Рай Альмира

Банальная сказка, или Красавица и Босс

Глава 1

Начальница отдела кадров придирчиво меня осмотрела и, вскинув густую темно-фиолетовую бровь, лениво зачитала имя с анкеты, лежащей перед ней:

– Панкеева Яна Васильевна?

Я кивнула и робко улыбнулась. Пробежавшись взглядом по предоставленной информации, начальница кадрового отдела взяла ручку в виде пушистого пера и открыла блокнот.

– Аллергия на кошек?

Не сразу сообразив, что вопрос ко мне, я немного запнулась.

– Н-нет.

– Заикание? – удивленно спросила кадровик.

– Нет! Просто…

– Замужем? Дети?

В ужасе округлив глаза, я быстро выдала ответы:

– Нет и нет!

Никак не отреагировав, женщина продолжила засыпать меня вопросами монотонным голосом. И, должна отметить, вопросы оказались весьма неожиданными. Сколько часов в день мне требуется для сна? Есть ли у меня заграничный паспорт? Боюсь ли высоты? Что ем на завтрак? Чему отдаю предпочтение: кофе или чаю? Но последний вопрос меня окончательно сбил с толку:

– Как вы относитесь к экстремальным видам спорта?

– Простите, как это может повлиять на мою производительность? – раздраженно спросила я. – Это же офисная работа.

Осмотрев меня поверх очков, женщина недовольно поджала губы.

– Видимо, вы не до конца осознаете, на кого будете работать.

– Конечно, ведь эта информация не была четко указана в объявлении, – парировала я. – Если бы вы объяснили мне…

– В курс дела я смогу вас ввести только после подписания договора о неразглашении, – отрезала кадровик и, заглянув в свои пометки, тихо добавила: – Если до этого дойдет.

Надежда получить новую работу со сказочной зарплатой увядала во мне с каждой секундой в обществе этой мегеры.

– На этом, пожалуй…

Ее холодный голос перебил стук в дверь. Не дождавшись разрешения, вошла молодая красивая девушка. Точнее, вначале показался ее округленный живот, а уж после и она сама.

– Нона Григорьевна, ну что? – нетерпеливо спросила девушка и метнула взгляд на меня. В ее ярко-голубых глазах промелькнуло удивление, а после и надежда. – Это к нам?

Устало вздохнув, кадровик сняла очки и, полностью меня игнорируя, протянула заметки вошедшей. Та поверхностно все изучила и кивнула.

– Сойдет.

– Аня! – с упреком произнесла женщина.

– Нона Григорьевна! – обреченно простонала беременная девушка. – У меня воды раньше времени отойдут. Я уже не в том положении, чтобы скакать по всему городу. Чем раньше я введу новенькую в курс дела, тем больше шансов, что она приживется.

Кадровик, было видно по взгляду, ее мнения не разделяла. Но девушка не стала обращать на нее внимания, а посмотрела на меня. Поджав губы, будто ей вовсе не нравилось, что она видит, поманила меня рукой.

– Пойдем. Документы оставляй, тебя пока оформят стажером.

– Договор о неразглашении, – напомнила Нона Григорьевна.

– Сначала пускай шефа в лицо увидит, – с каким-то злорадством ответила Аня и вышла из кабинета.

Сделав глубокий вдох, я последовала за ней. Удивительно просто, как она могла ходить на каблуках в своем положении. В целом, девушка выглядела потрясающе. Идеально сшитый черный костюм, идеально уложенные в пучок волосы и несомненно идеальный макияж в нюдовых оттенках.

– Напомни, как тебя зовут, – на ходу произнесла она, прибавляя шаг. Я как раз восхищалась открывающимся видом на город из панорамных окон. С двадцать пятого этажа здания корпорации «Элит» можно было увидеть весь левый берег. Потрясающе.

– Яна, – запоздало ответила я.

– Отлично, – отметила девушка. – Возможно, он даже запомнит. Но, скорее всего, будет называть тебя Аней. Не обижайся и не акцентируй на этом внимания. И вообще помалкивай. Он терпеть не может пустой болтовни.

Я ловила каждое ее слово, отмечая про себя, что ноги становятся ватными, руки дрожат, в животе вообще такое чувство, словно кто-то высверлил там дыру. И, ко всему прочему, я действительно начала заикаться.

– Х-хорошо.

– Заика?

– Нет!

– Не смей при нем заикаться, он чувствует страх, и это его бесит. Не смотри на него дольше двух секунд. Не суетись, не задавай вопросов, отвечай разборчиво и по существу.

Резко остановившись и обернувшись, Аня прищурилась.

– И что это на тебе надето? – Подойдя вплотную, она потрепала за лацканы мой пиджак и начала его снимать. – Блузки и юбки будет достаточно. Размер обуви?

– Тридцать седьмой, – непонимающе ответила я.

– Повезло! – с горящими глазами ответила девушка. – Пошли!

И, забрав мой пиджак, она толкнула дверь кабинета, где на табличке значилось: «Кронин Тимофей Андреевич – генеральный директор корпорации «Элит». Я так и остолбенела у двери, не веря своим глазам. Приемная была произведением искусства. Все те же панорамные окна, ультрасовременная мебель и техника и столько свободного пространства, что при большом желании я смогла бы сыграть здесь с новым шефом в футбол. К слову, его дверь я отыскала не сразу. Она была в самом конце приемной.

– У него всего пару минут свободного времени, – нервно поторопила Аня.

Наверное, теперь я окончательно осознала, что требования у начальства будут заоблачные, а работа как минимум нервная. Стоит только взглянуть на дерганную беременную. Она как раз достала из шкафа обувную коробку и протянула мне новенькие черные туфли на огромной такой шпильке.

– Это мне? – с сомнением спросила я.

Аня послала строгий взгляд, и я молча переобулась, бросив свои удобные лодочки все в ту же коробку. Не успела выпрямиться, как по моему лицу запорхала кисточка с пудрой.

– А это зачем? – пробормотала я, чувствуя неловкость из-за столь пристального внимания к моей особе. Конечно, я знала, как пользоваться косметикой. И в целом считала себя ухоженной девушкой. Старалась всегда выглядеть опрятно и держать в чистоте рабочий стол. Другой вопрос, что элитную косметику и брендовые туфли я себе позволить никак не могла. Да что там! Я донашивала костюмы старшей сестры, которая давно променяла офисный стиль на спортивный костюм, чтобы бегать за своими детьми.

– Мы ведь очень-очень хотим, чтобы ты ему хоть сколечко понравилась, – произнесла Аня. Правда, от меня не укрылось явное сомнение в ее голосе. – Ты не представляешь, скольких кандидаток он отсеял. Не босс, а чудовище!

Она нервно хмыкнула и натянуто улыбнулась.

– Шутка! Все, больше тянуть нельзя.

Развернувшись, девушка быстро зашагала к той самой двери, за которой пряталось офисное чудовище. А я поняла, что прямо сейчас ближе к обмороку, чем когда-либо в своей жизни. Собрав всю волю в кулак, все же пошла на это адское собеседование.

Контраст между кабинетом начальника и приемной был невероятным. Несмотря на то, что сам кабинет был ничуть не меньше приемной, здесь царила полутьма. Черные шторы закрывали почти все окна, не давая мне рассмотреть обстановку и, собственно, босса.

– Тимофей Андреевич, – произнесла Аня тихо и подошла к столу.

Мужчина слегка повернулся к ней, и я смогла уловить очертания его профиля: строгие, но красивые черты лица. Аня что-то шепнула, после чего я ощутила на себе пристальный взгляд. Единственное открытое окно освещало именно проход, потому Кронин меня, несомненно, видел хорошо. И от этой мысли стало дурно. От мужчины исходила какая-то хищная энергетика, подавляющая всю уверенность в себе. Он только посмотрел на Аню, а та все поняла без слов и, положив заметки на стол, направилась ко мне с подбадривающей улыбкой. Как только дверь за ней закрылась, на несколько секунд повисла угнетающая тишина. И только я подумала, что надо бы представиться, как прозвучал низкий монотонный голос:

– Сколько вам лет?

Весьма нетактичный вопрос для начала. Но, собственно, что мне скрывать?

– Двадцать пять.

– И нет отношений?

Это прозвучало то ли с недовольством, то ли с упреком. Я невольно фыркнула. Нервное…

– Нет. Мне нужна новая работа, а не новые отношения.

Пришлось прикусить язык, чтобы прекратить болтать. Это тоже происходило само по себе.

– И почему я должен принять именно вас? – спросил Тимофей Андреевич и откинулся на спинку кресла. Теперь я и слабых очертаний его лица не видела. Это должно было помочь мне сосредоточиться на ответе, но я все еще чувствовала его взгляд так явно, будто бы мужчина прикасался ко мне.

– Я ответственная, пунктуальная, исполнительная, – робко произнесла я. Это были скудные огрызки заготовленной и тщательно отрепетированной речи. Бог мой, никогда не чувствовала себя так неловко. А ведь мне казалось, я давно выползла из скорлупы и научилась смотреть страхам в глаза.

– Все это говорят, – заверил Кронин. – Но не все выдерживают график работы.

– В чем именно заключается работа? – спросила я, позабыв о наставлениях Ани. И тут же была наказана.

– Вопросы задаю я, – произнес начальник одновременно вежливо и строго. От его властного тона мне захотелось вжать голову в плечи. Но я поступила ровно наоборот.

– Но как я могу соответствовать вашим требованиям, если даже не знаю, чем занимается фирма? В интернете ничего не указано, и…

– Там и не должно быть ничего указано, – оборвали меня. – Мы сами находим клиентов, а не они нас. И обеспечиваем им полную конфиденциальность. Вот почему мне нужна не только исполнительная и ответственная помощница, но еще и надежная.

Кронин опять смолк, давая мне время вдуматься в его слова. У меня не было сомнений насчет этого пункта. Все, чем я живу – работа. Только тяжкий труд помогает абстрагироваться от прошлого, которое никак не прогнать из памяти. Я могу быть надежной и самоотверженной, если он только даст мне шанс… Но он не собирался. Точно как Аня, я без слов поняла, что это отказ. На прощание этот жесткий, будоражащий сознание голос произнес:

– Мы свяжемся с вами завтра.

Я открыла рот, собираясь что-то сказать, попытаться отстоять свой шанс на удачу, но… не смогла. В последний момент опустила руки и, кротко кивнув, дернула ручки двери.

Разочарование. Злость. Нет, ярость – вот, что я испытывала, как только оказалась в приемной. Сидящая за столом Аня, увидев меня, все поняла по глазам и обреченно застонала. А после застыла и в ужасе округлила глаза. Я непонимающе осмотрела девушку, пытаясь осмыслить, что же так ее напугало. Но она призналась сама:

– Воды, – прошептала дрожащим голосом. – Воды отошли. Только седьмой месяц. Рано еще.

На ее глаза начали наворачиваться слезы, и она потянулась дрожащей рукой к телефону.

– Боже! – на выдохе прошептала я и сделала единственное, что пришло в голову – бросилась обратно в кабинет начальства.

– Тимофей Андреевич, у нас беда! – воскликнула я. – Аня, похоже, рожает! Ее срочно в больницу нужно.

Он уже не сидел, а стоял у окна, смотря куда-то вниз. Для этого ему пришлось отдернуть штору. И когда мужчина обернулся ко мне, я увидела его лицо в дневном свете. Вот что он так тщательно скрывал в темноте – тянущиеся от шеи до виска шрамы по левой стороне. Они не испугали меня, скорее, удивили. Но мысли об этом я отбросила, так как на кону стоял вопрос жизни и смерти.

– Какого черта она рожает сейчас? – уже со знакомым укором спросил Кронин. Ему только не хватало дополнить фразу, как в старом советском фильме: «Я такого распоряжения не давал!»

– Ну так уж вышло, – выкрикнула я и, сама от себя не ожидая, ядовито добавила: – Работа у нее нервная.

Что-то пробормотав себе под нос, мужчина быстрым шагом направился ко мне. Он напоминал разъяренного медведя. И чем ближе он подходил, чем отчетливей я понимала, насколько огромным и высоким он был. Я вовремя отступила в сторону, когда он вылетел в приемную.

– Где Слава? – крикнул он она свою помощницу. Девушка как раз говорила по телефону, и начальник просто вырвал трубку из ее рук. – Давай быстро сюда. Бросай. Я вышлю Ника и Борю.

Услышав ответ, Тимофей Андреевич сцепил челюсти и резко бросил:

– Я отвезу.

А после он швырнул телефон Ане в сумочку, всучил ее девушке и поднял на руки.

– Тимофей Андреевич…

– Все хорошо будет, – отрезал он. Так спокойно и проникновенно, что даже я поверила. Если Кронин сказал, так оно и будет. Аня кивнула, утерла слезы и посмотрела на меня.

– Оставайся здесь! – крикнула она через плечо уносящего ее мужчины. – В два часа позвонит Федотов, передай ему, что заказ будет выполнен через три дня. И еще позвони по телефону в папке. Красная! На столе!

Они почти ушли, но Аня таки успела закончить наставления из коридора:

– Скажи, что кастинг объектов назначен на завтра. На десять утра-а-а!

– Аня! – предостерегающе произнес босс. Правда, пытался он пресечь панику беременной или же осуждал ее болтливость – мне приходилось только догадываться.

Эти двое ушли, а я осталась стоять посреди огромного чужого офиса. Совершенно. Обескураженная. Происходящим.

Сделав глубокий вдох, попыталась сосредоточиться на информации. И чтобы ничего не забыть, подбежала к рабочему месту и первым делом записала указания секретаря. Красная папка действительно лежала на столе. Правда, даже не прикоснувшись к ней, я ощутила непонятный трепет. Будто там было что-то, чего я видеть не должна. Но раз Аня просила… Аккуратно поддев корочку пальцем, я открыла содержимое и охнула. Моя душа сделала сальто, и сердце загрохотало в груди. Определенно, я не должна этого видеть!

– Что за черт? – прошептала я, как завороженная перебирая файлы. Там были фотографии десяти полностью обнаженных мужчин. Не просто фото, а с пометками и детальным описанием каждого «объекта», как выразилась Аня. Мне оставалось только догадываться, какой это кастинг они собрались проводить завтра в десять утра с участием этих крепких парней. На конкурс «Мистер Вселенная»? Или «Стриптизер года?»

Глава 2

Совершенно случайно засмотревшись на «объект» номер четыре с самыми выдающимися характеристиками, я не заметила, что в кабинет вошли. Еще бы заметить, когда на полу устелен ковер, а до двери не меньше семи метров.

– Ты кто? – послышался мужской голос. Приятный, не такой басистый, как у Кронина. Подняв глаза, я еще и внешность гостя заценила. Высокий, худощавый, симпатичный. Одет стильно, по-деловому. На губах легкая улыбка, в глазах игривый огонек. Именно он и заставил меня смутиться.

– Вторая Аня? – предположила я.

Мужчина ухмыльнулся и осмотрел меня более тщательно.

– Далеко пойдешь, – почему-то заключил он.

Я лишь пожала плечами и опустила глаза. А там папочка. Красненькая. Суетливо сложив файлы, я быстро ее захлопнула, но мужчина все уже успел подойти и увидеть досье на самый первый «объект».

– А вы, простите, кто?

– Кронин Вадим Андреевич.

Не иначе как брат большого босса. Правда, они не были похожи ни капельки. Вадим явно моложе, возможно, даже моложе меня. У него очень густые брови и нежные, миловидные черты лица. Широко ему улыбнувшись, протянула руку и представилась на этот раз нормально:

– Панкеева Яна. Стажер… Вроде.

Удивленно вздернув бровь, брат босса тут же выдвинул предположение:

– Он тебя не взял, а ты упрямая, да?

– Почти! Аня, она…

Так и хотелось выдать пережитые за утро события этому молодому и приятному человеку. Вот только почему-то перед глазами возникло строгое лицо Тимофея Андреевича и вспомнились его слова о надежности.

– В общем, я ее заменяю, – закончила я и нацепила на лицо дежурную улыбку. У меня не было опыта работы секретарем, но как общаться с клиентами, я знала. Могла терпеливо выслушать и вежливо отказать при необходимости.

– Что ж, чудненько! – промурлыкал Вадим и положил поверх красной папки свою – черную. – Здесь отчеты по моему отделу. Аня должна была подвести месячный итог и предоставить все Тиму. – Кашлянув, он исправился. – Тимофею Андреевичу. Он, кстати, на месте?

Я покачала головой и недружелюбно покосилась на папку. А там что? Девочки?!

– Она не кусается, – игриво поведал Вадим Андреевич. А потом подмигнул и, уходя, добавил: – А я – да. Приятно было познакомиться, Яна!

– Взаимно! – выкрикнула я ему вслед. А как только дверь за ним закрылась, я выдохнула и размяла пальцы. Они покалывали в предвкушении новой порции адреналина.

Когда я рывком открыла папку, выдохнула с облегчением. Цифры, столбики, графики. И ни одного неприличного файла! Если только в самом конце, там была информация по продажам – числа в самом деле были непристойными. Но мне понравилось. Глянула на часы и отметила, что до двух, когда я должна принять важный звонок, еще два часа.

– Отлично! – произнесла я, потирая ручки. – Успею!

Ну разве это не подарок судьбы? Когда я уже потеряла надежду получить работу мечты, высшие силы подкинули мне второй шанс. Я, правда, надеялась, что у Ани все будет хорошо. Мне казалось, Кронин позаботится о ней: найдет лучших докторов, весь роддом поставит на уши, закажет современное оборудование, но малыша спасет. Пускай я совсем не знала его, но почему-то была уверена, что этот мужчина поступит именно так. Помимо явного доминирования и подавления, было в нем что-то еще, вызывающее чувство уверенности.

Одернув себя от мыслей о боссе, я принялась за работу. Если проявлю себя максимально, у него попросту не останется выбора. Он возьмет меня! Спустя час я разобралась с неизведанной оперативной системой ультрамодного ноутбука и подбила все итоги продаж, как оказалось, элитных продуктов – сыров, алкоголя, сигар и прочих изысков. Теперь я знала, какие еще продукты поставляет корпорация «Элит» своим клиентам, помимо мальчиков по вызову. Да теперь они просто обязаны взять меня в долю!

Красная папка уже ждала. Я даже заново ее открыла, переписала номер с корешка и сняла телефонную трубку. Правда, не набрала и двух цифр, как двери кабинета вновь распахнулись. На этот раз на пороге возникла длинноногая пышногрудая блондинка в черной норковой шубе поверх малинового платья.

– Сестра? – вырвалось у меня.

Меня попросту проигнорировали. Даже взглядом не удостоили. Нахалка вальяжной походкой направилась ко мне, сбросила на мой стол шубу и потопала прямиком в кабинет босса. Попытка номер два.

– Жена?

Почему-то так плохо о Тимофее Андреевиче думать не хотелось. Ну не мог он выбрать себе такую… Такую… Так! А куда это она собралась? Вскочив из кресла, я быстро нагнала незваную гостью и преградила ей путь у самой двери.

– Представьтесь, пожалуйста, – потребовала я заученным вежливым тоном. Правда, улыбку натянуть при всем желании не удалось. К слову, желания не имелось вовсе.

– Тебе, что ли? – спросила блондинка низким прокуренным голосом. От нее и сейчас несло едким табаком. Я с трудом удержалась и не поморщилась. А вот она себя не сдерживала, пока окидывала меня презрительным взглядом с головы до ног. А потом ее искусственные губы расплылись в едкой ухмылке. – А что, пузатая родила уже? Выкидыш?

Честное слово, обычно я милая и вежливая. Но эта персона с первой секунды вызвала у меня стойкое чувство неприязни, а сейчас еще и желание потягать ее за волосы. Ну не может нормальная женщина с таким аппетитом злорадствовать по поводу чужого горя. Даже не дав мне прийти в себя, едкая зараза в небрежном жесте махнула рукой и обошла меня.

– Чаю принеси. Любимого его, элитного.

– Его там нет, – отрезала я и схватилась за ручку двери раньше, чем она.

– Чая? – непонимающе спросила женщина.

– Тимофея Андреевича, – уточнила я.

На что она насмешливо фыркнула и сложила руки на груди.

– Это я слышу каждый раз. И все же он всегда там. В своем кресле, которое приросло к его заднице. – Наклонившись ко мне, она томно прошептала: – И я та, кто эту задницу развлекает. Так что запомни и не стой на моем пути.

Это именно то, что я надеялась услышать. Дамочку здесь явно не любят, раз не пускают на порог кабинета. И я сделала так же.

– Его нет, – повторила я и открыла дверь, чтобы она убедилась. – Его нет, и он не вернется сегодня. Его не будет также завтра. – И раз пошла такая пьянка, я начала нагло врать. – И всю неделю. Командировка.

Подытожив свою речь натянутым оскалом, я захлопнула дверь прямо перед носом хамки. Жестко сжав челюсти и послав мне полный превосходства взгляд, она вернулась к моему столу. Взяла свою шубу и как бы случайно обронила стаканчики с канцелярией. Ручки и скрепки рассыпались по столу, а у меня в который раз зачесались руки сделать этой гадине пакость. Я успокоила себя мыслью, что планы на пятую точку моего будущего начальства я ей все же расстроила. А когда она покинула мою обитель, я даже облегченно выдохнула.

– Ну и с… сложная женщина.

К счастью, больше посетителей не было. И я все же позвонила по указанному номеру. Сильно удивилась, услышав нежный женский голосок, хозяйка которого была в полнейшем восторге от новости. Обещала не опаздывать и душевно меня благодарила. Положив трубку, я поняла, что все дела сделаны, а время как бы обеденное. Хотя покидать рабочее место я вовсе не собиралась. И, конечно, не брала с собой перекус, ведь не планировала задерживаться. Оставалось только одно – исследовать шкафчики на предмет наличия вкусняшек. Буфет я отыскала быстро. И там имелось все, чего душа сладкоежки только может пожелать. Более того, там был мини-холодильник, в котором и дорогой сыр имелся, и колбасные изделия, и даже хлеб. Подумав, что никто не обидится, я отрезала себе всего по чуть-чуть и в полной мере удовлетворила голодный желудок. А потом увидела и чай. Тот самый, видимо, любимый напиток босса. Только в баночке были не листочки, а засушенные бутоны. Я знала, что с ними делать – положить в кипяток и ждать, когда цветок раскроется. Закипятив воду в чайнике, я достала самую большую стеклянную чашку и принялась заваривать горячий напиток. Правда, я отдавала предпочтение кофе, но этого добра в загашнике Ани не оказалось.

– Никакого кофеина, – заворчала я, передразнив голос Кронина. Очень даже натурально вышло.

Хмыкнула, взяла чашку, обернулась… А он там стоит. Босс! У моего стола. Стоит и с недовольным прищуром меня осматривает. И откуда, интересно, у него эти шрамы? Словно ножевые порезы или удар плети.

– Как Аня? – спросила я, как только пришла в себя. Правда, отвести глаз от лица мужчины так и не смогла. Что-то мне говорили про две секунды…

Тимофей Андреевич точно так же бессовестно рассматривал меня. В эту игру в гляделки мне точно не выиграть. Я смутилась и посмотрела на чашку чая.

– Отходит от наркоза, – произнес он.

– А… ребенок?

У меня на секунду замерло сердце от мысли о плохом исходе.

– Выжил, – устало выдохнул мужчина. – Мальчик.

И я ощутила несказанное облегчение. Подняла на Кронина глаза и счастливо улыбнулась.

– Ну здорово же!

Он кивнул, и в этот самый момент раздался звонок. На часах было ровно два часа дня. Я поспешила ответить, зачитывая информацию с листочка:

– Для господина Федотова все будет готово через три дня. Да-да. – Взглянула на босса – пристально за мной следит, будто ждет, что я сделаю ошибку. А я опять улыбнулась. Не сделаю! – Спасибо и вам. Корпорация «Элит» желает вам прекрасного дня и бодрого настроения.

Кронин удивленно приподнял бровь, а вот мужчина на другом конце провода был очень даже доволен моим пожеланием. Ответив мне тем же, он вежливо попрощался, и на этом все указания Ани были выполнены в полной мере. Я предовольная собой положила трубку и посмотрела на Тимофея Андреевича.

– Ты такая милая, – на удивление язвительно произнес он. Вот что-что, а это совершенно ему не шло. – Федотов жесткий сексуальный садист. Пожелала бодрого дня садисту.

Клянусь, его губы дрогнули в намеке на улыбку, но затем он покачал головой и взял чашку с моим, между прочим, чаем.

– Вернись в кабинет начальника отдела кадров, она выплатит тебе вознаграждение.

И с этими холодными и совершенно не удовлетворяющими меня словами мужчина направился в свой кабинет. Ну нет! Он с ума сошел? Такой ценный кадр отпускать? Кронин не оставил мне выбора, и я пошла в наступление:

– Тимофей Андреевич! – Подбежала и всучила ему черную папку. – Заходил ваш брат, передал отчет по своему отделу. Я подбила месячные итоги. Файл на последней странице.

Сжав челюсти, он с недовольством произнес:

– Спасибо.

Да что там, выплюнул он свою благодарность.

– А еще заходила девушка, – крикнула я, когда он уже отвернулся. – Представиться отказалась. Блондинка с низким голосом.

Застыл. Постоял так немного, слегка повернул голову.

– И?

– Я, наверное, не имела права, но вас ведь и правда не было… – заблеяла я, а потом плюнула и смело заявила: – В общем, я сказала ей, что вы уехали в командировку. На неделю.

Прикусив губу, поморщилась, ожидая чего угодно. Но Тимофей Андреевич, кажется, не разозлился. Он обернулся и снова изучающе меня осмотрел.

– И она поверила? – с какой-то надеждой спросил мужчина.

Я опять улыбнулась.

– Конечно! А если она вдруг опять придет, я ей еще что-нибудь навру. Это я умею, если надо. А еще вот!

Схватила со стола красную папку и тоже протянула Кронину.

– Напоминаю, что по этому делу на завтра кастинг. Я уверена, что смогу с этим справиться. Ну, или я могу оставаться здесь и отвечать на звонки, если вы лично будете его проводить. Я надежная, честное слово!

Я послала ему отрепетированную улыбку и на этом почти выиграла битву. Тимофей Андреевич устало вздохнул, вернул мне чашку и открыл красную папку. Как открыл, так и закрыл.

– Черт, – обреченно произнес. – Еще эта.

Он вернул мне файлы «Х», вновь забрал чай и без единого слова пошел в кабинет. Но я-то точно знала, что молчание – знак согласия. И, радостно пискнув, побежала к рабочему месту. Теперь можно было на законных основаниях копаться в корреспонденции и бумагах. Я и так слишком много знала, чтобы отступать. Нет, теперь мое любопытство требовало большего!

Спустя два часа в приемную поступило еще три звонка. В двух случаях я записала сообщения для начальства, а в третьем даже смогла перевести звонок на кабинет Кронина. То ли шеф получил неприятные новости, то ли у него просто был не самый удачный день, но из кабинета он вылетел как ураган. Быстрым шагом преодолел расстояние до двери и пропал в коридоре.

Может быть, пошел брата навестить? На меня нажалуется. Противная новенькая секретарша заставила взять ее на работу! Лично у меня настроение было сказочным. Все наконец начинало приобретать смысл. Глядишь, и я все же зацеплюсь здесь. А если так, то и моя жизнь наладится.

Решив размять мышцы, я встала и заглянула в кабинет руководства. Исключительно из благих намерений забрать пустую чашку. Она действительно стояла на столе. Я даже обрадовалась, что шеф не всегда работает в полумраке и не портит зрение. Видимо, он меня пугать не хотел. Я даже представила себе реакцию предыдущих кандидаток. Если каждый день встречать женщину, которая кривится, а может и вскрикивает при виде твоих шрамов, то что останется от самооценки? Взгляд случайно упал на чистый лист блокнота, а там и зацепился за пометки. Особенно повеселило первое:

«Убить брата».

«Выдать премию Славе».

«Оформить декрет Ане».

«НАЙТИ НОВУЮ ПОМОЩНИЦУ!»

А вот последнее разозлило. Еще и большим шрифтом, да? Вот я прям как кость в горле, да?

– А вот и нет, – прошипела я листку и, схватив чашку, с гордо поднятой головой потопала на выход. А в приемной опять босс. Бросив на стол стопочку бумаг, он покосился на чашку в моей руке и недовольно прищурился.

– Этим занимается уборщица, – произнес он строго и опять применил этот свой язвительный тон: – Спасибо.

Оставив чашку в буфете, я подошла к столу и прочитала название документа. Прочитала и широко улыбнулась.

– Договор о неразглашении? Это мне?

Он собирался молча вернуться в свою пещеру, но почему-то у самой двери остановился, подумал немного и вернулся ко мне. Я с любопытством наблюдала, как он достает из внутреннего кармана пиджака сложенные бумаги и мой паспорт. Документ он мне отдал сразу, а вот листочки еще немного придержал. Смотрел на меня и как бы приценивался, сомневался, нужно оно ему или нет.

– Это договор о приеме на работу на срок в два месяца, – произнес он медленно, давая мне возможность все обдумать. Признаться, я была разочарована. Всего-то два месяца. Но Кронин меня приободрил: – С пунктом о продлении, в случае, если обе стороны будут удовлетворены сотрудничеством.

Я кивнула, принимая правила этой игры. Ладно! Но он не спешил мне вручать документы. Медленно положив их на стол, он вдруг произнес:

– Если подпишите его сейчас, не читая, я обещаю подумать о продлении на более длительный срок.

Я уставилась на него округленными глазами.

– А если не подпишу?

– Два месяца, и мы с вами точно прощаемся, – ответил он с такой железной твердостью, что у меня сомнений не возникло. Да, этот пещерный человек отпустит такой потрясающий кадр, как я. – Понимаю, это звучит как шан…

Я взяла и подписала. Сама того не ожидая. Просто схватила ручку, перевернула на последний лист договора, оформленного крайне мелким шрифтом, и поставила свою размашистую подпись. А потом с вызовом посмотрела на босса, который теперь точно от меня не отделается. Как тебе такое, чудовище?!

– Это было глупо, – произнес он, выдирая договор из моих рук. Но на его губах все же заиграла ухмылочка, когда он прятал документ в свой внутренний карман. Я даже отрицать не стала. Не просто глупо, а безответственно и вообще странно. Но я не жалела, а продолжала смотреть на Тимофея Андреевича.

– Вы проживаете по адресу прописки? – спросил он вдруг. От старых воспоминаний меня передернуло, но я быстро скрыла ужас улыбкой.

– Нет! Я теперь снимаю квартиру. Недалеко отсюда.

– Оставьте адрес на столе, – отдал он указание. – Завтра в девять за вами заедет Слава. На сегодня все.

И он ушел. Я проводила его взглядом и только сейчас заметила, что за окнами кромешная темень. Уф, ноябрь! К слову, с договором о неразглашении, каким бы увесистым он ни был, я решила ознакомиться детально. Я вытянула из сумки ботинки на низком ходу, всунула в нее договор и начала одеваться. Где-то в шкафу Ани остался мой пиджак и старые туфли. Их я решила там и оставить. А вот куртку я как повесила на вешалке у Ноны Григорьевны, так и забыла. Покусав губы, решила постучаться в кабинет босса и попрощаться. Он опять стоял у окна, наблюдая за дорогой. И не страшно ему с такой высоты.

– До завтра, Тимофей Андреевич.

Он не стал оборачиваться.

– До завтра, Аня.

Я поморщилась и уже открыла было рот, чтобы его исправить, но передумала. Мужчина казался мне каким-то отчужденным, будто бы произнес эту фразу на автомате, совсем не задумываясь, к кому обращался. Ну и пусть.

– Угу.

Я побрела в кабинет начальника кадров и обнаружила неприятную вещь. Он был закрыт. Часы показывали без пяти шесть, но кто-то явно свалил раньше положенного. У меня была единственная идея: найти охранника и попросить открыть кабинет. У него должны быть запасные ключи. Но этого, как оказалось, не потребовалось.

– Яна? – позвал меня знакомый голос. Обернувшись, увидела брата босса. Вадим Андреевич шел ко мне с улыбкой до ушей и распростертыми руками. – Значит, тиран тебя все же оставил?

– Тиран? – удивилась я, хотя и сразу поняла, о ком речь. – Этот милейший человек?

Вадим хохотнул и спросил, чего это я подперла двери мегеры. Похоже, у него для всех в офисе были прозвища.

– Ну и черт с ней, с этой курткой! – заявил он. – Я тебя самолично обогрею и в целостности и сохранности доставлю под самые двери. Идет?

Я хотела возразить, как того требовало мое воспитание, но он не дал.

– Решено! – заявил бойкий молодой человек. – Далеко живешь?

– Здесь всего в паре кварталов, – заверила я. – Пешком всего-то пять минут. Просто такая холодина.

Задумчиво осмотрев мою блузку, Вадим улыбнулся.

– Ну да. Не волнуйся, красавица, со мной ты в безопасности!

Взяв меня под руку, он потопал на выход, расспрашивая о моих впечатлениях. Что мне понравилось больше всего? Окна! Вадим был разочарован.

– А я-то подумал, что тебя больше всего впечатлил обаятельный брат босса. – И горестно вздохнул.

Я рассмеялась, окончательно расслабившись. С ним общаться было намного легче, чем с Тимофеем. Но что любопытно, Кронин-старший меня впечатлил все же больше. Точнее, его поступок. Он повел себя героически сегодня с Аней. Хорошо бы разузнать ее телефон и послать свои поздравления. Стоило мне озвучить эти мысли, как Вадим продиктовал номер Ани. Едва я успела его сохранить, как мы подъехали к моему дому.

– Давай до самых дверей проведу, – предложил он, потянувшись к своему ремню безопасности. Но я его вовремя остановила.

– Я уже взрослая девочка, – поведала по секрету. – Сама справлюсь. Спасибо огромное, Вадим Андреевич.

– Вадим, – поправил он и подмигнул. – Завтра в восемь заеду.

– О! Не нужно. Меня некий Слава заберет.

Недовольно скривившись, Вадим издал непонятный звук. Попрощавшись и еще раз поблагодарив, я быстро выскочила из его черной иномарки и побежала к подъезду. Пока добралась до третьего этажа, жутко продрогла, потому, наверное, впервые за все время была рада оказаться внутри своей временной конуры. Там было тепло, и это все, что меня волновало. Правда, стоило опустить взгляд на пол, и я застыла в ужасе. Конверт. Черный, сливающийся с ковриком, потому я не сразу его заметила.

Губы дрогнули в нервной улыбке, и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы отогнать панику.

– Нашел-таки, – прошептала я, привыкая к этой мысли. Заставляя ее протечь по моим жилам и укорениться в сознании. Я ведь знала, что найдет. Наверное, ожидание меня и убивало.

Можно было вновь собрать вещи и сбежать, продумать хитрые ходы, чтобы запутать следы, но зачем? Как долго я смогу так жить? Набравшись смелости, подняла неподписанный конверт и развернула его.

«Если будешь работать на Кронина, пожалеешь».

Я засмеялась. Теперь он еще будет мне указывать, на кого работать. Почему-то от мысли о боссе стало тепло. Одно его имя вызывало чувство спокойствия. Будто бы я знала, что он… не даст меня в обиду? Разорвав конверт, я выбросила обрывки в мусорное ведро и заварила себе кофе. Вот почему я ненавидела сюда возвращаться. Стены пропитаны одиночеством и тоской.

Глава 3

Утром я была вся на нервах. Кофе ощущался гадким на вкус, блузка казалось серой, новых колгот, как назло, не оказалось, пришлось надевать старые, с зацепкой. И эти чертовы волосы никак не хотели складываться в идеальный пучок. Ну что с ними сделать, если они вьются, когда им вздумается? Да еще и, ко всему прочему, мне совершенно нечего было надеть в качестве верхней одежды. Имелся только старый заношенный пуховик для прогулки по двору и похода в местный супермакет, а еще летняя джинсовка. Ни то, ни другое совершенно не подходило под деловой стиль. С тяжким вздохом достала из шкафа серый кардиган крупной вязки и обмотала шею длинным шарфом, чтобы совсем не замерзнуть.

Ровно в девять раздался гудок автомобильного клаксона, и когда я выглянула в окно, увидела черный внедорожник. А возле него Кронин собственной персоной. Смотрит на меня снизу и недовольно щурится. Округлив глаза, я схватила со стола тщательно вычитанный и подписанный договор о неразглашении и побежала вниз. Только на улице вспомнила, что с волосами мне так и не удалось разобраться. Ну что сказать, с распущенными локонами было теплее. Поймав оценивающий взгляд босса, я решила объяснить свой внешний вид:

– Куртку я вчера у Ноны Григорьевны забыла.

– Знаю, – произнес Тимофей Андреевич и открыл заднюю дверцу машины. – Я забрал ее.

Мои брови в удивлении поползли вверх. Вот кто бы еще стал думать об этом? Я вдруг вспомнила, что кое-что забыла.

– Доброе утро! – воскликнула я и расплылась в счастливой улыбке. Ну правда ведь, доброе!

Шеф почему-то закатил глаза и жестом указал мне пролазить внутрь. Я так и сделала. А после закуталась в свою курточку и обнаружила, что передние сидения заняты, а босс садится прямо возле меня. Ко мне повернулся тот, который сидел на переднем пассажирском, и приветливо улыбнулся.

– Яна, да? – спросил он.

Кивнула.

– Вячеслав, муж Ани. Она все не успокоится, спрашивает, как ты справляешься?

Вот он, Слава, о котором я слышала ни раз. Симпатичный, но на вид бандит! И разбитая бровь тому подтверждение. Не знаю, какой жук меня укусил, но хватило же мне ума заострить на этом внимание.

– Это она тебя так?

Он хмыкнул, а водитель и вовсе засмеялся.

– Да, она бы могла. Николай, кстати. Часто встречаться будем, судя по всему.

– Два месяца точно, – с гордостью заверила я и покосилась на Кронина. Тот смотрел в окно и делал вид, что вообще не с нами. Ну-ну! – А там поглядим.

Слава на это замечание понятливо хмыкнул.

– Как думаете, я могу написать Ане сообщение? Я бы хотела поздравить ее и задать несколько…

– Не стоит, – оборвал резко шеф. Таки слушал. – Я отправил в отпуск эту трудоголичку, вот пускай и отдыхает. Если тебе что-нибудь понадобится, спрашивай меня.

Значит, с утра он перешел на «ты». Ну и, собственно, он сам предложил!

– Отлично! И что это за кастинг такой? – задала я страшно волнующий вопрос.

Кронин протянул мне руку и раскрыл ладонь.

– Договор о неразглашении, – потребовал он.

Торжественно вручив ему документ, где было несколько заковыристых пунктов, я уставилась на него с ожиданием. Босс все тянул, исследуя договор на предмет моих подписей на каждой из страниц. Дольше всего задержался на последней, где было указано, что я буду оштрафована на двести тысяч в иностранной валюте в том случае, если поведаю общественности все те страшные вещи, которыми занимается корпорация «Элит». Такой суммой я не располагала, так что фактически я продала душу этой конторе и ее генеральному директору.

– Мы корпорация по исполнению желаний, – произнес Кронин на полном серьезе. Правда, Слава фыркнул, обернулся и добавил:

– Ага! А это наш главный Дед Мороз.

– Уволю! – выдал Кронин грозно.

– А кто желания-то исполнять будет? – все хихикая, спросил Слава. Но все же спрятался и больше не высовывался.

– Значит… – я попробовала выдвинуть свою догадку. – Кто-то пожелал себе десятерых голых мужиков?

По крайней мере, в красной папке были именно они. А чего! Интересное такое желание.

– Двоих, – поправил меня Кронин. – И не кто-то, а дочка губернатора области. Вот почему ты подписала этот договор. И прошу о нем не забывать.

– Думаю, мне понравится эта работа, – задумчиво произнесла я. По крайней мере, это веселее, чем я себе представляла. А чего я себе только не представляла этой ночью! Заснуть не могла до двух. Но об этом, конечно, я не стала рассказывать.

Дорога заняла ровно час. Мы выехали за пределы города и оказались в каком-то тихом уединенном поселке. Кто бы мог подумать, что в одном из современных коттеджей занимаются работорговлей. В двадцать первом веке!

– А это все легально? – всполошилась я, когда мы начали въезжать на территорию загородного дома.

– Формально – не придраться, – заверил Тимофей Андреевич. – Все участники операции тщательно подобраны. Каждый подписывает договор о неразглашении, а позже и договор о сотрудничестве с детальным описанием всех подробностей. У нас еще не было ни единой жалобы или утечки информации.

– Служба безопасности бдит! – добавил Слава и снова развернулся ко мне. Видимо, он и был главой этой самой службы.

Машина остановилась, и Кронин тяжело выдохнул.

– Давай быстрее покончим с этим, и ты вернешься к семье, – обратился он к Вячеславу. Тот на полном серьезе кивнул и выбрался наружу. Водитель остался в машине. А мы втроем подошли к входной двери. И прежде, чем кто-либо успел постучать, на пороге появилась девушка. Молоденькая, не старше восемнадцати. По крайней мере, я очень надеялась, что совершеннолетней она была. Пользоваться косметикой точно умела. И стильно одеваться. На ней было строгое черное платье и такие же бархатные перчатки. Рыжая помада идеально оттеняла того же цвета волосы. Горячая штучка!

– А я уже здесь! – озвучила она очевидное и протянула мне руку. Мужчинам она лишь коротко кивнула, а на Кронина и вовсе не глянула. – Пойдем! Как я рада, что у вас в команде есть девушки. Поможешь мне выбрать, правда?

– О! – произнесла я, несмело покосившись на босса. Воротник его плаща был высоко поднят, скрывая часть шрамов, да и сам он остался стоять в тени. Думаю, все это ему вовсе не нравилось. Я вообще поразилась, что он поехал. Видимо, такими вещами занималась Аня или другие его люди. Но раз он здесь… значит, проверяет меня. Или страхует. – Да, конечно! – Я вежливо улыбнулась девушке и достала блокнот с ручкой. – Пойдем выберем тебе самых обалденных рабов!

Девчонка взвизгнула, подпрыгнула, хлопнула в ладоши и едва не взорвалась от счастья.

– Соберись! – притворно грозно произнесла я. – Они не должны чувствовать твоего восторга.

Она тут же со знанием дела закивала и сделала глубокий вдох. А потом зашагала в холл походкой от бедра.

– Я Глория, кстати, – шепнула девушка.

– Яна. Ты уже осматривала их?

– Мельком взглянула, – виновато прошептала она. – Но если честно, я даже не представляю, зачем они мне. Это все дурацкий спор с подругой. Она уже обращалась к вам и сказала, что мне никогда не стать Домом. Понимаешь? Я типа очень мягкая.

Она скорчила рожицу и вошла в холл. А я сразу следом. Вошла и остолбенела.

– О!

Это вам не картинки смотреть! Это те самые десять совершенно голых и определенно живых мужчин. Некоторые из них очень даже однозначно начали реагировать на вошедших дам. Ну, я подумала и отметила это в блокноте. Так, на всякий случай.

– Три, четыре, пять, семь, восемь и девять, – пробормотала я.

Позади послышался смешок. Слава подпер стену, а вот Кронин оценивал ситуацию из коридора, все еще стараясь не выходить на свет. Ну, должна отметить, мне так было спокойнее.

– Ла-а-адно, – протянула я, думая, с чего бы начать. – Давай определимся с твоими предпочтениями?

– Угу!

Деловито кивнув, Глория сомкнула руки за спиной и подошла к первому рабу. Я с блокнотом сразу за ней.

– Худощав, – сухо произнесла она. Действительно, этот был не самым крупным парнем. Да и вообще, выглядел болезненно. Так и запишем!

Лично меня конкретно смущали определенные части тел этих мужчин. Но Глория, видимо, совершенно не обращала на них внимания. Она оказалась весьма придирчивой молодой особой. Будто бы взяла себе за цель найти хотя бы один недостаток у каждого.

– Слишком много волос, – шепнула она, указывая на грудь второго. Кивнула, записала.

Настал черед третьего:

– Уши торчат.

– Угу! – протянула я. – И не только.

Четвертого:

– Ну, не знаю… – Девушка задумчиво потерла подбородок. – Блондин. Не люблю блондинов. Они какие-то ненадежные.

– Да, – поддержала я. – Цвет волос очень четкий показатель надежности.

Глория поджала губы и подошла к пятому:

– А этот вообще рыжий!

– Слушай, а ты их в каких целях будешь использовать? – полюбопытствовала я, делая очередную заметку.

Кто-то позади опять хмыкнул. А нечего подслушивать женский разговор!

– Не знаю даже, – загадочно протянула девушка. – Что бы ты посоветовала?

И тут я краем глаза заметила, что любитель темноты все же подошел поближе. Интересно стало, да? Фыркнула.

– Я? Ну, я бы заставила полы вымыть. Ненавижу полы мыть. А еще шкафы отодвинуть и оттуда пауков согнать. И еще пыль на этих самых шкафах вымыть. Я сама-то не достаю. А эта пыль копится и копится годами, знаешь?

Глория задумчиво закивала.

– Понимаю, да. У меня вот одежды лишней много. Так и не поймешь, нужна она мне или нет. Может взять худощавого и на нем весь гардероб пересмотреть?

Мы синхронно взглянули на кандидата номер один.

– Можно даже мою подругу с ее рабами пригласить и устроить показ мод. – Она взглянула на Кронина и уточнила: – Это допустимо?

– За дополнительную плату, – деловито ответил босс.

Болезненный паренек совсем сжался и метнул умоляющий взгляд на Славу.

– А можно разорвать договор? – прошептал он.

Тот с видом палача покачал головой.

– А как тебе этот? – произнесла я, подойдя ближе к кандидату под номером шесть. Высокий, мускулистый, жилистый… Не красавец, правда, но тело какое. И, стоит отметить, он тоже был весьма рад нас видеть!

– Нет! – воскликнула клиентка. – Точно нет!

– Почему? – раздосадованно спросила я.

Склонившись ближе ко мне, она шепнула:

– На моего препода по математике похож. Математика… Бррр!

– Бррр! – повторила я, и мы пошли дальше.

– А этот почему смуглый такой? – указала она на крепкого парня несколько иной расы. – Я что, на извращенку похожа?

Не риторический вопрос отвечать не стала, просто повела придирчивую клиентку дальше.

– У нас есть варианты, правда ведь?

Ну вот к восьмому точно было не придраться! Высокий, красивый, не блондин, не рыжий и даже ничуть не смуглый. Идеальное тело во всех местах, уши не торчат. Глянула на него сзади – и здесь все прекрасно.

– Надо брать, – посоветовала я.

И что эта девчонка?

– Не знаю, не знаю. У него ямочка на подбородке. Как-то некрасиво это.

Закатив глаза, я послала «рабу» сочувственный взгляд.

– Ямочка на подбородке, – ворчала я, делая заметки в бедный блокнот. Такой пошлятины он в жизни не видал.

– Номер девять, – озвучила Глория. – Хорош!

– Правда? – с надеждой спросила я. Конечно, на мой вкус предыдущий был лучше, но кто же будет спорить с клиентом?

– Вот он бы как раз для уборки сгодился, – изрекла девушка.

Горестно вздохнула.

– Какое расточительство, – прошептала я. Ну да ладно, сама же посоветовала. Уже громче добавила: – Его берем?

– Не-е-ет, – протянула Глория. Затем мельком осмотрела десятого и повернулась ко мне. Даже не глядя на мужчин, она твердо заявила: – Второй и шестой.

– Волосатый и математик? – с сомнением уточнила я.

Клиентка покраснела, но уверенно кивнула. Я еще раз на всякий случай глянула на претендентов. И сразу догадалась, по какому это критерию она их отобрала. И вовсе не по торчащим ушам!

– Отлично! – подытожила я и обернулась к начальству, прося помощи взглядом. А дальше что?

– Вы ознакомились с договором? – спросил Слава у клиентки.

Глория кивнула и подошла к обеденному столу, на котором лежала стопка бумаг.

– Все пункты прочла? – спросила я девушку шепотом, надеясь, что она окажется не такой отчаянной, как я. – Даже те, что мелким шрифтом?

– Да! Меня все устраивает. Но я бы все же хотела внести поправку в пункт двадцать. О конфиденциальности и приватности. Мы с подругой хотим устроить совместную встречу. За дополнительную плату, конечно же.

Я опять глянула на Кронина. Даже Слава на этот раз не стал отвечать. Видимо, ситуация была неординарной. И принимать решение должен был босс.

– Мы можем прописать уточнения в этом пункте, – нехотя объявил он. – Но это будет только встреча. Объекты не должны вступать в любого рода взаимодействие друг с другом. Никаких боев гладиаторов или чего-то подобного. Я также удвою охрану на период этой встречи. Вас устроит?

– Мы и не планировали никаких драк, – заверила Глория. – Просто встреча. Чаепитие!

Я недоверчиво покосилась на клиентку, а она пожала плечами и опять заалела. Милая все-таки дочка у губернатора области.

– Хорошо, – подытожил Слава. – Окончательный вариант договора будет готов в эту пятницу, то есть через два дня. Мы свяжемся с вами ровно в шесть вечера в пятницу, договоримся о встрече и отвезем на объект, где выбранные рабы уже будут ждать. Яна!

Он указал на мой блокнот и подсказал:

– Тебе нужно записать предпочтения клиента. Стиль дома и мебели, список продуктов и блюд, которые должны быть в холодильнике. Любые необходимые вещи на два дня. – А затем он снова обратился к Глории: – Вы также можете собрать с собой походную сумку, но не берите слишком много личный вещей. К примеру, документы, ноутбук, фотоаппарат и любую другую технику, где может храниться информация о вас. На случай, если вы забудете их на объекте, это может стать компроматом.

Девушка понятливо кивала, а я делала пометки для себя на будущее. Они все продумали! Никакой техники, никаких снимков.

– А телефон точно нельзя? – жалобно спросила девушка. – Даже за плату?

Слава поджал губы и покачал головой.

– Перед приездом вы будете тщательно обысканы охраной. Так положено. Они выдадут вам телефон старого образца для связи с родными. Обыскана также будет ваша подруга. Не забудьте указать точную дату и время вашей встречи. Охрана будет предупреждена и впустит ее на территорию.

Глория тяжко вздохнула и печально посмотрела на меня.

– Столько правил. Не люблю правила.

– Понимаю. Но все это для твоей же безопасности, поверь. Мы же в двадцать первом веке живем. Представь только, если какой-нибудь хакер взломает твой телефон, а там ты. Плохо получилась. Да еще и в компании двух мужчин! Это можно использовать против твоего папы.

Еще раз вздохнув, девушка приободрилась.

– Ну и ладно. Все равно будет весело!

– Тогда давай составим список твоих пожеланий, – предложила я.

Слава послал мне подбадривающий кивок и начал сгонять парней. Не знаю, кто их сюда привел, но, судя по всему, это у них не первый кастинг. Если только у того болезного. Мужчины вышли и направились на второй этаж, где, вероятно, были их вещи. А мы с Глорией присели за стол и начали обсуждать детали ее встречи. Я попросила ее представить и продумать каждый день. Вечер пятницы, утро субботы, обед и так далее. Это помогло составить более точный список вещей, которые могли бы пригодиться веселенькой компании. Самое смешное, что я, как всегда, отнеслась к делу со всей серьезностью. Хотя если хорошенько подумать, что именно мы обсуждали, то очень тянуло на истеричный смех. Но все же я сдержалась. Окончательно собрав все данные, я встала и нашла взглядом Тимофея Андреевича. Он все стоял в дверях, держа нас под прицелом своих карих глаз.

– Все готово! – оповестила я. – Что дальше?

Он ответил не сразу. И взгляд его был каким-то странным: хмурым, строгим и с капелькой чего-то еще, совсем мне непонятного. Отвернувшись, он бросил на ходу:

– Уезжаем!

Слава как раз спустился вниз, а за ним следом все десять мужчин уже в собранном, так сказать, виде. Они шли молча, некоторые косились неприветливо, другие улыбались. Особенно номер два, у которого слишком обильная растительность на груди.

– Побрею, – мечтательно произнесла Глория.

Я хмыкнула и начала прощаться с клиенткой. Странно, но она мне понравилась своей непосредственностью, наивностью и даже капризностью.

– Надеюсь, все пройдет отлично, и ты останешься очень довольной! – произнесла я. А она улыбнулась и неожиданно меня обняла.

– Спасибо тебе! Я думала, что умру со стыда, когда буду выбирать их, но ты сделала этот процесс просто незабываемым.

– Да уж. Такое забудешь.

И мы обе рассмеялись.

А после Глория заверила, что хочет остаться еще немного в доме и все хорошенько обдумать. Ее ждал водитель, который отвечал за ее безопасность. А вот парней, как оказалось, доставили сюда микроавтобусом. Все были готовы возвращаться к нормальной жизни. И я не заставила себя ждать.

Глава 4

Стоило мне сесть в машину, и водитель тронулся с места. В салоне повисла тишина, которую вскоре разбавил мой смешок. И, как оказалось, он получился заразительным. Сначала подхватил Слава, потом водитель, а потом… Нет, Кронин, не смеялся. Даже чуточку.

– Это было нечто, – заключила я. – Эта работа – нечто! И что, мужчины реально будут выполнять все, что им прикажут? Как настоящие рабы?

Вопрос был для Вячеслава, я почему-то не сомневалась, что Тимофей Андреевич отвечать не станет. А Слава фыркнул.

– Ты же видела договор. Там больше сорока страниц. На каждой прописаны табу. У некоторых парней они индивидуальны. Вся информация есть в нашей базе сотрудников. Официально это просто ролевая игра, и за нее они получают четырехзначную сумму в валюте.

– Неплохо! Значит, у нас есть целая база?

– На закрытом сайте. Попроси нашего хакера Виктора, он поможет войти, – посоветовал Слава. – Найдешь анкеты и образцы договоров. Если постараешься, то правильно сможешь заполнить договор. А я проверю завтра, идет?

– Я проверю сам, – отрезал Кронин. – У тебя отпуск. Я когда-нибудь от вас избавлюсь?

Вячеслав засмеялся, а потом обернулся и серьезно посмотрел на Тимофея Андреевича.

– А мы решили сына Тимошкой назвать.

Я улыбнулась и глянула на босса – сама непроницаемость.

– Правда, Тим, спасибо тебе, – сердечно поблагодарил Анин муж. – От души.

Шеф кивнул и, наконец, слегка улыбнулся.

– Ты бы сделал так же.

– Крестным будешь? – огорошил Вячеслав. И быстро добавил: – Ты подумай! Соглашаться не обязательно. Но нам с Анютой будет очень приятно.

Он отвернулся, и в салоне опять повисла тишина, которую даже я не решалась нарушать. Возникло чувство, будто бы я стала участницей слишком личного разговора.

В офис мы вернулись как раз к обеду. Я была в приподнятом настроении от удачной первой «операции» и предвкушала поиск интересной информации в рабочем ноутбуке. Но стоило перешагнуть порог офиса и снять куртку, как послышался недовольный голос Кронина:

– На будущее. Мы не общаемся с клиентами как с закадычными друзьями. Только деловой и уважительный тон, никак иначе.

Я так и застыла, чувствуя, как гора его недовольства обрушилась на мои плечи. Медленно развернулась и с виноватым взглядом кивнула. Хорошо, что хоть при других не стал отчитывать.

– Учту, Тимофей Андреевич.

Он едва заметно мотнул головой и уже почти дошел до двери кабинета, как вспомнил, к чему еще хотел придраться.

– И на встречи стоит одеваться подобающе. – С недовольством осмотрел мою блузу. – Пиджак обязателен.

А после Кронин скрылся с моих глаз и грохнул дверью. Вот есть же люди, способные согнать всю радость и развеять хорошее настроение. Это талант, однако. Печально вздохнула, поплелась к шкафу. Повесила куртку, сменила ботинки на туфли и придирчиво осмотрела себя в зеркале. Пожалуй, блуза и правда не очень. Коротковата, да и в области моей нескромной груди слишком обтягивающая. И к тому же точно серая. При ярком освещении это сильно бросается в глаза. Нет, я явно не соответствую корпорации «Элит». Натянула сверху пиджак, который остался со вчера. Расстроилась. И даже мои светло-серые глаза как-то потемнели, стали напоминать грозовые тучи. Тоска… Попыталась хоть волосы уложить в пучок, но в итоге завязала конский хвост и села за рабочее место. Хотела отвлечься поиском информации, но отвлекли меня.

В двери приемной постучали, и после моего оклика вошла девушка. До ужаса стильная, обаятельная девушка. Вся такая идеальная, в черном брючном костюме, с белоснежным воротником блузки, деловым портфелем в руках и приветливой улыбкой.

«Вот такая, как она, должна сидеть в приемной», – первым делом подумала я.

– Здравствуйте! Я Мария Савина, – представилась девушка. – По поводу собеседования на должность помощницы генерального директора.

«Да чтоб ей все каблуки переломать», – додумала я следом. И натянуто оскалилась.

– Собеседование? Надо же! А к-кто вас сюда послал?

– Начальница отдела кадров, – все так же дружелюбно произнесла девушка. В общем, я ничего не имела против нее, но кто бы на моем месте обрадовался конкурентке? Да еще и такой! А еще вспомнились пометки в блокноте Кронина, и теперь хорошее настроение испарилось окончательно.

– О! Вероятно, произошла ошибка, – сочувственно произнесла я. – Должность уже занята, и трудовой договор подписан. Генеральный директор больше не нуждается в помощнице. Я сообщу об этом в отдел кадров, чтобы они перестали направлять к нам людей.

Разочарование на лице Марии почти заставило меня испытать вину. Почти. Еще вчера я сама услышала отказ. Но судьба распорядилась иначе. Этот шанс поймала я! И ни за что его не отпущу.

– Кстати! У вас потрясающий костюм, Мария, – похвалила я. – Не подскажите бренд?

– Марк Джейкобс, – отстраненно ответила девушка. А после вяло со мной попрощалась и ушла.

Я провела ее взглядом, мысленно пожелала ей удачи в поисках работы и зашла в сеть. Тот самый костюмчик нашелся быстро. Вот только цена была настолько заоблачной, что я даже призадумалась: костюм или три месяца квартплаты? Это напомнило мне о задолженности перед арендодателем и обещанием больше никогда не задерживать выплату. А еще о пустом холодильнике и голодном желудке. Середина месяца, а я уже на мели.

Воровато оглянувшись, решила угоститься вкусняшками из буфета. Не пропадать же добру! Хлеб скоро зачерствеет, сыр покроется еще большим количеством плесени. Спасать продукты надо! Сделав себе сырный бутерброд, исполнительная я вернулась к работе.

Настенные часы пробили час дня, и из темного царства показался шеф. Я вжала голову, стараясь слиться с обстановкой. Но тщетно. Я слишком выделалась на фоне всего дорогого и безупречного.

– А это что? – заворчал Тимофей Андреевич и навис надо мной. Я думала, его наличие бутерброда так обидело, но смотрел он прямо на меня.

– Что?

– Пиджак у бабушки взяла?

– У старшей сестры, – ответила чистую правду. Соврать и мысли не возникло. Не ему же!

Кронин отвечать не стал, за него все сказали глаза. Мне прямо там на месте захотелось все с себя снять. Нет, не все. Пиджак. В общем, я с трудом сдержалась. Но шеф отходить не собирался.

– Уже обед, – более мягко сказал он, будто бы я сама не догадалась. – На первом этаже есть кафе.

– Спасибо. Я пока не могу себе этого позволить. Зарплату жду!

И мне ничуть не было стыдно признаться в этом. В самом деле, что такого? Мне двадцать пять, я одинока, у меня нет папы-губернатора или бизнесмена. Мой папа отрекся от меня, когда мне было три, и сбежал в другую семью. А потом сбежала и мама к отчиму, когда мне было двенадцать. Подростковый период я переживала у любимой бабушки. Но теперь и ее не стало. Да, я одна и выживаю, как могу. Вот почему мне эта работа нужнее, чем Марии. Я буду выкладываться на двести процентов, работать в обеденное время, помогать с выбором рабов и делать что угодно. Я привыкла к вызовам, которые посылает судьба. Мало того, я иду по жизни с улыбкой. Вот и сейчас, посмотрев на босса, смело ему улыбнулась.

– Тимофей Андреевич, я собираюсь заняться подготовкой договора. У вас будут для меня замечания или указания?

Он почему-то удивился. Его правая бровь, с той стороны, где не было шрамов, поползла вверх, а глаза слегка округлились. Он некоторое время что-то молча обдумывал, а после сделал нечто непростительное: спионерил мой бутерброд. Откусил кусочек, а потом и вовсе уселся на стол. Нет, такого шока я пережить не смогла и в ужасе охнула. А шеф потянулся к телефону и нажал двойку на громкой связи.

– Ресторан, – оповестил женский голос.

– Кронин, – коротко представился шеф. – Две порции на двадцать пятый этаж, пожалуйста.

Там, видать, барышня обалдела на пару секунд. А потом прокашлялась и пролепетала:

– Конечно, конечно, Тимофей Андреевич, будет сделано. У нас сегодня супчик грибной, пюрешка, отбивная под сливочным соусом. С грибами тоже. И компот!

Внимательно все выслушав, начальник со всей серьезностью уточнил:

– Вишневый?

– Конечно! – заверила женщина. – Ваш любимый.

– Жду, – выдал он и отключился. А после закинул остатки бутерброда себе в рот и, даже не глядя на пораженную меня, пошел туда, откуда вышел.

Странный он. Очень странный. И чего бы это меня так забавляло?

Обед принесли спустя пять минут. Молодая симпатичная брюнетка с большим пакетом в руках явно кого-то выискивала взглядом. А когда обнаружила меня, помрачнела на глазах.

– А где Тимофей Андреевич? – спросила она.

– У себя, конечно же.

– А! – ответила девушка и приободрилась. – А ты новенькая, да? Я Света, в кафе работаю.

– Яна.

– Завидую тебе! Ты шефа вживую видела! А я еще никогда. Говорят, он когда-то очень красивым был, а сейчас просто уродище. Но ниче! Я все равно счастья попытаю!

Она подмигнула мне и зачем-то начала поправлять свои волосы, а после расстегнула пуговку на блузке, вываливая наружу то, чего босс видеть не должен. И вообще! Светочка явно не блистала умом, раз выложила все свои коварные планы первой встречной.

– Ну, пожелай мне удачи, – заявила девушка. – Пошла я!

Ага, уже! Побежала! Резко подорвавшись с места, я преградила дорогу бессовестной девушке.

– А ничего, что он работает? – дерзко спросила я.

– Так обед же, – недоуменно произнесла она. Да, в самом деле. – Он сам меня вызвал!

– Он вызвал не тебя, – поправила я, делая акцент на последних словах. – А свой обед.

И вырвав пакет из ее рук, я не очень-то нежно развернула ее в сторону двери.

– Еще девочек по вызову здесь не было, – заворчала я и громче добавила: – У нас приличная корпорация!

Остановившись у двери, Светочка зловеще мне пригрозила:

– Зря! Придешь ты ко мне обедать.

И ушла. Ну, судя по всему, уже не приду. Иначе покроюсь пятнышками или проведу день в компании белого друга.

– Еще одна с… сложная.

Выдохнув, взялась за пакеты. Еда была сложена в пластиковые контейнеры, но я помнила, что в буфетном шкафу имелись тарелки и поднос. Аккуратненько разложив одну порцию по тарелкам, разлила компот из бутылки по стаканам и понесла боссу.

Постучаться не успела, как он открыл дверь передо мной. Повезло, что не столкнулись. Тимофей Андреевич молча забрал у меня поднос и покосился на мой стол, проверяя, есть ли там еще еда.

– Что, обе порции вам? – уточнила я.

Мужчина раздраженно закатил глаза и закрыл ногой дверь. Конечно, обедать в моей компании он вовсе не собирался. Но хоть накормил голодную помощницу!

– Спасибо! – крикнула я в его дверь. Она и то была приветливей, чем Кронин.

Вкусный и сытый обед вернул часть настроения и поспособствовал продуктивности. У меня ушло около двух часов только на то, чтобы ознакомиться с каждым пунктом дотошного договора. Не любила я все эти деловые термины. Мой блокнот был исчеркан пометками и вопросами для босса. И в конце концов, он показался на свет. Одеваясь на ходу, Тимофей Андреевич начал раздавать указания:

– Позвони Троцкому и Сергееву, пускай заедут завтра пораньше. Обед с Рининым отмени, а Котова назначь на понедельник. И еще! Договор по Штеймер должен быть готов к вечеру. Я вернусь к шести.

И ушел. След простыл. А я все еще держала свой блокнот, собираясь задать первый вопрос из списка.

– Кто все эти люди? – захныкала я. – Как мне с ними связаться? Что мне делать?

Уткнувшись лбом в многострадальный блокнот, я вздумала пореветь немножко, все же стресс надо как-то выплескивать. Но слез не было вообще. Мало того, я начала смеяться. Представила лицо Кронина, замышляющего подленький план, как бы загнать меня в угол, и веселья прибавилось. Так уж получалось у меня, что смех служил лучшим лекарством. То ли воображение у меня бурное, то ли слез просто не осталось…

– Справлюсь! – заключила я, быстро записывая все фамилии, чтобы ничего не упустить. Мне как раз очень надо было заглянуть в отдел кадров.

Нона Григорьевная встретила меня с той же кислой миной, как и в прошлый раз. Но несмотря на это, она не вызывала у меня чувство неприязни, как девушка из кафе или та блондинка, которая положила глаз на Кронина. Начальница отдела кадров просто была недоверчивой особой. И меня пока не раскусила. Вежливо поздоровавшись, я приступила сразу к делу:

– А я вчера трудовой договор подписала. Тимофей Андреевич вам сказал?

– Чего ж не сказал. Сказал, – протянула она, не отрывая глаз от монитора. – А потом дал задачу еще одну найти.

Я так и упала на стул возле ее стояла, боясь не устоять на ногах.

– А зачем? – жалобно спросила я. Ему что же, меня мало?

Кадровик хмыкнула, осмотрела меня поверх очков и снова уткнулась в экран.

– А ты на что надеялась-то? Ты в любом случае на замене Аньки. Она с Крониным уже пять лет работает. Зная ее, скажу точно, что как малыш окрепнет, она вернется обратно. Три, ну четыре месяца максимум. Так что сильно не привыкай.

О возвращении Ани я вообще не думала. Тем более так скоро. Как же так? Она с ребенком еще в больнице лежит. Маленький Тимошка, насколько мне известно, подключен к аппаратам и будет там еще месяц, а то и два. А потом что? Такого кроху и на нянек? Неправильно все это…

– Так значит, я его не устраиваю, – совсем понуро произнесла я. Такое до боли знакомое чувство предательства захлестнуло меня с головой.

– Чего же? Не устраивала бы, прогнал бы еще вчера, – дерзко ответила Нона Григорьевна. И ее слова меня неожиданно приободрили. Женщина даже как-то иначе на меня взглянула. С интересом. – И умудрилась же ты зацепиться. Поразительно!

Она опять хмыкнула и вернулась к своим делам. Выходит, что зря я Марию отослала. А еще другие будут приходить. И надо их с милой улыбкой к боссу вести. Предатель! Гад и предатель! Ну я ему покажу!

– Нона Григорьевна, помогите, а! – взмолилась я. – Мне эта работа очень-очень нужна. Я страшно ответственный человек! Закоренелый трудоголик и вообще отчаянная личность. Поверьте, вы лучшего кадра не найдете. Я просто не вникла еще.

Состроив жалобные глазки, я протянула женщине блокнот с именами.

– Эх, ты! – вздохнула она. – Вот тебе, отчаянная личность.

Она достала из ящика стола красивый красный блокнот и протянула мне.

– Аня сделала пометки для новой помощницы. Просила меня передать той, которая задержится хотя бы на неделю. Но что-то мне подсказывает, что ты и все две протянешь!

Я улыбнулась и с благодарностью приняла блокнот.

– Нона Григорьевна, вы – супер!

– Это я знаю, – без лишней скромности поведала женщина. Ну, и раз контакт был налажен, я решила обнаглеть слегка.

– А может вы тогда и кадров новых на собеседование направлять не будете? Ну, скажем Кронину, что нет желающих.

Кадровик послала мне такой взгляд, что я сразу поняла – миссия невыполнима.

– Ладно. – Обреченно вздохнула и встала. – Ну тогда, может, хотя бы самых неадекватных присылайте, а?

Нона Григорьевна недовольно поджала губы и выдала:

– Судя по всему, ему такие и нравятся.

Это был явный намек на меня. Робко улыбнувшись, я вернулась на рабочее место.

В блокноте числись имена сотрудников и важных клиентов. Первые два оказались сотрудниками. Они обещали навестить наш офис завтра в восемь утра. А один даже начал со мной заигрывать. Голос у меня, видите ли, сказочно приятный. Быстро распрощавшись, я перенесла встречу с одним клиентом, а со вторым назначила деловой обед, как и было указано, на понедельник.

Вот и все! Теперь красный блокнот стал моим лучшим другом. Все равно мой потертый серенький был исписан до дыр. Одна проблема осталась: договор и куча вопросов, которые мне одной никак не решить. В спасительном блокноте ответов не нашлось, зато был телефон Ани. Но звонить я все же не решалась. Приказ начальства.

Мне нужно было чудо. И оно, что удивительно, свершилось! В пять, когда я внесла в договор все пожелания Глории и указала ее данные, ко мне пожаловал новый знакомый. Вадим был игривым и улыбчивым, как и вчера.

– Приветули! – пропел он, ставя на мой стол чашечку ароматного кофе.

– Это мне? – с придыханием спросила я, жадно вдыхая любимый аромат. Здесь такого добра не встретишь.

– Увидел, что Тим уехал. Ты только проветри помещение до его возвращения. Он звереет от аромата кофе, – поведал страшную тайну Кронин-младший.

– С ума сойти!

Впрочем, я уже не слушала его, а наслаждалась любимым вкусом.

– Как первый день прошел? – полюбопытствовал этот премилейший человек.

– Мне понравилось! На первой встрече была. Вроде все хорошо прошло. Только теперь вот… договор.

Вадим послал мне сочувственный взгляд и улыбнулся.

– Ну тоже мне проблема! У тебя шоколадки есть?

– В буфете.

– Неси! Будем твой договор смотреть.

Вот это было даже лучше, чем кофе. Я пошла к буфету, а Вадим даже занял мое место и начал сворачивать многочисленные страницы браузера, где я пыталась нарыть хоть какую-то информацию. К несчастью, в этот самый момент нас застукали на горячем. В кабинет зашел еще один мой новый знакомый. Слава. Слава, в отличие от Вадима, веселым не был. Он хмуро посмотрел на брата босса, а потом обратился к нему язвительным тоном:

– Решил попробовать себя в роли секретаря, Вадим? И как? Любопытно, небось.

– Весьма! – поддержал разговор Кронин, и тоже не очень-то вежливо. – А тебя каким ветром занесло? Что ж ты свою бедную женушку одну в больнице оставил?

От этого замечания Слава совсем помрачнел. Он и так на бандита был похож, а сейчас ну точно был готов на зверское убийство. Спасти ситуацию могла только я.

– Вадим Андреевич, я вам очень благодарна за кофе. Но давайте в следующий раз побеседуем, хорошо?

Я закрыла ему вид на Славу и помахала перед лицом шоколадкой.

– Взятка! – шепотом добавила и засунула вкусняшку в карман его пиджака.

К счастью, молодой человек все понял без слов. Он улыбнулся мне, встал из-за стола и потопал на выход. Слава стоял каменной статуей, держа в руках пухленький чехол для одежды. Надеюсь, не труп он там прятал. Проходя мимо охранника, Вадим игриво произнес:

– Яночка, могу и сегодня подвезти. Если тиран не задержит.

Благодарно ему улыбнувшись, я отмахнулась.

– Сама дойду. Куртка есть.

Он ушел, а я осталась наедине со злым бандитом. Зато у меня все еще был кофе.

– Ну что? – не выдержала я гнетущего молчания.

– Что он выискивал? – спросил Вячеслав и подошел к моему ноутбуку. На экране была первая страничка договора для Глории. Увидев это, Слава грязно выругался, а я поняла, что допустила ошибку.

– Он не должен был видеть? – робко спросила я.

– Имя и фамилию клиента в первой строчке? – спросил Слава ядовито. – А ты как думаешь?

– Черт. – День все-таки превращался в катастрофу. – Но он же брат Тимофея Андреевича и…

– Главный конкурент, – закончил за меня Слава и поджал губы. – Не важно, это не те вопросы, в которые ты должна вникать. В договоре о неразглашении четко прописано, что деловые вопросы нельзя обсуждать с сотрудниками других отделов. А в твоем случае вообще лучше помалкивать. У тебя здесь проходной двор, так что теперь? Ты у каждого вошедшего будешь просить помощи?

Выслушав все тихо и покорно, я ощутила себя полнейшим ничтожеством. А ведь правда. Я же помнила этот пункт. И вообще всегда со своими проблемами справлялась одна. А тут… Вот что случается с одинокими девушками. Пару ласковых слов, соблазнительная улыбка, немного внимания – и клиент готов.

– А еще я к Ноне Григорьевне обращалась, – честно призналась. – Она мне телефоны дала и пометки Анины.

Слава вздохнул и сбросил свой пакет мне на стол.

– К Ноне можно. Она за нас.

– А другие не за нас? – уточнила я.

Мужчина не ответил, а начал молча распаковывать чехол. Внутри оказались три вешалки, и на каждой имелся деловой костюм.

– Это тебе, – подтвердил мои надежды Слава. – Аня передала.

– Правда? – спросила я и, как того требовало воспитание, первым делом начала отказываться. – А может не надо?

Но ручки-то уже потянулись к красивой и мягкой ткани.

– Еще как надо! – заверил Вячеслав. – Они новые, ты не подумай. С этикетками еще. Как-то Тим расщедрился и выделил Анюте приличные премиальные. Сказал часть потратить на новую одежду, чтобы при клиентах быть на высоте. Ну она и потратила. Все! А потом пузо выросло. Так что, считай, что тебе по счастливому случаю перепало.

Я могла бы поспорить, что эту историю он выдумал на ходу. Пожалели они меня просто. Но и этому повороту я была рада.

– А давай я возьму это в долг? – предложила я. – А когда первую зарплату получу, куплю Ане точно такие же новые костюмчики? В конце концов, она скоро вернется. И ей опять понадобится новая одежда…

Слава прервал меня громким смешком. Таким артистичным, отрепетированным.

– Вернется она! Как же! Так я ее и пустил.

Я просияла и улыбнулась бандиту.

– Правильно! – поддержала я. – Пускай окрепнет, материнством насладиться. А я ее здесь добросовестно подменю. И больше никогда не буду совершать ошибок. И на ноутбук пароль поставлю, чтобы никто не лазил. И давай боссу ничего не скажем, а?

Слава недовольно покачал головой.

– Аня в ноутбуке никакой важной информации не держала. Только образцы договоров, никаких данных клиентов. Потому, как только ты это распечатаешь, сразу все удаляй и историю в том числе.

Вот как раз за оставшийся час до прихода начальника я с неоценимой помощью Вячеслава нашла ответы на все свои вопросы и закончила составление договора.

– Готово! – произнес Слава и в который раз посмотрел на часы. – Меня Аня выгнала, сказала через час возвращаться. Но теперь-то она от меня не отделается!

Я благодарно ему улыбнулась и попросила поблагодарить жену за доброту и заботу.

– А ты молодец! Ты не похожа на одну из этих холодных офисных барышень, – произнес он задумчиво. – Вот Аня моя такой и была.

– Серьезно? – спросила я с улыбкой. Вообще-то, такой она мне и показалось при первой встрече.

– Ага! Ух, как меня это задело! Я ей цветы, конфеты, а она никак. Год за ней бегал.

– Ну добегался же! – заключила я.

– Еще всю жизнь бегать, – уходя добавил он.

А когда ушел, я снова чувствовала себя на высоте. Даже успела обновки рассмотреть. Один черный брючный костюм двойка, один брючный тройка и один с юбкой. Последний мне особенно понравился цветом морской волны. Хорошо подчеркивал мои глаза. Имелись также три блузы пестрых цветов. Все можно было комбинировать, создавая разные образы. Я была в восторге! И тут же надела новенький черный пиджак. Как распорядиться старым, тоже знала.

Шеф явился неожиданно. Точно намереваясь поймать меня врасплох. И поймал.

– Кофе! – вскрикнул он так, что я вздрогнула.

– Х-хотите? – вежливо предложила. И почему это я опять заикаться начала?

– Не хочу, – отрезал босс. – Меня от запаха воротит.

– Да я мигом уберу, – пообещала я и выбросила пустой бумажный стаканчик в мусорное ведро. – Каюсь! Есть у меня такой недостаток. Я кофеманка. Но зато не курю, пью по праздникам и очень исполнительная. Вот! – Указала на распечатанный договор. – Я все сделала! И встречи все организовала, как вы и велели.

Кронин, видно было, очень хотел возразить и сказать что-то колкое. Но сдержался, молодец.

– Уже поздно, – произнес он и покосился на часы. Действительно, давно перевалило за шесть, а я и не заметила. – В половину седьмого приходит уборщица. В семь двери закрываются автоматически. Не советую задерживаться.

Я поняла, что договор сегодня Кронин читать не будет, и на всякий случай уточнила:

– А уборщице вы доверяете?

Он с каменным лицом подошел к моему столу, выдвинул верхний ящик и смахнул туда договор.

– Ей я доверяю, – отчеканил он, делая акцент на первом слове. Уборщице – да, а своей личной помощнице – никак нет. – Собирайся домой, Аня.

– Яна, – шепнула я в его спину. Он уже стоял у шкафа. Но не для того, чтобы помочь мне одеться, просто рядом находилось окно, которое можно было открыть. И пока я одевалась, Тимофей Андреевич со всем усердием пытался открыть заевшую ручку. Казалось, никакого подвоха быть не должно. Вот только я закрыла дверцу шкафчика, и в мое лицо полетела крепкая и увесистая мужская рука. А точнее, локоть. И прямо в глаз!

– Ай!

– Твою ж… Аня!

– Яна я! – закричала от нервов, прижимая ладошку к жгущему оку. И угораздило же его. – Три буквы. Аня наоборот. За что, а? За что вы меня так не любите?

Наконец выговорившись, я сфокусировалась на мужчине и впервые увидела своего грозного босса совершенно растерянным. Всего на несколько секунд, но это помогло опровергнуть мою теорию о том, что он робот, а не живой человек. Очень даже живой, как оказалось.

– Я…

– Да все хорошо, – заверила я. – Вы же случайно, да?

– Конечно, случайно. – Он выдохнул и кивнул на мой глаз, который я все еще прикрывала. – Что там?

Мотнула головой.

– Пока так подержу.

– Болит? Надо холодное приложить.

Глаз ужасно саднил, пульсировал и слезился. Я уже чувствовала, что тушь растеклась и начала жечь.

– Я лучше домой пойду.

– Я отвезу, – заявил, как выяснилось, заботливый босс.

– Да здесь совсем ря…

– Не обсуждается. А лучше в больницу.

– Нет уж. В больницу точно не дамся.

Звучала я вполне убедительно, потому Кронин сдался и начал помогать мне с курткой. А потом и чехол с одеждой вызвался нести. В общем, мне, как жертве, положена забота.

– Покажи, что там, – отдал он приказ, как только усадил меня в машину. Водитель был тот же. Поздоровался, но вопросов задавать не стал.

– Не покажу, – воспротивилась я. – Все равно в темноте ничего не увидите.

Тимофей Андреевич молча сверлил меня взглядом, и, в конце концов, я сдалась. Выдержать это невозможно! Опустила руку, но глаз открыть не смогла. А шеф, разглядев меня, удовлетворенно кивнул.

– Ничего страшного. Лед дома приложишь, и все сойдет. Если нет… – Он фыркнул и потянулся в свой карман. – У тебя и номера моего нет.

Кронин протянул мне визитку и строго приказал:

– Позвонишь мне в восемь тридцать и отчитаешься насчет своего самочувствия.

Так и хотелось отдать ему честь. Собственно, так я и сделала. Но босс не заценил.

– Будешь ехидничать – уволю!

– Сегодня никак нельзя, – произнесла я, свято веря в свою неприкосновенность. – Сегодня я жертва.

И Кронин скупо улыбнулся.

– Но завтра-то можно, – пробормотал он.

Щас! Увольнять тоже не дамся. Водитель остановился там, где утором меня подбирали, и я начала выбираться из внедорожника.

– Яна? – позвал Кронин.

Я обернулась, а шеф спрятался в тень салона, подальше от света уличных фонарей.

– Извини. Случайно вышло.

Хотела съехидничать. Очень хотела. Но вместо этого кивнула и широко ему улыбнулась. Определенно в этом были и плюсы. Имя мое он запомнил наверняка!

Глава 5

Сегодня он точно избавится от навязчивой идеи найти себе новую помощницу! Увидит меня и сразу поймет, что лучше ему не сыскать! Костюм сидел как влитой. Я выбрала самый красивый, цвета морской волны. А еще коралловую шелковую блузку. Ну и так как переобуваться я вчера не стала, на мне были роскошные туфли на огромной шпильке. Но теперь-то и держалась я на них уверенно. Все утро репетировала походку. Даже видеоуроки подсмотрела в интернете. А еще по тем же урокам научилась делать симпатичную прическу. Не просто скучный пучок, а красивую косу. Мне ужасно шло! Вот что бывает, когда девушке дать немного времени для себя любимой. Вчера по телефону Тимофей Андреевич так и сказал: «Ты мне утром не нужна, будь готова к обеду. У нас деловая встреча. Оденься прилично». Нет, ну он все-таки обалдеет!

За окном послышался знакомый гудок клаксона, и я, еще раз себя осмотрев в зеркале, поспешила к любимому боссу. Когда я подбежала к машине, он открыл свою дверцу. Вышел, встал и обалдел. Я так и знала!

– Твою ж… дивизию, – с обреченным вздохом произнес он. А лицо-то какой недовольное.

– Да что теперь не так? – едва не захныкала я.

Кронин выдохнул, поморщился и подошел ближе. Я вжала голову в плечи, ожидая от несносного мужчины чего угодно. А он положил палец на мой подбородок и слегка приподнял, все с той же кислой миной рассматривая мое лицо. Я и дышать перестала. В его столь близком присутствии это было практически неисполнимо.

– Таки остался синяк, – шепнул он.

Я облегченно выдохнула.

– А, это! Ну так локтем же прямо в глаз! Вы на что надеялись? Похожу так немного. Не смертельно.

– Ты бы хоть тоналкой замазала, – подсказало начальство.

– Я замазала! Вообще-то, он еще ярче. А скоро и желтым станет. Так что давайте быстрее на встречу, – подбодрила я и улыбнулась.

Босс вдруг перевел взгляд на мои губы и подозрительно сощурился.

– Кофе пила? – с упреком спросил он.

Не, будто он меня на курении поймал. Или еще на чем-то страшном.

– Пила! – ответила я. – Горе запивала. Или вы бы предпочли заплаканную и опечаленную помощницу?

Ничего на это не ответив, он отступил и открыл для меня дверцу машины. А когда я почти села, Кронин вдруг передумал:

– Оставайся лучше дома.

Я недовольно на него глянула и потом указала на свой наряд.

– Я зря, что ли, все утро собиралась? Нет уж! Поеду. Да что такого? Ну, подумаешь, синяк. – Так и хотелось сказать, что он же со своими шрамами ходит, и никто из клиентов от этого еще не умер. Но вместо этого ляпнула другое: – Скажу, что босс меня лупит!

Ох, зря. Ну и зверское выражение появилось на лице Тимофея Андреевича.

– Шутка! – поспешила исправиться и на всякий случай нырнула в джип, чтобы он не успел меня вытолкать домой.

Славы сегодня не было, только водитель Коля. Но Тимофей Андреевич все равно предпочел сесть на заднее сидение.

– Расскажете немного о клиенте? – попросила я.

Босс с недовольством посмотрел на мой синяк, потом на мои губы, потом снова на синяк.

– Вель Андрей Станиславович, – выдал он. – Частный предприниматель. Один из богатейших людей в области.

– Как он вышел на вас? – задала я наводящий вопрос. – Или вы на него?

– Мы учились вместе, – признался Кронин. – Поддерживаем приятельские отношения. Но это не значит, что ты должна ему «тыкать» или обниматься с ним на прощание.

Никак не выдав своего негодования и даже не став оправдываться, я просто кивнула и пообещала:

– Я вас не подведу, Тимофей Андреевич. Вот увидите.

Ресторан, где была назначена встреча, оказался загородным, уединенным и совершенно пустым. В целом, идеальное место для подобных переговоров. Нас встретил приветливый официант и провел в зал, где за центральным столиком сидел клиент. Я еще издали поймала его изучающий взгляд на моих ногах. Но дольше положенного мужчина не засматривался, что могло означать только одно. Его сердце было занято. Иначе как на такую красоту не отреагировать? Встав, он с улыбкой протянул руку сначала Кронину, а потом поприветствовал и меня.

– Андрей.

– Яна, – вежливо представилась я.

Внимательный клиент обратил внимание на мой синяк и вздумал пошутить:

– Батюшки, это шеф вас так?

Он-то посмеивался, а вот Кронин все за чистую монету принял. Да еще и шутка моя накануне его опечалила.

– Это слу…

– Издержки профессии, – отрезала я, пока Тимофей Андреевич не начал оправдываться. И тон мой был сухим и деловым, как от меня и требовалось. Правда, перед маленьким уточнением я не устояла. Так, чтоб напустить туману. – К сожалению, не все наши клиенты адекватны.

Андрей хмыкнул и жестом пригласил нас к столу.

– Бойкая она у тебя, – произнес он Тимофею Андреевичу. Тот даже при друзьях не стал изменять себе и остался хмурым и отстраненным. Он всунул мне в руки меню и приступил сразу к делу:

– Итак, чем мы можем тебе помочь?

– Я хочу украсть девушку, – недолго думая, ответил Вель. К слову об адекватных клиентах.

Сложив меню, я со всей серьезностью уставилась на клиента в ожидании подробностей.

– Она совершеннолетняя? – задал наводящий вопрос Кронин. Я сгорала от любопытства, но внешне оставалась профи.

Поджав губы, Андрей покачал головой.

– Тогда никак не выйдет, – отрезал Тимофей Андреевич.

А, то есть совершеннолетних красть можно?! Занимательная у него позиция.

– Тим, мне очень надо! – начал молить клиент. – Она меня младше на четырнадцать лет. Ее родители против. И ее настроили так, что она видеть меня не хочет. Но все не так.

Он обреченно выдохнул и покосился на меня.

– Я серьезно завяз, друг. Мне нужно всего три дня. Я ее уговорю выйти за меня, и больше она от меня не отвертится. Я и сам могу, но ты сделаешь чисто. Чтоб ко мне потом не придрались.

– К тебе в любом случае придерутся, если ей нет восемнадцати, – настаивал на своем босс. И был абсолютно прав. – Какие бы благие намерения ты ни преследовал, твои конкуренты только и ждут, чтобы сбросить на тебя бомбу. Они тебя потопят. Окажешься на нарах.

Андрей потер лицо и откинулся на спинку стула. Он напоминал побитого бродягу – настолько несчастными были его глаза. Я не могла так просто оставить его.

– Как вы планировали провести эти три дня? – спросила я и поймала недовольный взгляд шефа. Андрей тут же оживился и склонился поближе к нам.

– Хочу подарить ей сказку. Она же девчонка еще у меня. Ей романтику подавай, малину. В общем, мне нужно очень уединенное место. Хоть даже тропический остров, хоть домик в тайге, все равно. Чтобы на километры никого вокруг. В доме, естественно, должно быть необходимое на три дня, а то и на неделю. И какая-то рация на случай непредвиденных обстоятельств.

– Это все противоречит нашим правилам, – вставил Кронин. – Наша охрана всегда неподалеку от объекта. Они должны быть уверены, что все участники операции в полной безопасности. Если хоть что-то пойдет не так, они сворачиваются и доставляют участников в безопасное место.

Нахмурившись, Андрей поиграл с меню на столе и, наконец, кивнул.

– Хорошо, пускай будут рядом. Главное, чтоб в дом не заходили.

Клиент был готов на любые уступки, а вот мой шеф нет. Поэтому в игру вступила я.

– Вы уверены, что данную операцию нужно проводить именно в этот период жизни? Почему бы вам не обратиться к нам, когда девушке исполнится восемнадцать? Тогда не будет никаких проблем с законом. А к тому времени у нее будет возможность обдумать и разобраться в своих чувствах. И у вас также.

– Да обдумывал я уже, – бросил Вель. – Нечего здесь думать. Тим, может, поймет. Если встретил свою женщину, то отпустить уже не сможешь. Ну что, виноват я, что судьба так поиздевалась? Я ее тридцать два года ждал!

Глянула на босса. Тот сжимал челюсти и недовольным взглядом сверлил приятеля. Но, почувствовав мой взгляд, повернулся. Как всегда, я не смогла угадать его мысли. Не было в его глазах сострадания, желания помочь, только темень и мрак. И все же… Что с ним случилось? Почему он стал таким холодным?

– Ей восемнадцать в следующем году исполнится, – вставил клиент. Видно было, он ломал себя. Готов был на любые условия. Ну как не помочь мужчине в отчаянии?

– Это ведь совсем недолго, – заверила я. – Когда именно?

– В январе, – совсем горестно ответил мужчина. – Пятого.

Не удержалась и фыркнула.

– Через полтора месяца? И столько трагедии? Вот что, Андрей, – деловито заявила я. – Все вполне осуществимо, если к делу подойти с толком. Прежде всего, на подготовку данной операции потребуется время и определенные ресурсы. – Бросила быстрый взгляд на шефа, тот уже выглядел вполне заинтригованным. – И, конечно, дополнительная оплата за риски. Похищение, сами понимаете.

Естественно, я догадывалась, что, скорее всего, команда Кронина придумает легенду для родителей девушки. Может, она выиграет путевку, а может вдруг захочет провести время с подругами. Все реально подстроить. Но Вель-то об этом не знал.

– Да плевать, – отрезал Андрей. – Любые деньги.

Удовлетворенно кивнув, я продолжила:

– Пятого января в канун Рождества будет весьма праздничное настроение. Представьте себе уединенный домик где-нибудь с видом на холмы или горы. Внутри домашняя, уютная обстановка. Домик маленький, достаточно одной-двух комнат и определенно лишь одно спальное место, чтобы у дамы вашего сердца не было особого выбора. Полагаю, что и слишком тепло там быть не должно, чтобы у вас была возможность проявить заботу и обогреть ее. Как-никак, девушки ценят заботу превыше всего. Камин, дрова, мягкая шкура. Свет приглушенный, возможно, только свечи. Где-то в погребе или холодном месте должны быть запасы вина, солений и мяса, которое можно готовить, как шашлык, прямо на огне в камине. – Я представила себе все это так ясно, будто бы это меня собирались красть на целых три райских дня. В самом деле, какая девушка не мечтала бы о такой зимней сказке с любимым? Я могла бы говорить об этом вечно: – И, конечно, сладкое. Много сладкого. Шоколад, зефир, который также можно подогревать на шпажках, возможно, фрукты. Какао в большой кружке…

– Чай! – оборвал меня Кронин. Так резко, что я опять вздрогнула. И Андрей вместе со мной. У клиента вообще была странная мечтательная улыбочка, и он в целом казался прибалдевшим.

– Яночка, вы волшебница! – объявил он. Ну наконец-то, хоть кто-то оценил. – Идеально! Нет, правда! Я думал остров снять на месяц, даже присмотрел один. Но к черту остров! Хочу зимний домик, и чтоб было холодно. Экстрим! Вот что нам нужно. – Я так и поняла, что особенно клиента впечатлила часть с отогреванием.

Остаток обеда мы ели и обсуждали детали. Не обошлось без нового блокнота, куда я записывала все, что клиент только мог рассказать о своей избраннице. А потом даже появилась идея.

– А давайте я попробую подружиться с ней через соцсеть? Под кодовым именем, конечно. Представлюсь ее ровесницей, войду в доверие, расспрошу о вас и ее чувствах? Нам так будет легче спланировать операцию.

Андрей скосил хитрый взгляд на Тимофея Андреевича и спросил:

– Слушай, где ты взял этот генератор идей? И где это твоя Аня?

– В отпуске, – буркнул тот.

– А, так вы на замене, – заключил Вель. – Яна, если вам понадобится работа, то обязательно со мной свяжитесь.

И он, точно как Кронин вчера, протянул мне свою визитку. Если так пойдет и дальше, придется визитницу покупать. А пока я со скромной улыбкой спрятала карточку в блокнотик и поблагодарила мужчину.

– Думаю, остальные детали мы обсудим в другой раз, – отчеканил босс, намереваясь закончить встречу. – Как только мои люди продумают ход операции. Тогда озвучу и сумму.

Вель участливо кивнул. Было видно, что вопрос финансов его вовсе не волновал. Сумасшедший человек! Влюбленный, наверное.

– Андрей, можно совет? – на прощание произнесла я. Просто заметила, как часто он проверяет свой телефон. – Не звоните ей как минимум две недели. А лучше все эти полтора месяца. Вообще не давайте о себе знать. Опыт подсказывает, что когда мужчина в жизни женщины появляется в момент, когда она уже не ждет его, то эффект… колоссальный.

Я вежливо ему улыбнулась и протянула руку. Он крепко ее сжал и улыбнулся в ответ. Обниматься клиент не полез, но доволен точно остался. А вот босс… Он, конечно, нет. Мы вышли из ресторана, дошли до машины, сели внутрь, и лишь тогда он на меня посмотрел. Я уставилась на него с надеждой и волнением, ожидая вердикта. А он молчал.

– Ну все не так уж и плохо прошло, – неуверенно произнесла я.

Опять не ответил. Я отвернулась к окну и уткнулась лбом к стеклу. Ну непробивно-о-ой! Машина плавно тронулась, и я ощутила прикосновение к своим пальцам. Случайно вышло. Кронин меня коснулся, когда усаживался поудобнее. Но этого хватило, чтобы вызвать у меня волну дрожи. Он заметил это и быстро убрал руку. Вот только страха я не испытывала. Ничуть.

– Да, – вдруг произнес он, нарушив тишину. А когда я снова на него посмотрела, добавил: – Не так все и плохо прошло.

Улыбка сама по себе расплылась едва ли не до ушей. Похвалили! Похвалили меня! Шеф даже хмыкнул, но быстро вернулся в привычный образ. По крайней мере, и сегодня меня не уволят.

Глава 6

А они еще смели сомневаться, что я продержусь до конца недели! Продержалась. В пятницу Тимофей Андреевич отпустил меня в обед, но дал поручение на дом найти варианты зимних вилл в живописных местах страны, а также наладить контакт с «целью объекта», как он назвал милую девушку Настю. Милая девушка Настя оказалась легким заданием. Я нашла ее в группе любителей рукоделия и легко завязала разговор. Нет, вязанием и вышивкой я вовсе не увлекалась, но притвориться, что это самое интересное в мире занятие, не так и трудно. Хотя, признаться, для почти восемнадцатилетней девушки это несколько нестандартное хобби. По общению Настя оказалась очень рассудительной для своих лет и в целом оставила приятное о себе впечатление. Но к разговору о парнях я решила перейти немного позже. Она и так начала подозревать неладное, когда я проговорилась, что работаю. Это в мои-то заявленные семнадцать лет!

В воскресное утро я оказалась в отчаянном положении. Мой телефон с противным кваканьем сдох, а другой техники в моей скромной обители не было. Задание с поиском зимних домиков грозило остаться невыполненным. Но это не мой вариант. Набравшись смелости и немного наглости, я постучала в соседские двери и попросила у молодой девушки приятной наружности позвонить. К счастью, она не отказала. Нервно постукивая ногой, я все ждала, когда босс ответит. Нехорошо, конечно, любимое начальство в выходной день беспокоить, но выхода у меня не было.

– Кронин, – послышался жесткий и властный голос. У-у-у! Как сразу промурашило от него. Я даже поймала себя на кошмарной мысли, что соскучилась. Вот такая ненормальная.

– Э-это я. Яна.

Секундное молчание подсказало, что шеф был в недоумении.

– Что-то случилось? – спросил он мягче.

– Тут такое дело, Тимофей Андреевич. У меня техника сломалась, и я никак не смогу выполнить задание с поиском подходящих объектов. Я вот что хотела спросить. А в офисе кто-то есть? Охранник сможет мне открыть? Я бы тогда…

– Яна, ты в своем уме? – оборвал меня явно чем-то очень недовольный Кронин. – Сегодня воскресенье! Люди отдыхают. – И уже тише: – Еще одна трудоголичка на мою голову.

– Да мне все равно заняться нечем, – заверила я.

А в ответ… гудки.

– Босс? – с пониманием спросила соседка Вера.

Кивнула.

– Ну и правильно сказал, – поддержала девушка. – Воскресенье, люди отдыхают, ага. Особенно женщины. Полы вымыть надо, пыль вытереть, стирку загрузить, белье погладить, завтрак, обед, ужин приготовить, с детьми уроки сделать. В общем, целый день отдыха, а ты еще и на работу просишься!

И она покрутила пальцем у виска. Я хмыкнула и вспомнила небольшую горку посуды в мойке. Но если честно, лучше бы я все же на работу пошла. Меня воротило от той квартиры, наверное, так же, как Кронина от кофе. Осмотревшись, я поняла, что у Веры имеется ребенок. Девочка где-то десяти лет. Ее вещички были разбросаны повсюду, а самого ребенка нигде не наблюдалось.

– Моя у папаши сейчас, – поведала соседка. – Мы в разводе. В шесть привезет. Так что у меня еще полдня на то, чтобы «отдыхать», а ты, если так уж надо, можешь воспользоваться моим компом. Он еле дышит, но интернет вроде тянет. – Вот она, женская солидарность. Или соседская.

Квартирка у Веры была однокомнатной, точно как у меня, только в зеркальном отражении. Потому я вовсе не удивилась, что для компьютера место нашлось на кухне. Монитор стоял на подоконнике, который служил продолжением стола. Очень скоро около меня стояла кружка какао и зефирки. Все это помогло нам с Верой погрузиться в атмосферу зимней романтической сказки. Конечно, я не стала раскрывать девушке всех деталей, но она точно поняла задачу. И пока на плите готовилась стряпня, мы бурно обсуждали виллы.

– Сто процентов на Алтай надо ехать, – настаивала Вера. – Какие там виды! Я, правда, никогда не была. Но картинок насмотрелась.

Я поджала губы. Далековато.

– Мне бы что-то северней.

– Может тогда Великий Устюг? Типа резиденция Деда Мороза. Я вот Маньку свою давно мечтала повезти. Да так и не вышло. То работа, то развод. А она взяла и выросла! В сказки мы больше не верим, вот так.

Я грустно улыбнулась.

– Ничего, подрастет еще немного и снова поверит. А как жить, если не верить в лучшее?

Соседка меня поняла. Она кивнула и потянулась своей кружкой к моей.

– За это и выпьем.

А потом совершенно случайно мы набрели на потрясающей красоты виды. Я уж подумала, что это и не в нашей стране вовсе, пока не увидела название области.

– Идеально! – заключили мы с Верой одновременно.

– Слушай, а вот здесь и домик деревянный есть, – восторженно произнесла я, рассмотрев еще одно изображение местности. – Где бы еще телефончик их найти?

– Телефон? – Вера фыркнула. – Ехать туда надо. И на месте договариваться. Если там какие старики живут, то можно им альтернативу предложить на несколько дней. В город их отправить или к родственникам. Все можно, когда бабки есть.

– Это да!

По крайней мере, я выписала в блокнот географические координаты, а также переслала на электронную почту картинки, чтобы показать завтра шефу. Заметила на себе придирчивый взгляд Веры и приподняла бровь.

– Слушай, я все не решаюсь спросить, – неловко начала она и указала на мой уже позеленевший синяк. Я и про тоналку забыла. – Это кто тебя так?

– А, это случайно, – отмахнулась я.

Но девушка не поверила. Тяжко вздохнув, она произнесла:

– Я бы, конечно, могла тебе пожелать помириться с ним да все забыть. Но понимаешь, не бывает так. Не забывается это. А они, сволочи такие, если раз руку поднимут, то уже не остановятся.

И тут я представила себе регулярно лупящего меня Кронина и, как всегда, начала смеяться.

– Ничего смешного, – заверила Вера. – Твое дело, конечно. Но я бы не прощала. Пусть хоть месяц здесь ходит, пороги обивает.

Еще раз хохотнув, я непонимающе уставилась на соседку.

– Кто ходит? Что-то я не пойму.

– Ну, этот же твой. Бывший или кто он тебе. Ходил здесь на этаже у нас. Один раз увидела в глазок, что письмо тебе оставил в черном конверте. А потом еще во дворе несколько раз его встречала. Он будто специально поджидает тебя. Я думала, ты знаешь. Он, конечно, ничего, но и ты, Яна, красавица. Знай себе цену и не давай всяким гадам вытирать об тебя ноги. Лучше уж одной, чем с таким.

Я уже не понимала, о ком именно говорила Вера – о себе или обо мне… В голове болезненно пульсировала одна мысль. Он здесь. Он все время здесь. Поджидает меня. Ненормальный псих.

– Мне пора, – прошептала я, чувствуя прилив паники. Я знала, как с ней бороться дома в одиночестве. Но уж точно не при свидетелях.

– Ян? Все хорошо? – забеспокоилась соседка. – Если я сказала чего лишнего, то ты прости. Я не хотела.

– Нет, что ты, – заверила я. – Ты мне безумно помогла. Спасибо тебе, Вер! Правда. И если что нужно – соль, сахар – всегда обращайся!

Вылетела из ее квартиры, понимая, что не очень-то адекватно себя веду, но мне было просто необходимо оказаться от всех подальше. Лишь закрыв дверь своей квартиры, я вздохнула с облегчением и попыталась взять себя в руки. Мой дом – моя крепость. Он сюда не проникнет. А даже если и да, то ничего мне не сделает. Раньше же не смел…

Раздался дверной звонок, заставив меня вздрогнуть. Я подумала, что это Верочка, ведь не через домофон же звонили. Но когда открыла, обалдела на месте. Кронин! Собственной персоной. Такой огромный, страшный, хмурый, весь в черном… И я вдруг почувствовала такое несказанное облегчение в его присутствии, что и дыхательные упражнения оказались лишними. А еще появился глупый порыв броситься к нему с объятиями. Я себя сдержала, обняла саму себя, а боссу счастливо улыбнулась.

– А в-вы что здесь делаете?

– У тебя домофон не работает, – обвинительно произнес он вместо ответа.

– Я у соседки была, не слышала просто. Проходите!

Я поманила его рукой, запоздало вспомнив, что моя берлога – не место для гостей его уровня. А вот Тимофей Андреевич это понял сразу. Глянув на старые выцветшие обои, мебель советского времени и дыру в протертом линолеуме прямо у его ног, он философски выдал:

– Мда-а-а-а.

– Как я вас понимаю, – поддержала я и невинно развела руками. – Но что поделаешь!

– Я, собственно, задерживаться не собираюсь, – произнес он. – Яна… Как там тебя?

– Васильевна. А фамилия Панкеева, – протараторила я и закрыла ладошкой пока еще здоровый глаз. Так, на всякий случай. Если он собирается запоминать, то пускай как-нибудь по-другому. Я морально не готова.

Босс сначала не понял, нахмурился, потом метнул взгляд на синяк и недовольно прищурился. А потом, клянусь богом, он улыбнулся! Совсем скупенько, но на удивление красиво.

– У тебя пять минут на то, чтобы выглядеть прилично, – отчеканил он.

– А куда вы меня отсюда забираете? – крикнула я на все согласная и уже бегущая в спальню к шкафу.

– Ну у тебя же полно свободного времени, как оказалось, – послышался его голос почему-то с кухни. А там посуда немытая! – Вот и составишь мне компанию. На объект поедем.

– На какой?

– На тот, с рабами и малолетней извращенкой.

Прилично одетая и с одним накрашенным глазом я вошла в кухню и застала шефа за странным занятием. Открыв дверцы буфета, он стащил банку кофе и… нюхал ее.

– Ага! – воскликнула я. Счастью моему не было предела. Такой компромат нарыть. – Я так и знала, что вы от него тащитесь! Всегда так! То, что больше всего раздражает, оказывается самым вкусным и желанным.

В недовольстве поджав губы, Тимофей Андреевич с грохотом поставил банку на место и закрыл дверцы.

– Ты готова?

– Конечно! – заверила я, дорисовав оставшиеся реснички.

И мы ушли. В машине оказалось одно незнакомое лицо – Сергей Сергеев, тот самый навязчивый молодой человек, который придрался к моему сказочному голосу. Как оказалось, он теперь заменял Славу.

– А в жизни ты оказалась еще лучше, чем я мог себе представить, – произнес он с придыханием. И на вид такой же бандит.

– Коля, сделаем круг, – вставил босс. – Завезем Серого домой.

– А что такое? – возмутился новый начальник охраны.

– А ты мне больше не нужен, – холодно ответил шеф. – Выходной.

– Вы бы, Тимофей Андреевич, лучше свою помощницу пожалели. Ян, а давай в ресторан? Я тебя обедом вкусным накормлю.

Я и рта раскрыть не успела, Кронин похлопал водителя по плечу и дал Коле новое указание:

– А вообще, некогда нам. Сам доберется. На остановке притормози.

Сергей был поражен до глубины души. Я поймала его непонимающий взгляд, устремленный на босса, а вот сам Кронин ничего не заметил. Он снова уткнулся в окно, пока Сережа прощался со мной, разбрасываясь обещаниями, что однажды он меня все-таки у Тима украдет. Щас!

Я все пыталась разговорить начальника, задавая вопросы о том да о сем, но он упрямо молчал. Молчал он и в загородном доме, куда нас доставил водитель. А я ходила с открытым ртом, восхищаясь богатством особняка, пока не послышалось цоканье каблучков по мраморной плитке. Глория вышла из зала с улыбкой до ушей. Весь вид клиентки говорил о том, что она осталась довольна. Особенно ее взъерошенные рыжие волосы.

– Яна! – радостно воскликнула она и расцеловала меня в обе щеки.

Я покосилась на босса и кашлянула.

– Добрый день, Глория, – поприветствовала я официально, как и полагалось. – Как проходят ваши выходные?

– Лучше, чем я думала, – заговорщицки поведала она и тоже покосилась на Кронина. – Все готово?

Я не была в курсе дела, меня не посвятили и, судя по всему, не собирались. Тимофей Андреевич достал из своего знаменитого кармана сложенные бумаги и протянул девушке.

– Прочтите сейчас внимательно. Если все устроит, подпишите.

Она кивнула, хихикнула и поцокала обратно в холл.

– А что там? – шепотом спросила я.

– Договор о продлении, – ответил босс. Ну кто бы сомневался!

Договор был подписан спустя час. Пришлось растолковывать девушке, что «рабов» нельзя купить на более длительный срок. Ни на год, ни даже на месяц. Еще два дня и точка. Но она так не хотела выходить из образа властной хозяйки, что я на свой риск предложила ей стать нашей постоянной клиенткой. Так и сказала, что у нас будут акции, скидки, выгодное предложения по праздникам, вроде «Три раба по цене двух», но плата на год вперед. Глория визжала от восторга и была готова подписать контракт уже завтра. Даже Тимофей Андреевич, хоть поначалу и пытался прожечь взглядом дыру в моей голове, в конце концов, пообещал подумать. А потом отослал меня в машину, а сам задержался, о чем-то болтая с клиенткой.

Я вжалась в сиденье и попыталась слиться с гладкой кожей, ожидая праведного гнева начальства. Запрыгнув в джип, шеф дал указания водителю ехать, и… все. На меня и не глянул. Пять минут дороги, десять, а меня не ругают. Я даже неладное заподозрила. А вдруг я ему так надоела, что он меня в темный лес и там…

– Вот здесь сверни, – нарушил тишину Кронин и указал на развилку в лесу. Я невольно охнула. Ну все! Доскакалась!

Наверное, на моем лице таки отобразился испуг, потому что Тимофей Андреевич непривычно напрягся.

– Я сейчас тебя буду кормить, – произнес он медленно, по слогам, будто разговаривал с глупенькой.

Кивнула. Фух! Ну как от сердца отлегло. И все же что-то не сходилось.

– Грибами? – уточнила я.

– Что грибами? – не понял шеф.

– Кормить будете. Что вы еще в лесу найдете?

Ну теперь-то Кронин точно смотрел на меня как на идиотину. Такой я себя и почувствовала, когда он ответил:

– В ресторане. Подъезжаем уже.

Я проследила за его взглядом и увидела свет окон среди темени леса. Да, действительно дурочка! А все потому, что мысли всякие ненормальные в голову лезут. Я, босс, лес…

– Накормите меня, Тимофей Андреевич, а то я резко глупею, когда голодная, – с мольбой произнесла я.

Босс хмыкнул и вышел, а потом и мне помог. Хороший он все-таки у меня. Надежный.

– А Коля пойдет? – шепотом спросила я.

– Его я держу на строгой диете, – невозмутимо ответил босс. Зверь!

Не зря Кронин выбрал ресторан на трассе в глуши леса. В воскресный вечер здесь почти никого не было, а вот обстановка оказалась весьма уютной, даже несмотря на тусклое освещение. И это тоже, судя по всему, не зря. Тимофея Андреевича здесь уже знали, обратились по имени и предложили тот же столик, что и в прошлый раз. Столик был в самом конце зала, не очень далеко от сцены, где играла живая музыка, но в тени.

Я долго не решалась с заказом, так как цен в меню не было. А это всегда дурной знак!

– Бери что хочешь, – не глядя на меня, произнес Кронин самым будничным тоном.

Ну я и взяла! Лосося под сливочным соусом взяла, салатик фирменный с икрой тоже взяла. А еще не устояла и картошки фри заказала. Официант молодец, пытался меня отговорить, но не знал он, с кем связался. Раз уж мне чего-то захотелось…

– И еще сметаны, – добавила я и глянула на босса. Теперь уж точно он мне выговор сделает.

– А мне блюдо от шефа и виски, – все так же невозмутимо проговорил он и вопросительно посмотрел на меня. Мне, вообще-то, алкоголь лучше не пить, но раз надо…

– И шампанского бокальчик. Розового!

Все записав, официант кивнул и вернулся спустя мгновение с напитками. Я и заскучать не успела.

– А что мы празднуем? – поинтересовалась я.

– Ничего, – ответил босс хмуро. Можно подумать, он вообще в жизни ничего не отмечал. Нет, ну так нельзя.

– А давайте удачную сделку отпразднуем? – предложила я и стукнула его бокал.

Кронин посмотрел на меня странно и отпил. А потом полез в нагрудный карман, окончательно заинтриговав. У него в руке оказались два конверта: белый и розовый. И последний он протянул мне, так как на нем значилось мое имя. Мне вообще, как посмотрю, везет на цветные конверты.

Ну, и я, простая душа, не ожидая подвоха, раскрыла пальчиком содержимое и… грязно выругалась. Настолько неприличной, насколько огромной была сумма внутри, судя по зеленым купюрам. Я даже как-то запоздало поняла, что ляпнула слишком громко, и Кронин от этого поперхнулся, потому что впервые на моей памяти засмеялся. И именно в тот момент, когда делал глоток.

– Яна, ты нечто, – вынес он мне приговор, качая головой.

А я спрятала конверт в карман, покосилась по сторонам и наклонилась над столом. У меня был только один вопрос:

– Это когда я так успела заработать?

– Это только премиальные, – таинственно поведал шеф. – Ты все же впечатлила малолетнюю извращенку.

Ну вот! И получила я эту премию только потому, что была собой. Все же есть в этом мире справедливость! Я думала, этот вечер не мог стать лучше, но потом принесли еду. И хотя трапезничали мы в молчании, оно было комфортным. На удивление. Меня грели мысли о денежках, которые я время от времени поглаживала в кармане, а еще вкусное шампанское. Смеющийся взгляд шефа тоже грел. А потом он что-то вспомнил и нахмурился.

– А что за опыт у тебя?

Поняв, что я не уловила его мысль, пояснил:

– Ты Велю совет давала не наяривать девушке. А говорила, что отношений нет.

Положив приборы, я загадочно улыбнулась мужчине.

– Отношений нет. Но опыт-то остался.

Казалось, этот ответ Тимофея Андреевича ничуть не удовлетворил, но больше расспрашивать он не стал. А я стала!

– А как насчет вас? – Взяла в руки бокал и допила остатки шампанского. Кронин вопросительно вздернул бровь, мол, а что со мной вообще может быть? – А как же та навязчивая блондинка? Мне нужно знать, насколько настойчиво я могу ее выпроваживать из офиса. Дайте мне каких подробностей. Можно грязных, я все равно никому не скажу. Честное слово.

Покосившись на мой пустой бокал, босс задумался. Может, о том, стоит ли мне долить еще? А после и сам допил свой виски и дал знак официанту повторить.

– Ее родители и мои… – Я уже и не ждала, что он заговорит. – Надеются, что однажды мы поженимся. Эта связь укрепит семейный бизнес.

И мужчина застыл. В глазах отрешенное безразличие. На губах грустная полуулыбка. В руках новая порция так необходимого ему виски. Я долго смотрела на него, пытаясь представить себе этот ужас, но не смогла.

– Так нельзя, – в конце концов заявила я. – Тимофей Андреевич, я вас спасу!

Босс сжал губы, явно сдерживая очередной смешок, но я была серьезнее некуда.

– Нет, правда! – заверила его. – Я что-нибудь придумаю. Она сама от вас с криками убежит. Помощница я или кто?

– А давай-ка ты не будешь в это лезть, – почти строго предложил он. – Сам разберусь.

Я послала ему вполне определенный взгляд. Не справится он без меня. Просто не понимает еще, как я ему нужна. Это как в той сказке про бедного заиньку. Лиса его выгнала, а никто ему не помог. Пока петух с косой не явился. Так вот я – петух. А шеф мой хоть и не заинька далеко, но от лисы я его обязательно из…

– Яна! – пригрозил он, будто мысли мои мог прочесть.

Ну, на этот случай у меня имелась обезоруживающая улыбка. И Кронин попался. Перевел взгляд на мои губы, а когда снова посмотрел в глаза, попалась и я. Мы оба зависли на несколько секунд в полном безмолвии, просто смотря друг на друга смело и открыто. Пожалуй, слишком смело. Еще мгновение я не могла думать ни о чем, кроме как о маленьких искорках в его глазах цвета шоколада. И я задалась вопросом, почему раньше их не замечала? Наверное, потому, что не смела так дерзко бросать ему вызов. А после пришло и понимание того, чем я занимаюсь. Пялюсь на собственного босса как непонятно кто. Устыдилась, опустила взгляд, запила шампанским. Это все оно… Другого объяснения у меня не нашлось.

Глава 7

В понедельник я была сама не своя. Не выспалась. Воскресный вечер, должна признаться, выбил меня из колеи. Слишком много счастья и непонятных эмоций обрушились на мою опьяневшую голову. К шефу приставать начала… Ну, не то что бы приставать, но нагло требовать отвезти меня в салон сотовой связи, чтобы помочь с выбором телефона – было, да. А сегодня стыдно. Как вспомню, что я ему потом еще на ночь фотку прислала, так еще постыднее становится. Конечно, у меня на все были оправдания. Я таких денег в руках сроду не держала, страшно было одной идти за техникой. И потом, я не хотела этот навороченный, с отгрызенным яблоком и заоблачной ценой, но Кронин настоял. Сам же нахваливал, что у них камеры лучшие. Так что это по его вине я ее дома тестировать начала. И фотку со мной в пижаме он тоже получил исключительно по своей вине. Потому что инициатива наказуема! Ой, а стыдно-то как!

Достала новенький телефон, еще раз глянула фотку и скривилась. И почему-то вчера она мне приличной казалась. А сам телефон мне очень уж нравился. Я не стала брать самую последнюю модель, так как не планировала тратить все премиальные. Но все же, держа в руках столь дорогую вещь, чувствовала себя на определенном уровне. Теперь-то совесть меня грызть не будет, когда на собеседование явится очередная претендентка. Ну уж нет! Теперь и я ничем не хуже любой из них. Вообще-то, я лучше. И когда-нибудь босс это поймет.

Стоило о нем подумать, и он вышел из кабинета.

– У вас сегодня обед с клиентом, – напомнила я.

Кронин на меня и не глянул. Он все утро так делал, что ужасно злило. Вот только не хватало испортить отношения одной дурацкой фоткой.

– Помню, – бросил он. – Мне надо в город, вернусь после обеда.

Шеф надел свое пальто, поднял воротник, чтобы хоть частично спрятаться от всего мира, и все же повернулся ко мне. И никуда эти искорки в его глазах не делись.

– Оставайся здесь и займись поиском зимнего дома, – произнес он и неожиданно добавил: – Уверен, ты найдешь идеальный вариант.

А мне же многого не надо! Пару ласковых, и я растаяла. Заалела, заулыбалась и скоромно призналась:

– А я уже нашла.

Брови босса сошлись на переносице.

– Когда ты успела? – с явным упреком произнес он. – Ты же со мной весь вечер была.

Решив набить себе цену, я таинственно поведала:

– А я еще и по ночам работаю!

Кашлянув и больше ничего не ответив, начальник развернулся на пятках и стремительно вылетел из офиса. Но я не расстроилась, работы мне все равно хватало. Вот хотя бы корреспонденцию разобрать.

До обеда было тихо и спокойно, и я даже расслабилась. А зря! Без пяти двух, открыв дверь с ноги, влетела знакомая мне уже блондинка. Я нарекла ее Ведьмой, раз имени так и не узнала.

– Добрый день, – поприветствовала я, натянуто оскалившись. – Тимофея Андреевича нет.

Ведьма раздраженно закатила глаза и скинула с себя шубку. Сегодня она точно собралась развлекать моего босса. Стриптизом. Ярко-красная блуза была расстегнута до самого нижнего белья и еще чуточку ниже. На неприлично короткой юбке еще и разрез имелся. И сапоги-ботфорты выше колена окончательно закрепляли образ.

– В командировке? – ехидно спросила она и уселась на стул возле моего стола.

– Так точно, – соврала я, не мигая.

– Любопытно. А кто же тогда собеседование проводить будет? – Блондинка коварно улыбнулась.

Так, значит. Про собеседование пронюхала. А Кронин скоро и вернется. Надо было врать убедительнее.

– Я провожу, – ответила смело и с вызовом посмотрела ведьме в глаза. Ох и не понравилось ей это. Сколько презрения и необузданной ненависти я там увидела. Но и на это у меня имелась отрепетированная улыбка. – Чем могу помочь? – любезно поинтересовалась я и взяла блокнот. – Вы тоже на собеседование пришли? Назовите свое имя и возраст. У вас высшее образование есть?

Я похлопала ресничками, ожидая ответа. Ведьма побагровела. Она прямо закипала от ярости, даже свои когтистые пальцы сжала в кулаки.

– Слушай, ты… – начала она тоном базарной торговки.

– Образования нету, – пробормотала я, делая пометку в блокноте.

Она грохнула ладонями по столу и нависла над моим лицом.

– Можешь собирать свои шмотки, – зашипела она. – Завтра тебя здесь не будет.

– Вы уже знаете? – с интригой спросила я и округлила глаза. Ведьма прищурилась, явно не догоняя, но все еще закипая. – И кто вам сказал? Тимофей Андреевич мне сам только утром сообщил.

– Что? – проорала блондинка в мое лицо. И я опять чуть не закашлялась от запаха сигарет.

– Ну как? Что вещи собирать. И что завтра меня не будет. Мы же с ним в новую командировку уезжаем. На недели две где-то.

И я на всякий случай медленно отодвинулась подальше, потому что ведьма явно была готова превратиться в Халка прямо там. Над моим столом. И блокнот притянула к себе, его в первую очередь спасать надо. Оголив неестественно белые зубы, ведьма-лиса склонилась еще ближе и угрожающе рыкнула. А потом снова зашипела. Вообще, страшные звуки издавала женщина, я еле удержалась, чтобы не сделать новую пометку: «Проверить медсправку. От бешенства не привита».

– Забудь, – выдавила она. – Кронин мой.

– Вообще-то, мой! – запротестовала я. Ну мой же! Босс!

Он даже почувствовал, как сильно мне нужен, и явился в ту же секунду. Правда, бесшумно и, вероятно, даже обрывки каких-то фраз услышал, но точно не все. А жаль.

– О! – воскликнула я. – Тимофей Андреевич. А у нас тут девушка по ошибке на собеседование пришла. Я ей так и сказала, что должность уже занята. Правильно?

Блондинка мгновенно изменилась в лице, выпрямилась и обернулась. Одну руку она оставила на столе, соблазнительно изогнув тело.

– Ну, здравствуй, Тим, – пропела она томным голосом.

Он смотрел на нее явно неприветливо. Надо быть слепой дурой, чтобы не понять его неприязнь. Ведьма такой не была, а значит, она задумала действительно что-то подлое. Кронин ей был нужен позарез. Не удивлюсь, если все вращается вокруг денег.

Босс, кивнув, подал ведьме знак следовать за ним. Он проигнорировал не только ее приветствие, но и мой вопрос. Думаю, мужчина в этот момент вообще всех женщин проклинал. Одни проблемы от этих баб. Ой, как я его понимала. И сочувствовала страшно. А подслушивать вовсе не собиралась. Просто ведьма приказала чай подать, а я как раз под дверью с подносом стояла, когда она орать начала.

– Я тоже имею право голоса! И я требую, чтобы этой прошмандовки завтра же здесь не было!

Ответ шефа я, к сожалению, не услышала. Но ведьме он точно не понравился.

– Ах так? – завизжала она. – Ты хорошо подумал? Отлично! Тогда посмотрим, что скажет мой папа на этот счет. И твой тоже!

И вот потом я точно услышала ответ. Он был точным и прицельным. Хоть и состоял всего-то из четырех слов. Но в исполнении спокойного низкого голоса звучал зловеще.

– Алиса, иди на…

И я охнула. Алиса! Ну точно же лиса! Лиса Алиса опять открыла дверь с ноги, а там я. И чашки с чаем на подносе. Хорошо, что я чуток задержалась, и кипяток остыть уже успел, потому что все это добро оказалось сначала на мне, а потом полетело на пол, оставляя грязные пятна на ковре. Ведьма фыркнула, послала мне хамоватую ухмылку и, подхватив шубку, потопала на выход. А я, как дура, осталась стоять у двери Кронина, чувствуя, как теплый чай просачивается в мою новенькую шелковую блузочку в черный горошек, опускаясь все ниже и ниже. Потоп! Шоу мокрых маек открыто.

– А тебе не говорили… – начал говорить босс и смолк. Я его не сразу увидела, смотрела вслед ведьме и желала ей всего «самого лучшего». А вот Кронин меня увидел. Больше чем надо, так точно. И это как бы не по его вине случилось, конечно, на него я злиться не могла. Медленно перевела взгляд на босса и так же медленно сложила руки на груди, стараясь выглядеть ничуть не задетой. И вообще, что такого? У меня все под контролем. Но Кронин, видно было, переживал сильно. Черты его лица стали жесткими, грудная клетка напряглась, руки сжались в кулаки, да и на скулах проступили желваки. Он смотрел на причиненный мне ущерб и зверел на глазах.

– Вы что-то говорили? – напомнила я, стараясь его отвлечь.

Он поднял глаза на мое лицо и кашлянул. Потом сделал тяжелый вдох, ступил ко мне и схватился за ручку своей двери. А после захлопнул ее прямо перед моим носом. Даже обидно на секунду стало. Но я представила себя на его месте и поняла, что ему тяжелее. Эти бабы…

Вариантов у меня было целых два: быстренько сбегать домой или все снять и надеть один только пиджак. А потом чай на мне начал остывать, и я поняла, что вариант у меня все же только один. Да и что такого? Пиджак вполне даже приличный. Аж две пуговки имеется.

Я только вышла из уборной, как телефон на моем столе запиликал. Босс.

– Да-да? – пропела я.

– Тебе, наверное, домой надо, – как-то совсем грустно и устало произнес Тимофей Андреевич. Довели мужчину. – Ты иди. И сегодня уже можешь не возвращаться, я и сам скоро поеду.

– Правда? Ну тогда давайте одно дело решим, и я побегу. Сейчас зайду.

– Не…

Я положила трубку и подошла к чайнику. Он все еще был горячим, так что я без труда сделала новую чашку ромашкового чая для успокоения нервишек любимого начальства. Кто еще о нем позаботится, как не лучшая в мире помощница? Быстренько постучав, вошла в кабинет и сощурилась. Опять себе темень шторами сделал.

– А где у вас здесь свет? – поинтересовалась я.

– Только попробуй! – грозно произнес Кронин, и я не стала наглеть.

Просто приблизилась, поставила чашку перед ним на стол и, притащив стул, уселась рядом.

– Вы не против? – на всякий случай уточнила.

Тимофей Андреевич сидел все это время молча, подперев голову рукой, и лениво следил за каждым моим шагом.

– А у меня есть выбор? – с какой-то отрешенностью спросил он.

Послала ему сочувственную улыбку и покачала головой. А потом притянула ноутбук поближе и быстро отыскала браузер. Мне нужна была почта, где хранились файлы по проекту, который мы с Верой нарекли «Зимняя сказка». И Кронин все это время смиренно позволял мне нахальничать. Ну точно довели бедного мужчину.

– Вы чаек пока попейте, – подсказала я.

Только свет ноутбука и давал мне возможность разглядеть его действия. Он медленно потянулся к чашке и сжал ее крепко, будто хотел согреть ладонь. Но пить не стал.

– Спасибо, – прошептал он. Так проникновенно, будто бы вовсе не за чай благодарил, а за все на свете. Я посмотрела на него и искренне улыбнулась.

– Всегда пожалуйста.

А затем слегка развернула к нему экран и показала первое изображение.

– Карелия! – объявила я торжественно. – Идеальное место. Именно такое, как я себе представляла. А виды какие, вы только посмотрите! И погулять есть где, если что. Хотя вряд ли они станут гулять, но все же.

– Мне нравится, – ответил Кронин на полном серьезе. Хотя даже позу не сменил, чтобы поближе посмотреть.

– Погодите! Вы еще домик не видели! Тут их несколько подходящих. – Я показала второе изображение. – И это хорошо. Один для клиентов, а второй сделаем базой охраны. Одна проблема: телефона я не нашла, зато нашла координаты. – На всякий случай взглянула на босса, чтобы убедиться, что он слушает.

И нет! Не слушал и даже на картинки не смотрел. Его взгляд был прикован к моему профилю, и когда я повернулась, наши глаза опять встретились в безмолвном противостоянии. Точно, как вчера в ресторане. Но только тогда у меня в качестве оправдания было шампанское. А сейчас что придумать?

– Нам придется ехать, – пробормотала я, чувствуя прилив жара к груди и резкое желание спрятаться от этого прожигающего взгляда. Он смотрел так, будто в саму душу заглядывал. А там пустота.

– Прости, что? – спросил Кронин, когда молчание затянулось. Он бросил быстрый взгляд на домик и нахмурился. – Ехать? Туда?

Кивнула.

– Красиво же. Чего бы и не съездить? Мы ведь можем?

Теперь он вдумчиво разглядывал домик, явно пытаясь нарисовать в своем воображении сценарии времяпровождения. А потом зыркнул на меня и резко захлопнул ноутбук. Мы погрузились во мрак, из которого послышался его отрешенный голос:

– Я подумаю. Иди, Ян.

Я молча встала, но все же не удержалась и задала вопрос:

– А у вас теперь проблемы будут?

– Не будет, – отчеканил он так твердо и уверенно, что я сразу поверила. Лишь когда уходила, уловила тихое: – Если только с тобой.

Может, мне просто показалось, я расспрашивать не стала. Чувствовала, что не в том он настроении, чтобы болтать. Надо бы ему завтра что-то приятное сделать, настроение как-то поднять. И себе заодно.

Я чувствовала себя совершенно измотанной. Как физически, так и эмоционально. Ведьма Алиса оказалась еще и энергетическим вампиром. От таких меня морозило в самом неприятном смысле этого слова. Открыла двери ненавистной мне квартиры, сбросила ботинки, сумку, куртку повесила на крючок. Мокрую одежду оставила сохнуть в офисе. Мне хотелось только одного – снять пиджак и укрыться одеялом с головой. Но только лишь я схватилась за нижнюю пуговку, подняла глаза, и сердце упало в пятки.

– Ты ведь ждала меня, – произнес призрак из прошлого. Вот только эта сволочь была живее некуда. И от дикости во взгляде зеленых глаз меня передернуло.

– Антон, – прошептала я, будто бы его имя помогло мне принять очевидное. Он здесь. Осознание этого запульсировало болью в висках. – Как ты сюда попал?

Теперь, когда мысли немного устаканились, я отметила некоторые неприятные вещи. Он лежал на моей кровати прямо в обуви и перебирал пальцами мое нижнее белье. Вчерашнее, судя по всему. Он всегда делал это со мной – доводил до безумия и отчаяния. Я-то думала, что спустя пять лет перестала его бояться, что его слова и поступки больше не будут меня задевать. Но на деле все оказалось совсем иначе.

Представив, как он касался моих вещей, я ощутила тошноту. Ненормальный извращенец. Его губы расплылись в хищной ухмылке, а сам он медленно встал. Я не отступила, не показала, что боюсь его. Но на самом деле оцепенела, не в состоянии даже пошевелиться. Мысли вновь разбежались, когда он направился ко мне. Рискнет ли обидеть? А я? Смогу ли дать отпор?

– Антон, – произнес он насмешливо. И вновь этот ненавистный мне запах табака. – Как официально. А ведь раньше ты звала меня Тошей.

Его улыбка померкла, а в глазах блеснул опасный огонек. Я смотрела в них, понимая, что не могу сделать и вдоха. Словно он захватил в свой плен весь воздух, все мои мысли, всю мою жизнь. Я так устала бегать от него, но и бороться не могла. Все не хватало сил. В глазах застыли слезы, когда я ощутила холодное прикосновение его руки к своему животу.

– Для кого же ты так нарядилась, моя девочка? – прошептал он и встал позади меня. Его рука доползла до нижней пуговицы и расстегнула ее. Это послужило сигналом для паники.

Сжав мужскую руку, я попыталась его остановить, но Антон лишь рассмеялся, обдавая шею горячим дыханием. Раньше это возбуждало меня так же сильно, как сейчас вызывало ужас.

– Отпусти, – хрипло приказала я.

Но он был сильнее. Его руки не собирались уступать моим. Резко дернув, он и вовсе разорвал на мне пиджак. И почему я была так уверена, что он не переступит эту черту?

– Мне и так гореть в аду, – пробормотал он в мою шею, прижимаясь к спине. – Так почему бы не забрать любимую игрушку с собой?

Я пыталась не слушать его, не впускать злые слова в свое сердце, ведь знала, что он будет говорить все, чтобы оскорбить меня, унизить. И сделает все, чтобы я почувствовала себя ничтожеством. Я знала… Но все равно не удержала слез. Резко дернулась, пытаясь его оттолкнуть, но он только этого и ждал. Засмеявшись, сжал меня в тисках, не давая дышать свободно.

– Тише-тише, мышка, – зашептал он. – Просто признай, что ты тоже скучала.

Покачала головой.

– Я вычеркнула тебя из своей жизни, – твердо заявила я, хоть голос мой и дрожал. – И ты должен отпустить меня и жить дальше.

На этот раз он смеяться не стал. Антон разозлился. Он развернул меня к себе и схватил за руки, не давая прикрыться. Я стояла перед ним в порванном пиджаке, да и только.

– Значит, это все для него? – с холодной решимостью спросил он. – Яна… Яна.

Он снова и снова с упреком произносил мое имя, поедая жадным взглядом тело. Я дернулась вновь и на этот раз таки вырвалась. А затем оттолкнула его ударом в грудь. Нет, отступать и проявлять слабость я никак не могла. Прикрывшись одной рукой, схватила стоявшую на столике чашку и замахнулась. Антон фыркнул, но в его глазах веселья не было вовсе. Лишь дикая ярость.

– И этим ты собралась от меня отбиваться?

– Да? – с вызовом спросила я. – А ты когда-нибудь получал чашкой в нос? Хочешь попробовать?

– Я хочу попробовать тебя, Яна, – произнес он и сел в кресло. А после осмотрелся и вновь ухмыльнулся. Он наслаждался тем, в какой заднице я оказалась. Конечно, ведь все благодаря ему. Именно этого он и добивался.

– Ты все это время думала, что я дал тебе уйти, – задумчиво произнес он. – А все не так. Как я могу отпустить свою сладкую девочку? Ты ведь не станешь отрицать, что нам было хорошо вместе.

– Проблема в том, – заявила я, стерев слезы, – что у нас с тобой разное представление о здоровых отношениях. А значит, быть вместе мы никак не можем.

Антон изумленно поднял брови.

– А с кем же тогда ты хочешь быть? С тем уродом, который к тебе приезжает? – он поставил локти на колени, снова меня осмотрел, будто пытался раздеть взглядом. – Чего тебе не хватает, Яна? Денег? Хочешь денег? Я дам тебе. Только попроси.

– Подавись ими, – выплюнула я. – Хочу свободы. Просто оставь меня в покое. Уходи. И больше не возвращайся, Антон. Услышь меня! Я не хочу больше тебя в своей жизни.

Последнее я произнесла по слогам, выделяя каждое слово. Антон встал. И я сглотнула, готовясь к худшему. Он играл со мной даже сейчас. Потянулся к карману, достал оттуда мое белье и сделал жадный вдох.

– Свободы я тебе не дам, – тихо произнес он, наслаждаясь моим состоянием. – Давай немного подождем и посмотрим, что станет с твоим уродом.

С этими словами он пошел к выходу. И только схватился за ручку, как раздался звонок в дверь. На пороге стояла Вера. На ней был передник, и она держала в руках скалку. Послав Антону жесткий взгляд, она нашла меня и смешно округлила глаза.

– Привет! А я тут за сахаром пришла. Одолжишь?

– Конечно, – произнесла я, пытаясь натянуть улыбку. Но если честно, этот садист уничтожил всю радость во мне. Вот так просто.

– Кстати, – подал голос Антон, не обращая никакого внимания на соседку. – Я решил пожить немного в городе. Симпатичные набережные.

Он не случайно это сказал. Каждое слово подобрано очень четко, чтобы максимально меня подкосить. Воспоминания, которые я так усердно прятала, вновь затопили сознание, вызывая резкую боль в сердце. Он ушел, а я, сделав жадный вдох, села на кровати и… засмеялась. Истерично.

– Ян? – Вера испуганно меня позвала и, закрыв двери, прошла внутрь. – Это он пиджак порвал? Вот сволочь. А давай ментов вызовем?

Я покачала головой и застыла.

– Бесполезно. Он сам мент.

Глава 8

Кронин

Стук в дверь вызвал очередной приступ головной боли. Все же придется пить таблетку.

– Да! – крикнул я и потянулся к ящику.

Открыв дверь, Яна как никогда холодно произнесла:

– На собеседование.

И даже не дождавшись ответа, ушла, пропустив внутрь очередную девушку. Кажется, эта седьмая за неделю.

– Добрый день, Тимофей Андреевич, – произнесла та и смело зашагала ко мне с протянутой рукой. Вот только стоило ей подойти ближе, и ее глаза метнулись к шрамам, а улыбка стала натянутой. Почти всегда одно и то же.

– Присаживайтесь, – предложил я, указывая на стул. Уже в эту секунду я знал, что она здесь не задержится. Но так как я дал себе обещание хотя бы попытаться…

– Меня зовут Белова Оксана, – представилась девушка, старательно избегая взгляда на мое лицо. Меня раздражало в ней абсолютно все. Голос, цвет помады, очки на пол лица и дурацкая прическа в виде пучка. – Раньше я работала в крупной торговой фирме, но ее расформировали…

Собственно, а почему я должен это терпеть?

– Спасибо, – оборвал ее сухо и послал красноречивый взгляд. – Мы свяжемся с вами завтра.

Девушка оказалась непонятливой.

– Но как же… Вы же даже не…

– Давайте я сэкономлю ваше время, а вы сэкономите мое, – предложил я. – Мы не сработаемся. Желаю вам удачи в поиске работы.

Если она сейчас скажет еще слово, я взорвусь.

– Но у меня прекрасные рекомендации, – завизжала она. А вот и оно!

Встав, я указал на выход.

– Дверь там.

Это было грубо и непрофессионально, я отдавал себе отчет. Но, черт возьми, у всех имеется предел. Возмущенно охнув, девушка собрала вещи и быстро ушла. Хорошо. Я наделся, что и у Яны она не задержится. Вспомнив о таблетке, потянулся к кнопке вызова приемной, но передумал в последний момент. Нет уж, лучше сам схожу, чем этот ураган сюда ворвется. У двери остановился, услышав голоса.

– Это просто невероятно, – заявила Оксана и взвыла. Кажется, я довел ее до слез. Черт.

Запустил руку в волосы и сжал их на затылке. Эта дрянная голова точно сегодня взорвется.

– Да-да, – послышался голос Яны. Совсем другой. Мягкий, шелковистый, с едва ощутимой хрипотцой, которая усиливалась, когда она злилась или была чем-то взволнована. Но только не сейчас. Всю неделю она сама не своя. – А представь, как мне. Целый день терпеть его капризы. А характер у него, сама понимаешь, не сказка.

Я поморщился, вспоминая, когда же это успел так накосячить, но так и не припомнил. Если только в воскресенье. Сказал лишнее. А еще, вероятно, мне так и не удалось скрыть свои грязные мысли. Спугнул.

– В общем, чудовище он, а не шеф! – воскликнула Яна. – Поверь мне на слово, тебе очень повезло, что он тебя не взял. Не расстраивайся, Оксанка. Иди себе с богом в другую контору. Там точно найдешь хорошую работу.

Не смог сдержать улыбку. Нет, она все же неподражаема. Актриса! И даже злиться на нее не могу.

– Да, – жалобно ответила девушка. – Ты права. Спасибо, Яна. Добрая ты. А начальник твой и правда чудовище. – Хмыкнул. Да… И правда.

Когда я открыл дверь, девушки уже не было, а Яна, усевшись на столе, задумчиво смотрела ей вслед. Этот ее зеленый костюмчик – мой персональный кошмар. Хотя нет, блуза в горошек все же хуже.

– Кхм.

Услышав меня, она напряглась и медленно обернулась. На секунду я увидел проблески вины в серых глазах, но она быстро испарилась. Верно, у этой женщины совести нет. Была бы, она в таком виде передо мной не ходила бы.

– Вы все подслушивали, да? – строго спросила она.

Невероятно! Она вздумала меня отчитывать! Это вдруг вызвало улыбку, которую я с особым усердием подавил.

– Да, – признался. Чего уж.

Заметив упаковку таблеток в моих руках, она деловито задрала нос и пошла к буфету. Гребаный ад! Гребаные туфли! И ноги ее тоже…

– А где те, в которых ты на собеседование ко мне пришла? – спросил я и ослабил удавку. Боль стала почти невыносимой.

– Туфли? – удивленно спросила Яна и, налив стакан воды, похлопала по своему стулу.

И я, черт возьми, покорно пошел. Уселся и жадно вдохнул ее аромат, пропитанный кофе. Безумие какое-то. Я же ненавижу его!

– Они здесь, в шкафу, – ответила она как-то отстраненно.

– Вот и носи, – гаркнул я и выпил таблетку. А после застыл, ощутив ее пальчики на своих висках.

– Здесь болит? – Она переместилась ниже на затылок и начала массировать так легко и приятно, что я едва не застонал. – Или здесь?

Я бы сказал, где. Но тогда она точно убежит.

– И там, и там, – пробормотал я, чувствуя, как экстаз захлестывает каждую клеточку моего тела. И да, мать ее, особенно в области паха.

– К слову о собеседованиях, Тимофей Андреевич, – вкрадчиво начала Яна. Вот умеет же обломать кайф. Может, если промолчу, она не продолжит? – Зачем они вам нужны? У вас голова от них пухнет… – Знала бы ты, Яночка, от чего она на самом деле пухнет. И не только она. – И девушки всегда в слезах выбегают. А мне их потом успокаивать.

Не сдержался.

– Угу.

– Что «угу»? Вы же всех отсеяли. Вот чем вам не угодила та, которая во вторник во второй половине дня приходила? Вроде понятливая, опрятная, вежливая. А та, что вчера была? С такой к любому клиенту не стыдно показаться. По каким критериям вы вообще их отбираете?

– Чтоб не бесила, – пробормотал я.

Яна остановилась, и я поднял голову, послав ей хмурый взгляд. И? Где мой массаж? Сощурившись и недовольно поджав губы, она продолжила:

– Это какая-то лотерея выходит, – заворчала она, а потом и вовсе выкрикнула: – А я вся на нервах! Сижу и жду, когда вы новенькую возьмете, а меня выгоните.

Поймав ее руку, я крутнулся в кресле и повернулся к ней. Что сказать, я… То есть она же все это время думала, что я собираюсь ее уволить.

– Полагаю, я забыл упомянуть, что не ищу тебе замену.

– Нет? – непонимающе спросила Яна и опять смутилась под моим взглядом. Я не должен был так долго смотреть на нее, но не смог сдержаться. С первой секунды, как она вошла в мой кабинет, я понял, что работать с ней не смогу. И стало только хуже. Теперь я и мыслить рационально не мог. Ее глаза, улыбка, голос, даже чертов запах… Кто-то же создал все это, а потом послал мне, чтобы мучился. За что?

– Нет, – отрезал я. – Мне просто нужна вторая помощница.

Вернулся на исходную позицию и закрыл глаза, ожидая своей порции кайфа.

– Зачем вам вторая помощница? – спустя мгновение спросила Яна, а заодно и вернула свои волшебные пальчики на мою раскалывающуюся голову. – Вам что, меня мало?

Ох, милая… Мне тебя слишком много.

– Надо мне, – огрызнулся я. А потом почувствовал, что ее движения стали жестче, и обреченно выдохнул. – У меня что, не может быть второй помощницы?

Яна молчала долго. Я даже подумал, что легко отделался, но…

– И все же. Зачем две-то? – возмутилась она. – Я с чем-то не справляюсь? Вы только скажите.

Открыв глаза, попытался встать, но на мои плечи опустились изящные ручки и крепко припечатали к спинке кресла.

– Сидеть! – послышалось грозно в ее исполнении. «Грозно», да!

– Ты забываешься, – произнес я намного мягче, чем хотел. Ведьма проклятая! Какого черта она со мной творит?

– Все, молчу я, – заверила она и замассажировала меня активнее. Глаза сами по себе покатились за орбиты.

– А может вы мне еще больше заданий давать будете? – зашептала она на ухо. Как молнией прошибло…

– Две, Яна. Мне нужны две помощницы, – раздраженно бросил я. Ну как ей объяснить? – Одна ты, а вторая для командировок.

На этот раз она сама развернула меня к себе.

– Каких еще командировок? – спросила удивленно.

– У нас клиенты по всей стране, – напомнил я. – И объекты тоже.

– Так я запросто! – заверила она, положив руку на сердце. – Я вообще путешествовать обожаю. Тимофей Андреевич, честное слово, я и здесь, и по командировкам могу!

С каждым ее словом во мне закипала паника. Эта женщина душила меня своим присутствием сейчас, а что со мной будет, когда я останусь с ней в каком-нибудь отеле? Она будет бегать передо мной в той своей пижамке…

– Я не могу! – Все же не выдержал. Заорал. А потом встал и еще на секундочку задержался на этих волшебных глазах. – Я с тобой не могу! – Поймет. Не глупая. Главное, чтобы не сбежала. Мазохизм чистой воды, конечно. Но отпускать ее я уже не хочу.

Я ворвался в свой кабинет, надеясь, что там полегчает. Нихрена! Ее красивое и немного удивленное лицо так и застыло перед глазами. Прижавшись к двери, я хорошенько приложился головой, но и это не помогло. И когда, мать его, я успел так завязнуть? Может, все же принять предложение отца и свалить на месяц?

Схватив пальто, собрался на выход. Яна стояла на том же месте, где я ее оставил. Но теперь на ее губах играла такая хитровато-соблазнительная улыбочка, как если бы она что-то задумала. Так и есть. Ведь явно решила меня переубедить. И что-то мне подсказывало, что ей это удастся.

– Я домой, – сообщил и достал из кармана ключи для нее. – Не засиживайся и все здесь закрой.

Недоверчиво покосившись на связку, она посмотрела на меня с неприкрытом восторгом. Издевается!

– Тимофей Андреевич, это же совершенный новый уровень в наших с вами отношениях!

Долго смотреть на нее и не улыбаться, как кретин, становилось практически неисполнимым.

– Угу, – протянул я и направился к двери. Отношений… Какие со мной могут быть отношения? Моей рожей только детей пугать. И аппетитных помощниц. А эта не пугливой оказалась.

– Шеф? – позвала Яна робко. Что-то было в ее голосе, заставившее меня остановиться. Мольба? Обернувшись, поймал ее неуверенный взгляд.

– Говори уже.

– А у вас в выходные для меня найдется работа? – Уже собрался отчитать ее, но она быстро добавила: – А то дома сидеть совсем не хочется.

Черт, я ее прекрасно понимал. И это тоже бесило.

– Работы нет, – произнес я и потянулся к ручке двери. – Заеду завтра в обед. Тепло оденься.

Смотреть на нее не рискнул. Не смог больше сдерживать прущую лыбу. И даже ругать себя не хотелось. Сама же напросилась!

Яна

На работе я задержалась до семи. Домой не тянуло от слова совсем. Я рассматривала варианты ночевки для себя. И вообще любые варианты, которые помогли бы избежать Антона. Он больше не появлялся, но это было лишь затишьем перед бурей. Я обезопасилась, как только можно – купила перцовый баллончик и поставила на двери еще два замка. Возможно, он больше не проникнет в квартиру, но что помешает ему выловить меня на улице? Сегодня я даже хотела номер в отеле снять, а потом глянула цены и плюнула на это дело. Это что же, каждые выходные прятаться? А в будни что делать? Да мне проще раба-телохранителя себе нанять.

– А это мысль, – призадумалась я. Завтра же спрошу у Тимофея Андреевича, сможет ли он мне выделить одного из службы охраны в счет оплаты труда? А жить на премиальные буду!

Да… Но тогда он вопросы начнет задавать. А мне как-то совершенно не хочется говорить о том кошмаре, через который я прошла. У него и своих проблем хватает. Но с другой стороны, если со мной что случится, то кто о Кронине позаботится?

Держа в руках баллончик, я шла в собственный дом и тряслась от страха. На этаже какая-то сволочь выкрутила лампочку, а мой телефон, как назло, сел. И посветить было нечем. Сделала шаг к своей двери, и отовсюду раздался резкий визжащий звук. А вместе с ним завизжала я. А потом вспомнила про баллончик и нажала на распылитель. Так, на всякий случай. Сама же закашлялась от едкого воздуха и завизжала с новой силой, когда начало жечь глаза.

– Мама, мама, давай скорей сюда свою скалку! – закричал кто-то непонятно откуда. А затем я увидела проблески света из квартиры Веры и ее саму со скалкой в руках. Эта была побольше той, что я видела.

Меня еще и бить собрались!

– За что? – захныкала я и закрыла голову руками.

– Яночка? Это ты? Ой, балбеска малолетняя! Это я не тебе, Ян. – Меня схватили за руку и куда-то потащили. Видимость была нулевой. – Ты зачем ловушку сейчас поставила? На ночь надо было.

– Мам, ну прости, – раздался жалобный голосок.

– Глянь, что ты сделала? У нее все лицо красное.

– Но это не я!

– Это Маня там твоя? – догадалась я. А потом услышала звук воды и почувствовала, как Вера направляет мои ладони под кран.

– Маня, ага. Промой глаза хорошенько. Вот же дуралейка. Нет, на самом деле, она у меня подрастающий гений! Сама ловушку звуковую придумала. Ночью ни одна мышь не прошмыгнет незамеченной.

– Это я поняла, – простонала я.

– Теть Ян, простите, я же не знала, что вы и баллончиком воспользуетесь, – начала оправдываться девочка. Наконец я и разглядеть ее смогла. Мелкая, но симпатичная. С брекетами на зубах и двумя густыми косами.

– Ох и красавицей вырастет, – протянула я, подмигнув Вере.

Обе соседки заулыбались и повели меня на кухню чай пить. Спасибо боженьке, перцовки не много в глаза попало, но мне хватило с головой.

– Бывший твой днем приходил, – хмуро оповестила Вера. – Конверт опять принес. Черненький. Как его душа.

Я хмыкнула, а она достала тот самый конверт из шкафчика.

– Я не открывала, если что, – произнесла Вера. Хотя я и так это видела. – Там угрозы, да? Ты же не выбрасывай их, хочешь, я возьму на сохранение. Могу потом и показания дать, если надо будет.

– Там нет подписи, Вер, – устало произнесла я. – Отпечатков, будь уверена, тоже. Он до педантичности осторожен. Почерк даже меняет. Эти письма невозможно связать с определенным человеком.

Сунув конверт в карман, я попила чаю и немного поболтала с девушками. Маша действительно оказалась очень умной девочкой. Она все нахваливала свое изобретение, и, как показала практика, оно работало исправно! И лампочку тоже она выкрутила.

– Мы себя в обиду не дадим, – бодро заявила Вера, провожая меня в коридоре. – А хочешь, у нас заночуешь? У меня матрас роликовый есть. Ортопедический.

Маня активно закивала, предвкушая веселый девичник. Но, если честно, на вечер у меня были кое-какие планы.

– Мы же телефонами обменялись. Я сразу наберу, если что, – пообещала я. – А вечер хочу посвятить себе любимой.

Вера понимающе улыбнулась и вернулась к себе. Ну а я, вяло поприветствовав свою квартиру, начала «обряд красоты». Ужин, ванная, депиляция, масочка, педикюр, маникюр и, конечно, десерт!

– Ну вот, – довольно произнесла я, вертясь перед зеркалом в новеньком нижнем белье. Вчера ведь тоже домой не хотелось, заскочила в бутик на углу дома. Приличный магазинчик, да еще и распродажа была. – Завтра на важное дело пойду! И при полной боевой готовности.

Закрутив волосы в носки (бигуди нет), я улеглась спать с улыбкой на губах. Он сказал, что работы нет. А куда же он тогда меня повезет?

Глава 9

В субботу утром я позволила себе вдоволь выспаться. Даже удивилась, насколько спокойной была ночь, учитывая мои приключения при попадании в квартиру. А проснувшись и потянувшись, поймала себя на мысли, что это все Тим. То есть Тимофей Андреевич. Смешно, конечно, но он будто оберегал мой сон. Босс мне точно снился, но вот только вспомнить хоть малейший эпизод я не смогла. Умылась, расчесала кудри, неторопливо попила кофе и глянула на часы. Почти полдень. Ну надо же! Еще часик, и он явится. А я почти была готова. Надела свитер толстой вязки, колготы на двести двадцать ден, джинсы самые плотные, носочки шерстяные, бабушка еще вязала. В общем, сказал тепло, я так и сделала! А когда раздался сигнал автомобиля, я тут же обулась, натянула куртку, белую шапку с пушистым помпоном, шарф метровый вокруг шеи обмотала и пошла. Правда, вернулась за рукавичками. Тепло должно быть везде! В общем, если подумать, то меня можно было и на Северный полюс в экспедицию брать. Я-то думала, Кронин оценит, а он…

– Ты на Северный полюс собралась? – заворчал любимый шеф у машины.

– И вам добренького утречка, – поприветствовала я, предвкушая поездку. – На Северный нет, а вот в Карелию запросто!

И, подмигнув ему, я заскочила в машину. На этот раз Кронин сел спереди, рядом с Колей.

– А охрана нам опять не нужна? – начала допытываться я.

– Мне не нужна, – ответил босс загадочно. И показалось, что он промурлыкал себе под нос, что мне нужна. Я даже притихла. Неужели что-то узнал про Антона? Как? Если только тот сам к Тиму пришел. От этой мысли мое сердечко застучало быстрее. Этот садист недоделанный грозился же Кронину навредить.

– Тимофей Андреевич? А у вас все хорошо? – как бы невзначай спросила я. – Никаких происшествий не было?

Он обернулся и хмуро меня осмотрел.

– С чего бы это?

– У меня просто… это. Интуиция женская. Вы бы все-таки с охраной ездили.

Коля хмыкнул.

– Переживает!

– Конечно, переживаю! – воскликнула я возмущенно. – Это моя святая обязанность – любимое начальство бдить.

Кронина почему-то это заявление удивило. Нет, ну в самом деле! А как он думал?

– Ну да, – тихо произнес водитель. – Тебе за это платят.

Вот так заявочка! Платят, конечно, сказочно, но ведь не только в этом дело. Что плохого в заботе? В дружбе, в конце концов?

– Коль, а ты чего такой ворчливый? – поинтересовалась я и полезла в сумку. Там у меня много всего полезного на всякие случаи жизни имелось. Нашла конфету и протянула водителю. – Диета достала, да?

Мужчина улыбнулся и собрался забрать сладость, но Тимофей Андреевич его опередил.

– Ты за дорогой следи, – отрезал он. – Тебе за это платят.

И с этими словами он развернул конфетку и нагло слопал. И хоть я послала ему недовольный взгляд, и он явно его затылком почувствовал, оборачиваться не стал. Мы очень скоро выехали на трассу и оказались за чертой города.

– А это что за объект? – спросила я.

– Увидишь, – был мне ответ. – Пять минут еще.

Действительно, на дорогу в целом ушло не больше двадцати минут. Николай въехал в дачный поселок и остановил машину около высокого каменного забора. Где-то над ним возвышалась черная крыша красивого особняка. То, что он красивый, я увидела позже, когда шеф открыл для меня калитку и пригласил на территорию. А Коля дожидаться нас не стал, уехал.

– Красота-то какая! – восхитилась я, рассматривая дом в неоготическом стиле. Да что там дом – целый замок! И даже две башни были с остроконечными пиками. А входная дверь какая роскошная…

– Нравится? – спросил Кронин очевидное.

Я лишь руками развела, даже рот закрыть не могла. И тут дверь распахнулась, и на пороге показался мужчина бомжеватой наружности. Мужчина вообще в обстановку дома не вписывался, и я машинально сделала шаг назад, спрятавшись за спину Тима. Андреевича.

– О! – воскликнул бомжеватый мужчина и слегка пошатнулся. А следом за ним из дома вывалился еще один такой же. Неопрятный и синий.

– Шеф, все под контролем! – заверил этот второй и чуть не упал, когда его подтолкнул еще и третий. Он тоже вышел посмотреть, кто же это пожаловал.

– Это кто такие? – прошипела я недовольно. Как они вообще могут на таком объекте находиться? – Рабы, что ли?

– Вот! – поддержал меня третий. – А я так и говорил вам, Тимофей Андреевич. Мы пашем, как рабы! Нам отдых тоже нужен. Выходной наступил?

– Наступил! – ответил первый.

– Мы отдых заслужили? – снова вопросил третий.

– Еще как заслужили! – воскликнул второй.

– Вот! Я за водкой.

И он, пошатываясь, пошел мимо нас к калитке. Я прямо чувствовала, как напрягаются мышцы босса. Это я за его предплечье вцепилась, когда от бомжей пряталась.

– Это ваши? – несмело предположила я. – А покрасивше вы себе выбрать не могли?

– Вон! – заорал Кронин оставшимся двум, проигнорировав мой вопрос.

Те покорно кивнули и на ватных ногах тоже поплелись к выходу. А когда и за ними калитка закрылась, на всю улицу раздалась душераздирающая песня. Вспомнив обо мне, босс прищурился, и я быстро от него отцепилась.

– Это строители, – наконец пояснил он. А потом посмотрел на замок и обреченно выдохнул. – А это мой дом.

– Ваш? Красивый! – похвалила я.

– Угу. Третий год строю. Отделка почти готова. Если эти… слов на них приличных нет. В общем, пошли. Помощь твоя нужна. – Я просияла. Ремонт. Ремонт!

И понеслась. Тимофей Андреевич начал с экскурсии. Я сразу достала блокнотик и начала делать зарисовки плана дома и пометки по каждой комнате. На первом этаже был просторный холл и столовая, а еще кухня – мечта любой хозяйки. И мебель уже имелась. Белая, глянцевая, в современном стиле и со всей необходимой техникой.

– Столы и стулья еще купить нужно, – произнес босс. – Никак не определюсь со стилем. Не хочу ничего помпезного.

– Минимализм, – записала я. – Мне тоже так кажется.

Тяжело вздохнув, Кронин вдруг выхватил мой блокнот и, совершенно не стесняясь моего недовольного взгляда, зашвырнул его на подоконник. А потом подумал и снял с меня шапку. От шарфа я сама избавилась. Жарко было в доме.

– Ты можешь успокоиться? – спросил он. – Такое чувство, что у тебя пропеллер в одном месте.

На данное замечание я фыркнула и сложила руки на груди. Нашел, на что жаловаться. Это же дар!

– Я вовсе не собираюсь въезжать сюда завтра, – продолжил он и послал мне предупреждающий взгляд.

– Я все поняла, – заверила я и выдохнула. А потом подумала и сняла еще и куртку.

– А чем вы здесь топите?

Мы вернулись в холл, и Тимофей Андреевич показал камин. Такой ультрамодный, красивый, с поднимаемой стеклянной дверцей. И в нем как раз горели поленья. А рядышком стояли три стаканчика и две пустые бутылочки из-под водки. Поморщившись, шеф произнес:

– В стене современное оборудование. Осенью и весной тепла камина вполне достаточно, чтобы отапливать весь дом. Для зимы дополнительно есть газ. А для лета – солнечные батареи.

– Вау! – выдала я. – Вижу, вы позаботились об экологическом аспекте. Похвально.

Хмыкнув, он повел меня наверх. А там оказалось еще прекрасней. Хозяйская спальня была огромной, со своей ванной, в которой уже имелась сантехника. Стены были выкрашены в нежный бежевый цвет с золотистой крошкой. В дневном свете это золото поблескивало, создавая волшебную атмосферу. И я опять открыла рот от восхищения, осматриваясь по сторонам. Повернулась к Кронину, а он смотрел на меня тем задумчивым непонятным взглядом, от которого хотелось спрятаться. Но я не стала на этот раз. Просто улыбнулась.

– Очень красиво. Даже воздух волшебный.

– Это пыль, – отрезал несносный мужчина.

Мечтательная улыбка тут же сошла с моего лица, и я недовольно нахмурилась.

– Волшебная пыльца! – настояла я и пошла к балкону. А когда выяснила, что это не балкон вовсе, а полностью застекленная терраса, то точно определилась с любимым местом в этом замке. – Еще скажите, что и это не сказочная обсерватория?

Я указала на стеклянный потолок и задрала голову.

– Вы хоть раз были здесь ночью? Как видимость звездного неба?

– Без понятия, – ответил Кронин. Хотя ничего другого я и не ожидала. Покачав головой, пошла исследовать остальной этаж. Помимо чулана и еще одной ванной комнаты, имелись две жилые комнаты. Одна – кабинет, а вторая – гостевая по версии босса. Угу!

Гостевая и на первом этаже около холла имелась. Вот из нее кабинет замечательный получится. А две спальни на втором, конечно, пойдут под детские. Когда-то же хозяин дома-замка созреет!

– А там что? – с любопытством спросила я, указывая на лестницу наверх.

– Мансарда.

– Там страшно? – уточнила на всякий случай.

Кронин пожал плечами и на полном серьезе ответил:

– Там темно. А страшно ли – сама решай.

И пошел наверх. Нет, с ним мне точно страшно не было, потому пошла я следом. И не пожалела.

– Кинотеатр? Свой собственный?

– С ЗD! – гордо объявил шеф. – Правда, фильм пока только один купил.

– Какой? – полюбопытствовала я, уже обдумывая, как бы уломать его посмотреть. Сто лет в кино не была. Готова поспорить, что и он.

– Да так, новогодняя комедия. – Поняв, что меня это не устраивает, уточнил: «Один дома».

– Идеально! – заключила я. – Нет, вам определенно нужно въехать сюда до тридцатого декабря. И Новый год здесь встречать!

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – ответил он, и по тону я поняла, что развивать тему он не намерен.

– Ладно, – подытожила я. – Тогда давайте хоть столы со стульями сегодня выберем?

И босс с недовольной миной согласился. А я уже потирала ручки. Покупки! Покупки!

Мебельный торговый центр оказался близко. Район мне вообще показался удачным. Вроде пригород, а на трассе множество гипермаркетов. Продуктовых, строительных, мебельных и даже огромный развлекательный молл. Все это не доезжая до города. Пять минут езды, и ты на месте. Машина у Кронина тоже имелась – дожидалась его в гараже.

– Водить умеешь? – зачем-то спросил он.

Я неприветливо покосилась на руль и покачала головой.

– Не было возможности, – коротко ответила, молясь, чтобы он не потребовал научиться. Я многое смогла пережить, многое отпустила или спрятала поглубже в себе, но один страх останется со мной навсегда – автокатастрофы. Нет, спасибо. Пристегнувшись ремнем безопасности, я доверилась профи. Хотя, признаться, сидеть позади комфортнее, нет дороги перед глазами.

Когда мы прибыли к пункту назначения, поначалу я растерялась. Куда ни глянь, всюду самая разная мебель и всякие уютные безделушки для дома. Да к тому же, слишком много народу. На минутку я даже ощутила себя маленькой девочкой со страхом потеряться.

– Распродажи, – угрюмо произнес Кронин и поморщился. – Я забыл про Черную пятницу.

– Но ведь сегодня суббота, – напомнила я.

– Им это скажи!

Босс положил руку на мое плечо и начал разворачивать в сторону выхода. План побега я сразу раскусила, потому и воспротивилась.

– Ну давайте хоть немножко походим? А вдруг найдем что-то классное и с хорошей скидкой?

Еще раз осмотрев толпу, мужчина нахмурился.

– Слишком людно, Яна.

Я понимала, что он пытался мне сказать. Он не любит общественные места. Его зона комфорта – затемненный кабинет или огромный домина, где он совсем один. А тут целый торговый центр, наполненный шумной толпой, да еще и покупки совершать нужно. А они, мужчины, не любители этой радости. Но ведь у него есть я. И я мертвой хваткой повисла у шефа на руке.

– А нам плевать, правда? – с надеждой спросила.

Он поджал губы и покачал головой. Даже попытался отстраниться от меня – не дала!

– Это только у входа так, – заверила я. – Потому что здесь мебель прямо в зале стоит. А на втором этаже магазинчики. Мы пойдем в самые пустые. Ну давайте, Тимофей Андреевич, я уже настроилась тратить ваши деньги!

Добила! Посмотрев вниз, где висела я и смотрела на него просящими глазками, он обреченно вздохнул и сам повел меня к лифту. И я старалась не смотреть на него, боялась не удержать хохот. Столько обреченности было в его взгляде. До чего я довела любимое начальство! В конце концов, когда мы оказались в лифте, к нам с криками «Подождите!» начала приближаться семейка с оравой детей, а Кронин быстро нажал кнопку закрывания, я все же прыснула со смеху. Он на меня посмотрел, выпрямился, гордо задрал голову и стоял так секунд пять. А потом его губы все же дрогнули в намеке на улыбку. День обещал быть веселым.

Спустя часа два мы обошли около десяти магазинов. А начальнику так ничего и не приглянулось. То цвет не тот, то стиль не нравится, то конструкция шаткая. Я и сама была безразлична к увиденному, пока не заметила идеальный комплект. Белый стол со стеклянной столешницей и стильной металлической ножкой в виде буквы V. И, как оказалось, он еще и раздвигался почти до двух метров в длину. А еще по стилю подходили черные кожаные стулья.

– Вот! Отлично впишется в столовую, – заверила я, так и представляя себе эту картину.

Кронин обошел стол, покрутил стул и поднял на меня глаза. Раньше он даже не смотрел, только бросал свое сухое «нет». Видимо, у него все работало по одному принципу – чтоб не бесило!

– Да? – с надеждой спросила я и уселась напротив него, пробуя на удобность стул. Как на облачке.

Босс тоже сел. Подумал немного. Посмотрел по сторонам и вновь сфокусировался на мне. Не знаю, может быть, его подтолкнул мой просящий взгляд, а может, мебель в самом деле пришлась ему по вкусу.

– Да, – ответил он. – Мне нравится.

– Ему нравится! – прошептала я и улыбнулась. И, о чудо, Тимофей, покачав головой, послал мне улыбку в ответ.

– Здесь вы должны сказать: «Что бы я без тебя делал?» – подсказала я.

И он фыркнул. А потом пришла консультант и прервала этот замечательный момент, объявив нам стоимость. Я, конечно, округлила глаза в недоумении и потребовала срочную скидку в девяносто процентов, но она сказала, что это уже со скидкой. А шеф согласился оплатить. В общем, часть с оглашением цены стала для меня такой же неприятной, как для Кронина процесс выбора. Вот почему вместе мы стали замечательной командой.

Консультант заверила, что склад у них совсем близко, и доставку они смогут оформить буквально через несколько часов, так как им нужно освобождать помещение для нового товара. А потом эта предприимчивая женщина решила показать нам и другую мебель. А боссу же все надо! Кровати, шкафы, ящики, полки, письменный стол, кресла…

– О! Матрас! – воскликнула я, заметив целый отдел в магазине.

– Нет, Яна, помилуй, – заныл босс. Нет, я все же его довела! – Остальное в другой день.

– Остальное и через интернет заказать можно, – заверила я. – Но только не матрасы. Их опробовать надо. Я так себе купила наобум самый дешевый, а теперь каждое утро просыпаюсь с ощущением, что меня всю ночь били палками.

Сказала и повалилась на первый матрас. Попрыгала на нем, покрутилась и поморщилась. Потом пошла ко второму, третьему… Босс смотрел на меня сначала как на глупенькую, а потом даже с интересом. Проникся. В конце концов, я уломала его прилечь на тот, что показался мне самым комфортным. Он сначала сел, потом бросил мне через плечо убийственный взгляд, а потом все же лег рядышком и закрыл глаза.

– Это идиотизм какой-то, – заворчал он.

– Ну как? – спросила подошедшая консультант. – Вам с женой нравится?

Я уставилась на глупую женщину с округленными глазами и замотала головой. А вот Кронин даже глаз не открыл.

– Этот тоже берем, – произнес он. – Оформляйте доставку.

А потом резко встал и ткнул в меня пальцем.

– Теперь точно все!

Я подняла руки, будто была под прицелом.

– Точно! – клятвенно заверила. – По мебели все. А вот холодильник у вас пустой. Я заглядывала.

Он не ответил. Просто развернулся и ушел.

– Довела, – горестно вздохнула я. Консультант участливо закивала.

– Ничего, он и так герой! Вы своего мужчину берегите.

Фыркнула. А то я не знаю.

Спустя еще неопределенное количество времени мы вернулись домой с горой покупок. Ну, как всегда: идешь в гипермаркет за продуктами, а в итоге возвращаешься домой с полным багажником метелок, мочалок, бытовой химии, одеял, постельного белья и косметики. Зато еду мы купили по пути в ресторане очень быстрого и не очень здорового питания. А когда вернулись, было уже темно.

– А строители придут? – спросила я, помогая разгружать покупки.

– Не раньше, чем во вторник, – ответил Кронин. У них ключей нет, их соседка запускает утром, а на ночь закрывает дом. Она же будет за хозяйством смотреть. А муж ее садовник.

– Как, однако, удобно, – восхитилась я и вытащила ящик с комплектом посуды. Ее тоже мне доверили выбирать.

– Яна! – прикрикнул шеф и быстро оказался рядом. – Слышишь, деятельная, иди-ка, неси лучше пакет с салфетками.

Ну я и понесла. А еще швабры прихватила. Все же нравились мне эти домашние хлопоты.

Обложившись пакетами и коробками, мы с боссом уселись прямо на полу у камина. И хорошо, что я настояла купить коврики для ванной. Два берешь, третий в подарок! И сидеть на них мягко. Посмотрев на часы, начальник объявил:

– Дождемся доставку, и я отвезу тебя домой.

Еще секунду назад я наслаждалась теплом камина и ужасно вкусной едой. А при мысли о «доме» стало тошно.

– Что? Не хочешь домой? – спросил он недоверчиво.

– Не хочу, – призналась я.

Мы продолжили есть молча, но вскоре вялый после шоппинга шеф вдруг ожил.

– Почему? То есть понятно, почему тебя не тянет в ту конуру. Но может быть, помимо этого есть еще причины?

Он допытывался так, будто мог что-то знать об Антоне. Но с другой стороны, если бы знал, не стал бы подъезжать на кривых лыжах, а спросил бы в лоб. Это же Кронин. Дежурно улыбнувшись, я покачала головой.

– Просто скучно.

– А со мной весело? – с явной насмешкой спросил он. Странно. Ну ведь правда же весело.

– А что, нет? – спросила я и вздернула бровь, как он часто делал.

И мы опять замолчали. Мужчина изучающе меня осматривал, будто пытался раскусить. Думал, что вру. А нет! И когда он все же это понял, отвел глаза. А я не смогла. Почему-то пыталась представить его без шрамов. Тогда бы он был невероятно красивым. Вообще-то, эти полосы и сейчас его не особо портили. Просто придавали какой-то хищности, отпугивали слегка. Но я ведь уже немного его знала. Он вовсе не злой. Ничуть. Заботливый, честный, щедрый и очень надежный. У меня все время возникало ощущение полнейшего комфорта рядом с ним, чего никогда не было с Антоном. Я толком не могла этого объяснить, просто… чувствовала.

– Ты меня хочешь о чем-то спросить? – спросил он, ковыряя свою картошку фри.

– А вы ответите?

Он вновь поднял на меня глаза и хмыкнул.

– Нет.

Я улыбнулась и пожала плечами.

– Сегодня нет. Но я настойчивая.

– О да-а-а, – протянул он, заставив меня захохотать.

Глава 10

Очень скоро уютный вечер превратился в пекло. Жарко было у камина, на что я незамедлительно пожаловалась.

– Сними свитер, – посоветовали мне.

В самом деле, подумаешь! Делов-то. У меня, конечно, все на месте и белье даже красивое, но это все же совершенной другой уровень наших с боссом отношений. А мы пока только на начальном, где он мне ключи от офиса доверил и посуду разрешил выбрать. Правильно расценив заминку, Кронин метнул взгляд на мою грудь, немного там задержался и с усердием вернулся к глазам.

– Понял, – сообщил он, и на его лице промелькнуло сомнение. Будто он не решался что-то сказать, но в конце концов сделал это. – На втором этаже в гардеробной есть кое-какая одежда. Моя, домашняя. Можешь взять футболку.

– Правда? – с неверием спросила я. А это уже совсем другой разговор! Обмен одеждой – определенно новый уровень. Мысль мне понравилась, потому, даже не дождавшись ответа, я подорвалась и побежала к лестнице. Только замялась на первой ступеньке.

– А где там гардеробная?

Покачав головой, мужчина обернулся ко мне со скупой улыбкой на губах.

– Зеркальная стена в моей спальне.

– А-а-а!

И я побежала в гардеробную. А там оказалась целая комната размером чуть-чуть меньше самой спальни. Полок было всего несколько, но одежды на них не наблюдалось. Зато в углу одиноко стоял большой дорожный чемодан. В него я и полезла. А там добра – видимо-невидимо! Правда, ничего женского не нашлось. Зато симпатичная черная футболка с перышком, в которой я Тимофея Андреевича вообще никак не представляла, а себя очень даже, мне пришлась впору. С верхом проблема была решена, а вот низ все еще меня раздражал. Я сняла зимние джинсы с начесом, избавилась от колгот и лишь тогда почувствовала сказочное блаженство. Но не являться же Кронину в таком виде. Что он обо мне подумает? И тут взгляд мой упал на спортивные штаны. Легкие, хлопковые, на завязках, одна проблема – мужские. И вообще, наглость, конечно, у собственного шефа одежду выпрашивать, но он же сам предложил… А я от жары погибаю.

Немного нервничая, спустилась на страшный суд начальства. Оно, начальство, как раз подкидывало больше дров, как будто в этом была необходимость. Заметив меня, Кронин быстро отвел взгляд, и я даже облегченно выдохнуть успела. Но затем он снова посмотрел, и брови его сошлись на переносице.

– Удобно? – спросил он с недовольством. Ну какой же он у меня заботливый.

– Очень! И главное – ваще не жарко.

И он сдался. «Ну что мне с тобой делать?» – говорили его глаза. «Любить и баловать, любить и баловать», – отвечали мои.

А вскоре и мебель привезли. Стол оказался складным, но много на это времени не ушло. Подножку прикрутили к столешнице, расставили стулья и внесли матрас в спальню. За каких-то полчаса дом преобразился.

– Уже можно жить, – произнесла я бодренько, как только парни из доставки уехали. Кронин глянул на меня, как на сумасшедшую. – Да ладно! Спать есть где, даже постельное белье есть. Кухонная утварь есть, стол тоже. А все остальное по ходу дела закупить можно.

Знала я, почему шеф не спешил сюда заезжать. С его-то ресурсами он мог бы дом за полгода построить. А дальше что? Заходишь, а здесь пустота. Гнетущая и убивающая всю радость. Знала по себе и прекрасно понимала. Вот почему из моего рта вылетело дурацкое предложение:

– А давайте ваш кинотеатр опробуем?

Тима напрягся. Кажется, я опять перешагнула за линию его зоны комфорта. Но назад пути не было.

– Хочешь фильм посмотреть? – И столько удивления во взгляде, что даже не по себе стало.

– Перебор? – спросила я и вжала голову в плечи.

– Пока не понял, – задумчиво ответил он и зашагал наверх. Не понял он. А у меня, между прочим, семечки в сумке есть. Случайно прихватила.

Запустив кино и вручив мне специальные очки, Кронин сел рядом на диване и зыркнул на мои семки. Это только первые три раза он отказался, а на середине фильма спионерил половину упаковки.

– Где твои родители? – вдруг спросил он, продолжая следить за развитием сюжета.

Я хмыкнула.

– Где-то.

Поймав на себе вопросительный взгляд, добавила:

– С папой отношения не поддерживаю, а мама живет в другом городе. Далеко-далеко. Мы с ней вроде как в ссоре. Еще есть старшая сестра. Не родная, дочка отчима.

– Тоже в другом городе? – спросил Кронин.

Кивнула.

– А ваши где? – спросила я совсем тихо. Думала, и не услышит, но нет. Даже ответил:

– Мамы нет. Отец переехал во Францию несколько лет назад. Зовет меня к себе на Рождество и Новый год.

– И вы поедете? – спросила я. И поймала себя на мысли, что не из профессионального интереса, а чисто эгоистически. Уедет, а меня одну оставит. – Там красиво должно быть.

– Не решил еще, – туманно ответил он. А спустя пару минут задал новый вопрос: – Почему ты уехала от мамы?

– Я не от нее уехала, – произнесла я раньше, чем подумала. А потом хмыкнула и посмотрела на босса. Да, он ждал подробностей. Со своим фирменным требовательно-пугающим взглядом. Пришлось признаться. – От парня.

– Значит, отношения, – произнес он так, будто ставил мне страшный диагноз. И я опять засмеялась. Нервное…

– Ничего такого, что могло бы вас заинтересовать, – заверила я.

– Отчего же, – настаивал упрямый мужчина. – Раз ты сбежала, значит, были на то причины.

И он продолжил пялиться на меня, ожидая ответа, я чувствовала это профилем. Чувствовала и не могла вынести.

– Были. Тимофей Андреевич, вы уверены, что вам хочется вникать в мое прошлое? – с вызовом спросила я. Обычно подобные вопросы отталкивали мужчин. Но этот был неправильным.

– Ты сидишь в моей одежде в моем доме, о котором никто из родных не знает, – произнес он как очередной диагноз. – Я должен выведать, какую страшную тайну ты скрываешь.

– У меня нет страшной тайны, – попыталась соврать. И опять пробрало на веселье. Отчасти оттого, что Тим мне не поверил.

– Угу, – протянул он.

Я опять засмеялась и уставилась на экран. Правда, долго сконцентрироваться на фильме так и не удалось. Слова просто сами по себе срывались с губ, будто бы Кронин их вытягивал.

– Он был самым красивым парнем универа, а я самой страшной заучкой, – я посмотрела на Тима и улыбнулась. – Классика.

Шеф недоверчиво меня осмотрел.

– Страшной? – спросил он и вскинул свою бровь. Мне жуть как захотелось ее пригладить пальцем, но я, конечно, сдержала свой глупый порыв.

– Ну да. Я жила с бабушкой, так как мама вышла замуж за дядю Сережу, и у них не было для меня места. Вика, старшая сестра, тоже жила и училась в другом городе. А у меня была любимая бабушка. Мама немного помогала деньгами, но не сильно. Зато я умела вертеться. Делала домашки, контрольные, даже курсовые. – Послала боссу проникновенный взгляд. – За деньги. Дорого!

Кронин фыркнул.

– Я даже ничуть не удивлен!

Я улыбнулась и снова отвернулась от него.

– Но все равно денег не хватало. Я выглядела хуже остальных девушек и чувствовала себя так же. А он почему-то обратил на меня внимание. Конечно, это вскружило мне голову. Первая влюбленность, первое все.

Я закусила губу до боли, чтобы притормозить и напомнить себе, что это своему начальнику я сейчас изливаю душу.

– И? – требовательно спросил Кронин. Похоже, этот мужчина все же имел надо мной особенную власть.

– Я узнала, что мой парень на меня поспорил. Но к тому времени, как мне об этом рассказали, он уже сам погряз в чувствах. Тогда он клялся, что у нас все по-настоящему. И я его простила. Мы продолжили встречаться, наши отношения длились около трех лет, до последнего курса.

Я думала, что на этом моменте можно закруглиться. В конце концов, Тимофею Андреевичу вовсе не обязательно знать все грязные подробности. Но стоило попасть под пытливый взгляд карих глаз, и я поняла, что именно ему и можно довериться. Впервые за столько лет. И что сейчас для меня он даже не Тимофей Андреевич, а просто Тима. Ближе, чем надо бы. Но меньше всего мне хотелось его отталкивать.

– Этот… Он обидел тебя? – спросил Кронин так, будто бы прямо сейчас был готов набить Антону рожу. Это тоже меня позабавило. Как и абсурдность моего ответа.

– Странное дело, – начала я, посмеиваясь. – Когда мне задают это вопрос, даже когда я сама себе его задаю, то у меня нет четкого ответа. Нет даже толковой причины, по которой стоило бы разрывать отношения. Мама говорила, что мне повезло отхватить лучшего жениха города, а я, как последняя дура, бросила его. Она не принимала мои оправдания. А что я могла сказать? Он не изменял мне, насколько знаю. Никогда не поднимал руку. Я фактически жила за его счет и в его квартире. Он сам так захотел. Запрещал подрабатывать, покупал одежду. Я не могла понять, зачем. А потом догадалась, что он специально пытался сделать меня зависимой от него.

Неуместная улыбка опять полезла на лицо. А вот слез совсем не было, хотя горечь так и застыла комом в горле.

– Он оказался моральным садистом. Это проявлялось в мелочах. Каждый день понемногу. Казалось бы, ничего такого, сейчас я даже и не вспомню…

Тим опять хмурился, но не стал перебивать вопросами. А я, бросив взгляд на экран, все же вспомнила один случай. Отложив семечки, поджала под себя ноги и повернулась к шефу.

– Ну вот, к примеру. Я ненавижу ужастики. Меня просто трясет от страха, а потом еще долго снятся кошмары. Я много раз говорила ему об этом, а он все равно включал их дома. Тогда я просто уходила на кухню, избегая конфликтов. Но как-то раз на День влюбленных он повел меня в кино. Сказал, что на романтическую комедию. А оказалось, что на фильм ужасов. Помню, после первой страшной сцены я закричала и посмотрела на него. В памяти так и застыло жуткое выражение его лица. Такая пугающая садистская улыбка и жестокий блеск в глазах. Я попыталась встать и уйти, а он сжал мои руки с такой силой, что остались синяки. И он заставлял меня смотреть, а когда я закрывала глаза, шептал, чтобы я открыла. Тогда я, наверное, впервые задумалась, что все это неправильно. Отношения такими быть не должны. Мне не было с чем сравнивать, но я точно знала, что не хочу провести остаток жизни… так. С ним.

Облизнув пересохшие губы, я потупила взгляд. Трудно было сказать, что думал Тим. Он словно превратился в каменную статую. На мгновение я даже пожалела, что вылила на него все это. Слишком личное, пожалуй. Чувство, будто бы я разделась перед ним, а теперь он с любопытством меня осматривает. И ожидание его вердикта убивало.

– Дальше, – требовательно произнес он. И его голос был ниже, чем обычно. Он обволакивал теплом и в то же время стальной защитой. Поразительно, как он одним словом смог прогнать весь мой страх, всю неуверенность.

И хоть я не смотрела прямо в его глаза, мне нравилось то, что он рассматривал меня.

– Я рассталась с ним и вернулась к бабушке. Мама была в бешенстве, бабуля тоже не совсем понимала, но и не осуждала. А потом она внезапно умерла. Остановка сердца. Оно у нее шалило время от времени, но все равно никто не ожидал. И хоть она говорила, что оставит квартиру мне, завещания не было. Все отошло маме. А она приняла решение продать эту квартиру, квартиру дяди Сережи и купить одну побольше. Она, конечно, и меня к себе звала, но я понимала, что это будет жизнь в постоянных упреках. Да и отвыкли мы друг от друга. Лучше уж одной, чем так.

А на этом моменте я смолкла. Не знала, как собрать бушующие мысли в ровные фразы. Горькие воспоминания выползли наружу, оставляя свой след в душе и каждой клеточке тела. Я вспомнила, но не могла озвучить. Да и что сказать? Доказательств у меня нет, лишь мои догадки. Лишь эта гадкая улыбочка на лице бывшего. Я была так потеряна, весь мой мир рухнул в один момент. Одно несчастье за другим. Я осталась одна, без дома, без поддержки близких. Была только лучшая подруга. Женя меня спасла. Она видела, что я медленно, но верно потухаю. Что всех тех испытаний, которые послала судьба, слишком много. Я не справляюсь. Она стала моим ангелом-хранителем. И спасителем. Приютила у себя на несколько месяцев, утирала мои слезы по ночам, откармливала тогда, когда и кусок в горло не лез, отговаривала от жутких мыслей. А позже пристроила на работу в фирму к своему отцу. Офисный порядок, таблицы, числа, отчеты – это помогало мне держать свои мысли под контролем. И со временем я окрепла. Почувствовала в себе силу. Разве могла я знать, что Антон вернется? Сначала он караулил меня под работой. Затем под дверью Жениной квартиры. Затем я начала находить черные конверты в своих вещах. Он играл со мной, и Женю это ужасно злило. Она вызывала полицию, но какой в этом был смысл, когда вся семья Антона – прокуроры, адвокаты, генералы в поколениях? Я предчувствовала беду. Хотела съехать от подруги, даже квартиру присмотрела. Но прежде чем я успела, Женя погибла. Несчастный случай, как сказали в полиции. Автокатастрофа на набережной. Она не справилась с управлением, машину занесло и выбросило в реку.

– И тогда ты переехала? – спросил Тим, обрывая мои мысли. Я не сразу вспомнила, на чем остановилась. Погружение в прошлое было слишком реальным. Слишком болезненным. Я будто онемела изнутри.

Медленно придвинувшись, Кронин осторожно потянулся ко мне рукой и провел теплой ладонью по предплечью.

– Ян?

– Да, – прошептала я и улыбнулась ему. Я обещала ей, что всегда буду смеяться вместо того, чтобы плакать. Что никогда не сдамся и никому не дам себя в обиду. Женя была бы рада знать, что я наконец чувствую себя хорошо. По-настоящему хорошо.

– Да, – повторила громче. – После смерти Жени я переехала сюда. Были кое-какие сбережения. Я сняла квартиру и начала искать работу. Нашла сразу две. И в таком режиме пахала год. Скажу честно, было нелегко, но по каким-то немыслимым причинам мне это нравилось! Я постоянно была чем-то занята, на плохие мысли просто не хватало времени. И, наверное, это меня и спасло от алкоголизма или еще чего похуже.

Я глянула на босса и комично округлила глаза. Но он мне не подыграл. Я опять не могла разгадать его мысли, это раздражало и интриговало одновременно. И как он поступит дальше? Слегка наклонившись, чтобы быть на одном уровне со мной, он с подозрительным прищуром спросил:

– И это все? Больше он тебя не беспокоил?

Я пожала плечами, решив ответить только на первый вопрос.

– Не такая уж и страшная тайна, да?

Кронин покачал головой и с тяжелым вздохом отвернулся к экрану.

– Ты чего-то недоговариваешь, – произнес он уверенно. И как только понял?

Хмыкнув, я последовала его примеру, вернувшись к просмотру старой доброй комедии.

– Яна? – позвал Тим, не глядя не меня.

– Уммм?

– Я тоже настойчивый, – прозвучало как угроза.

Закусив губу, я рассматривала его красивый гордый профиль и чувствовала приток душевного тепла. Постепенно оно, обстановка приятного вечера, смешной фильм и размеренное дыхание мужчины рядом вытеснили всю боль в моей душе. Она вновь спряталась поглубже и больше меня не терзала. Кажется, я даже провалилась в сон. И где-то на задворках сознания запах Тима усилился, стал ближе, а мое тело утонуло в тепле его объятий. Хотя не исключено, что все это мне приснилось.

Глава 11

Я нащупала в кармане что-то, чего там быть не должно. Сердце пропустило тревожный удар, когда я поняла, что это конверт. Опять чертов конверт. Медленно его открыв, увидела всего одну строчку черным по белому: «Ты выбрала неправильных друзей».

А затем в толпе я увидела лицо Антона. Красивое, но такое чужое и жестокое. Повсюду сновали люди, куда-то спешили, ничего не замечая. А он стоял там, в конце тоннеля и наблюдал за мной, впитывая мой страх и ужас. В другом кармане звякнул телефон, извещая о входящем сообщении. Но когда я открыла его, руки стали ватными; звуки, запахи, люди вокруг перестали существовать. Весь мир погрузился в вакуум, и я осталась наедине с пугающим, опустошающим посланием.

«Женя погибла. Автокатастрофа».

Я застыла в немом ужасе, каждой частичкой чувствуя приближение волны из боли и отчаяния. И спустя мгновение она накрыла меня с головой, выбивая немой крик из груди. Мой пустой, рассеянный взгляд вдруг поймал что-то знакомое в толпе. Лицо Антона. Но теперь на нем ужасающей маской застыла кошмарная, злорадная ухмылка. Он будто все знал и… наслаждался.

Мои слезы скатились по щекам, и я, задыхаясь, сквозь ком боли в груди зашептала только одно слово… нет. Нет. Нет.

– Ян? Яна! Проснись.

Низкий шелковистый голос с нотками тревоги заставил меня вынырнуть из кошмара. Судорожно вздохнув, я резко распахнула глаза и дернулась, чтобы встать. Но теплая ладонь надежно удерживала мою грудную клетку. Все еще пребывая под впечатлением от выбросов памяти, я не сразу пришла в себя. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где я и с кем.

Золотая спальня, за окном еще темно. Матрас, под руками мягкое постельное белье, ноги укрыты одеялом. Рядом Тима. Сидит на краю и хмуро меня осматривает.

Я опустила взгляд ниже на его руку, которая все еще лежала чуть ниже шеи, и он резко ее отдернул, будто бы обжегся.

– Ты кричала, – произнес он недовольно.

– И разбудила вас? – с ужасом спросила я.

Он выдохнул и потер лицо.

– Нет. Не это. Жена Коли звонила. Он попал в аварию вчера. Сразу после того, как нас завез. Сейчас в реанимации.

Осознав услышанное, я вздрогнула от ужаса. Да еще и этот жуткий сон. Ох, и давно же он мне не снился. Года три так точно. А теперь этот урод вернулся и новая автокатастрофа.

– О, черт, – прошептала я и таки резко подорвалась с постели. А потом направилась к гардеробной, бросив шефу на ходу: – Буду готова через две минуты.

Сняв мужскую одежду, я положила ее стопкой на полку с мыслями, что она мне еще может понадобиться. А затем, быстро одевшись, я шмыгнула мышкой в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок.

Босс обнаружился в коридоре первого этажа уже обутый и готовый уходить. Он говорил по телефону, а когда увидел меня, резко отключился.

– Я завезу тебя домой, – произнес Кронин безапелляционно.

– Я могу поехать с вами, если нужно, – предложила я. Ведь в самом деле хотела узнать, как водитель и что вообще произошло. Черт, мне нужно было знать, что это лишь несчастный случай. Но шеф решил иначе.

– Еще только пять утра. Ты поедешь домой и как следует отоспишься, а я заскочу в больницу и побеседую с главврачом. Хочу убедиться, что они приложат все усилия, чтобы вытащить его с того света.

Кивнула.

– Конечно.

Я не хотела сейчас приставать с допросами, ведь наверняка Тим знал не больше того, что рассказал. Меня волновало лишь одно.

– Тимофей Андреевич, – робко позвала я, когда мы садились в его машину. Он послал мне вопросительный взгляд, и я постаралась вложить как можно больше просьбы в свои слова: – А вы не могли бы за собой повсюду таскать охрану?

Мужчина выехал на улицу, так ничего и не ответив.

– А что если это вам хотели навредить и что-то с машиной сделали? – наконец выпалила я, не выдержав гнетущего молчания.

– Ты смотри, и правда переживает, – пробормотал он. И тут же строго добавил:

– Ты мне хочешь что-то рассказать, Яна?

– Нет, – резко ответила я, как глупая школьница, боящаяся наказания за плохие оценки.

– Что тебе снилось? – задал он новый вопрос без секундной заминки. Но к счастью, отвечать не пришлось, потому что вновь зазвонил его телефон. Послав мне красноречивый взгляд, он добавил: – Мы поговорим об этом позже.

А затем я лишь слышала короткие ответы на фразы оппонента.

И пока он говорил, я думала об Антоне. Это всего лишь мои предположения. Догадки. Я не имею права обвинять человека в смертях моих близких, даже если ненавижу этого урода. У меня тогда не было никаких доказательств, и нет сейчас. Как это вообще будет звучать? «Остерегайтесь моего бывшего, Тимофей Андреевич. Почему? Ну… Может быть это он? А может и нет… Я точно не знаю». В чем я уверена наверняка, так это в том, что Антону нравится меня запугивать, доводить до панического ужаса, сеять неуверенность в себе, в каждом шаге. Но стал бы он убивать? Нет. Не думаю. Это перебор даже для него.

Скорее всего, просто совпадение. Накануне выпали осадки, потом приморозило, дорога была скользкой, а Коля пребывал не в лучшем расположении духа… Но если все же окажется, что машину в самом деле повредили, тогда я поделюсь своими тревогами с боссом. Тогда уж пускай решает, нужна ли ему такая проблемная помощница.

– Яна? – позвал меня он. А затем потянулся к моей руке и некрепко сжал. Боже, как мне это было необходимо прямо сейчас. Я вцепилась в его руку своими ледяными пальцами, как в спасательный круг. Мужчина, словно почувствовав мое отчаяние, стал на удивление спокойным. – Все будет хорошо. Коля уже пришел в себя. Машину осмотрит Слава, она сейчас в нашем гараже. А ты вернешься домой и будешь отдыхать. И лучше никуда не ходи.

– А вы? – требовательно спросила я.

– А что со мной может случиться? – с насмешкой спросил он и забрал свою руку, чтобы управлять рулем. – Заеду в больницу, потом тоже домой. Буду ждать звонка Славы. Возникнут проблемы – будем их решать по мере поступления.

Я посмотрела на него еще раз и невольно сравнила с Антоном. Да они небо и земля. На фоне Кронина мой бывший мелкий дохлый сопляк. Пускай у него связи и крыша, а у Тимы, можно подумать, всего этого нет. А еще бабки, своя личная охрана и… И вообще, замечательный у меня босс. Настоящий мужчина, в присутствии которого весь страх и паника сходят на нет. И я выдохнула. А затем еще. И с каждым новым вдохом тревога отступала.

– Хорошо, – наконец заключила я. – Держите меня, пожалуйста, в курсе.

Я, конечно, вовсе не хотела, чтобы моя просьба прозвучала, как приказ. Но Кронин почему-то именно так ее и воспринял. Потому взял и отдал мне честь.

– Слушаюсь! – сдерзил он.

Я хохотнула и покачала головой. А затем он послал мне хитрый взгляд, и я рассмеялась еще громче. Так и хотелось сказать, что если будет вредничать, уволю! Но мы как раз подъехали к моему дому, и больше для шуток не было времени.

– Буду ждать звонка, – еще раз напомнила я.

Он лишь изогнул уголок губ в полуулыбке и уставился на дорогу. Но зато, когда уезжал, я поймала его взгляд в отражении бокового зеркала. Невольная улыбка застыла на моих губах, но резко померкла, когда я запустила руку в карман. Письмо. Я так и не открыла тот конверт, который передала Вера.

Белые хлопья снега падали на тонкий лист бумаги, отчего чернила расплывались в ужасные узоры.

«Никуда с ним не езжай», – гласило послание. И руки мои задрожали.

– Ты никогда меня не слушала, – послышался за спиной самый ненавистный в мире голос. Развернувшись, я убедилась, что слух меня не подвел. Антон возник ниоткуда, как воплощение кошмара.

– Это ты? – требовательно спросила я, ткнув ему под нос записку. – Ты все подстроил?

Вскинув брови, он удивленно на меня уставился.

– О чем ты, Ян? – а затем в его глазах вспыхнула тревога. Такая искренняя и неподдельная, что я уставилась на него в недоумении. Сегодня он казался другим. Таким… нормальным. Всего на секунду мне показалось, что не было этих пяти лет, что он все тот же, и я все такая же. А у нас своя собственная история. Но этот момент умопомрачения длился недолго.

Он сделал ко мне шаг и схватил за руку до того, как я успела отскочить.

– Что-то случилось? – спросил он тревожно, будто бы, в самом деле, обо мне беспокоился.

– Не дождешься, – огрызнулась я и вырвалась из его захвата. А он отпустил. – Чего тебе надо?

– Хочу поговорить, – произнес Антон серьезно. Когда я не ответила, он опустил голову и ковырнул носком ботинка снежный комок. – Знаешь… Все эти годы я не мог тебя забыть. Каждый день просыпался с мыслью, что отпустил самое ценное и родное, что было в моей жизни.

Я слушала его и не могла поверить собственным ушам. Он говорил именно то, чего я так ждала пять лет назад. Да, я тогда приняла решение уйти. Но, как любая женщина, где-то глубоко внутри я все еще надеялась на чудо. Тайно мечтала, что он придет, искренне попросит прощения и с любовью посмотрит в мои глаза. Я бы простила его тогда. Но сейчас уже было слишком поздно. Все чувства просто отмерли. Отслоились, как старая шкура.

Антон поднял на меня глаза, и я увидела в них проблески вины. Он по-настоящему сожалел.

– Мне нужно вернуться домой на пару недель, – сообщил он и замялся. – Я могу хотя бы пригласить тебя на ужин сегодня? Мне есть, что тебе сказать, поверь.

Я охнула от вспыхнувшего во мне возмущения.

– Тебе есть, что мне сказать? – с вызовом повторила я. – И я должна тебя выслушать? Почему? Меня же ты не слушаешь. Ты пробрался ко мне в квартиру, угрожал мне и моему начальнику. Ты как сумасшедший маньяк, преследуешь меня и шлешь мне эти сраные письма. И после всего этого я просто должна пойти с тобой в ресторан и выслушать тебя? И что же ты мне такого скажешь, что я вдруг все забуду и смогу тебя простить?

Я сжала черный конверт и швырнула Антону в лицо. А после всего посмотрела ему в глаза без капли страха и сомнения. Нет, черт возьми, эту страницу я давно перевернула.

– Нет между нами ничего. И быть уже не может.

Развернувшись, я намеревалась уйти, но почувствовала железную хватку на своем предплечье. А спустя мгновение он развернул меня к себе и, прежде чем я успела сказать хоть слово, впился в мои губы в жестком, властном поцелуе. Ничего общего с нежностью, ничего и близкого к ласке. Как все же искусно он притворялся заботливым еще минуту назад. Я даже поверила. По крайней мере, к аварии он, похоже, и в самом деле не был причастен.

Оттолкнув его, я замахнулась, но Антон остановил мою руку, а затем поднес к своим губам.

– Я скажу, что люблю тебя, – произнес он, глядя на меня с холодной решимостью. Я согнула пальцы в кулак, а потом подумала, и один все же оставила. Средненький.

– Сочувствую, – бросила я и отвоевала свою руку. – Это ничего не меняет.

Антон покачал головой и облизнул губы, будто хотел сохранить мой вкус. Ничего, кроме отвращения, это во мне не вызвало.

– Ты неправа, Яна, – произнес он тихо. – Ты очень ошибаешься насчет всего. Себя, меня, нас.

Он отступил на шаг и улыбнулся так, как я любила когда-то. По этой улыбке все девчонки универа сходили с ума. Но он выбрал меня…

– Я вернусь за тобой, – произнес он решительно. – Я всегда буду рядом.

Я была в бешенстве. Даже топнула ногой.

– Хватит мне угрожать! – заорала я. А он в ответ улыбнулся шире, а после ушел к припаркованной у моего подъезда машине. – Хренов садист, – пробормотала себе под нос.

Когда оказалась дома, первым делом хорошенько вымыла рот. Я была так взвинчена, что хотелось крушить и уничтожать. Под руку попалась пустая чашка, которую я в прошлый раз так и не запустила в Антона. А в этот раз очень отчетливо представила его рожу вместо стены. Лишь когда фарфор разлетелся на мелкие кусочки, я дала волю чувствам и заорала вперемешку с рыком. Полегчало. Правда, полегчало.

– Сволочь недоделанная, – выкрикнула я. – Целовать он меня вздумал. Тьфу!

Я металась по комнате, как загнанный зверь, и, в конце концов, вспомнила о дыхательных упражнениях. Вот если бы Кронин был рядом…

Подбежав к сумке, нашла свой телефон и набрала шефа.

Он сбросил и я чертыхнулась. И двадцати минут не прошло. Он наверняка сейчас говорит с врачом. Мне нужно было успокоиться. О сне не могло быть и речи, но хотя бы посидеть смирно, а не будить соседей своими психами я могла.

Заварив ромашкового чаю, села на постель и уставилась в окно. Серое небо угнетало, нагоняло тоску. Едва проклюнулся рассвет, но большинство людей еще долго будут спать. Мысль о сне стала такой заманчивой, что я не заметила, как после трех глотков чая все же задремала.

Разбудил меня звонок телефона ближе к десяти утра. А стоило увидеть имя босса на экране, и мое сердце забилось чаще.

– Да? – выкрикнула я.

– По голосу слышу, ты еще на взводе, – произнес он устало.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь расслабляющей хрипотцой его голоса. При большом желании он мог бы работать в службе «Секс по телефону». От клиенток не было б отбоя.

Я улыбнулась, а потом мысленно отпинала себе за подобные идеи. Еще чего! Есть у него работа!

– Скажите мне что-то хорошее, – попросила я.

– Коле провели операцию. Сильно пострадала левая нога, а еще сотрясение мозга. Но сейчас состояние стабильное, он идет на поправку. Ян, правда, все будет хорошо.

Я поверила ему.

– Еще! – потребовала я.

Услышала тихий смешок и сама улыбнулась.

– Машину можно отправлять на свалку, – произнес Тимофей Андреевич без особых эмоций. – По видеорегистратору видно, что ее занесло на большой скорости, и она перевернулась несколько раз. На станции сказали, что никаких видимых повреждений нет. Тормоза в норме, двигатель тоже. Вообще, начинка не особо пострадала. По запчастям можно продать.

– А страховка есть? – спросила я, одновременно чувствуя, как тяжелый груз падает с моих плеч. Кажется, я все же превращаюсь в параноика. Нельзя же каждую аварию привязывать к бывшему. Черт, хорошо, что я не стала грузить Кронина своими идеями насчет Антона.

– Есть, – протянул довольно Тим. – Вот видишь, одни сплошные хорошие новости. И самая последняя.

Он выдержал паузу, а я даже затаила дыхание.

– Какая?

– Завтра на работу! – с каким-то воодушевлением произнес босс. Ну, ведь явно же издевался.

Я закатила глаза, а потом и засмеялась.

– Да-да. Вот такая я ненормальная, – поддержала я. – Люблю понедельники!

– Тогда до завтра, – произнес начальник тихо. – За тобой заехать?

– Не утруждайтесь, дойду, – заверила я. – До завтра, Тимофей Андреевич.

И он отключился. А я откинулась на подушку, чувствуя лень в каждой клеточке тела. Пожалуй, я все же расскажу ему о Жене. Позже. Когда мы перейдем к уровню крепкой дружбы и душевных откровений. И письма отныне буду собирать. Конверт-то я в Антона запустила, а послание в карман сунула. Пусть этот гад только попробует ко мне вломиться. Чашек у меня еще много.

Глава 12

Новый понедельник на лучшей фирме в мире! Босс почти не ворчал с утра, работой закидал всего лишь до обеда, и даже к запаху кофе придираться не стал. Он его, конечно, унюхал. Еще бы не унюхать, когда я с собой целый термос контрабандой протащила. Но не полезет же он мне в сумку, в самом деле! Там и потеряться можно.

– И как только приедет Сергеев, сразу его ко мне, – велел Кронин строго и спрятался в своем царстве.

Послав ему гримасу, я начала с самого главного! Написала девушке Насте, которая так запала в душу нашему клиенту. И ничего, что так рано, она как раз умирала от скуки на паре по философии.

Я вспомнила себя на первом курсе. Все предметы казались такими трудными, и в то же время увлекательными. Сложнее всего было успевать записывать лекции. Тогда я впервые проявила смекалку и начала дублировать дома конспекты на продажу прогульщикам. Антон был один из них. Он всегда посмеивался надо мной, и мне поначалу было невдомек, в какой такой момент он посмотрел на страшную заучку и решил: "Она станет моей"? Что же я такого сделала?

Покусывая карандаш, невольно задумалась. Но из дурмана прошлого меня выдернул оклик. Ни кто иной, как сам Вадим Андреевич пожаловал в логово старшего брата. Предупреждение Славы о братской вражде я помнила, потому повода любезничать с Вадимом больше не видела.

– Привет, красавица, – призывно произнес он, начав кокетничать с порога. Вероятно, таким образом он и добивался всего по жизни, вводя женщин в заблуждение своим флиртом. Опасный вид мужчин, между прочим.

– Доброе утро, – вежливо поприветствовала я, как и всех, кто входил в эту дверь. – Чем могу помочь?

Положив на стол шоколадку, Вадим навис надо мной, с любопытством разглядывая лицо. И что он там хотел найти? Веснушки? Нет у меня их. Морщинки? Если только вокруг глаз от частого смеха. Признаки наличия интеллекта? Так я еще кофе с утра не пила.

– Эх, – горестно вздохнул. – И почему тирану всегда везет? Даже с такой рожей. У себя?

Он кивнул на кабинет гендиректора, а я откинулась на спинку стула и послала насмешливый взгляд наглецу. Просто решила раз и навсегда расставить все точки на «i», чтобы он не думал, что я буду смеяться вместе с ним над любимым шефом.

– Не понимаю, о чем речь. Тимофей Андреевич потрясающий начальник и мужчина, ему по праву положена самая лучшая помощница. Даже не сомневайтесь, что я за него горой. Кстати! – Сняла трубку и набрала босса. А затем снова посмотрела на Вадима и шепотом добавила: – Я тоже кусаюсь.

Это к слову о его заявлении в нашу первую встречу. Вадим, конечно, понял и даже хитро сощурился. А вот Тима… Не ожидала я, что он так быстро ответит.

– Кхм… Яна?

– Ой, это я не вам, босс, – быстро исправилась. – Ваш брат пришел.

А потом даже в ухе заложило – с таким треском Кронин старший бросил трубку. И двух секунд не прошло, как он самолично показался на свет, придирчиво осматривая брата и почему-то меня. Я? Я еще кофе не пила!

Кивком пригласив Вадима, Тим проводил его неприветливым взглядом и снова уставился на меня.

Развела руками, мол, ну что такого? День только начался, а он уже мною недоволен.

– Сергеева сразу ко мне, – напомнил босс и закрыл дверь. А после за ней послышались приглушенные голоса, звучавшие на повышенных тонах. И все же интересно, отчего они враждуют? Мне, как помощнице, положено быть в курсе. А может взять да обратить грязные методы Вадима против него самого же? Чего, я могу!

Коварненько улыбаясь, продолжила переписку с Настей. Настало время для откровений. Только я собралась задать вопрос о парне, как в приемную опять пожаловали. Услышав стук, подняла голову и только потом вспомнила нацепить дежурную улыбку. Барышня. Это всегда недобрый знак. То конкурентки, то невесты босса, что еще хуже.

– Чем могу помочь? – любезно поинтересовалась.

– Добрый день, я на собеседование, – объявила миловидная блондинка с неестественно стоящей грудью. Три бюстгальтера что ли надела? А почему маленькое черное платье, а не классический костюм? И вообще, я вдруг поняла, что она меня страшно бесит. Видимо, я теперь их всех тоже по принципу Кронина оценивала. Дурной пример, он заразительный, оказывается.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – предложила вежливая я конкурентке и добавила: – Приготовьте сразу досье и рекомендации, если есть. Советую говорить только по существу, отвечать на вопросы четко. У Тимофея Андреевича плотный график, он не сможет уделить вам много времени.

Господи, я превратилась в Аню!

– Спасибо большое, – просияла девушка и улыбнулась голливудской улыбкой. Я невольно прошлась языком по зубам и покосилась на термос в сумке. Не то что бы у меня были проблемы с улыбкой, просто я за естественную красоту, а эта блондинка все же бесит.

– А вы точно на собеседование? – уточнила я и прошлась оценивающим взглядом по ее телу. Тощая! И грудь неестественно торчит, я говорила?

– Да, а что? – девушка точно так же придирчиво себя осмотрела и охнула. – Стрелка на чулках! Ну, мне, конечно, как всегда везет.

Она подняла на меня умоляющий взгляд и шепотом спросила:

– А где у вас туалет?

– А зачем? – также шепотом спросила я. То есть, чисто технически понятно зачем. Но блондинка меня прямо заинтриговала.

Ответила она еще тише:

– Сниму!

И захихикала. Нет, ну это уже слишком. Перед моим боссом в голых ногах щеголять! Беспредел.

– Нету, – отрезала я и демонстративно отвернулась к экрану. Дела горят, а я здесь разболталась.

Остановилась на вопросе Насте. Написала первую строчку и заметила краем глаза, как эта беспринципная особа скатывает по своей тощей ноге чулок прямо здесь, в приемной.

– Слушайте, а вы точно на собеседование? – спросила я еще раз.

– Ну не с порванным чулком же мне идти! – зашептала она и все уже сняла. А потом быстренько спрятала в сумочку и резко выпрямилась, услышав грохот в кабинете босса.

– Он просто буйный у нас, – поделилась я по большому секрету. – А еще педант. И тиран! Любит, чтоб все четко в документах, голове и одежде.

Еще раз осмотрела ее блестящие ноги и покачала головой.

– Боюсь, голые участки кожи ему точно не понравятся.

– Оу, – с ужасом молвила девушка и осмотрелась, будто бы где-то здесь по волшебству могла оказаться новенькая упаковка чулок. Кстати!

– У меня же колготы запасные есть! – Я вспомнила и обрадовалась даже больше девушки.

Достала из нижнего ящика стола и протянула блондинке.

– Ой, а как же я…

– В конце коридора общественный туалет, – подсказала добрая я. – Тимофей Андреевич все равно сейчас занят. Сотрудника отчитывает.

И в этот момент опять что-то грохнуло. Блондинка в ужасе округлила глаза и, крепко сжимая мои колготы, побежала одеваться.

Ах, да, Настя!

«Мне нравится один парень. Но одна проблема…»

– Доброго утра! – пожелал мне вошедший Сергей Сергеев. Пришлось быстро закрыть окно сообщения и снова дежурно улыбнуться.

– Доброго. Пожалуйста, присаживайтесь. Нужно подождать пару минут. Кофе, чай?

Я схватила трубку, чтобы предупредить начальство, как и было велено, но Сережа самым бандитским способом отобрал у меня телефон и протянул мне шоколадку. Помилуйте, я же лопну!

– Яночка, а ты разве забыла, что мы на «ты»? – спросил он и облокотился о мой стол. – А еще ты мне обед обещала.

– Когда я тебе обещала? – не поняла я.

– Не помню, – мечтательно заявил он. – Дни для меня превратились в одно незначимое мгновение. Границы реальности стерлись в пыль, и все, что было до тебя, просто растворилось в памяти, как дымка в…

– Ты тоже кофе еще с утра не пил? – догадалась я и все же отобрала телефон. Болтовня болтовней, а приказ начальства превыше всего. Сказали доложить.

– Угу. А у тебя есть?

– У меня все есть. Вопрос, как ты рассчитываться будешь.

– Чего? – Упс, опять Кронин.

– Да не вам это, Тимофей Андреевич. Сергеев пришел.

И тут из кабинета начальника вылетел сначала Вадим, а потом и сам шеф. Оба с раскрасневшимися лицами и убийственными взглядами. Особенно у Кронина. Он вообще в принципе вне конкуренции.

– Зайди, – бросил он строго Сергею, даже не глядя на того. Смотрел Тима исключительно на меня и мой стол. А как углядел аж целых две шоколадки, сощурился и грохнул своей дверью.

– Да поделюсь я, поделюсь, – заворчала я и вернулась к экрану. Мне дадут дописать это чертово послание?

«Мне нравится один парень. Но одна проблема… Он меня старше где-то на лет семь. А у тебя…»

Тут мой взгляд зацепился за черное пятно, которым оказалась блондинка. Она почти вернулась в приемную, но ее перехватил Вадим. Он ей что-то сказал, она заалела, ответила с улыбкой, еще больше засмущалась, а затем полезла в сумочку и достала ручку. Вадим тут же протянул ей кисть, и она, хихикая, что-то написала прямо у него на руке. Может номер своего стоматолога?

Пожав плечами, я вернулась к экрану.

«Мне нравится один парень. Но одна проблема… Он старше меня где-то на лет семь. А у тебя был опыт общения с такими? Есть идеи, как обратить на себя внимание, когда он весь такой…»

– Спасибо за помощь! – подала голос блондинка и достала из своей сумочки… шоколадку. Да что ж такое! В этом офисе все желают мне растолстеть.

– Пожалуйста! – Улыбнулась милая я и осмотрела девушку. Хорошо, что колготы тоже черные, плотные, и теперь ее тощие ноги не так бросаются в глаза. Она даже бесить меня меньше стала.

К счастью, долго ждать ей не пришлось. Очень скоро Сергеев вышел из кабинета, и вид у него был вовсе не такой веселый, как еще мгновение назад. Бандитские черты лица обострились, и нам с блондинкой даже стало немножко страшно. Сережа лишь послал мне скупую улыбку, и под присмотром Кронина быстрым шагом пошел на выход.

Глянула на шефа. И какая муха его укусила?

– Еще кто-то приходил? – спросил он и кивнул на мой стол, а точнее, на горку из шоколадок.

Указала рукой на смущенную и слегка испуганную блондинку и объявила:

– На собеседование.

Недовольно поджав губы, босс кивнул девушке проходить и вновь задержался у двери.

– Кстати, Тимофей Андреевич, а сколько вам лет? – полюбопытствовала я.

– Не кстати, – отрезал он. И начал закрывать двери, но в последний момент почему-то передумал и с вызовом мне сообщил: – Тридцать три.

А потом он и несчастная блондинка остались в темном царстве наедине. Ну и слава Богу. А я наконец смогла закончить письмо Насте.

«Мне нравится один парень. Но одна проблема… Он старше меня точно на семь лет. А у тебя был опыт общения с такими? Есть идеи, как обратить на себя внимание, когда он весь такой деловой и строгий, и на тебя смотрит цербером?»

Отправила и с облегченным вздохом откинулась на спинку стула. А потом еще раз перечитала свое сообщение и призадумалась… А почему я в качестве выдуманного парня использовала собственного босса? И что об этом сказал бы Зигмунд Фрэйд?

За каких-то пятнадцать минут я успела разобрать почту, отсортировать несколько документов из других отделов, а также ответить на пару звонков и записать сообщения для шефа.

А ответа все нет. И блондинка не выбегает со слезами. А у меня уже салфетки приготовлены.

Зыркнула на часы. Убедилась, что прошло уже неприлично много времени, и даже распереживалась. А если с Крониным что-то случилось? Или еще хуже… Что если она его ничуть не бесит?

Нахмурившись и прикусив губу, я подкралась к двери и прислушалась. Тишина… Ну не может такого быть.

– Есть кто? – послышался мужской голос со стороны входа. Закатив глаза и нацепив улыбку, вышла к гостю. И кого еще занесло?

Худощавый мужчина лет сорока в солидном костюме стоял у моего стола и задумчиво рассматривал все те же злосчастные шоколадки.

– Угощайтесь, – любезно предложила я.

Заметив меня, он повернулся и просиял. Красивый мужчина, что сказать. Ухоженный, приятный, и в глазах цвета ясного неба какая-то игривая искра. Видно, что человек по жизни победитель и наслаждается каждым днем.

Улыбнувшись, он окинул меня заинтересованным взглядом и достал из кармана… Нет, слава небесам, не шоколадку. Визитку.

– Федотов Аркадий Станиславович, – представился он, а я еще и должность прочитала: «Генеральный стоматолог области».

– О-о-о, – понимающе протянула я и взглянула на мужчину немного иначе. С опаской. И почему-то в этот раз показалось, что мы знакомы.

– А вы…? – спросил он и сделал паузу, давая мне ответить.

– Яна. Помощница Тимофея Андреевича.

Он протянул руку и мягко сжал мою ладонь. От него повеяло сказочно приятным парфюмом, и я сделала вдох поглубже.

– Зовите меня Аркадием, – произнес он и улыбнулся. Вот! Даже у главного стоматолога зубы свои, человеческие.

– Пожалуйста, присаживайтесь, Аркадий. Могу я предложить вам чай, кофе?

– Кофе? – удивленно спросил он. Ага! Значит, не первый раз здесь. А затем хмыкнул и кивнул. – Да, пожалуйста.

Мужчина предпочел стул у моего стола, а не диванчик, но я не возражала. Поставив перед ним самую красивую чашку, вытащила из сумки термос и налила ароматный напиток. А Аркадий, даже если и был удивлен, особого виду не подал. Я покосилась на двери шефа, поерзала на стуле и решила рискнуть. Поставила чашку и себе.

Правда, наполнить ее не успела. Аркадий вдруг закашлялся, затем поморщился и отставил свою чашку подальше. А потом забрал и мою со словами:

– Яна, милая моя девочка, разве это можно назвать «кофе»?

Да мы бало-о-ованные!

Я уже собралась оправдываться, как он меня опередил. Поймав мою руку, Аркадий притянул ее костяшками к своим губам и занюхал. Натурально занюхал, как после выпитого градуса.

– Яночка, я просто обязан показать вам вкус настоящего кофе. Он такой же божественный, как и вы.

Ну что за день сегодня такой? Почему меня все хотят накормить или напоить?

– Спасибо, конечно, – начала и потянула руку назад к себе. Не пустил! Охамел и не пустил. – Но мне некогда. Работы полно. А давайте я начальнику сообщу о вашем визите?

Опять потянула и опять не пустил.

– Яночка, – вкрадчиво позвал он и, развернув мою кисть ладонью вверх, начал очерчивать ее пальцем. В этом действии эротики было больше, чем во время моего прощания с невинностью. Страшно представить, что мужчина в своих мыслях вытворял с моей линией судьбы. А мысли у него были те еще – по глазам видела. И все же! Где я его могла видеть? – Вы не из тех женщин, мимо которых можно пройти и не обернуться. А самое страшное знаете что?

– Ч-что?

Он склонился над столом и ответил:

– Вы затягиваете мужчин в свои сети. Один раз посмотришь в эти волшебные глаза, и возникает зависимость. Вы ведь не зря выбрали эту профессию, верно?

Я была удивлена столь резкой сменой темы и вообще не понимала, к чему он клонит. Пожала плечами. Да какая профессия? Офисная, что ли?

– Подчинение, – таинственно прошептал он и наконец отпустил. – Вам это нравится. Вы прекрасная женщина, любящая подчинение.

Прикусив губу, я откинулась на стул, а мужчина в точности повторил мое движение. Он вообще выглядел предовольным собой, будто только что разгадал тайну мирового масштаба, не меньше. Вот придурок!

Подчинение я, оказывается, люблю. Ну-ну!

Спасибо любимому боссу, он как раз в эту минуту явился в приемную, зачем-то широко улыбаясь блондинке. Охренеть просто! Мне лишь скупая ухмылочка, а ей целая потрясающая улыбка. И за что? Вот что она такого за двадцать минут успела сделать?

– Мы свяжемся с вами за…

Взгляд его пал на Аркадия и он посерьезнел.

– Аркадий Станиславович, – поприветствовал шеф слегка удивленно. – Заинтригован. Пройдемте?

Бедный Тимочка, у него сегодня аншлаг, как никогда.

– Яна, пожалуйста, возьми данные Ирины, – попросил Кронин и положил руку блондинке на спину, провожая вперед. – Мы свяжемся с вами завтра.

Я, конечно, кивнула. Но верить в происходящее отказывалась.

А потом мужчины скрылись, оставив меня с главной конкуренткой наедине. И эта бесстыжая блондинка, положив свои бумажки на мой стол, вдруг заявила:

– Классный он! И милый такой. Страшненький, правда, но мне все равно очень понравился. А что с ним случилось? – И она вся такая любопытная уставилась на меня.

– Покусали, – процедила я.

Девушка как-то странно посмотрела, а после, быстро попрощавшись, ушла. А я глядела ей вслед, всем телом чувствуя непреодолимую потребность занять чем-то руки. Заняла. А когда опомнилась, было слишком поздно. Все резюме Ирины пошло на ленточки.

Ох и повезло мне, что все это я успела сбросить в ящик за секунду до того, как Кронин с придурком вышли ко мне.

– Пока никого вам предложить не могу, Аркадий Станиславович, – сочувственно заверил Тим. Мужчина посмотрел на меня, но босс, уже знакомым жестом положил руку на плечо гостя и направил его в сторону выхода, продолжая приговаривать:

– Но как только появится подходящая кандидатура, я тут же вам сообщу.

– Подумай, Тимоша. Миллион. И я готов обсуждать.

– Повторюсь, Аркадий Станиславович, не актуально, – заверил босс, окончательно меня заинтриговав. Это кто же от миллиона отказываться будет? Что там за желание у клиента такое? – Ни за два, ни даже за три. И обсуждению не подлежит.

Кронин послал мужчине свой фирменный взгляд, и тот отступил, хоть и без особой радости.

– Понял, – произнес он и снова покосился на меня. Затем сладко улыбнулся и произнес: – Яночка, до встречи.

– Всего доброго, – пожелала я все с той же дежурной улыбкой. Поразительно, но и Кронин улыбнулся клиенту, проводив того до самого выхода. А как только Аркадий скрылся за дверью, Тима зачем-то запер ее на ключ и резко развернулся ко мне со зверским выражением лица.

– Я тебя сейчас придушу! – заявил вдруг шеф.

Я даже охнула от поразительной наглости. Значит, с блондинками всякими он милый, а со мной…

– Это я вас сейчас придушу! – не растерялась я.

Вот чего-чего, а этого он явно не ожидал. Даже на секундочку в ступор впал. А потом вздернул свою игривую бровь и сложил руки на груди.

– Ты? Меня? – с явной насмешкой спросил он. И начал медленно подходить, отчего вся моя решимость высказать ему мысли прямо в лицо, резко сошла на нет. Я вжала голову в плечи, ожидая больше проблем с каждым его шагом. Две огромные мужские ладони опустились на мой стол, и Кронин страшно и пугающе надо мной навис.

– Яночка, – вкрадчиво начал он. И опять! Промурашило до самых костей. Я даже вздрогнула и, как мышка, уставилась в гипнотические глаза удава. – Ты с кем только что заигрывала?

– Ни с кем! – пискнула я.

Застыв на мгновение, он выдохнул и послал мне вопросительный взгляд. Мол, точно? Ты уверена?

И тут я таки вспомнила, откуда могла знать этого придурка.

– Федотов, – прошептала с ужасом, припоминая свой первый рабочий день. Тогда Тима еще посмеивался, что я желала бодрого дня сексуальному садисту. Дни были так насыщены событиями, что это имя просто стерлось с памяти.

Уловив понимание в моем взгляде, Кронин удовлетворенно кивнул. А потом как заорет:

– Какого хрена, Яна? Пять минут! На пять минут тебя невозможно оставить.

Он оторвался от стола и начал наматывать круги рядом.

– Он вообще по другому вопросу приходил. А когда зашел ко мне, знаешь, что первым делом спросил?

Состроив виноватые глазки, покачала головой.

– За сколько я тебя ему отдам! – прикрикнул босс и опять зло уставился на меня.

– И предложил миллион? – догадалась я.

Кронин фыркнул, мол, сообразительная какая.

– А вы отказались, да? – с волнением и надеждой спросила я. Глупый вопрос, конечно. Сама же слышала. И от этого в груди разлилось такое приятное душевное тепло и трепет. И все по отношение к боссу. – И за два, и даже за три отказались бы?

Он послал мне такой взгляд, что я поняла, что и за четыре бы отказался. Вот это мужчина! Мой герой! А затем я вспомнила, как этот садист треклятый мою руку занюхивал, и скривилась в отвращении.

– Ну и при… – вовремя смолкла, поймав предупреждающий взгляд шефа. Еще подумает, что это я о нем невысокого мнения.

– И ты потом еще удивляешься, что я себе помощницу вторую ищу? – продолжил он. – А с тобой как работать? Как?

– Да не флиртовала я с ним, – произнесла в свое оправдание. – Просто была любезной, как и с остальными.

– Угу, – промычал он, точно намекая, что любезной я была сверх нормы, причем со всеми. И снова зыркнул на мои шоколадки.

– Да берите уже, угощайтесь! – Не выдержала я и тоже заорала. А потом вспомнила про блондинку и решительность все высказать таки вернулась. – И вообще! Кто виноват? Садист к кому приходил? К вам? К вам! А вы чем заняты были целых двадцать минут? Вот что такого можно было с ней обсуждать?

Поняв по взгляду карих глаз, что я перегнула палку, вжалась в кресло, но слова свои забирать обратно и не думала.

– Ира – дочка моего старого знакомого, как оказалось, – вроде спокойно ответил Тим, но в глазах так и кипел огонь. А потом он все же опять повысил голос: – Она меня не бесит, и я беру ее на работу. Теперь уже точно.

И я ахнула. Нет, это был удар ниже пояса.

– Вот так, да? А может мне тогда к Вадиму Андреевичу в отдел перейти, раз вы мне замену нашли так быстро? – Я даже подорвалась, настолько злющей была. – Ты смотри, и не бесит! И тощая какая! И с клиентами ведет себя прилично, а не как я. Ох и не повезло вам со мной, развратницей беспардонной!

Вот. Выговорилась. Полегчало? Ну, как сказать… Я, конечно, всю свою злость на него вывалила, не особо думая о последствиях. Но они-то могут быть. А если он разорвать контракт вдруг вздумает? Или потом не продлит его вовсе? Я же про Вадима со злости наговорила. Триста лет мне этот лоботряс сдался. Нет, другого такого Тимы у меня уже не будет. И не хочу.

Он, сжав челюсти, что проступили желваки, пытался испепелить меня взглядом. А потом зыркнул на мой стол, заметил на нем термос и, прежде чем я успела его спрятать, схватил и понюхал.

Я даже на место села. Ой, что сейчас будет.

– Ну, все, – подытожил Кронин.

Подошел к цветку и беспощадно напоил его моим кофеином. И самое главное, босс молчал. Ничего не ответил на мой выпад. Но его взгляда хватило с головой, чтобы я почувствовала себя виноватой. Нехорошо так с любимым начальством разговаривать.

Я так и не произнесла ничего. Он стремительно вылетел из офиса, оставив меня наедине с паршивым настроением.

От горя пришлось открывать одну шоколадку. А потом и телефон мой пиликнул.

«Если хочешь обратить его внимание, выведи его из себя. Проверено!» – посоветовала Настя. – «Они думают, что все у них под контролем! Но чувства контролировать нельзя;)»

Умная девушка, эта Настя. Не зря Вель на нее так запал. Я даже призадумалась. А кто кого поймал в ловушку?

Пока думала и заедала горе шоколадом, обед прошел. И где-то к трем вернулся Кронин. Весь в снегу, хмурый, с пакетом в руках. И выбежал же без пальто, несносный мужчина.

Подошел ко мне, молча вытащил еду на вынос из ресторана, положил на стол. Послал интригующий взгляд. Я даже голову приподняла, пытаясь рассмотреть, что там у него еще. С самым серьезным видом Тима полез в пакет и достал… шоколадину. Огромную-преогромную. С орешками! А ту, что я уже открыла, с недовольным видом отодвинул и заменил своей.

И так, ничего больше не сказав, пошел к себе. А я, подперев голову, смотрела ему вслед и улыбалась, как дурочка. Какой он все-таки противный. И одновременно потрясающий.

Глава 13

Кронин

Я потер лоб и уставился на свою мегеру во все глаза.

– Что значит, потеряла? Как ты могла потерять ее резюме?

Яна пожала плечами и отвернулась к монитору, как ни в чем не бывало.

– Найдется, Тимофей Андреевич, – пробормотала она.

Не удержался и послал ей рожицу, пока она не видела. Талант! Надо иметь талант так меня выбешивать и смешить одновременно. И ведь второй день ведет себя тише воды. Почти образцовая, идеальная помощница. И не придраться. Почти!

И костюм у нее не вызывающий ничуть. И блуза на все пуговицы застегнута. Как будто бы от этого ее сексуальность уменьшилась. Напротив, черт бы ее подрал! И на звонки она отвечает с отстраненной холодностью. И мне тоже. Мда…

Наверное, так и лучше. Я хотя бы попытаюсь настроиться на рабочий лад и прекращу каждую секунду фантазировать о Яне на разных горизонтальных поверхностях офиса.

– Будь добра, найди, – бросил я и раздраженно стукнул дверью своего кабинета.

Сел за стол, выдохнул, включил ноутбук, настроился на работу. На второй минуте, я засек! На второй минуте моя выдержка дала слабину, и я потянулся к телефону. Ввел пароль, и тут же выскочила фотография Яны. Я ненормальный, знаю. Сфоткал ее, когда она заснула у меня на плече. Я будто все еще держал ее в своих руках, вдыхал ее запах и наслаждался исходящим от нее теплом.

Прошло три дня, и я поймал себя на страшной мысли, что впервые за долгие годы жду выходные. Только теперь и не знаю, смогу ли ее заманить к себе. Черт…

Провел пальцем по экрану, будто пытался вспомнить, как это – ощущать ее мягкую нежную кожу пальцами. Прогрессирующий кретинизм. Вот же она, в соседнем помещении. Казалось бы, протяни руку, и получи свою порцию кайфа.

А дальше что? Она мне если не термосом по башке, так папкой по роже точно врежет. Да и не должен я руки распускать.

Звонок телефона прервал мои мысли, а сладкий голос Яны пробрал до костей. Жаль только, что больше в нем не было веселья.

– К вам Вячеслав.

– Резюме нашла? – спросил я.

– Почти, Тимофей Андреевич.

Если сегодня не найдет, то накажу и не стану сообщать о повышении. Я тоже вредным быть умею.

– Славу впусти.

Положил трубку и уставился на дверь.

– Опять у тебя темень, – с порога начал он.

– Ты вообще в отпуске! – в который раз напомнил я.

Друг подошел, пожал мне руку и отдернул штору. Я поморщился от яркого света, но стало лучше.

– А что делать, когда Аня меня выгоняет? Надоело в больнице торчать двадцать четыре часа в сутки.

– Как… Тима? – Я все никак не мог свыкнуться с мыслью, что ребенка назвали в мою честь. Пожалуй, предложение о крестинах все же приму. Слава единственный человек, которому я могу по-настоящему доверять. Проверенный годами. Да и Аня тоже.

– Богатырем вырастет! – гордо воскликнул он и сообщил радостную весть: – Коля пришел в себя.

– Отлично. Я наведаюсь к нему сегодня.

– Пока к нему пускают только родственников, – отрезал Слава и включил что-то на телефоне. – Послушай, что его жена записала.

А дальше я услышал вялый голос Коли и то, что он помнил об аварии. Всплыл весьма неприятный факт.

– Значит, кто-то его подрезал, – подытожил я. – А что по регистратору? Ты пересмотрел видео?

Слава кивнул и развел руками.

– А ничего! Впереди голая трасса и нет машин. То есть, выходит, что этот чмырь заехал где-то с мертвой зоны, подрезал, а потом просто затормозил и развернулся на встречку. Там месиво, конечно. Пока машина переворачивалась, регистратор отвалился, но упал удачно, как раз с видом на дорогу. Говорю, Тим, нет машин. А значит, действовал профи.

Он послал мне красноречивый взгляд, и я выдохнул.

Встал, подошел к окну. Вид на город и улицу помогали сосредоточиться.

– Продолжать? – неуверенно спросил Слава. Я хмыкнул.

– А ты времени зря не терял, да?

– Да случайно получилось. Старый информатор позвонил. С сыном поздравил, а я про аварию обмолвился. Ну, он и выдал, что браток твой роет на тебя инфу. Роет конкретно.

Я обернулся к Славе, а он нахмурился.

– И я как раз свалил. И отец твой давит. В общем, подходящее сейчас для Вадима время организовать подставу.

Отвернувшись, я сжал кулаки. Вадик весь в отца. Едва подрос, а уже играет грязно. А батя видит и потакает. Не нарадуется своим ублюдком. Эта семья превращается в шайку отморозков. И я все чаще ловлю себя на мысли, что не хочу погрязнуть во всем этом. Надо что-то менять. Причем, кардинально.

– Тим?

– Ну чего тебе? – устало произнес я.

– Тут такое дело. Не пойми неправильно… – Слава замялся, и я послал ему вопросительный взгляд. Он поднял руки и улыбнулся. – Чисто мои догадки. Никаких доказательств. Яна…

Я уже знал, что он скажет дальше, и сразу закатил глаза.

– Ну, послушай, Вадим ведь посылал к нам своих телок и раньше. А тут такой случай подвернулся. Аня ушла быстро, и эта буквально свалилась тебе на голову и крепко так зацепилась на шее.

Здесь моему терпению пришел конец.

– Слушай, оставь мою Яну в покое.

Сам не понял, что ляпнул. Но не оправдываться же. Да и потом. Я ведь уже решил, что отпускать ее не намерен. Следовательно, она… моя.

Славу данное заявление очень повеселило. Расплывшись во всепонимающей улыбке, он принял расслабленную позу, будто бы было что обсуждать. Я его разочаровал.

– Это все.

– Да нет, – не согласился он. – Это только начало. Ну и попал ты, Кронин.

И столько непонятной мне радости в голосе. Послал ему предупреждающий взгляд. Он мне друг, конечно, но знать того, чего даже я понять не могу, не может.

– Ни хрена я не попал. Отвали.

– Самое большое заблуждение всех мужиков.

Выдохнул.

– Пора тебе. Ане привет передавай.

Слава захохотал и наконец таки встал.

– Я-то передам. А ты от меня Яночке передай.

Ну, раз взгляды больше не действовали, зашвырнул в него ручкой. Слава, молодец, хватку не растерял, пока бегал за своей женушкой. Поймал, метнул обратно мне и совсем серьезно произнес:

– Без шуток, босс. Я больше всего хочу, чтобы мое предположение оказалось ошибочным. Но на всякий случай присмотрись к ней. Серьезно присмотрись.

Я проводил его угрюмым взглядом и, лишь когда дверь закрылась, смог обдумать сказанное. Если Вадик, и правда, решил меня убрать, то послать шпионку он вполне мог. В его стиле. Но, мать вашу, авария? Это перебор. Слава, конечно, раскопает. На это понадобится время. А пока… Пожалуй, действительно надо взять под контроль Яну. Под очень личный, вероятно, даже круглосуточный контроль.

Эту мысль явно послал не мой здравый рассудок, а придурок в штанах, который просыпался каждый раз, когда моя мегера была в поле видимости.

Она будто чувствовала, когда я о ней думал. Вот и сейчас постучалась в двери и вошла.

– Я нашла резюме, Тимофей Андреевич, – произнесла Яна безучастно. Подошла, положила бумагу на мой стол, и я понял, что это ксерокс. Копия собранных вместе мелких кусочков. И кто бы их разорвал…

Глянул на Яну – ни капли вины в глазах. И совесть у этой женщины спит, как всегда. Нет, я так больше не могу!

Поманил ее пальцем. Яночка недоверчиво на меня покосилась и сделала крохотный шажок.

– Еще, – приободрил я. – Не бойся.

– Угу, – протянула она недоверчиво. И сделала еще один шаг.

Потеряв всякое терпение, взял ее за руку и сам подъехал на кресле, сокращая между нами дистанцию до вопиюще неприличной.

Положив ее руки на свою голову, я закрыл глаза и попросил:

– Сделай там что-то… Поколдуй!

Яна

Нахал!

– А может Ирочка массаж лучше делает? – буркнула я. А пальцы мимо воли зашуршали по коротким волоскам. И пахло от Кронина так приятно, что хотелось прижать его к себе, уткнуться носом в макушку и стоять вот так молча вечность. А если он возражать начнет, то придавить его грудью и стоять дальше. Глупые фантазии развратной помощницы… Со злости еще и вырвалось: – Или еще что-то.

– Лучше тебя никто ничего не сделает, – пробормотал шеф. Я и застыла на секундочку. А он продолжил мечтательным голосом: – Ты даже листики красиво рвешь. Ленточками…

Язва!

Замассажировала активнее. Сейчас доведу его до мозгового оргазма, посмотрим потом, как он запоет!

– Ян? – послышался вяленький голос Тимы спустя какое-то время. Почти готов!

– У?

– Ты же, правда, у меня самая лучшая, – невнятно прошептал он. И на лице выражение полного блаженства.

– Подлизываться бесполезно, – деловито заявила. – Я уже обижена до глубины души фактом моей замены.

Кронин лениво приподнял веки и уставился перед собой. Ему понадобилось еще пару секунд, чтобы понять, что лицо у меня выше.

– Отвечать на звонки и носить чай гостям не твой уровень, – вдруг заявил шеф. Ну ваще!

– Можно подумать, я только этим и занимаюсь.

– Вот именно! – воскликнул он уже активнее. Так, стоп! Эффект уходит. Опустила большие пальцы на его лоб и наконец разгладила эти брови. А желания, оказываются, сбываются! Даже самые странные.

Он опять закрыл глаза и на этот раз даже издал короткий стон. Можно считать, что мозговой оргазм достигнут. Но я пошла дальше. Нащупала пальцем начало его шрама, и мужчина тут же напрягся. Перехватил мою руку и вернул обратно на макушку.

Дуралей! Как будто это какое-то проклятое место на его лице, что и прикоснуться нельзя.

– Я вот и пытаюсь тебе сказать, – продолжил он заплетающимся языком. Но что именно он пытался, я уже не услышала. Кронин подозрительно затих, а потом его голова и вовсе упала. Стоит отметить, удачно упала. Прямо на мою грудь. И в целом шеф отключился. Почти весь. Только руки его поднялись, обернулись вокруг моей талии и притянули к его груди. И все.

Картина маслом: «Чудовище отдыхает после недели нервотрепки».

– Ну, совсем охамел, – прошептала я, уставившись перед собой немигающим взглядом. И как реагировать?

И по размеренному дыханию, и по тяжести рук я понимала, что Тима явно не притворяется, а по-настоящему спит. Надо, конечно, иметь талант, чтобы заснуть полулежа да еще и на собственной помощнице. Но шеф мне попался одаренный, в этом я ни разу не сомневалась.

Другой вопрос, как он начнет реагировать, когда проснется? Просто сделает вид, что ничего такого, или я в итоге еще и виноватой останусь? Ну да! Это же я у нас развратная особа. А он вообще милый зайка.

Выдохнула, еще раз глянула на темную макушку. Ну что мне с ним делать? Обвила руками его шею и наклонилась, едва касаясь губами волос. Дурдом! Это так непрофессиона-а-а-льно-о-о! Я вообще уже потеряла границу в наших отношениях. И думать страшно, что будет дальше. Уволит же. Зачем ему пристающая работница? А как не приставать, когда он сам руки распускает? Или когда смотрит на меня так ласково, с обожанием. Это, конечно, редко бывает. Но когда случается, то я резко глупею. Очень резко и очень сильно.

Еще минуточку и все. Буду будить. А потом сразу, пока не очнулся, нападу с обвинениями. Да! Хорошая тактика.

Прошло минут десять. Ноги в туфлях страшно затекли. А еще кто-то в приемную зашел. Аукать начал.

– Тимофей Андреевич, – ласково шепнула на ушко. – Сон красоты закончился.

Мужчина вздрогнул, пришел в себя и резко отпрянул. Правда, руки все еще жили своей жизнью. Они немного задержались на моей талии, а потом вернулись к хозяину. И пока Кронин потирал лицо, я сбежала.

Ох и настырная эта Ирочка оказалась. Раз вчера ей не перезвонили, так она сама явилась.

– Добрый день, – робко поприветствовала блондинка. Сегодня хоть выглядела прилично без моей помощи. Черные брюки, белая блуза, черный пиджак, застегнутый на все пуговицы, волосы собраны в хвост и премилая улыбка на лице. Ну, ладно. Должна признать, для приемной она вполне хороша. Чувствуется от нее какая-то доброжелательность, что очень даже располагает.

– А я здесь мимо пробегала, решила заскочить, узнать о результатах собеседования. Просто еще одно предложение поступило, и мне нужно знать…

Так! Это если она сейчас к нему пойдет, то он ее не только на работу возьмет, а и годовую премию сразу выплатит. Я колдовала, а ей все плюшки? Ну уж нет!

– Тимофей Андреевич сейчас занят, – соврала я. – У него важное собеседование. Ждать нет смысла. Я обязательно напомню ему через пару часов, и он примет окончательное решение. До конца дня вы можете подождать?

Ира сначала кивнула, а потом сжала губы, будто пыталась сдержать улыбку и посмотрела куда-то поверх моего плеча.

Обернулась, а там… Ну да, Кронин. Стоит такой весь расслабленный, дверь подпирает и на меня смотрит так понимающе, еще и участливо кивает. Ну, все! Точно мне трындец!

– Добрый день, Тимофей Андреевич, – поздоровалась Ира.

– Добрый, – заявил он и глянул на часы. – Ирина, прошу прощения, у меня, в самом деле, очень важная онлайн-конференция через две минуты. Как только она закончится, я сразу позвоню. Точно-точно не забуду. Ведь мне Яночка напомнит. Да, Ян?

И так посмотрел, что не согласиться в принципе невозможно. Улыбнулась Ирине и заверила:

– Конечно!

Девушка почему-то покосилась на нас двоих и смущенно заулыбалась.

– Спасибо! Я буду ждать.

Она помахала нам ручкой и пошла на выход. А я попыталась притвориться мебелью. Притворялась и ждала, когда же он уйдет. Потом поняла, что раз он появился бесшумно, то и исчезнуть мог так же. Обернулась с надеждой. А нет! Все еще стоит. Дверь подпирает. Улыбается, как кот на сметану.

Ну, точно трындец!

– Вру-ш-ка! – произнес он по слогам и скрылся за дверью.

А я шумно выдохнула и схватилась за сердце. Господи, помилуй, он меня до инфаркта доведет! Пришлось будильник ставить, чтобы ровно через два часа напомнить ему о конкурентке.

Признаться, я ждала этого времени, как узник ждет расстрела. С тихим ужасом и смеренной покорностью.

Мне договор новый составлять надо было, а я сидела и смотрела в одну точку, думая о чем угодно, но только не о деле. Даже Женю вспомнила. Как я рыдала после слов мамы, о том что сама себе жизнь угробила, и никогда никого лучше Тошеньки не найду, а закончу свою жизнь проституткой или сопьюсь от горя. Или все вместе. А Женька тогда обнимала меня, укачивала, как маленькую, и, словно под гипнозом, шептала одно и то же: «Никому не верь. Никому не верь. Верь лишь в себя. Только в себя». А потом в другой раз, когда Антон позвонил и начал хвастаться, что порвал все шмотки, которые купил, и уничтожил мои цветы. Я их годами растила, разговаривала с ними, имена каждому дала. Больше всех почему-то кактус Лимончик любила. Он пах вкусно и цвел красиво, распускал желтые цветочки. Вещи жалко не было, а вот Лимончика… И тогда Женя опять меня успокаивала и говорила: «Ну чего реветь? Ничего уже не изменить. А если нельзя ничего изменить, надо улыбаться. Поняла?»

Я хмыкнула, вспомнив ее смешную рожицу, и действительно все поняла. Ну и черт с ней, с этой Ирой. Пускай сидит здесь, чай гостям заваривает. А я все равно стараться буду, и во всем буду лучшей. Кронин меня не уволит. Вот хотя бы из-за массажа. Это же как наркотик. Подсажу его, и никуда уже не денется!

Коварно улыбнувшись, я посмотрела на часы и поняла, что два часа пролетели. Нацепила улыбку. Кстати, улыбаться, в самом деле, хотелось: так спокойно и радостно вдруг стало. Вот она, сила самовнушения.

Даже решила поприсутствовать. Постучала в кабинет, услышала оклик, вошла.

– Пора! – заявила я торжественно и подошла к столу босса. А когда потянулась к трубке, он подозрительно сощурился. Проигнорировав проявление недоверия, я набрала номер Иры и дождалась ответа.

– Офис корпорации «Элит», – сладко пропела я. – Одну минутку.

Передала трубку шефу и села напротив, подперев голову руками.

– Кхм, – произнес он, глядя на меня с укором. А что такого? Я своя! – Ирина? Кронин. Вы готовы приступить к работе уже завтра? – И зырк на мою реакцию. А я быстро учусь! Вот тоже сижу, участливо киваю.

– Отлично. Тогда завтра возьмите документы, оформим вас пока на испытательный срок. Нужно будет подписать договор о неразглашении.

– И о преданности и надежности не забудьте, – шепотом подсказала я.

Не пожелав меня слушать, мужчина вообще отвернулся в своем кресле. А у меня вдруг игривое настроение проснулась. Ну, я взяла и присела. Спряталась.

– Отлично, – произнес шеф. – Тогда до завтра.

И, развернувшись, положил трубку.

– Яна? – позвал он, будто сначала не поверил, что я ушла. А я что, дурочка вот так сразу откликаться? Правда, зачем я это затеяла, вообще не поняла. Но застыла, когда Кронин невнятно прошептал: – Мегера вредная. Отшлепать бы ее хорошенько.

Округлив глаза, ощутила, как сердце бросилось вскачь. Ни то что бы прям страшно стало, но какие-то непредвиденные ощущения проклюнулись точно.

Медленно показавшись из-за стола, я наткнулась на нечитаемый взгляд Тима и позавидовала его каменной выдержке. Это ж надо такое ляпнуть, а потом глазеть на меня с любопытством и обвинением одновременно.

Схватила со стола ручку и показала ему.

– Упала! – подсказала я.

– Угу. А ты поднимала? – догадался он.

– Ну да!

А потом встала, отряхнулась, с опаской покосилась на босса и пошла. У двери еще раз оглянулась. На губах полуулыбка, в глазах предвкушение. Ой!

– Домой уже иди, – крикнул он мне вслед.

– Д-до завтра, – ответила я и ущипнула саму себя. Вот еще заикаться с ним начну.

Глава 14

Пятница-развратница. Яна тоже развратница. И сны у Яны от-вра-ти-тель-ные! Пошлые и жутко непрофессиональные.

Зато утром я не стала париться и надела свой любимый зеленый костюм. Все равно сегодня на работу заступает Ира, и меня, как пообещал босс, ждет сюрприз. Прямо так перед сном и написал:

«Завтра тебя ждет сюрприз»

Я уточнила:

«Хороший или плохой?»

А он ответил по-еврейски, вопросом:

«Разве я могу тебе плохой устроить?»

А дальше тему я развивать не стала. Можно подумать, он мне хоть раз хороший устраивал. Ну вот хотя бы разок!

Это, наверное, потом мне всю ночь и снились разные варианты его сюрприза. Вариант первый: я захожу в офис, а Тима за моим столом с плеткой в руке. Вариант второй: все тот же офис, и я разливаю на босса кофе. Ну а дальше по стандартному сюжету, как в старом добром порно. Вариант третий: мы в его доме. Я пробираюсь ночью в его спальню, ложусь к нему под бочок и мягко засыпаю. Я-то засыпаю, а его организм просыпается. И я это явственно чувствую своим бедром. Ну а дальше… Тоже по знакомому сценарию.

В общем, сегодня я шла на работу в бодром, приподнятом настроении и ничего не боялась. Прошла мимо кабинета начальницы кадров, потом еще две двери прошла и поймала себя на мысли, что даже не знаю, что там в тех офисах, и кто в них работает. Вот и времени теперь у меня больше свободного будет. А еще хорошо бы в кабинет Вадика заглянуть. Любопытно мне. Правда, сейчас лучше не рисковать, а то Тима еще подумает, что я, и правда, к его брату примкнуть намереваюсь.

Неладное в моей родной приемной я завидела издалека. Слишком много красных пятен. Мое сердечко даже успело пропустить судорожный удар, но когда я подошла ближе, успокоилась. А потом и вовсе обомлела.

Как в той песне… Миллион, миллион, миллион алых роз!

Не знаю, был ли миллион, но я насчитала двадцать два огромных букета в стеклянных вазах. Кто помер-то? Куда ни глянь – всюду цветы. Я даже рот разинула от восхищения. Вот так сюрприз! Нет, это даже… Идиотизм какой-то! Вот зачем мне столько? И что он хотел этим сказать? И вообще! Лучше бы он мне эти деньги наличкой выдал.

И тут двери кабинета распахнулись, и вошли еще три парня с тремя букетами. Все же никто не помер. Если только здравый рассудок шефа. Двое поставили цветы и вышли, а последний паренек подошел ко мне с улыбкой до ушей и достал электронный блокнот.

– Вы Яна? – спросил он.

Кивнула.

– Пожалуйста, распишитесь.

Машинально поставила подпись и проводила парня ошеломленным взглядом. А потом заметила, что самый огромный букет стоял на моем столе. А в нем открытка.

Открытку он мне послал! Идиота кусок! Сколько бабок… Сколько бабок на ветер! Я бы себе линолеум новый купила и ту дырку в коридоре застелила. Или матрас поудобнее. Или вообще бы кофейный аппарат приобрела.

И только я потянулась к этой чертовой открытке, как в приемную опять вошли. Сам Кронин и его новая помощница, Иринушка. И оба выглядели не менее пораженными, чем я. Особенно округленные глаза Тимы удивили. Как-то что-то не складывалось. Я глянула на открытку, потом снова на него, и поняла, что нет. Таки мой босс не идиот. Ибо не он это все затеял. Даже выдохнула с облегчением. Нет, он у меня умничка и зайка.

– Какого хрена, Яна? – процедил Тим.

Ира теперь во все глаза уставилась на босса. Наверное, только сейчас поняла, в чьи руки попала.

Я пожала плечами.

– Да я только пришла.

– А я только вышел. На две минуты вышел, чтобы Иру к Ноне завести. И…

Оборвавшись на полуслове, он стремительно сократил расстояние между нами и бесцеремонно выдрал у меня открытку.

– Эй! – возмутилась я. Но было поздно.

Кронин прочитал ее раньше меня. Прочитал и скривился. Я попыталась дотянуться до нее, но он резко поднял ее вверх и достал свой телефон, уже кого-то набирая.

– Отдайте сюда, – прокряхтела я и приподнялась на цыпочках. Но куда мне до этого чудовища. Он же огромный. И в высоту, и в ширину плеч. – Тимофей Андреевич! – грозно прикрикнула я. – Ну что за детский сад?

– Серый, привет! Срочное дело, – объявил Кронин по телефону. – Угу. Зачистка.

И тут я вообще взорвалась.

– Ну какая еще зачистка? Это мои цветы! Мои! Мои! – кричала я, пытаясь вскарабкаться наверх по его груди. – Отдайте открытку!

– Через пять мину жду, – отрезал шеф строго и посмотрел на меня. Та-а-а-к посмотрел, что вмиг спорить перехотелось. Я даже отступила от него на шаг. А то вдруг еще кусаться начнет. По взгляду именно такое впечатление и сложилось.

– Не тебе это, – гаркнул он. – Адресом ошиблись.

И ушел в свой кабинет. А потом там что-то грохнуло, и я вздрогнула. Медленно перевела взгляд на Ирочку. Та смотрела на меня во все глаза, не мигая.

– У вас каждый день так?

– Поверь, твой первый день все равно не сравнится с моим первым днем! – заверила я, вспоминая отбор рабов.

– Ясно, – участливо заявила понятливая девушка. И с опаской осмотрелась по сторонам. – С чего мне начинать?

– С буфета? – предположила я. А потом, ступая меж зарослями роз, показала девушке, где что. Шкаф, буфет, санузел показала. Стеллаж с документами был закрыт на электронный замок, и пароль только шеф знал. Но об этом я даже рассказывать не стала. Своими пометками тоже пока не поделилась. Все же девушка на испытательном сроке, вот и будем к ней присматриваться.

Спустя пять минут заявился Сергеев. Увидел розы, присвистнул, улыбнулся мне и скользнул взглядом по блондинке. А затем снова посмотрел на меня. Вопросительно.

– Ирина. Новая помощница его величества, – представила я.

– А ты как же? – с тревогой спросил Сережа.

Хмыкнула и пожала плечами.

– Выходит, я твое место заняла, – отозвалась Ира робко. Я посмотрела на девушку, увидела неподдельную вину во взгляде и улыбнулась.

– Не-а. Он все равно искал вторую помощницу. Не ты бы, так другая. Так лучше уж ты.

И правда, из тех, что приходили, эта еще куда ни шло. Хотя ее три лифчика меня все же беспокоили.

– А от кого венички? – спросил Сережа, почесывая репу. – И че мне с ними делать?

– На рынок! – приказал строго Кронин. И опять ведь появился, как тень.

Я охнула от поразительной наглости, но, поймав взгляд Тимы, притихла. А потом подумала, что шеф у меня все же умный, хоть и вредный, и согласилась.

– Точно! На рынок все, – подсказала я. – Перекупщикам продать. А наличку мне. Правда? Правда?

И с надеждой уставилась на босса.

Тот глянул на Сергеева и кивнул.

– Ага! – воскликнула я. Не удержалась. – Значит, цветы все-таки мне были!

– Не тебе, – упрямо заявил шеф.

– А тогда кому же? – вставила свое словечко Ира. И Кронин опять та-а-а-ак глянул, что девушка тут же покраснела и вжала голову в плечи. Ха! Это я-то уже привыкла. А ей еще предстоит.

– Мне! – заявил этот наглый обманщик. – Тайный поклонник у меня завелся.

А потом кивнул мне на выход и ушел. Ну а я, обреченно вздохнув, поплелась следом. Когда проходила мимо Сережи, он поймал меня за руку и притянул к себе.

– Ян, не расстраивайся, – шепнул он на ухо. – Тим всегда такой нервный. Но отходчивый. Поорет и успокоится.

На что я послала мужчине возмущенный взгляд и на полном серьезе заявила:

– О чем ты говоришь? Тимофей Андреевич лучший в мире начальник.

И вырвав свою руку, пошла за боссом. Тоже мне… Таблетка валидола. Успокаивать он меня вздумал!

Мы прошли дальше по коридору, куда я еще не совалась, и набрели на еще одну стеклянную стену и большой зал за ней. Помещение было зеркальным отражением моей приемной. Только в нем стояло множество столов. Почему-то пустых. То есть, канцелярия и рабочий беспорядок на них имелся, а вот хозяев поблизости не наблюдалось.

– Обед что ли? – удивилась я и покосилась на часы. Начало десятого утра. Странно!

– Это отдел делопроизводства, – гордо заявил Кронин.

Я указала на пустые столы и выдала ему претензию:

– И что они так усердно производят? Беспредел!

Тимофей Андреевич закатил глаза и открыл для меня двери, а потом зашагал вглубь офиса. И вот что я здесь делать буду?

– Это официальное название, – продолжил он. – На самом деле, мои люди выполняют разные задания по городу или за его пределами, а здесь собираются только к вечеру и то не каждый день. К примеру, Боря специализируется на прослушке. Никита с ним в паре часто работает. Виктор у нас хакер. Здесь вообще появляется редко, берет работу на дом. Меня не проведенные в офисе часы интересуют, а выполненная работа.

Кивнула. И правильно! Современный подход. Если у человека свободный график, то он сам может выбирать, когда ему спать, когда есть, когда работать или решать непредвиденные вопросы. Следовательно, и работа выполнена лучше. А не из-под палки, потому что надо.

Тимофей Андреевич толкнул еще одну дверь, которая в приемной отзеркаливала его кабинет, и мы оказались в другой пустой комнате. Ни души. Правда, аж целых два стола. Шкаф и полки на всю стену, диван, окно огромное и вид из него потрясающий. В общем, все, как у Тимы. Присмотрелась и увидела, что стена, которая по соображению должна вести в его кабинет, стеклянная. А почему я ее раньше в кабинете босса не заметила? Потому что она зашторена была. Я-то думала, это интерьер такой, а вот оно как оказалось. Притом, зашторена стена только с его стороны. А с этой даже штор нет, лишь рейка пустующая.

– А там…

– Мой кабинет, – подтвердил Кронин и удовлетворенно кивнул. Он вообще стоял у двери и наблюдал за мной с огромнейшим интересом. Будто бы и не спионерил мою открытку пять минут назад. И вообще все у нас отлично.

Сложила руки на груди, ожидая хоть каких-нибудь объяснений.

– И?

Тима фыркнул, обвел интригующим взглядом помещение и вернулся ко мне.

– Сюрприз! Я тебя официально повышаю до главного менеджера. – Он кивнул на стол побольше. – Твой.

Я, конечно, была ошеломлена. Потому и соображала заторможено. Слова о повышении мой разум попросту проигнорировал. Меня куда больше интриговал другой вопрос:

– А второй чей?

– Был Славы. Но он здесь не появлялся уже месяца три. И не будет его еще столько же. А как появится, я его в другое место переведу.

Сказав все это, босс продолжил терпеливо ждать. А мозг тем временем никак не собирался реагировать на главную новость.

– Я здесь одна сидеть буду? – спросила я и опять с какой-то непонятной претензией. То есть, мне она, конечно, была понятна. Это что же, он меня из приемной прогнал ради этой стеклянной коробки? Просто в отличие от кабинета Кронина здесь и стена в зал была прозрачной. Собственно, все четыре стены. На углу дома был мой кабинет. И дальше что? Сидеть здесь днями, руководить пустым отделом? И вот это хороший сюрприз? Еще раз глянула на чудовище.

– А зарплату хоть повысите? – спросила совсем приунывшая я.

Босс на мгновение закрыл глаза, выдохнул, а затем сжал пальцами переносицу.

– Яна, ты невыносима. Честное слово, – выдал этот несносный человек. Даже охнула от поразительной наглости.

– Это я невыносима? Вы зачем меня с приемной согнали? Я там в курсе всех дел была, мне там миллион алых роз подарили. И подкармливали постоянно. А здесь мне что делать-то? На город смотреть?

– Ох, поверь, тебе работы хватит, – отрезал босс на повышенных тонах. А потом снова выдохнул и совершенно спокойно заговорил. Будто бы речь репетировал: – Ты очень хорошо проявила себя на двух встречах, и я пришел к важному выводу, что некоторым нашим клиентам будет проще и приятнее работать с женщиной. С остроумной смекалистой женщиной, которая с первой секунды располагает к себе. И ты идеально подходишь на эту должность. К тому же, между нами возникло взаимопонимание и… доверие.

И он как-то вопросительно поднял брови.

Я застыла. Мой мозг еще новость о повышении не переварил, а тут уже новая поступила. Хвалят меня! Поразительно. Комплиментами осыпают! Вообще фантастика…

И вот, из потока хаотичных мыслей выскочила одна, не самая свежая.

– А открытка-то от кого?

Все, босс не выдержал.

– Твою ж… Яна! – заорал он и толкнул дверь ногой. Уже уходя как зашипит: – Забудь о ней.

Он бы обязательно стукнул дверью, но здесь стояла стеклянная с доводчиком. Так что ничего не вышло, и Кронин просто ушел.

А мой мозг как запищит: «Ура! Повышение!»

Застонав, я села за свой стол и уронила лицо в ладони.

– Дурдом!

И мой мозг снова: «Зарплата высокая! Ура! Ура!».

Что-то слева блеснуло, и я подняла голову. Кронин, зараза такая, отодвигал свою штору. Всю стену открыл. А потом поправил на себе пиджак, подошел к столу, не глядя на меня сел и снял трубку с телефона. Через секунду где-то рядом со мной запиликало. Покрутившись на месте, я поняла, откуда исходит звук, и открыла верхний ящик стола. А там телефон полуразбитый. Аккуратно сняла трубку и уставилась на Кронина. А он на меня вообще никак, будто и нет меня. Цирк!

– Яна Васильевна, будьте готовы к обеду, у нас деловая встреча. В офис уже не вернемся.

– Я-ясно, Тимофей Андреевич.

Он кивнул и собрался положить телефон, но я быстро опомнилась.

– Тима! А-а… Андреевич. – Ущипнула себя. – Я же самое главное сказать забыла. Спасибо. За повышение.

Ну и приврала немножко:

– Всю жизнь мечтала!

Кронин не выдержал, зло на меня зыркнул и сказал:

– Будете язвить, Яна Васильевна, до зама повышу.

И положил трубку. Так треснул ею, что просто удивительно, как она бедненькая, не развалилась.

А мой мозг: «Он сказал, что ты остроумная и смекалистая женщина! Ура! Ура!»

Глава 15

Остаток утра и до самого обеда я наводила порядок. Деятельность кипела, и я была на волне. Все барахлишко предыдущих хозяев собрала, спрятала в свободный стол. Полки освободила и даже от пыли оттерла. Правда, Кронин немного был в шоке.

Беру я, значит, стул, влажную тряпку, тащу все это дело к полкам. Ставлю стул, только собираюсь лезть – звонок. Оборачиваюсь, а там босс с таким выражением, что цербер ему бы позавидовал. Держит у уха трубку и на мой телефон указывает. Закатываю глаза, тяжко вздыхай, но сутулой собакой иду к телефону.

– Яна Васильевна, вы совсем неугомонная? – Не то что бы вопрос… Скорее риторический.

Ну, на первый раз я терпеливо все объяснила и сказала, что ждать до семи уборщицу я не намерена. А посему могу немного похозяйничать в своем же кабинете. С меня не убудет. И еще прибавила, что я женщина, у нас это на генетическом уровне. Воспроизведение потомства, уборка, преданность. Именно в таком порядке.

В общем, трубку я положила первой и пошла работать дальше.

Удачно взобралась на стул, предварительно разувшись и сняв стесняющий движения пиджак. Удачно стерла пыль. Ее, к слову, немного было. Все же уборщица и сюда раз в месяц наведывается. А потом началось.

Потянулась к верхней полке, чтобы передвинуть вазочку, и опять звонок.

Обернулась, послала шефу убийственный взгляд. Быстро же учусь. А он… В общем, жалко так его стало. Голову свою у висках массирует, галстук уже совсем снял, утонул в своем кресле и смотрит на меня жалобно.

– Опять голова болит? – с ходу спросила я. – Знаете, Тимофей Андреевич, вам бы к доктору показаться. Эти частые боли – дурной признак.

– Мне доктор не поможет, – со стоном произнес он. – Яна, ты зачем так делаешь? Сдалась тебе та ваза.

– А вы зашторьте и не подсматривайте, – подсказала я.

Он призадумался всерьез, но отчего-то вставать не спешил. Покачал головой, молча положил трубку. Ну и я пошла снова. Правда, на этот раз пожалела босса, решила не нервировать больного и полезла в шкаф. А там в самом низу гора каких-то отчетов трехлетней давности. Пришлось лезть в завалы. Едва за май месяц пересмотрела документацию, как снова звонок. Ну и тут моему терпению пришел конец. Поняла я, что если сейчас свои права не отстоять, то потом и зевнуть без разрешения нельзя будет. В аквариуме этом треклятом.

Взяла трубку. Кронин на меня уже не смотрел. Отвернулся в своем кресле, только локти видно.

– Знаете что, Тимофей Андреевич! Мой кабинет – мое царство. И буду я здесь делать все, что мне вздумается. Иначе, зачем это все? А если не устраивает, то возвращайте меня обратно в приемную.

Он подумал тихонько и все. Больше ничего не ответил, только молча трубку положил. А я полезла обратно в шкаф.

Умаялась немножко, но к обеду освободилась. И что самое приятное, у меня в шкафу обнаружился буфет. А там электрочайник и крохотная кофеварка. В упаковке еще, совсем не распечатанная. Видимо, контрабандой протащили и спрятали за завалами печенья. Печенье, жаль, невкусное было, самое дешевое. Но я точно знала, как им распорядиться. Буду сотрудникам скармливать за хорошее поведение.

Составила список всего необходимого, походила по пустому залу, зарисовала схему расположения столов, сперла у кого-то хороший телефон, подсунула свой разбитый. Мне нужнее.

А потом ко мне пожаловал первый посетитель – Сергеев Сережа с улыбкой до ушей и большим коричневым пакетом в руках.

– Привет, мой свет! – воскликнул он и прошелся похотливым взглядом вдоль моей фигурке. Прям бррр!

– Сережа, а ты случаем не в отделе делопроизводства числишься? – вопросила я.

– В этом самом! – заявил он и указал на стол, в верхнем ящике которого я нашла засохший огрызок от яблока. И опять бррр!

– Понятно все с тобой, – протянула я. – В таком случае, будь добр соблюдать субординацию. У меня, кстати, отчество Васильевна. И я с сегодняшнего дня главный менеджер.

Потому что если сразу права не отстоять…

Сережа поначалу подумал, что я шутить изволила. Но потом метнул взгляд к кабинету, узрел там идеальный порядок и все понял. Правда, понял так, как ему захотелось.

– Быстро ты с боссом… договорилась, – пробормотал он, и улыбка его стала натянутой. А потом и вовсе померкла. – Ну, что ж.

Он протянул мне конверт и посерьезнел.

– Это вам, Яна Васильевна. С цветов.

Совесть меня мучила ровно пять секунд. До тех пор, пока я не заглянула в конверт. Там внутри было и на новый линолеум, и на матрас тоже хватило бы, и еще на десять пачек кофе. Кофеварку уже не надо.

Глянула на Сережу, благодарно ему кивнула. Но он особой радости не высказал. А что так? Резко симпатия пропала?

Зазвонил телефон, и я вернулась к рабочему месту. Босс даже говорить ничего не стал. Через стекло махнул, и я поняла, что пора ехать.

Оделась, бросила конверт в сумочку и пошла на дело.

На встречу Кронин вез нас самолично. Другого водителя брать не стал. А я не стала его отвлекать, ибо на дороге было страшно скользко, и шел снег с дождем.

– Ну и слякоть, – только и сказала.

Тима послал мне насмешливый взгляд.

– Хочешь поговорить о погоде?

– Я о многом хочу поговорить, но не сейчас.

– Правильно, – заявил он. – У нас еще много времени будет.

Когда это у нас много времени будет? Через стеночку по телефону?

Вспомнила этот дурацкий аквариум и вообще надулалась. Сложила руки на груди и отвернулась к окну. Нет, так бессовестно от меня избавиться, чтобы я потом еще и благодарила, это надо иметь талант.

Встреча с клиенткой состоялась в китайском ресторане. Никогда не была в подобных заведениях, но ходить с открытым ртом, конечно, не стала. И вообще настроилась на деловой лад, отогнала все ненужные мысли и постаралась вложить как можно больше понимания в свой взгляд. Ведь за это мне теперь платят.

– Добрый день, – поприветствовала я клиентку и бегло ее осмотрела. Ухоженная женщина лет сорока, хрупкого телосложения, азиатского происхождения. Она лишь мельком взглянула на Кронина, и в ее взгляде промелькнула тревога. Но когда она вновь переключилась на меня, заметно расслабилась и улыбнулась.

Тим не дал мне ничего! Только имя – Тян Татьяна Кимовна. Вздохнув и усевшись за столик, начала разговор. Удивительно, что я чувствовала себя так спокойно и уверенно, если учесть, что это всего-то третья встреча, и от нее в принципе можно ожидать чего угодно. Наверное, дело было в подбадривающих словах Тимы и его вере в меня. Или в молчаливом присутствии. Он был рядом, и я по обыкновению ничего не боялась. А еще обстановка располагала. Мы сидели в одной из множества кабинок, и на столе уже стояли китайские закуски.

– Прошу, угощайтесь, – предложила женщина. А вот она заметно нервничала.

Благодарно ей кивнув, я взяла единственное, что смогла распознать – рисовые чипсы.

– Это очень… Я… – женщина выдохнула и мотнула головой. Видно было, она сильно переживала. И я поспешила ее успокоить. Взяв ее руку, некрепко сжала. Возможно, не сильно-то профессионально, как требует Кронин. Но чисто по-женски я чувствовала, что ей это необходимо.

– Татьяна Кимовна, я хочу вас заверить, что нет ни единого повода для беспокойства. Мы здесь исключительно для того, чтобы помочь вам. Другие могут не понять, но мы поймем. – Я послала ей проникновенный взгляд. – Это наша работа. И мы в ней профи. Просто доверьтесь нам. Выкладывайте все, как есть.

Она внимательно меня выслушала, а потом затаила дыхание, и прошептала:

– Мне нужно точно узнать, кто отец моего ребенка.

Она выдохнула и ошеломленно застыла, будто не верила, что решилась сказать это.

– Хорошо, – совершенно обыденно произнесла я. Подумаешь! Я ожидала чего похуже. – Это очень хорошее дело, – заверила я.

Но женщина не спешила соглашаться. Она покосилась на Кронина и уставилась на меня с мольбой.

– Тимофей Андреевич, – начала я… Ну, раз клиентке со мной будет проще.

– Простите, я не уйду, – отрезал он. И его бедро под столом коснулось моего. Так тепло и приятно стало, что я вместо того, чтобы отодвинуться, еще на миллиметр придвинулась. – Я не смогу вам помочь, если не буду в курсе.

Утвердительно кивнула и напомнила:

– Никто не станет вас осуждать или в чем-то упрекать. Мы профи!

Татьяна кивнула. Я видела, как нелегко ей все это дается. Глаза ее начали наполняться слезами, и разговор грозил обратиться в рыдания.

– Вот, к примеру, на прошлой неделе у нас был подобный случай, – начала сочинять я и подмигнула Тиме, пока клиентка не видела. – Женщина заподозрила, что ее ребенок не от мужа. Уж очень сын был похож на соседа.

Татьяна уставилась на меня во все глаза.

– Муж начал обвинять ее в измене, и она была в отчаянии, когда обратилась к нам. А в итоге выяснилось, что в роддоме произошла ошибка. Женщины из одного дома рожали в один день, и детей случайно подменили. Мальчики так и росли пять лет у чужих родителей, играли в одной песочнице и ходили в один садик.

– Значит, ее ребенок все время был у соседа? – волнительно спросила Татьяна.

Я махнула рукой.

– Нет, второй ребенок из соседнего подъезда, это просто та, вторая женщина, изменяла своему мужу с соседом нашей клиентки. Санта Барбара, в общем.

Кронин под столом ущипнул меня за ногу. А я не растерялась и ущипнула его.

Кашлянув в кулак, он задал вопрос:

– Итак, у вас возникли сомнения по поводу отцовства недавно, или вы знали и раньше?

Клиентка потупила взгляд.

– Подозревала, но надеялась…

– Понимаю, – заверила я. – А теперь давайте по порядку. Вы замужем?

Татьяна кивнула.

– Сын внешне похож на биологического отца или на вас?

Она всхлипнула.

– На отца.

А потом еще раз всхлипнув, сжала салфетку и выдала:

– Он мой босс.

Мы с Крониним переглянулись, и я закинула в рот рисовые чипсы. Нет, эта работа никогда мне не надоест.

– Хорошо, – медленно произнесла я. Мне нужна была секундочка, чтобы представить себя на месте женщины, войти в образ, так сказать. Я, в самом деле, ее не осуждала. Кто я такая? Сама три года жила с парнем, который откровенно надо мной издевался, как какая-то мазохистка. Как часто мы слышим, что сами хозяева своей судьбы, сами вправе делать выбор, и что он есть всегда. Но иногда просто не выходит что-либо изменить. Жизнь, такая непредсказуемая зараза, подкидывает нам сюрпризы. И мы просто вынуждены плыть по течению.

Нет, я вовсе не оправдывала измену. Просто пыталась понять одну конкретную женщину.

– Хорошо, – повторила я, и Кронин опять меня ущипнул. – Я думаю.

Отмахнулась от него и снова взяла сгорающую от неловкости женщину за руку.

– Татьяна Кимовна, определить отцовство не проблема. – Зыркнула на Кронина – кивнул. – Вот! Не проблема. А что вы потом делать будете? Когда получите на руки позитивный результат?

Облизнув пересохшие губы, она наклонилась над столом:

– Потом я попрошу вас подделать их. Чтобы показать мужу. Он требует.

– Муж подозревает вас в связи с…? – Я не стала это озвучивать. Но Татьяна поняла и закачала головой.

– Нет. Не знаю. Мы просто долго не могли завести ребенка. А потом… Случайная связь. На новогоднем корпоративе, – она опять всхлипнула и, закрыв лицо руками, замолчала.

Я старалась смотреть на нее, хоть и чувствовала профилем взгляд начальника. Ну и что он так пялится?

– И муж узнал, что не может иметь детей? – догадалась я. А когда получила кивок от клиентки, все же глянула на Кронина.

«Что будем делать?» – спросила я взглядом.

Он пожал плечами, мол, сама решай. За деньги, конечно, можно было сделать все. Но вопрос оказался щекотливым. И что лучше: горькая правда, способная разрушить семью, или маленькая ложь во имя спасения этой самой семьи?

Черт, это сложнее всех предыдущих заданий вместе взятых.

– Татьяна Кимовна, а вы любите своего мужа? – спросила я.

Женщина перестала реветь, утерла нос и кивнула.

– Люблю. Очень сильно. Мы пятнадцать лет вместе.

– А он? – допытывалась я. – Он любит вас и сына?

Женщина закрыла глаза и закивала. Ей было трудно говорить из-за переполняющих эмоций.

– Очень. Он такой нежный и заботливый. И в сыне души не чает.

Она сжала мою руку почти до боли и с мольбой посмотрела в глаза:

– У нас был кризис в отношениях именно тогда, перед беременностью. Мы много ссорились, и я уже начала думать, что все кончится разводом. Но затем эта ошибка… Это чудо. Я забеременела, и Миша стал совсем другим. Все наладилось. Я просто не могу все потерять. Они – вся моя жизнь.

– А что насчет босса? – спросила я, и почувствовала, как нога Тимы буквально вжимается в мою. Ну что он отвлекает? – Еще были связи?

Татьяна в ужасе закачала головой.

– Он и не знает. Точнее, просто не помнит. Или делает вид. Не знаю. Мы были сильно пьяны.

И мы с Крониним опять переглянулись. И если на моем лице отображался неприкрытый ужас, то его оставалось непроницаемым. Новогодние корпоративы и последствия… Об этом должны писать страшилки и читать их детям с детства!

– Ну, – подытожила я и выдохнула. – Не вы первая, не вы последняя с подобной… назовем ее проблемой!

– Это катастрофа! – со слезами выкрикнула женщина.

– А мы назовем ее проблемой, – настаивала я. – Потому что проблемы решаемы, а вот катастрофы уже нет.

И она согласно со мной кивнула. А потом снова с мольбой спросила:

– Вы поможете мне?

Стукнула Кронина под столом коленкой, и заметила краем глаза, как он полез за ручкой и бумажкой во внутренний карман.

– Я возьмусь за это дело, Татьяна Кимовна, – торжественно объявила. – Но мне нужно больше информации. Вы сможете вырваться на неделе и заглянуть ко мне в офис?

Как солидно, однако звучит.

Женщина кивнула, а Кронин передал мне листочек. На ней цена вопроса. Такая, что если бы я ела, точно бы поперхнулась. А так просто ручки задрожали, когда я протянула листок клиентке.

Она быстренько глянула и кивнула. Она бы и больше заплатила, чтобы сохранить брак. Вот только меня все еще грызло противное чувство, что все это может оказаться ошибкой. А я своими действиями сделаю только хуже.

– Здесь и правда не лучшее место для обсуждений, – произнесла женщина и посмотрела на часы. Обеденное время подошло к концу. – Мне пора возвращаться на работу. Я только прошу, чтобы вы никому…

– Все строго конфиденциально, – заверил Тима безапелляционно. И клиентка благодарно кивнула. А после и вовсе ушла.

Мы же с Крониним остались сидеть за столом и еще с минуту молчали.

– Мне страшно браться за это дело, – честно призналась я.

А Тима тем временем достал зажигалку и поджег бумажку, оставив гореть ее на тарелке.

Он расслабленно расселся, положив руку на спинку диванчика за моими плечами. Вроде и не касался, а я почувствовала себя окруженной им. И пошлые мысли снова полезли в голову.

– Почему? – спросил он тихо.

– В таком случае и не знаешь, что лучше. Как бы вы поступили, если бы узнали, что всю жизнь растили не своего ребенка?

Он смотрел на меня как-то странно, немигающим взглядом. А потом выдохнул.

– Причем здесь я?

– Ну как же? Разве вы не пытаетесь их понять, представить себя на их месте?

Тима приподнял бровь.

– И зачем же мне это делать? Я на своем месте.

Я поджала губы и почесала голову. Выходит, у него все по холодному расчету. Платят, значит, выполняем заказ. А как же «Твори добро другим во благо»?

– А если она нам заплатит, а через пару лет правда все равно всплывет? – допытывалась я.

Кронин пожал плечами.

– А иначе и не будет. Правда все равно всегда всплывает, – заявил он. Мне даже показалось, что в его голосе и взгляде был скользкий намек. Он словно знал, что я что-то скрываю, и давал понять, что скоро это выяснит.

Стало не по себе от того, насколько близко он находился. И запах этот его…

«Он, между прочим, сказал, что ты умная и смекалистая женщина», – напомнил мозг, и я ощутила прилив жара к груди и щекам.

– А вы курите? – отчего-то спросила я, заметив, как догорел листок. Антон всегда курил. Так и не смогла его отучить. Никогда не переносила запах сигаретного дыма.

– Бросил, – порадовал меня шеф. – Ты?

– Нет. У меня только один недостаток. – Послала ему насмешливый взгляд. – Кофе!

– Вынужден тебя огорчить. У тебя их два, – заявил босс и вытолкал меня из диванчика. А потом раскрыл мое пальто, помогая одеться.

– А какой же второй? – ужаснулась я.

Он не ответил. И когда я уже оделась и развернулась к нему лицом, тоже промолчал.

– Тимофей Андреевич, ну раз мы начали этот разговор, то позвольте отметить и ваш недостаток. Вы жуткий обломщик!

– Я обломщик? – с вызовом спросил он, явно намекая, что из моих уст это звучит смешно.

– Да! «А» говорите, а «Б» – нет. Дразнитесь, словом. Причем постоянно. Вот кто у меня открытку забрал?

Он обреченно застонал и пошел на выход. А я, между прочим, голодная. И глупею в его присутствии. И еще наглею немножко.

– Ты не хочешь этого знать, – заявил он и открыл для меня пассажирскую дверцу машины. Но я не села. Сложила руки на груди и заявила?

– Нет, хочу.

– Нет, не хочешь, – настоял своим фирменным тоном. – Ты мой очень ценный кадр, как ты сама говорила, и я теперь за тебя в ответе. И за твою безопасность тоже. Так что давай, выключай свою мегеру и садись в машину. Поедим в нормальном месте, а потом поедем за город. Мне опять твоя помощь нужна.

Он явно ожидал, что я с радостными визгами брошусь в его чертов джип, но дела обстояли несколько иначе. Во-первых, я теперь главный менеджер, мне по статусу визжать не положено. Во-вторых, я все еще голодная, а, следовательно, вредная и упрямая… ну, пускай, мегера.

– Вы знаете, а не получится! У меня на все выходные планы.

Кронин послал мне такой взгляд, что Ира бы точно убежала с криками. Но я нет! Я – главный менеджер. Мне не положено.

– Отлично! – воскликнул он и с грохотом закрыл дверцу. Потом обошел со стороны водительского места, но не сел, а через машину мне крикнул: – Федотов! Федотов тебе послал цветы. А в открытке написал, – босс заметно поморщился и голос немножко изменил на такой противный-противный: – «Ты покорила меня с первого взгляда. Не могу перестать о тебе фантазировать. Поужинаешь со мной?». Ну что, Яна, поужинаешь с ним?

Я сморщила нос и покачала головой.

– Чет не охота.

– Нет? – удивленно спросил босс. Оскара ему за потрясающую игру! – А чего так? Мужчина о тебе фантазирует уже второй день. Можешь себе представить, какие там у него фантазии? Нет, тебе, конечно, может такие и нравятся.

– С плеткой? – уточнила я.

– Угу, – протянул Кронин и уставился на меня, как на предательницу. – С плеткой. И кляпом.

Пошлые мысли активировались, и мозг послал мыслеобраз: шеф открывает шторку в своем кабинете, а за стеклом я. На столе в позе русалки с кляпом во рту, с плеткой в руках и почему-то обмотанная телефонным проводом.

Смахнула эту пошлятину и с вызовом посмотрела на босса.

– Да какая разница, что мне там нравится. Поделиться-то со мной можно было? Почему я должна у вас все по слову вытягивать? А как же доверие, Тимофей Андреевич? Вы ведь теперь самый близкий мне человек!

Сказала и только потом подумала, что ляпнула. Даже с опаской покосилась на мужчину. А он указал пальцем на мою дверцу и приказал:

– Так садись в машину, и поехали.

– Нет! – вырвалось из меня. И дело было даже не в обиде, вредности или отстаивании своих прав. Если так подумать, я вообще не понимала, что творила. Ведь хотела же поехать, даже несмотря на то, что Антона уже нет в городе. Но что-то же меня остановило.

Покачав головой, Кронин рванул свою дверь и сел в джип. А потом вылез и добавил:

– Слишком красивая! – произнес он, как страшный диагноз. – Вот твой второй недостаток. Ты всем нравишься, а мне потом разгребать. Одна головная боль с тобой!

Сказав все это, он нырнул в машину и резко тронулся с места, а я так и осталась стоять на месте с отвисшей челюстью.

«Он считает тебя красивой! Ура! Ура!»

Черный джип скрылся за поворотом, и я закрыла рот рукой и попыталась привести мысли в порядок. А когда сделала это, поняла, почему не села к нему в машину. Я пыталась оградить себя от ошибки, которая непременно произойдет, если мы останемся наедине. Кажется, я влюбилась в собственного босса…

Глава 16

Выходные… Обычно они тянулись, как резина. Я сходила с ума в четырех стенах или просто бездумно брела по парку. А иногда и вовсе не бездумно. Ненавидела оставаться одной, потому что утопала в горьких воспоминаниях. А эти выходные прямо таки отличились.

Весь вечер пятницы я занималась самокопанием. То еще удовольствие. Начала с вопроса «Чего я добилась в свои двадцать пять лет?», продолжила: «Если я начну к нему приставать, он меня уволит? И если, да, то стоит ли оно того?», а закончилось все этим: «Босс или все?»

В конечном итоге я ушла пить чай к соседке. Она мне подлила в него что-то алкогольного, и очень скоро я вырубилась. Только и хватило сил, что вернуться к себе и завалиться на кровать.

Зато в субботу я получила сообщение от сестры, в котором она поздравляла меня с первым днем зимы. У нас с Викой сложились довольно неплохие отношения. Когда наши родители сошлись, она не была против младшей сестры. Но дело в том, что у нас так и не было возможности сдружиться по-настоящему. Она уехала учиться в другой город, а я жила у бабашки. Мы виделись только по праздникам, и не особо откровенничали. Да и с чего бы? Зато Вика всегда присылала мне смешные картинки или открытки на все, даже самые незначительные праздники. Эти знаки внимания от нее немножко поднимали мне настроение. Но не сегодня.

Я вспомнила, что ровно через тринадцать дней мне исполнится двадцать шесть. Дни рождения я не любила еще больше, чем выходные. Интересно, а Кронин меня поздравит? Если, конечно, не прогонит до этого. Лично я очень сомневалась, что отныне смогу держать себя в руках.

Со стоном повалилась на кровать. Он все поймет! Если даже не заметит на себе мой влюбленный взгляд, то мои перепады настроения его точно доконают. Не представляю, как мне с ним работать, смотреть на него, прикасаться к нему и при этом оставаться профи. Как? Когда в голову то и дело лезут пошлые мысли с обязательным участием любимого начальства.

Вздрогнула, когда раздался звонок телефона, и с колотящимся сердцем бросилась к нему. А там… мама. О, ужас!

Набрав полные легкие воздуха, сняла трубку и постаралась звучать как можно жизнерадостней.

– Привет, мам!

– Угадай, кто мне звонил! – завизжала она в трубку. Я даже поморщилась и отодвинулась подальше. А потом догадалась, и сердцебиение вновь ускорилось.

– Антон?

– Антон! – воскликнула мама. Она его обожала, потому что он купил ее благосклонность. Дарил украшения и технику на дни рождения и новогодние праздники. А еще горы цветов на Восьмое марта. Я тогда еще удивлялась, почему ей букеты больше, чем мне. Потому что я уже и так была его, а маму еще предстояло подкупить. А ведь если вспомнить, то поначалу он ей и не сильно понравился. Она говорила, что мне с ним ничего не светит. Он наиграется, и бросит, потому что таких, как я, у него миллион.

– Позвонил пять минут назад и сказал, что хочет устроить тебе сюрприз на день рождения.

И я снова со стоном упала на подушку.

– А что же ты так сразу сюрприз и выдала, – заворчала я.

– Ну а как иначе? – возмутилась мама. – Я же хочу, чтоб ты подготовленной была. Хотя бы голову помой, макияж сделай, оденься прилично. – Ее вера в меня всегда «воодушевляла». Я привыкла и по обыкновению игнорировала. Но сегодня ее рассуждения меня почему-то задели до глубины души. Впервые захотелось бросить трубку и занести родную мать в черный список. Но было кое-что, что я хотела знать. – Ты там хоть на свежий воздух выходишь? Фото мне давно не присылала…

– Что он сказал? – оборвала я ее бессмысленный треп.

Мама охотно переключилась на новую тему:

– О! Януська, ты бы слышала его жалобный голос. Он так скучает по тебе. Так просил меня ничего тебе не говорить.

Я хмыкнула, поняв, что Антон как раз добивался обратного эффекта. И он свое получил.

– Он хочет все вернуть, слышишь? – строго спросила мать. – Вернуть тебя домой, в семью. И на этот раз все серьезно. Готовься, доча! – она сделала глубокий вдох и заявила: – Я почти уверена, что он позовет тебя замуж.

И все это было сказано так легко и непринужденно, будто для нее не было тех пяти лет разрыва. Словно все у нас с Тошенькой отлично. Ну, подумаешь, немного повздорили.

– Как? – допытывалась я. – Как он меня на день рождения поздравит?

– Это будет четверг же, рабочий день. А он хочет забрать тебя на все выходные, – выдала мама. – Так мне и сказал, что если вдруг Яночка пропадет, то вы не переживайте, она со мной.

Моя душа улетела в пятки, а телефон выпал из рук. Я уже не слушала слова мамы, вообще застыла и онемела.

Он говорил, что вернется через две недели. А это как раз будет середина декабря, и те самые выходные. И тогда он, что… просто украдет меня?

Он бы смог. Тот Тоша пятилетней давности, возможно бы и нет. А этот Антон – уже зрелый и еще более жестокий – пойдет на многое.

Я могла только представить все те ужасы, которые он мне приготовил. Украдет меня, будет кормить маму сказочками о нашей с ним счастливой жизни, а сам… Запрет меня где-то в подвале какой-то дачи и будет насиловать, пока не забеременею. А если уж родится ребенок, то будет шантажировать меня им до конца моих дней.

Холодок ужаса пробежался по спине, и меня начало колотить от дрожи.

– Яна? Яна? Ты там в обморок от счастья упала что ли? – с нотками веселья допытывалась мама. – Вот видишь, как хорошо, что я тебя предупредила. Морально подготовишься.

А я вдруг представила себе ту страшную садистскую улыбку Антона. Она, как клеймо в моем сознании, всплывала каждый раз, стоило подумать о бывшем. Он издевался надо мной. Даже через маму.

Я молча отключила телефон, не желая больше говорить с ней. Мне было необходимо услышать другой голос. Пальцы сами набрали вызов. И спустя мгновение возле уха раздался такой уже родной и милый сердцу голос Кронина.

– Ты передумала? – спросил он деловито.

А я не смогла ответить. Вообще ни звука.

– Яна?

Покачала головой и сглотнула ком. Он ведь не оставит меня. Я ценный кадр, он сам говорил.

«А еще красивая, умная и смекалистая женщина».

– Расскажите мне, как у вас погода, – прошептала я и услышала обреченный вдох Тимы. Улыбнулась. Он тоже хмыкнул.

– Снег повсюду, – начал он. – На ощупь, как песок. Если взять горсть в руку, тут же рассыпается.

Клянусь, никогда еще в жизни мне не доводилось возбуждаться от разговоров о погоде. И никто не говорил о снеге так сексуально, как Кронин.

Я закрыла глаза и мечтательно улыбнулась. Эта привязанность похуже кофеина. Тот мне нужен по утрам, чтобы проснуться, а вот Тима… Он мне нужен в остальное время, чтобы оставаться спящей.

– Вы пытались сделать снеговую бабу? – спросила я.

– Зачем она мне? Одни только проблемы от этих баб, – заворчал он, а я засмеялась.

– И то правда. Мне вас так жаль.

– Не ври. Было бы жаль, поехала б со мной телевизор выбирать.

И я попросила его рассказать мне о телевизорах.

Клянусь, никогда еще в жизни мне не доводилось возбуждаться от разговоров о дюймах…

Беседа с боссом зарядила меня бодростью до конца дня. А закончилась она тем, что он все же выбрал себе плазму с моей онлайн помощью, а после начал дразниться, как он проведет остаток выходных в своем особняке. Даже пообещал, что сегодня перетащит матрас на веранду и будет смотреть на звездное небо через стеклянный потолок. Ему почти удалось добиться эффекта искусанных локтей, но дело в том, что во мне кое-что изменилось. Теперь я не смогла бы вот так просто и непринужденно общаться с ним в непосредственной близости. По телефону он не мог видеть мою глупейшую улыбку, не мог знать, как я закусываю губу, чтобы сдержать стон, когда слышу его голос. И это не стон удовольствия, скорее, разочарования от того, что этот мужчина не мой.

А так, пока он всего этого не видел, я тоже могла немного подразниться. Сказала, что весь день посвящу себе и закисну в ванной на часа два, не меньше.

Так я и сделала. Полдня делала процедуры красоты, а под вечер предстала пред зеркалом на собственный суд. Покрутилась, присмотрелась и выругала себя.

Зачем я волосы накрутила? Для кого? А этот жуткий макияж «дикая кошечка» с красной помадой? Вот тоже, для кого это все? А платье свое единственное нарядное зачем напялила? Скучно ему в гардеробе, да? Давно в свет не выходило?

Прям даже обидно за платье стало и за себя. Вдруг возникло желание пойти на свидание. На обыкновенное настоящее свидание. С мужчиной! Чтобы я такая вся красивая, а он за мной заехал, двери мне везде открывал, в ресторан меня пригласил. Или в кино…

Призадумалась, и поняла две страшные вещи. Первое: подобного желания у меня не возникало ни разу за последние пять лет. То есть, вообще! Ни разу! Меня несколько раз приглашали сотрудники на прошлых работах, но все они не вызывали доверия. От слова совсем. Это, наверное, потому, что раньше я и квартиру снимала в самом дешевом районе города, и не самом благополучном. А там одни «братки» и «пацаны». В конце концов, мне это надоело, и я начала эту снимать, убитую, но ближе к центру. Здесь хоть контингент получше. Было такое, что и на улице со мной знакомились, но дело в том, что я в принципе после Антона на противоположный пол не могла смотреть. Да и некогда мне было. Две работы, иногда подработки какие-то. Только с Крониним вот и расслабилась. И времени свободного больше стало, и мировоззрение резко изменилось.

И вот тут всплыла вторая мысль. А ведь все у нас уже было! И ресторан, и кино, и даже посиделки у камина. Все, как на самом настоящем свидании. Только с боссом. И я тогда не понимала толком, как это мило и романтично.

– И кто у нас здесь тормоз? – спросила я у своего отражения.

В воскресенье меня спасла Вера. Соседка. Потащила с собой в торговый центр за покупками. Отличный способ убить время, особенно, когда у тебя есть деньги! У Веры они были, потому что бывший выплатил алименты, а у меня – потому что мне извращенец «подарил». Но об этом я Верочке говорить не стала.

Зато я и конфет в офис вкусных прикупила, и кофе, и кое-какие безделушки для красоты. А после, когда веселье закончилось, и мы возвращались домой на такси, Вера вдруг спросила:

– А ты чего такая непривычно грустная?

Удивилась даже и улыбнулась.

– Да вроде нет!

– Вроде нет, а в глазах-то грусть. Потухли они у тебя, даже потемнели.

Она так требовательно на меня смотрела, что мне не осталось ничего другого, как признаться в своих чувствах к начальнику.

– О-о-о, – протянула она понимающе. – Здесь без ста грамм не разобраться.

– Нет-нет, – в ужасе прошептала я. – Пить не буду. Мне же завтра на работу.

– Яна! Ты мне не шути! У тебя душевная травма, тебе срочно целительный эликсир нужен.

На что я заявила, что коньяк вовсе не эликсир.

– Эликсир! – заверили одновременно Вера и таксист. Участливый водитель попался.

В общем, я, конечно, слышала анекдоты про пьяные переписки, но почему-то была уверена, что сама я никогда бы не стала приставать к кому-либо в таком состоянии. А тем более, к кому! К Тимофею Андреевичу!

Но спустя три часа посиделок…

– Так, погоди! – пьяно пропела я и влезла на кровать, приняв позу кошечки. – Ты меня еще так сфоткай! И пошлем это ему.

– Точно? – с сомнением спросила Вера.

Махнула рукой.

– Точно!

– А он тебя за это не уволит? – спросила подруга. У нее, видимо, где-то еще стопы работали. А у меня уже часа как два – нет.

– Да я сама его уволю! – заявила я и прогнула спину. – Платье сказало, надо его выгулять! Я и выгуливаю.

– Ты свою похотливость выгуливаешь! – подсказала Вера. – А платье давно на полу валяется.

Глянула на пол – действительно. Посмотрела на себя – одно белье осталось и халатик какой-то с розовым пушком.

– Откуда это у меня? – не поняла я.

– Это мой! – подсказала Вера и чикнула фотку. А потом что-то нажала и довольно улыбнулась. – Готово! Не, ну если он в тебя такую не влюбится, то я даже не знаю, что это за мужчина такой.

– Мужчина… – мечтательно протянула я. – Сказка!

И тут в дверь позвонили. Мы с Верой застыли, опасливо переглянулись. Позвонили еще раз. А потом и постучались.

– Яна? – послышался грозный голос Кронина.

И Вера, округлив глаза, открыла рот. Потом прыснула со смеху и закрыла ладошкой лицо.

– Яна, я знаю, что ты там! – объявил Кронин.

Нет, к такому повороту событий я готова не была. И вообще я побежала прятаться в шкаф.

Но Вера со смехом и хрюканьем меня оттуда вытащила и затолкала к входной двери.

– Нет-нет-нет! – с мольбой шептала я, пытаясь спрятаться у нее за спиной. Но эта страшная подлая женщина распахнула двери и хихикнула.

– Здрасте! – бросила она злому, как сам черт, Тимофею Андреевичу, а после мышкой прошмыгнула к себе, оставив меня наедине с боссом в своем розовом халатике с пушком. Тоже мне подруга!

– Здрасте! – повторила я и закуталась в халатик как можно плотнее.

Тима долго смотрел на меня диким взглядом. И, наверное, так бы и стоял на проходе, если бы я не вздрогнула от повеявшего с лестницы холода. А стоило мне хоть слегка пошевелиться, мир зашатался, равновесие было потеряно, и я завалилась на стену.

– Ты, блин, издеваешься! – выкрикнул мужчина и, пройдя внутрь, с грохотом захлопнул дверь. Выкрикнул и тут же с прищуром спросил: – И что ты пила?

Ну как что?

– Эликсир!

Кронин нахмурился, еще раз меня осмотрел и устало потер лицо.

– Молодости и красоты что ли? – догадался мужчина. – Так и знал, что ты ведьма!

– Я…

В свое оправдание не нашла, что сказать. Потому невинно улыбнувшись, развела руками. А вместе с ними развелись и края халата.

– Ой!

Тима лишь мельком на меня взглянул из-под приоткрытых пальцев, а затем как-то обреченно застонал и потопал в мою единственную комнату. А я удивленно вздернула брови. Что, так сразу? Так быстро? Уже? Вау!!!

– Где у тебя нормальная одежда? – спросил мужчина. А потом и сам увидел. Вообще вся одежда у меня лежала на полу. И не только моя, судя по всему! Там еще и половина гардероба Веры имелась. Потому что откуда вдруг в руках у Кронина оказался розовый полупрозрачный боди с пушистым хвостиком на попке?

– Это не мое! – испуганно поведала я.

– Угу! – поверил начальник и снова что-то нашел из общей кучи. О! Блуза в горошек точно моя. О! И брючки кажется мои. – Пиджак ищи! – приказал босс и ворчливо добавил, – Алкашка!

Отдав честь, потопала в кучу тряпья, но поскользнулась на чьих-то трусах. И упала. Упала не совсем удачно, приложившись головой о стул и…

* * *

Ничего не помню.

Где я? Как я? Что я? Ни-че-го!

Открыла глаза, поморщилась от яркого утреннего света, несколько раз моргнула, прогоняя сон. Голова раскалывалась и отказывалась думать. Я ее за это хорошенько стукнула.

– Ты чего такая буйная с утра? – послышался голос.

От неожиданности я взвизгнула, подорвалась с места, но тут же упала на пол.

– Ай!

Кронин перекатился на мою сторону кровати и подпер голову рукой, рассматривая меня с какой-то смиренной улыбкой.

ПОЧЕМУ ОН ЗДЕСЬ?!

– Красавица! – заявил он и улыбнулся шире.

Я прям собралась вся. Осмотрела себя мельком. С какого-то дива на мне была пижама. И точно не моя! Вообще, страшненькая пижама. Серая, с мелкими барашками, и жуткого покроя. Вот, точно! У бабули моей похожая была.

– Я? – уточнила на всякий случай.

Босс закивал, продолжая счастливо улыбаться. А потом с такой неестественной тревогой вопросил:

– Как голова?

– Не на месте, – призналась я. – Думать отказывается.

– Понимаю, – заверил он. Вот только глаза его не просто смеялись, они ржали надо мной заливистым хохотом.

– Сомневаюсь.

– Нет, чего же, – возмутился он и только сейчас слез с моей постели и протянул мне руку. Сам он тоже был в странной одежде. В футболке и спортивных штанах. Причем, я точно помнила на нем свитер и брюки, когда он приходил вчера. Это ведь вчера было? Думай, голова!

– А вы ко мне переехали? – с надеждой спросила я и тут же дала себе мысленного пинка! Вот дура!

Тима явно тоже так подумал. Осмотревшись, он сказал:

– Нет уж. Лучше ты ко мне. Таблеточку?

И мужчина потопал к столу, на котором уже стояла открытая коробка аптечки. И зачем это она ему понадобилась? В общем, следует отметить, что босс вел себя в моем доме совсем по-хозяйски. Аптечку нашел, «Похмелин» нашел, водичку в стакан налил и все это мне подал.

Я с опаской приняла у босса лекарство и с такой же опаской на него уставилась в ожидании вердикта.

А Тима, сложив руки на груди, терпеливо чего-то ждал.

– А, то есть, я должна начинать? – догадалась я.

Он кивнул.

– А ничего, что у меня шок и амнезия?

– Ну, что-то ты помнить должна! – предположил он. В принципе, что-то я помнила. – Начни с фотографии.

– А-а-а, – протянула я и скривилась. – Фотография. Это не моя идея!

– Угу.

– Это все Вера! Соседка. И… Так, стоп! Фотография? – Здесь что-то явно не сходилось. – Одна?

Улыбка Кронина резко сошла с лица, и мужчина нахмурился. Я даже на шаг от него отступила.

– А были еще? – требовательно спросил он.

Ну… Штук пятьдесят!

– Может не дошли? – с надеждой предположила я.

– А может просто не мне? – с явным недовольством спросил босс. И вообще, он выглядел агрессивно. Потому я сделала еще шажок назад. И как раз поравнялась со шкафом. А там зеркало. А в зеркале чудище огородное. Волосы комом, «глазки кошечки» превратились в «глазки пандочки», губная помада почему-то оказалась на щеках, а на скуле…

– А-а-а-а-х! – опять потянула я и схватилась за сердце. Затем грозно уставилась на Кронина и выдала ему претензию:

– Вы опять меня лупили?

Мужчина устало выдохнул и посмотрел на свои часы.

– Так, ладно, мегера моя неугомонная. Некогда нам с тобой болтать. На работу уже на час опаздываем.

Он взял со стола крем против синяков, который я себе не так давно покупала, и подошел ко мне вплотную. Я даже дыхание затаила, когда Тима начал мазать мой новенький синяк размером с блюдце.

– И как меня угораздило? – жалобно спросила я.

– По дороге все расскажу. Через полчаса встреча с клиентом.

Закончив втирать мазь, Кронин быстро схватил со стула свои вещи и пошел в ванную. А меня так и оставил стоять возле зеркала с отключенными мозгами, частичной амнезией и в полном шоке от происходящего. А потом вдруг откуда-то пиликнуло. Нашла в завалах одежды свой телефон. Семь пропущенных звонков и еще одиннадцать сообщений. И все от Веры.

«Яночка, ты как?»

«Яна, у вас там что-то грохнуло, ты жива?»

«Ян, он матерится сильно, ты точно в порядке?»

«Ну, судя по твоим стонам, в полном! Ура!»

Не поняла! Какие стоны? Когда? Мотнула головой – ничего. Черт! Начала читать сегодняшние:

«Янусь, а там у тебя случайно моих брюк нет?»

«Мне не в чем на работу идти. Можно тебя разбудить?»

«Все, забей! Надену платье. Шмотки вечером заберу. Заодно все расскажешь;)»

«Солнце, ты там? Возьми трубку!»

«Яна, я тебе сто раз уже звонила! Трубку возьми!»

«Я лох, у нас проблемы. Возьми трубку!»

«ЯНА! ПОЗВОНИ МНЕ!!!»

И последнее, только что пришло:

«В общем, такое дело… Я ведь сначала тебя на твой телефон фоткала, а уже потом на свой. И отправляла, как ты и просила, абоненту «босс». Но понимаешь, телефон-то мой был».

– Ё-Пэ-Рэ-Сэ-Тэ! – протянула я.

«И босс тоже мой!» – пришло тут же.

У меня на это был только один ответ:

«Я ТЕБЯ УБЬЮ!!!»

«Янусик, да все не так плохо! Он у меня вполне симпатичный. Килограммчиков двадцать только сбросить. В общем, он теперь жаждет с тобой познакомиться. Ты как?!»

Отвечаю:

«А ТРУП ТВОЙ У КОММУНАЛЬЩИКОВ СПРЯЧУ. ОНИ ВСЕ РАВНО НА РАБОТУ НЕ ХОДЯТ, ТАК ЧТО ТЕБЯ ЕЩЕ НЕ СКОРО НАЙДУТ».

«Поняла! Скажу ему, что ты замужем. Правда, ему уже все равно…»

«ЗА МАНЮ НЕ ПЕРЕЖИВАЙ, Я ЗА НЕЙ ПРИСМОТРЮ»

«Ну все! Прости! Дура я!»

Хихикнула, выдохнула. Представила последних десять фоток, где я уже без платья, и обреченно застонала.

– Яна! – выкрикнул Кронин с кухни. – Твоя одежда на стуле. Я тебе кофе уже делаю. Пять минут, чтоб была готова!

У меня сначала челюсть отвисла, а когда я зыркнула на стул и увидела аккуратно сложенную одежду, меня даже злость пробрала.

– Да хватит меня уже шокировать, в самом деле! – воскликнула я и принялась одеваться. – Пожалейте мою психику! Хотя бы кофе не готовьте. Это явно перебор!

– Уже! – крикнул Кронин посмеиваясь. И аромат достиг моего носа. Быстренько одевшись, я первым делом побежала в ванную. Такого экстремально быстрого макияжа в моей жизни еще не было. Умывшись, я максимально себя затоналила, подкрасила ресницы, губы и собрала волосы в высокий хвост. Спасительная прическа для таких, как я.

– Доброе утро! – заявила я, явившись к Тиме на кухню.

– Угу! – протянул он насмешливо и вручил мне чашку кофе. Потрясающе ароматного и вкусного.

Сделав блаженный вдох, я отпила немного в надежде, что мозг включится, но он по-прежнему не хотел вспоминать, что было вчера после того, как я грохнулась Кронину под ноги.

Беда…

– А я вам фотографию в одежде прислала? – на всякий случай уточнила.

И вновь он перестал улыбаться, а губы сжал в недовольстве. А еще посмотрел так, что мне поплохело.

– На работу! Быстро! – скомандовал босс.

Чашку пришлось брать с собой и кофе пить прямо в машине. Было и страшно, и страшно-любопытно услышать версию событий Тимы. Но на всякий случай я начала со слов:

– Тимофей Андреевич, клянусь, я вообще не пьющая! Только по праздникам, и никогда до такого свинства.

– И что вчера за праздник был? – с вызовом спросил он и тронулся с места.

И что ему придумать? Мой мозг выдал единственный ответ: «Ы-ы-ы-ы!»

– Значит так, зайка моя! – Заявил Кронин и поднял бровь.

– Да не мой то костюмчик! – заверил я.

– Ты за мой счет вчера развлекалась? – продолжил Тим с вызовом. И стало страшно. – Теперь моя очередь.

– Н-не надо!

– Поиграем в игру!

– У вас прямо приподнятое настроение, я посмотрю, – заворчала я и сложила руки на груди. Плохо мне, а он издевается.

– Я тебе сейчас буду рассказывать, что ты вчера вытворяла, а ты будешь угадывать: правду я соврал или нет.

Поморщилась от этого еще «правду соврал» и махнула рукой.

– Валяйте!

Кронин хмыкнул, затем показательно прокашлялся и выдал первое:

– Я был за рулем, как раз возвращался домой по трассе, а ты прислала мне свою фотку. В итоге я попал в аварию, врезался в машину, и сработали подушки безопасности. Пришлось вызывать полицию и оформлять протокол. Моя вторая машина в ремонте, а у меня легкое сотрясение мозга.

И все это с такой премилой улыбочкой, таким сладким голосом, что ни за что в жизни не поверила бы… Одна только деталька. Машина-то другая. Видела я черный джип, черный седан, а это что-то непонятное. Какой-то серенький гробик с натянутыми стрингами на кольце.

– Мерседес, – заявил босс. – И не гробик, а кубик. Ты собираешься отвечать?

– Ах, да… – воскликнула я и внимательно осмотрела босса. Покусала губу и осторожно предположила: – П-правда?

Кронин устало выдохнул и покачал головой.

– Нет, ложь. Подушки не сработали. И сотрясения у меня нет. – А потом он как заорет: – Но это не значит, что ты должна присылать мне такие фотографии!

Он еще раз выдохнул и продолжил издеваться:

– Когда ты упала, я привел тебя в чувства, и ты сказала, что я бог порока.

Я прыснула со смеху и сложила руки на груди.

– Наглая ложь!

Кронин послал мне хитрую ухмылочку, и вся моя уверенность сошла на нет.

– Ты сильно ударилась, – сказал он в мое оправдание. Значит, правда.

– Можно я здесь сойду? – пробормотала я.

– Нет! Давай дальше, – веселясь предложил он. – После того, как я приложил тебе холодненькое на голову, ты начала раздеваться.

– Пожалуйста, пускай ложь, – взмолилась я.

– Ложь, – подтвердил Тима, и я выдохнула. А он тут же добавил: – Ты начала раздевать меня.

– Ложь! – заорала я.

Он поджал губы и покачал головой.

– Ты очень сильно ударилась, – все оправдывал он. – А потом, когда я пытался тебя одеть и поднять, чтобы отвезти к себе, ты запрыгнула на меня, придавила к кровати, и пыталась привязывать мои руки к спинке своим нижним бельем.

Он зыркнул на меня и сжал губы, борясь со смехом.

Ну здесь я даже боялась что-либо говорить.

– А можно я все же сойду?

– Отвечай!

– Вы деспот, Тимофей Андреевич.

– А вчера был богом порока! – напомнил он и пошевелил бровками.

– Боже-е-е! – застонала я и уткнулась в ладони. – Ложь?

Он закатал рукава и показал свои запястья. А там красные следы и еще маленькое бардовое пятнышко.

– А это что? – пискнула я.

– А это, мегерка моя, я вырывался, а ты меня… Кхм… сначала укусила, а потом засосала.

Я ошеломленно посмотрела на мужчину и пришла к выводу, что это катастрофа! Все это! Ну как так? Как можно быть такой неудачницей, а? Я ТАКОЕ с Крониным вытворяла, и НИЧЕГО не запомнила. Ничего. Неудачница!

– А вы что же, не воспользовались? – спросила я, так и не сумев скрыть упрека.

Тима задрал нос и уставился на дорогу. И тут меня посетила страшная догадка. Еще про стоны какие-то Вера писала.

– Что? – жалобно спросила я. – Было, да?

Нет, ну это совсем лохом надо быть, чтобы первую ночь с любимым мужчиной не запомнить.

– Яна, я сейчас тебя придушу, в самом деле! – заявил босс. И опять как заорет: – Что было? Что было-то? Твое полудохлое и полуодетое тело было. И мое иссякшее терпение тоже было.

И на этом месте он припарковал машину у здания корпорации и вышел из машины. Я тоже выбралась и поплелась за ним.

А когда мы начали подниматься в лифте, я тайком на него глянула.

– А вы меня теперь уволите? – спросила аккуратно.

Тима потер нос и уставился на меня с любопытством.

– Почти жаль тебя. Но нет, еще немножко помучайся.

И улыбнувшись едва ли не до ушей, он жестом уступил мне дорогу, когда створки лифта распахнулись.

– Позор мне! – бормотала я себе под нос. – На всю жизнь позор.

Глава 17

Это было странно – опаздывать вместе с боссом. Наверное, вполне нормально для других работников, ведь он почти всегда на все встречи брал с собой помощницу. Но я-то знала! Все знала, хоть ничего и не помнила. Для меня все это было одним большим страшным провалом. И самое противное, что мозг все еще отказывался включаться.

Потому я и вошла в приемную следом за ним. И куртку свою тоже в шкафу у Иры повесила. И только когда повернулась, увидела слегка обеспокоенную Ирину и недовольного Кронина, сложившего руки на груди.

– Ты не здесь работаешь, – напомнил босс и указал рукой на выход.

А сам сухо кивнул Ирочке и скрылся в своем кабинете.

– А что случилось? – спросила девушка, осматривая мое лицо с сочувствием.

Скорчила рожицу, изобразила рога, кивнула в сторону начальницкого кабинета.

Ирочка все поняла и охнула. А я, махнув на курточку, побрела в свой офис. И опять меня встретили пустые столы. Поморщилась, зашла в кабинет. А там через стенку Кронин. Смотрит на меня так строго и серьезно, как в самый первый день и закрывает шторку.

– Не поняла, – пробормотала я. А потом через щелочку заметила, как в кабинет входит незнакомая барышня. – Вообще не поняла!

И все. Щелочка закрылась, а больше я разглядеть не успела.

Сгрузила сумку на стол, постучала носком туфли, подумала…

– А вот зря я куртку оставила, – заключила я. – И Ира там наверное ничего не понимает, кто же еще введет ее в курс дела, если не я!

В общем, спустя тридцать секунд я была в приемной.

– И кто у босса? – как бы невзначай спросила я.

– Не знаю, – буркнула Ира. – Он не сказал. Он вообще практически не разговаривает со мной. С тобой тоже так?

Я призадумалась, вспомнила первые дни. Поморщилась.

– Ну… На меня он рычал почти все время.

– Ужас! – заворчала Ира. – Не босс, а какой-то…

– Чудовище, – подсказала я и пожала плечами. – Его все так зовут. Непонятно только почему. Милейший человек.

На что Ира фыркнула и указала на мой синяк.

– Просто упала! – призналась я и исключительно из благих намерений предложила, – А ты уже чай гостям предлагала?

– Нет. Тимофей Андреевич не говорил.

Я в ужасе охнула и пошла к буфету.

– Ну как так! Надо обязательно предлагать. Ничего, я сама отнесу, а ты…

А она уже набрала босса по телефону и спросила, нужен ли ему чай. Балбеска!

– Нет, спасибо, – холодно ответил Кронин. – Я очень занят, меня нет.

А после он отключился, а Ира послала мне колючий взгляд.

– Я же говорила!

Выдохнула.

– Ладно, давай тогда я помогу тебе с корреспонденцией.

– Да я уже почти…

– Я помогу! – настояла я и как давай помогать.

Сорок минут помогала, совсем довела бедную девочку, пока она не сбежала от меня в отдел кадров. Ей там Нона Григорьевна якобы что-то обещала дать. В целом, я осталась довольна. Потому что когда двери Тиминого кабинета распахнулись, у меня было серьезное оправдание тому, что я сидела за столом секретаря.

Первой вышла, естественно, дамочка. Ужасная! Ужасная, силиконовая и очень дорогая, судя по всему ее виду, женщина. Не знаю почему, но вот такие персоны всегда сильно меня отталкивали. Ну зачем все это? Эти тонны макияжа, эти безобразные когти в пять сантиметров, эти губы на пол лица и бидоны на пол туловища? Милочка, ты что никогда не слышала о волшебном эликсире?

– Доброе утро! – приветливо поздоровалась я, очень надеюсь, с клиенткой. И чего это Кронин не отправил ее ко мне? А кто же говорил, что женщинам комфортнее общаться с женщинами?

Правда, эта, похоже, оказалась немой. Мне она только кивнула и отошла в сторону. А за ней из кабинета показался мужчина. И я даже как-то облегченно выдохнула. Мужчину поприветствовала еще более приветливо.

– Доброе утречко!

Вот только присмотревшись, я поняла, что мужчина сгодился бы дамочке и в отцы. Хотя, он был очень ухоженным и симпатичным. И как только меня увидел, сначала пристально осмотрел, а потом и улыбнулся.

– Полагаю, та самая девушка? – спросил он и обернулся к Тиме. А он уже тоже вышел в приемную. Перевела взгляд на него и… Ой! И чего так сверкать глазами? Какая муха его укусила?

– Яна, – произнес он с тайным обещанием меня мучительно пытать.

Вжалась в кресло и застыла.

– А Ира вышла, – вспомнила вовремя. – Я на замене.

Хмыкнув, мужчина перевел лукавый взгляд с меня на Тиму и хлопнул того по плечу.

– Я тебя прекрасно понимаю, сын. Прекрасно понимаю.

Сын? Я по-новому взглянула на гостя. Значит, это и есть тот самый Андрей Кронин, основатель корпорации и самый верховный босс.

– Яночка! – обратился он вдруг ко мне и подошел к столу. Я даже встала, чтобы принять его руку. – От сына не дождусь, так что преставлюсь сам. Кронин Андрей Тимофеевич.

Послала Тиму улыбочку. Удобно-то как!

– Не забуду! – игриво сказала я и подмигнула папе-боссу.

А он заулыбался шире и, не отпуская моей руки, полез в карман. Вот! Вот это я понимаю, работа в приемной. Лафа, а не работа.

– Моя визитка, – сообщил Андрей Тимофеевич. И, хотя я надеялась на шоколадку, визиткой тоже была довольна. Решила собственную коллекцию собирать.

Уже потянулась ручкой, как кусочек серебристого картона перехватил Тима. Мы с папой-боссом недоуменно уставились на него. А он еще и рукопожатие наше разбил.

– Андрей, мне, правда, пора возвращаться к работе, – сообщил он отцу холодно и вообще неприветливо.

Тот послал мне обреченный взгляд, и обратился к сыну.

– Хоть раз назови меня папой.

– Мне пора возвращаться к работе, папа, – отрезал Тима, делая акцент на последнем слове. Одолжение, блин, сделал.

– Яночка, ты просто обязана заняться его перевоспитанием, – сообщил мне Кронин старший.

Кивнула и злорадно усмехнулась.

– Я займусь!

– А если вдруг возникнут вопросы, – таинственно поведал Андрей Тимофеевич и склонился ко мне. – Звони!

Он снова хотел поймать мою руку, но Тима меня самым наглым образом затолкал обратно за стол. А папику своему послал недовольный взгляд.

Тот покачал головой и зашагал на выход, прихватив с собой… кого? Мамашку?

– Это твоя сестра? – спросила я с любопытством, провожая уходящих взглядом. А потом ощутила на себе взгляд, посмотрела на Тиму и поняла, что только сморозила. – Ой! Ваша. Сестра? Или… не сестра?

А он все пилил меня мысленно, пилил, наверное, одни только опилки остались.

– Я тогда, это, пойду к себе, – пробормотала я. И, не оглядываясь, сорвалась на бег. Выдохнула лишь тогда, когда оказалась в своем кабинете.

Нет, ну правда! Отчего такая резкая смена настроения?

Штора так и осталась загораживать мне весь вид на любимого шефа.

Первый час я даже уговаривала себя, что так лучше. К примеру, кофеварку подключила и протестировала, в кабинете новом похозяйничала, как мне того хотелось. Даже за работу села. Вот тогда мои беды и начались. Мозг включился…

«А почему это он от тебя спрятался?»

«Это что же, теперь каждый раз так? Он тебя видит, а ты его по праздникам? Несправедливо!»

«А ничего, что ты его ночью засосала? Вам бы поговорить об этом, разобрать все по полочкам, определиться, как дальше быть»

«А может даже намекнуть, что он тебе не безразличен? Что у трезвого на уме…»

И самая последняя мысль:

«Так, где все?! Нам скучно!»

В самом деле. Главный менеджер я или кто? Пустые столы таки наводят скуку. Прихватив одну из своих шоколадок, я потопала на разведку. У Ноны Григорьевны оказалось многолюдно. Только я вошла в ее кабинет, и меня чуть не сбил с ног какой-то мужчина.

– Юрий! – тут же представился он. – Из финансового.

– Яна…

– А-а-а, – протянул он вдруг и улыбнулся. – Наслышан!

Интересно-то как стало.

– Яна Васильевна, да? – тут же подбежала ко мне молоденькая девушка приятной наружности. – А может вы попросите у Тимофея Андреевича спонсировать нам в этом году корпоратив, а? А то что же это выходит, если в прошлый раз один опозорился, так теперь остальным страдать?

– А что было в прошлом году? – полюбопытствовала я.

Еще одна дамочка средних лет с фиолетовыми волосами и в огромных очках махнула рукой.

– А, наркоман. Облупленный пришел. Уволили его уже.

– У вас все, Марья Александровна, наркоманы, – сдерзил Юра. – Нормальный парень был. Ну, перебрал, подумаешь.

– Да, в самом деле, – подумала я и вспомнила ночные приключения. А еще почему-то дело Татьяны Тян вспомнила. У нее тоже на корпоративе история случилась. Кстати, а дела сами себя не сделают.

Растолкав обступивший меня народ, я подошла к начальнице кадров и тайком подсунула «взятку». Она осмотрела меня поверх очков и хмыкнула.

– Нона Григорьевна, а можно мне контакты сотрудников моего отдела? – попросила я.

– А хотите контакты сотрудников моего отдела? – спросил зачем-то Юра.

Нона Григорьевна выдохнула и потянулась к ящику стола.

– Ты, Туманин, губу бы закатил, – посоветовала мудрая женщина. А потом подмигнула мне и протянула список имен и телефонов. Да не только моего отдела, а всех остальных тоже.

– Нона Григорьевна, вы чудо! – в который раз констатировала я.

– Чудо у нас ты, – заверила она и прибавила: – Гороховое.

Я там на месте чуть не прослезилась. Бабушка всегда так говорила. Послав женщине благодарную улыбку, потопала обратно.

– Яна Васильевна, а как же корпоратив? – спросила молоденькая сотрудница.

Не оборачиваясь, махнула ей бумажкой.

– Будет!

Нет, ну правда! Как не отпраздновать мой первый на новой работе корпоратив?

Когда я вернулась к себе, ненавистная штора все еще была на месте. И возникла потрясающая идея.

Обзвонила всех сотрудников, сообщила о своем желании познакомиться с каждым. И почему-то каждый отметил мой сказочный голос.

В общем, где-то ближе к обеду начал подтягиваться народ. Сначала Сережа появился. Потом парни, которые прослушкой занимаются. Один из них даже меня обедом угостил.

А от Кронина по-прежнему ни привета, ни ответа. Я даже вспомнила про милую девушку Настю и проект под названием «Зимняя сказка». Попивая кофе, написала «объекту».

«Привет! Как успехи на любовном фронте? Сколько сердец разбила сегодня?»

«Ни сколько» – ответила Настя. И тут же приписала: «Но сейчас только час дня».

Я хихикнула, и получила новый вопрос от нее:

«А как ты? ОН обратил на тебя внимание?»

Печально вздохнула, жалобно захныкала.

«Нет. Полный игнор. Зато я обратила. И поняла, что втюрилась. Похоже, серьезно…»

Ответ от Насти не приходил долго. Ко мне уже и в кабинет постучались. Еще двое мальчиков пришли знакомиться: Ваня и Кирилл. Они оказались универсальными солдатами и всесторонне развитыми сотрудниками. То есть, в принципе, им можно было поручать любые задания, как они сами меня заверили. Один, к примеру, вызвался мне по хозяйству помогать.

– Не поняла, – заявила я.

– Ну, там, гвоздь забить, картину повесить, – объяснил Иван.

– Угу, – поддержал Кирилл. – В магазин за продуктами съездить. Да и вообще, все.

И оба как-то странно переглянулись.

Заманчиво, конечно, но, если что, я знала, к кому обращаться.

– А давайте лучше совещание соберем сразу после обеда? – предложила я. – Заодно и наметим план работы.

На мне все же два дела весели: «Зимняя сказка» и «Счастливый папочка». А без помощи бравых солдат – никак.

Ровно в два они притащили стулья и окружили мой стол. И хоть собрались не все, семерых мне хватило с головой. Даже на мгновение вообразила себя Белоснежкой.

– Правило номер один! – с ходу начала я и подошла к бару. – Мы пьем кофе.

Парни, видно было по их лицам, уже меня обожали.

– Увижу у кого чай, – грозно припугнула, – печеньем угощать не буду!

И достала пачку вкуснейших печенек, на которых так и было написано «К кофе».

– Рисковая женщина, – заявил Боря и метнул взгляд на стену. А там, ну надо же, Кронин шторку отодвигает. До середины отдернул и застыл. И чего, спрашивается, так удивляться? Я, семеро гно… сотрудников, совещание – обычное дело.

Резким движением босс убрал остаток шторы, и не менее резко сел в свое кресло. А потом схватил свой телефон и та-а-ак посмотрел, что я сразу поняла, кому он звонить будет. Остальные это тоже поняли.

– Ладно, парни, давайте-ка через часик соберемся, – предложила я и махнула самому крупному из них, Алексею. – Стремяночку найди, пожалуйста!

И сняла трубку, как только раздалась трель.

– Это еще что? – вопросил босс.

– Это, Тимофей Андреевич, – начала я и наткнулась взглядом на свой телефон. А там сообщение от Насти.

«Просто поверь в себя. Они поначалу не воспринимают всерьез девушек младше и без особого статуса. Думают, мы ни на что не способны и совершенно неопытны. Вот и докажи ему обратное! Соблазни его!»

– Яна? – позвал Кронин. Я отшвырнула телефон, уставилась на шефа и фыркнула. Дожилась! Семнадцатилетняя девчонка раздает мне советы, как вести себя с мужчиной. Но тут Кронин требовательно кивнул, и я все вспомнила. То есть, к сожалению, не то, что было ночью. А все то, что он мне рассказывал в машине. И главное, как он это делал. Да он же посмеивался надо мной! Его красивая женщина кусала и к кровати прижимала, а он? Он потом утром заставил меня испытать чувство стыда.

– А мне не стыдно! – заявила я смело и послала Кронину полный вызова взгляд.

Он вздернул эту свою сексуальную бровь и откинулся не кресло. А я тоже так могу! Даже лучше: еще и ногу на ногу положила. Жаль только, он мне брюки вместо юбки выбрал. Но завтра точно будет ему юбка. Надоело! Нет, правда, надоело мне! В эту самую минуту я твердо для себя решила: буду совращать собственного босса. Потому что на вопрос «Кронин или все?» всплывал только один ответ: «Кронина хочу!»

– Что, прости? – спросил он и потянулся к галстуку. У меня галстука не было, зато блуза на все пуговки была застегнута и вдруг начала давить. Расстегнула две верхние. Потому подумала и расстегнула еще одну. Опасную.

– Я говорю, не стыдно мне, – повторила я и отметила реакцию мужчины. Его взгляд был прикован к моим рукам. – За вчерашнее.

Кронин поднял на меня глаза и свел брови.

– А что было вчера? – И тут же добавил. – А… Ну да.

В общем, потерял босс мысль. Хорошо!

– Потому что вы сами пришли в дом к красивой, остроумной и смекалистой женщине под эликсиром. И на что вы надеялись, мне интересно?

Я тоже поиграла бровкой и премило улыбнулась.

Ох и не понравилось ему это. Сощурившись и сжав челюсти, он протяжно выдохнул и зловеще произнес:

– Я из-за тебя в аварию попал!

– А зачем вы сообщение за рулем открывали? – спросила я.

– А зачем ты мне его слала? – почти заорал он.

Хороший вопрос. Но нет, я на те же грабли наступать дважды не буду. Гордо задрав подбородок, объявила:

– Зачем? Мне то самой неведомо. Но вины я не чувствую, так и знайте!

Кронин поморщился и снова метнул свой взгляд на мою блузку.

– Это я давно понял. Но знаешь, что, Яна… – начал было он, но отвлекся на ноги. Они у меня неугомонными оказались.

И завис на секунд пять. Я тоже зависла, наблюдая, как темнеют его глаза, и как в них пылает интерес. Я, возможно, не очень-то опытна в соблазнении, но этот мужчина смотрел на меня так, как босс смотреть не должен. А значит, я попала в яблочко! От радостной мысли, мои губы сами собой расплылись в улыбке. И Кронин это заметил. А потом почему-то разозлился.

– Я вообще-то собирался тебя вычитывать, – заявил он строго.

– Это за что это?

– За твой любопытный нос, – заявил он и отрезал: – Не смей связываться с моим отцом.

А вот это уже прозвучало, как неприкрытая угроза. И я видела, что мысль приводила Тиму в ярость. Он даже бросил трубку и резко подорвался с места. А потом и вовсе вышел из кабинета. Я уж подумала, что ко мне побежал. А нет, не появился ни через минуту, ни через пять.

Странная реакция, однако. Андрей Тимофеевич показался мне таким приятным мужчиной. Но с другой стороны, если Тима встречал его без особой радости и даже отказывался называть «папой», значит, не все так просто в их взаимоотношениях. Это мне тоже еще предстоит выяснить.

В мою дверь постучались, и показались все те же Ваня и Кирилл – разнорабочие. И что меня очень радовало, у них была стремянка.

– А это вам зачем? – спросил Ваня.

– Минутку! – Набрала приемную и выведала у Иры, что босс пошел к брату. А это, судя по всему, надолго. Потерев ладошки, глянула на парней и объявила: – Срочно снимаем штору в вашем зале и вешаем у меня!

Парни опасливо переглянулись.

– Ну что, вам жалко, что ли? – удивилась я. – У вас и так всегда окна открыты, да вас в офисе почти не бывает!

– Да не в том дело, просто Кронин…

Выставила руку и послала серьезный взгляд.

– С ним я сама разберусь.

Пожав плечами, гно… сотрудники принялись за дело. И очень даже вовремя управились. Хоть штора оказалась тяжелой и огромной, но спустя сорок минут она уже висела в моем кабинете, и отлично даже вписывалась.

А пока парни занимались делом – я тоже не сидела сложа руки. Составила список заданий по двум «операциям» и распределила между мальчиками.

– Ну что, продолжим совещание? – любезно предложила я, выглянув в рабочий зал.

Парни закивали, собрались, и мы все вошли в кабинет. Первой, конечно, явилась я. Прошествовала к своему столу, подождала, когда сотрудники усядутся, всем ласково улыбнулась и… Заметила краем глаза движение. А там – начальник. Вернулся уже от брата. Злой, пугающий и вообще псих на вид.

Подлетел к своему телефону, и тут же у меня раздался звонок. Кто-то из парней обреченно застонал, а кто-то даже начал подниматься.

Остановила жестом, выдохнула и подняла трубку.

– Какого хрена у тебя опять происходит? – спросил шеф и скосил взгляд на мою блузку.

– Простите, Тимофей Андреевич, у меня важное совещание. Перезвоню, как только освобожусь.

И с этими словами я положила трубку. А потом, ну чтобы никого не отвлекать, подошла к шторке и начала медленно ее закрывать у Кронина перед носом. Смотреть на него боялась, вместо этого улыбалась остальным. Главное что? Главное, чтобы они почувствовали мою уверенность. В конце концов, я главный менеджер или кто?

И как только я закрыла штору, быстро подбежала к столу и схватила листочек с пометками.

– Так, гномы, у нас три секунды! Боря! На тебе прослушка Веля и объекта по имени Настя. Нужно узнать ее передвижения за день, окружение, привычки. – Выдохнула, указала карандашом на следующего. – Ник – тебе все то же по семье Тян. Кир, Вано – вам муж клиентки – Михаил. Кто такой, чем занимается, какие скелеты прячет в шкафу? – Выдохнула. – Леша, Коля! Вы мне поищите все лаборатории, где можно подделать анализы ДНК. – Выдохнула, пошла к буфету, достала печенье, стала у двери. – Сереженька, а тебе вот какое задание – накопай мне всего побольше про садиста.

– Федотова, что ли? – не понял он.

Кивнула.

И тут двери кабинета распахнулись, и на порог явилось Чудовище. Офисное такое, жуткое чудовище – пиджак распахнут, галстук отсутствует, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, волосы взъерошены. Дышит огнем, взглядом мечет молнии.

– Всем спасибо, – ласково пропела я. – Совещание окончено.

А дальше картина маслом: стоит Кронин у прохода, мимо него протискиваются сотрудники, опасливо на него косясь, и каждому я выдаю печеньку.

Один Сережа отказался.

– Я такое не люблю, – сообщил он.

– А какое любишь? – с прищуром спросила я.

– Никакое, – гаркнул Тима и закрыл стеклянную дверь, отрезая нас от остальных.

А я что? Я молодец!

– Тимофей Андреевич, а вы печенье будете? Или может кофе?

– Яна, – начал Тима и выдохнул. Потом его губы дрогнули в нервной, но зловещей ухмылке, и он поставил руки на пояс. Выдохнул еще раз. А после как дернется в мою сторону. Я даже вскрикнула и отскочила.

– Придушу! – пригрозил он. Но ко мне уже не пошел. Стремительным шагом приблизился к стене и как дернет за штору. Она, бедненькая, тут же вся на полу и оказалась.

– А-а-а-ах, – обалдело протянула я. Нет, вот на такое я не рассчитывала вообще.

Но этого начальнику было мало, потому он еще и начал наматывать эту штору в кучу. А когда закончил, поднял и послал мне дерзкий взгляд.

– Но…

И та-а-а-к посмотрел, что спорить больше не хотелось. Он вышел, сделал два шага и, к моему огромному разочарованию, вернулся. И для чего, спрашивается?

– Нет, спасибо! – выдал он. – Не буду!

А потом схватил еще и кофеварку и рывком выдернул вилку с розетки.

– А-а-а-ах!

Нет, ну это уже слишком!

– Вы что, совсем? – прошептала я, не в силах скрыть обиды.

– Совсем-совсем, – ответил босс и ушел. На этот раз точно.

А я так и осталась смотреть ему вслед с отвисшей челюстью. Пока не заметила тихо орущих гномов. Сережа просто кашлял в кулак, Леша давился смехом молча. А вот Боря, закрыв лицо ладонями, упал на стол и вздрагивал всем телом. А потом кто-то один из них как хрюкнет, и все остальные уже заржали в голос. Смешно им. А мне ничуть.

Уселась за стол, покосилась через стенку на шторку Кронина и сжала пальцы в кулаки. Ничего. Ничего… Отомщу!

Тимофей Гад-Андреевич явился у себя незамедлительно. Штору мою сгрузил на стул, кофеварку затолкал в шкаф и так грохнул дверцей, что по полу пошла вибрация. Но все это я уловила боковым зрением, потому что смотреть на тирана отказывалась. Обиделась я. Конкретно обиделась.

Встала и, не глядя на Кронина, начала толкать бедром стол. Остановилась только тогда, когда предмет мебели оказался параллельно к стеклянной стене. Короче говоря, спиной села я к боссу. Отключила телефон, включила ноутбук и как давай работать! Из злости просидела до самого вечера и ни разу не встала даже. Я, кстати, тоже роботом быть умею.

Зато как продуктивно поработала. Создала по «аське» рабочий чат под кодовым названием «Сладкоежка и семь гномов». Парни сначала угорали, но очень быстро оцени пользу. Порылась по соцсетям, нашла фотографии Татьяны, ее мужа, ее босса, и их ребенка. Особое внимание обратила на босса. Им я решила заняться сама. Так уж получилось, что с боссами у меня особые отношения складываются.

Оказалось, вероятный биологический отец ребенка клиентки был директором довольно крупной риэлтерской фирмы. Мужчина плотноват, но довольно симпатичный. А еще есть у него две отличительные черты: рыжий он, и глаза голубые-голубые. Глянула на семейную фотку четы Тян. Откуда такая фамилия, если Михаил вполне себе европейского типа, я так и не поняла. Если только они взяли фамилию жены. Беда заключалась в том, что у Михаила отличительных черт не было. Обыкновенный мужчина, на мой вкус не краше гориллы, но клиентке об этом вовсе знать не обязательно. А вот сынишка их, да… рыжий.

Подперла голову руками и обреченно вздохнула.

– Ну как же тебя так угораздило, Танюша? – спросила я у тишины. – На что ты вообще надеялась? На доминантные гены, да? А генетика взяла и пошутила.

Я оказалась в очень затруднительном положении. Шеф ничего о сыне не ведает, и клиентку это устраивает. Но разве это справедливо по отношению к мужчине? А кто знает, что у него за ситуация в жизни? Может, он тоже бездетный и всю жизнь о сыне мечтал?

И потом муж Татьяны, Михаил. Она говорит, что он такой весь любящий и замечательный, а у самого одни бабы в друзьях. И лайкал чужих жен!

А теперь мне одной предстоит вмешаться в судьбы четверых человек. Четверых! Татьяна может остаться без любимого мужа. Этот самый муж неизвестно еще как перенесет новость. Начальник точно будет в шоке от того, что у него почти взрослый сын от собственной подчиненной. А бедный рыженький мальчик с голубыми глазами? Как ему все это перенести?

Включила аську, дополнила задание:

«Узнать состояние здоровья Михаила. Есть ли проблемы с сердцем».

«Есть, мэм!» – ответил кто-то больно умный.

Махнула на них рукой, полезла дальше в ноутбук. Висело несколько входящих сообщений о Насте, и она как раз рассказывала мне о своих родителях. Они у нее оказались очень любящими, но весьма строгими. И, так как Настенька была единственным и долгожданным ребенком, страдала от повышенной опеки. Ее не пускали гулять с подругами допоздна, ночевать у этих подруг не разрешали, а о дискотеках и вовсе не было речи. Она дружила с несколькими однокурсницами, но не так сильно, чтобы родители отправили ее к одной из них на целую неделю. Здесь надо было алиби посолидней.

«А как ты относишься к лыжам? Любишь кататься? Я бы поехала в горы, но компании нет».

Закинула удочку и застыла в ожидании ответа.

– Кхм! – раздалось тихое у двери. Мне и смотреть не надо было. Гномы производственного отдела давно разбежались.

– Я вас очень внимательно слушаю, Тимофей Андреевич, – произнесла я безжизненно, продолжая пялиться в экран.

«Нет, ты что! Я не умею. У меня две левые ноги! Ха-ха!» – ответила Настя.

– Поехали уже домой, – произнес Кронин.

Даже глянула на него. Бедное мое Чудовище. Нервы натрепал всем, на лучшие кадры наорал – устал страшно. Да еще и голова разболелась, небось. Стоит, подпирает двери и опять трет свои виски. А волшебные пальчики-то у меня.

– Я сама доберусь, благодарю, – холодно ответила я и быстро напечатала Насте ответ:

«Жаль. А ты вообще куда-то на НГ собираешься?»

«Не-а. НГ – семейный праздник».

Поморщилась от данного заявления и вновь посмотрела на Кронина.

– Яна, – устало шепнул он. А еще недавно рычал. – Ты же в туфлях.

Глянула на ноги – действительно. Глянула в окно – снег с дождем. Блинский блин!

– Все равно сама, – настояла на своем.

Но тут босс достал из-за спины мою куртку и поджал губы.

– Нет. Со мной.

Глядя на него, очень хотелось сказать пару ласковых. Террорист хренов!

Но стоило Кронину поднять глаза, а нашим взглядам пересечься, мой выключатель «влюбленная дурочка» сработал. Вздохнула. Ну не могу я ему отказать. И на его мучения смотреть тоже не могу.

Закрыла крышку ноутбука, смахнула блокнот в стол, встала, подошла к нему. Кронин молча поднял куртку и помог мне одеться. И мы пошли домой.

А когда уже в лифте спускались, он вдруг поинтересовался:

– Голодная?

– Очень.

– Давай покормлю?

– Не надо.

Недовольно покачал головой и пропустил вперед, как только дверцы открылись. А когда я чуть не упала, поскользнувшись на корке льда, он вообще меня обнял. И так тепло, хорошо и приятно стало, что я там на месте чуть не растаяла. И даже вспомнить обиду удалось не с первой минуты. И не со второй. Уже только в машине.

– Ну, хватит дуться, – начал он, разорвав гнетущее молчание. – Ты сама нарвалась.

– Ну да, конечно, – подыграла я. – Захотела первое в жизни совещание нормально провести. С сотрудниками познакомиться, работу с ними наладить. Ишь, какая! Деятельная. Да?

– Ты могла бы все детали обсудить со мной, – с укором произнес босс.

– Так у вас других дел полно. Зачем вам главный менеджер, если он без вас и чихнуть не может?

– Чихай себе, сколько вздумается! – нервно высказал шеф и с силой сжал руль.

Нет, так не пойдет. Мысленно посчитала до десяти, успокоилась, посмотрела на него и решилась:

– Тимофей Андреевич, вам не кажется, что между нами происходит что-то странное? Я, возможно, не всегда себя разумно веду. И вы очень часто в полном неадеквате.

Он послал мне предупреждающий взгляд.

– Психи со шторой еще ладно, но кофеварка вообще перебор.

Кронин поджал губы и уставился на дорогу. Я знала, что он ответит. Просто ждала, когда соберется с мыслями.

Минуту ждала, две… А потом Тима гордо задрал нос и выдал:

– А мне не стыдно. – И скосил на меня лукавый взгляд. – Ничуть!

А потом резко крутанул руль и свернул на другую дорогу. Не ту, которая к моему дому.

– Эй!

– Цыц! Кормить тебя буду.

Нормально, да?

Я и опомниться не успела, а Тима уже парковал машину у какого-то суши-бара. Сам вышел, и, пока я барахталась, пытаясь выползти из серого гробика, оказался рядом. Подав боссу руку, решила сообщить ему все, что думала о его тирании.

– Это запрещенный прием, Тимофей Андреевич.

Мужчина покачал головой, и практически перенес меня через лужу на островок чистого асфальта.

– Мне все равно не стыдно, – признался он. – Хочешь попробовать вогнать меня в краску? Желаю удачи!

– Ха! – сказала и пошла. Правда, чуть не упала прямо у входа на этих ходулях. Про антискользящую плитку здесь никто не слышал. Мне-то повезло, у меня босс сказочно внимательный мужчина. А сколько несчастных здесь уже навернулось, так и не получив крепкой опоры? Беспредел!

– Не ворчи! – шепнул Кронин и тут же весь напрягся. Внутри было многолюдно, а он у меня закоренелый социопат. Я спиной ощутила его желание немедленно сбежать. Особенно, когда к нам навстречу подошла девушка администратор и скосила на Тиму опасливый взгляд. Не знаю, как видели его другие. Может, вне офиса он производил впечатление жуткого бандита? А его шрамы воспринимались людьми, как результат стычек с другими бандитами? Кстати, может так оно и было, этого я тоже пока не знала. Но отступать не собиралась.

Потому, нащупав руку Тимы, крепко ее сжала и отмахнулась от администратора.

– Нам помощь не нужна, я уже вижу столик, – заявила я и потащила Кронина в конец зала. А затем посадила его спиной ко всем любопытным и всучила ему меню.

– Выбирайте, что хочется, – призывно заявила я. – Все равно вам платить!

Он фыркнул и спрятался за меню. Отложил его лишь когда официантка приняла заказ.

– Будете что-нибудь пить?

– Нет, спасибо, – вежливо, но твердо ответил Тима и смотрел при этом исключительно на меня.

Официантка удалилась, а мы продолжили игру в гляделки, не желая уступать друг другу. Я отметила, что заметно осмелела. Ведь раньше совсем не могла вынести пытливый взгляд карих глаз, а сейчас… Ну, я просто держалась чуточку дольше.

Но как только смутилась и потупила взор, Кронин начал беседу:

– Мне звонила наша клиентка Татьяна. Сообщила, что завтра зайдет в час дня. Будь на месте в это время.

Участливо кивнула.

– Конечно. Вы хотите, чтобы я присутствовала?

Тима покачал головой.

– Я хочу, чтобы ты приняла ее у себя. Меня не будет.

Новость заставила меня приободриться. Поерзав на стуле, на всякий случай уточнила:

– Вы хотите, чтобы я вела это дело? Сама?

Это ведь совершенно новый уровень!

Тима утвердительно кивнул, с удовольствием отмечая мою реакцию. Ну что сказать? Я была в очень приятном шоке.

– И мне можно будет проводить совещания? – спросила я с опаской.

– Зачем они тебе? – на полном серьезе спросил шеф. – У тебя ведь есть чат. Не знал, что ты сладкоежка.

И послал такой хитрющий взгляд, что захотелось его слегка придушить.

– Та-а-ак, – протянула недовольно. – Кто настучал?

Тима заулыбался.

– Яна, в самом деле! Не думаешь же ты, что я занимаю пост генерального директора просто так, от нечего делать?

Принесли еду, и у меня появилось время обдумать его заявление. Выходит, он всегда все знает. И ничего от него не скрыть. Ну и ладно!

– Ты все еще сомневаешься? – спросил босс.

– В чем? В ваших уникальных способностях? Точно нет!

– В деле Тян, – уточнил он и как-то по кривому взял палочки для суши.

Покачав головой, я выхватила их и вложила в его руку как надо.

– Пока не знаю, – начала я и заметила его пристальный взгляд на себе. – Что?

– Просто продолжай, – тихо ответил Кронин.

– Хочу хорошенько вникнуть, изучить каждого из участников этой истории. Возможно, вам это не понравится, но я хочу поступить правильно, чтобы в итоге и клиент остался доволен, и ничьи судьбы не сломались.

Я была удивлена, когда Тима со мной согласился. А потом еще и приободрил и сказал, что тоже в моих уникальных способностях ничуть не сомневается. В целом, ужин оказался очень даже приятным. Я почти позабыла обиду. А Тима почти научился пользоваться палочками. После того, как я раз десять ему показала.

Позже, когда мой желудок был забит до отвала, а мою сытую тушку везли домой, я позволила себе немного расслабиться на мягком кресле и прикрыла глаза.

– Если заснешь, отвезу тебя к себе, – заявил Кронин.

От неожиданности я резко распахнула глаза, но быстро опомнилась и снова прикинулась спящей. А потом и храпеть начала.

Жаль, не помогло… Машина уже остановилась прямо возле моего подъезда.

– Поздно, – объявил шеф и послал мне кривую ухмылочку.

А потом подумал немного и добавил:

– Я тебе все наврал.

– Что? – не поняла я. Просто слова «босс» и «наврал» у меня никак не складывались в одно предложение.

– Утром наврал, – пояснил Тима. – Когда ты вчера упала, то там на полу и отключилась. А я решил у тебя остаться. Хотел убедиться, что утром ты все же придешь в себя.

– А-а-ах! – протянула я в который раз за день. – Ну вообще! И не стыдно?

Поджав губы, Кронин покачал головой.

– Нет.

Вот же наглая морда!

– Значит, я все утро от головной боли и неловкости зря мучилась?

– Не зря, Ян. Это тебе моя месть.

И мужчина коварно улыбнулся. А потом потянулся через меня к ручке пассажирской дверцы, и открыл ее. Мол, пора тебе!

– Атас! – только и смогла произнести я и выползла из гробика.

А когда обошла машину, увидела едва сдерживающего смех Кронина. Да, хорошо же он повеселился за мой счет. Обида не просто вернулась, а возросла в три раза.

– Бог порока, – бормотала я себе под нос, поднимаясь по ступенькам. – Раздевать меня начала. К кровати придавила… Его придавишь! Да как он вообще мог такое придумать?

И тут меня посетила любопытная мысль. А ведь правда! Откуда? Если только сам не думал об этом.

Ну все, Тимочка! Попался ты!

Глава 18

Кронин

Я был готов взорваться в любую секунду. Впрочем, как и всегда в разговоре с отцом.

– Тимофей, никто не запрещает тебе трахать любую из твоих секретарш. Мало того, я настаиваю на этом. В конце концов, ты мужик или кто?

Сцепив челюсти, я посмотрел через стекло. Яна пыталась подсматривать за мной тайком. И делала так каждый раз, когда мне кто-то звонил или заходил. Я оставил эту штору в покое, чтобы не дразнить свою мегеру. Пожалуй, в понедельник и правда был перебор. Устало потер лицо. Этот разговор давно пора заканчивать.

– У нас с тобой очень разные взгляды на жизнь, Андрей, – напомнил я.

– Доживешь до моих лет, все поймешь. Женщины – продажные существа. Ни одну из них не интересует твой богатый внутренний мир, когда у тебя в кошельке несколько миллионов. Брось, Тим, ты же не настолько наивный, чтобы рассчитывать на большее. Хочешь вечной преданности? Запасись баблом. Подпиши этот блядский брачный контракт.

Я сжал телефонную трубку до такой силы, что послышался треск.

– Я уже все сказал.

– Твою ж мать, Тим…

Это было предельной точкой.

– Не смей ее вспоминать! – выкрикнул я и покосился на Яну. Теперь она изучала меня, не таясь. И в глазах читался вопрос. Отвернувшись, продолжил:

– Тебе мало того, что ты испоганил ее жизнь? Теперь за мою взялся?

Послышался тяжелый вдох.

– Ладно, сынок, давай остынем, – предложил он. – Ты знаешь, я не то имел в виду. Могу представить, каково тебе. Но, черт, ты слишком серьезно воспринимаешь это событие.

Я фыркнул.

– Брак?

– Да! Да, Тим. Брак! Крайне удачный и выгодный брак с Алисой. Ей нужен жених. Какого черта ты ломаешься, если вы знаете друг друга с детства? Ее отец многое сделал для меня и тебя в том числе. Ты сидишь на своем месте благодаря ему, потому что именно он мне посоветовал передать дела тебе. Я даже не знаю, какой хренью ты там занимаешься? Планировалось, что корпорация будет заниматься поставкой нужных вещей для наших. А что в итоге?

Закатив глаза, я заметил краем глаза мигающую кнопку приемной на телефоне. Ира пыталась связаться, но я сбросил.

– Я тебе сразу сказал, что не собираюсь торговать наркотой и оружием, – напомнил в сотый раз. – Если так хочешь вернуться к старому, подключай Вадика. Уверен, он отлично справится с этой работой.

– Он слишком молод, чтобы общаться с поставщиками, а я уже свое отбил. Суть в том, Тима, что поднялся я именно на ней. Как бы тебе не была противна эта мысль. Ты молодец, конечно. Пришел на все готовенькое, а я всего добивался потом и кровью с того же возраста, в котором ты сейчас. Но если не хочешь марать руки, то хотя бы отдай долг. Подпиши этот клятый договор!

– Нет! – ответил я в тон отцу. И в этот момент в кабинет заглянула Ира и сообщила, что ко мне посетитель. Я жестом показал пять минут и, когда она ушла, продолжил: – Давай закончим этот разговор. Я не стану подписывать. Это окончательный ответ. Пускай Алиса ищет другого кандидата.

– Полмиллиона долларов, – в который раз заявил отец. – Только за одну сраную подпись. Слушай, неужели все из-за этой смазливой девчонки. Как ее? Я видел, как ты на нее смотрел. Запал?

Я невольно метнул взгляд на Яну и застыл. Гребаный хрен, не хватало только, чтобы она попала под раздачу.

– Я не западаю на своих сотрудниц, – отчеканил я. – А работаю с ними.

– Что тебе мешает их трахать?

– Пока, Андрей, – закончил я, намереваясь положить трубку.

– Эй-эй, Тим! – выкрикнул он. – Хорошо, ладно. Допустим, с договором еще не решено…

– Нет, решено!

– Но хотя бы на Рождество ты к нам приедешь? – спросил отец, отказываясь меня слушать. У меня все же взорвется голова. – Давай! Франциска очень ждет тебя. Это наш первый семейный праздник. Ты же знаешь, эти лягушатники празднуют двадцать пятого. Зажигают свою Эйфелеву башню, поют песни. Чудной, этот французский язык. Помнится мне, ты учил его в школе.

– Немецкий, – поправил я. Впрочем, кого это интересовало? Точно не отца. Триста лет ему сдалась эта Франция и его десятая жена Франциска. И на католическое Рождество он тоже чихал. Старый ублюдок просто чувствует приближение старости, вот и мечется. Ведь знает, что очередная из многочисленных баб сбежит от него к французскому мачо, как только нагребет достаточно евро. И, в конечном итоге, он останется один. Ни любящей женщины, ни благодарных детей, ни верного друга – никого. И этот человек со своей «высокой» моралью собрался учить меня жизни? Мне почти жаль его.

– Я подумаю, – ответил я. Только потому, что иначе он бы не отвязался.

– Отлично! Я уже забронировал для тебя частный рейс. К празднику билетов не достать.

– Пока! – наконец закончил я и положил трубку.

Родители, и их благородное желание сделать лучше для своих детей…

Заметил движение со стороны кабинета Яны, и отвлекся от бренных мыслей. Точнее, головная боль сменилась другой.

Сегодня она, как назло, была прекраснее обычного. Смотреть и не пускать слюни просто невозможно. До того, как позвонил Андрей, я как раз собирался отправить ее домой, чтобы переодела это платье. Оно облепило ее тело, как вторая кожа. А я ведь уже знал, что там за тело… Черт! Черт! Черт!

Заметив меня, Яна повернула голову и помахала ручкой. А затем развернулась в кресле ко мне лицом и закусила карандаш. Из-де-ва-тель-ство! Над моей психикой.

А Яна тем временем показала на виски, интересуясь, не нужен ли мне массаж.

И предатель в трусах дернулся в ту же секунду. Ну все! Я рванул к ней, даже не представляя, что собираюсь сделать. Мы оба давно перешли границы разумного. А сейчас и вовсе ходили по краю пропасти. Я только не знал, к чему это все приведет. Но с недавних пор мне стало все равно. Наверное, с тех самых, когда она доверчиво ко мне прижималась во сне, даже не подозревая, сколько усилий мне потребовалось, чтобы не воспользоваться ее состоянием. Она была бы в шоке от моих мыслей. И от того, что мне пришлось сбросить напряжение в ее ванной, пока она спала. Дважды!

Только открыл дверь, наткнулся на взволнованное лицо Федотова. Отлично! Вот только его мне сейчас не хватало.

– Аркадий Станиславович, я, кажется…

– Тимош, – перебил он, вталкивая меня обратно в кабинет. Срань! А там ведь Яна. – Мы с тобой сколько знакомы, а? Лет пять, да? Я же могу с тобой на чистоту? Это твоя Яна…

И тут он увидел ее. Ну, млять, же!

Она его заметила, вежливо кивнула и вернулась к работе, как ни в чем не бывало. Это для нее все просто. Она же себя со стороны не видит. Не понимает, что все в ней – движения, поза, улыбка, даже то, как она клацает по клавиатуре или клеит стикеры на ноутбук – один сплошной секс. Она как красная тряпка для быка.

Я подошел к шторе и как можно быстрее ее натянул, надеясь, что это приведет Федотова в чувства.

– Продолжайте, – напомнил я.

Но он не прекращал пялиться в стену. И очень скоро я понял почему. Штора-то была. Но Яна все равно просматривалась. Потому что с какого-то хрена, в этой шторе появились огромные дыры. Да еще и в форме снежинок.

И что моя мегера? Она заметила меня в отверстии, премило улыбнулась и продолжила работать за ноутбуком, как ни в чем не бывало.

– Господи, что за женщина! – воскликнул Федотов. – Тима, не могу. Ты должен мне помочь. Меня не прекращает мучать фантазии. Хочу именно ее! Хочу связать и пытать до хрипа.

– Угу. Я тоже.

Ну что сказать… Она нарвалась!

Выдохнул. Обернулся к садисту. Федотов выглядел слега растерянным.

– Аркадий Станиславович, – начал я. – Я ведь тоже могу с вами на чистоту, правда?

И мы оба посмотрели на Яну. Она, почувствовав это, подняла голову, повернулась и комично округлила глаза. А стол я ей все же передвинул на место. Вот и месть со шторой подоспела.

– Значит, она твоя?

Губы сами по себе расплылись в улыбке.

– Да. Моя.

В конце концов, я не мог сказать иначе. Да и…

– Это плохо, Тимош, – опечалено заявил Федотов и сел. Выглядел он, и правда, неважно. – То есть, я за тебя рад, конечно. Но, видишь ли, давно у меня такой азарт не просыпался. Не припомню даже. А у вас серьезно?

И с надеждой посмотрел.

Хмыкнул, еще раз глянул на снежинки в шторе.

– О да.

– Ясно. – Горестно вздохнул клиент. – И что делать прикажешь?

Ответ у меня был только один:

– Держаться от нее подальше.

– Да понял я. А с азартом моим как быть?

По-хорошему, набить бы ему рожу, да отправить восвояси. Но именно сейчас на переломном моменте вовсе некстати терять такого «друга», как Федотов. Уже и не счесть, сколько раз он помогал, если дело касалось медсправок, срочный операций и врачей. Пускай отец продолжает думать, что я чистоплотный болван, который пришел на все готовое. Свое дело я создал с нуля, и своих клиентов тоже нашел сам. Это не корпорация «Элит» подняла меня, а наоборот.

– Я займусь этим лично, Аркадий Станиславович – пообещал я. – В срочном порядке подыщу для вас рабыню. Предпочтения на этот раз?

Он поморщился и махнул рукой.

– Внешность не важна. Тут другое. Меня заклинило именно на этой особе. Даже не знаю, что в ней такого. Запах, наверное, так мне крышу снес. Или ее улыбка. Или какая-то невинность во взгляде.

– Я вас понял, – отрезал я.

– Да не понял ты нихрена, – раздраженно бросил Федотов и встал. Походил немного по кабинету, глянул на Яну и добавил: – Вот! А поищи-ка ты мне кого-то, кто с ней близко контактировал. Может подругу, сестру, соседку?

Да щас!

– Конечно, Аркадий Станиславович, как скажете. Но гарантировать не могу.

– Это понятно, но хоть попытайся. А если нет, то найди мне похожую на нее. И чтобы тоже Яной звали.

Вот это уже было выполнимо. Кивнул.

– Спасибо, Тимош, – поблагодарил Федотов. Я всегда чувствовал себя неловко, когда он уходил. Было что-то в его взгляде, заставляющее испытывать к этому мужчине жалость. Он вроде пытался бороться с темными желаниями, но ничего не выходило. Уверен, он ненавидел свои слабости, и каждый раз будто извинялся передо мной за то, что я стал свидетелем его поражения. Он не плохой человек… Просто больной.

– Яночку береги, – посоветовал он уходя. – Хватай ее и не отпускай. А то другие отхватят.

– Не отхватят, – заверил я. А когда дверь за ним закрылась, добавил: – Не отпущу.

Повернулся к своей мегере и заметил странное поведение. Она что-то прочла на своем телефоне, и у нее появилось такое выражение лица, словно она увидела призрака. Не в первый раз у меня возникло впечатление, будто она чего-то боится. А если и нет, то все равно не договаривает. И я как раз собирался это выяснить.

Набрал ее кабинет.

– Да?

Сейчас она даже звучала иначе. Еще утром была игривой, как обычно, а сейчас точно обледенела.

– От кого сообщение?

– А… От Насти. Ее будет трудно вырвать из дома.

Врать так и не научилась. Но так даже интереснее.

– А что скажешь в свое оправдание на это? – спросил я, и поймал ее взгляд в дыре шторы.

Яна смущенно заулыбалась и пожала плечами.

– Это не я!

– Угу.

– Но мне нравится! Новогоднее настроение поднимает, как думаете? Кстати, народ хочет корпоратив. Сделаем?

– Не знаю, кто там что поднимает, Яночка, но тебе я за эту штору точно… сделаю. – Взглянул на часы. Пора выдвигаться. – Но уже завтра.

– Опять сбегаете? – с укором произнесла она. – Третий день подряд! И куда, можно полюбопытствовать?

– Нет.

Она нахмурилась и напряглась вся, как струна. А что так?! Не только у тебя секреты.

– Я тут понял, – задумчиво протянул вместо того, чтобы распрощаться. – Кажется, с тобой что-то не так.

Яна уставилась на меня во все глаза.

– Да Бог с вами! Что со мной может быть не так?

– Ты притягиваешь к себе извращенцев.

Я положил трубку, а она так и застыла с телефоном у уха, провожая меня ошеломленным взглядом.

– И самый главный – я, – добавил, но она уже не услышала.

Яна

Как только он вышел за дверь, я облегченно выдохнула.

Ну, сразу не придушил, и то хорошо. Еще раз схватила телефон и пробежала глазами по строчкам.

«Я узнал, что ты была плохой девочкой в мое отсутствие. А ведь я предупреждал. Приеду – выпорю!»

И хохочущие смайлики в конце.

Неопределенный номер. Но мне гадать не приходилось, от кого сообщение. Как и то, что номер Антону дала мама. Кто же еще? Она привыкла к тому, что я их часто меняю. Но никогда не спрашивала, зачем. От кого я прячусь?

Не хотела о ней думать. Она и все мое прошлое вызывали один огромный сплошной негатив. Но эти угрозы я просто так оставить не могла. И с Крониным толком не поговорить. Когда, если во вторник он ушел после обеда, и вернулся только для того, чтобы отвезти меня домой. Как будто я сама не могла пройтись. Пять минут всего-то!

В среду он с утра до вечера болтал по телефону и даже обедать не вышел. Только чаю, бедненький, пытался попить. И то не вышло. Я ж не знала, что он голодовку устроит! Запланировала месть за кофеварку. Заменила весь его элитный чаек дешевым из мяты. А он только отпил, так сразу чуть все на Иру и не выплюнул. С трудом удержался. Что очень удивило, на Иру он и не смотрел. Сразу на меня! Да так, что я весь остаток дня притворялась мебелью, и весьма удачно.

Зато утром пришла, а стол на месте. Ну и зря он вышел на полчаса. Мне этого хватило, чтобы со шторой расквитаться. Потому что если он меня видит, когда ему хочется, то и я его… Да! Когда мне хочется. А мне всегда хочется.

Срочно набрала Сережу.

– Кронин с тобой?

– Нет, он меня тебе оставил. Себе Лешу взял.

– Что значит, мне? – не сразу поняла я. – Ты вроде мне по Федотову инфу вчера еще отдал. А больше у меня для тебя заданий нет.

– А у шефа есть. Сказал глаз с тебя не спускать и домой проводить.

Вот это насторожило. Зачем? Тима мог что-то знать? А хотя, так даже лучше.

– Отлично. Раз такое дело, поехали домой.

Сережа ждал у кабинета, он остался последним. А когда увидел меня, странно заулыбался.

– Что? – не поняла я.

– Ты для кого так принарядилась? Для меня?

Закатив глаза, я прошла мимо, натягивая куртку на ходу.

– У меня вся одежда в стирке, – нашла что ответить в свое оправдание.

– Потому ты надела ночнушку?

– Это платье, невежда! Маленькое черное платье.

– Крохотная черная ночнушка, – парировал Сережа.

Ну, пускай крохотная.

– Но точно не для тебя.

– Да знаю я, для кого, – протянул он. – Весь отдел знает.

– Почему не вся корпорация? – с обидой спросила я.

– Не дошли еще слухи. Люди у тебя надежные.

Не поспоришь! Закрывшись с Сергеевым в лифте, я принялась его пытать.

– Так, надежный человек, скажи-ка мне, куда наше любимое начальство всю неделю катается?

Сергеев подленько улыбнулся и покачал головой.

– Говори! Печеньками угощать не буду.

– Не положено, – только и выдал он.

Раздраженно постучала ботинком, выдохнула.

– Ладно! Тогда скажи, Леша наш надежный? Он его, если что, защитить сможет?

Сережа сначала послал мне удивленный взгляд, а потом и вовсе захохотал.

– Ты это серьезно, Ян? Кронина защищать, что ли?

Толкнула мужчину в плечо.

– Соберись! Без тебя знаю, что он весь такой грозный и страшный. Но если вдруг на Тиму нападут, у Леши хоть оружие есть?

– Есть, – заверил Сергей, все еще посмеиваясь. – Только Тима твой мастер спорта по боксу в прошлом. Так что, если на него будут нападать, то скорее всего не выживут.

Мои брови поползли вверх.

– О!

И даже как-то гордость пробрала за любимого мужчину. Красавчик!

Лифт открылся, Сережа взял меня под руку и повел на выход. А я даже сопротивляться не могла, о Тиме думала. Я же его в одной футболке видела! Там тело олимпийского бога! Видела, а значения не придала, не до того мне было. Я вообще в шоке пребывала.

– Земля вызывает Яну, прием! – подколол Серый.

– Ах, да! Расскажи мне! Расскажи о нем всего побольше, – потребовала я и постаралась вернуть умное лицо. – А то работаю, и даже не знаю, на кого.

Сережа моим доводам явно не поверил, потому и скривил недоверчивую мину. Уже когда посадил меня в машину, добавил:

– Ну, допустим, я мог бы поделиться исключительно своими наблюдениями.

Притихла. Дальше, судя по всему, должен последовать ультиматум.

– Но я так не могу. На голодный желудок…

Закатила глаза.

– Ладно. Давай ко мне. Котлетами накормлю.

– Чудо ты, Янка! – на радостях воскликнул Сережа. – Еще и котлеты готовить успеваешь.

Махнула рукой.

– Это не я. Соседка моя. Провинилась, теперь отдувается! Ты таких котлет в жизни не ел, гарантирую. Так что, как знаешь, а к концу вечера я все про Тиму должна знать. И о его семье тоже. И вообще. Все последние сплетни. Понял?

– Понял.

Спустя ровно час.

– Ум-м-м! Это потрясающе! Боже! Яночка! А добавки можно?

Устало вздохнула, подсунула ему всю кастрюлю, сама села с чашкой кофе напротив и откусила шоколадку. Непривычно было видеть чужого мужчину на своей крохотной кухоньке. Вот Тиму я здесь и не заметила, он будто сам по себе прекрасно вписался в обстановку. А Сережа явно был лишним. К тому же, не сказал мне ничего.

– Давай начнем с главного, – предложила я. – Ты мне сможешь достать новый номер?

Он поднял на меня глаза.

– А чего так?

– Второе! – продолжила я. – Куда ездит Тимофей Андреевич?

Закинув в рот последнюю котлетку, Сережа, наконец заговорил по существу.

– Я тебе обещал наблюдениями поделиться? – спросил он с вызовом. – Делюсь. Кронин очень строг. Но справедлив. В целом, хороший мужик.

И с этими словами он встал.

– Ну, хозяюшка, спасибо. Пойду, я пожалуй до…

– Ты совсем тю-тю? – спросила я, глядя на это чудо во все глаза. Других слов не было. Не, нормально?! Он мне за кастрюлю первоклассных котлет сказал, что мой Тимочка хороший мужик. – Сергеев, я тебя сейчас сковородкой побью.

Мужчина заулыбался и поднял руки. Не поверил. А зря.

Медленно встала, подошла к духовке. Там у меня сковородки хранились, и одна даже новенькая почти нашлась.

– Ян, ну ты чего?

– Я главный менеджер, имею право! – заявила я.

А Сережа уже попятился к коридору.

– Говори, куда он ездил.

– Да ничего такого. Ты что, приревновала его? Не по бабам, Ян! Точно нет!

Для драматизма стукнула сковородкой по стене. Стену не жалко, а сковородкой все равно не пользуюсь.

– Да честно! Ты чего ко мне пристала? Звони Славе и его терроризируй!

– Слава в отпуске, – напомнила я.

А Сережа начал обуваться и курточку свою с вешалки снял.

– Не смей сбегать, Сергеев! Ты мне еще котлеты не отработал.

– Так я все сказал, – заверил он, едва сдерживая смех. Меня точно не воспринимали всерьез. Замахнулась, и Сереженька тут же раскололся: – Тим со Славой какие-то вопросы по аварии решают. На след уже вышли. Меня в детали не посвящают. Все!

Я так и застыла со сковородой над головой. И в этой странной позе нас застала Вера. Сама явилась со своей знаменитой скалкой и тоже замахнулась на бедного Сережу. Тот сразу и не понял, откуда она взялась. Посмотрел сначала на сковороду, потом на скалку и медленно прикрыл голову руками.

– Отбой! – заявила я подруге. – Сегодня бить не будем.

– И кто такой? – спросила Верочка, недовольно осматривая Сережу. Она вообще незнакомцев не жаловала.

– Твой почитатель, – сходу выдала я.

Оба удивленно уставились на меня.

– Что? Котлеты кто полчаса хвалил? – напомнила.

И дальше пошло поехало! Вера заалела, скалочку спрятала за спину. «Ой, правда?!» – спросила Вера. «Безумно вкусно», – ответил Сережа. И давай все то, что говорил мне, говорить Вере. А она: «Ой, да это что. Вот голубцы у меня». На варениках я не выдержала, вытолкала их в коридор. Толку от них ноль. Веру уже не выгонишь, а Сережу, как следует, не расспросишь.

Одна фраза меня все же зацепила. На какой это след они вышли, если авария с Колей была несчастным случаем?

Покусав губы, набрала босса.

– Соскучилась? – спросил он устало. И сердце заскакало быстрее. А я вся разлеглась на кресле и с глупой улыбкой уставилась в потолок.

– А вы? – спросила кокетливо.

– Очень! – заверил Кронин. – Предвкушаю завтрашнюю встречу. Думаю, вот, как тебя за штору отблагодарить.

– Ой, да что вы, все прошлым живете? – притворно возмутилась я. – Надо смотреть в светлое будущее!

– Угу. Такое светлое, как мой кабинет.

А после я услышала его тихий шелковистый смех, и по телу пробежались тысячи мурашек.

– Нет, я кажется, и правда, по тебе соскучился, – вдруг произнес он на полном серьезе.

– И я, – совсем честно призналась. – А потому что не нужно сбегать от меня.

И он опять хмыкнул. А потом на заднем фоне послышался голос Славы, и Кронин быстро попрощался.

– Мне пора. До завтра, мегерка.

И он отключился, даже не услышав мое нежное прощание.

– До завтра, чудовище.

Я еще с минуту ждала, пока мой мозг из желеподобного состояния превратится в нормальное. И лишь тогда вспомнила, чего, собственно, звонила. Что-то ведь хотела спросить. Завтра уже…

Глава 19

Пятницы я давно невзлюбила. Они нагоняли скуку и напоминали об одиночестве. А эта началась особо напряженно. Меня разбудил звонок в начале седьмого утра. Толком не проснувшись, ничего не соображая, я взяла трубку и застыла с первым звуком ненавистного голоса.

– А по мне ты скучаешь? – спросил Антон.

Даже будучи сонной, я сразу поняла, что в вопросе прозвучал намек на вчерашний разговор с Крониным. И тогда меня впервые посетила мысль, что если Антон без особо труда проник в мою квартиру, то что ему помешало бы установить камеры и прослушку?

– Нет, – прошептала я, чувствуя, как пульсирует голова от нервов. – Ничуть. Я счастлива, что тебя нет. Я очень рада, что ты уехал. Чем больше ты пытаешься все вернуть, Антон, тем сильнее я тебя ненавижу.

И с этими словами я отключила телефон и выругалась. Сколько можно? Какие «сюрпризы» еще меня ждут?

– Тварь! – выкрикнула я на случай, если он меня-таки слушал.

Сон уже не шел, как бы я не пыталась приглушить бренные мысли. Вдобавок ко вчерашнему сообщению с угрозами пришло еще одно:

«Это все из-за него. Он нам мешает».

Это и стало последней каплей. Я поднялась, привела себя в порядок, быстро оделась и подумала набрать Тиму, но в последний момент передумала. Слишком рано, на улице еще царствовала ночь. А вот Сереженьку… Его вообще не жалко. Поставила кофе вариться и приложила трубку к уху. Удивилась, когда где-то недалеко раздалось приглушенное пиликанье. Первым делом даже подумала, что этот авантюрист у меня свой телефон вчера забыл, пошла на звук. Дошла до коридора и поняла, что нет. Где-то за дверью. Открыла, и тут же Сережа встревоженно ответил:

– Алло?

И голос звучал так близко-близко, что я застыла.

– Сергеев! – начала я осторожно. – Это не ты, случайно, из квартиры Верочки отвечаешь?

Секундная заминочка, а потом дверь напротив отворилась, и моему взору предстал почти одетый Сережа. Я поморщилась и прикрыла глаза рукой.

– Пощади мою психику! – взмолилась я. – Ты что там потерял?

– Дык я… Это! Тебя стерегу! Задание у меня такое, – пояснил он.

И тут мимо прошла зевающая Вера, и вообще, как ни в чем не бывало, помахала мне ручкой.

– А Маня где? – не поняла я. – Вы что с ребенком сделали, извращенцы?

– Она с утра всегда злюка, – выдала соседка Сереже по секрету. А мне ответила: – У подружки осталась. Завтракать с нами будешь?

– Буду, – буркнула я и протиснулась мимо Сергеева. Послала ему строгий взгляд и шепотом добавила: – Только попробуй ее обидеть. Я для тебя скороводочку подпишу. Будет твоя личная.

Серый хмыкнул и закатил глаза. А потом-таки ушел одеваться.

А я, войдя на кухню, поймала мечтательно-довольный взгляд Верочки, и вмиг передумала ее отчитывать. В конце концов, взрослые люди, сами разберутся.

– Быстро ты, – только и сказала.

– Учись! – ответила она и подмигнула.

Я вспомнила свое впечатляющее «соблазнение» и поникла. На работу Вере нужно было вставать раньше, но в этот раз Сережа обещал ее подвезти. И я вызвалась ехать с ними, так как возвращаться домой не хотелось. В итоге, мы даже немножко опоздали.

Проходя по коридору корпорации, увидела Ирочку. Она что-то ворчала себе под нос, разбирая входящую корреспонденцию. А как увидела меня, и вовсе скривилась, указав на кабинет босса. Кто-то явно сегодня был не в духе. И с чего бы?

Тихонько вошла к себе, увидела Тиму за столом. Он внимательно читал какую-то бумагу, а когда приметил меня, отложил ее в сторону и сложил пальцы в замок. Взгляд сокола, осанка льва, повадки пещерного человека.

– Ну что? – возмущенно спросила я, разведя руками.

Теперь он и щуриться стал.

Вздохнула, пошла к шкафу. Оставила там куртку, переобула ботинки в туфли, обернулась к боссу, покрутилась на месте, вопросительно посмотрела на него.

Тима, пристально оценив представленный образ, наконец, утвердительно кивнул и поднял большой палец вверх.

А вчера прямо молнии метал, когда я в платье пришла. Это он не знал, что сегодня я тоже в нем. Только поверх еще брюки и пиджак надела.

Жарко стало. Пиджак сняла. Села за стол. Вытащила ноут. Зырк на Тиму – недовольно поджимает губы. Даже заулыбалась. Не выдержала, сама его набрала.

– Доброе утро, любимый шеф! – пропела я.

– Не поможет, – угрюмо ответил он. – Штору я тебе еще не простил.

– Я считаю, что между нами не должно быть преград. Мы ведь с вами, Тимофей Андреевич, почти родные, – поделилась я и с недовольством осмотрела стеклянную стену. – А вы не думали сделать ремонт?

Кронин как-то обреченно застонал. А потом просто уронил голову на стол, и я засмеялась.

– Да ладно! Будет здорово! Вы сможете орать на меня, когда захочется, отчитывать, приказы раздавать, чаем поить, шоколадками кормить. И через весь этаж бегать не придется. Красота! – мечтательно протянула я.

– Яна, – хрипло прошептал Тим. – Не усугубляй, а.

Он собирался еще что-то сказать, но в двери постучались, и показалась голова Ирочки. Она что-то сказала Тиме, он выпрямился и поманил ее рукой.

– Я и так с тобой работать не могу, – пробормотал он и положил трубку.

Его слова запоздало до меня дошли, так как все внимание было приковано к одному меленькому черному конверту на горке писем, которые несла Ира Кронину.

– О нет, – прошептала я, чувствуя, как кровь застывает в жилах.

Антон никогда их не подписывал. Но если послал в приемную, то думал, что я все еще там работаю. А Тима ведь подумает, что ему.

Выронив телефонную трубку, подбежала к стене и постучала по стеклу. А как только Тима поднял на меня глаза, я указала на черный конверт и на себя. Мол, мое, не читай!

Но этот недоходчивый человек отослал Ирочку подальше и начал разворачивать конверт прямо на моих глазах. Нет, больше терпеть я не могла, потому бросилась к нему в кабинет.

– Надо все же выломать ту стену, – ворчала я. А сама с трудом удерживала подступающую панику.

– Ян, все хорошо? – спросила Ира удивленно, когда я чуть не снесла ее с ног.

Кивнув, сделала глубокий вдох и трясущейся рукой схватилась за ручку Тиминого кабинета. А когда вошла, окаменела. Он уже читал. Держал в руках белый листок, и вид у него был такой, будто он сейчас будет кого-то убивать.

Отложив лист, Кронин поднял на меня совершенно дикий взгляд и задал вопрос:

– Ты до сих пор ничего не хочешь мне сказать?

Я мотнула головой чисто машинально. У меня всегда было такое чувство, будто что-то грязное и постыдное вываливается из-за моей спины, и по обыкновению я попыталась засунуть это подальше. Чтобы никто не видел. Но сколько еще я буду обманывать саму себя, что смогу противостоять Антону в одиночку? Бабушки и подруги нет. Мама никогда не понимала и вряд ли поймет. Я привыкла к тому, что мои проблемы – только мои. Но теперь Антон перешел всякие границы, и Тима стал причастен. Просто потому, что я влюбилась в него.

– Нет, значит, – с неприкрытой угрозой произнес Кронин и встал.

– Й-йя… Это… – Указала рукой на конверт, но сделать хоть шаг, чтобы забрать его, так и не смогла.

Меня сковал страх, когда Тима обошел стол и направился к стеллажу с документами. Почему боялась? Даже не могла себе объяснить. Могло ли мое прошлое оттолкнуть такого мужчину, как Тимофей? Могла ли я стать в его глазах менее привлекательной от того, что со мной одни проблемы? Я притягиваю психов, он сам сказал.

Тима открыл ящик, достал толстенную папку и плюхнул ее на стол. Затем он послал мне злой, полный недовольства взгляд, открыл документы и зачитал:

– Славин Антон Юрьевич. Двадцать семь лет. Уроженец Амурской области. Не женат. Не судим.

Я сглотнула, когда он достал фотку и придирчиво ее осмотрел.

– Вы нарыли на него инфу?

Кронин медленно выдохнул, обернулся и снова достал что-то из ящика. Одну тонкую папку, а вторую потолще. Бросив все на стол, он произнес:

– Не сомневайся, Яна. Я нарыл инфу на всю твою жизнь.

Я уставилась на него с неверием и ожиданием. И что дальше? Что он сделает? Что скажет?

А Тима, сфокусировавшись на мне, сделал шаг. Затем еще один. И еще. Я наблюдала за ним с некой опаской. Потому что не мог он так спокойно реагировать. Ну просто не мог.

Между нами остался всего крохотный шаг, а он и его преодолел. Это притом, что я отступала до последнего, пока не подперла стену. Ту самую, стеклянную в свой кабинет.

– Значит, ты посчитала неважным то, что твой бывший преследует тебя и шлет письма с угрозами спустя пять лет после расставания? – спросил он вкрадчиво. Я так и чувствовала повисшее напряжение. Любое мое слово, и Кронин взорвется.

– Там угроза? – спросила я, имея в виду конверт.

Тима медленно кивнул, и на его челюстях заиграли желваки.

– Я… собиралась сказать.

– Когда? – требовательно спросил он.

Отвела глаза, а он прикоснулся к моему лицу, заставляя смотреть на него. Он не понимал, с каким трудом мне это удавалось.

– А что там? – вновь спросила, метнув нервный взгляд на папки.

Босс медленно покачал головой, мол, не угадала, Яночка. Не о том мы будем говорить.

– Ну простите! – пискнула я. – Я же не думала, что он станет и вам угрожать.

– То есть, если бы обо мне он не упомянул, то ты бы и дальше молчала? – заорал он и тут же мягче добавил: – Яна, ты с ума сошла?

Покачала головой. Потом подумала, сморщила нос и кивнула.

Пальцы, которые все еще поглаживали мою скулу, сжались в кулак, и я застыла.

– В общем, так, – произнес мужчина совершенно безапелляционно. – С этого самого дня, с этой минуты ты находишься со мной. Постоянно.

– Я и так я вами постоянно.

– Не притворяйся дурочкой, – отрезал он. – Постоянно – это реально постоянно. И вне рабочего времени. И ночью. Всегда.

Я должна была что-то ответить. Он ждал. Но мысли в голове закрутились хаотичным вихрем. О чем вообще можно думать?

«О БОЖЕ МОЙ! ДА!!! ДА! ДА!»

– А в-вы уверены, что это хорошая идея?

Кронин прищурился, и я занервничала еще больше.

– Ну, поживу я у вас немного. Или вы у меня. А дальше что? Будем ждать, пока Антон не сделает очередную пакость?

К моему удивлению Кронин кивнул.

– Будем ждать. А потом я засажу его в тюрягу. Там таких, как он, очень любят.

– Н-но…

Тима поджал губы и покачал головой.

– У-у. Лучше молчи.

Я изобразила зиппер на губах. И на ключик закрыла. А ключик выбросила Кронину за спину. Он перехватил мою руку, прижал ее к стеклу, а вторую положил на мою талию. И в следующее мгновение его губы прижались к моим. Как взрыв, как электрический разряд – меня разнесло на кусочки от его близости и поцелуя, который с каждой секундой становился смелее, настойчивей. Я жадно вдохнула и вцепилась в пиджак Тимы, боясь, что этот мираж раствориться. Сейчас именно это было самым страшным. Но Кронин, похоже, и не думал оставлять меня. Он вжался в мое тело с такой силой, что стало трудно дышать. Я хотела дышать только им, чувствовать его повсюду и ощущать его вкус. Этот мужчина оказался опасным искушением, каким-то беспощадным умопомрачением. Я вообще не могла вспомнить, чтобы хоть когда-нибудь в жизни испытывала экстаз такой мощи.

Когда воздуха стало не хватать и ему, он медленно отстранился и напоследок скользнул языком по моей губе. Я могла бы расплыться лужей у его ног, если бы он все еще не держал меня. Пытаясь отдышаться, закрыла глаза и прижала голову к стеклу. Даже оно сейчас казалось раскаленным металлом. Едва ли не шел пар.

– Ты сама виновата, – пробормотал босс. И уткнулся в мой лоб.

– Я не собираюсь жаловаться, – на всякий случай уточнила. Он просто не мог не понять, как сильно мне это понравилось.

– Яна? – Кронин погладил меня по лицу, а когда я открыла глаза, то утонула во взгляде карих глаз. Он умел ласкать ими так же хорошо, как и испепелять. Мне в любом случае нравилось и то, и другое.

– Со мной может быть непросто. Но ты же меня не боишься? – спросил он тихо.

Сейчас он был так близко, как никогда. И опять ждал ответа.

– Еще чего! – пробормотала я, и Кронин улыбнулся.

– Хорошо, – произнес он и облизнулся. А я как завороженная смотрела за движением его языка и губ. Безумие! – Очень хорошо.

Он слегка отпрянул, потянув меня за собой и оторвав наконец от этой злосчастной стеклянной стены. А после его рука на талии плавно сползла вниз, заставляя меня испытать холод. Вообще, Кронин не торопился меня отпускать, будто знал, что я могу упасть в любой момент. Он даже покосился на мои ноги и хмыкнул.

– Все хорошо? – с долей насмешки спросил он.

Я сглотнула и кивнула.

– А-а…

Нет, слова в предложения не связывались. Кивнула еще раз и указала на двери.

– Ну, я п-пойду?

Тима кривовато ухмыльнулся и послал мне подбадривающий взгляд.

– Да.

Он совсем меня отпустил, а я выпрямилась. Гордо вздернула подбородок, всем видом изображая невозмутимость, развернулась и пошла. Вроде хорошо пошла. Потряхивало, правда, немного, ног и нижней половины тела почти не ощущалось. Но до двери я все же дошла удачно. Это потом, уже в приемной я чуть не упала, вовремя схватившись за стол Иры.

– Ну как? – спросила Ирочка взволновано. – Он сегодня зверь?

Сглотнула, посмотрела на блондинку строго.

– Сегодня зверь. Не ходи к нему!

И, лишь оказавшись в коридоре, я осознала, что только произошло. Где-то, видимо, упал метеорит. Еще где-то, вероятно, с неба посыпались печеньки. А меня поцеловал Кронин. По-настоящему!

На то, чтобы собрать себя в единое нечто, ушло минут пять. Но я справилась. Выдохнула, вошла в свой кабинет и сразу наткнулась на загадочный взгляд Тимы. Он сидел в расслабленной позе в своем кресле и подпирал голову одной рукой. Такой большой, теплый и безумно желанный. И то, как он смотрел на меня, заставляло чувствовать себя абсолютно беспомощной. Я просто не контролировала свое тело и его реакцию на этого мужчину. В тот момент я подумала, что не так уж и плоха эта стена. Не будь ее, чем бы занимались все время? Точно не работой. А мне еще столько информации пересмотреть по делу Тян.

Села в кресло, не глядя на Тиму, набрала его.

– Да? – спросил он тихо.

– Тимофей Андреевич, – вкрадчиво начала я. – А все же, что было в конверте?

– В каком конверте? – спросил он якобы удивленно, и я заметила краем глаза, что он начал его рвать. Повернула голову – действительно! Рвет и не краснеет.

– В том, от которого лоскутки остались, – настояла я.

– А, это мне. Признание в любви от тайного поклонника. – Кронин невинно улыбнулся и тут же добавил: – А что, завидно?

Игривый босс это еще хуже, чем злой босс. Потому что когда он злится, то хотя бы улыбаться не хочется, и есть возможность сохранить умное лицо. А так… безуспешно.

– Я ведь могу приревновать, – честно предупредила и снова от него отвернулась. – Сильно.

– Яночка, после снежинок в шторе мне уже ничего не страшно! – заявил Тима и, посмеиваясь, положил трубку.

Я подсмотрела за ним, а он, покачав головой, опять принял свою позу. Но теперь на его губах играла легкая мечтательная улыбка. Я, честное слово, пыталась сконцентрироваться на работе. Достала ноутбук, включила, ввела пароль с третьего раза и… зависла. Стоило лишь на секунду закрыть глаза, а там стена, обжигающий поцелуй, его запах, нежные прикосновения. И мозг расплавился.

Обреченно выдохнув, я посмотрела на Тиму и снова его набрала.

– Что вы на меня смотрите? – сходу начала я. – Сосредоточиться не могу.

– Я второю неделю не могу, – поделился босс. А когда я вопросительно на него уставилась, он свел брови и спросил: – У меня видеоконференция с клиентом из Мурманска. А после нее уедем?

– Куда?

– Куда-нибудь. Все равно.

И по его взгляду я поняла, что действительно все равно. Как и мне.

– Хорошо, я к обеду со всем справлюсь.

– Ум-ни-чка! – протянул Кронин, снова заставив меня улыбаться до ушей.

Вскоре он вышел, все же дав мне возможность сконцентрироваться на деле. Правда, и это далось нелегко. Я читала одни и те же строчки по три раза. И в итоге собрала предоставленную информацию в одну картину.

Моя клиентка Татьяна в самом деле любящая жена и мать. Каждый день после работы она спешит домой, забегает в супермаркет, покупает сладостей для мужа и сына: и уставшая, но счастливая, встречает домочадцев. Михаил вполне нормальный среднестатистический мужчина. Работает с девяти до шести, дома помогает сыну с уроками, после чего они вместе с женой смотрят фильм или просто по-семейному беседуют. Некоторые сочтут их жизнь скучной и предсказуемой. Один день за другим, но что-то в этом есть. Своя особая бытовая магия.

Вот толку от того, что я пашу, как проклятая, а потом возвращаюсь в пустую холодную пещеру? А так меня Тимочка будет встречать. Хотя, какой встречать, если мы вместе работаем? Тогда так! Мы приходим домой, а там… деточка.

Поймав себя на этой страшной мысли, я охнула и застыла. Тряхнула головой и вновь уставила в бумаги. Нет, ну это я уже совсем.

– Идем дальше! – пробормотала я и еще раз внимательно рассмотрела старую фотографию с того самого плодотворного корпоратива клиентки. А на ней компания из подвыпивших веселеньких сотрудников. Только забыла Татьяна упомянуть, что корпоратив-то был маскарадом. И сама она была в белом парике и в маске. Вполне вероятно, что босс ее банально не признал. И, естественно, потом не задался вопросом, могла ли его ночная «компания» залететь.

Вердикт: виновата Татьяна. Реально виновата. Даже если не она мужчину соблазнила, даже если не ведала, чем это все может кончиться. Но сообщить ему, что у него родился сын, она должна была. Ибо так правильно. Ведь я уже разузнала все о жизни ее босса. Сорок три года, разведен. От прошлого брака есть дочь, но бывшая жена увезла ее в другой город, и видит своего ребенка он нечасто. Есть постоянная любовница. Судя по ее фотографиям с другими мужчинами, у них несерьезно. Следовательно, мужчина одинок. И вполне вероятно, что новости о наличии сына обрадуется. Вот только я не имела права его посвящать.

– Готова? – Кронин показался у двери совсем неожиданно. За его спиной замаячили Сережа с Борей. И чего это мои гномы хихикают? Непорядок!

– Одну минуточку, – пропела я и поманила Борю пальцем.

– Доброе утро, Яна Васильевна, – расплылся в приветствиях он.

– И тебе не хворать. Это что? – спросила я и ткнула на папку с досье Михаила.

– Распорядок дня объекта, – непонимающе ответил парень.

– Это, по-твоему, распорядок дня? Да я методом дедукции по его фоткам в Одноклассниках больше узнала!

И в подтверждение своих слов развернула к нему ноутбук. А там фотография Миши десятилетней давности. Он в обнимочку с какой-то теткой, которая точно не Татьяна, и которая смотрит на него явно влюбленным взглядом. А ведь тогда он уже был женат.

– Нашла у подруги сестры его сотрудника, – поведала я и выписала на листочек имя барышни. – Узнай, пожалуйста, кто, откуда, что их связывало.

Протянула листок Боре. А рядом с ним Тима стоит. Довольный, улыбается. Боря на него разок зыркнул и поник.

– Будет сделано, Яна Васильевна, – пробубнил он и пошел.

– Стоять! – грозно выкрикнула я. Подбежала к буфету, достала самую большую печенюшку и вручила парню. – А вообще, ты молодец, – тут же похвалила.

Послав мне скромную улыбку, он быстро ретировался и забрал с собой Сережу. А остальные гномы так и не явились. Разгильдяи!

Я вздрогнула от неожиданности, ощутив на своих плечах куртку. Тима молча помог мне одеться, а потом застыл у двери, наблюдая, как я складываю документы в сумку.

– Ты и на выходных собралась работать? – с укором спросил он.

А я на мгновение представила, чем я чисто теоретически еще могла бы заняться на выходных, если учесть, что рядом будет он, и сердце мое заколотилось, как бешеное.

– Не знаю, – туманно ответила я и отвела взгляд. – А куда мы едем?

– К тебе. Заберешь вещи. – Кронин придержал для меня двери, пропустил вперед и многообещающе добавил: – А потом нам предстоит очень длинный разговор. И ты от меня не отвертишься.

Часть с разговорами я бы с огромным удовольствием пропустила. Но если надо…

Глава 20

Я, Тима, пустой лифт. Это не должно быть так неловко. Но когда дверцы закрылись, а он нажал кнопку, воздух над моей головой сгустился.

Я просто уставилась перед собой, стараясь контролировать учащенное дыхание. Но когда ощутила его присутствие за спиной, и этого не смогла. Тима положил руку на мою талию и прижал к своей груди. Он действовал молча, неторопливо, но настойчиво, именно это и сводило с ума. Его губы сначала коснулись моей макушки, и я зажмурилась, утонув в жаре, который поглотил все мое тело. А потом эти самые губы двинулись ниже, подобравшись к шее. Я закусила губу, сдерживая застывший в груди стон. Вместо этого шумно выдохнула и схватилась за руку Тима, которая все еще покоилась на моем животе.

– Я так до машины не доживу, – предупредила я.

И губы на моей шее дрогнули в улыбке. Я прекрасно могла себе представить, что эта за улыбочка. Дерзкая, нахальная и самодовольная. Именно такая, от которой любая запросто потеряет голову.

– Я стараюсь держаться от тебя подальше, – зашептал Кронин, и сделал только хуже.

– Н-не надо, – поправила я и придержала руку, которая вздумала уползти с моего живота.

Мне так и не хватило смелости обернуться и сделать то, чего хотелось больше всего – поцеловать Тиму вновь. К тому же, лифт приехал. Действительно, не лучшее место для любовных игр. Но однозначно подходящее для томительной прелюдии.

До машины с помощью Кронина я все же дошла в целости. А когда мы садились, подбежал Сережа.

– Совсем забыл, – сказал он и протянул мне пакет с телефонной карточкой. – Новый номер, как ты и просила.

– На левое имя? – на всякий случай уточнила.

Сережа хмыкнул.

– Еще спрашиваешь! Я себе уже записал. Если что, буду рядом.

Он кивнул Тимофею и собрался уходить, но немного задержался, будто не решался о чем-то спросить.

– На выходные Манечка уезжает к папашке, – произнесла я. – Без тортика не приходи. Я шоколадный люблю и Наполеон.

– А ты здесь причем? – не понял Сережа.

– А меня угостят, когда ты уйдешь, – поведала я и улыбнулась до ушей.

– Ты туда не вернешься, – напомнил Тима. А когда я на него посмотрела, он тоже заулыбался, как сытый котяра. Кивнул Серому и тронулся с места.

Все происходило слишком быстро. Не то, что бы мне не нравилось, напротив… Я постоянно мечтала об этом, но теперь, когда Тима стал настолько активным, вся моя уверенность в себе куда-то испарилась. Короче говоря, нервничала я. Сильно. Боялась его разочаровать в чем-либо. Боялась упустить, сказать или сделать что-то не то. И пока мы ехали, я была непривычной тихой.

А когда добрались до моей квартирки, занервничала еще больше.

Тима заглушил мотор и собирался выйти, но я схватила его за руку и призналась в своих подозрениях.

– Мне кажется, Антон поставил в моей квартире прослушку или камеры. В таком случае, нам лучше не появляться там вместе. Чтобы он не узнал, куда я еду и с кем. Я просто быстро соберу вещи…

– Погоди, – прервал меня Тима. – Он приходил к тебе? Когда ты вообще видела его в последний раз?

Вот тут я поняла, что он будет злиться. Сильно. Поморщившись, решила и здесь не умалчивать.

– На прошлой неделе. А на позапрошлой впервые. Я вошла в квартиру, а он там. Скорее всего, после этого…

– Он был прямо в твоей квартире? – почти проорал Кронин.

– Я сменила замки! – выдала в свое оправдание. – А еще Маша – дочка соседки устроила звуковую ловушку. Он с тех пор больше не появлялся. Мы встретились на улице и он сказал, что уезжает на две недели. Ну и… неделя прошла.

Я вжалась в кресло, ожидая вердикта. Тима действительно злился. Он отвернулся к стеклу и даже не смотрел на меня. Но я и по напряженным рукам понимала его состояние. Даже могла представить, о чем он думал сейчас. «Почему из всех женщин на планете мне досталась эта дура?».

Черт, я в самом деле почувствовала себя глупо. Ведь могла же хоть намекнуть ему. Почему именно сейчас пришла эта мысль? Кажется, я окончательно расслабилась и впервые в жизни почувствовала себе под защитой. Под защитой мужчины, который с удовольствием набьет рожи всем моим обидчикам. От этой мысли захотелось и смеяться и плакать одновременно. У меня никогда такого не было.

Кронин молча вышел из машины, обошел и открыл мою дверцу. У него было такое лицо, что на одну секундочку я подумала, он сейчас меня выгонит, уедет, и я больше никогда его не увижу. Но вместо этого он настойчиво потянул меня за руку и повел к подъезду.

– Ну что я должна была сказать? Мы же только третью неделю работаем вместе, – вновь попыталась оправдаться. – Никто никогда не помогал мне. С чего бы вы стали?

– Ой, лучше молчи, – проскрежетал он. И выдрал ключи из моих рук, когда я их достала из сумки. А потом сам открыл дверь, втянул меня в квартиру и припечатал к этой само двери. Вообще, Тима явно умел пользоваться вертикальными поверхностями.

Вот и сейчас старая дверь сыграла ему на руку, когда он начал целовать меня, как обезумевший. Этот поцелуй, в отличие от первого, не был ни грамма милым. Или нежным. Он опалял, сносил крышу, доводил до полнейшего безумия. Если раньше я думала, что Кронин страстный мужчина, то сейчас я поняла, что просто сгорю с ним. Так и будет, точно. Это, скорее всего, изменит меня.

Грубые, резкие прикосновения рук и языка будто клеймили. Если здесь и были камеры, то Кронин очень хотел, чтобы Антон увидел это. Увидел то, что я всецело и бесповоротно принадлежу своему боссу. Боже, я была готова отдаться ему там же, прямо у двери.

Но в одно злосчастное мгновение Тима просто оторвался от меня, подпер противоположную стену узкого коридора и до неузнаваемости хриплым голосом произнес:

– Собирайся.

Все еще дыша так, словно пробежала километр, я кивнула и поплелась вдоль стеночки в спальню. У меня даже дорожной сумки не было, только один огромный чемодан, в который могла бы уместиться вся моя жизнь. Но я не стала собирать все. Взяла только вещи первой необходимости, пакетик с новеньким нижним бельем и косметичку. А потом подумала, и прихватила еще и аптечку.

Кронин на это лишь усмехнулся. Спасибо, что два кулька из Пятерочки комментировать не стал. В них я все и загрузила.

– Точно все? – спросил он терпеливо. – Ты сюда не скоро вернешься.

Я покрутила головой по сторонам и поняла, что ничего ценного здесь и нет. Деньги я хранила в чулках, их, конечно, взяла. Но на всякий случай решила оставить ключи Мане. Девочка как раз вернулась со школы, и когда увидела Тиму, застыла в немом шоке.

– Он хороший, – шепнула я. – Я с ним уезжаю. Ключи маме отдашь.

Ключи она взяла, а вот на Тиму пялиться не перестала.

– А вы точно решили, теть Ян? – спросила она тоже шепотом. Правда, Тима все равно слышал.

– Точно. Мне с ним и на Северный полюс не страшно, и в Карелию, и вообще куда угодно.

– А-а-а, – протянула малявка и натянуто улыбнулась шефу. А затем с прищуром проговорила совсем громко: – Но я его запомнила, если что. Очень хорошо запомнила.

Подавив смешок, обернулась к Тиме.

– Вот! Мне с Маней вообще не страшно!

Кронин шутку не заценил. Пробормотав свое «угу», пошел вниз. А я за ним хвостиком.

Резко тронувшись, мы поехали куда-то. Я и не спрашивала, правда, все равно было. Вообще, я сидела тихо, ожидая, когда он первым начнет разговор. А Тима молчал почти всю дорогу. Лишь когда мы выехали на трассу по направлению к загородному дому, задал вопрос:

– Он навредил тебе как-то?

– Нет. Только пытался запугать.

– Сколько было писем?

– Всего или с момента, как я устроилась на работу? – уточнила тихонько. И Кронин послал мне такой взгляд, что я поняла, лучше не уточнять.

– Он не слал их четыре года. Всего пять с тем, что вы порвали.

Тима вдруг хмыкнул и покачал головой.

– Тебе еще не надоела игра в офисный этикет?

Если он имел в виду мое обращение к нему на «вы»…

– Нет. Она меня заводит, – пробормотала я. Последнее просто вырвалось с губ, так как мозг все еще был в режиме «автопилот».

И я совсем не ожидала, что Тима резко свернет на обочину и поставит машину на аварийку. Я также пропустила момент, когда он начал перетаскивать меня к себе на руки. Опомнилась лишь после новой порции упоительно поцелуя. Ну как, опомнилась… Могла дышать!

– Ведьмочка моя, – заворковал Тима, уткнувшись в мой лоб. – Ты меня пугаешь своей скромностью. То есть, когда ты ходила передо мной в развратной офисной одежде, или после того, как я увидел тебя в нижнем белье, стыдно тебе не было, да? И щеки твои не горели. Чего ты добивалась, а?

– Этого, – прошептала я в его губы. И ощутила легкую вибрацию, когда он издал урчащий звук вперемешку со стоном.

– Добилась, – ответил он. – А что теперь так?

– Как? – робко спросила я.

– Я все время думаю, что перегибаю. Боюсь тебя спугнуть.

Он немного отстранился от меня и погладил по щеке.

– Обещаю, что буду сдерживать себя до последнего.

Облизнув губы, я перевела взгляд с его губ на глаза и призналась.

– Насчет себя обещать не могу.

Кронин улыбнулся, но вот в его глазах веселья не было ничуть. Я и боялась в них смотреть, и не могла оторваться. Странное сочетание страха и адского предвкушения.

– Сядь обратно, – попросил он. Даже приказал. – Ходячее искушение.

К радости или нет, но в дом под кодовым названием «Замок» мы приехали, когда уже стемнело.

Сначала Тима завез меня в ресторан, тот самый, в лесу на трассе. На мое предложение набить животы фастфудом, он ответил, что в состоянии накормить свою девушку нормальной едой, а не резиновой. А потом еще выдал мини-лекцию на тему здорового питания, но я не особо слушала.

«Он назвал меня своей девушкой! А-а-а!»

А после ресторана, довольные и сытые мы еще и в супермаркет по пути заехали. Ведь пустой же холодильник, а Тима, похоже, всерьез задался идеей меня откормить.

– Зачем нам два торта? – не унималась я, помогая выгружать пакеты из машины. Их было так много, что Тима даже машину не стал ставить в гараж, а припарковал прямо у входной двери, чтобы ближе было нести.

– Ты же сама сказала. Шоколадный и Наполеон, – аргументировал он.

– Или-или! – выкрикнула я.

– Тогда один соседке занесу, – на полном серьезе произнес он.

А я подумала, и… В общем, зажала.

– Нет уж. Давай сюда!

Выхватив торты, пошла внутрь. С прошлого раза здесь многое изменилось. Запах краски испарился, появились лампы, плинтуса и много нужных мелочей. И хоть комнаты все еще были пустыми, в услугах строителей дом уже не нуждался. Когда я спросила об этом у Кронина, он с довольством подтвердил.

– Да, все готово. На прошлой неделе я занялся безопасностью. Провели наружные камеры, на окнах установили ролеты и подключили сигнализацию.

– Неприступная крепость, – заключила я.

Тима занес последний пакет, закрыл дверь и провернул ключ. Вот и все. Кто-то из нас точно попался!

Выбрав себе за опору кухонную тумбу, я вцепилась в нее руками и посмотрела на него.

– Чем будем заниматься?

И ничего, что между нами был стол с горой пакетов. Я и так чувствовала его прикосновения на себе. На то, как он ласкал меня взглядом, можно было ставить цензуру.

Кронин подошел, положил руки на спинку стула и слегка тряхнул головой, будто пытался избавиться от каких-то мыслей. Я могла себе представить, каких.

– Опасный вопрос, Яна, – произнес он. – Очень опасный.

Я рассмеялась и достала из пакета молоко.

– Предлагаю поставить быстропортящиеся продукты в холодильник.

– Отличная идея! – поддержал Тим, не сдерживая улыбку.

– А потом попьем чай с тортиком? – продолжила я.

– Угу. Замечательно.

– Ну, а после… Посмотрим фильм?

А вот здесь Кронин поморщился.

– Думаю, лучше исключить занятия с горизонтальными поверхностями.

Я на секундочку отвела глаза, изо всех сил борясь со смущением. Боже, у меня не было мужчины пять проклятых лет! Я, как в той сказке, спала волшебный сном. Но теперь явилось это сказочное Чудовище, подарило мне крышесносный поцелуй, и я проснулась. Как теперь контролировать себя? С одной стороны, мне вовсе не хочется произвести впечатление легкодоступной особы, но с другой… Черт! Хочу быть легкодоступной!

– Но нам ведь придется спать вместе, – пробормотала я и напомнила: – Матрас-то один.

Закусив губу, я подняла глаза на Тиму, и застыла. Он шумно выдохнул и за секунду приблизился ко мне. А еще через мгновение, я уже сидела на столе, а он стоял между моих ног и целовал до потери пульса.

– Ты и с вертикальными поверхностями замечательно справляешься, – похвалила я в коротком перерыве.

– Я, правда, думал, что смогу себя контролировать. Раньше же мог.

– Раньше я не делала так, – прошептала ему на ушко и запустила руки под его рубашку. Точеные мышцы и каменный пресс. Стоило представить, что вместо пальцев губы, и из меня невольно вырвался стон.

– Яна! – умоляюще произнес Тима. О нет, останавливаться он точно не хотел. Я очень явственно ощущала его желание и вжалась в него сильнее. А моя похотливая сторона возжелала избавить это превосходное тело от пиджака и рубашки.

Тима застыл, когда я начала расстегивать одну пуговку за другой. Он смотрел на меня обжигающим диким взглядом, с долей вызова. Словно пытался поймать хоть капельку сомнения во мне. А сомнения не было. Я до дрожи в пальцах волновалась, но хотела его. Очень хотела.

Пиджак упал на пол. И мои ладони медленно заскользили по сильным плечам, освобождая их от хлопковой ткани. Шрамы были и здесь. По всей левой стороне его тела. Но меня они не смущали, к моему удивлению, даже напротив – вызывали желание зацеловать каждую полоску, показать Тиме, что для меня он самый лучший, мужественный и желанный.

Так я и сделала. Наклонившись, провела языком по его ключице.

Кронин тихо выругался и зарылся рукой в мои волосы, заставляя поднять голову для поцелуя.

– Ты доигралась, – произнес он в мои губы за секунду до того, как набросился на них.

Он сжал мои бедра, помогая обвить себя ногами. А потом поднял с такой легкостью, словно я ничего не весила.

– Чем тебе стол не угодил? – спросила я, засмеявшись.

– Твердо, – объявил Кронин и понес меня на черный кожаный диван в гостиной. Он сел, а я, оказавшись верхом, теперь ощущала его всего еще сильнее.

Подарив один крохотный поцелуй, Тим начал изучать руками мое тело. А я все еще была одета. Пиджак вдруг стал очень тесным.

Приходилось все время напоминать себе, что спешить нам некуда, напротив, я бы с радостью растянула этот момент до бесконечности. Я упивалась тем, как тепло его ладоней оставляло горячий след на моей коже. Как он раздевал меня взглядом, но при этом его руки действовали очень нежно, почти невинно.

– Почему ты промолчала о гибели своей подруги? – вдруг спросил он.

Я закрыла глаза и разочаровано захныкала.

– Что? Мы должны обсуждать это сейчас?

Кронин расстегнул пуговку на моем пиджаке и удовлетворенно произнес:

– Сейчас, ведьмочка.

– Что за странное прозвище ты мне придумал?

Я честно попыталась сменить тему и отвлечь его. Потому, накрыв мужскую ладонь своей, помогла расстегнуть и вторую пуговку пиджака. Кронин послал мне предостерегающий взгляд, но страшно как-то не было. Ничуть. Потому я потащила его руку выше, чтобы скинуть пиджак с моих плеч.

– Потому что ты меня приворожила, – пробормотал он и потянул за тонкую бретельку платья, спуская ее вниз. Эта игра мне понравилась так сильно, что в какой-то момент я перестала ощущать смущение. – И я не хочу, чтобы ты что-то скрывала.

– Моя подруга, – прошептала я и вновь захватила его руку, медленно опустив ниже, на грудь. – Была бы счастлива знать, что я нашла тебя. Мы любили друг друга, как сестры. И мне становится очень грустно, когда я думаю о ней. Я до сих пор не знаю, что же произошло там, на набережной.

Тима поднял на меня глаза, и теперь они были наполнены решимостью.

– Я все узнаю, Ян, – пообещал он. – И никому не позволю тебя обидеть. Просто хочу внести ясность сейчас. Ты – моя.

Он несильно сжал меня, выбивая очередной стон из груди. И я в согласии закивала.

– Тогда и ты мой.

Тима удовлетворенно улыбнулся, и на этот раз я первая его поцеловала. Но и он больше не бездействовал. Я ощутила легкий холодок, когда верх платья сполз к моему животу. А после и жар на груди, когда легкую ткань заменили его пальцы.

– Нельзя быть такой красивой, – прошептал он в мою шею. А после его руки начали безжалостно исследовали мое тело. Но когда сама я попыталась прикоснуться к нему, он поднял мои кисти над головой и сурово приказал:

– Лежи смирно.

– Но без моего участия у тебя ничего не получится, – дерзко подметила я, на что получила насмешливую улыбочку.

– Нет?

Это прозвучало не иначе, как вызов. Даже самой стало интересно.

Облизнув пересохшие губы, я шумно выдохнула, когда Тима начал стаскивать с меня брюки. И смотрел он при этом на меня взглядом змея-искусителя, отмечая мою реакцию и бесспорно ею наслаждаясь.

– Пока ничего особенного, – соврала я. А когда его пальцы забрались под кружева моих трусиков, еще и добавила без задней мысли: – Я и сама так часто делаю.

Тима на секундочку замер, закрыл глаза, будто пытался удержать свой самоконтроль, и снова посмотрел на меня, жестко сжав челюсти. Он сделал глубокий вдох, в то время как я пыталась не задохнуться от нахлынувших ощущений. Его пальцы достигли пункта назначения, и больше я врать не могла.

– Хорошо, ладно. У тебя это получается лучше.

Его губы дрогнули в намеке на улыбке, а движения руки стали уверенней, напористей. Я пропадала, тонула во тьме его взгляда, но в какой-то момент не выдержала и закрыла глаза, закусив губу. Громкий стон так и рвался наружу.

Еще секунду мои губы горели от боли, а потом попали в плен сладкого поцелуя. Кронин вторгся в мой рот, проглатывая один стон за другим. Я больше не контролировала собственно тело. Оно жило своей жизнью, выгибаясь навстречу умелым ласкам. Мои бедра и грудь танцевали собственный танец, пока пальцы цеплялись за огромную ладонь Тимы. Он беспощадно доводил меня до края пропасти, целуя и прикасаясь в одном ритме.

– Ничего особенного, Яночка, – прошептал Кринин издевательски и тут же придумал новый способ изводить меня. Теперь его губы начали прокладывать путь от шеи до груди, и он не щадил не единого сантиметра моей пылающей кожи.

Я проклинала свой бюстгальтер, но кое-кому он нисколечко не мешал добраться до желаемого. Губы Кронина на мне, его пальцы, запах, тяжесть тела, жадные глотки воздуха, полустоны и кроткие улыбочки, когда я скажу очередную глупость. Мой мозг расплавился. Реальность уплыла, а я сама растворилась в экстазе. К таким ощущениям я не была готова. Слишком много, слишком ярко. А ведь он даже не приступил к главному блюду.

Низ живота стянуло в спазме, и волна возбуждения, прокатившая от головы до кончиков ног, совсем не думала уходить. Тима больше не держал мои руки, сам уткнулся лицом в мою грудь и шумно сопел.

– Это ни ничего особенного, – призналась я.

– Тебе не передать, как я рад, – произнес он с насмешкой и застыл, когда в его брюках вдруг раздалась вибрация.

– Черт! – выругался Тима.

– А мне понравилось! – Я засмеялась и отползла чуть дальше, чтобы он мог достать телефон из кармана.

Послав мне многозначительную улыбочку, он вытащил мобильный и нахмурился, прочитав сообщение. А буквально спустя доли секунды с улицы послышался вой сигнализации.

Я застыла, Кронин чертыхнулся еще раз. Он быстро вернул топ платья на место, чмокнул меня в губы и снял с себя.

– Сиди здесь и не вздумай выходить, – приказал он строго.

Орущая сигнализация, жесткий взгляд моего мужчины и повисшая в воздухе недосказанность нагнали на меня страх.

– Что происходит? – спросила я потерянно, ухватившись за его руку.

Поцеловав мои пальцы, Тима твердо произнес:

– Ничего страшного. Ты в безопасности. Я просто проверю, что на улице. Охрана уже на подъезде.

– Вот они пускай и проверяют, – настояла я.

Но Тима поджал губы и все же вытащил свою руку. Упрямый мужчина!

Он взял со стола ключи от машины, еще раз послал мне строгий взгляд и открыл двери. Разве я могла вот так просто сидеть, когда он пропал из моего виду? Подбежав к кухонной тумбе, достала нож и на цыпочках прокралась к коридору. Конечно, я первым делом подумала об Антоне. Мог ли он выследить нас? От этого психа можно ожидать чего угодно.

Через открытую дверь увидела, как Тим приблизился к машине, обошел ее по кругу, а после зачем-то наклонился, будто заметил что-то под ней. Я подошла к самой двери и тоже присела, пытаясь рассмотреть, что он там увидел. На секундочку даже подумала, что заблудший котенок или щенок мог вызвать сигналку. Но затем Тим нервно заорал:

– Яна, в дом!

И сам кинулся ко мне. Я и опомниться не успела, когда он вдруг набросился на меня, буквально сбил с ног и повалил на пол, полностью накрыв собой. Я сильно ударилась головой, легкие горели от боли, и я ужасно боялась, что могла поранить Тиму выпавшим ножом. Но все это стало неважным в момент, когда произошел взрыв. Уши заложило, земля содрогнулась, и я сдавленно закричала, когда Тима сжал меня еще сильнее. Я даже не видела, что там происходило за ним, ведь он полностью спрятал меня собой от мира. Одно я осознавала четко – взрыв был. Самый настоящий, как в боевиках. И нам просто чудом удалось выжить. А еще я знала… Это мог сделать только Антон.

– Яна? – голос Тимы постепенно вывел меня из шока. Кронин уже скатился с меня, дав доступ кислороду, но продолжал держать за лицо и звать. Я мыслила относительно ясно, вот только все звуки и его голос звучали как под водой.

Я кивнула ему и подняла голову, пытаясь рассмотреть, что произошло на улице. Но мой взгляд наткнулся на горы осколков, оказавшихся на полу вокруг нас. Лобовое стекло машины ударной волной вырвало прямо к нашим ногам. И хоть оно было склеено защитной пленкой, все равно один огромный осколок вонзился в ногу Тимы.

– О Боже, – прошептала я, чувствуя прилив паники. Крови не было видно на черных брюках, но на светлой плитке пола ее было слишком много.

– Все хорошо, – зашептал Тимоша. – Все будет хорошо. Наши будут через минуту. Яна?

– О Боже, – только и смогла повторить. От одной лишь мысли, что я могу потерять самого близкого человека, меня сковал тихий неукротимый ужас. Я начала задыхаться в панике.

– Яна? Посмотри на меня! – закричал Тима требовательно. Только это и помогло мне на секунду сосредоточиться. – Позвони Сереже и скажи, чтобы вызвал скорую.

И он вложил в мою руку телефон. Я ухватилась за это задание, как за спасательный круг. Но вместе с тем, решила, что этого недостаточно. Я должна сделать все, даже невозможное, чтобы помочь Кронину.

Сев, набрала Сережу и зажала телефон плечом. А сама перекатила Тиму на спину и вытащила пояс из его брюк.

– Шеф, две минуты, – послышался напряженный голос Сережи. Он будто знал, что что-то могло быть не так.

– У-у теб-бя есть тридцать с-секунд, – прошептала я заикаясь.

– Яна?

– И с-скорую! – проорала я и выбросила телефон. Его поднял Кронин и более внятно описал ситуацию. А я в это время попыталась перевязать его ногу над коленом как можно туже. Огромный кусок стекла в ноге изо всех сил игнорировала. Убирать его нельзя, слишком опасно.

– Так много крови, – всхлипнула я и закрыла рот ладонью. Мои слезы ничем не помогут, но как бороться с паникой и страхом, я просто не знала. Никакие методы и мысленные уговоры не спасали.

– Яна? – еще раз позвал Тим. – Родная моя, все будет хорошо.

Он сжал мою руку и послал подбадривающую улыбку. Поразительно, насколько сильным и уверенным он был.

– Только попробуй умереть, – пригрозила я.

Он хмыкнул и покачал головой.

– Нет уж, у меня еще планы на тебя, – заявил шеф, и я нервно хмыкнула. А после подъехала машина, в калитку вбежали Сережа, Слава и Боря. Быстро оценив обстановку, они побежали к нам, действуя очень быстро. Скорую ждать не стали. Тиму перенесли на носилках в джип. Заднее сиденье раскладывалось, потому его удалось устроить комфортно, не сгибая ног. Я не отходила от него ни на шаг, и не отпускала руки. Сережа и Боря сели спереди, устроив нам допрос. А вот Слава остался на месте, дожидаясь следователей.

К моему счастью, больница была очень близко. Все же элитному загородному району требовалась хорошая клиника. Я даже не особо удивилась, когда узнала, что она принадлежит Федотову. Все потеряло важность, когда Тима начал терять сознание. И хоть врачи действовали оперативно, новость была неутешительной.

– Он потерял слишком много крови, – сообщил хирург. – Нужен донор. У него третья положительная. Есть желающие?

– Я! – выкрикнула, опережая Сережу. – У меня как раз третья. И точно положительная.

– И у меня, – заверил Сережа. – Давай я лучше, тебе силы нужны.

Покачала головой и непоколебимо пошла вперед, вцепившись доктору в руку.

– Только я. Забирайте хоть всю.

Я бы и почку отдала, и целую ногу, и даже сердце! Впрочем, мое сердце и так уже было у Тимы.

Глава 21

Кронин

Мне что-то снилось. Явно что-то приятное и теплое. Только противный писк то и дело вытягивал из забвения. В голове гудело, в ноге ощущалась пульсирующая боль, но в целом я был в норме. Мне лишь требовалось еще немного времени, чтобы восстановить силы и открыть глаза. Хотя и так уже понял, что нахожусь в больнице Федотова.

Поднять веки удалось с третьей попытки, и что радовало, в глаза не резал яркий свет. Где-то в углу палаты светила тусклая лампа, она и позволила мне рассмотреть лежащую рядом девушку. Мегерка моя неугомонная. Представил, как она крадет из соседней палаты койку и катит ко мне. Улыбнулся. А потом присмотрелся и увидел, что у нее капельница. А я-то думал, смог ее уберечь.

Янина рука была совсем рядом, будто она держала меня, а во сне отпустила. Вовсе не хотел ее будить, когда коснулся, но она вздрогнула и резко распахнула глаза.

– Тима!

– Ты что здесь делаешь? – с укором спросил я. – Ты должна быть дома под присмотром Славы. Он мне обещал.

Она покачала головой и закусила губу. Ее глаза наполнились слезами, и я понял, что ругать эту упрямицу бесполезно.

– Иди сюда, – позвал и поднял руку, чтобы обнять свою девочку. Она сжала меня до боли, но вскоре ослабила хватку.

– Славу и Сережу я домой отправила. Они утром приедут, – зашептала она. – А в больнице Боря остался. И я. Я, Кронин, никуда не уйду. Так и знай.

Выдохнул, погладил ее по голове, вдохнул цветочный аромат волос. Вспомнил все, что было. Как далеко она позволила мне зайти, как дразнилась, при этом смотря невинным взглядом. Я ведь вроде больной… Тело отдыхать должно вместо того, чтобы так мгновенно реагировать на присутствие Яны. Впрочем, я давно перестал удивляться.

Просто она моя – во всех смыслах. Сопротивляться притяжению бессмысленно. На этой неделе, когда Серый принес мне досье на ее бывшего, я окончательно понял, чего в самом деле хочу. Хочу все время ее рядом. Слышать ее обворожительный голос. Видеть ее чистую солнечную улыбку, когда она чем-то довольна. Или ее задумчиво-хитрый взгляд, когда она замышляет очередную пакость. Хочу просыпаться с ней каждое утро. Хочу убрать все преграды и условности между нами. Даже ту чертову стену между кабинетами готов снести. Я просто хочу ее в своей жизни. Никого другого, только мою Яну. Мою любимую мегеру.

– Что с тобой? – спросил и кивнул на капельницу.

– Это для восстановления сил. Я с тобой кровушкой поделилась немножко.

Одна беда… Если теперь я не сойду с ума от вечного стояка, то точно рехнусь, постоянно переживая за нее.

– Это очень глупое решение. У меня для этого есть Сережа. Он уже как-то был моим донором.

– Тимочка, разве это важно сейчас? – прошептала она сдавленно, и я почувствовал влажность на своей груди. Черт!

– Эй, – тихо позвал и потянул к себе ее лицо. Глаза плотно закрыты, нос раскраснелся, подбородок дрожит. – Прости. Я неблагодарная свинья, да?

Она открыла глаза и зло на меня посмотрела.

– Не неси чепухи! Хотя мне вообще все равно, что ты сейчас говоришь. Ворчи себе сколько угодно. Можешь даже наорать на меня или уволить. Все покажется фигней по сравнению с тем, что я пережила.

Она приподнялась на локте и прижалась к моим губам. Жадно и отчаянно. Да, я мог себе представить ее состояние. Моя маленькая поразительная женщина. Сколько лет она была одна, без помощи и поддержки, живущая со страхом, что однажды этот ублюдок вернется за ней. Я безумно счастлив, что судьба свела нас именно сейчас. Потому что теперь я достаточно силен, чтобы оградить ее от всего.

– Я с тобой, – напомнил я. – Никуда не денусь.

Она всхлипнула и снова прижалась ко мне, содрогнувшись в немых рыданиях. Я ненавидел ее слезы, но также понимал, что это хороший способ выплеснуть стресс. У меня был другой. Я копил всю свою злость для того, чтобы потом сцедить ее на врага. Ему точно мало не покажется.

– Это ведь Антон сделал? – прошептала Яна, когда немного успокоилась.

Я все время поглаживал ее по волосам и руке, чтобы она чувствовала мою поддержку. В словах я не силен.

– Не обязательно, – ответил я. – Завтра буду точно знать. Поспи, котенок.

– А говорил, ведьма, – напомнила она.

Улыбнувшись, поцеловал ее в висок.

– Ведьма днем. А ночами нежный котенок.

Она тоже улыбнулась и все же заснула. Я почти сразу за ней. В конце концов, чем быстрее наступит утро, тем быстрее я получу информацию. Слава послал наших людей за уродом, установили слежку. Скорее всего, он, как и в случае с аварией, действовал через наемников. Были у этого мента очень исполнительные люди среди бывших заключенных. Он им сроки сокращал, а они ему платили услугой. Удобно. Но доказательств пока маловато, только слухи местных барыг. Вот теперь будет еще одно в копилку. Машину, которая подрезала Колю, вычислили. Она в угоне, и больше ничего. Лицо водителя на дорожных камерах не видно. В квартире Яны нашли прослушку без отпечатков. Как написал Слава вчера, точно такую же, как у меня в доме. Только у меня еще и камеры поставили.

Не зря я ношу с собой прибор вычисления скрытых устройств. Вот и на прошлых выходных зашел в дом, и в кармане сработал сигнал. Я сделал вид, что ничего не заметил и уехал. Славе и Серому сообщил, и они, устроив помехи, изучили приборы в зале. А потом вернули на место, как будто и не трогали. Отпечатков не нашли, зато вышли на производителя. А тот дал список покупателей. И одно имя, контактирующее с Антоном, у нас уже было. С тех пор оставалось выжидать подходящего случая. И вот он…

Если это Антон, то провокация удалась. Он не смог спокойно наблюдать за нами с Яной. Еще у нее в квартире понял, что нужно действовать. Но когда бы его человек успел установить взрывчатку?

Немного поразмыслил, я улыбнулся про себя. В супермаркете на парковке. Должны быть камеры.

Но если все же не Антон… Тогда Вадик. Этот недоносок, похоже, по уши влез в дерьмо. И в этот раз мне его не вытащить. Значит, пора с ним прошаться.

Посмотрел на мирно спящую Яну и понял, что это даже к лучшему.

Яна

Выходные пролетели быстрее обычного. В субботу ранним утром приперлись эти балбесы непробивные, разбудили Тимочку, а меня выпроводили якобы под предлогом, что мне необходимы блага цивилизации. Но на самом деле я знала, что они будут его грузить частным расследованием. А мне, конечно, никто ничего не сказал. Приходилось по слову все вытягивать у Кронина. И таки кое-что вытянула. Оказалось, что помимо Антона у Тимы своих врагов хватало. Потому проверяли парни разные версии. Полиция тоже подключилась, но от них толку было мало. Констатировали факт взрыва, взяли видео с камер супермаркета, где предположительно могли подсунуть взрывчатку, и на этом все. Камеры ничего не показали, зацепок у полицейских больше не было.

С благодарностью приняв от Славы сумку с вещами, которые передала Аня, я пошла принимать душ в отведенную для Кронина палату. Номер люкс, к слову, при всем желании очень трудно было назвать больничной палатой. Здесь одна ванная была больше, чем моя кухня. Я впервые в жизни приняла джакузи. Устроила себе настоящий релакс с апельсиновым маслом и густой пенкой. А когда вышла, Тиму, к моему удивлению, уже переместили сюда. Округлив глаза, я застыла и поправила на себе полотенечко.

– Привет! – поздоровалась я, будто не видела его час назад.

Кронин сидел посреди огромной кровати, как бы намекая, что с какой стороны я бы ни подошла, все равно окажусь в его объятиях. И он тоже застыл. А потом вдруг схватил подушку и метнул прямо в меня. За доли секунды я успела присесть, избежав удара.

– Это издевательство! – проорал Тима. – Уйди с моих глаз!

– Но я…

– Я же больной! – напомнил он. – Мне нельзя перенапрягаться.

– Да я знаю, просто…

– Яна!

Молча кивнула и ушла в ванную. Поджав двери, прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться вслух. Бедный. Правда, жаль его. А хотя…

Вернувшись обратно, попала под обстрел испепеляющего взгляда. Стоило сделать шаг, и Кронин с глухим стоном закрыл глаза и начал массировать виски.

– Опять голова? – спросила я вкрадчиво и протянула руку к сумке с вещами. Она-то на кресле осталась.

– Опять голова, – зло процедил Тима. А потом все же не выдержал и снова запустил в меня подушкой. На этот раз попал прямо в полотенце. И только чудом мне удалось его удержать на груди.

– Больше бросаться нечем! – позлорадствовала я. – А теперь я, можно, оденусь?

– Нужно. Еще три минуты назад, – строго прикрикнул шеф. А когда я скрылась в ванной, еще и прибавил свое любимое: – Мегера!

И вовсе я не такая! А в милом голубом спортивном костюмчике точно добрая фея. Во! Снегурочка! Да еще и влюбленная. Глаза блестят, щеки горят, губы жаждут поцелуев. Правда, волосы пришлось пальцами расчесывать, а они у меня после такого обращения высыхают львиной гривой. Ну и ладно!

Попытка номер три удалась. Тима придирчиво меня осмотрел, но злого слова не сказал. А я собрала подушки, заползла к нему на кровать и устроила их поудобнее за его спиной. Сама села рядом и несмело потянулась к голове больного.

– Здесь я точно смогу помочь, – заворковала и запорхала пальчиками по его голове.

Босс, наконец, расслабился, прикрыл глаза и положил руку на мое бедро.

– Если честно, ты мне лучше не делаешь, – пробормотал он. – Но все равно не останавливайся.

Улыбнулась. Я и не думала!

Разгладила его морщинки на лбу, обвела скулы, нос, челюсти, подобралась к губам. Не удержалась и поцеловала.

Кронин лишь мгновение бездействовал, будто не понял сразу, что происходит, а потом все же ответил. Поцелуй был медленным, нежным и сладким.

– Ты очень меня напугал, – призналась я, прижавшись к нему как можно ближе.

– Все чепуха, – заверил он и шутливо добавил. – Я, кажется, сделан из стали. Некоторые части так точно.

Хохотнув, я чмокнула его в лоб и продолжила массаж, помогая Тиме заснуть.

– Все равно не честно. На мне и царапины не осталось, а тебе неделю в койке лежать и новый шрам.

Он немного напрягся, а я запоздало поняла, что зашла на кривую дорожку.

– Впрочем, шрамы украшают мужчину, – шепнула я, а Тима вновь открыл глаза, задумчиво меня рассматривая.

– Тебя они раздражают? – спросил он, имея в виду свои полоски.

Странный вопрос. И неожиданный. На секунду я даже растерялась, не представляя, что ему ответить.

– Они просто… Ну не знаю, часть тебя. Нет! Не раздражают ничуть. И раньше тоже никогда. Но очень раздражает твое нежелание поделиться с ближним своей историей.

Тим вновь опустил веки, а спустя мгновение, что-то себе надумав, фыркнул.

– Что?

– Ничего. – Он перехватил мою руку и поцеловал. – Пускай лучше шрамы будут на мне, чем на тебе.

– Переводи тему сколько угодно, – игриво пропела я. – Все равно все выведаю!

Он улыбнулся уголком губ, но больше ничего не ответил. Ни звука не произвел. Заснул.

А в воскресенье все повторилось. Утром приперлись добры молодцы, меня в сопровождении Бори выпроводили в ресторан, чтобы набрала побольше вкусненького для себя и босса. А когда я вернулась, принялась кормить своего мужчину и заодно вытягивать новую информацию.

– Ну что? Что они нарыли?

– Ничего существенного, – угрюмо ответил Тима. – Но тебя это не должно волновать, котенок.

Он погладил меня по руке, чмокнул в губы и продолжил есть. Нет, ну меня такой ответ не устраивал.

– Я твой доверенный человек, между прочим, – напомнила я.

– Я тебе доверяю, – заверил Тим. – Но и ты мне доверяй. Если есть вещи, в которые я не хочу тебя посвящать сейчас, то так будет лучше. Поверь. К тому же, у меня есть для тебя действительно серьезная работа.

Я даже тарелку отставила и пытливо посмотрела на босса.

– Какая?

– Побудешь моим замом пару дней.

И сказал он это так бесстрастно, что можно было подумать, будто ничего такого важного он мне не поручал.

– Ты с ума сошел? – тихонечко спросила я. – Почему я? Я же только… Я не смогу! Попроси Славу!

– У него командировка.

– Тогда Сережу.

– Он занят расследованием.

– Борю, Ника, да у тебя полно мужчин.

– И ты их главный менеджер, – ответил Тима уже посмеиваясь. Его мое волнение веселило.

– Погоди, у тебя что же, нету зама на такие случаи? Ну как так?

– Почему же, есть. Слава. Но у него командировка.

Когда я раздраженно зарычала, Кронин со снисходительной улыбочкой добавил:

– Естественно, одну я тебя не отправлю. Боря и Ник будут тебя бдить круглосуточно. И ты должна мне пообещать, что не станешь никуда передвигаться без них. Ты же у меня умная девочка, сама понимаешь, что после случившегося лучше не высовываться.

Кивнула. Но потом поморщилась и высказала свои сомнения:

– А давай я лучше здесь с тобой до полного выздоровления останусь? А офис вообще закроем?

Тима выдохнул и поджал губы.

– Корпорацией будет заниматься Вадим, пока меня нет. Твоя задача не допускать его в наш отдел и держать подальше от моего ноутбука и документов.

– Если бы он хотел, то давно бы подкупил уборщицу и порылся бы как следует.

– Я уже говорил, что уборщице доверяю. Она получает достаточно хорошо, чтобы отвергнуть любые предложения взятки. К тому же, как-то я оплатил операцию ее сыну, и она мне признательна. А сына, как только он выздоровел, я взял к себе.

– Кто он?

– Витя, наш хакер. И Витя, к слову, специализируется на сигнализации. В данном случае не деньги играют роль, а человеческий фактор. Я им верю.

Ну что мне оставалось. Раз велено быть замом, буду замом. Хотя неожиданно.

– А мне что клиентам говорить?

– Клиенты обычно связываются со мной напрямую. Уже через неделю я смогу возобновить работу. Потерпят. А у тебя будет возможность довести дело Тян. Парни помогут.

По взгляду Тима поняла я, что спорить бесполезно.

– Хорошо, я поеду на работу. Но вечером буду приезжать к тебе.

Кронин поначалу кивнул, но потом внес неожиданную поправочку:

– Ко мне в квартиру. Она хорошо охраняема, и там тебе будет удобнее.

Ну ваще!

– Я, одна, в чужой квартире? Ну нет!

– Я тебе что, чужой? – с прищуром спросила Тима. С недовольным таким, злым прищуром.

И ведь не возразить. Покачала головой.

– Вот и решили, – подытожил босс. А я еще неугомонная мегера.

– Осталось только одно выяснить, – заключила я. – Отчего у вас с братом такая вражда? Что он тебе плохого сделал?

Кронин отвечать не хотел совсем. Я видела и чувствовала. Но продолжала молча смотреть на него, в надежде, что он даст мне хоть что-то.

– Он просто пошел по стопам отца, – наконец произнес он. – А я нет.

Возможно, мне бы даже удалось узнать больше, но в двери палаты постучали. Показалось взволнованное лицо Бори.

– Тимофей Андреевич, к вам пришли родственники.

Уже на этих словах я встала с кровати и выпрямилась как по струночке. Больше Борис не успел ничего объяснить, кто-то толкнул дверь, и показались знакомые лица. Первым делом вломилась лиса-Алиса, а сразу за ней Вадик. И, вот они, родственники?

– Тимоша! – вскрикнула лиса и тут же скривила мину при виде меня. – А ты что здесь делаешь?

И столько претензии в голосе, что я даже онемела на мгновение. Вот же с… сучка она, че уж!

– Яна привозила мне документы, – ответил вместо меня Тимофей. При этом голос его звучал строго и непривычно холодно. – И уже уезжает. Боря, проводи.

И пока я все еще пыталась осмыслить резкую смену поведения моего как бы парня, амбал Борис подошел, взял дорожную сумку с моими вещами и мягко подтолкнул к двери.

– Может, давай я подвезу? – предложил Вадик, попавшись мне на пути. И взгляд его был хитрющим и даже немножко насмешливым. – Все равно долго не задержусь.

– У Яны еще есть поручение, потому отвезет Боря, – отрезал Кронин безапелляционно. Я напоследок взглянула на него, но он уже был увлечен разговором с Алисой. А эта подлая зараза залезла к нему на кровать и полезла целоваться.

Дальше досмотреть не дали. Боря ускорил шаг и быстро меня вывел. А в коридоре оцепеневшая я наткнулась на Сережу.

– Ты же уехал, – на автомате произнесла.

«Так, стоп! Почему я оставила своего парня наедине с лисой?»

– И вернулся, потому что Боря вызвал. Ну что, идем? Все по дороге объясню.

Он взял меня под руку, но я приросла к полу, не сделав ни шага.

– Объясняй здесь, – потребовала и взглянула на часы. – Только четыре дня, я хочу остаться с Крониным до вечера.

Сережа устало вздохнул и посмотрел на Борю, наверное, помощи искал.

– Ты же сама слышала, что он сказал, – вставил тот.

– А еще я слышала, как он это сказал, – процедила я парню, и он отпрянул.

– А вот это я и объясню, – пообещал Сережа. А потом наклонился и шепнул: – Если сейчас не пойдешь со мной тихо, закину на плечо и понесу. Я тебе не Кронин, и даже не Слава. Церемониться не стану.

Вот услышь я это от Антона, меня бы уже колотило от страха. А Сережа при всем его бандитском виде вообще не пугал. Дело наверное в том, что я не так давно видела его в одних трусах со звездочками. Да и Тима ему доверяет. И я должна.

Покосилась еще раз на дверь палаты, услышала оттуда заливистый хохот Алисы и послала Серому убийственный взгляд.

– Яна! – неожиданный оклик прервал Сережу, который уже открыл рот, но так ничего и не сказал. В конце коридора клиники показался Федотов. Какая встреча!

Быстро приблизившись, мужчина с недовольством посмотрел на руку Сережи на мне, а затем щедро улыбнулся.

– Милая моя девочка, я слышал, что произошло. Ты сама-то хоть не пострадала?

Я покачала головой, а он взял мою вторую руку и потянул к себе. Сережа мог бы меня отпустить, но не стал, тем самым дав понять Федотову, что я под его опекой. Вот так я и оказалась в странном положении зажатая между двух мужчин, которые мне ничуть не нравились. А тот, который нравился, был зажат лисой в другой комнате. Абсурд какой-то!

– Нам пора, – напомнила Сережа.

Федотову это ну очень не понравилось. Насупившись, он на полном серьезе меня спросил:

– Яночка, одно слово, и я заберу тебя и отвезу, куда скажешь.

Он достал из кармана телефон, нажал вызов, но не стал говорить, а продолжил вопросительно смотреть на меня. Признаться, на одну секундочку у меня промелькнула вредная мысль обидеться на всех и сбежать с садистом. Знаю… Звучит странно. Но, в конце концов, спасибо здравому рассудку, он победил.

– Аркадий, спасибо за заботу… – Краем глаза заметила, как за спиной Федотова выросли два «шкафа». И ощутила, что со спины подошел Боря. Вот только мордобоя под конец дня не хватало. – Мне, и правда, пора.

Сказала и премило улыбнулась.

– Еще кое-какие поручения от босса выполнить нужно. А завтра на работу с самого утра. Сами понимаете.

– Конечно, – ответил он не очень радостно, но более расслабленно. – Но если ты в чем-то не уверена, то я…

– О безопасности Яны забочусь я, – раздраженно вставил Сережа. – Если есть сомнения, можете высказать их Кронину.

И с этими словами он все же оторвал меня от Аркадия и повел вперед. Я помахала садисту ручкой и охотно пошла.

– До завтра, Яночка! – крикнул он мне вслед.

И дежурная улыбка сползла. Его только мне завтра не хватало.

– А можно его как-то не впустить в офис? – шепнула я Сереже.

– Организуем, – строго ответил он и помог мне сесть в машину.

Я даже не стала ждать ровной дороги трассы, а тут же потребовала разъяснений.

– Что она вообще здесь делает? Что ей, черт возьми, от него надо?

– Тим мне потом за это вставит, но тебя я боюсь больше, – шутливо произнес Серый. – К тому же, подружка у тебя клевая. И котлеты ее меня покорили.

– Открою тебе страшную тайну, это были не котлеты, а женское коварство. Но ты мне зубы не заговаривай, а давай к сути. А то так Вере и передам, что ты поощряешь измены. А у Верочки на этот счет строго.

Серый закатил глаза и раздраженно произнес:

– Да какие измены? Эта вешалка пороги Кронинского кабинета уже год оббивает, и без толку. А тебе и недели хватило, чтобы Тим на всех смотрел волком и рычал.

– А что, он такой не всегда? – удивилась я. И по взгляду Сереженьки поняла, что далеко не всегда. Ну надо же! А со мной с первого дня.

– Короче! – начал он. – Фельдман Алиса – дочка Давида Давидовича. Имя о чем-то говорит?

Покачала головой. И Сережа поморщился.

– Тим меня придушит.

– Говори уже, я тебя не выдам. Честное бандитское!

Он с прищуром на меня посмотрел и снова уставился на дорогу.

– А говоришь, не знаешь ничего. Фельдман в начале двухтысячных весь город держал под собой. И папа Тима был с ним. Чем занимались – сам толком не знаю, потому и тебе говорить не буду. Но точно не розами торговали. Поняла?

Кивнула.

– Поняла. А теперь?

– Лет десять назад их власти разогнали, прижали, и они ушли в тень. Кронин старший умнее оказался, сразу за границу свалил. Сначала в Англию, потом в Германию, и теперь вот во Францию. А Фельдман здесь остался. В политику пошел. Опять же, деталей не знаю. О мотивах Алисы вообще не ведаю. Это Славу допрашивать надо, он у Тима подружка по секретам. Видимо, Алисе нужны бабки, раз она в Кронина вцепилась.

Содержательная оказалась беседа. Весьма. Если честно, я пребывала в таком неопределенном состоянии шока, что и ответить ничего толкового не могла, и новых вопросов тоже не возникло. Выходит, все это время… Мой Тима был связан с бандитами. И отец его. И Вадик. И Алиса эта. И тот же Сережа. Все они по уши повязаны в криминале. И желания исполняют далеко не чистых на руку людей.

– Ян? Что-то ты странно притихла, – настороженно спросил Сережа.

– Ты здесь останови, я домой пройдусь, – произнесла я, глядя перед собой на однотипную дорогу.

Серый выругался.

– Не надо было тебе говорить. Напугал только. Тебе-то переживать нечего, – заверил он. А у меня тотчас перед глазами возник взрыв. Я тогда и до сего момента на девяносто девять процентов была уверена, что это Антон. А оказывается, помимо него в этом мире еще полно мразей. Да он по сравнению с ними цветочек.

– Главное сейчас не афишировать ваши отношения. Какими бы они у вас не сложились, – продолжал говорить Сережа. – Мне Тим дал четкие указания держать тебя подальше от Вадика и их отца. Ты просто наша сотрудница, одна из многих. Поняла?

И опять кивнула. Чего ж тут непонятного?

– Яна? – позвал меня Сережа. А когда я обернулась, он недовольно нахмурился. – Ну что не так?

В самом деле, что может быть не так? Сначала на меня поспорил парень-псих, потом погибли бабушка и лучшая подруга, а мама окончательно во мне разочаровалась. После меня начал преследовать все тот же парень-псих, и в момент, когда я думала, что хуже быть не может, в моей жизни появился лучик света, надежды и любви. Я думала, судьба подарила мне шанс стать счастливой… А в итоге, она просто продолжает издеваться. Мой любимый босс если не сам бандит, то вся его семья, его люди, его клиенты – все они плохие люди. И где-то в этом тайфуне затерялась маленькая беспощадная я. Во что я опять вляпалась?

Но вместо того, чтобы спросить об этом Сережу, выдавила дежурную улыбку и соврала:

– Все отлично. Ты меня домой все же отвези, пожалуйста.

Он шумно выдохнул, завернул за угол здания и подъехал к шлагбауму. Показав что-то охраннику в будке, тронулся дальше, как только проезд был открыт. Местность мне была совершенно незнакомой. Но я будто оказалась совсем в другом городе. Здесь имелись современные высотки, узкие, но чистые улочки, много деревьев, цветов. Повсюду светились яркие вывески. Я увидела супермаркет, спортивный зал, ресторан, зоомагазин, туристическое агентство и еще кучу всего, что могло понадобиться человеку, если он вообще не собирался выезжать из этого микрогородка. А потом мы въехали в подземный паркинг, и Сережа, наконец, остановился.

– Приехали.

Глава 22

Я, конечно, понимала, куда меня привезли. И даже помнила про данное Кронину обещание. Но теперь подниматься в логово босса не особо хотелось. И что я там обнаружу? Скелеты в шкафу? Пистолеты в тумбочках?

– А давай все-таки ко мне? – с надеждой попросила я. – Там все хорошо будет, я знаю. И ты будешь рядом. По соседству.

Серый послал мне виноватую улыбку и покачал головой.

– Здесь я с Тимом согласен. Если этот мент открыл на тебя охоту, я могу прозевать. Тем более, когда буду с Верой. А если я тебя прозеваю, Яна, то я труп.

Так и застыла. Черт бы меня побрал! То есть, мой Тима еще и на убийство способен.

– Нет, Ян, это я фигурально, – начал оправдываться Сережа. Видимо, испуг мне никак скрыть не удалось. – Яна, ну что ты себя уже накрутила?

Покачала головой.

– Я не хочу больше ничего знать, – прошептала я. За эти годы одно я усекла наверняка – меньше знаешь, крепче спишь. Конечно, одно дело узнать получше своего возлюбленного, но совсем другое ввязаться в разборки бандитских кланов. А я как раз попала в самый эпицентр. – Не говори больше ничего.

– Да я…

– Ни слова! – требовательно попросила и протянула руку. – Давай ключи. Все равно не отстанешь.

– Ключей нет, – ответил Сережа и вышел из машины. А когда вышла и я, он поманил меня за собой к лифтам. Притом, один из них уже прибыл, но Сережа приложил палец к странного вида кнопке, и дождался приезда второго.

А когда мы вошли внутрь, вместо привычных кнопок, была только одна – для связи.

– Сергеев, – произнес он. И ему сразу же ответили:

– А с тобой кто?

– Ну кто-кто? А то ты не знаешь, кто, Вить!

– Голос записать нужно.

Сережа посмотрел на меня, подозвал ближе и дал указания:

– Громко и четко назови свое имя.

Я хоть и чувствовала себя странно, будто оказалась в фильме про шпионов, но все же назвалась.

– Панкеева Яна Васильевна.

– Записал, – ответил Витя.

И только тогда лифт начал подниматься.

– Как это все работает? – шепнула я Серому. Он конспирироваться не стал и ответил громко:

– Подняться на лифте могут только свои, Ян. А какие входы-выходы в пентхаус есть еще, тебе лучше не знать. Для твоей же безопасности.

Я облизнула пересохшие губы.

– Пентхаус?

– Высоты боишься? – с насмешкой спросил Сережа.

Я поначалу покачала головой, но по правде говоря, просто не имела возможности взобраться куда-то настолько высоко. Дома в самом деле были огромными.

Доехали мы быстро. А когда двери открылись, я попала на пост охраны. Точно такой был на первом этаже корпорации. Люди в форме, турникет, арка металлоискателя. В общем, перебор. Явно перебор.

– А выйти я отсюда смогу? – возник вполне резонный вопрос.

Сережа послал извиняющийся взгляд мне, а потом сурово взглянул на двух охранников:

– В лицо запомнили? Охрана объекта, уровень «А».

– Что еще за уровень «А», Сергеев? – возмутилась я, когда он подтолкнул меня к турникету. – Не, ну полный атас! А давай позвоним господину Кронину, а? Я хочу обратно домой!

– Не позорь меня, – шепнул он и покосился на строгих парней в форме. И я затихла, сделав ему такое одолжение.

А потом мы прошли через толстенную бронированную дверь, и все же попали в пентхаус. А такое чувство, что в родной офис. Точно такой же аквариум и даже мебель в том же стиле, будто в одном месте закупали. Я, конечно, может, совсем губу раскатала, но квартирка мне показалась не такой уж большой, как нарисовало воображение при страшном слове на букву «п». Не футбольное поле. И даже не половина. Скорее, как просторная комфортная «трешка» современной планировки. А вот вид из панорамных окон завораживал. Весь город как на ладони.

И хоть все было красиво и стильно, я не почувствовала здесь Тимы. Впрочем, как и в его доме. Лишь пустые стены и строгая мебель.

– Так, а теперь давай звонить! – потребовала я и достала телефон.

Сережа его выхватил и покачал головой.

– Не нужно. Ну чего ты хочешь? Домой? Зная Кронина, я тебе скажу, что ты уже дома.

– В смысле? – Не поняла, поставила руки в боки.

– В смысле, что ты первая особь женского пола, которую он сюда пустил. Сейчас еще больше скажу, готова?

Приятно, конечно, было. Но и страшно тоже. Потому я неопределенно пожала плечами.

– Даже Аню! Даже Аню он сюда не звал. Она обычно дальше охранников не проходила. А ты здесь. Одна. И вся квартира в твоем полном распоряжении.

И сказал все это Сережа с явным намеком на то, что я могу здесь похозяйничать, порыться в ящичках, в нижнем белье босса. А я что, глупая?

– Угу! И скрытые камеры, небось, на каждом шагу.

– Не-а! – заверил Серж. – Напротив, блокаторы сигнала. И сотовый работает только у охраны и в спальне.

– Ага! Значит, в спальне у него блокатора нет! А значит, и камера есть!

Сережа послал мне снисходительный взгляд и засобирался к выходу.

– Чтобы Тим разрешил всем нам наблюдать за тобой в спальне? Ты точно переутомилась. До завтра!

И потянул за ручку двери.

– Эй! Как до завтра-то? А мои вещи? А про…

– А все уже тут! – довольно объявил этот бандюга. – Вещи твои и продукты, которые вы закупили, еще вчера перевез. Привыкай! У него все продумано.

И с этими словами Сергеев ушел, опять оставив меня в изумленном шоке. Это состояние появляется слишком часто с тех пор, как я ввязалась с корпорацией «Элит».

Обреченно застонав, потерла лицо ладонями и пошла изведывать новую территорию. А идею про скрытые камеры я все же не отпустила. Мало ли. В общем, я собиралась себя вести исключительно прилично. Честное слово, собиралась…

Кронин

Встреча с Алисой вымотала похлеще трехчасовой операции. Раньше ее настойчивость впечатляла. Эта девушка, сколько ее помню, всегда добивалась желаемого. Пускай и странными методами. Но сейчас я вдруг понял, что это не настойчивость, а упертость на грани с дурью.

Теперь она и Вадика склонила на свою сторону. Даже притащила договор на подпись. Не знаю, на что она надеялась, чем вообще думала, но ее действия возымели обратный эффект.

И хоть ушла она в слезах, громко стукнув дверью и пообещав, что я еще пожалею, брачный договор все равно оставила на тумбочке. Один приятный вывод из встречи я все же вынес. Вадик к взрыву не причастен. И к аварии на трассе тоже. Он и не думал скрывать своей радости, когда увидел мою перебинтованную ногу. Злорадствовал, что теперь, наконец, сможет вдоволь насладиться властью. На что я ответил, что буду ему признателен, если он не разгромит корпорацию за неделю моего отсутствия. Я все же его немного знаю, он бы и не показался здесь, если бы хотел меня убить. Другой вопрос, что мы друг друга на дух не перевариваем…

На одну секундочку мне даже показалось, что мы оказались на одной волне. Вадим пожаловался на отца за то, что тот слишком многое от него требует. Но когда брат начал перечислять все плюсы от брака с Алисой, я понял, чего он в самом деле добивается. Вот это уже его метод. Малолетний молокосос думает, что очень умный и владеет даром переубеждения. Как только я его спровадил, принялся изучать договор на предмет подводных камней.

Ситуация у Фельдманов складывалась малоприятная. Они были на грани отчаяния, и в этом заключалась самая большая опасность. Дед Алисы, в прошлом криминальный авторитет, болен смертельной болезнью. Жить ему осталось недолго. Капитал, имущество и все, что у них есть – все принадлежит старику. Даже то, что скопил отец Алисы в свое время. Не знаю, на какой почве между ними возник камень преткновения, но в итоге дед решил передать наследство внучке. При одном условии: она будет замужем. Список женихов Фельдман старший составил сам. И по каким-то непонятным мне причинам, там оказался я. Приближенный к семье и надежный, как выразилась Алиса. А еще самый молодой из всех ее «женихов». Одна беда – несговорчивый.

Допустим, моя смерть ей не выгодна, значит, к нападению и она не причастна. Но что будет, если эта беспринципная особа узнает про Яну? Про то, что я с ума схожу в присутствии этой девушки? Что все мои мысли днями и даже ночами заняты только ею? Яна… Единственная для меня.

Дочитав последнюю строчку, я отложил договор и посмотрел на часы. Проснулся в пять утра от адской боли, так и не смог заснуть. Зато нашел себе развлечения, вчитываясь в пункты «документа». Алиса, похоже, размечталась. Я фактически превращался в ее домашнего питомца с годовым содержанием в полтора миллиона. Эта женщина не вызывала ничего, кроме раздражения. Я даже попытался мысленно сравнить ее с Яной, а потом бросил это бесполезное занятие. Яна в принципе неповторима.

Девять утра. Значит, она уже должна быть на работе. Улыбнулся своим мыслям и снял с зарядки телефон. А когда включил, меня ждал сюрприз – входящее сообщение. Видео!

«Кронин!» – послышался за кадром голос Яны. Сонный и усталый. Жаль только, ее самой видно не было, я бы на это посмотрел.

«Ты жестокий человек, Кронин» – продолжила она, неся телефон в спальню. Показала мне знакомый вид из окна и перевернула камеру на себя.

Я хохотнул, увидев ее взлохмаченные кудрявые волосы. Так и знал. Ведьма она! Красивая. Яна почти выронила свой телефон, и я разглядел свой халат на ней. Вот кого нужно бояться. Эта девушка меня убивает!

«Ты на что меня развел? Знаешь, я жила не супер, но хотя бы могла приходить и, самое главное, уходить из своей квартиры, когда мне того хотелось. А теперь? Возомнил себя Посейдоном и посадил меня в аквариум, да? Мы так не договаривались! Ну, пеняй на себя. Будем проводить досмотр вместе».

Это была угроза. Яна поставила телефон на тумбочку и начала рыться в ящиках, активно комментируя каждый шаг.

«Шорты, труханы, майки, футболки, еще футболки… О! Вот эта мне нравится».

Я застонал, когда она полностью сбросила халат и надела мою футболку. Спасибо, что хоть белье на ней было. Но и этого хватило, чтобы я окончательно проснулся. Везде. Едва ли моя вещь прикрывала ее бедра.

«А что у нас здесь? Парфюм? Не этот. Нет. Не тот. Во!»

Она взяла мои любимые духи и прыснула на себя. Потом подумала, глянула в кадр и прыснула еще, а после обрызгала все подушки и постель со словами «Я здесь спать буду!»

В общем, она безжалостно (как она думала) мстила, распространяя дорогой аромат по всей комнате. И даже ничуть не было жаль. Напротив, я проникся. Кажется, она в той же стадии помешательства, что и я.

«Словом, скучно у тебя здесь. Чем развлечься предложите, Тимофей Андреевич?» – выдала претензию моя мегера и, забрав телефон, зашагала в гостиную. Пульт от телика ей так и не покорился, как она выразилась, и Яна прошествовала в мой кабинет. И вот тут я слегка напрягся.

«Как ты мог, Тима?» – недовольно заявила она, заметив на тумбе старый портрет мамы. Одну из последних ее фотографий. «Кто она? Ее ты в рамочку поставил. А меня?» – горестно вздохнула и осмотрелась. – «Меня в высокой башне запер».

Не долгой была ее печаль, потому что через секунду она заметила мой ноут и со вскриком «О!» побежала его открывать.

Я так и застыл, ожидая ее реакции. Она поначалу подленько улыбалась моей любимой улыбкой, но когда ноутбук включился, Яночка в шоке округлила глаза. Я не боялся, что она наткнется на ненужную ей информацию, для этого нужен пароль. Но вот на заставке была ее фотка, снятая тайком, когда она спала. И это могло ей не понравиться. Сильно.

Но Яна и здесь меня удивила. Положив голову на стол, она с мечтательной улыбкой рассматривала свою фотографию, а потом, видимо, вспомнила про запись, посмотрела в камеру и сообщила:

«Ладно, я тебя прощаю».

И к моему величайшему сожалению, на этом видео закончилось. Я просмотрел его еще разок, особенно в месте, где она надевала мою футболку. И пришел к одному важному выводу. Яна со скоростью света ворвалась в мои мысли и в какой-то момент заполнила собой всю мою жизнь. Она стала ее смыслом, которого я не видел раньше. И я, черт возьми, не имею права потерять эту девушку.

Набрал ее номер и даже дыхание затаил, пока она не ответила.

– Алло? – испуганно прошептала моя мегерка.

– С чего бы начать? – задумчиво протянул я.

– О нет! – простонала Яна. – Я же молилась, чтобы ты не заметил видео!

– Посейдону молилась? – уточнил я. И она снова застонала. – Надо было ему!

– Тима, ну прости! У меня был стресс.

– А теперь стресс у меня, – пожаловался я и покосился на свой стояк. – Огромный и болезненный.

– Зато я почти не опаздываю на работу. Да, Сереж?

Хорошо, что Серый был с ней. И еще лучше, что я сразу расписал все, что с ним случится, если он косо посмотрит на мою Яну.

– Все! Мы уже почти на месте. В лифте связь пропадет, скорее всего. Перезвонить?

– Я сам. Сразу после осмотра врача.

– Хорошо, – уже серьезней ответила она. – Я думаю, нам есть что обсудить.

– Еще бы. Ты мне только одно скажи. – Я улыбнулся, но быстро вернул серьезный голос. – Духов хоть немного осталось?

– Я куплю новые, – совсем жалобно ответила она.

– Не-е-ет, не надо, – довольно протянул. – Просто будешь мне должна!

Глава 23

Понедельники я по обыкновению любила, но не этот. И дело даже не в стыде, с ним я справилась. А вот как быть с братом Тимы, который возомнил себя пупом земли, я не знала.

Войдя в родную приемную, первым делом увидела Вадима сидящего на столе у Ирочки. Он прямо таки сидел и в открытую флиртовал с помощницей. Видать, все же не телефон стоматолога она ему тогда давала.

– Вчера был прекрасный вечер. Надо обязательно повторить. Как насчет сегодня? Украду тебя сразу после работы, м-м-м?

Он взял ее руку и притянул к себе, и Ирочка не особо-то сопротивлялась. Она так была увлечена собеседником, что не сразу и меня заметила. А меня с моей неукротимой львиной гривой не заметить – это надо талант иметь.

Лишь когда я кашлянула, они оба напряглись и уставились в мою сторону. А я, между прочим, временный зам ген-дера!

– Доброе утро, Вадим Андреевич, – премило поприветствовала я, а на Иру и не взглянула. Сорваться боялась.

– Доброе, – согласился он, осматривая меня с насмешкой. А потом даже не постеснялся, указал на мои волосы. – Экзотично!

Махнула рукой.

– Ох, да, вчера была сумасшедшая ночка. Но сегодня я готова работать. Тимофей Андреевич предупредил, что назначил меня временным руководителем отдела?

Вадик хмыкнул, осмотрел меня нескромным взглядом с ног до головы и только сейчас слез со стола Иринушки.

– Предупредил, – произнес он вовсе не радостно. – Полагаю, ты и кабинет его займешь?

Ну, таких указаний у меня не было, зато было одно четкое – не впускать шпиона на нашу территорию. А раз стол в приемной занят, то мне ничего больше не оставалось.

– Всего на неделю. Думаю, после Тимофей Андреевич захочет вернуться.

– Даже и не сомневайся. Наш Тиран закоренелый трудоголик.

Он подмигнул Ире, и та хихикнула. Ну погоди у меня, я тебе устрою!

– Что ж, если будут какие-то замечания или предложения, вы знаете, как со мной связаться, – заявила вконец раздраженная я.

Вадик кривовато ухмыльнулся и подошел ко мне так близко, что я ощутила аромат кофе, которого мне так безумно не хватало!

– Бурная ночка, говоришь, – зашептал он томно, ничуть не беспокоясь об Ире. – А я-то думал, ты Кронина собралась заарканить.

Вопросительно вздернула бровь. Заарканить? Я? Угу!

– Он мой босс, – по секрету поделилась я и сразу вспомнила вчерашние предостережения Сережи. Никто о нас не должен знать, если не хочу проблем. – Я работаю на него. Но делаю это добросовестно. Вот и все.

Вадим с минуту меня разглядывал, будто что-то взвешивал, и, в конечном итоге, пришел к определенному выводу. Вывод мне ничуть не понравился.

– В таком случае, для меня еще не все потеряно, – совсем тихо обронил он, почти у самого моего уха. Обезбашенный парень! С одной пофлиртовал, а потом на ее же глазах ко второй начал подкатывать.

Вадим ушел быстро, к моему счастью. Колкий ответ так и крутился на языке. Но с этим кадром все же лучше не связываться.

– Ты! – ткнула пальцем в Иру и указала на двери Кронина. – В кабинет. Живо!

Она, сразу поняв, что ее будут ругать, потупила взор и молча пошла следом. Кабинет Тимы оказался заперт, но не зря же Сережа дал мне пароль от кодового замка. Он-то сказал на всякий случай, но я посчитала, что это он самый.

– Ира! – вкрадчиво начала я.

– Слушай, тебя Кронин случайно не кусал? – жалобно спросила она.

– Не поняла!

– Ну, просто, ты смотришь так же, как и он. И даже интонация точь в точь такая же. В общем, страшно мне!

– А с руководством заигрывать, значит, не страшно было да?

– Да он сам пришел! – начала оправдываться девушка. – Вчера позвонил и…

Я остановила ее жестом руки.

– Ира, здесь никого особо не волнует твоя личная жизнь. Но только, если она не помешает работе. А в данном случае, краткосрочная, а другой поверь, она быть не может, интрижка с братом генерального директора пользы нашему отделу не принесет.

Я умолчала о холодной войне между братьями, мне вполне было достаточно делового кодекса, который я сама, к слову, игнорировала. Испытывала ли я угрызения совести по этому поводу? Ничуть! Я свою сторону давно выбрала. А вот Ире надо было определиться прямо сейчас.

– Это не шутки. И не моя прихоть. Если об этой связи узнает Кронин, считай, что ты уволена. Возможно, Вадик возьмет тебя к себе, но поверь на слово, Тимофей Андреевич расценит это не иначе, как предательство. А с предателями у нас в корпорации строго.

Я сложила руки на груди, всем видом выражая непреклонности.

Ира вздохнула, понимающе кивнула и засобиралась обратно, но у двери остановилась.

– Я сюда ради Вадима пришла.

Опа! У меня даже руки опустились. Вот так сюрприз. Ира развернулась и стала кусать губы, отмечая мою реакцию. Мне ее прибить хотелось жуть как. Все это время она, значит, об этом гаде думала.

– Мы с ним в одной школе учились, – начала говорить она робко. А я не стала перебивать. Хотелось услышать всю историю. – Только я на год младше. Он и не вспомнил меня, Ян! Конечно: я повзрослела, покрасилась, преобразилась. Но как можно забыть девушку, у которой ты был первым?

Я будто увидела Иру совсем другими глазами. Раньше не замечала той грусти, которая сейчас собралась слезами на ее глазах.

– Понимаешь, я в него с шестого класса была влюблена. И только в десятом, когда подвернулся случай, смогла обратить на себя его внимание. Эта была какая-то вечеринка…

– Корпоратив? – вырвалось у меня. Но я быстро мотнула головой, и жестом предложила Ире продолжать.

– Просто вечеринка у одного из наших общих знакомых. У него частный дом, нас с подружками тоже пригласили. И там был Вадик. Я танцевала, он меня увидел, подошел и молча увел за собой на второй этаж. А я шла за ним, как загипнотизированная. Наивная дура. Думала, что все, как в сказке. Любовь с первого взгляда. Он тогда мне такие слова шептал, что я и представить не могла, что такая страсть может быть. И я доверилась ему. Ну… Сама понимаешь. А спустя пару часов кто-то из его друзей вбежал в спальню, увидел нас в кровати, и начал смеяться. А потом вообще вся толпа влетела. Я сгорала от стыда, пыталась одеться. Но они и одежду забрали. Выбросили через окно. Им было весело. А Вадим…

Ира шумно выдохнула и стерла слезы со щек.

– Он смеялся со всеми. Ему было плевать. В глазах других он был крутым. Выпускник, затащивший очередную шкуру в свою кровать. Он поступил в университет, переехал в новый район. А мне еще год приходилось терпеть издевки и насмешки всей школы. Они мне дали прозвище Красный флаг. Знаешь, почему?

Я поморщилась и кивнула. Но Ире все же надо было произнести это вслух.

– Потому что они взяли простынь с кровати и повесили ее на балконе. Как символ моего падения.

Закончив на этой грустной ноте, Ирочка шмыгнула носом и с вызовом посмотрела на меня. Грусть сменилась ненавистью, воинственным настроем, желанием мести. И я прекрасно понимала ее боль. Хуже позора может быть только смерть.

– Подростки бывают очень жестокими. Особенно, когда это детки богатых родителей, которым все в жизни досталось слишком легко, – задумчиво произнесла я и послала девушке подбадривающий взгляд. – Значит, ты собралась мстить?

И Ира кивнула.

– Так точно.

Ну что же… Отлично! После такого надо быть слабоумной, чтобы перейти на сторону Вадима. А Ира мне все же нравилась. Возник только один вопрос:

– Как?

– Сделаю с ним то же самое, что и он, Ян. Только масштабнее. Как думаешь, теперь, когда он вырос и занял важный пост, ему будет очень стыдно оказаться голышом перед своими сотрудниками?

Ход ее мыслей мне определенно нравился. Даже разочаровывать не хотелось. Но так как мне очень уж захотелось помочь Ире с ее местью, то учесть некоторые детали она должна была.

– Боюсь, милая, как минимум половина женского коллектива не особо удивится. А вторая половина, увидев голого мужчину, очень даже обрадуется. – Я развела руками. – Бабы!

Ира подумала немного и обреченно вздохнула.

– Ты не переживай! – попросила я и обняла Ирину. – Я помогу тебе. Составим операцию «Месть», ага?

– Яна! – Ира снова расплакалась и уткнулась в мое плечо. – Спасибо!

Чего не сделаешь во имя справедливости!

– Итак, рассказывай! – предложила я, протягивая девушке чашечку кофе. Как удачно Тима кофеварку в свой шкаф припрятал. Я сбегала к себе за кофе, Ира достала запасы шоколада, и мы устроились в приемной, чтобы не пропустить звонков.

– План был таков, – начала Ира. – Я хотела очаровать его, соблазнить, а потом бросить в самый неподходящий момент. В идеале влюбить и разбить ему сердце. Но после вчерашнего свидания поняла, что это невыполнимая миссия. Мужик уже влюблен. В себя! Весь вечер о себе только и говорил. Смотрел на меня и не видел. Ну как он мог забыть?

– Ну ведь почти лет десять прошло, верно?

Ира кивнула. А я попыталась мысленно представить, сколько женщин было у Вадима, если он каждую неделю встречался с новой.

– Ты мне вот что скажи, – осторожно произнесла я и немного выждала. – Сейчас ты его еще любишь?

Ира послала мне жесткий взгляд, мол, с ума сошла?

– Просто спросила! Хочу убедиться, что ты сможешь играть в жестокие игры, и при этом сама же не пострадаешь. Одно дело, Вадим, он сам по себе гад. Но ты ведь не такая.

– Яна, я тогда таблеток наглоталась и жить не хотела. Спасибо врачам, они мне желудок промыли, а заодно и мозги.

– Я могу представить, как тебе было, поверь! – заверила я. – Надо мной всю жизнь издевались. Но разница между нами в том, что я отпустила и живу настоящим, а ты нет.

– Я отпущу, когда эта сволочь встанет передо мной на колени и попросит прощения, – воинственно заявила Ира и выдохнула. – Вот.

Я тогда подумала, что ей вовсе не месть нужна, а прощение. Она должна простить его. Но говорить это вслух я не стала. Скорее всего, Ира сама придет к этому выводу. И довольно скоро, когда пообщается с Вадиком поближе, узнает его получше. Поймет, что он и мизинца ее не стоит. И тем более нервов и времени.

– Влюбить может и не удастся, – поделилась я. – Но заинтересовать – вполне. Дело в чем? Во-первых, ты не должна проявлять особого интереса. Можно сыграть на его самолюбии и намекнуть, что с ним было скучно, и повторять ты вовсе не спешишь. Но так как тебе делать нечего, то так и быть, ты сделаешь ему одолжение.

Ира внимательно слушала и со всем соглашалась. В конечном итоге мы даже наметили план действий на сегодняшнее свидание. Задачей Иры было споить Вадима и выудить как можно больше компромата.

Мы проболтали почти до обеда, но работа сама себя не делала, так что я вернулась в кабинет Тимы уже со своим ноутбуком и принялась за дело Тян.

К исполнению задачи все было готово. Анализ ДНК подтвердил версию об отцовстве. Даже и без него и так было ясно, что клиентка влипла. Мои парни нашли лабораторию и даже принесли мне уже подделанный анализ, где отцом указан муж Татьяны. Казалось, все просто. Просто набери клиентку, Яночка, вручи ей бумажку, получи свои деньги и живи припеваючи.

А я не могла. Совесть мучала. Связалась с Борей, спросила, нашел ли он мне какую-то информацию по Михаилу.

– Когда бы я успел, Яна Васильевна? – возмущенно произнес он. – Я же все выходные с вами был. У палаты дежурил.

– Ладно. Тогда давай сейчас этим и займемся. Вместе поедем.

Идея мужчине не понравилась. Но уезжать я уже не боялась. Ире строго настрого запретила покидать пост. Кабинет Тимы закрыла, в нашем отделе еще оставалось трое парней. А меня сопровождали сразу двое: Сергей и Борис. Так что я предвкушала.

У меня была только фотография сомнительного содержания. Муж клиентки и какая-то барышня в обнимочку. Но спустя полчаса силами нашего хакера Вити мы имели имя и адрес.

Я даже не представляла, что скажу женщине, но так как времени у меня до выздоровления Тимы было в обрез, действовать надо было кардинально.

Выдохнув, я постучала в дверь квартиры, не особо надеясь, что застану женщину дома в рабочее время. Но мне повезло. Дверь открылась, и на пороге возникло нечто неопределенное. Волосы короткие, торчат ежиком, обскубаны на скорую руку. Морда лица опухшая и местами укрыта синяками. Тело щупленькое, облаченное в грязное поношенное тряпье. Не удивительно, что в этой особе я не сразу признала Кристову Евдокию Петровну. Женщина еле стояла на ногах, и исходивший от нее запах перегара очень четко давал понять, что жизнь у нее не удалась. Если даже у нее и могло что-то быть с Михаилом в далеком прошлом, то точно не в настоящем.

– Простите, обозналась, – проблеяла я и собралась уже уходить, как в коридоре показалась маленькая кудрявая макушка. Я так и застыла в шоке, глядя на мальчика лет десяти – точную копию мужа Татьяны. Даже головой мотнула и быстро нашла на телефоне его фотку, чтобы убедиться в страшных догадках.

– Ты тоже это видишь? – оторопело спросила я Сережу, стоявшего за моей спиной.

– Это уже интересно, – заключил он. – Надо проверить.

А затем Серый достал из кармана жвачки, присел на корточки и поманил парнишку. Он несмело вышел вперед, и теперь я могла лучше его разглядеть. Худой, сутулый, загнанный, бледный до неприличия. Одним словом – обездоленный.

– Добрые люди, а может деньжат подкинете? – заплетающимся языком просипела мамаша. – Мне ребенка кормить нечем.

И этот самый ребенок с жадностью выхватил у Сережи упаковку жвачек. У меня все внутри остановилось и перевернулось от этой картины. Не должны дети так страдать. За что же этому мальчику такое?

Серый потрепал его по волосам и незаметно вырвал несколько волосин для анализа.

– А мы продуктов сейчас принесем, – ответил он и послал мне вопросительный взгляд. Кивнула.

– Конечно!

– Да лучше деньгами, – протянула мамаша. – А я сама в магазин схожу.

Угу. Знали мы, за чем она сходит. У меня возникло непреодолимое желание снять с себя куртку, закутать в нее ребенка и унести с собой. Навсегда. Чтобы больше он никогда не видел такой жизни и этой «женщины». Господи помилуй, а я еще думала, что моя мама не очень-то хорошая. А вот оно как бывает.

– Где его отец? – спросила я.

– А не знаю! – Евдокия развела руками и противно захохотала. А потом вдруг насупилась. – А вы кто такие?

– В самом деле, – заворчал Сережа и зловеще добавил: – Мы социальные работники.

Бывает такое, что мамы не очень-то хорошо справляются со своими обязанностями, но своих детей все же любят и не желают отпускать. Здесь был совсем иной случай. Мамаша потрепала парня за ухо и улыбнулась.

– За тобой пришли, Мих. Монатки собирай.

И когда парень, вжал голову в плечи, пошел обратно в квартиру, дамочка вдруг заявила:

– А че, денег мне за него дадите? Тут приходил один, обещал дать.

– Сколько? – спросила я.

– Двадцать штук, – пропела довольно женщина. Нет, коза она рогатая.

Я послала Серому красноречивый взгляд, и он вытащил кошелек. Всучил ей тысячу.

– Тебе хватит.

– Э, не! Я тогда пацана тому отдам. Я че дура, что ли?

– Даже не сомневайся в этом, – заверила я и вытащила из кошелька Сережи все деньги. Двадцати тысяч там не было, но ребенка я все же была настроена забрать именно сейчас. – Если недостаточно, можем вызвать полицию, они добавят.

Коза окинула нас неприветливым взглядом.

– А че, реально из соц-службы, что ли? – задалась она вопросом.

Отвечать мы не стали, потому что мальчик вышел к нам, и продолжать беседу с этой кретинкой не хотелось никому. У ребенка с собой оказался лишь маленький кулечек с какими-то вещами внутри. На нем была вовсе не зимняя куртка, грязная шапка и резиновые калоши вместо нормальной обуви. Смотреть без слез было сложно. Но я собралась, пообещав себе, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы изменить его жизнь к лучшему. Не зря меня потянуло в дом к этой женщине. Значит, пришло время его забрать.

– Документы на ребенка дай, – потребовала я.

– Я взял, – ответил тихо мальчишка и закашлял. – Свидетельство о рождении.

Послав пропащей женщине полный укора взгляд, я взяла мальчика за руку и увела из этого ада. Меня удивило, насколько смиренным и тихим он был. Будто готовился к тому, что однажды за ним придут. И еще слова мамаши о том, что кто-то уже предлагал за него деньги, вызвали холодок ужаса по спине. Какие кошмары могли ждать этого мальчика, если бы я пришла слишком поздно.

Всю дорогу до машины он молчал. А когда Сережа его посадил, я попросила подождать пару минут. Сама подбежала к киоску, купила несколько булочек, воды и вернулась обратно. Боря и Сережа как раз обсуждали, что делать дальше, когда я запрыгнула на заднее сидение к ребенку.

– Кристов Михаил, – сообщил Серый, зачитав имя в документе. – Отец и отчество не указаны.

Я протянула мальчику еду, и тот дрожащими руками ее принял.

– И чего с ним делать будем? – недовольно спросил Боря.

– Любить и баловать, – пообещала и улыбнулась Мише. – Ты кушай, кушай. Все хорошо будет. Меня Яна зовут. Я тебе помогу.

Откусив булку, маленький Миша кивнул.

– Я знаю. Я это сразу понял.

И со слезами на глазах он начал жевать, пряча от меня загнанный взгляд. И я слез сдержать не могла. Но в то же время как никогда чувствовала себя хорошо и правильно.

– В офис пока давай, – скомандовала я.

– С ним? – удивился Боря.

– А чего бы и нет? В тепле, в уюте, – согласился Серый. – Присмотришь за ним, пока я в лабораторию смотаюсь. На анализ пару дней уйдет.

– Я присмотрю, – вызвалась я и снова улыбнулась мальчику. – У меня все равно как раз компании эти два дня не будет.

– А Кронин…

– С ним я сама разберусь.

И на этом мы отправились в офис. Я бы сразу Мишку домой повезла, но надо было предупредить Тиму. И потом, мне не хотелось надолго Иру оставлять. А еще очень важно было вызвать на откровенный разговор Михаила, мужа Татьяны.

Мальчишка осматривался по сторонам с неприкрытым восторгом. А я старалась говорить с ним обыденно, не делая из всего большого события, чтобы ему было легче адаптироваться и принять мысль о новой жизни. Если честно, я пока сама не могла знать наверняка, какой будет реакция Михаила, Татьяны, и чем закончится вся эта история. Одно я знала точно. Парня оставлять у биологической матери нельзя. Законно лишить ее прав ничего не стоило. Оставалось лишь подтвердить отцовство.

Я завела Мишку в производственный отдел, посадила его за пустой стол, включила игру, и пока он был занят, послала гномов за покупками. Одного в аптеку, второго за приличной одеждой, а третьего за полноценным обедом.

Мне очень хотелось пригласить Михаила Тян в офис прямо сейчас. Но я понимала, что без анализа ДНК это будет бесполезная беседа. Нужны очень четкие доказательства родства. Значит, пару дней все же выжду. И потом, чтобы не выдавать связь Татьяны с нами, было принято решение выдать меня за социального работника. И соответствующие документы Витя обещал достать к среде.

Мы так увлеченно составляли план действий, что я совсем забыла позвонить Кронину. Зато он позвонил сам и начал разговор со словами:

– Корпорация еще цела?

Я осмотрела производственный отдел, столы которого были завалены пакетами и коробками, и поджала губы.

– Яна, не пугай меня! – попросил Тима.

– Все отлично, – заверила я, наткнувшись взглядом на сияющие глаза мальчика, которому только что вручили новые ботинки. – Просто возникли новые обстоятельства. И мне понадобится немного больше времени, чтобы все разрулить.

– Я в тебя верю, – ласково произнес Тима. Мне захотелось прижаться к нему и замурлыкать от удовольствия. – И скучаю.

– И я, – призналась честно. Ну и раз он такой добренький… – У меня тут мальчик появился. Можно я его на пару дней к тебе возьму? Тебя все равно нет.

Последовала пауза, после чего Кронин грубо выдал:

– Н-не понял!

Я нахмурилась и посмотрела на телефонную трубку, будто Тима мог видеть этот взгляд.

– Вам что, жалко что ли? – возмутилась я. – Если жалко, я тогда с ним обратно к себе в квартиру поеду. Или вообще в офисе ночевать будем.

– Яна, мляха муха, ты издеваешься? – завопил Кронин. – Какой к черту мальчик? К-какой ночевать? В моем офисе? Я убью Борю.

Последнее он процедил зловеще, а потом и вовсе бросил трубку. Я с открытым ртом пялилась на телефон, пока не услышала звонок в другом конце рабочего зала. У Бори.

Послав мне красноречивый взгляд, сотрудник поднес к уху телефон и поморщился.

– Да нет, Тимофей Андреевич, все не… – Оборвавшись, он продолжил молча слушать, а потом нахмурился и отнял трубку от уха. – А ты ему сказала, что мальчику десять?

Медленно покачала головой и снова посмотрела на паренька. Наверное надо было сказать, что он мне почти в сыновья годится, да? А то, если бы Кронин мне заявил, что с ним в палате поживет девочка, пока меня будет, я бы тоже первым делом не о том подумала.

– Предположительно ребенок Михаила, – услышала я обрывки фраз Бориса. Потом строго ему помахала пальцем и указала на выход. Нечего при ребенке обсуждать дела.

Спустя несколько минут Боря вернулся и хмуро объявил:

– Все уладили. Пацана себе на ночь заберу.

– Да? – скептически спросила я и осмотрела этого шкафовидного мужчину. – Ему с тобой не понравится.

– Понравится, – заверил Борис. – У меня дома приставка есть и собака.

– Да? – продолжила я. – А мыть его тоже собака будет? А лекарствами кормить?

– Яна Васильевна, я старший из семи детей в семье. Я знаю, как мыть, кормить и лечить детей. А самое главное, мотивация железная. Если что не так сделаю, то меня наш начальник через бумагоизмельчитель пустит.

И после мужчина послал мне такой взгляд, что спорить больше не хотелось. Сама виновата же!

Зато остаток дня я провела с Мишей, ненавязчиво его расспрашивая о жизни. К счастью, пить мать начала всего несколько лет назад. А до этого хоть и не была самой заботливой в мире, но ребенок хотя бы не голодал. А еще он совсем не хотел говорить о маминых друзьях, и я поняла, что не все из них хорошо с ним обращались. Оттого он такой испуганный и тихий. Но умный, сразу видно, что все схватывает на лету.

– У него аналитический склад ума! – подметил Витя, составив мальчику компанию в игре. – Программированием тебе заниматься в самый раз. И прибыльно.

Я была счастлива видеть, что к концу вечера Миша почти расслабился, и перестал бояться окружающих мужчин. Я бы хотела остаться с ним и на ночь, но второй звонок Тимы меня переубедил.

– Ему десять лет! – сходу объявила я.

– Я уже понял, – умирающим голосом ответил босс.

– Ой, а что с вами?

– Давление поднялось. Капельницу поставили. Скоро отключусь. Просто позвонил тебе сказать, что я завидую этому мальчику. С ним ты. Обнимаешь его, наверное… По волосам гладишь.

Голос Тимы с каждым словом становился все тише.

– Вам там случайно не морфия в капельницу подмешали? – спросила и, зыркнув на сотрудников, тише добавила: – Давайте я приеду.

– Не надо. Все равно спать буду. Сама отдохни. Ты молодец у меня. Горжусь.

И на этом он заснул. А я еще с минуту слушала его тихое сопение и думала, что больше всего на свете сейчас хочу быть с ним. Ведь у каждого должно быть свое место: у этого мальчика, у Тимы, у меня. Если бы только все было так просто. И никакие бандиты не мешали. Но об этом мы поговорим потом.

Глава 24

Два дня я сгорала от нетерпения, ожидая результатов ДНК. Мне лично и так все было ясно. В моем воображении все складывалось очень однозначно. Таня примет ребенка, расскажет мужу правду, они простят друг другу, и вместе будут воспитывать сыновей. Неплохо бы подключить и босса Татьяны. А в идеале еще бы мать-алкоголичку отправить в реабилитационный центр. Я загадала парням найти мне несколько таких. А еще хорошего семейного психолога, который бы помог разрулить сложившуюся ситуацию.

Вторник тянулся, как резина, но я справилась. Единственным веселым событием была история Иры о неудавшемся свидании с Вадимом. Он отказался пить, разговор откровенно не клеился, и мужчина предложил заехать к нему. Ира его, конечно, отшила, что только подогрело азарт поганца. Следующее свидание было назначено на среду. Так что в среду мы обе с нетерпением ждали окончания рабочего дня. И под конец этого самого дня сюрпризом стало появление в офисе Андрея Веля, нашего клиента. Он якобы проходил мимо и решил заскочить. Клиента пришлось огорчить, что руководство временно недоступно, и к поиску подходящего дома для похищения и удержания его возлюбленной мы сможем приступить только в начале нового года. После долгих заверений, что задание будет выполнено вовремя, я все же выпроводила клиента. Фух!

А затем и Ирину выпроводила с напутствующими словами. Пожелала ей удачи и напомнила, что чем больше компромата она нароет, тем страшнее станет ее месть.

Поздним вечером, когда Боря повез Мишку домой, а Сережа отвез меня в квартиру Кронина, я загрустила. На часах было без десяти минут двенадцать, а я сидела на кухне за столом и бездумно смотрела в окно. Не спалось. День выдался напряженным, я приготовила ужин, посмотрела фильм, приняла ванну, несколько раз пообщалась с Тимой и даже отправила ему парочку компрометирующих фото. Он сам напросился! А когда получил свое, еще и жаловаться начал, что у него опять давление подскочило.

Я ему так и сказала, чтоб быстрее выздоравливал, брал свое давление и нес ко мне. Будем вместе его опускать. А он ответил, что я его мучительница и даже трубку бросил. Не то, что бы мы поссорились…

Но все равно не спалось.

Мой телефон пиликнул, и я лениво посмотрела на экран. Ровно полночь. Входящее сообщение меня заинтриговало.

«С Днем рождения, ведьмочка моя».

Я улыбнулась и провела пальцем по экрану. И не забыл же.

Отвечать не стала. Просто представила, как утром выпрошу у Сережи поездку к Тиму. Пускай хоть на пару минуток прижмусь к нему, обниму и поцелую. Это будет, пожалуй, лучший подарок за все мои дни рождения вместе взятые. Одно «но» огорчало меня. То самое, которое не давало спать по ночам. Есть ли у нас с Крониным будущее? И каким оно будет, если учесть его связь с бандитами? Не о таком счастье я мечтала. Если так посудить, я о нем вообще не мечтала. Все, чего мне хотелось в последние годы – покоя и свободы. Не быть ни к кому привязанной, ни от кого не зависеть. Работать и радоваться каждому дню. Я зареклась впутываться в новые отношения, вообще думать о мужчинах не могла. А в итоге… Влюбилась в офисное чудовище так быстро и безрассудно, что и опомниться не успела. Даже и не скажу теперь, в какой момент это произошло. Изо дня в день меня просто засасывало в Кронина, и я не могла сопротивляться. И не хотела. И сейчас не хочу. Вот только страшно мне. Боюсь, как бы это все не кончилось вновь разбитым сердцем. Мне пришлось собирать его по осколочкам пять лет. Но с Тимофеем все иначе. Он не Антон. А в миллион раз лучше.

Я заснула, обнимая подушку Тимы и представляя, что это он рядом.

А утром вместо будильника меня разбудил звонок.

– Доброе утро, мегерка!

– Нет, ну нормально? – возмутилась я. – Ты почему это такой радостный? Опять морфием накачали?

– Ха-ха! У меня и без этого есть повод для радости, – поведал Кронин и торжественно добавил: – Ты родилась.

– У тебя со мной одни проблемы, – напомнила я.

– Это для тебя они проблемы, а для меня временные трудности. Ян! – Тима вдруг посерьезнел. – Я хочу тебя попросить кое о чем. Не ходи сегодня на работу. Останься дома. Посиди пару дней, пока…

– Исключено! – оборвала я. – Сегодня будут результаты ДНК, и я наконец смогу встретиться с семьей Тян и пристроить ребенка в надежные руки.

– Этим и Сережа может заняться, – буркнул Кронин.

У меня хороших слов не было.

– Да как же… Это же мое дело! Ты мне его поручил, так дай же довести до логического завершения. И потом! Как это вообще понимать? Просидеть взаперти в одиночестве собственный день рождения и все выходные? Я же чокнусь…

Хотела еще что-то сказать, но Тима меня перебил:

– Ян, ну пожалуйста. Ради меня. Я совсем скоро приеду.

Я покачала головой, сердясь на него и его грязный способ манипулировать моими чувствами. Но затем кое-что поняла.

– Что-то случилось, да? Ты бы не стал меня просить о таком, если бы не переживал. Что?

– У меня все под контролем, как всегда, – ответил этот конспиратор. Но мне хотелось больше подробностей.

– Знаешь, Тима, – осторожно начала я. – Мне кажется, мы шли друг другу навстречу все это время. Узнавали ближе, тянулись. Но теперь, когда подошли слишком близко, то оказалось, что между нами пропасть.

– Чушь! – фыркнул он.

– Так и есть!

– Нет между нами никакой пропасти, – процедил Кронин. – Есть расстояние, которое я ненавижу и очень скоро преодолею. Но поверь мне, Яна, никакой пропасти и никаких людей между нами нет и быть не может. – Он вздохнул и понизил голос до шепота: – Ты меня поняла? Я тебя никому не отдам.

Боже, какое блаженно облегчение наступило после этих слов. Закусив губу, я закивала, а потом и ответила. Тоже шепотом.

– Поняла. Но секреты мне не нравятся.

Тима не отвечал долго, я даже подумала, что на этом он закончит разговор, но он решил исправиться.

– Антон в городе. Мои люди выпустили его из виду. Я не знаю, где он сейчас. В твоей старой квартире пока не появлялся, возле офиса тоже не был замечен. Даже если он узнает, где ты, то проникнуть не сможет. Ему понадобится три группы спецназа. Если он как-то захочет тебе навредить, то только во время твоих передвижений по городу. Ян, я тебя очень прошу. Останься дома.

Про Антона я помнила. Но мама сказала, что гад планировал украсть меня вечером пятницы, а после увезти на все выходные. Так что сегодня он не рискнет. Я-то думала, дело в родне Тимы. Но если только в Антоне…

– А давай компромисс! – попросила я.

– Яна!

– Я только до обеда буду на работе. Улажу быстренько все дела, раздам всем указания и сразу домой. А завтра и все выходные, так и быть, буду сидеть в этом аквариуме, и развлекаться с твоим баром. Идет?

Тима обреченно выдохнул, но я уже знала, что он почти согласился. Нужен был лишь один весомый довод.

– Ну не станет же он красть меня средь бела дня? В центре города?

– У меня до сих пор перед глазами тот взрыв, – произнес Кронин.

– Ты сам говорил, что это мог быть и не он.

– Говорил, – согласился Тим. – Но теперь уверен, что он.

А потом он опять замолчал и все же вынес вердикт.

– Ладно. Он хотел подорвать меня, не тебя. Потому и взрывчатку активировал, когда я подошел. А тебя он не получит.

Я возмущенно охнула.

– Ты так спокойно это говоришь! Да я ему самолично уши оторву, если увижу.

– О нет, если ты его и увидишь, то только издалека. Я тебе гарантирую, – безапелляционно заверил Тим. И я поверила даже несмотря на все возможности Антона.

– Я буду аккуратной, даю слово.

– Хорошо, котенок. Звони мне каждый час.

Я хмыкнула, думая, что с таким условием точно не справлюсь до обеда. Но спорить не стала. Лишь напоследок задала волнующий меня вопрос:

– А почему ты мне ничего не пожелал?

На этот раз засмеялся Кронин.

– Потому что я и так собираюсь выполнить все твои желания.

– Прям все-все? – кокетливо уточнила.

– Увидишь! До связи.

Он отключился, а я заулыбалась. А потом подумала и открыла сообщение. Ну раз все-все…

«Пришли мне свою фотку»

«Ой, давай без этого» – пришел мгновенный ответ. Пишу:

«Я тут кроссворд разгадываю. Человек, который много обещает, но мало исполняет. Семь букв. Первая «Б», последняя «Л». Не подскажешь?»

Долго я смотрела на телефон, а ответ все не приходил. Умылась, собралась, позавтракала, даже про сообщение успела забыть. А потом пиликнуло, и на экране появилось фото любимого. Взгляд суровый, как я люблю, губы манящие, как я тоже люблю, и сам весь такой греховно опасный, что я запищала от переполняющих эмоций.

«А кроссворд выбрось», – пришло вдогонку. Судя по времени, Тима эту фотку с тридцатого дубля сделал. Но зато теперь и у меня будет крутая заставка!

На работу я ехала с песней. Сережа, водитель и парень крепкого телосложения спели мне торжественную прямо по дороге.

– Ну все, это же вас теперь угощать придется, – заключила я.

– Твоих припасов просроченного печенья до следующего года хватит, – подметил Серый, за что я ущипнула его за руку. Тоже мне друг. Все тайны выдает.

Мужчина казался безмятежным, но от меня не ускользнуло, как он время от времени смотрит по сторонам, изучая обстановку. Могу только представить тон шефа, когда тот давал указания не спускать с меня глаз. Сережа так и делал.

– Ты, кстати, прекрасно выглядишь сегодня, – как бы между прочим произнес он, а потом еще и подмигнул.

– Сергеев! Ты опять за старое? А как же Вера?

Он хмыкнул и покачал головой.

– Нет-нет. Я же тебя увидел до знакомства с ней. А теперь все. Мой желудок в ее руках.

– Ты хотел сказать, сердце, – поправила я.

– Ну, еще немного, и сердце тоже, – ответил Сережа и отвернулся к окну, скупо улыбаясь.

– А как же Маня? – не унималась я. Сережа мне в принципе нравился даже несмотря на его бандитский вид и повадки. Но, все же, я должна была убедиться, что это не просто прихоть или увлечение, и он осознает, что у него появится не только любимая, но и ребенок в придачу.

– То еще чудо, – выдал Серый и хохотнул. – Я пару раз в ее ловушки попал. С тех пор без взятки не появляюсь. Сначала шоколадками отделывался. А теперь она прослушку заказала. Ну чтоб за одноклассниками подслушивать. Подрастающий сотрудник корпорации, между прочим.

Он снова засмеялся, и я вместе с ним. Просто в его глазах было столько любви и счастья, что я поняла, что таки да, девочки в надежных руках. Я послала мужчине благодарный взгляд, который он поймал и распознал именно так, как нужно. Но вся магия момента испарилась, когда мы прибыли на место. Сережа все же был профи, потому быстро вернулся в образ вышибалы и проводил меня в здание корпорации через задний вход. Чтобы сюда попасть сначала нужно проехать пункт охраны через ворота. Я ничуть не волновалась, но то самое чувство, которое грызло меня вчера, не испарилось, даже когда я оказалась в кресле Тимы. За последние три дня это стало моим любимым местом. Оно пропиталось его энергетикой и запахом. А Ира сказала, что я стала вылитой копией шефа. Только в юбке.

К слову, сегодня она непривычно опоздала. А когда все же явилась в приемную, мы с парнями ее почти не узнали. Волосы растрепанные, макияж размазанный, и самое страшное – одежда вчерашняя.

Я охнула, ужасаясь от своих худших догадок, а Ира как ни в чем не бывало спросила у собравшихся меня поздравить мужчин:

– Простите, я не сильно опоздала? Яночка, с Днем рождения! – она кивнула Боре, потом поцокала к своему столу и достала из ящика красиво упакованный сверточек. А вот Боря зачем-то полез в Кронинский шкаф. А там коробка размером с треть меня.

И когда все любимые гномы начали дружно меня поздравлять, я позабыла о всем на свете. В коробке оказался красивейший торт в три яруса, с изображением всех нас. На нижнем – лежащие в странных позах или ползущие наверх парни. На втором – Ира, Сережа, беременная Аня и Славик. А на самом верхнем – я, стол и Кронин. И Кронин почему-то на этом столе лежит, а я его держу за галстук. Не торт, а настоящее произведение искусства!

– Слушайте, но его же есть жалко! – с восхищением и одновременно разочарованием выдала я. – Давайте хоть Тимофею Андреевичу сфоткаем на память?

И у всех так сразу много дел оказалось. И вообще – это все не они придумали. А торт просто в шкафу утром нашли.

В общем, праздничный обед был назначен на час дня, а до этого я была обязана разобраться с семейством Тян, маленьким мальчиком и одной неопределенной секретаршей, которая сегодня очень уж смахивала на секретутку.

– Ира, ко мне! – тоном Кронина приказала я и погнала девицу в кабинет начальника.

Как только мы оказались одни, она сразу уронила голову на стол и взвыла.

– Так! – начала я. – Ты пила?

– Пила-а-а.

– А он?

– Тоже.

– А потом?

Ира подняла на меня глаза (слез в них ничуть не было, совести тоже) и жалобно простонала:

– Не помню!

– Как не помнишь? Что значит, не помнишь? – возмутилась я и начала нервно расхаживать по комнате. – Как можно напиться до такого состояния, чтобы не помнить, а? Это же абсурд! Вот я, к примеру. Я если что и не помню, так это если головой хорошенько стукнусь. Но даже потом все постепенно вспоминаю и сгораю от стыда. А ты? Где ты стыд потеряла, а?

– Ян, ну не ори, – попросила она и снова уронила голову на стол. – Помню все, что было в клубе.

– Ты же в ресторан собиралась.

– А ресторан в клубе оказался. И мы поели, а потом танцевать пошли. Я так не танцевала лет сто. А потом я еще немножко помню…

Пришлось ее добить, чтобы выведать всю правду.

– Мы к нему поехали. А что там было – вообще как в тумане, – заговорила она. – Только утром, когда очнулась, увидела, что в постели с Крониным. И он спит так крепко. И такой красивый…

На этих словах она снова всхлипнула и взвыла. На этот раз по-настоящему.

– О нет, – прошептала я, не в силах вынести этот ужас.

– Да! – выкрикнула Ира. – Я в него опять влюбилась.

– Боже, ну и дура! – заключила я, качая головой. И жаль ее было, и в тоже время хотелось придушить. Но жаль все же было больше. Кому как ни мне знать, каково это… Любить Кронина.

Подошла, запустила пальцы в волосы, успокаивающе погладила. Ира поплакала еще немного, а потом и вовсе затихла.

– Это что за магия такая? – вяло спросила она.

– Оргазм мозга, – поведала я. – Учись. На войне все средства хороши. Освоишь это, расскажу про волшебный эликсир.

Бесполезной оказалась Иринушка. Ничего нового о враге не узнала, да еще и сама влипла. Пришлось отправлять ее домой. Все равно толку никакого. Да и верить ей больше нельзя. Я даже немножко позлорадствовать успела. А ведь не вышло у Тимы мне замену найти! Хотя если честно, обратно в приемную уже и не хотелось. Свои дела интереснее вести. Особенно, когда такие замечательные помощники под рукой.

Сережа с минуты на минуты обещал вернуться из лаборатории с результатами, а я тем временем открыла подарочек. В упаковке оказался красивый набор канцелярских принадлежностей. Солидный. Стильный. Розовенький! Так он мне понравился, что я в кабинете у босса и распаковала. Не успела сделать пометку новой ручкой, как в дверь постучали.

– Ян!

– Ты еще не ушла? – прикрикнула я на Ирочку.

– Письмо отдам и убегаю, – заверила она. – Меня какой-то парень перехватил на улице. Очень просил тебе передать.

Я так и застыла с зависшей в воздухе рукой, увидев в ее руке черный конверт.

– Давай-ка сюда, – произнесла я и поманила ее пальцем.

– А чего черный? – шепотом спросила Ира. – Помер кто? Может это… Я с тобой его открою?

Я покачала головой, выхватила у девушки конверт и кивнула на двери.

– Ну вылитый Кронин, – пробормотала она и неровной походкой пошла на выход. Лишь когда она ушла, я медленно открыла конверт и достала записку.

«Один. Два. Три. Четыре. Пять. Я иду тебя искать. С Днем рождения, любимая».

Я поморщилась и скомкала в руке бумажку. Хотела выбросить, но вспомнила о том, что с недавних пор начала коллекционировать это безобразие. К тому же, в этой записке кое-что было необычным. Антон впервые написал обращение, которое могло бы указать на него. «Любимая». Как же.

Дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге появился Сережа. Его улыбка померкла, как только он увидел конверт на моем столе. Я накрыла его папкой, но было поздно.

– Тим мне рассказал об этом. Что в послании?

– Угрозы, – несмело произнесла я и вжалась в спинку кресла.

– Как это сюда попало?

– Он встретил Иру по дороге и попросил ее передать, – еще тише ответила я и вся напряглась, ожидая вердикта.

– Нужно сообщить Кро…

– Нет! – выкрикнула я. – Он же будет в бешенстве. И запрет меня в аквариуме до конца жизни. Сереж, давай скажем чуть попозже, а? На пару часиков позже. Ты результаты ДНК принес?

Он послал мне хмурый взгляд и кивнул.

– И?

– Все как надо. Можно звать отца мальчика.

Я облегченно выдохнула и потянулась к телефону.

– Тиме я все же позвоню.

– Дай мне два часа, – умоляюще попросила я. – Ты ведь будешь рядом. Никто из посторонних сюда не пройдет. Сереж! Ну, Сереж! Судьба ребенка решается. Я не могу все бросить вот так.

– Яночка. Твой бывший ошивается возле здания. И если Кронин узнает, что я тебя сию же секунду не вывез, он мне самолично яйца открутит, и прощай моя счастливая жизнь с Верой. Так что давай без вот этих твоих жалобных мордашек. Пацана мы пристроим и без тебя. А ты, если так хочется, можешь присутствовать онлайн. Двадцать первый век, в конце концов.

Закончив свою пламенную речь, он прислонил телефон к уху и послал мне хмурый взгляд. Я уронила голову в ладони, начиная продумывать новый план действий. Ну, в самом деле, я же могу и удаленно руководить процессом знакомства отца и сына. Пока Сережа докладывал обстановку шефу, я почти нарисовала себе эту картину. До того момента, как Сергеев не выдал удивленно:

– Вы уверены? Точно?

Я подняла глаза, и убедилась, что он действительно удивлен словами босса.

– А-а-а, – протянул он и скосил на меня хитрый взгляд. Правда, быстро посерьезнел и даже выпрямился по струночке. – Понял. Отбой.

И отключился.

– Ну! Что он сказал? – нетерпеливо потребовала ответ.

– Что? Не спускать с вас глаз, Яна Васильевна. – Сергеев кивнул на конверт. – А на этот счет вообще не думай. У нас все под контролем. Можешь заниматься своими делами сколько угодно.

Я расплылась в счастливой улыбке. Есть все же справедливость в этом мире! А от того, что Тима не стал меня гнать домой, в сто раз приятней стало. Он понимал, как это дело важно для меня.

Взяв телефон, я попросила Витю соединить меня с Михаилом Тян. А уже через двадцать минут, устроившись с маленьким Мишкой и почти всем штабом гномов в конференц зале, я нервно покусывала ногти. Папа ребенка должен прибыть с минуты на минуту. А его супруга часом позже.

– Прекрати, – шепнул Борис. – Все хорошо будет. А если парнишку не возьмут, а я его это… к себе.

Я удивленно уставилась на мужчину, а он пожал плечами.

– Я тут понял, что созрел. Сына хочу.

Он положил руку на мое плечо и прижал к себе.

– Ты как?

Я в ужасе уставилась на мужчину.

– В смысле?

– Ну, в смысле, ребенка хочешь?

Перевела недоумевающий взгляд на Сережу, ища помощи, но гад и не думал вмешиваться. Только губы сжал, сдерживая смех.

– В теории не возражаю, – заторможено ответила я, не совсем понимая, чего от меня хотят.

– Ну вот и отлично, – беззаботно ответил Боря и послал мне премилую улыбку. – Сделаем.

Я пнула его в бок и оттолкнула от себя подальше.

– Что сделаем-то? – ужаснулась я. – Не от тебя же!

К счастью, спорить он не стал. И вообще, Борис скоро отвлекся на прибывшего семейного психолога. Судя по тому, как он заигрывал с молодой симпатичной женщиной, сотрудник, и правда, созрел. Как будто все вокруг начали массово влюбляться. Странно… До весны еще долго.

Спустя несколько минут Сережа подал знак, что Михаил приехал, и мы двое вышли из зала, чтобы встретить мужчину в соседнем кабинете. Михаил Иванович Тян показался в коридоре в сопровождении одного из наших охранников. Я сразу же представилась ему работницей социальной службы и проводила в кабинет, где за стеклянной стеной можно было увидеть остальных. Он немного растерялся, разглядывая разбросанных по залу мужчин, но когда наткнулся взглядом на ребенка, на его лице промелькнули неподдельные эмоции. Неверие, шок, сомнения, узнавание. И в самом конце, немой восторг. Он просто открыл рот, пялясь на играющего с конструктором мальчика, не в состоянии молвить ни слова. Еще бы, ведь ребенок был его точной копией.

– Михаил Иванович, – робко начала я и достала из конверта результаты теста на отцовство. Протянула мужчине, не став пока ничего говорить.

Мы с Сережей затаили дыхание, ощущая важность этого момента. Ведь если что пойдет не так, ребенок останется… А впрочем, один он не останется точно. Я перестала бояться.

– Его зовут Миша, – оповестила я.

Мужчина перевел недоуменный взгляд на меня, а после опустил глаза на документы и начал с жадностью вчитываться в каждое слово.

– Он мой? – наконец спросил он.

И мы с Сережей дружно кивнули.

– Но как?

Как это произошло технически, я объяснять не стала. А вот про маму маленького Мишки охотно рассказала. Конечно, я не обронила ни слова о заказе Татьяны. Клиентку в любом случае нельзя было выдавать. Но теперь для нее были новости, и только высшие силы знали, как она отреагирует. А Михаил тем временем боролся с шоком.

– Да это же… Не верю! – выкрикнул он. – Ну не мог я. Мне доктор сказал. Недавно проверялся. Не может быть у меня детей. Я даже жену в измене заподозрил. У меня же еще один сын есть.

Он взялся за голову и сел в кресло.

– Что Таня скажет?

Я выдохнула и присела рядом.

– Михаил Иванович, я понимаю, что это все непросто. Но выбор есть. Или разрушить вашу привычную жизнь и начать все заново с родным ребенком, которому очень нужна ваша забота и любовь. Или же… отказаться от него. Тогда ничего не придется менять.

На последних словах мой голос дрогнул. А Михаил посмотрел на меня с ужасом.

– Нет, – отрезал он. – Я своего сына не отдам.

Я удовлетворительно кивнула и послала ему подбадривающую улыбку.

– Это самое главное. Хотите с ним познакомиться?

Мужчина вздрогнул и снова повернул голову, чтобы посмотреть через стекло. Ему понадобилась всего секунда на размышления, после чего, он твердо заявил:

– Хочу!

В тот момент, наблюдая, как Михаил подходит к своему сыну, садится рядом и несмело о чем-то его спрашивает, я подумала, что это самое милое, что когда-либо происходило в моей жизни. Все это можно было назвать одним словом: «надежда». Она была в глазах ребенка и отца, когда они пожимали друг другу руки. Ею был пропитан весь зал, ведь все мы ожидали и надеялись, что отныне судьба мальчика сложиться лучшим образом.

В тот момент я не чувствовала себя вершительницей судеб. Нет. Но одно я поняла точно. В моей жизни должно быть больше таких моментов. Больше счастливых улыбок, больше надежды, веры и любви. Все в моих руках, и я никому не позволю отнять это у меня.

– Татьяна скоро приедет? – спросила у Сережи.

– Через полчаса.

– Отлично. Покончим с этим, и поедем к Тиме.

– Домой, – напомнил Серый, ведь таков был уговор. Но я была под впечатлением, так что…

– К Тиме. Не отвезешь, сама доберусь.

Он недовольно зыркнул на меня, что-то пробормотал себе под нос и ушел.

Михаил оказался крепким орешком. Когда я спросила насчет его супруги, он сказал, что все сам ей объяснит. И сегодня же заберет Мишку домой. Оставив мужчин на попечение психолога, пошла к себе в кабинет встречать клиентку. Я до последнего не знала, как быть. Но когда увидела ту самую надежду и мольбу в ее взгляде, решила максимально не вмешиваться. Прав был Тима, это их жизни, не мои. Угодить всем не выйдет. Я помогла маленькому беззащитному человеку, а взрослые уж как-то разберутся с остальным.

– Здесь поддельные анализы ДНК, – оповестила я и вручила Татьяне конверт. А потом положила сверху второй. – А в этом подлинные. Что сказать мужу – решать вам. Но я бы посоветовала не торопиться с решением. Понаблюдайте за мужем, возможно, вам двоим понадобится время, чтобы многое осмыслить.

Им точно будет о чем поговорить сегодня. Возможно, Татьяна все же наберется смелости и скажет правду.

– Спасибо, Яна. Я просто хочу сохранить семью. Любой ценой.

Сказав это, клиентка достала документы из нижнего конверта. Ее билетик в старую беззаботную жизнь, вот только поезда туда уже не ходили. Она проверила данные, удовлетворенно кивнула и полезла в сумку за гонораром. Вручив мне конверт с деньгами, женщина молча удалилась в сопровождении охраны. Сережа проследил, чтобы чета Тян не встретилась в здании. Он проводил Татьяну, а Боря занялся переездом Мишки к отцу.

Прощание немного затянулось, и когда я вернулась в кабинет, обнаружила, что на улице стемнело.

Я покачивалась в кресле Тимы и пялилась на конверт на моем столе. В таком состоянии меня и застал Сережа.

– Ну, чего ты? – недовольно пробубнил он. – Хороший же день.

– Не хочу брать эти деньги. За что они? За подделку, которой она, может, и не воспользуется?

Сережа подошел к столу, медленно накрыл ладонью конверт и потянул на себя.

– Ну, если ты не хочешь, то я заберу.

Я стукнула его ладошку и бросила пачку в сумку.

– Ладно. Тимофею Андреевичу отдам. Разберется. Поехали?

Я, честно говоря, ждала сопротивления и брани. Но Сережа неожиданно бодро согласился.

– Поехали!

– К Тиме? – на всякий случай уточнила.

Мужчина улыбнулся и кивнул.

– Во-о-от, – довольно протянула я. – Теперь этот день становится действительно хорошим!

Глава 25

Мой прекрасный торт был благополучно разрезан на кусочки и роздан гномам. Только верхушку, самый последний ярус я забрала с собой. И вот, сидя на заднем сидении машины и держа в руках коробочку с бантиком, я с мечтательной улыбкой наблюдала за дорогой. Воцарилась безмятежность и, казалось, ничего не могло испортить грядущий вечер.

– Вот видишь, – бросила я Серому. – Все спокойно. И нечего паниковать из-за какого-то придурка.

Сережа в ответ лишь неопределенно фыркнул. Собеседник он такой себе. Нашла в кармане телефон и собралась набрать Тимочку, но неожиданно раздался звонок. Звонила Ира.

– А я думала, ты будешь спать весь день, – со смешком произнесла я вместо приветствия.

– Я и спала, – произнесла она. И голос мне ее показался напряженным. – Но потом вспомнила кое-что. И проснулась.

Я покосилась на Сережу и отвернулась к окну. Не хотелось, чтобы он раньше времени просек про отношения Иры и Вадима. Лучше уж я сама об этом Кронину доложу.

– Что там у тебя?

– Ты же сказала нарыть компромат. Вот я и расспрашивала, расспрашивала. Весь вечер.

Голос Иры мне определенно не нравился. Теперь в нем слышались нотки паники.

– Ну и?

– Про себя Вадик толком ничего не сказал, – совсем тихо добавила она. – А вот про брата своего обмолвился. Даже не знаю, как тебе это сказать. Просто я заметила, что ты не равнодушна к Тимофею Андреевичу. Ну и подумала, что ты должна узнать сейчас, чтобы потом не было…

– Ира! – прикрикнула я, теряя всякое терпение. – Просто говори.

– Он вроде как женится. На какой-то Алисе. Свадьба планируется до конца года. То есть, вот уже. В течение двух недель.

Ира сказала еще что-то о брачном договоре, но слова ее звучали как из танка.

– Женится? – глухо повторила я и краем глаза заметила, как напрягся Сергей. Он перехватил телефон, прочитал имя абонента и без слов отключился.

– Что она тебе сказала? – переспросил он.

Я перевела взгляд на Сережу и посмотрела ему в глаза. Он не мог не знать. Кому бы еще Тима доверил безопасность такого торжества?

– Кронин женится? – спросила я, все еще надеясь увидеть или услышать немое опровержение. Сергеев мог бы посмотреть на меня, как на дурочку, или сказать пару ласковых в адрес моей вменяемости. Но он насупился и сжал губы ниточкой.

– Спроси об этом у него. Не хочу быть испорченным телефоном. – Сказал, как отрезал и отвернулся от меня. Душа упала в пятки. Не отрицает.

Какого черта! Как Тим вообще может жениться сейчас, когда у нас с ним только все начинается? Зачем тогда все эти его взгляды, поцелуи, обещания? Для чего весь спектакль, если в конечном итоге…

Я забрала свой телефон и набрала Кронина. Мне было плевать на слова Иры или недомолвки Сережи. Лишь хотелось услышать голос, который успокоит поднимающуюся бурю. Хотя где-то на задворках сознания билась мысль, что все может стать только хуже.

– Яна, – с укором позвал Сергей. – Это не телефонный разговор.

Я лишь отмахнулась от него. Он и представить не мог, что творилось у меня внутри. Я медленно и мучительно умирала с каждой новой секундой. Только одно и оставалось – держаться за мысль, что сейчас он ответить ласковым голосом и скажет, что все абсурд, а ему нужна только я. Пускай даже соврет, я поверю. Я поверю.

Но ответа не последовало. Абонент был вне зоны действия сети. Я даже уставилась на свой телефон, как на предателя. Ведь Кронин всегда на связи, что на этот раз могло пойти не так?

– Он не отвечает, – тревожно проговорила я. Но Сережа и не обратил внимания на меня, его куда больше интересовал вид из окна.

Машина остановилась на светофоре, а я вдруг поняла, что задыхаюсь в маленьком пространстве. Потянулась к ручке двери машинально, сама толком не понимая, что собираясь делать. Рядом была подземка, ведущая в метро. Она так и манила меня скрыться в ней, затеряться в толпе.

– Выходи, – заявил вдруг Сергеев, будто точно мог прочесть мои мысли. Только голос его звучал нервно и сурово, как никогда.

– Что?

Он не ответил, а сам вытащил меня наружу и, петляя между машинами, за руку вывел на тротуар. А там мы уже вдвоем в самом деле потерялись в толпе.

– Слушай сюда, – быстро приказал он. И выглядел так, что спорить совсем не хотелось. – Сядешь сейчас в метро и проедешь три остановки к центру, потом выйдешь. Телефон из руки не выпускай. Поняла?

Он остановился у стеклянной двери в подземный переход и встряхнул меня, ожидая ответа. Его требование окончательно сбило меня с толку. Я невнятно кивнула и поймала его напряженный взгляд, вскользь брошенный на дорогу. Проследив за ним, увидела, что машины на дороге тронулись, кроме двух. Одна наша, а вторая – черный джип с затемненным стеклами. И из нее как раз выходят люди в масках.

– Сережа! – с ужасом прошептала я, но он опять меня встряхнул, на этот раз сильнее.

– Иди, я сказал. Три остановки, Яна. Поняла? Ни с кем не разговаривай.

Он подтолкнул меня к стеклянной двери, а сам развернулся, закрыв своей спиной обзор на дорогу. Если он хотел меня отвлечь, у него на сто процентов вышло. Теперь мое и без того колотящееся сердце было готово выпрыгнуть из груди. Я не пошла, а полетела вниз, чтобы успеть на отбывающий поезд метро. Даже забыла посмотреть, в каком направлении он едет. Но как только тот тронулся с места, увидела, что движусь к центру. Я сжала в руке телефон и попыталась набрать Сережу, зная, что связи все равно не будет. А когда поезд прибыл на следующую станцию, попыталась снова. Но Сергеев телефон не брал. Пришлось звонить… Кронину.

На этот раз он ответил, правда, успел только назвать мое имя и выругаться. Прозвучал еще какой-то вопрос, но слов я не разобрала. Бесполезно. Еще две станции, и я смогу выйти на связь.

Я считала в уме, чтобы хоть как-то взять себя в руки. Разбушевавшееся воображение рисовало страшные картины. Ведь не зря Сережа отправил меня подальше от той машины. Но почему три остановки? Что там будет?

Как только поезд остановился на нужной станции, я нетерпеливо побежала вверх по эскалатору, расталкивая людей. Что? Что там такого могло быть? Никогда не была в этой части города, но когда вышла из подземного перехода, вновь оцепенела. Набережная.

Смотря прямо перед собой, на черную гладь реки, я даже не сразу поняла, что мой телефон разрывается. Грустные воспоминания вытеснили всю реальность и посторонние звуки. Женя…

– Алло? – машинально ответила я.

– Стой, где стоишь, – послышался приказной голос Кронина.

– Там у Сережи…

– Я знаю, – оборвал он. – Все под контролем.

– У тебя всегда все под контролем, да? – прошептала я дрожащим голосом. А затем закрыла глаза и на выдохе спросила: – Это п-правда про тебя и Алису? Вы женитесь?

Повисла жестокая пауза. Голова запульсировала, и казалось, что гулкие удары моего сердца заполнили все пространство. А еще перед глазами возникла та самая гадкая улыбочка бывшего, как бы намекая, что он опять победил в игре «Ты никогда не будешь счастлива».

– Ян? – такой ласковый, нежный голос, как ножом по кровоточащей ране – совсем не вписывалось в картину. – Это тебе кто сказал?

– Это важно?

– Нет, это точно не важно. Важно, чтобы ты сейчас попала ко мне, и я тебе все объяснил. Я уже рядом. Мои люди тоже.

Последние слова звучали с перерывом, а через секунду я и вовсе едва не выронила телефон, когда передо мной невесть откуда возник мужчина неприветливой наружности очень крепкого телосложения. И что сразу бросилось в глаза – наушник в ухе, как у телохранителей.

– Яна Васильевна? – спросил он. Я и кивнуть не успела, как рядом возник еще один такой же «шкаф» и схватил меня за локоть, как тряпичную куклу.

– Вы пойдете с нами.

– Руку убрал, – процедила я. Но мужчина лишь сильнее сжал. А потом и вовсе дернул на себя и быстро поволок в сторону реки. Там была лестница, ведущая на причал.

Я попыталась вырваться, но тщетно. Попросила отпустить меня вежливее, но просьбу проигнорировали. Сделав глубокий вдох, набралась терпения и сказала «пожалуйста», но даже волшебное слово не сработало. Пришлось терпеть болезненную хватку, от которой точно останутся синяки. Да, сбежать при всем желании не удалось бы.

Мы вышли на причал, и я увидела вдалеке плывущий к нам корабль. Большой, весь светящийся огоньками и гирляндами. И этот сказочный свет отражался в темной воде, делая вид еще более волшебным. Красиво.

Очень в стиле Тимы. У меня больше не было сомнений, что он там, на этом чудном корабле, который с каждой минутой приближался все ближе.

И очень скоро показался еще один такой «человек Кронина» и выпустил нам трап, по которому меня начали медленно волочь.

Это был не просто корабль, а ресторан на воде. Палубу защищал стеклянный купол, и внутри оказалось тепло и уютно. Всюду стояли столики, кожаные диванчики и кресла. Приглушенный свет и нежная музыка дарили особую атмосферу. Впрочем, все это было уже неважно и кардинально испорчено тем фактом, что мужчина, которого я искренне полюбила, вероятно, собирается жениться. Не на мне.

– Млять, отпусти ее, – прорычал Тим, как только увидел руку своего наемника на мне. Сам он сидел в центральном кресле, вытянув ноги на пуфике. Я точно знала, что рана так быстро затянуться не могла, и ходить ему еще нельзя. Какого черта он вообще здесь делает, если должен находиться в больнице?

Когда мужчины, пробормотав извинения, удалились, а мы с Крониным остались в стеклянном куполе одни, он нахмурился и придирчиво меня осмотрел.

– Ты в порядке?

Из меня вырвался нервный смешок.

– В порядке? Я? Да вы издеваетесь, Тимофей Андреевич.

– Иди сюда, – позвал он и поманил меня рукой.

– И не подумаю!

– Значит, мне нужно встать, чтобы добраться до тебя и обнять? – с укором произнес он.

Я ткнула в него пальцем и зло процедила:

– Обнять? Меня? А будущая жена возражать не будет?

Выплеснув немного яду, я понадеялась, что полегчает. Отнюдь. Я закипала в жгучей ревности и давилась колючей злостью.

Тима смотрел на меня жестким немигающим взглядом прямо, как в нашу первую встречу. А потом и вовсе выдохнул и зловеще улыбнулся.

– Значит, придется вставать, – заключил он и потянулся рукой за кресло. Я округлила глаза, когда он достал костыль. Проверив мою реакцию, еще и добавил: – Это будет на твоей совести.

И с этими словами больной на всю голову мужчина начал вставать.

– Тима, – предупреждающе произнесла я. Он на меня и не посмотрел, но когда поморщился от боли, пытаясь подняться, это стало последней каплей в океане моего фантастического терпения.

Я быстро подошла к нему и толкнула в грудь, заставляя лечь обратно в кресло. А потом еще и костыль отобрала. Не с первого раза, правда, но все же вырвала из его рук палку. От злости и отчаяния даже замахнулась. Кронин поморщился, а потом та-а-ак посмотрел, что бить сразу расхотелось.

Не то что бы страшно стало, скорее жалко. Все же не хорошо самое любимое в мире начальство костылем лупить. Вместо этого я «ударила» его неласковым словом:

– Гад ты, Кронин!

Пускай гад, зато с реакцией у него все хорошо. Поймав меня за руку, он резко рванул на себя, буквально заставляя на него усесться верхом.

Я все еще держала костыль над его головой, как бы намекая, что любое лишнее движение, и я готова за себя постоять. Но Тиму это, похоже, ничуть не волновало.

– Яна, – начал он осторожно. – Давай начнем со второстепенного. Сказать тебе о браке с Алисой мог только Вадим. Потому что только мой придурочный брат искренне верит, что данное, скажем, мероприятие состоится. А теперь главное.

Тима запустил пальцы в мои волосы и притянул мое лицо к своему. Наши губы оказались в сантиметре друг от друга, а его гипнотический взгляд полностью завоевал мое внимание.

– С Днем Рождения, любимая, – прошептал Тима и поцеловал.

Нежными, ласковыми прикосновениями он словно просил прощения за все нервотрепательные минуты сегодняшнего дня. А еще будто пытался успокоить меня, заверить, что все у нас хорошо, и он так же скучал по мне, как и я по нему. И, в конце концов, когда воздуха стало не хватать, а Тим лишь крепче меня прижал и углубил поцелуй, я мысленно дошла до сути.

– Значит, никакой свадьбы? – задыхаясь прошептала я.

Он хмыкнул и начал прокладывать дорожку из маленьких поцелуев от моих губ до уха.

– Не с Алисой точно, – поделился он по секрету.

И его руки начали путешествовать по моей спине. А пока я обдумывала каждое слово, мысленно прыгая и облегченно выдыхая, он ловко избавил меня от куртки. В самом деле, в помещении было жарко. И становилось все жарче с каждой секундой.

Когда и мой пиджак пополз по плечам, я вовремя опомнилась, и легонечко стукнула Тиму кулаком.

– За что? – жалобно спросил он. Я вскочила, отбросила костыль вместе с пиджаком на соседнее кресло.

– Ты еще спрашиваешь? – поразилась я. – Да я сегодня чуть инфаркт не заработала! Дважды! Сначала «радостную» весточку получила, а потом какие-то люди в масках на нашу машину напали. И в завершение веселенького вечера, двое головорезов потащили меня на темный безлюдный причал невесть для чего. То ли в лапы бандиту отдать, то ли притопить развлечения ради.

Вот! Вот теперь действительно полегчало.

– И все ты виноват! – добавила напоследок и запустила руки в волосы. Немного их потрепала, намотала круг по ковру и сбросила ботинки. – Я так не смогу, Тим. Все эти погони, аквариумы, люди в масках, головорезы – это не для меня. Я не хочу прожить всю жизнь в страхе, что однажды ночью ко мне ворвутся бандиты, потому ты что-то с ними не поделил.

Он будто и не слушал меня, уставившись в одну точку на моем предплечье. Проследив за его взглядом, я поняла, что он смотрит на покрасневшее место чуть выше локтя, где охранник удерживал мою руку. Жаль, что блуза с коротким рукавом не могла это скрыть. А впрочем, не жаль.

– Вот! – указала я на будущую гематому. – Зачем все это, а?

Тима поднял на меня глаза и напряженно сжал челюсти.

– Извини. Мне пришлось нанять новых людей для себя. Тебя должен был привести Сергей. В целости и сохранности.

– Ох, ну он не смог! Ты же сам сказал, что все знаешь, и все у тебя под контролем. Кто те, в масках? И что с Сережей?

Взгляд Тимофея стал жестче стали. Видно было, он адски злился, но из последних сил старался быть милым для меня.

– Наемники Антона, – процедил он. – Я тебе дал слово, что больше ты его не увидишь, и теперь я делаю все возможное, чтобы так и было, Яна. И, прости, если мои методы кажутся тебе грубыми. Я других не знаю. В одном я уверен точно – тебя он не получит. Тех уже повязали и повезли на допрос. Не беспокойся так о Сереже, он свое дело знает.

В последних словах я отчетливо услышала нотки ревности. Но не это меня волновало. Сегодня Тима прямо таки поражал одной новостью за другой. Антон… Послал за мной целую машину головорезов?

– Он совсем рехнулся? – пробормотала я и присела на кресло возле Кронина.

– Ты сейчас о ком? Так сразу и не поймешь, кто тебя больше волнует, – заворчал босс.

Но когда я посмотрела на него, быстро сменил гнев на милость. Видимо, прочел ужас в моих глазах.

– Эй, – позвал он тихо и сжал мою руку. А потом поднес к своим губам и поцеловал костяшки пальцев. – Все хорошо уже.

Я невольно улыбнулась и пересела поближе. Теперь, черт возьми, я поняла, насколько неправильными были мои выводы. Он вовсе не тот, кто создает проблемы, а тот, кто их решает. И все ради меня. А мне, похоже, надо прекращать всем мужчинам приписывать «подвиги» Антона.

– Значит, ты с мафиози дел не имеешь?

Тим поморщился и послал мне вопросительный взгляд.

– Это тебе тоже Вадим рассказал? Оставил тебя на четыре дня, и пожалуйста. И что же ты, Яночка, все это время думала, что встречаешься с мафиози?

Я пожала плечами и с надеждой посмотрела на мужчину.

– Значит, нет?

Он хохотнул.

– Нет! Я бизнесмен. Предельно честный и весьма успешный. А таким нужна защита от тех, кто зарабатывает иным путем. Я некоторых знаю в лицо, но дел с ними не имею. В отличие от моего брата. Вот, от кого тебе следует держаться подальше. В общем-то, я и так планировал в новом году свести общение с ним до минимума.

Он пытливо уставился на меня, ожидая понимания. И я кивнула.

– Да я и не общалась с ним, – честно призналась. – Но тебе все же не стоит оставлять меня одну. Фантазия у меня бурная, знаешь ли.

Кронин тяжко выдохнул и простонал:

– Не такой сюрприз я для тебя готовил.

– Мой главный сюрприз, что ты здесь. Ты, а не кто-то другой, – произнесла я и доверчиво к нему прижалась.

Тимочка погладил меня по волосам и снова поморщился от боли.

– Но ты не должен был! – тут же возмутилась я. – Тебе сказано как минимум неделю лежать в постели, а прошло только четыре дня. Я могла и сама к тебе приехать.

– Кто же празднует День рождения в больничной палате? – закряхтел он и таки сменил позу. А потом покосился на свой костыль и добавил: – А давай переместимся в кровать?

Моя бровь сама по себе взлетела вверх, а на губах расплылась улыбка.

– Знаете, Тимофей Андреевич, если бы не ваша нога, я бы подумала, что вы ко мне пристаете!

– Знаешь, что, Яночка, – в тон мне ответил босс. – Ты на мою ногу не смотри. Я не такой больной, каким притворяюсь.

И он снова меня поцеловал. Ну разве можно устоять перед этим соблазнителем?

Я помогла ему встать, и мы покостыляли в конец зала, где располагался огромный топчан, который Тима назвал громки словом «кровать». Главное, что ему было комфортно, а вот меня усадили за стоящий рядом столик и объявили о начале праздничной трапезы.

Подлетел невесть откуда взявшийся официант, поставил на стол два подноса с крышкой, и разлил по бокалам вино. Покосилась на бокальчик, перевела взгляд на Тимочку и призадумалась. А не разговорить ли мне босса? Нет, в целом, он меня уже успокоил и вполне убедил, но моя подозрительная и любопытная натура требовала подробностей.

Как только официант удалился, а Тимофей поднял бокал, в голове созрел коварный план.

– Я не силен в речах, – начал он, – и сомневаюсь, что смогу подобрать нужные слова сейчас. Просто знай, что я безмерно рад тебя видеть. И…

Он оборвался, выдохнул и покачал головой.

– За тебя!

Это вовсе не то, что он хотел сказать, но пока мне этого было достаточно. Глаза говорили за мужчину. Наверное, все это было ново для него.

– Ты когда-нибудь влюблялся? – вырвалось из меня, как только я отпила глоток красной терпкой жидкости. Глянула на бокал. Ну, блин! Быстро!

Тима изогнул губы в улыбке и вопросительно поднял брови.

– Ну, так, чтобы… Ух! – добавила я, будто бы мои язык и разум были из разных тел. – Чтобы мозг кипел, сердечко колотилось и хотелось совершать безумные поступки?

Тима кивнул на крышку моего подноса, сам снял свою и ответил:

– Мозг кипел, говоришь? Ну, так, как сейчас, точно не было никогда.

Улыбаться шире я не могла, хотя очень хотелось. Последовав примеру любимого, открыла крышку и блаженно выдохнула.

– Еда!

– Шашлык! – добавил Кронин, и мы оба засмеялись. А после принялись за трапезу. Ужин проходил в уютной обстановке, бокал сладкого вина совершенно меня расслабил, и ноги под столом начали искать приключений. А когда ничего там не нашли, я встала со стула и присела на краюшек Тиминого топчана.

– Тимофей Андреевич, – пропела я пьяненько.

Он откинулся на подушку, наблюдая за мной с сытой улыбкой.

– Да?

Ну и я не стала тянуть резину.

– А откуда ножки выросли у слухов о вашей скоропостижной женитьбе?

Тима тут же напрягся, и улыбка его померкла. Нехорошо.

– Ты хочешь обсудить это сейчас? – с недовольством спросил он. – Испортишь нам вечер.

Я покачала головой.

– Этот вечер уже ничем не испортить, – был мой аргумент. – Его можно сделать только лучше.

– Ну точно не подобными разговорами, – настаивал босс.

– А если так? – проворковала я и расстегнула верхнюю пуговку блузки.

Глаза Тимы смешно расширились.

– Это нечестная игра! – запротестовал он.

– Знаю, но что мне остается? Ответ за зрелище! – сказала я и прикоснулась к следующей пуговке. Но так и не расстегнула ее. – Почему Вадим решил, что ты женишься?

– Почему! – заворчал Кронин, жадно следя за моими руками. – Так хочет Кронин старший. Отец Алисы – его лучший друг. И им нужен доверенный человек, с которым…

Он выдержал паузу, и я распахнула блузу почти до неприличного.

– …Можно провернуть фиктивный брак. Почему-то они решили, что я отлично сгожусь на эту роль.

Я недовольно сморщилась.

– Беда, Тимофей Андреевич. Беда. Они все на вас давят, получается.

– Да, но… – Он посмотрел мне в глаза и хитро ухмыльнулся. – Мне ничего не страшно, ты ведь пообещала меня спасти. Я запомнил!

Тима придвинулся так близко, что его нос почти качался моего, и я вмиг опьянела. То есть, еще больше. Его пальцы медленно поползли по моим рукам, оставляя за собой тысячи мурашек. Неоспоримо, между нами такая сильная химия, что не только мозг кипит, но и во всем теле пожар.

Лично мне даже дышать было трудно, когда его губы находились всего в нескольких сантиметрах. Таким сладкие и манящие. Я сосредоточилась на них, но в то же время очень ярко ощущала его прикосновения. Он провел пальцем по моему животу и поднялся выше, заставляя меня шумно выдохнуть.

А потом его пальцы принялись застегивать пуговицы на моей блузе. Посмотрела вниз. Нет, ничего не путаю. Застегивает!

На мой недоуменный взгляд, Тима тихо рассмеялся и пояснил:

– Я пытаюсь быть джентльменом, а ты мне очень усложняешь задачу.

– Да! Я такая!

Коварно улыбнувшись, первой прижалась к его губам, сразу требуя взрослый поцелуй. Руки Тимы сползли на мою грудь, там и оставшись. А ласки тем временем становились все смелей, настойчивей и жарче.

Я могла бы все свалить на вино, но зачем врать себе самой? На меня так действовал один конкретный мужчина. В какой-то момент я оказалась сидящей на нем, прижавшись к нему так плотно, что могла ощущать всю твердость его мышц, и не только их. Будто бы между нами вовсе не было одежды.

А потом Тима резко отстранился и зашипел. Выражение боли на его лице моментально отрезвило. И я с ужасом аккуратно с него сползла.

– Прости!

– Ничего страшного, – все так же шипя, заверил он. Но я-то видела, что Кронин буквально был готов орать от боли.

– Прости! Прости! Тимочка!

– Правда, уже прошло, – спокойней ответил он и сделал несколько глубоких вдохов. – Вернись обратно.

Он поманил меня рукой, а я посмотрела на место ранения и покачала головой.

– Нет, знаешь, не надо.

Он нахмурился, но спорить не стал. Сам глянул на свою ногу, да так, будто бы она была виновата во всех бедах в мире.

– Еще неделя, – напомнила я ему. – Всего недельку потерпи.

Тима хмыкнул и перевел на меня полный обещания пламенный взгляд.

– Ладно, я и дольше терпел.

– Правда? – игриво прошептала я и вернулась за стол. – А как долго? Когда ты понял, что… Ну…

– Что хочу тебя? – закончил он смело.

Скромно кивнула.

– Хм, – протянул он задумчиво. – Когда же это произошло? До мокрой блузы в горошек или уже после?

Я вспомнила тот позорный случай и, закрыв лицо руками, обреченно застонала. А потом подсмотрела за реакцией Тимы испод растопыренных пальцев, и засмеялась. Он выгладил таким довольным, как тот кот, объевшийся сметаны.

– Признайся! – вдруг произнес он заговорщицки и наклонился. – Ты же специально меня изводила, да? Эти твои фотографии, смс-ки, костюмчики и даже блузки застегнутые до горла – все, чтобы заставить меня сходить по тебе с ума!

– Что? – возмутилась я. – Нет! Я и думать не думала! Ты же мой босс, мне просто хотелось быть хорошей помощницей для тебя.

– Нет-нет, – задумчиво протянул он. – Уверен, все это было тщательно спланировано. Потому что невозможно быть настолько сексуальной в обыденных вещах.

Тима говорил так уверенно, что я не могла понять, шутил он или в самом деле так думал. Надув губы, сложила руки на груди.

– Я не такая!

Тима фыркнул и снова поднял бокал вина.

– Главное, не меняйся, Ян! Потому что я хочу тебя именно такую.

Когда мы выпили, он снова поманил меня к себе, на этот раз пообещав, что не будет приставать. Угу! А я о себе такого сказать не могла.

– Отсюда будет лучше виден твой подарок.

– У меня будет еще подарок? – удивилась я и все же присела к нему рядом. Просто легла под бочок, чувствуя себя в самом надежном и защищенным месте на всей планете.

– Даже два! – довольно заявил Кронин и нажал кнопку вызова официанта. Правда, парень не появился, но откуду-то сверху раздался грохот, и когда я подняла глаза, увидела через стеклянную крышу взрыв фейерверков. Такого потрясающего яркого салюта я не видела даже в День победы. И самое главное, что этот был только для меня одной.

Я смотрела на это чудо со счастливой улыбкой, и такой себя и ощущала. А когда перевела взгляд на Тиму, поняла, что он все это время смотрел не в небо, а на меня. И в его глазах читалось неподдельное обожание.

– Спасибо, – прошептала я вместо слов, которые так и крутились у меня на язык.

«Я люблю тебя».

– И тебе, – в тон мне ответил Тима и снова поцеловал. Нежно-нежно, совсем не так, как еще мгновение назад.

Правда, на этот раз первой остановилась я. Пока еще могла.

– Твоя нога, – напомнила нехотя. – Не хочу неосторожным движением продлить процесс выздоровления.

– Знаешь, а это умно, – согласился Кронин. – Я ведь еще должен потанцевать с тобой на корпоративе.

– Да! – радостно воскликнула я. Ох и обрадуется народ. А все благодаря мне!

– Но тогда пообещай мне кое-что, – хитро начал босс.

– Да, хорошо, буду я сидеть дома все выходные. И никуда не пойду. Куплю пазлы на три тысячи элементов и соберу тебе картину в спальню!

Тима улыбнулся, но покачал головой. А затем достал из ящика тумбы черную бархатную коробочку. Слишком большую для обручального кольца, но явно предназначенную для других ювелирных изделий. Я застыла, немигающим взором следя за тем, как он аккуратно открывает коробочку.

– Наденешь это для меня в тот вечер?

Бриллианты! Рубины! Белое золото! Блестит страшно!

– Да т-ты с ума сошел? – ужаснулась я. – Мне на это смотреть страшно, не то что носить!

Тима весь затрясся от тихого смеха, хотя губы его были плотно сжаты.

– Я так и думал. Потому сразу принялся за шантаж. Не примешь подарок, не – будет корпоратива.

– Ты это сейчас серьезно?

– Подумай о сотни сотрудников корпорации, – трагичным тоном оповестил этот аферист. – Их судьба в твоих руках.

– Какая судьба? Один вечер попойки, – ворчала я.

Тима больше ничего не сказал. Так и держал коробочку открытой, ожидая моих действий.

– Это серьезно, – прошептала я, давая ему последний шанс на отступление.

– Так же, как и мои намерения к тебе, – был мне ответ. Довольно удачный, стоит отметить.

Медленно кивнув, я провела пальцем по широкому колье. В паре шли сережки и перстень. Такой потрясающей красоты ювелирных изделий у меня еще не было никогда. И даже думать не хотелось, что это стоит целое состояние.

– Я не могу это принять! – пискнула я, а пальцы мои тем временем уже достали колье из футляра, жадно перебирая каждое звенышко. Звеньишко.

– И еще, – будто не услышав меня, продолжил Тима. – Тебе сейчас в самом деле лучше не выходить из дома без надобности. Я не хочу, чтобы ты ощущала себя в клетке. Но очень прошу не мешать мне защищать тебя. Всего неделю, Ян. А потом я буду рядом.

Он сам помог мне застегнуть украшение на шее и обвел рубин, который как раз оказался в ямочке на моей шее.

– Ты очень красивая, – произнес он тихо.

Это был идеальный момент. Не потому, что любимый мужчина подарил мне что-то столь дорогое. А потому что, он стал самим дорогим для меня. Сейчас.

И, наверное, уже навсегда.

Глава 26

Такого дня рождения у меня не было отроду. Не самые приятные события дня стерлись, осталось только воспоминание о волшебном вечере.

Мы с Тимой плыли вдоль набережной, наблюдая за вечерними огнями города. Вкусный ужин перешел в сладкий десерт и закончился не менее сладким поцелуем. Каким-то чудом нам все же удалось потушить страсть и сосредоточиться на других ощущениях – тепла и уюта. Укрыв меня пледом, Тима слушал отчет о проведенном деле. Я поделилась, как рада тому факту, что нашла мальчика и помогла ему обрести нормальный дом. Но также призналась, что в остальном он был прав. Лучше не вмешиваться в чужие судьбы. Тима лишь улыбнулся и сказал, что мы отлично дополняем друг друга. Я болтала так много, что в конечном итоге уснула. Проснулась уже в машине, и Кронина не было. Зато рядом сидел Сереженька.

– Босс очень не хотел тебя будить, – произнес он первым делом.

В свете уличных фонарей я разглядела его лицо и поморщилась.

– Краса-а-авец! – протянула я. Фингал на половину лица.

– Если Вера спросит, скажу, что меня начальница побила.

– Ха-ха! – заворчала я и начала расспрашивать про людей в масках. Это Тим запросто мог меня отвлечь от допроса. А вот Серому деваться было некуда. Так я и узнала, что люди в масках – частные наемники охранной фирмы. Им было поручено меня перехватить и доставить в загородный дом. Адрес и имя заказчика допытали.

– Вот и все, – довольно оповестил Сережа, – Готовенький твой бывший. Нашли его в том доме. Он как раз камин разжигал, к твоему приезду готовился. Ну, ничего: теперь отмечать в каталажке будет до суда и следствия.

Я взглянула на часы. Было двадцать три пятьдесят пять. Оставалось еще пять минут до конца моего дня.

– Сегодня все желания исполняются, да? – догадалась я. А потом зажмурилась и загадала одно, самое главное – быть счастливой. – Спасибо, Сереж. Спасибо тебе за все.

Мужчина кивнул и смущенно отвел взгляд.

– Да я просто делал работу, – пробормотал он и быстро исправился. – Хотя, я бы и так с радостью этому уроду рожу почистил, если бы где в городе встретил.

– А ты многое знаешь? – спросила я, чувствуя неловкость. Одно дело оголять душу перед Крониным, а совсем другое, когда о моем нелегком прошлом знают сотрудники.

– Все, что сам смог нарыть и еще совсем чуть-чуть со слов Кронина. Ян, даже если не брать в учет тебя, все равно этот Славин – человек черствый. Он такие махинации проворачивал, о которых приличным девушкам вроде тебя даже стыдно рассказывать. Не надо оно тебе, да и приказ был не болтать лишнего. В общем, знай одно. Карма существует, и Антошке достанется по заслугам.

Я бы хотела верить, что моя история закончится именно так. Иметь врага в лице Антона до конца жизни – мне очень не хотелось. А ведь его могут и отмазать. Сколько таких историй было…

– Мы его не упустим, – заверил Сережа. Он почему-то был уверен. Может быть, действительно имел достойный компромат.

Вернувшись к Тиме в дом, я поняла, что так и не получила поздравления от родни. А все потому, что даже не сообщила им новый номер телефона. Придется ждать до понедельника, позвоню маме с рабочего, навру что-то…

Пятница пролетела незаметно и лениво. А вот суббота грозила обратиться кошмаром. Если бы в шесть вечера не пожаловал сюрприз.

Услышала я звонок в дверь, напрягалась поначалу. Представила, кто бы смог пройти все уровни охраны и просто позвонить. И, когда воображение так ничего и не нарисовало, пошла открывать. И, собственно…

– Сюрприз! – заорала Верочка, размахивая передо мной бутылкой шампанского.

За ее спиной стоял Сережа и довольно скалился. Я быстро сообразила, что к чему, и тоже радостно завизжала.

– Девичник! – порадовалась я и крепко обняла соседку. Правда, сразу обозначила: – Только никаких эликсиров.

– Ой, да что ты, зануда! – запела Вера и смело втянула меня внутрь Тиминой квартиры. – Это же компотик с газами. Шипучка.

– Угу, – протянул Сережа и зашел следом, неся огромный пакет продуктов. Я лишь мельком заглянула и поняла, что там компотика на все выходные.

– Ох, Вера, – простонала я.

– Красиво здесь! – протянула она, расхаживая по коридору. – Давай экскурсию.

Я вопросительно глянула на Серого, а тот что-то клацнул на телефоне и повернул ко мне дисплей.

«Приведи ее подругу, чтоб не скучала. Под присмотром. Удвоить охрану. Никаких стриптизеров!»

Последнее особо повеселило. Ну, вот и как его не любить?

Мы с Верой посовещались и решили, что никаких стриптизеров нам и не надо. С такими-то мужчинами! Правда, Вера пыталась спорить и даже намекнула, что она не очень-то и занята, но Сережа быстро пресек все провокационные заявления одним строгим и властным поцелуем. С того самого момента они официально начали встречаться, а я была тому свидетелем.

На радостях, Вера решила дать мне мастер-класс под названием «Тернистый путь из желудка к сердцу мужчины». В общем, мы занялись непривычным для девичника делом – готовкой. Вера руководила, я готовила, а Сережа дегустировал. Борщ по его словам получился на славу. А вот с варениками не сложилось. А все потому, что Верочка постоянно подливала «компотика», и в какой-то момент я забыла, что лук в начинке должен быть с картошкой, а вовсе не с вишней.

– Гадость редкостная, – честно признался Серый.

– Это деликатесное ассорти! – поддержала меня подруга и снова всучила в руки бокал. – Холопам не понять!

К слову, десерт я не запомнила. Зато на следующий день мне точно было чем заняться. Кухня требовала капитальной уборки. И когда я отмывала духовку, в которой явно что-то взорвалось, позвонил Тимочка. Я соскучилась по нему страх как.

– Привет! – послышался его резвый и счастливый голос.

У меня голова раскалывалась, и вместо слов получалось кваканье.

– Доброе… дня!

– Как прошла встреча с подругой? – спросил Тима. И опять так нетипично бодро для него, что я даже насторожилась. Зыркнула на кухню.

– Слушай, я все приберу! – пообещала я.

И Кронин засмеялся.

– Значит, хорошо. На счет уборки не волнуйся. Пока ты будешь на работе завтра, приедет клининговая служба.

Я даже на трубку посмотрела. Проверила, а босс ли это звонит. Может я перепутала абонента?

– Яна?

Нет, он.

– М-мне что, и на работу можно? Вот так просто? И даже упрашивать не надо?

Любимый голос заставил меня расплыться лужицей.

– Ян, тебе можно все. Но если не хочешь, можешь и дома остаться. Решай сама. Ты сейчас чем занимаешься?

– Духовку чищу, – обреченно произнесла я.

– Брось!

Нет, ну это уже слишком.

– Да что с тобой такое? – не выдержала и спросила. – Ты почему это такой добренький, а?

– Хочешь сказать, раньше я таким не был? – с вызовом произнес он.

Нет, ну если подумать, он всегда был замечательным, отзывчивым и понимающим…

– Раньше у меня такого не было. Чтобы все желания сбывались, и все было так хорошо. Слишком хорошо!

– Нет, ну надо же, ей слишком хорошо! – проворчал он тихо. – Ладно, тогда давай я тебя работой закидаю, чтобы жизнь малиной не казалась.

– Давай! – охотно согласилась я.

Кронин сначала засмеялся, а потом как начал давать задания, что я даже побежала в кабинет, чтобы взять ручку и блокнот. Записала шестнадцать пунктов, и Тима перевел дыхание.

– Так, это было на понедельник, а теперь задания на вторник.

– Ты издеваешься? – заныла я.

– Девушка, да вам не угодить! – воскликнул босс.

Хорошо все же, что на счет вторника он пошутил. И вообще, такого игривого Тимофея Андреевича я наблюдала крайне редко, потому и не понимала, как себя с ним вести.

– Спасибо большое, – произнесла я в конце нашей беседы.

– За что?

– За то, что разрешил Веру привести. Я не привязывалась к девушкам после… ну, после смерти Жени. Но с Верой как-то само завязалось.

– Я ее пробил. Вроде нормальная. Муж у нее, правда, козел. Но этим Сергей занялся.

Я закатила глаза.

– Ты и сюда свои лапки запустил?

– Мне нравится контролировать ситуацию, вот и все, – был его ответ.

К вечеру кухня блестела безо всяких служб. А активная деятельность – она же заразная. Как начнешь, уже невозможно остановиться. Вот и я позвонила Вере и продолжила курс мастер-класса, на этот раз по телефону.

А утром, приготовив судочки с голубцами, ленивыми варениками и налистниками, вызвала Сережу, и мы вместе поехали на работу.

– Так! – деловито заявила я, разбирая пакеты. – Это гномам нашим. А это боссу. Ты ведь заедешь к нему днем?

Серый хитро ухмылялся все утро.

– Заеду-заеду, – протянул он и подавил мешок.

– Сережа! – начала я. – Скажи-ка, есть что-то, чего я не знаю? Вчера Кронин, сегодня ты?

– А что Кронин? – непонимающе спросил Серый.

– Подозрительно добрый. А ты подозрительно довольный.

И тут Сергеева таки прорвало. Он рассмеялся и не прекратил это занятие до тех пор, пока не достал свой телефон.

– Добрый, говоришь? Еще бы!

И он показал мне видео. А там я. Ну и я сразу поняла, что ничего хорошо ждать не стоит.

«Милый мой, хороший мой» – лепетала я заплетающимся языком, поглаживая пальцем фотку Тимы на экране своего телефона. Я сидела за столом, а на заднем фоне на диване в странной позе спала Вера.

«Никому тебя не брошу, потому что ты хороший» – добавила вдребезги пьяная я и начала лезть с поцелуями к телефону. А когда вдоволь нацеловалась с фотографией, положила голову на стол и закрыла глаза.

«Люблю тебя», – добавила я и отключилась за секунду. В довершение сего безобразия послышался голос Сережи за кадром: «Докладываю: девичник прошел успешно и плодотворно». Он перевел камеру на кухню, а там не то, что атомный взрыв произошел, там второе пришествие Христа случилось, как минимум.

«Ни один вареник не пострадал», – закончил свой доклад Сережа и заржал. На этом видео закончилось, и я глянула на него исподлобья.

– Мне сказали видеоотчет послать, я так и сделал! – тут же оправдался он.

– Ты ему это послал? – зловеще спросила я. Хотя, ответ уже и так знала. – Ну что же, Сереженька. Эту подставу я тебе не забуду.

– Да ладно, Ян! – воскликнул он. Но я уже обиделась.

– Я не злопамятная, ты не подумай. Но память у меня хорошая.

Кронин

Я отложил ноутбук и устало потер глаза. Эта неделя выдалась тяжелой, но, черт возьми, продуктивной. Фактически, я сделал за семь дней то, с чем планировал расквитаться как минимум за два месяца. И самое главное, я руководил процессом удаленно. Дела, в самом деле, легче продвигаются, когда у тебя в друзьях губернатор города. И опять же: спасибо Федотову за знакомство.

Откинув покрывало, взглянул на свою ногу. На один шрам больше. Но в этот раз я ни о чем не жалел. От мысли, что к машине могла первой подойти Яна, хотелось что-то сломать. К примеру, несколько пальцев Антона. И еще можно обе ноги, чтобы забыл, как преследовать чужую девушку.

Встав на ноги, ощутил ноющую боль, но было терпимо. Доктор сказал не напрягаться, так я и делал. Покорно лежал в постели, как чертов инвалид, работая в это время головой. Стоит отдать должное Славе и Серому. Вот в таких ситуациях друзья и познаются.

К слову, о друзьях.

Кто-то постучал в дверь палаты, и я впервые сам открыл.

– О! Да ты уже совсем здоров, – подметил Сережа. – Вот и замечательно, не придется возить это каждый день.

Он всунул мне пакет с едой и ухмыльнулся.

– Сегодня тяжелее, чем всегда.

– Они перешли к тяжелой артиллерии, – поведал он, имея в виду мою Яну и его Веру. – Борщ, голубцы и пирожки с вишней на десерт.

Серый хоть и посмеивался, но сам плыл каждый раз, когда получал вот такие вот пайки. Я прекрасно понимал, что он испытывал. Приятно, когда о тебе заботятся, когда дома первым делом видишь любимую женщину, а не пустые стены.

Я представил, как отреагирует Яна, когда узнает о моем отъезде. Ох, не понравится ей. Мне и самому не в кайф, но если хочу поставить жирную точку, то нужно поговорить с отцом с глазу на глаз. А значит, Франция.

– Ладно, я ем, а ты докладывай.

Сел на кровать и начал распаковывать еду. От одного только запаха слюнки потекли. Яна-Яна, что ж ты делаешь!

– Антона пытается отмазать вся семья. Уже вышли на нашего областного прокурора. Тот прощупывает, где на губернатора надавить, но не особо выходит. Предлагают откуп.

– Обойдутся, – буркнул я. – Этот мент сядет, Серый. И сядет надолго.

– Серверы почистили, – продолжил он, – все упоминания о тебе и сотрудниках удалили.

Кивнул.

– Нона, как ты и просил, всем нашим оформила увольнение. Юристов привезет Слава уже вечером. Слушай, а к чему такая срочность? Ты на следующей неделе уже и сам смог бы поездить по конторам.

– На следующей неделе меня в стране не будет. А точнее, уже сегодня ночью.

Друг с минуту обдумывал информацию, а потом кивнул.

– А мне отдуваться, – заключил он.

– А что? – с интересом спросил я. – Бушует?

– Кто? Эта милейшая особа? – подколол он и хохотнул. – Мегера она, Тима. Как есть, мегера!

Я послал ему предупреждающий взгляд.

– Мегера для меня. А для тебя Яна Васильевна.

– Угу. Она уже всю корпорацию на уши поставила с этим корпоративом. Ждет, готовится.

Я поморщился, вспомнив еще кое-что.

– Она не пойдет.

– С хрена ли? – удивился Серый.

– Не будет нас, – сказал и ухмыльнулся. Никому ведь не прокололся, даже своим. Ей хотелось романтики? Зимней сказки ей хотелось? Ну, я так и сказал – ей можно все!

К тому же, один единственный раз в году я могу себе позволить отпуск. Теперь могу. Сергей занят работой, а Слава следит за Антоном. Пока ведется следствие, я спокоен за Яну. И, если все и дальше пойдет по сценарию, когда ее бывший окажется за решеткой – нас в городе уже не будет.

Получив несколько указаний на время моего отъезда, Серый поехал в город, а я приготовился к серьезному разговору.

Набрал свою мегерку.

– Секс по телефону, – прозвучал томительный голос с сексуальной хрипотцой. Как удар громом, меня прошибло до костей.

Даже не сразу нашел, что ответить. А вот Яна точно знала, как меня добить.

– Какую развратную фантазию вы хотели бы воплотить сегодня? – спросила она. И тут же добавила: – Учтите, что днем снимается двойная плата.

– Почему… – пришлось прочистить горло, чтобы появились слова. – Почему днем двойная?

– Потому что ночью я предпочитаю встречи тет-а-тет, – зашептала Яна. – И вот тогда уже тройная!

Бросил трубку.

Нет, ну она издевается!

Перезвонила сама через пару секунд.

– Привет! – как ни в чем не бывало произнесла она.

– Секс по телефону? – уточнил я. – Вы еще и перезваниваете?

– Да, мы преследуем своих жертв. Так что вы, Тимофей Андреевич, попали.

– Это я и без тебя понял.

– Тим, а если серьезно, ты не думай, что я буду приставать, когда ты приедешь, – сказала Яна невинно. – Я же понимаю, что у тебя еще будет постельный режим и все такое.

– Угу, – протянул я, представляя себе режим в доме с Яной. То, что он будет постельным: сомнений не было.

– Что-то случилось? – спросила Яна, уловив мое настроение. Ей всегда удавалось это, даже на расстоянии. Будто она поймала мою волну. Или я ее.

Вздохнул.

– Мне придется уехать. Полечу к отцу во Францию. Нужно уладить кое-какие вопросы.

– Когда вернешься? – спросила Яна. Я ожидал услышать обиду в голосе, думал, она начнет ныть, как любят делать девушки, но Яна звучала спокойно.

– Двадцать восьмого.

– Двадцать девятого корпоратив! – напомнила она оживленно. – Ты ведь пойдешь?

Сказать ей сейчас? Нет, пускай будет сюрпризом.

– Если ничего не помешает.

– Отличненько, – пропела она, – Я буду ждать сильно-сильно.

Я улыбнулся, прикрыл на секунду глаза и представил вечер наедине с ней.

– Я тоже. И я буду ужасно скучать.

Она улыбалась, я знал.

– Итак! – она резко сменила тему и перешла на деловой тон. – У меня есть для вас две новости: хорошая и плохая. С какой начнем?

– С хорошей, – попросил я.

– Ира уволилась! Теперь у вас нет секретаря! – бодро заявила Яна. Мда… И бедную Иру довела, видать.

– Боюсь спросить, какая плохая новость, – заворчал я. – Признавайся, что ты сделала с Ирой?

Яна устало вздохнула.

– А это и есть плохая. Готов?

К тому, что она мне рассказала, я точно не был готов. И здесь мой идиот братец отметился.

– Она мстила, мстила, а потом влюбилась еще больше. Не спрашивай, как. У девушек так бывает сплошь и рядом.

– Правда? – удивился я.

– Правда, – заверила Яна. – Нам нравятся плохие и опасные парни.

Я фыркнул и подумал, что украсть ее перед вечеринкой, к которой она готовится вот уже второю неделю – оче-е-е-нь плохо. Ну и ладно!

– Ира сама приняла решение уйти? – уточнил я.

– Да. Я уговаривала ее остаться, просила поговорить с тобой, но она сказала, что не может больше жить прошлым, и что ей пора двигаться дальше. Вадима она простила и отпустила. В общем, сегодня утром она написала заявление, собрала вещи и ушла. Даже расчет просить не стала, у нее самолет вечером. Куда летит – не сказала.

Яна помолчала немного, давая мне время все обдумать, а потом озвучила то, что само пришло мне на ум.

– Слушай, я знаю, что у вас с братом не самые теплые отношения, но может быть, ты поговоришь с ним?

– Да, – ответил я и улыбнулся. – Поговорю.

Гениальный план созрел сам собой.

– Ты умничка у меня, – похвалил я.

– Да я же ничего не сделала.

Сделала. Дала толчок воплотить идеи в реальность. Оживила меня. Разве этого мало?

* * *

Перелет выдался томительным. Даже несмотря на то, что я почти все время спал. Присутствие брата угнетало. Мы были не просто чужими, а буквально не переносили друг друга на дух.

Вадим младше меня на восемь лет. Его мать стала причиной развода отца с моей. Андрей никогда не был прилежным мужем. Он регулярно изменял мама, и она знала об этом, но не уходила из-за меня. Ей поставили ультиматум – если уйдешь, ребенка больше не увидишь. А я был смыслом ее жизни: она неустанно это повторяла и старалась оградить меня от криминального мира, в котором погряз Кронин старший. Лишь благодаря ее усилиям я не пошел по стопам папаши, как это делает сейчас Вадим. Все же, мама была исключительно мудрой женщиной, раз смогла вложить столько смысла и порядка в мою бунтарскую натуру. С годами я перестал ненавидеть всех тех женщин, которые заставили маму страдать. Я даже перестал ненавидеть отца. Но сделал для себя один важный вывод – не брать пример с этих людей, которые зовутся моей семьей. У нас с ними не было ничего общего, если только бизнес. Но и с этим пришла пора заканчивать.

– Тебя ждет сюрприз, знаешь? – ехидно произнес Вадим, когда мы сели в посланную за нами машину.

Я посмотрел на брата и понял все по взгляду.

– Он пригласил Алису.

– Она здесь уже неделю. А ты, вижу, расслабился. Поверил, что она так легко сдастся?

Я пытался оставаться сдержанным, но не смог не улыбнуться. Вадик все же еще слишком неопытен, чтобы занять мой пост. Если отец не найдет подходящую кандидатуру, то корпорация «Элит» развалится через годик-другой. Я не злорадствовал… Ну, если только чуть-чуть.

Увидев мою улыбку, брат фыркнул и отвернулся к окну. Я довольно часто думал о том, что все могло сложиться иначе. Для него еще не все потеряно, и он в состоянии выковать для себя спокойное будущее. Без всей этой грязи, криминальных друзей, разборок, отжимов, схем и денежных махинаций. Убрать бы его подальше от отца, поместить где-то в закрытом помещении с такой девушкой, как Ира, и за пару месяцев он бы здорово переоценил жизнь.

– Чего ты лыбишься, – выплюнул он. – Думаешь, всегда все происходит, как ты задумал?

Я небрежно пожал плечами.

– Ну да.

– Не в этот раз, – пробормотал он себе под нос и вышел, как только машина притормозила у парадного входа роскошного особняка.

Я уже «предвкушал» выходные.

Первой встречать нас выбежала Алиса. Расцеловав Вадима в обе щеки и оставив на них след от красной помады, она полезла и ко мне. Мама всегда говорила, что существует два типа женщин – леди и все остальные. Но, несмотря ни на что, мужчина всегда должен оставаться мужчиной.

Пришлось стерпеть ее радушное приветствие, и, к счастью, досталось только одной моей щеке. Уцелевшей в аварии.

– Бонжуг, бонжуг! – выкрикивала она своим до ужаса неприятным голосом. Это первое, что меня в ней отталкивало. Господи, как же я соскучился по своей мегере!

– Папа и Франциска ждут нас в зале. Они готовят грандиозный обед. А потом мы сможем прогуляться по магазинам, да?

Эта поездка обещает быть ужасно длинной.

В Рождество весь Париж словно сошел с ума. Жители столицы были одержимы праздником, но дух веселья и легкости так и не посетил особняк Кронина старшего. Его энная жена Франциска была одной из тех холодных манерных женщин, при виде которых возникает желание заправить рубашку в брюки и вытянуться по струночке. Она лишь сказала пару заученных русских слов, и молчала весь вечер.

Сидя за столом, ломящимся от деликатесов, я смотрел на отца и видел одну только пустоту в его глазах – не было смысла бытия. Похоже, он и сам уже это понял. Одна радость – провернуть очередную аферу. Только это его и забавляло после стольких лет развязной жизни.

– Я очень рад, что семья наконец собралась, – проронил он сухо.

На что мы с Вадимом фыркнули, не сговариваясь. Семья – какое громкое слово. С мамой Вадима он не общается уже много лет, думаю, и с Франциской не особо разговорчив. А мы, двое его отпрысков, едва ли переносим эти «семейные» встречи. Отец сделал вид, что не заметил и послал Алисе натянутую улыбку. На самом деле, он и ее терпеть не мог. Подкурив сигарету, она вальяжно расселась, почти касаясь своей ногой моей.

– Все правильно сказал ваш отец, – произнесла она, радуясь каждому слову. – Мы уже почти семья. И скоро она станет еще больше. Настоящим кланом.

Она выдохнула дым в мою сторону и призывно улыбнулась. Вообще-то, я собирался поговорить с отцом наедине, но желание стереть улыбку с лица этой девушки победило.

– Нет, – ответил я, глядя Алисе в глаза. – Не станет.

Она вздернула бровь и ухмыльнулась. Думала, я шучу…

С ее ноги под столом спала туфля, и Алиса начала грязно меня соблазнять. У нее на лбу большими буквами были написаны мысли.

«Что мне стоит уложить этого урода в постель и залететь от него?»

Она даже не пыталась скрыть брезгливости, когда рассматривала меня. Алиса считала, что я должен пасть к ее ногам лишь потому, что она удостоила меня своим вниманием. Я обязан испытывать благодарность за оказанную честь. Кто вложил эту мысль в ее голову – мне неведомо. Но она, похоже, там укоренилась уже давно.

– Я не могу жениться на тебе, по одной очень простой причине, – произнес я и скопировал ее фальшивую улыбку. – Я уже женат.

Ее нога на моей голени застыла. Как и вся девушка. Да, эта реакция определенно стоила того, чтобы открыть свой козырь.

Андрей скупо улыбнулся и аккуратно опустил бокал на стол. Только сильно сжатые пальцы выдавали его недовольство.

– Это шутка? – спросил он вкрадчиво.

Я покачал головой и, напротив, поднял свой бокал.

– Не хочешь меня поздравить?

– Тимофей… Не хочешь объяснить?

– О, у меня очень хорошее объяснение, – заверил я и перевел взгляд на брата. – Ты хоть составь мне компанию.

Вадим смотрел на меня, как удав на свою жертву. Сцепив челюсти, он лениво мне отсалютовал и залпом выпил шампанское.

Наконец отмерла Алиса.

– Какого хрена? – заорала она. – Когда ты успел? Почему ты никому ничего не сказал? Ты хоть… Да ты… Ты вообще понимаешь, что творишь?

– Ну, если честно, тогда я не думал, что так далеко зайдет. Но в целом: теперь я всем доволен, да.

Я улыбнулся и отпил глоток. Яна будет в бешенстве, когда узнает. Жена-то она! И нет, мне опять ничуть не стыдно. Она, между прочим, сама подала идею. Сразу после того, как проявила свою исключительную способность прикрывать меня, и заявила, что с легкостью сможет избавиться от всех неприятных посетителей. Она так стремилась мне угодить в первый день, так этим раздражала, что я немного… психанул. Пошел к Ноне и добавил несколько пунктов к стандартному контракту о приеме на работу. Конечно, подобный документ я не мог предъявить отцу. Для него у меня имелся другой, выданный органом записи актов гражданского состояния. А еще в паспорте имелась печать. Это так, чтоб уже наверняка.

– Ты же лежал в больнице все это время, – вовсе неузнаваемым голосом просипела Алиса.

– И это должно было меня остановить? – спросил я. – Пару звонков…

Она метнула взгляд на отца и надула свои губы еще больше.

– Так нельзя. Ты мне обещал, Андрей. Нужно аннулировать этот брак.

Прежде чем отец успел бы согласиться, я выдвинул новые доводы.

– Зачем? Как по мне, все прекрасно сложилось. Наши пути разошлись, чему я безмерно рад. Но ты все еще не видишь полной картины. Давай-ка, я тебе поясню.

Я поставил бокал на стол, сел поудобнее, и достал из кармана документ. Передал его сразу отцу, но смотрел на Алису. Раньше я не обращал на нее особого внимания. Она была навязчива, когда дело касалось флирта, это меня не особо трогало. Но, когда эта избалованная кукла решила, что сможет давить на меня через отца – моему терпению пришел конец. Пришла пора указать ей ее место.

– Я всегда смотрю в корень. Ищу суть проблемы. Точку отсчета, понимаешь? С чего все началось?

– Дедушка собирается лишить меня наследства! – заорала она.

Я взглядом выразил все, что думаю о ее расшатанных нервах, и покачал головой.

– Нет. Все началось с того, что твой дед не доверяет ни тебе, ни твоему отцу. Вы как те паразиты, вцепились в капитал, который когда-то он выбивал своей кровью. Это черные грязные деньги, но вы не можете себе представить жизни без них.

Я говорил, как есть. Даже невзирая на косые взгляды отца. Он, на удивление, не вмешивался, уделив внимание документу.

– Ты ничего не знаешь обо мне и…

– И не хочу знать, – закончил я и жестом показал ей молчать. – Зато знаю главное правило бизнеса. Если условия сделки не устраивают одну из сторон – измени условия. Твой дед хотел толкового наследника для своего состояния, и он его получил. Я нашел.

– Что? – оторопело спросила Алиса. – В каком смысле? Какого еще наследника?

– В смысле, лучшего кандидата, чем я.

Краем глаза заметил, как отец дошел до последнего листа договора, и отметил его реакцию. Он не смог не улыбнуться кончиком губ. Теперь и его начала забавлять моя маленькая месть этой выскочке.

– Прежде всего, Алиса, ты ничего никому не обязана, – сразу обозначил я. – Твой дед принял это решение самостоятельно, в здравом, пока что, уме и без давления с моей или чьей-либо стороны. Один из моих клиентов познакомил меня с влиятельным человеком, который занимает далеко не последний пост в области. В общем-то, это министр финансов. Он предложил твоему деду стать инвестором в нескольких программах со стопроцентной отдачей спустя всего три года. А все, что будет свыше – уже ваш доход.

Вадик откинулся на спинку стула и помрачнел. Второй козырь был для него. До таких связей он еще не дорос.

– Министр финансов? – повторила Алиса и охнула. – Среди наших министров нет ни одного приличного мужика. Одни толстяки и старики.

– Ну, этот не стар, – без доли веселья констатировал я.

– Ты шутишь? – задала она риторический вопрос. Но, когда поняла, что отвечать я не собираюсь, выдвинула свое предположение. – То есть, я должна стать женой какого-то урода на три года, пока дед не получит обратно свои деньги? И только потом смогу с ним развестись?

Я покачал головой.

– Нет, что ты. Он уже женат. Жена, – на этом слове я сделал недвусмысленный акцент, – ему не нужна.

Да и не той породы эта хамка, чтобы быть женой министра и мелькать на экранах телевизоров.

– А кем тогда? – процедила Алиса. – Любовницей?

Я пожал плечами.

– Повторюсь, никто тебя ни к чему не принуждает. Ты ведь всегда сможешь устроиться на работу и зарабатывать себе на жизнь честным путем. – Глянул на брата и подмигнул ему. – Взять даже Вадима. Я заметил, что вы нашли общий язык, так что, уверен, он с радостью подсобит тебе. Ему постоянно нужны секретарши. Они у него почему-то долго не задерживаются.

Брат показал мне средний палец, хмыкнул и налил еще шампанского. Почему-то, никому моя идея не пришлась по душе. Алиса так вообще грязно выругалась, швырнула в меня салфеткой и артистично удалилась. Франциска при этом лишь слегка приподняла бровь. Она скорее напоминала мебель, чем живого человека.

– И зачем это все в такой день? – спросил отец.

– Ты не католик, – напомнил я. – Ты никогда не отмечал Рождество двадцать пятого. Этот день для тебя такой же, как и остальные. Если только чуточку интереснее.

Андрей отпил свой виски и передал обратно мне документ.

– Все продумал, да? – устало произнес он и потер лицо. – Так сложно помочь семье?

– Они – не моя семья. И никогда не были, – твердо сказал я., – Хотите ли вы двое быть частью моей семьи – зависит только от вас.

Я перевел взгляд на брата.

– Не вставляйте мне палки в колеса и не пытайтесь контролировать каждый мой шаг.

А вот и последняя «карта». Для отца.

– Я ухожу из корпорации. Приемника не имею, можешь передать все Вадиму, если посчитаешь нужным. Мне больше не интересно работать в месте, где я не чувствую себя хозяином, и на каждом шагу мне говорят, что я пришел на все готовое. Да, когда я начал, бизнес уже был налажен. Но специально для тебя, отец, принес отчет о доходах корпорации за последние пять лет. Можешь посмотреть, на какой процент я поднимал его для тебя ежегодно.

Он мельком пробежался взглядом по лежащим перед ним страницам и устало спросил?

– Это что было только что? Контрольный?

Я хмыкнул.

– Если хочешь, можешь так считать. Я хочу нормальной жизни. Мне тридцать три сраных года. И представь себе, у меня тоже есть мечты и планы. В этот список отнюдь не входит фиктивный брак с расчетливой стервой, или проблемы с законом из-за придурочного брата, который вздумал проводить махинации со своими дружками через нашу фирму.

Покачал головой и поднял ладони.

– Я умываю руки от этого дерьма. Копайтесь в нем сами.

Кронин старший гневно осмотрел Вадика, будто бы ни о чем не знал, и снова перевел взгляд на меня.

– Думаю, ты преувеличиваешь. Ты не можешь просто так от всего отказаться ради какой-то бабы. Ладно, с Алисой замяли дело. Но бросать пост…

Я покачал головой и показал на свои шрамы.

– Я тебе ничего не должен, ясно? Если и был за вложенные в меня средства, то отработал с лихвой.

Он заткнулся в тот же момент. Все же где-то в его черствой душе имелись остатки совести. А я хотел убедиться, чтобы он не забыл, что это по его вине погибла мама. Из-за него я получил свои шрамы.

Молчание не было долгим, но длилось достаточно, чтобы все присутствующие осмыслили грядущие перемены.

– Чего ты хочешь, сын? – спросил отец. Впервые на моей памяти с неподдельным интересом. Будто бы Андрей Тимофеевич в самом деле впервые в жизни был готов услышать ответ на этот вопрос.

Я улыбнулся и развел руками.

– Жить. По своим правилам.

Глава 27

Яна

Покрутившись перед зеркалом, я придирчиво себя осмотрела и призадумалась. Пожалуй, этот комплект меня полнит. Странно звучит, конечно. Я ведь практически голая, но все же, это белье не так хорошо на мне сидит как другое, синее.

– Точно, – заключила я и улыбнулась. – Встречать Тиму буду в синем!

Кронин обещал приехать ранним утром уже завтра. Он настоятельно просил меня не ждать его, а спать крепким сном, ведь завтра нам предстоит важное дело. Конечно, он имел в виду корпоратив. Что могло оказаться важнее? Так или иначе, такой день нужно начать хорошо.

Подмигнув себе в зеркале, я переоделась, накинула сверху черный халатик из полупрозрачной ткани, и начала расчесывать волосы.

Звук проворачиваемого ключа в замке меня насторожил. Притихла, прислушалась. У кого-то по ту сторону со звоном выпали ключи, и послышались невнятные звуки.

Напряженно сжав расческу, я пошла в коридор, чувствуя одновременно и страх, и смятение. Ключи есть только у меня, Тимы и Сережи. Плюс, охрана не пропустила бы постороннего. Сергей бы предупредил, значит… Тима? Но он ведь должен прилететь только завтра.

Наконец дверь открылась, и моим мучениям пришел конец.

– Кронин! – радостно воскликнула я и облегченно выдохнула. А потом увидела в своей руке расческу и спрятала ее за спину. – Ты рано! – вырвалось у меня.

А все потому, что я жутко нервничала. Я ведь ждала, готовилась, а он испортил мне сюрприз и вообще…

– А что с тобой? – спросила я и сделала несмелый шаг. Тима выглядел и вел себя странно. Во-первых, он вообще не шевелился. Вот как открыл дверь, так и застыл, пялясь на меня остекленевшим взглядом. Во-вторых, он выглядел не так опрятно, как всегда. Рубашка была расстегнута едва ли не до груди, пиджак и вовсе отсутствовал и лежал прямо у его ног, а на одном ботинке развязался шнурок. Я оценила обстановку и снова достала расческу.

– Ты кто такой, и куда дел моего босса?

– Ты, блин, издеваешься? – наконец подал он голос. Да такой, что услышали, наверное, даже соседи снизу. – Ты что, всех так встречаешь?

Так и не подняв пиджак, он шагнул вперед и с грохотом захлопнул за собой дверь.

– Да нет, я просто не ждала никого, – прошептала я, отступая с каждым его шагом ко мне. – Ты же говорил, что завтра будешь и…

А договорить он мне уже не дал. Расческа упала на пол, когда Тима, подлетев ко мне, переплел наши пальцы, подвел меня к стене и зафиксировал весом своего тела. Конечно, сбегать я и так не собиралась, но стене была рада, ведь ровно выстоять, когда тебя целует Кронин, практически невозможно.

Я в одно мгновение ощутила себя пьяной. А Тим… ну он, видать, уже был в нужной кондиции.

– С возвращением меня, – прошептал он в мою шею.

– Ты пил! – тяжело дыша прошептала я. Удивительно даже. Таким его я еще не видела.

– Отмечал, – поправил он, и его рука поползла по моему бедру, заползая под край халатика. Я уже была, как раскаленный метал. Сейчас ничто в мире не могло бы оторвать меня от этого мужчины. Страха и сомнений не было вовсе. Видимо, сыграло неожиданное появление. Я не была готова к тому, что Тима появится так скоро, но уж точно была готова к следующему шагу в наших отношениях.

– Один бокал по дороге из аэропорта, – продолжил он говорить и действовать. – Слава настоял. У меня есть хорошие новости, но я не думаю, что сейчас время их обсуждать.

– Нет, я тебе спасибо за это не скажу, – согласилась я, и он снова вернулся к моим губам, пока его вторая рука развязывала халат. Тот упал к ногам, и я шумно выдохнула от переполняющей эйфории, которая все нарастала с каждым прикосновением нежных и сильных рук к моему телу. С каждым сладким и напористым поцелуем.

Стоило мне лишь немного подтолкнуть Тиму, и он сам оторвал меня от стены и повел в спальню, не прекращая осыпать маленькими поцелуями лицо, шею и плечи на каждом шагу.

– Ты решил устроить мне сюрприз? – спросила я на выдохе.

– Да. Удалось?

– Сам видишь!

Я схватилась за его рубашку и рванула с такой силой, что последние застегнутые пуговки просто отлетели. Видела такое в кино, и всегда хотела повторить. На одну секундочку промелькнула мысль, что Антон не позволил бы мне подобного. С ним я никогда и не испытывала такой дикой страсти. Но думать о нем сейчас было совершенно неуместно, и я вновь переключилась на реальность. Здесь и сейчас я с другим. И я сама уже другая. Все именно так, как нужно – правильно.

– Как твоя нога? – спросила я заботливо, помогая Тиме снять рубашку. Как только она оказалась на полу, я взялась за ремень на брюках.

– У меня есть нога? – спросил он и сладко улыбнулся. Правда, взгляд его был слегка рассеянным. Наверное, он все же одним бокальчиком не ограничился.

Как только брюки упали к его пяткам, он мягко толкнул меня на кровать, поедая жадным взглядом.

– Черт, нельзя же быть такой красивой, – со стоном произнес он и улегся сверху. Поцелуи стали совсем дикими, и, в конце концов, синий комплект оказался где-то на полу. Мне было все равно, волновали лишь сводящие с ума прикосновения.

Тима защекотал легкой щетиной мой живой, но вместо смешка вышел стон. Я зарылась пальцами в волосы на его макушке и выгнула спину. А после ощутила сильную тяжесть.

Открыв глаза, посмотрела вниз и настороженно застыла. Кронин лежал неподвижно прямо на мне. Его руки все еще крепко сжимали мою талию и бедра, а моя рука была на его голове. И мужчина просто тихо и размеренно сопел.

– Серьезно? – спросила я и со стоном разочарования откинула голову. Закусив губу, подергала Кронина за ухо – ноль реакции. Ущипнула за нос – он что-то невнятно пробормотал, лениво поцеловал мой живот и продолжил спать. Хорошо, что кровать большая, и его больная нога почти не свисала.

Обреченно вздохнула.

– Позор тебе, Тима, – прошептала я, глядя в потолок. – На всю жизнь позор.

Я, конечно, была очень рада его видеть, хоть счастье было недолгим. Но лежать вот так, под кем-то было крайне неудобно. Перевернув Тиму на бок, кое-как выбралась и улыбнулась, рассматривая безмятежное лицо спящего красавца. Не удержалась, и еще раз поцеловала его.

Он что-то невнятно пробормотал и попытался ко мне дотянуться. Видимо, чтобы подмять под бок. Вовремя я отскочила. Пошла обратно в коридор, подняла расческу, надела халатик, забрала валяющийся на полу пиджак, особо не высовываясь на глаза охране.

Пиджак оказался тяжелым, и не удивительно, если учесть, что у Кронина всегда какие-то документы да конверты в карманах. Рыться я, конечно, не стала. Но телефон умышленно нащупала и проверила батарею на предмет заряда.

– Разряжена, – прошептала я и пошла в кабинет, где имелись шнуры.

Стоило мне подключить мобильный, и он тут же запиликал сообщениями. Я, честное слово, не собиралась читать. Но разве моя вина, что они сами всплывали на экране? Я бы, наверное, просто отложила телефон, если бы взгляд не зацепился за имя абонента. Алиса.

«Спасибо за божественные выходные, Тимоша. Никогда их не забуду»

Жгучая ядовитая ревность затопила меня изнутри. Алиса была с ним во Франции? А во Францию ли вообще летал Кронин? А может, это была лишь сказочка для меня?

Я положила телефон на стол, туда же бросала пиджак, и побрела в спальню.

Захотелось тут же разбудить Кронина и устроить допрос с пристрастиями. Я хотела убедиться, что ошиблась, что он бы не поступил со мной так, и этому сообщению есть вполне логическое объяснение. Антон всегда держал меня за дурочку, выдумывая фантастические сказки, когда задерживался где-то допоздна. Я никогда не знала, изменял ли он мне, и ужасно боялась спросить. Но ведь с Тимой все было иначе, правда?

Я села с ним рядом, положила руку на его плечо и поняла, что не смогу. Все иначе, это правда. Он другой, и я уже не та… Но страх всегда один. И я до дрожи боялась узнать, что все, что возникло между нами, лишь обман.

Улегшись рядом, я смотрела на его лицо и уговаривала саму себя. Разве смог бы он? После всех его слов, взглядов, поцелуев… Предать? И с кем? С той, которая никогда не полюбит его так сильно, как я. Кто угодно, но не Кронин. Он же не дурак. А с другой стороны… Что я могу ему дать? Меня рядом не было, была она. Доступная. Легкая добыча.

Я могла бы терзать себя до утра, но в какой-то момент Тима улыбнулся и прошептал мое имя во сне. А потом нащупал рукой мою и прижал к своей груди.

Если это не ответ, то я даже не знаю.

Засыпала я долго, наверное, от этого так было трудно просыпаться. Сначала меня пытались разбудить поцелуем и нежными поглаживаниями. Пытались не очень усердно, потому я заснула дальше. Спустя какое-то время ко мне опять пристали. На этот раз более действенным методом.

На тумбочке рядом оказалась чашка до ужаса ароматного кофе. И я все же разлепила сонные веки. А потом поморщилась от яркого пятна перед собой. Это было белое полотенце. И оно было единственным, что прикрывало тело Кронина.

– Доброе утро, – произнес он и провел рукой по мокрым волосам. – У нас срочная командировка. Пора вставать, котенок. У тебя есть двадцать минут на сборы и завтрак.

Тело. Плечи. Руки. Мощная грудная клетка. Кубики пресса. Мелкие капли воды на смуглой коже.

– Чего? – прошептала я.

– Командировка, – произнес Тима и наклонился ко мне, чтобы чмокнуть в губы. От него пахло мятой и сногсшибательным запахом мужского одеколона. – Срочная.

– И… И ты поэтому говоришь мне это в одном полотенце? Чтобы я осталась совсем голодная?

Он расплылся в хищной улыбке и томно прошептал на ушко:

– Я сказал двадцать минут, Яночка. Этого хватит только на завтрак.

Он отстранился и протянул мне руку, помогая встать. Так я и сделала, отметив тот факт, что Тиме под полотенцем стало тесно.

– Да что ты! – заворчала я, направляясь в ванную. – А вчера тебе и десяти хватило.

– Ха-ха! – послышалось мне вслед. Я невольно улыбнулась. Черт, я действительно по нему скучала.

На столе меня ждал завтрак в виде моих любимых блинчиков. А на самом верхнем сгущенкой было вырисовано сердечко. Это было так сказочно мило, что я просто зависла на мгновение, рассматривая еду. Никто никогда не выказывал мне чувства таким образом. Может для него это и вовсе пустяк, но не для меня.

Проглотив завтрак и допив кофе, я вернулась в комнату, чтобы одеться. На мне все еще был полупрозрачный халат. И все.

К слову, новое белье, которое я так тщательно подбирала вчера, обнаружилось в руках у Кронина. Сам он уже был одет в непривычном для меня стиле кэжуал, стоял у кровати над небольшой сумкой и складывал в нее мои вещи. Я удивленно вздернула брови. Он застыл, ничуть не стесняясь меня рассматривать.

– Это тоже возьмем, – наконец произнес он и бросил мой комплектик в сумку.

– А может другой? – премило спросила я. – На этом застежек много. Заснешь еще, пока разберешься с ними.

Он сжал губы в попытке удержать улыбку и метнул в меня мой же свитер. Не успела я его поймать, как в меня полетели джинсы.

– Хорошо, я облажался, потому позволю тебе еще две шутки. – Он указал на дверь ванной и добавил: – Пожалуйста, оденься там. Мне и так тяжело.

– Угу. – Я послушно удалилась, прихватив по пути другое нижнее белье, которое примеряла вечером. Но у двери остановилась и уточнила: – Только две? А потом что?

Продолжая усердно не смотреть на меня, Кронин ответил:

– Думаю, к тому времени я реабилитируюсь.

– Угу.

Я оделась, умылась, привела себя в порядок, принялась краситься и только тогда осознала главное.

– Минуточку! – взволновано воскликнула я, явившись Тиме с одним накрашенным глазом. – Какая еще командировка?

– А я все думал, когда ты спросишь, – насмешливо протянул он.

– Д-да… У меня до сих перед глазами твое полотенце. Я не проснулась еще. У нас же корпоратив сегодня!

– У наших сотрудников – да. У нас с тобой командировка. И времени уже нет. Пойдем.

Кронин застегнул дорожную сумку, подошел ко мне и взял за руку. Прежде, чем я успела задать новые вопросы, он меня поцеловал, наверняка с целью заставить обо всем забыть. И у него почти получилось. Допустим, с пропуском корпоратива я могла бы смириться. Обидно, но не смертельно. А вот вчерашнее сообщение от Алисы меня буквально выбило из колеи.

Я сама прервала поцелуй и отошла от мужчины.

– Ты был с Алисой? – спросила я, сама того не ожидая. И застыла, с ужасом ожидая ответа.

Тима напрягся, и черты его лица посуровели. У меня вдруг возникло непреодолимое желание оправдаться.

– Я случайно увидела сообщение от нее. Она благодарила тебя за незабываемые выходные. Значит, во Францию ты летал с ней.

Он все не отвечал, а я посмотрела на сумку в его руках и поняла, что вообще сейчас могу никуда не поехать. Все, к чему мы пришли, может оборваться в эту секунду. Мое сердце заколотилось, как сумасшедшее.

Кронин взглянул на часы и покачал головой.

– Мы реально опаздываем. Я все расскажу по дороге.

– Сейчас, – потребовала я. – Разве ты не понимаешь? Я никуда не поеду, если ты сейчас не соврешь убедительно.

Тима фыркнул, бросил сумку обратно на кровать и подошел ко мне вплотную, собственническим жестом притянув за талию.

– Она была там, потому что ее пригласил отец, – спокойно и уверенно произнес он. – Ее сообщение было сарказмом и в то же время угрозой, так как я нарушил все ее планы. Она, скорее всего, попытается мне отомстить. Позже. И я бы никогда не стал тебе врать, Яна. Мне это не нужно. Потому что ты единственная женщина, которую я хочу в своей жизни.

Он послал мне вопросительный взгляд.

– Достаточно убедительно?

Я кивнула, не раздумывая. В эту секунду ясно осознала две вещи. Первое: Тима, и правда, не врал. Я видела по глазам. Второе: врал Антон. Всегда.

– И она… Ну… Не пыталась тебя переубедить? Не вешалась на шею? – робко спросила я, поглаживая его плечо.

– Пыталась, – ответил Кронин и усмехнулся, когда я зло сощурилась. – Но у нее ничего не вышло.

– Ты прикинулся спящей красавицей? – предположила я.

На этот раз сощурился он.

– У тебя осталась последняя иголка. Теперь мы точно опоздаем. Ты довольна?

Он взял сумку и все же повел меня к выходу. Должна признаться, да. Я была довольна. Очень! Ему в самом деле не нужна никакая Алиса.

– Я тебе верю, – произнесла я, чувствуя, как накатывает облегчение.

– Так и должно быть.

Оказалось, Кронин торопился на поезд. И хотя мы действительно выехали слишком поздно, благодаря усилиям опытного водителя, успели вовремя. Даже бежать не пришлось, Тима бы и не смог. По большому счету, ему требовался костыль для безопасного передвижения, но разве этот гордый орел согласился бы на костыль?

– Признайся, у тебя болит нога, – потребовала я, как только мы оказались в купе. Естественно, Кронин выкупил места класса люкс.

– Если только чуток, – произнес он и поморщился.

Я покачала головой, уселась напротив, сняла ботинки с его ног и устроила их поудобнее на диванчике. Все это время Тима наблюдал за мной с диким интересом и даже неверием. Но, как и вчера, долго счастье не продлилась, потому что я была раздражена фактом укрытия от мен важной информации.

– Это все какая-то бессмыслица, – заключила я. – Куда мы едем? На поезде написано «Владивосток». Но ты ведь не сумасшедший, чтобы везти меня через всю страну? И не дай Боже, ты решил вернуть меня домой к маме. Лучше прибей здесь на месте. И вообще! Ну вот куда ты намылился, Кронин, а? Тебе нельзя перенапрягаться. Новый год на носу. К тому же, выходные. Ничего уже не работает. А я, между прочим, готовилась к корпоративу. К чему такая срочность? Ты вообще должен был только сегодня приехать. Значит, это спонтанная поездка?

И на всю мою гневную тираду от ответил:

– Нет, я ее планировал.

Сказал и смолк, как будто бы этого было достаточно.

– И?

– И… Это лучше корпоратива, – таинственно поведал он и, довольный собой, улыбнулся.

– Ты же не думаешь, что я вот так просто отстану?

– Да приставай, кто тебе мешает? – загадочно ответил он и осмотрелся по сторонам, как бы намекая, что никого и нет.

Я могла воспользоваться ситуацией, конечно, но тогда Тима слишком быстро получил бы желаемое. А это опять нечестно, потому жертва в данной ситуации я. И тут меня осенило.

– Ты же меня похитил!

В подтверждение данной теории именно в этот момент зазвонил телефон Кронина, который он мгновенно отключил.

– Выходит, что да. Похитил, – ответил он без капли сожаления. Но тогда позвонил и мой телефон. Слава. Тима вырвал у меня трубку прежде, чем я успела ее включить.

– Да? – буркнул босс. Его лицо стало непроникновенной маской, как только он услышал первую фразу. Сцепив зубы, он ответил: – Ты всех задействовал?

Я даже напряглась – столько злости было в его голосе. Вопросительно подняла брови, но Тима отвернулся к окну.

– Нет. У меня все под контролем. Я сказал… – Он тяжело выдохнул и покосился на меня. – Хорошо, позже сброшу координаты. На всякий случай.

Что-то невнятно промычав, он отключился и свел вместе брови.

– Что теперь случилось? – спросила я. Если он и на этот вопрос не ответит, тогда в самом деле придется приставать.

– Какая нам разница? У нас отпуск.

– Ты же говорил командировка.

– Мы совмещаем.

Я покачала головой.

– Ну нет, так дело не пойдет. Где ты видел отношения с односторонним доверием? Я ненавижу секреты и сюрпризы, если ты еще не понял. Жизнь меня к ним так и не приучила, потому что обычно это всегда что-то плохое, к чему я совершенно морально не готова. И сейчас, Тима, ты своим молчанием не делаешь мне лучше. Пожалуйся, скажи, куда мы едем? Что тебе сказал Слава?

Он молчал и смотрел на меня непонятным взглядом. То ли злился, что я порчу ему сюрприз, то ли ждал, что я сдамся и отстану. Но я была настроена решительно. Даже принялась блефовать.

– В таком случае, я сойду на следующей остановке.

– Да кто тебя пустит, – огрызнулся он.

А после взял меня за руку и перетащил на свой диванчик. Из таких объятий точно не вырваться.

– Слава звонил сказать, что Антона они не нашли. Вчера он сбежал из следственного изолятора. Ему помогли.

Тима пригладил мои волосы и мягко поцеловал в лоб, будто бы пытался влить в меня как можно больше своего спокойствия. Ох, мне его очень не хватало в эту секунду.

– Если он хоть немножко умный, то не пойдет за тобой. Потому что знает, что я рядом.

– Думаешь, он боится тебя? – спросила я, не подумав, что мои слова звучат ядовито. Это все от того, что я знала, каким больным психом был Антон. А Тима еще нет. – Он же без тормозов. Если станешь у него на пути, он тебе навредит.

– Нет. Этого не произойдет, потому что он не знает, куда мы едем. Никто не знает.

Я открыла рот, но Тима закрыл его пальцем.

– Нет, и не проси!

Я точно понимала, когда он не собирался уступать, и сейчас был именно такой момент. Допрашивать бесполезно. Да и все стало не таким уж и важным на фоне главной новости.

– Значит, ты узнал о побеге, и потому прилетел раньше?

Кронин кивнул и прижал крепче к себе.

– Все будет хорошо, моя девочка. Увидишь. Просто расслабься, не думай о нем.

Я закусила губу, но все равно не сдержалась.

– Что еще посоветуешь? Поспать?

– Ну все! – Кронин почти зарычал, а потом упал на диван и утянул меня следом. – У меня есть оправдание, ясно? Я не люблю самолеты, потому что головные боли доканывают. А поскольку твоих волшебных пальчиков рядом не было, пришлось выпить конскую дозу снотворного, чтобы пережить полет. И все бы хорошо, но Слава предложил отметить следующий этап, а алкоголь со снотворным никогда! – на этом слове он повысил голос. – Никогда нельзя совмещать.

Я засмеялась, а он прищурился.

– Сойдет?

– Сойдет! – заверила я. – Но я все равно буду вспоминать это тебе до конца жизни. Скажи еще, что ты бы на моем месте не поступил так же?!

Кронин как-то загадочно улыбнулся и ответил самым лучшим способом…

Его поцелуи всегда начинались по-разному. Он был невоображаемо нежным, когда хотел показать свои чувства, и напористым, когда просто доказывал свою правоту. Но как бы он не пытался начать, выдержки ему никогда не хватало, и заканчивалось все рваным сбившимся дыханием, колотящимися сердцами и ощущением пожара внизу живота.

Тима немного отстранился, чтобы отдышаться, а я даже не вспомнила, о чем он говорил еще секунду назад. Правда, новость о побеге Антона все еще звучала в голове, как заезженная пластинка.

– Он не получит тебя, – прошептал Тим. – Никто тебя не получит и не найдет.

– Что ты задумал, Кронин? Спрячемся от всего мира?

Он фыркнул и покачал головой.

– Это не наш с тобой стиль. Мы никого не боимся и всем обидчикам накостыляем.

Теперь улыбнулась и я.

– Это больше похоже на стиль твоего папочки. О чем вы договорились во Франции? Что ты там такого отмечал?

Я с прищуром на него уставилась и вжалась сильнее в твердое тело, состоящее из одних только мышц и сексуальности. Деваться ему все равно не куда. Придется говорить.

Глава 28

Уставившись в окно, я кусала щеку, пытаясь хоть как-то унять свое раздражение.

– Нам скоро выходить, – послышался насмешливый голос моего спутника. Упрямого, непробиваемого и вообще ужасно вредного.

Кронин достал мою куртку, сел рядом и аккуратно накинул мне ее на плечи.

Сжав губы, я с вызовом посмотрела ему в глаза. А ведь он почти раскололся. Как оказалась, поездка к отцу была скорее деловой, нежели семейной. И по словам Тимы теперь я ни о чем не должна волноваться, он обо мне позаботится, и нас с ним ждут великие дела. Ну нормально? И если он думает, что слов «Я все уладил» мне достаточно, то сильно ошибается.

Я очень старалась, чтобы вытянуть у него хоть слово, но когда он отказался даже намекнуть, куда мы все же едем, сдалась. Пролетело всего несколько часов, мы едва ли успели отобедать и поговорить, а теперь он готов сходить.

Поезд замедлил ход, и Тимофей поторопился одеться сам, а также достать нашу сумку. Я догадалась, что остановка будет короткой, а значит, мы выйдем даже не в городе, а в каком-то захудалом поселке.

Так и получилось. Название населенного пункта мне не сказало ровным счетом ни о чем. Думаю, в нашей стране найдется еще с десяток таких. А на пироне не было ни души, чтобы узнать что-то еще.

Тима аккуратно слез, подал мне руку и повел в обратную от вокзала сторону. Лишь когда мы обошли его, я получила новую подсказку.

– Дальше на машине. Еще минут сорок, и будем на месте.

Вся эта скрытность ужасно раздражала, но я покорно шла следом. Перед нами в самом деле показалась парковка. Там были автобусы, запорошенные снегом грузовики, несколько фур и один отечественный джип. Вот к нему меня и повели.

– Знаю, ты злишься, – вновь заговорил Кронин, как только ему удалось завести мотор с третьего раза.

Я тут же послала ему кусачий взгляд и огрызнулась.

– Неужели?

Он ухмыльнулся, будто моя реакция на происходящее его очень забавляла, и продолжил:

– И ты не любишь сюрпризы, я понял. Потому что для тебя они никогда не заканчивались хорошо.

Когда я снова послала ему пораженный взгляд, мол, да ты гений, он пожал плечами.

– Ты сама так сказала. Так было раньше. Но почему ты думаешь, что так будет всегда? – Он взял мою руку, пока выруливал из парковки. – Ты можешь не думать о плохом и довериться мне? Я не сделаю тебе плохо.

И он посмотрел на меня так проникновенно и требовательно, что у меня просто не оставалось вариантов. Я и дуться больше не могла. Конечно, мне хотелось доверять ему, хотелось смотреть в будущее без страха, не вздрагивать каждый раз при слове «сюрприз» и не видеть перед глазами злорадную ухмылку Антона.

– Мне не страшно с тобой, – честно ответила я и крепче сжала его ладонь. – Мне страшно за тебя. За нас. Если кто-то вздумает…

– Яна, в мире полно опасностей. Их можно встретить на каждом шагу. Сколько нелепых случайностей может произойти – ты никогда не можешь быть готова ко всему. И я не могу. Но страхи прошлого не должны влиять на твою жизнь в настоящем.

Он медленно выдохнул и крепко сжал руль.

– Мы с мамой ехали в аэропорт, – произнес он так тихо, что мне пришлось застыть, чтобы ничего не пропустить. – Уезжали от отца. Она застукала его на очередной измене и, наконец, решилась развестись. Мне только исполнилось восемнадцать, так что она не волновалась, что он меня заберет. У него, как он позже рассказывал, был сложный период в жизни. Кронина прижали какие-то дерзкие выскочки, требовали продать часть бизнеса. Он отказался, и тогда на него объявили охоту.

Тима замолчал, сцепив челюсти. Воспоминания ему давались нелегко, но я хотела услышать каждое слово. Хотела окунуться в его жизнь с головой, чтобы еще лучше понимать его. Быть его частью.

– Маму не предупредили об опасности, просто приставили к ней охранников. А они не выполняли свою работу должным образом, потому что слишком легко нас упустили, когда мы с ней сбежали. Нас выследили те дерзкие, нагнали на трассе. Три джипа против одной легковушки. Они не особо церемонились, протаранили несколько раз, и мама не справилась с управлением. Машина улетела в обрыв. Как сейчас помню это жуткое чувство полета. Все внутри переворачивается, и в голове лишь одна мысль: «Вот сейчас я умру».

Я сглотнула и закусила губу. Сейчас и у меня все внутри сжалось от представленной картины.

– А дальше?

Тима бросил на меня быстрый взгляд и слегка улыбнулся. Правда, в глазах застыла боль.

– Не умер. Не знаю, как выжил. Машина сначала врезалась в какое-то дерево, потом ее развернуло, и она начала катиться кубарем с горы. Я почти сразу вылетел через заднее стекло, так как не был пристегнут. Это, наверное, меня и спасло. А мама долетела до самого конца. И машина, как в тех фильмах, загорелась на моих глазах. Взрыва, правда, не было. Не взрываются они. Только горят и коптят.

Я думала, что смогу найти правильные слова. Но, открыв рот, тут же его закрыла.

– Мне очень жаль, – прошептала я спустя секунды тишины, с горящими от слез глазами.

Тима коротко кивнул и, не отрывая глаз от дороги, снова нашел мою руку.

– Первые годы было очень тяжело. Я пропустил поступление в универ и год кочевал с одной больницы в другую, собирая себя по кусочкам. Знаешь, я тогда поклялся никогда больше не общаться с отцом. Не иметь с ним никаких дел. А от мысли, что когда-нибудь придется сесть за руль, меня вообще трясло.

Он поднес мои пальцы к своим губам и поцеловал костяшки, вдохнув мой запах. Он успокаивал Тиму, я знала.

– Но с годами я понял, что все эти данные себе обещания – мои же страхи. С тех пор я очень четко осознал, что страх сковывает свободу, не дает мыслить рационально, принимать правильные решения и брать от жизни все. Лучше страшный конец, чем бесконечный страх. Понимаешь?

Он кивнул на руль.

– Я умею водить машину, это полезный навык. Но с профессиональным водителем комфортнее. Я знаю, с какими людьми привык работать мой отец, но не собираюсь идти по его стопам. А ты не должна бояться жить сейчас, потому что в прошлом тебе попался больной придурок.

Тима еще раз завернул на узкую тропу, немного проехал и остановил машину. Я так и не смогла оторвать взгляд от красивого и уверенного профиля своего гордого, смелого мужчины.

Он не сразу повернулся, будто боялся посмотреть мне в глаза, но когда все же сделал это, я не удержалась. Слишком многое во мне накопилось, казалось, еще секунда, и взорвусь.

– Я люблю тебя, – произнесла на одном дыхании и переползла к нему на колени, чтобы тут же скрепить признание поцелуем.

Я сказала эти слова впервые за пять лет. Просто некому было их говорить. И я очень хорошо понимала их смысл. Любить Кронина – значит жить. Дышать полной грудью и смотреть страхам в глаза. Этот мужчина каждый день бросал мне вызов то новыми задачами, то смелыми идеями. Он будто испытывал мою и свою силу воли заодно. Нас, как те магниты, притягивало друг к другу, даже если кто и пытался помешать. Даже если мы сами противились этому влечению. И сейчас настал тот момент, когда мы сцепились, расплавились друг в друге, чтобы уже никогда не расстаться. По крайней мере, я бы уже не смогла.

– Я должен был сказать это первым, – пробормотал Тима. Вот теперь его глаза щурились от искренней радости, светились счастьем, как будто еще мгновение назад не было в них грусти, что разъедала мне душу. Я хотела дарить ему улыбки каждый день, потому что этот мужчина как никто их заслуживал. Столь сильный внутри, как и снаружи. Не разбился на резких поворотах судьбы, не прогнулся под обстоятельства, а всегда боролся и продолжает это делать даже сейчас, со мной.

– Какая разница, кто первый? Я все равно чувствую. Ты не просто мой парень, ты мой ангел хранитель. Мое все, – тихо шепнула последнее.

Кронин улыбнулся так хитро, будто бы знал что-то такое, чего еще не знала я. И я поймала себя на мысли, что очередной сюрприз от него мне может даже понравится.

– Ты права. Не просто парень.

Он послал мне наполненный предвкушения и лукавства взгляд, открыл дверцу джипа и помог спуститься. Только теперь я увидела в каких-то десяти шагах от нас деревянный домик-сруб. Он так гармонично вписывался в обстановку леса, что я его сразу и не приметила. Никакой жизнедеятельности внутри не наблюдалась. Мне и секунды хватило, чтобы понять, что мы совершенно одни посреди лесной глуши.

– Постой-ка, – произнесла я и глянула на Тиму. Он с довольным видом взял меня за руку и повел к двери.

– Сюрприз, – только и проронил он.

– Дом в забытом богом месте, без благ цивилизации, без возможности выбраться, камином и одним спальным местом? – попыталась угадать я.

– Он самый, – ответил мой хитрый босс и с трудом открыл тяжелую деревянную дверь. – Намело, да?

Кронин жестом указал мне проходить внутрь, но я так и осталась стоять на пороге, с прищуром его изучая. А он улыбнулся шире и поднял голову вверх.

– По прогнозу в здешних краях планируется снежная буря. Кажется, ты со мной здесь застряла на несколько суток, не меньше.

И в подтверждение его слов начался снегопад. Сначала на наши головы падали мелкие снежинки, но с каждой секундой их становилось все больше и больше. А я все стояла со сложенными на груди руками и смотрела в хитрые глаза напротив.

– Знаешь, как говорят, Яночка? – философски подметил Тимофей. – Бойся своих желаний!

И он злорадно расхохотался, возвращаясь к машине за сумками. Ну, тут уж я не выдержала. Скомкала снег в ладошках и швырнула прямо в эту довольную жизнью физиономию.

– Я корпоратив пропустила! – заорала я. – Зачем, а? Можно подумать, нам у тебя дома было бы плохо. А я ведь всю неделю к нему готовилась. Даже платье красивое купила!

– О, я видел. Я его взял с собой! – выдал в ответ этот интриган, хохоча и прикрываясь сумкой. А когда я все же попала ему снежкой в ухо, зарычал, отбросил наши вещи и тоже принялся меня обстреливать. Пришлось с визгом капитулировать и убегать за дом. Далеко, правда, сбежать не удалось. Кронин встретил меня с другой стороны и повалил в сугроб, отчего я завизжала еще громче. И в придачу ко всему огромный комок снега скатился по крыше, накрыв нас двоих нехилой горкой.

– Тима! – прокричала я, отплевываясь от снега. Казалось, он был везде.

– А не надо было сбегать!

С этими словами и победным видом Кронин встал, за руку вытащил меня из сугроба и закинул себе на плечо, точно как пойманный трофей. Видимо для полноты картины еще и по мягкому месту меня шлепнул.

И пока я боролась со смехом, он вполне удачно внес меня в дом. А вот там я быстро пришла в себя. От адского холода. Джинсы полностью промокли в снегу, а короткая курточка вовсе не спасала от сырости и минусовой температуры. Волосы под шапкой, и те напоминали мокрую мочалку.

Быстро оценив мое состояние, Тима нахмурился.

– Срочно греться! – выдал он и, втащив сумку, принялся разжигать камин. Дрова аккуратной стопкой были сложены рядом едва ли не до потолка. Не то что на два дня, а на два месяца хватит. Огня долго ждать не пришлось, потому что предусмотрительный мужчина и банку керосина притащил.

– Ты точно все продумал? – спросила я с насмешкой и подставила руки поближе к огню.

Тима недовольно меня осмотрел и безапелляционно заявил:

– Снимай все!

Я могла бы отнестись к этой фразе со всей серьезностью, учитывая то, что мокрая одежда и правда не лучший друг девушке. Но у меня уже проснулось игривое настроение, так что…

– Все-все? Так сразу?

Кронин метнул суровый взгляд, поднялся на ноги и подал мне руку. Я вздрогнула от холода, проникшего до самых костей, а потом мое тело и вовсе начало трясти. Даже зуб на зуб не попадал – я не очень хорошо переносила низкие температуры. И Тима, видя это, хмурился все больше.

Он рывком снял с меня шапку, отбросил куртку и потянулся к краю свитера.

– Руки вверх, – скомандовал он. Я и не подумала ослушаться, только трястись стала еще больше. – Черт, Яна. Сейчас.

Он избавился от своей верхней одежды с такой скоростью, что я даже не успела удивиться. И уж точно не смогла как следует рассмотреть его потрясающее тело, когда он сжал меня мертвой хваткой и начал растирать спину и плечи.

– Нужно срочно тебя согреть, – произнес он и, все еще крепко меня обнимая, потопал к кухонному уголку. Я почти перестала дрожать, когда он потянулся рукой к буфету и достал оттуда коньяк.

Прижав меня к кухонной тумбе, он быстро откупорил бутылку за моей спиной и наполнил бокал. Я же с каждой секундой чувствовала нарастающее в груди тепло от прикосновения кожи к коже. Лишь слегка отстранившись, Тима ласковым движением пригладил мои непослушные волосы и поднес бокал к губам в молчаливом приглашении.

Поморщившись, я сделала один глоток и тут же прижала ладонь к губам.

– Гадость, – констатировала я. На что Кронин улыбнулся и настойчиво придвинул бокал.

– Пей все. Ты сильно промерзла.

Так я и сделала, в конце концов, жидкая храбрость точно не помешает. Теперь, когда озноб отступил, и я могла мыслить разумно, поняла, что и Тима переохладился. Он налил себе, но один глоток коньяка не отменял тот факт, что его джинсы были такими же мокрыми, как и мои, а вокруг ботинок образовалась лужа.

– Похоже, что остальное тоже придется снять, – пробормотала я в его плечо. Он уже не обнимал меня, а нависал и держал руки на столешнице, будто бы боялся ко мне прикасаться. – Мне, конечно, лучше. Но я еще не отогрета по полной программе.

Прикусив губу, с вызовом посмотрела на Тиму. Он секунду сверлил меня диким голодным взглядом, а после шумно выдохнул.

– Здесь есть… – Его голос стал сиплым и еще более сексуальным, чем всегда. Мне не приходилось гадать, о чем были его мысли. Даже воздух в этой лачуге был наэлектризован нашим обоюдным желанием. – Теплые одеяла. В шкафу. Или горячий душ.

Он указал на небольшую деревянную дверцу.

– Одеяла, – выбрала я. – У камина.

Кронин издал тихий полный муки стон и снова прижался ко мне настолько плотно, чтобы я в полной мере ощутила его возбуждение. Я не могла оторвать своих глаз от его, они будто завораживали, заманивали и не отпускали.

Вот и все. Его терпению пришел конец. С приглушенным рыком он завладел моими губами, еще сильнее вжимаясь бедрами. Мне резко стало все равно, что дом ничуть не обогрет, и на мне по-прежнему слишком много мокрой одежды, я знала, что Тим справится с ней в считанные секунды. Он обхватил мои ноги и подтянул на себя, отрывая от пола. А затем понес в сторону камина с такой легкостью, будто я ничего не весила.

– Твоя нога, – напомнила я лишь на секунду оборвав поцелуй.

– Поверь, не она тебя сейчас должна волновать, – ответил Кронин на выдохе и усадил меня на диван, чтобы достать из шкафа те самые одеяла. Пока я пыталась отдышаться и усмирить колотящееся сердце, мой взгляд то и дело путешествовал по рельефному телу. Его грудные мышцы перекатывались при каждом движении, а тонкая полоска волос, исчезающая за поясом джин, заставляла меня сгорать от нетерпения. Я не была с мужчиной годы, и сейчас очень остро ощутила потребность быть как следует отлюбленной. Возникающие в моей голове мыслеобразы, явно подогретые алкоголем, были более чем грязными.

И когда Тима расстелил большое и мягкое одеяло прямо поверх шкуры у самого камина, я почти забыла как дышать – так сильно предвкушала продолжение. Мои руки тряслись, когда я потянулась к нему, а вот Кронин, казалось, ничуть не нервничал. Его движения, как всегда, были уверенными, но сейчас немного резкими. Будто каждая секунда ожидания раздражала его. Как и меня.

Скоро обувь и мокрые джинсы были отброшены в сторону, а желанное тело стало ко мне ближе, чем когда-либо. Тима взял второе одеяло и накрыл нас им. Мало того, что мы и так оказались вдали от цивилизации, теперь и вовсе погрузились в свой собственный маленький и до безумия уютный мирок.

– Я бы остался здесь навсегда, – прошептал он. И, черт побери, я едва не прослезилась, потому что он снял эти слова с моего языка. Я вцепилась в его мощные плечи и еще раз вздрогнула, на этот раз от контраста все еще холодного одеяла и горячего тела на мне.

С новым поцелуем Тима положил руку на мое бедро и медленно отвел его в сторону, устраивая себя между моих разведенных ног. Я проглотила очередной стон, стоило ему потереться об меня. Он только начал, а я уже ощутила тысячи микровзрывов по всему тело, сопровождаемых очередной волной дрожи.

– Я должен стараться лучше, раз ты все еще не согрелась, – с лукавой усмешкой произнес он и склонился к моему уху. От его запаха, рваного дыхания и тихого голоса ощущения усилились, и я на секунду зажмурилась, утопая в наслаждении, упиваясь каждой секундой.

– Просто хочу убедиться, что ты знаешь, на что идешь, – прошептал он игриво. – Не только у тебя давненько не было отношений. И в этом плане я голоден. Ты драконила меня три недели, а теперь я не выпущу тебя, пока ты отработаешь как минимум по оргазму за каждый день моих мучений.

Я приоткрыла веки и шумно втянула в себя воздух.

– О Боже, – прошептала я. – Ты из тех мужчин, которые говорят грязные словечки, да?

Его губы на моей шее расплылись в улыбке, а руки тем временем начали стаскивать нижнее белье.

– Я тот, кто сейчас взорвется.

Его движения стали необузданными, прикосновения жадными, поцелуи дикими. Я сжала ноги вокруг его талии и запустила пальцы в короткие волоски на голове. Мне не требовалось прелюдии, я хотела этого мужчину до ломоты. Казалось, я задохнусь, если не почувствую его в себе.

Тим пробормотал что-то неразборчивое в мои губы, и я машинально кивнула, сжав его волосы почти до боли. А в следующую секунду ощутила, как горячая плоть медленно, но уверенно наполняет меня, поникая все глубже и глубже. И с каждым миллиметром мое тело словно расплавляется от бесконечного блаженства. Лишь когда он оказался во мне полностью, мы оба выдохнули и застыли на мгновение, глядя другу прямо в глаза. Я была близка к оргазму уже сейчас, и это самое быстрое и мощное возбуждение за всю мою жизнь.

Сделав несколько глубоких вдохов, Тим уткнулся в мой лоб и закрыл глаза.

– Люблю тебя, – прошептал он и сделал лучшее, что могло подтвердить данное заявление. Опять одним мощным толчком вогнал в меня всю свою «любовь». На этот раз резче, жестче, в чем мы оба нуждались. Я была полностью заполнена им, и это ощущалось так хорошо, как никогда прежде. Нет, я и не думала сравнивать его с кем-либо. Просто отметила, что это определенно самый волшебный секс на моей памяти.

Все было идеально. То, как Тим смотрел, как двигался, с какой силой сжимал мое бедро, снова и снова вколачиваясь в меня, проникая до отказа, а после делая крохотные секундные паузы, чтобы томительно медленно меня покинуть и вновь выбить очередной стон. Это какое-то безумие! С каждым толчком мои внутренние мышцы сжимались вокруг него все сильнее, возбуждая столь сильные чувства, что при их приближении становилось страшно. Я растягивала этот момент, цеплялась руками за сильные плечи, кусала его губы и свои собственные. И в конечном итоге, когда Тима, ускорив темп, перестал делать паузы и протяжно зашипел, я взорвалась в немыслимом оргазме.

Да… Белые пятна перед глазами, жжение в груди от недостатка воздуха, каменная голова, желеподобное тело – все симптомы дикого секса на лицо. И Тима все еще был во мне, продлевая момент до неприлично долгого.

– Я так и знал, – прошептал он устало и немного скатился в сторону, чтобы дать мне больше воздуха. – Так и знал, что ты идеально мне подойдешь.

Я в ответ смогла только покачать головой. Ответила лишь спустя несколько секунд:

– Нет, это ты идеальный.

И с осознанием этого прекрасного факта пришли отнюдь не прелестные слезы. Они наполнили мои глаза, от них начало щипать нос, и снова сдавило грудь. Я закрыла глаза, но сделала только хуже – слезы потекли по вискам.

– Эй? – позвал Тима и нежно поцеловал мои губы. – Хочешь сказать, все было так плохо?

В ответ я взвыла. Просто… это я! Я привыкла смеяться, когда плохо, но к такому готова не была.

– Слишком хорошо! Нереально! – заверила я и утерла слезы. Счастья, не иначе. Я посмотрела любимому, самому лучшему мужчине в глаза и не удержалась от признания: – Спасибо. Ты исцелил меня. Я больше ничего не боюсь.

Тима провел пальцами и по моей щеке и ласково улыбнулся.

– Теперь уж я боюсь.

– Ты? – искренне удивилась я. – Чего?

– Потерять тебя.

– Я пока еще в здравом уме. А ни одна женщина в здравом уме не оставит мужчину, который такое вытворяет с ее телом!

Он закатил глаза и ухмыльнулся, явно довольный собой.

– Я не о том. Я не собираюсь испытывать твою выдержку и давать тебе повод уйти.

– А о другом и не думай, – посоветовала я. – Ты был прав во всем. Жить нужно сейчас. Я хочу запомнить каждую секунду, проведенную с тобой. Хочу продлить этот день, прожить его и насладиться им. Потому что потом он станет моим лучшим воспоминанием. У меня никогда и близко не было такого хорошего воспоминания, Тимош.

Он смешно поморщился, и я хихикнула. Теперь Кронин смотрел на меня так, как еще мгновение назад, с неприкрытым желанием.

– Три недели, – напомнил он, вновь заставив меня смеяться.

– Один день отработан, – по привычке отчиталась.

– Я надеюсь, что ты не переутомилась, потому что я с тобой только начал.

И прежде чем я успела ответить, Тима перевернул меня на живот и приподнял мою попку, вжавшись в нее своим бедрами. Слишком горячо! Я ощутила его язык на своей шее и задрожала. На этот раз вовсе не от холода.

– Кажется, ты уже согрелась, – догадался он. Пришлось врать… И не единожды за вечер.

Глава 29

Что такое счастье?

Я, конечно, задавалась этим вопросом и раньше, но ответить точно не могла. Моя жизнь напоминала гонку за призрачными мечтами и идеями. Я ставила себе цели, выполняла их, на краткий миг чувствовала удовлетворение. А когда оно проходило, искала, чем занять себя снова. Поступить в университет. Найти работу. Купить вон то красивое платье. Заинтересовать лучшего парня курса. Получить красный диплом. Переехать в другой город. Спрятаться от прошлого. Устроиться на работу. Еще на одну. Мало! Еще на одну. К черту! Найти действительно хорошую работу. Накопить много денег…

Одним словом – гонка.

А сегодня я впервые за долгое время остановилась. Наконец-то застыла в одном мгновении с ясным понимаем, что мир вокруг перестал вертеться. Для меня он вообще исчез. Все извне стало просто неважным, несущественным.

Я. Тима. Наш маленький домик где-то в глуши. Пускай, это не будет длиться вечность, пускай и этому моменту придет конец, но зато теперь я точно знала, что же такое это счастье. Ласковый взгляд любимого, его теплые объятия, безмятежность, легкость.

Я потерялась в этих ощущениях, отрезав всякую связь с реальностью. Потому что Тима в самом деле взялся мне «мстить» за все дни его мучений, как он назвал мою трудоспособность. И снежинки в шторах припомнил, и закрытые конференции с сотрудниками, и даже развратные (по его мнению) костюмы приплел. Но я не жаловалась, только подыгрывала ему.

– А еще как-то раз я вздумала тебя совратить, поэтому надела очень откровенное платье, – призналась я и невинно похлопала ресничками.

Тима довольно сощурился и прижал меня крепче. Утро в самом деле было добрым. Одна проблема, я не могла вспомнить, какого дня!

– Я сейчас вернусь, – заявил Кронин и вдруг начал вставать. К слову, мы все же перебрались на диван, который очень к месту оказался раскладным и удобным. Он же служил нам столом, стулом, кроватью и всем, чем только можно.

– Куда? – непонимающе спросила я, исследуя жадным взглядом его потрясающее тело. Даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что вся эта сказка – не сон. И за какие только подвиги я заслужила такого мужчину?

Он вместо вразумительно ответа только чмокнул меня в губы и погладил по волосам.

– Поспи еще. Рано.

А сам, к моему разочарованию, начал одеваться, после чего подошел к сумке, которую мы так и не открыли, и достал оттуда почти всю одежду. На его пальцах оказались бретельки моего вечернего платья, и Тима с аккуратностью отложил вещь на стул.

Конечно, спать мне уже вовсе не хотелось. Я тоже встала, натянула на себя тимкин свитер и толстые шерстяные носки. Этого было вполне достаточно, чтобы не замерзнуть. К тому же, домик уже давно нагрелся теплом камина и наших тел.

– Кушать хочешь? – спросила заботливая я и открыла буфет. Не только дров было припасено на всю зиму, а и еды. Пускай не самой полезной и свежей, но мы уж точно не голодали. Тем более, что мужчина у меня в самом деле очень предусмотрительный. В холодильнике имелось молоко длительного хранения, в морозилке – мясо, овощи, ягоды и мороженое. Обо всем позаботился специально обученный человек, который ухаживает за территорией и домом на протяжении года. Оказалось, что этот сруб в прошлом хижина лесника. А на километры вокруг лесные угодья, из которых целых три акра Кронин арендовал на двадцать лет. Раньше они со Славой и другими парнями приезжали сюда на охоту. Но потом у Славы появилось другое увлечение – охота на помощницу Кронина. А про это чудное место было забыто до того самого момента, пока я не поделилась своими фантазиями об идеальном времяпровождении с любимым.

– М-м-м, – протянул Тима и обнял меня со спины. – Хочу.

– Еду! – уточнила я на всякий случай. – Оладьи с медом?

– Оладушки-и-и, – промурлыкал он в мою шею и едва не заурчал, как довольный кот.

Засмеявшись, я потянулась за мукой и застыла, ощутив, как в мою попку уперлась недурственная твердость.

– О нет! Нет-нет! – воскликнула я. – Точно так же начиналось наше утро вчера! И в итоге почти вся мука улетела в мусорку, а мы с тобой вернулись к еде только в обед.

Тима обреченно застонал и все же отлип от меня.

– Я не виноват в том, что ты такая сексуальная.

Улыбаясь до ушей и пятясь назад, он остановился у шкафа возле камина и открыл дверцы. Я вернулась к готовке, но то и дело поглядывала на него. Просто не могла не смотреть.

Оказалось, что в шкафу имелось потайное пространство. Вытащив одну доску, Тим протянул руку в нишу и достал оттуда топор.

Я удивленно вздернула бровь.

– А это зачем?

– Деревья рубить.

Кивнула на гору дров.

– Мало?

Тима посмотрел на меня с недоумением, а потом засмеялся.

– Ян, а какой сегодня день?

Я уселась на столешницу и начала колотить венчиком тесто.

– Отвечу твоими же словами: я не виновата, что ты такой сексуальный!

Я деловито сдула прядку волос со лба и подмигнула Тиме. Он покачал головой и снова запустил руку в нишу.

– Тридцать первое сегодня. А мы без елки.

– О-о-о, – только и смогла выдать. Это ж как от реальности надо было оторваться!

Улыбка медленно сползла с моего лица, когда я увидела в руках Тимы оружие. Огромное толстое ружье и коробку патронов.

– Не пугайся, – тут же выдал он. – Это для нашей безопасности. У меня есть разрешение, все легально.

Я почему-то сразу подумала об Антоне. Подумала и медленно кивнула. Кронин как будто специально привез меня сюда, словно наживку. И если бывший сунется на его территорию, он выстрелит и не моргнет. Я была уверена.

Выдохнув, медленно отложила миску с тестом, вытерла руки и подошла к Тиме.

– Если он появится здесь, не убивай.

Он сразу меня понял.

– Ян…

Тут же посерьезнел и послал суровый взгляд, мол, не вмешивайся в это, женщина. Но я не могла допустить, чтобы он все испортил.

– У его семьи связи. Знаю, ты тоже крутой, но не всесильный же. Они тебя засудят и посадят. Как угодно, Тим. Но только не убивай.

Тима аккуратно отставил ружье и подошел ко мне.

– Оно для охоты на дикого кабана. Но если понадобится защищать тебя, я сделаю это любой ценой. Даже ценой своей свободы. Или жизни.

Не подумав, я стукнула его кулаком в грудь.

– Не говори так. Не нужна мне такая жертва.

Кронин выдохнул и притянул меня к себе.

– Давай не будем о плохом? Он сюда вообще не явится. Я почти уверен. Сейчас срублю елку, и свяжемся со Славой. У меня есть антенна для усиления сигнала.

Он дождался моего кивка, а после чмокнул в висок и все же вышел на улицу. И оружие с топором прихватил.

А вот и реальность постучалась в мое окошко. Как не пытайся, а от прошлого не сбежишь.

– Чтоб тебя… – вспомнила довольную рожу Антона и поморщилась. – Дикий кабан покусал! Вот!

Вместе с мыслями об Антоне вспомнилась и мама. Она даже слушать не захотела, когда я позвонила ей на прошлой неделе и попыталась объяснить, что к отношениям с Тошей я возвращаться не хочу. Даже не дослушав, сказала все то, что говорила ранее: я неблагодарная дочь, не ценящая ни стараний Тоши, ни ее. Ничего хорошего с таким характером мне в жизни не светит.

Я хмыкнула про себя и осмотрелась. Раньше мне требовалось подтверждение, что со мной все в порядке. Что это они все ошибаются, а не я. А сейчас меня больше не волновало мнение окружающих. Благодаря Тиме я почувствовала себя полноценной.

Он явился очень скоро с небольшой верхушкой елки. Весь в снегу, с красным носом и розовыми щеками.

– А ты ведь точно Дед Мороз, знаешь? – пошутила я.

Он сделал «Хоу-хоу-хоу» и ловко установил ель возле камина с помощью брусков дров.

– У нас нет игрушек, – задумчиво произнес Кронин, усаживаясь за стол, где его уже ждали теплый кофе, блинчики со сгущенкой и влюбленная женщина. Отпив кофе, он закинул в рот блинчик, а потом подумал, пересадил влюбленную женщину к себе на колени, и закинул блинчик еще и в нее. Заботливый!

– А мы сделаем свои, – предложила я и слизнула сгущенку с его губ. Тима застыл. – Найдем вещи, которые будут символизировать наши желания. Таким образом, на елке окажется все то, что должно сбыться в следующем году. Вот смотри!

Я спрыгнула с его колен и взяла со стола голубенький венчик. Оценив реакцию Тимы (а он смотрел с явным интересом), подошла к елке и навесила добро на самую большую ветку.

– Это символ вкусной еды! – пояснила я. – Пускай в новом году ее будет много.

Тима захохотал, но идею явно оценил. Он и сам встал, подошел к своей куртке и вытащил оттуда серебристую зажигалку. Обвязав ее шнурком, он повесил «игрушку» на елку и заявил:

– А это символ домашнего очага. – Он обнял меня и ласково погладил по щеке. – Хочу, чтобы мы с тобой нашли самое уютно место.

– Зачем искать? – удивилась я. – Мы уже его нашли.

Тима фыркнул и покачал головой.

– Ну, здесь мы не останемся навсегда. Дом надо бы побольше. На четверых, как минимум.

Ой! Мои глаза сами собой округлились, но Кронин будто и не сказал ничего изгрудивоздухвыбивающего, а поцеловал меня, оставляя на губах сладкий вкус.

– Поищи еще что-то, – предложил он. – А я настрою антенну.

Он снова полез в свой тайник и достал небольшой чемоданчик, в котором оказалось странное устройство и две рации. Одну из них я тут же схватила и начала вертеть в руках.

– Мы можем ими пользоваться?

– Они, скорее всего, разряжены. Я должен был подумать об этом раньше. Где-то день назад!

Он послал мне многозначительный взгляд, ведь я точно знала, чем он занимался вместо того, чтобы заряжать технику. Пока я шастала по дому в поисках «елочных игрушек», Тима поставил на зарядку рации, наши телефоны и настроил усилитель сигнала.

Я как раз украшала елку конфетами, как послышалось его строгое «алло». Закатив глаза, пошла к большому боссу, чтобы немного его расслабить. И подслушать!

– Это Слава? – полюбопытствовала я.

– Яна? – прокричал он, услышав мой голос. – О, ты жива! Как хорошо!

– Ха-ха! – выдал Кронин и сжал мою руку.

– Нет, ну украл девочку, как какой-то пещерный человек, нам не сказал, куда, зачем…

– Все тебе расскажи, – заворчал Тима. А я крикнула в трубку:

– У нас очень важная и неотложная командировка!

– Ага, – подстрекнул Слава. – Знаю я такие командировки. У меня Аня с пузом после одной вернулась.

Мы с Тимом переглянулись, я подняла руки и удалилась, больше не желая вмешиваться в мужской разговор. В общем, неловко стало. Ведь мы с Тимой толком не обсуждали тему предохранения. У меня был «безопасный» период, но разве это гарантия? Да и эти его намеки…

Подавив ползущую улыбку, я принялась искать еще вещицы. Нашла на каминной полке симпатичную ракушку и повесила ее на елку, как символ отдыха. О море, песке и солнце я мечтала давно. Думаю, пора начинать уламывать Кронина на отпуск. Интересно, у нас бывают командировки в Турцию?

– Ты уже и сам, небось, вычислил, – со смешком бросил Кронин. – Да, здесь. Слав… Да понял я. Иван неподалеку, сигнал получит, если что. Есть.

Тима отмахнулся еще парой фраз и закончил разговор.

– Антон? – спросила я. Он покачал головой.

– Еще ищут. Но сама понимаешь, праздник.

Я кивнула и улыбнулась, когда он поманил меня к себе.

– Вот именно! – бодренько произнесла. – Праздник! А у нас отмечать нечем.

Глянула на часы – до полуночи осталось больше десяти часов. Самое время доставать мясо из морозилки.

Украшение елки было отложено, но мы все равно веселились на всю. Без чего невозможен приход Нового года? Правильно, без оливье! А как его сделать, если из ингредиентов в наличии только соленые огурцы, майонез и соль? Горошек и морковку Тима вызвался выбирать из микса замороженных овощей. А я поставила вариться мясо курицы вместо колбасы. Пританцовывая и подпевая, мы вместе стряпали первоклассный ужин. Который, впрочем, закончился, так и не начавшись.

– Кажется, что-то горит, – прошептала я в губы Тимы. Он потянулся рукой к плите и отключил комфорту.

– Не что-то, а кто-то, – поправил он и усадил меня на кухонную тумбу, отодвигая миски и доски. Я обвила его талию ногами и помогла избавиться от футболки. – Я думал, что переживу вид тебя в моей одежде. Но вид тебя в фартуке…

Я засмеялась, но Тим выбил смех стоном с первым толчком во мне. А со вторым я почти забыла обо всем на свете. Лишь нарастающий оргазм и обжигающий взгляд самых прекрасных глаз имели значение.

– Я люблю тебя, – произнес он. – Просто до безумия!

– Знаю. Очень хорошо знаю, как это.

Намного позже, когда мы вдоволь насытились друг другом и все же вернулись на любимый диван у камина, мой взгляд наткнулся на елку.

– Верхушки не хватает, – лениво пробормотала я. – Где бы нам найти звезду?

Тима немного подумал, после чего на его лице расплылась кривоватая ухмылочка.

– Почему сразу звезду?

Он резво встал, подошел к сумке с вещами и выудил на дне мои красные кружевные трусики. Спустя мгновение на верхушки елки красовался красивый и, самое главное, яркий бант.

– А это символ чего? – хохоча спросила я.

– Ну как же! – поразился Кронин. – Отпадного секса! Пускай его в новом году будет больше всего.

И не поспоришь.

Я тоже встала, взяла одну из раций и прищелкнула ее к ветке.

– Я больше всего хочу, чтобы мы с тобой не потеряли эту связь, которая возникла.

Кронин обнял меня и погладил по волосам.

– Ты еще не поняла, да? – спросил он с легкой насмешкой. – У нас все серьезно. Очень.

Шире улыбнуться я просто не могла.

– Это хорошо.

Тима чмокнул меня в губы и пошел за шампанским. А мой взгляд привлек лежащий на полу корешок. Присмотревшись, увидела, что это паспорт. Вероятно, Тима выронил его, когда доставал вещи. Я, конечно, не смогла не утолить своего любопытства, и заглянула на первую страничку.

– Хи-хи! Ты такой здесь молоденький! – прокомментировала я, разглядывая фотографию.

– Ян!

Я подняла на него глаза и улыбнулась.

– Совсем на себя не похож.

Тима как-то натянуто улыбнулся и подошел ко мне уже с бокалом в руках.

– Меняемся, – предложил он, протягивая мне шампанское.

От меня не укрылось, что он слегка напрягся, когда увидел меня со своим документом. И почему, спрашивается? Что там такого страшного? Место прописки?

Сощурившись, перелистала страничку и краем глаза заметила, как Тима аккуратно поставил бокалы.

– Хорошо, я должен тебе кое-что сказать, – начал он, окончательно меня заинтриговав. – Ты только не злись.

И вот с этими словами пришла страшная мысль. Франция. Алиса. Брак по договору. И это его «Я все уладил».

Перелистала вконец и нашла заветную страничку. Да, черт возьми, там был штамп.

– О нет, – прошептала я, чувствуя, как сердце готовится выпрыгнуть из груди. Но вместо этого оно и вовсе застыло, потому что под красивой печатью красовалось до боли знакомое имя. Собственно, мое. Супруга – Панкеева Я.В. гласил паспорт Кронина.

Он сам уже был рядом и аккуратно забрал свой документ с моих рук, давая мне несколько секунд на то, чтобы сложить два плюс два, отдышаться и подобрать челюсть.

– Это что т-такое?

– Я люблю тебя, – сказал Тима с такой претензией, будто бы эти слова могли решить любые проблемы в мире. Буквально любые.

Сглотнула, кивнула.

– Да и я тебя.

– И чего тогда тянуть? – спросил он небрежно. – Выходи за меня замуж.

Подумаешь, великое дело!

Так, стоп! Но я уже замужем, судя по документу.

– А тебе точно нужно мое согласие? – на всякий случай уточнила.

Тима свел брови на переносице, как бы обдумывая – сказать мне правду или нагло соврать. И казалось мне, что он собрался врать.

– Конечно!

Ну вот…

– Я чего-то совсем ничего не пойму, – пролепетала я и снова попыталась взять документ, чтобы проверить, что мне не почудилось. А может это розыгрыш?

Тима, может, и собирался объяснить, но застыл, как только услышал шум. Застыла и я. Шум напоминал короткое шипение, и оно исходило из рации. Как будто-то кто-то оказался поблизости и поймал нашу волну. Тим говорил об Иване, видимо, смотрителе. Но сейчас, глядя на лицо любимого, я поняла, что ему все это очень не нравится. У нас нежданные гости. И если это не Слава решил устроить сюрприз, то тогда только… Антон.

Кронин

А вот и северный олень пожаловал в мои края. Не ждал я его. Но все равно был готов встретить.

Жестом показав Яне не шуметь, я подвел ее к дивану и закрыл собой. Прятаться не было смысла. Сам взял ружье и нацелился на входную дверь. Смерть Антона решила бы все проблемы. Это тот самый легкий путь, который так любит мой отец. Вот только я – не он. И Яна никогда этого не забудет. Я не собираюсь превращать эту ночь в кошмар. Все закончится быстро. Пускай только зайдет.

Дверь открылась с грохотом, и Яна нервно вскрикнула. Не отводя глаз от входа, я указал ей рукой оставаться на месте. И тут же принюхался. Несло бензином.

– Деда Мороза заказывали? – раздался ленивый невнятный голос. Антон явился сразу же, держа открытую канистру в одной руке и сигарету в другой. И он был пьян. Как бомба замедленного действия.

– Антон, – вскрикнула Яна. Я шагнул назад, прикрывая ей обзор. Еще не хватало, чтобы она бросилась меня защищать.

– А-а-а, – протянул этот урод и сделал затяжку. – Моя любимая лживая дрянь.

– Медленно поставь канистру и отойди, – предупредил я, держа незваного гостя на мушке. – Ты нарушил границы частной территории. К тому же находишься в розыске. Сам понимаешь, чем это все кончится.

Придурок сфокусировал на мне взгляд и ухмыльнулся, в очередной раз вдыхая дым сигареты.

– Знаю? И мне должно быть не все равно? После всего, что эта сука со мной сделала?

– Антон, ты явно не в себе, – прошептала Яна дрожащим голосом.

Тот улыбнулся так едко и мерзко, точно подтверждая эти слова. Уверен, именно об этой улыбке говорила Яна. То еще зрелище.

– Я знаю, конфетка, – протянул он и поднес сигарету к горлышку канистры. А после его голос стал твердым и резким. – Брось ружье, иначе сгорим все.

Конечно, я сделал именно так, как он просил. Ведь чтобы взять ружье, ему все же придется поставить чертову канистру.

Не делая резких движений, я положил оружие на пол и задал закономерный вопрос:

– Как ты нас нашел?

У меня будет преимущество, если он разболтается и потеряет бдительность, которой и так не много.

Антон слегка пошатнулся и убрал сигарету подальше от бензина, чтобы закурить.

– Как? – Он засмеялся и кивнул. – А чего искать-то? Билеты друг по базе пробил. А невеста твоя дала адреса всех участков. Сама ко мне пришла.

Я не отрывал от него глаз, но чувствовал негодование моей девочки.

– Я ничего не…

– Да не ты! – выкрикнул псих. – Ты ему никто, просто игрушка для прикрытия. Хотя, чего уж, умно, Кронин. Молодец. Давно мне надо было поставить ей в паспорте печать, да заделать отпрысков. Тогда бы, может, остепенилась.

Он махнул на Яну рукой и выронил канистру. Та просто чудом не перевернулась. И я на мгновение выдохнул. Только сделал шаг, как Антон уже направлял на меня ружье. И с предохранителя снял ловко. А он, вероятно, не так пьян, каким притворяется.

– А вообще, все они продажные суки. Ты согласен? Что твоя Алиса, что моя Яна. Им бы только бабла. Они за это и родную мать продадут. – Он снова обратился к Яне, на этот раз, повысив голос. – Слушай, ну у меня же есть бабки. Я тебе дам. Зачем ты с этим уродом связалась, а? Он наиграется тобой и выбросит. И к кому ты тогда побежишь? Ко мне!

Я мог бы вырубить его раньше, пока он не наговорил всей этого чуши. Но Антон с каждым шагом подходил все ближе к нам и дальше от горючего. А я именно этого и добивался.

– Знаешь, только сегодня, в канун Нового года действует акция от Кронина, – произнес я. – Узнай свое будущее. Хочешь послушать?

Я сделал шаг назад, в сторону Яны, и почувствовал ее дрожащую ладошку на спине. Антон ухмыльнулся и подступил ближе. Его палец уже лежал на курке, а дуло ружья находилось в шаге от моего живота.

– А давай! А я тебе потом тоже погадаю, и посмотрим, чья версия правдивей окажется.

– Ты не выстрелишь. Не убьешь меня, – на полном серьезе проговорил. – Я начищу тебе рожу. В идеале, выбью всю дурь. Ну а если нет, то инвалидом на всю жизнь точно сделаю. Вот хотя бы ноги переломаю. А потом руки. Ну и в конечном итоге до того, как пробьют куранты, ты окажешься там, откуда сбежал. Когда тебя посадят, Антоша, я лично проверю, чтобы местные обитатели узнали о твоих подвигах. Их было ведь не мало, правда?

Улыбка сползла с его лица, и теперь в сумасшедшем взоре пылала лютая ненависть. Пожалуй, я зашел далеко. Но еще шаг ко мне он сделает.

– А теперь слушай меня, – зашипел он.

– Я сейчас тебя грохну и глазом не моргну. Уничтожу с особым удовольствием. Так чтобы…

– Антон, пожалуйста, – выкрикнула Яна, и вышла вперед. – Давай поговорим спокойно.

Я тут же двинулся в сторону, закрывая ее от дула.

– Стой на месте, – приказал как можно спокойнее. – Просто стой и слушай великого предсказателя.

Яна всхлипнула, но я пока не мог успокоить мою девочку. Она и так отлично справлялась. Глупо пытаться переманить на себя внимание. Но жертву я оценил. Хрен, я ее теперь хоть куда-то отпущу. И образовательную беседу обязательно проведу.

– Да, слушай, конфетка, – подстрекнул Антон. – После того, как я вышиблю мозги твоему уроду, примусь за тебя. Ты ответишь за все годы, что заставила меня ждать. Будешь орать у меня, как…

Ну все. Вот здесь, пожалуй, хватит.

– Не сбудется, – заявил я. – Ты забыл, что во всех сказках добро побеждает зло, а в твоем варианте как-то не предусмотрено «Они жили долго и счастливо».

Антон продемонстрировал мне жуткий оскал и нажал на курок. Щелчок раздался в тишине комнаты, после чего и вскрик Яны.

А теперь пришла моя очередь улыбаться.

– Упс! Не заряжено!

Я схватился за дуло, притягивая к себе слегка заторможенного Антона, и слету зарядил в эту наглую рожу кулаком. Ох, как же долго я копил свою злость! И теперь, казалось, даже сотни ударов будет недостаточно, чтобы ее выплеснуть.

– Тима!

– Все хорошо, – заверил я и схватил Антона за куртку, таща его к выходу. Надо было дать ей задание, чтобы не мешала. – Канистру на улицу вынеси. Где-то подальше за дом. И вылей все в снег.

Она тут же засуетилась, даже забыв надеть куртку.

Признаться, от Антона я ожидал большего сопротивления. Он же мент, в конце концов. Но и я боксом не зря с семи лет занимался. С первым ударом рассек ему бровь. Со вторым – вторую. Он почти ничего не видел. Потом выбил челюсть, и он уже не мог говорить. Легко отбив вялые попытки сопротивления, я ударил с такой силой, что он не устоял. Как и обещал, остались ноги.

– Тима! – заорала Яна, хватая меня за руку. Черт! Я и забыл, какая она у меня исполнительная.

– Ты вернулась уже? – спросил, пытаясь отдышаться. Смотреть на нее пока не мог. Знал, что еще больше сорвусь. Но Яна сама встала передо мной, прижалась и начала дрожать. – Пожалуйста, остановись. Он и так не двигается. Он уже не встанет.

– Еще немного, и наверняка не встанет, – заверил я.

– Тим, Тимочка, ну пожалуйста. Посмотри на меня.

Я покачал головой, втянул морозного воздуха и прикрыл глаза на секундочку.

– Рацию неси, – на выдохе произнес.

– Нет, сначала, посмотри на меня.

Вот моя слабость. Не могу ей отказать.

Посмотрел в ясные серые глаза, сейчас наполненные слезами, и в груди защемило, будто кто-то сдавил ее в тисках.

– Ты простишь меня, если я убью его? – спросил шепотом, сразу зная ответ.

Она сжала меня крепче и покачала головой.

– Н-нет. Пожалуйста. Я себя не прощу. Потому что все из-за меня.

– Все из-за него, – поправил я. – И для тебя. Он нам жизни не даст. Я добью его.

Сам понимал, что, наверное, не смогу. Остановлюсь в последний момент, но все же насладиться вдоволь местью мне не дали. И это злило.

– Нет. Ты не сделаешь этого. Потому что ты должен позаботиться обо мне, – дрожащим голосом заговорила она. По ее щекам потекли слезы, и я машинально потянулся к ним, вот только мои руки были в крови. Увидев это, Яна всхлипнула. – Мне страшно. И холодно. И ты, как мой мужчина, обязан меня успокоить. Иначе никак, Тимош. Никаких больше побоев, слышишь?

Я прекрасно понимал, что все это она говорила, чтобы отвлечь меня. И действительно работало.

«Я не собираюсь превращать эту ночь в кошмар. Она все забудет. Надо, чтобы забыла».

– Хорошо, – наконец произнес я. – Неси рацию.

– Н-нет.

– Вызовем Ивана, Ян. Пожалуйста, принеси рацию. За пару секунд я ничего с ним не сделаю.

Нехотя от меня отстранившись, любимая сорвалась на бег. А я перевел взгляд на Антона. Он лежал в снегу, похоже, в отключке. Не удержался и все же пнул его в последний раз. Тихий стон – признак жизни. Живучий, гад.

– Вот! – Яна опять выросла передо мной, на этот раз с рацией в руке.

Схватив за куртку Антона, втащил его обратно в дом и вызвал Ивана. Мужик попался надежный, ответственный, не пьющий, что в здешних местах редкость. Обещал прибыть через десять минут с нарядом.

– Сейчас тебя с правильными сотрудниками правоохранительных органов познакомлю, – буркнул я, бросив недоноска на полу у входа.

– Может надо его связать? – боязливо спросила Яна.

Я впервые улыбнулся. Прижал ее к себе и вдохнул запах волос. Мое. Родное.

– Все уже хорошо. Ты не думай об этом.

Она лишь сильнее всхлипнула и только сейчас позволила себе выплеснуть весь стресс. Я знал, что выплакаться для женщины – лучший способ отпустить ситуацию. По крайней мере, так говорила мама. Она плакала слишком часто. С Яной этого не будет.

– Это последние слезы, которые я вижу. Поняла?

Она шмыгнула носом и подняла на меня покрасневшие глаза. Робко кивнув, уткнулась в мое плечо. Я перенес ее на диван, хотел помыть руки, но Яна не дала. Свернулась на мне калачиком и просидела так до приезда Ивана.

Я уж постарался, чтобы надолго процедура не растянулась. Антона повязали, посадили в полицейскую Ниву. Меня поздравили с наступающим и настоятельно рекомендовали появиться утром для дачи показаний. Местных ребят я знал, не раз в прошлом вместе охотились. А после охоты им по обычаю оставались рации, патроны, приборы ночного виденья и прочее добро. К моему вопросу они отнеслись со всей серьезностью, и на счет Антона я не волновался.

– Вот вам, Тимофей Андреевич. – Ваня вытащил из багажника небольшую коробку и поставил на веранде. «Фейерверк» – гласило название. – Подарок!

– Да уж, – заворчал я, смывая кровь с костяшек в снегу. – Нам только салюта не хватало.

– Так пускай лучше небо горит, чем дом! – подытожил он и, пожав мне руку, сел в кабину.

Помахав парням, я еще какое-то время стоял на улице, провожая их взглядом.

Теплые ладошки легли на мои плечи, а вместе с ними и плед. Невольно улыбнулся. Мы поменялись ролями?

– Замерзнешь, – прошептала Яна и встала передо мной. Она уже не напоминала привидение, на щеках появился румянец от легкого мороза, а краснота с глаз почти сошла.

– С тобой точно не замерзну, – произнес я.

Она улыбнулась, и мы постояли так молча еще секунду.

– Спасибо, – прошептал я.

– С ума сошел? – возразила она. – Это я благодарить должна. Это… Да ты вообще… А за что-о-о?

И последнее было сказано с таким неприкрытым интересом, что я опять улыбнулся. А потом и вовсе засмеялся.

– Просто. Спасибо. За то, что ты появилась в моей жизни. За то, что дополняешь меня. Не даешь делать глупостей. Я иначе уже не хочу.

Яна положила руки на мои щеки и притянула к себе, чтобы поцеловать. Я боялся, что она не захочет сейчас. Будет держать дистанцию. Но в ее действиях не было ни грамма неуверенности, и я не стал больше притворяться каменной статуей.

– Новый год наступит через пять минут, – прошептала она.

– Я сейчас! Ты здесь постой.

Вернулся в дом, быстро достал чистые бокалы, шампанское и сорвал с елки зажигалку. Яна, зажмурив глаза, подняла лицо к небу, а мелкие снежинки падали на ее лицо. Жаль, телефон был далеко. Мне бы запомнить этот момент навсегда.

Пока она не смотрела, я вынес фейерверк подальше, зажег его и вернулся к моей девочке с бокалами. Нет, к моей жене.

– Ну, думаю, уже новый год, – произнес я. – Все плохое мы оставляем в прошлом, правда?

Яночка приняла у меня бокал и счастливо улыбнулась.

– Правда!

Со звоном прозвучал первый взрыв. Небо усыпало разноцветными огнями, и пока Яна с восторгом на них смотрела, я смотрел на нее, прижимая к себе.

– Да, – произнесла она, – не отрывая взгляд от салюта.

– Что «да»?

– Ты спрашивал меня. Хочу ли я быть твоей женой. – Она повернула голову и твердо заявила: – Хочу!

Я отпил, ведь надо было как-то скрыть прущую лыбу. В ее-то паспорте штамп тоже уже стоит. Она просто давно в него не заглядывала.

* * *

Время, оказывается, летит, когда полно приятных хлопот. Всего три недели назад отпраздновали наступление нового года, и вот почти конец января. Мы в другом городе, только что оформили покупку дома и ждем гостей.

Я нашел Яну на террасе. На этот раз телефон был под рукой, чтобы запечатлеть вид любимой женушки у перил с улыбкой до ушей.

– Тебе точно нравится? – спросил я.

Она закатила глаза и поманила меня пальчиком. Обнявшись, мы посмотрели на открывшийся вид. Пляж, море, ясное небо над головой. И ведь недалеко от города. Я уже здание для офиса присмотрел. А через пару недель и остальная команда подтянется.

– Ущипни меня, мне все еще кажется, я сплю, – лениво произнесла Яна и развернулась в моих объятиях, чтобы поцеловать. – Тим! А Слава ведь не просто в гости придет, да? Зачистка, прослушка, все дела…

Ишь, умная какая…

– Нет, что ты! Они теперь часто с Анькой прибегать будут. Как-никак соседи.

Яна шире улыбнулась, как будто точно уличила меня в лукавстве. Но я так быстро не сдался. Нацепил серьезную мину.

– Родственники почти! Кумовьями станем.

На этот раз она поверила и восторженно воскликнула:

– Здорово! Ты будешь крестным папой!

Я хмыкнул.

– Надеюсь, не только крестным.

В ответ получил загадочную улыбочку. Ох, как жаль, что допрос пришлось отложить – раздался дверной звонок.

– Тим? Если что, я не против прослушки и камер. Мало ли…

Вот это «мало ли» и было ложкой дегтя в бочке меда. Яна старалась отпустить прошлое, я видел. Но пока ей удавалось с трудом. Хорошо, что я был уверен в своих силах. Свою семью я защитить смогу.

Слава явился без рабочего чемоданчика и, что еще хуже, без жены. А жаль. Я надеялся на Аню, как на отвлекающий фактор.

– Ну и? – спросил я, пропуская его внутрь.

Друг как-то напряженно выдохнул и достал из кармана конверт. Черный. Знакомый.

Не сдержался, выругался.

– Он там совсем охренел в своем карцере? – пробубнил я, открывая послание. Хорошо, что Яна не спешила к нам. Достав листок, прочел: «Я тебя и на том свете достану, Кронин». О, так теперь я его жертва. Польщен.

Скомкав бумагу, посмотрел на Славу.

– Это пришло в приемную старого офиса два дня назад, – пояснил он. – А сегодня утром я получил сообщение от нашего следователя. Антон покончил с собой.

Невольно поморщился.

– Этот самовлюбленный кретин? – недоверчиво переспросил я. Верилось с трудом. Но Слава лишь пожал плечами.

– Информация проверенная. Яне скажешь?

Я послал ему насмешливый взгляд. Потом подумал, выдохнул и кивнул.

– Скажу. Позже. А то так и будет ждать подвоха за каждым кустом. Не хочу, чтобы она нервничала сейчас.

Вот теперь друг напоминал самого себя. Ухмылочки, подколы, шутки… Ужином шантажировать начал. Пришлось признать, что он во всем был прав.

А через час пришло сообщение от отца.

«Теперь и я долг отдал. Живи, сынок».

Эпилог

Яна

Еще неделю спустя

Я протянула свой бокал, и еще два подтянулись.

– За море! – предложила я.

– За солнце, – добавила Настя.

– Угу. За песок, – подытожила Ира и залпом выпила свой коктейль.

Потом выбросила бокал в тот самый песок, сложила руки на груди и насупилась, отвернув голову.

Мы с Настей переглянулись и откинулись на шезлонги, продолжая принимать солнечные ванны.

– Согласись, здесь сказочно, – не удержалась и прокомментировала.

– Меня выкрали! – почти заорала Ира. – Прямо средь бела дня в аэропорту. На глазах у охраны возле стойки регистрации. И для чего? Чтобы лицезреть этого придурка, ползущего на пальму?

Мы с Настей синхронно посмотрели в сторону пальм и захихикали. Вадим, и правда, пытался залезть на растение. Мало того, ему почти удалось это. Еще немного, и кокосы будут у него в кармане. А Тима и Андрей тем временем кружили вокруг ствола, выкрикивая Кронину младшему подсказки.

– Меня тоже выкрали, – безмятежно произнесла Настя, рассматривая Веля с неприкрытым восторгом. Все они были в очень даже хорошей форме. – Обманом заманили на остров под видом университетской олимпиады. И, знаешь, это лучше, чем олимпиада!

Она пошевелила бровками и присосалась к трубочке.

– Думаю, это лучше всего на свете, – согласилась я, облизываясь на своего мужа. – Пляж, любимый, и частный остров, на который никто не причалит раньше, чем через месяц.

Ира обреченно застонала и выхватила коктейль из моих рук. Проглотила залпом, после чего опять выбросила бокал. Даже и не заметила, что алкоголя там нет.

– Это у вас любимые. Хорошие, добрые и заботливые мужчины. А мне достался придурок, – запротестовала она. – Признавайся, это твоя идея?

Она ткнула в меня пальцем с явным обвинением.

– Ты же знаешь мою историю. И думаешь, что я вот так просто после всего, что он сделал, прощу его?

Я пожала плечами.

– Ты любишь его. А он, судя по всему, скоро окончательно и бесповоротно влюбится в тебя. Пока ты дуешься, совсем не замечаешь, с какой жадностью он на тебя смотрит.

– Да он же кобель! – зашипела Ира.

– Это не моя идея! – быстро оправдалась. – Я вообще-то на твоей стороне. Я бы тоже так просто этого негодяя не простила. И ты не должна. Но Тима сказал, что всем нужен самый последний шанс. Потому он взял в нашу командировку еще и Вадима. Если так хочешь знать, то и его сюда пришлось заманивать хитростью, потому что он уже был готов уезжать. Как раз собирал вещи, когда мы к нему приехали.

– Куда это он собирался уезжать? – спросила Ира спустя несколько минут. Было видно, она так и пыхтела от возмущения.

– Видимо, по любопытной случайности в тот же город, что и ты, – произнесла я с насмешкой. – Ну не поехал бы он на другой конец земного шара только для того, чтобы тебя вернуть. Это же Вадим!

Я закусила губу и отвернулась к пальмам. А там как раз кокосы в песок упали. И скоро три довольных добытчика шли к нам с половинками от экзотических орехов. Я сразу подскочила к мужу и повисла у него на шее.

– Идем домой, – шепнул он на ушко. – Ты уже долго лежишь. Устала, наверное.

Он нежно меня поцеловал, давая понять, как именно собирается снимать мою усталость. А ведь я только этого и ждала!

Когда Вель подошел к Насте, предлагая ей кокос, она демонстративно задрала нос, изображая обиженную украденную девушку. Актриса! И какая умная девочка, все же на любовную удочку попался Андрей, а не она. Однозначно!

– Да, ты права, – озадачено произнес Вель. – Как ты его есть-то будешь? Пойдем-ка, детка, в бунгало. Там вилочки, ножики. Тарелочки. Стол. Стул. И еще много хороших поверхностей.

И даже не дав Насте ответить, он закинул девушку себе на плечо и понес в сторону их бунгало.

– А кокос?! – возмутилась она, указав на выброшенный в песок деликатес.

– Завтра новый сорву.

Когда мы с Тимой уходили, на пляже оставались только Ира и Вадим. К слову, самый большой кокос был у него. И вручил он его, естественно, Ирочке. Ее реакцию мы уже не видели, зато очень хорошо слышали.

– Засунь себе этот кокос… Знаешь куда? Не знаешь? Значит, догадайся! Ты что творишь? А ну руки прочь! Да я тебе… Вадик!

А дальше после неразборчивых звуков раздался один очень разборчивый и протяжный стон. И явно не разочарования.

– Боже, как хорошо, что мы живем в другом конце острова! – озвучил мои мысли Тима.

– Готова поспорить, они все тоже этому несказанно рады, – произнесла я и захихикала, когда Тим зарычал мне в шею.

И еще раз напомнила ему об этом часом позже, когда показала две полоски на одном любопытном тесте. Потому что кто кричал на весь Тихий океан: «Ура! Ура! Я сделал это!»?

Не я!

Конец!

Альмира Рай 2019 год.

В оформлении обложки использованы фотографии автора Majdanski с https://www.shutterstock.com.

Content

Рай Альмира Банальная сказка, или Красавица и Босс

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог