.

— Яинара, позволь представить тебе моих спутников, — я проигнорировал обоих некромантов, решив немного позлить Акеро, а заодно продемонстрировать, насколько они не важны для меня. — Это Дзейрен, весьма необычное создание, достойное внимания и изучения, — начал я с летуна, а затем переключился на Серого пройдоху, которого вне всяких сомнений богиня знает, они просто не могут быть незнакомы. — Это Серж, кот, который путешествует с нами. И хотя он самый обыкновенный комок шерсти, от него тоже бывает польза. К примеру, его можно использовать как манто или меховой воротник, а еще он неплохо ловит мышей. Некоторые и вовсе видят в нем весьма мягкую и удобную подушку.

— Приятно познакомиться с вами, — до дрожи нежно произнесла Яинара, даря окружающим обольстительную улыбку. — Ну, а это, как я понимаю семейство Акеро, а точнее его малая часть, — паучиха смерила некромантов насмешливым взглядом. — Тело для Повелителя могил и те, кто принесут его в жертву. Что ж, не скажу, что рада знакомству, но оно и не омерзительно. Мне всегда нравились эгоистичные люди, которые ради личных амбиций и желаний не остановятся ни перед чем, предадут, убьют, пойдут на любую низость и подлость.

— Кто она?! — еще раз поинтересовалась Лиадан, быстро беря себя в руки. Теперь она смотрела на Яинару высокомерно и надменно, и должен признать, что в некотором роде красота этих женщин была сопоставима.

— Я уже представил её, — я направился к своей сумке, которую бережно хранил Дзейрен. Яинара хотя и привыкла к наготе и своего тела не стеснялась, лучше ей все же одеться, так безопасней и проще, да и мне будет намного спокойней. Не хочу, чтобы на нее смотрели так, как это происходит сейчас.

— Этого недостаточно! Что ты вообще затеваешь?! Почему эта женщина должна идти с нами? — зашипела Лиадан.

— Потому что, так решил ваш проводник, — обворожительно улыбнулась женщина, скидывая со своих плеч мой плащ. Теперь её тело прикрывали лишь длинные волосы.

— Возьми, — я протянул паучихе свои запасные рубаху и порты, — не самая удобная и красивая одежда для тебя, но пока что сойдет. После навестим Сесила и его дочь, у них наверняка найдется что-то для тебя подходящее. Нам даже крюк делать не придется, их дом, как раз расположен на нашем пути.

— Сесил, — губы Яинары тронула легкая улыбка, а голос наполнился теплом. — Давно его не видела, буду рада вновь поговорить с ним, услышать его истории, увидеть то, что им создано. Он мудр… Намного мудрее всех остальных, с ним всего спокойно и уютно, но что самое главное — надежно.

— Это так, но Сесил изменился, так что не стоит рассчитывать на то, что тот, кого ты когда-то знала, остался прежним, — я не был уверен в том, что Паучиха знает всю историю бога-кузнеца и то, что ему пришлось сделать с собственной дочерью. Возможно, позже я поведаю ей об этом, а, может, оставлю эту почетную обязанность самому Сесилу.

— Мы все изменились, Райнер, — изрекла женщина, принимаясь грациозно одеваться. Я не мог отвести от нее взгляда, и не только я. — Это свойство всех живых, мы существуем, меняемся, не стоим на месте.

— Вам стоит поскорее покончить с разговорами и сборами, — недовольно проворчал Бран, бросая голодные взгляды на красавицу. — Нам нужно поскорее выбраться из катакомб и очутиться в Рокусе.

— Да, у вас там полно дел, я в курсе, — огрызнулся я. Удивительно, что Акеро даже не пытаются отрицать тот факт, что собираются превратить Карея в аватара Повелителя могил, а сам молодой некромант все еще сохраняет спокойствие и лишь исподволь с интересом рассматривает Яинару. Неужели ему все равно, что в скором времени ему предстоит умереть? Он смирился или что-то затевает? Этот маг вызывал у меня все больший интерес, но я не был уверен в том, что стоит продолжать наше знакомство. Главное сейчас, воспользоваться некромантами и покинуть опасные подземелья, пройти под землей, как можно дальше, а после бросить их.

— Я не задержу вас, — богиня придирчиво осмотрела себя. Моя одежда была ей не по размеру, выглядела на ней мешковатой, но это не могло скрыть величие и стать Белой паучихи. — Вот и все, мы можем отправляться в путь.

— Возьми, — Лиадан протянула женщине ботинки, которые решила отчего-то пожертвовать Яинаре. — Все лучше, чем босиком идти.

— Благодарю, это весьма неожиданно, — женщины переглянулись и в этот момент, мне показалось, что между ними что-то проскочило, словно в одно мгновение они что-то узнали друг о друге, обменялись мыслями… Странное ощущение.

— Отлично! Так куда нам теперь идти? — Бран буравил меня тяжелым взглядом. Теперь, когда я знаю об их планах, некроманту стоило быть вдвойне внимательным, и он это понимал. Его семье дан второй шанс, третьего точно не будет, так что некромант намеревался в этот раз сделать все правильно. Что ж, не буду пока его разочаровывать, пусть думает, что контролирует ситуацию.

— Не волнуйся, я выведу нас на поверхность. Если мои расчеты верны, то мы выйдем недалеко от побережья, а там рукой подать до Рокуса, да и территория там зачищена от всякого рода тварей.

— Очень точное описание, — скривился некромант.

— Большего вам и не нужно, главное, что я знаю, куда идти и мне не нравятся эти туннели. Я хотя и паук, но предпочитаю дневной свет, свежую еду и чистый воздух. Я не намерен подыхать здесь вместе с вами, так что не сомневайся, я выведу вас.

— Отрадно это слышать.

— Идемте уже, — подал голос Карей, чей голос и взгляд снова стали скучающими. — Здесь полно мертвых, так что наши силы и возможности велики, но не стоит забывать о нагах и их сезоне размножения. Даже для нас они могут оказаться проблемой, так что не стоит терять время.

— Какой благоразумный мальчик, — ухмыльнулась Яинара, хитро сверкая синими глазами, что светились ярче кристаллов. — Благоразумный и интересный…

Я ощутил укол ревности, ведь рассчитывал на благосклонность паучихи, так что мне совсем не нравился тот факт, что она испытывала интерес к кому-то другому. Это ощущение было мимолетным и быстро испарилось, я вновь был собран и спокоен. Нам снова пора в путь и кажется, что это мое постоянно состояние… Вечный странник, проклятая душа, что никогда не найдет покоя и каждый раз обретая дом, вынужденная терять его.

Катакомбы под Проклятыми землями весьма странное место. С одной стороны они полны чудес, таких как синий мох, сияющие кристаллы, гробницы королей и воинов, древние сокровищницы, с несметными сокровищами, укрытыми от ныне живущих. Но с другой — все эти коридоры и ходы были однообразны, скучны и навевали тоску, создавалось обманчивое ощущение, что ты ходишь кругами. Мне никогда не удавалось определиться, нравится мне это место или нет, все зависело от обстоятельств и компании, в которой мне приходилось находиться.

В это мое путешествие, я хотел поскорее выбраться на поверхность и избавится от гнетущего ощущения, что я уже в могиле. Мне казалось, что каменный потолок над головой может в любое мгновение рухнуть, что воздух слишком горячий, а стены постоянно сдвигаются. К тому же пауки, сопровождающие нас, добавляли поводов для беспокойства, постоянно нашептывая, что наги рядом, мне стоило быть начеку, сосредоточиться на нашем пути, позабыв обо всем остальном. Что же касается других моих спутников, что они чувствовали себя намного лучше — некромантам помогала близость смерти и трупов, осознание того, что в любой момент они способны поднять мертвецов и использовать их в своих интересах. Яинара наслаждалась свободой и милой беседой с летуном, который чем-то приглянулся паучихе, иногда она перекидывалась парой фраз с Лиадан и хитро поглядывала на Сержа.

— Тихо, — я замер на месте, вглядываясь вперед, прислушиваясь к едва уловимым звукам и вибрациям. Мы спокойно прошли большое расстояние, но нам не могло везти и дальше. Только не в этом погибшем королевстве, не в этом бесконечном склепе, который наги нагло пытаются отнять у Повелителя могил.

— Что там? — встрепенулся Дзейрен, начиная испуганно дрожать. Он тоже ощущает угрозу, а потому так остро реагирует.

— Наги, — ответил я, медленно идя вперед. — Много, они прямо на нашем пути и обойти их не получится.

— И что с того? Уничтожить этих тварей и все! Или один из величайших магов боится? — насмешливо спросил Бран.

Этот некромант непростительно самодоволен и самоуверен, судьба накажет его за подобную беспечность. Если повезет, мне удастся лицезреть это собственными глазами.

— Уничтожить? И как же ты себе это представляешь? Или по-твоему наги слабы? Эти змеи быстры, яростны, сильны, к тому же ядовиты, так мало этого у них брачный период, а это значит, что самкам нужны те, кто послужат пищей их новорожденным детенышам. И лучше если это будут не самцы, которых и так немного.

— И что теперь, поворачивать назад?

— Для начала было бы неплохо узнать, что там происходит. Оставайтесь здесь, а я пока осмотрюсь и подумаю, что делать.

— Я пойду с тобой, — заявила Лиадан, решительно направляясь ко мне. Кота же она предусмотрительно всучила Яинаре, надеясь на то, что новая знакомая сможет присмотреть за животным. — И не стоит даже пытаться отказывать. Мне все равно скучно, да и на змеек посмотреть интересно.

— Не думаю, что дело только в этом, — я не был против компании этой женщины. Она меня не раздражала, я бы даже сказал, что мне было все равно, есть магичка рядом или нет.

— Даже если так, тебя это не касается, Райнер, — проворковала Лиадан.

На удивление женщина ступала мягко, бесшумно, не издавая ни одного лишнего звука, как заправский убийца. От этих мыслей мороз пробегал вдоль спины, а волосы на голове начинали шевелиться. Моя спутница вне всяких сомнений весьма опасная особа, но вовсе не её мне стоит опасаться.

Чем ближе мы приближались к большой пещере, в которую утыкался наш туннель, тем отчетливей были слышны шипящие голоса, все разборчивей были слова, тем сильнее было ощущение опасности.

— Они что там праздник устроили? — фыркнула Лиадан, начиная плести заклинание, чтобы в случае чего успеть его применить.

— С чего ты взяла?

— С того, что это похоже на песню, неужели не замечаешь? — некромантка принялась быстро шептать слова заклинания, что было весьма благоразумно, ведь её магия медленная, чего не скажешь об обитателях подземелий.

Я же вместо ответа начал прислушиваться к звукам, отмечая, что женщина права — это похоже на песню, причем, весьма динамичную и веселую. Праздник? Не думаю, но вполне может статься, что Лиадан права. В любом случае, пока наги рядом в таком количестве нам далеко не уйти. Есть, конечно, вариант масштабной атаки, я бы мог использовать пиромантию, а некроманты свои убийственные заклинания — это бы расчистило нам путь, а летуну будет еда, но при этом мы рискуем обрушить своды пещер или пострадать сами. Нет. Это не выход. Нужно действовать иначе, более тонко и хитро.

— Будь внимательна и не высовывайся, — тихо прошептал я, заглядывая в пещеру. — Учти, если что, спасать я тебя не стану.

— И не надо, я не девица в беде.

Прячась в тени и за камнями, я прокрался чуть дальше, так что теперь вполне мог рассмотреть, что творится в пещере. А посмотреть было на что! Молодые и по-своему прекрасные наги дружно поющие свою шипящую песню, собрались вокруг огромного гнезда, в котором было собрано множество яиц, готовых вот-вот вылупиться. Жертвы тоже были приготовлены и связаны, чтобы даже не думали сопротивляться. Это были мужчины, люди, которые беспечно отправились на синим мхом и сокровищами, но были пойманы местными жителями. Теперь, именно они, а не самцы послужат пищей для малышей. Весьма умно! Вот только с каких это пор змеи стали настолько умны? Раньше за ними этого не наблюдалось! Наверняка, кто-то подсказал им, как действовать, чтобы их народ процветал, а численность росла.

— Нам не пройти, — Лиадан явно намеревалась использовать магию, я чувствовал это по все нарастающему напряжению вокруг, слышал в интонации его голоса.

— Ошибаешься, — поспешил ответить я. Не хватало еще, чтобы некромантка натворила дел. — Им нужны самцы, а это значит, что в скором времени все эти красавицы отправятся прочь, ведь женщинам нельзя присутствовать при этом важном событии. Этим мы и воспользуемся, проскользнем в один из свободных туннелей и отправимся своим путем. Смотри внимательно, наблюдай и запоминай, нам придется воспользоваться тем выходом, где скроется меньше всего змей.

— Хорошо, но как по мне, легче их прикончить…

— Не легче, не стоит говорить то, в чем ты не понимаешь.

Как я и предполагал, наги начали спешно покидать просторную пещеру с жертвами — это могло означать лишь одно, в скором времени маленькие змееныши начнут вылупляться и совершат первое в своей жизни убийство. Меня ничуть не волновали жизни тех несчастных, что по своей собственной глупости попали в плен, скорее уж беспокоиться стоило о том, что яиц с будущими самцами слишком много. Это странно, ведь в основном у наг рождаются именно девочки, именно по этой причине они столь малочисленны, а за самцов идет самая настоящая война. Что-то происходило и это грозило однажды вырваться на поверхность, тогда весь мир будет принадлежать нагам. Готов спорить, здесь не обошлось без вмешательства богов, но кто из них решил покровительствовать этим склизким тварям, которыми раньше все брезговали? Это вопрос все больше занимал меня, хотя я и был убежден в том, что ответ на него мне не понравится.

— Это похоже на ритуал, — задумчиво протянула Лиадан, внимательно следя за тем, в какие именно проходы уползали наги. — Такое ощущение, что они молились своему змеиному богу.

— А ты умнее, чем кажешься, — для меня слова некромантки были настоящим откровением. В моей голове, наконец, все сложилось! Как там говорила Яинара? На смену старым богам приходят новые, кажется, так. А что, если в Проклятых землях появилось новое божество, и в качестве своих слуг оно выбрало не людей, а наг? Тогда, чем больше змей появится на свет, чем больше молитв и жертв будет ему возноситься, тем сильнее оно станет. Хотя, есть еще вариант, что Арлин решила поразвлечься и завести себе армию змей. От этой обиженной женщины и не такое можно ожидать.

— Не стоит меня недооценивать, Райнер. И даже не думай, что я позволю тебе сбежать, — холодно заявила Лиадан. — На этот раз ты исполнишь свое предназначение, на то воля Повелителя могил и твоей богини.

— Так вот, почему ты увязалась за мной, — тихо рассмеялся я. — Боялась, что я сбегу, оставив вас гнить в этих катакомбах?

— Я не доверяю тебе, так что глаз не спущу с тебя, — кивнула некромантка.

— Ну вот, а я-то уже начал рассчитывать на то, что у тебя ко мне чистые искренние чувства, — ехидно ответил я. Меня ничуть не удивляло, что именно Лиадан решила присмотреть за мной. Эта женщина достаточно умна для того, чтобы понимать, что я догадываюсь о планах семейства Акеро и осознавать, что мне все еще под силу испортить её игру.

— И не мечтай, ты не в моем вкусе. Даже если ты в очередной раз сменишь тело, то это не изменится. Твоя душа прогнила насквозь, от нее исходит зловонье хуже, чем из выгребной ямы! — магичка смерила меня насмешливым взглядом. Сколько же высокомерия и надменности в этой женщине! Даже не знаю, вызывает это отвращение или восхищение. Наверное, и то, и другое одновременно.

— Даже так? — я сделал шаг вперед и теперь смотрел прямо в её туманно-серые глаза. — Весьма интересно слышать подобное о том, кто собирается принести в жертву своего родственника. И это уже не первый раз. Скажи, тебе совсем не жаль мальчишку? Он мог бы стать верховным магом, быть сильнейшим некромантом и принести славу и уважение вашей семье, но ты готова отправить его на смерть.

— Стать аватаром для Повелителя могил это почетно!

— Да, ты будешь мертв, но твоя душа никогда не попадет в загробный мир и не исчезнет. Не будет воли, сознания, ничего, но при этом ты все еще жив. Очень почетно! Карей в курсе уготованной ему судьбы? Знает о том, что его жизненный путь на исходе?

— Знает, и в отличии от Минори осознает насколько это важно, не только для него, но и для семьи, целого мира! — это были не пустые слова. Некромантка верила в то, что говори, была убеждена в своей правоте. Интересно, она так же бы говорила, если бы предстояло стать жертвой не Карею, а ей лично? Сомневаюсь.

— Надо же, сколько пафоса! Я потрясен до глубины души, — резко отстранившись от магички, я направился обратно к туннелю, чтобы привести наших спутников. Нам стоит поторопиться, чтобы проскользнуть до того времени, как змееныши начнут вылупляться, ну, или в крайнем случае, до того, как они закончат свое пиршество. Кого-то спасать, я не собирался — это участь глупцов и героев, для меня же приоритетней было выжить самому и вывести Яинару на поверхность. Все остальное не имеет значения…

— И это все, что ты можешь мне сказать? — возмутилась некромантка.

— А чего ты ожидала? Что я проникнусь твоей речью и заявлю, что готов слиться с душой Карея, стать его частью, а после раствориться в небытие, создавая достойный аватар для Повелителя могил? Это слишком наивно для такой женщины, как ты. Или, быть может, полагала, что я посвящу тебя в свои дальнейшие планы? Что ты ждешь от меня, Лиадан?

— Повиновения.

— Подобное от меня может требовать лишь моя богиня, — холодно ответил я, понимая, что Арания уже не властна надо мной. Яд её сестры пленил меня и покорил, теперь я мог мыслить лишь о Белой паучихе, мечтать об обладании этой прекрасной женщиной. Лишь Яинара могла требовать от меня подчинения, но что-то подсказывало мне, что она не воспользуется этим правом.

— Я не доверяю тебе, — повторила Лиадан.

— Я это уже слышал, и знаешь, я ведь тоже никогда не доверял Акеро. Так что наши чувства взаимны.

Карты раскрыты. Теперь некроманты не будут притворяться, что меня отпустят, как только мы достигнем Рокуса. Да и мне нет необходимости играть роль. Вот только у меня все еще припрятан козырь в рукаве, ведь никто кроме нас с Яинарой не знает о том, что я больше не повинуюсь Великой паучихе, а наши дороги с некромантами разойдутся, как только мы окажемся на поверхности. Скоро… Скоро все это закончится, и я попытаюсь сбежать от своей судьбы, ну, а пока, нам стоит выбраться из катакомб, и в первую очередь пройти мимо рождающихся наг, жаждущих насыщения, плоти и крови.

Нам стоило поторопиться по нескольким причинам. Первая — наги вылупятся совсем скоро, а дальше начнется пиршество смерти. Маленькие змееныши набросятся на своих жертв, утоляя голод и окончательно определяясь со своим полом. Именно так появляются на свет самцы, спустя некоторое время после вылупления, те, что не успеют насытиться, останутся самками. Вторая — через некоторое время после того, как будет разбита скорлупа, вернуться матери, и тогда нам точно не удастся сбежать, или пройти мимо. Наги весьма интересные создания, которые до недавнего времени не имели покровителя среди богов, они сильны, стремительны, ядовиты, умом отличаются лишь самки, зато тупые самцы более опасны в физическом плане. Даже мне было опасно сталкиваться с ними, особенно, когда они в таком количестве. Все это заставляло меня быстрее переставлять ноги, в надежде на то, что судьба окажется благосклонной к нам.

Наши спутники оказались готовы, так что ждать пока они соберутся и подгонять их, не пришлось. Как только мы с Лиадан вернулись и объяснили ситуацию, они тут же подхватили вещи и направились следом за мной. Никто не проронил ни звука и даже Бран перестал ворчать, лишь его губы беззвучно шевелились, шепча заклинание, заранее готовясь отразить нападение. Напряжение нарастало, оно чувствовалось в воздухе, искрилось, заставляло нервничать. Не знаю, что давило на меня больше в данный момент: наги, некоманты или трупы, что здесь всюду. Кажется, я все-таки определился с тем, как отношусь к подземельям под Проклятыми землями — мне они не нравятся. На поверхности намного лучше и свободней, а здесь я ощущаю себя запертым, словно меня вновь заточили в ловушку, из которой не выбраться.

Когда мы вошли в грот, превращенный в родовую комнату, процесс появления на свет наг начался: на яйцах уже появились трещины, а кое-где, даже высовывались хвосты. Если бы мы задержались еще немного, то пришлось прорываться бы с боем. Нам бы не дали уйти, ведь первый голод ужасающ, змееныши неспособны его контролировать, бросаются на все живое и даже уже мертвое. Дзейрен смог бы их понять, но даже это не позволило бы им стать друзьями.

— Их всех убьют? — тихо прошептал Карей, с сожалением смотря на связанных людей, вполне могло показаться, что он сопереживает им.

— Их судьба предрешена, и уж лучше им умереть, чем нам, — тихо прошептал я, ускоряя шаг.

Связанные мужчины, в большинстве своем были без сознания, а те, кто еще не провалился в беспамятство, не осознавали, что происходит, не замечали ничего вокруг. Они устали бояться, устали бороться и надеяться, можно сказать, что они смирились со своей участью.

— Мы не поможем им? Они могли бы помочь нам выбраться? — молодой некромант, слегка замешкался, словно он собирался осуществить задуманное. Глупый мальчишка! Как бы он ни был силен, ему не удастся противостоять сотням наг, а если мы помешаем процессу вылупления, то нас всю дорогу до поверхности будут преследовать злобные мамаши.

— Оно того не стоит, — жестко прошептал я, надеясь на то, что Карей будет вести себя благоразумно и перестанет проявлять эмоции. Намного лучше, когда он спокоен и ко всему безучастен. — Наша цель выбраться на поверхность, а не заниматься геройствами, да и пользы от этих людей не будет, они уже не способны шевелить ногами.

— Ну, почему же не будет пользы? — в нежном голосе Яинары сквозило легкое безумие. — Они помогут детям появиться на свет, станут для них пищей, помогут определиться с тем, кем они станут в жизни. Это по-своему прекрасно.

— Давайте не будем обсуждать неизбежное, — раздраженно бросил я. — Мы никого не станем спасать, никому не будем помогать, так что заткнитесь и шевелите ногами быстрее.

Мы продолжили свой путь. Я не сожалел о том, что мы собирались оставить людей в той пещере, даже когда раздались душераздирающие вопли и крики, в моей душе ничего не шелохнулось. Какой смысл сочувствовать тем, кого ты не знаешь? Как по мне, так это верх лицемерия. Люди не способны сочувствовать никому, кроме себя, во всем ищут выгоду и если помогают, то лишь ради себя. Нелестное мнение, но я на собственном опыте убедился в том, что это так. У каждого есть своя цель, свои желания и выгода — мы вместе лишь до тех пор, пока в этом есть какая-то выгода. Так было и будет всегда.

— Что-то не так, — с придыханием прошептала Яинара, замирая на месте. Её голос трепетал и дрожал, заставляя меня начать нервничать. От этого звука по телу разбегались неприятные мурашки, а волосы на голове начинали шевелиться. Можно было с точностью сказать, что она не шутит, более того, женщина боялась. Но что может напугать ту, что способна убивать богов, чей яд настолько опасен, что убьет любого, кто не угодит паучихе?

— О чем ты? — я бросил обеспокоенный взгляд на Пучиху. Моя интуиция молчала, я ничего не ощущал, словно и не было никакой угрозы. Могла ли Яинара ошибаться? Сомневаюсь… Тогда, почему я ничего не чувствую? Неужели всему причина то, что я предал мою обожаемую богиню, переметнувшись к её сестре?

— Кто-то приближается? — женщина подняла дрожащую руку, указывая на один из тулей впереди. Это был один из свободных от наг выходов, которыми мы могли воспользоваться. — Быстро, слишком быстро!

— Он голоден, — летун начал пятится назад, а его огромные черные глаза затуманились. Его дар, ставший проклятьем, позволял ему видеть намного больше.

— Я ничего не чувствую и не слышу, — Бран напрягся и бросил взгляд на своих родственников, но те лишь покачали головами, давая понять, что они тоже не понимают в чем дело.

Только я раскрыл рот для того, чтобы спросить в чем дело, только первый звук сорвался с моих губ, как земля под ногами завибрировала, послышалось шипение, пробирающее настолько, что тело онемело от ужаса и из прохода в очередной туннель появился огромный змей. Он была настолько большим, что заполнял собой все пространство! Еще никогда мне не доводилось видеть ничего подобного! Все всяких сомнений это был хозяин наг. В свете кристаллов, каждая чешуйка змея сверкала и переливалась, чудовище блестело и искрилось, завораживая своим мерцанием. Змей казался нескончаемым, он все продолжался, все больше заполнял своей тушей пещеру, еще немного и не останется места вовсе. Монстр кружил вокруг нас, а его кольца закрывали все выходы. Теперь, нам не сбежать, мы упустили драгоценное время и теперь будем вынуждены пробиваться с боем. Плохо дело!

— Это повелитель наг, — подтвердила мои слова Яинара. Пауки рассказывали мне о нем, но я не думала, что он именно такой. Лицо женщины перекосила гримаса гнева и злости. — Он раздавил много пауков и жаждет власти. Ха-ха-ха!

— Что за бред? — Лиадан смотрела на паучиху, как на безумную, но в её взгляде отчетливо читался страх.

— Сейчас не время говорить об этом! — я поспешил вмешаться в разговор, пока Яинара не наговорила лишнего и не выдала себя. Таких проблем мне не нужно. — Нужно пробиваться к выходу!

— И как ты себе это представляешь? — Карей озирался по сторонам, пытаясь понять, что еще можно предпринять. — Мы в ловушке, выхода нет!

— Выход есть всегда! — Я осознавал, что мне никогда не удастся убить змея, но это не значит, что его невозможно ранить или заставить уйти с нашего пути. Мои яды и кислоты здесь бесполезны, тратить яд белой паучихи пока рано, так что остается огонь и вода? Но что поможет? Я не представлял, что делать дальше, в моей голове были знания о тысячах заклинаний, но какое из них поможет? Я должен что-то придумать, должен что-то предпринять, пока еще не слишком поздно!

— Мы не умрем сегодня, по крайней мере, я точно, — шептал Дзейрен, затравлено озираясь по сторонам. Его огромные черные глазища, стали еще больше и казалось, в любой моменты выпадут из орбит. Жалкое зрелище, но вместе с тем, мне были понятны его чувства и страхи, они передавались мне и всем остальным. — Я не умру, так почему мне так страшно? Почему дрожь никак не прекратится? Почему? Почему? Как нам выбраться?

— Да заткнись уже! — не хуже наги зашипела Лиадан, отпрыгивая ближе к гнезду с яйцами. Даже удивительно, как эта некромантка умеет собраться в нужный момент. Должен признать, что, несмотря на мою неискоренимую нелюбовь к Акеро, я проникся уважением к этой женщине. — Нужно что-то делать, а не причитать! Райнер! Ты у нас древний маг, Проклятая душа, да и вообще знаток местной фауны, так что думай, как нам избавиться от этой мерзости!

Я молчал. С такой фауной мне еще не приходилось сталкиваться, более того, я точно знал, что это не просто огромный змей, а сам хозяин маг, тот, кто вполне может занять место бога. Что мы можем противопоставить ему, при этом, не пострадав сами?! Думать нужно было быстрее, ведь кольца змея сжимались все сильнее, неумолимо приближаясь к нам, еще немного и вообще мы не сможем пошевелиться. Я не знал, что делать, не понимал, какая магия может противостоять голодному и опасному врагу. Наш единственный шанс некромантия, ведь под Проклятыми землями полно трупов, вот только вмешательство Повелителя могил может повредить моей спутнице. Я разрывался, метался, не знал, что предпринять — мы оказались в ловушке, которая вот-вот захлопнется.

— Райнер, — нежный и спокойный голос Яинары заставил меня прийти в себя, придал сил и уверенности, стал оглушающей пощечиной. — Ты знаешь, что делать.

— Но…

— Я не боюсь встретиться с ним, — взгляд синих глаз был холоден и спокоен, в них застыла обреченность и боль, что никогда не утихнет. — Да и не заявится он лично. Главное для нас вырваться, так что используй все, что сможешь! — голос паучихи сорвался на крик такой мощи, что своды грота задрожали, а яйца в кладке наг треснули. Яинара стремительно преображалась вновь приобретая свое истинное обличие, становясь собой — прекрасной и ужасающей белой паучихой, чей яд способен уничтожить саму жизнь.

— Райнер! Что происходит?! — Бран с ужасом и отвращением смотрел на женщину, которую еще пару мгновений назад считал прекрасной. Теперь, кода вместо стройных ножек появилось паучье тело, он уже не смотрел на Яинару с прежней похотливостью. Глупец! Он не способен увидеть все величие и красоту Белой паучихи.

— Призовите мертвецов, всех, что сможете! — проигнорировав вопрос, скомандовал я. Сейчас не до пространных объяснений, да и вообще я не обязан ничего говорить — главное выжить! — Пусть пробивают нам путь и отвлекают змея!

Раздались душераздирающие вопли пленников; все больше наг появлялось на свет и набрасывалось на свою первую в жизни трапезу. Они терзали тела людей, вырывали из них куски плоти, насыщались становясь самцами, предопределяя свой путь. Если не поторопимся, то придется еще и с ними что-то делать, ведь первый голод утолить не так просто, а жертв на всех не хватит! Ситуация накалялась, а я бездействовал — да уж, это явно не соответствует мой репутации. Пора окончательно взять себя в руки и вспомнить о том, кто я! Решительность переполняла меня, а помимо нее пришла и злоба, самая настоящая, разрушительная и всепоглощающая. Я видел, как паучиха набросилась на змея, пытаясь окутать его своей паутиной и так замедлить, слышал стройный хор из голосов некромантов, читающих свои заклинания, эти звуки сливались с криками умирающих в муках людей. Пора и мне перестать стоять столбом! Резко опустившись на одно колено и положив ладно на горячий каменный пол, я начал быстро бормотать заклинание, соединяя магию воды и со своей родной. У меня не было уверенности в том, что все получится, как впрочем, и в том, что сейчас время для экспериментов, но иного пути я не видела. Давно пора было выяснить, что из этого получится.

Слова становились все резче, звук все громче, я не слышал ничего кроме своего голоса, видел только все приближающиеся кольца змея, его мелькающую морду с ядовитыми клыками, огромные глазища, полные насмешки и высокомерия. Жаль, что сейчас с нами нет воина, обычный меч нам бы пригодился… Последнее слово заклинания сорвалось с моих губ, и магия устремилась прочь — я ощущал, как она сосредотачивается на кончиках пальцев, струится и рвется наружу. Земля под ногами стала мягкой, рыхлой, из её недр начала сочиться ядовитая вода, разъедающая все, до чего прикоснется. Опасная вещь, которая даже змея заставит сбежать. Мне же и Яинаре она не опасна.

— С ума сошел! — зашипел Серж, запрыгивая мне на плечи. Пока никто не видел и не слышал, он вполне мог позволить себе вновь говорить. Голос кота был полон страха, а его шерсть встала дыбом, не говоря уже о том, что его когти впились в мою плоть. — Это убьет и нас тоже! Не забывай, яды и кислоты безопасны далеко не для всех.

— Ну, ты на высоте, так что можешь не бояться, — ухмыльнулся я, с удовлетворением наблюдая за тем, как ядовитая зеленая вода поднимается все выше. — Дзейрен, наверх! Нападай на змея, не стой на месте! — приказал я, и летун повиновался. Он осознал, что это его единственное спасение и шанс дожить до другой своей смерти, той самой, что является ему в видениях. В это же мгновение из многочисленных туннелей начали появляться мертвецы, теперь у нас были воины, чьи ржавые мечи, хотя и не могли причинить много вреда змею, но все же отвлекали его. Отлично! Все идет по плану! Все при деле.

— А как же Акеро?

— Сами справятся, не маленькие, — раздраженно бросил я. Невозможно предусмотреть все, да и не думал я обо всех моих спутниках. Скажу больше, если они не выберутся, мне же лучше, сожалеть об этих людях я точно не стану.

Змей с широко распахнутой пастью метнулся в мою сторону, словно намереваясь проглотить. Хотя, почему словно? Он именно это и собирался сделать, ведь понимал, что я опасен.

— Нет!!! — крик Яинары был болезненно громким, он буквально отбросил меня в сторону. Не знал, что она так умеет! Белые волосы женщины стремительно росли, превращаясь в крепчайшую липкую паутину. Она опутывала все, но не могла остановить змея, ей удалось лишь замедлить его. Превосходно, мне большего и не надо! Хотя жаль, что среди призванных некромантами трупов нет ни одного профессионального мечника — нам бы это не повредило.

— Прикажите им рубить в одном месте! — крикнул я, надеясь на то, что некроманты поймут меня, а сам я начал карабкаться на паутину, теперь я отказался над ядовитой водой, и мог осмотреться.

— Непременно, — злобно бросила Лиадан, следуя моему примеру.

Вот и замечательно, она нашла путь к спасению, а её примеру последуют остальные. Паутина Яинары крепкая, прочная, по ней вполне можно добраться до свободного туннеля, если он, конечно, есть? Я нервно оглядывался по сторонам в поисках выхода. Все тщетно!

— Туда! — раздался голос Дзейрена.

Точно! Как я мог забыть о летуне?! С его способностями не составит труда найти выход. Проследив взглядом за направлением, куда указывал Дзейрен, я заметил небольшую трещину в стене — слишком маленькую для того, чтобы там поместился хозяин наг, но достаточно большую, чтобы туда мог просочиться человек. Не знаю, куда ведет эта щель и ведет ли вообще, но рискнуть стоило. К тому же, вода поднимается все выше, она уже почти поглотила кладку наг, уничтожая новое поколение змеенышей, и в скором времени, может и в нашу спасительную щель залиться.

— Яинара!

Женщина бросила на меня быстрый взгляд, я ощутил, как что-то прикоснулось к моим мыслям. В следующее мгновение паучиха бросилась бежать в нужном направлении, попутно вновь превращаясь в человека, ведь в противном случае ей не суметь забраться в расщелину, следом за ней устремился летун и Карей, Лиадан и Бран не отставали. Великолепно, остается и мне добраться до цели!

Змей, до которого добралась ядовитая вода, шипел, свистел, дергался из стороны в сторону от нестерпимой боли, прожигающей его насквозь. Хозяин наг бился о стены пещеры, обрушивая её своды и вызывая своих слуг. Не сомневаюсь, что разъяренные наги уже мчатся сюда — даже думать не хочу, что будет, когда мамаши увидят, что я сотворил с их гнездом, а восставшие мертвецы делают с их повелителем. И пусть особого вреда змею мы не нанесли, но все же, ранить умудрились. Нам лучше быть в тот момент, когда появятся наги, подальше, а еще постараться выбраться на поверхность как можно скорее. В подземелье нам не рады, отныне нам находиться здесь в десять раз опасней, чем раньше. На нас объявят охоту, каждая змея в Проклятых землях будет стремиться нас укусить, сдавить в своих кольцах и раздавить! И все же, мы нашли путь к спасению…

Глава 6. Новое тело — новый я

В очередной раз мои планы кардинально изменились.

Снова!

Последнее время я стал слишком непостоянным, у меня просто не получалось идти намеченным путем. Постоянно что-то случалось, происходило, да и мне самому было уже непонятно, что же я хочу в конечном счете. Одно можно было сказать с уверенностью, несмотря на то, что я существую в этом мире уже больше трех тысяч лет, я все еще не хочу умирать. Но что я могу? Я всего лишь пешка в руках заигравшихся богов! Но ведь даже незначительная фигура способна изменить ход партии. Неужели именно эта роль уготована мне? Слишком много чести, хотя мне подобное бы польстило.

— Что это была за тварь?!

— Змея, — насмешливо ответила на вопрос Брана Яинара. Богиня пребывала в превосходном настроении, словно произошедший инцидент ничуть ей не беспокоил, напротив, забавлял и она была бы рада вновь столкнуться с огромным змеем. — Не поверишь, но именно так они и выглядят.

— Я в курсе, но это не ответ на мой вопрос! Почему она такая огромная?! Райнер, отвечай! — некромант то ли рычал, то ли шипел, и явно нервничал. Я ощущал в его голосе страх, животный ужас и мне было приятно осознавать, что до Акеро, наконец, дошло, куда они попали!

— Смени тон, — скучающе ответил я. — Ты не мой повелитель и никогда не станешь им, ты даже уважения моего заслужить не сможешь. Что же касается змея, то я понятия не имею, кто его создал, но подобных существ полно в Проклятых землях. Боги и маги позабавились здесь на славу, так что наслаждайтесь!

— Уже наслаждаемся. Меня больше волнует, кто твоя подруга, — бросила Лиадан, чей прожигающий взгляд я кожей ощущал на своей спине. Ей стоило поклоняться Огню, а Повелителю могил, там она смогла бы достичь небывалых высот!

— Этот вопрос ты могла бы задать мне и сама, — тихо рассмеялась Яинара, заговорщицки подмигивая мне. — Я не глухая, говорить умею, так что вполне могу ответить. Я Белая паучиха, служу Арании, моей богине… и по её поручении помогаю Райнеру и вам. Вы, вроде бы, умные люди, могли бы и сами догадаться. Это так просто, нужно лишь сопоставить факты. Райнер ушел в храм Арании и вернулся со мной, мое тело, как у паука, да и паутину я плету крепкую… Как по мне, все и так ясно.

— Да, ясно, — недовольно бросила Лиадан, еще не определившаяся с тем, стоит ли доверять словам Яинары.

— Вот и замечательно, еще вопросы есть? Не стесняйтесь, я совсем не против поговорить.

— Куда мы идем?

Подал голос Карей, в очередной раз, поражая меня своим спокойствием. Его что совсем ничего не волнует? Временами мне казалось, что душа этого молодого мага уже мертва и редкие проблески жизни в его глазах, это лишь агония тела, не осознавшего свою гибель.

— К ближайшему выходу… Если, конечно, найдем его.

— Что значит, если? — Бран даже не пытался скрыть недовольства и раздражения. Готов спорить, будь на то его воля, он прямо здесь провел бы ритуал и избавился от меня.

— Я не знаю всех ходов, в этой расщелине никогда не бывал, так что рассчитывать мы сейчас можем лишь на моих пауков, разведывающих для нас путь! Одно могу сказать точно, теперь нам безопасней на поверхности… Туда наги суются неохотно, так что мы в относительной безопасности.

Напряжение нарастало, путешествие перестало меня забавлять, но избавляться от Акеро сейчас, было бы глупо и недальновидно. Мне все еще может пригодиться их магия, ведь воинов среди нас нет, да и другие их способности вполне полезны. Быстрей бы пауки нашли выход на поверхность! Он должен быть где-то рядом!

Мы продолжали идти вперед, лишь изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами и редкими обвинениями в мой адрес. Настроение продолжало портиться, но выхода я не видел. Интересно, как далеко нам удалось зайти? В какой части Проклятых земель мы выберемся на поверхность? Предугадать это я был не в состоянии. Нам оставалось лишь продолжать двигаться, надеясь на то, что нас не нагонят.

— Мммм… а это, интересно, что? — Яинара провела ладонью по стене, словно, слегка поглаживая её.

— Похоже на дверь, вот только ручки нет, — ответил Дзейрен, старающийся держаться как можно ближе к паучихе. Он ощущал её силу, понимал, что в случае необходимости, Яинара защитит его. Но помимо этого было что-то еще. Иногда я ловил себя на мысли о том, что эта парочка похожа на мать и ребенка. Забавное сравнение…

— Что за бред? Дайте посмотреть! — Бран растолкал всех, сам пытаясь рассмотреть то, что заинтересовало женщину и летуна. — Хм… это явно не природное явление, слишком ровные щели, скорее уж похоже на тайный ход, скрытую дверь, которую нам удалось заметить.

— Остается лишь открыть её, — улыбнулась Яинара. Чем дальше мы были от её темницы, тем более уверенной становилась паучиха, а её характер преображался, становясь таки же, как в годы величия двух сестер.

— А может, не надо? — я заметил, как вынужденный молчать, Серж интенсивно вертит мордой. Вот, кому известно все! Жаль он так и не решился заговорить, продолжая играть роль обычного комка шерсти, милого, теплого, но совершенно бесполезного.

— Что мы теряем? Наверняка, там что-то интересное, — ответила паучиха, осматривая щель.

— Согласен. Может быть, там выход…

— Или ловушка для любопытных идиотов, — благоразумно бросила некромантка, но ее уже никто не слушал.

— Давайте пошлем пауков, чтобы они все проверили, — предложил я вполне рациональное решение проблемы.

— Пауков там нет, и пройти туда они не смогут, — ответила Яинара, совершенно не обращая внимания на предупреждающие взгляды Серого пройдохи и мои слова. — Весьма интригующе, правда.

— Нужно открыть проход! — заявил Бран, отходя на полшага назад. Теперь мужчина внимательно осматривал заинтересовавшую его часть каменной стены.

— Не стоит, лучше найти другой путь…

— А точнее идти по прямой, — поддержала меня Лиадан, которой тоже не нравились подобные неожиданности.

— Не думаю, что это опасно… — отмахнулся упрямый некромант. — Карей помоги! Эти письмена, как раз по твоей части…

— Брат, послушай…

— Оттуда веет смертью, нам бояться не стоит.

— Смерть бывает разной, — тихо прошептала женщина.

Мне же оставалось лишь наблюдать за происходящим. Я понимал, что меня никто не станет слушать, даже Яинара, в которой проснулось любопытство и взыграл азарт или, быть может, нечто другое. Как же все это не вовремя! Но с другой сторону мои верные пауки уже донесли, что впереди змеи, да и позади тоже в скором времени появятся. Сражения в любом случае не избежать! Надеюсь лишь на то, что этой стеной будет что-то менее опасное, чем разъяренные мамаши!

— Ключом является заклинание, его нужно лишь правильно произнести, — Карей внимательно изучал надписи на стене, что было весьма непросто, ведь они со временем истерлись, и о значении многих символов оставалось лишь догадываться.

— Так произнеси его! — приказал Бран.

— Хорошо, — безразлично ответил юноша, безропотно выполняя приказ дяди. И снова я отметил, что голос Карея временами звучит невероятно твердо и властно, полнится силы и решительности, которые я не замечаю в молодом некроманте большую часть времени. Занятный он… Жаль только, что его судьба предрешена и в скором времени от его души не останется ничего… Хотя, если я сбегу и смогу спастись от уготованной судьбы, то Карей еще поживет…

Стены туннеля задрожали, открывая перед нами проход в неизвестность. Мне было не по себе, ведь я предпочитал ходить лишь проторенными тропами и не любил сюрпризов. По опыту могу сказать, что они в подавляющем числе случаев неприятные и не несут ничего хорошего. Увы, сейчас, мне оставалось лишь следовать за большинством. Неприятная ситуация, но я справлюсь, нужно просто быть начеку, в любой момент готовым применить магию. Я справлюсь! В конце концов, моего опыта достаточно для того, чтобы выжить и выйти из этого противостояния победителем.

— Похоже, это склеп, — с улыбкой пробормотала Лиадан, бездумно первая заходя в черный проход. Куда только подевалось её благоразумии и рассудительность?

— Да, склеп со множеством трупов, — поморщился я, следуя за своими спутниками.

Некромантия была не чужда мне, я в совершенстве освоил эту магию, во многом благодаря Минории в теле которой мне пришлось провести длительное время. Я чувствовал, что перед нами не просто склеп, а нечто большее. Это мне что-то напоминало, но я пока никак не мог понять, что именно. Кажется, что-то подобное я ощущал, когда мы нашли гробницу Дориана. Неужели это еще одно место, где покоится один из королей прошлого и его армия, что должна подняться и принести весь мир к ногам Повелителя могил? Бросив обеспокоенный взгляд на Яинару, я задумался над тем, что это может быть опасной для бывшей жены бога мертвых. Так почему она так спокойна и даже заинтересована? Мне было тяжело понять эту женщину. В голове даже появилась мысль послать все куда подальше и уйти одному, бросить не только Акеро, но и Дзейрена с Яинарой. Готов спорить, это было бы самым благоразумным решением из всех, что я принимал за последнее время, но что-то меня останавливало. С моей зависимостью бороться практически невозможно, я все еще раб женщины, пусть на этот раз и другой.

Легко взмахнув рукой и произнеся всего одно слово, я зажег несколько ярких магических светлячков. Яркий свет озарил просторную пещеру, в которой отчего-то не было сверкающих кристаллов.

— Это… Это просто невероятно! — с придыханием произнесла Лиадан и я был склонен с ней согласится.

— Они в идеальном состоянии!

Карей метнулся к застывшим мертвым воинам, стоящим ровными рядами, словно на параде. Их не тронуло разложение и казалось, что они живые, стоит лишь отдать приказ и небольшое войско, маршируя и звеня проржавевшим оружием и доспехами, отправится на войну. Впечатляющее зрелище! У меня даже сердце сжалось, но все же, я понимал, что что-то здесь не так.

— Да, вот только это не совсем трупы, — коварно ухмыльнулась Белая паучиха, приобнимая одного из солдат. — Присмотритесь внимательней, господа некроманты. Ну, же, не стесняйтесь, подойдите ближе, потрогайте…

В это мгновение до меня дошло, что Яинара изначально знала, что это за место и что здесь хранится, она хотела оказаться здесь. Неприятно. Меня снова использовали вслепую. Неужели нельзя было просто все рассказать?! Я бы понял и сделал все, что нужно! Обидно…

— Статуи, это все глиняные статуи, — пораженно произнес Бран, первый догадавшийся в чем же дело. — Но почему тогда от них исходит энергия смерти?

— Все дело в посмертных масках, — пояснила богиня. — Их снимали с трупов великих воинов, лучших в своем деле, естественно, в этом принимали активное участие некроманты, именно их сила перенесла способности и опыт солдат в эти маски. Человеческие тела хрупки, да и трупы тоже… От них мало прока, их легко победить, заставить развалиться на части. Вот Повелитель могил и начал искать другие способы пополнить свою армию.

— Глупый способ, ведь статуи можно разбить, — бросил я, принимаясь с интересом рассматривать статуи. Сейчас именно они вызывали у меня наибольший интерес, ведь мне срочно было нужно новое тело. Мое уже порядком износилось, да и ледяная магия подпортила его.

— Да, именно поэтому эта идея была забыта, а хранилище закрыто… Готова спорить, Повелитель могил уже и не помнит об их существовании, но мы вполне можем воспользоваться ими, — Яинара четко знала, что делать и не сомневалась в том, что некроманты и я поможем в исполнении его замысла.

— Хочешь, чтобы они расчистили нам путь? — понимающе ответил Карей, продолжая рассматривать статуи, пропуская через них свою магию, анализируя и пытаясь понять, как это использовать.

— Да, путешествовать в сопровождении личной армии намного приятней и удобней, чем в одиночестве, нам больше не придется прятаться или убегать, мы просто пройдем под землей и на поверхности к нашей цели, — ухмыльнулась Яинара, забыв упомянуть, что идем мы к её цели. Эта женщина все больше приходила в себя и даже начинала командовать.

— Можно попробовать…

— Райнер, — паучиха устремила на меня свой взгляд. — Поторопись и выбери для себя сосуд. Уверена, ты сможешь подобрать что-то подходящее… Здесь такой богатый выбор.

— Ему не нужно новое тело! — жестко заявил Бран, но никто не собирался его слушать, особенно я.

— Может, посоветуешь, что-нибудь, какое тебе больше нравится? — спросил я у пучихи, игнорируя гневные взгляды некромантов. Меня их планы не касаются, а новое тело придется кстати, к тому же, я унаследую силу того, чья посмертная маска надета на статуе. Маг и воин! Это будет весьма интересно! Не представляю, что из этого может получиться.

Я неспешно ходил между ровными рядами статуй, пытаясь выбрать идеальное для себя тело. Выбор был богатым, так что можно и попривередничать, хотя поторопиться все-таки стоило, ведь кода некроманты возьмутся за дело, у меня не останется никаких вариантов. Сколько здесь статуй? Кажется несколько тысяч! Настоящая армия! Да уж, с такой силой мы точно без проблем пройдем как под землей, так и на поверхности.

— С удовольствием помогу, — улыбнулась Яинара, подманивая меня к себе тонким пальчиком. — Есть тут один весьма симпатичный экземпляр, он всегда мне нравился.

— Вот оно как? — я бросил настороженный взгляд на некромантов, уже начавших обсуждать, как заставить глиняную армию двигаться. Это хорошо. Значит, они не услышат наш разговор.

— Да, я помогала мужу создавать эту армию, без меня он бы никогда не смог сделать все это. Жаль, что идея оказалась не самой лучшей, — тихо ответила богиня, уверенно ведя меня за собой.

— Она просто не до конца продумана, — заявил Серж, увязавшийся за нами. Судя по голосу Серого пройдохи, он упивался возможностью говорить, а не просто мяукать и мурчать. Удивлен, что ему вообще удалось так долго продержаться, ведь этот кот не из тех, кто привык молчать. — Вам нужно было использовать камень, тогда это было бы более эффективно.

— Камень не так податлив, как глина, он тяжелый, громоздкий, неповоротливый, так что этот вариант отпал… — спокойно ответила Яинара. — В любом случае эти статуи нам послужат, а вот моему мужу они уже не помогут.

— Собираешься лишить некромантов власти над ними, как только они оживят их? — деловито спросил кот, продолжая семенить радом с женщиной.

— Да, так что определяйся с кем пойдешь дальше, с ними или с нами. Больше они нам не нужны, так что рисковать я не собираюсь.

— Прости, дорогая, я хотя и приложил лапу к твоему освобождению, но сейчас больше заинтересован в Акеро, — спокойно ответил Серж. — У меня на них особые планы, так что с тобой мы вновь увидимся не скоро, красавица.

— Ничего, я подожду, ведь времени у нас с тобой в запасе много.

Я слушал и пытался сделать выводы. Получается, Яинара все-таки не просто преследует свои цели, но и обо мне думает. Это приятно. Более чем приятно, это обнадеживало и укрепляло мою верность этой удивительной женщине. Даже если она использует меня, то делает это весьма грамотно! Арания так не умела и никогда не дарила мне таких ощущений. Хотя, я могу и ошибаться…

— А вот и она! Идеальная статуя для тебя, Райнер!

Голос паучихи заставил меня вздрогнуть, очнуться от размышлений и поднять взор. Сказать, что Яинара права, ничего не сказать! Богиня припасла для меня идеальное во всех отношениях тело, которое я не могу упустить! Остается лишь провести ритуал и переместиться в него!

Мое будущее тело было весьма привлекательным. Этот факт радовал, хотя я был и не привередлив в этом вопросе — главное, чтобы всего хватало и не было ничего лишнего. Все-таки лучше быть полноценным человеком, а не калекой или вообще непонятно кем. Еще немного и я стану высоким, хорошо сложенным мужчиной в самом расцвете сил, с мужественным проникновенным лицом, которое больше бы подошло воину, нежели магу. Это запутает моих врагов, поможет затеряться, даст немного времени. Новое тело это всегда захватывающе и необычно — новые ощущения, новые мысли и силы, новый я! К этому невозможно привыкнуть, это никогда не станет обыденным.

— Его звали Стиг, — тихо прошептала Яинара, так же, как и я, любовавшаяся глиняным изваянием. У нас не было времени, но женщине явно хотелось поговорить и вспомнить о былом. — Он был уникальным.

— И чем же? — я вновь ощутил укол ревности, ведь желал безраздельно владеть мыслями и чувствами этой богини.

— Что ты знаешь о шаманах?

— О шаманах? — я не ожидал подобного вопроса, ведь россказни о шаманах, не более чем легенды и сказки. Красивые, но в них нет ни капли правды. Вот только, если так, почему паучиха спрашивает меня о них?

— Да, о них самых, — кивнула Яинара.

— Они могли использовать магию без покровительства богов, жили в гармонии с природой и духами, видели незримое, а их сила весьма специфична, я бы даже сказал, что она подобна стихии. Вот только их не существовало. Да, можно открыть родники магии самостоятельно, но чтобы сделать это — изначально нужно обладать магией, а её дает лишь покровительство богов.

— Ошибаешься, — ухмыльнулась паучиха, прикрывая глаза и, словно погружаясь в мир воспоминаний. — Они не вымысел. Шаманы существовали, еще до того, как на свет появились мы с сестрой, еще до правления прежних богов, которые были нами свергнуты. Им не нужны были боги, а потому они стали угрозой. Шаманов методично уничтожали, взращивая магов и так до тех пор, пока их почти не осталось. Стиг был последним. Я его нашла и спрятала, оберегала долгое время, даже муж не знал о его существовании. Не думай, я никогда не изменяла Повелителю могил, ни мысленно, ни телесно. Мой дорогой Стиг был мне другом — наверное, единственным в моей долгой жизни. Он умер, ведь люди не живут долго, ваше существование в этом мире всего лишь мгновение, в то время, как для богов жизнь тянется целую вечность. Его посмертная маска сохранила отпечаток его силы, воспоминаний, мыслей и чувств — это тело идеально для тебя, ведь позволит ощутить нечто новое, познать то, что никогда не существовало. А мне будет приятно вновь увидеть старого друга и знать, что его частичка все еще со мной.

— Нужно лишь провести ритуал, — кивнул я. Медлить нельзя, чем скорее я покину свое изношенное тело, тем лучше, да и Акеро больше нечем будет меня шантажировать и прельщать. Новое тело — начало новой жизни, больше я не допущу ошибок.

— Не боишься потерять себя? — словно невзначай спросил Серж.

— Это не первое мое тело, если часть души Стига еще жива, ей придется исчезнуть, уступая место мне. В этих поединках я поднаторел, так что не проиграю. Вот только диска у меня с собой нет, он остался в Рокусе.

— Ха-ха-ха, — звонкий смех Яинары эхом разнесся по пещере. — Это не проблема. Диск не более чем артефакт, позволяющий отделить душу от бренного тела. Твою я извлеку сама — главное ухватись за новое тело и дело сделано!

— Ухвачусь, можешь не сомневаться, — не отрываясь, я смотрел прямо в сапфировые глаза приближающейся ко мне паучихи. Звуки, запахи, образы, мысли — все это перестало иметь значения. Сам того не замечая я начал читать заклинание, которое произносил уже множество раз. Богиня протянула ко мне руки, будто зовя к себе, а от её улыбки я и вовсе терял разум и млел, как юнец, впервые ощутивший желание. Я был зависим, и это возносило меня на вершину блаженства. Хочу еще раз вкусить яда Белой паучихи, познать его силу, почувствовать себя особенным. Душа медленно покидала тело, становилась невесомой, стремилась куда-то…

Нельзя поддаваться.

Я могу умереть, не суметь зацепиться за тело.

Нет. Этому не бывать, ведь взгляд Яинары для меня лучше любого якоря, он не даст мне исчезнуть.

Мое старое тело рухнуло на пол пещеры, а дух освободился — он жаждал избавления от бренного существования, стремился прочь, но моя воля была сильней. Я сливался с новым сосудом для моей души, ощущая, как глина становится мягкой плотью, а способности Стига соединяются с моими собственными. Это было не просто тело с посмертной маской, а нечто большее! Невозможно описать словами всю палитру моих чувств — я буквально захлебывался ими! Эта сила, что вливалась в меня, остатки воспоминаний и знаний будоражили, заставляли мою кровь бурлить и кипеть. Дикий восторг — и это еще не самое точное описание моего состояния!

Вот и все! Я обрел новое тело — сильное, зрелое, не испорченное болезнями и проклятьями, даже дар Тьмы остался в моей прошлой оболочке. Хотя, слово данное темным магам я все равно осуществлю — их богиня не та дама, с которой можно ссориться.

— Как ты? — трепетный голос Яинары все еще звучал для меня музыкой, отдаваясь в глубине души, чем-то томительно прекрасным. Моя воля была ничем, когда дело касалось этой женщины.

— Вполне неплохо, пока что тело еще не слушается меня в полной мере, но это пройдет, — я пытался шевелить руками, наклонятся, вертеться, эти простые, на первый взгляд, действия давались мне непросто, я бы даже сказал, что с трудом. Это не удивительно, ведь новое тело отличалось от предыдущей оболочки. Каждый раз мне приходилось привыкать, заново учить элементарным вещам — хорошо еще, что процесс адаптации проходит быстро, а я сам поднаторел в этом вопросе.

— У нас почти не осталось времени, — Серж, внимательно наблюдавший за всем происходящим, беспокойно вертел головой. — Наша победоносная глиняная армия уже почти боеспособна. Готов спорить это все благодаря Карею — он весьма перспективный мальчик, вот только долго не протянет. Увы… Хотя для кого-то это может быть и благом.

— Хватит пустых речей, — новый я был слаб, но это временное явление. В скором времени я освоюсь, как с управлением, так и с чужой такой необычной и интригующей магией. — Настало время воспользоваться нашей армией и покинуть подземелье.

— Ты прав, дорогой. Абсолютно прав, — ухмыльнулась Яинара, окидывая пристальным взглядом глиняную армии, обретающую жизнь!

* * *

Глиняная армия маршировала по подземным ходам, испещряющим Проклятые земли. Истуканы четко чеканили каждый шаг, громыхали и звенели ржавым оружием, служили для нас щитом. Воины, которыми в свое время пренебрег Повелитель могил, пришлись кстати его жене и мне. Идя в окружении такой могучей силы, мы могли ни о чем не волноваться, даже если наги разобьют их в дребезги, даже если от них останутся лишь черепки, они сделают свое дело, дадут нам время использовать магию. Мне было спокойно, даже временная слабость не волновала меня.

— От них слишком много шума, — в очередной раз поморщилась Лиадан.

— Я бы на твоем месте волновался по другому поводу, — монотонно возразил Карей.

— И о чем же?

— Они не подчиняются нам полностью, — молодой некромант смотрел в самую суть проблемы, видел намного больше своих более зрелых родственников. — Мы вдохнули в них жизнь, заставили двигаться, идем среди них, за этой прочной глиняной стеной, но не контролируем их, как обычных мертвецов. Это риск.

— И что ты предлагаешь? Оставить их и поднять обычных мертвецов? Для этого придется найти схроны вашего покровителя, и что-то я не уверен в том, что Повелитель могил обрадуется подобной наглости, — зевнул я, замечая, как Яинара медленно подчиняет себе глиняное войско.

Яинара настоящая паучиха! Она искусно плела прочные липкие сети, причем, делала это незаметно, с грацией и легкостью, на которые не способны смертные женщины. Для меня Яинара всегда останется богиней, что бы она ни говорила и не возражала на это. Любоваться ею для меня было истинным наслаждением, вот только о деле я не забывал ни на одно мгновение. Новое тело дало мне новые возможности, новые силы, новую жажду жизни — все это заставляло позабыть о моем мрачном, пессимистичном взгляде на собственное бренное существование, а впереди замаячила новая цель.

Насмешливо взирая на недовольных некромантов, чувствующих подвох, я мысленно ухмылялся — к тому моменту, как мы достигнем выхода, вся глиняная армия будет под контролем Яинары. Мне не будет больше необходимости терпеть неприятное общество или отдавать что-либо Акеро, более того, мне представится превосходная возможность отомстить этому семейству. За себя! За Минори! За все, что они сделали и еще сделают. Меня вынуждали отдать им город, который я строил долгие годы, но теперь мне не было нужды делать это, ведь некромантов можно было прикончить. Там на поверхности не будет трупов, которые можно спешно поднять из могил, а сама магия мертвых медлительна и неповоротлива, они не успеют среагировать — глиняные воины прикончат их намного раньше. Только бы Белая паучиха разделяла мое мнение, так же, как я желал смерти этим магам.

Под ворчливое перешептывание некромантов мы продолжали продвигаться по пути, разведанному моими пауками, впереди тысяча беспощадных и бездушных бойцов, столько же позади — нам нечего было опасаться. До моего острого слуха доносились шипящие крики наг — они пытались добраться до нас, отомстить за уничтоженный выводок змеенышей. Теперь нам они были не страшны. Наги не могли добраться до нас, а их владыка — слишком огромен, чтобы заползти в этот туннель. Идеально!

— Райнер, скоро выход? — Лиадан нервничала, это было заметно по её дрожащему голосу, который заглушал топот нашего сопровождения.

— Хм… Скоро ли? — я позвал одного из своих пауков. Резвый малыш, быстро перебирая лапками, взобрался по моей одежде, устроился на ладони. Его могли понять лишь я и Яинара, только нам было доступно слышать его тихий голос, понимать, о чем думает этот паучок. — Отличные новости, мы почти добрались, идти осталось не более получаса, а дальше мы увидим небо, ощутим дуновение свежего воздуха, вновь окажемся на поверхности и, наконец, узнаем, сколько же времени мы на самом деле в пути.

— Тебе бы стихи слагать, — благосклонно улыбнулась Белая паучиха.

— Почему ты говоришь о том, что мы узнаем, сколько времени в пути, разве это не понятно? — подал голос Дзейрен. Новости о том, что скоро мы выберемся из подземелий, заставили его воспрянуть духом.

— Нет. Не понятно… Последнее время здесь стали наблюдаться временные аномалии, ответил я. — Увы, времени на то, чтобы все изучить у меня не хватило. Это начало происходить относительно недавно, так что мало кому известно об этом. Мы может думать, что находимся здесь два дня, но на самом деле прошло больше или меньше времени. Это невозможно отследить или почувствовать до тех пор, пока не окажешься на поверхности.

— И ты все равно завел нас сюда! — взревел Бран, в очередной раз пронзая меня взглядом. — Ты хоть представляешь, как дорого для нас время?!

— Меня не волнуют ваши планы, — устало зевнул я. До чего же мне надоел этот тип! Его я прикончу первым! А затем настанет время всех остальных, жалеть их я точно не буду — это чувство мне не свойственно, к тому же, я прекрасно осознавал, насколько опасны некроманты и их недовольный хозяин, да и Арания придет в ярость. Должен признать, что я боюсь лишь её гнева.

Лишь Карей молчал, предпочитая собственные мысли бесполезной болтовне. При каждом взгляде на него, мне начинало казаться, что он что-то замышляет или понимает, что я затеваю. Именно понимает, а не догадывается — а раз так, стоит лучше приглядывать за этим юнцом.

Поднеся ладонь с паучком к своим губам, я быстро шепнул пару фраз, которые мог расслышать лишь мой ядовитый друг. Спустя миг, он уже нес послание Яинаре.

Все идет так, как надо! Еще недавно я был жертвой обстоятельств и своей покровительницы, но теперь все изменилось, в моей голове снова начали появляться планы, я анализировал, думал, готовился нанести удар по тем, кто уже списал меня со счетов. Зря! Я еще повоюю! Для этого мне нужна самая малость — стать прежним собой! Тем самым магом, чье имя произносили лишь шепотом, с благоговением и страхом, тем, кого проклинали, и чей труп мечтали увидеть почти все маги. Я не ведал жалости, никого не щадил, занимался изысканиями в области магии, постигал саму её природу — превзошел всех! Мне еще рано останавливаться!

Эти мысли абсолютно не мешали мне мыслить, прорабатывать план, готовиться к поединку сразу с тремя некромантами и возможно с Сержем. Не зря же Серый пройдоха ошивается рядом с Лиадан, так и липнет к ней, словно мечтая стать её меховым манто. Вот бы понять, что за игру ведет и на чьей стороне! Жаль, это не подвластно не то что мне, но и всем богам сразу. Ну, ничего, с нашей глиняной армией мы без проблем решил все проблемы, к тому же цель уже намечена. Я точно знал, куда хочу отвести Яинару.

Глава 7. Несмешная шутка

Вот мы и на поверхности! Добрались практически без приключений, а вторая часть пути и вовсе была похожа на мирную прогулку. Наги оставались далеко позади, ни они, ни их хозяин не рискнут выползти на поверхность, так что можно вздохнуть с облегчением и расслабиться. Увы, недолго, ведь настало время избавиться от ненужного сопровождения. Учитывая, что теперь численный перевес на моей стороне, это будет не сложно.

Долгожданная месть! Я приложу все силы для того, чтобы уничтожить Акеро, стереть даже само воспоминание об их семействе. Это будет справедливо.

— Мир ничуть не изменился, — Яинара улыбаясь, подставляла лицо лучам жаркого палящего солнца, которое, казалось, вознамерилось спалить весь мир. Но для женщины, тысячи лет проведшей под землей, все было, ни по чем. Она наслаждалась прикосновениями нежного ветра, поцелуями солнечных лучей, всем спектром запахов и звуков. Теперь она могла ощутить себя по-настоящему свободной, ведь она выбралась не просто из одной темницы, но из всей тюрьмы.

— Изменился, просто ты пока не способна это заметить, — я смотрел на голубое небо, пытаясь припомнить, когда последний раз видел его именно таким. Уже и не припомнить! Снова всякие глупости лезут в голову, словно я какой-то бард или возвышенный и утонченный дворянин. Пора с этим завязывать, не поддаваться моменту и четко идти к новой цели.

Яинара ничего не ответила, мои слова не задевали и не злили её, богиня понимала, что я прав, но в это самое мгновение, она намеревалась наслаждаться мгновением.

— Ты говорил, что выбравшись, мы сможем понять, сколько времени были под землей? — Дзейрен парил в воздухе, интенсивно махая прозрачными сверкающими крыльями. Летун смотрел на меня настороженно, видимо, еще не привык к моему новому образу и голосу. Что ж, это вполне предсказуемо, далеко не каждый способен видеть суть вещей и людей, а не просто телесную оболочку.

— Да, с помощью магии, самой элементарной из всех, — опустившись на корточки, я принялся чертить на земле магические символы, попутно бормоча заклинание. Я все еще был слаб, все еще не освоился с новым телом и магией, в любой момент могло начаться отторжение, но на небольшое заклинание меня вполне хватит. Знаки засветились, начали изменяться, создавая новый рисунок, понятный лишь магам.

— Что там? — нетерпеливо поинтересовался Дзейрен, заглядывая мне через плечо. Летун так и не опустился на землю, предпочитая держаться в воздухе.

— Месяц, прошло около месяца, — ответил я. Временные аномалии Проклятых земель не поддавались никакому объяснению, в них не было логики и системы, они интриговали, ведь открывали невероятные перспективы перед тем, кто сможет постигнуть их суть. Вот бы еще понять, по чьей воле они появились…

— Так много…

— Для нас это не имеет значения, ведь мы никуда не торопимся, у нас полно времени в запасе, — я бросил хитрый взгляд на Акеро, которых мое утверждение не касалось.

— Говори за себя! — набросился на меня Бран. Некромант выглядел так, словно намеревался убить меня, и в нынешнем моем состоянии, у него вполне был шанс. — Ты это специально сделал! Хотел задержать нас, так? Вот только тебе это не поможет, а твоя богиня непременно узнает о том, что пытался ослушаться её! Думаю, Арании не понравится, что ты пошел против воли её мужа, Великого Повелителя могил!

— Не понравится, — согласно кивну я, осознавая, что больше не боюсь этого. Яд Яинары избавил меня от одной зависимости, подарив другую, еще более сладкую и желанную. — Вот только я больше не её слуга.

— Что?! — в глазах некроманта отчетливо читалось непонимание, удивление и проблески столь приятного для меня страха.

— Несмешная шутка, — Лиадан снова была раздражена, снова смотрела на меня с презрением и чувством собственного превосходства. Глупая женщина, она так и не поняла, кто перед ней!

— Он не шутит, — Яинара прервала свое любование небесами и перевела взор на магов. Весь её образ был полон величия, стати, силы и мощи, от которых бросало в дрожь. Её тело преображалось, вновь приобретая мой любимый вид. — Райнер больше не слуга Великой Паучихи, а я никогда ей не служила. Что же касается вас, то вам не выжить, и да, чуть не забыла, не стоит рассчитывать на глиняных воинов. Они теперь мои!

Паучиха щелкнула пальцами, и воины, как один, повернулись к некромантам, направляя на них свое оружие. У этих истуканов не было чувств, мыслей, жалости, они лишь орудие в руках хозяина, и этим хозяином была именно Яинара.

Несмешная шутка? Я бы так не сказал, ведь то, что происходило, вызывало широкую улыбку на моем лице. Мне нравилось наблюдать со стороны, видеть, как некроманты судорожно пытаются что-то предпринять, начинают бормотать заклинания, но уже ничего не поделать. Слишком медленно!

— Райнер, присоединишься ко мне? — звонкий голос Яинары был полон веселья и озорства, она развлекалась, находила происходящее весьма забавным. Для нее это была игра.

— С удовольствием, — я еще не освоился с новой магией, но мои знания все еще при мне. Так почему бы не устроить здесь ядовитое пекло, да такое, что даже демоны не смогут выжить! Меня снова потянуло на эксперименты! И как это я раньше не додумался объединять различные виды магии, создавая нечто особенное и уникальное? У меня в руках была огромная сила, а я неверно ей пользовался. Ну, ничего, теперь все изменится! Меня уже не остановить!

Сила струилась по моим жилам, бурлила и настойчиво требовала выхода, сам не осознавая, что делаю, я читал давно знакомые заклинания, но несколько иначе, чем раньше. Я соединял две разные силы, опасную кислоту и огонь — результат не заставил себя ждать — зеленое шипящее пламя окутало меня, ринулось прочь, прямо на моих врагов. Оно не просто обжигало и уничтожало все вокруг, не просто не оставляло после себя никаких следов, даже пела, его дым был смертельно ядовит — даже находиться рядом с моим огнем было опасно.

— Ха-ха-ха! — это был смех безумца, но в этом мире уже давно не осталось никого нормального. Мне нравилось собственное творение и ощущение того, как кровь закипает в жилах, бурлит. Смешение двух магий было болезненно, это разъедало меня изнутри, но вместе с тем доставляло неимоверное наслаждение.

Все смешалось, крики, чужие заклинание, треск и лязг металла, некроманты яростно отбивались от нас, но что они могут? Мертвых здесь нет! Их сила ничто! Я точно знал, что Акеро не сдадутся без боя, но ведь меня это тоже касалось! Веселье только начинается!

Я смутно соображал, что происходит, а из-за нагромождения глиняных воинов, не видел своих врагов. Но разве это имеет значение? Весь мир пылал в ядовитом зеленом пламени, которое даже пиромантам не усмирить. Горело все: земля, небо, растения, животные, люди! И все это по моей милости! Казалось, что мне по плечу спалить весь мир, уничтожить все живое! Совсем, как в старые добрые времена, когда я уничтожал врагов Арании. Что может быть проще, чем спалить Проклятые земли дотла, со всеми его обитателями и городами, стать властелином пустоши, новым богом, что построит мир по своему усмотрению! Весьма заманчиво!

В голове была лишь одна мысль: 'Сжечь дотла!'. В это мгновение, меня вполне можно было принять за слугу великого Огня! Сила струилась по моему телу, вырывалась наружу безудержным потоком и вот уже не контролирую магию, а она меня. Я окончательно обезумел и не желал возвращаться в нормальное состояние. С меня хватит благоразумия! Я устал цепляться за него, намного проще отпустить все и делать лишь то, что хочется, никому не подчиняясь, никого не слушая. Мое пламя все усиливалось, в нем горели даже чужие заклинания.

— Дзейрен! — рыкнул я не своим голосом. Это был уже не только я, частички души Стига сливались с моей сущностью. Уже невозможно было отличить, где мои желания и мысли, а где его. — Подними меня вверх! Живо!

Хочу видеть, как Акеро умирают, как корчатся в предсмертной агонии полной боли и отчаяния, такой острой и жгучей, что сама Тьма содрогнется от вида их мучений.

Летун даже не думал возражать. Я ощутил, как за мои плечи ухватились, а в следующее мгновение мы с Дзейреном взмыли ввысь. Было видно, что это нелегко дается малышу, его крылья с трудом удерживают двойной вес, но меня это мало волновало. Теперь я мог видеть, как окруженный глиняными воинами и зеленым огнем, Карей пытается защищаться, пятиться назад, но путь ему преграждают слуги Яинары. Мальчишке не уйти! Как бы он ни был силен, некромантия в этой ситуации не поможет! Его судьба умереть! Но не во имя Повелителя могил, а лишь потому, что я так решил!

Я громогласно хохотал, ощущая себя практически счастливым! А где же мой любимец Бран? Переведя взгляд в сторону, я увидел горящего, но все еще живого некроманта. Обугленная кожа сползала с его лица, обнажая куски плоти и костей — ему недолго осталось! Но все же, маг продолжал кричать свои заклинания, Брану даже удалось уничтожить парочку воинов, теперь валяющихся у него под ногами бесполезными черепками. Не велика потеря! У нас все еще достаточно солдат!

Сиплым голосом, я бормотал заклинание, что добьет этого самодовольного человека, одно имя которого пробуждает во мне ярость и гнев. Жаль, что Минори этого не видит. Сестра была бы рада увидеть, мучения своего отца, обрекшего её на мучения и одиночество. Стоило последнему звуку сорваться с моих губ, как земля под ногами некроманта стала превращаться в озеро кислоты.

Крики боли и проклятья Брана звучали для меня, как музыка. Я упивался видом и осознанием, что первой жертвой стал именно он. Вид тонущего в бурлящей кислоте некроманта, однозначно станет одним их самых ярких моих воспоминаний. Я буду вспоминать об этом мгновении, чтобы порадоваться себя!

— Я больше не могу! — пискнул летун, начиная неумолимо снижаться.

Рано! Мне еще мало! Взгляд метнулся в сторону, обратно к Карею — он был не один, Яинара добралась до него и теперь яростно рвала тело мальчишки, который должен был стать телом для ее изменника-мужа. Я был восхищен! Столько ярости и злобы, а ее лицо… Оно бесподобно! Казалось, что богиня испытывает наслаждение, на грани экстаза, упивается восторгом и болью своей жертвы. Ей не нужен был яд, чтобы уничтожить его! Мне не нужно было спрашивать, чтобы узнать, что ждет молодого и еще недавно перспективного некроманта дальше. Яинара поступит так, как и положено паучихе, поместит тело в крепкую паутину, а после закусит им. Прекрасная расплата за все! Мои ноги коснулись земли, а Дзейрен, тяжело дыша, рухнул рядом.

— Огонь! — заверещал летун, чувствуя, как ядовитое пламя подбирается к его полупрозрачным крыльям. Оно было словно живое хищное существо, набросившееся на добычу. Ему было все мало!

— Не бойся, он не тронет тебя, — высокомерно заявил я. Всего один щелочек пальцев, пара слов брошенных властным голосом, к которому я еще не привык и огонь начал исчезать, уходить прямо в землю. — Вот видишь, ничего страшного! Ха-ха-ха! Опасаться стоит только моим врагам! Ты к ним пока что не относишься, так что расслабься.

Довольно осматривая пожарище и нашу почти не тронутую армию, я не мог отделаться от ощущения, что что-то упустил. Вот только что? Все вокруг было мертво, лес со всеми растениями и животными уничтожен, а земля под ногами отравлена навсегда. Даже по воле богов здесь больше ничего не вырастет. Я создал опасную пустошь, ядовитые испарения которой будут вечно отравлять воздух над Проклятыми землями. Красота! Внезапно меня осенило — Лиадан нигде нет! Некромантка вместе с Сержом, словно сквозь землю провалились! Не осталось ни трупов, ни костей, ни следов! Она исчезла внезапно, будто точно знала, что я затеваю, и подготовилась в побегу.

— Серый пройдоха! — сквозь зубы процедил я. Мне стоило лучше приглядывать за этим котом. Вот только какую цель преследует Серж? Почему спас именно Лиадан, а не того же Карея? Я не понимал логику его действий.

— Оставь его, нам Серж не повредит, — раздался нежный голос Яинары. Естественно моя магия не тронула её. Белая паучиха была все так же прекрасна! Даже перепачканные кровью лицо и тело не портили чарующую картину. — Забудь о нем. Мы выбрались на поверхность, змеи позади, Акеро не получат твой город, а мой муженек не обретет новое тело. Пока что, этого вполне достаточно!

Нежные руки прикоснулись к моему лицу, и в следующий миг я оказался прижатым к груди Яинары. До чего же спокойно и хорошо! Эта женщина сводит меня с ума, к её ногам я брошу весь мир! Проклятые земли будут принадлежать именно ей и никому больше. Я с наслаждением обнимал паучиху, не хотел, чтобы это прекратилось.

— Я хочу показать тебе Рокус, но, боюсь, пока что не время. Я изменился, а алтарей Повелителя могил там слишком много…

— Не важно, однажды ты вернешь все, что у тебя отняли, ну, а пока навестим Сесила и Арлин, они станут нашими союзниками, укроют от врагов и позволят набраться сил. Нам есть кого ненавидеть, есть за что бороться… Я буду рада, если ты будешь стоять рядом со мной.

— Я всегда буду с тобой… Всегда…

* * *

Нам стоило, как можно скорее отправиться в путь, ведь Проклятые земли все еще опасны, а о возвращении Яинары скоро станет всем известно, и её сестре в том числе. Не сомневаюсь в том, что Великая паучиха придет в ярость, которую обрушит на весь мир, да и мне тогда будет весьма непросто скрыться. И все же, я решил немного задержаться, чтобы передохнуть, подумать и изучить останки.

— Не понимаю, — я осматривал то, что осталось от Карея. Это даже трупом назвать нельзя, хотя опытный некромант и эти ошметки сможет поднять и заставить служить себе.

— Что именно тебя беспокоит? — Яинара неспешно водила по длинным волосам гребнем, а её верные слуги-пауки создавали из локонов прическу, в которой сами становились украшением.

— Карей должен был стать аватаром Повелителя могил. Он был силен, прозорлив, достаточно спокоен, изучал некромантию и знал множество заклинаний и древних языков, так же, как и Минори его хорошо готовили, но в отличии от сестры, Карей закончил обучение и готов был смиренно исполнить свою роль. Достойный сосуд для бога мертвых.

— Именно поэтому, я убила его первым, — женщина хищно ухмыльнулась, облизывая кроваво-алые губы, словно все еще ощущала вкус плоти убитого мальчишки. — Жаль, конечно, но с другой стороны, Карей был всего лишь препятствием на моем пути. Пока что незначительным, через которое ничего не стоит переступить, но это вполне могло измениться. Учитывая опыт, предпочитаю продумывать все на несколько шагов вперед.

— Я не сожалею о нем, — я продолжал изучать останки молодого некроманта, сам не понимая, что же именно пытаюсь найти. — Но почему Сержа привлекла именно Лиадан? Логичней было бы спасти Карея, но Серый пройдоха решил иначе. Ты же и сама знаешь — этот кот никогда не делает просто так. Что-то здесь не так!

— Хм… возможно, ты прав, — Яинара слегка закусила нижнюю губу, но спустя пару мгновений она снова улыбалась, словно её и не тревожило ничего. — Давай пока не будем об этом размышлять, все равно ничего не изменить, так зачем терять время зря?

— Да, ты права, — я поднялся на ноги. Не могу отделаться от ощущения, что что-то упустил, позволил обвести себя вокруг пальца. Неужели для замыслов богов Лиадан была намного важней Карея? Но ведь у нее даже достаточного уровня силы и знания не было! И все же, мне стоило послушать Яинару и добраться до безопасного места. — Нам стоит отправляться в путь и как можно скорее.

— Наша армия давно готова, так что мы ждем лишь тебя, дорогой, — взгляд паучихи стал нежным, что грело мою душу. Как можно отказать такой женщине?!

— Тогда выдвигаемся, наш путь лежит на север, туда, где на побережье Великого океана, все еще расположена столица, принадлежащая Арлин и Огню, брату и сестре, которые решили изменить наш мир, перекроить его по своему усмотрении и избавиться от тех богов, что осмелятся пойти против них.

— Тебе бы летописи писать или книги, — тихо рассмеялась Яинара. — Ты очень красиво говоришь. Стиг так не умел и это лишний раз напоминает о том, что ты не он, а его душа практически не повлияла на тебя. Вот только это не значит, что ты можешь расслабиться. Шаманы сильны, так что ты еще можешь лишиться всего.

— Ты подсунула мне весьма опасное тело…

— Я предложила тебе новую силу, — возразила женщина. — В данном случае риск оправдан. Ты получишь все или ничего!

— Меня это вполне устраивает, — я аккуратно извлек из останков некроманта практически не поврежденное сердце. Оно может пригодиться в будущем: его можно использовать, как редкий ингредиент или попытаться изучить и понять, что же не так с этим магом. Попытаться призвать его душу и допросить. Убрав сердце в магический мешочек, я поднялся на ноги. — Я готов, можем выдвигаться.

— Великолепно, — улыбнулась богиня. Она слишком долго пробыла под землей, так что теперь наслаждалась свободой и открытым пространством, дневным светом и нежным ветром.

— Дзейрен, поднимись в небо, наблюдай за происходящим, если заметишь угрозу, дай знать, — приказал я. Все-таки хорошо, что я взял с собою летуна. От него много пользы, даже больше, чем я думал. Превосходный слуга!

— Я могу поохотиться?

— Естественно, и для нас что-нибудь раздобудь, — хмыкнул я.

Дальнейшее путешествие обещало быть быстрым, легким и безопасным. Нас сопровождает глиняная армия, которую не так просто уничтожить, как кажется на первый взгляд. Пищу будет добывать летун, чей вечный голос лучший мотиватор, нам с Яинарой оставалось лишь наслаждаться видами и милой беседой. Мне столько нужно узнать и понять, да и новое тело все еще не полностью под моим контролем.

* * *

Я не романтик и никогда им не был, но чем дольше живу, тем больше замечаю красоту в обыденных вещах. Проклятые земли суровое и серое место, где опасность может скрываться в любом месте, природа здесь серая и тусклая, она угасает вместе с остатками былого величия — рано или поздно эта участь постигнет весь мир. Любое яркое пятно несет в себе смертельную угрозу, а потому не стоит приближаться к тому, что насыщено цветом. И все же Проклятые земли были прекрасны, они зачаровывали своей серостью и суровостью, опасностью, яркими всплесками красок и света, что манят, но могут убить.

Сопровождая Яинару в ее путешествии, я наслаждался видами, размышлял о природе вещей и судьбе Проклятых земель. Им уже никогда не вернуть былую красоту, но в этом и нет необходимости. Это нечто новое, непознанное, интригующее вот только я не уверен, что в новом мире есть место людям. Хотя… Планам богов не обязательно исполняться, им вполне можно помешать. Вот только заниматься этим точно буду не я. Меня пока что все устраивает, да и собственная судьба заботит меня намного больше. Я больше не совершу ошибки, не стану думать о судьбе всего человечества. Жертвы это не по мне, и не важно, что они оправданы. Я пересмотрел свои жизненные позиции — давно стоило это сделать.

Лес вокруг нас менялся, становился более редким, деревья казались большими и поникшими, листва, трава под ногами, редкие цветы теряли свои краски. Теперь серость Проклятых земель выражалась не только в блеклых цветах, она становилась буквальной, словно кто-то забрал все краски и этого клочка леса. Теперь лишь наше глиняное войско, да мы сами были 'цветными'. Это был повод для волнения, ведь подобное не происходит само собой.

— Ты тоже чувствуешь это? — поинтересовалась Яинара, настороженно озираясь по сторонам.

— Да, и точно могу сказать, что раньше этот лес выглядел иначе, — я поднял взгляд. Увы, Дзейрена нигде не было видно, что говорило о том, что летун далеко от нас. Возможно, он решил осмотреться или отправился на охоту. Так или иначе, пока что нам не узнать, как далеко распространяется серый лес, лишенный красок.

Время шло, мы продвигались все дальше и дальше, но ничего не происходило. Никто не появлялся, на нас не нападали, не пытались оставить или напроситься в компанию, но и сам лес не менялся, он был все таким же невзрачным. Весьма напрягающая атмосфера, и если бы не наше сопровождение, я бы начал волноваться по-настоящему. Лес был лишен не только красок, но и звуков, запахов, он казался черновым наброском тоскливой картины, о которой позабыл художник. Подобные вещи не происходят сами собой, природа не способна создавать подобные незавершенные шедевры, а раз так, то можно с уверенностью сказать, что здесь замешана магия. Весь вопрос в том, насколько она опасна, и кто решил поиграть в этом лесу. Пока что мне было сложно разораться в этом вопросе, но однозначно, некоторые навыки шамана вполне могли мне послужить. Если верить легендам и Яинаре, они были едины с природой, остро ощущали её, как себя. Раньше мне было сложно понять это высказывание, но теперь все для меня стало понятно. Я ощущал себя частью этого мира, этого леса и это мне не нравилось. Лес не был мертв в полном смысле этого слово, но из него вытянули душу, саму его суть, оставив лишь пустую оболочку. Это касалось не только растений, но и животных, птиц и насекомых, даже местных пауков. На подобное способна лишь Тьма, великая и ужасающая. Интересно, она наш союзник, враг или предпочтет соблюдать нейтралитет?

Послышался звон бубенцов: легкий, игривый, задорный, так не вяжущийся со всем, что творится в Проклятых землях, он стремительно распространялся по лишенному других звуков лесу. Этот звук был единственным настоящим в этом лесу, лишь он ощущался, как настоящий и живой, манил к себе, стал для нас своеобразным маяком. Мы шли навстречу этому звуку, но и он приближался.

— Похоже, Черный шут решил лично забрать свою плату, — пробормотал я, не сомневаясь, что в скором времени увижу давнего знакомого, с которым нас многое связывает. Больше, чем хотелось бы.

— Черный шут?

— Верховный маг Тьмы, — пояснил я. — Не знаю, как было во времена твоего величия, но нынче адепты Тьмы весьма специфичны. Чем выше статус, тем больше странностей они могут себе позволить. Черный шут достиг в этом вопросе совершенства.

— Вот оно как? Что ж, буду рада с ним познакомиться, — ухмыльнулась паучиха. В её сапфировых глазах проскользнуло любопытство, смешанное с легкой толикой грусти.

— Не уверен, что знакомство будет приятным, но интересным — это точно. У нашего друга, весьма интересная судьба, и у него, и у его брата-близнеца. Когда-нибудь я обязательно расскажу тебе её, возможно, даже сегодня вечером, на очередном привале.

— Я всегда любила хорошие истории, они позволяют скоротать время и развлечься, — губы Яинары растянулись в улыбке, такой пленительной, что мое сердце замерло. — Учитывая твой талант и манеру говорить, твои истории должны быть весьма захватывающими.

Звон становился все громче, казалось, что он доносился отовсюду, словно, мы сами оказались внутри бубенца. Я не мог предугадать, откуда появится шут. Вот ведь…. Любит же он необычные появления! Все обставил, использовал мощное заклинание и это лишь для пущего эффекта! Ему стоило быть не магом, а стать хозяином театра и ставить представления! Он вполне мог стать знаменитым и даже легендарным на этом поприще.

А вот и он!

Черный шут все в том же нелепом черно-красном наряде с пышным жабо вокруг шеи неспешно приближался к нам вприпрыжку. Ему больше сотни лет — даже не верится, что в этом возрасте можно двигаться так бодро и задорно. Бубенцы- черепа на его шляпе и костюме озорно звенели при каждом его движении, а огромные тапочки с загнутыми концами, то и дело цеплялись за ветки, валяющиеся на земле. С момента нашей последней встречи маг не изменился — все то же морщинистое лицо с крючковатым носом и неестественно широкой, раздражающей улыбкой, все то же… Некоторые вещи не меняются никогда.

— Надо же, какой занятный, — хмыкнула Яинара. — Вот только огонь в его глазах уже затухает, я бы даже сказала, что он затухает и тлеет. Это пламя уже не возродится.

Я взглянул на Черного шута иначе, чем раньше. Теперь он был достаточно близко для того, чтобы я смог разглядеть, что в его малиновых глазах больше не горело пламя юности и азарта. Теперь это был всего лишь уставший от жизни кривляющийся старик. Безумец, впавший в старческий маразм! Начинаю догадываться, зачем ему понадобился яд белой паучихи.

— Райнер! Я так сильно ждал тебя, что не усидел на месте, решил лично встретить тебя и забрать плату за нашу помощь и гостеприимство, — раздался скрипучий голос, слившийся со звоном. До чего же мерзкое сочетание! Шут замер на месте и слегка склонил голову перед Яинарой. — А вот встретить вас я не ожидал. Весьма впечатлен и восхищен.

— Благодарю за приятные слова, — паучиха замерла на месте, не приближаясь к старику слишком быстро. — Я не буду мешать вашей беседе. Сделка есть сделка, её условия нужно соблюсти.

— Благодарю за понимание, госпожа, — маг снова обратил свой взор на меня. — Как всегда, играешь в опасные игры?

— Это происходить само собой, я здесь ни причем, — спокойно ответил я и сам понимая, что это так. Всю свою жизнь, мне приходилось то, что не следовало, иногда это приводило к неприятным последствиям.

— Судьба…

— Да, так и есть, — подтвердил я, доставая бутылек с ядовитым молоком Белой паучихи. — Но ты ведь здесь, не для того, чтобы обсуждать мою незавидную долю.

— Да, я здесь для другого, — подтвердил маг, его взгляд был полон безумия и счастья, он чуть ли не плакал от того, что получил то, что так сильно жаждал получить. — Когда мы встретимся вновь… Если это произойдет, мы будем врагами. Это не моя воля…

— Но это неизбежно.

— Так и есть. Я преданный слуга Тьмы, её первый адепт, которого госпожа не желает отпускать. Я устал от жизни, от магии и интриг, от необходимости принимать решения и собственной дряхлости. Мне самое время уйти на покой, вслед за братом… Не хочу докатиться до того же безумия, что и он, но если буду существовать и дальше, это произойдет. Я должен уйти, лишь это избавит меня от власти моей богини, и, увы, отдаст Повелителю могил…

— Или Волку, это уже как повезет, — добавил я, вспоминая, что у бога мертвых появился конкурент. Точнее вернулся из небытия веков. Надо бы рассказать об этом Яинаре, готов спорить, что ей будет это интересно, ничуть не меньше других моих историй.

— Да, как повезет… В любом случае будь готов, — Шут откупорил бутылочку. Он не собирался медлить или ждать. — Этот яд прервет мою жизнь, и даже Тьма не сможет ничего изменить. Не будем тянуть время… Здесь и сейчас, в этом сером и блеклом мире, будучи главным персонажем, я умру… Так как задумал давно, как мечтал долгие годы.

Все оказалось до смешного просто, настолько, что я даже не подумал об этой возможности. Тьма ничего не планировала, не намеревалась уничтожить одного из богов, просто её слуга решил умереть. Мне понятно это желание, иногда я и сам хочу исчезнуть. Вот только я не желаю умирать так, как того хотят другие! Так же, как и Черный шут, я сам выберу время, место и способ — этого у меня никто не отнимет. Забавно, мы не были хорошо знакомы, но я сожалел об этой смерти. Больше адепты Тьмы не будут такими интересными и занятными, скорее уж станут мрачными и холодными, как некроманты, лишаться своего шика. Прискорбно, но неизбежно…

Черный шут умер, без объяснений, жалоб или пространных воспоминаний о былом, он ни о чем не сожалел, никого ни в чем не винил, не искал понимания. Маг решил умереть и сделал это тихо и просто. Должен признать, что его труп самое яркой пятно в этом сером лесу. Все так, как он того и хотел…

Мы продолжили наш путь уже спокойно, разве что на душе была легкая грусть от того, что еще один человек, которого я знал, исчез из этого мира. Мы с Черным шутом не были друзьями, нас даже хорошими знакомыми было сложно назвать и все же, я уважал этого мага, ценил его необычность, смелость, безупречный стиль, яркие ощущения, которые всегда появлялись от его появления. Верховный адепт Тьмы был странным, запоминающимся, пугающим, мне будет не хватать его. Больше всего в моей чрезмерно долгой жизни меня напрягало именно то, что все вокруг умирают, а я словно добровольно лишаю себя этой возможности. Но даже сейчас сожалея о собственном существовании, я не хотел… не мог умереть. Мне хотелось прожить еще одну жизнь, на этот раз последнюю.

Серый лес закончился, в мире вновь начали появляться краски и звуки — природа оживала: зеленела, цвела и благоухала. Но я-то знал, что не стоит расслабляться и поддаваться ощущению спокойствия и умиротворения — мы все еще в Проклятых землях, здесь все еще полно тварей созданных Арлин и магами, да и сами слуги богов, как старых, так и новых опасны. Любое растение здесь может оказаться хищником, любой милый зверек — беспощадным хищником. Все не то, чем кажется, все смертельно опасно. Я подмечал разные мелочи — мелькающие в кронах деревьев тени, чьи-то глаза, виднеющиеся в траве, припорошенные листвой кости, слышал неприятные звуки и дыхание самого леса, полного голодных тварей. Лишь глиняная армия в данный момент гарантировала нам безопасность, лишь она позволяла спокойно идти вперед, к нашей цели. Яинара правильно поступила, когда решила забрать этих воинов себе — мудрая женщина, она все предусмотрела и это не удивительно, ведь у нее было много времени на размышления и планы… целая вечность одиночества.

Дзейрен вернулся с охоты, как только мы ступили на зеленую часть леса, хотя, как по мне, так летун просто не хотел находиться среди бесцветных деревьев, в месте лишенном любых проявлений жизни, а потому сбежал. Я понимал его трусливую натуру, не винил и не упрекал, ведь трусость это не порок, именно она помогает выжить. Я и сам труслив, так считали некоторые люди, которым довелось со мной общаться. Вот только за трусость они принимали банальное благоразумие, помноженное на маленькую толику эгоизма. К тому же, малыш мне не раб и не слуга, он сопровождает нас добровольно, так что может в любой момент уйти. Весьма благородно с моей стороны, можно даже сказать, что великодушно.

Мы продолжали наше неспешное утомительное путешествие, с каждым днем мы были все ближе к столице, а я все лучше контролировал новое тело. Вот только мне никак не удавалось избавиться от ощущения, что Стиг пытается вернуться в мир живых, воспользоваться моим телом. Он делал это незаметно, осторожно, не привлекая к себе внимания, ничто не говорило о его присутствии, но я точно знал, что его частичка все еще существует, все еще хочет жить.

— Давайте сделаем привал, — Яинара грациозно потянулась. После того, как мы избавились от некромантов, она предпочла продолжить путь в своем истинном обличии, что несказанно радовало меня.

— Как скажешь, это вполне неплохое место, — ответил я, внимательно озираясь по сторонам, убеждаясь в том, что мои слова правдивы. — Дзейрен, что скажешь?

Я доверял чутью летуна даже больше, чем своему собственному — он остро ощущал любую угрозу и стремился избежать опасностей. Временами мне даже начинало казаться, что это особый вид магии, дарованный этому существу самой природой, решившей вновь взять в свои руки чудо созидания.

— Здесь тихо… Пока что, так что можно обустроить лагерь, главное, чтобы наши воины стали для нас стеной…

— Не бойся, малыш, — с материнской нежностью в голосе произнесла Белая паучиха. — Они никуда не уйдут, так что опасаться не стоит.

Эти двое явно нашли друг друга, хотя, если учитывать тот факт, что богиня лишилась собственного ребенка, это неудивительно.

— Значит, решено, устраиваем привал здесь, — скоро мы прибудем на место. Осталось совсем немного, и мы окажемся в безопасности, на территории, куда ни Повелитель могил, ни Яинара не сунутся без армии. Это и обнадеживало, и пугало одновременно.

* * *

Ночь. В костре озорно потрескивает огонь, не желающий затухать. Все спят. Глиняное войско застыло, превратившись в неприступную стену, защищающую нас. Все-таки у нашего сопровождения невероятно много плюсов и способов применения — Зря Повелитель могил отказался от них. Не так уж хрупка эта армия, окрепшая за долгие века. Факт, что ошибаются не только люди, но и боги — радует и обнадеживает, по крайней мере, меня.

Сон никак не шел ко мне — я сидел, думал, строил планы, вспоминал. Не уверен, что все эти мысли и воспоминания мои, да и не хотелось тратить на это время, меня больше интересовали новые возможности, магия шаманов, ставшая для меня доступной. Раньше я даже мечтать о подобном, не смел, но благодаря Яинаре, я не только избежал печальной участи, но и сорвал куш. Как только доберемся до дворца Арлин и убедимся в том, что нам рады, сразу же примусь за изучения новых возможностей, а потом и до летуна дело дойдет. К тому времени паучиха наиграется с ним и найдет себе новую забаву, так что мешать мне не станет.

Столько планов, что, кажется, будто на их исполнение не хватит жизни.

Столько мыслей, что невозможно сосредоточится только на одной.

Столько воспоминаний, что реальность настоящего начинает терять смысл.

Столько сожалений, что хочется забыться и сказать, что ничего этого не было.

Мне трудно было осознать, кем я стал и кем был, к чему иду, но разве это важно? Отяжелевшие веки закрывались: медленно, нехотя, я даже ощущал неприятную резь в глазах, а тело становилось легким и невесомым, создавалось впечатление парения. Обычным это состояние не назовешь, но я не нервничал и не боялся, у меня достаточно сил для того, чтобы справиться с любой угрозой, даже с этой…

Я осознавал, что происходит и к чему это приведет.

Я был готов сразиться.

Я ждал этого момента с тех самых пор, как оказался в новом, привлекательном и полном сил теле.

Глава 8. Больше ничего не будет, как раньше

Вокруг лишь непроглядная тьма и пустота — нет ни звуков, ни запахов, ни ощущений. И посреди этого ничего был я! Будь я более молод и неопытен, то непременно бы проникся атмосферой и даже испугался. Будь я кем-нибудь иным, так и было бы…

— Выходи! Не стоит прятаться, сразимся и решим раз и навсегда, кому принадлежит это тело и сила.

— Неужели тебе настолько сильно не терпится исчезнуть? — от тихого шелестящего голоса становилось не по себе.

— Если тебе хочется, можешь считать так, — я демонстративно зевнул. Меня подобным не пронять, я способен быстро взять себя в руки, и держаться с подобающим моему статусу и положению достоинством. — В любом случае, нам придется все решить здесь и сейчас. Лишь поединок выявит того, кто останется существовать, а кто отправиться в забвение. Ты или я, вместе нам не суждено жить, да и в одном теле, может существовать лишь одна душа.

— Мы оба знаем, что это не так.

— Да, не так, но я не собираюсь делить эту бренную оболочку с кем бы то ни было.

— Я тоже, — прямо передо мной появился Стиг, в чью статую переселилась моя душа.

— Она не просто так привела тебя в хранилище, не случайно показала мою статую. Яинара будет рада моему возвращению.

— Да, она будет рада, — согласно кивнул я. — Но и моей победе она тоже обрадуется. Все получит лишь победитель, тот, кто сможет уцелеть и уничтожить противника. Этим кем-то буду я!

Мы были, словно близнецы: одно тело, одно лицо, одинаковый взгляд. Смотря друг на друга, мы понимали, что одному из нас настало время исчезнуть. Все решил поединок между магом и шаманом. Вот только силы у нас были тоже одинаковыми, как я перенял возможности Стига, так и он перенял мои. Мне было сложно отделаться от ощущения, что я рвусь в бой с сам с собой. В какое-то мгновение, я даже переставал осознавать, где я, а где шаман. Казалось, я смотрел на все происходящее со стороны, словно в пустоте было две фигурки, которыми мне предстояло играть. Занятное ощущение.

— Приступим? — Стиг ухмыльнулся.

— Приступим. Останется только один, — согласился я.

Тьма вокруг нас треснула, разбилась на множество осколков и рухнула к нашим ногам. Мир наполнился голосами, криками, запахами, и ощущениям, словно сама жизнь внезапно ворвалась в наш мирок. Так волнительно! Сердце колотилось, как безумное, я испытывал дикий восторг и мой противник тоже. Я видел, как сверкают его глаза, как растягиваются в безумной улыбке губы. Вне всяких сомнений, в это самое мгновение, я выглядел точно так же! Поединок с самим собой самый трудный, волнующий и яркий! Лишь я могу быть для себя достойным противником, лишь себя мне стоит бояться!

Ядовитое зеленое пламя устремилось к Стигу, оно сметало все на своем пути, разъедало саму ткани бытия нашего общего подсознания. Горело и пылало все, но не шаман! Он смеялся мне в лицо, ведь огонь не трогал его, напротив, с жалобным шипением отбегал.

Немыслимо!

Новое заклинание сорвалось с моих губ, устремилась к моему абсолютно спокойному противнику, что просто стоял, позволяя мне нападать. На этот раз на Стига обрушился поток кислоты, способной разъедать само пространство. Сильное средство, эта магия ужасающа, болезненна и пугающа, она внушала трепет и ужас всем, кто её просто видел! И снова ничего! Кислота разъедала его плоть, но та моментально восстанавливалась.

Я не понимал, что мне делать дальше, а моя уверенность в очередной победе пошатнулась. Мои заклинания бесполезны! Как такое возможно! Почему эта битва идет не так, как я планировал! Не так, как было при прошлых переселениях в чужие тела!

— И это все на что способны маги? Вам никогда не постигнуть сущность магии, ей природную мощь! — на меня обрушился поток ветра такой силы, что я отлете в сторону. Клинки ветра были острыми, тонкими, они рвали мою одежду в клочья, оставляли на теле кровоточащие раны. Ветер, сопровождающийся хохотом Стига, хлестал меня, оставляя все больше ран на моем теле. На первый взгляд это были лишь незначительные царапины, но каждая из них причиняла боль, кровоточила и жгла. Я был не в силах пошевелиться или произнести хоть бы одно слово заклинания. Вот это мощь! Неужели мне подвластно это?!

Ветер стал нагреваться, теперь он не просто резал, но и жег мое тело, опаляя кожу, заставляя одежду тлеть. Еще никогда я не бывал в таком незавидном положении! Меня избивали словно жалкого слабака, лишенного магии! Но это же ни я! Гнев в моей душе возрастал, поглощал мою душу, становился самой моей сутью. Я не проиграю эту битву за тело! Даже самому себе!

— Тебе давно пора сдохнуть, Стиг! Время шаманов ушло! — зарычал я, с трудом создавая барьер. Он долго не продержится, но этого вполне хватит для того, чтобы прийти в себя и переломить ход битвы. Я не сдамся, не позволю осколку прошлого вернуться в настоящее и занять мое место. Мы сражались не только за тело, не просто за могущество и силу, но и за благосклонность Белой паучихи, за её благосклонный взгляд и улыбку. Я не могу проиграть! Губы беззвучно шевелились, читая заклинание, одно из самых мощных, что было мне известно, то, что я еще никогда не применял. Оно даже меня ужасало, ведь могло поглотить не только моих врагов, но и меня самого.

— Ха-ха-ха! Это называется агония, Райнер! Твоя агония прекрасна!

Стиг с невероятной легкостью разрушил мой щит, моментально перемещаясь мне за спину. Быстр! Слишком быстр! Не понимаю, откуда в нем это! Мы абсолютно одинаковые, но знания делают нас разными! Я подчиню себе эту мощь! Мысли в голове лихорадочно метались из стороны в сторону, а губы продолжали шептать заклинание. Нельзя отвлекаться или сбиться, я должен закончить его несмотря ни на что! Магия струилась по моему телу, открывая все новые родники, я с ужасом осознал, что мое заклинание открывает все источники силы — если мне не удастся сдержать эту силу, она уничтожит все!

Земля под ногами пошла трещинами, затряслась и начала проваливаться, прямо в пылающую бездну, полную огня. Я падал навстречу объятиям самой смерти, но все равно продолжал читать заклинание. До чего же оно долгое и трудное! Пока закончишь его, уже сотню раз будешь убит! Но иного пути я не видел! Стиг силен, его магия сама природа с ее безудержной силой! Понимаю богов, решивших избавиться от подобной мощи, к которой они не имеют никакого отношения!

— Ты сдохнешь, растворишься во мне, — смеялся мне в лицо шаман, пока я продолжал падать в бездну. — Настало мне время вернуться и получить свою награду за преданность Белой Паучихе! Ты никто! Она изначально хотел вернуть меня!

Я продолжал бормотать заклинание, ощущая, как магия разрывает меня на части, переполняет и вырывается наружу. Я сам превращался в безудержный поток энергии, саму магию! Последнее слово слетело с моих губ и разрушительное заклинание высвободилось, заполнило все вокруг, уничтожало вир внутри меня, выжигало душу и мою, и Стига! Ужасающее заклинание было способно уничтожить даже того, кто его сотворил. Любая ошибка будет стоит мне жизни! Возможно, мне не стоило его использовать, но ничего иного мне в голову не пришло. Когда мои сильнейшие заклинания не возымели никакого действия, я почти впал в отчаяние, осознал, что могу проиграть… исчезнуть… Мной руководи страх и вот теперь, я либо выиграю, либо победителя не будет вовсе!

* * *

— Райнер…

Приятный женский голос звал меня к себе, именно он не позволял мне кануть в небытие, служа своеобразным якорем.

— Райнер, — голос стал более требовательным и жестким, в нем слышались нотки недовольства.

Мне хотелось отреагировать на эти слова, произнести хоть словно, издать звук, просто застонать, но я не мог. Собственное тело не слушалось меня, а сознание то и дело пыталось раствориться в небытие. Я помнил, как сражался со Стигом за право быть хозяином этого тела, помнил и то, как использовал запретное заклинание небывалой мощи. Заклинание сопоставимое по своей мощи с силой богов, настолько ужасающе, что до этого момента я не решался его применить. Мне удалось найти его недавно, оно было в одной из тех книг, что десять лет назад я прихватил с собой, когда мы покидали столицу. Оно было тщательно зашифровано, так что мне пришлось с ним повозиться — итог того стоил. Вот только не уверен, что решусь снова использовать эту магию. Для меня это слишком…

— Райнер!!! — теперь голос Яинары звенел от недовольства, но помимо этого я ощущал в нем волнение. Волнение за меня, а не за Стига, ведь называл она мое имя, а не этого шамана. — Райнер, открой глаза.

Я ощутил, как к моим губам прикоснулось что-то нежно, приятное, будоражащее мое воображение, а затем появился вкус. Это был яд белой паучихи, убивающий всех, кто неугоден богине. Для меня же он стал наркотиком, дарующим силы. Я жадно сосал белоснежное молоко, хотел все больше и больше, этим опасным лакомством невозможно насытится.

— Ну все, хватит, — Яинара отстранилась от меня.

В тот самый момент, когда бесподобный на вкус яд перестал поступать ко мне в рот, я распахнул глаза, приходя в себя.

— Ты победил, — ухмыльнулась паучиха, заинтересованно смотря на меня. — Я рада, что это все же ты. Так будет намного интересней.

— Не сомневаюсь в этом, — мне с трудом удалось принять сидячее положение. Теперь я полноправный хозяин этого тело, а от души моего соперника остались лишь жалкие клочки. Полная и безоговорочная победа! — Но, думаю, ты и Стигу была бы рада.

— Меня устроил бы любой исход, — не стала отпираться и врать Яинара. В этом было ее преимущество перед Аранией. По крайней мере, для меня.

— Но победил ты, так что в награду ты получишь магию шаманов. Она уникальна для нынешних магов, даже для тебя, так что придется постараться, чтобы овладеть ею.

— Меня всегда интересовало все новое и необычное, так что и с этим справлюсь, — самодовольно заявил я.

— Посмотрим, Райнер. Посмотрим, — благосклонно ответила женщина. — Ну, а теперь нам пора. Мы потеряли достаточно много времени, его стоит наверстать, добраться до безопасного места, пока слуги моей сестры и мужа не добрались до нас.

— Сколько я был без сознания?

— Три дня, — сухо ответила Яинара. — Увы, твое тело было непригодно к транспортировке, так что нам пришлось задержаться в этом лагере. Хорошо еще, что наша глиняная армия неплохо справляется с нашей защитой. Лес полон монстров, порождений богов и людей… Я вижу начала конца старого мира, я вижу начало становления нового. Мы станем свидетелями великих событий, Райнер.

— Я до них не доживу. Это мое последнее тело, последняя жизнь. Сколько мне отведено, известно лишь судьбе, а после…

— После ты отправишься в услужение Повелителю могил, — скривилась богиня.

— Если от меня что-то останется, — увидев смерть Черного шута, я понял, что тоже могу выбирать, как и где это будет. Когда придет мое время, я сам растворю свое тело в кислоте. После смерти я обрету венный покой, и даже Повелитель мертвых не сможет это изменить. — Нам стоит выдвигаться в путь.

— Согласна, к тому же, на границе нас уже ждут.

— И кто же? — оглядевшись, я понял, что нигде не вижу летуна. Ну и где его носит? Неужели снова проголодался и отправился на охоту?

— Слуги Арании, — улыбнулась паучиха. — Я отправила Дзейрена в столицу с посланием, попросила встретить нас и сопроводить с почестями до города.

— И ты уверена, что Поглотительница выполнит твою просьбу?

— Поглотительница? — Яинара неодобрительно шикнула на меня. — Не стоит так отзываться о молодой, красивой и полной сил женщине, о богине, любовь которой растоптали, о той, что жаждет мести. Арлин! Её имя Арлин! Она богиня земли и моя подруга…

— Она не вступилась за тебя, — мне была непонятно поведение паучихи и её уверенность в том, что мы обретем союзника, что нас с нетерпением ждут. Как по мне, так стоит бежать с этого континента, отправиться в неизведанные земли вслед за Александром и Минори.

— Она не могла, — брови Яинары сошлись на переносице, а взгляд затуманился. — То были непростые времена, — паучихе было тяжело говорить, чувствовалось, что каждое слово дается ей с трудом. Арлин не могла поддержать меня, как и её брат. Тогда у них своих проблем было предостаточно, ведь в богине земли уже пробудился неутолимый голод, а её культ стал настолько велик, что это обеспокоило других богов. Меня не просто так предали, не случайно заточили в подземный храм. Боги боялись…

— Того, что твоим ядом может воспользоваться Поглоти… Арлин?

— Да, этого, — печально подтвердила богиня. У нее было предостаточно времени для того, чтобы все обдумать и понять, так что в своих выводах женщина не сомневалась. — Все было не в нашу пользу. Но теперь все это изменится и справедливость восторжествует. Это не месть! Это лишь борьба за выживание! Мы с Арлин обе потеряли нечто важное, она любимого мужа, я… Нет, ни мужа, предавшего меня, не сестру… Я потеряла своего ребенка. Это нельзя оставлять, как без наказанным… Это не месть, это восстановление справедливости! Другие боги не оставят нас в покое, ведь видят в самом нашем существовании угрозу. Они боятся нас и как следствие, попытаются уничтожить.

— Так значит, Арлин поможет? — я все еще сомневался, но выбора у нас не было. Нам некуда было идти, кроме как в столицу. Разве что попытаться разыскать Трайс, но это уже совсем невозможно.

— Мы союзники и она нуждается в моем яде, так что не сомневайся, в лице моей давней подруги мы обретем союзника!

— Что ж, тогда нам стоит поторопиться, — не то, чтобы я был согласен с тем, что сказала Яинара, но выбора то у нас не было. Пойти в столицу было в данный момент единственным благоразумным решением.

Наше путешествие заняло всего неделю, может чуть больше, последнее время мне тяжело ориентироваться в этом вопросе. Но дело вовсе не в том, что уставший разум подводит меня, скорее уж странной лени и нежелании что-то делать, обрушившиеся на меня. Мне был нужен отдых, самый настоящий, праздный и бесполезный, когда можно лежать в кровати и тупо смотреть в потолок, вкушать деликатесы и пить вино, слушать музыку и делать вид, что никакие заботы мира тебя не касаются. Когда последний раз мне выпадала такая возможность? Уже и не вспомнить, кажется, это было в моей первой жизни, с моим первым телом, а потом служение Арании поглотило меня, и я все время был чем-то занят, куда-то стремился, строил планы…

Глупо…

— Вот мы и на месте, — мне даже стало немного грустно от того, что наше странствие подошло к концу, а мы достигли первой нашей цели.

— Да, и как я говорила, нас встречают, причем не просто послы, а сама хозяйка, Арлин! — паучиха довольно улыбалась, от чего создавалось ощущение, что они с королевой самые настоящие подруги. Вот только я понимал, что их дружба основывается на взаимной выгоде. Может быть, так и должно быть? — Иного я и не ожидала. Пусть долгие тысячелетия, я томилась в заточении, но есть те, кто помнит меня.

— В основном это боги.

— Этого достаточно, — усмехнулась богиня. — Жизни людей скоротечны, а их разум и память не способны адекватно воспринимать события прошлых лет. Вы всего лишь фигуры в нашей игре, вас направляют, куда нужно, вы думаете то, что вам нашептывают боги. Нет. Память людей ничего не стоит, чего не скажешь о памяти тех, кто вечен.

— Возможно, ты права, но боги ничто без людей, в нас ваша сила, — ответил я, не сводя взгляда с приближающейся к нам королевы, что обрела новое тело. Такой я её еще не видел, но эта зеленоглазая блондинка с гордым взглядом — точно Арлин. Именно взгляд выдавал в ней Поглотительницу, ведь сколько не меняй тело, смотреть на мир ты всегда будешь одинаково. По себе это знаю. К тому же женщина не изменила своему вкусу, так что одевалась она так, как и подобает венценосной особе: пышное шелковое платье, глубокого вишневого цвета было расшито золотом и драгоценными каменьями, волосы собраны в замысловатую прическу, над которой, готов спорить, трудились ни один час. Богиня всячески подчеркивала, что она королева и это никогда не изменится. Как по мне, это блажь, но многие сочтут это выражением преданности и любви убитому мужу. Любовь? Не думаю, что она существует, но какие-то чувства Арлин вне всяких сомнений испытывала к своему королю, она не просто использовала его в своих целях, хотя изначально вполне могло быть именно так.

Я стоял чуть позади Яинары, наблюдая за происходящим со стороны, ощущая себя не более чем стражем, сопровождающим, не имеющим права вмешиваться. Мне нравилось наблюдать, оставаться в тени, так и должен вести себя паук — в нашей природе прятаться, таится, никому не демонстрировать свою силу и намерения, осторожно плетя паутину и подбираясь все ближе к жертве. Мое место именно в стороне, по крайней мере, так должны думать все остальные.

— Яинара! — Арлин заключила паучиху в объятия. В это мгновение, я готов был даже поверить в её искренность. — Как же я рада, что ты выбралась из заточения. Если бы я только знала, где этот храм, куда тебя упрятали твой муженек и сестрица, то давно бы сама вытащила тебя.

— Не сомневаюсь в этом, — паучиха слегка отстранилась, заглядывая прямо в гипнотизирующие зеленые глаза. — Это избавило бы тебя от многих бед и проблем.

— Да, ты права, — не стала отпираться королева. Зачем? Они и так все друг про друга знают. — В этом мы всегда были похожи — мы обе прагматичны и расчетливы. Это ли не истинная дружба? Ты точно знаешь, когда я на твоей стороне, а когда предам, то же самое можно сказать обо мне. Мы знаем, что ждать друг от друга и не опираемся на глупые чувства… Больше не опираемся, больше не верим…

— Я верила лишь сестре и мужу, лишь на их счет заблуждалась, — поморщилась Яинара. Она все еще страдала от предательства… Не уверен в том, что она вообще сможет это когда-нибудь пережить и забыть, скорее уж предательство засядет занозой в её душе. — Но давай не будем о прошлом.

— Хорошо, не будем, ведь впереди у нас полно более насущных проблем. Война разгорится с новой силой и уже никто не останется в стороне! — еще мгновение теплые зеленые глаза, словно покрылись ледяной корочкой. — Мы сокрушим этот мир до основания. Такова его судьба…

— Я бы сказала, что это участь богов, а не мира, — рассмеялась паучиха.

— Это одно и то же.

— Обсудим это позже, — Яинара устало вздохнула. Только сейчас мне на ум пришло, что ей непросто далось это путешествие. — Я рассчитываю на твое гостеприимство… Да и Сесила хотелось бы увидеть, все эти тысячи лет, что я провела во мраке и отчаянии мне не хватало его мудрости.

— Он не всегда принимал мудрые решения, — погрустнела Арлин, вспоминая о том, что отец не вступился за нее, позволил изгнать. Было ли это предательством? Наверное, нет, ведь в итоге её не заперли и не попытались уничтожить, да и сам отец осознал свою ошибку. От Повелителя могил и Арании подобного ожидать, глупо и наивно.

— И все же, он мудрее многих, а его истории всегда успокаивали меня.

— Что ж, тогда тебе будет, чем заняться долгими вечерами, — королева снова улыбалась, вспоминая о том, что она хозяйка этих земель. — У него поднакопилось историй. Одни печальные, другие веселые, но каждая из них произошла в реальности. Сесил слеп, но видит многое, как бы парадоксально это ни звучало. — Арлин перевела свой взор на меня. Как же хорошо, что она больше не похожа на Минори, что у нее другое тело. Теперь мне намного легче воспринимать её, ведь больше в ней я не вижу отражение сестры. — Райнер, не ожидала, что наши пути пересекутся при таких обстоятельствах. Думала, ты так и останешься верным рабом Арании. Александр был бы рад этому… Жаль только, что он уже далеко отсюда и никогда не вернется.

— Для него это благо, — ответил я. Брат не осуждает меня за то, как мне пришлось поступить, ведь в отличии от большинства ныне существующих, он умел понимать, что никто не обязан мыслить, как он и действовать лишь в его интересах. Мне не хватает этого убийцы… Странно, я не думал, что привязался к нему так сильно.

— Да, благо, ведь лишь так у него есть шанс выжить. Что ж, давайте не будем тратить время на разговоры, этим можно заняться позже в более подходящем и удобном месте. Так что идемте, столица Проклятых земель ждет вас! Она станет для вас домом и крепостью, местом, откуда начнется наша победа, наш триумф!

* * *

Я снова в столице Проклятых земель. Вот уж не думал, что вновь окажусь в этом сером пылающем городе. Похоже, в ближайшее время именно это место станет моим домом, возможно, даже последним пристанищем. Занятные мысли все чаще посещают мою голову, особенно если учесть, что я не желаю здесь оставаться. С тех пор, как мы оказались во дворце, я никак не мог найти умиротворение. Яинара постоянно пропадала со Арлин, они вспоминали о былом, обсуждали планы на будущее, я был не нужен им. Дзейрен пропадал в поисках пищи, изучал новый открытый мир, который стал ему доступен, он что-то искал, по крайней мере, мне так казалось. У меня не было возможности поймать летуна и провести свои эксперименты, попытаться понять, что же он такое. Мне не было места в столице, среди пиромантов и служителей великой и ужасной богини земли. Я без дела слонялся по дворцу, время от времени наведываясь в библиотеку, где хранились редкие книги по магии. Там даже для меня все еще было много интересного и до сих пор не познанного. Единственное место, где я ощущал себя спокойно и даже уютно это магическая лаборатория, где я мог вновь начать свои эксперименты, исследуя свои новые возможности. И все же, мне было скучно в королевском дворце, я понимал, что это место не для меня.

Сегодня был очередной серый день в веренице таких же, ничто не предвещало чего-то нового или необычного. Если так продолжится дальше, я зачахну, но не только безделье и скука раздражали и портили настроение, но и тот факт, что Яинара игнорировала меня. С тех пор, как мы ступили на территорию Арлин, я стал не нужен Белой паучихе. Она ничего мне не обещала, но мне все равно казалось, что я предан. Женщины! Не стоит ждать от них преданности, не стоит думать, что мы, мужчины, способны их понять! Размышляя об этом, я выбрался в небольшой сад, расположенный прямо под окнами моей лаборатории. Причем для выхода я воспользовался вовсе не дверью. Александру бы понравилось, это точно.

Я неспешно прогуливался по саду, любуясь редкими растениями, каждое из которых могло послужить для приготовления зелья или быть использовано в магии. Для меня это весьма удачно, ведь нет необходимости отправляться на болота или в леса за нужными ингредиентами, но с другой стороны, когда все под рукой становится скучно. Такое ощущение, что я сам себя запер в четырех стенах, добровольно сделался пленником дворца.

— Я чувствую смятение в твоей душе, Райнер.

Этот голос был мне знаком, хотя я и не ожидал услышать его в этом маленьком саду. Медленно повернув голову в сторону, я увидел Сесила. Бог-кузнец спокойно сидел под одним из деревьев, то и дело, проводя рукой по мягкой зеленой траве. Было странно видеть его здесь, ведь мужчина был слеп и не мог видеть красоты вокруг. Зато с другой стороны ему было доступно другое: запахи, ощущения, интуиция, у него были воспоминания о мире, который он когда-то видел.

— Сесил, что ты здесь делаешь? — я подошел к кузнецу и присел рядом с ним. Этот бог мудр, он всегда знает, что сказать, как ненавязчиво подтолкнуть к нужному решению. Рядом с ним, всегда ощущалось умиротворение. Сесил натворил много ошибок, никогда не был идеальным, но именно опыт прошлого подарил ему мудрость.

— Отдыхаю, — губы кузнеца тронула легкая улыбка, вот только в ней не было радости, скорее уж обреченность и вселенская усталость. — Последнее время мне больше нечем заняться. Я бог-кузнец, мне престало работать молотом и трудиться в поте лица. Мне нужен жар кузницы, звон металла, ощущение усталости и боли в мышцах. Металл упрям, но я способен его укротить. Я способен выковать любой меч, создать изящное украшение. Здесь все это ни к чему. У меня есть кузница, но никто не придет за моим оружием, никто не попросит выковать даже жалкую иголку, что будет острее всего в мире. Там, в лесу, я был намного счастливей.

— Тогда почему не уйдешь?

— Ты спрашиваешь меня или себя, Райнер? — усмехнулся Сесил. За все время нашего разговора он не пошевелился, а выражение его лица практически не менялось.

— Наверное, у себя, — ответил я. — Мы с тобой в одинаковом положении. Она пришли сюда вслед за женщинами: ты — за дочерью, я — за Яинарой, но мы не нужны им. Точнее нужны, но не так, как нам хотелось бы. Мы вынуждены ждать часа, когда понадобимся им. Мы пленники не этого дворца, а собственной неспособности уйти.

— Говори за себя, — покачал головой кузнец. — Я уже принял решение, так что в скором времени мы с Лилиан вернемся в наш лесной дом, где время от времени будут появляться люди, нуждающиеся в моем мастерстве. Я дам им оружие, чтобы противостоять воле богов и магов, я подарю им шанс… или же просто буду создавать то, что облегчит их быт. Главное, что я не останусь без дела, а мои ладони вновь покроются кровавыми мозолями. Мой труд не будет напрасным. Кто знает, быть может, однажды ко мне забредет такой же замечательный покупатель, как твой брат.

Я не знал, что ответить на это. Слова слепого кузнеца что-то всколыхнули во мне. Я хотел служить Белой паучихе, но не желал быть просто пешкой. Мне было скучно в этом месте, здесь негде развернуться! Уж лучше поступить, как Сесил, найти укромное местечко, где я смогу заняться магическими изысканиями, место, где я буду ждать своего часа, где от меня будет польза, хотя бы мне самому. Пусть Яинара сама придет ко мне, когда будет готова, но это уже будет на моих условиях!

Кривая ухмылка исказила мои губы — я через столько прошел, и все лишь для того, чтобы понять, что нуждаюсь в свободе и независимости, что больше не завишу от богов и могу научить этому других. Почему бы не создать свой собственный культ?! Эта мысль поразила меня, словно разряд молнии. Многие маги захотят избавиться от власти богов, и вместе мы сокрушим тех, на кого раньше никто не смел посягать. Боги играют нами, так почему не ответить им тем же? Почему бы не стать равноправным игроком на этом поле, а не просто относительно важной фигурой?

— Ты, действительно, мудр, слепой кузнец, — наконец произнес я. Для меня все еще важна была Яинара, я все еще помнил об Арании, эти сестры навсегда останутся в моем сердце, но чтобы заполучить богиню, нужно стать ей равным и я стану таковым! Меня никто больше не осмелится игнорировать!

— Не настолько, как хотелось бы, — устало ответил Сесил. — Я лишь подталкиваю к решениям, которые и так зреют внутри тех, с кем я говорю. Но это не мое. Единственное, что радует меня, так это работа в кузнице. Я не желаю участвовать в интригах и воинах, а кузнецы всегда будут молиться мне, шепча мое имя при каждом ударе молота о металл.

— Я понимаю, а потому хочу сделать тебе большой заказ. Вот только если, ты возьмешься за него, ты не скоро сможешь вернуться в обычной работе в своей кузне.

— Что ж, Райнер, ты смог меня заинтриговать. Что же ты затеваешь?

Я ушел, не прощаясь, покинул город на рассвете, прихватив с собою несколько редких книг и артефактов, которые могут пригодиться мне в будущем. Здесь они все равно никому не нужны, лишь пылятся на полках без дела. А еще я не смог удержаться от соблазна и взял с собой один из портретов Арлин, просто снял со стены, уменьшил при помощи магии и спрятал в сумке. Это был портрет не нынешней королевы, а той, какой она была прежде, с внешностью моей названной сестры. Если задуматься, то именно Минори сдерживала меня, не давала впадать в крайности и наделать глупости… То, что она считала глупостями. Я понимал, что с портрета на меня смотрит вовсе не сестра, не тот взгляд, не та улыбка, мне все равно было приятно видеть её лицо. А взгляд и улыбку я потом исправлю, выужу их образ из своей памяти и приделаю к картине. Уверен, у меня получится сделать это!

Я ушел, ни слова не сказав Яинаре, а все от того, что у меня бы не хватило на это духа. Если загляну в ее глаза, увижу улыбку, услышу голос, то не устою. Моя слабость перед этой женщиной, так похожей на свою сестру все еще не искорена. Чтобы перестать быть рабом и преданным слугой, мне необходимо уйти, лишь так можно стать равным ей. Мне было нелегко принять решение, трудно оставить все позади, сомнения все еще одолевали меня, но и дальше ощущать себя забытым и ненужным, я не хотел. У меня все еще есть то, что люди называют гордостью.

Я все продумал — в этот раз не стану спускаться в подземелье. Мне некуда спешить, меня никто не ждет, так что вполне можно в полной мере насладиться очередным путешествием в полном одиночестве.

Один… Это не так уж плохо, хотя и скучно…

Улыбка не сходила с моих губ, я точно знал, куда направлюсь — в особое место, на руины древнего, некогда неприступного замка, принадлежавшего когда-то моему коллеге. Причем, он был не просто магом, его душу, точно так же, как и мою, прокляли. Не имел чести встречаться с ним лично, но уверен, его дом подойдет мне. С помощью магии и сторонников, которые ко мне примкнут, я с легкостью восстановлю замок, вновь превратив его в непреступную крепость. Мою цитадель.

Идеальный план!

— Райнер, постой!

Я замер, удивленно смотря на стремительно приближающегося ко мне летуна. В некотором роде, я даже залюбовался его полетом, он это делал особенно завораживающе и легко, я бы даже сказал, что изящно. Занятная, шутка природы… Интересно, что ему нужно? В королевском дворце ему хорошо и сытно, но что более важно — безопасно. До него не смогу добраться ни я, ни другие маги, ведь Белая паучиха взяла его под свое покровительство. Этого мне не понять!

— Чего тебе? — мой голос звучал неприятно грубо даже для маня самого.

— Я хочу с тобой, — немного смущенно заявил Дзейрен. Он даже слегка покрасней и отвел в сторону свой взгляд, чем несказанно удивил меня.

— С чего бы это? Неужели твой дар не подсказывает тебе, что лучше остаться, а я опасен?

— Ты нуждаешься в компании, в том, кто будет слушать твои истории, ворчание и нравоучения, исполнять поручения, а мой дар может оказаться тебе полезен. Пройдет много времени прежде чем ты решишь выяснить, что творится у меня в голове и как устроено мое тело изнутри, — летун выглядел смущенно, тараторил м явно волновался, выдавая себя с головой.

— Она послала тебя?

— Да, — не стал отпираться Дзейрен.

— Что ж, можешь пойти со мной, — безразлично пожав плечами, я продолжил идти на север. Меня не волновало, что рядом шпион, а богини знают или догадываются о моих замыслах. Это не может мне помешать.

— Ты не злишься?

— Нет. Я найду тебе применение, — усмехнулся я. Ничто не могло испортить мое настроение или сбить с выбранного пути. Впервые в жизни я служил себе, а не кому-то другому. Это весьма приятное ощущение, хотя я все еще понимал, что мое отношение к сестрам паучихам может все испортить. Мне пока что нельзя встречаться с этими женщинами.

— Это хорошо, — и снова голос летуна выдавал его волнение и смущение. Я точно знал, что это неспроста. Ну, ничего, с этим я тоже разберусь.

К концу месяца мы неспешно доберемся до нужного места, а перед этим заглянем в пару поселений, в том числе восстановленый город Светлоокого. Этот бог давно не показывался, вполне может статься, что он мертв, но его последователи продолжают служить Люминосу. Что ж, пусть так, мне это только выгодно! Пора начать распускать слухи о том, что появился кто-то равный богам, что он подарит магию, не требуя взамен поклонения и подчинения, что мудрый учитель ждет всех тянущихся к знаниям в заброшенном замке, где обрел дом. Слухи быстро расползутся по Проклятым землям, вырвутся за пределы стены, а люди ведомые алчностью и желанием, любопытством и амбицией потянутся ко мне. Я, как паук, подготовлю сети, чтобы заполучить, как можно больше душ.

Жаль, что я раньше до этого не додумался и, как это ни прискорбно признавать, без Стига, я бы до этого не дошел. Этого воспоминания и амбиции подтолкнули меня в нужном направлении.

Справлюсь ли я с этой ношей?

Нужна ли мне власть?

Не знаю, но рискнуть хочется, Призрачное и обманчивое ощущение свободной воли не оставляло меня. В моих силах, сделать это реальностью!

Я человек — я знаю слабости людей, ведь сам им подвержен.

Я живу достаточно долго для того, чтобы осознавать, что люди слабы и жадны, они глупы и им вечно нужен пастух, что будет вести их в нужном направлении.

Я знаю достаточно для того, чтобы осознавать, что достаточно малости и мир придет в движение и начал меняться.

На этот раз это произойдет по моей воле. Я построю свой собственный Трайс, сравнюсь с богами и превзойду их. Это мой путь, мое предназначение, мое безумие. Я не собираюсь жить вечно, за меня это сделает память обо мне.

Глава 9. Сердце замка

Я несколько ошибся в расчетах, так что на место мы прибыли только спустя полгода. А все от того, что распускать слухи о себе любимом оказалось не таким уж простым делом. Я щедро разбрасывал семена, которые должны были взрасти на благодатной почве и со временем дать богатые плоды. Теперь мне оставалось лишь ждать. Ждать и готовиться. Помимо этого я узнал много интересного о том, что творится в Проклятых землях. Мне удалось увидеть нового жреца Светлоокого Люминоса и понять, что он обычный мошенник, не имеющий покровительства бога. Неудивительно, ведь Люминос исчез и, возможно, мертв, это подтверждает то, что произошло с Кристой. Мне стало известно, что Повелитель могил отдал власть над Рокусом Лиадан, а сама некромантка оказалась не так проста, как казалось. Вовсе не аватар был нужен владыке мертвых, а верховный маг, а точнее магичка — сильная, хитрая, амбициозная и беспринципная. Я ошибся в Лиадан, а она сама оказалась превосходной лицедейкой, серым кардиналом, дергающим за ниточки своих родственников. В некотором роде, я был даже восхищен, хотя и понимал, что именно некроманты станут моими конкурентами. В любом случае, я не намеревался отступать, ведь мог дать людям намного больше магов и богов, мне под силу было изменить природу вещей и привычный уклад. Когда магия не будет чем-то особенным, когда любой сможет овладеть им, ничем не рискуя и не служа никому, кроме себя — в богах не будет необходимости, а их сила угаснет. Именно мне выпала честь изменить все, идеальная задача для проклятого мага и его последователей.

— А вот и наш новый дом! Так и хочется сказать: 'Добро пожаловать'. Ха-ха-ха!

Несмотря на смех, я с некой грустью взирал на то, что осталось от некогда прекрасного замка. Причем в былые времена, его главным преимуществом была мощь и неприступность. Увы, это давно кануло в лету, теперь передо мной простирались лишь камни, поросшие мхом и травой, да полусгнившие руины. Кажется, что проще построить все с нуля, чем пытаться начинать восстановительные работы. Но для меня это было не так, ведь именно эти старые камни хранили память о былом, силу и магию, проклятье чужой души. Идеально для моих замыслов. Здесь есть то, что облегчит мою задачу и подарит больше силы. Но что самое главное, глубоко под землей, в месте, соединяющим руины замка с катакомбами под Проклятыми землями, все еще должна была сохраниться лаборатория моего коллеги. Еще одна цель и интерес для меня. Что ж, неплохо, меня это вполне устраивает.

— Как-то печально и скудно, — недовольно пробормотал Дзейрен, ставший моим спутником.

Должен признать, что я окончательно привык к летуну и даже начал находить особое удовольствие в нашем общении. Он не обладал большим умом, эрудицией, чутьем, но при этом был способен удивить и заинтересовать. Пожалуй, перед тем, как вскрыть его, я займусь обучением этого дарования. А почему бы нет? Это будет занятный эксперимент, под стать великому учителю, коим я теперь являюсь. Постепенно апатия и жалость к самому себе, сомнения и сожаления отступали назад, а я все больше проникался азартом. Достойная цель придавала мне сил и огня моей душе. Этого мне как раз и не хватало…

— Это ненадолго, — ухмыльнулся я, замечая рядом с руинами небольшой, уже знакомый мне домик, из трубы которого шел густой черный дым. Сесил все-таки принял мое предложение и прибыл в мои новые владения. Теперь артефакты и оружие для моих последователей. Ему все равно для кого работать, главное иметь возможность трудиться, творить и созидать. Мне было это только на руку. Наверное, слепой кузнец, один из немногих богов, которые останутся в мире, несмотря ни на что. Яинара была права, Сесил — мудр, он стал таковым не сразу, но его прошлое меня мало волновало.

— Я не понимаю, — Дзейрен поежился, ведь здесь было довольно-таки промозгло и холодно, а еще неуютно.

— Магия способна на многое, а если её соединить с физическим трудом, то можно и вовсе добиться невиданных высот. Если верить тем записям, что мне удалось раздобыть в столице, у прошлого владельца этих шикарных руин было полно секретов, которые никому не удалось разгадать.

— Никому, кроме тебя? — уточнил догадливый летун.

— Верно. Как я и говорил, мы с ним очень похожи, так что мыслим одинаково. Мне не составило труда понять, что он скрывал и где. Скоро ты и сам все увидишь, и тогда последние сомнения отпадут. А теперь идем, нам стоит поприветствовать Сесила и его дочь. Они давно нас ждут, готовятся… Наши первые союзники, которые с нами лишь от скуки.

— Тогда, может, не стоит им доверять?

— А я и не доверяю, просто пользуюсь случаем, — ухмыльнулся я, медленно двигаясь в сторону единственного крепкого и теплого дома. Сесил останется со мной до тех пор, пока ему будет, чем заняться, а я буду давать ему интересные задачи.

— Пусть так, но разве магия может строить? — не унимался летун. — Если было так, то в строителях не было бы необходимости. Прочел заклинание и все.

— А ты умен, — усмешка исказила мои губы. — Но пока что я тебе ничего не скажу. Сам увидишь, когда придет время.

Не то, чтобы я был любителем нагнетать таинственности, но это соответствовало моему новому образу. Но была и другая причина, более прозаичная — я не был точно уверен в том, что правильно расшифровал найденные записи. В некотором роде, мне и самому не было известно, что именно должно произойти и как. Но ведь тем интересней! Новый дом ждал меня, но для того, чтобы он мог в полной мере называться так, мне придется потрудиться. Ничего — я терпелив и добьюсь своего. В моем воображении уже возник образ возрожденного замка — черного, величественно возвышающегося над мира, с мощной крепостной стеной и магическим барьером, с дивным садом, полным редких растений и статуями, которые я смогу оживлять. Это место станет маяком, что будет манить всех, жаждущих власти, а я буду хозяином этого места и всех магов! Они даже не поймут, что стали марионетками в моих руках, будут убеждены, что свободны. Людей так просто обмануть! Из моих сетей не выберется никто! Настало время изменить этот мир и прибрать Проклятые земли к своим рукам, а затем настанет время и всего мира! Амбициозно? Самонадеянно? Пусть, но эта цель достойна меня!

* * *

доме слепого кузнеца было тепло, уютно, пахло железом, огнем и вкусной едой — мне всегда нравилось такое сочетание, каждый раз оказываясь в этом месте, я ощущал безопасность и надежность. Пока Сесил в поте лица трудился, выполняя мой непростой заказ, его дочь Лина занималась домом, готовила, убирала, стирала. Я бы сказал, что она идеальная девушка и хозяйка, и в некотором смысле так оно и есть, ведь она была создана богом-кузнецом из податливого железа, которому тот мог придать любую форму, именно он вдохнул в статую жизнь, наделил характером и преданностью. Дети позабыли о Сесиле и жили своей жизнью, борясь за власть, но у него была особенная дочь, та, что всегда будет рядом. Забавно. С одной стороны у девушки есть характер, личность, но с другой Лина полностью лишена свободы воли. Занятное сочетание. Весьма занятное. Мне есть чему поучиться у этого кузнеца, чью мудрость признают все боги.

— Сесил! Как посмотрю, ты весь в делах! — я кивком головы приветствовал хозяина дома, отмечая, что он прямо-таки цветет. Работа и цель, данная мною, оживили этого бога, если бы у него были глаза, готов спорить, они бы сияли в этот момент.

— Да, мне многое нужно сделать для твоего замка, и прочные решетки, и клетки, и котлы, не говоря уже об оружии, да и те чертежи, что ты раздобыл, весьма интересны. Лина слепила для меня по ним небольшой образец, чтобы я мог понять, что тебе нужно. Думаю, я знаю, что ты хочешь. Занятная игрушка получится! Одобряю! Хотя и не совсем осознаю, как оно работать будет. На магии что ли? Хотя нет, это бессмысленно.

— Когда сделаешь полноценные образцы, все расскажу, — я уселся на корявый, наспех сколоченный табурет и протянул руки к огню. Хорошо! Тепло, сухо, никакого ветра! Сразу накатывает такое умиротворение, что хочется вздремнуть. — Мне и самому придется поработать, создать особый порошок. Так что пока об этом рано говорить. Нужно заняться замком, его обустройством, подготовить все к приходу моих учеников.

— Ты весьма самоуверен.

— А почему бы нет? В конце концов, мне нечего терять, — я с наслаждением вытянул нуги, мечтая лишь о том, как сниму сапоги и завалюсь спать на мягкую кровать. Устал! Вымотался! Нуждаюсь в здоровом сне и комфортных условиях! — Хорошо у тебя!

— Я знаю. Эта кузница мой настоящий дом, ничего иного мне и не надо, разве что работы побольше.

— Ну, это я тебе уже обеспечил с лихвой, а как закончишь, понадобиться еще что-нибудь, так что, без дела не останешься.

— Ха-ха-ха! Хочешь стать моим лучшим заказчиком?

— А почему бы нет? Я подхожу к делам основательно.

— И затеваешь опасную игру.

— Оно того стоит.

— Возможно, но это покажет лишь время.

— Согласен, — я устало улыбнулся. Мы многое сделали, но еще больше впереди. Вся эта деятельность распаляла меня, заставляла позабыть обо всех поражениях и ошибках.

— Папа, Райнер, обед готов, — Лиина, как всегда, была улыбчива и обходительна, выказывала свою симпатию и заинтересованность, при этом всецело храня верность лишь отцу.

— Идемте. Работа это, конечно, хорошо, но о пище насущной забывать не стоит, — прогромыхал Сесил. — И тащи своего тощего. Нечего малышу голодным ходить!

— Ничего, ему можно и поголодать, все равно такого, как он, не прокормишь, — хохотнул я, бросая хитрый взгляд на обижено сопящего Дзейрена, а после вновь обратил внимание на хозяина дома. — Ты ведь приютишь наш на первое время.

— За отдельную плату!

— Не вопрос.

— И с каких это пор ты разбогател? Все твое золото и драгоценности остались в Рокусе и теперь принадлежат наместнице Повелителя могил. О синем мхе можно теперь и не мечтать, все узурпировано нагами. Так откуда такое расточительство?

— Моя сила в знаниях, Сесил, — я последовал за Лииной к столу. Сегодня девушка расстаралась на славу, решив побаловать отца и дорогого гостя вкусностями.

— Да неужели?

— Я много читаю, многое помню и способен анализировать…

— Не томи, — кузнец принялся за еду, в очередной раз, начиная казаться простым смертным.

— Я нашел несколько занятных книг и писем, так что могу быть уверенным в том, что бывший хозяин этих руин был баснословно богат, более того все его сокровища остались здесь.

— Так значит, ты намерен расплатиться со мной честно присвоенным золотом? — в голосе Сесила скользило легкое недовольство, но недостаточное для того, чтобы отказаться от моего предложения.

— Нет, с тобой я расплачусь иначе, — я бросил задумчивый взгляд в окно. — Эти скалы не так просты, как кажутся. Здесь можно раздобыть тираний.

— Тираний?

— Да, именно эта руда привлекла моего коллегу, а теперь и меня. Я добуду для тебя этот металл.

— Хм… Достойная плата. Ты, действительно, умен, Райнер. Этот вовсе не бахвальство с твоей стороны.

— Естественно. Я знаю, что и кому предложить, ведь долгие годы был слугой Великой Паучихи, и мне многому довелось у нее научиться.

— Так и есть. Что ж, Райнер, я искренне желаю тебе успеха, а мне побольше руды.

За неспешным разговором о наших планах и прошлом. Мне было спокойно и уютно в доме в доме слепого кузнеца, но такая жизнь не по мне. Проклятая душа всегда будет метаться, и искаться что-то давно утерянное. Лишь однажды я почти обрел это, но тут же потерял, разрушил все своими руками.

Такова участь проклятого мага.

Планы… Их так много, что за одну единственную жизнь ни за что не успеть их осуществить, но я попытаюсь это сделать. Сем себе поражаюсь. Мои ли это мысли или все дело в душе Стига, которую я поглотил, сделав частью себя. Об этом лучше не думать. Я иду к своей цели, и мне это нравится. А чья эта идея изначально, это уже дело десятое.

* * *

Я проснулся за несколько мгновений до того момента, как первый багряный всполох рассвета появился на горизонте. Просто открыл глаза, и остатки сна разбежались в стороны. Было еще темно, в доме кузнеца царили тишина и покой, а мир вокруг казался не спящим, а мертвым. Жуткая пора, даже для меня она была неприятной и немного пугающей, но оставаться в мягкой постели, под теплым одеялом и дальше наслаждаться отдыхом было нельзя. Пора браться за дело. Чем скорее я покончу с подготовкой, тем лучше, ведь в скором в этом тихом месте станет очень шумно и многолюдно. Мне многих удалось соблазнить своими рассказами, заинтересовать обещаниями силы и власти, воззвать к недовольств богами, позабывших о людях и заигравшихся в свои игры. Я уже обернул обстоятельства в свою пользу, мне остается лишь продолжать работать в этом направлении.

Поднявшись на ноги и одевшись, я неспешно отправился к темным руинам, что в предрассветной темени выглядели весьма пугающе. Это место вызывало благоговейный страх и ужас, даже мое сердце холодело от вида того, что осталось от замка. Мне стоит поторопиться и все исправить, а не то мои предполагаемые ученики разбегутся, так и не приступив к обучению. Непорядок…

Мне нравилось мое новое молодое и полное сил тело, больше не болели суставы, не ломило спину, я мог двигаться более быстро и уверено, но вот душа моя была стара, а опыт множества жизней непосильным грузом все еще давил на мои плечи. Я был странным существом, сам себя уже не мог назвать человеком. Проклятая душа — это именно то, что в полной мере может описать меня. И не только меня, но и моего предшественника, кончившего не самым лучшим образом. Я был намерен учесть его ошибки и обратить то, что погубило прошлого хозяина замка себе на пользу.

С моих губ сорвалось простенькое заклинание, затем еще одно и еще, и еще, я один за другим зажигал ярких магических светляков, освещающих мой путь, покорно парящих за мной, превращая в предрассветные тягучие сумерки в светлый день. Все подвластно моей воле, когда я пожелаю, тогда и взойдет яркое солнце, и не важно, что это будет лишь заклинание. Шаг за шагом я приближался к черным камням, к обломкам башен, к тому, в чем уже невозможно было различить очертания крепкого жилища. Печальное зрелище, ну ничего, я скоро все это исправлю!

— Где же это? — я внимательно озирался по сторонам, ища символы, знаки и подсказки. Мой предшественник был умным человеком, так что хорошенько все спрятал, да так, что никакие маги и боги не смогли найти его богатства. Настоящие богатства, единственные, что представляет ценность.

Присев на корточки, я поднял с земли какую-то старую засохшую палку и принялся выводить магические символы, при этом беззвучно бормоча заклинание поиска. Я не мог ошибиться, мои расчеты всегда верны. Письмена засветились, наполнились силой, моей магией, побежали в сторону, образовывая своеобразную дорогу. Мой голос становился все громче, сильнее, в нем появились властные нотки, я уже не просто читал давно заученное заклинание, я повелевал реальности измениться, подчиниться моей воле и приоткрыть завесу тайны над прошлым. Мне нравилось мое занятие, то, как сила струится по телу, переполняет меня, как я становлюсь единым с природой и самой сутью магии и жизни. Сила шамана, помноженная на привычную магию, была чем-то особенным, передаваемым, она словно деликатес, изысканное блюдо, способное поразить даже пресытившегося гурмана. Это было самое лучшее сравнение, способное описать то, что со мной происходило.

— А вот и ты, — я следовал по светящейся дороге из письмен, прямо к открывшемуся в одном из рухнувших камней проходе. Основной секрет этого замка заключается в том, что он по большей части располагается под землей. То, что было разрушено — всего лишь малая часть, которая не сравнится с тем, что все еще находится внизу, с тем, что является моей истинной целью.

Проход со скрежетом и скрипом открылся, открывая передо мной свою голодную пасть. Да, именно пасть, ведь это место было наделено своей душой, которую я намеревался заставить служить мне. Этот замок настоящий монстр, но и его можно приручить! Он поднимется из небытия, а его древние механизмы сегодня снова начнут свою работу, их скрежетание наполнит тишину утра жизнью, возвестит о начале новой эры! Моей эры! Возможно, это слишком амбициозно и самонадеянно для мага, но кто, если не я способен на это?!

Я бесстрашно вошел в темноту, зная, что магические светлячки послушно последуют за мной. То, что скрыто под землей будет принадлежать мне, как и все остальное. Все здесь было пропитано магией, силой, мощью, я ощущал её, впитывал, словно слышал отголоски давно минувших событий. Так волнительно! И почему я только не спустился сюда раньше? Ответ просто, даже десять лет назад, у меня уже было осознание того, что однажды мне может пригодиться тайное убежище, место, которое я не захочу отдавать даже Арании или Яинаре. Похоже, мой порыв отказаться от прошлого и преклонения перед своей богиней возник не на пустом месте, он зародился давно, но я предпочитал его игнорировать, не замечать, считать, что ничего не изменилось, а я сам ценная и важная фигура. Однажды, когда это тело окончательно состарится, а все мои планы осуществятся, я буду сидеть около разожженного открытого камина, записывать свои воспоминания для потомков и анализировать все произошедшее за мое затянувшее существование. Тогда я подумаю надо всем, но не сегодня…

Я медленно и чинно, с чувством собственного достоинства спускался по старой лестнице, чувствуя себя полноценным хозяином этого места. Все сохранилось намного лучше, чем я предполагал, на стенах не было даже трещин, более того, рисунки, которыми они были крашены, до сих пор не лишились яркости красок и гладкости. Готов спорить все благодаря магии, ведь творение рук человеческих не может быть таким долговечным и прочным. Интересно. Очень интересно, но что намного важнее удобно и поспособствует моим планам. Так мало этого, все эти картины были непростыми, она запечатлели важные вехи истории, то, что я знал и помнил, то, что даже мне было неизвестно. Здесь была даже запечатлена битва Повелителя могил и его предшественника Волка, пришествие Люминоса, чей праведный гнев разрушил один из городов, погрязших в пороке и лицемерии, отделение части континента, на котором осталась Великая Поглотительница и даже возвращение великой королевы, а так же вероломное убийство её мужа. Не знаю, кто те художники, что смогли запечатлеть это все, но у них был явный талант. Смотря на их творения, я словно переносился в иной мир, в далекое прошлое, сам становился участником тех событий и деяний. Если у меня будет время, я всенепременно изучу стены моего замка. Но это все бюдет позже, сейчас мне необходимо поднять эти руины из-под земли, заставить древние проржавевшие механизмы вновь действовать. Непростая задача для мага, но я никогда не боялся трудностей и чего-то нового.

Мой спуск завершился в просторной зале со множеством ходов и дверей, каждый из них вел в определенную часть замка, о чем говорили символы над ними. Мне оставалось лишь найти тот, что приведет к самому сердцу замка, месту, где воедино слились магия и механизмы.

— То, что скрыто под землей, воистину величественно и уникально!

Удивительный факт — раньше люди разбирались в механике, они создавали удивительные приспособления, которые могли двигать горы, изменять течения рек, создавать замки, убивать и калечить, куда ж без этого. Люли всегда были жестоки, и любое благое начинание могли извратить. Древние машины никогда не интересовали меня, чего не скажешь о магии, а все от того, что Арания не переносила эти железяки, считая, что создавая их, люди пытаются сравняться с богами. Возможно, она и права, а мне стоило уделить больше внимания этой части знаний. Вот только мне по-прежнему ближе была магия и её могущество. Раз так, придется найти того, кто разбирается в этом деле? Уверен, Сесила заинтересуют механизмы, да и другие таланты найдутся.

— А вот и то, что мне нужно.

Я заметил над одной из дверей сложный символ, состоящий из множества маленьких. Это была сфера, внутри которой расположились несколько небольших шаров, соединенных друг с другом. Этот объемный рисунок, выбитый в каменной плите, имел какую-то особую мистическую глубину и многогранность. Он завораживал и манил в свои глубины. Я мог бы изучать его очень долго, ведь не все возможно увидеть сразу. Помимо сфер и линий в этом символе было что-то еще. Однозначно, мне будет, чем заняться в этом замке, когда он полностью возродиться.

С моих губ сорвалось отпирающее заклинание. Оно действовало, как на обычнее замки на сундуках, так и на магические засовы и тайные ходы. Далеко не все маги освоили его, но для меня использовать его было естественно. Что скрывать, я никогда не отличался особым благородством, так что некоторые мои знания были попросту украдены и присвоены. Послышалось неприятное надрывное скрежетание, громыхание, в этих звуках даже вполне можно было расслышать стоны и вздохи, но последнее не более, чем игра воображения. Двери распахнулись передо мной, и в это же самое мгновение впереди зажглось множество магических факелов, указывающих мне путь. Создавалось впечатление, что меня ждали! Хотя, это полная глупость, скорее уж это заклинание срабатывает автоматически.

Я бесстрашно направился туда, куда меня звали магически огни. Замок пробуждался, в этом не было никаких сомнений. Об этом говорили звуки, запахи, ощущения. Похоже, он реагирует на мою магию. А раз так, то значит, у меня и прошлого хозяина этих великолепных руин намного больше общего, чем я думал изначально. Превосходно! Я был в предвкушении, а в моей душе появилось что-то вроде восторга. Люблю узнавать все новое, необычное, осознавать, что мне есть к чему стремиться — это дает понять, что я не напрасно существую, разгоняет мою скуку.

Шаг за шагом я приближался к своей цели, к все еще бьющемуся сердцу замка. Оно чувствовало меня, радовалось тому, что снова сможет жить. Или быть может это просто моя фантазия и безумие, подступившее вплотную? Без разницы! Я не собираюсь думать об этих глупостях.

Коридор был слишком длинным и шел под наклоном, заставляя меня спускаться все ниже, в недра скалы, частью которой был этот замок. Снова под землю! Это становится привычным и даже приятным, а открытый мир под солнцем меня раздражал все больше. Жаль, что неизвестный художник не добрался этих стен — созерцание его картин скрасило бы мой путь.

Когда впереди показалась очередная массивная дверь, но на этот раз железная, я довольно улыбнулся. Наконец-то! За этой железной преградой меня ждет настоящее чудо. Прикоснувшись рукой к холодному металлу, я с удивлением осознал, что дверь не восприимчива к магии, так что у меня при всем желании не получится воспользоваться магией. Плохо дело! Силенок на то, чтобы сдвинуть ее мне не хватит — слишком тяжелая и массивная, да и петли давно проржавели.

— Что за шутки?! — я с трудом контролировал свое раздражение. Как попасть в нужный мне зал, если нельзя воспользоваться, ни силой, ни магией? Возможно, есть обходной путь? Возможно, но тратить время на его поиски мне не хотелось! Этот замок должен подняться из-под земли сегодня! Не желаю тратить на это много времени, его у меня и так недостаточно!

Я озирался по сторонам, пытаясь найти хоть какую-то подсказку или ключ, но все, что мне удалось увидеть, это невзрачные стены, да пыльный пол. Здесь не было ни знаков, ни рисунков, ни артефактов, ни каких-либо рычагов и кнопок.

— Ну, и что мне делать дальше? — моя убежденность в том, что мы с хозяином замка похожи, а потому я с легкостью разгадаю все его секреты, оказалась весьма неправильной и поспешной.

Готов поклясться, что я слышу ехидный смех, доносящийся из-за дверей. Этого не может быть, скорее всего, это звук работающих механизмов, но от этого он не становился менее раздражающим.

— Что ж, я не собираюсь проявлять свой интеллект, мудрость и выдержку, — надменная ухмылка исказила мои губы. Идея, посетившая мою голову, была поистине безумной, но в то же время решала все проблемы. Если нельзя пройти через дверь, если нет возможности открыть замок, а поворачивать назад нет никакого желания, остается лишь один выход — снести со своего пути преграду. Магии не поддается только дверь, а вот о стенах этого не скажешь!

Заклинание само сорвалось с моего языка. Пока что, я использовал привычную для себя магию, не обращаясь к возможностям шамана. Но со временем я исправлю это недоразумение. Мой голос, к которому я все еще не привык, заполнял собой коридор, эхом отражался от стен, множился и откликался. Казалось, что ни я один произношу заклинание, а целый хор магов. Последнее слово сменилось мощным взрывом и грохотом осыпающихся камней, от которых закладывало уши. Пыль и дым рассеялись быстро, и я смог увидеть результат своего не совсем продуманного действия.

— Вот и все. Это было мудрое решение! Ха-ха-ха! Мне стоит действовать импульсивней! От этого бывает польза.

Тяжелая антимагическая дверь так и осталась стоять посреди коридора, она никуда не делась, на ней даже ни одной царапины или помятости не появилось. Зато сбоку появилась большая дыра, в которою с легкостью можно пройти. Идеально! А с дверью я потом разберусь, когда в моем замке появятся послушники, что ради знаний и силы будут служить мне! Мой замок… Мне нравится, как это звучит! От этого дома я не откажусь и не позволю его забрать, за него я буду бороться! Давно стоило начать это делать, но я был слишком предан своей богине.

— Пора подчинить себе этот замок, а заодно разобраться, что здесь к чему, — я направился к дыре в стене, с краев которой все еще осыпалась пыль и мелкие камни.

Сегодня свершится настоящее чудо, в одночасье будут восстановлены древние руины. На это не способна обычная магия, даже богам непросто так быстро созидать, для того им и нужны люди! Но для смеси магии и механики, моих знаний и секретов другого проклятого мага — нет ничего невозможного!

Меня сложно впечатлить, ведь за свое долгое существование я повидал немало удивительного и необычного, но то, что предстало моему взору, действительно, поражало. Если бы я не был магом, то хотел бы стать механиком, способным создать нечто столь же внушительное. Огромные тяжелые котлы из редчайшего тираниума, пока что находились в покое, но я чувствовал, что они в любой момент могут вновь запыхтеть, наполнится силой и начать работать, железные шестерни были, словно, новые, на них не было, ни крупицы ржавчины или повреждений, даже смазка не исчезла и не высохла. Большие и маленькие зубчатые колеса готовы были в любой момент начать свой бег, цепляясь друг за друга, приводя в движение древний механизм. Всюду, куда не брось взгляд, труды, устремляющиеся прямо в стены, уходящие в пол и потолок и все это великолепие соединялось в сердце механизма, собранного из множества светящихся кристаллов, обвитого металлом. Меня охватил благоговейный трепет и зависть, ведь это создано не мной, я даже не додумался бы до этого. Невероятно! Кто бы мог подумать, что соединенные воедино кристаллы, произрастающие в подземельях Проклятых земель, источают такую силу и мощь. То, что еще недавно казалось бесполезными побрякушками, способными лишь дарить свет, на деле оказалось источником магии. Сдается мне, что и тирраниум используется здесь неспроста! Все взаимосвязано, просчитано, продумано, идеально выверено.

Дрожащей от волнения и захлестнувшего меня восторга рукой, я прошелся по холодному металлу механизма. Идеально гладкий, ровный, такой манящий. Терпеть нет никакой мочи!

Хочу запустить эту махину, увидеть и почувствовать, как замок оживает, поднимается из руин небытия и забвения!

— Как же тебя заставить биться вновь? — задумчиво смотря на хрустальное сердце, вопрошал я, прекрасно осознавая, что ответ мне придется искать самому. — А вот и подсказка.

Все было просто и легко, прямо на сверкающем камне, на его отполированной поверхности были безжалостно вырезаны буквы, давно утраченного языка. На нем изъяснялись и писали так давно, что уже никто, кроме богов и не вспомнит его. Никто, кроме богов и меня! В очередной раз, я мысленно поблагодарил свою бывшую госпожу, подарившую мне великий дар тяги к знаниям. Пусть с трудом, но я мог прочитать написанное здесь… Эти письмена напоминают мне раны, в моей голове даже возникла шальная мысль, что этот кристалл, сращенный из множества маленьких живое существо, со своим сознанием, чувствами и болью. Он страдает от того, как его изуродовали, не понимая, насколько прекрасным стал.

— Не бойся, скоро ты снова ощутить течение жизни, — я практически любовно прошелся ладонью по письменам. Занятно, но мне легче читать именно так, на ощупь. Так слова воспринимаются мной намного глубже и ясней.

Губы начали беззвучно шевелиться, я не торопился произносить заклинание вслух. Оно слишком трудное для этого, да и древний язык весьма трудно произносим. Я пробовал слова на вкус, приноравливался к ним, готовился, чтобы впоследствии не сбиться и все произнести правильно, без запинки. В этом деле важна подготовка и осознание собственного величия, ведь я давно уже не мальчишка, что заикаясь, читает своим первые заклинания. Мне по статусу положено все делать сразу, с достоинством, не сбиваясь и не заикаясь. Снова и снова, я вникал в выгравированные письмена, заучивал их так, чтобы они врезались в мою память точно так же, как в кристалл.

Когда я заговорил вновь, мой голос звучал твердо и уверенно, он был полон власти, силы и самодовольства. Я все это понимал, и мне нравилось то, как я звучу. Кажется, мой восторг от самого себя слишком велик.

Мои слова, наполненные магией и волей, высвободили огромную мощь, сокрытую в кристалле. До моего слуха донесся сдавленный стон, а после все ожило, засверкало, заскрипело и захрустело. Исполин поднимался из небытия, обрушивая камни, пробиваясь сквозь земную твердь, расправляя свои плечи. От того, как все завертелось и пришло в движение, было невозможно оторвать взгляда. Каждый винтик, каждая гайка и каждый гвоздь, все здесь имело смысл и значение, было деталью одного живого организма из металла и камня.

— Бесподобно!!! Ха-ха-ха! Прекрасно! Это просто бесподобно!!!

Сердце замка ожило, а вместе с ним возродился и замок. Он гудел, пыхтел, тужился и надрывался, но все же, выползал из-под земли. Наверняка, снаружи это смотрится внушительно и даже пугающе, но мне намного интересней было то, то происходит здесь. Никогда бы не подумал, что механизмы способны так заворожить. Это настоящая симфония!

Хочу знать, как все это устроено! Хочу повторить!

Я ощущал себя безумцем, восторженным юнцом. Кровь бурлила в жилах, в голове мелькало множество мыслей, но все они бледнели в сравнении с тем, как сердце замка наполнялось силой.

* * *

Замок снова черным монолитом возвышался над землей. Он вновь был крепким и прочным, а его стены — неприступными. Увы, этого было недостаточно и сооружение все еще нуждалось в ремонте, уборке и прочих доработках, которые позволят назвать замок своим домом или просто жилищем. Мне еще предстоит многое сделать и в одиночку с этим не справиться. Даже при помощи Лины мне до конца жизни не навести порядок в этом месте. Но ведь в этом и нет необходимости. В скором времени замок наполнится моими учениками, охранниками, жаждущими наживы и золота, люди придут ко мне в поисках силы и станут служить. Сесил уже начал работать над моим заказом, его талант и сила послужит улучшению замка. Я все продумал и просчитал, подготовился заранее, оставалось лишь увидеть, как мои платы воплотятся в жизнь.

Я уже видел, как оно будет! Этого не изменить! Такова моя судьба! Тот, кто был проклят всеми, станет хозяином проклятых земель! Весьма символично!

— Пока показать всем, что даже пешка может сойти с игральной доски и взяться за фигуры. Отныне правил не существуют! Я служил им и охранял, но отныне все это в прошлом. Я изменю этот мир, заставлю его прогнуться под меня, а богов пожалеть о том, что они сделали и замышляли. Меня ни во что не ставили? Что ж, это было их ошибкой.

Глава 10. Первые гости, первые ученики

Я любовался своим новым домом, отмечая, что, несмотря на устаревший стиль и некую массивность и угловатость, замок выглядит впечатляюще. Острые шпили семи башен пронзали небеса, массивная и крепкая крепостная стена, казалась непреступной преградой, способной выдержать любую атаку. Горгульи, такие же, как были в столице, гордо восседали на своих местах, пристально наблюдая за происходящим в округе. В любой момент эти монстры могли ожить, подняться с насиженных мест и сокрушить врага, подхватить его, взмыть в небеса и сбросить на острые камни. Ворота тоже были необычными, их защищали металлические многолапые машины из тираниума. Пускай они выглядели как огромные перевернутые цветочные горшки с гибкими железными щупальцами, меня было не обмануть этим видом. Они не просто так поставлены у главных ворот. Улыбка украсила мое лицо — от этого древнего сооружения так и веяло надежностью, мощью, таинственностью и магией. Мне многое еще предстоит изучить, осмотреть, понять и начать использовать. Должен признать, это будоражит, а еще злит, ведь от этой части своей жизни я отказался по воле богини. Снова меня захлестнула обида, переходящая в ярость — я был идиотом, глупцом, не видящим дальше своего носа. Мне не стоит думать об этом, иначе эти размышления окончательно сведут меня с ума!

— Ну, как тебе? — я перевел взгляд на своего спутника, неуверенно мнущегося рядом.

— Наверное, это красиво, но я предпочитаю лес, — тихо ответил Дзейрен.

— Да, тебе бы только гнездо свить на дереве, да подманивать туда пищу, — в голос расхохотался я. Здесь есть небольшая оранжерея с магическими растениями. Там мой коллега и бывший владелец занимался селекцией. Можешь поселиться там или выбрать для себя любую комнату. Раз ты решил увязаться следом за мной — то чувствуй себя, как дома.

— Благодарю, — летун бросил на меня странный взгляд, словно ему было страшно приближаться к этому сооружению из камня. Что ж, его можно понять, хотя в этом мире и Проклятых землях в частности, намного больше более опасных и неприятных мест.

— Иди, не стоит бояться, замок не съест тебя…

Мне хотелось снова остаться одному, подумать, оценить свои возможности, заглянуть к Сесилу, чей дом, словно прилип к черной крепостной стене. Я хотел, чтобы кузнец осмотрел и ощупал внутренние механизмы замка, проверил их работоспособность и подлатал то, что за тысячелетия могло поломаться. Мне еще многое предстояло сделать, ведь я только в начале моего долгого, длиной в одну единственную жизнь, пути.

Дел невпроворот! А ведь еще о моих магических изысканиях забывать не стоит, будет неправильно, если пальма первенства в этом вопросе перейдет к Арлин, продолжающей создавать монстров и необычных тварей, третирующих эту землю. В какой-то миг, мне показалось, что я взвалил на себя непосильную ношу, но эта мысль быстро исчезла, так и не задержавшись в голове. Если бояться и изначально думать о провале, то о победе можно и не мечтать. Это не мой путь, такое поведение недостойно великого учителя, коим я собирался стать. Мне положено быть спокойным, уверенным, мудрым, смотреть на всех со снисхождением и насмешкой. Кстати, этот взгляд мне стоит отрепетировать, ведь мимика нового тела еще не полностью мне подвластна.

Я неспешно начал обход крепостной стены, внимательно осматривая ее, подмечая и запоминая разные важные мелочи. Будучи хозяйственным человеком, я намеревался не только вынашивать и воплощать в жизнь амбициозные планы, но и не забывать о бытовых мелочах. Пока не найду человека, которому можно доверить это дело, придется все делать самому…

— Может, Сесил одолжит мне свою дочку, — со вздохом проворчал я. Такая хозяйка, как Лина, с легкостью приведет замок в порядок, но вряд ли бог кузнец позволит мне воспользоваться этим. Что ж, не мне его винить, он и так делает для меня достаточно, так что не стоит злоупотреблять его интересом ко мне, а точнее к той работе, которую я ему даю. Нужно знать меру, лишь так можно добиться успеха.

* * *

Осмотр занял почти целый день и позволил оценить масштаб моего жилища в полном объеме. Замок не просто большой, он огромный, он с легкостью мог разместить пару тысяч человек. Многовато, но в нынешних условиях это именно то, что мне нужно. Я возвращался в свой новый дом, когда уже окончательно стемнело и лишь магические огни, созданные мной, освещали мир. Мне не нравилась эта темнота, она казалась живой, осязаемой, даже имела неприятный запах, от которого хотелось зажать нос. Не будь я магом, то решил, что брежу, и мне все это кажется, а мое усталое сознание преподносит все новые и новые сюрпризы. Но я маг, к тому же, теперь еще и шаман. Мои ощущения обострены, а знания позволяют провести всесторонний анализ того, что я вижу и ощущаю, так что могу с уверенностью сказать, что темнота вокруг порождение магии или творение богов, наконец, осознавших, насколько я опасен.

— Еще одна проблема, — тяжело вздохнул я, непринужденным движением руки создавая все новых светлячков. — Новая задача, которую мне стоит решить. Над этим стоит подумать… А еще, перестать разговаривать самому с собой.

Продолжая ворчать и бубнить себе под нос, я ускорился, намереваясь, как можно скорее оказаться в укрытии надежных стен, пропитанных магией, что словно паутина оплетала каждый камень. Мне нравилось это сравнение, ведь это было очередным подтверждением правильности моего выбора. Паук нашел достойное жилище для себя!

Этой ночью я не буду спать в уютном и теплом доме слепого кузнеца, хотя следовало бы поступить именно так. Сегодня меня ждет пустая и холодная комната в восстановленном замке, к которому стоит начать привыкать. Новый дом это всегда непросто, это вызов, некое испытание, через которое нужно пройти. Каждый раз, оказываясь в новом месте, которое вынужден называть своим домом, я надеюсь, что это будет мой последний дом… Каждый раз этим надеждам не суждено сбыться, а потому я ощущал вполне объяснимую тревогу.

— На этот раз я не сдамся и не отступлю, — тихо, с легкой ноткой безумия рассмеялся я. — Точно так же, как мой предшественник, я либо выиграю эту партию, либо погибну вместе с этим местом! Никаких компромиссов… Хватит уже с меня!

Первые несколько недель прошли для меня в тяжелых заботах об устройстве замка и лихорадочном изучении новых владений. Я облазил каждый уголок замка, осмотрел каждую комнату и коридор, спустился в подземелья и поднялся на самые верхушки башен. Теперь, мне стало более понятно, как здесь все устроено — замок был единым организмом, где все взаимосвязано и соединено. Механизмы были всюду, они могли передвигать помещения, изменять архитектуру — это было сродни магии, поражало воображение и заставляло мой мозг закипать. Я снова думал, размышлял, анализировал, пытался постичь то, что мне неизвестно. Кто бы мог подумать, что есть что-то, что недоступно мне! Во мне бурлил почти юношеский азарт, и это было прекрасно! Но не только замок с его дивными картинами, обширной библиотекой и бесподобной лабораторией интересовали меня, но и машины, которые удалось обнаружить в подвалах замка. Они были разнообразными — одни ползали по земле, другие неспешно парили в небе, наблюдая за происходящим, третьи рассекали в близлежащем озере, искрящимся недалеко от замка. Мне удалось заставить их оживить при помощи магии, а еще понять, что под землей этих механизмов сотни. Этого вполне достаточно для обеспечения безопасности моих новых владений.

Я не знал, за что хвататься, с чего начинать, а потому носился от одного к другому, то забегая в лабораторию, то заглядывая в библиотеку в поисках чертежей и дневников, то снова отправляясь к сердцу замка. Голова шла кругом, казалось, что я ничего не успеваю и это раздражало. Дзейрен хотя и пытался мне помочь, но был бесполезен, в этом замке летуну не находилось применения, так что мой спутник праздно шатался по замку и оранжерее. Именно в этой стеклянной теплице, примостившейся на одной из крыш, Дзейрен устроил себе дом. А что, неплохо придумано — и деревья рядом, и тепло круглый год. Что же касается Сесила, то он сохранял поистине завидное спокойствие. Слепой кузнец занимался порученной ему работой: делал прочные решетки для окон и ворот, кандалы для пленных, которые всенепременно появятся в перспективе, миниатюрные магические инструменты, а помимо этого мужчина каждый вечер возился с машинами. Все эти механизмы пленили бога кузнечного ремесла, пробуждая в нем интерес, желание трудиться еще больше. В моей душе даже зародилась зависть, ведь я никак не мог собраться и сосредоточиться, правильно распределить свое время.

И все же, несмотря на все трудности, жизнь в замке налаживалась, а я нашел свой ритм, перестал суетиться и стал больше походить на великого учителя, коим хотел казаться. Оставалось лишь дождаться тех, кто придет ко мне, чтобы попасться в мои сети.

* * *

— Райнер! Райнер!

Дзейрен ворвался в библиотеку, прерывая мое уединение. Летун выглядел взволновано и возбужденно, кажется, его и без того огромные глаза стали еще больше. Похоже, что-то произошло, а раз так, значит, станет намного интересней.

— Чего тебе? — я захлопнул фолиант, который изучал. Весьма интересная книженция, нужно будет обязательно вернуться к его прочтению, когда выясню, что же случилось.

— К замку приближается группа людей, — заявил летун, которого явно эта новость взбудоражила. — Пять человек, идут с севера, скоро будут у ворот.

— Что ж, давно пора, — я поднялся на ноги, неспешно потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. Семена, которые я щедро разбросал, все же дали, пока что скудные плоды. Но ведь это только начало! — Идем, нужно встретить наших гостей, как подобает.

Пять человек, может показаться, что это ничто, но я понимал, что это не так. Все начинается с малого, постепенно разрастаясь и становясь масштабней, все культы начинались именно так, с первых людей, пришедших к богам. Теперь и я иду по этому пути, но на этот раз не в роли просителя! В моей душе не было волнения, сомнений или малого отголоска страха, мне просто было интересно, кто же первым отважился прийти в замок, возродившийся из небытия, словно феникс. Среди этих людей мог оказаться, кто угодно: преступник, шпион, амбициозный маг или просто искатель приключений, даже простой бездарь, жаждущий лучшей доли. Я пригрею всех! На моих губах заиграла усмешка — в отличии от богов, мне не стоит привередничать, для всех найдется место и своя роль.

Мы не торопились, хотя Дзейнерену и не терпелось поскорее оказаться на улице, еще раз увидеть людей. Готов спорить, он считал их очень аппетитными и подумывал, разрешу ли я съесть хотя бы одного их них. Это было видно по его голодному взгляду, по лихорадочному блеску в глазах, по тому, как он то и дело облизывался. До чего же забавное и нелепое существо! Нужно будет присматривать за ним, чтобы он не смел трогать моих учеников.

Столько забот… Но ведь именно они делают жизнь насыщенней и интересней, мне грех жаловаться.

* * *

К тому времени, как мы вышли к воротам замка, наши первые гости уже были видны. Похоже, Дзейрен ошибся в своих расчетах, ну, или мы слишком медленно шли, что в принципе уже не важно. Я постарался придать своему лицу благодушное и умиротворенное выражение, одно из тех, которые я репетировал ежедневно перед зеркалом. Надеюсь, у меня получится добиться нужного эффекта. Будь у меня прежнее уже привычное лицо и тело я бы в себе не сомневался, но с лицом Стига приходилось непросто. Его тело не слушалось, было неповоротливым, словно все еще было глиняным изваянием. Ну, ничего, с этим тоже можно справится.

Машины-стражи напряглись, а в их конечностях-щупальцах заплясали озорные трещащие молнии. Превосходно! С такой бдительной охраной мне нечего опасаться неожиданного нападения. Они не люди, так что не заснут, не позарятся на золото и не предадут ради собственной наживы. Но стоит ли им доверять безраздельно? Замок не просто так оказался погребенным под землей, с этим мне только предстояло разобраться, если, конечно, в череде моих ежедневных дел найдется для этого время.

— Тише, не стоит их пугать, — величественно взмахнув рукой, я приказал машинам убрать оружие и замереть. Я делал это нарочито медленно, с чувством собственного достоинства и величия, одним словом, разыгрывал спектакль перед гостями. Отчего-то вспомнился Черный шут. Наверное, все дело в том, что мне до его игры и умения производить впечатление далеко.

Я ощущал страх этих людей, но этот страх был ничем в сравнении с любопытством и надеждой. Мои первые гости осознавали, что в нынешнем мире, в Проклятых землях, откуда можно сбежать лишь под власть Повелителя могил, им нет достойного места. Мириться с этим они не собирались, а потому решили рискнуть. По их виду было понятно, что они не просто так оказались за стеной, а вполне заслуженно, что ж, с этим можно смириться, ведь ни у кого, даже у служителей Светлоокого нет безупречного прошлого. Любые навыки и опыт пригодятся в моем деле, до любого паук сможет добраться…

— Приветствую вас в моем доме, — мой голос был тих, мягок и приятен, но при этом в нем чувствовалась сила и уверенность. — Прошу, не стоит бояться стражей, они не тронут вас… Не тронут до тех пор, пока вы не решите причинить вред замку и его обитателям.

Слабая улыбка появилась на моем лице, и мои гости ответили мне тем же, вот только их улыбки были натянутыми и вымученными. Страх. Он снова брал над ними верх.

— Прошу, проходите, — развернувшись, я направился обратно в замок, не дожидаясь ни приветствия, ни представления. — В доме тепло и сухо, да и ветра нет. Будьте сегодня моими гостями…

Этот вечер в моей жизни, отличался от череды предыдущих, ведь я проводил его за ужином в компании новых людей, слушая их истории. Не скажу, что мои первые гости оказались интересными личностями, но и скуку они не навевали. Я вполне мог вытерпеть их присутствие и пустой треп, моих гостей даже можно было с натяжкой назвать забавными. В любом случае, в моем деле они пригодятся, я смогу найти применение их навыкам и способностям. Должен признать, компания пожаловала ко мне разношерстная.

Баллард — высокий лысый амбал с непомерно развитой мускулатурой, оказался за стеной всего пять лет назад. Мужчина даже не пытался оправдываться и кричать, что его подставили и сослан он по навету врагов, а сам он невинная жертва. Баллард был разбойником во внешнем мире, этим же промышлял за стеной. Долгое время он жил в лесу около стены, грабя, убивая и калеча сосланных, но это не приносило, ни богатства, ни сытости, ни ощущения надежности. Так что он отправился вглубь Проклятых земель в поисках счастья, этот путь привел его в мой замок. Будучи человеком предприимчивым и самоуверенным, он сразу предложил свои услуги по охране моего скромного жилища. Не скажу, что я был в восторге от этого разбойника, но использовать можно всех, так что раз Баллард хочет остаться, я только за, ведь как подсказывает опыт — физическая сила временами бывает намного эффективней магии.

Вторым гостем оказался уже более полезный в моем начинании Дафф, тихий и скромный маг, слуга Воруса. Худощавый бледный блондин, с почти бесцветными и пустыми глазами, это человек был заблудшей душой, которому было не место за стеной. Ему больше подошло бы прозябать в какой-нибудь пыльной библиотеке или архиве, но его покровитель решил иначе и вот, маг, не созданный для этого, оказался в весьма опасном месте. Дафф — беглец, он покинул своих друзей и отправился, куда глаза глядят, в надежде на то, что гнев Воруса не достигнет его. Это весьма смело и безрассудно, но вовсе не эти благородные чувства руководили юнцом, а отчаяние и обреченность. Молодой маг- покоритель ветров не мог найти свое место, а потому решил спасаться бегством. Готов спорить, это только часть его истории, но для знакомства и этого было достаточно. Забавно, что такой как Дафф примкнул к Балларду, а сам разбойник взял мага-неудачника под свою опеку.

Третьим моим гостем оказался Вестон, немногословный мужчина в возрасте. Он не жаловался на то, что его сослали в Проклятые земли, не рассказывал о своей прошлой жизни, не распространялся о том, чем промышлял, оказавшись за стеной. Молчаливый, мрачный, за стывшим безразличным взглядом, он не обладал магическим даром, не был отмечен ни одним богом, но при этом тянулся к знаниям. В нынешнем мире у него не было никаких возможностей и перспектив, а потому услышав обо мне, он с радостью покинул насиженные места и отправился вслед за вереницей слухов. Что ж, такие люди мне и нужны и возраст не станет помехой, главное желание получить силу и учиться. Он примкнул в своей группе уже на подходе к замку, так что мало знал о своих спутниках.

Другим моим гостем оказался Норри — тринадцатилетний угловатый мальчишка, никогда не видевший ничего, кроме Проклятых земель. Он родился уже за стеной, в одном из отсроченных городов. Маленький воришка постоянно испытывал судьбу и отправился в мой замок лишь для того, чтобы удовлетворить свое любопытство. Норри не планировал свое будущее, жил настоящим, прекрасно осознавая, что в любой момент его жизнь может прерваться. Он был чистым листом, на котором еще можно написать все, что угодно. Вопрос лишь в том, захочет ли мальчишка остаться. Хотя, судя по тому, как Норри постоянно пялится на летуна, заинтересовать его мне уже удалось, по крайней мере, на некоторое время. Мальчишка без умолку болтал, рассказывая все новости и сплетни, что слышал, ничего не утаивая и даже не думая, что временами стоит промолчать. Забавный малец, хотя и не уверен, что из этого выйдет толк.

Ну и последним, но от того не менее интересным гостем на сегодня оказался Кайл. Этот хрупкий юноша выглядел напуганным и дерганым, почти не говорил, лишь постоянно кивал. Создавалось впечатление, что он чего-то боится, постоянно ожидает удара или подвоха. Я ощущал в нем потенциал, он явно был наделен магией, хотя и скрывал это. Но помимо этого было что-то еще. Пока что я не мог разобраться в том, что же именно меня беспокоится, но со временем я с этим разберусь. Ничто не останется секретом для паука, рано или поздно все тайное останется явным.

За неспешным разговором время летело быстро, каждому своему гостю я уделил время, каждому выделил комнату для отдыха и соглядатаев-пауков, что будут сопровождать их и докладывать мне обо всем, что происходит и чем занимаются эти люди. Я не собирался доверять чужакам, осознавал, что среди них могут оказаться шпионы и подосланные убийцы, только и выжидающие момента для того, чтобы прикончить меня.

— Мы, правда, можем остаться? — недоверчиво поинтересовался Норри, с прищуром смотря на меня. Судя по бегающему взгляду воришки, он размышлял о том, стоит ли остаться или лучше ограбить меня и сбежать. — И даже платить за ночлег не придется?

— У вас нет ничего, что нужно мне, так что не стоит от вас ничего требовать, — усмехнулся я. И мои слова были чистой правдой, у меня было золото, камни, книги, знание того, где можно раздобыть тирраниум, а еще армия машин. — Можете остаться, если хотите, даже насовсем.

— Это неблагоразумно с твоей стороны, — задумчиво протянул Вестон.

— Благоразумие — понятие относительное. Вы не сможете причинить мне вреда, ни убить, ни ограбить, ни покалечить, так что и бояться не стоит.

— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, — тихо заявил Кайл, пряча взгляд, полный страха и опаски.

— Ха-ха-ха! Я не бог, чтобы требовать плату, я лишь тянусь к знаниям и даю возможность другим обрести силу. Это справедливо, ведь люди от рождения одарены и свободны! Боги лишь мешают нам раскрыться.

— А лично меня все устраивает! — Баллард похлопал себя по большому животу. — Место здесь хорошее, хозяин тоже ничего, да здесь безопасней будет, чем в городах.

— Согласен, — неожиданно вмешался в разговор Дафф, поднимаясь из-за опустевшего стола. Во взгляде мага читалась удивительная решимость, которую я не замечал раньше. — Прошу, — мужчина смотрел прямо мне в глаза. — Прошу, возьмите меня в ученики. Я хочу овладеть магией в полной мере, не желаю и дальше быть слабаком, которым все помыкают. Хочу выбирать свой путь и не от кого не зависеть!!!

Это была практически истерика, желание Даффа стать моим учеником было связано вовсе не с тягой к знаниям или амбициями, им руководил банальный страх расплаты и наказания. Не удивительно, ведь боги бездумно играют своими слугами и жестоко наказывают отступников. Дафф сбежал, и лишь после этого осознал, что повлечет за собой этот опрометчивый поступок. Я его единственная надежда.

— Я рад любому, кто желает учиться, — ухмыльнулся я. — Магия этот дар, которым должны обладать все желающие. Это выбор человека, а не богов, но давайте обсудим это утром, когда вы отдохнете и наберетесь сил.

За первыми пятью гостями, обосновавшимся в моем замке, последовали другие; один за другим маги и обычные люди, ищущие несуществующую справедливость, приходили в мой дом. Каждого я принимал, каждому находил место и занятие, я был тем, кто с распростертыми объятиями принимал любого. Это было рискованно, ведь люди бывают разными, не все станут моими союзниками, а некоторые и вовсе шпионы и подосланные ко мне убийцы. Но благодаря моим друзьям-паукам я знал обо всех таких личностях и контролировал их. Моя жизнь приобрела новые краски, мне нравилось быть учителем, видеть, как в людях пробуждается магия, или наблюдать за тем, как Сесил обучает не склонных к моему искусству, умению орудовать молотом и делать машины. Все было идеально, но шаманизму, я никого не учил, эгоистично оставив это лишь для себя.

Мои сила, могущество и власть росли, как слава, окружающая меня, а следовательно сторонники. Меня начали величать новым богом, шептаться о том, что я снизошел к людям, чтобы подарить им знания и открыть перед ними новые горизонты. Мне это нравилось, я сам начал верить в то, что стал равен богам. Святотатство! Ересь! Недопустимое посягательство на чужую власть и величие! Так было до того, как я осознал, что не хочу быть пешкой, не желаю исчезать по чужой воле. Теперь мне понятна борьба Александра, его делание сбежать… его желание жить, я чуть не разделил его судьбу. Нас отличало лишь одно. В отличии от брата у меня была возможность бороться и все изменить, перевернуть этот мир и заставить его прогнуться под себя.

— Учитель.

— Чего тебе? — я поднял взгляд на Даффа. Этот маг оказался весьма полезным, он тянулся к знаниям, но что самое главное обладал математическим складом ума и умением систематизировать, из него получился превосходный библиотекарь. Теперь в его обязанности входило составление каталога всех книг, что хранились в замке, а так же присмотр за самим хранилищем древних знаний. Бывший слуга Воруса нашел себя в моем замке, здесь он занимался тем, что любил и умел. Что же касается меня, то я даже не думал мешать ему в этом или диктовать свою волю. Нужно использовать способности и желания других, а не диктовать или приказывать им.

— Я составил расписание занятий, а так же списки всех ваших учеников. Теперь вам будет удобней, и вы точно не пропустите уроки, как в прошлый раз, — Дафф протянул мне стопку бумаг.

— Благодарю, это весьма предусмотрительно, — я благодарно улыбнулся. — У меня так много дел, что невозможно все удержать в голове.

— Вам нужен помощник, тот, кто станет напоминать обо всех встречах и будет следить за вашим расписанием, учитель, — обеспокоенно произнес молодой маг

— Может, ты этим займешься?

— Учитель… — замялся молодой маг, пугливо отводя взгляд.

— Ха-ха-ха! Не стоит меня бояться, я все понимаю, — доброжелательно рассмеялся я, продолжая безупречно играть свою роль. — У тебя полно других забот, которые я взвалил на тебя. Так?

— Да, — с облегчением вздохнул Дафф. Для него было удивительно, что я не требую, как это делали старшие маги до этого. — Боюсь, что с новыми обязанностями мне уже не справиться. Лучше попросите Кайла. Он хотя странный, но ответственный, никогда не опаздывает, все помнит.

— Отличная идея, — кивнул я, просматривая свое расписание, старательно составленное услужливым магом. — Обязательно воспользуюсь твоим советом. Ну, а пока нам стоит поторопиться — через десять минут у меня очередное занятие. Я собираюсь рассказать о том, как определить какие источники магии можно открывать вместе, а какие категорически нельзя. Увы, нельзя обладать всей магией сразу, даже боги на это не способны.

Дафф внимательно слушал меня, ловил каждое слово, словно я говорил что-то важное, доселе неизвестное. Так меня слушали все обитатели замка, ведь я учил их 'невозможному', тому, что противоречило их представлениям о магии, вбитым ранее в их голову знаниям.

— Тогда нам стоит поторопиться, — маг быстро засобирался. Он, как и все мои ученики, хотел открыть в себе в себе большее, чем имел сейчас. Несмотря на то, что Дафф был тихоней, в глубине души, он хотел научиться еще чему-то, попробовать новую магию.

— Идем, тебе это нужно. Пройдет совсем немного времени, и ты сможешь открыть внутри себя второй источник, тот, что пожелаешь сам. Главное с умом выбрать силу, которой желаешь овладеть, все просчитать, проанализировать, ведь ошибка в этом вопросе может стоить жизни. Но об этом мы поговорим на занятии.

— Откуда вы столько знаете, учитель?

— Я давно живу, многое повидал, натворил немало ошибок, — уклончиво ответил я. Ну, не рассказывать же всем, что я Проклятая душа, бывший слуга Великой паучихи, орудие в руках богов… Бывшее орудие…

Мы неспешно шли к самому большому залу замка, именно здесь я оборудовал аудиторию для моих учеников. Пока что их было несколько десятков, но в скором времени станет заметно больше. К тому времени мне стоит подготовить других 'учителей', что смогут рассказывать об основах магии и моего учения. Так у меня появится больше времени для исследований и другой части мох планов. Я все еще намеревался уничтожить богов, сокрушить их и заставить людей позабыть о них. Забвение! Вот что станет их наказанием.

От этих размышлений мои мысли плавно перетекли к совету Даффа. Помощник? Неплохая идея, мне не помешает рядом человек, который будет напоминать мне о встречах, делах, занятиях, вести списки и заниматься ненавистной мне рутиной. Странный маг Кайл подходит на эту роль лучше всего, к тому же, благодаря паукам, мне известен его секрет. Нужно будет при разговоре намекнуть, а может даже открыто сказать, чтобы он завязывал со своими играми. С одной стороны, не имею ничего против, но с другой не понимаю, зачем это все ему.

Мне еще многое предстоит сделать, многое успеть и понять, так что стоит поскорее все устроить, чтобы жизнь в замке текла без моего активного участия, да и машинами заняться надо, а не то доверил все Сесилу и его ученикам. Непорядок. Это творения механики интересуют меня не меньше магии, я должен ими управлять, ведь в этом сила и будущее нашего мира! Технологии и магия тесно переплетутся между собой, и все это произойдет по моей воле. Столько дел… Столько дел… Как все успеть? Помощники мне точно не помешают, причем ни один, а несколько. Каждый будет заниматься своим делом, тем, что лучше всего подойдет ему. Это будет отличать меня от богов, я буду думать о талантах и способностях моих пешек, а не просто повелевать и говорить им, что делать.

* * *

Очередной урок прошел спокойно, даже слишком. Я рассказывал о магии, а том, что разные источники должны сочетаться, в противном случае можно умереть. Противоположные стихии сражаются между собой, это их природа, их суть, а потому никто не сможет совместить в одном теле лед и пламя, тьму и свет, молнию и магию земли. Но дело не только в противоборстве самих стихий, но и том, что тело и душа приноравливаются к новой магии. Характер мага во многом зависит от его силы, сливается с ней, а потому открывая источники противоположной магии, можно либо погибнуть, либо сойти с ума. Я с удовольствием, смакуя каждое слово, поведал моим ученикам, как ледяная магия съедала меня заживо, замораживала, превращая в кусок льда, как я практически сгинул, но сумел спастись. О том, как мне это удалось, я умолчал, позволяя магам нынешним и будущим самим додумать это. И вроде бы, все идеально, но мне чего-то не хватало. Меня слушали, внимали каждому слову, записывали, но не задавали вопросов, не пытались спорить и возражать. Среди моих учеников не было тех, кто готов был рискнуть всем и начать исследование. Таких, как я, в замке не было. Это и радовало, и разочаровывало одновременно. Надеюсь, однажды среди моих последователей появится кто-то более интересный. Ну, а пока я улыбался, снисходительно делился своими знаниями, был идеальным учителем, уделяющим внимание каждому. В конце занятия, я сообщил ученикам, что в скором времени мы перейдем к практике, так что им всем стоит задуматься о том, какая магия им нужно, что близко их характеру, к чему они ощущают тягу. Это уже заинтересовало моих учеников, оживило атмосферу. Что ж, я дал им поле для размышлений, но выбор придется делать им самим. Это было необычно для магов, ведь обычно такой выбор делали боги. Далеко не каждый способен сам избрать свой путь, многие так и не решаться на это, решат посоветоваться со мной или друзьями, но я был тверд в своем решении — никому не диктовать свою волю. Я не стану делать выбор за других, разве что мягко подтолкну, но так, чтобы никто и никогда не догадался винить меня в том, что я сделал неверное решение.

— Итак, можете отдыхать и заниматься своими делами. Не забывайте о своих обязанностях в замке. У нас здесь прислуги нет, так что существование замка полностью на наших с вами плечах, — я оглядел моих озадаченных последователей. Да, им есть о чем задуматься и это явно не бытовые обязанности, которые я на них возложил. — Идите. Кайл, а вот тебя я прошу задержаться. Нам нужно кое-что обсудить.

Маг напрягся, сжался, втянул голову в плечи — ему явно не хотелось оставаться со мной наедине. Как впрочем, и с кем-то еще. Кайл вообще был необщительным, замкнутым и немногословным, всячески старался не привлекать себе внимание.

Пока маг боролся со своей тревогой, другие ученики покидали учебный зал. Уже началось бурное обсуждение того, кому и какой источник открыть, особенно этот вопрос волновал тех, у кого уже была магия. Не удивительно, ведь для них ошибка могла оказаться фатальной.

— Учитель, — ко мне подошел Вестон. Мужчина был хмур и явно нуждался в разговоре, в помощи. — Когда мы должны принять решение?

— Когда будете к этому готовы, — успокоил я. — Ты ко всему подходишь основательно. Это хорошо и полезно, ведь тебе предстоит выбрать свою силу, самого себя. В отличии от других, ты человек зрелый, многое повидавший, ты осознаешь всю ответственность выбора. Вот только не стоит с этим затягивать, иначе сомнения затянут тебя, и ты никогда не решишься.

— А что бы вы посоветовали мне?

— Ха-ха-ха! Хитрец, — рассмеялся я. — Ты сам должен понять. Ответ в тебе самом, просто подумай, с какой стихией ты можешь себя сравнить, какой бог тебе близок, возможно, так тебе будет проще принять решение. Пойми, кто ты есть, и ты поймешь, какой источник мы откроем первым. Подумай. А после мы все обсудим. Я всегда рад поговорить, помочь, обсудить… и даже поспорить.

— Благодарю, учитель, — это был не тот ответ, который мужчина хотел услышать, но он осознавал, что другого ответа не будет.

Интересно, когда он придет ко мне снова и с чем? Вестон был весьма интересной личностью, меня особенно волновал тот факт, что, будучи магически одаренным, этот человек остался, не отмечен богами. Почему? Это странно! Наверняка, на это есть причина, и я намеревался узнать, в чем же дело.

— Иди и помни, я всегда готов помочь, но это не значит, что я дам решение или ответ на любой вопрос, скорее уж подскажу, как его найти самому.

Постепенно зал опустел, теперь здесь остались лишь я и Кайл, продолжающий сидеть на своем месте. Он думал, гадал, пытался предположить, что же мне нужно от него. Да уж, ему явно не хватает хладнокровия, что весьма прискорбно для ледяного мага.

— Не стоит бояться, я не враг тебе, — я старался говорить тихо и спокойно.

— Я знаю, учитель.

— Тогда почему скрываешь, кто ты есть? — я подошел к Кайлу, присаживаясь рядом с ним. — Неужели ты думала, что я не замечу, что девушка пытается притворяться мужчиной. Весьма удачно и талантливо, настолько, что мало кто догадался, но все же…

— Вы… вы знаете? — голос сразу стал мягче, ведь магичке больше не было нужды притворяться.

— Да, хотя и должен признать, что не сразу понял, — усмехнулся я, даже не пытаясь скрыть свое восхищение этим фактом. — Тебе удалось меня обмануть, хотя и ненадолго.

— И что теперь?

— Решать тебе, но в притворстве нет нужды. Здесь тебя никто не тронет, так что будь собой, либо Кайлом, либо…

— Катрина, — вздохнула девушка, — мое имя Катрина Лигрес.

— Лигрес? — я удивленно взглянул на девушку. Среди ледяных магов семья Лигрес была весьма известна, их называли Снежными королями.

— Я неудачный ребенок. Сил у меня недостаточно для того, чтобы считаться Снежной королевой, — девушка опустила голову.

— Бывает. Просто твоя магия не соответствует твоему характеру, но повелитель льдов все равно открыл в тебе источник. Потому что ты Лигрес. Потому что, ничто другой не успел это сделать раньше. И сам играть не сможет, но и другим не даст — весьма эгоистично.

— И что теперь? — Катрина нервно теребила пуговицу на рубашке.

— Теперь тебе стоит подобрать подходящую тебе магию, но при этом учитывать то, что ты уже имеешь, — ответил я. — А еще перестать притворяться, мне все равно, чья ты дочь и какие надежды на тебя возлагают другие. Ну и в дополнение к этому, я хочу предложить тебе должность моей помощницы. Я человек занятой, мне нужна помощь в составлении расписания, составлении списков и прочих рабочих моментов. Ты не обязана соглашаться, только если чувствуешь, что справишься. Так что подумай. Хорошо?

— Я согласна, — торопливо ответила девушка.

— Если ты откажешься, я не стану относиться к тебе хуже или…

— Я согласна, это обдуманное решение, — Картрина смущенно отвела взгляд. — Мне будет спокойней находиться рядом с вами, учитель. В замке в основном мужчины и это напрягает, а те девушки, что все же есть… Ну, мне с ними нелегко, они ведь знают меня, как Кайла и думали, что я… ну…

— Что ты очень симпатичный молодой человек, — рассмеялся я. Пару раз мне довелось видеть, как девушки заигрывали с ледяным магом.

— Ага…

— Вот и хорошо. Приходи после обеда в мой кабинет, обсудим дела.

— Хорошо, учитель. Я не разочарую вас, — впервые за все время нашего знакомства, Катрина улыбнулась по-настоящему

* * *

Моя комната была похожа на небольшую магическую лабораторию, здесь помимо кровати и шкафа расположилось множество книжных полок, шкафов с редкими ингредиентами, а так же магическими приспособлениями, необходимыми в работе. Так я мог, проснувшись среди ночи, начать сразу работать, воплощая идею, пришедшую ко мне во сне или просто закравшуюся в голову в неподходящий момент. Я торопился творить, изучать, созидать, не упускал ни одного шанса. Мои студенты считали, что это мой кабинет, а я настолько много работаю, что даже кровать установил в помещении. Я и сам называл свою комнату кабинетом, подтверждая предположения учеников.

В двери постучали, отрывая меня от очередного важного эксперимента, которым я занимался в гордом одиночестве. Мне было необходимо создать магический порошок для пушек, которые по моему заказу создавал Сесил. Нужно было все рассчитать, создать достаточное количество материала, провести испытания. Если мой замысел удастся даже у людей, лишенных магии, не имеющих к ней склонности и не способных открыть источники появится шанс оказаться на равных с магами.

— Войдите, — я сделал последние записи. Пока что мне было далеко до успеха, но я уже на верном пути, именно поэтому было крайне необходимо фиксировать каждое действие. Магия это тяжкий труд — никогда не стоит об этом забывать, особенно, если ты намереваешься добиться высот.

— Учитель, я не помешаю? — в комнату заглянула Катрина.

— Проходи, я ждал тебя, — я смотрел на магичку, как в первый раз и это не удивительно, ведь она сняла с себя мужскую одежду, решив, что темно-синее шерстяное платье будет уместней. Теперь было видно, что Кайл, это не Кайл вовсе, а весьма привлекательная молодая особа. Даже коротко остриженные волосы не портили дела, а придавали Катрине некой наивности и юности, а вот цвет волос — белоснежный слегка напрягал, сам не могу сказать почему. Снова вспомнилась сестра, которой однажды пришлось расстаться со своими шикарными золотистыми локонами, тогда Минори выглядела почти так же. Мой взгляд скользнул к портрету, висящему на стене, я уже начал постепенно менять его, но пока что, это все еще была королева, а не моя дорогая сестра.

— Вы хотели обсудить со мной дела, — напомнила магичка, когда молчание слишком затянулось и стало даже неприличным.

— Да… Прости, я задумался, — кивком головы, я указал девушке на свободное кресло. — Устраивайся, и возьми пергамент и перо, тебе придется все записать… Если, конечно, ты не предпочитаешь рассчитывать только на память. Я, увы, не могу себе этого позволить, в голове слишком много информации, её уже не удержать, и не извлечь вовремя то, что нужно в определенный момент.

— На память пока что не жалуюсь, но лучше записывать, — магичка без стеснения взяла все, что нужно. — Итак, что будет входить в мои обязанности. Мне хотелось бы знать более подробную информацию.

— О, не переживай, я не собираюсь загружать тебя, — доброжелательная улыбка буквально приросла к моему лицу, скрывая истинную натуру. Улыбаться не так уж сложно, особенно если это приносит ощутимые плоды, к тому же за улыбкой можно многое скрыть, многих обмануть. А потому я улыбался, смотрел снисходительно, по-отечески. — Ты пришла сюда в поисках защиты, магии и самой себя. Это первостепенно. Что же касается твоих обязанностей, то здесь все просто. У меня много уроков, встреч и разных дел, но временами я забываю об этом. Так что мне нужно, чтобы кто-то все фиксировал, следил, чтобы встречи и занятия не были назначены на одно время, а так же напоминал мне о том, что нужно сделать. Заодно будет весьма полезно вести реестр всех учеников и обитателей замка, кто и чем занимается.

— Поняла, все сделаю, — закивала девушка, скрябая пером по бумаге — Это все? Я могу помогать и в других вещах, у меня полно времени, так что все успею.

— Не торопись, для начала попробуй с этим управиться, — я протянул Катрине учетную книгу, в которой пока что сам делал записи и пометки. — Это тебе, разберись, прочитай, переделай, как тебе удобней или оставь, как есть.

— Угу… — по взгляду магички было понятно, что лишь теперь она начала понемногу осознавать, что ее работа не будет простой. Давно пора. Мне нужен помощник ответственный и трудолюбивый, но что самое важное, преданный мне. Лишь убедившись в том, что Катрина именно такой человек, я не дам ей больший объем работы, не посвящу в свои планы. Для этого у меня есть Дзейрен и Сесил, о них я знаю достаточно, чтобы понимать, что можно им говорить, а что нет.

— Вот и хорошо, и не забывай о том, что тебе предстоит определиться, стоит ли открывать тебе второй источник и если да, то какой. Это намного важнее всего, ведь ради этого ты пришла ко мне.

— Я уже все решила, — заявила магичка. — В моем случае уже не имеют значения предпочтения, желания и таланты. Источник можно открыть, но с его закрытием возникнуть проблемы. Выбор ледяной магии мне не принадлежал, он основан на решении Артенуса, нашего покровителя. Все, что я могу, это попытаться найти нечто более приемлемое для меня.

— Весьма благоразумные слова, — кивнул я. В отличии от Катрины, я понимал, что магия льда ей близка, хотя он думает иначе. В её случае это протест, ведь её мнения не спросили. Она молода… Слишком молода, так что ей простительно подобное заблуждение. К тому же, мне было интересно наблюдать за моими учениками, за их ошибками, особенно, если они будут фатальными. Признаюсь честно, мне хотелось, чтобы кто-нибудь ошибся с выбором, чтобы ученики на примере увидели, к чему это приведет, познали всю степень ответственности выбора. Это будет правильно. Жестоко. Но правильно. Кто знает, может быть, я незримо и незаметно подтолкну кого-нибудь к верной гибели. — И что же ты решила? Какой источник откроешь?

— Ну, у меня открыт источник ледяной магии, так что магия растений, огня и молний мне уже недоступны, — взгляд Катрины был сосредоточен, она буквально пожирала меня взглядом, надеясь по моему выражению лица понять, в верном ли направлении она мыслит. Зря. Мое лицо превратилось в непроницаемую маску с доброжелательной понимающей улыбкой, а взгляд ни о чем не говорил. — Магия Тьмы тоже может оказаться опасной, ведь ледяная магия чистая, искристая. Так что остается: вода, ветер и свет. Яды и кислоты, некромантию, а так же магию земли я не рассматриваю, меня это не интересует вовсе. Контроль за животными, вообще не мое, никогда не ладила с живностью.

— Хм… весьма благоразумные рассуждения. Я впечатлен. Про огонь, мог догадаться любой, несовместимость с молнией тоже довольно-таки очевидна, хотя и не для всех, но Тьма… Не каждый сможет понять, что эта магия так же несовместима с ледяной. Радует и то, что ты сразу отмела не интересующие тебя виды магии. Нет ничего хуже, чем заниматься тем, что тебе не интересно.

— Я это на собственном опыте знаю.

— Итак, три источника: вода, ветер и свет. Но открыть сейчас можно лишь один, а после привыкать к нему, учиться использовать, контролировать. Только после этого, если решишься можно браться за следующий, — я не стал спорить с Катриной и убеждать её в том, что ледяная магия ей необходима. Если эта девушка достаточна умна, со временем сама придет к этому выводу.

— Я думала, что вы подскажите мне.

— Нет, — усмехнулся я. — Даже для моей помощницы не будет поблажек. Лишь тот достоин обладать магией и знаниями, кто способен сделать выбор и нести за него всю полноту ответственности. Магия это не игры, это осознанное решение. Решение, который каждый принимает самостоятельно, Катрина.

— Я… Я понимаю, учитель, — вздохнула девушка.

— Тогда сообщи мне, как будешь готова принять решение, ну, а пока, займись делом, теперь у тебя много работы.

— Я могу остаться здесь?

— Не хочешь общаться с остальными обитателями замка?

— Пока нет, хотя и понимаю, что сделать это придется.

— Это хорошо, что понимаешь. Ну, а пока, можешь располагаться, я не возражаю против компании.

Глава 11. Успех во всем

Известие о том, что Кайл это вовсе не Кайл и вообще не мужчина удивило многих. Особенно расстроила эта новость немногочисленных девушек, которые давно спорили о том, кому достанется стеснительный и симпатичный молодой человек. Мужскую часть населения это изменение напротив воодушевило, но это быстро прошло, ведь будучи моей помощницей Катрина почти все время занималась работой или была рядом со мной. Жизнь снова начала свое размеренное движение, но меня не оставляло предчувствие, что это ненадолго. Что ж, это вполне предсказуемо и ожидаемо, ведь боги не потерпят конкуренции.

— Учитель, — в мой кабинет заглянула магичка, контролирующая мой день. И как я только раньше без нее обходился? Не представляю! Теперь мне не приходилось держать в голове кучу ненужной информации, за меня это делала Катрина. — Через полчаса у вас занятие, а потом встреча с Сесилом. Он сообщил, что готова первая пушка и её необходимо испытать, чтобы в последствие доработать, наш кузнец сомневается, что первый экземпляр полностью соответствует вашим требованиям.

— Хорошо, что напомнила, — поблагодарил я, не отрываясь от своих записей. Мой магический порошок уже два дня, как был готов, так что сегодня мы сможем проверить первую пушку. Рассчитывать на полный успех не приходилось, но сегодня мы однозначно к нему приблизимся. Это будоражило, воодушевляло, заставляло кровь закипать в жилах от азарта. — Что-то еще?

— Норри снова поймали на краже, он пытался стащить серебряные кубки из столовой, а в его комнате нашли кучу разного хлама, который пропал у других обитателей замка, — пожаловалась девушка, хотя по голосу было понятно, что она жалеет непутевого мальчишку, не способного остановиться.

— Снова? — я тяжело вздохнул. Если ничего не предпринять, малец плохо кончит. Не скажу, что меня это сильно волновало, ведь каждый должен получить по заслугам в этой жизни, но не стоит забывать о том, что я мудрый учитель и наставник'.

— Он не может остановиться. Как сорока, увидит что-то блестящее и сразу руки к этому тянет! — негодовала обычно спокойная и чрезмерно тихая магичка. Она относилась к маленькому воришке с непонятным мне трепетом и заботой, совсем, как старшая сестра.

— Где он сейчас? — похоже, придется принять меры.

— Баллард запер его в подвале, в одной из камер.

— Ну и правильно, пусть посидит, подумает, — я медленно постукивал пальцами по столешнице, размышляя о том, что можно сделать в данной ситуации. Наказывать, увещевать, угрожать — бесполезно, это не поможет в этой ситуации, ведь страсть к воровству у Норри с родни болезни. Маленький клептоман мог стать для меня проблемой.

— Учитель, вы же понимаете, что это не поможет, — печально произнесла Катрина. — Это уже третьий случай. Хорошо еще, что Дафф вмешался и не дал покалечить мальчишку.

— Пусть посидит пару часиков в камере, успокоится. Я как раз успею провести занятия. А после приводи его ко мне, посмотрим, что можно сделать.

— Учитель…

— Не бойся, не буду я его наказывать, — отмахнулся я, вспоминая, что в одной из книг видел весьма интересное заклинание. Почему бы не применить его на Норри? Мальчишке это только на пользу пойдет, а я в очередной раз продемонстрирую обитателям замка, что магия способна решить любые проблемы. К тому же, мне будет весьма интересно освоить новое заклинание не просто воздействующее на сознание, но изменяющее его. Однозначно, сегодня будет крайне удачный день.

* * *

Занятие пролетело быстро, я втолковывал моим последователям основы магии, объяснял, что отличает и характеризует разные виды магии и источники, которые им предстоит открыть. С каждым таким занятием я видел в глазах людей все больше понимания и осознания, благоговейного страха и трепета. Многие готовы были решиться в обход воли богов открыть источники магии, но были и те, что испугались и осознали, что лучше жить обычной жизнью. Магия не для всех! Это выбор! Это решимость! Это награда! Эту мысль я пытался донести до учеников.

Ну, а теперь, когда ученики вновь разбрелись по своим делам, настало время заняться моей главной на сегодня проблемой. Норри. Пора позаботиться о том, чтобы жизнь этого ребенка не пошла под откос и не закончилась в ближайшие месяцы. Учитывая его последние 'подвиги', его вполне могут и прикончить или покалечить.

— Учитель, я привела его.

— Ну, так заводи, — тяжело вздохнул я.

— Заходи! Не смей брыкаться! — шипела Катрина, практически силой затаскивая в мой кабинет мальчишку. — Да, ничего тебе не будет.

— Не хочу, мне и так хорошо.

— Не смей мне перечить!

— Но…

— Норри, заходи, тебе не стоит меня бояться, — я с трудом подавил раздражение. Мне было проще воспользоваться магией, но я продолжал упрямо играть роль, скрывая свою истинную личину под маской доброжелательности. — Ну, а ты, Катрина иди займись делами.

— Вам не нужна помощь? — девушка явно нервничала.

— Иди уже! — я чуть повысил голос.

— Хорошо. Только не забудьте об испытаниях пушки. Сесил ждет, — тут же притихла магичка. Бросив обеспокоенный взгляд на своего маленького друга, он спешно захлопнула дверь.

— Что со мной будет? — Норри утер рукавом нос. Казалось, ребенок ожидает всего самого худшего: смерти или изгнания.

— Ничего, я просто наложу на тебя заклинание, которое не позволит тебе красть, — безразлично ответил я, в очередной раз заглядывая в магическую книгу, проверяя, насколько хорошо запомнились древние слова.

— Это невозможно.

— Откуда ты знаешь? Ты великий маг? Знаешь все заклинания? Постиг основы и суть магии? — насмешливо протянул я, ощущая страх своего маленького гостя.

— Нет, — буркнул воришка.

— Тогда почему говоришь, что это невозможно?

— Потому что я никогда не слышал о том, чтобы это кто-то делал.

— То есть, существует только то, о чем ты слышал и что ты видел. Все остальное не существует?

— Нет… — Норри стал пунцовым от напряжения, страха и смущения.

— Итак, я предлагаю тебе выбор, — я подошел к будущему магу. — Ты можешь покинуть замок, потому что воры мне здесь не нужны. Или ты можешь принять мою помощь. Выбирай.

— Я… Я… — мальчишка поднял на меня хмурый взгляд. — Я больше не буду ничего брать, так? Ну, чужого?

— Каждый раз, когда ты попытаешься что-то украсть, то будешь ощущать жгучую боль, а конечности начнут неметь. Ты физически не сможешь воровать, — пояснил я. Это заклинание из ряда проклятий, относится к магии Тьмы.

— Проклятье? — испуганно пискнул Норри.

— Да, они не всегда причиняют вред и убивают. Все зависит от того на что направить проклятье и как использовать, — пояснил я. — Выбор нужно сделать прямо сейчас, ведь у меня нет времени ждать, а другие мои ученики недовольны тобой. Я могу их понять.

— Я… я согласен, — решительно кивнул мальчишка.

— Вот и хорошо, тогда стой смирно.

На самом деле, я мог использовать и безболезненное заклинание, основанное на знаниях Великой Паучихи, но мне хотелось проучить мальца, наказать его и напугать. Страх! Вот что сдерживает людей, вот, что заставляет их преклоняться и уважать других. Довольно скалясь, я положил руки на голову Норри, начиная читать сложное заклинание. Проклятье создавалось мучительно долго, оно вытягивало из меня силы, магию, но вместе с тем, я получал моральное удовлетворение. Мои слова звучали все громче и резче, они заставляли воришку испуганно дрожать, отравляли его тело. Отныне мое проклятье будет сопровождать его, не давая красть, а заодно, я смогу в любой момент взять тело мальчишки под полный контроль, одним щелчком пальцев разбив его душу на мелкие осколки.

Наложить заклинание на Норри не составило труда, оставалось лишь дождаться результата, но сразу его будет невидно. Придется наблюдать за мальчишкой, и заниматься этим буду не только я, но и обворованные люди, теперь с настороженностью относящиеся к этому ребенку. Удивительно, как все они набросились на воришку, хотя у многих из пришедших ко мне и у самих рыльце было в пушку. Но, это никого не волнует, люди никогда не судят других по себе, это им можно убивать, насиловать, грабить, а вот другим делать тоже самое с ними нельзя. Если бы у меня было время, я бы с удовольствием поразмышлял на эту тему. Человеческое лицемерие — оно всюду, оно в природе нас, заложено самой жизнью. Я не исключение, скажу больше, я еще больший лицемер, чем все остальные.

Но, это все сейчас неважно, ведь впереди у меня очередное занятие с магами и теми, кто только собирается ими стать, а после испытание пушки, первой из многих. Если все пройдет успешно, то в скором времени у меня появится еще один козырь в борьбе! Я не буду так же привередлив, как боги, не стану отказываться от силы и буду использовать все: людей, магов, машины, новые творения Сесила, даже если эта мощь попадет в чужие руки, это будет неважно. Главное достигнуть цели, заставить Проклятые земли, а затем и весь мир содрогнуться, запустить цепную реакцию, которую уже никто не остановит.

— Итак, — я оглядел своих учеников, остановив взгляд на Катрине. — Кто-нибудь готов открыть источник магии?

Все молчали, никто не проронил ни одного звука, даже моя уже определившаяся в своем выборе помощница лишь опустила голову, делая вид, что не слышала вопроса. Она не желала быть первой и продемонстрировать открытие источника всем остальным, а еще она боялась. Еще бы, ведь это нечто новое, решительный шаг, после которого уже не будет пути назад. Тихо настолько, что слышно как напугано трепещут сердца, как прерывисто дышат люди.

— Неужели, никто не решился? Жаль…

— Я хочу попробовать, — раздался уверенный голос Вестона.

Должен признать, что этому человеку удалось меня удивить, ведь я думал, что он решиться последним. Не потому, что боится, нет, лишь потому, что привык ко всему подходить основательно, все обдумывать, анализировать, медлить и сомневаться. Но сейчас в его глазах, я видел решимость, которая впечатляла. Казалось, что он намерен открыть источник лишь для того, чтобы не думать над этим вопросом больше.

— Отлично! Выходи ко мне, — я ободряюще улыбнулся. — Тебе бояться нечего, ведь это твой первый источник, так что угрозы для жизни нет. Максимум, что может тебя ожидать это разочарование в собственном выборе. Но, это может постигнуть любого, причем, не сразу.

— Я не боюсь, — безразлично пожал плечами мужчина.

— Вот и хорошо, какой источник ты хочешь открыть, какая магия тебе близка?

— Земля, — уверенно ответил Вестон. — Я такой же прочный, надежный и основательный, как она.

— А еще такой же плодородный, — хихикнул один из студентов, которого тут же поддержал смех других.

Я лишь покачал головой. Ход мыслей ученика был мне понятен, но и насмешки других тоже. Вестон пытался найти что-то родное для себя и нашел, но описал он не землю, а камень. Мне хотелось бы направить его в ином направлении, в более узком и специализированном, но это противоречило моим убеждениям и новым принципам. Мои ученики должны принять решение самостоятельно, отвечать за это им тоже придется самим.

— Значит, магия земли?

— Да, начнем с нее, а дальше видно будет, — мужчину не волновали слова других, он не собирался сворачивать с избранного пути. Упрямство, достойное уважения!

— Что ж, тогда приступим. Сейчас мы продемонстрируем другим, как открывается источники магии, которые есть во многих живых существах. Первый раз, я помогу, дальше, если захочешь освоить новую магию, придется действовать самостоятельно, так что запоминай все. Знание теоретических основ многое дает, но с практикой их не сравнить. Можно знать все заклинания в мире, создавать новые, но какой в них толк, если ты не в состоянии применить их? Практика в магии это все!

— Я понимаю, учитель.

— Отлично, тогда приступай. Мы же будем наблюдать и контролировать.

Вестон уселся на удобный стул, сложил пальцы рук в замысловатом жесте и сразу ж принялся бубнить под нос слова заклинания, вводящие его в транс. Он не ждал, ничего не уточнял, не пытался выудить из меня какую-то информацию, просто принялся осуществлять то, что я объяснял на занятиях. И снова Вестону удалось меня удивить, дать понять, что я недооценил этого мужчину, что к нему нужно присмотреться. Прекрасная дикция, ни одной ошибки в произношении сложных слов, полное сосредоточение на деле, как и ко всему, к магии этот человек отнесся основательно. Я точно так же, как и мои притихшие ученики, наблюдал за происходящим. Это вовсе не зрелищное событие, открытие источника практически незаметно со стороны, оно лишь ощущается, но опытный маг многое сможет заметить. Вестон был силен! Невероятно силен! Его потенциал поражал и пробуждал интерес! Такой, как он, легко мог достигнуть невероятных высот, даже стать верховным магом! Почему же тогда такая мощь осталась не востребована богами?! Это странно! Непростительное расточительство! Почему никто не взял под свое крыло этого человека?! Этот вопрос не на шутку взволновал меня. Но не настолько, чтобы помешать открыть его первый источник. Понимаю, что боги не просто так оставили Вестона без внимания, но мне хотелось дать ему шанс, рискнуть, увидеть, что из этого получится.

Будущий маг продолжал бормотать заклинание, но делал он это уже не осознанно, ведь уже погрузился глубоко в собственное сознание, в особый мир, где есть лишь магия и собственная воля. Любому человеку тяжело там находиться, даже для меня это было тяжело, чего уж говорить обо всех остальных. И все же, это единственный путь получить магию в обход властолюбивых богов.

— Кто помнит, как долго открывается источники? — я перевел взгляд на учеников.

— Все зависит от человека, это может занять несколько часов, а может длиться пару недель, — тихо ответила одна из девушек.

— Совершенно верно, — взмахнув рукой, я прошептал защитное заклинание, образовавшее вокруг Вестона защитный купол. Подобные вещи давно уже давались мне легко и просто, что вызывало восхищение других. Мои ученики считали меня равным богу, думали, что магия дается мне просто, что играючи я способен сотворить любое заклинание. Они даже не представляли, скольких усилий мне это стоило. Пусть так. Это все мне на руку. — Пока не откроется источник, Вестон будет находиться под моей защитой. Всякое может случиться, так что лучше присмотреть за ним. Что же касается остальных, то советую повторить пройденный материал и решить, по какому пути идти. Это важно… Намного важнее, чем вы можете представить. Ну, а теперь, если у вас есть вопросы, задавайте…

Я бросил быстрый взгляд на находящегося в трансе мужчину, жаль, что я не могу увидеть то, что творится глубоко в его сознании. Это помогло бы мне понять, кто же передо мной. Увы, открыть источник, каждый должен самостоятельно, это принцип, ведь я не желал идти по пути богов.

* * *

Катрина нагнала меня в коридоре, когда я уже почти дошел до оранжереи, где обосновался летун. Я намеревался обсудить с ним одно важное дельце, которое мог поручить лишь ему, а заодно подбросить новую порцию информации для Яинары. Мне нравилась эта игра, осознание того, что я все контролирую и даже шпион, служит моим интересам. Так ли это на самом деле, покажет время, но сейчас я предпочитал верить в свой успех, прозорливость и могущество. Возможно, однажды мое самомнение сыграет со мной злую шутку, но размышлять об этом я не хотел, как и меняться. Зачем? Эта судьба постигнет весь мир!

— Учитель, у вас назначена встреча с Сесилом.

— Уже?

— Да, он ждет вас, так что поторопитесь.

— Хорошо, только позову Дзейрена.

— Если хотите, я могу пойти с вами, — предложила магичка. Она вообще старалась проводить в моем обществе, как можно больше времени. Это повышало её статус в глазах других обитателей замка, а заодно Катрина могла учиться у меня лично, наблюдая за мной, подсматривая и подслушивая.

— Не стоит. У тебя и без того полно забот. К тому же на улице отвратительная погода: ветер, мелкий дождь, даже подмораживать начинает. Я не хочу, чтобы ты простудилась, так что лучше оставайся в тепле.

— Благодарю за заботу, — в голосе девушки легко читалось недовольство.

— Это не забота, а здравый смысл и расчет. Если ты заболеешь, мне придется искать нового помощника, вводить его в курс дел или все делать самому. Это слишком хлопотно, — отмахнулся я. — Отдыхай, занимайся своими делами, присмотри за нашим Вестоном. Для него все может оказаться не так просто, да и тебе будет полезно взглянуть на происходящее со стороны. Я не собираюсь вмешиваться, но ты вполне можешь наблюдать, учиться на чужих ошибках.

— Хорошо, учитель, я все сделаю, — Катрина почтительно склонила голову.

— Вот и хорошо.

Временами мне до одури нравилось слышать: 'учитель', но иногда хотелось взвыть от этого обращения. Мне нужен кто-то равный! Увы, это непозволительная роскошь, к тому же быстро наскучит. Люди весьма непостоянные создания, они могут мечтать об одном, но получив это осознать, что оно им не нужно. Я такой же…

Стоило мне переступить порог оранжереи, как я оказался в настоящих тропиках. Жарко, душно, повышенная влажность, яркое магическое освещение и буйство красок и запахов. Каких только растений здесь не было! И не просто растений, каждое из них можно было использовать для зелий, ритуалов и изготовления магических артефактов. Настоящий рай для исследователей и любителей живой природы. Мне нравилось бывать здесь, но не долго. Холодные каменные стены и тусклый свет были для меня намного приятней.

— Дейрен! — позвал я, не углубляясь дальше. Нельзя забывать о том, что меня уже дожидаются! Быстрей бы увидеть творение слепого кузнеца, прикоснуться, ощутить силу, заполнить моим новым магическим порошком, а после заставить сокрушить горы и леса! — Дзейрен, лети сюда!

Несколько мгновений ничего не происходило, даже звуков не было, но я не торопился делать выводы и уходить. Летун основательно засел здесь, практически не покидал свои владения, разве что ради того, чтобы полакомиться. Все остальное время он проводил среди растений — не иначе вил себе гнездо. Забавно. Хотел бы я это увидеть. Жаль только, что моя мысль так и останется лишь забавной шуткой, не более.

— Дзейрен! Давай быстрей, у меня нет времени на игры в прятки, а ты сам давно уже не ребенок, чтобы так развлекаться!

— Я не развлекаюсь, просто не тороплюсь, — послышался ворчливый ответ летуна, соизволившего появиться передо мной. Все такой же тощий, с голодными глазами, жалкий… Он напоминал мне комара, вызывал желание оторвать его крылышки и конечности, а потом наблюдать, как Дзейрен будет корчиться. Я гнал от себя эти размышления, сейчас не время проявляться мое безумие и жестокость, мне необходимо сдерживаться, продолжая играть несвойственную мне роль.

— А стоило бы.

— Зачем звал? — летун не был в восторге от того, что его потревожили. Его уверенность в себе возрастала, да и говорить со мной он стал намного тверже, наивно полагая, что значим для меня. В некотором роде так оно и было.

— А ты осмелел, — усмехнулся я. — Ладно, идем.

— Куда?

— К Сесилу, разумеется, пора навестить старика. Должен же ты хоть что-то передать своей хозяйке, иначе она может решить, что ты ей не нужен, пошлет еще кого-нибудь, чтобы присматривать за мной, а нам с тобой этого не нужно.

— Она мне не хозяйка, — возразил Дзейрен.

— Но ты ей служишь.

— Да, и ты не против этого.

Я ничего не ответил, мне было достаточно того, что Дзейрен послушно следует за мной. Скоро он увидит прототип оружия, которое заставит Проклятые земли содрогнуться окончательно! Естественно, в скором времени об этом станет известно Белой Паучихе, Арлин и остальным. Все точно так, как я планирую! Моя душа была в предвкушении, трепетала и дрожала, в голове возникало множество образов-фантазий. Я понимал, что готов всего лишь первый прототип, что он может не заработать, а порошок, который я кропотливо создавал, окажется бесполезным, но все равно рассчитывал на лучший исход. Хочу услышать раскаты грома, увидеть яркую вспышку и всполохи пламени, а после будут разрушения! Идеальная картина! Эти мысли заставляли меня быстрее переставлять ноги, торопиться, улыбаться… Ничто не имело значение, никто не мог отвлечь меня, я шел к богу кузнецу, чтобы лицезреть его последнее творение.

* * *

Я хотел, чтобы Дзейрен увидел новое оружие, чтобы сообщил Паучихе, что моя мощь возрастает. Что скрывать, я все еще был влюблен в богиню, а точнее зависим от нее, именно это подталкивало меня вести себя не самым осмотрительным образом. Я хотел покрасоваться, хотя это и могло помешать воплощению в жизнь моих великих планов. Летун же не проявлял никакого энтузиазма и вообще казался вялым и слабым. Это понятно, ведь в оранжерее тепло и сухо, а на улице ветер и дождь, серое небо, невзрачные растения, мир готовится к зиме и я не сомневался в том, что она будет беспощадна.

— Почему Сесил не хочет жить в замке вместе со всеми? Там и места больше и удобней, — ворчал дрожащий всем телом летун. Сейчас, при всем желании, даже при крайней необходимости он не смог бы подняться в воздух. Его крылья бесполезны на холоде, да и дождь не способствовал полетам.

— Потому что у него есть свой дом. Нет ничего дороже этого и семьи, когда-нибудь ты и сам это поймешь. Из чужого дома могут выгнать, ты там никогда не станешь полноправным хозяином. К тому же дом нашего кузнеца не такой уж обычный, как кажется.

— Как и сам кузнец.

— Я рад, что ты это осознаешь.

Впереди показался внушительный силуэт Сесила, напоминающий мне обломок скалы. Он уже готовился к испытаниям своего необычного творения. Это уже не магия, это нечто иное, подвластное даже обычным людям. Если все пройдет удачно, маги перестанут представлять угрозу, ведь можно будет дать им отпор. Весьма иронично, что воплотить нечто подобное в жизнь решил именно маг, это попахивает безумием. Я лишь ухмылялся подобным мыслям.

— Райнер! Наконец-то! Я уже думал идти за тобой, или послать кого-нибудь из помощников! — прогромыхал кузнец, учуявший мое появление. Иногда мне кажется, что он притворщик, ведь без глаз невозможно столько 'видеть' и создавать. Это было чудо, которое было невозможно понять, как и то, почему бог упорно отказывается от восстановления глаз. Я бы мог помочь ему в этом, и его дети тоже, но Сесил не желал этого, гордо заявляя, что принял кару за свои ошибки и, ни о чем не сожалеет. Кузнец не желал видеть мир, ведь глаза могут обмануть.

Сесил был не один, его окружали его собственные ученики, те, кто оказались не одарены магией или желанием её изучать, но люди способные создавать руками и трудиться в поте лица, как и их нынешний наставник. Именно благодаря этим людям, слепой кузнец стал работать намного быстрей, усердней и вдохновенней. Я видел, как на его лице все чаще появляется искренняя улыбка, что он счастлив от того, что нужен и занят настоящим делом, а его искусство желают продолжить другие. Как бы нелепо это ни звучало, но Сесил расцветал, становился сильнее, словно вернулись годы его славы и величия, те времена, когда ценилась не только магия.

— Прости, друг мой. Память все чаще подводит меня, так что я забываю о важных вещах. Не стоит забывать о том, насколько я стар. Пусть не телом, но духом и сознанием.

— Главное, чтобы ты не забыл о порошке, а остальное неважно. Да и о старости можешь не заливать, я намного старше тебя, Райнер, но, как видишь, все еще способен мыслить здраво.

— Не волнуйся, я тоже на это способен, а благодаря моей помощнице не пропущу важных встреч и событий, — я похлопал по небольшому кожаному мешочку, прикрепленному к поясу, проверяя наличие магического порошка. Он был на месте, ровно столько, сколько нужно для пробного выстрела. — Ну, а как обстоят дела с пушкой?

— Я назвал её железным драконом, это больше подходит моему творению, ведь его мощь сопоставима с этими гигантами, — заявил кузнец.

— Тебе виднее, я не застал этих исполинов.

— Радуйся этому факту, во времена драконов люди, даже маги были лишь пищей для них.

— Ну, твой дракон не выглядит внушительно, скорее уж это маленький детеныш, — усмехнулся я, рассматривая двухметровую пушку, созданную по моему заказу. Несмотря на мои слова, я был впечатлен проделанной работой, хотя и считал, что все эти украшения: проработанная чешуя, мощные лапы с блестящими острыми когтями, вцепившимися в землю, разинутая клыкастая пасть и злобные светящиеся глаза ни к чему. Сесил потратил на это все уйму времени, а ведь для нас главное, чтобы пушка действовала. И все же, было глупо отрицать красоту этого оружия — это был маленький дракон. Если оно окажется бесполезным, и испытания провалятся, можно будет украсить им стены моего замка. Что ж, так или иначе, но применение этому шедевру найдется.

— Дело не в размере, а в мощи! — рассмеялся кузнец, совершенно не обижаясь на мои слова. — Я создал ядра из тираниума и кристаллов, при мощном ударе о поверхность они будут взрываться, высвобождая разрушительную энергию, сметающую все на своем пути.

— А мой порошок добавит им мощи, — должен признать, что Сесил превзошел мои ожидания, а его идея с ядрами просто гениальна. Я не ожидал от него такого энтузиазма! Видимо зря! Мои идеи захватывают не только учеников и простых людей, но и некоторых богов.

— Главное, чтобы он заставил снаряд взлететь!

— Так давай проверим, справился ли я со своей задачей так же хорошо, как и ты.

— Неужели великий маг и проклятая душа сомневается в своих знаниях и расчетах?

— Нет, но я понимаю, что не все получается с первого раза. Но волноваться не стоит, я уже провел пару небольших испытаний в своей лаборатории, так что все пройдет гладко. Нужно лишь понять, правильно ли я рассчитал дозировку, необходимую для выстрела, а так же, сможет ли порошок сделать свое дело при неблагоприятных погодных условиях.

— А побыстрее можно? Здесь холодно и мокро, — пискнул Дзейрен, кутаясь в теплый меховой плащ, который хотя и сохранял тепло, но из-за дождя выглядел весьма жалко.

— Ах, да, как мы могли позабыть, кто здесь главный, — беззлобно хохотнул я, устремляя взгляд вперед, ту же, куда была направлена пушка. Прямо перед нами красовался монолитный обломок скаты торчащий прямо из земли. Он был недостаточно большим, чтобы называться скалой, но умудрялся закрывать обзор с северной дозорной башни. Для того, чтобы уничтожить прочную горную породу потребуется мощное заклинание — идеальная проверка для железного дракона!

— Снаряд уже в его глотке, — Сесил отошел в сторону.

— Отлично, — я опустил взгляд, замечая отверстие для магического порошка. Не говоря больше ни слова и не обращая внимания на любопытные взгляды, я приступил к делу. Осторожно. Аккуратно. Чтобы не просыпалась ни одна крупица. — Готово! — щелкнув пальцами, я зажег фитиль.

Шнурок быстро тлел, бежал к порошку и ядру. Время, словно в насмешку начало тянуться медленней. Еще немного, всего мгновение. Я затаил дыхание. И не только я! Прогремел взрыв, что был громче любого из слышимых мной раскатов грома, все вокруг заволокло густым молочно белым дымом, запахло серой. Многообещающе! У меня даже уши заложило.

— Ха-ха-ха! Я чувствую, как земля содрогнулась! — расхохотался Сесил, непостижимым образом становясь громче шума и грохота.

Ждать не было ни сил, ни желания, а потому я быстро зашептал заклинание, призывающее ветер, что разогнет дым и позволит мне увидеть результат испытаний. Хотя, даже без этого я осознавал, что это успех! Как и сказал кузнец, земля содрогнулась!

Дым рассеялся, гудение воздуха стихло и передо мной предстало то, что осталось от каменного монолита, ставшего целью нашего дракона. Хотя правильней было бы сказать, что передо мной не было ничего. Не осталось даже пыли! Великолепно! Это успех! Признаюсь честно, я не ожидал, что все получится с первого раза, обычно при экспериментах и создании чего-то нового требовалось множество попыток. Это настоящая удача, хотя не думаю, что эта своевольная богиня имеет к этому отношение. Мы с Сесилом много трудились и были вознаграждены за это.

— Я не могу видеть, но точно знаю, что мир изменился, — прогромыхал довольный кузнец.

— Ты прав, друг мой, — согласился я. — От прочнейшей скалы не осталось ничего. Это оружие способно сокрушать города, и даже стену вокруг Проклятых земель. Отныне сила не только в руках магов, но и простых людей, они смогут противостоять им!

Меня охватило самое настоящее воодушевление, я ощущал, как внутри все сильнее разгорается настоящее пламя. Как же мне хорошо! Ха! Ни одна женщина не заставляла меня чувствовать себя настолько счастливым, как сейчас! Я мог изменить мир, наказать его за то, чего был лишен по воле богов, отомстить за разбитую семью и несбывшиеся надежды.

— Рано радуешься, пока что, магический порошок можешь делать только ты, а драконов только я. Нам еще предстоит научить этому делу наших учеников, лишь после этого люди смогут сравняться по боевой мощи с магами, да и то не со всем, — возразил Сесил.

— Неважно! Начало положено, и мы продолжим двигаться в этом направлении! Дзейрен, ты все видел? Тогда сообщи своей хозяйке, чего я добился! Ну же, не стой на месте, займись своим делом! — я перевел взгляд на кузнеца, который в отличии от меня был более спокоен. Его мудрость и опыт позволяли ему вести себя с большим достоинством. — Сколько драконов ты сможешь создать за месяц?

— Не больше десятка, да и то, если хватит тирраниума. Другой металл не подойдет. К тому же мне нужно больше помощников. Ты же хочешь дать силу людям, значит им стоит научиться работать самим, а не надеяться на то, что бог и маг дадут им оружие.

— У тебя будет вдоволь и оружия, и материала для работы. Я обещаю тебе это.

Еще раз взглянув на место, где еще недавно находилась скала, я направился прочь. Мне нет смысла задерживаться на холоде дальше, достаточно того, что я видел успех своих начинаний, убедился в верности выбранного пути. Успех будет сопутствовать мне во всех начинаниях, в этом нет никаких сомнений! Ну, а теперь, стоит заняться другими делами. Вот только не помню, что у меня по плану… Нужно найти Катрину, без нее я как без рук. Хорошая девочка.

* * *

Успех сопутствовал мне во всем. Удачно прошел не только мой эксперимент с пушкой, но и другой — заклинание для нашего маленького воришки. Причем, если первый продемонстрировал мою силу и знания, то второй успех укрепил мое положение лидера, ведь я проявил себя не только, как сильный маг, но и как мудрый наставник, дающий другим второй шанс. Что же касается Норри, то больше мальчишка ничего не таскал и не вызывал гнев окружающих, хотя к нему и продолжали присматриваться и еще долго будут наблюдать и подозревать мальчишку во всех пропажах. Ничего. Пусть наблюдают, я хорошо потрудился над Норри, так что он меня не подведет. Да и мне так мне будет меньше забот, а и сам воришка может оказаться весьма перспективным магом, который пригодится в моем нелегком деле. Тот факт, что он теперь полностью в моих руках был еще одним неоспоримым плюсом. Было бы неплохо доработать это замечательное заклинание и наложить его на всех обитателей замка. Я даю выбор другим, но это лишь видимость, обман — все, кто пришел в мой замок и решил вырваться тесных рамок правил, законов и воли богов, должны стать орудием в моих руках! Я всерьез озадачился данной проблемой, к тому же, мне нужно больше тирраниума, а его должен кто-то добывать. Мне нужно проработать данный вопрос, а еще не забывать об обучении магов и открытии источников магии. Столько дел… Но это не страшило меня, раз мне сопутствует успех, пусть так оно и будет дальше, не стоит упускать момент. Пока что еще слишком рано, но момент, когда я покажу свое истинное лицо уже близок.

— Учитель, как прошли испытания? — послышался тихий шепот Катрины, встречавшей меня.

— Можно подумать, ты не в курсе, — снисходительно улыбнулся я, давая понять, что вижу магичку насквозь.

— Все получилось, ответила на собственный вопрос девушка.

— Вот видишь, ты все сама знаешь. Так зачем спрашивать? Чтобы завязался разговор? В отношении меня подобное поведение глупо, говори прямо, ничего не бойся.

— Я учту это на будущее, учитель, — девушка слегка склонила голову в знак почтения.

— Так что ты хотела?

— Ах, да! — магичка ударила себя по лбу. Её взгляд стал серьезным и напряженным, в нем я видел легкое чувство вины. — Вестон! Мне кажется с ним что-то не так.

— И что же подтолкнуло тебя к этой мысли? — в сопровождении помощницы я направился к учебному залу. Тот факт, что успех сопутствует мне во всех начинаниях, не значит, что это же касается всех остальных. Меня мало волновало, что станет с одним из моих учеников, хотя должен признать его неудача будет досадной неприятностью, ведь напугает других учеников. В этом случае мне придется все же незаметно вмешаться в их судьбы и выбор.

— На его коже проявились странные символы, я никогда раньше не видела ничего подобного, — Картрина нахмурила бровки и поджала губы, от чего стала выглядеть весьма очаровательно. Она силилась понять, что происходит, ей хотелось самостоятельно найти ответ, но она была неспособна сделать это. Недостаточно знаний. — Вы не рассказывали ни о чем подобном.

— Символы? Хм… На это нужно взглянуть.

Я был заинтригован. Что еще за символы, да еще такие, что моя помощница не способна их расшифровать. Неужели древний язык? Интересно! Очень интересно! На моих губах проскользнула легкая улыбка — то, что тревожило Катрину, вполне могло оказаться очередным моим успехом. Мне не терпелось увидеть то, что происходит с Вестоном, изучить, понять, убедиться в том, что моя догадка оказалась верна. Этот одаренный человек не был отмечен богами и кажется, настало время узнать, почему?

Глава 12. Глыбник и ход марионеткой

Я не испытывал чувства тревоги, хотя стоило бы, в моей душе был только интерес. Творилось что-то необычное, яркое, опасное и это было радостью для меня. Скучно жить, когда ничего не происходит, особенно, когда ты уже привык к постоянной угрозе, борьбе и движению. Мне нравилось, что замок пришел в движение, что что-то происходит, пусть даже опасное и непонятное.

Мы быстро достигли лекционного зала, где совсем недавно я оставил первого из решившихся на эксперимент ученика. Здесь ничего не изменилось, разве что стало тихо и пусто, ведь обитатели замка разбрелись по углам, занимались своими делами и понятия не имени о том, что что-то происходит. Что ж, тем лучше — меньше паники и шума будет, да и под ногами никто путаться не будет.

— Вот он, — Катрина замерла у дверей, не решаясь войти. Она не понимала, что именно её пугает, но предпочитала довериться интуиции. Что ж, это верное решение, ведь чутье зачастую единственное, чему можно доверять.

— Сейчас посмотрим, что это за символы, — я неспешно, намеренно медленно подошел к мужчине. Дыхание неподвижно застывшего Вестона было тяжелым, болезненным, он горел, словно пытался открыть не источник магии земли, а призывал Огонь, липкая испарина покрыла тело, пропитала рубаху, а самого мужчину трясло. Это можно было бы не брать в расчет вовсе, ведь самому открывать источник трудно и болезненно, но проступившие на коже письмена говорили о том, что что-то пошло не так.

— С ним все будет в порядке? — магичка продолжала мяться на месте.

— Пока не знаю. Все зависит от того, что с ним. На некоторые вещи даже я не в силах повлиять… Да и боги тоже.

Я внимательно изучал древние письмена, с трудом различая вязь давно утраченного языка. Казалось, что слова проявляются на теле бессистемно, не желают формироваться в предложения и дать нам подсказку, что-то разъяснить. Они, словно, смеялись над нами, дразнили, бросали мне вызов. В этом должен быть смысл! Обязательно должен! Эти символы не просто так появляются на коже, все дело в пробуждении магии, что-то блокирует её. Но почему? Кто такой Вестон? В моей голове мелькали сотни вопросов, но они не могли отвлечь меня от главного — расшифровки письмен. Моему ученику становилось все хуже, из его глотки даже начали вырываться сдавленные булькающие хрипы. Плохо дело! Что-то убивает его и дело явно не в открытии источника. Точнее и в нем тоже, но по большей части в том, что кто-то запечатал все источники. И как я только сразу этого не заметил? Нужно было заняться изучением этого человека вплотную! Злость на самого себя захлестнула меня, как цунами, почти поглотила, в тот момент, когда я готов был раствориться в собственной ярости, в моей голове все сложи лось — символы, наконец, сложились в единое целое, выстроились в ровный ряд, позволяя прочесть оставленное послание. Все внутри похолодело и сжалось, а мои глаза округлились от ужаса и удивления.

— Глыбник?! — я резко отпрянул назад. Этого не может быть?! В голове никак не укладывалось, что передо мной вовсе не человек. Пробуждать силу Вестона было большой ошибкой! Но я же не могу предусмотреть все, да и не мог я предположить, кто придет в мой замок среди первых гостей, да и сам Вестон был не в курсе, кто он такой. Я все еще не мог поверить в происходящее, а потому просто уставился на слабеющего ученика, хотя правильней было бы сказать набирающего силу! Скоро перед нами предстанет вовсе не человек, а нечто, во всех отношениях, большее.

— Учитель? — в голосе Катрины промелькнул испуг, она не ожидала увидеть меня таким. Это не соответствовало моему образу невозмутимого и мудрого учителя, знающего все.

— Его нужно срочно вынести из замка! Зови Балларда и остальных! Живо!!! — рыкнул я.

Повторять дважды не пришлось — магичка, понимая, что это не шутка, сорвалась с места, и помчалась за помощью. Ну, а мне оставалось лишь попытаться сдержать рвущуюся наружу мощь. Если глыбник именно здесь примет свое истинное обличие, от зала ничего не останется, да и другие помещения пострадают, я уже не говорю о человеческих жертвах. Возрождение будет болезненным, неприятным, заставит древнее существо метаться и крушить все вокруг, биться в агонии и убивать. Этого нельзя допустить! Мне необходимо больше простора для укрощения древнего бога, позабывшего о том, кто он такой! Пока все эти размышления вихрем проносились в моей голове, я уже рычал заклинание сдерживания. Надолго это не поможет, но выиграть время мы сможем. А большего и не надо! Сила струилась по моим жилам, опутывала Вестона, не давая его истинной сути проявить прямо сейчас. Мои слова заполняли все вокруг, наверняка, их слышали во всех уголках замка. По крайней мере, мне так казалось.

Сколько времени прошло? Кажется, помощь идет целую вечность. Еще немного и я сам взвалю тяжелую тушу Вестона на свои плечи и потащу его из замка. Моему ученику было совсем плохо, его телесная оболочка больше не могла быть вместилищем мощи древнего каменного бога, чей культ давно угас. Именно поэтому его магия никого не привлекла, никто не хотел, чтобы эти чудовища снова бродили по земле! Нынешние боги прекрасно знали, кто такой Ветсон, а потому не желали его пробуждения. Это же так очевидно! Мне нужно было лишь сопоставить факты, изучить ученика и ответ пришел бы сам собой. Глыбник! Вот только мог ли я предположить, что древний исполин будет ютится в теле человека, не знающего кто он такой Один из тысячи таких же, как он сам. Раньше, задолго до моего рождения, во времена прошлых богов, хозяев земли можно было встретить часто, они прятались в земле, в пустыне, в вулканах и ледяных пустошах, одаривали людей драгоценной рудой и самоцветами, убивали тех, кто оказался слишком слаб. Каждый глыбник был воплощением земной стихии, её основательности, силы, мощи, надежности и беспощадности.

Вестон рухнул на пол, его трясло в конвульсиях, кожа начала покрываться слоем камня. Мое сдерживающее заклинание не могло уже помочь, ведь мужчина уже открыл источник, свой истинный источник, где была сокрыта его сущность.

— Райнер! Что стряслось?! — в помещение буквально влетел Баллард, отвечающий нынче за охрану замка. Он непонимающе смотрел то на меня, то на корчащегося друга. В его взгляде легко читалось — неужели это и есть расплата за магию, за отказ исполнять волю богов?

— Наш друг оказался совсем не тем, за кого мы его принимали, — я уже взял себя в руки и вновь демонстрировал спокойствие. — Его нужно вынести из замка до того, как он примет истинный облик. Так что поторапливайтесь! Нам предстоит тяжелый бой и лучше, если он состоится за пределами нашего дома!

Вестона вытащили из замка. Теперь нам будет намного проще обуздать глыбника, да и жертв будет меньше. Если повезет, то удастся и вовсе обойтись без них. Символы, еще недавно горящие на коже мужчины, угасли, осыпались пеплом, знаменуя снятие печатей и ограничений. Больше ничего не сдерживало древнюю мощь — истинная сущность моего странного ученика рвалась на свободу. Вестон все меньше походил на человека, он превращался в огромный булыжник, с каменными руками и ногами, но без головы. В этом вся его суть — сила, которую не направляет разум.

— Что… Что это? — Баллард был поражен, еще никогда в жизни ему не доводилось видеть, чтобы человек превращался в нечто подобное, а ведь он давно уже в Проклятых землях, насмотрелся на всякое.

— Это из-за источника? — послышался испуганный шепот одного из моих учеников. — Он что-то сделал не так! Это опасней, чем мы предполагали.

Я заскрежетал зубами от злости. Все происходящее не только не входило в мои планы, но и портило их. Теперь люди будут еще больше опасаться открывать источники, так что, стоять в стороне уже не получится, придется воспользоваться магией контроля. Но это будет уже после, сейчас мне следовало поторопиться и уничтожить грозного врага, пока он не стал сильнее. Проблема лишь в том, что до полной трансформации все бессмысленно, ни одно заклинание или атака не достигнет цели.

— Катрина, зови магов, пускай создадут барьер вокруг замка. Никому не приближаться к этому месту! Я сам разберусь в глыбником!

— Но мы могли бы помочь, — неуверенно пролепетала девушка, и сама ощущавшая рвущуюся на волю магическую мощь, способную смести с лица земли даже обширное поселение. В её голосе звенел страх и неподдельный ужас.

— Это древнее божество! Пусть оно не так сильно, как раньше, но вы для него всего лишь жалкие мошки! Делайте, что велено! Баллард, останься, ты мне поможешь! — приказал я. Иногда против такой силы способны выстоять лишь простые люди.

— А я? — поинтересовался Дзейрен, прилетевший на шум.

— Ты тоже, — в моей голове уже созрел план. Как только трансформация окончательно завершится, мы атакуем, главное найти слабое место, сердце каменной глыбы.

— Маги, значит, жалкие мошки, а я останься? — усмехнулся Баллард, доставая огромный меч, который я бы назвал тесаком. И как только с такой махиной можно управиться, да еще с такой легкостью. — Даже интересно, что ты затеваешь, Райнер: вселить уверенность в собственных силах в людей или пытаешься унизить своих учеников.

— Ни то, ни другое. Просто есть противники для людей, а есть для магов. нужно уметь использовать имеющиеся ресурсы эффективно, — бросил я. — Дзейрен, подними Балларда в воздух. Сердце глыбника должно располагаться на спине, вы должны найти его и уничтожить, а я пока отвлеку нашего гиганта.

— И как выглядит это сердце? — мужчина с сомнением разглядывал летуна, благоразумно сомневаясь в том, что Дзейрен не то что удержит его в воздухе нужное время, но даже просто поднимет.

— Без понятия, я никогда не сталкивался с глыбниками, лишь читал о них, — совершенно спокойно заявил я. — В любом случае, наблюдайте и ищите что-то необычное. А ты, — я бросил серьезный взгляд на летуна. — Постарайся не попасть под мои заклинания. Сдерживаться нельзя, да и о других думать некогда. Если Вестон войдет в раж, нам придется туго!

Больше я ничего не мог сказать, ведь мой голос потонул в громогласном рыке, исходящем от самой земли. Все вокруг затряслось и завибрировало, каменистая земля под ногами покрылась трещинами, стремительно разбегающимися в стороны. Глыбник окончательно принял истинное обличие — теперь в нем не осталось ничего человеческого, это была пятиметровая каменная глыба, похожая на обломок скалы. Каменный монстр с трудом переставлял ноги, сотрясая землю при каждом шаге. Настало время действовать!

Первое, давно заготовленное, заклинание моментально сорвалось с моих губ, это было легкое атакующее заклинание, огненной стрелой вонзившееся в камень, раскаляя его докрасна. Глыбник взревел, но в следующий момент я осознал, что совершил ошибку. Камню было все равно — огонь и жар не могли причинить ему вреда! Зато теперь его камни стали горящими, а от каждого движения Вестона разгорался все больший пожар. Сейчас самое время воспользоваться водной магией или ледяной, но последняя осталась для меня недоступной, а для первой поблизости не было достаточно большого источника жидкости. Как же все это злит! Сейчас за мной наблюдают сотни глаз — я не могу проиграть! Злоба, смешанная с азартом кипела в моей душе. У меня было много вариантов, я мог воспользоваться машинами-стражами, железным драконом, попросить о помощи ледяных магов, но я выбрал иной путь. Глупо? Нет. Я должен продемонстрировать ученикам, что я не только мудр, но и силен!

Очередное заклинание устремилась вперед, на этот раз я использовал свою родную магию, ту, которую освоил в совершенстве! Этот бой с древним каменным богом я не могу проиграть. Мой голос заполнял все вокруг, даже я мог бы заслушаться тем, как он звучал: сильно, неистово, каждый звук был переполнен магией. На этот раз эффект от заклинания был большим — земля под глыбником начала плавится, превращаясь в небольшое озеро бурлящей кислоты. Мало! Нужно намного больше, чтобы Вестон полностью погрузился в смертоносную жидкость, утонул в ней, расплавился!

Земля вновь содрогнулась, а глыбник неожиданно легко подскочил в воздух, запустил в меня огромный валун, а после, резво развернувшись, оторвал свою собственную каменную руку и запустил её в сторону замка. Магический барьер выдержал, а вот мне увернуться удалось с трудом, при этом я сбился с чтения заклинания. Теперь все придется начинать сначала! Вот только каменный бог не намеревался давать мне время на это, каменные глыбы летели на меня снова и снова, не давая опомниться, заставляя бегать, прыгать и уворачиваться. Доставалось не только мне, Вестон атаковал все: замок, парящего в небесах Дзейрена, близлежащие горы. Его нужно отвлечь! Дать ему новую мишень, чтобы я смог сплести новое заклинание, а Баллард найти, наконец, каменное сердце и пронзить его!

Тяжелый бой, но бывали в моей жизни и более сложные поединки. Одна Арлин в облике поглотительницы чего стоит! До сих пор в дрожь бросает от воспоминаний и того, на что пришлось пойти Александру, чтобы остановить эту женщину. Я осознавал, что сейчас мне нужно лишь начать правильно действовать, а для этого придется понять, в чем слабость моего противника, а в чем сила! Атаковать нужно решительно и быстро, ведь моя задача не просто остановить Вестона, но продемонстрировать собственную мощь. Но, что я могу? Пока что все мои идеи не срабатывали, если так пойдет дальше придется воспользоваться машинами стражами, что уже активировались и ждут лишь сигнала. Нет! Я не отдам приказ! Еще слишком рано, а я способен побороться. Да и что, скрывать, мне нравилось происходящее. Я не только исследователь, но и практик, мне нравилось уничтожать, крушить, высвобождать магию, наблюдать за тем, как по моей воле меняются мир, судьбы и обрываются жизни. Я упивался сражением, собственным восторгом, но при этом четко осознавал, что это не игра, я не имею права на проигрыш.

Глыбник — прочный, как камень, он и есть камень! Глыбник — сильный, практически не уязвимый, большинство заклинаний лишь усиливают его, даря ему новые способности. Что я могу предпринять? Какие заклинания остановят крушащего все вокруг монстра? Огонь — бесполезен, кислоты я не смогу создать достаточно, чтобы утопить в ней эту махину, яд не действует на камень, вода ничем не повредит камню. Даже ветер или сила растений не способны навредить Глыбнику. Вестона сейчас могла остановить разве что нынешняя хозяйка земли, но Арлин далеко и её помощь он принимать не собирался.

Думать! Я должен думать! Думать быстрее!

Сила Вестона в том, что он находится на земле, что постоянно подпитывает его, стоит отсечь одну из его конечностей, как тут же отрастает новая! Эта битва может длиться бесконечно, но в отличии от глыбника мы люди уязвимы и можем уставать. Что из моих заклинаний может помочь? Что? Мозг лихорадочно искал нужную информацию, оголтелые мысли метались в голове, но выхода не было видно. Изначальный план рассыпался на глазах: Дзейрен уже не мог удерживаться в воздухе, уклоняться от летящих в него камней, при этом крепко держа Балларда.

— Нашел!!! — раздался крик воина.

Я жалкий миг я застыл — неужели Баллард смог заметить сердце Вестона? Что ж, раз так, мне нужно поторопиться и дать ему шанс исполнить свою роль. Но что я могу? Мои заклинания не подходят… Заклинания! В них вся проблема! Современная магия не способна противостоять древним богам, так почему бы не воспользоваться силой, полученную вместе с телом? Он шаман, ему подвластны все силы природы! Ему не нужны источники!

— Ха-ха-ха-ха! Готовься, ты должен разбить его сердце! — раскинув руки в стороны, я прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Вот так, хорошо. Мое тело ощущало все потоки магии, проносящиеся вокруг, я сам был сгустком икрящейся энергии. Нет ничего проще, чем временно открыть все источники разом! Вот оно! Наконец-то ко мне пришло понимание. Шаманы открывали источники временно, именно это сводило на нет, все негативные последствия магии. Гениально!

Мои губы зашевелились, но на это раз я не просто произносил давно заученное заклинание, я сплетал его с бессчетным количеством сверкающих нитей, опутывающих мир. Магия была всюду! Я сам был магией! Мой голос звучал все сильнее и величественней, он был намного громче завывания ветра и грохота содрогающейся земли! Хочу видеть! Хочу ощущать все! Раскрыв глаза, я уставился на глыбника, бросившегося в мою сторону. Поздно! Последние слова заклинания заставали мир вокруг задрожать, а глыбника стать медленнее! Груда камней пошатнулась не в силах удержаться на ногах, но земля больше не подпитывала его. Еще бы, ведь она покрылась толстым слоем льда. Магия, что чуть не убила меня, теперь оказалась подвластна моим желаниям и воле. Вот она сила шамана! Я должен больше уделять ей времени, объединить с моими знаниями!

— Баллард, давай! — со всех сил крикнул я, всего одним взмахом руки, заставляя все летящие в меня и моих напарников камни застыть в воздухе. Я ощущал себя намного сильнее богов, людей и всех монстров!

С самодовольной ухмылкой, я наблюдал за тем, как воин, ловко прыгая по застывшим камням, устремился к глыбнику. Меч сверкнул молнией, затем еще и еще — Весстон взвыл, дернулся в сторону, пытаясь сбросить с себя человека, которого совсем недавно называл другом и товарищем.

— Нет! Не позволю!

Резко опустившись на колено, я приложил ладонь к трепещущей земле, соединяясь с ее силой, не хуже глыбника. И снова заклинание само собой сорвалось с губ, я придумывал его на ходу, объединяя уже известные мне слова в новые предложения, направляя их в нужном направлении. Металлические цепи, выросшие прямо из земли, обвили тело глыбника, прижали его к ледяной поверхности. Теперь не уйдет! Баллард продолжал бить снова и снова, высекая искры из камня.

Что это? Сердце пронзила острая боль, я ощущал, как умирает чужая магия и жизнь уходит. Вестон? Я чувствую его? Эта мысль заставила содрагнуться от ужаса. Так вот она сила шамана! Они не просто чувствуют магию, не просто способны открывать и закрывать все источники разом или по очередности, но и ощущают движение жизни, дыхание смерти. Я ощущал гибель глыбника, как свою собственную, умирал вместе с ним.

Каменный монстр рухнул, рассыпался мелкими камушками и пылью, затих навечно. Нет. Все не так, я все еще могу воспользоваться некромантией и возродить его, сделать послушным рабом! Безумная затея, но почему бы нет? Что я теряю? Ничего, ведь глыбник без сердца не представляет угрозы.

— Отличная работа, можете отдохнуть, — с ухмылкой произнес я, замечая, как Баллард поднимает с земли огромный красный рубин, размером с человеческую голову. — Сердце можешь забрать себе, заслужил, ну, а я займусь нашим другом.

— Что ты затеваешь? — тихо пролепетал Дзейрен, опустившийся на землю. Летун дрожал всем телом, был не в силах пошевелиться, но меня это мало волновало.

— Не хочу терять такого стража, — безразлично бросил я, приближаясь к тому, что осталось от бога земли. — Да и было бы неплохо изучить нашего дорогого Вестона. Это может оказаться полезным в будущем. В конце концов, мы бросаем вызов богам, что намного сильнее!

* * *

Катрина встречала меня у входа в замок, другие мои последователи прятались или стояли чуть в стороне, пытаясь понять, что же произошло. Я ощущал исходящий от них страх и ужас, слышал, как трепещут сердца, и раздаются всхлипы. Глыбник и его мощь смогли напугать многих, но были и те, кого поразил я и мои помощники, именно они успокаивали особо впечатлительных.

— Учитель? Что это было?

— Вестон приобрел свою истинную форму, но не смог справиться с этим. Теперь он присоединится к стражам замка, и вместе с машинами будет охранять местных обитателей, — я говорил достаточно громко, чтобы меня могли услышать и другие. — Отныне он больше не угроза для нас, а верный союзник, так что возвращайтесь к своим делам.

Я прошел мимо людей, мне нечего было добавить, так что пусть каждый сам обдумывает ситуацию. Те, кто предпочитаются бояться, не смогут перебороть себя, тем, кто смотрит лишь в будущее, не нужны никакие объяснения. Мне же сейчас был необходим отдых, а заодно возможность все обдумать и проанализировать. Нужно снова спуститься на нижние ярусы замка, к самому его сердцу. Помнится, на одной из стен коридора я видел занятную фреску — я должен вновь взглянуть на нее. Если бы только у меня было больше времени на изучение замка и его наследия! Я разрывался на части, пытался отказываться отчего-то незначительного, идти к своей цели, но в итоге начинал задумываться о том, что мой выбор не такой уж верный. В самую пору отказаться от решения прожить последнюю жизнь. Но что-то сдерживало меня. Я желал лишь одного заставить мир содрогнуться, измениться, узреть собственное несовершенство и умереть спокойно. Не хочу быть спасителем, не желаю решать мировые проблемы и думать за других — достаточно разрушить то, что есть. И все же, сейчас мне стоит вновь переключить свое внимание.

Я медленно спускался по мрачным, слабо освещенным лестницам, в очередной раз отмечая, что хитросплетения местных ходов напоминает мне паутину. Это делало мой новый и, надеюсь, последний дом более уютным и родным. Хотя, справедливости ради, нужно признать, что не все пауки плетут паутину.

— Так и будете идти за мной? — поинтересовался я, не сбавляя хода и не оборачиваясь. Зачем? Мои верные пауки уже все доложили, так что я точно знал, что меня сопровождают Дзейрен и Катрина.

— Простите, учитель, но я не смогла удержаться.

Послышались торопливые легкие шаги, и спустя несколько мгновений магичка нагнала меня. Теперь мы шли рядом, и меня это вполне устраивало — если кто-то тянется к знаниям, я помогу, дам все, что у меня есть.

— Ну, а я шпион, так что мне нужно больше информации, чтобы доложить хозяйке, — безразлично ответил Дзейрен.

— Шпион? — девушка шарахнулась в сторону от летуна.

— Да, шпион, — подтвердил я, находя реакцию Катрины весьма забавной и умилительной. — Но разве это проблема, если мы честны друг с другом?

— Это странно, — буркнула девушка.

— Может быть, ты и права.

— Куда мы идем?

— Вы следуете за мной, разве это не очевидно? — меня забавляла сложившаяся ситуация.

— А куда идешь ты? — Дзейрен торопливо нагнал нас, но двигался чуть в стороне. Ему не нравились узкие коридоры, полумрак, гулкое эхо голосов и шагов. Казалось, что нас здесь не трое, а несколько десятков.

— Мне нужно взглянуть на фреску.

— Зачем?

— Затем, что в них хранится не меньше знаний, чем в книгах, а зачастую даже больше, — пояснил я. И снова это приятное ощущение превосходства! Мое настроение начало медленно ползти вверх. — Увы. почти не сохранилось книг настолько древних, что они застали прошлых богов. Но зато остались руины храмов, артефакты, а еще фрески в нашем замке. Здесь запечатлена история, она отпечаталась в каменных стенах и теперь никуда не исчезнет.

— Здесь есть рисунки о глыбниках? — неуверенно произнесла девушка.

— Есть, где-то здесь. Нужно лишь присмотреться, а еще в идеале все перенести на бумагу. Хотя это не то, не будет нужной атмосферы, ощущения древней магии и важности момента. Здесь, внизу, ты, словно, прикасаешься к прошлому, становишься его частью. Это прекрасно! Понимаете меня?

— Нет, — честно признался Дзейрен. — Но я надеюсь, что твой мертвый глыбник не выйдет из-под контроля и не достанется Повелителю могил.

— Не достанется, ведь он не человек, он нечто большее.

За неспешно беседой мы добрались до нужного места, где на стене красовался нужная мне фреска. Она была огромной, три метра в высоты, семь в длину, возможно даже больше. Часть работы неизвестного художника, ставшего свидетелем невероятных событий, сумевшего их запечатлеть была повреждена, но не настолько, чтобы картина стала бесполезной. Моему взору предстала история глыбнков — богов, повелевающих землей. Удивительный факт — глыбников было много, в то время, как другие древние боги предпочитали единоличную власть. Как следствие сила каждого из них была меньше, чем у тех, кто не желал делиться, но вместе с тем, глыбники могли объединяться, к тому же, они были разных видов: обычные каменные, ледяные, огненные. Это делало их грозной силой, заставляло считаться с ними.

— Это просто фреска, здесь нет ничего интересного, — прошептала Катрина.

— Уверена? — насмешливо бросил я. Приятно видеть то, чего не замечают другие.

— Да, я ничего не вижу кроме глыбников и гор, — магичка хмурилась, пыталась понять, но была не в силах сделать этого. — Три разных вида, но это, ни о чем не говорит.

— Глыбники не просто боги, они часть единого целого, — я водил пальцем от одного рисунка к другому, проводя связующую нить, показывая моим спутникам то, что укрылось от их понимания. Это не просто фреска, это схема! — Все три вида, по сути своей одно и тоже. Каменный глыбник может стать куском раскаленной магмы или заледенеть, все зависит от воздействия. Они могут быть на большом расстоянии друг от друга, но при этом, чувствуют своих собратьев, ведь твердо стоять на земле. Мертвый глыбник, это четвертый вид, которого еще не было, но он все тот же камень!

— Хотите сказать, что есть и другие? — Катрина нервно сглотнула.

— Они всегда были, просто спали или сменили внешний вид, но теперь, когда прошлые боги пытаются вернуться, они тоже пробуждаются. Занятно… Весьма занятно…

— И что теперь? — Дзейрен переминался с ноги на ногу.

— Я пока этого не решил, но непременно попытаюсь использовать это.

* * *

Несмотря на все произошедшее, я не мог позволить себе остановиться. Передо мной стояла великая цель, а сам я ощущал себя властителем судеб и хозяином мира, мне стоит лишь чуточку сжать ладонь и он пойдет трещинами, начнет осыпаться, изменит свою форму. Подобное самомнение всегда было свойственно мне, наверное, с младенческого возраста я обладал гонором и особым пониманием своего места и значения в мире. Бороться с этим бесполезно. Я пытался и временами начинал более приземлено себя воспринимать, но каждый раз успех кружил мне голову, напоминая о том, насколько я силен, умен, да и вообще в сравнении с другими намного лучше. Мне многое удалось уже сделать: я узнал о глыбниках, смог окончательно подчинить себе Вестона и даже вернуть частичку его сознания, недостаточную для того, чтобы у моего бывшего ученика появилась собственная воля, но достаточная для того, чтобы он был более разумен. Теперь он был идеальным стражем, которым никогда не смогут завладеть ни Повелитель могил, ни волк — им подвластны лишь те, кто при жизни состоял из плоти, а к глыбнику это относилось лишь частично. Я совершил прорыв в некромантии, и все это благодаря уроку Яинары и её глиняной армии. Снова я ловил себя на мысли, что скучаю по сестрам паучихам, но пока что эта тяга была неспособна перебороть мой интерес, азарт и упертость. Не забывал я и о железных драконах — пока что у нас был всего один, но в скором времени, когда люди вернуться из шахт и принесут тирраниум, это изменится. У Сесила и его помощников будет много работы, ну, а пока им есть чем заняться — нужно наладить работу машин-стражей, а заодно отковать очередное механическое чудо, покоящееся под землей недалеко от замка. Все это послужит моему возвышению, укреплению власти!

Оставалось решить еще один важный вопрос — мои ученики боялись открывать источники, они много говорили, обсуждали эту тему, убеждали друг друга, что это не опасно, но никто больше не решился освоить магию без помощи богов. Даже Катрина проявляла осторожность и все готовилась, готовилась. готовилась… Это могло длиться вечно и в конечном итоге свести на нет все мои усилия и планы. Допустить подобное было нельзя, ведь мой план безупречен и все в не нем имеет важное значение, я не могу делать ставку лишь на машины и железных драконов. И пусть я не хотел вмешиваться, все-таки придется это сделать. Никто не узнает. Никто не догадается. Всего-то и надо — отдать приказ моей послушной марионетке. Никого не удивит, что взбалмошный и горячий мальчишка решил стать первым. Идеальная кандидатура! Теперь остается лишь выбрать для него подходящую силу, определить судьбу бывшего воришки.

— Итак. Что же это будет? — вслух рассуждал я, расхаживая по своей комнате-кабинету. — Точно не земля, и не лед, не стоит портить мальчишку, огонь тоже не в его характере, а для молнии у него не хватит выдержки.

Казалось бы неразрешимая дилемма. Для Норри ничего не подходит, но я не собирался сдаваться — решение найдется и оно будет лучшим из всех: дерзким, сильным, неожиданным! Замерев на месте, я перевел взгляд на один из старинных гобеленов, пленивших меня на столько, что я украсил им свое жилище. Прекрасная картина увлекала меня за собой, успокаивала, на что-то намекала. Вот только на что? Это всего лишь зеленая роща с молодыми деревьями, нежной листвой, легким звенящим ветром, свиристящим среди веток. Я буквально ощущал это все, наслаждался солнечным весенним днем, запечатленным на куске ткани, а может быть, даже придуманным трудолюбивой мастерицей.

— Ха-ха-ха! — мой смех заполонил собой комнату, а улыбка стала, как никогда раньше широкой. Это было даже больно. казалось, что лицо порвется от этого привычного для других действия. — Вот оно!!! Все просто и неожиданно! Ха-ха-ха! Я получу очередного врага среди богов, но это уже не будет иметь значения! Магия растений отныне будет подвластна не только женщинам! Слишком уж долго они узурпировали эту магию, не подпуская к ней мужчин. Пора бы это изменить! Пусть будет древесным магом, ему это подойдет!

Я не мог удержаться от смеха, настолько сильно мне нравилась собственная затея. Что касается успеха, то я не сомневался в том, что он придет. Я тщательно проверил всех обитателей замка, больше сюрпризов меня не ожидало. Хорошо!!! Я сделал выводы из своих же ошибок. На это далеко не все способны.

— Что ж, пора сделать новый шаг на пути к моей цели. Надеюсь Норри меня не подведет.

Устроившись за своим рабочим столом, я тихо, почти бесшумно начал бормотать слова заклинания. Здесь нужно быть осторожным, чтобы не повредить хрупкое сознание ребенка, не испугать, не дать осознать, что с ним что-то не так. Я просто голос в его голове, воплощение его собственных желаний, мыслей, стремлений, гениальных идей. Это только кажется, что играть марионеткой легко и просто, на самом же деле это занятие требует большой сосредоточенности, аккуратности, педантичности, ведь одно неверное движение и все ниточки перепутаются, завяжутся в узлы, а верная игрушка сломается. Я паук, поймавший в сити добычу, я умею быть осторожным.

* * *

— Учитель, можно? — в комнату заглянул Норри

— Конечно, тебя что-то тревожит? — я знал, зачем мальчишка пришел ко мне, ведь он исполнял мою волю, но вида подавать было нельзя. Все происходит естественно, с полным ощущением мнимой свободы выбора.

— Я хочу открыть источник, — переминаясь в ноги на ногу, ответил будущий маг. Он явно не понимал, почему принял такое решение, но и противиться голосу в голове не мог.

— Хорошо, и что же за силу ты хочешь обрести?

— Магию леса?

— Это вопрос или утверждение? Я не стану делать выбор за тебя, — я доброжелательно улыбался, словно говоря: 'Не бойся. Все будет хорошо'.

— Утверждение, — уже более громко и уверено произнес мальчишка, не желающий, чтобы его обвинили в трусости.

— Вот и хорошо, тогда идем. На этот раз я буду рядом, чтобы следить за процессом… В конце концов, то что случилось с Вестоном не могло пройти бесследно. Страх живет в сердцах людей.

— Я не борюсь!!! — горячо заявил мальчишка.

— Знаю, ты не боишься, но речь идет о других… Мальчик мой, тебя ждет великая судьба!

* * *

— Учитель!!! — Катрина вихрем влетела в мой кабинет. Глаза девушки были полны волнения и даже страха.

— Что-то стряслось? — я оставался спокойным, ведь точно знал, что поводов для волнения нет. Пауки верой и правдой служили мне, шпионя и наблюдая за всем происходящим. Каждая мелочь, каждое слово и мысль были у меня под контролем. Это тяготило, заставляло мозг перенапрягаться и вызывало настоящую мигрень, от которой хотелось биться головой о стену, но зато так намного спокойней. Не люблю неожиданности.

— Норри выбрал источник и намерен пройти ритуал открытия!

— Это прекрасно, я рад, что хотя бы у ребенка хватило решимости на это.

— Дело не в этом! Он хочет получить магию леса! Остановите этого безумца! Он не понимает, что творит!!!

— Во-первых, не кричи, — осадил я. — Тот факт, что ты волнуешься за своего маленького друга, не значит, что нужно так нервничать и переходить на визг. Во-вторых, я не вмешиваюсь в выбор своих учеников — это правило, которое я не собираюсь нарушать. В-третьих, не вижу причин для паники.

— Магия леса женская! Богиня не простит подобного святотатства! — Катрина старалась говорить тише и спокойней, но все равно его голос постоянно срывался на крик.

— В этом проблема всех магов, вы все еще никак не привыкните к тому, что боги сдерживают людей, не дают им расправить крылья и обрести силу и самих себя, — я покачал головой и тяжело вздохнул. Краем глаза я заметил свое отражение в зеркале: мудрость и печаль, вот что можно было увидеть в этот миг на моем лице. Хорошо. Нужно зафиксировать это выражение и использовать дальше. — Пойми, сила леса давалась женщинам лишь по прихоти богини. Ей хотелось быть особенной. Точно так же происходило с повелителями молний. Сама же магия не делится на мужскую и женскую, это все глупости! Дело не в том, что Норри не сможет использовать эту магию, не в том, что мужчины не способны прочувствовать живую силу растений, просто в воле богини. Нам не стоит её бояться! Здесь в замке, под покровительством машин, глыбника и моей магии вы все в полной безопасности. Боги слабеют, они уже ничего не смогут сделать! Возродятся старые, придут новые, останутся нынешние, но их сила уже никогда не будет настолько сокрушающей и устрашающей, как раньше. Это моя цель и наш маленький воришка это осознает.

— Учитель, как же так?! — сквозь слезы спросила девушка. Она все еще боялась за своего маленького друга. Вот только меня слезами не разжалобить и не сбить с намеченного пути. Норри всего лишь пешка в моих руках, то же самое касается моей помощницы.

— Успокойся, нам нечего опасаться. Я лично буду следить за открытием его источника. Обещаю, ничего плохого с ним не случится, — легкая утешающая улыбка, теплый взгляд заставили мою собеседницу дрогнуть. Я на верном пути, хотя сдерживаться временами трудно! Жаль, что я не выбрал образ тирана, повелевающего другим, что делать и требующего беспрекословного подчинения.

— А если богиня…

— Она ничего не сможет предпринять, только не в этом замке. Просто верь в нашего маленького друга. Его выбор необычен, дерзок, но это не значит, что он неверен. У Норри сильный дух и воля, он не ведает страха, так что справится со своей задачей. Он первый среди моих учеников откроет источник магии.

— Он еще ребенок.

— Таким его вижу я, ты, другие люди, о сам Норри считает, что он уже мужчина. Не стоит разубеждать его в этом, к тому же, мужественности в нем намного больше, чем в других.

— Наверное, вы правы, учитель.

— Я прав, не сомневайся в этом. Ну, а теперь идем, посмотрим, как проходит подготовка. Так ведь тебе будет спокойней, так?

— Да, — Катрина склонила голову. — Знаю, это глупо, но я боюсь за него. Лучше бы я сама решилась первой.

— Не стоит ни о чем сожалеть, нет нужды оглядываться назад…

— Звучит банально и просто.

— И это хорошо, ведь банальные и простые вещи всегда подскажут верный путь, — улыбнулся я. Да, что люди могут понять?! Им бы все сложности, замысловатые слова, видимость ума и мудрости, чем витиеватей мысль, тем больше смысла они вкладывают в чужие слова. Это и есть истинная глупость! Временами люди раздражали меня, но с подобными проявлениями стоило бороться. Сейчас, мне необходимо терпение!

* * *

В учебном зале собралось множество людей и не только будущих магов, моих нынешних учеников. Были здесь и те, кто предпочитал держаться от магии подальше. Все внимание было сосредоточенно на Норри. Кто-то обсуждал, сколько мальчишка протянет, кто-то — в какого монстра тот превратится, третьи молчали, внимательно наблюдая.

— Смотри, малой, не подведи! — Баллард, как-то по отечески, потрепал ребенка по взъерошенным волосам. После истории с Вестоном он стал настоящим героем, так что чувствовал себя весьма уверенно и купался в лучах славы и всеобщего обожания и восторга. Думаю, это тоже можно использоваться, так сказать, проявить благосклонность не только к будущим магам.

— Не подведу, — излишне уверенно заявил мальчишка.

— Учти, превратишься в каменную глыбу, лично тебя разобью.

— Он скорее деревом станет, — ухмыльнулся Дафф, с недавних пор сдружившийся с нашим героем-воином. — Ну, или цветочком. Такого бояться не стоит.

— Зря ты так, — послышался взволнованный женский голос. — Недалеко от стены есть деревья убийцы, они питаются телами людей, животных и других чудовищ. Через их лес не пройти. Деревья могут быть очень опасны и даже Кронера и её сестры не могут их контролировать!

— Хватит этих разговоров! — я решил прервать эту беседу, пока она не зашла слишком далеко. — Не стоит пугать нашего Норри.

— А я и не боюсь! — гордо заявил мальчишка, с презрением смотря на более старших магов.

— Не сомневаюсь в этом, а потому, давай начинать…

Глава 13. Первая гостья

Открытие источника дело неспешное, медленное, но ждать мне не хотелось. У меня столько дел, что тратить драгоценное время на наблюдение, я не мог. Именно по этой причине я всячески помогал Норри, естественно незримо для других. Остальным придется действовать самостоятельно! И все же, все не могло произойти моментально, несколько часов было потрачено на разговоры, разъяснения и незапланированное занятие для зрителей. Что поделать, мне не подвластно многое, так что приходится терпеть, изворачиваться, что-то придумывать.

— Смотрите! — Катрина вскочила на ноги и указала дрожащим пальчиком на маленького друга, которого охватило зеленоватое ровное свечение.

— А вот и то, к чему мы стремились, — довольно произнес я, поднимаясь со своего места и направляясь к ученику, который сегодня станет магом. — Норри сделал правильный выбор, не скажу, что это результат расчета или какого-то мыслительного процесса, скорее уж банального везения, — моя шутка пришлась по душе ученикам, на лицах которых появились улыбки? и даже послышалось несколько смешков. — Но это не меняет сути дела. Источник магии открыт, он принял Норри и теперь, нашему бывшему воришке остается лишь научиться использовать свою новую силу. Он будет обучаться иначе, постигать самостоятельно силу леса. Это будет непросто, ведь Кронера тщательно оберегается свои знания от мужчин, никто не сможет помочь, наставить, подсказать, но… При достаточном усердии и прозорливости, возможно все! Лишь от вас зависит, что будет дальше. Не боги решают, а вы! Для вас, избравших иной путь, магия это не дар, а тяжкий труд! Но тот, кто освоит её, с гордостью сможет сказать, что лишь он всего добился и никому ничем не обязан!

— Даже вам?

— Даже мне.

— И что теперь? — подал голос, пришедший в себя Норри. Мальчишка выглядел растерянным, непонимающе смотрел на себя, на других магов, будто ожидал, каких-то изменений. Но нет, он прежний, как и все остальные, ему даже вполне могло показаться, что ничего не произошло.

— Ну, а теперь тебе нужно подкрепиться, — я по-отечески потрепал мальчишку по взъерошенным волосам. — Отдохни, а после тебя ждет библиотека. Я подберу для тебя книги, тренироваться ты сможешь в оранжерее, Дзейрена, я предупрежу, так что есть тебя он не станет. Возможно, даже поможет, ведь он живет среди растений, можно даже сказать, что произошел от них. Теперь, малыш, все в твоих руках. Любо все останется, как есть, либо ты добьешься величия и силы, став первым.

— Я уже первый!

— Ты открыл источник, но ты еще не маг. Мало иметь силу, нужно научиться ею пользоваться, — я перевел взгляд на помощницу. — Катрина, присмотри за ним. Сейчас у него период физической слабости, к тому же Норри ребенок, ему нужно много питательной еды, сон и свежий воздух. В идеале еще солнечный свет, но это уже от нас не зависит.

— Я все сделаю, учитель, — заверила меня магичка.

— Вот и хорошо, если понадоблюсь, буду в своем кабинете.

Я неспешно, с чувством собственного достоинства покинул аудиторию, оставляя своих учеников одних. Пусть думают, принимают решение, обсуждают… Мне остается лишь надеяться на то, что сегодняшнее представление возымеет действие. Чем больше у меня магов-союзников, тем лучше. Боги скоро сделают свой ход, вопрос лишь в том, какой?

Мне необходимо было побыть в одиночестве и вернуться к изучению глыбника. Уверен, что смогу призвать его братьев и так же заставить из служить мне. Очередной амбициозный план, но и его ждет успех. Мой замок станет неприступным для всех, даже для богов с их силой и величием. Я спешил в свой кабинет, чтобы вновь взглянуть на перерисованные фрески.

— Прекрасная речь! Такая пламенная, что даже я проникся! Должен признать, что не думал, что ты настолько красноречив. Обычно ты предпочитаешь тишину и одиночество, а тут все так изменилось.

— Давно не виделись, Серый Пройдоха, — меня ничуть не удивило, что пауки не доложили о госте. Этот кот умеет передвигаться незаметно и бесшумно, то появляясь, то исчезая, он есть и его уже нет, эта сущность неуловима! — Что тебя привело ко мне? Неужели прекрасная Лиадан надоела тебе?

— Ну, что ты, эта женщина все еще меня интересует, но это не значит, что сфера моих интересов ограничена лишь ей.

— Не сомневаюсь в этом. Так чего ты хочешь?

— На этот раз, не я.

— Госпожа удача?

— Нет, — насмешливо фыркнул Серж. — Её пока что все устраивает. Согласись, последнее время стало намного веселей, так что нашей красавице не до скуки.

— Хм… Повелитель могил? Ты же сейчас возле его верховной магички вертишься.

— Как грубо.

— Ну, извини, подбирать слова я не мастак. Для тебя мы все всего лишь средства достижения твоей цели. Известной лишь тебе, и не уверен, что хочу знать, какой именно.

— О, Райнер, наши цели во многом совпадают. Можно даже сказать, что мы двигаемся в параллельном направлении.

— Ближе, к делу, что надо?

— Лиадан желает встречи на нейтральной территории. И я бы на твоем месте согласился.

— Ты не на моем месте.

— Это — нет?

— Это да, но ей придется прибыть в мой замок. Даю слово, что ей здесь ничего не грозит.

— Ты хочешь, чтобы некромантка поверился слову паука-предателя?

— Я мудрый учитель, лидер, человек слова, — каждое мое слово сквозило сарказмом, ведь я знал, что все не так. Я создал образ, который мне был противен, хотя и необходим. — Такому, как мне не пристало обманывать и предавать. Пусть приходит, я выслушаю её предложение. Не факт, что приму, но уйти позволю.

— Так значит, Лиадан может навестить тебя? — поинтересовался Серж, помахивая пушистым хвостом и довольно улыбаясь. Снова он затевает свою игру.

— Может, я жду её… без радости, но со смирением.

— Ха-ха-ха! — расхохотался Серый пройдоха. — Ну, ты и сказал! Ты и смирение!!! Ха-ха-ха!

— Серж, посерьезней. Не надо портить образ, а не то хвост откручу! Иди уже, зови свою некромантку! Послушаем, что она хочет.

* * *

Интересно, что же от меня понадобилось Лиадан, а точнее её хозяину? Я, конечно, предполагал, что нам с ней еще предстоит встретиться, но не ожидал, что так скоро, да еще в довольно-таки мирных условиях. Нас связывает только взаимная неприязнь, к тому же Повелитель могил от меня не в восторге. Я испортил его собственные планы, к тому же предал Аранию и освободил Яинару. Такое не прощают и не забывают, особенно боги. Мне стоит подготовиться к встрече и сделать это основательно. Не думаю, что на нас нападут, скорее уж сделают предложение, попытаются переманить меня на свою сторону, напомнить о хозяйке, давшей мне все в этой жизни. Арания… Я не забыл ее, черная паучиха все еще в моем сердце, как впрочем, и её сестра. Они обе желанны для меня, но я смогу перебороть это! Теперь у меня есть более важная цель, чем служение богиням. Я стану выше их! Они сами будут желать быть рядом!

— Райнер, — раздался писклявый голосок Дзейрена, нагнавшего меня в одном из коридоров.

И как только он всегда меня находит? Складывается впечатление, что он чувствует мое присутствие. Интересное свойство и таких у летуна множество, однажды я его выпотрошу и найду причину его способностей, изучу его. Ну, а пока он мне нужен, так что малыш может спать спокойно, я не скоро доберусь до него.

— Чего тебе?

— Яинара хочет тебя увидеть.

— Вот оно как? — новость меня удивила и это еще мягко сказано. Я не ожидал, что паучиха вспомнит о моем существовании. Мое сердце вновь сжалось и затрепетало, пробудилось желание. Мне никогда не удастся избавиться от сладостной зависимости, да и не хочу я этого. До сих пор не могу забыть вкус сладкого молока паучихи на своих губах — опасное удовольствие, которое хочется испытывать снова и снова. Её молоко все еще хранится у меня, но я не прикасаюсь к нему, берегу, как яд для особых гостей. К тому же пить из бутылки, ни одно и тоже, что припасть губами к груди богини.

— Да, она прибудет через пару дней, — закивал Дзейрен. Его огромные глаза сияли от восторга от одной мысли о том, что он снова увидит Яинару.

Похоже, не только я в восторге от Белой паучихи. Во мне даже всколыхнулась ревность, больно уколола в сердце. Это чувство исчезло так же быстро, как и появилось. Летун всего лишь дитя, а я мужчина. Могущественный и сильный, способный сокрушить даже богов.

— Надо же, какое совпадение…

— Ты это о чем? Что еще за совпадение?

— Возможно, у нас будет сразу две гостьи одновременно. Ха-ха-ха! Готов спорить, Серый пройдоха все это знал и специально не сказал. Когда этот шутник заявится снова, я точно с него шкуру спущу. О таких вещах надо предупреждать!

— И кто же вторая? — напрягся летун.

— Лиадан.

— Яинаре это не понравится!

— Некромантке тоже, но ничего уже не изменить. Я не собираюсь отказывать ни той, ни другой, так что придется выкручиваться. В конце концов, пусть видят, что у меня есть и другие предложения! Ха! Я еще никогда не был так популярен среди дам.

— И как ты себе это представляешь? Эти женщины не смогут поладить, более того, они враги! Им нельзя встречаться! А если Повелитель могил и Арания придут вслед за этой Акеро! Они могут снова попытаться заточить госпожу, — Дзейрен был возмущен, более того, он боялся предстоящих событий. Интересно, всему виной его особое отношение к Яинаре или дар предвиденья?

— Я этого не допущу, — заверил я. — Пока я жив, никто не причинит вред моей паучихе.

— И о ком же из двух сестер ты говоришь? Кого станешь защищать?

— Это касается обеих сестер. Я не собираюсь делать выбор, но они сами все еще могут сделать это. Кто не присоединится ко мне, будет уничтожен и пощады не будет никому! Я заставлю этот мир измениться!

— Ты противоречишь сам себе!

— Возможно, но сейчас я не намерен это обсуждать, тем более с тобой! Лучше подготовь подходящие покои для Яинаре! Ей, в отличии от Лиадан, позволено остановиться в замке и насладиться в полной мере моим обществом и гостеприимством. Если не справишься сам, попроси Катрину помочь.

— Хорошо, я все сделаю, — недовольно проворчал летун, давая понять, что ему все это не нравится. Можно подумать мне есть до этого дела.

— Тогда иди и не мешай, у меня полно работы! — раздраженно бросил я снова направляясь к сердце замка. Мне предстояла непростая задача — изучить механизм, позволяющий этому великолепному сооружению до сих пор стоять и служить убежищем для меня.

У меня полно дел, но мысли снова и снова возвращались к предстоящей встрече. Последнее время в моей жизни слишком много женщин. Не скажу, что это плохо, при определенных обстоятельствах даже хорошо. Это явно не мой случай: Арании, Яинаре и Лиадан что-то от меня нужно, но, ни одной из них не нужен я сам. Забавно. На душе было горько от собственных размышлений, и это лишь укрепляло мою решимость идти до конца. Моя цель — единственное, что имеет значение. Этого не изменят мои богини или другие женщины.

— И все же, что им от меня нужно, да еще практически одновременно?

— Учитель, все в порядке? — раздался голос моей помощницы.

— Катрина? Что ты тут делаешь? — я даже не заметил, что девушка приблизилась. Надо будет пообщаться на эту тему с пауками! Тот факт, что магичка все время рядом не означает, что можно воспринимать её, как часть меня. Хотя из всех, женщин, что сейчас, так или иначе, важны для меня, Катрина была самой полезной.

— Хотела напомнить о встрече с Сесилом. Вы опять забыли о ней, — девушка достала большую, уже немного потрепанную местами тетрадь, в которой вела важные для меня записи и составляла расписание. Катрина ответственно относилась к своим обязанностям, и это не могло не радовать. Существование этой девушки облегчало мою жизнь. — А еще у нас увеличилась добыча тирраниума. В том месте, где вы указали, действительно, огромные залежи.

— Замечательно, будет, чем порадовать кузнеца и его учеников.

— Да, теперь у нас будет больше железных драконов, — кивнула Катрина, вот только в её глазах я видел беспокойство и волнение.

— Что-то еще?

— Люди говорят, что слышали в пещерах шипение.

— Шипение?

— Да. Возможно, это наги?

— Их здесь не должно быть, — последние слова помощницы были поводом насторожиться. Только змей, мне не хватало! Эти твари вполне могут стать реальной угрозой, похуже богов. — Дай распоряжение магам, пусть сопровождают шахтеров в пещеры.

— Хорошо, учитель, я все сделаю.

* * *

Неделя пролетела незаметно, я был занят своими делами: помогал Норри и другим ученикам, работал с Сесилом над усовершенствованием драконов, изучал древние механизмы, экспериментировал, создавая новые заклинания. Одним словом, мне было не до мыслей о гостьях, намеревающихся посетить мою скромную обитель. Мне вновь удалось расслабиться и успокоиться, больше ничто не волновало меня, более того, я прекрасно осознавал, что некромантка и Яинара опасны, и та, и другая могут попытаться убить меня. Будь я на их месте, не упустил бы такой шанс — любую угрозу стоит уничтожать в зачатке, пока она не стала, действительно, серьезной проблемой. Все проблемы в моей жизни от женщин и это, действительно, смешно!

— Учитель, у нас гостья.

Взволнованная Катрина заглянула в мой кабинет. Она оказалась незаменимой помощницей, в некотором роде, я даже стал зависим от её постоянного присутствия и помощи. Если однажды эта магичка решит покинуть меня, мои планы начнут медленно рушиться, их уничтожит бытовые мелочи и рутина. Этого допускать было нельзя, так что я все чаще подумывал о том, чтобы использовать на девушке тоже самое заклинание, что и на маленьком воришке. Да и вообще, в этом вопросе не стоит мелочиться, так что стоит подчинить моей воле всех обитателей замка. Нужно внести это в планы! Я давно понял, что нельзя доверять людям, не в том смысле, что они предадут или обманут, а в том, что они не способны действовать правильно и продумано.

— И кто же это? — слегка потянувшись, поинтересовался я.

— Лиадан Акеро, верховная магичка Повелителя Могил, — с дрожью в голосе ответила Катрина. Ей было трудно сдержать свое презрение и страх перед могущественной некроманткой. Не удивительно — некроманты вообще люди мерзкие, а их сила пугает, ведь даже смерть не освободить от их влияния.

— Ну, верховная она только в Проклятых землях, а за пределами стены её власть не так велика.

— Она хозяйка Рокуса.

— Да, ей достался город, который отстроили мы с сестрой, — мне не удалось сдержать тяжелый вздох. Я все еще горевал по моему прошлому дому. Увы, путь туда мне заказан. Люди не смогли оценить то, что мы с Минори сделали для них, быстро забыли прошлых правителей, решив поклонятся новым. Что ж, пусть так! Они не достойны ни моего сожаления, ни покровительства, эти предатели пожалеют о своем выборе! Это ни в коем случае не месть, скорее уж банальное восстановление справедливости.

— Вы встретитесь с ней или сказать, чтобы убиралась?

— Ты бы предпочла второй вариант, не так ли? — ухмыльнулся я.

— А вы, нет?

— Я не бросаю слов на ветер и не отказываюсь от них. Этот замок открыт для всех, кто тянется к знаниям и силе, так что никого прогонять не стоит. К тому же, Лиадан проделала долгий путь, чтобы увидеть меня, будет попросту неприлично даже не выслушать её.

— Она вряд ли бы озаботилась этим, — Катрина недовольно поджала губы. Помощница была не согласна с моим решением, но была достаточно умна для того, чтобы не настаивать на своей правоте.

— Согласен. Но разве мы должны равняться в своем поведении на недостойных и глупых? Предпочитаю не забывать о собственном достоинстве.

— Но…

— Я поговорю с ней, — мой голос звучал твердо и уверенно. — Тебе не стоит беспокоиться, эта женщина и её покровитель не смогут причинить мне вред.

— Но она не хочет заходить в замок, требует. чтобы вы вышли к ней?

— Требует? Ха-ха-ха! Наивная, неужели она всерьез считает, что её требование чего-то стоит? Ха-ха-ха! Похоже, власть лишила её разума, — я поднялся со своего места и направился к дверям. Неспешно, чинно, словно на прогулке. — Гордыня и самонадеянность погубят эту женщину. Что же касается того, что она не желает заходить в замок, так это даже к лучшему, не придется после нее все проверять и чистить.

— Вы не доверяете ей, считаете, что она не может требовать, но все равно хотите встретиться? — быстро перебирая ногами, Катрина семенила рядом со мной. Она словно тень, всегда рядом…

— Почему бы не выслушать её? Кто знает, быть может, Лиадан скажет что-то важное? Не стоит забывать, что она верховная магичка, а, следовательно, её устами говорит Повелитель могил. Мы с ним не ладим, на то есть множество причин, но это не значит, что стоит безрассудно отказываться слушать.

— Вы слишком терпеливы, учитель.

— Терпение, это благодетель, Катрина. Рано или поздно, но оно будет вознаграждено. Останься в замке, я сам поговорю с некроманткой.

— Вы уверены?

— Да, не хочу никого подвергать риску.

— А как же вы?

— Милая Катрина, я не тот за кого стоит волноваться. Я проклятый маг, шаман, постигший саму суть магии, в конце концов, я человек, за плечами которого невероятный опыт, недоступный ни одному смертному. Я смогу защититься при необходимости.

— Как скажите…

Эта забота могла бы показаться милой, но меня раздражала. Я не тот человек, которого стоит опекать или волноваться за меня. Хотя, скорее всего моя помощница переживает за саму себя, ведь если я исчезну, от замка ничего не останется, а мои ученики не смогу самостоятельно бороться за свою силу и свободу воли. Боги уничтожат их! Людьми движут лишь страх и эгоизм, так что никогда не стоит обольщаться на их счет. Мой жизненный опыт был мрачным и безрадостным, а потому я скептически смотрел на мир и никому не верил. В любом случае, для философствования у меня нет ни времени, ни желания, уж лучше сосредоточиться на насущных проблемах и Лиадан, с которой я согласился встретиться. Интересно, Серж будет с ней? Знает ли некромантка, что это за комок шерсти отирается рядом с ней? Посмотрим… В любом случае, эта встреча мне необходима, она поможет мне в предстоящем разговоре с другой, более желанной и важной гостьей.

* * *

Лиадан ожидала меня на почтительном расстоянии от замка, причем она была одна. Женщина стояла посреди открытого поля и смотрела вдаль задумчивым взглядом, весь её образ говорил о спокойствии и безмятежности, уверенности в своих силах. За недолгий срок, что мы не виделись, некромантка совсем не изменилась, она оставалась все такой же прекрасной и опасной, единственным отличием был наряд. Теперь ей не к лицу была обычная походная одежда, а потому Лиадан для встречи избрала красивое черное платье и статусные украшения из черепов и костей. Она была настоящей служительницей смерти, от нее даже веяло могильным холодом. Что ж, новая верховная магичка Повелителя могил избрала для себя весьма достойный образ, но меня подобным не впечатлить.

— Лиадан, — замерев в паре шагов от женщины, я слегка склонил голову в знак приветствия. — Должен признать, смерть твоих родственников пошла тебе на пользу.

Мой взгляд скользнул по идеальной фигуре, подмечая мелочи, незаметные с первого взгляда. Некромантка была, буквально, обвешана амулетами и талисманами, но мой интерес вызывала лишь одна вещица — бьющееся сердце в небольшой банке из хрусталя. Громоздкое и хрупкое украшение крепилось к поясу магички и удачно скрывалось среди складок черного бархата. Готов спорить, я знаю, кому оно принадлежало! Вот только какого его нынешнее предназначение?

— С этим трудно спорить, — Лиадан криво ухмыльнулась. Такие, как она, не испытывают сожалений и не оглядывались назад. Это нас с ней роднило, ведь я тоже почни, ни о чем не сожалею. — Я избавилась от заносчивого брата, считающего себя главой семейства и любимцем нашего покровителя, а заодно приобрела силу. Все пошло не по изначальному плану, но в итоге для меня все сложилось более чем удачно.

— Тогда мне стоит тебя поздравить с почетной должностью.

— Не стоит, мы с тобой оба знаем, что ты предпочел бы увидеть мой труп, желательно обезображенный.

— Поверь, мои мысли о тебе не настолько детальны. Но спорить не стану, твоя смерть мне выгодна.

— Месть, — улыбка некромантки стала еще шире, делая образ по-настоящему зловещим и даже пугающим.

— Да, но не за меня.

— Минори, — понимающе кивнула Лиадан. — Это была наша первая ошибка. Мы должны были учесть, что ты можешь проникнуться симпатией к ребенку. Хотя, для этого не было никаких предпосылок. Если верить хроникам и записям очевидцев, которым не повезло столкнуться лично с проклятым магом, ты холодный, надменный, жестокий, на грани садизма, себялюбивый и эгоистичный, во всем ищешь выгоду. Мы даже предположить не могли, что такой, как ты, сможет привязаться к ребенку.

— Я слишком долго был одинок, это на любого повлияет, — ответил я, вновь вспоминая сестру, которую потерял по собственной глупости. Нужно признать, что я не умею хранить то, что, действительно, ценно. — Но, ты же притащилась в такую даль не для того, чтобы обсуждать мое прошлое?

— Да, не для этого, — согласилась Лиадан. Её взгляд стал колючим и цепким, даже её магия неуловимо изменилась.

— Тогда давай не будем тянуть, говори, что твой хозяин от меня хочет, — я чувствовал приближение Повелителя могил, точно знал, что некромантка пришла не одна, небольшой отряд поднятых мертвецов и наемников сопровождал её и теперь скрывается неподалеку.

— Не он, а Арания! Странное дело, но твоя богиня не может с тобой заговорить. С чего бы это? — Лиадан осторожно поглаживала пальчиком сосуд с сердцем Карея.

— Тебе это известно, так что не стоит задавать вопросы. Я освободил Белую паучиху и вкусил её бесподобный яд. Я стал сильнее, чем любой маг на континенте! Я больше не повинуюсь Великой Паучихе, и повелеваю всеми стихиями! Я стал не просто магом, не просто исследователем и открывателем, я шаман!

— Слишком много 'Я' в твоей речи, — насмешливо протянула некромантка. Мои слова не впечатлили магичку, ведь ей уже были известны все подробности.

— Но ведь мы говорим обо мне.

— Да, о тебе…

— Так что твоему хозяину нужно на самом деле?

— Чтобы ты вернулся к нам, Райнер! Арания милостива, и готова простить тебя, принять с распростертыми объятиями! Как мать, закрывающая глаза на все шалости неразумного чада, Великая Паучиха готова забыть о предательстве.

— Слишком много пафоса, — скривился я, напряженно сжимая кулаки. Меня радовало желание богини вернуть меня, но сравнение меня с сыном коробило. Арания знала, кто она для меня, умело пользовалась моей неугасающей страстью, слова Лиадан были для меня насмешкой. — Великая Паучиха пыталась избавиться от меня, превратив в орудие своего мужа. По их вине я лишился семьи, которую начал ценить… Чуть не расстался с собственным сознанием и телом. Меня ничто не вернет к милостивым богам! Теперь я равен им!

— Святотатство! — злобно зашипела некромантка.

— Прекрати. Говоришь, как раба Светлоокого! — я смотрел на верховную магичку, не скрывая своего презрения и превосходства. — Для меня это время далеко в прошлом, теперь я могу изменить устройство мира. Мои железные драконы с легкостью разрушат даже стену, вокруг Проклятых земель. Монстры и озлобленные приговоренные хлынут в открытый мир, заставляя его застонать, а маги больше не будут зависеть от богов! Арания, Повелитель могил и остальные станут бесполезны! Не более, чем маги! Сильнейшие, но им перестанут возносить молитвы, перестанут поклоняться и строить храмы! Это будет новый мир! Мой мир! Ты ведь за этим пришла Лиадан? Узнать, насколько я безумен, как далеко могу зайти? Взгляни! — я развел руками в стороны. — Это мои земли, мой замок, полный древних машин, не подвластным богам! Я создаю оружие для людей, даю магию каждому желающему, и даже древний Глыбник служит мне! Зачем мне ползти к Великой паучихе на коленях, если я могу взять все, что мне нужно силой! Мир склонится передо мной, так что это Повелителю Могил и его супруге нужно идти ко мне на поклон!

— Ты не ведаешь, что творишь! Разрушаешь гармонию мира!

— Точно так же, как сделали новые боги, свергая прошлых! Не так ли они обрели власть и бессмертие? — я победно улыбался. В глазах Лиадан я видел первородный страх и мне это нравилось! — Так зачем ты пришла на самом деле? Зачем тебе сердце Карея? Ты на него рассчитываешь или на свою свиту, трусливо скрывающуюся в перелеске?

Некромантка застыла, казалось, что жизнь покинула её тело — все, на что она была способна в это мгновение это стоять и смотреть на меня. Мои слова сделали свое дело, заставили её понять, что я полностью контролирую ситуацию, знаю обо всех уловках и все предусмотрел. До нее дошло, что я достаточно безумен для того, чтобы ввергнуть мир в пучину боли и смертей, разрушить его. Интересно, о чем думала Лиадан, когда отправлялась в свое путешествие, на что рассчитывала? Сейчас в её глазах было то, что я бы назвал осознанием и страхом. Мне ничего не стоило убить её и всех, кто притащился следом за служительницей Повелителя могил, но я играл роль и улыбался. Это пугало намного сильнее, ведь теперь магичка понятия не имела, чего от меня ожидать.

— Думаешь, что сравнялся с богами? — наконец произнесла она.

— Нет. Мне этого не нужно. Я хочу просто уничтожить надоевший мне мир. Он полон несправедливости, лишает возможности и свободы. Мне это надоело! Почему бы не начать с Проклятых земель? Вся эта территория будет принадлежать мне и моим ученикам, а после и весь континент. Это будет начало новой эпохи! Ты пришла ко мне, как посланница, но ведь это не единственная твоя задача, так? Боги не способны действовать сами, а потому используют своих магов, как орудие. Хочешь попытаться убить меня?

— Нет. Это не входит в мою задачу, — Лиадан гордо вскинула подбородок, с вызовом смотря на меня. В это мгновение она была невероятно похожа на Минори. Сестра… Я скучаю по этой вздорной девчонке. Надеюсь, Александр сможет позаботиться о ней там, и за морем, они обретут новый дом.

— Тебе лучше уйти, — в моем голосе звучало сожаление и даже нежность, но только все это было обращено вовсе не к Лиадан. — Я не приму милость твоих богов. Она мне не нужна! Скажу больше, я затеваю настоящую войну и у меня есть все шансы на победу. Повелитель могил знает это, а потому трусливо послал тебя в качестве посланницы.

— Не смей так говорить! — зашипела магичка, но в её голосе не было былого огня и уверенности. Лишь став верховной служительницей Повелителя могил амбициозная некромантка осознала, что это не столько награда, сколько излишняя ответственность и заботы.

— Ты знаешь, что я прав, именно это тебя злит. Я сделал то, на что у других не хватило ни духа, ни смелости, ни знаний! Вы так и останетесь рабами, что при жизни, что после нее.

— Ты не оставляешь мне выбора.

Некромантка смотрела на меня высокомерно, демонстрируя фамильную заносчивость Акеро. Мне это уже знакомо! Лиадан не готова была начать мыслить иначе, и таких магов будет много. Пойти за мной, значит поделиться силой и властью с другими, а на это не все способны. Смотря в серые глаза магички, я понимал, что моим новшествам будут отчаянно сопротивляться не только боги. Я нашел союзников и последователей, а вместе с ними и бессчетное количество врагов, одолеть которых будет невозможно. Мне не изменить мир, но я могу его расшатать, а после бесследно исчезнуть.

— И что же ты предпримешь? — я слегка приподнял бровь. — Учти, у меня на сегодня уже назначено несколько встреч, так что я не собираюсь тратить на тебя свое время. Я сильнее! На моей стороне машины, маги и каменный бог, в моих руках яд Белой паучихи и сила всех стихий, — я даже не пытался завуалировать угрозы. — Ты, действительно, хочешь увидеть всю мощь Проклятой души? Уверен, тебе рассказывали об этом, но ты никогда не видела ничего подобного.

— Однажды, Акеро уже заточили тебя в зеркало! — заносчиво заявила магичка, прикасаясь рукой к сердцу родственника.

Так я и знал, это все неспроста! Карей все еще не умер, его насильно удерживают в этом мире, как когда-то поступили со мной. Его сердце все еще бьется, трепещет, наполняется силой. Увы, молодой некромант не может воспользоваться собственной мощью, зато его тетушка на это вполне способна. Мальчишка с самого начала был расходным материалом и осознавал это. Осознавал, но безропотно следовал воде Повелителя могил. Этого мне никогда не понять! Неужели у Карея не было собственной воли и желаний? Неужели о не понимал, чего его хотели лишить? Минори, осознав это, начала бороться, я — тоже. Так почему другие предпочитают быть рабами?

— Да, но не стоит обольщаться на этот счет, — краем глаза я наблюдал за тем, что делает женщина. Путался уловить малейшие изменения в ней, понять, на что способно сердце некроманта. — Нынешнее поколение магов не ровня прежнему. К тому же, заточить меня смогли только благодаря моей обожаемой богине. Ты ничего не сможешь, Лиадан! Слишком слаба! Да и знаний у тебя недостаточно, особенно сейчас, когда у меня столько союзников и возможностей. Так зачем пытаться? Уверена, что хочешь лишиться жизни именно сейчас? Ты готова к поединку? Если да, то я к твоим услугам! Вот только не уверен, что буду тратить время на тебя лично, скорее уж поручу Вестону раздавить тебя, или продемонстрирую тебе мощь дракона! Ха-ха-ха против него твоя магия не поможет, да и маленькая армия не спасет. А уже ели выпустить машины…

— Моя задача просто передать послание, убивать тебя мне не поручали Так что придется оставить тебя в живых, — сквозь зубы процедила некромантка, старательно скрывая волнение. Она боялась и ненавидела меня, осознавала, что рано или поздно настанет момент, когда одному из нас придется покинуть этот мир. Лиадан боялась услышать невыполнимый приказ своего господина. — Уверена, это ненадолго. Тебе не дадут долго хозяйничать в этом замке!

— И все же, зачем ты пришла?

— Она считала, что её имя заставит тебя одуматься, — скривилась некромантка. — У нее не осталось слуг, ты был последним. Это удручает Аранию…

— Она искусная лгунья, — ухмыльнулся я. — Помимо меня у нее было еще три слуги. И что-то мне подсказывает, что они не отвернулись от Великой паучихи, как это сделал я.

— Что?

— Дорогая, тебе не обязательно знать всего. Ты же понимаешь, что ты всего лишь пешка. Фигура, которую передвигают по полю, но не дают свободы и всей полноты информации.

— Знаю… И меня это вполне устраивает, — резко отвернувшись от меня, некромантка направилась прочь. Каждый её шаг был полон напряжения и нервозности, каждое действие выдавало внутреннее смятение.

Зачем она приходила на самом деле? Все не может быть так просто, да и Великая Паучиха, в отличии от своего мужа, умна, понимает, что я не вернусь к ней. Тогда зачем? Что они затевают? Для того, чтобы посмотреть насколько я безумен и как далеко уже дошел, достаточно прислать в мой замок шпионов. Зачем все эти сложности? Нелогично.

Я сидел за своим рабочим столом, пристально рассматривал чертежи железных стражей, найденных недавно. Эти машины впечатляли, поражали воображение, были полностью лишены магии, боле того, они её поглощали и уничтожали, но в этот момент даже они не могли завладеть моим разумом. В тишине и одиночестве своей комнаты-кабинета я пытался думать, анализировать, просто понять. Интуиция и опыт подсказывали мне, что стоит ждать беды, а вокруг устанавливают множество ловушек, но я никак не мог понять, что же затевают боги. В глобальном смысле они намеревались убить меня, но вот каким будет исполнение? Слишком много, на первый взгляд, не связанных между собой мелочей происходит вокруг меня, да и в самих проклятых землях. Это к чему-то ведет…

— Учитель, — Катрина бесшумно, словно дуновение ветра, проникла в мою комнату. Это стало уже привычно. Временами я даже воспринимал девушку, как предмет мебели: красивый и функциональный.

— Что-то случилось? — после встречи с некроманткой я ощущал себя разбитым и больным, а потому мой голос звучал устало и не был, как обычно, наполнен силой и величием. Сейчас меня вполне можно было принять за самого обычного человека.

— Лиадан Акеро никуда не ушла, она вместе со своей свитой обосновалась недалеко от замка, они разбили самый настоящий лагерь, и это явно не на одну ночь. Это тревожит людей.

— Это тревожит тебя, — поправил я.

— Не только меня.

— Я не стану её прогонять. Это будет неправильно, пусть остается, если ей больше нечем заняться. Она — посол, это нужно учитывать.

— Она опасна.

— Я знаю.

— Так почему же вы не прогоните её, не уничтожите слугу вашего врага?

— А если именно этого они и добиваются? — Я говорил мягко, спокойно, с неким безразличием и в это самое мгновение мне было все равно, что затевают боги. Усталость навалилась на меня, полностью подчинила, мне даже шевелить губами было лениво, но я заставлял себя говорить. — Не забывай кому служит Лиадан и вся ее семья. Повелитель могил с легкостью избавится от ненужных фигур, чтобы вывести на поле более сильные. Нет. Мы не можем убить её.

— Вы боитесь? — магичка устроилась на свободном стуле и выжидающе уставилась на меня.

— Нет. Это чувство давно покинуло меня, я разучился бояться за себя и за других, страх больше не властен надо мной. Это мое преимущество, но вместе с тем огромная проблема. Страх лишь первое чувство в череде остальных, что медленно покидают меня. Это и называется быть Проклятой душой. Она умирает. превращается в ничто, но я продолжаю жить, думать, творить. Все мои действия основаны на разуме, хотя на первый взгляд может показаться, что это не так. Я понимаю, что я должен чувствовать и делаю вид, что так и есть. Временами мне даже кажется, что я что-то чувствую, понимаю, что живой, так происходит, когда рядом одна из сестер паучих, когда Минори была со мной…

Что-то я слишком разоткровенничался — это не к добру. Наверняка все дело в Лиадан и сердце Карея, а может еще в чем-то. В любом случае, мне стоит взять себя в руки и собраться — у меня нет права на слабость!

— Они привязали вас к себе…

— Да, привязали. — согласился я.

— Это можно остановить или исправить?

— Даже смерть не будет для меня избавлением, Катрина, но я не сожалею об утраченных… Почти утраченных чувствах. У меня есть нечто большее — стремление к знаниям и силе, понимание того, каким я хочу видеть мир. Если бы чувства обременяли меня, как и других, я бы никогда не решился на то, что делаю.

— Значит, чувства — это зло?

— Чувства необходимы, без них душа будет проклята, Катрина. Не думай, что это хорошо, просто я научился с этим жить и пользоваться своим положением.

Естественно я не говорил всей правды, ведь и сам был неспособен осознать всей глубины того, что сотворила со мной моя покровительница. Эта тема была тем, о чем я запрещал себе думать, но сегодня все шло не так.

— Учитель…

— Ни о чем не беспокойся, я присмотрю за нашими 'соседями'. Я уже направил пауков туда, да и машины-стражи находятся рядом. Мы в полной безопасности, — заверил я. И это было чистой правдой, даже несмотря на упадок сил и апатию, я позаботился о безопасности моего дома. Любой, кто осмелится напасть на замок будет уничтожен! — Не думай, что я беспечен в вопроса безопасности. Я паук, не стоит этого забывать. Я и сам поступал бесчестно, устраивал ловушки, так что ожидаю от других всего того же плохого, на что способен сам. Меня больше беспокоит другое.

— И что же?

— Шипение в шахтах, — пояснил я. — Здесь не должно быть наг. А если так, кто шипит и шуршит внизу, пугая наших шахтеров? Мне не нравится это! Совсем не нравится!

— Маги тоже слышат эти звуки, но не могут отследить, но при этом никто не нападает.

— Я знаю, читал отчеты. Люди напуганы, они не желают становиться жертвами змей и темноту и это может вылиться в больную проблему. Нам необходимы железные драконы, без них мы не сможем в полной мере противостоять магам и богам, разрушить стену!

— И что мы будем делать?

— Мы? — ухмыльнулся я. — Мы ничего, а вот я, пожалуй на днях спущусь вниз.

— В одиночку?

— Ну, почему же, возьму с собой Балларда и пауков — это прекрасная компания для подобных мероприятий, — мои отяжелевшие веки закрылись. Безумно хотелось спать, забыть обо всех проблемах, оказаться в объятиях обожаемой паучихе, припасть к груди и вновь испить смертоносный нектар. Мной манипулируют! Яинара делает это не хуже своей сестры и у нее получается намного лучше, ведь я выпил её яд. Теперь я зависим… — Похоже, прибыла вторая гостья…

— С чего вы взяли?

— С того, что она не желает, чтобы я встретил ей в полной силе… — пробормотал я, с трудом поднимаясь с места. Мне нужно молоко Яинары! Нужно срочно! Без него я не смогу пойти и пары шагов. — Ступай.

— Но…

— Ступай! — я повысил голос, но тут же, уже тише добавил. — Мне нужно пару минут, чтобы привести себя в порядок. Иди, я выйду следом за тобой, в конце концов, дорогих гостей стоит встречать лично.

Глава 14. Прекрасная паучиха и Змеиный бог

Что со мной? Разве я сомневаюсь? Разве не избавился от своей зависимости? Мне казалось, что я стал сильнее, но сестры паучихи снова тревожат мое сознание и желания. Нельзя в таком виде предстать перед Яинарой, да перед другими тоже. Я должен сохранить лицо, продемонстрировать свою независимость и спокойствие! Путь это все игра, но она будет безупречной и однажды приведет к осуществлению моего плана. Я нужен обеим богиням, хотя они этого и не признают. Пока не признают, но это изменится!

Дрожащими руками я открыл бутылочку, в которой хранил молоко Белой паучихи и сделал пару глотков. Как же хорошо! Этот яд все еще сохранил свой бесподобный вкус, дурманил, придавал сил. Спокойствие нахлынуло на меня, унося все сомнения и проблемы, возвращая уверенность. Как же хочется выпить все до дна, до последней капли! Нельзя! Яд, способный убивать богов, но не причиняющий мне вреда, еще пригодится мне в борьбе, станет гарантом безопасности. Однажды, он сыграет решающую роль в моей войне.

— Все, хватит, не хватало еще пристраститься, — я закупорил бутылочку, и убрал её в ящик, запечатанный мощным заклинанием. Никто кроме меня не сможет до него добраться, к тому же, помимо магии я использовал древний запирающий механизм. Идеальное хранилище для такой ценности. Ну, а мне пора встретиться с прекрасной дамой. Яд Яинары сделал меня зависимым от паучихи, но он же дарил мне возможность смотреть в её глаза на равных. Наше новое свидание пройдет на моих условиях и по моим правилам! Это не могло ни радовать, как и тот факт, что богине не удастся мной манипулировать. Ее план провалился, благодаря её собственному молоку.

* * *

Я спустился в главный зал моего замка и сразу увидел её! Яинара была прекрасна, ведь пришла ко мне в своем истинном обличии. Я, не скрывая своего восхищения, любовался ее мохнатыми лапками, светящейся 'снежинкой' на гладком теле, обнаженной человеческой частью. Прекрасна! Пусть другие в страхе прячутся от нее, смотрят с отвращением и ужасом, но для меня она само совершенство. Это даже хорошо, что остальные обитатели замка не способны оценить это бесподобное создание. Интересно, увидев воочию Аранию, я буду испытывать то же самое?

— Рада видеть тебя в добром здравии, Райнер, — голос паучихи ласкал и обволакивал, щекотал мой слух и сознание, а взгляд сапфировых глаз был полон тепла и нежности. Как здесь устоять?

— Яинара, — я склонил голову в знак уважения и приветствия, но при этом сохранив свое достоинство. — Для меня честь принимать тебя в своем доме.

— Да, но не всем это приятно, — женщина обвела зал насмешливым взглядом. Конечно же, от её взора не укрылись все спрятавшиеся обитатели, что теперь с тревогой и страхом наблюдали за происходящим.

— В этом замке рады всем, а ты, к тому же, мой старый друг, которому я многим обязан.

— Только друг? — бровь богини медленно поползла вверх.

— Не только, но это не тема для обсуждения.

— Ты прав, этот разговор более интимный, — согласилась Яинара, приближаясь ко мне. Теперь я мог ощутить её аромат, вспомнить о том, как мне было дозволено припасть к манящей груди, ощутить безграничное счастье.

— Ты устала с дороги?

— Да, так что предпочту отдохнуть, в твоем обществе, а заодно побеседовать.

— Катрина, — я перевел взгляд на помощницу, которая в отличии от других не пряталась. Смелая девушка. Хотя, скорее всего она просто верит в мое могущество, а потому позволяет любопытству взять над собой верх. — Позаботься об ужине для меня и моей гостьи, пожалуйста.

— Я все сделаю учитель.

— Идем, — я взял Яинару за руку. Приятные ощущения, но я был в состоянии себя контролировать. Молоко помогло, но надолго ли?

Сопровождаемые взглядами моих учеников и простых обитателей замка, мы направились в мои покои. Появление богини в моем доме вызовет много вопросов, рассуждения и сомнений, но я смогу с этим справиться. Я борюсь с богами, но это не значит, что у меня не может быть среди них союзников. К тому же, я никогда не скрывал, что я бывший слуга паучихи. Пожалуй, мне стоит поведать печальную историю обманутой жены, сестры и безутешной матери другим, это поможет людям смириться с присутствием Яинары и тем, что возможно, в этом замке появятся и другие боги! Я вполне смогу использовать полученные знания.

— У тебя прекрасный дом, он не так изящен, как дворец Арлин, но не лишен своего очарования. Мне уже доводилось бывать здесь, но в те времена здесь были лишь руины. Удивлена, что ты так быстро смог восстановить все.

— Это было проще, чем кажется, — мне было приятно говорить на относительно отвлеченные темы. Со стороны мы выглядели, как старые друзья. Обманчивое ощущение, но я хотел обмануться, пусть и на краткий миг.

— Да неужели? Твоя магия настолько велика? — недоверчиво поинтересовалась паучиха.

— Дело не в магии, а технологиях. Боги совершили ошибку, когда решили позабыть об их существовании.

— Возможно, но они угроза власти. Это понимали все боги, а потому мы сделали все, чтобы человечество утратило свои знания. Люди не должны были осознать, что на многое способы и без нашей на то воли. Похоже, нам не удалось уничтожить все. Не знаю, к чему это приведет, но механизмы в руках мага это двойная угроза.

— Не для тебя.

— Даже если я решу, что ты мой враг?

— А ты так решишь?

— Пока не знаю, все зависит от того, что ты затеваешь, Райнер, — Яинара не собиралась ничего скрывать, ни боялась, ни меня, ни магов, даже сейчас она была полна величия и стати, покоривших мое сердце. — Меня пугает твое поведение, твои действия, а потому я не знаю союзники мы, друзья, враги или нечто иное. Я прибыла за тем, чтобы все узнать!

— Разве Дзейрен не докладывает тебе о каждом моем шаге? — я распахнул перед паучихой двери моей комнаты-кабинета.

— Докладывает, но я хочу услышать это от тебя. Мне важно понять…

— Это отличает тебя от других богов, лишь диктующих свою волю и не желающих ни в чем разбираться.

— Не стоит переоценивать меня. Я хочу понять лишь потому, что дело касается тебя. На остальных мне плевать.

— Меня это вполне устраивает.

Яинара бегло осмотрелась в моей комнате и устроилась на кровати, единственном месте, где она могла с удобством разместиться целиком. Женщина направила на меня свой чарующий взор и устало улыбнулась, в этот момент мне она казалась такой нежной и беззащитной, что сердце затрепетало. Мне с трудом удалось сдержаться и не обнять её — богиня знала, как на меня воздействовать, понимала, что я еще не полностью освободился от её власти. Белая паучиха прекрасна, как и её сестра и однажды я заполучу их обеих в свое полное и безграничное пользование.

— Я скучала по тебе.

Эти слова звучали, как признание, но я был достаточно умен, чтобы понимать, что это не более чем мое желание. Я слышал то, что хотел, вкладывая в фразу смысл, которого в ней не было. Нельзя поддаваться на эти чары! Яинара пришла для того, чтобы привести мою душу в смятение, убедиться в том, что я слаб, а она все еще способна контролировать меня. Даже если это так, я не дам понять этого.

— Разве? Думаю, у тебя достаточно дел, чтобы не скучать и не вспоминать обо мне. Что бы ты ни говорила, но вы в Арлин готовитесь к полноценной войне, твой муж и другие боги, тоже. Да и не настолько мы близки, чтобы твои мысли были заняты мной. Я для тебя лишь один из многих.

— А вот здесь ты ошибаешься. Никто кроме тебя и Повелителя могил не пил мое молоко, никому кроме вас двоих я не позволяла прикасаться к своей груди. Так что, ты не один из многих, Райнер, — словно невзначай рука женщина скользнула от плеча к груди.

— Это приятно, но не тебе заставить меня свернуть с пути, — я ответ взгляд в сторону. Необходимо держаться, я не могу лишиться всего из-за женщины, пусть даже такой уникальной, обворожительной и желанной.

— Зачем тебе это? Почему ты желаешь дать людям силу и возможность низвергнуть богов? На чьей ты стороне? Я хочу знать, враг ли ты мне, — Яинара продолжала пытливо смотреть на меня, я физически ощущал это.

— На чьей я стороне? Даже не знаю, что сказать, — мне было не усидеть на месте, а потому я подошел к окну. Теперь я мог любоваться мрачными окрестностями замка. Отсюда даже был виден лагерь Лиадан и её стражей, они все еще продолжали наблюдение. Не к добру это! Наверняка, что-то затевают. — Я думаю только о себе и том, что не желаю больше подчиняться и быть пешкой… Нет, не пешкой, расходным материалом. Устал. Не хочу! Однажды боги низвергли своих предшественников и заполучили власть над миром и людьми, так почему мне не пойти этим же путем? Почему боги решают за нас, как нам жить, кем быть? Они уготовили Минори роль сосуда, Александру — жертвы, а мне — материала, который можно использовать в своих целях. Сколько нас таких? И все смирились со своей участью, как Карей безропотно готовы расстаться с жизнью. Мой названный брат смог бросить судьбе вызов, и я иду по его стопам.

— Ты хочешь власти, — вздохнула Яинара.

— А кто её не желает?

— Уверен, что сможешь ей воспользоваться?

— Нет, но ведь и нынешние боги не справляются со своими обязанностями. Лишь устраивают между собой разборки, выясняя, кто главнее, кто имеет право на существование, а кто нет. Поэтому старые боги возрождаются, а их культы набирают силу. Не я, так они уничтожат вас всех.

— Ты злишься и хочешь отомстить…

— Я хочу получить то, что заслужил за все века моего существования. То, чего я достоин! Ты можешь стать моей союзницей Яинара, мы будем сражаться вместе, бок о бок, демонстрируя, что люди и боги могут преследовать единую цель! Ты вернешь сове величие, а твой культ окрепнет! Люди вновь станут возносить тебе молитвы, укрепляя твою силу! Только не надо лицемерия, ты в этом нуждаешься, так что даже не пытайся отрицать очевидного! Ты так же, как и я, не желаешь жить по старому, а воспоминания о предательстве мужа и сестры, о гибели сына все еще терзают твою душу. Ты никогда не сможешь успокоиться! Никогда! Как и я. В этом мы с тобой похожи, Яинара. Не знаю, зачем ты пришла на самом деле и не желаю этого знать, признаюсь честно, я надеюсь на то, что, действительно важен для тебя. Стань моим союзником! Я не каждому это предлагаю.

— Я союзница Арании, — снисходительно ответила женщина, и в её голосе мне чудились отголоски печали. — В отличии от других, я не нарушаю данного слова и клятв. Для меня это дело принципа, и я не отступлюсь от этого.

— Она тоже может присоединиться к борьбе. Не скажу, что буду рад этому, но её история тоже печальна и трагична. Люди падки на такие сказки, сразу проникаются жалостью к жертве и ненавистью к обидчику. Так зарождаются легенды, что останутся в веках и никогда не забудутся, даже если боги исчезнут.

— Да, её лишили того, кого она любила всей душой, а после заперли во дворце, уничтожив великое королевство. Мы с ней обе пережили предательство и потеряли нечто важно, а потому должны держаться вместе.

— Так присоединяйтесь! В этом замке достаточно места для всех, я буду рад всем.

— Естественно, ведь ты используешь каждого, кто переступил через порог твоего дома. Ты ничем не лучше нас, лишь притворяешься другим, а сам плетешь паутину, раз попав в которую уже не выбраться.

— Да, и в этом нет ничего плохого. Все так поступают!

— Не все, — возразила пучиха, продолжая сидеть на месте и смотреть на мою спину, словно в ней было что-то интересное.

— Все, кто способен мыслить!

Повисло молчание, я остро ощущал течение времени, каждое мгновение было невероятно долгим и мучительным. Мне был нужен ответ прямо сейчас, не желаю ждать! Яинаре не уйти от ответа, ей придется принять решение здесь и сейчас! Мы идем одним путем, преследуем схожие цели, так почему бы не пройти часть пути вместе?

— Союз… Мы с Арлин подумаем об этом.

— У вас нет времени на это, — я резко обернулся и заглянул в сапфировые глаза. — Ты бы не пришла, если бы не была способна принять решение, так что просто скажи мне: да или нет!

— Райнер, — паучиха с нежной улыбкой смотрела на меня, заставляя сердце трепетать от восторга. За этот взгляд я мог убить, свернуть горы и изменить мир! — Я бы хотела сказать тебе, да, но ты не ведаешь, что творишь.

— Ошибаешься. Так что тебе придется либо присоединиться ко мне, либо стать противником, который проиграет. В любом случае, тебе бояться нечего.

— Как и Арании, так ведь? — в голосе женщины слышалась боль. Она все еще не простила и никогда не сможет забыть предательство и то, что произошло потом.

— Я заполучу вас обеих.

— Тебе придется выбирать, ведь ни одна из нас не потерпит соперницы. Наша вражда и взаимная ненависть намного сильнее, чем ты можешь вообразить. Разрастающееся пламя войны, поглотит одну из нас!

— Тогда тебе стоит присоединиться, ко мне. Это единственный путь. Ответ мне нужен прямо сейчас Яинара, ведь в отличии от тебя я не бессмертен, и твердо решил, что это моя последняя жизнь. Мне больше не нужно тело, молодость и возможности, я устал от существования, так что, покончив со всем, для меня настанет время покинуть мир живых.

— Это печально, ведь ввергнув мир в хаос и разрушение, ты его бросишь на произвол судьбы.

— Да, именно так! Людям давно пора научиться рассчитывать лишь на себя, — упрямо твердил я. Яинара пыталась воззвать к моему благоразумию, но от него ничего не осталось. В словах богини была доля истины, но меня это не способно было переубедить. — Так какой твой ответ?

— Мы присоседимся к тебе в борьбе против других богов, но что будет дальше, я не знаю. Наши пути все еще могут разойтись, Райнер. Ты должен осознавать, что у каждого из нас свои цели, свой путь, который лишь на время будет идти в одном направлении.

— Мне достаточно и этого, — ухмыльнулся я. Можно подумать, я позволю кому-то покинуть меня и свернуть с намеченного пути. Пусть тешат себя надеждой, что способны на это. Не стану их переубеждать богиню в этом заблуждении. — В любом случае, я благодарен тебе за искренность. Для меня это важно.

— Я знаю, — Яинара расслабилась, теперь мы вполне могли обсудить дела более детально. — Так каков твой план? Будешь сидеть в замке, и готовить армию магов? На это уйдет вечность, а у тебя её нет, ведь ты не намерен продлевать жизнь.

— Ну, что ты, мой план более продуман. Маги сыграют в нем важную роль, как и машины, но в моем деле, главное воспитать последователей, на чьи плечи ляжет задача разнести её по всему миру. Я уничтожу стену, и весь мир превратится в Проклятые земли! Людям придется смириться с новой участью и научиться жить иначе! Сила будет доступна всем!

— Это станет началом конца.

— Нет, просто началом мира, в котором боги уже не будут иметь всю полноту власти! — все внутри клокотало! Я, действительно, желал этого всем сердцем. Это стало моей целью, навязчивой идеей, и остановиться уже невозможно! — Но это все слова, планы, они не имеют под собой ничего важнее то, как именно я намерен достичь цели, и какая роль уготована моим союзникам.

— Да, и последнее меня особо интересует.

— Для начала я разберусь с шипением в шахтах. Сдается мне, наги и их хозяин все еще не потеряли надежду стать полноправными хозяевами мира, а потому ползучие твари подбираются к залежам тираниума.

— Великий змей один из богов прошлого, — поведала Яинара, но я и без этого уже все понял, ведь он был на фресках замка. Его деяния были ужасающи, а сила огромна настолько, что весь мир принадлежал ему. Он пожирал врагов, ежедневно ему приносили сотни жертв, но этого всегда было мало. Его нужно уничтожить до того, как наги вернут повелителю силу. — Мы смогли победить его, но не убить. И ты не сможешь. Он выползает из старой кожи, вновь обретая силу.

— Я смогу уничтожить его с помощью твоего яда, дорогая. Удивлен, что вы сами не воспользовались этим способом.

— Все не так просто, как ты думаешь. В те годы я была молода, наш с сестрой культ только зарождался, а мой яд еще не стал так эффективен, да и не так легко подобраться к Змею. Уничтожить его надо. Из всех прежних, он самый опасный враг, ибо никогда не мог остановиться, он жаден…

— Я легко уничтожу его, — невольно ухмыляясь, я вспомнил о своем жестоком плане. — Как? Оставлю в секрете. Кто знает, быть может, мне еще придется воспользоваться этим способом, так что, я поостерегусь и приберегу этот козырь на другие случаи.

— Весьма благоразумно, но иного я и не ожидала.

— Я перейду в наступление, как только у меня будет тысяча пушек и пара сотен машин. Маги, люди, пауки… все они пойдут за мной. Кто не пожелает присоединиться к нам, будет уничтожен. И при этом первый ход официально сделаю не я.

— Хитро… — одобрительно улыбнулась паучиха. Она поняла, что я затеваю. Наши мысли текли в одном русле и это прекрасно!

— Как ты и говорила, у меня не так уж много времени, так что моя армия пронесется волной по миру, сметая все на своем пути, разрушая храмы, святилища, замки. Один за другим верховные маги будут убиты и не смогут служить богам, а остальные разбегутся, как трусливые мыши. Ну, а дальше настанет время стены! Слишком долго она была символом несправедливости, беззакония и изгнания. Пусть весь мир станет, как это королевство!

— И здесь тебе понадобится наша поддержка.

— Ваша армия! Глиняные воины, адепты огня, слуги богини земли. Вместе с моей силой и возможностями, знаниями древних мы будем непобедимы. С этой силой придется считаться всем! Но даже без вашей поддержки, я справлюсь.

— Потому что рассчитываешь лишь на себя, а мы приятный бонус, которым можно воспользоваться, а можно и нет.

— Да, иметь союзников хорошо, но не стоит полагаться на них во всем. Союзников стоит остерегаться даже больше, чем врагов, ведь у них всегда заготовлен кинжал, который они с удовольствием вонзят в спину.

— Ты много прожил, многое видел, так что вполне можешь делать такие выводы.

— Дело не в этом. Я сам такой…

— Знаю… И это делает тебе честь, ведь в отличии от других ты не притворяешься.

— Ха-ха-ха! Я не притворяюсь перед тобой, дорогая моя Яинара, остальных это не касается.

— Это вдвойне приято, так что я с удовольствием поддержу тебя в битве, но голова моего мужа принадлежит мне! — взгляд женщины стал холодным и жестким. — Он не пощадил меня, не пожалел нашего сына… И должен ответить за это. Измену можно простить, предательство забыть, но не смерть ребенка! Повелитель могил умрет от моей руки!

— Я лично доставлю его к тебе.

Вот и хорошо, дело сделано, так что я могу заняться своими делами. Змеиный бог давно дожидается меня, но перед тем, как заняться им вплотную, мне стоит распустить слухи, что заставят жителей замка проникнуться симпатией к нашим союзникам! Это будет просто и вскоре по миру начнут гулять две печальные истории, укрепляющие силу Арлин и Яинары.

* * *

Яинара покинула мой дом и это к лучшему, мне все труднее держать себя в руках в присутствии этой богини. Для меня лучше быть вдали от нее, лишь так я достигну цели. Стоило паучихе и её свите скрыться с линии горизонта, как в одном из приватных разговоров, я поведал своей помощнице печальную и даже трагичную историю двух богинь. Стоит ли говорить, что на следующий день об этом знал весь замок. Мужчины и женщины рьяно обсуждали произошедшее: осуждали, жалели, возмущались — все шло именно так, как я и предполагал. Если так пойдет дальше, то в скором времени у Арлин и Яинары прибавится поклонников. Меня это вполне устраивало, ведь пока мы союзники, так что стоит успокоить народ, пусть и таким способом. Одно дело сделано, но оставалось еще одно, не менее важное. Змеиный бог подбирается к замку, мешает мне добывать ценный тирраниум. Подобное нельзя оставлять без внимания, ведь это опасно не только для моих далеко идущих планов, но и для жизни. Угрозу нужно уничтожить в зачатке, пока она не стала реальной опасностью.

Я не мог отправиться один, ведь у меня был особый план, в котором мне потребуется достойная свита, а потому среди воинов и магов был собран небольшой отряд. Все сильные и отважные люди, готовые рискнуть и снискать славу. Естественно был среди них и Баллард — этот в прошлом бандит, а ныне глава стражи замка, оказался весьма интересной и неординарной личностью. Даже без магии он привлекал внимание и казался перспективным, думаю, этот мужчина пойдет со мной до конца… Или попытается предать в последний момент и заполучить всю славу и почести себе. Меня это не удивит, скажу больше, я ожидаю именно такой исход и искренне надеюсь, что не разочаруюсь.

— Райнер, мы готовы, — прогремел зычный бас.

— Побольше почтения к учителю, — резко ответила Катрина, остро реагирующая на любое несоблюдение правил приличия. Хотя, их никто не устанавливал и никогда не требовал исполнения, особенно, я.

— Это тебе он учитель, — Балларду нравилось злить магичку, он находил в этом развлечение, наверное, одно из немногих доступных ему в моем замке. — А для меня — просто Райнер!

— Раз не учитель, тогда господин! — не унималась девушка.

— Успокойтесь оба! Мне все равно, как ко мне обращаются, — я продемонстрировал моим спутникам красивый резной ларец из черного дерева. — Для нас главное остановить змея. Так что давайте думать и говорить именно об этом.

— Что это? — воин кивнул в сторону ларца.

— Амулеты, способные свести на нет действие даже самого сильного яда. Не забывайте, мы собираемся на свидание со змеей, ядовитой и опасной, так что стоит подготовиться.

— Но разве амулеты могут помочь в этом? — усомнилась Катрина.

— Они могут защитить, не дать умереть мгновенно, начать процесс очищения организма, в случае отравления. Естественно без противоядия не обойтись, но в итоге, именно амулеты позволят нам выиграть время. Так что надевайте, здесь на всех хватит.

— А как же ты? — Баллард уже успел пересчитать изготовленные много амулеты.

— Ты что забыл, он паук, — закатила глаза магичка. Для нее все было очевидно, а потому она наивно полагала, что все понимают, кто я и на что способны слоги Арании, пусть даже бывшие.

— Что-то я не заметил мохнатых лапок, — скривился мужчина, прекрасно догадавшийся, к чему клонит его собеседница. Понять-то он понял, но вида не показал, предпочитая продолжить злить девушку, которой однажды удалось его обмануть, притворившись мальчишкой.

— Не стоит за меня волноваться, — я решил прервать все споры. Наблюдать за ними до определенной степени интересно, но я не намерен тратить на это много времени. — В моей крови много яда. Мне он не опасен, так что и амулет ни к чему. Скажу больше, противоядие, которое я беру с собой, сделано на основе моей крови.

— Что ж, если что я знаю, как спастись, — многозначительно хмыкнул Баллард, но в его словах не было угрозы. Всего лишь шутка… Да, не все обладают тонким чувством юмора, с этим можно лишь смириться и принять как данность.

— Ты идиот! — шикнула Катрина.

Мужчина лишь ухмыльнулся, он никогда не станет плясать под дудку этой магички, да и вообще под любую другую. Он предпочитал командовать и во всем быть первым! Мне Баллард готов был подчиниться, но никому другому командовать собой не даст.

— Разбирайте и пойдем, — я ободряюще улыбнулся помощнице. — Пока нас не будет, ты останешься за главную. Но смотри, не увлекайся. Даже малая толика власти способна отравить душу и затуманить взор.

— Мне это не грозит, к тому же вы ненадолго.

— Да, несколько дней максимум, — подтвердил я, внимательно следя за тем, чтобы все взяли амулеты. На них возлагалась особая задача, так что этот момент необходимо проконтролировать. — Отлично, теперь все готовы, так что можем спускаться в шахты.

— Там никого не осталось, так что двигаться будем быстро и никто нам не помешает, — поведал Баллард. — Люди отказываются спускаться вниз, даже у входов не желают находиться. Это шипение настолько ужасающе, что даже присутствие магов не обнадеживает, да и они струсили.

— Не все, — возразил Дафф, тоже вызвавшийся добровольцем на это задание.

— Не все, но многие, — в голосе воина сквозило презрение и высокомерие. Он считал себя сильнее, умнее, храбрее остальных.

Глупость несусветная! Каждый должен ценить собственную жизнь и делать все для выживания! Но вслух я этого не скажу, ведь Баллард мой союзник, человек, которого я намерен использовать.

— В скором времени мы уничтожим угрозу и продолжим добывать руду, ну, а сейчас людям не повредит отдых и немного спокойствия. Наша же задача позаботиться о том, чтобы наги покинули эти места, а змеиный бог исчез окончательно и бесповоротно. В настоящее время, он для нас главная угроза, от нее мы и избавимся в первую очередь.

* * *

Подземелья. Снова. Как же я их ненавижу! И вроде бы паук, подобная атмосфера должна радовать мою душу, но нет. Мне хочется выбраться на поверхность, ощутить дуновение ветерка, вдохнуть свежий воздух, понимать, что я свободен и ничто не сдерживает мои действия. Когда все изменилось? Наверное, в тот момент, когда здесь поселились змеи. Никогда не любил этих ползучих тварей, они естественные враги пауков, к тому же, так же ядовиты. Не просто враги, но и конкуренты, не только в своей опасности и смертоносности, но и в планах, во многом совпадающими с моими. Наги и их покровитель, так же, как я, желали изменить лицо мира, уничтожить прошлых богов, вот только люди им были не нужны. Наши планы совпадали во многом, но в самом главном расходились. Настало время тотального истребления этого народа, что вполне может завладеть всем миром. Нет. Я этого не допущу! Змеиный бог все ближе подбирался к тирраниуму и замку, не сомневаюсь, что ему нужны машины. Их он не получит, как и ценную руда, она всецело принадлежит мне!

— Слышите? Снова это шипение, — раздался голос одного из магов. — Не могу понять, откуда оно исходит. Кажется, что отовсюду.

— Так и есть, — спокойно ответил я, продолжая двигаться вперед. — Это наги. Они ползают в соседних туннелях, а благодаря многочисленным трещинам, мы можем слышать их шипение. Это не страшно. Вовсе не этот звук пугал шахтеров.

— Эти змеи ничего не смогут нам противопоставить, — хмыкнул Баллард, полностью уверенный в своей силе и топоре. Удивительно, что имея возможность выбрать любое оружие, он предпочитает топор, словно какой-то мясник. Но, на все его воля, если ему спокойней именно с этим оружием, то почему бы нет. Я вот предпочитаю магию, яды, нечто неумолимое и незаметное, но не всем же быть такими, как я. Это было бы слишком жутко.

— Не стоит быть таким самоуверенным. С ними их бог, и он намного больше, чем ты можешь себе вообразить. Его практически нельзя уничтожить… Ваше оружие и заклинание разве что оцарапают его, максимум заставят уползти в дальнюю пещеру, чтобы напитаться силой и жертвами, восстановиться и вернуться вновь.

— Тогда на что рассчитываешь ты?

— Скажем так, я бы не стал затевать войну с богами, если бы не имел возможность уничтожить их, — я не стану посвящать всех в то, какие козыри у меня на руках. Не стоит. Лучше быть окутанным ореолом таинственности, оставаться загадкой.

— И как же? — не унимался воин.

— Об этом я пока умолчу.

— Учитель, если вы способны убивать богов, — послышался неуверенный голос позади. — Зачем позвали нас с собой. Мы будем только мешать.

— Это не так. Ваша помощь сыграет решающую роль в этой битве, — поспешил ответить я. Сомнения мне ни к чему, мои спутники должны расслабиться и уверовать в то, что они особенные, что им оказана великая честь. — Вы талантливы, сильны, каждый из вас обладает качествами и знаниями, способными помочь в битве со змеиным богом. Это сражение не будет простым, но мы можем победить и заполучить ценный трофей. Голова поверженного змея, первого из многих, украсит ворота нашего замка, я части его туши и яд, послужат нашим целям. Но перед тем, как все это произойдет, мы все должны продемонстрировать, что достойны победы. Я не справлюсь без вас.

— Ты умеешь красиво говорить, но что стоит за твоими словами? — хмыкнул Баллард, чем вызвал недовольное роптание в свой адрес.

— Все просто, — мне стоит внимательней присмотреться к этому громиле, которого природа наделила не только превосходными физическими данными, но и сообразительностью. Не скажу, что воин умен, но ему это и не нужно. — Мне просто нужно время, чтобы сплести заклинание и подобраться к врагу. Змей быстр, ловок, опасен — против него нельзя выступать в одиночку. К тому же, с ним вполне могут быть наги, а это еще одна проблема, хотя и несущественная.

— Одним словом, мы все твой живой щит.

— Да, — не стал отпираться я. — Только не надо делать вид, что ты не понял это раньше. Когда я излагал свой план и говорил, что мне нужны добровольцы, уже было понятно, что к чему.

Все это было чистейшей правдой. Я не скрывал от своих учеников, что дело нам предстоит опасное, а они могут не вернуться, естественно, при этом, забыв упомянуть о том, что они непременно останутся в подземелье — это часть моего гениального замысла. Да и добровольцами они были для других, я же намерено не оставил им выбора, взяв под контроль. Медленно, но верно, незаметно для всех, я подчинял своей воле каждого обитателя замка, всех учеников и слуг. Послушные марионетки послужат моим целям. Единственным настоящим добровольцем в нашей компании был Баллард, и вполне может статься, что он не окажется в рядах смертников и сможет вернуться. Занятный тип. Отчего-то я все еще не подчинил его себе, оставляя ему свободу воли и решений. Наверное, все дело было в том, что за ним приятно и интересно наблюдать. Отдаленно он напоминал Александра, хотя сходство между ними настолько минимально, что его можно назвать надуманным. И все же, пока что Балларду везло во всех отношениях.

Мы продолжали продвигаться вглубь туннелей, спускались все ниже, а вместе с тем, все громче и отчетливей было шипение и шуршание, да и другие неприятные звуки стали появляться. Мои спутники не знали, что это, а вот мне было известно, что наги роют проход к нашим шахтам. Мои пауки уже доложили о том, что происходит, так что у меня было еще одно преимущество перед моими спутниками. Возможно, мне стоило посвятить их в происходящее? Но зачем? Они всего лишь расходный материал, наживка, которую должен проглотить змей. Нас спуск продолжался, а вместе с тем нарастало и напряжение, страх моих спутников был практически осязаемым, ощутимым. Стоит лишь протянуть руку и прикоснуться не нему. Страх. Именно его запах привлечет к нам змеиного бога и тогда начнется веселья. Я слегка улыбнулся — а мой верный паук уже нашептывал мне о том, что мой противник приближается к нам.

— Приготовьтесь, — я указал рукой в черноту перед нами. — Он идет, так что давайте, окажем нашему гостю достойный прием, достойный последнего для его существования!

Шипение становилось все громче, перерастало в грохот, стены туннелей вибрировали и обрушались, осыпались мелкой пылью, вполне можно было решить, что началось землетрясение, но это было не так! Я точно это знал, ведь видел, как в темноте загорелись два голодных желтых огонька. Змеиный бог смотрел прямо на меня, не сводил взгляда, готовился уничтожить первым. Я ощущал его мысли, чувства, мог с легкостью предугадать намерения змея, и это было прекрасно! Мои силы возрастали с каждым днем, и это необратимый процесс. Сердце сладостно замерло в предвкушении битвы и моего полного триумфа! Враг сам мчался в расставленную ловушку, которая вот-вот захлопнется.

— Он огромен!!!

— Нужно уходить!!!

— Стоять, — Баллард быстро пресек панику. Он умел собраться в критичной ситуации, знал, как заставить себя слушаться! Это было в его голосе, взгляде, неуловимой ауре, окружающей этого человека. Если бы мне потребовалось назвать всего одно слово, способное охарактеризовать воина, я бы сказал — сила. Взять его с собой было правильным решением, единственно-верным!

Всего пара мгновений и змей ворвался в шахту, разинув пасть, стремительно метнулся ко мне. Умен! Понимает, что именно я представляю угрозу для него! Змеиный бог стал еще больше, чем в последнюю нашу встречу, еще злее и яростней. Его обновленная чешуя сверкала, отражая свет магических кристаллов и факелов, завораживала и отвлекала, её мельтешащий от быстрого движения узор вызывал головокружения, уводил сознание в невиданные темные глубины. Враг учел ошибки прошлого поражения и на это раз намеревался действовать иначе.

Заранее заготовленное заклинание, то самое, что я бормотал с тех самых пор, как мы начали свой спуск, сорвалось с кончиков пальцев, устремилось к каменным стенам, выдавливая из них едкие капли кислоты. Скоро они начнут заполнять пещеры, разъедая живую плоть! Еще миг, и Баллард оттолкнул меня в сторону, и сам с трудом избегая прямого удара змея. Удачно! В склизкое тело змеиного бога тут же вонзились ледяные копья. Увы, они были не способны даже задержать разъяренную тварь, продолжающую бесноваться, пытаться раздавить нас.

— Атакуйте его без остановки! — приказал я, напоминая наш план. Хотя в этом и не было необходимости. Страх сделал свое дело, заставил моих спутников шевелиться, сражаться за свои жалкие жизни! Великолепно! Это именно то, чего я добивался! Пусть все думают, что так и задумано: маги — отвлекают, я — готовлю мощное заклинание, что спасет нас всех! В некотором роде так оно и было! Замерев на месте, стоя в пока что маленькой лужице кислоты, я бормотал давно заученные слова заклинания, с каждым словом и звуком мой голос набирал силу, твердость, мощь! Древние, как сама жизнь, слова эхом отражались от стен и потолка, переплетались меж собой, создавая замысловатый сверкающий узор, который можно было увидеть! Каждый символ занимал свое место, окружал нас всех, менял действительность. Как же давно, я не использовал это заклинание? Зря! Оно прекрасно! Моя душа трепетала от восторга и ощущения собственной силы, от понимания, на что я способен! Благодаря возможностям шамана и моего нового тела, все давалось мне намного проще, чем раньше, я мог контролировать абсолютно все, практически не тратя собственную энергию!

Вокруг меня все сотрясалось, гремело, дрожало, рушилось и взрывалось. Крики, проклятия, стоны и шипение слились в один единый гул, от которого сам воздух начинал вибрировать. Я остро ощущал каждое заклинание, каждый удар, словно наносил его сам. Мои верные ученики защищали меня, давая столь необходимое время, а змеиный бог, как не стремился, был не в состоянии приблизиться ко мне. В его глазах застыли ярость и голо, понимание того, что ему придется уничтожить всех моих защитников, прежде, чем добраться до главного блюда, которым был именно я. Да. Это именно то, чего я добивался! Главная слабость моего врага — отсутствие мозгов! Змеиный бог силен, изворотлив, быстр и вечно голоден, но недостаточно умен, чтобы противостоять мне! Я все продумал, давно просчитал все вероятности, подготовил наживку, которую враг уже почти проглотил. В шло в точности так, как я планировал. Никаких накладок и неожиданностей. Еще немного. Еще пара мгновений! Змей пока что еще не стал грозным противником, и никогда им не станет!

Момент настал! Все на идеальных позициях! Последнее слово-приказ прогремело настолько громко, что своды пещеры содрогнулись и начали осыпаться, а разрушительная магия обрела волю. Сотни исполинских черных рук вынырнули из земли, схватили скользкого змея, придавливая его и стискивая, сдавливали все сильнее, не давая вырваться. Каждое прикосновение было ядовитым, разъедало новую кожу древнего бога, чешуйка за чешуйкой, обнажая нежную плоть! Яд не мог убить змея, но это не значит, что ему нельзя причинить боль! Враг бился в агонии, и казалось, что это полная и безоговорочная победа, что ошибки прошлого сражения учтены, а новый я способен играючи уничтожить любого! Я задыхался от ощущения собственной гениальности и силы, от возможностей, открывающихся передо мной!

Снова… Это происходит снова. Если меня что-то и погубит, так это собственное самомнение. Эта мысль промелькнула в моей голове настолько стремительно, что я с трудом смог её заметить, а в следующую секунду змей раза в три увеличился в размерах, вырываясь их черных рук, упираясь голову в своды пещеры. Раздвоенный язык тянулся вперед, пытался достать хоть кого-то, попробовать вкус врага. Нам же оставалось лишь жаться к стенам, понимая, что еще немного и нас раздавит. Продолжая шипеть, змеиный бог рос дальше, укладываясь кольцами на каменистом полу пещеры.

— Райнер! Сделай что-нибудь! — послышался злобный рык Балларда. Его все еще не пугало происходящее, лишь распаляло еще больше. Он не боялся умереть, не желал сделать это так бездарно, не унеся с собой десятки… сотни врагов… Хотя бы одну змеюку.

Сделать что-нибудь? Мои губы исказились в подобии улыбки. Зачем? Ведь все идет по плану, за исключением мелочей. Легкий, неуловимый для других жест рукой, пара слов беззвучно брошенных на древнем языке и один из магов с криком бросился бежать прямо на змея. Со стороны могло показаться, что он сошел с ума от страха, не понимает, что творит. В этом было доля истины, ведь мой ученик не осознавал, что творит! Им руководил я! Как и всеми остальными. Маг запрыгнул в раскрытую пасть змеиного бога, и его примеру последовал следующий ученик. Послушные моей воле марионетки, делали то, что я им приказал. Они изначально были расходным материалом, а их 'защитные' амулеты не более чем вместилище сильнейшего яда, способного убивать даже богов. Я не испытывал ни жалости, ни сожаления — для меня имела значения лишь цель, для достижения которой я перешагну через любого. В Проклятых землях больше не осталось тех, ради кого я готов был сдерживаться, кого бы пожалел. Меня вполне можно назвать монстром, я сам себя таковым считал, и мне это нравилось. Я с наслаждением наблюдал за тем, как змей проглатывает моих учеников, как он не способен понять, что же происходит. Вот и все. Теперь эта тварь больше не побеспокоит меня. И неважно, что пока огонь жизни теплится в нем. Это не надолго.

Змей не мог пошевелиться, но все еще был жив. Он лежал на каменном полу пещеры, которую почти полностью заполнил собой и смотрел на меня. В его взгляде больше не было ни ярости, ни злости, даже голод исчез, зато появились усталость и презрение. Да! Поверженный бог смел с презрением смотреть на того, кто почти прикончил его. Это забавно! Я присел на корточки перед самой мордой змея и ухмыльнулся.

— Ты не вовремя пробудился, так что нагам не останется ничего другого, как снова забиться в глубины пещер и выживать, надеясь на то, что однажды ты снова вернешься, чтобы вести их за собой и подарить господство над миром. — В моей руке появился острый нож, которым я осторожно водил по морде змея, пока что, не надавливая, просто приноравливаясь. — Но этого не произойдет никогда. Яд Яинары смертелен для любых богов: для нынешних, прошлых, грядущих. Он — абсолютное оружие и я его использую в своей борьбе. Ты тоже поучаствуешь в моем замысле, каждая твоя чешуйка, каждая частика пойдет в дело. В некотором роде, ты станешь моим помощником. Согласись, это великая честь для тебя. Ха-ха-ха! Скоро все закончится. Ну, а я пока приступлю, — из моей груди вырвался тяжелый вздох. — Ты такой большой. На то, чтобы освежевать тебя и все отнести в замок уйдет неделя, может, больше. Ну, ничего, оно того стоит. Я изучу твои внутренности, узнаю все твои тайны, а то, что будет не нужно, скормлю Дзейрену, пусть малыш полакомится. Открою секрет, это еще один мой эксперимент, — я не понимал, зачем все это говорю, тем более в присутствии свидетеля, но остановиться не мог. Мне нравилось излагать свои мысли, идеи, планы, быть собой — безумцем, которому нечего терять, тем, кто хочет погрузить мир в Хаос, при этом остаться в истории великим учителем и благодетелем.

Змей слабо зашипел, его глаза мутнели, в них почти не оставалось жизненного блеска и отголосков сознания, но бог все еще пытался бороться. Можно подумать, это возможно! Я прошептал заклинание, заставляя кислоту впитаться обратно в землю — не хватало еще, чтобы она повредила ценные материалы, которые я намерен уже сегодня использовать, ну или завтра, все будет зависеть от того, как скоро я закончу разбирать врага на части.

— Скоро все закончится! Любая битва будет выиграна с легкостью, если иметь продуманный план и подходящее оружие.

— Ты безумец, — послышался мрачный голос Балларда за моей спиной. Он все еще жался к стене, словно опасаясь, что кислота не полностью ушла.

— Ты в этом сомневался?

— Нет, я знал, что ты не тот, кем хочешь казаться, и кем видят тебя другие. Это было в твоих глазах, в ухмылке, которую почти никто не замечает.

— И все же, зная это, ты остался в моем замке, занял почетное и важное место, отправился со мной в подземелье. И кто после этого безумец? — не оборачиваясь назад, я принялся отдирать чешуйки с морды еще живого змея. Мне все равно, что он чувствует и думает, главное то, что нужно мне. К тому же, я получал от происходящего, ни с чем несравнимое садистское удовольствие.

— Быть с тобой лучшая доля, чем простым разбойником. Особенно сейчас, когда возвращаются времена десятилетней давности. В лесах и полях все больше опасных тварей, они умны, смертоносны, изворотливы, почти не уязвимы, города вновь воюют между собой за право выжить, а боги… Боги лишь играют нами. Твой замок — единственный выход для многих.

Воин уже понял, что я все спланировал заранее, злился оттого, что ему была уготована участь расходного материала. Я все это ощущал, но точно знал, что он не набросится на меня и не попытается отомстить или остановить. Баллард вовсе не герой и не желает им быть, этот человек ищет лишь свою выгоду, так что я смогу им манипулировать даже без помощи заклинаний.

— Я знаю, — одна чешуйка готова, но этого слишком мало. Нужно больше! К тому же, под чешуей обнаружилась уже нежная кожа. Уверен, у нее тоже необычные свойства, так что её тоже нужно снять, естественно предварительно освободив от всего ненужного.

— Не боишься, что я всем расскажу о том, что здесь произошло?

— Расскажешь? — повернув голову к собеседнику, я насмешливо приподнял бровь. — Думаешь, тебе поверят? Особенно если я расскажу о трагедии, что развернулась в пещерах, о том, как героически пали наши друзья, а ты чуть не погиб, но не выдержал страха, что сеял бог-змей! Кому же из нас поверят? А?

— Тебе, ты же у нас великий учитель, — насмешливо произнес Баллард.

— Да, мой образ идеален и если пойдешь против меня, чего ты сделать не сможешь, я уничтожу тебя, причем сделаю так, что все восхитятся моим милосердием и мудростью.

— Не сомневаюсь в этом, — мужчина все-таки отлип от стены и опасливо ступил на все еще влажные камни. Они впитали кислоту, но все еще сохранили на себе немного опасного вещества.

— Вот и хорошо. Так что бери топор и за дело! Нужно разрубить эту тушу!

— Я не мясник!

— И что, это тебя остановит? — раздраженно бросил я.

— Нет, я позабочусь об этом!

— Вот и хорошо. Начни с хвоста и куски должны быть небольшими, чтобы их можно было унести. Ты меня понял?

Мужчина ничего не ответил, просто взялся за дело. Он был недоволен, зол, но готов был все это проглотить, ведь был достаточной умен, чтобы понять, кто хозяин положения. Вот и хорошо, мне сейчас не до обид и пустой болтовни, есть дела более важные. Я перевел взгляд на поверженного врага — он был все еще жив, наблюдал за мной, слушал. В какой-то момент мне даже показалось, что он что-то замышляет, а мой замысел не так великолепен, как казалось. Чушь! Он просто пытается меня запутать!

— Знаешь, ты был достойным противником, при других обстоятельствах, мог бы победить, но Госпожа удача сейчас на моей стороне. Хотя… Дело не только в ней. Мой расчет намного важней… Ну, а теперь, хватит разговоров. Я заберу твой язык, твои глаза и клыки, прямо сейчас. Так что приготовься к боли… И смерти, она уже распахнула перед тобой свои объятий. Интересно, что происходит с богами, когда они умирают? Боюсь, эту тайну мне уже никто не поведает.

Я расслабился — угрозы больше не было, даже наг по близости не ползало. Вот и хорошо, эти ползучие твари испугались и, спасая свои шкуры, бросили Великого змея. Они ничем не отличаются от людей, поступающих так же.

Глава 15: Предупрежден — значит, вооружен

Это только кажется, что разделать огромного змея, порубить на его на кусочки плевое дело, с которым можно справится за час максимум. На деле все оказалось намного трудней! Самое неприятное в этой ситуации то, что невозможно было воспользоваться магией, ведь извлекать органы нужно медленно, с величайшей осторожностью, чтобы ничего не повредить и не испортить. Мы занимаемся этим делом уже пару часов, у меня даже мышцы начали ныть от напряжения, не говоря уже о том, что хотелось отдохнуть. Нельзя останавливаться, нужно успеть, как можно больше, пока еще есть такая возможность.

— Ты похож на мясника, — ухмыляясь произнес Баллард, продолжая орудовать топором. Должен признать, в этот момент он выглядел более чем жутко: весь в крови, ошметках змеиного тела, покрытый потом и грязью. Уверен, ему не впервой разделывать туши, хотя со змеей он и имеет дело впервые. Сейчас он смотрелся вполне естественно, словно это занятие было предназначено ему с самого рождения.

— Кто бы говорил, — я работал более аккуратно нежели единственный из выживший моих спутников, но все равно выглядел не лучше моего помощника. Что ж, мне не привыкать, а грязи и крови я не боюсь, да и разделывание змея пробуждало во мне неподдельный интерес, исследовательский азарт. Он отличался от других своих собратьев, а некоторые органы и вовсе были человеческие. Это весьма интригующе и наталкивала на весьма занятные мысли.

— Я это я, никого не удивит, что я безжалостно орудую топором, но ты маг.

— Не все маги неженки, а мое прошлое заставит любого содрогнуться от ужаса, даже тебя.

— Не сомневаюсь в этом, но все равно видеть почтенного и мудрого учителя в таком виде непривычно и странно. Другие не поймут, не поверят, что ты на подобное способен.

— Ха-ха-ха! Не стоит заблуждаться на этот счет. Люди способны воспринять многое. Скажу больше, они любят сильных и властных. Боятся — безусловно. Перешептываются за спиной и обсуждают — вне всяких сомнений. Но при этом хотят, чтобы рядом был тот, кто выполнит за них всю грязную работу. Люди никогда не изменятся, а я живу достаточно долго для того, чтобы делать подобные выводы.

— Мне казалось, что ты хочешь, чтобы тебя обожали и преклонялись, как это делает Катрина.

— Я хочу, чтобы за мной следовали. Не более, — сам не знаю, почему решил поддержать эту беседу. Баллард импонировал мне и был на удивление интересной личностью. Наше сотрудничество может быть весьма плодотворным и интересным, я бы даже сказал, захватывающим. Главное в этом деле не пропустить удар в спину.

— Достойная цель, хотя и бессмысленная.

— Весьма противоречивое высказывание.

— Для кого, как, — распрямившись, мужчина убрал топор за пояс и взвалил на плечи часть туши, которую сумел отрубить. Учитывая размеры нашего врага, это было весьма непросто. — Идем. Больше все равно не унесем.

— Да, увы, — жаль все это оставлять, особенно осознавая, что к нашему возвращению, тело может уже исчезнуть. Наги вернутся, приползут, чтобы забрать свое. Можно, конечно, призвать пауков, чтобы они сторожили остатки туши, но это не поможет. Пауки маленькие, юркие, чего не скажешь о нагах, да и яд на змей не действует. Позвать более крупных? Но тогда они не подпустят к туше никого, кроме меня, да и Арания может заявиться, а мне этого не нужно. Только не сейчас! Я должен подумать, но времени нет. — Идем, — все же произнес я. мы взяли все самое ценное, так что не стоит жадничать. Алчность не доведет до добра, даже в таком вопросе. Что ж, хоть чему-то жизнь научила меня.

* * *

Нас встречали, как героев! Меня это забавляло, а вот мой выживший спутник с удовольствием купался в похвалах и восхищении, уже дважды ему удалось проявить себя, так что уважение к воину росло. О погибших никто не спрашивал, они были неважны для замка. Не удивительно, ведь люди думают лишь о себе и тех, кто им дорог. Да и осознание того, что угрозы больше нет, грело души, забывая позабыть обо всем плохом и неприятном. Позже мы непременно почтим память 'героев', но не сейчас.

— Учитель, вы не ранены?

— Не волнуйся, змей не смог меня тронуть.

— Но вы весь в крови!

— Я, между прочим, тоже, — Баллард, еще минуту назад принимающий похвалы, оказался рядом с нами.

— Это никого не волнует, — фыркнула магичка.

— Это кровь змея, — я решил, что самым благоразумным будет прервать пререкание. — Так что нам всем нужно привести себя в порядок и хорошенько подкрепиться. Мы хотя и управились меньше, чем за сутки, но все же, нуждаемся в отдыхе и зверски голодны. По крайней мере, меня это касается точно.

— Я все приготовлю, — заверила Катрина, семенящая рядом со мной. — Ванна будет готова через десять минут, а ужин принесут вам в покои сразу после того, как вы приведете себя в порядок и смоете всю эту грязь.

— Благодарю за заботу.

Мне не терпелось поскорее очутиться в моей комнате, забраться в горячую ванну и расслабиться. Благо, что магия позволяла пользоваться благами цивилизации без проблем и затрат. Вот только сразу предаться отдыху не получится, придется еще позаботиться о трофеях. Они не должны испортиться. Я заинтересованно взглянул на магичку, идущую рядом со мной, не отстающую ни на шаг — её магия вполне могла пригодиться в этом деле.

— У меня будет для тебя задание.

— Какое? — встрепенулась девушка.

Она была готова выполнить любую мою просьбу. Именно поэтому я держал её подле себя, позволяя помогать во всех начинаниях, и именно это раздражало Балларда. Эти двое могли бы быть неплохой парой, но между ними стоял я, безжалостно использующий обоих в своих интересах. Мне не было дела до того, что будет лучшим для них, значение имели лишь мои интересы и планы.

— Заморозь останки змея. Использую серебряный лед, тот, что не таит.

— Хорошо, учитель. Я все исполню, можете не сомневаться во мне.

Ну, вот и все, теперь я вполне могу отдохнуть и продумать свои дальнейшие действия, свериться с графиком и планом. Как-никак, я занятой человек, у которого нет ни одной свободной минутки.

* * *

После нашей героической победы над змеиным богом жизнь вошла в привычную колею. Тираниум снова добывался в нужном количестве, Сесил продолжал работать над железными драконами и другим оружием, чинил машины, я изучал останки поверженного врага, а мои ученики начали открывать источники. Мне все еще не удавалось успевать все, ведь мне нужно было обучать магов, следить за созданием машин, за добычей ценного металла, изучать силу шамана и фрески, содержащие тайны прошлого. Начинаю подумывать о том, чтобы размножить себя, вот только такого заклинания пока нет, мне придется самому его изобрести. Временами на меня находило нечто тоскливое и ужасное, казалось, что я не успею и сотой части из задуманного. Хотелось прожить еще одну жизнь, и еще, и еще, столько, сколько потребуется для того, чтобы увидеть плоды посеянных моих семян. Это мое искушение, с которым было все тяжелее бороться. Жить вечно невероятно утомительно, но в то же время отказаться от этого проклятья практически невозможно. Меня разрывало на части, я метался, но все же, продолжал убеждать себя, что это тело последнее. Хочу уйти на взлете, на пике своей силы и могущества, увидев, как мир катится в бездну и отчаяние.

Все вновь шло по плану, и это было поводом для гордости и радости, единственное, что не давало мне покоя — лагерь некромантов, раскинувшийся неподалеку от замка. Лиадан Акеро даже не думала уходить, напротив, начинало создаваться впечатление, что она решила поселиться со мной по соседству окончательно и бесповоротно. Эта женщина и её хозяин что-то затевают, и не думаю, что мне это понравится. Сколько дней они уже здесь? Две недели, даже чуть больше. Достаточный срок для того, чтобы обитатели замка смогли привыкнуть к слугам смерти, а я начал волноваться. Пора разобраться с этим раз и навсегда.

— Дзейрен! Выходи немедленно! Для тебя есть работа! — крикнул я, переступая порог оранжереи. Здесь все так же красиво и уютно, настоящий райский уголок, что с каждым днем все разрастается. Не уверен, что это происходит по естественным причинам, скорее уж Летун приложил к этому свою руку. Его нужно изучить, но пока что это не первостепенная задача, но в планах на будущее она уже внесена.

— И какая же?

Спустя миг ко мне навстречу вышел сам Дзейрен, все такой же тощий, с голодным взглядом, единственное, что изменилось — черты его лица стали более вытянутыми и хищными. Малыш соскучился по охоте и свежей плоти, несмотря на то, что еды достаточно, ему нужно иное. Он хищник, так предопределено природой, этого не изменить. Что ж, тем лучше, ведь именно это свойство мне сейчас и нужно.

— Как насчет того, чтобы заполучить свежую пищу, — на моем лице появилась коварная ухмылка. — Еще живую, трепещущую. Как насчет того, чтобы поймать добычу, насладиться её страхом, осознанием близости смерти?

— Звучит заманчиво. Более чем заманчиво. Ты прямо-таки знаешь, что мне нужно, — голос летуна дрожал. Кажется, у него даже началось слюноотделение, настолько сильно ему понравилось. Он голоден. Зверски голоден. Настолько, что скоро не сможет игнорировать 'пищу', преспокойно живущую рядом с ним в замке. Если ни дать ему волю, хотя бы на время, летун сорвется и начнет убивать.

— Я знал, что тебе понравится.

— Так на кого охотимся? — Дзейрен не удержался и облизнулся. Был бы он псом, то непременно бы сейчас вилял хвостом.

— На некромантов, естественно. Их слишком много в окрестностях. Нужно позаботиться о том, чтобы популяция не выросла, — хохотнул я, радуясь удачной шутке.

— Некроманты и их слуги. Сложная добыча, но они живые, их сердца бьются, а кровь течет в жилах — идеальная для меня пища. Но я не смогу съесть всех разом.

— И не надо. Стань их страхом, выведай секреты, уничтожь поодиночке. Главное начать, от этого будет двойная польза. Ты усмиришь инстинкты, а я выясню, что затевает Повелитель Могил. Хочу избавиться от этих тварей, но пока что не могу напасть открыто. Пусть это будет выглядеть, как природное явление. В конце концов, в Проклятых землях полно хищных тварей, желающих закусить людьми. Мы одна из них, но и других полно.

— Будем считать, что это комплимент, — летун расправил полупрозрачные крылья. Настало ему время покинуть теплое гнездышко и отправиться в промозглый серый мир. При других обстоятельствах подобное расстроило бы Дзейрена, но теперь все изменилось. Я разрешил ему резвиться и начать свой пир, оценить вкус человеческой плоти. — Узнаю все, что смогу, но не рассчитывай на многое, — летун на мгновение застыл, уставившись на меня своими бездонными черными глазищами. Дар предвидения! Это, безусловно, он. Мой друг смотрел в грядущее, видел то, что предстоит, от чего нам не уйти.

— Что ты видишь?

— Смерть… Много смертей… Ты развяжешь войну, которую не сможешь контролировать. Она поглотит тебя и весь мир, — тихо пробормотал Дзейрен. Удивительно, что он видит что-то настолько глобальное, ведь обычно его посещают ничего незначащие предостережения, касающиеся его напрямую. — Ты будешь смеяться…

— Да, это похоже на правду, — меня не пугали пророческие слова, ведь именно это я и планировал. Мир сгорит дотла, не останется ничего, а после новая жизнь найдет себе путь. — Не забудь об обеде. Я хочу, чтобы ты ел как можно больше. Это имеет большее значение, чем все твои предсказания. Хотя, если увидишь, что-то по-настоящему стоящее, то, что можно использовать, дай знать.

С этими словами я вышел из оранжереи. Пока что хватит и того, что я послал летуна навестить прекрасную Лиадан. Увы, использовать пауков не получится, ведь Арания во всем помогает мужу. Хорошо еще, что она не властна лишить меня силы. Так или иначе, но я выясню, что затевают мои враги, не позволю им подобраться ко мне близко. Акеро… Верные слуги Повелителя могил — их я уничтожу первыми.

Я не мог пойти с Дзейреном, да и не было в этом необходимости, но все же я наблюдал за его действиями издалека. Невозможно было что-то увидеть глазами в кромешной тьме, но можно было ощутить, почувствовать, воспользоваться магией. Я ненавижу Повелителя могил, но некромантию освоил. Еще до того, как меня засунули в тело маленькой девочки, я изучал эту магию, но благодаря Минори освоил её безупречно. Слуги смерти могут со мной не согласиться, еще бы, ведь для них это так унизительно, но факт остается фактом. Я один из сильнейших некромантов на континенте! Вот только использовать эту силу не люблю, да и не хочу привлекать внимание Повелителя Могил. Сейчас не время.

Стоя у окна своей комнаты-кабинета, я смотрел в темноту окна, туда, где виднелись огни лагеря Лиадан Акеро. Пока что все были живы, я чувствовал каждого человека, знал, кто и где находится. Ощущал я и моего голодного летуна, подбирающегося все ближе к шатрам. Сегодня у него богатый выбор угощений, настоящее пиршество. Интересно, голод хотя бы на миг отступит или это в принципе невозможно? Я видел ни глазами, а ощущениями, используя не глаза, а магию. Увлекательное зрелище! Дзейрен настоящий хищник, уже избравший жертву — им оказался дозорный, охраняющий лагерь. От него не останется ничего, даже костей! Все пойдет в дело. Мои губы исказила кривая довольная ухмылка. Великолепно — сомневаться в успехе не приходится. Скольких слуг сегодня лишиться прекрасная Лиадан? Одного? Двух? Десятка? Это уже не имеет значения, ведь это лишь первая ночь в череде многих. Дзейрен стал сильнее, быстрее, изворотливей, а все благодаря плоти бога, которую я ему скормил. Как и предполагалось, все части Великого змея, что мы успели забрать пойдут в дело. Жаль только, что наги все-таки умудрились утащить большую часть останков своего повелителя. Я ощутил, как оборвалась первая жизнь! Пока что это всего лишь предупреждение Лиадан, если она поймет это, то проживет чуть дольше.

— Что ж, наслаждайся пиром, мой маленький друг. Теперь ты сможешь есть каждую ночь, и перестанешь смотреть на моих учеников, как на куски мяса, — тихо рассмеялся я, прекращая наблюдение. У меня есть дела более существенные, чем созерцание чужих развлечений и веселья. — Хотя… как бы нам не раздразнить в тебе зверя. К постоянной охоте, вкусу крови и горячей плоти можно пристраститься.

— Верные слова, Райнер. Очень верные. Я бы на твоем месте избавился от летуна, послышался из угла мурчащий голос.

— Серж…

— Приветствую. Скучал по мне? — Серый пройдоха вышел из тени, вальяжной походкой прошествовал к кровати, на которую по-хозяйски запрыгнул. Настоящий кот! Вот только мне известно, кто он такой, так что обмануть меня не удастся.

— Нет, — слегка поморщился я. До сих пор не могу определиться, как же я отношусь к этому комку шерсти. Однозначно, Серж интересная личность, с ним всегда нужно быть готовым к неожиданным сюрпризам, но вместе с тем, свое имя он вполне заслужил. Серый пройдоха всегда преследовал свои интересны, именно это позволило древнему богу выжить в эпоху новых повелителей.

— А вот я скучал. Мне ведь и поговорить-то не с кем, остается лишь мурчать да мяукать.

— Хочешь сказать, что Лиадан не в курсе, кого пригрела на своей груди? — недоверчиво поинтересовался я. И на то были причины, ведь совсем недавно Серж выступал в роли посланника некромантов.

— Она не до конца осознает, кто я. Да и не о чем нам с ней разговаривать, так что я продолжаю изображать из себя обыкновенного кота. Это скучно… Хотя мне не привыкать жить в молчании, лишь наблюдая за другими.

— Так почему ты не уйдешь? — Серж говорил не все, в этом нет никакого сомнения.

— Потому что, мне выгодно наблюдать за этой некроманткой. Это входит в мои планы, как и общение с тобой, старый друг, — взгляд кота на мгновение затуманился, а голос наполнился то ли грустью, то ли обреченность. — Благодаря тебе мир в скором времени вновь изменится. Ты вряд ли это увидишь, но я другое дело. Я останусь, чтобы наблюдать, приспособлюсь к новым обстоятельствам, найду тех, кого смогу использовать. Ты — человек, но с тобой я знаком намного дольше, чем с другими людьми, можно сказать, что я уже привык к тебе.

— К чему ты клонишь? — я ощутил, как в лагере некромантов оборвалась еще одна жизнь. И на этом ночная охота Дзейрена не окончится, но сейчас это не важно, чего не скажешь о визите Серого пройдохи. Он никогда не появляется просто так, а его слова, незначительные на первый взгляд, несут в себе намного больше, чем кажется. — Говори прямо, — я пристально смотрела на кота. — Хотя, о чем это я? Ты любитель загадок, просто не способен четко сказать, что тебе надо. Ты у нас мастер намеков.

— Иначе я не умею.

— Так зачем ты здесь? Явно не для того, чтобы пожаловаться на свою несчастную судьбу? Нет. Ты не из тех, кто так поступает. Во всем и всегда ты умудряешься находить выгоду. Что ты хочешь от меня, Серж? Или чего желает Госпожа Удача? Если честно, я уже не пониманию, кто из вас и кому служит.

— Я пришел за помощью.

— Даже так? — я был удивлен и заинтригован. Впервые Серный пройдоха так открыто говорил, что ему что-то нужно. Это не предвещало ничего хорошего, скорее уж сулило новые проблемы.

— Да… Повелитель могил не желает уходить, Арания жаждет власти, а место Светлоокого уже занял его предшественник. Многое происходит и не только в Проклятых землях, но и за пределами стены. Скоро эта волна захлестнут весь мир!

— Меня это устраивает.

— Меня тоже.

— Так чего ты хочешь?

— Глубоко под замком, есть еще более могущественные и разрушительные машины, чем те, что ты уже откопал и поставил на службу себе. Я хочу, чтобы ты возродил их и использовал.

— Даже так? Слишком заманчиво и интересно, чтобы все оказалось так просто, — ухмыльнулся я. — Тебе придется рассказать больше, Серж. Намного больше…

Серж…

Этот серый котяра тот еще тип. Я до сих пор не понимаю, почему терплю его выходки и интриги, почему симпатизирую пушистому интригану. Мне известно, что он предаст меня при любом удобном случае, подставит, убьет, отдаст на растерзание врагам, но я все равно не мог отказать себе в удовольствии общаться с этим существом. Это щекотало нервы, заставляло думать, мыслить, пытаться переиграть хитреца. И все же, временами мне становилось жать, что Александр так и не открутил ему хвост. Так Серый пройдоха был бы более сдержан, осторожен… Появление этого кота никогда не сулило ничего хорошего, но и плохого тоже. Он преследовал свои цели, временами помогал, временами мешал. Чего же он добивается сейчас? Мне было не под силу разгадать эту тайну. Я снова и снова думал, прокручивал в голове все его слова, но не мог понять, что же на самом деле затевает Серый пройдоха.

Под моим замком есть машины еще более разрушительные, чем те, что я уже нашел. В это легко поверить, нечто подобное было на фресках. Эта часть истории кота не вызывала никаких сомнений. Найти и откопать их будет непросто, но я справлюсь — у меня полно учеников, готовых денно и нощно рыть землю. Вопрос в том, зачем это все самому Сержу. Не верю, что он желает моей полной и безоговорочной победы. Нет. Он преследует иные цели! Какие? Чего добивается мой старый знакомый?! Эти мысли не дают мне покоя, но в то же время я понимаю, что Пройдоха добился своего — пробудил во мне любопытство и исследовательский интерес. Машины мне нравились, особенно их мощь и надежность, я не мог представить, как люди могли создать их, мне все еще было неведома, как они двигаются и работают, но я был сражен ими. Чем больше разрушительных машин у меня будет, тем лучше. Я должен заполучить их! Должен!!!

— Райнер, — мое одиночество прервал Дзейрен. Малыш вернулся с охоты довольным и почти сытым, его огромные глаза теперь не были полны бесконечного голода. Надолго ли? Не уверен.

— Как охота?

— Парочку съел полностью, — с довольной ухмылкой поведал летун, располагаясь на полу. Он не любил мебель, предпочитая сидеть на холодном камне, а спать в гнезде, свитом из веток и листьев. — Вкусно, хотя и с душком.

— Ха-ха-ха! Я бы сказал, что с гнильцой, — надо же, я стал чаще смеяться. Интересно, с чего бы это? Все дело в новом теле? Шаман при жизни был шутником? Вполне вероятно.

— Трех других, я изуродовал, — в голосе Дзейрена слышалась неподдельная гордость. — Некроманты испугаются, когда увидят тела. Поймут, что это продолжится, но поймать меня не смогут.

— Хорошо, но все же, будь осторожен, — я не разделял уверенности летуна в том, что слуги Лиадан испугаются. Некромантов изуродованными телами и оторванными конечностями не испугать, как и кишками, развешанными на деревьях. В любом случае разубеждать Дзейрена я не собирался, пусть радуется, пока может. — Ты пришел, только за этим?

— Нет, я пришел предупредить, — летун пытался вычистить запекшуюся кровь из-под длинных острых ногтей.

— Предупредить? А вот это уже интересно. О чем же ты хочешь меня предупредить? О планах своей хозяйки? Или быть может ты увидел что-то интересное в лагере некромантов? — все-таки я правильно сделал взяв летуну с собой. От него будет польза! Он годится не только в качестве учебного пособия.

— У меня было видение. На этот раз более четкое, чем раньше, — Дзейрен выглядел озадаченным, словно сам не понимал, как такое могло произойти. А вот я догадывался. Не случайно же я кормил малыша змеиным мясом. Съесть бога для некоторых шаг к новым, невиданным доселе возможностям!

— И что же ты видел?

— Глыбников. Они идут к замку. Огромные, сильные, жаждущие разрушения! Один покрыт толстой корочкой льда, за ним остается снежный шлейф и начинается зима, настолько лютая, что мало кто способен выжить. Другой раскален, как магма, за ним по пятам следуют огонь, дым и пожары. Он выбрался из жерла вулкана и сжигает все вокруг. Они скоро будут здесь… Они… Они…

— Они ищут своего брата, так ведь?

— Да, того самого, что ты победил.

— Что ж, я ждал их, — довольная улыбка появилась на моем лице. В скором времени у меня появится еще два могущественных союзника, которых я подчиню себе, точно так же, как Вестона. Сражаться с ледяным и огненным глыбниками будет непросто, но у меня уже есть план. Я уничтожу их и воскрешу, превратив в верных слуг. Эта битва разразится на глазах Лиадан и её подручных. В очередной раз даст этой женщине понять, с кем она имеет дело. Возможно, она даже начнет мыслить благоразумно и перестанет во всем подчиняться Повелителю могил. Ненавижу этого кукловода, считающего, что все мы принадлежим ему! Мне неведомы планы Сержа, но чего добывается владыка мертвых, я знаю точно — все живые должны сдохнуть, чтобы пополнить его армию! Когда живых не останется, править будет он! Этого я точно не допущу!

— Ждал? — эхом повторил летун.

— Да, ждал. Все точно так, как на фресках! Все глыбники взаимосвязаны между собой, раньше из было больше. Теперь все изменилось… но мне достаточно и троих. Когда их ожидать?

— Один прибудет через пару дней, второй сразу после него.

— Прекрасно! ты принес хорошие вести, Дзейрен! Надеюсь, ты и дальше будешь радовать меня. Твой дар должен служить моим интересам, подсказывать все угрозы. И не стоит лгать или утаивать что-то от меня, малыш.

Предупрежден — значит, вооружен. Это не просто слова, а истина, позволяющая побеждать. Именно поэтому так важно, что рядом со мной Дзейрен. Его дар настоящая находка, козырь, который я обязан разыграть. Я наблюдал за тем, как мои люди устанавливали около крепостных стен железных драконов. Отныне здесь их место! Их ядра объятые пламенем будут уничтожать всех, кто осмелится без приглашения приблизиться к замку. То, как преображался мой дом, не могло не радовать, я буквально ощущал, как все большая сила и мощь сосредотачиваются в моих руках. Это будоражило, заставляло позабыть обо всем на свете! Прошлое, настоящее, будущее — все это уже не имело никакого значения. Я хочу уничтожить этот мир до основания, очистить его от всего, дать возможность новой жизни взять свое. Мне известно, насколько коварны и жестоки боги, насколько никчемны люди. Никого из них я не пожалею! С каждым днем это безумие становилось все сильнее. Временами мне начинало казаться, что я действую непоследовательно и нелогично, сам себе противоречу. Возможно, так оно и было, но остановиться уже невозможно. Я должен начать действовать! Мне нельзя и дальше сидеть в замке, ожидая учеников! Настало время объявить миру о моих намерениях! Да. Так я и поступлю.

— Через пару часов все закончим, — прогремел Баллард.

Этот воин с каждым днем брал на себя все больше обязательств и к моему ужасу становился все более незаменимым. Надеюсь, это не зайдет слишком далеко. Мне не нужны новые привязанности. Хватит с меня потерь и сомнений, мечтаний о новой жизни и возможностях. Сейчас, к примеру, он занимался подготовкой к неизбежному сражению с еще двумя глыбниками, хотя и не знал, кто наш враг.

— Великолепно! Как только драконы окончательно окружат замок, выводи машины. Возьми большую, ну, ту черную с десятью щупальцами и огненным взором. Еще двоим выдай те, что поменьше, с жалами. Больше пока не потребуется. Маги будут в стороне, их задача оберегать замок. Не хочу, чтобы интерьер испортили, как-никак времени на ремонт уже не будет.

— Мы готовимся напасть на некромантов? Слышал, у них в лагере последнее время люди бесследно исчезают…

— Уверен, ты слышал намного больше.

— Так что, ты, наконец, решил избавиться от нежелательных соседей или мы ждем кого-то еще? — мое последнее замечание воин пропустил мимо ушей, ну или сделал вид, что не заметил его.

— Еще кто-то.

— Может быть, скажешь, кого? Не пойми превратно, это вовсе не любопытство, но все же, я предпочитаю знать, с кем буду сражаться и какой у нас план. Не хотелось бы вновь стать… ну, скажем, наживкой, кормом или чем-то в этом роде.

— Неужели ты больше не доверяешь мне? — хохотнул я, понимая, что у воина есть все причины для этого. Все-таки приятно, когда рядом есть тот, кто осознает, кто я такой. Все это обожание и преклонение так раздражает!

— Ну, что ты. Просто с некоторых пор предпочитаю более основательно и вдумчиво подходить к работе.

— Благоразумно… Вот только в нашу первую встречу, ты этим самым благоразумием не отличался… Ну, или не желал его демонстрировать.

— Неужели, теперь ты мне не доверяешь?

— Я размышляю вслух, пытаюсь понять, кто же ты Баллард! — Я еще раз окинул взглядом территорию вокруг моего замка и виднеющийся вдали лагерь некромантов. Лиадана оказалась той еще упрямицей, даже после того, как летун начал ежедневно трапезничать её людьми, даже не подумала сворачиваться и уходить. Что ж. Тем хуже для нее! Когда начнется битва, я вполне могу случайно уничтожить и её… Главное, чтобы это не было планом Повелителя Могил. Хотя, что может быть интересней, чем переиграть противника на его же поле, переломить ход хитроумного замысла?

— Мое имя Баллард и я неплохо делаю свою работу. Разве этого не достаточно?

— Пока что достаточно.

— Отлично, так что насчет моего вопроса? Кого мы ждем в гости, да еще с распростертыми объятиями? Кого-то новенького прихлопнем или этих опостылевших мошек?

— Новенького, — да уж, самомнение моего помощника зашкаливает, но мне, определенно нравится такой подход к делу. — К нам направляются братья нашего Вестона. Они пробудились в тот день, когда я его победил и теперь их нестерпимо тянет сюда. Это природа, не более. Ледяной и огненный глыбники должны воссоединиться с нашим другом. А заодно, присоединятся к нашей маленькой, но такой дружной семье.

— Уверен, что справишься и с ними?

— Не стоит сомневаться во мне. Я ведь еще ни разу не давал поводов для этого, — ухмыльнулся я. Мне в голову только что пришла одна весьма гениальная идея. Правда, она относится не к глыбникам, а к некромантам. Но ведь это не страшно. — Тебе лучше заняться делом, Баллард. Если конечно не хочешь откосить от сражения.

— Я был бы не против, но придется поучаствовать. Не могу же я допустить, чтобы слава и почести достались кому-то другому. Это мое эго не выдержит!

— Эго? Ты меня поражаешь все больше.

— Я полон сюрпризов, как и ты!

— Иди уже, займись делом!

Моя душа была полна томления и ожидания, я хотел увидеть еще двух прежних богов, подчинить их своей воле, заставить служить мне! На этот раз битва развернется на свежем воздухе, под открытым голубым небосводом, ничто не будет давить и мешать. Идеально! Ну и, конечно, же, совершенно случайно может пострадать кто-то еще. После того, как я покончу с этим, настанет время для настоящей войны! Я наводню мир монстрами, машинами, дам людям силу и повод сражаться! Все! Хватит подготовки! Всего не учесть, а если слишком затянуть, можно и вовсе не успеть погрузить мир в Хаос. Скоро я перейду к решительным действиям! Нужно лишь назначить срок… Неделя! Даю себе еще неделю! Не больше.

Глава 16. Сердце Карея

Я стоял перед замком, на том самом месте, где не так давно сражался с Вестоном и ждал. Земля под ногами содрогалась, словно от первых толчков-предвестников землетрясения, но природа здесь была, ни при чем. Все это тяжелая поступь глыбника, спешащего на помощь своему брату. Вот только уже поздно! Вестон полностью в моей власти и остальных глыбников ждет та же участь. Это будоражило, вдохновляло и даже окрыляло, я готов был принять бой!

— Ну же, давай быстрее! Не стоит заставлять меня ждать, — раздраженно бросил я в пустоту, словно мои слова могут ускорить моего гостя! Я становлюсь нетерпелив! Новая черта может стать опасной в будущем, но сейчас не время об этом думать!

За спиной послышалось металлическое скрежетание и громыхание, пыхтение механизмов. Отлично — а вот и мои помощники! Давно пора испытать машины в настоящем бою. Кто знает, быть может, они только в моих идеальных планах эффективны. Нужно проверить! Очередной толчок сотряс землю и стало намного жарче, чем раньше, воздух раскалялся все сильнее, даже трава начала дымиться. Пожара не избежать, но это не страшно, мне не помешает немного пепла.

— А вот и ты, малыш. И надо же, как удачно, у тебя на пути лагерь некромантов. Что же ты предпримешь теперь, Лиадан? Уберешься восвояси или, наконец, продемонстрируешь, зачем явилась и чего ждешь?! Сегодня будет замечательный день! Я решу одним махом сразу несколько проблем, так и должно быть!

Глыбник показался и должен признать, что выглядел он бесподобно! Точно такой же, как Вестон, только крупнее, к тому же камни, из которых он был создан, были раскалены докрасна! Его тело пульсировало, словно это живая плоть, обнаженное сердце, обвитое пылающими огненными венами! Впечатляет! Каждый его шаг был размерен и даже величественен. Никакой спешки, Глыбник просто шел к своей цели, сметая все, что оказывалось у него на пути. Нет. Не сметая, а не замечая и игнорируя! Деревья, люди, лагерь Лиадан — всего этого не существовало для него, а потому там, где он проходил, не оставалось ничего. Древний бог выбрался из жерла вулкана, в котором нагревался и плавился много тысяч лет, сейчас он был жарче самого огня! Впечатляет! Придется остудить его или решить, где его держать, иначе от моего замка останутся только угольки! Скучно! Совершенно не зрелищно, но зато эффективно! В этом мне стоит брать пример с очередного земного бога!

— Баллард, приготовься! Теперь просто так к сердцу этой твари не подобраться, — я говорил спокойно и сдержано, не повышая голос, но благодаря магии меня слышали. — Ваша задача сдерживать его, постоянно бейте по его конечностям! Все остальное на мне.

— Я предпочту сам его прикончить, вырву его каменное сердце!

— Попробуй, но учти, если сдохнешь, даже не мечтай даже не мечтай о достойных похоронах!

Не могу отделаться от ощущения, что Глыбник смотрит на меня, именно я его цель, к которой он приближается с каждым шагом! Пора начинать! Мои заклинания уже заготовлены, нужно лишь пустить их в дело! На этот раз в дело пойдет сила шамана, та самая, которой не нужны заклинания! Это так удобно! Экономит время, дает больший простор для маневра! Твердь под ногами станет мягкой и вязкой, как зыбучие пески, замедлит каждый шаг моего противника!

Глыбник шел, не останавливаясь, не замедляя шага, он даже не заметил огромный лагерь перед собой. Спалил и раздавил, даже не думал преследовать тех, кто выжил. Ему были не нужны эти людишки! Вот она, неумолимая мощь! Есть лишь цель, все остальное мелочи, не стоящие внимания! Заклинания некромантов отскакивали от него, не причиняя вреда и это не удивительно, ведь мало что может противостоять раскаленному камню! Все ближе! Все жарче! Земля под ногами начла пылать и плавиться! Готов спорить, сейчас Лиадан в отчаянии молится своему богу, который покинул её! Жаль, что отсюда мне не увидеть её перекошенное от ужаса лицо! Еще шаг и мир вокруг меня запылал, даже воздух воспламенился!

— Пора! Заставьте его замереть! — приказал я, начиная понимать, что мой противник не так глуп, как казалось на первый взгляд! Он не просто так пылает, он создает для себя все условия для битвы, превращая мир в жаркое жерло вулкана!

Машины устремились к глыбнику, намереваясь остановить его, задержать, дать мне возможность использовать заклинания. Отлично! Несколько мгновений я мог наблюдать за происходящим, оценивал возможности машин, на которые так много возлагал надежд. Вновь я не торопился все брать все в свои руки. Наблюдать! Вот, что нужно! Я должен ощутить своего противника, как самого себя, понять, где именно бьется его сердце. Машины оказались достаточно сильны, чтобы заставить Глыбника остановиться, застыть на месте и взреветь от злости! Этот звук сотряс все вокруг, заставил землю откликнуться и пламенные фонтаны магмы взмыли в небеса. С Вестоном было трудно, но он и в подметки не годился своему огненному брату, который уже давно вошел в полную силу. Что ж, раз так, пора и мне вмешаться! В конце концов, для меня ценно лишь время!

— Пора остудить тебя! — раньше магия льда была мне неподвластна, тело не выдерживало её, но теперь с возможностями шамана все изменилось! Больше нет отграничений, нет условностей и страха! Я могу открывать любые источники, использовать их силу по своему усмотрению! Сила струилось по моим венам, я ощущал, как ледяная магия зарождается внутри меня, становится сильнее, нарастает. Вокруг все горит, пылает, жадные языки пламени льнут ко мне, пытаясь поглотить, но мне было холодно! Я оказался недосягаем для жара Глыбника! Он мог бы меня раздавить, но мои машины крепко держат его, пытаясь лишить конечностей! Магия стремительно вырвалась на свободу, замораживая все вокруг, она сталкивалась с огнем, порождая недовольное шипение пара. Две противоположные стихии переплелись воедино, начинаю свою извечную борьбу! Огонь и лед, что же на этот раз одержит верх?! Так или иначе, победа будет за мной, ведь резкие перепады температуры губительны для всего, даже для прочного камня! Мне нужно больше льда! Больше холода! Пусть воцарится вечная зима! Все силы были брошены на одно заклинание, ледяной луч! Никто столкнувшийся с ним, не выживет! Я в это верил! Я это точно знал!

Температура вокруг стремительно падала, еще немного и даже дышать станет невозможно. Мгновение назад была осень, холодная и промозглая, но сейчас началась самая настоящая зима — мир оледенел, покрылся тонкой корочкой льда. Даже мои машины вмерзли в землю и стали бесполезны, та же участь постигла и Глыбника. Он все еще пытался сопротивляться, пыхтел, пытался воззвать к своему огню, чтобы раскалить лед, избавится от его пут, но был бессилен. Мой враг в ловушке и не только он! Я создал настоящее ледяное царство! Неплохо для того, чье тело еще недавно отторгало холодную снежную магию и погибало от холода! Я мог собой гордиться, в то время, как остальные могли лишь ужасаться моей мощи. Но это еще не конец! Сознание Глыбника все еще не подвластно мне, каменный бог все еще мечтает уничтожить меня и видит перед собой лишь цель, которую нужно уничтожить.

— Что же мне с тобой сделать? Поступить так же, как с Вестоном? Разбить твое каменное сердце, а потом возродить или просто подчинить, надеть на тебя оковы послушания? — последнее время я стал излишне разговорчив, трачу драгоценное время на слова, когда нужно действовать. Что скрывать, я все больше нахожу удовольствие в театральности и показных моментах. В такие моменты я всегда вспоминаю Черного шута, и его безумие уже не кажется таким уж безумным.

Я подошел вплотную к застывшему камню, прикоснулся рукой к его заиндевевшему телу и тут же одернул ладонь обратно. Несмотря на то, что магический лед сковал Глыбника, он был все еще горячим, еще немного и раскалится до предела, снова покроется огнем и попытается спалить мир, превратить его в пылающее жерло вулкана. Его пламенную натуру не перебороть! Никакая магия не заставит его остыть! Это осознание выводило из себя, я не намеревался тратить на битву много времени! Хватит и того, что уже потрачено.

— Что ж, пусть так, ты подчинишься мне после смерти! — я перевел взгляд на застывшие машины, обвившиеся вокруг каменного бога, сдерживающие его каменные конечности, тянущиеся ко мне. Должен признать, без их помощи я не успел бы среагировать и создать нужное заклинание. Вот только теперь они бесполезны. Воины даже не способны выбраться на поверхность, так что придется мне лично разбить сердце глыбника. Я уже вижу его, оно почти не скрыто, я вполне могу сокрушить его сквозь щель в каменной оболочке. На этот раз придется использовать заклинание, так проще, да и силы экономит! Мой голос эхом разносился по долине, был наполнен мощью и могуществом, в это мгновение я ощущал себя богом, повелителем молний, чей гнев вот-вот вырвется на свободу! Сверкающие копья, повинуясь моей воле, обрушились на Глыника, пронзая его пульсирующее сердце! Снова и снова! Раскаляя ледяной камень вновь. Огонь и лед, молнии, сплетаясь в дивном танце смерти и разрушения. Я с упоением наблюдал за тем, как камень рассыпается в пыль, обнажая душу древнего бога. Вот оно! Сверкающее сердце, огненный рубин! Его цвет такой насыщенный и яркий, а блеск его способен завладеть мыслями! И все же, я сокрушу его! Всего один удар, одно слово, переполненное силой, и Глыбник застыл навеки! Навеки? Нет! Я не настолько расточителен, а некромантия хотя и претит мне, но будет использована по назначению!

— Восстань мой новый раб, присоединись к своему брату. Скоро появится еще один, и три каменных бога встанут на мою защиту. Вам не сравниться с Великой поглотительницей, но этого и не надо. Арлин на моей стороне в этой битве.

Взгляд Глыбника потускнел, но в следующий миг загорелся новой жизнью — он готов был крушить по первому моему слову! Он подчинялся лишь моей воле, и никто из богов не отберет у меня власть над этим существом. Все кончено, очередная битва выиграна и весь об этом разнесется по миру! Жаль только, что приход зимы пришлось ускорить, ну ничего, это можно пережить, нужно лишь сильнее растопить камины в замке.

* * *

— Ты бы и без нас справился, — недовольно прогремел замерзший Баллард, сумевший при помощи других магов выбраться из своей машины. Гордость и самолюбие воины были ущемлены, но меня это мало волновало, тем более, что намеревался бросить ему кость, которой он сможет насладиться сполна.

— Это не так. Уверяю. Вы дали мне время, — я довольно ухмыльнулся. — С ледяным, будете сражаться без меня, так что продумай план, и подготовься. Я помогать не стану.

— Что?! Ты с ума сошел?!

— Неужели без моей помощи боишься не справиться? Мне даже начинает казаться, что я слышу в твоем голосе неподдельный ужас!

— Я не смогу лишь поднять его вновь! Все остальное будет просто! Дай мне пару пушек и машин и все будет закончено за считанные минуты! Я не стану возиться и церемонится с этим камнем, как ты!

— Бери, что хочешь, мне все равно, просто покажи, чего стоят люди.

Все остальное мне было уже не интересно, я направлялся к разрушенному лагерю Лиадан, надеясь, по большому счету, увидеть её обезображенный труп. Было бы весьма забавно, если глыбник раздавил ее и даже не заметил этого! Уверен, подобное спутало бы игру Повелителю могил и всем его союзникам! Как же я его ненавижу! Хочу покончить с ним раз и навсегда, уничтожить этого бога! Хочу уничтожить это мир, где все неправильно, не так, как я хочу.

Я неспешно шел вперед, ни о чем не беспокоясь и не волнуясь, никто и ничто не угрожает мне в этот миг. Я хозяин положения, этих земель и силы, о которой люди могли лишь мечтать. Я хочу увидеть очередного поверженного врага! Мне это нужно! Лиадан должна пожалеть о том, что не убралась прочь, пока была такая возможность!

Приятно осознавать, что кто-то другой, походя, выполнил то, на что не решался я. Не то, чтобы я трусил, просто осторожничал, но сейчас в этом отпала всякая необходимость. Мне нравилось то, как выглядел лагерь некромантов: разрушенный, обугленный, всюду тела тех, кто не выжил, а те, в ком еще теплилась жизнь, мечтали лишь о том, чтобы боль закончилась. Превосходно! И все это воля стихии, в которой нет ни капли злого умысла или желания. Буйство первородной стихии намного страшнее гнева богов, не каждый способен это осознать, людям проще принять одно за другое.

Я безжалостно ступал по выжженной земле, по телам, шел прямо к главному шатру, где стояла одинокая женская фигура. Лиадан выжила, как это для нее ни прискорбно. Жалкая, грязная, в разорванном, прожженном платье она стояла передо мной с гордо поднятой головой, смотрела прямо в глаза. Даже мороз вдоль спины пробежал от такого зрелища. Эта черта некромантки не перестанет меня поражать и восхищать, я бы даже сохранил ей жизнь… Но это больше не входит в мои планы. Надоело наблюдать её под окнами моего дома и не знать, что нужно этой женщине, а точнее её зловонному хозяину.

— Ну, как тебе мой очередной гость? Уверяю, он не последний, скоро к нему присоединится еще один.

— Ты еще безумней, чем я думала, — женщина буквально выплевывала каждое слово, а в её взгляде читался неподдельный ужас. — Неужели ты не видишь, что уже не человек!

— Вижу, я сравнялся с богами, которых ты так боишься! — безразлично ответил я, замечая, что магичка трясущимися руками прижимает себе емкость с сердцем Карея. Словно прячется за ним! На что же она рассчитывает. — Боишься настолько, что осталась здесь, прекрасно понимая, что ты всего лишь разменная фигура! Осознавая, что от тебя непременно избавятся! — Во мне все закипало от злости и негодования. Лиадан так похожа на Минори, но при этом совершенно другая! Это выводило меня из себя, я хотел, чтобы некромантка уже проявила характер, вспомнила о том, насколько ценна собственная жизнь и перестала служить великому мертвецу! — На что ты рассчитываешь? Неужели на то, что после смерти пополнишь армию Повелителя могил, станешь одной из его генералов и получишь вечную жизнь? Глупо! Он не единственный бог мертвых! Волк вернулся, а может, уже появился кто-то новый! Твой хозяин не заполучит этот мир!

Я даже не заметил, как сжал плечи магички, как навис над ней, оказываясь непозволительно близко к врагу, фактически на расстоянии удара! Всего одно движение и она сможет запустить кинжал мне под ребра. Мне нужен был ответ, хоть какое-то проявление воли и характера! Я видел, что Лиадан на это способна, так почему её огонь угасает?!

— Ты безумен! — дрожащая рука сильнее сжала сосуд с бьющимся сердцем. Я был настолько близко, что ощущал, как магия вырывается в мир, заполняет все вокруг. Карей умер не случайно, а его тетушка не просто так всюду таскается с его останками!

— А ты? Ты готова умереть во славу своего хозяина.

— Мы все рано или поздно окажемся под властью Повелителя могил. Никому от этого не уйти.

— Мы оба знаем, что это не так, — я ощущал в голосе Лиадан страх, видел, как она дрожит в нерешительности, но точно знал, что не смогу достучаться до нее. Её преданность слишком велика, пусть и основана на первородном ужасе. Она не видит и не желает видеть других возможностей и таких, все еще большинство. — Если нет тела, то Владыке мертвых ничего не достанется. Если возносить мольбы другому богу, Повелитель могил не будет иметь власти! Чего ты боишься? Чего ждешь?! Оглянись! Все твои люди мертвы, а те, что уцелели, мечтают убеждать. Они предадут тебя! Сбегут или присоединятся ко мне. Так почему ты сохраняешь верность том, для кого ты лишь орудие?

— Тебе стоит усвоить одну вещь, Райнер, — зловеще зашипела магичка. — Я не Минори и никогда ей не стану! Я не предам семью и то, что для нас сделал Повелитель могил. Мне дано видеть шире, — Лиадан отшатнулась от меня, даже не верится, что в ней столько физической силы! Её серые глаза пылали огнем ненависти и безумия. Она готова была умереть.

— Да, ты не она! У тебя нет ни капли её воли и благоразумия, желания жить, так, может быть, мне не стоит тебя жалеть? Зачем оставлять жизнь той, кто уже покорился смерти? — наваждение спало, зато вместо него пришло осознание того, что я видел то, чего не было. Лиадан никогда не станет Минори, а сестра не вернется ко мне. Я предало её! Предал Александра! И даже если был прощен, они не вернутся ко мне!

— Ха-ха-ха! — смех некромантки был полон безумия и отчаяния, она решилась, и мы оба это знали. — Убей! Давай! Рискни! Я знаю, что ты давно лелеешь эти мечты уже давно, но все никак не решишься! Ты трус, Райнер! Жалкий трус!

Голос Лиадан резко утих, а в глазах застыло непонимание. Я не использовал магию, просто вонзил кинжал между её ребер, позволяя яду сделать свое дело. Вот так, легко и незамысловато. Мне следовало давно это сделать, а не терять время попусту. Я понимал, что рискую, но уж лучше так, чем и дальше строить планы, устраивать мелкие козни. Это не мой уровень. Хватит терпеть! У меня нет времени на все эти игры, мир должен быть разрушен, я хочу увидеть войну, которая начнется лишь по моей воле! В душе всколыхнулось нечто черное, пугающее, но меня это не волновало. Однажды мне придется последовать за всеми теми, кого я лишил жизни, ну, а пока этого не произошло, я буду уничтожать врагов одного за другим. Неважно к чему это приведет, не буду осторожничать, не стану сомневаться.

Тело некромантки с глухим звуком упало к моим ногам, она еще не испустила последний вздох, но скоро это изменится. Никто из людей не способен противостоять действию этого яда, даже воля Арании не способна оградить от него. Всего пара минут и Лиадан умрет, а её тело начнет разлагаться. Она не достанется своему хозяину, как бы этого не желала. Пройдет всего ничего, и не останется ни плоти, ни костей, ничего!

Удар. Еще! Еще! Я отчетливо слышал звук бьющегося сердца. Слишком громко для живого или мертвого. Взгляд опустился ниже, рука некромантки все еще сжимала склянку с сердцем Карея. Оно билось все сильней, все чаще, разрасталось, наполнялось мощью, той самой, что была у живого некроманта, но намного больше! Лиадан улыбалась, на её бледном лице застыла победная усмешка! Она испустила дух в полной уверенности, что победила! Еще один удар и в мир ворвался вопль мертвых, звук настолько ужасающий, что никто из услышавших его не мог сохранить здравый рассудок. Даже я вздрогнул! Началось! Наконец-то, мне станет известно, ради чего Акеро с радостью сдохли!

Я ждал этого момента, но когда он настал, не обрадовался произошедшему! Мир стремительно менялся, но это происходило не на физическом уровне, скорее уж меня перенесло в некое особое пространство, где мои ученики и союзники не смогут вмешаться. Мир стал не просто серым, а черно-белым, все линии размыты, создавалось впечатление, что он оказался на листе бумаги с черновым наброском. Странные ощущения! Опасные! Они могут затуманить разум, помешать принимать правильные решения. На мои плечи давал невероятный вес, пытавшийся поставить меня на колени, раздавить, переломать мои кости. Невероятная мощь! Но ведь и я не слабее! Мне только и оставалось, что верить в это! Магия все еще не покинула меня, я с легкостью открыл все источники разом, готовясь использовать любые заклинания, но мой враг не торопился появляться! И лишь проклятое сердце Карея продолжало биться, заполнять все своим стуком и вибрациями. Оно отбивало призывный ритм, и даже мое собственное сердце начало биться в такт ему. Надоело! Как же меня раздражает этот вонючий кусок плоти, которому давно пора начать гнить и разлагаться! В два счета, я подлетел к трупу Лиадан, надавил ногой на склянку, намереваясь раздавить опостылевший источник стука! Проклятье! Стекло слишком прочное для этого! Ярость и злость нарастали, заставляли позабыть о том, что происходит вокруг. Я хотел лишь одного, остановить этот звук!

Слова давно знакомого заклинания сорвались с моих губ, я точно знал, что произношу их, но не слышал. Проклятое сердце некроманта заглушало все, выводя меня из себя все больше! Я словно оказался в ловушке, из которой был не способен выбраться. Беззвучные слова лишены силы и магии, ничего не решают! Моя магия не действовала, я зря тратил силы и знания, сам себе казался посмешищем! В бессильной злобе, я снова и снова бил по склянке с сердцем, но оно не затыкалось.

Хватит! Я должен взять себя в руки и успокоиться, понять, что происходит и победить эту странную магию, вырваться в реальность, где меня дожидаются союзники! У меня нет права проиграть так внезапно и бездарно! Если это произойдет, мои планы так никогда и не осуществятся! Этого нельзя допускать! Но, что можно предпринять, когда слова потеряли силу? И как назло, ни одного паука под боком! Мерзко! Я ощущал себя беспомощным, жалким, словно меня вновь заточили в зеркало, из которого мне не выбраться. Чувствуется рука некромантов! Они обожают такие фокусы! И не только они, их хозяин тоже постоянно прибегает к подобным уловкам. Готов поклясться, что ощущаю его зловонное дыхание!

Спокойно! Я должен успокоиться! Глубокий вдох до боли в легких привел меня в себя, помог проясниться мыслям. Заклинания бессильны, но благодаря Яинаре я обрел силу намного большую, чем можно вообразить. Шаману не нужны заклинания, слова и звуки, они черпают силы из источников, повелевают стихиями! Вот оно! Мне не стоило об этом забывать! Но, что поделать, столетия я знал и использовал только один вид магии, а сейчас и вовсе был напуган. Я способен признать это! Признать и использовать!

Магия струилась по телу, сливалась с кровью, наполняла все мое тело энергией. Это упоительно! Вся магия разом! Безумный коктейль, он способен разорвать плоть, поглотить душу и сознание, но мне было плевать, здесь и сейчас я хотел продемонстрировать Повелителю могил, что я сильнее, что больше не признаю его богом и стал равным ему! Магия пульсировала во мне, нарастала, я даже не в силах описать, что ощущал в этот миг. Наверное, все сразу: боль, страх, восторг, невероятное наслаждение.

— ААА!!! — мой крик провал стену тишину, взорвал это странное место, заполняя его звуками и силой, возвращая мне былое могущество. Я не думал о последствиях, просто позволил магии вести меня за собой.

— Неплохо, Райнер. Иного я от тебя и не ожидал! — раздался скрипучий голос, который я уже слышал много раз. Как я и ожидал, Повелитель могил лично заявился по мою душу. Пока что я был не способен прикончить эту тварь, но и ему до меня не добраться.

Я заворожено, с неким извращенным восхищением, наблюдал, как пульсирующее сердце мертвого некроманта разрастается, увеличивается в размерах, меняет свою форму. Карей все еще был аватаром своего господина, даже смерть не могла избавить этого мальчишку от незавидной участи. Его сердце будет биться вечно, пока он нужен владыке мертвых, пока бог не найдет для себя новую игрушку. Сердце в считанные мгновения обрело вполне человеческие очертания, и мне выпала честь вновь увидеть великого мертвеца, Повелителя могил, в его истлевающей форме. Он омерзительный разлагающийся труп! И что только в нем нашли паучихи! Ненавижу этого бога! Теперь понятно, почему Лиадан так носилась с сердцем племянника, почему возлагала на него свои надежды, и даже умирая, не выпустила артефакт из рук. Вот только все оказалось бессмысленно, она все равно сдохла!

— Повелитель могил, давно не виделись.

— Ты забыл добавить, старый друг, — расхохотался бог, опалая меня горячим зловонным дыханием, от которого даже меня почти что выворачивало на изнанку. Омерзителен! Ужасающ! Отвратителен! Все это вполне можно сказать о Повелителе могил, самом могущественным из богов! Его не волновало, что о нем думали, как смотрели, его могущество позволяло ему всегда ощущать собственное превосходство.

— Мы не друзья.

— Да, не друзья, скорее уж соперники.

— Разве не враги?

— Враг? Не льсти себе, Райнер! Ты всего лишь человек! Ты никогда не сравнишься со мной, как бы ни старался.

Я ощутил, как меня коснулось нечто леденящее, как сама смерть проходит через мое тело, напоминая о том, что смертен, что нить моей жизни может в любой момент оборваться. Страх. Ужас. Обреченность. Все это я ощутил в один миг. Подобное любого может напугать, заставить упасть ниц и склонить голову. Любого, но не меня.

— Ты властен над смертью, но не над жизнью! Ты не можешь убить, лишь дожидаться, пока это произойдет! — я не собирался говорить. Пора показать моему врагу, что я достоин этого звания!

Бросать открытый вызов Повелителю могил — чистое безумие, даже с моими силами и возможностями. Все это понятно, но не я это начал! Некроманты сами заявились под стены моего замка, преследуя свои цели. Меня спровоцировали, но я готов к этому, и как всегда, у меня припасен козырь в рукаве и не один. Я прислушался не только к моему маленькому прорицателю, но и к Сержу, так что полностью готов к любому развитию событий. Для меня это важно, ведь за всем происходящим внимательно наблюдают не только мои ученики и союзники, но и боги. Именно сейчас решается, чью сторону они примут в грядущем противостоянии. Нельзя упускать такой шанс!

Все происходило стремительно настолько, что невозможно было понять, что творится вокруг. Повелитель могил в разы увеличился в размерах, становясь настоящим исполином, намного больше огненного глыбника! Огромный разлагающий труп вполне был способен разрушить стены любого замка, даже для моего он был угрозой, но это не стиль владыки смерти. Он предпочитает решать вопросы чужими руками. Так было и в этот раз! Погибшие некроманты их солдаты поднимались, чтобы стать бессмертным войском своего господина. Но не только на это рассчитывал мой враг, но и на катакомбы, в которых полно трупов. Путь под моим замком нет ни одного дохлого тела, но армия мертвых без труда доберется до замка, пока Повелитель могил развлекается со мной. Я видел, как нарастает мощь бога мертвых, осознавал, что угроза нависла надо мной не шуточная и меня намерены раздавить. По крайней мере, попытаются сделать это. И все же, никто не мог предугадать дальнейшее развитие событий.

Прошло всего несколько жалких мгновений, но все переменилось, я снова оказался на поле боя, а мой противник в разы сильнее прошлого. Мои союзники и помощники все еще обездвижены и вряд ли смогут вмешаться, да и не захотят. Хватит стоять столбом и любоваться, пора показать себя!

Что может повредить тому, кто уже давно мертв? Огонь! Он очищает все вокруг, поживает мир! Свет! Он искореняет все, что противоестественно, исцеляет и возвращает все на круги своя! Тьма! От её проклятий никто не скроется, даже мертвец. Яд! Но не обычный, а тот, что я получил от Белой паучихи. У меня полно козырей!

Я атаковал первым, устроил вокруг пекло, расплавляя лед, который сам недавно создавал. Кто бы мог подумать, что мне будет мешать моя же магия! Что было хорошо в сражении в глыбником, лишь вредит против более сурового и опасного противника, но я и не рассчитывал на то, что все будет развиваться таким образом. Огонь трещал, шипел, неохотно разрастался, наращивая температуру, превращая пространство вокруг замка в царство пламени. Я и сам пылал, еще немного и превращусь в пламя, словно пиромант. Давненько я не использовал эту магию, не ощущал себя диким и безудержным! Пламя плохо на меня влияет, сводит с ума! Пусть, сейчас самое время для безумия! Тело шамана, его способности позволяли мне использовать магию на ином уровне, и я все больше привыкал к этому, приноравливался, учился новому. Комбинируя заклинания нынешней магии и природную мощь прежней, я мог добиться невероятных высот. Огненные языки добрались до истлевших лохмотьев Повелителя могил, до его вечно гниющего тела и в этот мгновение я использовать заклинание Тьмы, мощное проклятье, изменившее цвет и свойства пламени. Голодный черный огонь жадно набросился на владыку мертвых, причиняя боль, уничтожая тело, которое тот получил благодаря жертве некромантов. Вот только мой триумф не был долгим, на меня обрушилась вся мощь восставших из мертвых некромантов и их слуг. Лиадан пришла ко мне ни одна, её сопровождали другие маги и даже после смерти они были полны сил и магии. Я был не в состоянии защищаться и нападать одновременно, меня теснили, окружали, заставляли пятиться назад. Если так пойдет дальше, долго мне не протянуть, но сдаваться я не собирался! На этот раз я был один, никто не прикроет, не сделает за меня всю работу, не станет наживкой или приманкой. Враги наступали, атаковали дружно, словно давно подготовились к этому дню, казалось, что у меня нет ни одного шанса! Меня сметут, уничтожат, сделают рабом Повелителя могил, ведь после смерти мое тело и душа достанутся ему! Еще один шаг назад. Магический щит не выдержал непрерывных атак, покрылся трещинами, еще немного и я останусь беззащитным.

— Ты переоценил свои возможности, Райнер! — расхохотался Повелитель могил, за спиной которого уже появилась бодро марширующая армия мертвецов. Огонь начал затухать, без моей поддержки он не мог причинить достаточно вреда богу. — Ты никогда не достигнешь высокого звания моего врага, — владыка мертвых метнулся ко мне, в мгновение ока его лицо оказалось около моего. Я мог видеть, как черви и личинки копошатся в его разлагающейся плоти, ощущал зловоние из его зловонной пасти, смерть была, как никогда раньше близка ко мне. — Я раздавлю тебя, ведь ты всего лишь надоевшая моей жене игрушка. Ты можешь победить лишь слабых прошлых богов, которых мы низвергли. В них не осталось и сотой доли былой мощи!

— Недооценить врага, значит проиграть, — самодовольно ухмыльнулся я, неотрывно смотря в пустые глазницы. Меня не пугала бесконечность в них, ведь передо мной был всего лишь мертвец. Всего одно движение и в моих руках оказался металлический диск, чья кромка начала светиться ровным белым светом. Повелитель могил лишь непонимающе фыркнул, решая, что я или обезумел, или блефую. Что ж, тем лучше. Еще миг и я активировал диск, нажав на центральную сферу. В этот самый момент мой магический щит не выдержал натиска некромантов, рассыпался сверкающей пылью, осыпался на землю. Костлявая рука владыки мертвых сжала меня, словно игрушку, поднимая над землей.

— Вот и все. Это было слишком просто. Ты не стоил моих усилий. Сплошное разочарование.

— Все только начинается, враг мой.

Вторя моим словам, земля под нами разверзлась, вынуждая Повелителя могил отшатнуться и разжать пальцы. Я рухнул прямо на металл выползающей их под земли машины. Наводка Сержа оказалась верной, я нашел под замком уникальное творение рук человеческих. Теперь, мы продолжим наш танец, но уже на ином уровне.

Древние машины уникальны, им не нужна магия, но в то же время в них сокрыта невероятная мощь, именно они будущее человечества, а богам настало время уйти. Это очевидно! Особенно сейчас, когда титан поднялся и готов к бою.

Меня переполняли эмоции, чувства бурлили в глубине души, а восторг был настолько сильным, что хотелось в голос хохотать! Повелитель могил считал, что все в его руках, что я легкая добыча и меня можно раздавить одним махом. Что ж, настало время показать, что все не так! Под моими ногами не просто металл, а самый настоящий многорукий монстр, исполин, способный сокрушить любого. Эта машина была почти такого же размера, как мой замок. В голове не укладывается, как это можно было создать и спрятать под землей. А какая огневая мощь! Все эти пушки, мечи и тяжелые руки-молоты могли разрушать города, пробить любую оборону, любую стену! Скрип механизмом неприятно резал слух, пронзал пространство, казался угрожающим рычанием. Всего одно движение огромной ноги и земля содрогнулась, а Повелитель могил оказался раздавлен. Я не обольщался, это всего лишь оболочка, но до чего же приятно видеть, происходящее.

Казалось бы, все кончено, но не тут-то было — бога, тысячи лет копившего силы, не уничтожить так просто. Это не Великий Змей, что спал долгое время и лишь начал возвращать былую мощь. Магия хлынула в открытый мир, она становилась осязаемой, приобретала форму, это было нечто похожее на заклинание, но в то же время иной. Я при всем желании не смог бы дать объяснение происходящему. Замок исчез, как и все люди, мы с моим врагом оказались в непроглядной Тьме без звуков и запахов, каких-либо еще ощущений. Лишь я и моя машина, ставшая для меня опорой. Лишь Повелитель Могил, возвышающийся рядом. Два исполина, не желающие отступать.

Бум! Бум! Бум! Стук сердца Карея пронзил тишину. Бум! Бум! Бум! Он отбивал ритм, пленяющий меня, и вот собственное сердце уже билось в ритм с этим звуком.

— Это мой мир, — ухмыльнулся мертвец, простирая руки, словно для отеческих объятий. — Все однажды окажутся здесь, — подтверждая его слова, отовсюду начали выползать измученные души, которые владыка мертвых не многие века не отпускал от себя, заставлял существовать, ждать своего часа. Они мечтали исчезнуть, но не могли, ведь Повелителю Могил нужна армия.

Ужасающее зрелище. На краткий миг мне даже стало жаль всех этих людей, ставших жертвами собственной веры. Лишь на миг. Это быстро прошло, да и не было у меня времени на раздумья и чувства. Армия зловонных мертвецов уже атаковала древнюю машину. Удары сыпались один за другим, железного исполина буквально пытались порвать на части, разобрать по винтикам и оставить от него лишь груду никому не нужного ржавого металла. Все это сопровождалось надменным хохотом Повелителя могил. Он стоял в стороне, наблюдая за тем, как его вечные слуги отчаянно пытаются исполнить волю господина, в бесплотной надежде заслужить покой и умиротворение. Машина жалобно скрипнула и застыла, её броня медленно покрывалась ржой. Все это произошло за считанные мгновения, казавшиеся вечностью, еще немного и до меня эти твари доберутся. Нет! Этому не бывать!

С моих губ сорвалось первое заклинание, мощно и четкое, призывающее в мир темноты и безысходности магию солнца и света. Яркая вспышка озарила все вокруг, на миг, ослепляя всех, даже тех, кто давно уже не способен видеть. Страждущие души отпрянули прочь, заныли, но по воде повелителя снова бросились в атаку. Но я был готов! Машина ожила, активировала свои пушки, начиная изрыгать очищающее пламя. Мертвые не чувствуют боли? Чушь! Огонь способен заставить биться в агонии даже после смерти! Но останавливаться было рано, армия мертвецов огромна, они будут воскресать снова и снова, пока существуют тела. Именно их я должен уничтожить, а после и сами души. Магия огня, молний и света — лишь на них я мог рассчитывать, сплетать воедино на ходу придумывая новые заклинания и попусту обрушивая на голову моих врагов чистую магию стихий. Повелитель могил не оставался в стороне, он бросал на меня все новые и новые силы, заставляя сражаться с теми, кого я когда-то знал и даже по-своему любил.

Жарко! Душно! Я чувствовал, как плавлюсь, а мои заклинания начинают вредить мне самому, но в тоже время мне удалось выиграть столь ценное время! Машина окончательно разогрелась, энергия достигла всех её узлов, позволяя 'ожить'. Теперь махина двигалась легко, словно это живой человек, словно его не сковывает металл, он топтал, крушил, стирал в порошок кости, не давая им собраться вновь, из его орудий непрестанно лился жидкий огонь, а вспышки света были способны прожигать насквозь, как и пылающий взор десятков глаз моей машины. Я чувствовал, как преимущество в этом сражении переходит ко мне. Больше не надо было тратить время и силы на мелких сошек, ими займется мой помощник, а вот до Повелителя могил мог добраться лишь я! Он черпает силы в сердце Карея, пока оно с ним, я не смогу избавиться от это твари. Раз так, я заставлю этот кусок гниющей плоти заткнуться и замереть! Оно больше не будет биться набатом, а мое сердце перестанет вторить ему.

Владыка мертвых использовать поднятых из могил людей в качестве щита, прятался за ними, создавал их косней и трупов безобразных монстров, страдающих и мечтающих всех уничтожить. Мертвые верой и правдой служили своему мучителю, но не могли защитить от меня! Я не обращал внимания на любые помехи на своем пути, бил слабыми, но точными заклинаниями целясь в склянку на поясе Повелителя могил. Это моя цель! Распыляться на другое не стоит! Огонь не поможет, зато молнии вполне способны достичь цели, но не на них я рассчитывал, а на Тьму, это её порча медленно разъедает склянку, заставляет её покрыться трещинами. Мой враг даже не заметил, он наивно полагает, что я пользуюсь лишь грубой силой, как и мой механический страж, превративший темное ничто в пекло! Зря! Я действую хитрее! Еще немного! На моих губах заиграла победная ухмылка! Склянка окончательно разрушилось, а еще бьющееся сердце полетело на землю. Еще миг и гниющая рука бога потянулась за ним, а в глубине пустых глазниц промелькнул страх. Еще секунда и я пустил в ход родную магию, спустил с поводка заранее заготовленное заклинание. Сердце некроманта плюхнулось прямо во все увеличивающуюся лужу кислоты, растворяясь в ней. Яростный вопль заставил все вокруг содрогнуться и темнота, окружающая нас треснула, начала осыпаться, словно разбитое стекло.

Мы вернулись в привычный мир — я, моя машина и тысячи живых мертвецов…

Так вот в чем был замысел Повелителя могил! Он пришел не просто так, а для того, чтобы уничтожить меня, уничтожить по-настоящему, раздавить, чтобы больше от меня не было проблем. Это не демонстрация силы, не угроза и даже не предупреждение, это начало настоящей войны. Во мне видят опасность, которой нельзя дать разрастись. Игр больше не будет, отныне я сражаюсь не просто за свои идеалы и новый мир, за саму жизнь возможность сделать хоть что-то из задуманного.

Все не так, как я планировал, ситуация вышла из-под контроля, и теперь мне предстояло играть по чужим правилам. В этом мне стоило винить лишь себя, я был самонадеян, верил в то, что боги мне не указ, что они побоятся вступать в открытое противоборство и позабыл о том, где нахожусь. Это Проклятые земли! Здесь боги могут творить, что угодно, не опасаясь за остальной мир, все еще находящийся в их руках. Здесь нет законов и правил, те десять лет, что мы с Минори правили в Рокусе, пытаясь навести порядок в королевстве, ничего не изменили. За стену по-прежнему ссылают отребья и тех, от кого желают избавиться, от кого стоит очистить большой мир, Проклятые земли все еще площадка для экспериментов магов и игр богов. Ничего не изменилось и этот очевидный факт, я не учел. Для меня это непростительная ошибка! Но сожалеть об этот уже поздно, да и никому не нужно, настало время подстроиться под обстоятельства, показать, что меня не сломить.

— Баллард! — взревел я, и в этот момент мой голос звучал угрожающе. Таким принято повелевать, а не просить. — Возвращайся в замок, готовьте драконов! Пусть маги берутся за дело!

Сомнений в том, что воин сделает все, что я говорю, не возникало, ведь этот человек достаточно умен для того, чтобы понять, что лучше руководить контратакой из-за стен замка, не пытаться бороться с трупами! Армия Повелителя могил бессмертна, пока есть тела, солдаты будут восставать снова и снова, им не страшны ранения и смерть, а потому нам остается лишь одно — уничтожить все, так, чтобы даже праха не осталось.

— Как всегда прячешься за своим войском? Даже Дориана притащил, — прошипел я, замечая давнего знакомого, с которым мне уже довелось сражаться. — Не сработает, я уже в курсе, что он не владеет собственной волей! Тебе стоит придумать что-нибудь новенькое, Повелитель могил!

Древняя машина заскрежетала, вторя моим мыслям, в отличии от других механических стражей, она управлялась не при помощи рычагов и кнопок, а контролировалась мыслями, она была продолжением меня, словно рука или нога, я мог контролировать каждую его конечность, каждый узел, мы были едины и этим грех не воспользоваться! Я давил, топтал, растирал в пыль, кости и тела, и мне казалось, что я делаю это сам, а не при помощи груды металла, размером с замок. Моя игрушка была настоящей находкой, с которой я уже не расстанусь, не смогу, при всем желании. Это уже не просто физическая и огневая мощь, она была способна пропускать через себя мою магию, усиливать заклинания. Я не знал это точно, но так ощущал. Настало время проверить, насколько моя интуиция права.

Раздались первые громогласные залпы железных драконов, а мои ученики окончательно осмелели, а может, напротив, со страху начали использовать заклинания. Чарующее зрелище! Столько разнообразной магии в одном месте и все работают слажено, со всей самоотдачей, на которую способны. Не сомневаюсь, что к последнему приложила руку Картрина. Они с Баллардом вполне могут стать моими первыми генералами! Одержим победу, и я поразмыслю об этом в серьез. С такой поддержкой можно не беспокоиться о замке и вплотную заняться мертвецами, которых все больше. Такое ощущение, что Повелитель могил решил поднять все тела из катакомб под проклятыми землями. Пусть, меня это не волнует, я буду крушить, мы будем!

Слова давно знакомых, могущественных заклинаний сорвались с губ, но магия устремилась не к армии мертвых, а к машине. Она промчалась сквозь металл, усиливаясь многократно, и вырвалась на свободу, сокрушая все вокруг. Что лучше всего уничтожает тела? Огонь! Кислота! А лучше и то и другое! А еще можно заставить землю разверзнуться, поглотить тела, стиснуть их в своих объятиях, да так, чтобы даже Повелитель могил не мог добраться. Одно заклинание сменилось другим, источники открывались сами, наполняя меня силами, направляя. Мне было плевать, кого заденут мои заклинания, но я намеривался очистить свою землю. Ничего не изменилось, я все еще иду к своей цели, просто меня лишили времени на раздумья, нанесли первый удар.

* * *

Все кончено! Не осталось ничего, кроме истерзанной земли и пепла. Из этого месива уже не подняться солдатам владыки мертвых, хотя у него еще полно ресурсов и готов спорить, в это самое мгновение они выбираются из могил и катакомб, чтобы служить своему хозяину. Нигде в Проклятых землях не будет спокойно, нигде не найти укрытия, для меня это очевидно, скоро дойдет и до остальных.

— Учитель! Учитель! — измученная Катрина, спотыкаясь, бежала ко мне. — Учитель!

— Удивлен, что вы так быстро вступили в бой, — вместо приветствия произнес я, нехотя спускаясь на землю. Я уже привык к своей машине, можно сказать, сроднился с ней, даже покидать её не хотелось.

— Дзейрен предупредил, — поведала магичка, обеспокоенно осматривая меня. — У нас было целых пять минут форы, может шесть, но не больше.

— Надо бы усилить его дар, так будет больше пользы, — по-деловому ответил я. Мне было приятно видеть помощницу и ей волнение, осознавать, что она сражалась с полной отдачей, оставалась преданной, но показывать этого я не намеревался. Никакой нежности.

— Это возможно?

— Нет ничего невозможного, тебе стоит это усвоить, — усмехнулся я. До чего же я устал! Буквально с ног валюсь! Во мне не осталось ни физических сил, ни способности использовать магию, организм измотался и настойчиво требовал отдыха. Не удивительно, ведь мы сражались с мертвым войском два дня. Два дня беспрерывного напряжения, без сна и воды. Это любого измотает, даже такого, как я. — Но этим мы займемся позже, сейчас нужно понять магические щиты и подготовиться к новому сражению.

— Новому? — в голове Картрины слышался неподдельный ужас.

— Война началась, — с улыбкой ответил я. — Теперь мы будем сражаться до конца. Победа или смерть, иного не дано. Но ведь я этого никогда и не скрывал, так что все честно.

Глава 17. Наблюдатель, не более

Нам пришлось ускориться, у меня не было времени на обучение магов, полномасштабную реконструкцию машин и новые исследования, мне было необходимо готовиться к новому нападение, которое не заставит себя ждать. Если верить моим лазутчикам-паукам, к замку уже направляются многочисленные гости и это явно не желающие прикоснуться к моей мудрости. Светлые маги присоединились к повелителям молний и теперь весте маршировали по Проклятым землям, к ним прильнули ледяные маги и слуги Воруса, о некромантах и говорить нечего. Они больше других жаждали уничтожить меня, отомстить за своих коллег.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как активировать заранее заготовленное заклинание и окончательно подчинить своей воле всех обитателей замка. На это ушло много сил, но зато эффект порадовал меня. Люди с удвоенными усилиями трудились в шахтах, добывая драгоценный тираниум, а маги начали открывать источники, обретая все новую и новую силу. Моя армия росла, ведь слухи о моих победах разносились стремительно. Но не только на своих людей я рассчитывал, но и на помощь союзников. Арлин и Огонь не останутся в стороне, как и Белая паучиха лелеющая мечты о мести. Первая из многих моих целей достигнута, Проклятые земли вновь полны тварей и невиданных существ, содрогаются от новой разрушительной войны. Когда все погибнет здесь, эта зараза вырвется за стену и ничего не будет, как прежде. В этом мире нет места ни мне, ни моей семье, так пусть все познают то же самое.

— Учитель, — Катрина заглянула в мой кабинет. — Можно?

— Да, что у тебя? — мой тон был излишне грубим, но девушка не обращала на это внимания, ведь знала, что сейчас в замке нервная обстановка и все напряжены. К тому последнюю неделю я совсем не спал, работал, строил планы, готовился к очередному сражению.

— Сесил усилил стены замка и ворота, а еще просил передать, что завтра будет готово еще десять драконов.

— Как раз вовремя.

— У нас снова гости? — с ужасом спросила девушка. Она все еще не могла забыть визит Повелителя могил.

— Да, и теперь они будут постоянно. Естественно, до тех пор, пака мы сами не решим нанести ответный визит, — безразлично ответил я. — Передай эту весть Балларду, а после возвращайся, у меня есть для тебя особое поручение. Его я могу доверить лишь тебе, ведь ты моя самая преданная ученица, — это была не лесть и не ложь, я доверял Катрине, точно знал, что и без заклинания контроля она выполнит любой мой приказ. Нужно лишь отдать его нужным тоном и многообещающе взглянуть. Конечно, я подстраховался, но не думаю, что придется воспользоваться этим.

— Хорошо, я все сделаю… — магичка замялась.

— Что-то не так?

— Баллард…

— Что с ним?

— Ему не стоит доверять. Вы не должны делать его генералом и позволять командовать, — недовольно проворчала девушка. — Уже сейчас многие считают, что главный он! Это несправедливо! Если бы не вы ничего бы этого не было, а люди только и говорят о том, какой Баллард герой, даже маги. Вы же просто учитель!

— Ха-ха-ха! Не стоит беспокоиться о таких пустяках. Меня никогда не волновала власть, достаточно того, что цель будет достигнута. Что дальше? Это уже не мое дело. Я хочу заниматься магией, искать новое, лишь это имеет смысл. К тому же Баллард превосходный генерал — он бесстрашный, волевой, целеустремленный и готов рисковать. У него есть все для того, чтобы вести за собой.

— Я не понимаю…

— Моя задача направить и показать, как может быть, не более. Я хозяин этого замка, но все здесь, я готов отдать людям. Ха-ха-ха! Даже славу и лидерство, — рассмеялся я. — Иди, займись делом и не забывай о своей особой роли. Ты единственная, кто смогла удивить меня, в тебе я вижу особый потенциал, так что перестань думать о глупостях.

— Хорошо, я попытаюсь.

Катрина покинула мой кабинет, а я вновь углубился в изучение работ моего предшественника. Жаль, что нам не довелось встретиться лично, мы бы поладили и смогли бы изменить ход истории. Мне казалось, что я начинаю ощущать незримое присутствие бывшего хозяина черного замка, его поддержку и одобрение. Не скажу, что оно мне нужно, но это приятно.

— Что скажешь, сестра? — я поднял взгляд на портрет Минори, который я окончательно доработал. Теперь передо мной не Арлин, а сестра, о судьбе которой я ничего не знаю. Ей бы понравилось то, что я затеваю, она бы смогла оценить то, как я изменился. — Думаешь, стоит рискнуть?

Конечно же, ответа не последовало, но мне он и не нужен. Решение принято и я полностью готов к новой встрече. Одного за другим, я уничтожу богов, и новых, и старых. Мне нужно лишь попросить паучиху дать мне больше своего чудесного молока, не только в качестве оружия, но и для усиления. Для меня оно все еще, как самый желанный наркотик, как и сама эта женщина. Не только она, но и её сестра.

Секрет моей грядущей победы не только в открытии источников других магов и древних машинах, я делал ставку не только на яд Яинары, но и еще на одну вещь. Светлоокий Люминос бесследно исчез, оставил своих детей на произвол судьбы, и даже боги поговаривают о том, что он мертв. Как это произошло? Почему? Если найду ответ на эти вопросы, мой триумф станет безоговорочным. Я наткнулся зацепку, которая приближает меня к разгадке этой тайны, остается лишь надеяться на то, что у меня хватит времени ухватиться за нее и все понять. В моих руках сила и знания, страстное желание погрузить мир в хаос и разрушение — этого достаточно для того, чтобы изменить все.

Я был в ожидании и предвкушении, с нетерпением дожидался нового сражения, которое я решил всецело доверить людям. Пусть докажут, что достойны моего внимания и усилий. Моя задача дать им орудие борьбы, а не делать все самому. Что ж, посмотрим, на что они способны, особенно Баллард.

* * *

Возможно, это большая ошибка, которая аукнется мне в будущем, но я самоустранился от всего происходящего, позволяя людям самим действовать. Пусть привыкают, что их судьбы в их собственных руках. Им это полезно, да и не помешает моим подопечным больше уверенности в собственных силах, понимания, что человек, куда боле могущественен, чем принято считать. Для них это ничего не значит, ведь обитатели замка не более чем мои марионетки, но как говорится, слухами земля полнится, а для победы мне достаточно лишь зародить сомнения в души.

Я не волновался, не думал о том, как все сложится, в конце концов, следующим противником станет ледяной глыбник, о чьем приближении нас предупредил летун. На, а к тому времени, как подтянется армия магов, мы уже подготовимся по полной, и сможем оказать им достойный прием. Не сомневаюсь, Баллард справится с поставленной задачей, ведь громила уже сейчас считается неким лидером, за которым охотно идут другие люди. Будь я чуть более любопытен, то непременно задумался бы о том, кем же он был до того, как оказался в Проклятых землях. В любом случае, прошлое не так уж важно, когда рядом со мной этого воина ждет великое будущее. Мой генерал осознает это в полной мере, а потому у меня практически не было необходимости контролировать его разум и отдавать ментальные приказы.

Все пришло в движение и уже никто не сможет стоять в стороне, выбор придется сделать каждому, вне зависимости от желания. Ну, а пока все шло своим чередом, мне предстояла очередная встреча. Не скажу, что приятная, но необходимая и неизбежная. В моем положении нужно ценить союзников, особенно могущественных.

Стоя на верхней ступеньке широкой лестницы главного зала моего скромного жилища, я с радушной улыбкой смотрел на приближающуюся ко мне женщину — Арлин лично прибыла в мой замок. Жаль, что на этот раз это она, ведь я предпочел бы вновь встретиться с Яинарой. Для меня это было разочарование, но виду я не показал. Как-никак, за моими плечами столетия практики в искусстве лицемерия. Королева предстала передо мной во всем своем великолепии — идеальная прическа, безупречно-подобранное черное платье, изящные украшения оттеняли красоту богини земли. Обитатели замка почтительно склоняли перед ней голову и, судя по всему, готовы были даже пасть ниц перед Арлин. Истинное величие и благородство — идеальный образ для той, чей культ вновь набирает мощь, как уж когда-то было. На этот раз я не видел в Поглотительнице своей сестры, все четче осознавалась разница.

— Райнер, — мягко произнесла богиня, смотря на меня так, словно видит насквозь, помает и одобряет все начинания. — Рада видеть тебя вновь. И то, как ты обустроился, не может не радовать. Потеря Рокуса пошла тебе на пользу.

— Давай не будем о былом, к прошлому возврата нет, — я поцеловал руку королевы. Её красота и очарование были не способны меня тронуть, но Арлин и не стремилась к этому. Разными людьми, она манипулировала по-разному, к каждому тщательно подбирая ключик.

— Согласна, намного интересней заглянуть в грядущее.

— Ну, об этом тебе лучше в Дзейреном поговорить, это он у нас смотрит в будущее и способен наперед узнать, что нас ждет, — взяв женщину под руку, я повел её в подземную часть замка, к гобеленам и фрескам, которые интересовали не только меня, но и Поглотительницу.

— Всенепременно, — продолжала улыбаться королева. — Что же касается нас с тобой, то самое время обсудить дела. Тебе ведь уже известно, что к тебе стягиваются войска нашего общего врага?

— Это давно не секрет и мы готовы к жаркому приему.

— Не будь беспечен, не повторяй моих ошибок, — жестко осадила меня Арлин. Для нее победа в этом противостоянии была делом принципа и мести, ведь боль от утраты все еще не угасла в её душе. А тот факт, что любимый муж в полной и безраздельной власти Повелителя могил лишь усугублял ситуацию, подливал масла в огонь ненависти. Богиня осознавала, что в руках её врагов козырь, но отступать не собиралась, ведь понимала и то, что её хотят уничтожить любой ценой и никогда не вернут её короля.

— Не повторю.

— Вот и хорошо. Не разочаровывай меня, Райнер, — королева была самой серьезностью и сдержанностью. Она пришла говорить о делах и именно этим занималась. — Маги моего брата, ровно тысяча душ прибудет через неделю, с ними придет и глиняное войско Яинары, больше мы ничем помочь не сможем, ведь должны удерживать столицу. Я не могу быть расточительной, а потому помощь незначительна. На большее пока не рассчитывай, мы и сами под ударом. Мой культ возрождается с новой силой, и боги не желают мириться с этим, как и с твоим существованием. Война начнется здесь, в Проклятых землях, некогда бывших моим королевством, но в скором времени она перемахнет через стену и захлестнет весь мир. — Я уже выпустила своих детишек, которых долгие тысячелетия создавала в столице. Все ваши зачистки были зря, этот мир вновь полон голодных тварей, опасных для всех, и для союзников, и для врагов. Можешь считать, это безумием, но я считаю, что это верное решение. Никакая жертва для меня не будет слишком высока, если в конечном итоге она принесет победу.

— Мне бы больше помог яд…

— Яинара тебе не дойная корова! — зло бросила Арлин. — Или ты думаешь, что молоко появляется по её желанию, в любой момент? Если бы все было так просто, мы давно бы победили! Довольствуйся тем, что есть!

— Я тебя понял, не стоит так нервничать, — что ж, придется немного изменить планы, но это не критично.

За неспешным разговором, мы продолжали спускаться вниз, ни на кого не обращая внимания и не таясь. Королева была приятной собеседницей, к тому же умной женщиной, нас с ней роднило то, что мы оба длительное время были пленниками. О многих моих союзниках можно сказать то же самое, так что не удивительно, что в итоге мы пришли к взаимопониманию. Арлин прибыла ко мне обсудить планы, предупредить об угрозе, но еще и для того, чтобы выяснить кое-что важное. Она, как и я искала поддержку, в том числе и у прошлых богов. Её заинтересовали не только Глыбники, но и другие боги, пока что еще не пробудившиеся и не заявившие права на мир. Поглотительница пришла ко мне за знаниями, и я готов был ей их дать, поделиться тем, что сумел найти и понять. Все на алтарь победы, теперь, когда мне нечего терять, это станет и моим девизом.

* * *

— Все это навевает воспоминания, — Арлин прикоснулась ладонью к гобелену, проводя по нему так, словно он был живым существом, кем-то важным и значительным для нее. На лице королевы расцвела улыбка, придавшая ее образу таинственности и некой печальной мудрости. — Я помню все эти события, хотя они были настолько давно, что помнить не обязательно. Многие уже забыли, не считают важным то, что прошло. Мы победили в противостоянии, уничтожили одних богов, а других заставили уснуть или скрываться. Прошлое стало не важно, и мы даже подумать не могли, что однажды перед нами встанет угроза исчезновения. Ее несешь, вовсе не ты, не стоит обольщаться, Райнер. Мы сами спровоцировали текущую ситуацию и теперь пожинаем плоды. Ты лишь следствие наших ошибок…

— Пусть так, но мир изменится.

— Даже так, я найду себе в нем место.

— Не сомневаюсь в этом, ты умеешь выживать и мстить, — я внимательно наблюдал за Поглотительницей, силясь понять, что же привело эту женщину в мое убежище, что он пытается увидеть на гобеленах. — Постой, как ты можешь это помнить? Это же…

— Было во времена прежних богов? — закончила за меня Арлин, продолжая любоваться творением мастера. — Да, так и есть. Это истории того, что произошло задолго до того, как мы пришли к власти, но уже тогда мы существовали. Мы творения прежних владык мира, их дети и внуки, те, кто поднял голову, решив, что не обязаны больше подчиняться воле стариков. Потому-то мы не давали волю людям, опасались, что вы станете нашей погибелью. В итоге Арания нарушила это правило, приблизила тебя к себе, зародила желания и страсть, но не смогла удержать в узде. Все это ничего бы не значило, если бы ни одно но… Между богами произошел раскол и мы больше не едины, как было в прошлом противостоянии. Все это делает будущее туманным, никто не знает, что грядет и кто выйдет победителем из этой войны. Все может случиться, и старее боги могут вернуться, или появиться новые, а может быть, мы разделим между собой власть тех, кто падет. А может, не останется ничего и никого.

— Меня это мало волнует.

— Я заметила. Ты странный, Райнер. Я не понимаю тебя, твои мотивы и желания с одной стороны прозрачные, но с другой, это лишь поверхность, то, что ты показываешь другим. Вполне вероятно, что ты и сам не осознаешь своих истиных мотивов.

— Намекаешь, что мной манипулируют? — подобная мысль больно била по моему самолюбию.

— Нет, хотя это возможно. Я бы даже сказала, что ты сам собой манипулируешь.

— Ты бредишь.

— Тебе бы этого хотелось, — тихо рассмеялась Арлин, переводя взгляд на меня. — Давай не будем обсуждать подобные вещи. Настанет время, и мы все сами поймем, ну, а пока в наших силах идти вперед, наблюдать и не сходить с намеченного пути.

— Ты пришла поговорить об этом?

— Нет, я здесь не для этого. Хочу навестить отца и кое-что ему подарить. Мы с ним многое пережили и хорошего, и плохого, и того, чему невозможно дать определения, но сейчас он на моей стороне. По большому счету Сесил всегда защищал меня, хотя его методы и были сомнительными. Даже отделив часть континента, и изгнав меня, отец пытался спасти меня от других богов. Увы, он не смог уберечь мою семью, и я потеряла больше, чем когда-либо. Эта рана до сих пор кровоточит, но в моем положении лучше отпустить прошлое.

— Ясно, — я давно существую в этом мире, но так и не научился понимать женщин, они для меня непостижимая загадка, которую даже не стоит пытаться понять.

— Тебе стоит обратиться внимание на вот этот кусок, — Арлин ткнула тонким изящным пальчиком в гобелен.

— Здесь ничего нет.

— Разве? А вот я вижу, что здесь не хватает кусочка, а еще то, что его вырезали очень аккуратно, причем недавно.

— С чего ты взяла? — только этого мне не хватало! Неужели кто-то успел похозяйничать в моем доме? Подозрения сразу же пали на Сержа, но и других обитателей замка нельзя сбрасывать со счетов. Они в моей власти, но не под полным контролем. Я не поваливаю каждым их шагом и вздохом.

— По состоянию нитей на срезе. Мужчины не способны заметить подобное мелочи, для вас это неважно.

— И что же там было?

— История этого замка, если я ничего не путаю.

— Может, расскажешь сама?

— Я не помню всего, да и рассказчик из меня плохой, — тихо рассмеялась женщина. — Но весьма занято, что исчез фрагмент. Не находишь?

— Мне придется разобраться с этим.

— Да, придется. Учитывая обстоятельства, это важно. Тебе удалось взять под контроль всех обитателей замка, ты, подобно богам, диктуешь им свою волю, но при этом, как и мы не в состоянии наблюдать за всем. Это риск, Райнер. А если учитывать тот факт, что армия врага все ближе к твоему дому, то любая ошибка может оказаться фатальной. Сейчас мы союзники, так что я даю тебе дельный совет. Воспользоваться им или нет, решать тебе.

— Я тебя понял и благодарен, — мой взгляд скользил по гобеленам, выискивая другие повреждения. — Что на самом деле привело тебя сюда? Ты могла бы прибыть с армией или послать кого-то из приближенных. Но ты здесь. Это не просто знак хорошего расположения, не только забота о подруге и помощь союзнику. Так почему?

— Мне кое-что нужно.

— И что же?

— Дзейрен, — серые глаза королевы уставились на меня, и ее взгляд был полон пугающей решимости. — А еще молчание. Яинаре нравится твой летун, она прониклась к нему симпатией, считает ребенком, но я знаю, что эта тварь опасна. Мне нужна голова твоего друга.

— А мне нужные его способности.

— И все же, нам придется прийти к компромиссу, — ответила Арлин, не желая отступать. — Хочешь моей помощи, тогда принеси мне голову летуна.

— Почему? — если уж избавлять от ценного приобретения, то по весомой причине.

— Если то, что мне удалось выяснить — верно. То он из новых, и меня это не устраивает. Я не собираюсь отдавать власть.

Стекло на Iphone в МосквеРемонт Iphone в Москве. Качественно. Бесплатный вывоз курьером. Заходите! Узнать большеjabuka.ruСкрыть рекламу: Не интересуюсь этой темойТовар куплен или услуга найденаНарушает закон или спамМешает просмотру контента

Спасибо, объявление скрыто.

Арлин не стала настаивать на немедленном принятии решения, просто дала мне пищу для размышлений и вернулась в свой город. Начинаю подозревать, что именно так она и привыкла действовать, ничего не требуя, не угрожая и не запугивая, просто мягко подталкивая к нужному ей выводу. Так это или нет, но подобное поведение королевы дало мне время на то, чтобы все хорошенько обдумать, сопоставить факты и понять, как действовать дальше и что принесет наибольшую выгоду для моих планах. Не сказать, что я проникся к Дзейрену самыми светлыми и искренними чувствами, но расставаться с ним пока что было рано. Его способности уникальны и усиливаются с каждым днем, летун вполне может принести еще больше пользы, к тому же Яинаре этот малыш нравится, и мне не хотелось расстраивать паучиху, лишая её игрушки. Но если Поглотительница права, и Дзейрен не просто нелепое создание природы, а тот, кто может стать одним из новых богов, то его лучше уничтожить, пока он не вошел в полную силу и не осознал свое положение. Выбор непростой, но сделать его жизненно необходимо. Да и про исчезнувший кусочек гобелена забывать не стоит. Готов поклясться, что видел его целым, но отчего-то не в состоянии вспомнить, что именно изображено на исчезнувшей части. Нельзя контролировать все, каждую мелочь, невозможно обращать внимание на все, а после каждый миг своего существования держать в памяти.

Размышляя обо всем этом, я с высоты крепостной стены наблюдал за тем, что происходит около замка. Новая битва уже началась, но на этот раз я не был её непосредственным участником, лишь наблюдал со стороны. На удивление, мне даже не хотелось вмешаться и все взять в свои руки — я просто смотрел на происходящее так, словно меня это не касается. Весьма приятное ощущение, я впервые ощутил себя настоящим игроком, умело расставившим фигуры на доске. Внизу слышались взрывы, крики и стоны, но меня это не волновало, я был зрителем, созерцателем, моя задача — насладиться представлением. Люди способны на многое, и им пора это продемонстрировать. Себя же, к людям я уже не причислял, полагая, что стал выше этого слова.

Никогда не был любителем сражений и кровопролития, это не в моем стиле, но то, что я видел сейчас, поистине завораживало. Мое сердце ликовало при виде того безумия, что творилось вокруг, именно это должно произойти со всем континентом, с каждым его обитателем. Разрушение и смерть приведут к обновлению! Казалось, что гибель мира с его устоями началась именно под черными стенами моего замка, в этот самый миг. Враги обрушились на меня всей своей мощью, словно надеясь задавить, сломить и смять одним напором. Будь на моем месте кто-то другой, им бы удалось. Многочисленные солдаты и маги действовали четко и слажено, у них явно был план и единое командование, что удивительно, учитывая, что под одними знаменами собрались столь разные силы. Вот только им было, что терять, чего не скажешь о тех, кто бился на моей стороне! Те, кто был однажды изгнан или был вынужден бежать, теперь мог противостоять могуществу любимцев богов. Это была не только моя воля, но и их желание!

Все вокруг громыхало и кричало, сам мир стонал и молил о пощаде, но никто его не слышал — музыка битвы заглушала все, проникала в сердца и души, заставляя неистово сражаться, биться до последнего. Серое небо над замком заволокло тяжелыми черными тучами, в которых рождались тысячи ярких молний, без остановки бьющих в землю, они сопровождали нападение армии мертвых и ледяных магов! Сверкающие копья слуг бога войны неслись к замку, но пока что были не в силах пробить крепкие стены, уничтожить прочные ворота. Ледяные копья и лучи неустанно атаковали моих союзников и рабов, но на помощь приходили машины и глыбники, ставшие моими верными соратниками. Стихии сошлись в яростной битвы, отчаянно пытаясь искоренить друг друга, уничтожить людей, в чьих руках оказались. Прекрасное зрелище! Все пылало, сверкало и кипело, падало и ломалось, сама ткань бытия могла не выдержать и разорваться! Это полный восторг, и от того, что я стоял в стороне, он лишь усиливался! У противника больше магов и численный перевес, ведь на их стороне нескончаемая армия мертвых, восставших из могил, но это не гарантия победы, ведь у моих людей есть древние машины и драконы, изрыгающие раскаленные снаряды! Они давили и ломали, были неудержимы в своем стремлении крушить и убивать! Жаль, что это сражение не может длиться вечно! Молния удрала всего в паре метров от меня. Опасно! Но даже это было не в силах заставить меня уйти, ведь я наслаждался великолепным зрелищем! Две непримиримые армии были подобны волнам, несущимся навстречу друг другу, они обе погибнут, но при этом заставят мир вокруг содрогнуться.

— Почему ты не вмешаешься?

— Баллард справится сам, ему пора научиться быть героем не только на словах, — я не смог сдержать самодовольную ухмылку. Готов спорить, что громила, на которого я возлагаю надежды, последними словами проклинает меня, но не отступит. Его по жизни ведет злость, желание быть первым во всем. Отличное качество, вот только оно может привести к гибели, загнать в ловушку, из которой окажется всего один выход — смерть. — Если они победят сами, то окончательно уверятся в том, что настало время перемен! Это весть разнесется по всем проклятым землям, и уже не только Великий учитель будет дарить надежду. Пламя неповиновения разгорится с новой силой и люди вспомнят, по чьей милости оказались за стеной! Если они проиграют, значит не стоят моих усилий и лучше им сдохнуть. Я не стану тратить время впустую, на тех, кто не способен проявить себя. Бывший хозяин этого замка называл это естественным отбором. Отличное слово, Дзейрен, не находишь?

— Тебе все равно?

— Нет, не все равно, но вмешиваться я не стану. Это прекрасное зрелище!

— Они будут долго сражаться.

— Я знаю.

— Тебя все устраивает?

— Да, я намерен заниматься своими делами и ждать возвращение Катрины с новостями. Не важно, что предпримут боги, моим планам это не помешает. Но ты ведь не об этом хотел спросить, так? — я перевел взгляд на летуна, стоящего рядом. И это один из новых богов? Верится с трудом. Уж слишком щуплый и напуганный. И все же, у него интересные способности, туманное будущее и непонятное происхождение.

— Что ты ответишь Арлин? Я слышал её просьбу…

Огромные глаза летуна буравили меня пристальным взглядом. Сомневаюсь, что он подслушал мой разговор, скорее уж его дар подсказал об опасности. Итак, скрываться нет никого смысла, остается лишь принять решение и ответить.

Глава 18. Прогнивший город

Что я отвечу? Это весьма интересный вопрос, даже для меня. Именно поэтому я молчал и продолжал смотреть на бой внизу, отмечая, что запал моих воинов и магов не спадает, и кажется, что боги войны: прошлые, нынешние и будущие лично заявились под стены замка, чтобы насладиться сражением. Не то, чтобы я тянул время или пытался избежать ответа, просто не знал, что сказать. Убить Дзейрена для не меня не проблема, сохранить жизнь — тоже, вот только сдается мне, от моего решения будет зависеть многое. Мы стояли рядом и смотрели вниз, наблюдая за тем, как гибли люди, рассыпались прахом глиняные воины и скелеты, как трупы устилали землю. Чем дольше будет длиться битва, тем большую власть над этим местом получит Повелитель могил, именно поэтому нам придется избавиться от всех трупов. Так спокойно, что, кажется, будто я уже и не жив, стал некой сущностью без чувств и ярких эмоций. Не сомневаюсь, что на подходах к столице происходит то же самое, хотя, вполне вероятно, что туда отправили больше сил.

— Скажи, ты ведь видел свою смерть? — поинтересовался я, продолжая смотреть на сражение. Пока что непонятно, кто побеждает и от того зрелище было более захватывающим.

— Да, видел. Мне суждено умереть от твоей руки, хотя и не знаю, когда и как именно. Я видел пять версий развития событий, — Дзейрен на миг умолк, словно пытаясь вновь заглянуть в грядущее. — И до сих пор не уверен, что последнее видение воплотиться, а за ним не последуют новые. Будущее нестабильно, и лишь одно неизменно в моих ведениях — мой убийца!

— Зная это, ты все равно пошел за мной.

— Я вижу будущее, но это не значит, что его нельзя избежать. Иногда, для того, чтобы избежать неминуемого, лучше идти к нему навстречу. Возможно, я ошибаюсь, скорее всего, так оно и есть, но мне кажется, что если пытаться сбежать от судьбы, она настигнет тебя, в ней проснется инстинкт хищника и она загонит тебя в угол, ехидно ухмыльнется и завершит свое дело.

— Удивительная наблюдательность для того, что всю жизнь прожил в лесу, среди деревьев и дриад.

— Я научился читать, видеть, слышать. Я наблюдал за тобой, Райнер. Теперь мне многое понятно… Меня все еще могут посетить иные видения.

— Тебя ведет надежда, — я понимал, о чем говорил летун.

— Да, у меня больше ничего нет, лишь надежда, отравляющая душу и разум. Так что ты ответишь Арлин? Принесешь ей мою голову, или я могу вздохнуть с облегчением, пусть и на время?

— Зачем мне говорить тебе правду? — я не удержался от смешка. — Уж лучше держать тебя в неведении, чтобы ты ничего не смог предпринять. Не находишь?

— Это и будет твоим ответом?

— Сегодня я не убью тебя, завтра тоже, что будет дальше, мне неизвестно.

— Что ж, у меня есть два дня спокойствия.

— Да. Целых два дня, у некоторых нет и этого, им суждено погибнуть сегодня, я не оставил им иного выбора и не жалею, — я видел, как Баллард пустил в ход большие машины, самые опаснее из всех, что мы нашли. Если, конечно, не считать моего любимца, что снова зарылся под землю, в ожидании своего часа. — Скажи, что ты видишь?

— Смерть и боль, ты уже привел в движение могущественные силы и этот процесс необратим. Я вижу то же самое, что и ты, вот только теперь это ждет целый мир, не только Проклятые земли. Нынешние боги не удержат власть, не смогут удержать безумие за стеной. Она рухнет, и мир наполнится стонами. Те, кто считал себя в безопасности и жил спокойно, лишь изредка с ужасом смотря в сторону стены, все они погибнут. Я вижу множество смертей, и слышу твой смех.

— Это все еще неизменно.

— Да, вопрос лишь в масштабах катастрофы.

— Хорошо, большего мне и не надо.

— Кому ты мстишь?

— Всему миру, богам и людям, самому себе. Какая, в сущности, разница, если жернова судьбы уже перетирают жизни моих врагов, их мечты и начинания?

Это был наш первый разговор по душам, когда никто не притворялся, не пытался играть или притворяться. Мы оба балансировали на грани, могли погибнуть. Дзейрен не сомневался в том, что я прикончу его при первом удобном случае, я точно знал, что ради того, чтобы выжить, летун пойдет на все. И все же, в этот самый миг мы вместе смотрели на то, как гибнут другие. Прекрасно зрелище, незабываемый миг — жаль, это все не может длиться вечно.

Баллард не собирался проигрывать, ведь твердо осознавал, какой шанс я подарил ему, кем он может стать, если принесет на алтарь победы все, что у него есть. Такие, как он не привыкли сомневаться или роптать, они сражаются, убивают и берут от жизни все, добывают богатство, славу и власть с мечом в руках, идя только напролом. Он не подвел меня, показал, на что способен, даже продемонстрировал определенного рода тактику — интересный человек! Машины, управляемые людьми, сделали свое дело, они защищали, служили оружием, они способны были бросить вызов богам. До чего же приятно видеть, как металл давит трупы и кости, а мои маги сокрушают непобедимых воинов, детей бога войны! Ради этого стоило не вмешиваться и просто наблюдать! Последние сомнения в том, что мой замысел верен, отпали.

— Думаю, они больше не нуждаются в присмотре. Так что мы можем заняться своими делами. Нам нужно больше воинов, больше чудовищ, больше мощи…

* * *

За стенами моего замка продолжалась война, она не прекращалась ни на день, но меня это не волновало. Я сделал все, что мог, настало время заняться своими делами. Когда-то меня не интересовала лишь магия, мои богопротивные эксперименты, попытки узнать, как можно больше, сейчас мне хотелось того же, но я сам лишил себя этой возможности. Жаль. Я скучаю по тем временам, когда неделями мог сидеть в своем кабинете, среди книг и артефактов, разнообразных редких ингредиентов и постигать то, что даже богам не дано. Для меня это высшее счастье, но забыть о мести не в моих силах.

— Ты сидишь здесь уже несколько часов.

— А ты почти столько же наблюдаешь за мной, — совершенно спокойно ответил я. — Мое решение не изменится в ближайшие часы, и тебе пока что ничего не угрожает. Можешь вернуться в свою оранжерею и наблюдать с высоты за происходящим снаружи. Открою тебе секрет — моему дому ничего не угрожает. Боги никогда не проникнут за эти стены, не смогут уничтожить, и дело вовсе не в магах, не в воинах и не в машинах. Сами камни, из которых построены стены, пропитаны магией, она бежит по венам, наполняет замок силой.

— Говоришь так, словно он живое существо.

— А если так оно и есть? Это бы тебя испугало? — я продолжал рассматриваться гобелен, и мне все больше казалось, что рисунок на нем меняется. Вот только я никак не мог уловить, как же именно. Странно и на первый взгляд бессмысленно — это сводило с ума.

— Нет, я уже ничему не удивляюсь. Но твое состояние меня беспокоит. Ты все тот же, но при этом твоя связь с этими стенами возрастает.

— Очередное предсказание?

— Нет, просто наблюдение.

— Возможно, ты и прав, — я потерял связь со временем, и все ждал, когда же мой предшественник откроет мне все секреты бытия. Могло показаться, что я лишился рассудка, покорился замку и своей судьбе, но это не так. — Не нужно за мной присматривать, даже если твоя любимая хозяйка беспокоится обо мне. Это все ни к чему. Я достаточно пожил, чтобы понимать, что делаю, и к чему это может привести.

— Ты развязал войну и отошел в сторону.

— Звучит, как обвинение.

— Это констатация факта, не более.

— Надо же, а ведь раньше ты не знал таких слов, — сипло рассмеялся я. Дзейрен забавлял меня все больше. Вполне вероятно, что Арлин не ошиблась на его счет. Что ж, в любом случае королеве не стоит беспокоиться, ведь мы с летуном знаем, как все закончится. — Общение со мной хорошо на тебя влияет.

— Скажи, Райнер, ты не будешь вмешиваться в происходящее?

— Я уже ответил на этот вопрос, — да что ему от меня надо? Почему я должен снова и снова повторять одно и то же? Неужели я изъясняюсь недостаточно ясно? Это злит! Выводит из столь желанного состояния равновесия. Может, все-таки прикончить его? В такие моменты эта мысль была особенно заманчивой.

— А если речь не о битве за стенами замка?

— Говори прямо, я не настроен играть и разгадывать шарады, — на этот раз я оторвался от созерцания предмета магического искусства.

— Катрина рискует не справиться, если ты не вмешаешься, — безразлично ответил Летун.

Эта крылатая тварь начинает все больше напоминать Сержа, и вот это было способно напугать даже меня. Двух пройдох я точно не выдержу, тут даже моего поистине невероятного терпения не хватит!

— Подробности, — потребовал я. Неужели мне придется изменить своим планам? Не хотелось бы, но моя ученица важная фигура, ради нее можно и рискнуть.

— Она сейчас в Соларе, там, куда ты её отправил. Вот только город Светлоокого изменился даже больше, чем ты можешь себе вообразить, — голос Дзейрена были тих и умиротворен, а взгляд черных глазищ остекленел. Он был здесь, но его душа и мысли витали далеко. Готов спорить, что сейчас он видит Катрину, одну из вероятных судеб, что её ожидают. Вот только будущее все еще не предопределено, потому что он и поднял эту тему. Теперь мне все это понятно, а потому я внимательно слушал того, кто способен видеть грядущее. — Ты даже не представляешь, что там происходит, не понимаешь, куда отправил Катрину. Ей не выбраться, даже открытый источник магии света не спасет.

— А я могу?

— Возможно. Вопрос в том, захочешь или нет.

— Все зависит от того, успела она или нет, — ухмыльнулся я. Если и вмешиваться в судьбу, то точно зная, что это не напрасная трата времени и сил. — Если Катрина сделала то, что я просил, я спасу ее, если нет… Тогда она бесполезна для моих планов и я лучше потрачу время на поиски кого-то более интересного, того, кто не допустит ошибки.

— Она просто не может сбежать, — уклончиво ответил летун, но мне и этого было достаточно.

Не говоря ни слова, я направился прочь. Не собираюсь отвечать тому, кто и так все это знает или сможет узнать в ближайшее время. Если дело лишь в том, чтобы покинуть город Светлоокого, я помогу моей ученице. Жаль только, что для этого придется покинуть замок и на время пустить все на самотек, доверить мою войну другим. Это риск, но я не из тех, кто всю жизнь будет сидеть под защитой каменных стен, да и прогулка мне не повредит. Почти, как в старые добрые времена!

* * *

Итак, передо мной снова выбор: отправиться на помощь Катрине, которая почти добилась успеха, или оставить её расхлебывать последствия своих неудач и скорее всего, умереть. Не сомневаюсь, в данном случае мой летун не ошибся, все верно предрек. Так, как же мне поступить? На удивление, я недолго метался и все же решил временно покинуть новый дом. Если повезет, я вернусь до того, как закончится бой под стенами замка. Путь до Солара не близкий, но и армия мертвецов нескончаема. Для меня это риск, ведь люди, осознав, что меня нет рядом, могут впасть в унынье и запаниковать, как следствие сбежать, но это не повод изменять планам. Я брошу их, не моргнув глазом, ведь дело уже сделано — война развязана. Она станет последней в истории нынешних богов и моей собственной.

Я зашел в оранжерею, где среди тропического сада обосновался Дзейрен. Это место было самым спокойным, уютным, но в то же время опасным. Летун все еще хищник, он не избавился от своих повадок и голода. Не все из тех, кто случайно забрел в его обитель, смогли выбраться. Не осталось даже костей, но меня это вполне устраивало.

— Дзейрен!!!

Летун появился моментально, выглянул из-за пышной листвы и уставился на меня, словно ожидая приговора или удара. И ведь знает, что умрет иначе и не сегодня, но все равно боится. Подобное начинало раздражать и злить, вызывало желание пусть малыша в расход.

— Останешься здесь, — бросил я. — Веди себя хорошо и постарайся не сожрать всех обитателей, пока меня не будет. Если кто-то спросит, я работаю и не желаю, чтобы меня беспокоили. Понял?

— Да, но вряд ли кто-то обратится ко мне.

— Это уже не важно. Просто сделай так, как я сказал, и проживешь дольше, чем того хотелось бы Арлин.

Меня не оставляло ощущение, что летун чего-то недоговаривает, возможно, даже решил сыграть в свою собственную игру. Но если думать об этом и трястись над каждым решением, ничего не сделаешь. К тому же, я был не против вновь прогуляться, вспомнить старые добрые времена, вновь встрять в неприятности. Увы, на этот раз в полном одиночестве. Мне даже стало немного не по себе, в очередной раз нахлынуло сожаление и воспоминания, мысли о семье, которую я упустил. Моя преданность ничего не стоила и принесла лишь боль и разочарование.

Настроение стремительно падало, раздражение нарастало, как и желание все уничтожить, сделать так, чтобы от мира не осталось даже пыли. Вот только я не настолько силен, так что моя цель менее амбициозна. Нужно гнать от себя подобные мысли, а еще лучше вообще не задумываться. Мне предстоит непростое путешествие. Для начала нужно незаметно выбраться из замка, не привлекая к себе внимание. Единственный способ сделать это — спуститься под землю, в обитель мертвых и змей. И те, и другие меня, мягко говоря, недолюбливают и с удовольствием перегрызут мне глотку. Это будет весьма примечательная прогулка. Затем, необходимо добраться до Солара и проникнуть в сам город, найти там мою помощницу и спасти. Да я прямо-таки герой! Сама эта мысль весьма забавляла, и даже слегка развеяла мою тревогу.

Сегодня замок был тихим, он словно чувствовал, что я собираюсь покинуть его и грустил, не желал отпускать меня. Вот только у него не было власти и силы, чтобы задержать меня или заставить передумать. Это место живое, чем дольше нахожусь здесь, тем больше убеждаюсь в этом. Мое убежище не просто крепкие стены, а нечто живое и опасное, то, что однажды я смогу использоваться в своих интересах. Но не сейчас. Все по порядку, я не могу позволить сущности замка или еще кому-то манипулировать мной. Вот только желающих этим заняться все больше. Не уверен, что мне удастся все контролировать, но попытаться стоило.

— Не переживай, я скоро вернусь, — заверил я, спускаясь в нижнюю часть замка. Мое новое путешествие начнется под землей, среди врагов. Это вовсе не безумие — мне дано иначе воспринимать реальность, осознавать, что все относительно и не то, чем кажется. Мы с замком вполне могли бы стать друзьями или даже больше — меня бы это не напугало. — И заметь, я не прощаюсь, так что даже не думай снова засыпать. Ты нужен мне, точно так же, как и я тебе.

Покидая новый дом, я испытывал смешанные чувства. С одной стороны — невероятное облегчение, словно с моих плеч свалился ненужный груз, и даже думаться стало намного легче. Я выбрался из ловушки, приятной и уютной темнице, в которую запер себя добровольно. С другой — мне хотелось вернуться, хотя я еще не покинул замок. Мы с моим домом сроднились, я находил эту обитель удобной, уютной, именно такой, как нужно мне. Замок напоминал мой первый дом, который, к слову, я почти не помнил. Это место меня поглощало — очевидно, это необходимая за могущество жертва, вполне вероятно, что именно это и произошло с моим предшественником. Оттого-то замок и ощущается, как живое существо со своим характером и желаниями.

За этими размышлениями, я и не заметил, как спустился к входу в подземные туннели, ведущие в шахты, там, где до сих пор работали люди. Нам нужно больше минералов и кристаллов, металла для пушек, так что работы не останавливались ни на минуту. Сюда я отправил самых бесполезных, тех, кого не стоит отправлять в бой. Все четко и правильно, никаких отклонений от плана — впору начать гордиться собой. Бесшумно передвигаясь, никем не замеченный, я прошел мимо людей и направился дальше. Каждый шаг вел меня к новой цели — что ж, Катрина, жди меня, твое спасение уже в пути. Забавная мысль…

Судьба благоволила ко мне, возможно, даже слишком, так что я без особых неприятностей и проблем добрался до Солара. У меня ушло на это меньше недели и за все это время ни боги, ни люди, ни наги не заинтересовались моей скромной персоной, словно никто не видел меня. Это было странно, но я предпочитал считать, что все дело в просто везении, а мои враги слишком заняты другими проблемами. Наги не смирятся с потерей своего бога, они все еще желают стать хозяевами нового мира, вытеснив людей, так что им сейчас не до меня. Для возрождения Великого змея потребуется много жертв, так что наги, наверняка, выползли из своих пещер. Боги и люди в этот момент все еще сражаются под стенами моего замка и не только там. Кровопролитные битвы в настоящее время идут во всех уголках Проклятых земель. Даже в городе Светлоокого сейчас не спокойно… Здесь давно уже творятся темные дела, а покойная Криста творила такие вещи, что даже у меня кровь стыла в жилах от ужаса. Эта женщина ни перед чем не останавливалась, шла к своей цели по трупам, оставляя после себя боль и отчаяние. Светлая душа потускнела, а безумие сменило благородство, а все от того, что Люминос покинул своих магов. Кто-то верил в то, что он еще вернется, но мне доподлинно было известно, что это не так. Повелитель света мертв и я намерен выяснить, как именно это произошло. Его точно не убил Александр, ему это не под силу. Я выясню, в чем дело и это станет очередным козырем в моем рукаве.

Смотря на стены города, в котором давно не был, я вспоминал былое, здесь произошло много интересного. Мне никогда не забыть первое посещение Солара, то, как мы развлекались здесь и искали справедливости. Много воды утекло с тех пор, а город изменился, даже больше, чем я предполагал. Внешне он все еще был великолепен, впечатлял свое белизной и сиянием, но все это напускное, ведь даже на расстоянии от города несло тухлятиной, словно это обитель Повелителя могил. Стены стали еще выше и толще, над самим Соларом поднялись пики-башни, пронзающие небеса — все белоснежное и золотое, но в то же время подавляющее. Когда-то сюда приходили за исцелением и защитой, но слуги бога предали идеалы Светлоокого, это место стало ловушкой. Криста пыталась это изменить, но в итоге чуть не утопила город в крови.

Я не понимал этого раньше, не видел причин, но сейчас, очутившись рядом с Соларом в новом своем теле шамана, я начал замечать то, что раньше было сокрыто от меня. Это место отравлено! Никто находящийся в городе не устоит, не сможет противостоять безумию и жажде крови. Город Светлоокого теперь "принадлежал" моей прежней хозяйке — Арании. Она давно все это задумала, медленно отравляла воду, землю, пищу, души и результат не заставил себя ждать. Солар и все его жители гнили заживо, сами того не осознавая.

— Ты скрывала все от меня, — это понимание было болезненным. Я знал, что был игрушкой, но не подозревал, что меня намеревались избавиться настолько давно. Знай, я это раньше, ушел бы вместе с Александром и Минори. Увы, ничего не изменить, невозможно повернуть время вспять и исправить все ошибки, не допускать их вовсе.

Я неспешно направился к главным воротам, гостеприимно распахнутым настежь. Никакой охраны, никаких ловушек и преград. Любой может войти в город, но любой в трезвом уме и здравой памяти предпочтет обогнуть Солар стороной. Даже простым людям понятно, что это место больше не несет спасение, скорее уж полную и безоговорочную гибель. Внешне безмятежный, он заставлял что-то в душе содрогаться. Это было нечто на уровне инстинкта самосохранения. Странно, что Катрина ничего мне не доложила об этом, а вошла в город. Хотя… Последнее, как раз не удивительно, эта магичка боготворит меня, восхищается и преклоняется. Я сразу это заметил, ей был нужен лидер, тот, за кем она сможет пойти, не принимая самостоятельных решений. Но было что-то еще, ведь Катрина смотрела на меня с обожанием. И все же, ей стоило сообщить мне о том, что стало с городом. Или все это стало проявляться после её появления? Тогда Салар не просто гниющий город, а ловушка, и вряд ли ее создали для Катрины. А если не для нее, то для кого? Ответ очевиден. Все для меня любимого! Если нет, я буду весьма удивлен.

Местные пауки не слушались меня, не отвечали на зов, словно я утратил свою магию. Поскольку, я точно знал, что это не так, получалось, что их контролирует кто-то другой. Кто-то более могущественный, чем я. Мне известна лишь одна особа, способная на это. Неужели нам вновь суждено встретиться? Сама мысль об этом заставляла все внутри содрогаться и трепетать, я хотел этого и боялся, не мог предположить, как отреагирую, увидев ту, кого любил столько столетий.

Пройдя через ворота, я ничего не почувствовал, даже присутствия магии или защитного заклинания. Что ж, значит, все впереди. Я шел дальше, внимательно осматриваясь в городе, отмечая то, что все здесь выкрашено в белый или покрыто позолотой. Слишком вычурно и наиграно, все для внешней чистоты, чтобы скрыть то, что внутри. Меня этим сложно было удивить или поразить, да и обмануть невозможно. Я просто шел вперед, по идеально прямой улице-лучу, прямо к центральной площади. Почему именно туда? Потому что именно там сосредоточена вся сила города, там бьется его сердце. Бьется? Не уверен, но проверить стоит. К тому же, из центра можно попасть в любую часть города. Чем дальше я шел, тем меньше белого цвета было в городе, теперь я видел кровавые пятна на стенах домов, багряные ручейки на мостовой, запах гнили был все сильнее и концентрированным. Но это нормально, вызывало беспокойство отсутствие трупов. Ни тел, ни костей, ни просто кусков плоти, разбросанной вокруг. Я не мог попросить пауков помочь и все разузнать, они игнорировали меня, но прислушаться к миру мертвых все еще возможно. Учитывая запахи и то, что я вижу, самое время прибегнуть к ненавистной мне некромантии. Кто бы мог подумать, что Повелитель могил, Великая Паучиха и Светлоокий бог однажды заключат столь пугающий союз? Уж точно не я…

Замерев на месте, прямо посреди широкой улицы-луча, я уставился вперед. Если напрячь зрение и использовать магию, то можно многое рассмотреть, увидеть, что на площади что-то происходит. Нет статуи и башни главного храма, который так долго восстанавливали, там виднеется что-то другое. Мне все это не нравится! Совсем не нравится! Почему Катрина вошла в город? Почему не ощутила того, что происходит? Она талантливая магичка, сильная и умная! Ни за что не поверю, что моя помощница позволила себя обмануть! Так почему? Неужели, когда она пришла в Солар, он выглядел иначе? Слишком много вопросов, и я знаю, кто мог бы мне помочь во всем разобраться. Вот только Дзейрен предпочел сделать вид, что ему не открылись все тайны настоящего и грядущего. Когда я вернусь, то выполню просьбу Арлин, принесу ей голову малыша, пусть развлекается!

Опустившись на одно колено, я прикоснулся ладонью к каменной мостовой, замер в этой позе, тихо шепча заклинание. Поначалу мой голос звучал почти не слышно, был подобен шелестению листвы, но с каждым новым словом на древнем языке он становился сильнее, громче, насыщенней, он заполнял собой город. Одновременно с чтением заклинания я открыл все источники магии разом, перемешивая их, усиливая, вкладывая в магию всего себя. Очередной эксперимент, результат которого непредсказуем. Пусть! Я свободен и волен поступать, как вздумается, творить историю и менять лицо мира! Меня буквально разрывало изнутри, и то же самое происходило с городом.

Я не ошибся! Солар прогнил насквозь и это не метафора, это началось давно, с момента, когда первый камень был вложен в основание города Светлоокого бога! Сейчас здесь почти не было живых, всего несколько человек, но именно они были мне нужны, среди них была Катрина и те, кто ждал меня. Но не только это проявило мое заклинание, но и нечто иное, более ужасающее и потрясающее воображение. И как только я не заметил это в свое первое посещение города? Все началось уже тогда, с безумия верховного жреца! Люминос не отдал своих подопечных Повелителю могил даже после их смерти, бог нарушил незыблемые правила и потому поплатился, его больше нет! Но так ли это? Начинаю сомневаться, ведь этот город — живое существо, огромный монстр, созданный из частей тел людей. Но не при помощи некромантии, их соединяло нечто другое.

Как только стало ясно, что я все понял, Солар перестал притворяться, дома один за другим с грохотом втянулись в землю. Все вокруг задрожало и завибрировало, послышался протяжный тяжелый вздох, и мостовая под ногами покрылась трещинами, теперь камни больше напоминали мне чешую, сквозь которую по какой-то причине начало сочиться нечто-то сверкающее и густое, отчего-то напоминающее сопли. Сдается мне, это только начало, так что для того, чтобы увидеть полное преображение придется подождать. Ну, уж нет! Я здесь не за этим!

Сорвавшись с места, я помчался вперед, туда, где виднелись несколько человеческих фигур. Мне помогала магия ветра, возможности шамана и моего молодого тела, еще не оскверненного болезнями, порчей и собственными ошибками. Двигаться было легко, моя скорость все нарастала, и теперь можно было намного лучше рассмотреть, что же происходило там, где еще недавно была главная площадь. Катрину привязали к столбу так, чтобы она не могла пошевелиться, судя по изнуренному и измученному, в таком положении она провела много времени. Её истязали физически, морально и магически, выкачивали силу источников, направляли её в город, усиливая растущего монстра. Катрина должна была стать частью Солара, вечной рабыней Люминоса. Жив ли он? Мне начинает казаться, что он не умер, но рассудком точно тронулся. И я даже догадываюсь, как именно это призошло.

— Катрина!!!

До нее еще далеко, но девушка услышала мой голос, встрепенулась, подняла заплаканный взор на меня. В её глазах плескалась безграничная боль и отчаяние, она почти смирилась с тем, что умрет и не сможет выполнить мой приказ, подведет того, кем восхищалась, перед кем преклонялась. Сердце болезненно екнуло и заныло, в этот момент магичка напоминала мне сестру, мои собственные страхи. Это все могло случиться с Минори! Я был идиотом, когда служил воле богов, позабыв о тех, кто любил меня, дорожил мной, уважал. Больше я не допущу такую ошибку! Никогда!

Меня не пытались остановить, лишь смотрели в упор, ожидая, что же я предприму. Все зависело лишь от меня, я был нужен хозяину города, самому Солару. На новые заклинания не было времени, так что я использовал чистейшие стихии, позволяя мыслям и фантазии придавать магии форму, определять её свойства. Острейшие клинки ветра с легкостью разрубили железные цепи, в следующий момент, обернулись мягкими объятиями, подхватившими обессиленную магичку не способную двигаться самостоятельно. Прочный ледяной барьер окружил Катрину — он не сможет долго защищать девушку, но в этом нет необходимости. Мне нужно лишь выиграть время и разобраться со слугами Люминоса и движением самого города, который по большому счету и являлся Светлооким. Да! Теперь я понял все! Люминос не исчезал и не покидал своих 'детей', он свел их с ума, заставил служить своим эгоистичным целям. Он давно уже не владыка света, даритель милосердия и сострадания, Люминос изменился, предал свои идеалы. Почему? Этого мне знать не хотелось, но я не сомневался, что скоро все прояснится. Жаль. Я предпочел бы не знать некоторые вещи, ведь они могут изменить все!

Светлые маги, не обращая на меня никакого внимания, тянулись к ледяной сфере, в которую я заточил помощницу. Она была их целью, а меня будто не существовало. Нет. Все не так, меня просто хотели вынудить действовать и завершить нечто начатое давным-давно. Пусть так! Не зря же я здесь!

— Сдохните! — я использовал родную магию, превращая внутренности магов в кислоту. Она начала действовать моментально, растворяя людей изнутри, вынуждая их верещать от боли и осознания того, что больше ничего не будет. Они желали умереть во имя своего хозяина, но не так. Вот только меня все это не волновало! Если я должен приумножить смерть, я сделаю это с удовольствием!

Как только маги испустили дух, а их сердца перестали биться, город окончательно преобразился, покрылся чистым солнечным сиянием, превратился в нечто человекоподобное и разумное, стал воплощением самого света. Жизни верных слуг Люминоса были последней каплей, что переполнила чашу, и забрать их должен был именно я, человек с проклятой душой. Город поднялся на ноги, гордо расправил плечи и громогласно захохотал. Его голос сотрясал воздух, разносился вокруг, и был слышим во всех концах Проклятых земель, даже за пределами стены. Я никогда не видел ничего подобного, не ощущал такой силы и мощи. Это было нечто невообразимое и огромное — истинное величие бога, то, как он и должен являться в мир. Светлоокий не исчез, он существовал в анабиозе, питаясь молитвами, страхами, надеждами, жизнями тех, кто служил ему, верил в непорочность и милосердие. Нет. Криста не лишилась рассудка, она сама того не зная исполняла волю своего господина, была орудием и средством для его триумфального возвращения. И клык Волка не просто так оказался в её теле, теперь для меня было очевидно, что это не богохульные слухи, а истинная правда. Ослепляющий свет распространялся по миру, неся смерть и разрушение, любой, кто в этот момент смотрел на источник сияния — ослеп, любой, кого коснулась волна света — сгорел дотла. Все те, кто служил Светлоокому, в одночасье погибли, а их жизненная сила мощными потоками устремилась к Люминосу, укрепляя его, делая сильнее.

Я стоял на его плече, был жалкой букашкой, которую так легко раздавить одним ударом. Мне выпала честь лицезреть величие света, его разрушающую силу, его милосердие дарующую смерть. Такому я не смогу противостоять, как бы ни хотел, но мне никогда не достигнуть подобной силы, не найти слабого места этого исполина. Я мог лишь наблюдать за тем, как земля превращается в солнце. В целом мире не было ничего, кроме света, пропитывающего все вокруг. На этом фоне было уже не важно, что под стенами моего замка идет сражение. Меня переполняли эмоции, словно Люминос решил поделиться со мной эмоциями. Весьма познавательно и увлекательно, я бы даже сказал, что захватывающе.

— Учитель? — тихий, с придыханием голос Катрины, привел меня в чувства, заставил очнуться от восхищенного наблюдения за игрой света, за его губительным воздействием.

— Пришла в себя? — я не сомневался в том, что, будучи изначально магом льда, она сможет выбраться, а моя защита не навредит ей, а восстановит силы. Девушка продрогла, замерзла, дрожала, как лист на ветру, его глаза были расширены от ужаса, а во взгляде застыла настоящая паника.

— Простите… Я подвела вас… — чуть ли не рыдала девушка.

— Нет, я сам просчитался, — мне не было страшно, скорее уж хотелось смеяться вместе с Люминосом. Это так увлекательно, так необычно, что сердце рвалось на части. Мои планы снова сыпались прахом, но это так весело, так будоражит. — Он не умер, так что ты не могла ни на что повлиять, Катрина.

— Я стала наживкой, заманившей вас в ловушку, — девушка чувствовала вину, боролась с этим, но была не в силах что-то изменить. Казалось, что смерть уже прикоснулась к ним, и от того Катрина жалась ко мне, ища защиты и утешения. Магичка схватила меня за руку, крепко сжимая ладонь. Я мог ощутить её холод, дрожь, страх.

— Он в любом случае, заманил бы меня, если бы не ты, появился бы кто-то другой. Лично я предпочитаю радоваться, что ты так и не решилась открыть источник, не стала использовать магию света. В противном случае, ты была бы уже мертва, — эта мысль появилась весьма кстати, она подала мне идею, которою мог осуществить. — Знаешь, сейчас самое время сделать это.

— Но, вы же сказали… — Катрина осеклась, не могла произнести ни одного звука от охватившего её ужаса и трепета.

— Он получил сполна, теперь в мире появилась пустота, ты можешь получить все! — снисходительно произнес я. Увы, сам я не смогу проделать этот фокус, так что придется все отдать помощнице, приблизить её к себе еще ближе. Все то, что доставалось другим магам, достанется тебе. Только тебе, Катрина! Я даже мечтать об этом не мог! Твой источник света будет невероятно мощным, настолько, что ты сравнишься силой с богом! Сделай это! Ха-ха-ха! А если нет, мы сдохнем, и это совсем не смешно!

— Вы бы справились лучше, — она все еще боялась, и это раздражало.

— Нет, это сделаешь ты. Свет не для меня, он отравляет мое тело, — не стану играть в благородство, в доброго наставника, да и просить не по мне. Время уходит, как и возможность переломить ход неизбежного течения событий. Катрина, точно так же, как и все, кто побывал в моем замке, целиком и полностью под моим контролем. — Ты откроешь источник света. Прямо сейчас. Приступай! — приказал я. Окружая девушку защитной магией. Она, словно, мягкое пуховое одеяло окутало магичку, лишая её возможности пошевелиться, видеть, что-то предпринять. Так надо, ведь на открытие источника нужно время. Пока Катрина занята важным делом, мне предстоит отвлекать Люминоса, решившего, что меня можно сбросить со счетов. Что ж, я покажу ему все, на что способен, выиграю немного времени для новой богини, что бросит вызов нынешнему владыке света. Я все еще способен побороться за свое превосходство, ведь способен мыслить, это никто не отнимет у меня.

В одном я не ошибся, это путешествие окажется невероятно захватывающим и интересным, я сражусь с исполином, в сравнении с которым даже Повелитель могил лишь жалкая мошка. Я уничтожу все, и этот прекрасный слепящий свет не станет исключением. Настало время выпустить магию, проверить на прочность мое новое тело и разум.

Арания и её супруг почти все продумали, переманили на свою сторону Светлоокого, одурманили его и отравили паучьим ядом. Люминос больше был не в силах контролировать себя, не управлял мыслями и действиями, отныне его задача распространять свет, выжигая скверну, все то, что, по его мнению, лишено чистоты и света. Он не сможет долго находиться в таком состоянии, в скором времени выдохнется, рухнет на землю, осыпаясь камнями, оставляя за собой руины города. Но даже этого недолгого времени хватит для того, чтобы уничтожить почти все население Проклятых земель и разрушить стену, стереть границу.

Глупо и бессмысленно сражаться с богом, особенно, когда он принял такое ужасающее обличие, но стоять и ждать гибели вовсе бессмысленно, особенно, когда есть план и надежда на победу. Я сделал ставку на Катрину, но для того, чтобы она сыграла, мне придется постараться и не дать свету озарить весь мир! Яд Яинары не поможет в этом случае, я просто не смогу влить его в глотку Светлоокого, так что придется использовать другие заклинания. Все решит время и то, как долго я смогу продержаться.

Магия переполняла меня, рвалась наружу, а в голове было множество мыслей и идей, требующих воплощения. Я не контролировал себя, доверился инстинктам и вдохновению, ведь в битве с богом нужно быть непредсказуемым. Сегодня можно было попробовать все, что только в голову взбредет. Это ли ни счастье?! Я хохотал, упивался моментом и чувством страха! В любой момент меня могут раздавить, прихлопнуть, как жалкую мошку, но это было возбуждающе, будоражило и проводило в полный восторг.

Источники открыты все разом, они смешивались, переплетались между собой, создавая единый поток магии, мощный и неуправляемы, он рвал душу и тело в клочья, разрывал меня на части, но это было не в силах меня остановить, ведь я шептал заклинания, призывая силу богов, нынешних и прошлых, даже тех, что придут позже. Еще никогда я не произносил слова так быстро, практически речитативом, проклятия великой Тьмы, молнии и ветер, все они рождались по моему желанию, обрушивались на Люминоса, каждый шаг которого заставлял землю содрогаться и покрываться трещинами. Земля стонала под его весом, я это отчетливо слышал, ведь стал близок к природе, как никогда раньше. Моих атак все еще недостаточно, они способны лишь оцарапать Светлоокого.

Надо мыслить шире, действовать безумно, соответствующе ситуации, а лучше вовсе позабыть о разуме. У восставшего и обретшего необычное тело бога нет слабых мест, но это не означает, что он неуязвим! Звучит парадоксально, но так оно и есть!

Магия обрушилась на землю, превращая её в огромное озеро кислоты, губительной для всего живого, она уничтожала деревья, животных, камни, оставляла болезненные ожоги на теле, заставляло Люминоса взвыть от боли, пошатнуться, рухнуть на колени, прямо в губительную для него кислоту. По моей воле вокруг нас бушевала буря, разрушительная настолько, что ей можно было бы назвать концом света. Черные небеса опускались все ниже, поглощая сияние бога, каждую секунду, каждый миг, сопровождаемые оглушающим грохотом молнии пронзали землю и Светлоокого, огненная волна мчалась на моего врага сзади, оставляя после себя пепел. Прямо из кислоты появлялись ледяные пики. Сама природа, контролируемая мной, была настроена против исполина, сдерживала его, не давала продвигаться. Настоящая феерия! Но этого все еще мало. Я был на пределе, но продолжал тратить столь ценный в этот момент магический запас, выжимая себя до последней капли, затрагиваю жизненную энергия. С каждым новым заклинанием утекала моя собственная жизнь, по секунде, по мгновению — я неумолимо приближался к смерти, но продолжал свое дело. Люминос не сдавался, его слепящий свет разгонял тучи, пронзал пространство и время, выжигал мои заклинания. Я был для него помехой, которую необходимо уничтожить. Огромные каменные руки, пытались прихлопнуть меня, но каждый раз я ускользал. До чего же занятно! Я ощущал себя жужжащим комаром, которого никак не удается отогнать, сколько не лови, он все равно быстрее и проворней, настырней!

Мои силы были на пределе, я уже с трудом двигался, даже дышать было сложно. Тело не слушалось, ощущалось, как нечто инородное, у меня никак не получалось отделаться от ощущения, что я превратился в один огромный источник, который уже невозможно будет разделить на множество разных. А ведь мы сражаемся не больше десяти минут. В любой момент, я мог рухнуть, сорваться с высоты и разбиться насмерть и проиграть, и все, что мне удалось — лишь немного замедлить Светлоокого. Страшно подумать, что было бы, если бы другие боги приняли бы такое же обличие. Повелитель могил точно бы раздавил меня. И все же, Люминос уязвим, в этом я был убежден. Он разом уничтожил всех своих последователей, больше ему не откуда черпать силы.

Очередное заклинание сорвалось с моих губ, поток магии вырвался наружу, полностью опустошая меня. Перед глазами плясали черные круги, а лучи света прожигали меня насквозь. Я ощущал, как Люминос не просто становится ярче, он раскаляется, становится подобным пламени. В нем я сгорю.

— Ха-ха-ха-ха! — у меня не было сил сдерживать безумный хохот, я был не способен мыслить и действовать. Все, что мне оставалось — наблюдать за тем, как огромная ладонь несется ко мне, чтобы раздавить. Света становилось все больше, он был всюду, я не видел ничего, кроме него. Если сегодня мне предстоит умереть, это будет прекрасно, хотя и не так, как мне хотелось бы. Теперь все зависело от Катрины и её способности поглотить высвободившуюся энергию, самой сразиться с владыкой света.

Казалось, что все кончено. Я не успею ничего предпринять: мне не хватит физических сил для того, чтобы уклониться от удара, магический запас практически на нуле, для того, чтобы восполнить мои источники уйдет несколько часов, нечем загородиться, нечем защититься, я могу лишь ждать конца. Мне доводилось слышать, что последний в жизни миг может длиться целую вечность; так вот, теперь я точно знаю, что это истинная правда. Слишком долго, чтобы быть реальностью, хотя правильней было бы сказать, что это мое время ускорилось, а не замедлилось все остальное.

В тот момент, когда огромная рука почти коснулась меня, все изменилось! Золотой сверкающий щит загородил меня, не позволяя Люминосу раздавить жалкую букашку, которой я казался. Вовремя! Теперь можно расслабиться и наблюдать за тем, как Катрина раздавит Владыку Света, ну, или наоборот. Так или иначе, но у меня появится немного времени, на то, чтобы восстановить силы и проработать новый запасной план. Было бы еще неплохо при этом удержаться на плече гиганта, ведь если я рухну на землю, рискую не только лишиться великолепного зрелища, но и быть раздавленным. Да уж. Задача непростая, но я справлюсь. Здесь, в сияющей сфере, сотканной из солнечного света, мне ничего не угрожает.

Люминос взревел, заверещал от боли и бессильной злобы, этот звук породил настоящий ураган, сметающий все на своем пути; деревья вместе с корнями и землей, камни, обломки зданий поднимались в воздух, отлетали на сотни метров. И все это под великолепный аккомпанемент грозы и надрывного стона разверзшейся земли. Бог Света осознал, что произошло, понял, что допустил ошибку, просчет, которым я тут же воспользовался. Его гнев был разрушительным и губительным для всего живого. В этот момент я увидел мою ученицу! Катрина преобразилась, она была соткана из света, сияла настолько ярко, что это резало глаз. Белоснежная, величественная и опасная, с прекрасными крыльями за спиной, девушка парила в воздухе, преграждая путь Люминосу. Она была полна решимости и праведного гнева, осознания собственной силы и неуместной в этот момент беспомощности, ведь понятия не имела, как действовать. Что ж. Это понятно, ведь магичка никогда не думала, что однажды обретете такое могущество. Здесь не обойтись без мудрого учителя, так что настало время мне направить Катрину, поделиться мыслями и знаниями.

Девушка воспрянула, расправила плечи и крылья, направила солнечные стрелы прямо на Люминоса, пронзая его тело, заставляя взвыть от боли, от отчаяния. Обычная магия была не так эффективна, но это был чистейший свет, магия в своем первозданном величие. Само солнце подпитывало её! Светлоокий заполучил силу всех своих магов разом, смог превратиться в исполина, начать сокрушать землю, но он забыл о том, что магия рождается ежесекундно и ей нужен выход. Светлых магов нет, так что ей некуда было двигаться, но стоило открыться всего одному источнику, и весь поток устремился к нему, разрушая и наделяя новой силой, вынуждая переродиться!

Два божества с единой силой сошлись в яростной схватке, они могли бы уничтожить целый мир, но я точно знал, что сражение не продлиться долго. Свет был всюду, он заливал небеса и землю, проникал в такие глубины, о которых и послить было невозможно. Все вокруг громыхало, вибрировало, разрушалось и сверкало, это было невероятно зрелище, в равной мере прекрасное и ужасающее. Свет разный, он может быть мягким и нежным, дарить надежду, но он же может пронзать и ослеплять, окутывать, не хуже тонкой паутины и сжигать дотла, разрубать на части. Все это я мысленно внушал Катрине, давая понять, как действовать. Она поняла. Умная девочка! Свет приобрел форму и объем, окутал исполина, сжимая все сильнее, стискивая и душа в своих объятиях, ломая кости. Люминос сопротивлялся, отчаянно пытался бороться, но его свет потускнел, померк от древнего яда, лишающего разума. Никогда не заключай сделок с Великой паучихой! Это правило должно быть известно всем, особенно богам! Она многое даст, но в итоге отравит, и тело, и душу! Я чувствовал движение яда внутри Светлоокого, направлял его прямо к сердцу, помогая моей верной помощнице, которую придется признать равной себе.

Люминос рухнул на колени, весь затрясся, его тело вновь превращалось в город, вот только в этот раз он не был полон величия, скорее уж превратился в руины. Он был не способен удержать свое новое состояние, бороться с силой своей соперницы. На этот раз Светлый бог умирал на самом деле! Силы покидали его, становились чистейшим светом, возвращались в бесконечный поток изначальной магии. Земля снова содрогнулась, и я ощутил, как падаю вниз, вместе с камнями. Не осталось ничего! Только камни и развалины, полусгнившие трупы и кости. Зловония распространялись над Соларом, показавшим свое лицо! Это еще не конец, Люминос жив, он все еще может скопить силы и подняться, вновь продемонстрировать миру истерзанную отравленную душу и ярость. Он больше не владыка Света, но все еще полон сил.

— Отлично! Великолепно! — я приземлился на ноги, начиная осматриваться среди трупов и руин. Это зрелище вдохновляло, как и парящая над всем этим Катрина, ставшая новой богиней. — Благодарю, — я слегка склонился голову, в знак уважения и почтений. — Ты превосходно справилась. Дальше я сам. Нужно добить этого несчастного.

Я извлек бутылочку с молоком Яинары, которую взял с собой в это путешествие. Мне нужно совсем немного, всего пары капель будет достаточно, чтобы убить раненого бога. Мне больше не нужно думать о том, как заставить Люминоса выпить яд. Он проникнет в город через камни и трупы, доберется до все еще трепещущего сердца, принося Светлоокому смертный покой. На этот раз настоящий…

Глава 19. Возвращение домой

Катрина преобразилась. Нет. Не внешне, изменения были на ином уровне, но они впечатляли. Её бледная кожа излучала мягкое теплое сияние, а в желтоватых глазах плескался свет. Глаза. Изменились лишь они, в них застыло расплавленное золото солнца. Должен признать, что мое сердце дрогнуло от восторга. Моя ученица ощущала не только невиданную мощь, но и ответственность, давящую на её хрупкие плечи, а потому сама того не понимая, она приосанилась, стояла передо мной, как истинная королева. Целительная светлая магия, сосредоточенная в её теле, исцелила все раны, восстановила силы, так что теперь девушка была полностью здорова. Все сложилось намного лучше, чем я мог предположить изначально. Сейчас меня даже не расстраивал тот факт, что мои изначальные расчеты и выводы не подтвердились. В конце концов, именно ошибки ведут нас к истине, и события сегодняшнего дня дали мне вдохновение, понимание того, как же сокрушить моих врагов. И все это благодаря Катрине.

— Учитель, — голос магички трепетал. Девушка смотрела на меня со страхом и непониманием, но вовсе не я пробудил в ней эти чувства, а она сама.

— Все в порядке, тебе не стоит волноваться, — я улыбнулся, надеясь, что это успокоит мою ученицу. Ей сейчас нельзя нервничать, ведь её сила нестабильно, отзывается на её чувства и подсознательные желания. В таком состоянии она вполне может взорваться, уничтожив полконтинента, а мне это сейчас не нужно.

— Но, как же так… Эта магия…

— Чистый свет в своей первозданной форме, — я подошел к дрожащей девушке, пристально заглядывая в её глаза. Больше Катрина не под моим контролем, новая сила подарила ей избавление от моей власти. Теперь при всем желании, я не смогу повторно набросить на нее заклинание. Жаль. Но с другой стороны, эта девушка всегда была подвержена моему влиянию, так что пока опасаться не стоит, а от утешить бедняжку нужно. — Я понимаю, что тебе страшно. Это совершенно нормально, ведь ты чуть не погибла, сразилась с Люминосом и победила, спасла меня и обрела силу богини. Подобное не каждый сможет пережить, но в ты справишься с этой ношей.

— Нет… Нет… — девушка качала головой. — Я не смогу. Я всего лишь человек, ваша ученица. Я ничего не знаю о природе магии, — на глазах Катрины проступили слезы, и они так же, как она сама, были переполнены светом.

— Ты не просто человек, теперь ты нечто большее, — мне нравятся её слезы. Нужно непременно изучить их свойства, уверен, точно так же, как молоко Яинары, они несут в себе особые свойства, которые могут пригодиться. — Я горжусь тобой. Ты всегда была моей лучшей ученицей: никогда не торопилась, все продумывала, стремилась помочь мне, а не заботилась о себе. Кто, как ни ты, достойна получить такую награду? Светлоокий лишился рассудка, а вместе с ним и все его слуги. Это не его вина, ведь Люминос был отравлен ядом Арании. Его участь печальна, но ты не повторишь его путь.

— Я не справлюсь, — всхлипнула девушка, прижимаясь ко мне всем телом, словно ища защиты и утешения. — Это все не для меня. Я просто хотела помочь, исполнить ваш приказ, учитель.

— Мне понятны твои страхи, но они напрасны. Эта сила твоя, ты заслужила её, — убедить Катрину будет непросто, но я справлюсь с этой задачей пусть и не сразу. — Пойми, все это для блага людей, твоего и моего. Мы ведем неравный бой за собственную свободу и право выбора. Боги убеждены, что мы их рабы, не желают уходить. Там, под стенами нашего замка идет сражение, гибнут наши друзья, те, кто доверился мне. Твое новое воплощение подарим им надежду, принесет исцеление и спасение. С моей стороны эгоистично требовать от тебя удерживать силу, принять на себя обязанности богини, хозяйки Света, но я прошу тебя об этом. Ради будущего… иного, чем уготованном нам ныне.

— Учитель, — девушка разрыдалась, а вместе с тем её сияние стало ярче и неприятней. Оно обжигало, оставляло раны на тех частях кожи, к которым прикасалось. Катрине было сложно контролировать новые возможности. — Я… я…

— Я буду с тобой до конца, что бы ни случилось. Помогу привыкнуть и научиться пользоваться светом. Ты не одна. Даю слово, что не оставлю тебя, — это было чистой правдой. Катрину стоит держать при себе, наблюдать, использовать, в крайнем случае, уничтожить, чтобы её смерть погубила полмира. — Нам стоит попытаться. Вместе.

— А если я не справлюсь? — в голосе девушки слышались столь милые моему сердца сомнения, которые непременно приведут к нужному мне результату. — Я ощущаю свет. Он переполняет меня, он всюду, это так странно и необычно… больно… Не могу отделаться от ощущения, что растворяюсь в этой магией, теряю себя.

— Этого не произойдет, ведь я буду рядом, чтобы помочь тебе. Прошу, доверься мне.

— Вы, правда, будете рядом? — в золотых глазах застыли мольба и надежда.

— Да, буду, ведь ты моя лучшая ученица, моя помощница. Ты важна для меня настолько, что оставил замок, чтобы прийти за тобой, Катрина. Разве я могу тебя оставить теперь? Конечно, нет, — отстранившись от девушки, я крепко сжал её маленькую ладошку. Сейчас ей нужна уверенность, верный друг, что будет рядом, поддержит и утешит. Я дам ей все это, укрепив свое влияние на новую богиню. — Ничего не бойся, ведь я с тобой и верю в тебя, ни на секунду не усомнился в том, что эта ноша по тебе. Идем домой, и пусть твой свет освещает нам путь. Знаю, что это сложно, но вместе мы справимся.

— Да, домой, — сияние магички снова стало ровным и теплым. Все это говорило о том, что я на верном пути, правильно поступаю.

— Да, дорогая, мы вместе возвращаемся домой, чтобы переломить ход битвы. И я рад, что ты со мной, что мне удалось успеть вовремя и не дать им причинить тебе вред.

Слова тоже могут быть ядом, они отравляют душу, заставляют поверить в обман, иллюзорный мир, которого никогда не существовало. Нужно знать, кому и что сказать, в какой момент. У меня достаточно опыта для того, чтобы понимать, как верно себя вести. Магия не поможет подчинить Катрину моей воле, но это не значит, что нет иных путей. Мое влияние будет расти с каждым мигом — я этого добьюсь.

* * *

За время, что мы провели в пути, я многое смог заметить и проанализировать. Магия Катрины была нестабильна, а сама девушка буквально растворялась в свете. Это касалось не только её тела, приобретшего необычные свойства, но и души. Свет опалил её, изменил, пытался подавить, превратить в свое орудие. Я все это видел, осознавал, к чему подобное может привести. Мне придется поддерживать магичку, дать ей ориентир, в противном случае от нее ничего не останется. Магия в таком количестве опасна, она слово болезнь проникает в тело, отравляет его, если не проявить силу воли, то разум человека, его мечты и стремления могут отступить назад и магия начнет контролировать его, а не наоборот. Это было одной из причин, по которым я не стал забирать освободившуюся силу. Вторая заключалась в том, что если стать проводником для такого количества силы, она заблокирует другие источник. Сейчас Катрине была доступна лишь магия света, её исконная сила больше не действовала. Я сам не мог пойти на это, ведь в моей борьбе нужна вся полнота и разнообразие сил.

— Ты должна помнить, кто ты и чего хочешь, магия не изменила тебя, — в очередной раз говорил я, надеясь на то, что ученица слушает меня. — Ты и только контролируешь магию света, а не наоборот. Не позволяй свету диктовать, какой ты должна быть, не думай о том, что должна подрожать Светлоокому. У тебя свой путь. Ты можешь быть собой.

— Я понимаю, но это непросто. Я не знаю, что мне делать с это силой. Магии слишком много, — Катрина казалась больной и уставшей, с трудом двигалась. Физическая оболочка не выдерживала давления, но это скоро изменится, тело приспособится, на это нужно немного больше времени. Времени, которого у нас непростительно мало.

— Тогда выпусти её на волю, — я замер на месте, указывая рукой вперед. — Не стоит сдерживаться, когда наш дом все еще в опасности. Наша битва не закончится никогда.

Мы достигли замка быстро, а все от того, что никто не вставал на нашем пути, не пытался остановить или напасть. Свет Люминоса сокрушил монстров, людей, животных, аномалии старательно создаваемые Арлин — все, до чего он дотянулся было уничтожено, но были и те, кто нашел укрытие и уже начал выползать на поверхность. Природа не терпит пустоты, так что в скором времени на свет появятся еще более ужасающие твари, а люди станут озлобление. Так и будет, в этом я не сомневался, но сейчас волноваться стоило о другом.

Как я и предполагал Повелитель могил не сдался и не отступил, даже реальная гибель Светлоокого не заставила владыку мертвых изменить планам. Не удивлюсь, если он предусмотрел подобный поворот событий и был готов сражаться даже без могущественного союзника. Любая смерть давала ему преимущество и усиливала. Неважно. Здесь и сейчас имело значение лишь то, что армия мертвых без устали атаковала стены моего замка, они могут делать это вечно, ведь уничтожить их практически невозможно, а под землей в Повелителя могил нескончаемый запас бойцов. Что же касается защитников замка, они заперлись за крепкими стенами и лишь оборонялись. У них не было сил сопротивляться или дать отпор могущественному врагу, как это ни прискорбно, но люди все еще были неспособны открыто противостоять богам. Древние машины разбиты и брошены, а все погибшие примкнули к врагу, глыбники с трудом защищали ворота и кажется, в любой момент могли рухнуть на землю, превратиться в груду мертвых камней. Лишь железные драконы продолжали изрыгать снаряды, останавливающие мертвецов. Баллард давно мог сдаться и примкнуть к сильному противнику, но он этого не сделал. Я точно мог сказать, что дело не в преданности, а в жажде власти и наживы! Воин не собирался вновь становиться разбойником, его устроит лишь трон и звание героя и спасителя!

Что ж, пора все изменить и показать Повелителю могил, что эту битву он не выиграет. Но это сделаю не я, у меня пока что недостаточно сил и возможностей, но моя верная ученица способна показать повелителю мертвых, что со светом лучше не тягаться. Это снимет напряжение и опустошит её тело, даст нам немного времени на то, чтобы она привыкла. Нужно лишь направить её в нужном мне направлении, а после мы с триумфом вернемся домой. Настало время начать мой победоносный поход к стене! Маги-защитники и боги падут один за другим и вся земля будет проклята, а не только древнее королевство, забытое всеми.

— Смотри… Смотри внимательно, Катрина! Это наш дом. Убежище для нуждающихся, страждущих и напуганных, всех тех, кто не желает и дальше терпеть власть богов. Я оставил замок, для того, чтобы вернуть тебя и не жалею об этом. Ты важна для меня, Катрина. Но мое сердце обливается кровью при виде стольких жертв. Наш дом пытаются уничтожить, убить тех, кто просил меня о защите, моих учеников! Я буду сражаться за них, не пожалею никаких сил и жизни. Это и твой дом. Твоя семья, те, кто даже не подозревает, насколько ты стала сильна. Сражайся со мной, сияй ярче солнца, даруя людям надежду! Ты не знаешь, что делать с силой, не желает быть богиней, но именно эта сила способна защитить наш замок. Ты нужна людям, нужна миру… И мне.

— Учитель? — глосс девушки дрожал, а на глаза проступили слезы.

— Ты со мной? — я не отводил взгляда и точно знал, что этого достаточно.

— Да, учитель, — улыбнулась магичка, и я ощущал, как её переполняют чувства, как они рвутся на свободу, усиливая сияние. — Мы защитим всех… Вместе.

— Да, Катрина. Вместе, — наивная девочка. Она влюблена. В этом нет, и никогда не было сомнений. Этим грех не воспользоваться, ведь чувства самая большая слабость и людей, и богов. Лишь я им больше не подвластен.

На этот раз мне не пришлось убеждать Катрину действовать, уверять в том, что она справится с любой проблемой и способна защитить замок. Стоило магичке увидеть свой дом, друзей, людей, с которыми она провела много времени, как она переменилась в лице. Я буквально ощущал её мысли и страх вновь потерять все, что она обрела. Страх породил ярость и злость, неистовое желание сокрушить врага, отбросить его в сторону, а лучше раздавить. Мне нравилась эти сила и агрессивность, преображающие мою лучшую ученицу. Катрина не подвела меня, её сила вырвалась наружу, в очередной раз, выжигая и испепеляя все на своем пути. Свет распространялся с поистине невероятной скоростью, заливал все вокруг и становился осязаемым. Магичка все еще не контролировала себя, но на этот раз у нее получилось сдержаться, не уничтожать все вокруг. Мир плескался в море сверкающего света, переливающегося всеми цветами радуги. И Повелитель могил не устоял, с шипением и проклятиями исчез, оставив свою погибающую армии, тонущую и захлебывающуюся в чужой магии. Я видел все это и ликовал, на миг даже пожалел, что не забрал себе все! Всего лишь на миг, ведь в отличии от Катрины, мне было не понаслышке известно, что за силу приходится платить.

Все стихло за считанные мгновения, и воцарилась звенящая тишина, не было слышно даже собственного дыхания и мыслей. Молодая магичка, не привыкшая контролировать подобный объем энергии, выплеснула все, что у нее было. Это принесло облегчение, убавило её сияние, но вместе с тем, заставило ощутить себя уставшей и опустошенной. Она до сих пор стояла на ногах лишь по одной причине — я позволил опереться на меня, придерживал девушку за талию.

— Ты великолепно справилась и заслужила отдых, — ласково прошептал я, неспешно направляясь в сторону замка. Мой голос разорвал безмолвие мира, и он вновь наполнился самими разнообразными звуками. — Я горжусь тобой, хотя и не имею на этого права.

— Это не так. Вы приютили меня, научили многому… Подарили смысл в жизни. Я служила своему богу, но в итоге он отказался от меня… Точнее его служители, но это, по большому счету, одно и то же.

— Да, а еще подверг опасности твою жизнь, — с надрывным вздохом, полным сожаления ответил я. Катрина теперь не просто одна из многих, не только моя помощница, она стала союзницей, важной фигурой в моей игре. Мне придется считаться с ней, дать девушке то, чего она желает, лишь так у меня получится использовать её в собственных интересах. Одна ошибка и она переметнется к моим врагам, или попытается уничтожить меня- этого допускать нельзя.

— Это было неизбежно. Вы же не могли предположить, что Светлоокий превратится в нечто подобное. Никто не мог. Его свет померк, он перестал быть собой.

— Яд моей прошлой хозяйки отравляет разум, даже богам не по силам противостоять этому сладкому искушению. Потому-то её и боятся ничуть не меньше Яинары, способной уничтожать их тела… Я должен был понять, почувствовать её влияние, липкую паутину, что оплела Солар и его жителей. Я был беспечен, и тебе пришлось поплатиться за это. Ты многое приобрела Катрина в этом путешествии, но в то же время я понимаю, что ты не меньше потеряла. Мне жаль, Катрина. Но ничего не изменить… Твоя сила и новые возможности помогут защитить наш замок и всех тех, кто решил укрыться за его стенами. Но при этом, лишь тебе решать, какой богиней быть и что нести в мир. Лишь тебе…

— Я не богиня.

— Не стоит отрицать свершившийся факт, Катрина, — укоризненно произнес я, чуть сильнее приобнимая ослабевшую девушку. Сейчас, когла на нас боязливо смотрят обитатели замка, она не она не может упасть. — Лишь сделав это, мы сможем идти дальше.

— Я понимаю, — магичка опустила голову. Ей все еще было тяжело, и это состояние могло погубить все. Если человек слишком много размышляет о собственной судьбе, может додуматься до весьма неожиданных вещей, как это произошло со мной.

— Смотри. Наше триумфальное возвращение не осталось незамеченным.

— Не такое уж оно триумфальное, люди скорее напуганы, чем рады.

— Они устали. Не стоит забывать, что им пришлось длительное время самостоятельно сражаться с бессмертной армией, и даже сам Повелитель могил заявился по их души. Это любого сломает, Катрина. Меня не было рядом, чтобы защитить их и направить… И все же, они справились, а мы с тобой подоспели вовремя. Идем, нужно выяснить насколько сильно пострадал наш дом и его обитатели.

Люди справились со своей задачей, но в том была не их заслуга, а моя и только моя. Стены замка были самым надежным в Проклятых землях укрытием, а не сбежали они только потому, что мой контроль над ними не ослабевал ни на миг. Я отдал им приказ, внушил, что они не могут отступить и люди повиновались моей воле, сами того не осознавая. Даже собственные страхи не могли заставить их ослушаться приказа, который они никогда не слышали. Желание сражаться не принадлежало защитником замка, а было продиктовано мной. Вот и сейчас, я снова командовал ими, приказывая радоваться нашему возвращению, с надеждой и восторгом смотреть на учителя и новую богиню. Люди не достойны свободы выбора, ведь в большинстве своем трусливы и готовы примкнуть к любому, в чьих руках сосредоточена сила, им не ведомы такие понятия, как преданность и благодарность. На них способны единицы. Тревожные размышления, но даже они были не способны остановить меня в моих амбициозных стремлениях, ведь отправляясь за Катриной, я приобрел больше, чем рассчитывал.

* * *

Плотно пообедав и утолив голод, приведя себя в порядок, после долгого и изнуряющего путешествия я решил заняться делами. Их у меня было предостаточно, и все они требовали моего безотлагательного внимания. Во-первых, нужно переговорить с Баллардом, успешно руководившим обороной замка. Этому человеку удалось в очередной раз впечатлить меня, надеюсь, впредь будет так же. Я возлагаю на него большие надежды, на его голову намерен возложить венец. Во-вторых, мне необходимо встретиться с Сесилом, обсудить то, что произошло, спросить совета у слепого кузнеца. Интересно, что он об этом думает, о том, какую кашу я заварил? Осуждает, поддерживает или ему все равно? Меня не удивит ни один из вариантов! Ну и наконец, нужно покончить с Дзейреном. Он решил, что может стать игроком и ответит за это. Забавно, но если бы летун не пытался плести интриги и дал мне всю необходимую информацию, Арания бы не получила его голову. Теперь же малыш не оставил мне выбора. Жаль, что он не предусмотрел такого поворота. Или предусмотрел? Что ж, скоро это прояснится, но я не собирался торопиться. Все по порядку, к тому же, в моей голове зародились новые идеи, еще более безумные, чем раньше.

Что нужно сделать, чтобы построить новый мир? Естественно разрушить старый. Но так ли все просто? Сомневаюсь. Останутся обломки, руины, отголоски прошлого, а у богов будет шанс вернуться. Так произошло с Волком и Сержем. Я не могу этого допустить, не желаю оставлять противнику ни одного шанса. Эта тяга к разрушению и уничтожению начинала пугать даже меня. Мое сознание менялось, чем сильнее я становился, тем сложнее становилось контролировать поток мыслей. Это могло стать опасным, так что необходимо выяснить, то же со мной твориться. Еще один пункт в моем первостепенным списке дел.

Я мог бы размышлять об этом бесконечно долго, но мой график слишком плотный, так что придется отложить это дело. Я без стука вошел в комнату Балларда, где наш герой отдыхал после тяжелой битвы, в которой невозможно было ни победить, ни проиграть. Мужчина полусидел на кровати, и должен признать, выглядел отвратительно. Усталый, обросший, грязный, казалось, что у него нет сил даже на то, чтобы просто помыться, но в то же время в его глаза еще не угас огонь.

— Ты вернулся вовремя, — буркнул мужчины, прожигая во мне дыру взглядом. Он бы с удовольствием врезал мне, выместил на мне всю злость и раздражение, но не мог. Понимал, насколько это бессмысленно.

— Я в курсе.

— Мы уже начали думать, что ты бросил нас, сбежал туда, где сможешь найти новых учеников, — сквозь зубы процедил Баллард, расправляя плечи и приподнимаясь. Он многое получил, но теперь его не очень-то радовали перспективы стать главным.

— Я не из тех, кто убегает. Раньше — это было для меня приемлемо и мне частенько приходилось поступать именно так, но теперь все изменилось. Проклятая душа нигде не найдет прибежища, так что остается лишь сражаться. Я ушел, чтобы развеяться и вернуть Катрину, а заодно прикончить очередного бога. Это небольшое приключение многое мне дало — в первую очередь осознание того, факта, что глупо убивать богов поодиночке или вызывать их на честный поединок. Я паук, так что должен подкрасться и укусить, отравить жертву, а после дожидаться, пока плоть добычи и её кости не станут мягкими, готовыми к поглощению. Теперь, мне известно, как этого добиться.

— Это все пустая болтовня! Меня волнует лишь, что дальше. За нашими жизнями снова придут? Мы все отправимся на поле боя, где сдохнем, лишь для того, чтобы вновь подняться, и примкнуть к другой стороне?

— И да, и нет, — уклончиво ответил я. Баллард под моим контролем, но пока не понимает этого. Сейчас он говорил то, что думает, но в любой момент я мог внушить ему иные мысли. Именно это я и собирался сделать в конце нашего разговора. Людям нужны лидеры, те, за кем они пойдут на смерть, чьи имена войдут в историю, но все же, однажды, забудутся. — Тебя не должно волновать, что было дальше, ведь мы вернулись и стали намного сильнее, чем раньше, — я незаметно активировал заклинание, внушая свою волю сильному воину, заставляя поверить в то, что это его желания и выводы. Говорить буду я, но Баллард будет воспринимать все, как свои собственные идеи. Я даю ему бесценный дар, а все от того, что именно его случай, одним из первых привел в мой замок. — Ты и дальше будешь сражаться, поведешь армию последователей в великий очищающий поход. Сначала Проклятые земли, затем весь мир! Стена падет и все познают, какого это стать игрушками в руках богов. С нас хватит! — взгляд воина затуманился, а бледные обветренные губы зашевелились, повторяя каждое мое слов. — Нас согнали за стену, устроили игрища, но другую часть мира боги берегли. Разве это справедливо?! Нет! Но мы это изменим! Пусть весь континент постигнет участь нашего королевства. Твой армия отправится к стене и уничтожит её, а новая богиня осветит ваш путь! Это твоя судьба Баллард, путь, уготованный тебе с рождении. Ты король не по праву рождения и не по закону, но ты можешь получить трон силой! Машины, глиняная армия, люди и маги, чья сила больше не зависит от богов — все они принадлежат тебе. Сражайся, побеждай, строй новый мир! Все в твоих руках, друг мой, — я был доволен результатом. Моя магия подавления воли стала еще сильней. — И вот еще что, — я презрительно фыркнул, в очередной раз оглядывая мужчину. — Помойся и приведи себя в порядок. Будущий король, герой и освободитель должен выглядеть иначе.

Что ж, первая часть плана выполнена. У меня больше нет необходимости держать воина под контролем постоянно, ведь отныне он будет думать и делать то, что я приказал, считать это своей волей. Новой битвы не избежать, но состоится она не под стенами моего замка.

* * *

Слепой кузнец, не останавливался, продолжал создавать оружие, доспехи, драконов из тирраниума, а еще прекрасные украшения, полюбившиеся не только его дочери, но и всей женской половине обитателей моего замка. Казалось, что Сесила ничего не волнует, а вся его жизнь сосредоточена вокруг молота и наковальни, металла, поддающегося его воле. Он не способен видеть, но все равно его творения были прекрасны. Как? Это невозможно было понять — оставалось лишь восхищаться, удивляться и надеяться на то, что однажды я смогу приблизиться к этому уровню мастерства. Я заворожено наблюдал за действиями кузнеца, понимая, что могу провести за этим занятием вечность. Вечность, которой у меня не было в запасе. И все же, я молчал, не торопился прервать молчание и работу кузнеца.

— Ты удивил меня, — Сесил продолжал стучать молотом, разговор был для него на втором плане. Кузнец давно отошел от дел богов, покровительствовал лишь тем, кто хотел творить. Со мной же, ему было просто интересно говорить, ведь я давал мастеру то, что ему необходимо: материал и возможность творить.

— И чем же?

— Убить старого бога легко, особенно, когда у тебя есть яд несравненной Яинары, белой сестры. Змей был слаб, еще не успел набрать силу! Несмотря на то, что у него много поклонников, возносящих ему молитвы, Змей не еще не достиг своей лучшей формы. Недавно проснувшийся, еще не насытившийся, он был легкой добычей, даже для людей Его погубили воспоминания о былом величии. Наш друг позабыл, что для бога важно время. Но уничтожить Люминоса — это более значительное деяние, Райнер. Я впечатлен, и теперь не сомневаюсь в том, что ты прикончишь и остальных.

— Его убил не я, а Катрина.

— Уже наслышан, — голос Сесила сливался с металлическим стуком, и это было естественно и даже красиво. — Новая богиня, появление которой никто не мог предугадать. Это всколыхнут мир, изменит расклад сил. Боги начнут бояться, а люди размышлять о том, смогут ли они так же вознестись, как твоя любимица.

— И что мне делать?

— Пустить все на самотек и наблюдать, как ты хотел, — рассмеялся кузнец, прекрасно знающий, что наши желания никогда не осуществятся.

— Это единственный путь?

— Ну, почему же? Путей много, больше, чем ты или я можем вообразить. Но знаешь, если вернуться к опыту прошлого, можно опереться на решения, принятые до нас, в аналогичных ситуациях.

— Такое уже бывало?

— Жизнь бежит по кругу, Райнер, но ты живешь еще недостаточно долго для того, чтобы заметить это. И, боюсь, не проживешь столько, сколько нужно, чтобы все увидеть и понять самому. События повторяются, в разное время, в разной форме, но по сути своей, происходит одно и то же. Раз, за разом, снова и снова. Удивительно, что это не наскучивает. Ха-ха-ха. Вот только не думай, что все это приятно и захватывающе. Меня спасает лишь то, что став слепым, я иначе вижу мир, открылись новые грани, и это поддерживает огонь интереса.

— И что же подсказывает нам опыт предшественников? — не зря я решил побеседовать с Сесилом. Каждый разговор с ним приносил новые знания, понимание, а еще возвращал спокойствие в мою истерзанную дугу. Друзья ли мы? Нет. Союзники? Тоже неверное слово. Просто наши пути временно идут в одном направлении, никто не мешает другому.

— Придумай историю, красивую легенду, которую запомнят люди, придай произошедшему в Соларе особую значимость. Окружи Катрину ореолом величия, значимости и чистоты. Людям нравится это, Райнер.

— Что ж, я попробую что-нибудь придумать.

— Лучше используй больше правды, так тебя не уличат во лжи, а история сама обрастет нужными подробностями. Уверен, с твоим опытом плетения интриг, это будет простой задачей. И помни, однажды все повторится, а твой опыт пригодится тем, кто придет после.

— Я обязательно придумаю что-нибудь достойное и интригующее. Историю о Свете, что был отравлен и поддался Тьме, о юной деве, что стала чище Светлоокого и подарила ему спасение и избавление, приняла его силу и ответственность. Думаю, это будет красиво звучать.

Сесил продолжил свою работу, которой уделял максимум внимания, из-под его молота всегда выходили разные вещи, и грозное оружие, и прекрасные украшения, и кухонная утварь, все, что угодно мог создать бог-кузнец, при помощи одного и того же молота. И снова я увлекся наблюдением, вновь, молча, ждал, когда кузнец благосклонно заговорит вновь. Слепцу было, что мне рассказать, поведать и посоветовать, вопрос лишь в том, станет ли он это делать или решит остаться наблюдателем, лишь подталкивающим в сторону желаний судьбы.

— Будь осторожен, Райнер. Твоя игра может далеко зайти, и ты сам не представляешь, что в итоге получится.

— Я в любом случае существую последнюю жизнь. Не все ли равно, что будет дальше?

— Хочешь обречь на это весь мир?

— А почему бы нет? Ты и сам сказал, что жизнь идет по кругу, так что это уже случалось. Судя по тому, что мы с тобой существуем, как и другие существа, мир нашел выход. В этот раз будет так же.

— Да… Всегда одно и то же…

Действительно ли он лишь потомок прошлых богов? Сдается мне, Сесил существует намного дольше, но решил скрыть этот факт. Прошлое… Пусть оно там и остается, для меня ценно лишь настоящее. Я уже думал, что ничего больше не услышу, но кузнец решил иначе. Его голос снова раздался в кузнице.

— Будь осторожен, Райнер. Тебе лишь кажется, что все решаешь ты. Но так ли это? Где ты, а где Стиг… Или быть может все дело в Замке? Подумай об этом на досуге. Не преждевременно ли ты празднуешь победу.

Разговор с Сесилом был весьма познавательным, он заставил меня задуматься, вновь начать анализировать, кто я, к чему иду, чьи желания ведут меня по пути тотального разрушения. С одной стороны все это хочу именно я. Что скрывать, всегда втайне мечтал контролировать все и всех, стать равным Великой паучихе, моей госпоже, женщине которую я обожал и любил всем своим черствым сердцем. С другой — сейчас я делаю то, на что на не решился бы раньше временами сам себя не узнаю. Где мои желания, где стремления Стига, а где воля замка? Хороший вопрос, но боюсь, я не в состоянии в этом разобраться. Так стоит ли пытаться? Время уходит, и я не могу проиграть. Мне нужна гибель тех, кто долгое время использовал меня, пользовался слабостью паука. Уже не важно, кто все затеял, я хочу увидеть конец этого мира. Слова слепца были полны мудрости, они не направляли меня, не говорили открыто, но заставляли задуматься. Именно так и нужно! По крайней мере, со мной. Скажи Сесил все напрямую, я бы решил, что мной пытаются манипулировать и был бы прав.

— Увы, мы не всегда прислушиваемся к мудрым советам, — бормоча себе под нос, я шел по темному коридору. — На то может быть много причин: нежелание слушать, понимать или принимать, глупость, самомнение, стремление к саморазрушению, в моем случае все немного глубже. Нехватка времени не позволяет замереть на месте и осмотреться, все изучить досконально. И вроде бы, для такого, как я, это не проблема, мне нужно лишь раздобыть новое тело, создать идеальный для себя аватар, в очередной раз прировняв себя к богам, но я все еще был тверд в желании покончить со своим существовании. Так же, как и Черный шут, я сам решу, как исчезну и сделаю это красиво. Меня всячески пытаются сбить с намеченного пути, но я не сдамся!

Оставив кузнеца работать дальше, я направился в оранжерею — мою вторую на сегодня цель. Дзейрен всегда говорил, что умрет от моей руки, этого он боялся, этой участи не мог избежать ни в одном из своих ведений, но несмотря на это всегда был рядом, предпочитая контролировать процесс. Настало время воплотить это предсказание в жизнь, и в этом вопросе я так же был непреклонен. Малыш предал меня — именно так я воспринимал произошедшее. А разве могло быть иначе? Оставалось лишь понять, играет он свою игру или пешка в чужих руках — эту информацию я выбью из него, ели потребуется, я даже заберусь в его голову, в самые глубины его сознания. Настроение было отвратительное, и с каждым шагом портилось все больше, я привык к тощему, вечно-голодному летуну, мне не хотелось кромсать это существо, но иного выхода у меня не было.

Я был неосмотрителен, доверчив, недальновиден — теперь мне приходится за это расплачиваться. А вед у меня было дурное предчувствие насчет Дзейрена, но я решил не обращать на него внимания и плыть по течению. Глупец! Мои движения становились все резче, раздраженней, я с трудом контролировал себя и злился все больше. Мысли о том, что действия летуна — порождены моей ошибкой не давали покоя. Я негодовал, но не Дзейрен пробудил эти чувства, а я сам. Мой порок — самомнение и гордыня, именно они причина всех моих ошибок. В этом я не признаюсь никому! Освещение в замке становилось все темнее, приобрело угрожающий красный отблеск, казалось, что черные стены откликаются на мои чувства и эмоции, невысказанные желания. Замок — живой, в этом нет сомнений, и теперь мы с ним едины. Пока что я не определился с тем, радоваться этому или нет. Снова все сходится к нехватке времени, словно некая сила подталкивает меня к мыслям о том, что мое решение ошибочное.

Думать об этом прямо сейчас, не было времени, ведь я достиг оранжереи. У дверей я замер — даже при нашей первой встрече летун оказался опасным, сейчас он стал намного сильнее, так что заходить в его логово без должной подготовки нельзя. Я не настолько глуп, а мой гнев лишь раздражает, но, ни в коем случае, не контролирует мой разум. Мне помогут пауки! В замке их предостаточно и становится все больше, я привлекаю их, они стремятся ко мне, рассчитывая на то, что близится эра паука! Я вполне мог бы стать новым паучьим богом, но меня не очень прельщала такая ответственность и перспектива постоянно дрожать за свою вечность, с замиранием сердца ждать появления нового поколения.

Мои маленькие друзья откликнулись моментально, засуетились, зашевелили своими лапками. Я ощущал движения каждого из них — это было прекрасно. Мои верные шпионы исследовали большую, заполненную самыми разными растениями оранжерею, искали Дзейрена, его следы, ловушки, которые летун мог установить. Ничто не укроется от моих маленьких помощников, для них нет недоступных мест, они заберутся куда угодно.

— Никого? — я был разочарован, хотя и понимал, что подобный поворот событий весьма предсказуем. Дар летуна, вне всяких сомнений предупредил его о том, что я намерен сделать. Естественно, он не пожелал дожидаться своей участи и сбежал! Учитывая, что никто в замке его не любил и мало кто посещал оранжерею, никто не заметил его побега. Не удивлюсь, если он сбежал, сразу после моего отбытия! Вот ведь мелкий гад! Не такой уж он безобидный, как казалось изначально.

Я зашел внутрь, окинул хмурым взглядом помещение, полностью заполненное растениями. Чего здесь только не было! Летун постарался, превратил свой дом в настоящий кусочек тропического леса — такой же прекрасный и опасный. Ведомый моими пауками, я неспешно передвигался по оранжерее — в прошлый мой визит, я даже не заметил, как много здесь хищников, и всем им нужно чем-то питаться, все эти растения жаждут плоти. Как это произошло? Так было всегда или это прощальный подарок сбежавшего подопытного? Куда он мог направиться теперь? Вариантов не так много — либо вернуться в свой лес, либо к Яинаре. Белая паучиха может поддаться на его очарование, вновь увидеть в нем погибшего сына. Хотя, все еще есть вероятность, что я не все учел, не все мне ведомо…

— Он что-то затевает, — произнес я, брезгливо рассматривая обглоданные кости. Летун не голодал и не боролся со своей вечной жаждой, он искал себе пищу, охотился… Но кто были его жертвы и почему я этого не заметил? Все это мне лишь предстоит выяснить! Очередная задача, на которую у меня нет времени. Это начинает раздражать!

Мне и моим паукам пришлось изрядно потрудиться, чтобы проверить всю оранжерею и понять, что я был слеп и даже глуп, хотя последнее правильней было бы назвать излишней и весьма опасной самонадеянностью. Неприятно осознавать это, но факт остается фактом — за время пребывания в замке Дзейрен успел полакомиться сотней человек, их останки я нашел среди растений. Летун чувствовал себя настолько вольготно, что даже не удосуживался сжирать все, кости он оставлял. Подавляюще большинство жертв — обитатели лагеря Лиадан, меня их судьба не волновала и не заботила, но были среди пищи Дзейрена и жители моего замка, те, кого я обещал оберегать. Проблема была не в том, что они мертвы, а в том, что я не заметил, как это произошло, позволил малышу творить все, что вздумается. Молодой и пока что неопытный бог сумел обмануть старого паука. Мне следовало послушать Арлин! Я уже начал сомневаться в том, что 'видения' летуна о смерти были настоящими, а не выдумкой, предназначенной для того, чтобы пустить пыль в глаза и усыпить бдительность.

— Что ж, — я использовал черный туман, чтобы уничтожить останки тел. Не хватало еще, чтобы этим всем воспользовался Повелитель могил. — Ничего уже не изменить, да и время не повернуть вспять, не исправить все допущенные ошибки, так что остается только сделать выводы.

Мне нужно сосредоточиться на деле, на моем плане и исполнении великого замысла, что изменит лицо мира. Я не стану отвлекаться на поиски предателя, на разборки с ним. Он незначительная фигура и не факт, что это изменится. Что сейчас, действительно, нужно — обыскать замок, проверить, нет ли трупов еще где-нибудь. Эту работу нужно поручить лишь паукам, которых в моем доме было предостаточно. Они жили в каждой комнате, в каждом коридоре, наблюдали за всем. Раньше мне не удавалось полностью их подчинить, приходилось помнить, что они служат еще и сестрам паучихам, но после моего возвращения из Солара я ощутил изменения. Нельзя сказать, что я тал сильнее, но контроль над магией и в частности над пауками усилился. Этим нужно воспользоваться. Что же еще? Голова буквально разрывалась от множества мыслей, роящихся не ней, жужжащих, не дающих мне покоя. Жаль, что Катрины нет рядом, она бы смогла все записать и систематизировать, чтобы после я мог поработать. Мне не хватало моей преданной помощницы, но использовать ее, как раньше не получится. У молодой богини теперь множество других обязанностей. Она должна обрести последователей и понять, какой станет. Естественно Катрина не забудет моего учения, не станет превращать людей в магов, будет помнить, что это не дар, а то, что может получить каждый, но она все еще сильна и может облагодетельствовать любого…

Размышляя о том, что же предпринять дальше, я бродил по коридорам замка, просто слонялся без дела, не задумываясь о том, как выгляжу со стороны. Хотя… готов поспорить, что сейчас меня вполне можно принять за черную тень, или призрака. Многое изменилось за последнее время, но мои глобальные планы неизменны. Уже завтра моя армия отправится в свой победоносный поход, и никто не сможет их остановить, ни боги, ни их приспешники, но возрождающиеся монстры. Баллард справится со своей задачей. А что же я? Я займусь ничем иным, как полное и тотальное истребление. Мне нужно лишь немного времени, чтобы все продумать, окончательно сформулировать идею и опытным путем убедиться в том, что мой замысел выполним. По большому счету, мне предстоял большой магический эксперимент. За свою жизнь я провел их немало, так что знал, что делаю, и каким может быть результат.

Осталось совсем немного, ведь я уже подобрался к нужному знанию!

— Учитель?

От тихого и нежного голоса Катрины я вздрогнул. Поток размышлений настолько глубоко увлек меня за собой, что я даже не заметил, как темный коридор стал светлым от ровного сияния новой богини. Нужно взять себя в руки, установить магически датчики, чтобы подобного не повторилось! Тряхнув головой, чтобы окончательно прийти в себя, я взглянул на притихшую девушку. Новый статус ничуть не изменил её, она была все той же Катриной, какую я знал. Власть и могущество пока что не испортили её, не отравили душу, не заставили возгордиться. Это пока что… Никто долго не выдержит такого бремени, да и жизнь этой девушки теперь будет мучительно долгой, она увидит и узнает столько, что не сможет оставаться прежней. Этого я уже не увижу… Жаль, мне хотелось бы увидеть это внутренние преображение.

— Ты что-то хотела? — я устало улыбнулся.

— Мы можем поговорить? — робко поинтересовалась девушка

Катрина выглядела смущенной и растерянной, словно была в чем-то неуверенна и даже боялась. Что сказать, у нее на это были все причины, так что мне придется уделить ей немного моего драгоценного времени.

— О том, как ты меняешься? — поинтересовался я, беря магичку за бледную ладошку. Новые возможности и сила пошли ей на пользу. Я не видел её всего полдня, а она уже преобразилась, светлые волосы достигли земли, стали гуще, шелковистей, глаза окончательно стали золотыми и искрящимися, а кожа лишилась всех изъянов, даже тело стало более привлекательным и потеряло изначальную угловатость. Богиня должна быть прекрасна, по крайней мере, та, что несет в себе свет.

— Не только, — с пухлых губ сорвался тихий вздох, и бледные щеки Катрины слегка порозовели. Это было похоже на зарождающийся закат, разливающийся по светлому летнему небу.

— Я всегда готов выслушать тебя, — заверил я, утягивая девушку за собой. — Но, прошу, давай не здесь. Я уже не молод и устал за этот день, мне нужно присесть, вытянуть ноги, ощутить тепло огня, да и не хочу я, чтобы нас случайно услышали другие. Идем, в моем кабинете нам будет намного удобней.

— Да, учитель, — Катрина послушно следовала за мной. Судя по всему, она и сама хотела уединения и комфорта. Оставалось лишь выяснить, что же именно её тревожит.

Девушка нервничала, это было заметно не только по её бегающему взгляду, учащенному дыханию, но и по тому, как подрагивало сияние молодой богини, то тускнея, то внезапно становясь ярче и насыщеннее. Душа Катрины пребывала в смятении и это было до противного мило. Она сидела на кресле, слегка ссутулившись, то и дело, теребя ткань своего платья. У меня было достаточно опыта для того, чтобы догадаться, о чем пойдет речь, но, увы, даже так, я не знал, что ответить, чтобы соблюсти свои интересы. Некоторым вещам даже опыт не способен научить. Увы. Иногда даже он бессилен.

— Учитель… — девушка умолкла, словно слова застряли комом у нее в горле. — Я… Я… — все, что она могла выдавить из себя лишь заикание. Решившись на непростой разговор, она даже не представляла, как сложно ей будет, но отступить была не готова, ведь теперь считала себя равной мне.

— Успокойся, ты не на экзамене, — я не сводил взгляда с Катрины, надеясь на то, что она забудет обо всем и передумает. Если бы она все еще была у меня под контролем, я бы внушил нужные мысли и избавился бы от проблемы. — Если хочешь, можем отложить разговор.

— Нет, в этом нет необходимости, — смущенно пролепетала девушки. Её кулаки непроизвольно сжались, словно это могло хоть как-то помочь ей справится с напряжением.

— Тогда может успокоительное или вино? — тоже неплохой способ избежать неприятной беседы. Главное дать нужное средство, что поможет забыться, заставить думать о другом.

— Нет, не стоит, — Катрина подняла на меня свои золотые глаза, переполненные светом и чувствами. Даже мое сердце дрогнуло от подобного вида, но не так, как хотелось бы моей верной помощнице. — Я давно хотела с вами поговорить. Сказать… — девушка сделала глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями и решимостью. — Я… Я… — голос становился все сильней, напряженней, окончательно выдавая свою хозяйку. — Я люблю вас учитель! — наконец произнесла она, становясь пунцовой. На миг мне показалось, что еще немного, и она задымится. Люблю по-настоящему, с самой первой нашей встречи, учитель. Эти чувства намного сильнее, чем я думала, они поглощают меня, становятся частью моего существования, я задыхаюсь от любви, от томления, сжимающего грудь при каждом вздохе, — Катрина говорила быстро, словно опасаясь, что надолго её не хватит, и она снова начнет неуверенно заикаться. — Эти чувства все сильнее. Я люблю вас учитель. Люблю, как наставника, как защитника, как мудреца, люблю, как мужчину.

Повисла гнетущая тишина, от которой становилось холодно и неприятно. Я не знал, что сказать, как мягко отказать девушке, в чьей силе и поддержке нуждаюсь, кого не могу отдать моим врагам, а сама новая богиня ждала моего ответа. В её глазах читалась надежда, страх и безграничная нежность, от которой становилось тошно. Внезапно я осознал, что выглядел в глазах сестер паучих не лучшим образом. Моя любовь и обожание были такими же жалкими. Единственное, на что мне хватило ума — не признаваться открыто в своих чувствах, не ждать ответа… Эти мысли пробуждали в душе волну гнева и ярости, заставляли задуматься о собственной ничтожности. Все было очевидно, но лишь сейчас я словно со стороны смотрел на себя. Что мне ответить? Откажу, и Катрина обидится, затаит злобу, попытается отомстить. Она женщина, так что сомневаться в том, как именно она поступит, не приходится. Дать ей надежду — все равно, что обречь себя на долгое мучительное общение, ненужную игру. Так что ответить? Что-то сказать нужно, ведь девушка не сводит с меня своего сияющего взора, буквально прожигает во мне дыру.

— Любовь… Я слишком стар для этих чувств, девочка, — мне оставалось лишь попытаться подтолкнуть Катрину к мыслям о том, что я неподходящая для нее кандидатура, а её чувства — самообман. — Моя душа проклята, отравлена, я не могу никого сделать счастливым, даже тебя. Зачем тебе такой, как я? В мире полно других мужчин, более молодых, перспективных, способных на чувства.

— Никто не сравнится с вами, учитель, — на глаза девушки навернулись слезы. — Не стоит меня оберегать, я точно знаю, что чувствую и чего хочу, — девушка говорила со всей страстью, на которую способна бывшая ледяная магичка, ныне богиня. — Я люблю вас, готова пойти за вами на край света, на любые жертвы! В тот момент, когда я увидела вас там, в Соларе, я поняла, что это судьба, что никто иной не сделал бы для меня такого. Хочу всегда быть рядом с вами.

— Всегда — это слишком большой срок, Катрина. Мое время не безгранично, чего не скажешь о тебе.

— Вы тоже можете стать богом, вы уже сравнились с ними! — девушка не собиралась отступать, она уже представляла себе счастливую вечность рядом со мной. Мне не переубедить её… Все так же, как со мной. Я был зависим от моей хозяйки, грезил прекрасной Аранией в своих мечтах, и вот теперь я сам стал объектом безграничного обожания. Это поистине иронично.

— Милая моя девочка, — мне не удалось сдержать тяжелый вздох. Я ничего не мог изменить, никак не мог повлиять на чувства, мой собственный опыт лишь подтверждал это. Голос разума бессилен, когда вступают в дело чувства. — Быть рядом со мной опасно. Боги не оставят меня в покое, сделают все для того, чтобы уничтожить.

— Я буду защищать вас, теперь у меня есть силы для этого!

— Катрина…

— Я понимаю, что пока не может идти речи о взаимности, но, — в словах девушки слышалась неподдельная горечь. — Но это может измениться. Позвольте и дальше быть рядом… Позвольте помогать, идти бок о бок, осуществить ваш замысел. Прошу, учитель… Райнер…

Впервые Катрина назвала меня по имени, но это не вызвало никакого отклика в моей душе, ни что не шелохнулось и не затрепетало. Я не способен на любовь к ней, место в моем сердце давно занято сестрами, темной и светлой.

— Прошу…

— Ты со мной, я нуждаюсь в тебе, Катрина, — я нежно провел по щеке девушки. Любовь — тоже яд, она делает нас слабее, позволяет манипулировать и управлять другими, играя на струнах души моей помощницы, я смогу держать её под контролем. Это игра, не более. — Я буду рад, если ты останешься со мной, поддержишь и поможешь, но помни, этот путь опасен и полон боли.

— Я выдержу все, — просияла наивная богиня, поглощенная чувствами.

Глава 20. Пленник серого мира

Я устал. Ничего не хочу. У меня нет ни мыслей, ни чувств, ни стремлений. Вокруг пустота, она же внутри, меня словно не существует и это кажется спасением от жизни и судьбы. Снова вспомнился Черный шут, он оказался сильнее богов и своей воли, мне пока что это недоступно, я все время что-то делаю, думаю, не стою на месте, вокруг меня плетутся интриги, и каждый хочет стать игроком, дергающим за веревочки. Мне бы задуматься о том, что происходит, где я оказался и почему кажется, что из меня медленно выкачивают магию и саму жизнь, но сил не было даже на это.

— Мой бедный Райнер, ты запутался.

Этот нежный, полный томления и величия голос! Я узнаю его из миллиона, никогда не забуду. Сердце сладостно сжалось, а по телу начали растекаться приятные волны возбуждения и желания. Арания! Черная паучиха, которой я столько служил, пришла ко мне. В ее словах нет ненависти и злости, лишь понимание и легкое сожаление. Мне безудержно хотелось податься вперед, обнять, прижаться к груди моей госпожи, как бывало прежде. Нас многое связывало, вот только ценил это лишь я. Это осознание до сих пор вызывало боль в моем очерствевшем сердце.

— Райнер.

Шепот ласкал слух, заставлял естество сладостно сжиматься в предвкушении. Из темноты появились тонкие изящные руки, они обвили меня, прижали к себе. Я не видел, но чувствовал, и этого было мне достаточно. Прекрасная паучиха умела соблазнять, знала все мои потаенные желания, я был у нее, как на ладони. Её прикосновения и почти неразличимый шепот сводили с ума, распаляя все еще тлеющие чувства.

— Вернись ко мне. Нам же было так хорошо вместе. Ты помнишь?

Каждое слово отравленной стрелой пронзало душу, заставляло ощутить себя никчемным, подверженным желаниям, не способным контролировать позывы тела. Некоторые паучихи пожирают самцов, Арания был из их числа, теперь я это точно знал и не мог противиться искушению.

— Райнер, не слушай её, — передо мной появилась Яинара, она смотрела на меня умоляюще, так, что сердце дрогнуло, потянулось к ней. Белая сестра никогда не предавала меня, ничего не обещала, была предельно честна, её бесподобное молоко сделало меня зависимым, но вместе с тем подарило силу и средство побеждать богов, сделать так, чтобы они никогда не возвращались. — Ты стал свободен, не позволяй былому вернуться. Арания предана лишь Повелителю могил и собственным интересам. Ее слова и прикосновения — сладкий яд, отравляющий разум.

— Она врет, — возразила черная паучиха, продолжая ласкать меня. — Я дам тебе все, со мной ты познаешь блаженство, а она холодна, как снег, не способна любить. Моя сестра не хочет тебя, никогда не хотела, даже новое тело не изменит этого.

— Райнер, не слушай, ты ведь и сам все знаешь, ты сумел уйти однажды… Не стоит возвращаться к прошлому, — Яинара приблизилась ко мне. Я был не в силах оторвать взгляда от её синих глаз, тонул в их омуте, и она знала это. — Припади к моей груди, Райнер. Ты же хочешь этого…

О да, я хотел этого, меня разрывало от желания вновь ощутить божественный вкус, эйфорию и силу, приумножающуюся в моем теле. Одна сестра отравила мой разум, вторая — тело. Паучихи разрывали меня, каждая тянула к себе.

— Слуга паучихи никогда не изменится, — послышались полные презрения слова. — Как бы ты ни отрицал сей факт, это не изменится. Ты всегда делал лишь то, что от тебя желают они.

Меньше всего я ожидал увидеть и услышать Кристу. Её больше нет, Александр подарил ей избавление, но сейчас передо мной была именно она. Это не иллюзия, не обман, я видел душу светлой магички. Она была такой же, какой я увидел её впервые: сильной, уверенной, полной истинного света, её еще не коснулось безумие Светлоокого, Криста была способна здраво мыслить и принимать непростые решения.

— Даже сейчас, ты просто стоишь и смотришь!

— Это не так! — на этот раз появилась Катрина, её свет озарил все вокруг. Сияние оказалось настолько ярким, что я не мог открыть глаз. Свет причинял боль, душил меня. — Учитель силен, он знает, что делает! У него великая миссия и я буду рядом с ним, чтобы помочь.

— Ты глупая девчонка, — рассмеялась Арания, сильнее обнимая меня. — Он мой, никто не заберет моего мага.

— Ты слишком самонадеянна, сестра.

— Вы мерзкие паучихи! — закричала Катрина, пытаясь вырвать меня из крепких объятий сестер, отчего-то казавшихся мне крепкой липкой паутиной. — Монстры! Вы отвратительны! Учителю нужна настоящая женщина, а не жалкое её подобие!

— И это точно не ты, — надменно бросила Криста.

— И не ты, на тебя он вообще никогда не смотрел!

Эти женщины сводили меня с ума, я уже не понимал, где чей голос, кто прав, кто пытается меня обмануть. Слова сливались в единый все нарастающий гуд, от которого мозг закипал, и начинало тошнить. Мне хотелось биться головой о стену, броситься на меч, сдохнуть, пойти на что угодно, лишь бы они все замолчали. У меня не было собственного голоса, я не мог возразить, только слушать и страдать. Эти женщины пришли, чтобы доконать меня и у них это превосходно получается!

— Брат…

Голос Минори разрушил этот кошмар, развеял все образы, возникшие в моем подсознании. Как же хорошо! Лишь одна женщина в моей жизни, по-настоящему, переживала и любила меня, искренне и беззаветно. Моя сестра. Лишь для нее я важен и даже сейчас её голос выводит меня из мира безумия.

— Брат, ты должен проснуться…

Так это сон? Хотя, разве могло быть иначе? Все эти женщины просто не могут оказаться в одном месте, в одно время — это невозможно. Я запутался, погряз в противоречивых мыслях и желаниях, слишком долго обманывал себя, не удивительно, что результат проявился именно так. Мои истинные чувства становятся смертельно опасными.

Я не мог и дальше оставаться во власти сна, особенно после слов Минори. Её образ никогда не возникал просто так, ни разу не обманул меня, по большому чету это был голос моего собственного разума. Мы были слиты всего пару лет, но этого хватило для того, чтобы между нами установилась связь, не удивлюсь, если названная сестра видела тот же самый сон и теперь волнуется за меня. Мне хотелось бы в это верить, хотя умом я и понимал, что это маловероятно.

Сон. Это был всего лишь сон! Естественно, в реальности все эти женщины просто не могут оказаться в одном месте, и даже, если бы воле судьбы это произошло, они бы скорее вцепились друг другу в волосы, чем начали бы меня делить. Женщины… Они непостижимы, их поведение невозможно спрогнозировать, а потому они представляют серьезную опасность.

Ненавижу такие сны! И дело не в том, что это был кошмар, к подобному я привычен, даже склонен наслаждаться созерцанием ужасов. Нет. Дело в ином — это не просто грезы и видения, а отражение моих переживаний и мыслей, того, о чем не хочется думать. Мои проблемы с женщинами могут повлиять на исполнение замысла, а ведь я считал, что все под контролем. Это недопустимо! Но что я могу поделать? Моя душа металась и горела, и я не мог сделать выбор, не знал, что верно, а что приведет лишь к боли и страданиям. Но если заняться анализом, станет очевидным, что в моем окружении нет ни одной женщины, достойной моего внимания. Они используют меня, сами не понимая, чего желают, пытаются контролировать, сдерживать меня, использовать в своих целях. Даже Катрины это касается, хотя она делает это все неосознанно.

Дожили! Меня нельзя назвать ловеласом, но в итоге, меня все равно погубит слабый пол, женщины, которые должны быть опорой и поддержкой, те, ради кого мужчины идут на безумства. Смешно!

И какой же вывод я должен сделать? Он необходим, в этом нет сомнений, но я снова не готов! Злость клокотала в моей душе, я ненавидел себя, презирал за слабость и сомнения. Разве не я величайший маг в истории мира? Разве не я стал убийцей богов, тем, кто дергает за веревочки, заставляя всех плясать под мою дудку? Так почему мне не дано разобраться со страстями? Все это было не похоже на меня, что заставляло задуматься о том, что я изменился сильнее, чем хотелось бы. Все это из-за смены тел, из-за душ, погубленных мной.

— Чем больше женщин, тем больше проблем, — глубокомысленно изрек я, осознавая, что ничего нового не открыл и эта мудрость давно известна миру. Легче от этого не стало, ведь я понятия не имел, как решить мою проблему. Жаль, что не отправился за море с Александром, это бы само собой решило все мои проблемы. И почему только мы осознаем, что судьба преподносит нам подарки, когда уже отказались от них и предложение больше не действительно.

Я ходил из угла в угол, не мог найти себе места, а в голове было пусто. Ни одной здравой мысли или идеи. Это злило, но что хуже всего, заставляло задуматься о моей гениальности и мудрости, о величии, к которому я уже привык.

Я могу использовать чувства Катрины, дать ей то, что она так отчаянно хочет, мне не сложно, но играть вечно, не получится. Я устану, сорвусь, и тогда гнев новой богини будет страшен, тогда мне не уйти от испепеляющего, иссушающего душу света. Отказать я тоже не могу, мне нужна магия, доставшаяся Катрине. Как быть с паучихами тоже не ясно. Этот сон взбудоражил мою душу и разум, заставил потерять самообладание. И вот, уже слова Сесила приобрели новый смысл, который я не заметил раньше. Мне бы не помешала подсказка или помощь, но боюсь, слепой кузнец мне больше ничего не скажет. У него в этой истории тоже свой интерес есть, я в этом не сомневаюсь.

Я один. Мне некому доверять, даже самому себе, ведь Стиг хотя и побежден, но его частичка все еще тлеет в моей душе.

Внезапно, словно откликаясь на мои мысли, стена завибрировала, задрожала, и часть её растворилась, исчезла в небытие, перед моим взором предстал темный проход, ведущий вниз. Замок, словно желал мне помочь, подсказывал выход, мне нужно было лишь следовать по каменным ступеням. Куда? Зачем? Какая разница, если там меня ждет новое открытие, нечто непознанное и доселе неизвестное. Даже если там вся армия Повелителя Могил дожидается меня там, я все равно спущусь! Я безрассудно шагнул прямо в разинутую пасть монстра, внутри которого находился.

Где я? Где Стиг? А где воля замка? Уже не важно, мы все слиты воедино.

В этот момент я ничего не ощущал, не думал, просто шел вниз, шаг за шагом, ступень, за ступенью. Великий спуск. Если задуматься, все мое существование было не восхождением, а спуском, и это можно сказать не только про меня. Это только кажется, что мы растем, развиваемся, поднимаемся все выше. На самом же деле, с каждым прожитым годом, мы падаем все ниже. Стоило сделать шаг, как рядом со мной зажигался кристалл, каждый раз разного цвета — красивый градиентный переход был не сразу заметен, ведь разница была в оттенке. Но стоило оглянуться, как виделась вся картина. Был ли в этом смысл? Кто знает, но это было прекрасно. Кристаллы не вели меня за собой, скорее уж отмечали маршрут, даря обманчивое ощущение, что я могу вернуться назад. Вот только доверять замку в этом деле не стоило, верные пауки подсказывали, что стены двигаются, меняют свое местоположение и бегство может закончиться гибелью. Это осознание казалось мне невероятно забавным. Причем, настолько, что я с трудом сдерживал рвущийся наружу хохот. Это похоже на ловушку, но именно это нравилось мне. Шаг за шагом, все ниже и ниже, ничего не видя впереди, кроме кромешной темноты.

Замок огромен, он намного больше той жалкой частички, что возвышается над землей. Мне было это известно, но я даже не предполагал, как глубоко уходят его коридоры и комнаты, он зарылся так глубоко, что это уже начинало казаться нереальным. Мне даже в голову пришла идея, что вовсе не люди построили этот черный замок, а что он сам вырос, и у него даже есть корни, что цепляются за землю и камни. Весьма занятная мысль, она вполне сопоставима с тем, что замок живое существо. Вопрос лишь в том, куда ведут меня ступени, что мне хотят показать и сказать.

Этот мучительно долгий и утомительный спуск помог мне успокоиться, перестать размышлять о проблемах и моих собственных желаниях, о неудачах, которые могут меня настигнуть в любой момент, я вновь вспомнил о том, что всегда был исследователем, открывателем новых знаний и тайн древности. Это занятие нравилось мне, заставляло забыть обо всем на свете и просто наслаждаться жизнью. О, да! Замок точно знал, в чем я нуждаюсь больше всего. Был бы он женщиной, моя благосклонность досталась бы именно ей. Мне следовало давным-давно посетить это место, еще во времена, когда королевство было другим, а стены не существовало. Но меня все время что-то сдерживало… Что-то? Скорее уж кто-то, и имя ей Арания. Я служил Великой паучихе верой и правдой был беззаветно предан своей госпоже, не думал о том, что же нужно мне. И вот результат — упущено множество возможностей.

Внезапно ступени передо мной исчезли, не было их и позади. Я просто замер посреди пустоту, с трудом балансируя на небольшом плоском камне. И что дальше? Я непонимающе озирался по сторонам, пытаясь понять, как действовать дальше. Но никаких подсказок не было. Впору запаниковать, но я давно уже разучился делать это. Моя жизнь была слишком насыщена разного рода опасными и странными событиями, так что я уже привык к необъяснимым явлениям.

— Ты завел меня в ловушку? — поинтересовался я у пустоты. — Зачем? Есть более простые способы убить меня или изолировать. Зачем все это?

Я не ощущал моих пауков, их не было поблизости. Мысли моих подопечных, которых я все еще держал под жесточайшим контролем, казались мне тихим, едва уловимым шепотом. Даже моя магия была не способна помочь при данных обстоятельствах. Даже если использовать левитацию, я понятия не имею, где выход. Я ждал, но никто не отвечал. Мне оставалось лишь продолжать стоять на небольшой ступеньке, единственной части, что осталось от бесконечной лестницы, идущей вниз. Так можно прождать вечность. Скучно. Если замок хотел меня таким образом напугать, у него ничего не вышло. Нужно было придумать что-то посущественней.

— Что ж, у меня просто нет выбора, так? — усмехнулся я, приподнимая ногу, намереваясь сделать решающий шаг. Секунда промедления, сам не знаю для не чего, и я шагнул в бездну.

Внутри все сжалось, я ощутил легкое приятное щекотание во всем теле, а дальше было ощущение полета. Именно полета, а не падения и это прекрасно. Мне не хотелось использовать магию. Зачем, если нет цели? Я снова ждал, что же предпримет замок. Будет забавно, если он все же решил меня прикончить, и я разобьюсь в лепешку. Сдерживаться было все сложней, часть меня порывалась воспользоваться магией ветра, но другая отпиралась от этого, безудержно хохотала. Начинаю подумывать о том, что у меня на старости лет началось раздвоение личности. Пока что мне это не мешает, так что остается лишь ждать и наблюдать за собой, ожидая новых открытий и неожиданных сюрпризов.

Интересно, сколько можно падать? Да и падаю ли я? Сдается мне, что все не то, чем кажется. Обмануть тело и разум легко, мне, пауку, это дополнено известно. Стоило подумать об этом, как все изменилось, и мои ноги коснулись твердой поверхности. Игры закончились, вот только я все еще в полной темноте. Игры продолжаются? Не хочу! Мне это все наскучило!

Слова давно знакомого заклинания сорвались с губ и сотни небольших магических светлячков зажглись вокруг меня, освещая огромный зал с высокими колонами. Они были не меньше десяти метров, от чего я сам себе казался карликом. Кому могло понадобиться строить нечто настолько огромное? Впечатляет! Подавляет! Даже мурашки вдоль тела пробежали. Огромное открытое пространство напоминало бальный зал, где когда-то давно танцевали великаны. Я даже слышал отголоски той мелодии, под которую кружились пары. Давно… Очень давно…

Я продолжал рассматривать место, где оказался, пытался понять, осознать, что же меня окружает: причуда архитектора или же нечто иное. Все большое, слишком большое для людей, мне даже рассмотреть все как следует, не удавалось. На полу явно выложен рисунок, но чтобы увидеть его, необходимо взлететь. Занятно. Меня сюда привели не случайно, в этом нет никаких сомнений. Мой взгляд наткнулся на кусок белоснежной бархатной ткани на стене. За ней что-то скрывалось, даже сквозь эту незначительную преграду, я ощущал чей-то пристальный прожигающий взгляд. Сердце пропустило удар — замок живой, у него есть собственное сознание, стремления и желания, и все они сосредоточенны именно здесь.

Неужели мне дозволено прикоснуться к этой тайне? Я польщен.

Медленно, с непонятным, практически необъяснимым трепетом, я приближался к куску белого бархата. Почему белый? Что за ним скрыто? К чему вся эта таинственность. Давненько мне не доводилось ощущать подобного, я словно снова стал открывателем тайн, исследователем, смог отбросить все свои планы, вернуться к себе. Мимолетное, невозможное ощущение. Я слишком упрям, так что не отступлю назад, не смогу все пустить на самотек, я все еще желал уничтожить всех!

Я замер перед стеной, а моя рука сжала мягкий бархат, остается лишь поражаться, как за долгое время он умудрился сохранить свою чистоту и целостность. Мои губы исказила самодовольная ухмылка — настало время выяснить, что же скрыто за ним и выяснить, зачем именно меня сюда привели.

— Что ж, давай раскроем карты, — с ухмылкой произнес я, резко сдергивая заинтересовавший меня кусок ткани.

Будет обидно, если под ним я увижу лишь стену и ничего больше, это станет моим самым большим разочарованием. Всего миг ожидания, но он тянулся бесконечно долго, изводя меня, заставляя сотни мыслей роиться и жужжать у меня в голове. Ненавижу такое ощущение, оно заставляет осознать, что я ничего не контролирую и могу лишь заворожено наблюдать за тем, как медленно, с тихим шелестением падает бархат, обнажая то, что было скрыто под ним. Прекрасное зрелище, в нем можно даже найти некий потаенный смысл… Его везде можно найти, было бы желание. Напряжение нарастало, я даже ощутил нечто вроде возбуждения, сладостного томления в груди.

— Это… шутка? — я непонимающе уставился на новую находку. Даже не могу определиться, был я разочарован или нет.

Передо мной была картина в простой деревянной раме без излишеств. Три метра в высоту, полтора в ширину — большая, даже слишком, но это единственное, что привлекало внимание. В холсте не было магии, в нем не запечатаны души, не запечатлены эпохальные события или нечто невообразимое и важное. Самая обычная картина, причем написанная явно не мастером. И зачем было ее прятать? Зачем вести меня к ней? В том, что смысл именно в этом 'шедевре' я не сомневался, ведь в комнате не было ничего примечательного. Неужели, я чего-то не понимаю?

— Хочу получить ответы, но мне подкидывают лишь загадки и намеки! Такой расклад меня не устраивает.

Мое раздражение нарастало и это не удивительно. Все происходящее мне казалось насмешкой, плевком в душу! Меня загнали в угол, не оставили выбора, кроме как усесться на пол и тупо уставиться на картину. Серый пейзаж, горы блеклого снега, бесцветные валуны, мутное небо — картина была написана белыми и серыми красками, никаких иных цветов в ней не было. Этот вид навевал в унынье, вгонял в тоску.

— Знаешь, тебя правильно спрятали, но лучше бы уничтожили вовсе, — недовольно бросил я, решительно поднимаясь с места. — Хотя, так бы ты бы точно не смогла исполнить свою роль.

Мой взгляд был все еще прикован к картине, словно она не отпускала меня, пыталась подавить, завладеть мыслями и эмоциями. Очередная уловка замка, то ли союзника, то ли врага. Готов поклясться, что вижу шевеление, словно пейзаж оживает и это не просто неудачный рисунок, а нечто вроде портала, ведущего в странное серое место. Нет! Это не так! Здесь нет магии, ни одной капли! И все же, что-то с этим творением не так. Оно не вписывается в общую картину и атмосферу замка, кажется инородным телом, от которого стоит избавиться.

— Не понимаю!

Мне уже доводилось видеть необычные произведения искусства, два моих последних тела были именно такими, да и во дворце Арлин было полно картин, в которых были запечатаны души, магия, воспоминания о прошлом, но это явно не тот случай. Это просто неудачный рисунок! И все же, что-то внутри него двигается, неуловимо меняется, заставляет меня всматриваться внимательней, не отводить взгляда. Может быть, это все мое воображение? Такой расклад меня бы не удивил, ведь я давно нахожусь в постоянном напряжении, почти не сплю, постоянно думаю, рассчитываю, пытаюсь все успеть, хотя это невозможно. В такой ситуации мой разум вполне может подвести, а глаза увидеть то, чего нет. Я — паук, но угодил в невидимую паутину, из которой не выбраться.

Отвернуться было практически невозможно, это потребовало от меня неимоверных усилий, но, все же, я сделал этого. Настоящее достижение — именно так я это ощущал. Ничего вокруг не изменилось — я все в том же зале, где нет ничего примечательного.

— Ты просто не оставляешь мне выбора, — хищная ухмылка появилась на моих губах, и я начал шептать заклинание. Магия струилась по телу, пробуждая приятную дрожь, источники открывались один за другим, наполняя меня силой, сливаясь друг с другом, соединяясь и перемешиваясь, создавая внутри меня нечто новое, но при этом совершенно естественное. Если задуматься, то человека можно сравнить с колдовским котлом, в наших телах можно смешать чистейшую магию. Так и должно быть! Сейчас я это точно знал. Мне долго пришлось идти к этому пониманию, но все не зря. Я могу создавать новые заклинания, новые стихии, и уже не завишу от источников силы и магии. Тело пылало, мозг работал на пределе своих возможностей, я творил, созидал, каждое слово было наполнено не только магией, но и моими эмоциями, воспоминаниями, желанием превзойти всех, продемонстрировать, что именно я хозяин положения! Магия вырвалась наружу, обрела форму — ядовитое черное пламя, с черными всполохами окутало меня, не причиняя вреда, оно разрасталось, становилось все больше, пожирая все вокруг. Это было нечто невообразимое, словно моя душа вырвалась на свободу, избавилась от оков бренной оболочки. До чего же хорошо! Я в восторге, Это настоящая эйфория! Мне все больше нравилось разрушать и крушить, чувствовать боль замка, слышать его стоны. Это заклинание было лучшим моим творением, оно объединило в себе несколько стихий, и я готов был повторять это снова и снова.

Сколько это длилось? Уже неважно, ведь время для меня не имело значение, оно постоянно обманывало меня, то замедляясь, то ускоряясь. Ему нельзя доверь. Все стихло, магия успокоилась и развеялась, а ядовитое пламя, насытившись, исчезло. Зал исчез, словно его и не было, я снова оказался посреди темного ничего, и лишь мерзкая картина уцелела, магия не смогла коснуться её. Почему? И снова мне пришлось приблизиться к единственной реальной вещи в этом месте. Меня неудержимо тянуло к ней, но на этот раз я хотел не просто смотреть на нее, а коснуться, пройти сквозь полотно, оказаться в сером холодном мире, раскрыть его тайну.

Рука потянулась вперед, но застыла в паре миллиметров от холста, словно что-то сдерживало меня. Кажется, это Стиг пытается предупредить, намекнуть о том, что я тороплюсь. Но для размышлений у меня не было никакой возможности, ведь что-то меня толкнула в спину, вынуждая сделать опасный и нежелательный шаг.

Первое, что я ощутил после толчка острую боль в коленях и на ладонях. А все от того, что я не удержался на ногах и рухнул на холодную серую землю. Как выяснилось, она была покрыта вовсе не снегом, как мне показалось изначально, а странной смесью пепла и мельчайших осколков битого стекла. Именно последние впивались в мою кожу, оставляя на них мелкие саднящие раны, из которых сочилась горячая кровь. Самое мерзкое в этой ситуации то, что острые частицы настолько мелкие, что любая попытка отряхнуть их заканчивалась тем, что они глубже врезались в кожу, добавляя болезненных ранок. Мне с трудом удалось подняться на ноги, при этом, не пострадав еще больше — теперь стало заметно, что мой любимый черный балахон весь в прожжённых дырах, словно, несмотря на жуткий холод, от которого зуб на зуб не попадал, пепел все еще был способен разгореться, и даже пытался поджечь меня.

— Не смешно, — раздраженно бросил я, резко оборачиваясь назад.

Что я ожидал увидеть? Наверное, привычный замок или черноту, очередную картину, через которую я смогу вернуться назад и снова попытаться понять, что происходит. Ничего этого не было — я был окружен серым невзрачным миром, в котором каждый шаг смертелен. Это не преувеличение, ведь пепел, смешанный с поблескивающими осколками, падал с небес и легко мог попасть в глаза, нос, рот. После такого даже мне не выжить! Я прижал к лицу кусок материи, найденный в кармане, и сощурил глаза, надеясь, что так смогу их хоть немного обезопасить. Мне нужна более действенная защита, иначе я долго не протяну. Тут уже никакие знания и магия не помогут, а все от того, что даже представить трудно, какое заклинание поможет все исправить. У меня не было ни одной идеи на этот счет!

Интересно, где я? Определенно, это ловушка, но все же, это осознание не давало всей полноты картины. Куда ни брось взгляд, везде одно и то же, словно я оказался посреди серой пустыни — никаких построек, никаких растений, никакого намека на то, в каком направлении двигаться. Я был в растерянности, но не от того, что мне стало страшно, а от того, что понятия не имел, как действовать в данной ситуации. Моего опыта недостаточно для решения этой загадки, я даже не могу изучить этот серый мир, пленником которого я стал.

Стоять на месте глупо, значит, нужно двигаться. В данной ситуации даже без разницы куда именно. Мне остается лишь понадеяться на Госпожу Удачу. Если эта переменчивая леди решит обратить на меня свой благосклонный взор, я смогу выкарабкаться, снова выйти победителем.

Серый мир затягивал меня все глубже, он не оставлял мне выбора, но вместе с тем не вызывал никакого неприятия. В моей душе воцарилась столь желанная гармония и спокойствие, даже усталость прошла. Не удивительно, ведь здесь до меня никто не доберется, ни боги, ни женщины, в которых корень всех проблем. Я упивался своим одиночеством, тишиной, возможностью ни о чем не думать. Давненько у меня не было такой возможности. Начинаю подумывать о том, что остаться здесь благо для меня. Если именно в этом был замысел замка и его сущности, то у них есть все шансы на успех.

Я продолжал идти вперед, особо не всматриваясь в серость, царящую вокруг, под ноги тоже не глядел. Все равно, ничего нового не увижу. Мои волосы были покрыты серым пеплом и стеклянной пылью, на лице появилось множество порезов, а одежда постепенно приходила в негодность, буквально таяла. Меня это не волновало, в голове вообще не было ни одной мысли. Умиротворение окутывало меня, становясь опасным врагом, способным погубить.

Серый мир начал приобретать новые краски, кроваво-красные. За мной оставался алый след, но и он скоро исчезнет, ведь этот мир не любит перемен. И даже я, его пленник должен стать таким же, как и все вокруг.

* * *

Трудно сказать точно, сколько я уже брожу внутри этого мира-картины. Здесь нет солнца, луны или звезд, вообще ничего. Ориентироваться во времени и пространстве невозможно. Изменилось лишь одно — я заметил впереди небольшой теплый огонек, словно свет в окне дома. Он так и манил, звал меня, стал маяком, указывающим путь. Будь на моем месте кто-нибудь другой, он бы сорвался с места, со всех ног бросился к этому свету, дарующему надежду. Я же шел спокойно, с достоинством, не позволяя себе проявить слабость, словно меня не напрягает происходящее, а я сам не истекаю кровью, не теряю силы, как физические, как и магически. И все же, за внешней холодностью и невозмутимостью скрывалось нечто большее, настоящие чувства. В моем сердце что-то екнуло, появилась надежда на то, что если я и не выберусь, то получи ответы. Мне бы это не помешало, это поможет собраться с мыслями, сосредоточиться на решении возникшей проблемы, ведь пока что я не готов сдаться и опустить руки, стать частью картины, затеряться среди пепла и стекла.

Сам не знаю, как мне до сих пор удается держаться. Я без остановки перебирал в голове все известные мне заклинания, пытаясь найти то, что сможет мне помочь. Ничего. Ничего не подходило! Впервые мои знания были бесполезны настолько, что даже пытаться не стоило их использовать. Любое заклинание, любая стихия, выпущенная на свободу, сделает лишь хуже!

Идеальная ловушка для меня, остается лишь понять, кто её установил и для чего… А если все не так? Что если, я чего-то не понимаю? В череду моих мыслей начали врываться сомнения с небольшой примесью страха, но была среди них и надежда. Удивительное сочетание, заставляющее вспомнить о том, что я по-настоящему живой, что во мне осталось нечто от прежнего меня, существовавшего до того как я стал магом.

Манящий свет все ближе, и лишь это поддерживало меня, не позволяло рухнуть на землю…

Глава 21. Побег

Сам не понимаю, как добрался до этого огонька, оказавшегося окном крепкого домика. Казалось, миг назад я находился в паре сотен метров от него, а вот теперь уже стою на пороге. Мне потребовалось сделать всего один шаг. Все указывало на то, что это место пропитано магией, искажающей пространство и время — не каждый на это способен, даже для богов подобное проблематично. Это осознание пугало и интриговало одновременно, но как бы там, ни было, у меня просто не оставалось иного выбора, как переступить через порог спасительного убежища. Еще ни одни стены не казались мне настолько надежными и желанными.

Внутри дома было тихо и спокойно, очень тепло, но что самое главное не было пепла и осколков, больше ничего не вонзалось в мою кожу. Хорошо! Осталось только отряхнуть одежду и воспользоваться светлой магией, чтобы раны затянулись, да и от крови нужно как-то избавиться. Я скривился — чувствую себя отбитым куском мяса! Самое противное, что раны продолжали кровоточить, и если так пойдет дальше, можно и умереть. Для этого еще рано, я не исполнил все свои замыслы, даже не приблизился к этому, мне удалась самая малость — мир пошатнулся и начал меняться: стремительно и неумолимо, но для моего спокойствия этого недостаточно. Я чуть слышно начал шептать слова заклинания, которое так часть слышал от слуг Светлоокого, при этом я медленно, не спеша открывал все источники. Целительная магия все еще была чужда мне, так что, стоило проявить осторожность. Я мог заниматься самолечением лишь благодаря телесной оболочке и способностям шамана, которые так и не смог освоить до конца. Магия действовала с трудом, медленно сочилась, оплетала меня своей сетью, болезненно прижигая раны. Это совсем не то же самое, что оказаться в руках целителя. Магия отчетливо давала понять, что мы с ней несовместимы. Что ж, пусть так — главное, чтобы был результат. Жаль только, что с одеждой уже ничего не поделать, так и придется ходить в обносках. На то, чтобы уделить должное внимание каждой ранке ушло приличное количество времени, да и то, остались многочисленные следы. Странно, что хозяин при всем этом, так и не вышел мне навстречу, я так и остался стоять в небольшой светлой пристройке, отделяющей дверь от основной части жилища.

Раз меня не желают приветствовать, придется самому сделать первый шаг. Совершенно не заботясь о последствиях и ничего не опасаясь прошел дальше. Раз уж мне придется провести некоторое время в мире картины, то стоит как следует осмотреться. В доме царила тишина, такая приятная и тягучая, что начинало клонить в сон, способствовало этому и тепло, а еще приятный запах целебных трав, тех самых, из которых делают успокоительный сбор. Здесь хотелось остаться… Остаться навсегда и ни за что не возвращаться в серый негостеприимный мир пепла и сверкающих осколков. Я на это точно не поддамся, ведь у меня грандиозные планы на закат собственной жизни.

Уютное место, и это не шутка. В доме было все необходимое: жаркий очаг с потрескивающим огнем, массивный стол и лавки, пара удобных кресел, множество мелочей, которые можно найти в жилище практически любого мага. Никаких картин, статуй, напыщенности, все спокойно и по-домашнему. Кажется, что и снаружи ничего нет — существует лишь этот дом.

— Добро пожаловать, — раздался тихий бархатистый голос. Такой способен впечатлить любую женщину, заставить её трепетать и таять. Вот только я не женщина, так что на меня подобное не действует. — Давненько у меня не было гостей. Я бы даже сказал, что целую вечность и это точно не преувеличение.

Только теперь я заметил, что в доме помимо меня есть кто-то еще. Это не удивительно, ведь для кого-то же горел свет и огонь в очаге, кто-то умудрился найти и собрать все эти травы и коренья. Вот только ума не приложу, где же они растут. Эта мысль занимала меня намного больше, чем хозяин моего убежища. Да и не было в нем ничего примечательного — самый обычный мужчина с заурядной внешностью. Ни одной особой приметы или запоминающейся черты, его лицо забудется очень быстро. Что его отличало от других, так этот тот факт, что передо мной был коллега, и не просто маг, а специалист по ядам и кислотам, убийца с проклятой душой. Сосем, как я. Все это убеждало в том, что наша встреча не случайна, она предрешена свыше, имеет особый смысл.

— Походи, не стесняйся, будь моим гостем, — мужчина указал рукой на кресло, стоящее у самого очага. Сам же он продолжал стоять в темном углу, исподволь рассматривая меня.

— Стеснение? Это не про меня, — просить дважды не пришлось. Я измотан и устал, мечтал лишь о том, как вытяну ноги и смогу расслабиться. Зачем стоять, когда можно с удобством расположиться в кресле? До чего же хорошо! Я блаженно прикрыл глаза, позволяя себе расслабиться. Для полного счастья не хватало лишь бокала вина, хорошей книги и сытного ужина.

— Я в курсе, — все таким же спокойным тоном произнес мой собеседник. — В этом мы с тобой похожи, Райнер.

— Что ж, меня ты знаешь, и это не удивительно, — ухмыльнулся я. Никакой угрозы я не ощущал, но все же, был готов в любой момент броситься в бой, как впрочем, и всегда. — Теперь тебе стоит представиться, а то, как-то странно расположиться в доме незнакомца, говорить с ним, но не знать имени радушного хозяина, предоставившего мне убежище.

— Убежище? Радушный хозяин? Утверждать все это всерьез наивно.

— Ты так и не представился. Предпочитаешь оставаться таинственным инкогнито, человеком без имени?

— А почему бы нет?

— Как хочешь, мне без разницы, — я безразлично пожал плечами. Когда-то давно, задолго до моего рождения маги считали, что истинные имена стоит скрывать, что они дают власть над человеком. Глупые предрассудки, но возможно, они основаны не на пустом месте. В любом случае, имя моего собеседника не так уж важно, главное, чтобы он рассказал о своих планах и том, что же это за картина, почему я оказался в ней, но при этом она не пропитана магией, подсказал путь назад. В этом доме хорошо и уютно, но я еще не готов остаться здесь навечно.

Я наслаждался мимолетным отдыхом, тишиной и покоем, теплом, царящим в небольшом уютном домике. Впервые за долгое время, я не чувствовал напряжения и нервозности, мог вспомнить былые времена, себя настоящего, того, каким я был до того, как меня заточили в зеркало. Все это в прошлом. Все это в мечтах, котором не суждено сбыться. Мой покой не продлиться долго, а гостеприимный хозяин дома мне вовсе не друг, скорее уж наоборот. Вот только покинуть дом или прикончить мага не получится, я все еще в ловушке серого мира, и понятия не имею, как защититься от местной природы. До сих пор не понимаю, что возможно предпринять в этой ситуации, это даже трудней, чем сражаться с Повелителем могил или Люминосом. Да, я бы предпочел вновь с ними столкнуться, чем находиться здесь!

— Все это не более чем иллюзия, хотя и невероятно правдоподобная, и даже опасная, — поделился я своими мыслями. С чего-то же нужно начинать разговор, да и молчание мне уже порядком надоело. Пора все прояснить, и понять, зачем его суда притащили, да еще таким грубым способом. Могли бы и приглашение отправить, я бы из чистого любопытства его принял.

— Иллюзия не может убить, Об этом месте подобное не скажешь, — возразил маг, так и не выходя из тени.

Его голос кажется мне знакомым, но я никак не могу вспомнить, где же, я мог его услышать. Головная боль начала медленно нарастать, сбивая с нужной мысли, не давай зацепиться за здравые идеи.

— От картины не исходило никакой магии.

— Магии в привычном тебе понимании, — готов поклясться, мой собеседник улыбался, когда произносил это. Это было слышно по его интонации.

— Давай не будем ходить вокруг, да около. Просто скажи, что тебе от меня нужно, зачем было нужно затягивать меня, и что же это за вид магии, который я не понимаю, — я уставился на моего коллегу, и отчего-то у меня создалось впечатление, что он лишь тень, мутное отражение чего-то большего. Возможно, самого замка или его прежнего постояльца, возомнившего себя хозяином.

— А почему бы нет, — безразлично бросил маг. — Хотя, в некотором роде, это несправедливо. Мне пришлось все понимать самому, не было никого, кто бы дал подсказку, просто поговорил со мной. Я в полном одиночестве размышлял над произошедшем. Тебе же все достанется легко.

— Мир вообще несправедлив, коллега.

— Верно подмечено.

— Так что? Мы перейдем к сути дела? Где я? Но, что намного важней, зачем?

О некоторых вещах лучше не знать, намного проще оставаться в неведении и надеяться на лучшее, продолжать верить в то, что есть выход. У меня не было ни малейших сомнений, что мой случай из этих, а еще мне не понравится ответ хозяина дома. Но с другой стороны, лишь имея всю полноту информации, можно здраво оценить ситуацию и принять верное решение. Устроившись удобней, я приготовился выслушать исповедь радушного хозяина.

— Когда-то, я был магом. В те далекие времена не было нынешних богов, да и их предков тоже, тогда правили совершенно иные могущественные силы. Стихии имели свое воплощение, душу и разум, они играли с миром, наблюдали. Они породили богов, а после удалились, все оставляя своим созданиям, вновь слились с миром, и спустя годы были позабыты. Но ты все это знаешь и без меня, ты видел фрески… В замке их огромное количество, и на каждой из них запечатлена реальная история. То, что было, то, что забыто, — голос мага звучал ровно и плавно, я ощущал его в своей голове, словно это были мои собственные мысли. Так странно. Это напрягало. Но не на столько, чтобы прервать только начавшийся рассказ. — Я практиковал магию, экспериментировал, специализировался на ядах, кислотах, всем, что может отравиться. Почти, как ты. Вот только меня не сдерживала страсть к паукам. Я был свободен… Свободен, — мужчина надрывно вздохнул. Его одолевала тоска по тем временам, она передавалась и мне. — И все же, моя душа была проклята. Ты ведь не знал, что боги к этому не причастны? Неважно, что они тебе наговорили, насколько убедительными были, они не способны проклясть душу. Это происходит само собой, словно жизнь пытается отомстить за излишний энтузиазм, за то, что мы идем против природы. Богам можно. Людям нет. Не надо так смотреть, — хмыкнул маг, словно он прочитал мои мысли. — Есть лишь два пути, либо стать богом, либо сгинуть в безвестности. Первое я не осилил, да и тебе не дадут этого сделать. Сколько бы тел ты не менял, ты не сравнишься с ними.

— Я и не пытаюсь. Мне достаточно того, что нынешние сдохнут.

— Разве? Ты можешь обмануть других, даже себя, но не меня, — противно рассмеялся мой собеседник, в очередной раз, заставляя задуматься о том, что мне это знакомо. — Но мы ведь говорим не об этом. Так? Тебе интересно, почему ты оказался в мире пепла и осколков, где каждый шаг за порогом этого дома смертельно опасен. Что ж. Продолжим. Я был проклят самой жизнью, природой, но не сломался, не впал в отчаяние. Я решил бороться, найти способ все исправить, показать всем, чего стою. Именно тогда, я построил Черный замок. Он величайшее мое творение, то, что противоречит самой природе. Молодые боги, только начавшие свой путь, восприняли это, как насмешку над собой, и как следствие, попытались уничтожить и меня, и мою обитель. Не вышло! К тому времени, когда они осознали, насколько опасно мое существование, я уже создал свои машины, а замок наделил собственным разумом и душой. Ты ведь уже понял, что это так? Замок живет, он имеет свою волю, свои желания, он моя самая большая и могущественная машина… Вот только именно мое величайшее творение привело меня сюда, в темницу, из которой нет выхода. Воля замка не совпадает с нашей, Райнер, он жаждет жить и властвовать. Замку нужен источник, и этим источником может быть только маг. Я уже истощен… Теперь мое место займешь ты… еще один маг, с проклятой душой.

Слова хозяина дома пугали, проникали глубоко в сознание, но дело было вовсе не в смысле сказанного, а в интонации, в тембре обволакивающего голоса, в холодной решимости и обреченности, сквозившей в каждой фразе. Этот человек измучен одиночеством и собственными мыслями, его разум не выдержал нагрузки времени. Он не просто так находился в тени, этот человек давно в нее превратился, от него почти ничего не осталось. Если бы я дольше оставался пленником зеркала Акеро, меня постигла бы та же участь, так что я понимал своего коллегу, даже сочувствовал, что для меня было несвойственно. Мы были во многом похожи, так что вполне могли разделить одну судьбу. Вот только наши планы не совпадали, и занимать его место в этом сером мире стекла и пепла я не собирался.

— Этому не бывать, — я даже не подумал подняться с места или как-то иначе отреагировать на угрозу. Зачем? Мой противник вовсе не этот маг, а сущность замка, огромного и ужасающего монстра, в чреве которого я обрел обитель. Да и не закончен еще наш разговор, меня явно ждет новое продолжение этой занятной истории.

— Я тоже так думал, — горько рассмеялся маг. — Искал выход, снова и снова пытался сбежать, но как видишь все еще здесь. Можно выйти за порог, оказаться во власти серой бури, идти в любом направлении, истекая кровью ползти к цели, надеясь, если не спастись, то умереть, но все равно, каждый раз появится этот дом. Здесь нет ничего и никого, это идеальная ловушка. Каждый день одно и то же, ни одна попытка найти выход не увенчалась успехом. Я здесь многие тысячи лет, и поверь, попыток было много… даже не сосчитать. Мне не удалось найти выход, так почему ты думаешь, что тебе удастся?

— Потому что я не привык сдаваться, — самому противно от того сколько пафоса в моем голосе. Я словно самонадеянный юнец, пытающийся что-то доказать.

— Думаешь, это не свойственно мне? Или веришь в то, что у тебя больше знаний и умений? Нет, Райнер, это не так. Я боролся, долгие тысячелетия разрабатывал планы, создавал новое, но все это досталось Замку! Мои знания, наработки, новые творения, механические машины-стражи — все это воплотилось, но служит отнюдь не мне. Так будет и с тобой, все твои попытки сбежать Замок поставит себе на службу, а ты точно так же, как и я до конца дней останешься в сером мире, откуда нет выхода. Будешь смотреть в окно, понимая, что пейзаж за ним никогда не изменится, ты не сможешь вспомнить ни одного заклинания, способного спасти. Да и придумать новое, единственное, способное вернуть в реальный мир, не получится.

— Выхода нет? — разум отказывался принимать этот факт, но что-то подсказывало мне, что учитывать опыт моего предшественника придется.

— Есть лишь один — дождаться появления новой проклятой души. Рано или поздно она появится, — последовал тяжелый надрывный вздох. — Я опустошен и морально, и физически, мой разум ослабел, так что я больше не нужен Замку, чего не скажешь о тебе. Меня ждет свобода… Я смогу покинуть этот мир… И не только этот… Остается лишь дождаться момента, когда я развеюсь. А после все окажется в твоих руках.

— Меня это не устраивает.

— Знаю, — последовал нервный раздражающий смешок. Казалось, что мой коллега все еще не смирился, не потерял надежду и от того ему становилось только больнее. Ужасно бороться, то и дело проигрывать, понимать, что каждая новая попытка потерпит фиаско, но все равно продолжать. Это превращается в зависимость, единственное доступное занятие. — Но, ни ты, ни я не в силах изменить это. Так что располагайся, чувствуй себя, как дома. Теперь, так оно и есть… Навсегда…

Мне нечего было ответить. Спорить бесполезно, ведь мой предшественник убежден в своей правоте, рад тому, что может хоть с кем-то говорить, и этот кто-то не вымышленный, существует в реальности. Мы просто молчали, размышляя о своем. Для меня все становилось ясно — это странное место находится в замке, я все еще внутри, но не могу выбраться и уйти. Замок преображает пространство и время для своего пленника, поглощает его магию, знания, чувства, лишь благодаря этому он жив. Все эти травы и редкие ингредиенты, чье наличие так удивило меня вначале, поставляются нашим тюремщиком. А все для того, чтобы пленник не скучал, продолжал надеяться и творить, создавать то, что сущность замка поставит себе на службу. Мне уготована не просто участь пенника и пищи, но и раба, вынужденного вечно трудиться на чужое благо. Не так уж плохо, ведь мне не хватало возможности исследовать и созидать новое, ни на что не отвлекаясь. По большому счету, я получил то, к чему стремился. Иронично… Я в состоянии оценить эту шутку.

Сдаться? Плыть по течению? Отдаться своим исследованиям и не волноваться больше ни о чем? Заманчиво, о мои амбиции и желания никуда не денутся, я не смогу позабыть о том, что упустил, простить то, что меня использовали и не ценили. Я хочу увидеть гибель нынешних богов, разрушение стены, то, как весь континент окажется проклятым. Монстры и сущности должны уже выползти за пределы отведенной им территории, показать всем тем, кто жил спокойно, отправлял других за стену, что и их жизнь не будет безмятежна. От этого невозможно отказаться, а это значит, что я как и мой предшественник буду бороться! Все так, как и планировала сущность: мой друг, мой враг, тот, кто смог заманить меня в ловушку, дать то, чего я желал, показать, что я сам себя не знаю.

— Ты вел дневники?

— Естественно. Все в соседней комнате полно записей, документов, чертежей, мои начатые и законченные наработки, но у тебя уйдет целая вечность, чтобы изучить их.

— Не хочешь мне помочь?

— Я надолго не задержусь в этом доме, ведь во мне нет необходимости.

— Это нет?

— Ну почему же? Просто не рассчитывай на многое, Райнер. Даже вдвоем, мы не сможем ему противостоять.

— Ну, это мы еще посмотрим! — сам не знаю почему, но я улыбался. Мне брошен вызов, и я готов его принять!

Мой безымянный коллега был во многом похож на меня. Дело было не только в схожей судьбе и магии, образе мыслей, но и том, что выглядел он почти так же, как когда-то я, да и голос его, по этой же причине казался мне смутно знакомым. Когда-то давно, в начале своего пути, еще до того, как начал менять тела по собственной прихоти, я говорил таким же голосом. А ведь я уже успел позабыть этот звук, настолько давно это было. Давно. В иной жизни, с другим мной. Этот маг, от которого почти ничего не осталось, вполне мог оказаться моим далеким предком, основоположником моего рода. Это было бы забавно и многое бы объяснило. Но задумываться о таких мелочах, совсем не время. Я занял место внутри серой картины, и теперь душа бывшего хозяина замка, его создателя и творца, не нужна, а это значит, то она будет меркнуть и угасать с каждым часом. Нет времени на пустые разговоры, даже такие интересные и увлекательные. Жаль. Временами мне, действительно, было жаль, что у меня нет возможности, просто сесть, поговорить с кем-то, не о делах, о чем-то незначительном, словно у меня нет никаких целей, словно я не скован делами и великими планами.

Мне стоило отправиться за море, а не хранить верность хозяйке. Если бы я поступил так, если бы, раньше осознал, какая роль мне уготована, то все сложилось бы иначе. Наверное, это будет моим самым большим сожалением в жизни. Событием, которое невозможно изменить.

Нет. Сейчас не время думать о подобном. Я должен найти выход, увидеть, что происходит в мире без меня. Слишком рано уходить в тень и все оставлять на самотек, я еще не добился успеха, не увидел, что все мчится в бездну, как я того и хотел. Не желаю быть пленником! Однажды эта участь уже коснулась меня и повторения мне не нужно.

Мы с коллегой изучали его записи, наработки. Каждую мою идею он отметал, давая понять, что пытался, показывая записи о результатах. Любое мое слово, казалось, уже было когда-то произнесено. Мозг лихорадочно работал, генерировал одну идею за другой, перебирал все заклинания, запрятанные в глубинах моей памяти. Но все было тщетно. То, что должно было стать обсуждением превратилось в сплошное: 'Нет'. В этой ситуации радовало лишь то, что никто ко мне не лезет, не пытается использовать и покорить, что нет всех этих нудящих и сводящих с ума женщин. Вот только это не повод для того, чтобы остаться и стать кормом для замка, его вечным донором. Нет! Я не сдамся. Но что можно предпринять?!

— Ничего не получится, как я тебе и говорил. Я испробовал все, что возможно. Тысячи книг, дневников, миллионы записей и планов, все это провалилось, сделало Замок сильнее. Знаешь, уже сейчас, он равен богу и однажды поднимется, чтобы все придрать к своим рукам. Ему будут приносить жертвы, ему будут поклоняться, а он будет требовать все новые жизни. И даже времена Великой Поглотительницы покажутся идиллией и благодатью. Все так и будет, Райнер. Я не способен заглянуть в будущее, но не сомневаюсь в этом.

— Возможно, мы просто двигаемся не в том направлении?

— И что же нам делать? До чего я не додумался за все эти годы, что тянулись бесконечно долго? — мрачно рассмеялся маг, но в этом смехе была только боль. Всепоглощающая черная боль и отчаяние.

— Не знаю. Найти слабость противника?

— У него его нет! И даже, если были, то он избавился от них. Все благодаря мне, моим исследованиям и бесконечным попыткам сбежать. Мы вечные противники, но он всегда побеждал.

— Но ты его создал!

— Я создал совершенного монстра, за что и поплатился жизнью и свободой.

— Не существует совершенства. Всегда есть, к чему стремиться. К тому же, мне не дают покоя видения Дзейрена. Этот мерзкий летун точно знал, что умрет от моей руки. Эти видения не менялись на протяжении времени. Он сбежал, но все еще не в безопасности, он точно знал, что я вскрою его и изучу, выясню причины его существования и зарождения. Нет. Я не останусь в этом замке.

— А ты не думаешь, что он соврал тебе?

— Это вполне возможно, но предпочитаю не думать об этом. И даже, если это ложь, то почему бы не сделать её правдой? Я на это способен.

— Самонадеянно.

— А что еще мне остается?

— Смириться и уснуть…

— Это твой путь, да и то, лишь от того, что я появился в этом сером мире, откуда не сбежать. Я не остановлюсь, не сделаю Замок сильнее. Хватит! Я выберусь и наведу свой порядок, а после, отправлюсь в последнее путешествие, за океан, на поиски тех, кого предал и отпустил. Все начать сначала — вот чего я хочу на самом деле. Но для начала, нужно позаботится о том, чтобы никто не смел преследовать меня и Александра с Минори тоже. И снова план изменился. Я начинаю метаться, но это неважно. Сейчас у нас есть цель — выбраться отсюда!

— И как ты намерен это сделать? Мои записи — летопись неудач, не более. Они лишь подскажут, что делать не стоит, что не принесет никакого результата. А я… Я опустошен и не знаю, как быть. У меня закончились идеи.

— Раз так, начнем с самого начала.

— С начала? С первой попытки?

— Нет. С того, как ты создал замок. Ответ в этом.

— Думаешь?

— Пока ты здесь, пока не испарился и не исчез, я хочу знать, как все началось. Вряд ли это есть в твоих дневниках, так что стоит узнать то, что не выяснить иначе.

Возможно, я хватался за соломинку, но интуиция подсказывала мне, что я на верном пути. Если нет возможности сражаться, может, стоит создать того, кто это сделает за меня? Безумная идея, но она может сработать! Пусть у меня впереди вечность, но я не намерен задерживаться в гостях так долго!

Как был создан замок? Это правильный вопрос, единственный, что может привести к правильному решению проблемы. Я чувствовал, что нахожусь на верном пути, а потому испытывал настоящее воодушевление и возбуждение. Мой предшественник проделал огромную впечатляющую работу, но он шел не в том направлении, делал именно то, что от него ждал хитроумный тюремщик. Я не допущу его ошибок и пойду иным путем, ведь у меня есть то, чего не было у моего коллеги по несчастью — чужой опыт. Я не собирался опускать руки, сдаваться или унывать, только сражаться и бороться, сделать все для того, чтобы выбраться и нанести свой главный удар. Мои желания не ослабли, не исчезли и не изменились, напротив, мысли о них стали еще более навязчивыми, они манили меня, звали за собой, превратившись в маяк.

Замок не просто непреступные стены, комнаты, древние машины, способные дать отпор монстрам, людям и даже некоторым богам. Нет. Замок — нечто большее, у него есть личность, свои стремления, желания, он строит планы, к чему-то идет и я в этой веренице лишь средство достижения цели. Все точно так же, как у людей, они живут по тем же принципам, я и сам действовал так же. Должен признаться, я не испытывал никакой неприязни к Замку и его методам, в некотором роде даже уважал эту древнюю сущность. Этого не каждый удостаивался, почти никто…

Мой несчастный предшественник, давно уже уставший от своего бренного существования во всем мне помогал, рассказывал все, что помнил, даже пытался записывать. Он говорил не просто о рядовом заклинании, не об обычном открытии, а о своем величайшем творении, которое в итоге и погубило великого мага с проклятой душой. Не удивительно, что в его голосе начало слышать воодушевление. Едва заметное, почти не уловимое, но оно появилось, позволяя тому, что потерял надежду, вновь ощутить жалкое подобие азарта.

— Так что ты затеваешь? Я не понимаю, — бормотал маг, все больше походящий на меня. Странное дело, но кажется, у него моя внешность. Но утверждать не стану, мне сложно что-то различить, ведь мой коллега все еще был скрыт тенью.

— Собираюсь повторить твой эксперимент, естественно, — ответил я, подправляя сложные формулы, доводя их до совершенства, добавляя то, что усилит успех. Впечатляющая работа станет еще более великолепной, нужно лишь приложить немного усилий и бесценных знаний. — Разве это не очевидно?

— Не понимаю, — бормотал мой помощник, пытаясь достать все необходимое. Его время уходило, чем дальше, тем быстрей, мы оба это понимали, так что нужно было торопиться. Я и сам закончу начатое, но вдвоем действовать намного проще, но что самое главное быстрее. — Какой смысл создавать очередную сущность, которая может тебя уничтожить, рано или поздно захочет власти? Зачем повторять мою ошибку? Или думаешь, что сможет доработать формулы и новая сущность будет тебе повиноваться? Глупо. Глупо и самонадеянно.

— Нет, я не собираюсь все контролировать. Можешь не волноваться по этому поводу. С меня хватит и моих учеников, их мыслей, необходимости даже сейчас все держать в своих руках. Это напрягает, вытягивает все силы, ведь даже давая своим марионеткам относительную свободу, нужно держать руку на пульсе. Кстати, я сразу не понял, не заметил, но я чувствую их до сих пор. Все мои ученики, все, кто был когда-либо в Черном замке, они все еще подвластны мне.

— Это можно использовать, — отозвался мой коллега. И снова в его голосе проявился интерес и воодушевление. Он снова верил в то, что выход есть, что можно найти иной выход к побегу. Пусть свободным станет не он, но здесь уже дело принципа. Маг хотел бороться, сражаться, показать, кто главный. Вот только тысячелетия проигранных сражений и неудач никуда не делись, а опыт нашептывал о том, что победа невозможна.

— Да, возможно, я даже смогу позвать Катрину. Эта девушка на многое способна пойти ради меня, — мне казалось, что я прежний вернулся. Снова обрел гармонию и стимул, избавился от напряжения и сомнений. В моей голове рождалось множество идей, я вновь готов был манипулировать, плести паутину интриг и лжи. Недолгий плен и могущественный враг, к которому я испытывал некое подобие уважения, избавили меня от всех тревог. Думаю, мне это все пойдет на пользу.

— И тебе придется отплатить малышке за это. Проявить благодарность, — хохотнул маг, а в полутьме сверкнули его глаза. Моего коллегу забавляло мое положение и поведение, он потешался надо мной. — Женщины никогда не делают что-то просто так. Даже заявляя о бескорыстии, они рассчитывают на большее. Ты готов к этому, Райнер? Готов дать маленькой светлой богине то, что она хочет?

— От меня не убудет, — теперь мне было проще сказать это. Я и сам не понимал, почему создал такую проблему из-за женщин. Это на меня не похоже. — Давай лучше сосредоточимся на деле. Мне необходимо создать новую сущность: сильную, умную, изворотливую, ту, что захочет подчинить себе замок. Она должна быть во всем равна твоему творению!

— Они будут противостоять вечно, — понимающе пробормотал слабеющий маг. До него, наконец, дошло, что же я замыслил. — Пока они сражаются, ты при помощи свой Катрины ускользнешь. Но что дальше? Покинешь замок, оставишь все его секреты?

— Нет, я подниму его и направлю к стене, он будет сопровождать мою армию, и никто не остановит его: ни люди, ни боги. Все просто, здесь не стоит усложнять и строить сложные многоуровневые планы. Вопрос лишь в том, сколько времени уйдет на создание. Твои формулы весьма сложны. Здесь много пустот, того, что нам нужно заполнить, да и Замок может попытаться помешать.

— Я многое не помню, — зевнул мой коллега, продолжая перебирать необходимые ингредиенты. — К тому же в те времена я был под воздействием вдохновения. В такие моменты не до записей. Многое утрачено…

— Мне это знакомо, так что давай работать. Времени мало, и у тебя, и у меня…

У меня был план, и не только он. Замок заботливо снабдил меня всем необходимым для осуществления задуманного. Он насмехался надо мной, словно давал понять, что я не представляю угрозу, а все мои открытия и творения будут служить его интересам. Обидно. Но вместе с тем, именно это увеличивало мои шансы на победу. Меня недооценивают, пытаются играть, насмехаются — что ж, пусть так, это мне на руку. Опытный интриган сможет использовать подобные мелочи, чтобы после раздавить врага с особой жестокостью. Я выберусь. Непременно выберусь на свободу! В этом нет никаких сомнений. Меня не сломить, и не важно, насколько могущественен и изворотлив мой враг. Единственное, что угнетало — время. Неизвестно, сколько уйдет на осуществление задуманного. День. Два. Месяц. Год. Десятилетия. Все это было вполне вероятно. Как мне не разделить судьбу Александра, пропустившего весьма интересное и насыщенное время и даже не заметившего это.

В этом магическом мире, где не ощущается течение этой самой магии и стихий, все иначе. Время и пространство не подчиняются привычным законам, серый мир пепла и осколков создал особую действительность. Печально… Печально и крайне неприятно. В подобных обстоятельствах любой бы опустил руки, смирился. Любой, но не я. Мне и так довелось потерять многое, на большие жертвы я не соглашусь. Мне остается только работать, трудиться, не покладая рук, пробивать себе путь на свободу, туда, где продолжается борьба, вершится моя месть.

Я точно знал, что Баллард и другие мои ученики сражаются, я все еще контролировал их, мог видеть происходящее с ними своими глазами, продолжать отдавать приказы и манипулировать. Еще одна лазейка, которой не было у моего менее удачливого коллеги. Но об этом пути бегства, я пока не думал, предпочитая работать над сущностью, равной Замку. Запасной вариант стоит пока приберечь. К тому же, не стоит забывать о Катрине. Девочка уже соскучилась по мне, вся извелась от тревоги и страхов, ищет меня день и ночь. Молодая и неопытная богиня все силы бросила на поиски того, кто лишь использует её. Странно, что Замок до сих пор не попытался прикончить её или обманом отправить подальше. Неужели у него на нее свои планы? Эта мысль вызывала тревогу, вынуждала работать быстрей, словно я вдруг начал волноваться за мою ученицу.

Время играло против меня. Как впрочем, и всегда. Для меня оно медленно ползло, заставляя поверить в том, что я все контролирую и успею выбраться до того, как мир в очередной раз изменится, а все мои стремления рассыплются прахом. Но для остального мира оно стремительно бежало, не давая людям, ни одной свободной минутки, чтобы остановиться задуматься, обернуться. Время ни для кого не может быть другом, оно не подвластно ни магам, ни богам. Это единственная сила, что будет существовать вечно, даже когда мир исчезнет в бездне Хаоса.

— Ты напряжен.

— Тебя это удивляет? — я поднял взгляд на мутную тень. Он все бледнее и тише, еще немного и мой коллега растает окончательно, а я останусь один. Еще один повод для печального вздоха. Дело не в том, что я успел привыкнуть к моему предшественнику или сочувствовал его незавидной участи. Просто не желал оставаться в одиночестве. В подобных обстоятельствах, это напрягает. Это самое подходящее слово из всех.

— Нет. Но ты был так уверен в себе, так убежденно говорил, что сбежишь, сделаешь то, на что я не способен, — в голосе мага отчетливо слышалось ехидство и насмешка. Ему нравилось происходящее. Он хотел, чтобы я победил, но вместе с тем его гордыне было необходимо, чтобы я остался и разделил его судьбу.

— Я, по-прежнему, уверен в успехе. Просто вместо того, чтобы разглагольствовать и впустую тратить время, предпочитаю заниматься делом. Сколько тебе осталось? День, два, а может, час?

— Никто не знает. Больше меня никто и ничто не поддерживает, я существую лишь благодаря своей энергии, оставшейся во мне магии. Чем меньше её, тем меньше у меня времени. Я просто таю, исчезаю, и это прекрасно. Ты даже не представляешь, как сильно я желаю закончить свой путь. Это настоящее избавление, облегчение, то, к чему я стремился многие тысячелетия, но так и не сумел достичь. Однажды, ты поймешь. Будешь желать того же, и даже боль от собственного исчезновения не затмит удовольствия и радости.

— Снова эти глупости? Может, хватит? — я ничего не ощущал: ни злобы, ни раздражения, ни радости. Все мои силы и внимание были сосредоточены на работе, на сложных формулах и эликсирах, которые будут необходимы для дальнейшей работы. Мне нравилось творить, ощущать прилив вдохновения, доступного лишь художникам. — Давай работать. Нам многое нужно сделать.

— Это не то слово, все намного хуже, чем ты думаешь.

— Ты хочешь помочь или заставить меня впасть в унынье? — хмыкнул я, наблюдая за тем, как бурлит небесно-голубая жидкость в колбе. Постепенно она меняла цвет, приобретала желтый оттенок. Чарующее зрелище, оно захватывало, увлекало, захватывало все внимание.

— Ни то, и ни другое. Я просто наслаждаюсь общением и относительно приятной компанией. Почему бы напоследок не поговорить?

— Тогда говори по делу.

— Я рассказал все, что тебе может пригодиться, все остальное в дневниках. Они — наследие, которое доступное лишь моему мучителю и тюремщику. И все же, я самозабвенно писал их, ведь дневники были моими собеседниками, благодарными слушателями, что ловили каждое мое слово. Они мои друзья. Теперь и твои.

— Боюсь, что я не успею познакомиться с ними так же близко, как ты. Так что давай поговорим о чем-то более интересном. К примеру, о том, что было до того, как ты стал пленником. О другом тебе, о том, как твою душу прокляли. Учитывая мой личный опыт, это весьма занятная история. Так что пока ты здесь, поведай её, — говоря это, я продолжал работать, делал порошки, растирал травы, готовил смеси. Это было важнее всего. Это, а еще контроль над моими марионетками, который нельзя ослаблять. Пока я их чувствую, пока диктую свою волю, ничто не потеряно, а время не сможет обмануть меня.

Беседа получилась скучной и предсказуемой, я словно слушал свою собственную историю, вспоминал все то, что было со мной когда-то давно. Мы с моим коллегой, оказались похожи настолько, что мне стало казаться, что он это я, просто другая версия, из другой ветви развития событий. Это пугало, заставляло усомниться в том, что мой разум все еще чист и быстр. Мне представилась уникальная возможность увидеть, как все могло бы сложиться. Весьма поучительно. Начинаю думать, что оказаться в зеркале Акеро было не так уж плохо, именно это свело меня с Минори, девочкой, которая спасла меня. Жаль только, что она не смогла уберечь меня от ошибки, а я был недальновиден и глуп, подчинялся той, кто ни во что меня не ставил. Этот рассказ заставил меня вспомнить о прошлом, о том, как я бездумно лишился самого важного, того, без чего моя душа пылает в вечной агонии. Но, я ничего не хотел изменить, мне нравилось то, как протекала моя жизнь, то, к чему я пришел и все еще иду.

В те времена, как и создатель замка, я был молод, амбициозен, не понимал, что стоит ценить, верил в то, что сможет снискать благосклонность горячо обожаемой и желанной богини. Что скрывать, в моей душе царила любовь, она поглотила меня, захватила разум и душу, полностью подчинила себе. Поэты воспевают это чувство, каждый стремиться испытать её, о любви молятся богам, о ней мечтают, но мало кто осознает, насколько опасно это чувство. Любовь разрушает, приносит боль, делает нас слабыми, любовь — орудие манипуляторов и интриганов, тех, кто ни перед чем не остановится на пути к цели. Любовь отвратительна, но без нее было бы скучно, а существование стало бы серым и невзрачным. Арания отравила мою душу, опутала своей паутиной, непрестанно дергала за ниточки, вынуждая делать то, что нужной ей, заставила поверить в то, что я сам хочу этого. Я согласился на опасный ритуал, присягнул Великой Паучихе, отдав ей всего себя. У меня не хватило сил и мудрости отказать, и вот результат. Арания до сих пор держала мою душу в своих руках, заставляя её страдать и мучиться, пытала; каждый миг своего существования, я ощущал боль. Это будет длиться вечно, и даже после смерти мне не обрести покой. Я отдал ей свою душу во всех смыслах этого слова, она все еще имела власть над ней, хотя и не могла больше приказывать и повелевать. С моим коллегой произошла та же самая история, он тоже любил без памяти, тоже готов был на все ради своей избранницы, но оказался ей не нужен. Ему точно так же, как мне не повезло, и он оказался в пучине интриг, превратился в орудие и по первой просьбе отдал душу в чужую руку. Мы сами во всем виноваты, нам некого винить в потерях.

— Все души проклинают одинаково, Райнер, — голос моего собеседника окончательно сник, словно закончив излагать свою печальную историю, он лишился остатка сил. — Мы живем одинаково, одинаково умираем. В мире всегда будет хоть один проклятый, без этого никак. На твое место тоже придут.

— Звучит мрачно, но меня это устраивает. Какая разница, что будет после меня? Ха-ха-ха! Ты же не забыл, что я собираюсь оставить после себя одни руины? Какая разница, чье еще душа будет проклята, кто еще вручит все самое ценное женщине и будет ей растоптан?! Какая разница?

Ответа не последовало, даже смешка или укоризненного вздоха. Меня окружала звенящая тишина, говорящая о том, что я остался один. Проклятая душа моего предшественника окончательно растворилась в небытие, бесшумно испарилась из этого мира. Маг нашел свое умиротворение, больше не будет пленником обстоятельств и своего собственного создания, а я остался единственным пленником этого серого мира, и должен признать, мне повезло больше, чем моему коллеге. Я начинаю бороться не с нуля, я не был один изначально. Это огромное преимущество, то, что поможет мне сбежать, стать сильнее и победить всех врагов.

Замок пристально наблюдал за мной, пытался проникнуть в мысли, подчинить своей воле. Готов поклясться, что слышу его голос в моей голове. Он насмехается надо мной, прикидывается голосом разума, верным советчиком, союзником, пытающимся помочь. Нет! Меня не провести. Я вижу его насквозь, чувствую фальшь в каждом слове. Все это подстегивало меня действовать дальше. Это, и тот факт, что снаружи продолжались битвы, стремительно проносилось время. Я не могу упустить свой шанс, не желаю пропустить все веселье. Проклятые земли горят, утопают в крови, мир стремительно меняется, а я не могу это видеть? Сильные многочисленные армии магов и людей и монстров сошлись в яростной битве, неистово сражаются, а я сижу здесь, пытаясь создать то, что принесет мне спасение, пробьет путь к свободе.

Я остался в полном одиночестве, но при этом все еще был связан заклинанием со всеми, кто побывал в моем замке, все еще контролировал их, изредка направляя, смотрел на происходящее их глазами. Мне этого мало! Я должен быть там, лично прикончить Повелителя могил, заполучить сестер и принять окончательное решение. Я должен действовать, а не сидеть здесь, в безопасной, но такой скучной тюрьме.

Я трудился, не покладая рук, не останавливаясь ни на одно мгновение. Мне многое предстояло сделать, но я точно знал, что каждый шаг, каждая минута приближает меня к цели. Я не нуждался во сне, еде и отдыхе — это играло мне на руку, как и тот факт, что моя связь с реальным миром не исчезла окончательно. Я цеплялся за нее, держал крепко, чтобы она не ускользнула. Мое противостояние только началось, но противник будет повержен, как и все остальные. Здесь! Именно здесь я стану намного сильнее. После моего возвращения, меня уже никто не оставит, а стена падет!

* * *

Несколько дней подряд я работал, как раб на галерах, трудился не покладая рук, без перерыва на отдых и еду. Я ни в чем не нуждался, так что физические потребности не отвлекали меня от самого важного. Несмотря на то, что от успеха моей деятельности зависело мое будущее и сама жизнь, я упивался работой, получал неимоверное удовольствие от происходящего. Для мага нет ничего лучше, чем возможность творить! Особенно, для такого, как я. Если бы не мои планы, если бы Замок предложил мне добровольно остаться в полной безопасности и заниматься исследованиями, я бы согласился. Момент упущен, со мной даже не попытались договориться, а потому я намерен бороться.

Реальный мир сотрясали ужасающие битвы, кровопролитные сражения, земля содрогалась и стонала от боли, а чудовищ становилось все больше. Это были не только творения Арлин, не способной остановиться, но и других богов и магов, да и сама природа не отставала, созидала все новые виды. Вполне могло показаться, что время людей уходит, и настало время уступить место кому-то другому. Последнее меня не волновало, ведь я хотел принять активное участие в происходящем, сделать завершающий ход в этой игре. Я был нужен в Проклятых землях, а потому нужно торопиться, спешить закончить начатое и вернуться, явиться в мир спасителем, тем, кто переломит ход событий. Что скрывать, я желал быть главным, чтобы лишь моя воля имела значение.

Я продолжал напряженно трудиться, но при этом не забывал контролировать события в реальном мире. Нельзя позволить этим тончайшим нитям оборваться, ведь если подобное случится, мои шансы на победу заметно снизятся. До чего же трудно! Я был на грани, действовал на пределе своих возможностей, чувствовал постоянное давление. Замок не просто наблюдал за мной, он пытался взять под контроль мои мысли, чувства, руководить каждым моим движением. Не получится! Я сам предпочитаю манипулировать и не попадусь больше на эту уловку. Все это заставляло меня работать с удвоенными, утроенными усилиями, не упуская ни одного момента, ни одной мелочи, не позволяя чужой сущности запутать меня или все испортить.

Меня поглотили приятная усталость и будоражащее напряжение. Давненько со мной подобного не случалось, я раскрывался, понимал, как пользоваться всеми своими возможностями. Во многом мне помогали записи моего предшественника, в котором я все чаще видел себя. Казалось, что все эти дневники написаны моей рукой, что это я долгие тысячелетия безрезультатно искал выход, но так и не нашел. К моей личности добавлялись новые грани, словно кто-то умело перемешивал меня, моего несчастного коллегу, всех тех, в чьих телах я успел побывать. Неприятно. Я словно магический котел, в котором все бурлит, кипит и сливается воедино. Не желаю меняться, превращаться во что-то далекое от изначального меня.

Время шло. Каждый миг казался тягуче медленным, он превращался в часы, дни, месяцы, но для меня это были лишь мгновения. Замок издевался надо мной, показывал, что я не успею вернуться, что все зря, так что, стоит смириться. Не дождется! Пока моя связь с марионетками никуда не исчезла, я буду понимать, что иллюзорно, а что реально. Я почти у цели, еще пара капель зелья, щепотка магического порошка и сложное заклинания и сложный процесс будет завершен. Мне не нужно ничего изобретать, лишь повторить то, что было сделано однажды, задолго до меня.

— Скоро все закончится, так что самое время прощаться, — бросил я, прекрасно осознавая, что меня слышат. Мне даже говорить не нужно, достаточно подумать, но мне хотелось услышать звук собственного голоса. — Молчишь? Как хочешь, но в скором времени у тебя появятся заботы помимо меня. Не волнуйся, ты больше не будешь одинок, да и развлечение я тебе обеспечу. Поверь, тебе это понравится.

Я ликовал, не сомневался в том, что у меня все получится. Дело не только в том, что почти все закончено, но и том, что я начал ощущать присутствие света. Малышка Катрина хотя и не под моим контролем, но все же, ищет меня и нужно признать, весьма успешно. И я, и замок недооценили её. Зря — она ведь богиня, пусть и совсем юная и неопытная. Она все ближе. Что ж, это еще один шанс, ещё одна возможность. Уверен, когда в мире осколков появится свет, все вокруг преобразиться, наполнится красками, сверканием и мистическими отблесками. Это будет красиво.

Мои руки дрожали, дыхание сбилось, а сердце сжалось в маленький комочек. Я был на грани, измотан физически и магически, но в то же время безгранично счастлив. Мне удалось воссоздать нечто уникальное, улучшить то, что и без того было хорошо. Я не просто создаю жизнь! Я созидаю разум и душу, на это даже боги не все способны. Полный восторг! Хочу поскорее увидеть результат! Я ощущал настоящий зуд, у меня чесалось все тело, настолько велико было нетерпение.

— Что ж, приступим, — губы растянулись в широкой улыбке от уха, до уха, казалось, что еще немного и у меня рот порвется. Странное состояние, но я не намерен обращать на это внимания. Это не более, чем уловки моего напуганного противника. — Я докажу, что лучше и сильнее своего противника.

Я начал монотонно произносить слова заклинания, открывая источники магии, все разом, я не только использовал знакомую мне манию, но и выплескивал силу шамана. Непросто. Подобное вполне могло убить меня, но я не остановлюсь! На Это способен лишь я! Магия переполняла меня, я сам был магией, а каждое мое слово, каждый звук приобретал все больше силы. Главное не сбиться, не ошибиться, произнести все четко и ясно!

Стоило открыться всем источникам, а мне закончить плести заклинание, как в серый мир пронзил яркий пылающий луч света, он отразился в бессчетном количестве мельчайших осколков, отразился от них радужным сиянием. Прекрасное, упоительное зрелище! Свет струился, преображал этот мир! Началось! Все разом! Это намного лучше, чем я предполагал! Остается лишь наблюдать!

Нет ничего лучше, чем ощущение собственного успеха и могущества. Это ни с чем не сравнится, готов купаться в этих ощущениях вечно, бесконечно радоваться новому, созданному моими руками. Я тщеславен и мне это нравилось. Сейчас мне не хватало лишь одного — восторженных взглядов и возгласов. Мне стоит написать мемуары, оставить их потомкам, чтобы они знали о том, на что был способен проклятый маг. Естественно, многое я опущу, не стану рассказывать о сомнениях, поражениях и ошибках, создам безупречный образ. Это все позже.

По моей воле, благодаря моим усилиям и нежеланию сдаваться появилась новая разумная сущность, сразу же набросившаяся на Замок. Оно и не удивительно, ведь именно с этой целью я ее создал, не дал ей иного желания, у моего создания больше нет другой цели, и никогда не будет. Я контролировал лишь начало битвы, не допуская своеволия, задавая нужный тон, делая толчок в нужном направлении. На этом моя роль завершена, мне остается лишь сбежать из плена.

— Я же предупреждал, что так оно и будет, — ухмыльнулся я, ощущая настоящее удовлетворение.

Перед моими глазами был превосходный результат моих усилий. Жаль только, что битва не была красивой или захватывающей, здесь не на что смотреть, ведь это всего лишь противостояние разумов, силы воли, решительности. Скучно. Хотя, есть и положительные стороны. У меня появилась возможность увидеть моего врага воочию — всего лишь белая полупрозрачная дымка, переполненная магией. Замок состоял из нее. А я и не заметил…

Пора уходить, выбираться из этого сверкающего и переливающегося мира, погнаться за ускользающим лучом света и вернуться в реальность. Катрина звала меня, указывала направление. Я не сомневался в том, что смогу выбраться, главное поторопиться, не упустить момент. Что скрывать — я создал нечто невероятное, но у замка больше сил и опыта, он давно существует в этом мире, смог поглотить моего предшественника, многое усвоил и изучил, мое творение хотя и задержит его, отвлечет на некоторое время, но это не продлиться долго. Я выиграл время, которым нужно воспользоваться как можно лучше.

Бросив последний взгляд на противостояние сущностей, я бросился бежать со всех ног. Еще никогда я не двигался так быстро и стремительно, даже в детстве и молодости мне не приходилось так бегать. Все мое существование свелось к этому простому движению, пока я бегу — живу, пока бегу — есть шанс на свободу. Пепел и осколки никуда не делись, они продолжали сыпаться с небес, вихрем кружиться вокруг меня, пытаясь сбить с пути, отбросить, заставить истечь кровью и вернуться в дом, но я не обращал на это никакого внимания. Бежать! Я должен бежать! Следовать за движущимся лучом света, нитью, связавшей меня с Катриной. Умница девочка, она знает, что делать. Когда вернусь, непременно похвалю нашу светлую богиню.

Я спотыкался, падал, оставлял за собой кровавые следы, частички себя, что навеки останутся в этом мире. Моя одежда тлела от соприкосновения с пеплом, тело превратилось в месиво, и уже не было ни одного целого кусочка кожи, жизнь, медленно, но верно ускользала от меня, так мало этого все вокруг сверкало так сильно, что я не видел, куда бегу. Хорошо еще, что указующий луч, словно схватил меня, оплелся вокруг запястья и тащил за собой. Сколько я уже бегу? Кажется, всего миг, но на самом деле уже пролетело несколько часов. Я это точно знаю, ведь все еще связан с моими учениками, пусть с трудом, но контролирую их. Сил почти не осталось, ноги с трудом двигались, с каждой каплей крови я исчезал, но цель все ближе. Я уже не просто ощущаю свет, я слышу ласковый полный беспокойства женский голос. Еще никогда я не был так рад лепетанию Катрины. Мы все ближе друг к другу! В слепящем свете я начал различать женский силуэт, простирающий ко мне руки. Позади меня все громыхало и кряхтело, я слышал верещание и крики, остервенелое рычание, у меня не получалось отделаться от ощущения, что меня преследуют. Так ли это? Трудно сказать, но меня было уже не остановить. У меня открылось второе дыхание, а магия ученицы уже исцеляла мое израненное тело. Я тоже не стоял в стороне, помогал Катрине, открыв нужный источник света. Это было непросто, ведь я использовал почти весь свой магический потенциал. Снова ощущал себя опустошенным, но это не имело значения — тело двигалось само, а раны стремительно затягивались. Еще пара шагов, последний рывок и все будет кончено!

Из моей груди вырвался крик, настоящий вопль боли, отчаяния и желаний, в нем был я весь, все чувства эмоции и желания, мой голос сотрясал мир пепла и осколков, заставлял серые небеса рушиться. После меня останутся лишь руины и меня это устраивало. Чем больше сущность замка будет восстанавливаться после противостояния с моим творением, тем лучше для меня. Я успею все задуманное. Последний шаг сделан, и я из последних сил рухнул вперед, прямо в объятие ученицы, ждущей и любящей меня. Её чувства мое спасение, и её погибель.

Мир вокруг изменился резко. Легкое дуновение теплого ветерка ознаменовало переход, а дальше была нестерпимая боль. Я оказался в замке, в своей собственной комнате-кабинете. На миг мне даже показалось, что меня не утягивало в картину, что все это было неприятным сном, не более. Всего на миг. Боль и слабость дали понять, что это не так. И все же, я вернулся, я снова могу сражаться и уничтожать, отравлять все вокруг, искореняя привычную жизнь.

— Учитель, — всхлипнула Катрина, глотая крупные слезы. — Я так долго вас искала. Учитель… Как же хорошо, что вы здесь, что вы снова с нами. Учитель…

— Все хорошо, я вернулся, — простонал я. Мне удалось, это оказалось проще, чем я думал. Эта мысль важна. Но… Я не мог ухватиться за нее. Мне нужен отдых…

Глава 22. Исполин

Я вернулся! Самое время ликовать и праздновать победу или напротив, броситься с головой в омут работы и тяжких забот. Меня не было целых шесть месяцев, за этот срок скопилось много дел. Мне было чем заняться, но сил не было. Я был опустошен физически, эмоционально и магически — по сути, осталась одна лишь истерзанная и истерзанная оболочка. Мне непростительно долго пришлось быть в плену серого мира, в окружении непонятной, не подвластной мне магии. Кто бы мог подумать, что я все еще многого не знаю, что есть вещи, способные удивить и поразить меня. Казалось, судьба в насмешку подкидывает мне все новые и новые поводы жить дальше, найти новое тело, продлить свое существование. Она словно издевалась надо мной, манила, играла, показывала то, что я хотел бы заполучить. Кстати о поводах жить. Мое тело почти пришло в негодность. А ведь оно должно было стать последним. Замок устроил мне отличную встряску, заставил напрячься и использовать все силы, даже жизненные запасы, позабыть о всякой осторожности и результат не заставил себя ждать.

Меня была нервная дрожь, на лбу проступила холодная испарина, а сердце то и дело замирало, словно раздумывая, стоит ли биться, при всем этом множество мелких ран продолжало кровоточить и болеть так, словно меня режут. Такое со мной уже случалось, но тогда рядом была бесподобная Арания, она успокаивала меня, помогала справиться с болью, вырвала из объятий смерти, в которые, к слову, сама и толкнула. Эта женщина знала, что делать, осознавала свою власть и возможности. Сейчас же, я оказался в других руках, не таких опытных, как хотелось бы.

Катрина нежно поглаживала меня по голове, шептала нежности вперемешку с заклинанием, пытаясь успокоить, то ли себя, то ли меня. Девушка с величайшей осторожностью и трепетом использовала целительную магию, ставшую её сутью. Мы оба понимали, что всего одно неверное движение и станет хуже: осколки начнут проникать глубже, доберутся до органов и тогда, возможностей неопытной богини будет недостаточно для моего спасения. Торопиться нельзя, а потому каждый миг моего существования был наполнен болью.

— Осколков так много, — всхлипнула девушка, смотря на заполненную до кроев чашу. Каждый кусочек стекла, извлеченный из моего тела, был не больше песчинки, каждый был пропитан моей кровью. И это только начало. Катрина не извлекла и десятой части. Ей предстоит сегодня хорошенько потрудиться, а мне научиться терпеть нескончаемую боль. Мое спасение все еще не завершено, я все еще могу лишиться всего.

— Оно и не удивительно, особенно, если вспомнить, где я был, — я попытался улыбнуться, вот только сдается мне, что выглядело это скорее жутко, чем ободряюще. — Ничего не бойся. Ты справишься. Не забывай, что в твоих руках огромная сила, которую ты заслужила, — на лице Катрины вновь появилось сомнение. — Нет! Не смей со мной спорить. Я убежден, что эта сила должна была достаться именно тебе, — мне непросто было говорить твердо и уверенно, ведь я истекал кровью и безумно хотел покоя. И все же, я продолжал говорить, убеждать девушку в том, что все она делает правильно, подбадривал и дарил надежду. — У тебя все получится. Ты поднимешь меня на ноги, и мы продолжим начатое. Мы не можем опустить руки, ведь я нужен моим ученикам… Нужен тебе…

— Учитель, — глаза девушки наполнились слезами. Её обожание росло с каждой секундой, а я делал все, чтобы усилить эффект. Для нее я был героем, миссией, тем, кто жертвует собой ради других, мудрецом и просто желанным мужчиной. Она придумала меня, а я не торопился разубеждать девушку и демонстрировать истинное лицо. В конце концов, несправедливо, что я схожу с ума из-за женщин, а сам не пользуюсь подобным.

— Рассчитываю на тебя.

Прикрыв глаза, я с готовностью доверился своей ученице. Все равно от меня сейчас нет никакой пользы, а сам я не способен заниматься самолечением. Катрина не подведет ведь, как и каждая влюбленная женщина, она готова на все. Это понимание грело душу, дарило столь необходимую убежденность в том, что все будет так, как я того хочу. Осталось совсем немного и мой план осуществится. Быстрей бы…

* * *

Трудно сказать, сколько времени прошло; я то и дело проваливался в небытие, а после снова приходил в себя, темнота за окном сменялась светом и так по кругу. Неизменным было лишь одно — Катрина была рядом, неустанно трудилась, отдавала всю себя. Даже сейчас, когда в её силе не было необходимости, она никуда не уходила, словно опасалась, что я снова исчезну, и на этот раз у нее не получится меня отыскать.

Лечение затянулось, но результат превысил все мои ожидания. Тело полностью восстановилось, оно вновь было полно жизни, так что можно не думать о замене. Я продержусь, сколько нужно, для исполнения задуманного! Но не это главное, а то, что моя магия снова кипела и бурлила, а разум был чист. От усталости не осталось и следа!

— Ты превосходно справилась, как я и говорил.

— Спасибо, — смущенно пролепетала сияющая богиня. — Думаю, вам стоит еще немного отдохнуть, набраться сил и…

— Нет, — я был непреклонен, ведь понимал, что время ускользает, а врагов у меня с каждым днем все больше. — Мы не можем медлить. Только не сейчас, когда все должно решиться, — решительно поднявшись на ноги, я принялся искать одежду. — Ты и сама понимаешь, что у меня нет права думать лишь о себе, — снова этот никому не нужный пафос. Хотя… Мне уже начало навиться говорить именно так.

— Да учитель, — девушка понуро опустила голову. — Я понимаю.

— Отлично, ведь я хочу, чтобы ты была со мной, мы вместе пройдем этот путь, — губы растянулись в кривой ухмылке. На этот раз я не врал и не играл, ведь для Катрины мной уготована особая роль.

* * *

Замок опустел. Он вновь был таким, каким я его нашел, с той лишь разницей, что теперь я был не один. Со мной была верная соратница, увязшая в моих сетях, причем по доброй воле. Баллард забрал всех людей, да еще и машины прихватил — естественно все это произошло с моего дозволения, так что, не стало новостью. Я знал, где мои марионетки, и намеревался помочь им! Да так, что весь мир до конца своих дней будет помнить об этих событиях. Сердце замка было в моих руках, я полностью контролировал его, мог заставить делать то, что мне нужно. Теперь игроком буду именно я! Сама мысль об этом заставляла губы растягиваться в самодовольной ухмылке, полной безумия. Больше я не стану тянуть! Миру пора получить по заслугам! И это совершенно точно, моя собственная затея!

— Ты все сделала, как я сказал?

— Да учитель, — кивнула Катрина. Девушка была серьезна и сосредоточенна, она понимала, что вот-вот произойдет нечто значительное, то, что навсегда изменит лицо мира. — Сесил установил последних драконов на башни замка, но с нами он не пойдет. Он сказал, что не желает больше вмешиваться в распри других. Его дело творить, поэтому он останется здесь, поближе к залежам тирраниума.

— Ха-ха-ха, — раньше я верил в эти бредни, но с тех пор поумнел и осознал, что это не более чем лицемерие и притворство. — Он создает оружие. Он позаботился о том, чтобы моя армия имела все необходимое. И после этого говорит о том, что хочет остаться в стороне? Нет. Это не так. Вот только боюсь, наш слепой кузнец, искреннее верит в то, что все так и есть. Лицемерие стало для него настолько естественным, что он не замечает его.

— Вы, как всегда проницательны, учитель и видите то, что другие не замечают.

— Тебе давно уже стоит научиться называть меня по имени, — я протянул руку девушке. — Мы не просто равны, нас многое связывает, Катрина. Прошу, не стоит стесняться или думать, что ты недостойна. Ты моя спасительница, моя верная помощница и соратница. Мы пойдем по тропе разрушения и очищения мира рука об руку. Именно ты будешь стоять рядом.

— А как же… — девушка отвела взгляд и продолжила уже шепотом. — Как же они?

— Они?

— Арания, Яинара… Они важны для вас. Я видела, как вы смотрели на Белую паучиху, слышала, как говорили о ней, знаю, как долго вы обожали Аранию. Они намного красивее и могущественней меня, они бы…

— Катрина, они не красивее тебя и уж точно не могущественней. Ты равна им во всем! Научись уже принимать это, как должное, забудь о том, что когда-то была человеком, — притянув девушку к себе, я начал ласково поглаживать её по голове и волосам. Казалось, что я касался самого света, и это было невероятное ощущение. — Мы вместе изменим этот мир. Лишь тебе я могу доверять, ты одна меня не предашь…

С картины на стене на меня укоризненно смотрела Минори, сестра, словно знала, что я затеваю и осуждала. Эта девочка была единственной, кто на меня мог воздействовать, точно знала, какой я на самом деле. Но её здесь нет, а раз так, никто не остановит меня, не сможет воззвать к последним крупицам совести и разума. Все будет кончено. Я улыбнулся нарисованной Минори и подмигнул, давая понять, что не стоит волноваться и беспокоиться. Хорошо, что они с Александром далеко от Проклятых земель и этого омерзительного континента. Теперь меня не остановить!

— Райнер, — то, как девушка произносила мое имя, могло свести с ума любого. Но не меня. Готов спорить, упрямец Баллард, убил бы ради того, чтобы наша богиня так произнесла его имя. Не судьба. Хотя, это был бы неплохой вариант.

— Идем, Катрина. Нам многое предстоит сделать, — отстранившись, я заглянул в золотые глаза. Если задержу взгляд чуть дольше, девушка сможет проникнуть в мои мысли, узнает о том, что же я затеваю на самом деле. Это щекотало нервы. Если Катрина все узнает раньше времени, то придет в ярость. Уверен, её неистовство прекрасно, но видеть его мне совершенно не хотелось. — От тебя многое зависит. Ты ведь поможешь мне? Будешь со мной до конца?

— Да, буду… Этот мир должен быть очищен, а справедливость восторжествовать. Проклятые земли место для преступников и грешников, отбросов, которым нет места в нормальном обществе. Но весь мир прогнил! Несправедливо, что страдает лишь часть. Еще больше не справедливо, что боги играют здесь, а остальную часть континента берегут.

— Мы положим этому конец! Люди станут едины, — я утягивал девушку за собой, ведя в нужном направлении.

Нам стоило торопиться, и на то было множество причин. Замок в скоро времени справится с более молодой и неопытной сущностью, снова попытается пленить меня, но на этот раз позаботиться о том, чтобы у меня не было, ни одного шанса на спасение. Но помимо этого была и другая причина — ко мне уже спешили другие богини. Я на удивление популярен, хотя сейчас излишнее внимание мне ни к чему. И все же, сестры паучихи скоро будут здесь, попытаются остановить. Наши связи хотя и ослабели, но все еще позволяют им слышать отголоски моих мыслей. Нужно торопиться. Меня никто не остановит и не смутит, не сможет отговорить. То, что произошло в мире картины, дало мне понять, насколько я беззащитен, что все может измениться в один миг. Раз так, медлить нельзя. Я подниму исполина, направлю его прямиком к стене и разрушу её, выпущу проклятье на свободу и наслажусь криками и агонией мира. Час настал!

Мы спустились вниз, к самому сердцу замка, к пылающей и пульсирующей багряной сфере, разгорающейся все сильнее. Она всегда меня влекла. Хотелось понять, как её создали, как так вышло, что за долгие тысячелетия она не разрушилась, не застыла. Это новый уровень магии. Хотя, учитывая мои познания, вполне можно сказать, что это утерянная магия, та, которой лишили людей. Наверняка, ответ на мой вопрос есть в записях моего предшественника, но у меня так и не было возможности их, как следует изучить. Все это пустое. Я коснулся ладонью сферы, и в это мгновение ощутил отголоски чувств и мыслей замка. Он боролся, сражался, злился и ненавидел, желал поставить зарвавшегося мага на место. У меня появился еще один могущественный враг! А ведь когда-то все было иначе, и я с готовностью и радостью исполнял их желания. Кажется, что это было не со мной, даже не верится, что я был тем Райнером. В голове промелькнула шальная мысль: 'Может, все еще не поздно вернуть назад?'. Безумие все больше охватывало меня, и во всем этом я видел вину двух сестер паучих. Одна из них отравила душу, вторая тело — не удивительно, что я превратился в себя нынешнего.

— Райнер, — тихо прошептала Катрина, вырывая меня из мира мыслей. В звучании ее голоса отчетливо слышался страх и неуверенность, а еще столь раздражающее безграничное обожание. — Зачем мы здесь?

— Настало время положить конец всему. И начнем свой путь мы именно отсюда, — я протянул руку девушке. — Иди сюда. — Мы вместе войдем в сферу и заставим замок измениться.

— Как с Люминосом? — голос богини дрогнул. Она до сих пор со страхом и ужасом вспоминала о том, что было в тот день, когда она обрела силу. Не удивительно, ведь вместе с силой света, она получила и отголоски воспоминаний Светлоокого.

— Нет. Замок — машина, почти такая же, как наши стражи, которых забрал Баллард. В этом его преимущество, его сила, именно поэтому магам будет так сложно его остановить. Поэтому, а еще потому, что мы станем его частью, будем управлять исполином, дадим ему энергию и защиты.

— Станем его частью? Я не понимаю, Райнер.

Катрина сделал большой шаг вперед, перестала называть меня учителем. Если так пойдет дальше, то она вполне может превратиться в сильную и уверенную богиню. Вот только времени у нее на это не будет.

— Просто доверься мне, — я обольстительно улыбнулся. Сделал это так, как никогда раньше не делал. Не отрываясь, я смотрел прямо в глаза девушки, давая понять, что мои намерения и помысли чисты. И почему только считается, что если смотришь другому в глаза, нельзя соврать? Это же полная чушь! Я всегда вру, смотря в глаза, и еще никто не раскусил меня. Так будет и сейчас. — Ты мне веришь?

— Да. Верю, — с придыханием отозвалась Катрина. Её личность и воля полностью растворялись под моим влиянием.

— Я не причиню тебе вреда и другим не позволю, — продолжал увещевать я, все ближе подводя девушку к сфере. Фактически не был видно движения, но Катрина с каждым мигом была все ближе, она даже не замечала этого. — Я отправился за тобой в город Светлоокого. Бросил все для того, чтобы вернуть тебя. Я сделаю это вновь, если потребуется. Мы вместе пройдем тропой разрушения до самого конца. Разве это не прекрасно. Нынешний мир прогнил насквозь, он не достоин существовать, так давай освободим его. Сделаем это вместе! Только ты и я! Нам не нужен никто другой. Заставим Проклятые земли содрогнуться, а мир осознать, что он давно уже мертв! Боги падут, люди погибнуть, но те, кто сможет уцелеть, очистятся и построят новую реальность. Мы дадим им шанс.

Я не верил в свои слова, но говорил убежденно и страстно, не позволяя себе вспомнить о том, что все лишь ради мести. Мести всему миру! Раз я не могу получить желаемое, то и никто не сможет. Плевать, что будет дальше, но свой кусок я урву! Это и есть я! Тот, кто это не понимает, жестоко поплатится за свою наивность.

— Да, так и будет.

— Ты со мной?

— Да.

Катрина улыбнулась и засияла еще ярче. Она искрилась так, что захотелось закрыть глаза, излучала чистейшую магию. Это именно то, что мне нужно. Именно новоявленная богиня станет источником энергии для замка и его преображения. Ей суждено слиться с замком. Не уверен, что сущности это понравится, но меня мало волнуют его желания. Катрина не вырвется из моей паутины!

— Отлично, тогда отдай мне всю себя!

С этими словами я резко и грубо толкнул девушку вперед. Сфера расступилась, словно голодная пасть чудовища, а в следующий миг с чавкающим звуком захлопнулась. Катрина даже не успела испугаться, среагировать или что-то понять, как оказалась заключена в тягучей алой субстанции, поглощающей и преобразовывающей магию. Не пошевелиться, ни вздохнуть, словно мошка, застывшая в капле смолы. Такого она не ожидала! Это было видно по выражению прелестного личика, по испугу во взгляде, по тому, как беззвучно шевелились её губы. Такой она будет вечно! Даже когда мир падет и разрушится, она будет наблюдать за происходящим и вспоминать, думать! До чего же упоительно! Я заманил милую бабочку в свои сети и теперь мог сделать с ней все, что угодно. Теперь она станет орудием — это все, на что она годится. Богиня? Да. Так и есть, но Катрина не способна справиться с этой ношей, и не важно, что я говорил обратное. Ничего не жаль для достижения цели.

— Что ж, приступим! — хищно ухмыльнувшись, я не сдержался и расхохотался в голос. До чего же хорошо! Я свободен! Свободен от всего! Моя магия вырвалась на свободу, потянулась к сложным механизмам. Катрина будет сердцем, а я мозгом. Именно мне предстоит управлять каждым движением гиганта. — Начать преобразование! — скомандовал я, ощущая самое настоящее возбуждение.

Земля задрожала, завибрировала, надрывно застонала от боли, она была словно живое существо, чья плоть внезапно начала разрываться на части. От замка в разные стороны разбегались глубокие трещины-шрамы, из которых поднимался ядовитый желтый пар, и выплескивалась раскаленная магма. Мир, еще миг назад находящийся в покое наполнился громыханием настолько жутким и оглушающим, что вполне могло показаться, что начался самый настоящий конец света. Если верить тем летописям, что мне удалось раздобыть, нечто подобное происходило, когда боги безжалостно откололи часть континента. Все это окрыляло! Я был по-настоящему счастлив, безудержно хохотал, чего со мной почти никогда не случалось. Невозможно было остановиться — все эмоции и чувства, долгие столетия сдерживаемые глубоко внутри, вырвались на свободу, завладели мной. В этом безудержном хохоте, был я весь, все, что от меня осталось. Непозволительно мало… Но большего для задуманного и не нужно.

Все сошлось, все заняли свои места, а у меня, наконец, достаточно сил и решимости, мой разум окончательно отступил перед чем-то иным, тем, что всегда было внутри. Мир несправедлив и я сокрушу его, сделаю то, на что не решались другие. И все это лишь прихоть, блажь, низкая и подлая месть всем, даже тем, кто ничего мне не сделал. Магия не просто покидала моего тело, она била ключом, передавалась замку, переплеталась с силой Катрины, заточенной в сердце замка. Теперь именно я целиком и полностью контролировал исполина, поднявшегося над землей. Каждое движение, каждый шаг и удар, казалось, что это и есть я! Великий исполин, способный раздавить целую армию. Именно эту силу использовал Люминос, когда использовал город для создания тела, с той лишь разницей, что его не поддерживали механизмы и машины. Это бы его просчет, то, что было учтено мной, и моим предшественником.

Замок изменился настолько, что уже невозможно было поверить в то, что еще недавно все это было камнями. Черный рыцарь, закованный в железные доспехи из тираниума, расправил плечи, свысока взглянул вниз. Я видел мир его глазами, я и был тем самым рыцарем-вестником новой эпохи. С этой высоты мне было видно многое, даже стена виднеющаяся вдали. Леса, горы, поля — они больше не преграда для меня. Путь, на который раньше ушло бы не меньше месяца, гигант мог преодолеть за сутки.

Я не просто управлял исполином, я был им! Его руки, ноги, все остальное ощущалось, как часть меня. К этому нужно привыкнуть и приспособиться, понять, как использовать все преимущества изменившегося замка. Именно таким изначально видел его создатель, но лишь благодаря мне Замок стал собой. Исполин, подпирающий плечами небосвод, монстр, от каждого шага которого содрогалась земля и оставались следы настолько глубокие, что в них после дождя образуются настоящие озера. Мне было по силу с легкость вырывать вековые деревья с корнями, крушить скалы, давить целые армии и с легкостью разрушать города. Но была у такой формы и слабость — неповоротливость, массивность, земля с трудом выдерживала вес исполина, того им гляди провалюсь вниз.

Обернувшись назад, я увидел лишь кратер, зияющую бездну, над которой было построено мое последнее убежище. Ядовитый пар продолжал подниматься их отверстия в земле, а из многочисленных трещин начала сочиться темная густая жидкость, напоминающая кровь земной тверди. Устрашающее, но невероятно притягательное зрелище!

— Отлично, — несмотря не некоторые трудности, я был всем доволен. — Настало время размяться, — я бросил взгляд на пульсирующее сердце замка, заглянул прямо в глаза перепуганной девушки, начавшей осознавать, что я всего-навсего паук, и ухмыльнулся. — Все, как ты и хотела. Мы вместе, я рассчитываю и полагаюсь на тебя, ты станешь орудием в моих руках. Твой свет, возвестит о гибели мира, а твоя жизнь послужит моим целям. Все, как ты и хотела! Мы будем вместе до конца!

Зачем я это говорил? Трудно сказать, мне просто нравилось вести себя так, показать Катрине, что она расплачивается за свою собственную глупость. У нее был шанс сбежать, жить иначе, забыть обо мне, но любовь отравила её душу и разум, сделало глупей. Подобного я не прощу никому!

С жутким скрежетанием гигант поднял ногу и сделал шаг, за ним последовал еще один. Медленно. Мучительно медленно. Мне хотелось бежать, прыгать, давить и крушить все, но пока что это было недоступно. Я словно заново учился ходить. Вновь. Очередное тело, как всегда принесло не только новые возможности, но и трудности. Странно, что преобразованный замок ощущался именно так. Но какая, в сущности, разница, если это не продлиться долго. Каждый новый шаг, каждое движение давались все легче. Я стремительно привыкал и не только к управлению, но и тому, что магия текла через мое тело, покидала его. Все происходит лишь по моей воле! Стоит лишь на миг ослабить контроль, и замок остановится, вновь превратиться в груду камней и второй раз поднять его будет не так просто.

Я продвигался вперед, точно зная, что ничто и никто не остановит меня, и даже боги, ступившие на землю, не станут для меня преградой. Передо мной был открытый мир, где я мог раздавить любого. Раздавить в прямом смысле этого слова. Воодушевляет! Исполин продолжал меняться, он становился живым воплощением моей воли, уже не ощущался, как нечто инородное и чуждое. Это был я! И, кажется, имеемо этого добивалась сущность замка, но это не так! Ведь именно она служила мне, а не наоборот!

Я шел вперед, туда, где была стена, туда, где сражались мои марионетки, туда, где меня совсем не ждали. От моего взгляда ничего не могло укрыться, так что я был готов к битве, к тому, что боги сделают все, чтобы остановить меня. Все, даже те, кто притворялся союзниками. С севера ко мне стремительно приближались Повелитель Могил и Арания, с востока Арлин со своим братом, а с тыла заходил владыка воинов и молний. Каждый хотел быть первым, был уверен, что именно он остановит меня, каждый боялся это встречи…

— Я сокрушу всех…

Странные ощущения. Я бы даже сказал, противоестественные. Говорю я, а губы каменного исполина шевелятся, произносят мои же слова, что разлетались по миру, сотрясая, оглушая тех, кто слышал его. Двигался я, но все мои движения в точности повторял гигант, при этом многократно увеличивая мощность заклинаний. Если бы у него были источники, то можно было бы сказать, что это полноценный маг. Вот только источников не было, а массивная и прочная оболочка двигалась лишь благодаря моим усилиям и воле, благодаря 'сердцу' в котором была заключена молодая и наивная богиня, смотрящая на меня с мольбой и непониманием. Она все еще надеялась, что все это шутка, что я вытащу её. Надеялась, хотя и понимала, что это не так. Плевать! Мне сейчас не до мыслей о глупо девчонке!

Я остро ощущал мир вокруг: видел, слышал, чувствовал все, что творится, точно знал, откуда ждать удар. Резко развернувшись, пусть и с трудом, но я все де смог уклониться от копья-молнии, но в следующий момент на меня обрушился гнев покровителя воинов. Он заявился лично, в своем потрескивающем и сверкающем обличии. Ни один аватар не сможет выдержать его мощь и силу, а потому повелитель молний предстал в стихийном воплощении. В этом его сила, но и слабость. Его атаки сильны, убийственны и разрушительны, но вместе с тем он не способен надолго задерживаться в человеческом мире. Я с легкостью расправлюсь с ним. Вот только к тому времени подоспеют остальные. Да уж, невероятное зрелище! Боги сражаются вместе, сообща, они объединились для того, чтобы уничтожить единственную угрозу для своего существования.

Исполина снова и снова пронзали молнии, они создали вокруг него настоящую ловушку, сквозь которую не пробиться. Вот только все это было не способно навредить ни гиганту, ни мне, чего не скажешь о копье в руках самого бога. Повелитель молний не просто так покровительствовал воинам, он и сам превосходно владел копьем, да и другими видами оружия. Здесь у него явное преимущество. Мне с трудом удавалось уклоняться от мощнейших физических атак, стремительных настолько, что за ними было не уследить. Удар. Еще ударю. Блок. Я бросился в контратаку, но кулак гиганта не достиг цели, прошел сквозь стену молний. А в следующий миг исполин согнулся пополам от ощутимого и болезненного удара. Кажется, даже камни начали осыпаться с его безупречного тела. Это была самая настоящая драка, в которой мне не позволяли воспользоваться магией! Как же это злит! А тут еще и Арлин решила вмешаться, устроив землетрясение. Королеву не устраивала действующая власть, она все еще мечтала победить и усилить свой культ, но Поглотительница была достаточно умна, чтобы понимать, что я опасен и для нее. На пути разрушения меня ничто не остановит, и уже не будут иметь значения личные симпатии. Меня зачислили в разряд безумцев, я уже вошел в историю, а мое имя будут произносить со страхом и ужасом, возможно даже найдется тот, кто пойдет по моим стопам. Однажды, так оно и будет! Это и есть вечность, которая мне нужна!

Исполин пошатнулся, но устоял, и все лишь для того, чтобы в следующее мгновение попасть под град воздушных атак. А вот и Ворус подоспел. До этой пташки мне точно не дотянуться, так что остается лишь беспорядочно махать руками, в надежде зацепить эту тварь. Весьма глупое занятие, когда тебя беспощадно колотят. Удары сыпались один ха другим, земля под ногами годила ходунам, трещала, словно говоря, что вот-вот провалится, поглотит меня в своей бездне, а магия окутывала исполина. Меня окружили, загнали в угол, не позволяя ничего предпринять. Очередной удар, совмещенный с магическим ветром, отбросил исполина назад, расставил с оглушающим грохотом навзничь рухнуть на землю, прямо в липкую ловушку паутины. Арания расстаралась, не пожалела для меня крепчайших нитей! А тут еще и мертвые начали вылезать из катакомб, собираться в нечто огромное и невообразимо уродливое. Казалось, это поражение, мне не позволяя ничего предпринять, я не смогу защищаться! Мне оставалось лишь чертыхаться, да дергаться, яростно шипеть проклятия в адрес ильных противников. Их слишком много, они быстры, они всюду, обращают против меня саму природу и ткань бытия! Очередной удар заставил крепкую броню пойти трещинами, а нескончаемый поток огня, явно намеревался поджарить моего гиганта. Вот только я не ощущал боли, на моем собственном теле не было ни одной раны, то, что раньше было замком, надежно защищало меня.

Что это? Песнопения? Краем глаза я заметил толпу огнепоклонников. Вот оно что! Огонь не пришел сам, не принял физическое обличие, а прислал своих слуг, тех, кто однажды уже горел, а потому не боится ничего. Жаль. Я был бы не рад встретиться с этим богом: жестоким и беспощадным, но в то же время обожаемым своими покорными рабами. Он так же алчен до последователей, как и его сестра.

Я отвлекся лишь на миг, но снова получил удар, ощутил, как земля подо мной начала менять свое состояние, размягчаясь, становясь зыбкой. Связанный, забитый, беспомощный — я представлял собой жалкое зрелище. Нет! Не я! Мой исполин, которого я поднял и на которого возлагал столько надежд! Готов спорить, боги даже пожалели о своем опрометчивом решении заявиться сюда, и лично прикончить меня. Хотя… Пришли не все. Еще немного и от гиганта не останется ничего, даже пыли, настолько мощными и яростными были атаки.

— Отлично, — ухмылка исказила мои губы. — Самое время показать, что игры закончены, а я не так слаб, как им кажется.

Из моей груди рвался безудержный хохот, я ликовал, наслаждался происходящим и тем, с какой легкостью мне удалось всех обмануть. Настало время перейти к решающей фазе преобразования замка, и показать на что способен проклятый паук!

Боги в недоумении взирали на меня, и лишь Яинара, наблюдающая за всем происходящим со стороны, начала пятиться назад, словно она была способна прочитать мои мысли, ощутить истинную угрозу и мощь проклятой души. Ради уничтожения врагов, ради того, чтобы этот день стал их последним, я готов был пойти на многое. Даже исчезнуть окончательно, позволить проклятью окончательно поглотить меня, выплеснуться наружу. Но не только это пугало богиню, но и знание того, что в моем распоряжении её молоко. Смертельный яд, убивающий богов. Благодаря Сесилу, я смог найти ему применение, так что богов ждал весьма неприятный и болезненный сюрприз. О да, она все понимает, и потому боится, но теперь это её не спасет, она пополнит мою коллекцию, ведь у замка отнюдь ни одно сердце!

Сфера, с заточенной в ней Катриной, пульсировала и вибрировала все интенсивней, казалось, что она вот-вот разобьется, могло даже сложиться впечатление, что девушка борется со мной и собственной участью, но это не так. Из этой тягучей ловушке не выбраться, никому это не под силу! Нет. На все лишь моя воля! Магия стремительно бежала по трубам-жилам гиганта, наполняя его силой, подготавливая к атаке.

На меня все еще сыпался град ударов и магических атак, камень осыпался, превращался в пыль, металл скрежетал и трещал, грохот стоял такой, словно мир рушился. В некотором роде, так оно и было. Внезапно я ощутил, как тело наполнилось невероятной легкостью, а мой разум полностью овладел управлением исполином. Любая моя мысль и идея моментально воплощалась в жизнь. Синхронизация и Замком завершилась, теперь мы едины, но главный я! Вовремя! Я открыл все источники разом, чувствуя, как меня разрывает от переизбытка магии, как душа рвется в клочья, а разум растворяется в чем-то настолько могущественном, что это даже вообразить невозможно. Я купался в бескрайнем океане чистейшей магии, том, что порождает жизнь и дарит смерть, то, что диктует волю всему и всем. Все, не так, как в прошлые разы, на этот раз нет никаких ограничений, да и магия Светлоокой богини служила мне, даруя небывалую мощь. Я страдал, изнывал от боли, но продолжал плести заклинание, объединяя все виды магии, что смог изучить. Разрушительная сила нарастала вокруг меня, искрилась, сияла, а сам замок вновь начал меняться, теряя человеческий черты, превращаясь в огромного паука. Это моя суть, и я не откажусь от нее никогда! Всегда хотел быть именно таким — стать высшим богом!

Все отпрянули от меня, пытаясь создать мощный щит, что остановит меня. Поздно! Их могущество ничто, передо мной. Даже слуги Повелителя могил не способны помешать мне. Они всего лишь кости, которые я могу разбивать бесконечно! Что же касается остальных, то они никогда не доберутся до меня настоящего. Придя ко мне все разом, они лишь ускорили свою кончину. Хелицеры раздвинулись в стороны, и из пасти паука вырвался кроваво-алый луч. Он устремился прямиком к стене, за доли секунды преодолевая огромное расстояние, его огневой мощи хватило для того, чтобы пробить брешь в стене, разделившей мир на две части, выпустить проклятье этого королевства на свободу и отравить весь континент. Боги сами подарили мне такую возможность, так что путь расплачивается их любимый свободный мир, в котором они были полноправными хозяевами, и никто не сел перечить их воле. Отныне весь континент превратиться в Проклятые земли, каждый познает страх, ужас и отчаяние, монстры и редкие твари хлынут за новой пищей, поглотят все! Это прекрасно! Именно к этому я шел! Теперь дело за Баллардом и моей армией, они должны, просто обязаны завершить разрушение, даже не осознавая, что служат орудием уничтожения мира. Так и будет. Я расчистил им путь, теперь можно заняться тем, что намного приятней!

Я слышал верещание Арании, крики Арлин и проклятья Повелителя могил — все звуки слились для меня в единый гомон, в котором было сложно что-то различить. Я чувствовал, как под моими лапами земля превратилась в едкую кислоту, как с небес на меня лился огненный дождь, а поверхность подо мной расходилась трещинами, копья молний то и дело вонзались в плоть теперь уже паука, а мертвецы неустанно нападали на меня. Они были словно мелкая прожорливая саранча, что облепила меня со всех сторон в попытке сожрать, стеснить движения. Умно! Но этого все еще недостаточно, ведь сила Картрины моментально заживляла все раны паука, выжигала врагов чистейшим светом. Лапы быстро шевелились, позволяя мне покинуть опасное место, наброситься на первого врага, окутать его ядовитой паутиной. Я не видел ничего вокруг, не мог разобрать, с кем именно сражаюсь. Были лишь ощущения и дикая жажда убийства, осознание, что это конец, а еще боль. Я рассыпался на части, тело было не способно и дальше носить в себе душу, а она сама так же, как и замок превращалась в призрачного паука. Говорят, эта легендарная тварь будет пострашнее Белой Паучихи. Не удивительно, что меня столько столетий сдерживали, пытались заставить служить интересам других. Я и предположить не мог, что во мне сокрыто.

— Вы все сдохните!

Очередной разрешительный луч вырвался из моей пасти, пронзая нового врага, выжигая его тело. В это же самое мгновение железные драконы на моем теле изрыгнули огненные снаряды. Затем последовал еще один залп, и еще один. Я крушил все вокруг, уничтожал жалких пешек нынешних богов, но пока что не мог добраться до основных своих противников, для тех, кто сделал меня таким. Ничего. Скоро это изменится! Я шептал давно знакомые слова заклинания, те, что никогда не использовал ранее, берег для особого случая. Металлические шипы на моих лапах наливались светом, и не только им, но и ядом Яинары. Слепой кузнец расстарался на славу, позаботился о том, чтобы создать особое оружие способное нести в себе самый сильный яд в мире. Все, кто окажется в зоне поражения сдохнут в жутких мучениях, познают истинную агонию. Им не устоять!

Последовал взрыв, заставивший землю вновь содрогнуться, а воздух раскалиться и воспламениться белым пламенем. Все это было пронизано светом и пропитано моей ненавистью. До чего же хорошо! Моя душа впервые за все время, что я себя помню, была свободна. Проклятые земли пылали, а взрывная волна за несколько секунд достигла стены, заставляя её пойти трещинами, начать осыпаться. Час моего триумфа настал!

Глава 23. Коллекционер

Я с трудом приходил в себя. Тело болело, ощущалось странно, чужеродно, словно я в очередной раз сменил физическую оболочку. Душа тоже была не в лучшем состоянии, она и так проклята, а теперь еще и надорвана. Дальше будет хуже, в этом сомневаться не приходилось. У меня достаточно опыта для того, чтобы прийти к такому выводу. Все это не проблема, с этим можно существовать дальше. Большее беспокойство вызывало то, что разум потускнел, а воспоминания начали одно за другим меркнуть. Я попытался сосредоточиться, но все, что мне удалось вспомнить — взрыв. Мне удалось соединить множество своих и чужих источников, деактивировать мое создание, сдерживающее волю замка, а еще использовать все орудия исполина разом. Все это спровоцировало мощнейший взрыв. Если мои расчеты верны, а они всегда верны, то около ударной волной должно было накрыть больше пятидесяти процентов Проклятых земель. Естественно люди не смогли бы выжить в этом пекле, да и другие существа тоже. Подобное было бы под силу богам, если бы не одно но. Я использовал остатки яда Яинары, тонким слоем смазал все снаряды, а еще создал на его основе особый газ, что магическим туманом окутал все вокруг. Теперь их единственное спасение я или воля Белой сестры. Именно её мне нужно обезвредить первой. Она станет вторым экспонатом в моей будущей коллекции. Почему вторым? Потому что первым стала Катрина.

Я поднялся на ноги. Что-то не так. Мне было неимоверно трудно управлять конечностями, да и равновесие держать, тоже. Да что же это такое?! Лишь опустив взгляд, чтобы рассмотреть себя, я смог понять, что же случилось. Мне нравилось напоминать всем, что я паук, отождествлять себя с этими прекрасными созданиями, и вот теперь, я стал им в полной мере. Нижняя часть моего тела превратилась в мохнатую тушку паука с восьмью тонкими проворными лапками. То, что любого другого повергло бы в ужас, и заставило бы биться в истерике, у меня вызывало лишь бурный восторг! Я стал пауком! Настоящим пауком! Чего еще желать? Чего?.. Память услужливо подоспела, подсказала, что же еще мне необходимо, что заставит душу трепетать и сладостно сжиматься. Мои враги все еще живы, их нужно добить, а заодно пополнить коллекцию.

Осторожно перебирая лапками, понемногу приноравливаясь к новому телу и возможностям, я начал двигаться к выходу. Его непросто было найти среди камней, искореженного металла и всякого хлама. От исполина остались лишь руины. Благодаря моим усилиям, замок находился в еще более удручающем состоянии, чем когда я его нашел. Меня это устраивало. Уже сейчас я мог представить, как дивно будет смотреться на этих камнях моя паутина, где я развешу коконы с телами жертв, где обустрою новую лабораторию. Изменилось не только мое тело, но и мышление, восприятия мира, более того, я все еще ощущал внутри невероятную магию, какой раньше мне не приходилось владеть. Об этом стоит поразмыслить, это необходимо тщательно проанализировать. Позже. Сейчас у меня другая цель, к которой я неумолимо приближался. Не знаю как, но я чувствовал всех еще живых существ, находящихся около эпицентра взрыва. Бесподобно! Я мог превосходно видеть в полумраке, ядовитый туман был не способен причинить мне вреда, меня по праву можно было назвать хозяином этого места. Я продолжал ползти, все больше ощущая себя пауком, самым настоящим, величайшим в истории. Теперь сестры паучихи не смогут смотреть на меня высокомерно и надменно, словно на существо низшего порядка. Паучье тело уже не ощущалось, как что-то чужеродное и неудобное, оно стало родным. Приспособиться к нему оказалось намного проще, чем в моим прошлым человеческим телам. Что же касается души и разума, то их состояние ни на что не могло повлиять.

* * *

А вот и она! Моя прекрасная Белая паучиха. Такая нежная, хрупкая и беззащитная, перепачканная в крови и грязи, не способная подняться на ноги. Ей не страшен ядовитый туман, ведь эта отрава появилась благодаря её молоку, но взрыв сделал свое дело, ранил богиню, лишенную последователей. Яинара так и не восстановила силы после длительного заточения — это её и сгубило. Её глаза смотрели на меня с ужасом и застывшей во взгляде мольбой, осознанием того, что я не отпущу, что я больше не человек.

— Не стоит бояться, я никогда не причиню тебе вреда, — я приближался к своей жертве неспешно, с улыбкой на лице. Она была ко мне более благосклонна, чем ее сестра, позволила касаться себя, любить, подарила прошлую оболочку и силу, даже пыталась вразумить. Но этого оказалась недостаточно. Если Яинара была моей, то все могло бы сложиться иначе. Но она предпочла независимость, оттолкнула меня, при этом придерживая на поводке. Это было больно, обидно, но в то же время позволило прийти к цели, понять, в чем именно мое истинное предназначение, осуществить задуманное. Теперь я могу сделать с ней все, что угодно. Эти мысли опьяняли.

— Ты безумец! Как можно было такое сотворить! — в сапфировых глазах вспыхнуло пламя гнева, усиленного страхом. — Ты даже не понимаешь, что сделал! Какую силу выпустил в мир!

— У меня целая вечность, чтобы все это выяснить, — я опустился на землю, рядом с дрожащей паучихой, прикоснулся рукой к белым, как молоко волосам. Шелковистые, тонкие, совсем, как паутина, совсем как та, что сейчас медленно оплетает тело богини. — Ты поможешь мне. Станешь еще одним источником безграничной магии в моем распоряжении.

— Не делай этого! — Яинара попыталась отшатнуться, отползти, но раны и паутина не позволили ей этого. Она уже запуталась в моей паутине, стала моей пленницей.

— Поздно. Мне остается лишь идти до конца.

Я легко и невесомо коснулся белых губ, ощущая их сладость и нежность. Это то, чего я всегда хотел, то, о чем мечтал и от чего откажусь спустя миг. Мои милые богини — буду любоваться ими вечно, они больше не ускользнут от меня. Тело Яинары обмякло, теперь она полностью в моей власти, остается забрать всех остальных. Вот только не все удостоятся жизни, некоторым предстоит исчезнуть.

Белая паучиха стала первым моим трофеем. Её прекрасное тело оказалось заключено в прозрачную сферу, в которую я заточил богиню. Теперь она стояла на пьедестале рядом с Катриной — такая же застывшая, все понимающая и беспомощная, а вся её сила, по тонким металлическим жилам текла к кристаллам-накопителям. Лишь я буду пользоваться этой силой, лишь мне дано решать, на что потратить это могущество. Что может быть чудесней? Разве что расширение моей дивной коллекции. Времени на пополнение у меня не так много, как хотелось бы, но я все успею. Будет весьма обидно зайти так далеко и в итоге упустить всю крупную добычу. Нет. Я не допущу этого! Мной руководил азарт, жажда знаний, силы, могущества, необузданная жажда мести и разрушения. Торопливо перебирая лапами, я носился по руинам, в поисках следующего экспоната. Я ощущал её запах, слышал, как бьется холодное сердце, точно знал, что она даже не думает от меня прятаться. В этом она вся — Великая и ужасающая Поглотительница! Эта женщина не привыкла сдаваться, её невозможно сломить. Но ведь мне это и не нужно, я всего лишь намерен заполучить очередной экспонат в мою коллекцию.

Я все ближе! Я почти настиг её! Паучье чутье уже не шептало, а кричало о том, что цель рядом. Кажется, я даже слышу, как бьется сердце хозяйки земли, как учащенно она дышит. Настоящая музыка для моих ушей, она зовет меня…

— Ну, здравствуй, — я просто не мог сдержать улыбку. — Рад тебя видеть, Королева.

Арлин боялись, ею восхищались, ей подрожали, но теперь она израненная лежала у моих лап и не могла пошевелиться. Куда делось все её величие, сила? Ядовитый дым, созданный мной из молока Яинары, сделал свое дело, парализовал могущественную сущность. Теперь она, как и все остальные в моих руках. Поверженная Поглотительница смотрела на меня с ненавистью и чувством собственного превосходства. Прекрасная богиня, жаждущая мести, осознавала, что проиграла жалкому пауку и от того злилась все больше. Она через многое прошла, но не смогла объективно оценить угрозу, исходящую от меня!

— Мне следовало прикончить тебя еще десять лет назад!

— Тогда ты охотилась за Минори, да и Александр казался тебе более желанной и вкусной добычей, — я принялся оплетать тело женщины тонкой паутиной. Я даже не представлял насколько это удобно, естественно и приятно.

— Думаешь, это сойдет тебе с рук?! — шипела Арлин, но это было все, на что хватило сил могущественной богини. Её глаза сверкали ярче молний. А сколько в них было ярости! — Мы уничтожим тебя! Не все пришли по твою душу в этот раз, но теперь это изменится! Каждый почтет за честь прикончить паука!!! Мы были союзниками! Мы…

— Нет… Ты, как и все хотела использовать меня. Это не союз, моя дорогая, — тихо рассмеялся я, заклеивая паутиной рот королевы. Мне совершенно неинтересны её слова. Она всего лишь очередной экспонат… Один из многих в моей коллекции.

* * *

Гордая красавица Арлин попалась в мои сети. Несмотря на то, что теперь королева выглядела иначе, чем Минори, она все еще напоминала мне сестру. А еще, я помнил о том, что именно она помогла моей семье покинуть континент. Эти воспоминания все еще были живы. Именно поэтому я был с ней мягок, позаботился о её ранах, исцелил их, все до одной, а после заботливо поместил в третью сферу. Три богини, три такие разные женщины — они были бесподобны! Я мог бы любоваться ими вечно! Этого все еще мало, нужно найти и других!

— Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать, — сам не знаю, почему вспомнились эти слова, но они идеально подходили моменту и моему состоянию. Разум все больше ускользал от меня, словно новая форма диктовала новое мышление. Это все еще я, но уже другой. И даже едва уловимая мысль о том, что я и сам застрял в паутине, стал вовсе не охотником, а жертвой, не смогла повлиять на меня. Мне было хорошо и уютно среди руин, разрушения и трупов, я был рад стать пуком. Все равно у меня больше ничего и никого не осталось. Пусть будет так.

* * *

Я добрался до нее! Наконец-то, она в моих руках! Моя прекрасная Арания! Во всем теле ощущалась дрожь и трепет, легкое нетерпение. Невозможно было налюбоваться на её белоснежную почти прозрачную кожу, черные, как смоль волосы, безупречное паучье тело. Я всегда желал обладать этой богиней, даже когда отказался от служения ей, все равно мои помыслы то и дело возвращались к Великой паучихе. И вот теперь я мог прикоснуться к ней, не как любимая игрушка, а как полноправный хозяин. Сердце так и заходилось в радостном биении. Кажется, я знаю, кто же станет моим любимым экспонатом в коллекции.

— Райнер, — ласково прошептала Арания, с нежностью смотря на меня. Она была не в силах пошевелиться, но при этом её взгляд был полон жизни. Паучиха не сдавалась, готова была бороться и дальше… — Мой милый Райнер…

— Твои слова чистейший яд, они отравляют душу и разум, — в тон ей ответил я, неумолимо приближаясь к паучихе. Меня не обмануть. Я слишком хорошо знаю бывшую хозяйку. — И этот яд будет служить мне.

— Ты ведь не хочешь этого…

— Думаешь? Давай проверим, — я надвигался на Аранию, не секунды не сомневаясь, что её постигнет участь остальных богинь. Пусть говорит, пусть поет, я буду глух к её мольбам и лести, ведь точно знаю, что она до сих пор защищает Его! Того, кто ее бросил, сбежал прикрывшись телом жены!

* * *

Все сложилось совсем не так, как я ожидал. Скажу больше, произошедшее не входило в мои прежние планы вовсе, но сожалеть о случившемся было бы глупо с моей стороны. Я неспешно полз вперед, откровенно любуясь своими сокровищами, самым ценным, что есть в этом мире, тем, ради чего меня захотят изничтожить, раздавить, обмануть. Мои труды увенчались невероятным успехом, а я сам получил главный приз, о котором не смел даже помыслить! Моя коллекция выглядела более чем внушительно и впечатляюще. Один взгляд на нее заставлял сердце наполняться благоговейным трепетом и гордостью за себя. Мне удалось заключить в сферы вытягивающие магию не только красавиц богинь, которых мне посчастливилось знать лично, но и других богов, решивших добить меня. Огонь, Ворус, Артенус, Повелитель молний — все они стали моими вечными пленниками. Их сила, знания и могущество отныне принадлежат мне, как и их многочисленные последователи. Глупцы! Они недооценили меня и жестоко поплатились за это. Жаль только, что у меня больше не осталось ни одной капли яда Белой паучихи. Без него будет трудно добраться до остальных. Мой главный враг трусливо сбежал, бросив обеих своих жен. Наверняка, Повелитель могил не простит мне такого унизительного поражения и будет строить козни. Ничего. Теперь, с силой стольких богов, я смогу дать ему настоящий отпор!

Я не желал этого, планировал просто разрушить стену и исчезнуть, но судьба распорядилась иначе. Возможно, даже сама Госпожа Удача и её пушистый помощник приложили к этому руку. Плевать. Не отказываться же теперь от всего этого! Невольно на моих губах появилась кривая безумная ухмылка. Нет. Это не по мне! Главное результат и то, что я, наконец-то, могу заняться исследованиями, изучать магию, создавать новое, творить! С такими ресурсами, это будет сплошным наслаждением. Я превзойду всех, кто когда-либо существовал на этом континенте. Время нынешних богов ушло. Те, кто уцелел, не протянут долго, ведь старые и новые боги стремятся обрести власть и влияние! Меня это уже не волновало. Если Повелитель могил сунется сюда, я раздавлю его, направлю против него силу сестер-паучих. Если, он благоразумно предпочтет прятаться от меня, его растерзает Волк, чей культ возрождается. Меня уже не интересовал этот вечно разлагающийся мертвец. Моя коллекция — вот, что достойно внимания, и должно занимать все мои мысли.

Мой новый дом не идеален, но именно здесь будет мое логово. Я не стану возрождать замок, лишь немного преобразую его так, чтобы моя коллекция оказалась в безопасности, а я всегда имел бы к ней доступ. Боги стали моими игрушками, материалом для исследования — это именно то, что они заслужили. Хотя… Я перевел взгляд на Паучих, мою основную слабость. До чего же они прекрасны! Даже дыхание перехватывает от того, как они смотрятся рядом. Ими буду еще и любоваться, касаться их, делать все, что вздумается. Все здесь окутает паутина!

— Уверен, что справишься? — послышался знакомый тихий голос, так похожий на мой собственный. Звучание, интонации — все это было моим, но в то же время таким чужим. — Сможешь удержать их и верно распорядиться силой, паук? Думаешь, ты главный?

— Кто здесь? — я озирался по сторонам, но не видел никого. В моей душе не было страха, скорее уж раздражение от того, что кто-то осмелился забраться в мое логово, говорить со мной без дозволения.

— Кто? Неужели не узнаешь? Ты же не рассчитывал, что вечно сможешь сдерживать меня. Для этого нужно было приложить больше усилий, и уж точно не крушить замок, не заставлять его сдвинутся с места!

— Ты, — ну, конечно же, рано или поздно, это должно было свершиться. Жаль только, что мне не удалось занять 'друга' на более длительный срок. Очень жаль! Теперь придется слушать его нудное ворчание и нравоучение. Но даже это не могло оторвать меня от созерцания любимых экспонатов.

— Я, — подтвердил Замок. — А кто же еще? Думаешь, кто-то еще захочет добровольно составить компанию такому безумцу, как ты? Райнер, ты потерял контроль над ситуацией, над собой… Теперь у тебя есть лишь я.

— Нет. Не только ты, — прикасаясь ладонью к прозрачной стенке сферы, я ощущал не только чистейшую магию, но и искрящиеся чувства пленницы. Это ни с чем не сравниться — настоящий экстаз, от которого тело, душа и разум начинают плавиться и тонуть в море наслаждения.

Замок больше не мог причинить мне вреда, сделать своим пленником и контролировать. Мы оказались в странном положении, когда один не мог покинуть руины, а другой не желал, когда никто не мог одержать верх. Нам суждено было сосуществовать рядом, и не скажу, что мирно. Пусть так, мне не помешает собеседник, равный мне по интеллекту.

— Они безмолвны, они ненавидят тебя все до одного. Каждый из пленников сфер мечтает вырвать твое сердце! Никто из них не станет твоим союзником, не ответит на твой вопрос, не поддержит беседу. У тебя остался только я, Райнер. Лишь я и вечность впереди.

— Ничто не вечно, и мы с тобой не исключение, — безразлично ответил я, продолжая наслаждаться созерцанием прекрасной картины. Наконец-то, я абсолютно счастлив и всем доволен, точно знаю, что будет дальше. В своем логове, я буду творить, изучать, систематизировать полученные за долгую жизнь знания. Но, что самое главное, я больше не был фигурой, мне удалось подняться до уровня игрока и вершителя судеб. Пора окутать паутиной весь мир, в одночасье превратившийся в Проклятые земли, коснуться каждого, но создать идеальные для себя условия.

Замок лишь рассмеялся, его голос звучал всюду, пугая и запутывая, он словно демонстрировал, что все еще силен и несет угрозу. Возможно, так оно и есть, но здесь и сейчас я думал лишь о том, как наилучшим образом разместить мою коллекцию, как обезопасить экспонаты, использовать их наилучшим образом. Я не слушал, что мне говорил Замок, не вникал в его слова, ведь понимал, что мы никогда не будем друзьями или просто союзниками. Проклятый паук обречен на одиночество — меня это вполне устраивало.

* * *

Я всегда мечтал о покое. К чему страсти, чувства, богатство, слава, когда есть покой?! Такой дивный, желанный, многообещающий, открывающий передо мной невероятное количество путей и перспектив покой. Как можно перед ним устоять? Как можно отказаться от него? Всю жизнь я был фигурой, иногда важной, иногда самой ничтожной, от которой не жалко избавиться, но, если задуматься, я всегда служил, забывал о своих желаниях, мечтах, бросал все, стоило Арании захотеть вновь использовать меня. Я не замечал очевидного и упустил все, что было важно. Мало кому повезло получить шанс все исправить, пойти иным путем. Мне повезло! Нет. Не так. Это вовсе не везение, а результат моих размышлений, планов, тяжкого труда! Я завоевал право стать богом, сам того не желая! Мне хотелось просто исчезнуть, избавиться от сомнений и страданий, от необходимости принимать решения и ошибаться, сожалеть впоследствии. Все сложилось иначе, я приобрел силу, могущество, возможность противостоять тем, кого считал недостижимыми. Низвергнув богов, я возвысился над ними. Пока их культы существуют, я буду черпать в них свою силу, и даже после того, как они угаснут, моя коллекция будет продолжать дарить мне доступ к безграничной магии. Я не мечтал об этом, но не сожалею о том, что все сложилось именно так. Вот только память начала подводить, и все в моей голове перемешалось. Все настолько плохо, что приходится записывать, создавать мемуары, постоянно перечитывать их. Я почти не помню Минори, почти забыл Александра. Они существуют лишь страницах дневников, напоминающих о том, как важны для меня эти люди.

Моя победа, мой триумф… Мое проклятье! Впереди меня ждала вечность и долгожданный покой, пусть и не такой, как я мечтал. Никто больше не сможет меня отвлекать от изучения магии, создания нового, созидания! Даже замок, что все еще рядом. Он неустанно нашептывает мне на ухо, что пора сдаться, отступить, позволить ему взять верх. Но я не слушаю его. Он не более, чем назойливая мошка, и мне известно, чего он добивается! Замок тоже хочет стать коллекционером, обрести плоть, истинную жизнь, ну, а меня он планировал заточить в сферу. Вот только я не позволю ему это сделать! Пусть шепчет! На большее его не хватит. Невозможно свести с ума того, кто давно потерял рассудок и даже не заметил этого! Я больше не Райнер и если честно, понятия не имею, кем являюсь, кем еще стану.

Я все еще проклятый маг!

Я повелитель пауков!

Я бывший слуга Арании — Великой паучихи!

Я тот, кто освободил Яинару и погубил многих богов, забрав их силу себе!

Я тот, кто выбрал путь служения, но в итоге пожалел об этом и отступился от ложных убеждений!

Я паук, плетущий свою паутину, что однажды покроет все Проклятые земли!

Я остался совершенно один, и это прекрасно, теперь никто не помешает мне творить, постигать магию, идти по нелегкому пути знаний!

— Ну вот, кажется, это все. Мне больше нечего сказать, и нет ничего существенного, важного…

Я отложил перо в сторону и пробежался глазами по ровным строчкам. Они только что написаны, но уже стираются из моей памяти, растворяются во времени. Так странно, и при других обстоятельствах могло бы напугать, заставить задуматься. Но теперь я другой, и мне под силу понять, что прошлое не имеет значение в настоящем. Оно сыграло свою роль, привело меня к точке невозврата. Так зачем вспоминать? Быть пауком бесподобно, я, наконец-то, ощущал себя совершенным!

Прошлое, будущее, все это не имеет никакого значения, есть лишь настоящее и моя работа. Кстати, о ней. Мои слуги-пауки, мои милые и покорные детишки уже рыщут по Проклятым землям, в поиске предателя Дзейрена. Я не позволю ему ускользнуть от судьбы, он умрет от моей руки, станет превосходным материалом для исследования. Уверен, после того, как вскрою его, то смогу многое почерпнуть и узнать. Ну, а пока этого не произошло, у меня полно других забот и все они требуют моего внимания. Долгожданный покой, не означает безделье и лень. Нет. Это совершенно иное — осознание того, что больше никто не помешает мне, а впереди целая вечность и нет нужды торопиться.

Я перевел взгляд на мою прекрасную коллекцию. Пока что она не полная, но ведь охота и не закончена. Одного за другим, я заполучу всех оставшихся богов, и даже Повелитель могил не укроется от меня. Где бы он ни прятался, что бы ни предпринимал, он тоже займет свое место в одной из моих сфер. И не только он. Есть и другие, те, кто решил наблюдать, прятаться, ни во что не вмешиваться. Все они мне нужны. Сила каждого уникальна, и лишь заполучив все, я возвышусь еще больше, смогу раствориться в бесконечном потоке магии.

— Вы ни во что меня не ставили, думали, что можно мной играть. И что в итоге? Теперь вы лишь безмолвные наблюдатели. И теперь у вас будет целая вечность. Вечность, где вы не влияете ни на что. Уверен, это будет познавательно для вас… И для меня…

На душе царило удивительное умиротворение и спокойствие, ничто не волновало и не пугало меня, я не сомневался в том, что нет ничего, что было бы не под силу пауку. Все будет так, как я запланировал. Отныне и навсегда, на все моя воля!

Content

Соколова Марина Александровна
Хроники Проклятых земель. Слуга Паучихи

Пролог. Слуга Великой Паучихи

Глава 1. Компания для мага

Глава 2. Поселение Слуг Тьмы

Глава 3. Семейство Акеро

Глава 4. Белая паучиха

Глава 5. Хозяин наг

Глава 6. Новое тело — новый я

Глава 7. Несмешная шутка

Глава 8. Больше ничего не будет, как раньше

Глава 9. Сердце замка

Глава 10. Первые гости, первые ученики

Глава 11. Успех во всем

Глава 12. Глыбник и ход марионеткой

Глава 13. Первая гостья

Глава 14. Прекрасная паучиха и Змеиный бог

Глава 15: Предупрежден — значит, вооружен

Глава 16. Сердце Карея

Глава 17. Наблюдатель, не более

Глава 18. Прогнивший город

Глава 19. Возвращение домой

Глава 20. Пленник серого мира

Глава 21. Побег

Глава 22. Исполин

Глава 23. Коллекционер