Лукас Дженни

В неге чувственного тумана [litres]

Дженни Лукас

В неге чувственного тумана

Jennie Lucas

THE BABY THE BILLIONAIRE DEMANDS

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

The Baby the Billionaire Demands

© 2018 by Jennie Lucas

«В неге чувственного тумана»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке,

«Центрполиграф», 2019

* * *

Глава 1

Деньги значили для нее все. Деньги проводили черту между счастьем и горем, радостью и бедой. Лола Прайс узнала эту истину еще в пятилетнем возрасте и с тех пор каждый день убеждалась в ее незыблемости.

Ее детство прошло в трейлере на краю Калифорнийской пустыни, в пыльном городке, где очень сильно ощущалась нехватка рабочих мест и где ее мать каждый день пыталась свести концы с концами, когда умер отец Лолы. А после того, как она вышла замуж во второй раз, их положение только ухудшилось.

К восемнадцати годам Лола поняла, что существует только один способ защитить людей, которых ты любишь, уберечь их от беды, удержать рядом и не дать умереть.

Нужно быть богатым.

Поэтому она бросила школу и уехала в Лос-Анджелес. Отчаянно нуждаясь в том, чтобы спасти то, что осталось от ее семьи, но без особых талантов или того же школьного аттестата, Лола надеялась мгновенно стать кинозвездой, но ее карьера так и не сдвинулась с мертвой точки. Не сумев заработать денег, она потеряла все.

Теперь у нее подрастал четырехмесячный сын. А на счете лежало около миллиона долларов.

– Лоличка, можно тебя поцеловать? – вернул ее в реальность зычный голос Сергея Морозова, с которым она кружилась на танцполе на одном из ежегодных благотворительных балов Нью-Йорка.

– Что? – потрясенно посмотрела на него Лола. – Поцеловать меня?

– Да. Когда?

– М-м-м… никогда.

Ее партнер поморщился. Этот грузный в свои пятьдесят с небольшим лет русский олигарх был генеральным директором одной из крупных компаний на Уолл-стрит. Еще недавно она работала его помощницей.

– Когда ты согласилась сопровождать меня сегодня, я подумал…

– Извини. Ты для меня друг, не больше.

Лола смотрела на танцующие вокруг них пары. Странно, почему на балу не оказалось ее двух лучших подружек, Хейли и Тесс, которые недавно вышли замуж за миллиардеров. Они обожали такие пышные торжества, как это.

Она рассматривала одетых в элегантные смокинги мужчин, которые напомнили ей еще одного ее бывшего босса, Родриго Кабреру. Испанского медиамагната, который швырнул ей в лицо чек на миллион долларов, а потом выставил ее из своего дома. И она осталась брошена на произвол судьбы, беременная и с разбитым сердцем.

– Если тебе нужно еще немного времени, чтобы подумать… – начал снова Сергей.

– Дело не в этом, – опустила глаза Лола. Ей не следовало принимать его приглашение. Все из-за соседки, вдовы, иногда присматривавшей за ее сыном и настоявшей, что Лоле нужно немного «развеяться». А еще из-за чувства одиночества, которое она испытывала после того, как две ее лучшие подружки одна за другой быстро выскочили замуж.

Теперь она жалела, что не осталась дома.

– Какой-то мужчина разбил тебе сердце, – буркнул Морозов. – Он бросил тебя и твоего сына.

Лола изумленно посмотрела на него. Она ни с кем не обсуждала Родриго, даже со своими лучшими подружками.

– Я не говорила, что он бросил меня…

– Но он не оказывал тебе поддержку во время твоей беременности. Рожала ты тоже одна. – Он чуть крепче сжал ее в своих объятиях, хотя Лола старалась держаться с ним почти на викторианском расстоянии. – Давай забудем идею со свиданием. Может, мне просто жениться на тебе, что скажешь?

– Жениться? – изумленно выдохнула она.

– Лола, я давно хочу тебя, – тихо ответил Морозов. – Если для того, чтобы заполучить тебя, мне придется жениться, я готов.

Выйти за него замуж?

К ее горлу подкатила тошнота.

Сергей был неплохим человеком. Она работала у него секретарем, пока ждала ребенка. Лола могла охарактеризовать его как богатого и заносчивого, но не жестокого человека. Когда ей было восемнадцать, она бы с радостью выскочила замуж за такого парня, как он.

Ему не повезло, что теперь Лоле исполнилось двадцать пять, у нее появились деньги, а ее сердце обзавелось незаживающими ранами.

– Я польщена, правда, – неуклюже ответила она, – но…

– Выходи за меня, звезда моя. Я осыплю тебя драгоценностями. Я…

– Я хотел бы пригласить вашу даму на танец. У Лолы сердце ушло в пятки, когда она услышала низкий мужской голос, раздавшийся у нее за спиной. Она очень хорошо помнила этот голос, хоть и не слышала его больше года.

Она медленно повернулась и увидела перед собой Родриго Кабреру собственной персоной.

Темноволосый и черноглазый, с легкой небритостью на тяжелом подбородке, он был еще красивее, чем раньше. Мощь, темная, опасная и обольстительная, исходила от него подобно ударной волне.

– Родриго? – потрясенно выдохнула Лола.

– Лола. – Его жестокие, чувственные губы дрогнули в улыбке, когда он посмотрел на нее сверху вниз. – Давно не виделись.

Она тут же вспомнила их жаркие дни и ночи. Удовольствие, которое она получала в его объятиях. Радость. Смех. Чувство того, что впервые за долгое время с ней рядом появился надежный человек…

Ее сердце мучительно сжалось, но она не подала виду.

– Что ты здесь делаешь?

– Приглашаю тебя на танец. – Почти с кошачьей грацией Родриго проскользнул между ней и ее партнером и весело глянул на Морозова. – Если вы не против.

– Конечно, я против, – помрачнел тот.

– Сергей, все в порядке, – неуверенно сжала его руку Лола. – Это ненадолго.

– Я вернусь, когда закончится танец, – процедил Морозов.

– Как пожелает леди, – сверкнул глазами Родриго.

После ухода Сергея они посмотрели друг другу в глаза.

– Значит, теперь ты живешь в Нью-Йорке, – холодно бросил Кабрера.

– Ты здесь по делам?

– А разве может быть другая причина? – ослепительно улыбнулся он.

Родриго медленно привлек Лолу к себе, и она вдохнула его аромат, отчего у нее задрожали колени. Хорошо, что он поддерживал ее в танце.

Он обернулся и посмотрел на Сергея, который стоял в другом конце зала и бросал мрачные взгляды в их сторону.

– Значит, он хочет жениться на тебе.

– Не все ненавидят брак, как ненавидишь его ты.

– Еще один миллионер упал к твоим ногам.

– Не все ненавидят меня, как ненавидишь ты.

– Лола, я не ненавижу тебя.

– Правда?

– Я презираю тебя. А это разные вещи. Ты наверняка уже потратила миллион, который я дал тебе, раз отправилась на поиски нового спонсора. Собираешься ответить ему согласием? Тебя можно поздравить?

Интересно, что сказал бы Родриго, узнай он причину, по которой она взяла его деньги. Ведь она так и не сказала ему, что забеременела от него.

Деньги значили для нее больше, чем гордость. Они означали стабильность и безопасность. Ее ребенок никогда не узнает, что такое голод, как когда-то Лола. И никогда не увидит свою мать плачущей из-за того, что ей нечем оплачивать счета. Над ее сыном никогда не будут смеяться за одежду слишком маленького размера. На него не будут набрасываться учителя за то, что он уснет на уроке после того, как всю ночь провозится со своими младшими братьями или сестрами, когда его мать уйдет на ночную смену.

И, что главнее всего, Джетт никогда не узнает, каково это – потерять свою семью.

Лола взяла деньги Родриго только для того, чтобы никто не смог отнять у нее ребенка.

Никто. Но такой возможностью мог воспользоваться сам Родриго…

У него были права на Джетта. И пусть у Лолы на счете лежал почти миллион долларов, деньги Кабреры исчислялись миллиардами. Достаточно для того, чтобы заполучить все, чего он захочет. Даже Джетта. И от этой мысли ей становилось дурно.

В прошлом она проработала два года его секретарем. До того, как они стали любовниками. И Лола не понаслышке знала о его безжалостной натуре. О том, как жестоко он обходился с людьми, которые не оправдывали его ожиданий.

Она лично испытала на себе его ярость после того, как он узнал о ее прошлом.

Но Родриго приехал в Нью-Йорк не ради нее. Он часто приезжал в этот город по делам. И даже владел собственным домом в Сохо. Теперь они вращались в разных кругах, и он не мог знать о Джетте.

Но если узнает…

Нет. Такого никогда не случится.

– Ну? – помрачнел Родриго. – Так ты собираешься за него замуж или нет?

– Я еще не решила, – пробормотала она.

Его руки крепче сжали ее талию.

– Ты лжешь?

Лола не собиралась больше встречаться с Сергеем, не говоря уже о том, чтобы становиться его женой. Но она не собиралась объясняться с Родриго.

– А какое тебе дело?

– Никакого. Просто интересно, не должен ли я предупредить его, что ты за человек.

– А конкретнее? – напряглась она.

– Лола, ты очень красива. – Родриго медленно скользнул своим страстным взглядом по ее скромному черному платью с длинными рукавами. А потом он коснулся ее щеки. – Очень.

Ее тут же бросило в жар, и она буквально ожила. Да, да. Это был ее мужчина, и она скучала по нему, о боги, как же сильно ей не хватало его. Она думала о нем каждую ночь, с того самого момента, когда он лишил ее девственности и заставил почувствовать…

– Но ты уродлива изнутри, – убрал руку Родриго. – Ты пойдешь на что угодно ради денег.

Его жестокие слова прозвучали как пощечина. Тяжело вздохнув, Лола постаралась отключить голос своего сердца. Она решила не обращать внимания на оскорбления бывшего возлюбленного. Ей нужно потерпеть до конца песни, а потом он уйдет. И она постарается сделать так, чтобы больше никогда не встретить его еще раз. И не допустить, чтобы у нее отняли Джетта.

– Ох уж это твое знаменитое обаяние, – с иронией бросила Лола. – Раз ты считаешь меня такой ужасной, почему же не выбрал себе другую партнершу для танца?

– А что? Не терпится вернуться в объятия любовника?

Как будто она позволила бы когда-нибудь, чтобы Сергей прикоснулся к ней!

– Песня закончилась, – с облегчением вздохнула она. – Не то чтобы я не получила удовольствия, хотя… Я в самом деле его не получила. Иди найди себе другую женщину для пыток.

Родриго остановился и посмотрел на нее.

– И это все, что ты можешь мне сказать? – тихо спросил он. – После того, как мы не виделись почти год?

Их взгляды встретились, и Лола на секунду испытала чувство вины. Однажды они были близки друг с другом. Однажды она призналась ему во всем.

Хотя нет. Не во всем. Именно поэтому они и расстались.

Рядом с Лолой появилась здоровенная тень.

– Песня закончилась, – мрачно бросил Сергей. – Я забираю ее обратно.

Лола глянула на этого русского с благодарностью, а потом посмотрела на испанца, которого когда-то любила всем своим сердцем.

– Думаю, пора попрощаться.

– Не возражаю, – кивнул Родриго и повернулся, чтобы уйти.

Оркестр заиграл следующую мелодию, и на танцполе появились новые пары.

– Я устала, – выдавила Лола, обращаясь к Сергею. – Ты не отвезешь меня домой?

– Конечно, – успокаивающе ответил тот. – Ты, наверное, соскучилась по своему малышу.

Лола перестала дышать, взмолившись, чтобы Родриго не услышал его слов. Но сегодня удача оказалась не на ее стороне. Словно в замедленной съемке, Кабрера повернулся к ней обратно.

– Малыш?

– Тебя это не касается, – слишком натянуто ответила Лола. Нужно было скорее уносить ноги. – Пойдем… – бросила она Морозову.

Но Родриго перегородил ей путь.

– Сколько твоему ребенку?

– Это не твое дело.

Она хотела пройти мимо него, но он схватил ее за запястье.

– Сколько ему, черт бы тебя побрал?

– Это не имеет значения! – Лола отчаянно пыталась не выказать свой страх. – Он не твой!

Но стоило ей сказать неправду, как она густо покраснела. Вот почему не задалась ее актерская карьера. Лола вообще не умела врать.

Глаза Родриго вдруг расширились, и он отпустил ее руку и отступил назад.

Он все понял. Она ничего ему не сказала, но он все знал.

Лола лихорадочно пыталась придумать что-нибудь, чтобы получить возможность уйти, но ее мозг отказывался соображать.

– Ребенок мой, – заявил Родриго. – Не так ли?

– Не говори глупости, – отрезала она и указала на Сергея. – Он отец ребенка.

Она отчаянно надеялась, что Морозов подыграет ей, но тот выглядел не менее потрясенным, чем Родриго.

– Скажи мне правду, – потребовал Кабрера, и в его голосе послышалась угроза. Потом он схватил ее за плечо. – Я хочу услышать от тебя правду.

– Отпусти, – выдавила она.

– Лола, я жду, – безжалостно настаивал Родриго.

– Да, – с громко бьющимся сердцем прошептала она. – Ты его отец.

Ребенок.

У Родриго пошла кругом голова.

Лола родила от него ребенка…

С момента прибытия на этот благотворительный бал, куда он приехал в одиночестве, не став утруждать себя поиском спутницы, он оказался в центре всеобщего внимания. Будучи богатым, влиятельным владельцем развлекательной империи, Родриго мог в секунды запустить чью-либо актерскую карьеру. Его сердечно приветствовали актеры и режиссеры, а также красивые женщины, и все они хотели урвать от него хоть кусочек.

Но он почти не обращал на них никакого внимания. Он привык к такому обращению, которое успело наскучить ему. Родриго не питал иллюзий насчет всех этих женщин, зная, что им нужно только его тело, его деньги или его влияние. Он не интересовал их как личность.

В молодости он наслаждался вниманием красивых женщин. Но он отчаянно хотел встретить свою любовь и обзавестись семьей. Как еще объяснить тот факт, что он три раза делал предложение, причем каждый раз новой подружке?

Он чувствовал себя униженным, вспоминая все свои фиаско.

Только дураки верили в единение душ. Мужчины, как правило, не искали любви.

А вот он попытался. По глупости.

Конечно, он никогда не делал предложения Лоле Прайс. Он не позволил себе влюбиться в нее во время их короткого бурного романа. Он больше не был наивным дурачком, верящим в вечную любовь.

Но, узнав ее ближе, он начал доверять ей. Лола несколько лет работала его помощницей прежде, чем стать его любовницей. Она впечатляла его своей решительностью, умом и энергией. Он уважал ее и восхищался ею, но, несмотря на ее невероятную красоту, не прикасался к ней. Родриго слишком ценил ее в качестве своей помощницы, чтобы испортить все любовной интрижкой.

Пока однажды в Мехико, после заключения сделки, они не выпили слишком много текилы. И тогда Лола вдруг потянулась к нему через стол и поцеловала его.

Это было какое-то откровение. Взрыв чувств. Потом они провели вместе пару фантастических месяцев, работая днем и занимаясь любовью по ночам. Все складывалось просто идеально.

А затем Родриго узнал, кем Лола была на самом деле и чем занималась, когда ей было восемнадцать лет. И что все это время она использовала его. Лола призналась ему в любви, но ей нужны были только его деньги.

Больше всего его гордость уязвляло то, что он поверил, будто в самом деле не безразличен ей. За что он никогда не простит ее. Или себя самого…

Последний год он старался не думать о ней. Пытался забыть.

А тут увидел ее на танцполе, в объятиях другого мужчины.

Она выглядела еще более потрясающе, чем в прошлом, с этими огромными карими глазами на красивом лице. Ее бедра покачивались в такт музыке в сногсшибательном приталенном платье, которое облегало ее восхитительное тело, словно перчатка. Стоило ему увидеть ее, как его сердце мучительно сжалось.

Но потом он вспомнил ее обман и то, как она взяла тот чек на миллион долларов, который он в ярости швырнул ей в лицо. И тогда его сердце наполнилось холодным презрением, вытеснившим все остальные чувства.

Лола Прайс не знала стыда. Она была лживой охотницей за богатством. Но он никогда бы не подумал, что, даже будучи настолько отвратительной, она могла скрыть правду о беременности. И украсть у него ребенка.

Когда он смотрел на нее сверху вниз, его руки машинально сжимались в кулаки.

Она больше не была такой загорелой, как в Калифорнии. С бледной кожей и одетая во все черное с ног до головы, Лола выглядела как настоящая жительница Нью-Йорка. Наряд длиной до пола, с длинными рукавами и высоким воротом, оставлял открытым только ее лицо и руки.

Казалось бы, что тут соблазнительного, но поди ж ты.

Куда бы ни посмотрел Родриго, он находил что-то, что вызывало у него восторг, начиная с ее невероятно красивого лица с высокими скулами, отливающими разными оттенками карими глазами и чувственными пухлыми губками и заканчивая длинной изящной шейкой. Его не оставляли равнодушным даже ее руки с длинными тоненькими пальчиками.

Работая на него, она всегда следила за собой и была профессионалом своего дела, как и подобало влиятельному помощнику магната индустрии развлечений. Теперь, глядя на ее красоту, Родриго задавался вопросом, кем приходился ей этот грузный, седовласый русский. Любовником? Будущим мужем?

От одной мысли об этом к его горлу подкатывала тошнота.

Будучи исполнительным директором компании «Кабрера Медиа Групп», международного развлекательного конгломерата, Родриго постоянно находился в окружении красивых женщин. Его компания снимала фильмы и телесериалы по всему миру, и в скором времени он собирался запустить новую компанию с подачей потокового мультимедиа в Южной Америке.

Он мог взять любую женщину, но его по-прежнему тянуло к Лоле. Теперь даже сильнее, чем в прошлом. Может, именно поэтому за последний год у него никого не было.

Неудивительно, что после года с ума сводившей его неудовлетворенности его тело буквально ожило, стоило ему оказаться рядом с Лолой. Даже после ее предательства.

Черт бы ее побрал.

– Ты была беременна, когда уехала из Калифорнии, – угрожающе бросил Родриго. – И ничего не сказала мне.

– Это и есть отец твоего ребенка? – потрясенно посмотрел на Лолу ее грузный спутник.

– Сергей, думаю, тебе следует оставить нас, – побледнела она.

– Лоличка, как скажешь. Но если тебе понадобится помощь…

– Нет, спасибо, – едва слышно ответила она. – Я сама справлюсь.

– Вы слышали, что она сказала, – буркнул Родриго. – Отвалите от нее.

Спутник Лолы зло прищурил глаза, но ничего не ответил и поцеловал ее в щеку.

– Если что, я всегда рядом.

Она глянула на Сергея с благодарностью, отчего Родриго вдруг захотелось заехать ему в челюсть. Он сжал руки в кулаки и подождал, пока тот уйдет.

Взяв Лолу за руку, Родриго с мрачным лицом потащил ее за собой подальше от толпы. Он старался не замечать, какой мягкой была ее ладонь и какое волнение охватывало его от этого невинного прикосновения.

– Как ты могла не сказать мне? – набросился он на Лолу, когда они остались наедине.

– Не сказала, потому что мне ничего не нужно от тебя, – потупив глаза, ответила она. – Ничего.

«Родриго, я хочу тебя, – дрожащим голосом сказала она ему когда-то. – И я… Я люблю тебя».

Они встречались уже два месяца и после заключения важной сделки в Лос-Анджелесе вернулись довольные в его дом на побережье. Он помнил соленый запах моря и ванильный аромат волос Лолы. Он мог слышать, как потрескивали дрова в костре и как шумел прибой, когда она едва слышно дрожащим голосом призналась, что любит его.

В ответ он страстно поцеловал ее, а затем опустил на мягкое одеяло, лежавшее на песке. В тот момент он чуть не сошел с ума и ему почти захотелось ответить ей тем же…

А потом месяц спустя его ждало потрясение, когда он узнал правду о прошлом Лолы от Марни, своей самой преданной помощницы.

«Сэр, – печально сказала Марни. – Есть кое-что, что вам следует знать о Лоле Прайс»…

Родриго снова ощутил приступ ярости, но даже она не смогла подавить проснувшееся в нем желание.

Даже сейчас, когда его сердце разрывалось от злости, его тянуло к Лоле. Его руки тряслись от того, что он не мог схватить ее в свои объятия и прильнуть к ее губам. Кровь закипала в его венах от желания овладеть ею. Прижать ее к стене, целовать ее, вызвать в ней такую же сумасшедшую страсть, которая сводила его с ума, а потом заставить пожалеть…

Он шумно вздохнул и прищурил глаза.

– Как ты могла держать моего ребенка в секрете от меня? Мне казалось, что ты уже пала ниже некуда.

Лола побледнела, а потом густо покраснела.

– В тот вечер, когда ты вышвырнул меня из своего дома, я собиралась рассказать тебе о том, что беременна. Но ты не дал сказать мне ни слова. Помнишь?

Он прекрасно помнил тот ужасный вечер, когда она появилась в его доме и буквально лучилась от радости.

– Я хочу кое-что тебе сказать…

– Нет, сначала я скажу, – холодно оборвал ее Родриго. – Я видел фотографии. Я знаю, чем ты занималась. – Он окинул ее презрительным взглядом. – Я знаю, какая ты.

Ее плечи поникли, а выражение лица вдруг стало измученным и виноватым. И она даже не стала возражать или спорить. И тогда, чтобы добиться от нее хоть какой-то реакции, Родриго выписал ей чек на миллион долларов и швырнул его ей в лицо.

– Ты этого хотела, не так ли? Тебе надоело быть моей помощницей, и ты понадеялась получить больше, став моей любовницей или, что еще лучше, моей женой! Если деньги – это все, что тебе нужно, вот они – бери!

Он стоял и ждал ее объяснений. Ждал, что она обратно швырнет ему этот чертов чек. Он мог бы простить ей ее прошлое. Никто не был идеальным. Но он не смог простить того, что Лола намеренно лгала, убеждая, что любит его, а сама не спускала глаз с его кошелька.

Понурив голову, она смотрела на этот чек, а потом смяла его в руке и молча ушла. И его наихудшие подозрения подтвердились.

– Ты обманула меня, – холодно бросил он. – Ты уехала за тысячи километров, чтобы скрыть от меня свою беременность.

– Тебе не было никакого дела до меня. Так с чего я должна была поверить, что тебе будет дело до нашего ребенка?

– Ребенок тут ни при чем. Ты поступила так, чтобы наказать меня.

Она вскинула подбородок. Ее глаза поблескивали от злости.

– Ты уволил меня. Выставил из своего дома. Сказал, что больше не хочешь видеть меня. Ты обозвал меня и швырнул чек мне в лицо. И после всего этого я должна была рассказать тебе о своей беременности?

– Получается, ты украла у меня ребенка.

– Ты ясно дал понять, что ненавидишь меня. – Теперь ее глаза горели яростью. – И я должна была давать тебе право стать отцом моего ребенка?

Родриго не хотелось относиться с пониманием к ее поступку. Она была расчетливой и жадной до денег. Ведь она не отказалась от того чека.

«Но она взяла его, чтобы обеспечить нашего ребенка».

Родриго прерывисто вздохнул.

Если бы Лола в самом деле гонялась за его деньгами, она бы немедленно рассказала ему о беременности, зная, что, как мать единственного ребенка Родриго, могла получить намного больше, чем один миллион.

Неужели он ошибся в ней?

Родриго подавил эмоции, поднимающиеся в его сердце. Нет. Он не будет верить ей.

– Значит, ты переехала в Нью-Йорк и заменила меня другим богачом.

– Я всего лишь работала на него во время беременности, пока не родился ребенок.

– Работала?

– В качестве секретаря.

Неудивительно, что она без проблем нашла новую работу. Она идеально исполняла свои обязанности, и, уволив ее, Родриго дал ей самые блестящие рекомендации, которых она заслуживала. Но он не мог понять.

– А зачем ты пошла на работу? У тебя был мой чек.

– Я отложила эти деньги про запас, чтобы обеспечить своего ребенка. Я сняла для нас чудесную квартиру и оставалась дома после его рождения, чтобы заботиться о нем. И… – Лола замялась и отвела глаза. – Я училась, чтобы получить аттестат о среднем образовании.

– Зачем? – изумился Родриго.

– Потому что в наши дни работодатели ожидают увидеть хотя бы этот документ у своих потенциальных сотрудников. Я устала комплексовать по этому поводу. Поэтому я училась, а на прошлой неделе была на экзамене. Только еще не знаю, сдала я его или нет.

– Тебя волнует твое резюме? – Его вдруг охватила ревность, нежелательная и необоснованная. – Этот русский предлагал тебе замужество и обещал засыпать бриллиантами.

– Я уже однажды любила богатого человека, – с горечью заметила Лола. – Этого опыта мне хватит до конца жизни. Нам с сыном лучше быть одним.

– Сын? – взволнованно выдохнул Родриго. – Как его зовут?

– Джетт. Джетт Прайс.

– Как ты назвала его? – растерянно заморгал он.

– А что тебе не нравится? – вскинула подбородок Лола.

– Его имя звучит как… Не знаю… Как цена «боинга» или аэробуса.

– Не говори ерунду!

– Он должен носить фамилию Кабрера.

– Ему и так хорошо, – с вызовом бросила она.

– Я хочу сделать анализ ДНК на отцовство. И тогда…

– Что тогда?

– Тогда посмотрим, – тихо сказал он.

Лола пристально посмотрела на него, и, к своему удивлению, он не увидел в ее взгляде ни тени страха. А ведь большинство людей из мира Родриго боялись его, считая безжалостным и непредсказуемым.

– Нам будет лучше без тебя. Родриго, я не позволю тебе отобрать у меня сына.

– Думаешь, сможешь бороться со мной? Ты ведь знаешь, на что я способен.

– Да. А ты знаешь меня.

– И что это значит?

– Если ты попытаешься отнять у меня ребенка, ты пожалеешь.

Он не поверил своим ушам.

– Ты угрожаешь мне?

– Обещаю, – приподняв бровь, ответила она.

– И каким образом ты собираешься бороться со мной?

– У меня есть влиятельные друзья, – холодно бросила Лола, и Родриго тут же подумал о ее спутнике. Сергей, несомненно, был очень богат, и он предложил ей выйти за него замуж. Это его она имела в виду, когда говорила о влиятельных друзьях?

Она сказала, что работала его секретарем. И что отказалась выходить за него замуж. Но они были любовниками. Родриго стало дурно, когда он представил ее обнаженную в руках этого человека.

Он был ее первым мужчиной. В этом не оставалось никаких сомнений. Когда они занялись любовью в первый раз, она оказалась девственницей, и Родриго чуть с ума не сошел от потрясения, восторга и гордости. Лола, такая красивая и такая желанная, умудрилась не потерять девственность до двадцати четырех лет.

Но у нее могли появиться любовники после. Ни один мужчина не смог бы устоять перед ней. Тогда как Родриго прожил целый год как какой-то монах.

– Вы ведь любовники, – с деланым безразличием бросил он, – с этим русским.

– Я ни разу не позволила ему даже поцеловать меня, – процедила Лола.

– Врешь.

– Нет, – отрезала она, сверкнув глазами. – За всю свою жизнь я целовала только одного мужчину…

Она запнулась, но было слишком поздно. Родриго потрясенно смотрел на нее, пытаясь унять пустившееся бешеным галопом сердце.

– Хочешь сказать, что никогда не целовалась с другим? Даже сейчас? – Он подошел ближе к Лоле. – Даже спустя столько времени?

Она посмотрела на него снизу вверх, и ее глаза метали молнии.

– Родриго, я любила тебя. Ты хоть знаешь, что это значит? Нет. Откуда тебе знать, ведь ты ничего не чувствовал?

– Зачем тогда этот человек делал тебе предложение, если он никогда не спал с тобой? – через силу выдавил Родриго.

– Он считает, что только так сможет заполучить меня.

На секунду он перестал дышать. А потом словно пелена упала с его глаз. Все эти годы он был прав, когда думал, что она не умеет врать. Она не умела. Потому что в те редкие случаи, когда Лола все-таки пыталась обмануть его, ее голос становился напряженным и она густо краснела. Родриго знал, когда она говорила правду.

И он мог слышать искренность в ее голосе, когда она призналась ему в любви.

Неужели он ошибался в ней все это время?

Он оказался прав только в одном: она украла у него его ребенка.

– Я хочу увидеть сына, – натянуто бросил он.

– Сейчас?

– Сейчас.

– Хорошо, – холодно ответила Лола. – Ты можешь увидеться с ним. Но не больше.

Следуя за ней из зала, Родриго медленно скользил взглядом по ее фигуре. Ее пышная грудь стала еще круглее, подчеркивая ее тонкую талию и великолепные бедра. На ней не было ни одного украшения. Но Лола и не нуждалась в них. С такой-то фигурой и глазами, которые поблескивали, как два бриллианта. Ни один мужчина в зале не мог отвести от нее глаз, и Родриго не был исключением.

Черт бы ее побрал.

Он стиснул зубы, вспомнив, как она тряслась от злости, когда говорила, что они с сыном не нуждаются в нем.

Она говорила неправду. Родриго вспомнил собственного отца. Нет, он не был похож на этого мерзавца.

Может, он ничего не знал об отцовстве или счастливых семьях, но он мог дать своему сыну хотя бы фамилию. Стабильность. Хорошее детство.

Все то, чего никогда не было у него самого.

Родриго снова посмотрел на Лолу. Хотела она того или нет, но теперь он будет контролировать ситуацию. Его глаза снова скользнули по ее упругим ягодицам и тоненькой талии.

Он добьется своего. Любой ценой.

Глава 2

Лола никак не могла прийти в себя от пережитого потрясения.

Они с Родриго ехали к ней домой на его «феррари», и она нервно постукивала каблуком, сидя на пассажирском сиденье.

Может, это и к лучшему, что он узнал правду. Лола ненавидела лгать. Главным образом потому, что у нее ужасно получалось. Но она не обманывала, когда говорила о влиятельных друзьях. Две ее лучшие подруги вышли за миллиардеров. Хейли стала женой владельца шикарных отелей в Кампании, а Тесс вышла замуж за принца из Сицилии. Тесс также стала модным дизайнером благодаря исключительно собственным заслугам. На прошлой неделе Лоле пришлось тайком покинуть ее первый модный показ, чтобы успеть на экзамен для получения аттестата о среднем образовании. Она не хотела, чтобы подруги узнали о нем, пока не убедится, что все прошло успешно.

Лола терпеть не могла признаваться в собственных неудачах. Вот почему она ничего не рассказала подружкам об отце Джетта.

Но если Родриго попытается обратиться в суд, ее друзья горой встанут на ее защиту.

– Тут есть гараж? – спросил Родриго, когда они подъехали к ничем не примечательной многоэтажке, в которой жила Лола.

– Гараж? Тут даже консьержа нет.

Вздохнув, он проехал чуть дальше, пока не увидел пустующее парковочное место.

Выйдя из машины, он открыл дверцу со стороны Лолы и протянул руку.

Она нервно приняла предложенную помощь и выбралась из машины, не обращая внимания на то, что ощущала, когда ее ладонь находилась в большой и сильной руке Родриго.

Он быстро отпустил ее руку, и она поежилась в своем легком пальто, когда они шли по дорожке, шурша опавшими листьями, в самом сердце промозглого ноября.

Войдя в лифт, Лола напряженно отсчитывала этажи и почти выскочила из него, когда они оказались на месте. Открыв дверь, она вошла в квартиру, а Родриго следовал за ней, дыша в затылок, словно тень.

В гостиной в мягком кресле сидела седовласая женщина и что-то вязала.

– Лола, ты быстро…

Увидев Родриго, старушка запнулась. И не удивительно. Лола никогда не приводила сюда мужчин. А теперь в течение всего одного вечера тут побывали сразу двое: Лола уехала на бал с Сергеем, а вернулась с Родриго.

Когда ее соседка настаивала, что ей нужно немного развеяться, она наверняка имела в виду что-то другое.

– Привет, Милдред, – ответила Лола. – Да, я вернулась пораньше, потому что устала.

– Хорошо провела время? – чуть напряженно спросила старушка, не сводя глаз с Родриго.

Лола никогда не распространялась о своей личной жизни, но ей не хотелось, чтобы у Милдред создалось неверное впечатление.

– Это отец Джетта.

– Правда? – потрясенно воззрилась на нее соседка, а потом расплылась в улыбке.

– Как вел себя Джетт сегодня? – быстро сменила тему Лола.

– Это ангел, а не ребенок. Я покормила его, а потом искупала. Он уснул примерно час назад. – Собрав свое вязание, Милдред поднялась с кресла. – Вам наверняка есть о чем поговорить.

О нет. Теперь старушка точно поняла ее неправильно.

– Не спешите так…

– Спасибо, что присмотрели за ним, – мрачно бросил Родриго и протянул Милдред стодолларовую купюру, но та только отмахнулась.

– Мне не в тягость помогать Лоле. Джетт – такой прелестный малыш. Я только рада, что вы наконец приехали, спустя столько времени, – с нажимом сказала она. – Ребенку нужен отец. Так же как и жене нужен муж.

С этими словами старушка ушла.

– Муж мне точно не нужен, – покраснев до ушей, бросила Лола.

– Она думает, что я бросил тебя? – Родриго казался немного раздраженным.

– Я никому не рассказывала о тебе, – пожала плечами она. – Даже своим лучшим подружкам. Мне кажется, у них сложилось впечатление, что ты либо женат, либо жестоко обращался со мной, либо находишься в бесконечном запое.

Родриго стиснул челюсти, но ничего не ответил.

– Но ты хотел увидеть Джетта.

Сняв пальто, она проводила его в единственную спальню своей небольшой квартирки.

В окно спальни щедро лился лунный свет, прокладывая дорожку между кроватью и колыбелькой, стоявшей у стены. Лола прошла в комнату и, остановившись у детской кроватки, с любовью посмотрела на своего драгоценного сыночка. Ее четырехмесячный ангелочек сладко спал, раскинув свои пухленькие ручки над головой.

– Это Джетт, – прошептала она.

Родриго встал рядом с ней, положил свои большущие ладони на бортик кроватки и посмотрел на спящего малыша. У Лолы сжалось сердце, ведь Джетт выглядел в точности как его отец.

Раньше она не хотела замечать этого сходства. Но ее мальчик унаследовал слегка вьющиеся темные волосы Родриго и такие же черные испанские глаза. А еще ямочку на щечке.

– Он такой крошечный, – удивленно заметил Кабрера.

– Пока, – улыбнулась Лола. – Однажды он станет таким же большим, как ты.

Они еще долго стояли у кроватки сына, и Лола ощущала ладонь Родриго, лежавшую на бортике в миллиметре от ее руки. Она почти чувствовала тепло, исходящее от его кожи.

Вдруг ей захотелось рассказать ему обо всем. О том, чем она не делилась даже с Хейли и Тесс. Ее подруги думали, что Лола несгибаемая и выносливая, и не догадывались, какой страх она испытывала, приехав в Нью-Йорк после разрыва с Родриго. Она выбрала этот город в отчаянном и безнадежном стремлении оказаться поближе к своим младшим сестрам, единственным родственникам, которые у нее остались. Но потом испугалась встречи с ними.

Во время беременности Лола все время думала о Родриго. Когда сделала первое УЗИ. Когда узнала, что у нее будет мальчик. Когда начались схватки. Каждый день до родов и после них.

Но она не стала звонить ему, потому что человека, которого она хотела видеть рядом с собой, которого она полюбила, не существовало.

Когда Родриго поднял глаза и посмотрел на Лолу, у нее перехватило дыхание. Но потом его взгляд снова стал непроницаемым.

– Тебе следовало рассказать мне.

– Я не могла, – прошептала она.

– Я его отец.

При звуке его низкого, резкого голоса малыш беспокойно заворочался в кроватке. И тогда Лола прижала палец к губам и поспешно вытолкала Родриго из спальни. Она осторожно закрыла за собой дверь и сердито посмотрела на него.

– Ты хочешь быть отцом? Тогда тебе следует запомнить правило родителей номер один: «Не будить ребенка!»

Родриго оглянулся по сторонам.

– Кажется, ты говорила, что он растет в хороших условиях.

– Это чудесная квартира, идиот!

– Ты могла бы попросить остановиться в моих апартаментах в Сохо. Я все равно там почти не бываю.

Лола чуть не задохнулась от злости, услышав его слова.

– Ты вышвырнул меня из своего дома. Сказал, что презираешь меня и больше не хочешь видеть никогда в жизни! И ты считаешь, что после всего этого я могла обратиться к тебе за помощью? Да я бы лучше умерла!

На ее глаза набежали слезы, и она изо всех сил сдерживалась, чтобы не расплакаться.

Выражение лица Родриго изменилось, и он подошел к ней поближе.

– Тебе больше не придется просить ни моей помощи, ни чьей-то еще. Потому что, если анализ ДНК подтвердит, что он мой сын, я женюсь на тебе.

– Что? – растерянно выдавила она, не понимая, то ли ее обуял ужас, то ли это была… радость.

– Ради сына, – впился в нее взглядом Родриго. – Ты будешь моей.

Пережив три разорванные помолвки, Родриго больше не собирался делать предложений. Его юношеские мечты о любви, семье и доме так и остались мечтами.

Но когда он посмотрел на своего спящего сына, что-то произошло с его сердцем. Глядя на прелестное личико малыша, Родриго вспомнил собственное детство. И он поклялся, что оградит своего ребенка от всего, что пережил когда-то сам.

Джетт никогда не усомнится в любви своего отца. Он никогда не почувствует себя ненужным бременем, нежеланным и нелюбимым. Родители будут растить его вместе, никаких мачех и отчимов. Они будут одной семьей, одним целым. И будут носить одну фамилию.

Пусть Лола ненавидела Родриго, но она любила их сына, ради которого готова была на все, даже пожертвовать своей гордостью, принимая тот чек на миллион долларов. Но она взяла его, потому что боялась, что Родриго может попытаться отнять у нее ребенка.

Многомиллиардному состоянию Родриго она предпочла право на опеку над сыном.

Она сделала оплошность, когда лишила его сына. Но он тоже допустил ошибку, посчитав ее ужасным человеком.

Ради Джетта он попытается простить ее. Они начнут все заново. Родриго примет на себя ответственность за сына. И Лола сделает то же самое.

Или нет?

– Выйти за тебя? Да ты с ума сошел.

– Наш сын должен расти в нормальной семье. Неужели ты не понимаешь этого?

– У него уже есть семья! У него есть я!

– Я прощу тебя за то, что ты украла его у меня…

– Я не крала его! Я его защищала!

– Но ты должна понять, что теперь все изменилось.

– Но это не значит, что мы должны пожениться. Я знаю, как ты относишься к браку, – судорожно вдохнула Лола. – После того, как все твои невесты обманули тебя…

Откуда она узнала… Он ведь никому не рассказывал. В курсе были только те, с кем он расстался, и еще Марни. Правда, ходили слухи. А куда без них, особенно в индустрии развлечений.

– Тут другая ситуация, – холодно бросил Родриго. – Мы не любим друг друга.

Кажется, его заявление еще больше возмутило ее. Она покачала головой и посмотрела на него с вызовом.

– Можно установить какой-то график посещений.

– Ты серьезно? Дергать нашего ребенка из одного города в другой? Чтобы он жил в постоянной разлуке с одним из родителей? И никогда не мог сказать с уверенностью, где его настоящий дом? Ни за что.

– Не надо сгущать краски. Много здоровых, счастливых детей живут с родителями, которые не в браке…

– Но не мой сын.

– Но зачем нам жениться?

Он не смог бы объяснить ей, на что было похоже его собственное детство. Родриго никогда не рассказывал о нем никому, даже тем трем девушкам, которых, как ему казалось, он любил.

– А что тут странного? Я хочу, чтобы мы оба были рядом с нашим сыном. Каждый день. Чтобы он чувствовал себя защищенным и любимым.

– Хочешь сказать, ему не хватает любви со мной? – вскинулась она.

– Лола, я знаю, что ты любишь его. Я вижу, как ты заботишься о нем. – Она слегка расслабилась, но, услышав его следующие слова, снова напряглась. – Вот почему ты выйдешь за меня замуж.

– Я не хочу выходить за человека, которого не люблю.

Родриго подошел к ней еще ближе.

– Ты любила меня. Когда-то.

– Я усвоила урок, разве нет?

– Чудесно. Тебе нет необходимости любить меня. По правде говоря, так будет даже лучше. Тогда у нас не возникнет никаких сложностей. Лола, ты выйдешь за меня. И очень скоро. – Поправив лацканы своего смокинга, он добавил: – Подумай над этим. Как только ты успокоишься, ты поймешь, что я прав.

– Не дождешься!

– В мире полно опасностей, – нависая над ней, сказал Родриго. – Может случиться что угодно. Люди попадают в аварии. Заболевают. Могут умереть.

– Ты угрожаешь мне? – ахнула Лола.

– Что? Конечно нет! – Он нервно провел рукой по волосам. – Я просто говорю, что нужно позаботиться о том, чтобы ребенок получил как можно больше любви и рос, чувствуя себя защищенным. Лола, мои родители умерли. Один за другим. Что случилось с твоими?

В секунду кровь отхлынула от ее щек. Она всегда отказывалась говорить о своем прошлом, но он знал, что его догадки были правильными.

– Ты сирота, – сказал Родриго, а она в ответ прикусила губу и отвернулась. – Значит, наш ребенок уже лишен любви дедушек и бабушек. Я единственный ребенок в семье. Так что никаких теть и дядь.

– У меня есть две сестры, – не глядя на него, выдавила Лола.

– Правда?

– Но я давно не видела их, – потупив глаза в пол, ответила она.

Он услышал боль в ее словах, но не хотел спрашивать, что к чему. Он просто добивался своего.

– Значит, у нашего ребенка почти никого нет. И ты хочешь лишить его еще и отца? Только подумай о том, что я могу ему дать. Что мы оба можем ему дать.

– Мне не нужны твои деньги…

– Речь идет не только о деньгах. Я могу дать ему свое имя. Время. Защиту. Любовь.

– Любовь, – мрачно повторила Лола.

– Да. Отцовскую любовь. Лола, Джетт нуждается во мне не меньше, чем в тебе. Я хочу быть рядом с ним, помогать растить его, учить быть настоящим мужчиной. Ты и я, вместе мы сможем дать нашему ребенку лучшее детство, чем было у каждого из нас.

По выражению ее лица он понял, что попал в цель. От ее уверенности и решительности вдруг не осталось и следа.

Родриго развернулся и направился к выходу.

– Лола, мой сын будет носить мою фамилию. И ты тоже. Мы поженимся. Так что тебе лучше смириться, – натянуто улыбнулся он. – Выспись хорошенечко. Потому что завтра мы все втроем поедем домой.

Родриго приехал на следующий день, как и обещал, ни свет ни заря. Но его люди приехали еще раньше.

Лола снова выглянула в окно и посмотрела на черный внедорожник, припаркованный напротив дома. Он появился там вчера, через полчаса после ухода Родриго.

Несмотря на все красивые слова, он не доверял ей и послал своих подручных сторожить ее, чтобы не сбежала.

Они даже не были женаты, а он уже обращался с ней как с пленницей.

Хотя могла ли она обвинять его после того, как уехала из Калифорнии и хранила в секрете рождение их ребенка?

В конце концов ей пришлось признать правоту Родриго. Их малыш нуждался в обоих родителях. Отец Лолы умер, когда ей исполнилось пять, что стало настоящей трагедией. Потому что его смерть привела к тому, что Лола потеряла все. Мать была вынуждена вернуться на работу. Но она зарабатывала намного меньше своего мужа, поэтому им пришлось оставить их просторный дом и перебраться в трейлер.

Подруги считали Лолу сильной личностью, которая может оказать поддержку и дать дельный совет, но сама не нуждается в помощи. Лола подтолкнула Хейли и Тесс к тому, чтобы те потребовали финансовой поддержки, которую заслуживали их дети, и сошлись с отцами своих малышей. И посмотрите, чем все закончилось. Ее подруги жили счастливо, в любви и согласии со своими мужьями. Лола называла это «говорить жестокую правду с любовью». Правда, подруги иногда ворчали, что в ее словах было больше жестокости, чем любви.

Но они даже не догадывались, что переживала сама Лола. Она работала во время беременности, потому что боялась потратить деньги, которые швырнул ей Родриго. Боялась, что может случиться что-то плохое. И даже год спустя после приезда в Нью-Йорк она боялась выйти на связь со своими сестрами. Она по-прежнему испытывала чувство вины за то, что подвела их семь лет назад.

Лола посмотрела на сладко спящего Джетта и вспомнила слова Родриго. Да, он говорил правду.

Родители могут умереть. Они могут заболеть или оказаться за решеткой. И даже если бы Лола набралась смелости и встретилась со своими сестрами, они были слишком юными. Келси исполнилось пятнадцать, а Джоанне всего двенадцать. Может, они ненавидели ее, а может, окончательно забыли, но правда заключалась в том, что они жили в новой семье. Она давно потеряла их.

У нее не осталось никого, кроме Джетта. И она хотела, чтобы он рос в любви и заботе. И Родриго, казалось, желал для их ребенка того же самого.

Лола почти не сомкнула глаз до самого утра, ворочаясь без конца в постели. Но потом, в конце концов, приняла решение.

Она не любила Родриго, а он не любил ее. Но она выйдет за него замуж. Их ребенок стоил такой жертвы.

Да, решение далось ей нелегко. С упавшим сердцем Лола снова выглянула из окна и увидела, как к дому подъехала еще одна машина. Она узнала, даже на таком расстоянии, шикарного, горделивого мужчину, который выходил из нее. Лола тяжело сглотнула, а потом стиснула зубы.

Хорошо, они поженятся. Но на ее условиях.

– Ты готова? – спросил Родриго, когда она открыла ему дверь.

Так много заключалось в этом простом вопросе.

– Да.

– Прекрасно, – чуть расслабился он и вошел внутрь, весь настолько красивый, что она с трудом сдерживала волнение. За ним в квартиру последовали его водитель и охранник, которых она немного знала.

– Длинная ночка выдалась, парни, не так ли? – сухо поинтересовалась Лола, когда они взяли три чемодана, в которые она уместила их с Джеттом вещи.

– Ты знала, что они следят за домом? – расплылся в улыбке Родриго.

– Еще бы, – отрезала Лола. – Ты не очень доверчивый.

– Я рад, что ты не попыталась сбежать.

– Не видела смысла, – натянуто бросила она. – Ты убедил меня в своей правоте.

– Я всегда прав, – самодовольно ответил Родриго и окинул ее с головы до ног одобрительным взглядом, отчего она покраснела и разозлилась на себя. Почему он до сих пор имел такую власть над ней? Что за несправедливость!

– Это все, мисс Прайс? – спросил охранник.

– Еще прогулочная коляска у двери.

Когда его люди вышли за дверь, Родриго протянул руку Лоле.

– Пойдем.

– Подожди.

Он вопросительно приподнял бровь.

– Да, ты прав, Джетту нужна нормальная семья, с мамой и папой. Нам следует пожениться. Хоть мы и не любим друг друга. – Ее голос слегка задрожал. – Так будет лучше для Джетта. Но…

– Но?

– Я просто хочу, чтобы между нами не возникло никаких недоразумений. У нас будет брак по расчету.

– По расчету? – уточнил он.

– Только н-на бумаге, – едва слышно пояснила Лола.

– Ты так считаешь?

– Да, Родриго, я так считаю…

– Нет, – возразил он и коснулся ее щеки. – Это неправда.

Пронизывая ее своим взглядом, он медленно склонился над ней.

Ее тело мгновенно ожило, и она закрыла глаза, ожидая его поцелуя.

Он почти коснулся ее губ, но вдруг резко остановился. Смущенная, она открыла глаза, растерянно посмотрела на него и увидела на его лице холодную, насмешливую улыбку.

– Только на бумаге, радость моя?

Лола густо покраснела.

– Ты, высокомерный ублюдок…

– Пойдем, – бросил он. – У нас много дел.

Его взгляд смягчился, когда он посмотрел на их ребенка, которого она прижимала к груди.

– Малыш, скоро мы станем одной семьей, – нежно провел по его волосикам Родриго. А потом улыбнулся Лоле, но в его глазах не было тепла. – И никаких разговоров о фиктивном браке. Ты будешь в моей постели. Оглянуться не успеешь.

– Помечтай, – огрызнулась она.

– Да, Лола. Я мечтал об этом, – соблазнительно улыбнулся Родриго. – И скоро эти мечты станут реальностью.

Его признание потрясло ее. Она стиснула зубы и постаралась не вспоминать жаркие ночи, когда она тоже мечтала о нем. Кипя от злости, Лола последовала за ним из квартиры.

Выйдя на улицу, она увидела, как помощники Родриго укладывают ее чемоданы во внедорожник, а прогулочную коляску в его седан.

– Куда мы едем?

– Увидишь.

На заднем сиденье машины красовалось новенькое детское кресло. Может, это Марни организовала его. Лола терпеть не могла эту чванливую особу, совавшую нос в чужие дела, а теперь она ненавидела ее даже больше, чем раньше.

Через минут двадцать они оказались в суперсовременной частной клинике в наиболее респектабельной части Манхэттена. Надо же, ради него сотрудники клиники вышли на работу в полном составе, и это в воскресенье. И уже через два часа результаты анализа ДНК были готовы.

– Я знал, – тихо сказал Родриго, когда ему сказали, что Джетт – его сын.

– Тогда почему настоял на анализе? Мог просто поверить мне.

– Мне нужны были доказательства.

Он не стал объясняться дальше. Когда дело доходило до того, чтобы попросить о помощи или признать собственную слабость, у Родриго получалось еще хуже, чем у Лолы.

После клиники он повез ее в одну из самых престижных юридических фирм, где ее ознакомили с брачным контрактом объемом в пятьдесят страниц.

Лола очень удивила адвокатов тем, что внимательно прочла страницу за страницей и подчеркнула красной ручкой все пункты, с которыми выражала несогласие.

Пусть она не окончила школу, но она всегда умела договариваться. Вот почему, когда ей было двенадцать, мать всегда передавала ей телефон, чтобы убедить электриков подключить им обратно свет или поговорить с коллекторами. Вот почему после неудачной попытки стать актрисой она начала работать помощником влиятельного олигарха. Лола знала, как привлекать и отвлекать внимание. На что обращать его и когда.

Короче говоря, она умела отстаивать свою точку зрения.

Ее не могла смутить даже непонятная юридическая терминология. Здесь все как в игре в наперстки. Главное – не спускать глаз с шарика.

– Я внесла несколько изменений, – наконец отложив бумаги, холодно сказала она.

– Правда? – В голосе Родриго послышался смех.

– Да. Начиная с предложения в параграфе четвертом…

Под конец Лола добилась того, чего хотела. Они обговорили в отдельности каждый пункт касательно денег на алименты, содержание ребенка и жилье на случай развода, чтобы обеспечить ей единственное, что волновало ее, а именно полную опеку над Джеттом. Все остальное не имело никакого значения.

Лолу удивило, что Родриго сосредоточил свое внимание на совершенно другом, обозначив, что она понесет наказание, если хотя бы один раз изменит ему, будучи его женой. Наверное, сказывалось то, что он когда-то был обманут своими тремя невестами.

Как бы там ни было, Лола с радостью воспользовалась своим преимуществом. Брачный контракт изменили, и в случае развода, не важно по чьей вине, Лола становилась главным опекуном сына. Но если она когда-нибудь изменит Родриго, даже после тридцати лет брака, она не получит ни копейки. Никаких алиментов. Никакого раздела имущества. Ничего, кроме трех чемоданов, с которыми она приехала.

Но поскольку изменять она не собиралась, победа оставалась за ней.

– Ты никогда не подумывала податься в юристы? – пробормотал Родриго, когда они вышли из кабинета.

– Стать юристом? – фыркнула Лола. – Мне?

– Ты думаешь как они.

– Я даже не знаю, сдала ли экзамен на получение аттестата.

– Почему ты бросила школу? – спросил Родриго, когда они сели в машину и направились в его апартаменты в Сохо.

– К чему ты клонишь?

– Лола, ты очень умная. И настоящий боец. Почему ты не пошла в колледж? Зачем уехала в Лос-Анджелес и сделала то… что сделала?

– На то были причины, – густо покраснела она.

Она не смогла объяснить, почему в свои восемнадцать так отчаянно нуждалась в деньгах, была такой глупой и наивной, что пошла на вещи, которых до сих пор стыдилась. Благодаря которым шесть лет спустя Родриго обозвал ее последними словами. Она не делала всего того, в чем обвинила ее Марни – даже близко, – но ее поступок был ужасен сам по себе. И она все равно потеряла сестер.

Родриго не обозвал ее женщиной легкого поведения, но он заставил ее почувствовать себя таковой.

– Ты схватываешь все на лету, – не унимался он. – Если бы осталась в школе…

– Я не хочу говорить об этом.

– Ты бы многого добилась. Сейчас ты могла бы уже работать адвокатом или исполнительным директором какой-нибудь крупной компании. Почему никто не убедил тебя попытаться?

Она тяжело сглотнула и отвернулась к окну.

Лола хорошо училась в школе, но ей пришлось забросить учебу после того, как мать вышла замуж во второй раз и родила еще двоих детей. Потом ее отчим получил травму на работе, и она больше переживала не о своей успеваемости, а о том, чтобы в холодильнике была еда. Лола взвалила на себя заботу о младших сестрах, в то время как отчим напивался до потери сознания, а мать ходила на работу в ночную смену.

Мать умерла, когда Лоле исполнилось пятнадцать. Она неважно чувствовала себя на протяжении долгого времени, но все равно откладывала визит к врачу, утверждая, что у нее нет денег или времени. Когда ей наконец поставили диагноз, оказалось, что у нее последняя стадия рака. После этого она пожила еще пару месяцев. Отчим, пытаясь справиться со свалившимся на семью горем и потерей дохода, под конец оказался за решеткой за торговлю наркотиками. Их семья окончательно развалилась.

Глядя в окно шикарного седана, Лола яростно потерла глаза. Она никому не рассказывала историю своей жизни, даже лучшим подругам.

Она притворялась, что с ней все в порядке, потому что не знала другого способа справиться с пожирающей изнутри болью.

– Мне было плевать, понятно? Я никогда не хотела учиться в колледже.

– Тогда чего ты хочешь?

Она подумала о своей семье. О каждом, кого потеряла, кого любила, но не сумела спасти.

– Защитить то, что мое, – тихо ответила она.

Глава 3

Лола опустила окно и, вдохнув холодный, морозный воздух, поежилась. А может, ее бросало в дрожь при мысли, что скоро она станет женой Родриго. Интересно, что скажут Хейли и Тесс, когда она совершенно неожиданно пригласит их на свою свадьбу.

Она познакомилась с ними в прошлом году, когда посещала группу поддержки матерей-одиночек. Из всей группы только они трое были беременными, и ни одна из них не призналась в этом отцу своего ребенка.

Теперь ее подруги счастливо вышли замуж, тогда как Лола переживала, не совершает ли она самую ужасную ошибку в своей жизни.

Оказавшись в пентхаусе Родриго, она взволнованно осмотрелась по сторонам. За огромными окнами просторной гостиной открывалась потрясающая панорама города. Вдалеке виднелись небоскребы нижнего Манхэттена, и Лола даже могла рассмотреть строение из стекла и стали, в котором когда-то работала на Сергея Морозова. Странно было подумать, что Родриго мог, сам того не зная, смотреть на нее, когда приезжал в Нью-Йорк. Они находились так близко друг от друга, но в то же время так далеко.

– Мисс Прайс! – воскликнула миссис Фэрроу, его помощница по дому, появившись на пороге одной из комнат. На пухлом лице женщины расплылась радостная улыбка. – Я так рада, что вы вернулись и что вы с мистером Кабрерой собираетесь пожениться.

– Немного странно, да? – ответила Лола, испытывая неловкость. Особенно когда за миссис Фэрроу в комнате появился какой-то незнакомый седовласый мужчина.

– Ничего странного. Это чудесно. – Помощница Родриго склонилась над коляской, в которой сидел Джетт. – А это ваш малыш?

– Да… Его зовут Джетт.

– Какой прелестный, – просияла женщина.

– Спасибо, – снимая перчатки, ответила Лола.

– Значит, можем приступить к делу? – улыбнувшись ей, спросил незнакомец.

– О чем он говорит? – Она удивленно посмотрела на Родриго.

– Это мировой судья. Он поженит нас.

– Что?! Когда?!

– Сегодня. Сейчас.

– Но это невозможно. Нам нужно разрешение на вступление в брак.

– Иногда, когда возникает такая потребность, правила можно изменить.

– И что же это за потребность?

– Сегодня воскресенье, – блеснул глазами Родриго. – Я не хочу ждать до завтра, чтобы получить брачное свидетельство, а потом ждать еще одни сутки. Ваша честь, можем начинать? – повернулся он к судье.

– Сейчас? – У Лолы закружилась голова. – Нет! Я хочу настоящую брачную церемонию! На которой будут присутствовать мои друзья!

– Извини, что разбил твои романтические мечты, – иронично улыбнулся Родриго. – Тебе придется довольствоваться этим. – С этими словами он достал из кармана маленькую бархатную коробочку черного цвета, в которой лежало помолвочное кольцо. У Лолы глаза на лоб полезли. Бриллиант был таким огромным, что больше походил на яйцо малиновки.

– У нас есть все необходимое. Свидетели. – Он посмотрел на миссис Фэрроу и Тобиаса, своего охранника, который как раз открывал входную дверь. – Судья. – Родриго чуть наклонил голову и с уважением обратился к седовласому мужчине. – Надеюсь, у вашей дочери все хорошо.

– Да, и я никогда не забуду, как вы помогли ей, – тепло ответил тот. – Благодаря вам у моих четырех внуков до сих пор есть мама.

– Я был рад оплатить этот экспериментальный метод лечения. И я счастлив, что он сработал. А еще я благодарен за вашу помощь.

– Не стоит благодарности. Больше всего в своей работе я люблю заниматься заключением браков! Я позабочусь, чтобы все вопросы с документами были улажены. – Потом мужчина повернулся к Лоле. – Если, конечно, леди не против.

– Я против, – отрезала она.

– Простите нас. Мы на минутку. – Родриго схватил ее за руку и потащил обратно в прихожую. – Ты что делаешь?

Лола достала сына из коляски. Ее глаза метали молнии.

– Я не собираюсь выходить замуж без своих друзей.

– Каких именно? Может, ты имеешь в виду страдающего от безответной любви русского? Пытаешься вызвать у меня ревность?

– Ты шутишь? – рассмеялась Лола. – При чем здесь Сергей?

– Я не собираюсь ждать, – помрачнел Родриго. – Мы поженимся. Прямо сейчас.

– Или что?

– Не провоцируй меня.

– Это угроза?

– Мы оба выиграем, если поженимся сегодня.

– Да ты что?

– Представь себе. Хотя, – задумчиво продолжил он, – я могу передумать и отменить свадьбу.

– Я не возражаю…

– Возможно, я решу оспорить право полной опеки и попытать удачи в суде. Меня не пугает долгое судебное разбирательство. А тебя?

– Никогда не уважала пустые угрозы.

– А я терпеть не могу долгие помолвки…

– Долгие!

– Я хочу поскорее покончить с этим, – мрачно буркнул Родриго. – И не вижу причин откладывать.

А как же ее подруги? Она нуждалась в их поддержке. А ее сестры? Пусть Лола не видела их целых семь лет, но ей казалось неправильным не пригласить на свадьбу членов семьи.

Но она не могла показывать свою слабость, особенно перед Родриго.

– Считаешь, это похоже на свадебное платье? – бросила Лола, указывая на свой черный пиджак и такого же цвета легинсы.

Родриго снял кашемировое пальто и, посмотрев на свою черную рубашку и черные брюки, иронично улыбнулся.

– Мы оба в черном, что вполне подходит для такого случая.

– Что ты хочешь сказать? Что эта свадьба для тебя как похороны? – Ее сердце сжалось от боли, а потом ее охватила ярость. – Если ты передумал насчет свадьбы…

– Я нет. И ты тоже. Мы поженимся прямо сейчас.

Лола готова была расплакаться. Значит, не будет никакого девичника в спа с Тесс и Хейли. Никаких задушевных разговоров за бокалом шампанского, когда подруги будут готовить ее к роли невесты. Они не будут находиться рядом, чтобы поддержать Лолу, когда она будет вручать свою жизнь человеку, который разбил ей сердце, осудил за ее прошлые ошибки и посчитал, что она недостаточно хороша для него. И который швырнул обратно ей в лицо ее любовь и, если бы не Джетт, не женился на ней никогда, ни за что и ни при каких обстоятельствах.

Что ж, она будет там одна. Одетая, как на похороны.

– Ладно, – холодно бросила Лола. – Давай покончим с этим делом.

– Мы готовы, – сказал Родриго судье, когда они вернулись в гостиную.

– К чему такая спешка. – Судья вдруг как-то занервничал, переводя взгляд с Родриго на Лолу, словно пытаясь понять, во что его втянули и как выбраться из этой ситуации. – Ведь брак – это торжественное событие, и…

– Просто пожените нас, – резко ответил Родриго, сжимая плечо Лолы.

– Пожалуйста, – тихо добавила она.

Судья колебался. Потом Джетт вдруг зашелся плачем у нее на руках, и они с Родриго принялись его утешать. Видимо, они были очень убедительны в роли родителей, когда утешали своего сына, баюкая и укладывая его обратно в коляску, и произвели нужное впечатление.

– Очень хорошо, – решительно кивнул судья. – Леди и джентльмены, – торжественно произнес он, – мы собрались здесь сегодня, в присутствии свидетелей, чтобы соединить этих мужчину и женщину узами брака…

Брачная церемония закончилась довольно быстро. И Лола как во сне услышала, как произносит слова брачной клятвы, обещая жить с Родриго в горе и радости до конца своих дней.

Но ужасная правда заключалась в том, что она давным-давно связала себя с ним, в ту ночь, когда забеременела от него.

И эту связь никогда не разорвать.

Родриго глянул на нее, и она заметила, что он немного удивлен. С чего бы? Может, он думал, что эта свадьба могла не состояться?

– Провозглашаю вас мужем и женой, – услышала Лола и посмотрела на подмигнувшего им с Родриго судью. – Можете поцеловать свою невесту.

Поцеловать?

Лола перевела взгляд на мужчину, который теперь стал ее мужем.

«Я ничего не чувствую, – про себя твердила она. – Ничего».

Когда Родриго склонился над ней, она подняла руку, чтобы остановить его. Его грудь была на ощупь такой сильной, такой мускулистой, что Лола задрожала.

– А почему у тебя нет свадебного кольца?

– Я мужчина. Мне не нужны украшения, чтобы чувствовать себя женатым человеком.

Она напряглась, услышав его сексистское замечание. Но прежде чем Лола успела возразить что-либо, Родриго притянул ее к себе.

– Миссис Кабрера, – прошептал он и завладел ее губами.

У Лолы кругом пошла голова, и она ухватилась за его плечи, чтобы устоять на ногах. Она истосковалась по нему. Из ее груди вырвался тихий вздох, словно признание, что этот мужчина принадлежал ей, и только ей, а она всегда принадлежала ему…

Услышав аплодисменты со стороны, Лола вдруг вспомнила, что они с Родриго не одни.

А он оторвался от ее губ и посмотрел на нее. Но его взгляд оставался непроницаемым.

Когда они целовались, вся та холодность и злость, которые разделяли их, взорвались, превратившись в пламя страсти. Но теперь они снова вернулись.

– Спасибо, – поблагодарил судью Родриго, а потом повернулся к своему охраннику: – Все готово для нашего отъезда?

– Да, мистер Кабрера. Все вещи собраны.

– Ты куда-то уезжаешь? – растерялась Лола.

– Не я, а мы, – холодно улыбнулся Родриго. – Мой частный самолет ждет, чтобы доставить нас в Лос-Анджелес.

– Но моим домом стал Нью-Йорк. Мои сестры, все мои друзья…

– Такие как Морозов? – криво усмехнулся он.

– Он никогда не был моим другом!

– Вот именно, – фыркнул Родриго.

– Почему ты ведешь себя так неразумно?

– Лола, ты только что согласилась быть моей женой. Теперь ты должна почитать меня и подчиняться мне. – На его лице заиграла жестокая ухмылка. Он коснулся ладонью ее щеки и тихо добавил: – Что ты и сделаешь.

* * *

Родриго до сих пор не мог поверить в произошедшее.

После того как его предыдущие помолвки так и не привели его к алтарю, эта последняя все-таки удалась. Они поженились. Можно сказать, что он испытывал небольшое потрясение.

Возможно, он в самом деле поспешил с брачной церемонией, но он не мог допустить, чтобы Лола предала его так, как это сделали остальные его невесты. Родриго не полагался на судьбу или что там управляло его жизнью.

У них все получится. Обязательно. Их связывал ребенок.

Он вел машину, направляясь из частного аэропорта на окраине Лос-Анджелеса в свой дом неподалеку от Малибу, и время от времени поглядывал в зеркало заднего вида. Родриго с улыбкой смотрел на пухлую ручку Джетта, которой тот махал из стороны в сторону. Судя по всему, Калифорния с ее пальмами и теплым голубым небом пришлась по душе их ребенку.

Родриго до сих пор не свыкся с мыслью о том, что у него появился ребенок. Еще более непривычным было ощущать себя в роли отца. Что он знал об отцовстве?

Его собственные родители бросили его на попечение нянечек. Мать Родриго, американская актриса, путешествовала по свету, наслаждаясь любовными приключениями, а его предполагаемый отец, Франциско Кабрера, изводил себя ревностью, таскаясь повсюду за своей обожаемой, но такой неверной женой.

И только после похорон Франциско, Родриго тогда исполнился двадцать один год, мать объяснила сыну причину скрытой вражды со стороны Кабреры-старшего. Настоящим отцом Родриго оказался их водитель.

– Он был очень красив, а мне было скучно, что тут сказать? – задумчиво протянула Элизабет Кабрера. – Мы с ним провели всего одну ночь. Франциско хотел, чтобы я избавилась от тебя. Может, следовало послушаться его, ведь моя фигура после родов так и не обрела прежние формы.

Родриго снова глянул на сына, а потом искоса посмотрел на Лолу, сидевшую рядом.

Он не льстил ей, когда говорил, что она очень умна и настоящий боец. За все время у него не было лучшей помощницы, чем Лола. Даже Марни уступала ей. Лола всегда добивалась невозможного, всегда с готовностью отзывалась на просьбу поработать дополнительное время, даже на Рождество.

Он сходил с ума по ней целых два года, но не позволял себе даже невинного флирта. А потом, после того как Лола поцеловала его в Мехико, он затащил ее в постель и обнаружил, что она была девственницей. С того самого момента они упивались друг другом и никак не могли насытиться. А когда Лола призналась Родриго в любви, ему показалось, что его сердце воспарило до небес.

Только потом появилась Марни с теми ужасными фотографиями полуобнаженной Лолы, сидевшей в кресле и соблазнительно смотревшей в объектив камеры.

«Сэр, есть кое-что, что вам следует знать о Лоле Прайс», – сказала тогда Марни.

Почему Лола согласилась на такие отвратительные вещи в свои восемнадцать лет? Что стояло за этими провокационными фотографиями и всем остальным? Всего лишь юношеская наивность? Или она настолько отчаянно хотела стать кинозвездой? А может, ее что-то вынудило на такой поступок?

Добиваться ответа от нее было бессмысленно. Потому что Лола, как и сам Родриго, никого не подпускала к самым темным секретам своей души.

Во время полета в Лос-Анджелес они сидели в разных концах кабины самолета, игнорируя друг друга. Лола обвинила его в тирании. Не самое хорошее начало отношений. Но скоро все изменится.

Он провел взглядом по ее щеке, опускаясь к тоненькой лебединой шее и округлой груди. Родриго поклялся почитать ее и заботиться о ней, отказываясь от других. Она не догадывалась, но он уже давно хранил эту клятву, ни с кем не встречаясь весь прошлый год. Он изголодался по Лоле и буквально умирал от неудовлетворенного желания.

Он хотел видеть ее в своей постели. Этой же ночью.

Но сначала нужно сделать так, чтобы она посмотрела на него.

– Ты правда так сильно расстроилась, что пришлось уехать из Нью-Йорка?

– Ты не имел права. – Когда она повернулась к нему, ее глаза метали молнии. – То, что я твоя жена, еще не значит, что я твоя раба. Я хотела остаться в Нью-Йорке, но тебе было наплевать на это! Точно так же тебя не волновало, что ты силой затащил меня под венец!

– Ты хотела пригласить Морозова?

Лола выругалась так грязно, что могла бы вогнать в краску даже матроса.

– Значит, не Морозова, – весело бросил Родриго. – Тогда кого?

– Моих друзей, Хейли и Тесс. Моих сестер.

– Но ты сказала, что много лет не виделась с ними.

– Да, не виделась, – едва слышно ответила она.

– Тогда не вижу причин расстраиваться, что их не было на нашей свадьбе.

– Они намного младше меня, – шумно вздохнула Лола. – Мама умерла, когда им было всего лишь восемь и пять лет. Их отправили в приют, а потом удочерили. – Она стиснула челюсти. – Когда я уехала из Калифорнии в прошлом году, я отправилась в Нью-Йорк. Я хотела встретиться с ними и попросить у них прощения. За то, что не сдержала обещания получить право опеки над ними. – Она опустила глаза, разглядывая свои руки, лежавшие у нее на коленях. – Но мне не хватило духу.

Родриго удивленно глянул на Лолу, которая никогда не признавалась в своих неудачах.

– Думаю, ты, как всегда, что-нибудь придумаешь.

– Ты так считаешь? – с надеждой спросила она.

– Когда ты работала моей помощницей, тебе не составляло труда договориться с кем бы то ни было, начиная от режиссеров, которых все боялись, до почитаемых всеми религиозных деятелей.

– Потому что ты – это ты.

– А ты – это ты, – решительно заявил Родриго. – Ты знаешь, как склонить людей на свою сторону. Когда ты будешь готова встретиться со своими сестрами, ты придумаешь, как это сделать.

Она задумчиво прикусила губу. И он почти мог видеть, как завращались колесики в ее голове.

– Я могла бы послать им какие-нибудь чудесные подарки. Просто чтобы растопить лед. Им пришлось бы ответить мне, чтобы выразить благодарность.

– Неплохое решение, – улыбнулся Родриго. Он обрадовался, что с ее плеч свалилась часть груза и что ему удалось отвлечь ее от обиды на него за их такую поспешную свадьбу.

– Возможно. – Она улыбнулась ему в ответ, и ее улыбка казалась теплее и ярче солнца Калифорнии. – Но предупреждаю. – В ее глазах появился озорной блеск. – Подарки могут оказаться дорогими.

– Можешь тратить, сколько твоей душе угодно. Все мое – твое.

– Ты серьезно?

– Лола, я уже понял, что ты вышла за меня не из-за денег.

– Нет, – резко помрачнела она и отвернулась. – Я вышла за тебя, потому что ты шантажировал меня.

Вся его радость тут же исчезла.

Родриго свернул с главной дороги и поехал вдоль частного сектора к высокому каменному забору, окружавшему его владения. Нажав код доступа, он открыл ворота и въехал во двор. За ним на своем внедорожнике последовал Тобиас Уотсон, охранник, служивший у него, сколько он себя помнил.

– Вот мы и дома. Дом, милый дом, – пробормотал Родриго и выключил мотор. Выйдя из кабриолета, он подошел к заднему сиденью машины и склонился над Джеттом, пристегнутым к его детскому креслу.

– Я сама, – встревожилась Лола.

– Уже сделано. – Он нежно достал малыша из машины и прижал к своей груди. Паника Лолы сменилась замешательством.

– Ты держишь его правильно, – потрясенно заметила она. – Откуда такие навыки?

– Думаешь, я полный профан?

– Но ты никогда в жизни не держал на руках младенцев.

– Значит, этот навык у меня врожденный. – Родриго не стал объяснять, что, пока Лола намеренно игнорировала его во время полета, он искал в своем ноутбуке информацию о том, как ухаживать за маленькими детьми. Он не мог допустить, чтобы у нее были преимущества перед ним. И не хотел быть вынужденным обращаться к ней за помощью, чтобы она учила его, что к чему.

Когда они подошли к его просторному шикарному дому на побережье, входная дверь открылась и на пороге появилась его помощница, Марни Макадам. Ее глаза поблескивали за толстыми линзами очков.

– Вы вернулись…

Выражение ее лица тут же изменилось, когда она увидела Лолу и ребенка.

– Что… что она здесь делает?

В ответ Лола подняла свою левую руку в почти что непристойном жесте, чтобы показать ей кольцо с огромным бриллиантом.

– Вы поженились? – потрясенно выдохнула Марни.

– Чудесная новость, не правда ли? – бросила Лола.

Его помощница побледнела.

На год старше Родриго, она была выпускницей колледжа и направлялась в Мадрид, когда он нанял ее в качестве первой сотрудницы в свою новую компанию «Кабрера Медиа Групп». За пятнадцать лет он успел привыкнуть к ней, во всем полагаясь на нее, благодаря ее посвященности делу и преданности. До появления в компании Лолы Марни считалась его лучшей сотрудницей.

Не удивительно, что обе женщины невзлюбили друг друга. Именно Марни рассказала Родриго об ужасном прошлом Лолы.

И последняя знала об этом. Вот почему она презрительно улыбнулась Марни.

Родриго вдруг встревожился, что эти двое начнут драться. Он не сомневался, что Лола с ее неустрашимостью выйдет победителем из этой бойни. И ему не хотелось видеть Марни на больничной койке, поэтому он решил вмешаться.

– Марни, на сегодня все. Можешь ехать домой.

– А чей это ребенок? – судорожно выдохнула та.

– Мой, – ответил Родриго.

– А ты не знала? – сладко улыбнулась Лола. – Я думала, это ты занималась нашими делами в Нью-Йорке.

– Нет, – возразил Родриго. – Она не занималась. Марни, – обращаясь к своей помощнице, продолжил он, – нам может понадобиться дополнительная мебель для детской. Я позвоню тебе позже.

– Конечно, мистер Кабрера, – кивнула та и повернулась к Лоле: – Мои поздравления.

– Ты слышала, что тебе сказали, – зло глянула на нее Лола. – Проваливай.

Марни прикусила губу и посмотрела на Родриго.

– Спасибо, Марни, – мягко поблагодарил ее он.

Она кивнула и бросилась к своей машине.

– В этом была какая-то необходимость? – холодно бросил Родриго, когда его помощница выехала за ворота.

Его жена не ответила. Она забрала у него ребенка и зашагала в дом, горделивая и надменная, как королева.

Он сердито последовал за ней.

– Ты не можешь ненавидеть Марни за то, что она сказала мне правду о тебе, – не унимался Родриго, когда они оказались в просторной гостиной с окнами от пола до потолка, с видом на пляж и ярко-синий океан.

– Правду? – скептически глянула на него Лола. – Ты так это называешь?

– Хочешь сказать, что не позировала на тех фото? Что не позволила этому мужчине…

Родриго запнулся. Его до сих пор обуревала ревность и ярость, когда он вспоминал, что рассказала ему Марни.

Лола побледнела и отвернулась.

– Мне нужно уложить Джетта спать.

– Подожди. Я разговариваю с тобой…

– Не сейчас.

Когда в дом вошли два охранника, принесшие их чемоданы, Лола указала на свой.

– Пожалуйста, не могли бы вы отнести его в детскую?

– В детскую? – удивленно протянул Тобиас.

– Надеюсь, здесь есть детская, – холодно бросила Лола, глянув на Родриго.

– Я попросил миссис Ли приготовить самую лучшую гостевую, – нехотя буркнул он.

– Я буду спать там вместе с Джеттом, – не глядя на него, заявила Лола и, схватив сумку с памперсами, последовала за охранником.

Родриго заскрежетал зубами.

Но он понимал, почему Лола стала такой ершистой. Он и сам был выбит из колеи. Именно в этом доме они любили друг друга. Родриго медленно осмотрелся по сторонам. Они занимались любовью вон там, у стены. А здесь, на диване, любили лежать утром по воскресеньям.

Он закрыл глаза, а потом посмотрел на белеющий за окном песок. Там, на пляже, в одну из лунных ночей Лола призналась ему в любви. Родриго в ответ набросился на нее с поцелуями, а она обнимала его и льнула к нему так, словно от этого зависела ее жизнь. Его бросило в дрожь. Они с Лолой всегда предохранялись, но в тот единственный раз потеряли голову от страсти. Скорее всего, именно в ту ночь она забеременела от него.

Родриго резко развернулся и, достав из домашнего бара бутылку виски, плеснул себе немного в стакан. Несколько минут спустя в гостиной появилась Лола, и он заметил ее раньше, чем она его. Она уже сняла свое пальто и оставалась в той же одежде, в которой выходила за него замуж. Родриго вдруг захотелось снять с нее все остальное и почувствовать тепло ее обнаженной кожи.

Его бросило в жар. Он допил остатки виски и со звоном опустил стакан на стол.

– Лола, ты не будешь спать в детской. Мне кажется, я выразился предельно ясно. Ты будешь спать в спальне. Со мной.

Она резко развернулась и побелела от злости.

– Забудь.

– Не могу, – приблизившись к ней, прошептал он. – Я не могу забыть.

Вспоминая их полную страсти и огня близость, Родриго едва сдерживался, чтобы не наброситься на Лолу.

– Ты давно забыл меня. Не сомневаюсь, что после того, как ты вышвырнул меня, у тебя тут побывало бессчетное количество любовниц.

– Ошибаешься.

– Что? – судорожно вдохнула она.

– Здесь не было другой женщины, – тихо сказал он и коснулся ладонью ее щеки, а потом провел большим пальцем по ее нижней губе. – Ни здесь, ни где-то еще. Лола, весь этот год я сходил с ума по тебе. По тебе одной.

– Я… – Он почувствовал, как она задрожала от его прикосновения. – Я не верю…

– Все это время я хотел только тебя, – притягивая ее к себе, ответил Родриго. – И теперь ты моя, и я никогда не отпущу тебя…

Он жадно набросился на ее чувственный рот и крепко прижал к себе, не давая ей шанса вырваться из его объятий. Но она даже не пыталась. С тихим вздохом Лола обняла его за плечи и притягивала к себе с не меньшим пылом.

И в этот момент поцелуй, которым Родриго хотел заявить свои права на нее, превратился в настоящую лавину страсти.

Лола не думала, что возвращение в этот дом на берегу океана окажется таким тяжелым.

Те несколько коротких месяцев, когда они с Родриго упивались близостью друг друга, были самыми счастливыми в ее жизни.

Пока ее не настигло прошлое. Самая унизительная ошибка в ее жизни. И когда Родриго узнал о ней, он выбросил Лолу, словно ненужную вещь.

Потому что она ничего не значила для него. Он никогда не любил ее. Даже чуточку.

Но вот Лола оказалась достаточно глупой, чтобы влюбиться в него.

Когда сегодня она переступила порог этого дома, ее охватила горечь. И Лола поклялась себе, что даже не посмотрит в сторону Родриго и каждую ночь будет спать в детской вместе со своим сыном. Хотя ее разбирали сомнения, ведь ее предательское тело с ума сходило от желания снова оказаться в его постели.

А теперь, когда муж целовал ее, ей казалось, что у него губы из чистого пламени.

Ну и что, что она уступила ему. Заниматься сексом с Родриго не значило любить его. Можно расценивать их физическую близость как преимущества брака, наподобие уплаты налогов совместными усилиями.

Лола закрыла глаза в экстазе, когда Родриго прижал ее к стене и начал медленно осыпать поцелуями ее шею. Он крепко сжимал ее талию, словно не хотел дать ей убежать.

Но она желала оказаться в его объятиях больше всего на свете.

Ее ресницы дрогнули, когда он подхватил ее на руки, словно невесомую пушинку, и понес в свою огромную спальню.

Лола открыла глаза и посмотрела на Родриго. В последний раз, когда он принес ее сюда, она сходила с ума от счастья. Потому что любила его, даже если ее чувства оставались безответными.

Теперь все, что они когда-то имели, было потеряно.

Или нет?

Родриго сказал, что после нее у него не было другой женщины. Даже ненавидя ее, он хранил ей верность? Она не верила, что такое возможно.

Войдя в залитую полуденным солнцем спальню, он усадил Лолу на кровать и принялся расстегивать пуговицы своей рубашки.

А она с громко бьющимся сердцем смотрела на его широкую, мускулистую грудь, покрытую черными волосками. Его тело стало еще более подтянутым и накачанным. Похоже, весь последний год он провел в спортзале или на боксерском ринге, пытаясь справиться с разочарованием самым традиционным для мужчин способом – контролируемым насилием.

Потом Родриго потянулся к ней и неторопливо, один за другим, стянул с нее ее черные кожаные сапоги, и они шмякнулись на выложенный мраморной плиткой пол.

Забравшись на кровать, он прилег рядом с Лолой и прильнул к ее губам. Затем вытянул ей руки над головой и стянул с нее кофточку, обнажив ее полную грудь, едва умещавшуюся в черном кружевном бюстгальтере.

Его глаза полыхали огнем, когда он жадно целовал ее губы и шею. Лола вцепилась в его плечи и, закрыв глаза, откинулась на подушку. А он, сжимая ее грудь, продолжал осыпать жаркими поцелуями ее тело.

Потом Родриго стянул с Лолы легинсы, и она осталась в одном нижнем белье.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и его глаза потемнели от страсти.

– Лола, теперь ты моя. И я буду делать с тобой все, что захочу.

Она приподнялась и коснулась ладонью его щеки.

– А ты мой…

После этого она поцеловала его нежно, обольстительно, касаясь языком его языка.

Из его груди вырвалось тихое рычание, он толкнул ее обратно на кровать и прижал ее весом своего тела. Потянувшись к ней за спину, Родриго расстегнул ее бюстгальтер и бросил его на пол.

Он восхищенно посмотрел на обнаженную полную грудь Лолы и трепетно обхватил ее ладонями. Затем Родриго провел губами по ложбинке между ее грудей, опускаясь к ее животу и облизывая языком ее пупок.

Лола почти перестала дышать, когда он начал медленно стягивать с нее оставшееся белье.

Теперь она лежала совершенно нагая в золотистом солнечном свете, проникавшем в комнату через открытые окна вместе с теплым соленым бризом.

Родриго медленно раздвинул ей ноги и опустился между ними на колени. Когда он наклонил голову, Лола ощутила его теплое дыхание между своих бедер. Он провел по ним пальцами, а потом обхватил ладонями ее ягодицы.

Закрыв глаза, она затаила дыхание, наслаждаясь тем, как Родриго овладевал ею своими губами и языком. Каждое его прикосновение возносило ее все выше и выше. Лола приподняла бедра, потому что ее тело требовало немедленного удовлетворения.

Когда Родриго поднял голову, она посмотрела ему в глаза и увидела в них полыхающую страсть. Одним рывком он сбросил с себя брюки вместе с черными шелковыми трусами, и она потянулась к нему в молчаливом призыве. Тогда Родриго навис над ней, и она ощутила внутренней стороной бедер прикосновение его отяжелевшей плоти.

Не сводя с нее глаз, он медленно вошел в нее, и она ахнула, когда он наполнил ее собой без остатка. Лола вцепилась в плечи Родриго, чувствуя его внутри себя, такого мощного, такого сильного. Медленно он подался назад, а потом снова вперед, проникая в нее еще глубже. Лола задрожала, когда наслаждение накатило на нее такой высокой волной, что грозило поглотить ее.

Родриго задвигался резче и быстрее, а она сдерживала дыхание, чувствуя, как по ее телу разливается блаженство. А потом, когда он сделал последний рывок, нарастающее ощущение оргазма вдруг взорвалось внутри ее, унося ее в небо, к самым звездам.

Глава 4

Родриго опустил глаза и посмотрел на стонавшую от удовольствия Лолу. Ее лицо буквально лучилось от наслаждения. И ему стоило громадных усилий сдерживаться, чтобы не взорваться в ее горячем лоне.

Ему казалось, что он сможет держаться от нее на расстоянии, что их будет связывать один лишь секс. Но он ошибся. Дело было не только в ее теле.

Но и в ее лице. В ее голосе. В ней самой.

Лола.

Единственная, кого он желал. Единственная, кого он видел весь этот год в своих самых жарких снах. Каждое утро он просыпался, чувствуя, как его тело сходит с ума по ней.

Теперь наконец она принадлежала ему. Навсегда. И он упивался обладанием ею.

Но Родриго не мог покориться в ответ. Не мог отдать всего себя без остатка. Ни Лоле, ни любой другой женщине.

Только его руки дрожали, когда он обнимал ее.

– Ты моя навсегда, – сказал Родриго, обхватив ладонями лицо Лолы. – Ты никогда не предашь меня. Повтори.

– Я никогда не предам тебя, – судорожно выдохнула она, вся раскрасневшаяся от страсти. И он поверил ей.

Прильнув к ее губам, Родриго ощутил такую жгучую радость – почти как боль, – когда его сердце треснуло, словно сталь в языках пламени. Ему хотелось доверять ей. Очень хотелось. Теперь она была его женой. Его…

И в эту секунду, впервые в жизни, Родриго утратил контроль над своим телом.

Крепко сжав бедра Лолы, он поддался наслаждению, которое накрыло его, словно цунами, и с громким стоном излился в ее лоно.

А потом рухнул без сил, придавив ее весом своего тела.

Когда Родриго наконец пришел в себя, он не мог понять, сколько времени прошло: несколько минут или часов. Он лежал, нежно прижимая к себе Лолу. Их тела были переплетены, а в окна комнаты заглядывали теплые сумерки.

Его сердце пело от радости, когда он держал Лолу в своих объятиях. Казалось, словно этот ужасный год был всего лишь плохим сном.

Но потом он посмотрел на мельчайшие пылинки, лениво кружившиеся в лучах прячущегося за горизонт солнца и медленно опускавшиеся на пол. И вспомнил все.

Он вспомнил, почему не мог доверять ни одной из женщин.

Особенно теперь. Когда они были женаты. Когда у них был ребенок. На карту было поставлено слишком много.

Родриго не мог позволить себе потерять бдительность. Потому что каждый раз, когда такое случалось…

Его вдруг пронзила боль, даже более острая, чем удовольствие, которое он пережил. Родриго внезапно задрожал и убрал руки, покоившиеся так уютно и так нежно на теле Лолы.

Он думал, что сможет заняться с ней сексом с холодным сердцем. Но после года взаимной неутоленной страсти они сгорали в объятиях друг друга, как птица феникс, поднимающаяся к солнцу. Происходившее между ними было не просто чем-то физическим, но почти священным.

Сейчас он не думал о ней как о трофее. Нет, ему хотелось положить к ее ногам целый мир.

Родриго поднялся с кровати и молча поднял с пола свою одежду.

– Куда собрался? – чуть сипловато спросила Лола.

– Я уезжаю.

Услышав его резкий тон, она медленно присела на кровати.

– Куда?

Он против своей воли скользнул взглядом по ее нежной коже и мягким изгибам ее тела, освещенного приглушенным светом заходящего солнца. Родриго старался казаться безразличным, чтобы не выдать своих чувств. Он давно понял, что любая эмоциональная слабость ведет к разрушению.

– Куда я еду, тебя не касается.

– Конечно, касается, – нахмурилась Лола. – Я твоя жена.

– Меня ждут дела.

– Где?

Он быстро соображал.

– В Южной Америке.

– Что? Ты шутишь? Ты только что притащил меня в Калифорнию!

– Бизнес не может ждать, – соврал Родриго. Потому что дело было не в бизнесе, а в нем самом. Ему хотелось сбежать от Лолы как можно дальше.

– Тогда мы поедем с тобой, – с вызовом бросила Лола. – Ты женился на мне, чтобы мы могли быть одной семьей. Чтобы помогать мне растить нашего сына. Наше место рядом с тобой.

– Твое место там, где я скажу, – отрезал Родриго. – Я не хочу, чтобы ты по пустякам таскала Джетта по всему миру.

Она притянула коленки к своей груди и вдруг показалась очень юной и очень несчастной.

– Тогда зачем ты привез нас сюда? Только для того, чтобы бросить?

– Я скоро вернусь, – проговорил Родриго, не желая уступать. Близость с Лолой заставила его почувствовать себя непривычно беззащитным. – Пока меня не будет, миссис Ли поможет тебе с ребенком. А Тобиас и Лестер будут охранять дом и отвезут тебя, куда пожелаешь.

– Останься, – прошептала она.

– Все будет хорошо. – Он посмотрел на ее прекрасное лицо и, подойдя ближе, склонился над ней и быстро поцеловал в губы. Она была такой мягкой и такой теплой в его руках. И его тело тут же начало оживать.

Родриго резко отстранился.

– Я оставлю тебе мои кредитки. И чековую книжку. Покупай все, что тебе захочется.

С этими словами он без оглядки вышел из комнаты.

Лола не ожидала, что будет тосковать по нему, и пыталась отвлечься от грустных мыслей обустройством на новом месте и заботой о ребенке.

Она нашла нового педиатра для Джетта, а еще чудесный бутик детской одежды в Санта Монике. Родриго разрешил ей пользоваться его кредитками, так что она постаралась на славу.

Но, несмотря ни на что, она чувствовала себя одинокой. В городе ее повсюду сопровождала охрана, а дома компанию ей составляла доброжелательная миссис Ли, всегда готовая помочь или поболтать.

Только Лоле не хотелось болтать. Она бродила по огромному шикарному дому и отчаянно скучала по Родриго.

Она тосковала по нему днем и ночью.

Лола не была такой романтичной особой, как ее подруга Тесс. Она не мечтала о сердечках и цветочках. Но даже она не ожидала, что ее муж исчезнет, прожив с ней в браке всего один день.

Ну и пусть. Они с Джеттом жили как-то без него раньше, справятся и сейчас.

Но ее злило, что он вырвал ее из Нью-Йорка, который стал ее домом. Там жили ее друзья и знакомые, которые, по крайней мере, отвечали на ее звонки.

Родриго в свою очередь только игнорировал ее. Когда Лола узнала, что прошла аттестацию, он был первым человеком, с которым ей хотелось поделиться своей радостью.

Она набрала его номер, но он не взял трубку. Даже после того, как она перезвонила еще несколько раз. Наконец она просто написала ему сообщение, на которое он тоже не ответил.

Родриго молчал всю неделю, игнорируя ее звонки и простые сообщения, где она писала, как у них обстоят дела и что она нашла хорошего педиатра для ребенка. Он никак не отреагировал даже после того, как она вчера написала ему, что планирует отправить своим сестрам подарок ценой в шестизначную цифру.

И этого было достаточно, чтобы она возненавидела этот чудесный дом, в котором они когда-то были так счастливы.

Ей хотелось уехать в другое место. Куда угодно. А лучше всего вернуться в Нью-Йорк.

Родриго целовал ее с такой нежностью и с такой страстью, что она поверила в то, что у них есть будущее. Но потом, поднявшись с кровати, он посмотрел на Лолу так, будто она вызывала у него отвращение одним своим видом. Он игнорировал ее, словно она была больна тифом, и он так боялся заразиться, что сбежал в Южную Америку. Если только он в самом деле поехал туда.

Что такого она сделала, что заставило его сбежать на другой континент?

Тесс и Хейли могли бы помочь ей найти ответ. Лола отправила им сообщение о том, что успешно сдала экзамен, и они, в отличие от ее мужа, тут же перезвонили, чтобы поздравить ее.

– Лола, ты такая скрытная! – сказала Хейли. – Ты даже не говорила нам, что не доучилась в школе!

– Тебе следовало рассказать нам, что ты готовишься к экзамену, – пожурила ее Тесс. – Я пекла бы тебе печенье, чтобы тебе было легче учиться!

Вспомнив этот разговор, Лола улыбнулась. Но потом ее улыбка погасла. Что сказали бы подруги, если бы узнали, что она уехала из Нью-Йорка и теперь живет в Калифорнии? Как они отреагировали бы, узнав, кто является отцом Джетта и что Лола вышла замуж, не пригласив их на свадьбу?

Ей следовало сказать им правду, когда они поздравляли ее с получением аттестата, но она не смогла. В отличие от подруг Лола не любила обсуждать свои нерешенные проблемы.

Вот когда все встанет на свои места, тогда она и поговорит с ними.

Только как объяснить, почему она вышла замуж за Родриго и по его требованию переехала в Калифорнию, только для того, чтобы он бросил их с Джеттом и исчез?

Лола вдруг помрачнела. Она пыталась проявлять терпение. Но ей до смерти надоело ждать и строить догадки.

Он сказал, что она может тратить его деньги? Чудесно. Она так и сделает.

Лола отправилась в кабинет мужа, достала его чековую книжку и выписала чек на сумму в шесть цифр. Ярость сделала ее бесстрашной. Достав конверт и бумагу, она написала письмо своим сестрам, первое за семь лет разлуки.

Семь. Она никогда не хотела исчезать из их жизни на такой долгий срок. Но дни летели слишком быстро. Джоанне уже исполнилось двенадцать, а Келси пятнадцать. Пятнадцать. Столько лет было Лоле, когда умерла их мать. Когда Лола решила во что бы то ни стало спасти свою семью.

У нее ничего не получилось. Но, может быть, если сестры узнают, сколько усилий она прилагала, чтобы вернуть их, они смогут простить ее. И она надеялась, что этот чек не обидит их.

Глубоко вздохнув, Лола подписала письмо и вложила его в конверт вместе с чеком. Запечатав конверт, она написала адрес, который давно выучила наизусть.

Но что, если сестры проигнорируют ее точно так же, как Родриго?

Распрямив плечи, Лола заставила себя войти на кухню, где их помощница по дому доставала из духовки свежеиспеченный хлеб, который пахнул просто восхитительно.

– Миссис Кабрера, я испекла ваш любимый, – с улыбкой сказала миссис Ли. – Я знаю, что вы его просто обожаете.

– Вы слишком добры ко мне. Я… м-м-м… хотела спросить… Вы не могли бы отнести этот конверт на почту? Я могла бы сделать это сама, но…

«Но я боюсь, что струшу».

– С удовольствием. – Миссис Ли вытерла руки о фартук и с улыбкой взяла конверт. – В любом случае я собиралась в город по делам.

– Спасибо. И пожалуйста, попросите, пусть они дадут вам чек с номером, по которому можно будет отследить письмо.

– О бог мой. Кажется, тут что-то важное.

– Да. Это подарок… для моих сестер, – с громко бьющимся сердцем ответила Лола. Она знала, что девочки были счастливы в их приемной семье. И она давно оставила мысли о том, чтобы через суд получить право опеки над ними. Все, чего ей хотелось сейчас, – это чтобы сестры помнили ее. И может, если ей повезет, простили.

– Спасибо, миссис Ли.

После того как их помощница по дому ушла, Лола собрала Джетта и пошла с ним на пляж.

Она уложила малыша на пляжное одеяло, достала из корзинки его игрушки и села рядышком. Лола смотрела на бескрайний синий океан и сдерживалась, чтобы не позвонить миссис Ли и попросить не отправлять тот конверт. Она испытывала чувство страха и одиночества. Смогут ли сестры простить ее?

Лола убрала телефон и снова посмотрела на горизонт, как вдруг краем глаза заметила какое-то движение. Она повернулась и увидела мужчину, который шел в их направлении. На секунду ей показалось, что это Родриго. Но нет.

Лола растерянно заморгала.

Незнакомец? На этом пляже?

Все пляжи в Калифорнии были публичными, по крайней мере в теории, но этот пляж считался частным и был окружен с обеих сторон скалами.

– Здравствуйте, – нахмурившись, поздоровалась Лола.

– Здравствуйте, – ответил незнакомец, сверкнув белозубой улыбкой. – Вы здесь совсем одна? Вы слишком красивы, чтобы сидеть тут в одиночестве. Вам не нужна компания? Вам и вашему очаровательному малышу?

У Лолы отвисла челюсть. Он что, пытался приударить за ней?

На ней был довольно скромный купальник, но незнакомец пожирал ее глазами так, словно он был котом, а она рыбкой. И впервые за все это время Лола пожалела, что поблизости не оказалось охраны.

– Нет, спасибо. – Она вскочила на ноги, подхватила Джетта на руки и быстро собрала его игрушки в сумку. – Мы как раз собрались уходить.

– Правда? – разочарованно протянул незнакомец.

– Всего доброго, – бросила Лола и поспешила к дому.

Только оказавшись в полной безопасности на ступеньках террасы, она обернулась и посмотрела на пляж. Никого. Мужчина исчез.

Она облегченно вздохнула. Похоже, сказывалась жизнь в Нью-Йорке, где подобные встречи с незнакомцами вызвали у нее подозрения и панику.

Но вместе с тем Лола не могла избавиться от странного чувства и отправилась на поиски охранников. Лестера поблизости не оказалось, но она наткнулась на Тобиаса, который говорил по телефону и сердито мерил шагами двор.

– Челси, о чем ты говоришь? У меня есть право забирать его. Ты отказываешь мне уже третий раз. – Он выслушал свою собеседницу, а потом громко выругался. – Ты прекрасно знаешь, что это ложь. У него нет никакой домашней работы. Ему всего пять! Я заслуживаю того, чтобы видеться со своим сыном. И он заслуживает того же. Я плачу алименты. Я устал терпеть, и мы оба знаем настоящую причину…

Заметив Лолу, он побледнел.

– Я перезвоню тебе, – сказал он и нахмурился. – Нет, Челси, сегодня вечером. И если ты думаешь, что…

Подойдя к нему, Лола спокойно забрала у него телефон.

– Здравствуйте. С вами говорит миссис Кабрера. Работодательница Тобиаса.

– И? – приготовилась к битве женщина на другом конце провода. Чудесно, потому что Лола пребывала в точно таком же настроении.

– Если вы не разрешите Тобиасу увидеться с сыном, на что у него, судя по всему, есть законное право, нам придется либо уволить его, вследствие чего вы лишитесь помощи на ребенка, или мы соберем целую команду самых лучших адвокатов Лос-Анджелеса, которые потребуют пересмотра дела и будут добиваться решения в его пользу.

– А вам какое дело до всего этого? – огрызнулась женщина.

– Никакого, – холодно бросила Лола. – Но ему следует защищать нас, чего он не может делать, будучи в состоянии такого стресса. Почему бы вам не разрешить ему видеться с сыном?

– Это не ваше дело!

– Как видите, нас оно тоже касается. Так что будем делать? Больше никаких денег? Или разбирательство в суде?

На другом конце провода воцарилась тишина.

– Моему новому парню не нравится, когда Тобиас приходит сюда.

– Понимаю, – расслабившись, ответила Лола. – Но для вас нет ничего важнее вашего сына. Правда? А мальчику нужен отец. Не так ли?

– Да, – тяжело вздохнула Челси. – Хорошо. Я поговорю со своим парнем. Мейсон тоже скучает по отцу. Он все время спрашивает о нем. Дайте трубку Тобиасу.

Лола протянула телефон охраннику.

– Держите.

Она развернулась и, довольная собой, зашагала к дому. По крайней мере, она не растеряла свои навыки.

Лола искупала Джетта, наслаждаясь сладким ароматом его пухленького тельца. Потом переодела его и пошла с ним на кухню, чтобы выпить чаю.

В гостиной ее ждал Тобиас.

– После работы я поеду к сыну, – сказал он. – Моя бывшая согласилась дать мне дополнительное время, в счет тех дней, которые я пропустил. Как вам удалось уговорить ее?

– Это было нетрудно, – пожала плечами Лола.

– Я хотел спросить, почему вы вмешались?

– Я ведь уже говорила, мне нужно, чтобы вы хорошо выполняли свои обязанности, а для этого…

– Миссис Кабрера, – покачал головой Тобиас и улыбнулся. – Неужели вы считаете меня таким глупым?

Она смотрела на него не мигая, а потом заговорила.

– Мой отец умер, когда мне было всего пять лет, столько, как вашему сыну сейчас. Я почти не помню его, – сказала она и отвернулась. – Я не люблю, когда членам семьи приходится разлучаться.

– Понятно, – тихо сказал Тобиас. – А зачем вы искали меня?

Теперь ее страхи показались ей какими-то необоснованными.

– Просто хотела узнать, не звонил ли вам мой муж. Потому что… Он не отвечает на мои звонки. – Увидев потрясенное лицо Тобиаса, она быстро добавила: – Я просто хотела убедиться, что с ним все в порядке.

Он смотрел на нее секунды две, а потом протянул ей свой телефон.

– Позвоните ему с моего.

– Вы уверены?

Тобиас только пожал плечами.

– Он может уволить вас.

– Возможно. Но я в долгу перед вами, миссис Кабрера.

– Спасибо, – едва слышно ответила Лола.

Она посмотрела на телефон, который держала в руке, глубоко вздохнула и, набрав номер Родриго, нажала кнопку вызова.

Час спустя после того, как его частный самолет приземлился в Лос-Анджелесе, Родриго вошел в свой офис в самом центре города, испытывая невероятную усталость.

Он почти не спал целую неделю.

И все из-за нее.

Он сделал Лолу своей женой. Затащил в свою постель. Сделал так, что она находилась под его контролем и на расстоянии.

Так почему он до сих пор чувствовал себя таким уязвимым?

Почему каждую ночь видел Лолу в снах, еще более жарких, чем раньше?

Почему не мог дышать без нее?

У него не было власти над ней. Он даже самого себя не мог контролировать. Вот почему он уехал.

Лола заставила его желать. Она заставила его чувствовать.

Даже оказавшись в тысячах километров от Лолы, у него не получилось отдалиться от нее.

Нужно было как-то решать этот вопрос. Потому что его жена говорила правду. Он затащил ее к алтарю, а потом бросил одну с ребенком.

Неделя разлуки с сыном показалась невыносимой. И Родриго знал характер Лолы. Она не станет мириться с этим молчанием. Если честно, он удивился, что она до сих пор не взбунтовалась.

Он бросил свою сумку на стол и отвернулся к окну.

Переспав с Лолой, он не сумел выбросить ее из головы. Всю неделю, занимаясь делами и заключая сделки, он представлял ее лежащей в постели, всю такую мягкую и раскрасневшуюся от его ласк. Он сходил с ума, вспоминая ее податливое тело. Он хотел ее. В постели. На столе. У стены. Он хотел овладевать ею до тех пор, пока они оба не насытятся, сколько бы времени для этого ни понадобилось. Даже если на это уйдет целая вечность.

Но как заниматься с ней любовью и оставаться безразличным?

– Вы вернулись! – послышался за спиной голос его помощницы, Марни Макадам. – Мистер Кабрера, ваша почта. – Она положила на стол небольшую папку и прокашлялась. – Представители Международной гильдии кинематографистов хотят узнать, приедете ли вы в Мадрид один или с женой.

Он представил, как появится на этом торжественном мероприятии под руку с Лолой. Она будет вызывать у всех еще больше зависти, чем полученная им престижная награда. А потом они останутся вдвоем, и он отнесет ее в свою спальню и…

Родриго внутренне задрожал.

– Я еще не решил.

– Вам нужна спутница. Это светское мероприятие. – Марни, словно сова, смотрела на него сквозь толстые линзы своих очков. – Если она не сможет, я могу составить вам компанию. Не как ваша девушка или что-то в этом роде, – поспешно добавила она, – а для того, ну, просто чтобы выручить вас.

Родриго мрачно глянул на свою помощницу. Взять ее с собой на церемонию? О чем она говорит?

Но, увидев решительность, написанную на ее лице, он расслабился. Она ведь не кокетничала с ним, боже упаси. Марни всего лишь предлагала решение проблемы, что на ее месте сделала бы любая секретарша.

– Спасибо. Но мне не нужны такие жертвы с твоей стороны.

– Для меня это не проблема, правда…

– Я знаю, что ты не особо любишь путешествовать. Я сам улажу этот вопрос.

Его мысли снова вернулись к Лоле, и его вдруг озарило.

Что, если его тянет к ней с такой силой только потому, что они слишком долго находились в разлуке? В таком случае ему следует затащить ее в постель и заниматься с ней любовью до тех пор, пока он не исцелится от этого наваждения.

Да. Чем больше он думал об этом…

Его мысли прервал телефонный звонок. Звонил один из его охранников, Тобиас.

– Марни, на этом пока все, – кивнул он помощнице и подождал, пока она закроет за собой дверь. – Моя жена становится проблемой?

– Теперь я твоя проблема.

Он чуть не подскочил, услышав ее тихий голос.

– Лола, – выдохнул Родриго. – Откуда у тебя этот телефон?

– На мой ты не отвечал. Похоже, тебе нет никакого дела до меня.

Он старался намеренно растягивать слова.

– Я уехал из дома по делам и…

– Родриго, когда я выходила за тебя замуж, я считала, что это навсегда. Но навсегда не может быть вот таким.

С этими словами она бросила трубку.

Глава 5

Когда Родриго появился на пороге дома, Лола успела подготовиться к битве.

Она уже собрала вещи, свои и ребенка, потому что знала, что за ультиматум всегда приходится платить.

Но она не выходила замуж, чтобы быть брошенной мужем. Если Родриго не намеревался выполнять свое обещание быть хорошим отцом их ребенку, тогда она заберет Джетта обратно в Нью-Йорк, где их будут окружать неравнодушные люди. Брак подразумевал наличие двух человек, а не одного.

Родриго стремительно вошел в гостиную, весь такой красивый и немного пугающий, а Лола прижала к себе сына и с вызовом посмотрела на мужа.

Он, как всегда, был одет в черное с ног до головы, даже здесь, в солнечной Калифорнии. В отличие от Лолы, которая стояла в футболке и шортах, соответствующих жаркой погоде, Родриго никогда не менял свой стиль одежды, не важно, где и в какой стране находился. Он ждал, что мир будет подстраиваться под него, а не наоборот.

Его незыблемость приводила ее в восторг. Но не сегодня.

– Как мило с твоей стороны, что ты осчастливил нас своим визитом, – холодно бросила Лола. – Мне показалось, ты успел забыть, что мы женаты. Может, тебе в самом деле стоит носить обручальное кольцо.

Он с шумом бросил свой портфель на пол, заставив Джетта подпрыгнуть от неожиданности у нее на руках.

– Я уезжал. По делу.

– По крайней мере, ты быстро добрался домой из аэропорта.

– Я вернулся в Лос-Анджелес утром. Я был в офисе, когда ты звонила.

Лола удивилась, что его слова причиняли ей столько боли.

– Ты поехал сначала туда? Не домой?

– Прежде всего дела, потом все остальное. Ты ведь знаешь.

– То есть бизнес для тебя важнее семьи?

– Не понимаю, почему ты жалуешься. С тобой все время рядом находились Тобиас, Лестер и миссис Ли.

– Ты ведь не настолько глупый.

– Глупый?

– Ты считаешь, что это нормально – жениться и сразу же исчезнуть? Потому что я на такое не подписывалась.

– Меня не было дома всего одну неделю.

– Нашу первую неделю вместе. Наш медовый месяц.

– Лола, не говори ерунды. Мы не любим друг друга. Наш брак не основывается на романтических чувствах.

– Он должен основываться хотя бы на уважении. Мы должны заботиться друг о друге. Иначе зачем было жениться?

Родриго нахмурился и отвернулся к окну.

– Послушай, если ты хочешь развестись…

– Не хочу, – отрезал он.

– Ты уверен? Потому что я уже собрала свои вещи. Если ты собираешься и дальше игнорировать меня, я заберу Джетта обратно в Нью-Йорк. Где он будет окружен друзьями.

Родриго повернулся к ним и потянулся к ребенку, чтобы погладить его по голове.

– Ты права. Мне не следовало уезжать.

Лола судорожно вдохнула. До этой секунды она даже не осознавала, что была настолько напряжена. Она не ожидала, что Родриго признает свою вину. Он никогда так не делал.

– Лола, я больше никогда не брошу тебя снова, – тихо добавил он. – Обещаю.

– Хорошо, – кивнула она. – От нас ожидается, что мы будем семьей.

– Я тоже этого хочу.

Они долго смотрели друг другу в глаза, а потом Лола отвернулась.

– У Джетта лезет первый зубик, ты заметил? – указала она на рот малыша. Джетт, которому исполнилось четыре с половиной месяца, прижимался к ее груди и что-то лепетал, пытаясь жевать свой пухлый кулачок. – Вот почему у него так много слюны. Вчера он впервые перевернулся со спинки на животик. А еще он немного прибавил в весе. Педиатр говорит, что у нашего малыша нет никаких проблем со здоровьем.

– Ты только погляди, какой у нас славный мальчик, – сказал Родриго и погладил ребенка по спинке. Он нечаянно задел руку Лолы, отчего ее бросило в жар.

– Ты так много пропустил, – прошептала она. – А еще я написала письмо сестрам.

– Ты оправила им подарок?

– Да.

– Ты сказала, сколько он стоит, – сухо заметил Родриго. – Но не сказала, что это было. Новый дом?

– Я пообещала оплатить их учебу в колледже. Они могут пойти учиться, куда угодно, в медицинский или в юридический колледж. В любой университет мира.

Его брови поползли вверх от удивления, а потом он улыбнулся.

– Здорово.

– И я успешно сдала экзамен. – Лола старалась казаться радостной, но в ее голосе прозвучала горечь. – Я отправляла тебе сообщение. Мне хотелось, чтобы ты гордился мной.

– Я гордился. Я знал, что у тебя все получится.

– Но ты проигнорировал меня!

– Я попросил Марни отправить тебе букет цветов. Она прислала их?

– Нет, – помрачнела Лола. – Не прислала.

– Лола, твоя неприязнь к ней не обоснована.

– Не обоснована!

– Она посчитала, что я имел право знать о твоем прошлом. И как твой начальник, и как твой любовник.

– Она самодовольная зазнайка! – Марни все время пыталась унизить Лолу за отсутствие образования, намекая, что та недостаточно умна для своей работы. – Она делала это не ради тебя. Она пыталась избавиться от меня!

– Хватит осуждать ее за собственные ошибки, – недовольно буркнул Родриго. – Не она красовалась на тех снимках в полуобнаженном виде. И не она пыталась продать себя за роль в кинофильме.

– Я никогда не пыталась продавать себя! – крикнула Лола, крепче прижав к себе сына.

– Я видел эти снимки. Почему ты не признаешься в остальном?

Ее сердце сжималось от боли, а ее саму трясло от злости. Она осторожно уложила Джетта обратно в манеж, сосчитала до десяти и повернулась к Родриго.

– Я не продавала себя, чтобы стать звездой. Просто я отчаянно нуждалась в деньгах.

– Ну, если, по-твоему, так звучит лучше…

– Заткнись хотя бы на минуту и послушай меня! Я уже говорила тебе, что после смерти матери нас с сестрами разделили и отдали под опеку… – Лола запнулась, вспоминая, как социальные работники отрывали ее от сестер, которым на тот момент исполнилось одной пять лет, а другой три годика. Малышки кричали и плакали, цепляясь за Лолу и умоляя не отпускать их. Их крики еще долго преследовали ее.

– И?

– Я пообещала, что заберу их, как только смогу, и мы снова будем одной семьей. Через три года, когда мне исполнилось восемнадцать, я бросила школу и отправилась в Лос-Анджелес, чтобы заработать денег. Я планировала стать кинозвездой. Но у меня ничего не получилось.

– Как у большинства актеров.

– Теперь я это знаю. К тому же ты в курсе, что я не умею врать. Я не смогла бы сыграть даже простую роль. Мне всегда говорили, что у меня красивая внешность, но в Лос-Анджелесе полно хорошеньких девушек. Потом я встретила человека, который представился агентом и пообещал, что сделает из меня кинозвезду. Я позволила ему сфотографировать меня в нижнем белье. Он сказал, что это тестовые снимки.

Родриго сложил руки на груди и молча смотрел на нее.

Избегая его взгляда, Лола заставила себя продолжить свой рассказ.

– Он отправил меня в какой-то гостиничный номер, якобы для того, чтобы встретиться с продюсером. Но тот человек даже не потрудился дать мне почитать сценарий. – Сказав эти слова, Лола густо покраснела. – Он попытался сорвать с меня одежду и повалил на кровать.

Родриго зарычал и буквально побелел от ярости.

– Я ударила его в пах и выскочила из номера. Он крикнул мне вслед, что я никогда не появлюсь в Голливуде, – потупив глаза, добавила Лола. – Так и случилось.

– Мне очень жаль, – подошел к ней Родриго.

– Марни, наверное, связалась с моим агентом, чтобы получить те снимки. Но она все неправильно поняла. Я никогда не пыталась соблазнить кого-то ради роли. – Она грустно рассмеялась и вытерла набежавшие на глаза слезы. – По правде говоря, вся эта история была настолько ужасной, что я потом еще долго избегала мужчин. Пока…

– Пока не встретила меня?

Лола посмотрела на него, а потом снова отвела взгляд.

– Позже я почти пожалела, что не дала тому мужчине того, чего он хотел. Потому что к тому времени, когда я начала хорошо зарабатывать на должности секретаря, было слишком поздно.

– Слишком поздно для чего?

Лола отвернулась к окну и посмотрела на бескрайний синий океан.

– Слишком поздно, чтобы вернуть свою семью.

Когда она заработала достаточно денег, чтобы снять квартиру без соседей, она тут же поспешила к своим сестрам, чтобы сказать, что они наконец могут быть вместе. Лола тогда чуть не плакала от радости.

Но она нашла Келси и Джоанну, на то время девяти и шести лет, катающихся на блестящих велосипедах перед новеньким двухэтажным домом на окраине Лос-Анджелеса.

– Что случилось? – Спросил Родриго.

– Они не узнали меня. Когда я сказала им, что заберу их домой и мы будем жить вместе, они начали плакать и вцепились в свою приемную мать. Та начала орать на меня. И я узнала…

– Что ты узнала?

– Что мой отчим, сидевший в то время в тюрьме, отказался от родительских прав. – Ее плечи поникли. – Сестер удочерили их приемные родители. – Лола шумно вздохнула. – У меня началась истерика. А новые родители сестер так испугались меня, что решили переехать. В Нью-Йорк.

– Лола, – мягко сказал он.

– Родриго, я потеряла семью, – задыхаясь от слез, выдавила она. – Я подвела их.

И впервые за последние несколько лет она не сдержалась и разрыдалась при другом человеке. Родриго молча притянул ее к себе и держал в своих объятиях, поглаживая по голове, пока она хлюпала носом, уткнувшись в его рубашку.

Наконец ее всхлипы затихли, и в комнате воцарилась тишина. Прижимаясь щекой к груди Родриго, Лола могла слышать ровное, успокаивающее биение его сердца.

– Лола, ты не подвела их, – тихо сказал он. – Ты очень старалась, а ведь ты сама в то время была еще ребенком. Тебе следует прекратить осуждать себя. – Родриго мягко поцеловал ее в макушку. – Скоро ты получишь от них весточку.

– Думаешь? – выдохнула она.

– У меня нет никаких сомнений. Вряд ли они смогут устоять после твоего подарка.

Лола вытерла глаза и хохотнула.

– И теперь у тебя новая семья, – коснувшись ее щеки, прошептал Родриго. – Джетт. И я.

– Ты – моя семья?

– Я хочу быть ею. Конечно, у меня пока плохо получается. Но у меня никогда не было нормальной семьи.

– Но ведь у тебя были родители. Ты родился в богатой семье. Унаследовал целое состояние…

– Быть богатым еще ничего не значит.

В его голосе прозвучала боль, и Лола машинально обняла его в ответ.

– Нам нужно приглядывать друг за другом. Прикрывать тылы. Как раньше, когда мы были одной командой. Помнишь?

– Ты и я против всего мира? – Лола кивнула, и его глаза блеснули. – Помнишь, что ты сказала, когда впервые появилась в моем офисе?

– Я сказала, что ты – ходячая катастрофа и что ты нанял меня как раз вовремя.

– И ты говорила правду. После твоего ухода дела компании идут далеко не так хорошо, как раньше. То же самое могу сказать о себе.

– У тебя есть Марни, – пытаясь сдержать горечь, ответила Лола.

– Ей пришлось нанять еще двух помощниц, чтобы успевать делать то, с чем ты справлялась в одиночку. Она преданный человек и очень старается, но у нее нет твоих талантов. Люди до сих пор спрашивают о тебе. Ты всегда все помнила. – Родриго посмотрел на нее сверху вниз и добавил: – Мне не хватало тебя. С тобой я достиг большего, чем без тебя.

– Но я снова рядом.

– Ты права, – кивнул он. – Знаешь, на следующей неделе меня ждет деловая поездка в Мадрид. Составишь мне компанию? Ты и Джетт?

– В Мадрид? – неуверенно переспросила она.

– Международная Гильдия кинематографистов будет вручать мне премию «Исполнительного директора года».

– Правда? – просияла Лола. Ведь речь шла об очень престижной награде.

– И все благодаря тебе, – ответил он, заправив прядку белокурых волос ей за ушко.

Она старалась не реагировать на его прикосновение.

– Мне?

– Ты помогла организовать и запустить телевизионную сеть, которая теперь тянется в страны тихоокеанского побережья, от архипелага Огненная Земля до Аляски, а оттуда до Манилы. А еще ты убедила меня стать продюсером фильма, от которого все отказывались и который обошелся нам в копейки, но теперь собрал кассу в полмиллиарда долларов.

– «Сапфировое море»? – потрясенно выдохнула Лола.

– Оказалось, что романтика снова в моде.

– Кто бы мог подумать?

– Так ты будешь моей спутницей на церемонии награждения?

– Конечно, – почти без раздумий ответила Лола.

– Чудесно, – кивнул Родриго.

Услышав громкий зевок, они с Лолой обернулись и глянули на малыша, игравшего в манеже, а потом дружно рассмеялись.

– Нужно уложить его поспать.

– Позволь мне.

Она помедлила, а потом кивнула.

– Кроха, ты скучал по своему папочке, правда? – нежно приговаривал Родриго, беря ребенка на руки.

Когда она посмотрела на их малыша, прижатого к груди Родриго, на ее глаза снова набежали слезы. Лола поспешно отвернулась. Да что ж это такое? Неужели она совсем расклеилась?

– Вот его одеяльце, – сказала она. – Бутылочка со смесью в холодильнике. Я обычно укачиваю его, чтобы он уснул…

– Мы справимся, – заверил ее Родриго, по-прежнему улыбаясь своему сыну. Выйдя в коридор, он остановился и посмотрел на нее. – Лола?

– Да?

– Спасибо за доверие. – Его взгляд, нежный и теплый, задержался на ней несколько секунд, а потом Родриго снова глянул на сына и понес его в детскую.

А Лола стояла в гостиной и прислушивалась к громкому биению своего сердца. Она чувствовала себя такой уязвимой и беззащитной, ведь раньше она никому не рассказывала историю своего прошлого. Но только Родриго перестал быть чужим для нее человеком.

Ее лицо озарилось улыбкой.

Они стали семьей.

Неделю спустя Родриго улыбался своей жене, сидя с ней на заднем сиденье «роллс-ройса», который вез их по улочкам Мадрида.

Ее миловидное личико светилось от счастья, когда она указывала их ребенку на какие-то интересные виды за окном. Лоле всегда нравилось приезжать в Мадрид, когда она работала его помощницей. Теперь приезд в этот город ощущался по-новому. Для них обоих.

Родриго охватывало волнение, когда он вспоминал, какое удовольствие получали они в объятиях друг друга. Их отношения только укрепились после того, как Лола – непробиваемая, бесстрашная Лола – разрыдалась у него на груди.

С этого момента ему хотелось одного – защитить ее. Теперь она стала частью его, и он не представлял себе жизни без нее.

Конечно, он проверил историю ее прошлого. Как говорится, доверяй, но проверяй. Женщины обманывали его слишком часто, и, хотя Родриго поверил Лоле, он нуждался в доказательствах.

Оказалось, что Лола преуменьшила нищенские условия и трагедию своего детства. Она не сказала, что ее отчим, попав в тюрьму, умер там несколько лет спустя. И не сказала, что ее мать можно было спасти, если бы у той были деньги и время заблаговременно сходить к врачу.

Потом Родриго еще проверил, не контактировала ли Лола с другими мужчинами, особенно с Сергеем Морозовым, но частный детектив ничего не обнаружил.

Теперь он мог доверять ей по-настоящему.

Машина остановилась перед элегантным строением девятнадцатого века в одном из престижных районов Мадрида. Большую часть своей взрослой жизни Родриго избегал этого дома, предпочитая останавливаться в гостиницах. Именно Лола два года назад убедила его заняться его переустройством. Она пришла в ужас, когда узнала, что Родриго позволил этому великолепному дому, с видом на известный парк, прийти в упадок и превратиться в пыль.

– Ремонт закончен? – поблескивая глазами, спросила Лола.

– Да. Наконец.

– Мне не терпится увидеть, что там внутри.

Родриго задумчиво посмотрел на дом своего детства. Он чувствовал себя одиноко здесь, ведь родители вечно отсутствовали. А когда они появлялись, дом наполнялся криками, руганью, хлопаньем дверей, издевками матери и разбитыми бутылками дорогого вина, которые швырял в стену его отец.

– Родриго? Что-то не так?

– Да нет. Все в порядке. Пойдем.

Родриго открыл дверь и пропустил Лолу внутрь, пока водитель и охранник доставали из машины их чемоданы.

Лола остановилась и восхищенно ахнула, разглядывая семиэтажный холл с огромной овальной лестницей, поднимающейся вверх, вокруг каждого этажа. Она задрала голову и посмотрела на витражный купол, венчающий крышу здания и отсвечивающий разноцветными бликами на мраморном полу.

– Ух ты, – выдохнула она. – Ты и в холле сделал ремонт?

– Я выкупил здание целиком. Переделал все апартаменты, а затем выгодно продал их.

– Неплохо, – заметила Лола.

– Сюда.

Они подошли к новенькому лифту, который заменил старый, больше похожий на грохочущую клетку для птиц. Няня всегда уводила Родриго в парк, когда его родители начинали ругаться слишком громко. Но когда они возвращались и входили в подъезд, ругань не прекращалась, даже пару часов спустя, и с каждым этажом становилась все отчетливее.

Когда дверь лифта открылась, они втроем вышли на верхнем этаже. Отсюда они могли видеть весь холл, тянувшийся на семь этажей вниз. Подойдя к двери пентхауса, Родриго немного помедлил. А потом понял, что он прислушивается. Только за дверью царила тишина. Никто не орал и не бил стекло.

Его отец, гордый испанский аристократ – вернее, человек, которого он привык считать своим отцом, – родился в богатой семье. Он был владельцем небольшой киностудии, где и познакомился с матерью Родриго, избалованной американской актрисой, много моложе его самого. Он безумно любил ее, а она любила только его деньги и обожала дразнить его своими изменами. Ярость в конце концов доконала отца, и он умер от сердечного приступа, когда Родриго исполнился двадцать один год. Мать умерла несколько лет спустя от наркоза во время пластической операции.

Он никогда не встречался с водителем, который, по словам матери, был его настоящим отцом. Этот человек умер, когда Родриго был еще ребенком.

Так много лжи, обмана и ярости. Родриго шумно вздохнул и закрыл глаза.

– Что-то случилось? – подошла к нему Лола. – Ты потерял ключ?

Он посмотрел на нее, а потом на Джетта. Детство его сына будет совсем другим. Родриго начинал доверять своей жене, как никому другому. Их связывали одни и те же цели. Они уважали друг друга. И в их отношениях не было любви или ревности, которые могли все испортить.

Но он никогда бы не рассказал ей о своем детстве. С некоторыми вещами мужчинам лучше разбираться самостоятельно.

К тому же его прошлое осталось в прошлом. Забыто. Навсегда.

– Не переживай, – успокоил ее Родриго, доставая из кармана ключ. – Вот он.

Он пропустил Лолу с ребенком вперед и окинул пожирающим взглядом пленительные изгибы ее тела.

– И в этом доме прошло твое детство? – восхищенно протянула она.

– Ну, сейчас тут все по-другому.

– Все равно. Видел бы ты, где я росла.

– В трейлере. На краю Калифорнийской пустыни.

– Откуда ты знаешь? – побледнела Лола. – Ты провел расследование?

– Я хотел убедиться, что могу доверять тебе.

– И?

Он притянул ее к себе и обнял.

– Теперь я доверяю, – прошептал Родриго и жадно набросился на ее губы.

Глава 6

Поскольку они прилетели в Мадрид за день до церемонии, Родриго решил посетить съемки нового фильма, которые проводились в его киностудии. Речь шла об историческом романе-драме времен гражданской войны в Испании.

Но даже там он не сводил глаз со своей жены. Родриго обсуждал съемочный процесс с режиссером картины, а сам любовался Лолой, болтавшей со съемочной группой и актерами.

Когда она шла, ее восхитительное тело двигалось так плавно и чувственно, словно она танцевала под какую-то неслышную другим музыку. Родриго вдруг напрягся, когда заметил, что Лола завела разговор с исполнительницей главной роли, известной испанской актрисой, которую он когда-то знал, причем очень близко.

Десять лет назад, когда ему исполнилось двадцать семь, он был помолвлен с Пией Рамирес. Он влюбился в эту женщину, увидев ее на экране, где она играла трогательную героиню, которая пожертвовала всем ради любви, а потом, в конце фильма, умерла, достойно и красиво. Пия была на пять лет старше, но это не помешало им закрутить бурный роман, начавшийся на первом же свидании. Две недели спустя Родриго сделал ей предложение, и она ответила согласием.

А через месяц он получил фотографии от человека, пожелавшего остаться неизвестным, на которых Пия лежала в постели, абсолютно голая, в объятиях какого-то мужчины. Ее предательство чуть не убило его.

Родриго даже не догадывался, что переживет подобное еще два раза. Сначала быстрая помолвка, потом такое же быстрое предательство, за которым последуют компрометирующие снимки.

Но когда пару месяцев назад режиссер картины сказал ему, что хочет пригласить Пию на роль главной героини, Родриго не стал возражать. Эта женщина была талантлива и в свои сорок два года по-прежнему считалась одной из лучших актрис, и фильмы с ее участием собирали большую кассу. Две другие бывшие невесты Родриго тоже работали в киноиндустрии, и он никогда не пытался навредить их карьере. Если заносить в черный список каждого, кто предал тебя в Голливуде, не останется с кем работать.

Родриго почти не слушал своего собеседника и пожирал глазами Лолу. О чем она говорила с Пией? Может, они обсуждали его? Хотя вряд ли.

Он скользнул взглядом по талии жены, остановившись на ее бедрах. Она притягивала его словно магнит. Родриго не терпелось отвезти ее домой и…

Тут Лола достала телефон из кармана пальто, посмотрела на экран и улыбнулась. Словно у нее был какой-то секрет. Кто ей писал? Друзья? Такие, как Сергей Морозов?

Он вспомнил, что она говорила об этом человеке, а также отчет, который представил ему нанятый им частный детектив.

Родриго пытался убедить себя, что все в порядке, но не смог унять тревогу.

Он извинился перед собеседником, оборвав его речь на полуслове, и направился в сторону Лолы. Та как раз закончила свой разговор с Пией и пошла ему навстречу.

– У меня все, – делано улыбнулся Родриго. – Можем идти?

– Конечно, – спокойно ответила Лола и поправила одеяльце Джетта. – В любом случае нам нужно покормить ребенка.

– Я тоже проголодался.

Они пообедали в одном из его любимых ресторанов, а потом, отправив водителя домой, пошли пешком по красивой улочке с различными бутиками, толкая перед собой коляску со спящим ребенком и наслаждаясь этим превосходным, хоть и немного прохладным, ноябрьским днем.

Они обсуждали всякие дела, но, хотя Родриго и решил, что может доверять Лоле, он никак не мог успокоиться, потому что слышал, как раз за разом пищит ее телефон, сигнализируя о получении новых сообщений.

Которые она намеренно игнорировала.

Которые явно не хотела читать при нем.

Он предложил Лоле заглянуть в один из бутиков, чтобы она подобрала себе платье на завтрашнюю церемонию. Когда жена удалилась в примерочную с ворохом нарядов, Родриго присел на кожаный диван, рядом с которым стояла коляска со сладко спящим Джеттом, и попытался успокоить расшалившиеся нервы с помощью бокала шампанского, любезно преподнесенного ему продавщицей.

Но тут он снова услышал сигнал телефона. А потом еще и еще раз.

Судя по всему, Лола спряталась в примерочной и лихорадочно набирала ответные сообщения человеку, который вызвал у нее улыбку там, на киностудии.

Родриго подошел к примерочной и резко отодвинул бархатную штору.

Лола ахнула и машинально прикрылась руками. Он быстро скользнул взглядом по ее полной груди, едва прикрытой черным кружевным бюстгальтером. Его дыхание тут же стало тяжелым, впрочем, как и все остальное.

Но потом он увидел в ее руке телефон и похолодел.

– Кому ты пишешь?

Лола убрала телефон за спину и вскинула подбородок.

– Не твое дело.

– Не мое дело? – вскинулся Родриго. – Ты моя жена.

– Жена, а не пленница.

– Дай телефон.

– Нет!

Он потянулся за телефоном и ощутил прикосновение ее мягкого тела. Когда Родриго опустил глаза и посмотрел на чувственный рот Лолы, она судорожно выдохнула и, нервно лизнув кончик рта, прикусила своими белоснежными зубами нижнюю губу. У него закружилась голова, и он чуть не потерял самообладание от охватившего его желания.

Но он подавил порыв страсти и, потянувшись руками за спину Лолы, отобрал у нее телефон.

– Ты идиот! – крикнула она.

Но Родриго не слушал ее. Он удивился, что Лола не заблокировала телефон, так что ему не пришлось требовать пароль. Он коснулся экрана и тут же увидел, с кем она переписывалась.

Это был не Сергей Морозов и не какой-то другой мужчина.

Она переписывалась с двумя женщинами, Тесс и Хейли.

Он быстро просмотрел сообщения, потом ошарашенно глянул на Лолу.

– Это всего лишь твои подруги.

– Конечно, – сердито бросила Лола, вырывая у него телефон. – А с кем, по-твоему, я общаюсь?

– Но почему ты пыталась спрятать эти сообщения от меня?

– Потому что они личные. Это мои подруги, а не твои!

Неужели она считала его настолько глупым.

– Дело не в этом.

– Ладно. Я хотела поговорить с тобой сегодня вечером. После того, как немного умаслю тебя. Но теперь черта с два!

– Ты не можешь умаслить меня, – заносчиво возразил он.

Но она только фыркнула и покачала головой. – Мои друзья встревожились, что от меня давно не было вестей. Они поехали на мою старую квартиру, и Милдред сказала, что я уехала с каким-то мужчиной.

– Не просто мужчиной. Я твой муж.

– Я еще не сказала им. Они и так в шоке. Я только сообщила, что ты мой бывший, который вернулся обратно. Они с ума сходят от любопытства. Тесс пригласила нас в следующий четверг отпраздновать вместе День благодарения. Я хочу поехать. И рассказать все при личной встрече. Ты ведь знаешь, что такое День благодарения? – преувеличенно терпеливо спросила она.

– Конечно. Это один из самых прибыльных дней в году для тех, кто работает в киноиндустрии.

Лола закатила глаза.

– А еще это время, чтобы побыть с друзьями. С семьей. Запеченная индейка и картофельное пюре. Футбол по телевизору. Это тебе о чем-нибудь говорит?

– Я знаю, что такое День благодарения, – сердито буркнул Родриго. – Моя мать была американкой.

– Значит, ты понимаешь, как важно провести этот день с людьми, которых ты любишь.

– Тут нет ничего особенного. Мои родители обычно уезжали в этот день. С… друзьями. – Его мать улетала куда-нибудь на частном самолете вместе со своим любовником, а отец или уходил с головой в работу, или преследовал ее в ярости, в зависимости от его настроения. – Но мать всегда просила нашего повара приготовить мне что-то вроде индейки. Часто это был цыпленок с шафрановым рисом.

– Ты шутишь, – потрясенно посмотрела на него Лола. – Родители оставляли тебя одного на День благодарения?

– Но я как-то выжил, – сухо ответил он.

– Ты заслуживаешь настоящего праздника.

– Значит, ты предлагаешь посетить твоих друзей в Нью-Йорке ради меня? Как благородно.

– Ладно. Я эгоистка. Я хотела повидаться с ними ради себя самой. – Лола положила ладонь ему на плечо. – Я не смогла пригласить их на нашу свадьбу, чего мне очень хотелось. Но сейчас Тесс и Стефано устраивают празднование Дня благодарения в их новом доме. Я хочу провести этот день в Нью-Йорке. С тобой, – она вскинула подбородок, – или без тебя.

На секунду Родриго потерял нить разговора, когда посмотрел на грудь Лолы.

– Ты не заберешь у меня сына на День благодарения.

– Значит, теперь он вдруг стал суперважным семейным праздником?

– Он начинает нравиться мне все больше и больше, – пробормотал Родриго, глядя на ее пухлые, чувственные губы. А потом поднял глаза. – Тесс и Стефано? Ты ведь имеешь в виду не принца Стефано Закко, миллиардера из мира моды?

– Именно.

– Ты лучшая подруга жены Закко? А что насчет второй… Хейли? Я знаю ее?

– Ты часто останавливаешься в гостиницах ее мужа, – расплылась в улыбке Лола.

Его брови поползли вверх.

– Она замужем за Кристиано Моретти? Обе твои подруги замужем за миллиардерами?

– И что с того?

– Так это к ним ты собиралась обратиться за помощью, чтобы выиграть право опеки над сыном?

– Мы заботимся друг о друге, – кивнула Лола.

Значит, она не плела интриг у него за спиной. И Сергей Морозов тут ни при чем. Все страхи Родриго оказались беспочвенными.

– Прости, что усомнился в тебе, – тихо сказал он.

– Ага. Пора бы тебе взяться за ум. Родриго, заруби себе на носу. Я никогда не предам тебя. Никогда.

Когда он услышал ее слова, в его сердце вспыхнуло что-то необыкновенное. Родриго посмотрел на ее полную грудь, а потом скользнул взглядом к ее тоненькой талии, которая переходила в округлые бедра. В зеркале за спиной Лолы он мог видеть ее почти полностью обнаженные ягодицы и тонюсенькую полосочку трусиков между ними.

– Докажи, – прошептал Родриго.

Он притянул ее к себе и набросился на ее чувственный рот. Он целовал ее до тех пор, пока она не начала отвечать ему, сначала нерешительно, а потом все более страстно.

Снаружи примерочной, в коляске, мирно посапывал их малыш, который мог проснуться. Еще сюда могла нагрянуть продавщица, чтобы предложить Родриго еще один бокал шампанского. Он понимал, что их с Лолой могут прервать в любую минуту. Но он не смог бы дождаться, пока они доберутся домой.

Он хотел ее прямо здесь и прямо сейчас.

Родриго еще плотнее задвинул бархатную штору примерочной и снова принялся осыпать жену жаркими поцелуями. Ее кожа пахла ванилью и летом и была мягкой, теплой и сладкой. Он чувствовал, как Лола дрожала от его прикосновений, когда он скользил руками по ее телу.

Она судорожно вздохнула, когда он расстегнул ее бюстгальтер и, бросив его на пол, принялся ласкать ее восхитительную грудь. Родриго пришел в такое возбуждение, словно ходил неудовлетворенным целую неделю. Удивительно, но чем больше он занимался с ней сексом, тем ненасытнее становился.

Лола перестала сдерживаться и начала пылко отвечать на его ласки, что всегда приводило его в восторг. Она никогда не пыталась скрыть свою страсть к нему, распаляя его еще больше.

Родриго понимал, что нужно поторапливаться, потому что их могли обнаружить в любую минуту.

Он скользнул ладонью к низу ее живота, а потом слегка отодвинул край ее кружевных трусиков.

Ее лоно было влажным и жарким. Родриго встал на колени и стянул ее нижнее белье. Потом он положил одну ногу Лолы себе на плечо и вдохнул мускусный запах ее сердцевины, давая ей возможность ощутить на себе его теплое дыхание.

Лола задрожала и одной рукой ухватилась за его плечо, когда он жадно ласкал ее своими губами и языком. Она сдавленно вскрикнула, прикусив губу, чтобы заглушить звук. Родриго почувствовал силу ее оргазма по тому, как она вонзила ногти в его кожу, чуть не пробив ее до крови.

Он доставил ей удовольствие, но ему хотелось дать ей еще больше. Намного больше.

Покачнувшись, Родриго поднялся на ноги и расстегнул брюки. Он обхватил Лолу за бедра, приподнял ее и, прижав к стене, одним резким движением вошел в нее.

Она была такой сладкой. Такой горячей. Родриго захлестнула волна наслаждения, и он глухо застонал.

Лола сдавленно выдохнула, крепче обхватила его бедрами и задвигалась с ним в одном ритме. И тогда он допустил ошибку, посмотрев на ее лицо.

Ее глаза были закрыты, а лицо сияло от чувственного, почти священного блаженства.

И тогда он потерял самообладание окончательно. С глухим рычанием он погружался в нее быстрыми и резкими толчками. На этот раз Лола закричала от удовольствия, не заботясь о том, что их могут услышать. Отчего Родриго буквально взорвался и излился в нее с громким стоном.

Они едва успели перевести дыхание, когда за бархатной шторой послышался сначала всхлип, а потом жалостный плач.

– На этот раз ты разбудил ребенка, – все еще обнимая ногами его за талию, с улыбкой выдохнула Лола.

– Я? – улыбнулся в ответ Родриго. – Ты кричала громче.

– По твоей вине.

Какое-то мгновение они просто нежно улыбались друг другу, оставаясь соединенными в одно целое, и Родриго вдруг ощутил, как его сердце наполнилось радостью.

Сердце.

По его спине пробежал холодок. Он резко отпустил Лолу, поставив ее на ноги, и, не глядя на нее, застегнул брюки.

– Пойду к Джетту, – пробормотал он и почти выскочил из примерочной.

Он думал о том, что его жена получила все, в чем нуждалась: его имя, его состояние и его тело. На большее пусть не рассчитывает.

Родриго не собирался влюбляться, потому что каждый раз, когда такое случалось, его предавали. Он пережил измену не один и не два, а целых три раза. И не будет наступать на те же грабли в четвертый раз.

Глава 7

Следующим вечером, когда они вошли в просторный, элегантный зал шикарного отеля на улице Гран-Виа, в самом сердце Мадрида, Лола украдкой поглядывала на своего мужа.

За последние сутки они занимались любовью целых шесть раз. После той потрясающе чувственной близости в примерочной шикарного бутика Родриго отвез ее домой, и едва они закрыли за собой дверь, как он снова набросился на нее с поцелуями.

Лола не могла понять, почему женщины изменяли ему. Хотя Пия Рамирес рассказала ей очень странную историю, которая вызвала у нее замешательство.

Она сказала, что любила Родриго. Но однажды, когда он уехал в командировку, за ней начал ухаживать один привлекательный актер. Он буквально не давал ей прохода, утверждая, что умирает от любви. Но после того, как они переспали, кто-то отправил Родриго фотографии обнаженной Пии и ее любовника.

– Я счастлива сейчас, – сказала Пия. – У меня есть муж, трое детей. Но мне до сих пор интересно, кто отправил те фотографии. И кем был тот мужчина. После случившегося он просто исчез, словно в воду канул. Но он разрушил наши отношения с Родриго.

Лола выслушала ее, но осталась при своем мнении. Она винила в случившемся Пию и не могла понять, как можно изменить такому мужчине, как Родриго.

Сегодня в этом черном смокинге, который подчеркивал его подтянутую, мускулистую фигуру, ее муж выглядел до невозможного красивым. И даже сейчас, находясь в окружении множества людей и принимая поздравления, он не сводил глаз с Лолы, одетой в облегающее красное платье с глубоким вырезом.

Он помог ей надеть его, когда они собирались на церемонию. Но потом, взглянув на нее, помог снять платье – ее заслуга. Щеки Лолы горели, когда она вспоминала о том, почему они опоздали на целых двадцать минут.

Когда они проходили через набитый битком зал, когда ужинали за главным столом, когда Лола видела, какую честь оказывают ее мужу его коллеги, она светилась от счастья, что была его женой. Особенно когда Родриго каждый раз подчеркивал, что его успех – ее заслуга.

– Это была целиком идея моей жены, – в очередной раз повторил он, когда к ним подошла какая-то пара, чтобы поздравить его. – Она должна разделить эту награду со мной. – Потом Ро-дриго повернулся к Лоле. – Я отблагодарю тебя позже, поверь мне.

Она внутренне затрепетала. Лола сомневалась, что ей когда-нибудь надоест его «благодарность».

Ее распирало от гордости, когда она смотрела, как под громкие аплодисменты ее муж поднимается на сцену. Но когда он начал свою речь, в пустующее кресло рядом с Лолой опустилась Ульрика Лунд, известный режиссер и еще одна бывшая невеста Родриго, с которой он встречался после Пии Рамирес.

– Значит, вы его жена, – без всяких вступлений бросила Ульрика.

– А вы возражаете? – чуть раздраженно ответила удивленная Лола и снова посмотрела на сцену. – Я хочу послушать выступление мужа.

– Еще бы. Он ведь рассыпается в похвалах в ваш адрес. В свое время он хвалил и меня тоже. Но все быстро закончилось. Как только я согласилась выйти за него замуж, он вдруг стал слишком занятым, чтобы видеться со мной.

– Это послужило предлогом изменить ему? – холодно спросила Лола, не сводя глаз с Родриго и желая, чтобы эта женщина поскорее ушла.

Ульрика подалась вперед и нервно застучала пальцами по столу.

– Пока Родриго не было дома, я встретила другого мужчину. Он упорно добивался моего расположения, и я не устояла. Потом кто-то прислал Родриго компрометирующие меня фотографии, что дало ему удобный повод разорвать нашу помолвку. – Ульрика вздохнула, а потом добавила: – Я больше никогда не видела того человека. Я пыталась разыскать его. Но оказалось, что он назвался чужим именем.

Холодок пробежал по спине Лолы. Точно такую историю она слышала от Пии Рамирес. Совпадение?

– Какое отношение это имеет ко мне?

– Думаю, Родриго сам все подстроил.

– Не говорите глупости, – отрезала Лола.

– Через какое-то время я поняла, – натянуто продолжила Ульрика, – что каждый раз, когда женщины подбираются к Родриго слишком близко, он бросает их. Раньше я винила себя, но потом перестала. Особенно когда увидела, чем закончились все три его помолвки. Да, он все-таки женился на вас. Но это значит, что вас ждет удар в два раза сильнее.

– Ничего такого не случится. Потому что я никогда не изменю ему!

– Мой вам совет: не стоит расслабляться. Потому что вы с ним ненадолго, – с горечью ответила Ульрика, глядя на сцену. – Он позаботится об этом.

Когда она ушла, Лола с трудом пыталась сосредоточиться на том, что происходило на сцене.

– В первую очередь я хотел бы поблагодарить свою бывшую помощницу, а теперь мою жену, за то, что стою здесь и получаю эту высокую награду, – словно сквозь туман услышала она слова мужа. – Но еще больше я благодарен ей за рождение нашего сына.

В зале раздались бурные аплодисменты, а Родриго улыбнулся и, высоко подняв золотую статуэтку, покинул сцену.

Но Лола почти не слышала его слов, потому что вдруг вспомнила незнакомца, который появился на пляже возле их дома в Калифорнии, когда Родриго улетел в Южную Америку. Тогда она не придала особого значения их встрече, но теперь, после историй, услышанных от Пии и Ульрики, ей показалось, что дело принимает дурной оборот.

Она судорожно вздохнула, пытаясь унять волнение. Нет, это неправда. Родриго не мог саботировать собственные помолвки. Зачем ему так поступать?

И тут она вспомнила его лицо, когда они вернулись домой после сегодняшней прогулки по магазинам. Он выглядел почти загнанным.

Интересно, каким на самом деле было его детство? Откуда в нем эта холодная безжалостность, скрывающаяся под маской цивилизованности?

Лола вдруг осознала, что никогда не видела ни фотографий его родителей, ни его детских снимков, ни семейных портретов. И взять хотя бы то, что отец и мать в День благодарения бросали его одного, оставляя на попечение кухарки…

Что она знала о его прошлом?

Может, подозрения Ульрики имели под собой почву?

Возможно ли такое, что Родриго мог нанять тех мужчин, чтобы они попытались соблазнить его невест и проверить, насколько они верны ему?

Или, что еще хуже, он в самом деле искал предлога, чтобы разорвать помолвки?

Ей не хотелось верить, что такое возможно. Но Лола лично столкнулась с его холодной враждебностью и безжалостностью, когда он в одну секунду вышвырнул ее из своей жизни, стоило ему увидеть ее не очень пристойные фотографии и услышать порочащую ее клевету.

И это после того, как она осмелилась признаться ему в любви.

– Ну? – присаживаясь за столик, улыбнулся ей Родриго. – Что скажешь? Как я выступил?

– Это было чудесно, – ответила Лола, пожалев, что почти не слышала его речь, потому что размышляла над словами Ульрики.

– Я говорил то, что думал. Каждое слово.

– Замечательно, – опустила глаза Лола.

Она снова подумала о том мужчине на пляже. Как он вообще мог попасть туда? Для этого пришлось бы залезть на скалу, выступающую над океаном. Но для чего?

Если только ему не заплатили.

Если только это не была его работа.

Разве трудно нанять актера, который за большие деньги сыграет хоть черта лысого?

– Лола? Ты слушаешь меня?

– Да, то есть нет, – растерялась она. – О чем ты говорил?

– Я решил, что поеду с тобой и Джеттом в Нью-Йорк на День благодарения.

– Правда? – просияла она и полезла в сумочку за телефоном. – Нужно предупредить Тесс.

Родриго наклонился к ней и заправил прядку волос ей за ушко.

– Останемся на вечеринку или поедем домой? – прошептал он.

Лоле хотелось отстраниться. Заставить свое тело молчать. Защитить свое сердце, на случай, если оправдаются самые худшие из ее страхов.

Но она не смогла.

– Домой, – не сводя с него глаз, выдохнула Лола.

– Чудесно. – Родриго коснулся ладонью ее щеки и чарующе улыбнулся. Совсем как кот, смотревший на мышку, которую держал в своих когтях.

* * *

– Ты уверен, что это здесь? – нервно спросила Лола, укачивая на руках раскапризничавшегося Джетта.

Родриго, шедший впереди с коляской, остановился и еще раз проверил номер.

– На этом пентхаус-этаже только две квартиры, – бросил он. – Так что все правильно.

Лола увидела номер на двери и почувствовала себя глупой. Хотя такое происходило сегодня с ней не в первый раз.

После пятидневной поездки в Мадрид они отправились в Нью-Йорк позже, чем планировали. Джетт всю дорогу капризничал, потому что у него резались зубки. Он плакал, не мог уснуть и весь измучился. А с ним измучились и его родители.

Этим утром они проснулись уставшими после бессонной ночи, и Родриго предложил дать малышу поспать, а самим приятно провести время в постели.

Но Лола всегда мечтала увидеть парад, который проводился в Нью-Йорке на День благодарения. Она смотрела его по телевизору вместе с матерью, а потом и вместе со своими сестрами. Лола решила, что первые новогодние праздники Джетта будут волшебными начиная с Дня благодарения.

Поэтому они все собрались и вышли на морозный воздух. Они смотрели парад с ВИП-ложи, и поначалу все было хорошо. Но так как действие затянулось, их малыш, которого она держала на руках, начал капризничать, а потом громко расплакался.

Лола почти час пыталась успокоить ребенка и так отчаянно укачивала его, что почти не заметила огромный шар, проплывший мимо них. Джетт продолжал хныкать, и она представляла, как сидящие рядом люди с осуждением смотрят на нее за то, что она притащила пятимесячного ребенка на мороз, чтобы посмотреть парад, который идет несколько часов. Лола с вызовом взглянула на глазевшего на нее человека. Она была готова крикнуть что-нибудь оскорбительное, но Родриго неожиданно потянулся к ней и забрал у нее ребенка.

– Расслабься, – спокойно сказал он, а потом посмотрел на Джетта. – Маленький мой, не лишай свою мать возможности насладиться этим зрелищем.

Со слезами на пухлых щечках малыш уставился на своего отца и открыл рот. Но что-то в звучном голосе Родриго успокоило его. Нахмурившись, Джетт махнул ручкой и принялся грызть игрушку для прорезывания зубов и рассматривать огромных надувных героев мультиков, проплывавших мимо них.

А Лола смотрела на них, сдерживая слезы.

Она столько лет мечтала увидеть своими глазами парад в Нью-Йорке, но потом с трудом могла вспомнить его. Но она навсегда запомнила, как Родриго успокоил их ребенка.

После парада они зашли в шикарный магазин детских игрушек, и Родриго, не глядя на ценники, купил для Джетта игрушек на пару тысяч долларов.

– Их доставят в Калифорнию.

– Почему не оставить их в апартаментах в Сохо?

– Наш дом в Калифорнии.

– Знаю. Но так хорошо вернуться обратно в Нью-Йорк. Тут живут мои друзья. Мои сестры.

– Мой бухгалтер сказала, что твои сестры до сих пор не обналичили чек, который ты отправила им. Они выходили с тобой на связь?

– М-м-м… Нет. Пока нет, – выдавила Лола. – Может, они заняты. Ты ведь знаешь, какими могут быть подростки…

– Они могут быть легкомысленными, но что насчет их родителей?

Лола вспомнила тот единственный раз, когда встретилась с приемными родителями Келси и Джоанны, когда семь лет назад заявилась в их дом без предупреждения. Когда девочки вцепились в свою новую мать, их отец сказал Лоле убираться ко всем чертям, а не то он вызовет полицию.

У нее до сих пор болело сердце, когда она вспоминала тот эпизод. Но с тех пор многое изменилось. Они могли бы понять, что им нечего бояться ее, и принять этот подарок. И черкнуть ей пару слов, чтобы поблагодарить, или что-то в этом роде.

Но даже чек на такую огромную сумму не вызвал у них желания поговорить с ней.

– Не знаю, что сказать. Но я обязательно достучусь до них. – Прикусив губу, Лола просительно посмотрела на Родриго. – Хотя это было бы проще, если бы мы жили в Нью-Йорке, а не в Калифорнии…

– Нет, – мрачно буркнул он.

– А ты знаешь, что этот город стал центром медиакомпаний, которые будут управлять будущим развлекательного бизнеса?

– Ты придумала это на ходу, – сдержал улыбку Родриго.

– Это может быть правдой.

Но ее муж только фыркнул и покачал головой. – Ну? – резко сказал Родриго, стоя перед дверью квартиры Тесс и ее мужа. – Ты так переживала, чтобы добраться сюда вовремя. Так чего ты ждешь?

– Ничего, – ответила Лола и потянулась к звонку, но, услышав смех за дверью, остановилась.

Зря она не сказала правду подругам. Как они отреагируют, когда увидят ее с Родриго и узнают, что она вышла замуж?

Но, по крайней мере, им не придется жаловаться, что в их шкафу будет пылиться еще одно платье подружки невесты.

Распрямив плечи, Лола решительно нажала кнопку звонка.

Через минуту дверь открылась и на пороге появилась раскрасневшаяся и сияющая от радости Тесс.

– Лола! – запищала она и, обернувшись, крикнула через плечо: – Хейли! Лола пришла!

Ее подруги немного смутились, увидев за спиной Лолы входящего в дом Родриго, который толкал перед собой пустую коляску. Они вопросительно посмотрели на нее, но она сделала вид, что ничего не заметила.

– Тесс, мне нравится твоя новая квартира, – бросила она, осматривая шикарный пентхаус с окнами величиной в два этажа и с видом на заснеженный Центральный парк. – Но где ваша мебель?

– Ждем, пока ее доставят из Италии. У нас пока есть только ключи. – Тесс повернулась и посмотрела на подошедшего к ней мужа. – Стефано хотел подождать и устроить торжество на Новый год, но…

– Но Тесс настояла на Дне благодарения, – обнимая жену, бросил Стефано.

– Новый год будем праздновать у нас! – крикнул из другой комнаты Кристиано, муж Хейли.

– Мы заказали еду из ресторана, и я знаю, вы с Хейли не расстроитесь, если нам придется сидеть на раскладных стульчиках, – сказала Тесс. – Ведь главное – это любовь, правда?

– Не могу не согласиться, – потершись носом о затылок жены, ответил Стефано. А потом его брови поползли вверх, когда он заметил Родриго, который закрывал дверцу шкафа, куда повесил их с Лолой пальто. – Кабрера? Какого черта ты тут делаешь?

– Родриго Кабрера! – всплеснув руками, воскликнула Тесс. – Я поняла, что где-то видела вас!

– Привет, Закко, – поздоровался тот со Стефано, а потом вежливо кивнул его жене. – Спасибо за приглашение на День благодарения.

Потрясенная Тесс не нашлась что ответить.

– Кто это? – вмешалась Хейли. – И почему у него коляска Джетта?

Вот он. Момент, чтобы сделать важное объявление. Лола думала, что будет чувствовать себя дерзкой и самодовольной, но испытывала одну неловкость.

– Это Родриго Кабрера. Я когда-то работала на него, когда жила в Калифорнии. Он… м-м-м… Он отец моего ребенка, – глянув на мужа, промямлила она.

– Что? – воскликнула Тесс.

– Ты серьезно? – изумилась Хейли.

– Это не единственная новость. – Лола подняла левую руку и продемонстрировала подругам кольцо с огромным бриллиантом.

Те только ахнули.

– Не могу поверить, – сказала Хейли и, схватив ее руку, принялась рассматривать кольцо.

– И мы не просто помолвлены. Мы… мы женаты.

– Вы поженились!

– Я знала! – подпрыгнув от радости, закричала Тесс и погладила Джетта по его кудрявым волосикам. – Я знала, что ты не полюбила бы плохого человека!

Лола густо покраснела и искоса глянула на Родриго. Но тот ничего не слышал, принимая поздравления от остальных мужчин.

– Почему ты не сказала нам? – с укором спросила Хейли. – Мы думали, что отец ребенка – ужасный человек, ведь ты отказывалась называть его имя. Но твой муж не кажется мне плохим.

– Он не плохой, – слегка дрожащим голосом заверила ее Лола. – Совсем не плохой. Но мы поженились только ради ребенка.

– Значит, вы не спите вместе? Щеки Лолы стали пунцовыми.

– Секс ничего не значит. Это просто преимущества брака. Он отец моего ребенка, и я уважаю его, и он мне очень нравится…

– Тесс права, – хмыкнула Хейли. – Ты безумно влюблена в него. Это написано у тебя на лице.

– Тише! – Лола сердито схватила подругу за руку. – Он услышит тебя.

– А что тут такого? – удивилась Хейли.

– Идите сюда, – озабоченно посмотрев на Лолу, сказала Тесс и, взяв у нее ребенка, повела подруг за собой. – Мы на кухне, – крикнула она мужчинам.

– Помощь нужна? – спросил ее муж.

– Нет. Мы… м-м-м… Я хочу рассказать Лоле рецепт пирога.

– Понятно. А мы пока посмотрим футбол. Мой отец присмотрит за нашими детьми.

– Ох уж эти мужчины. Никак не могут без спорта, – улыбнулась Хейли и последовала за подругами. – Лола, так что происходит между тобой и твоим мужем? – переступив порог кухни, спросила она.

– И почему ты не пригласила нас на свадьбу? – обиженно добавила Тесс. – Мы должны были быть подружками невесты. В точности как ты была подружкой на наших свадьбах.

Лоле вдруг захотелось извиниться, забрать у нее Джетта и сбежать в комнату к мужчинам, смотревшим футбол. На ее глазах выступили слезы.

– Лола? – встревожилась Хейли.

– Лола, что случилось? – забеспокоилась Тесс.

Подруги никогда не видели ее такой уязвимой. Лола всегда была сильной, и они прислушивались к ее советам, а не наоборот.

– Извините, – вытирая глаза, ответила она. – Я почти не спала эту ночь.

– Будешь кекс?

– Или, может, бокал вина?

Лола натужно рассмеялась, а потом набралась смелости и выложила им всю правду. О своем детстве, о родителях, сестрах. О том, как пыталась пробиться в Голливуде.

– Мне до сих пор стыдно.

– Расслабься, – похлопала ее по плечу Хейли. – Никто не застрахован от ошибок. Мы всего лишь люди.

– О, Лола, – покачала головой Тесс. – Я даже не представляла. Ты всегда казалась такой сильной.

– Девочки, я так давила на вас, а сама была настоящей трусихой, – вытирая слезы, улыбнулась Лола.

– О чем ты говоришь. Ты помогла нам, – возразили подруги. – А теперь мы поможем тебе, – сказала Тесс. – Ты любишь его?

– Нет, я… – Но она не смогла сказать неправду. – Я не знаю.

– Не знаешь? – переглянулись Тесс и Хейли.

– Я не могу. Однажды я уже любила его, до того, как узнала, что беременна. Но когда я призналась ему в своих чувствах, он нашел предлог, чтобы порвать со мной, и буквально вышвырнул меня из своей жизни. Родриго не верит в любовь и считает, что она не приносит ничего, кроме страданий. – Она запнулась, а потом тихо добавила: – Он был помолвлен три раза.

– Три раза? – потрясенно посмотрела на нее идеалистка Тесс.

– Но все его невесты изменили ему перед свадьбой.

– Все три?

– Мне очень жаль, что я не смогла пригласить вас на свадьбу. Но как только Родриго узнал о ребенке, он настоял, чтобы мы поженились, и немедленно. После того как он получил результат анализа ДНК, мы поехали домой, где нас ждал судья, который и поженил нас. Свидетелями были его помощница по дому и охранник.

– Он лишил тебя нормальной свадьбы? – возмутилась Тесс.

– Все было не так плохо, – едва слышно ответила Лола.

– Но я ни разу не слышала, чтобы мужчина был помолвлен три раза, – все еще не пришла в себя Хейли.

– Такое случается, – возразила Лола, вставая на защиту Родриго.

– Дорогая, но мы переживаем за тебя, – встревоженно посмотрела на нее Тесс.

– Не надо. Я веду себя глупо. – Лола вытерла остатки слез и забрала ребенка из рук подруги. – Мы с Родриго счастливы. У нас есть ребенок. Мы женаты. Мы друзья. И у нас просто фантастический секс, – криво улыбнулась она.

– Но сколько это будет продолжаться, если нет любви?

Она вспомнила совет Ульрики не расслабляться, потому что Родриго постарается найти повод, чтобы порвать с ней.

Глядя на встревоженные лица подруг, Лола вдруг ощутила настоятельную потребность выяснить, были ли эти разорванные помолвки чистой случайностью или делом рук самого Родриго.

Она уже поговорила с двумя из его невест. Оставалась третья, Элис Патель, композитор с мировым именем, которая в данный момент проживала в Лос-Анджелесе. Возможно, ее история будет абсолютно другой.

Но, так или иначе, Лола узнает правду.

Глава 8

Странно праздновать свой первый День благодарения в возрасте тридцати семи лет. Хотя все остальное казалось не менее странным.

Родриго смотрел на длинный стол, окруженный разными по размеру складными стульями, в этом роскошном, наполовину пустом пентхаусе с видом на Центральный парк. Странно было сидеть за этим столом и есть традиционный праздничный ужин из арендованной посуды и в компании большей частью незнакомых людей.

Принца Стефано он знал поверхностно, а знакомство с Кристиано Моретти сводилось к тому, что он часто останавливался в его отелях.

Родриго не помнил жену Стефано, Тесс, которая, судя по всему, работала официанткой на одной из его коктейльных вечеринок. Никогда не встречал ни Хейли, ни отца Кристиано, который только прилетел из Италии, ни двух двоюродных сестер Тесс, управляющих семейной пекарней, несмотря на столь юный возраст.

Но вместе с тем он представлял этот праздник именно таким. Ему казалось, что он снимается в каком-то фильме или рекламе про День благодарения, который собрал за столом членов семьи и друзей. Вкусно поев, Родриго расслабленно откинулся на спинку кресла и наблюдал, как Лола и ее подружки в шутку спорили, кому достанется косточка желаний.

– Она моя, – яростно вцепилась в косточку Лола.

– Нет, моя, – не сдавалась Хейли.

– Пусть достанется Лоле, – шепнула подруге Тесс. – Ей она нужнее.

Хейли тут же отпустила косточку.

– Ты выиграла.

– А почему она нужнее Лоле? – смутился Родриго и поймал быстрый взгляд жены, но только не смог разобрать, что промелькнуло в нем. Страх? Сожаление? Надежда?

– Она приносит удачу, только и всего, – пожала плечами Лола.

– Но почему тебе удача нужнее, чем остальным?

– Потому что я замужем за тобой, – ухмыльнулась она.

– А я женат на тебе, – улыбнулся ей в ответ Родриго.

– Тогда, может быть, она тебе нужнее, – протянула ему косточку Лола. – Обычно мы ждем, когда она высохнет, но я не настолько терпеливая. Хватайся за другой конец, загадывай желание и тяни.

Он так и сделал, и косточка громко хрустнула.

– И что это значит? – Родриго помахал большим кусочком косточки, оставшимся в его руке.

– Это значит, что ты выиграл, – вздохнула Лола. – А что ты загадал?

– Ничего, – честно ответил он и посмотрел на сидевших за столом. – У меня есть все, о чем можно только мечтать.

В ответ послышались возгласы одобрения и аплодисменты. Но Лола как-то странно посмотрела на него и отвела глаза. Второй раз за сегодняшний вечер.

Судя по всему, она что-то скрывала от него.

Эта мысль пронзила его, словно шипящая змея. Он уже сталкивался с секретами своих бывших невест, которые заканчивались тем, что на его столе появлялись их фотографии в постели с другими мужчинами.

Но он не мог потерять Лолу. Ни за что на свете. Они были женаты теперь. Стали семьей…

Ни одна женщина не значила для него так много, как она. Его жизнь стала лучше с того момента, когда в ней появилась Лола.

Но он видел ее тоскливую улыбку и то, как она отводила глаза. И все тепло и радость этого дня растворились без следа.

Родриго вдруг понял, что ему нужно как можно скорее узнать ее тайну. Прежде, чем станет слишком поздно.

Прежде, чем в его почтовом ящике появятся новые фотографии от анонимного отправителя.

Лола сидела на веранде пляжного ресторана и потрясенно смотрела вслед удаляющейся Элис Патель.

Хотя ее повергло в шок не то, что с третьей невестой Родриго произошла точно такая же история, как и с первыми двумя. Настойчивые ухаживания привлекательного поклонника. Ночь любви. Появление фотографий Элис вместе с любовником в постели, которые кто-то отправил ее жениху. Затем разрыв отношений.

Лолу потрясли другие слова Элис.

– Кажется, я понимаю, почему он женился на вас, – сказала бывшая невеста Родриго. – Я слышала, что вы работали его помощницей. Вы оставили работу ради него. Значит, в вашей жизни больше ничего не происходит. Вы просто можете следовать за ним повсюду. Вы его трофей. Его домашний питомец, – скривилась она. – Думаю, именно этого он ожидал от всех своих женщин. Так что, возможно, вашему браку ничего не угрожает. – Одним глотком Элис допила свой эспрессо и швырнула на стол двадцатидолларовую купюру. – Спасибо за кофе.

С этими словами она удалилась, села в свою машину и рванула с места так быстро, что за ней поднялся столб пыли.

Лола яростно забарабанила пальцами по столу. Значит, она была трофеем? Домашней собачонкой? Она подала официанту знак рукой, чтобы он принес счет, и попыталась унять сердце, готовое выскочить из груди. Лола была женой Родриго! Матерью крошечного младенца! Ее жизнь не была пустой!

Но оскорбительные слова Элис причиняли ей боль.

Она всегда гордилась тем, что работала больше и упорнее других. В точности как когда-то ее мать. У нее прекрасно получалось справляться с обязанностями помощницы влиятельного медиамагната. Она добилась успеха. А теперь Лола заправляла всем в их доме, что тоже было довольно непросто. Она…

– О, привет, – послышался чей-то голос.

Лола подняла глаза и мрачно посмотрела на высокого белокурого мужчину, остановившегося у ее столика. И тут по ее спине пробежал холодок.

– Вы не помните меня? – Сладко улыбнулся тот.

– Кто послал вас? – поднялась с места Лола. – Кто нанял вас?

– Что? – побледнел мужчина. – Никто!

– Отвечайте! – стукнула кулаком по столу Лола.

– Вы ненормальная. – Он попятился и нервно оглянулся по сторонам. – Она ненормальная!

С этими словами мужчина буквально выбежал из кафе.

– Больше никогда не приближайтесь ко мне! – крикнула ему вслед Лола.

Ее всю трясло, когда она, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих, встала на колено перед коляской, чтобы успокоить начавшего плакать Джетта. И чтобы успокоиться самой.

– Миссис Кабрера, все в порядке? Что сделал этот человек?

Она подняла голову и увидела одного из охранников Родриго.

– Лестер, что вы тут делаете?

– Босс попросил меня приглянуть за вами.

– Шпионить за мной?

– Он просто хотел… – замялся Лестер.

– Мне плевать на то, что он хотел, – отрезала Лола. – Хватит следить за мной.

Она бросила деньги на столик, схватила свою сумку и вышла из кафе, толкая перед собой коляску с Джеттом.

Ее подташнивало от волнения.

Неужели Родриго нанял какого-то смазливого актера, чтобы тот попытался соблазнить ее?

И прислал Лестера, который должен был проследить за ними и сфотографировать их вместе в постели?

Нет, это невозможно. Но ее руки ходили ходуном, когда она пристегивала ребенка в его кресло на заднем сиденье внедорожника, а потом заталкивала в багажник детскую коляску.

Лола попыталась успокоиться. Родриго уехал в Сан-Франциско и не мог знать, что она встречается сегодня в кафе с его бывшей. Хотя ему могла рассказать Марни, у которой Лола вчера брала номер телефона Элис.

Неужели Родриго пытался избавиться от нее таким мерзким способом, толкнув ее на измену?

Дома ее ждал еще один сюрприз.

Письмо из Нью-Йорка.

С громко бьющимся сердцем Лола вскрыла конверт. Оттуда выпал чек, который она отправляла сестрам, и мягко опустился на пол.

Они вернули его. Келси и Джоанна не хотели прощать ее и по-прежнему ненавидели ее…

У нее на глазах выступили слезы.

Но тут Лола заметила, что в конверте остался еще листочек бумаги. Она лихорадочно достала его и увидела письмо, написанное неровным детским почерком.

«Дорогая Лола!

Спасибо за то, что прислала нам эти деньги на учебу в колледже. Наши родители сказали, что мы не можем принять их. У нас достаточно денег, и мы не нуждаемся в благотворительности.

Но они говорят, что мы должны пригласить тебя на Рождество. И я думаю, что это чудесная идея, потому что нам явно не помешает старшая сестра. Мне надоело, как Келси вечно хвастается своими воспоминаниями о тебе, а я ничего не могу ответить ей.

Прости, что в прошлый раз я была так напугана. Но я больше не боюсь. Пожалуйста, напиши, что ты приедешь.

С уважением, Джоанна Сэндфорд».

Лола крепко прижала к груди письмо своей младшей сестры, словно это был какой-то драгоценный подарок, и по ее щекам побежали слезы.

Позже тем вечером, когда Родриго вернулся домой из командировки, он застал ее сидящей в темноте на диване.

– Привет, ты чего не спишь? – удивился он.

– Нам нужно поговорить.

– Я рад, что ты еще не легла, – улыбнулся Родриго. – Радость моя, я скучал по тебе, и мне не терпится…

– Сегодня ко мне приставал какой-то привлекательный мужчина.

– Что?

– Он вел себя довольно дружелюбно. И я бы не обратила на его флирт никакого внимания, но только он подкатывал ко мне не впервые. И, – запнулась Лола, – точно с такими же вещами сталкивались все твои невесты.

– Я в курсе, как ты провела сегодняшнее утро. Ты пила кофе с Элис Патель.

– Это Марни тебе доложила?

– Она сказала, что ты спрашивала у нее номер телефона Элис. Только я не понял, для чего.

– В Мадриде на церемонии награждения ко мне подошла Ульрика Лунд, когда ты говорил свою речь на сцене. У нее имеется очень интересная теория насчет того, почему все три твои помолвки закончились ничем.

– Потому что мне изменяли.

– Да, но почему?

– К чему ты клонишь?

– Ты нанимал мужчин, чтобы они намеренно соблазняли твоих невест?

– Ты сейчас шутишь? – уронил сумку на пол Родриго.

– Может, ты просто проверял их на верность. А может… – Высказывая свои самые тайные страхи, Лола заговорила шепотом. – Может, ты боялся влюбиться и хотел избавиться от них до того, как они подберутся к тебе слишком близко.

– Ты с ума сошла.

– Это ты подослал того человека, чтобы он флиртовал со мной? – дрожащим голосом спросила Лола. – Ты пытаешься избавиться от меня?

– Да как тебе такое могло прийти в голову? После того, как я решил доверять тебе…

– Доверять мне! Ты настолько доверяешь мне, что посылаешь Лестера шпионить за мной?

– Это было ради твоего же блага!

– Нет! – крикнула Лола. – Не моего, а твоего! Их глаза метали молнии, когда они смотрели друг на друга.

– Скажи, что это шутка, – бросил муж, схватив ее за плечи. – Ты знаешь, что я не мог опуститься до таких вещей.

– Скажи, почему каждый раз, когда кто-то становится близким тебе, ты отталкиваешь этого человека?

– Если бы ты знала моих бывших невест, ты…

– Нет, – перебила его Лола. – Все начиналось задолго до их измены. Потому что каждый раз после помолвки ты исчезал, уезжал куда-то на пару недель, а то и месяцев. И после нашей свадьбы ты тоже уехал.

Он резко отпустил ее и, подойдя к домашнему мини-бару, плеснул себе немного виски. Сделав небольшой глоток, он наконец снова повернулся к Лоле.

– Ты права. Я давно разучился доверять людям. Еще в детстве.

– Значит, все дело в твоих родителях, – прошептала она.

Родриго сделал еще один глоток виски.

– Мой отец не был моим настоящим отцом.

– Что? – ахнула Лола.

– Все детство мне казалось, что он относится ко мне с презрением. Он никогда не обнимал меня. Почти не смотрел в мою сторону. На его похоронах мать сказала, что он с самого начала знал, что я не его сын. – Его губы скривились в улыбке. – У нее был непродолжительный роман с водителем. Она постоянно изменяла Франциско и получила удовольствие, швырнув его любовь обратно ему в лицо.

– Вот почему ты настоял на тесте для установления отцовства. И вот почему потребовал, чтобы мы поженились.

– Я не хотел, чтобы мой ребенок когда-либо пережил то, что пришлось пережить мне в тот день. Да и во все остальные тоже. Я всегда мечтал о настоящей семье и настоящем доме. Но мои мечты всегда рушились. В случае с Пией, я влюбился в ее экранную роль, а не в нее саму. С Ульрикой мы все время спорили. Что до Элси, мы с ней любили наши карьеры больше, чем друг друга.

– Кстати, она просила сказать тебе спасибо за то, что порвал с ней. У нее освободилось больше времени для работы.

– В этом вся Элси. Я чувствовал то же самое. – Родриго отвернулся к окну и тихо добавил: – Может, ты и права. Возможно, я всегда знал, что они не подходят мне. И я был рад предлогу уйти.

Лола тяжело сглотнула.

– Но ты не…

– Нет, я не подталкивал их к тому, чтобы они изменили мне.

И, глядя в его глаза, она поверила ему.

– А теперь я тоже хочу кое-что спросить, – допив виски, сказал Родриго. – У тебя есть какие-то секреты от меня?

– Секреты? – нахмурилась Лола. – Я просто хотела узнать, не ты ли подстроил так, что все твои помолвки закончились ничем.

– Зачем?

– Чтобы знать, не собираешься ли ты сделать то же самое со мной, – судорожно выдохнула она.

Родриго посмотрел на нее, а потом притянул к себе и обнял.

– Лола, я никогда не предам тебя. Когда я произносил слова брачной клятвы, я был серьезен. – Он обхватил ладонями ее лицо и заглянул ей в глаза. – Любить и заботиться. До конца нашей жизни.

Ей показалось, что железные тиски, сжимавшие ее сердце, наконец расслабились.

– Я верю тебе.

Взгляд Родриго тут же потеплел.

– Правда?

– Да.

Он мягко провел руками по ее шее, опускаясь к ее плечам.

– Я купил тебе подарок на Рождество.

– Серьезно? – То, что он не имел никакого отношения к изменам своих бывших невест, уже само по себе было самым лучшим подарком для Лолы. Но муж смотрел на нее так выжидательно, что ей пришлось спросить: – И что же это такое?

– Тебе придется подождать, – улыбнулся он.

– А я получила письмо от сестер, – выпалила Лола.

– Да ты что? – Улыбка исчезла с его лица.

– Точнее, от самой младшей сестры, Джоанны. Представь, они вернули чек. Они отказались от денег! Но зато они пригласили нас на Рождество!

– Рождество? – медленно протянул Родриго. – В Нью-Йорк?

– Только представь, – радостно кивнула Лола. – Сочельник в Нью-Йорке с моими сестрами и нашими друзьями. А на следующий день Кристиано устраивает вечеринку в своем новом доме на Таймс-сквер… Что скажешь? – затараторила она.

– Это наше первое Рождество вместе. Я думал, мы проведем его здесь. Я планировал…

– Пожалуйста, – взмолилась Лола. – Ты не представляешь, как важно для меня то, что они хотят увидеться со мной.

– В самом деле, радость моя? – голосом, лишенным всяких эмоций, спросил он.

– Да, – прошептала она.

– Тогда нам, конечно, нужно ехать, – вздохнув, ответил Родриго.

Она радостно воскликнула и, встав на цыпочки, начала покрывать его лицо поцелуями.

– Ты не пожалеешь!

– Я уже рад, – улыбнулся Родриго.

Отстранившись, Лола посмотрела на мужа, и ей казалось, что ее сердце способно вместить целый мир.

И в эту секунду она поняла, что никогда не переставала любить его.

Глава 9

Лола не могла думать ни о чем другом, кроме поездки в Нью-Йорк. Они с Родриго и Джеттом должны были улететь туда завтра и оставаться там до самого Нового года.

Наконец после долгих лет разлуки она увидится со своими сестрами.

На днях Лола говорила с ними по видеочату и была потрясена тем, как они повзрослели. Она даже перекинулась парой слов с их родителями, которые теперь казались более дружелюбными.

Возможно, они расслабились, потому что больше не чувствовали угрозы с ее стороны. Лола никогда не пыталась через суд отнять у них право опеки над Келси и Джоанной. Разве она могла? Лола испытывала благодарность к ним за то, что сначала взяли опеку над девочками, а потом удочерили их и подарили им счастливую жизнь. При первой встрече с ними, семь лет назад, она невзлюбила их, потому что они показались ей заносчивыми богачами.

Но теперь она знала, что они самые обыкновенные люди. Приемный отец ее сестер работал инженером, а мать – школьным секретарем.

После этого разговора Джоанна начала присылать ей забавные фотографии их собачки Персика и настаивать, что старшей сестре тоже нужно завести собаку для Джетта.

«Но ему всего шесть месяцев», – отписала ей Лола, которую веселило проявление в сестре ее собственных диктаторских замашек.

«Джетт – мой племянник, и ему нужна собака», – решительно настаивала Джоанна.

Что ж, теперь у Джетта появились любящие тети.

Лола уже купила для них рождественские подарки, пусть не дорогостоящие, но выбранные с душой. Даже их песика ждали вкусные угощения и резиновые игрушки.

Она нашла также время для того, чтобы подписать благодарственные открытки для их с Родриго помощницы по дому и охранников, которые те получат вместе с отпускными премиальными.

Для мужа она выбирала подарок в последнюю очередь, потому что долго не могла решить, чем его удивить.

Теперь она возвращалась домой и довольно прижимала к себе блестящую синюю сумочку, внутри которой лежала маленькая коробочка с кольцом.

Наконец у Родриго появится обручальное кольцо. И когда он увидит, что она выгравировала внутри его…

– Мэм, мистер Кабрера только что прислал сообщение, что он ждет вас, – прервал ее мысли Тобиас, когда они въезжали в ворота поместья.

– Спасибо, Тобиас.

Ее сердце забилось сильнее, когда она услышала имя мужа. После их последней ссоры, состоявшейся в тот вечер, когда Родриго вернулся из командировки, он больше никуда не ездил, даже на короткое время. Он стал приходить с работы намного раньше, чего за ним никогда не замечалось. Ясное дело, Родриго хотел больше времени проводить с Джеттом.

И с ней тоже.

Каждое утро он завтракал дома – завтрак накрывали для них на террасе рядом с бассейном – и только тогда ехал на работу. Домой он возвращался к ужину, а потом помогал Лоле купать ребенка. По выходным они отправлялись втроем гулять. Ездили в Диснейленд, ходили по музеям и зоопаркам, бродили по туристическим тропам живописных холмов и даже катались на яхте на остров Каталина. Все как у обычных семей. Разве что за исключением того, что яхта была собственностью Родриго.

Но сегодня вечером он намекнул, что перед поездкой в Нью-Йорк запланировал нечто особенное.

– Это подарок не только на Рождество, – сказал муж, потершись носом о ее макушку. – Он навсегда.

Целый день Лола пыталась отгадать, что же такое он приготовил для нее.

«Пусть его сюрпризом будет признание в любви», – про себя взмолилась она, выходя из машины.

Подхватив Джетта на руки, она подошла к дому и, открыв дверь, потрясенно ахнула.

Их гостиная была завалена сотнями роз всех цветов и оттенков, а посреди нее стоял Родриго, невероятно привлекательный в своем черном смокинге и с длинной розой в руках.

– Что это? – взволнованно выдохнула Лола.

– Рождество.

– Но ведь даже еще не сочельник.

– Завтрашний вечер для семьи, а сегодняшний для нас с тобой.

– Для нас? – Ее бросило в жар. – Я думала, мы поедем сейчас за елкой.

– В каком-то смысле так и будет, – самодовольно улыбнулся он и повернулся к их помощнице по дому. – За Джеттом присмотрит миссис Ли.

– Чудесного вам вечера, миссис Кабрера, – тепло улыбнувшись, сказала женщина, забирая у нее из рук ребенка.

– Но… Куда мы собираемся?

– Иди в нашу спальню.

– Сейчас?

– Немедленно.

Войдя в спальню, Лола от неожиданности уронила свой пакет с покупками, когда увидела, что ее там ждут известный персональный стилист, одевавший кинозвезд для выходов на красную ковровую дорожку, два визажиста и один стилист-парикмахер.

Полчаса спустя, глядя на свое отражение в зеркале, Лола с трудом узнавала себя.

Ее белокурые волосы длиной почти до талии были гладко причесаны и буквально сияли. Розовое шифоновое платье без бретелек сидело на ее фигуре, как влитое, подчеркивая плавные изгибы ее тела. Черный карандаш для глаз и накладные ресницы подчеркнули вырез ее глаз, делая их взгляд еще более впечатляющим.

– Я чувствую себя Золушкой.

– Ты и внешне похожа на нее, – расплылся в улыбке стилист. – Детка, ты замужем за самым влиятельным человеком шоу-бизнеса. Этот город, этот мир – все в твоем распоряжении.

Когда Лола вернулась обратно в гостиную, Родриго восхищенно окинул ее взглядом с ног до головы.

– Дорогая, – прошептал он. – Я без ума от тебя.

– Спасибо, – засмущалась Лола.

– Я купил тебе новогодние украшения.

– Омелу?

– Мне следовало подумать о ней. Но нет. – Родриго сунул руку в карман и достал оттуда бархатную коробочку, в которой лежало восхитительное бриллиантовое колье.

– Какое красивое, – восхищенно выдохнула Лола.

– Приподними свои волосы, – хрипло попросил он.

Она послушно выполнила его просьбу и ощутила прикосновение холодного и тяжелого украшения. Когда Родриго скользнул пальцами по ее коже, застегивая колье, внутри ее полыхнуло пламя.

– Все. – Он повернул ее к себе и коснулся ладонью ее щеки. – Вот теперь ты готова.

Ее сердце рвалось из груди. Лоле хотелось признаться мужу в своих чувствах. Она открыла рот…

– Радость моя, не смотри на меня так, – хрипло рассмеялся Родриго. – Иначе я отменю все наши планы на сегодня, и мы проведем следующие двенадцать часов в постели.

– Разве это будет так ужасно?

– Нет… и да. Потому что я приготовил для тебя нечто особенное.

– Мы сегодня обменяемся подарками на Рождество?

– Возможно. Только мой подарок нельзя завернуть в бумагу. Это твое заветное желание.

Значит, он все-таки признается ей в любви. Сегодня вечером.

– Я тоже приготовила для тебя подарок, – выпалила Лола, сжимая в руках небольшую розовую сумочку, в которой лежала коробочка с обручальным кольцом для Родриго. Надпись на нем гласила: «Я люблю тебя сейчас и бесконечно».

Она накинула на плечи накидку и повернулась к мужу, а он поднес ее руку к своим губам и поцеловал.

– Сегодня вечером я хочу исполнить все твои мечты, – сказал Родриго и повел ее за собой к машине.

Когда они оказались в районе Беверли-Хиллз, у Лолы вдруг закралось подозрение.

– Куда мы едем?

Родриго покачал головой и улыбнулся, а потом свернул к подъездной дорожке, перекрытой причудливыми воротами из кованого железа.

– Зачем ты привез меня сюда? Здесь проводится какая-то вечеринка?

– Можно и так сказать.

Когда они въехали во двор, Лола увидела множество припаркованных машин на дорожке вокруг фонтана, сделанного в испанском стиле.

– Это дом твоей мечты, – выключив мотор, сказал Родриго. Потом он взял ее за руку и вложил ей в ладонь ключ. – Он твой.

– Что? – не поверила своим ушам Лола.

– Помнишь, в тот день на параде ты сказала, что однажды под Новый год была в этом доме и потом мечтала, чтобы он стал твоим и чтобы в нем стояла огромная елка с горой подарков? Он не продавался, но я сделал предложение его владельцам, от которого они не смогли отказаться, – горделиво пояснил он.

Лола посмотрела на потрясающий старинный дом, построенный звездами немого кино сотню лет тому назад и ставший своеобразной архитектурной памяткой, и на ее глазах выступили слезы.

Не потому, что муж сделал ей такой дорогой подарок, а потому, что он внимательно слушал, когда она озвучивала ему свои юношеские мечты. Он не высмеял их, а сделал так, чтобы они сбылись.

– Но зачем мы так принарядились? И почему тут так много машин?

– Подарки еще не закончились.

Лола так разволновалась, услышав его слова. Неужели Родриго пригласил сюда ее семью и друзей, чтобы перед ними признаться ей в любви?

И внезапно она поняла, что больше не может ждать.

– Родриго, я люблю тебя, – посмотрев ему в глаза, сказала она.

– Ты любишь этот дом…

– Нет. Тебя. – Она коснулась его щеки. – Не твои деньги. И не эти бриллианты. И даже не этот потрясающий дом. Я люблю тебя, – пылко заверила его Лола. Она покачала головой и улыбнулась сквозь слезы. – Наверное, я никогда не переставала любить тебя. Даже когда не осталось надежды, что мы будем вместе.

Взгляд Родриго вдруг стал непроницаемым.

– Лола…

– Я говорила тебе, что вышла за тебя только ради Джетта. Но это была ложь. Я боялась сказать правду даже себе самой. Но я больше не хочу отрицать очевидное. – Она глубоко вдохнула и прошептала: – Я люблю тебя. Только тебя. И я буду любить тебя всегда.

Неужели она говорила правду?

Родриго вдруг вспомнил, как каждая из его невест признавалась ему в чувствах с такой же искренностью, а потом, не снимая подаренного им помолвочного кольца, спала с другим.

Только дураки верили в любовь. Дураки и мазохисты. Родриго знал, чем все закончится, если он позволит Лоле любить его.

Но его сердце отчаянно рвалось к ней.

Ему хотелось верить. Ведь отношения, которые были у него с другими женщинами, не шли ни в какое сравнение с тем, что он переживал рядом с Лолой.

Но вдруг и она предаст его?

Тогда он сойдет с ума.

– Лола, тебе незачем признаваться мне в любви, – бросил Родриго. – Дом уже куплен. Можешь расслабиться.

Ее красивое лицо, светившееся от счастья, резко помрачнело.

Родриго стало не по себе. Ведь он знал, что она не притворялась и не пыталась подлизаться к нему. Она искренне верила в то, что любит его.

– Пойдем. Нас ждут гости.

– Гости? – В ее голосе послышалась надежда.

– Это часть твоего сюрприза. Вечеринка в честь новоселья.

– А кого ты пригласил?

– Всех.

– И моих сестер? И подружек?

Родриго внезапно пожалел, что ему не пришло в голову пригласить ее близких и родных.

– Нет, – тихо ответил он. – Я пригласил людей из шоу-бизнеса.

– А, – кивнула она, и ее взгляд потух окончательно.

Его сердце снова мучительно сжалось. И все эти новогодние приготовления, которыми Родриго неделями занимался вместе с Марни, и этот дом, который ему не терпелось преподнести своей жене, вдруг показались ему бессмысленной дешевкой.

Он медленно вышел из машины и, открыв дверцу со стороны Лолы, протянул руку.

– Пойдем.

Не глядя ему в глаза, она вложила дрожащую руку в его ладонь.

– Мистер Кабрера! – поспешила к ним Марни Макадам. – Вы здесь! – радостно воскликнула она, а потом глянула на Лолу: – Миссис Кабрера, надеюсь, вам понравится ваша вечеринка.

В голосе его помощницы прозвучало странное удовлетворение, которое насторожило его. Марни переживала за свою работу и, конечно же, хотела, чтобы его жена прекрасно провела время. Но все же…

Когда они вошли в огромный шикарный холл, их тут же окружила толпа гостей. Родриго пригласил самых влиятельных людей шоу-бизнеса, чтобы должным образом представить им Лолу, не в качестве своей помощницы, а в качестве жены.

Но теперь, глядя на нее, он понял свою ошибку. Родриго смотрел на высоченную, богато украшенную елку посредине холла, под которой лежала целая гора красиво завернутых подарков для Лолы и Джетта.

Пару недель он представлял, в какой восторг придет Лола, когда сбудется то, о чем она мечтала, когда появилась в этом городе в свои восемнадцать лет, сломленная и одинокая.

Но ее лицо оставалось печальным. Родриго никогда в жизни не видел ее такой беззащитной. Всего пару минут назад она плакала от счастья, признаваясь ему в любви.

И надо же было именно теперь заставить ее оказаться в центре внимания оценивающих всех и вся незнакомцев, его деловых партнеров и конкурентов. Сейчас, когда он ранил ее так сильно.

Родриго вдруг возненавидел эту дурацкую вечеринку и этот дурацкий дом. Он пожалел о своем подарке. Лучше бы они остались дома. Одни.

Вокруг них столпился народ, поднимая бокалы с шампанским и выкрикивая поздравления.

– За мистера и миссис Кабрера!

– Наши поздравления!

– С Рождеством. Пожелаем всем нам хорошей прибыли в этом сезоне!

У Лолы вдруг выступили слезы на глазах, и она прикрыла лицо.

– Прошу прощения, – бросила она и выбежала из холла.

– Лола, подожди.

Родриго кинулся было за ней, но его остановила Марни.

– Не волнуйтесь, сэр. Я присмотрю за ней.

Он не успел возразить, потому что его помощница развернулась и побежала догонять Лолу.

Родриго снова окружили люди. Они что-то говорили ему о новых фильмах, о каких-то делах. Но он не слышал их. Он думал только о том, что его жена где-то плачет одна, а он ничего не делает, чтобы утешить ее. Это было невыносимо.

Он извинился перед своими собеседниками и поспешил к выходу, но Марни перегородила ему дорогу.

– У нас непрошеный гость.

– Позаботься о нем, – отрезал Родриго. – Мне нужно найти Лолу.

– Это Сергей Морозов. И ваша жена сейчас с ним. Я видела их. Они целовались.

Марни продолжала что-то говорить, но он не слышал ее.

Онемев от потрясения, он молча обвел взглядом пышно убранный холл, толпу людей с бокалами и, шатаясь, подошел к стеклянной двери, ведущей на террасу.

Сначала он ничего не увидел, но потом земля покачнулась у него под ногами.

На другом конце террасы в полумраке стояла его жена в объятиях другого мужчины.

– Не переживай, звезда моя, – утешал ее Морозов. – Ты теперь в безопасности. Со мной.

Глава 10

Потрясенная Лола пыталась высвободиться из объятий своего бывшего босса.

Она выскочила на террасу, чтобы выплакаться, когда тот вдруг появился из темноты. Сначала она подумала, что это Родриго, и в ее сердце затеплилась надежда, но потом она узнала Сергея Морозова.

– Сергей? Как ты сюда попал?

– Что он сделал с тобой, Лоличка? – возмутился Морозов. – Посмотри на себя. Ты плачешь. Это он довел тебя до слез?

– Тебя пригласил Родриго? Вы теперь друзья?

– Друзья? – зло переспросил Сергей. – Нет. Твой муж, он прислал мне сообщение и пригласил, чтобы я приехал и забрал тебя.

– Забрал? Куда?

– От него, – фыркнул Морозов. – Я не понимаю, как он мог так быстро устать от тебя. Со мной такого не будет. Но я не стал ничего спрашивать. Я приехал. И с радостью возьму то, что мне предложили.

– Возьмешь? – попятилась к стене Лола.

– Да, – сипло ответил Сергей. – В его письме было сказано, что нас должны увидеть вместе. Тогда ты ничего не получишь после развода.

– Что? – потрясенно ахнула Лола. – Он не мог сказать этого!

Она услышала, как дверь на террасу открылась, и обрадовалась, что присутствие другого человека поможет ей остановить безумие ее бывшего босса.

– Не волнуйся, звезда моя, – сказал тот и, ухватив ее своими огромными ручищами, притянул к себе. – Теперь ты в безопасности. Со мной.

– Прекрати! – Лола вырвалась из его объятий как раз вовремя, чтобы увидеть, кто появился на террасе.

Родриго.

Бледный как полотно, он стоял и смотрел на нее.

– Нет, – выдохнула она, понимая, как он мог воспринять эту ситуацию, после всех тех предательств, которые пережил в своей жизни. – Родриго, подожди! Все не так, как ты думаешь!

Но ее муж молча развернулся и исчез в доме. За его спиной Лола заметила Марни, которая бросила на нее самодовольный взгляд и поспешила за своим боссом.

С глазами полными слез Лола бросилась в дом. Она продиралась сквозь толпу в поисках мужа, но его нигде не было. Тогда она поспешила на улицу и увидела, как он сел в машину.

– Остановись! – закричала она, выбегая на дорожку перед «феррари».

– Лола, убирайся с дороги.

– Впусти меня в машину!

Она думала, что Родриго объедет ее, но он подождал, пока она села на свое сиденье, и нажал на педаль газа.

– Пожалуйста, – прошептала Лола. – Ты ведь не думаешь…

– Что я не думаю? – огрызнулся он. – Что женщина, которая заверяла меня в своей любви, предала меня ради другого?

– Знаю, как все могло выглядеть со стороны, но я никогда…

– Я знаю, что я видел.

– Ты не прав! Сергей сказал, что кто-то прислал ему письмо от твоего имени. И пригласил его приехать и забрать меня. Практически умолял.

– Что значит «забрать» тебя?

– Но я знаю, что ты не мог поступить так отвратительно и гадко.

– Нет. Не мог, – слишком быстро пролетая поворот, бросил Родриго.

– Я тоже не могла. Потому что я люблю тебя…

– Хватит. – Он не дал ей договорить. – Признайся, это ты пригласила его.

– Как я могла? Я ничего не знала о сегодняшнем вечере!

– Может, тебе кто-то сказал.

Лола лихорадочно соображала. Если Родриго здесь ни при чем, тогда у кого были возможности и причины, чтобы отваживать от него других женщин?

И вдруг до нее дошло.

– Это Марни. Это она все подстроила.

– О чем ты?

– Марни пригласила Сергея.

– Теперь ты пытаешься обвинить в своей неверности мою помощницу? – горько рассмеялся Родриго. – Похоже, ты совсем отчаялась.

– Но это самое логичное объяснение!

– И чем она руководствовалась? – холодно спросил он.

– Марни хотела заполучить тебя для себя. Она систематически избавлялась от соперниц, которые появлялись у нее на пути.

– Это нелепо. Я знаю ее больше десяти лет.

– Вот именно.

– По-твоему, Марни заставила всех моих невест изменить мне?

– Она твоя помощница. Она имеет доступ ко всему. К твоей почте. Банковским счетам. Она могла нанять актеров и заплатить им напрямую. Она могла даже подстроить так, чтобы тебе прислали фотографии в качестве доказательства.

– И все потому, что она безумно любит меня, – с сарказмом заявил Родриго.

– А ты не считаешь странным совпадение, что ты появился на террасе именно в тот момент, когда Сергей схватил меня?

Какой-то момент Родриго смотрел на нее безучастно, а потом сузил глаза.

– Достаточно.

– Но это единственное объяснение!

– Марни Макадам преданно служила мне на протяжении многих лет. Я не позволю тебе оскорблять ее. – В его голосе послышалась угроза. – Чтобы облегчить свою участь.

– Но…

– Больше ни одного слова.

– Пожалуйста, Родриго, – еще раз попыталась она. – Подумай хорошенько. Она все подстроила…

Он резко затормозил и повернулся к ней. Его глаза метали молнии.

– Убирайся.

– Что? – потрясенно посмотрела на него Лола. – Ты не можешь так поступить.

– Ты обманула меня. – Его глаза превратились в две льдинки. – Я хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни. Навсегда.

– Ты ведь не собираешься бросить меня здесь, посреди дороги?

– Проваливай, – с ненавистью повторил он. Ее сердце разрывалось от боли, когда она медленно открыла дверь. Взяв с сиденья сумочку, она повернулась к мужу, испытывая отвращение к себе за мольбу, которая прозвучала в ее голосе, но она не могла сдержаться.

– Родриго, пожалуйста. Выслушай меня…

Но он даже не взглянул на нее. Открытая дверца выскользнула из ее рук, когда он с силой нажал на педаль газа и уехал, не сказав ни слова и не обернувшись.

Лола смотрела ему вслед и не могла поверить, что он ее бросил. Доставая из сумочки телефон, она наткнулась на коробочку с обручальным кольцом, которое хотела подарить Родриго. Прочитав надпись на нем, она закрыла лицо руками и зарыдала.

Ее муж уехал. Все потеряно.

Нет. Не все. Лола вытерла слезы и судорожно вдохнула.

У нее остался ребенок.

Дрожащей рукой она листала записную книжку телефона, пока не нашла нужный номер. Лола слушала длинные гудки и чуть снова не расплакалась, услышав, как на том конце подняли трубку.

– Пожалуйста, – прошептала она. – Пожалуйста, помогите мне.

* * *

Родриго мрачно смотрел на дорогу. Ему казалось, что внутри его образовалась пустота, поглотившая все его чувства и эмоции.

Его телефон продолжал трезвонить, но он не обращал на него внимания. Наверняка звонила Лола. Пусть сама добирается домой. У нее был телефон. Кредитные карточки. Пусть вызовет себе такси. Он бросил ее перед каким-то автосалоном, так пусть пойдет и купит себе машину, чтобы доехать домой.

Когда она приедет сюда, его уже не будет на месте.

Господи, в который раз его обманывала женщина. Только на этот раз не просто невеста.

Нет. Его предала жена. Мать его ребенка. Женщина, которую он…

Его сердце мучительно сжалось.

Остановившись на светофоре, он громко выругался, треснул кулаком по панели приборов и, повернувшись, встретил напуганный взгляд пассажиров затормозившей рядом машины. Как только зажегся зеленый свет, они умчались вперед, скрывшись в облаке пыли.

Не удивительно, что они испугались. Он наверняка выглядел как какой-то безумец. Но только правда была намного хуже.

Он был проклят. Проклят с самого детства.

Родная мать не любила его, биологический отец никогда не предъявлял прав на него, а человек, давший ему свое имя, презирал его. Родриго всю жизнь отчаянно искал того, кто полюбит его.

Но все напрасно.

Ну и пусть. Он не нуждался в любви. И в Лоле он тоже не нуждался. Он забудет ее точно так же, как остальных.

Только он не доверял другим так, как ей.

По крайней мере, раньше.

Вот почему ее измена причиняла ему боль сильнее всех остальных.

Сначала Родриго решил отобрать у нее сына через суд, но потом вспомнил свое несчастное детство в окружении нянечек и передумал. Он ограничится тем, что оставит ее без копейки денег.

Он въехал во двор дома и заглушил мотор. Взяв телефон в руки, Родриго, к своему большому удивлению, увидел, что ему названивала не Лола, а Марни.

Она, наверное, забеспокоилась, когда он уехал с вечеринки без какого-либо объяснения. Но его помощница прекрасно видела, что случилось на террасе.

Родриго безучастно посмотрел на свой дом.

Как могла Лола предать его? Как?

Она ведь призналась ему в любви. Ее слова до сих пор эхом звучали в его голове.

К его горлу подкатила тошнота. Если бы она любила его, разве стала бы тут же бросаться в объятия другого мужчины?

Неужели то, что он отказал ей в ответных чувствах, подкосило ее так сильно, что она недолго думая кинулась к Морозову?

Но Родриго прекрасно видел потрясение на ее лице, когда она впервые увидела купленный для нее дом. Она не могла знать о вечеринке.

Тогда кто позвал Морозова?

«Марни хотела заполучить тебя для себя. Она систематически избавлялась от соперниц, которые появлялись у нее на пути».

Нет. Он зло покачал головой. Милая, преданная Марни, которая верно служила ему почти пятнадцать лет? Нет, это невозможно. Он не собирался слушать отговорки Лолы и ее неправдоподобные рассказы.

Возможно, этот русский олигарх все время преследовал Лолу. Возможно, частный детектив ошибся, и эти двое тайно встречались после того, как она вышла замуж. А сегодня вечером, когда ее гордость оказалась уязвленной, она тут же позвонила Морозову…

Хотя какая разница. Родриго вошел в дом, с силой захлопнув за собой дверь. Нужно немедленно связаться со своими адвокатами. Но сначала ему хотелось увидеть сына, чтобы почувствовать, что на земле есть хотя бы один человек, которого он может любить и который отвечает ему тем же.

Но в доме было пусто и темно. По спине Родриго пополз холодок, когда он окликнул свою помощницу по дому, но ему никто не ответил.

Родриго бросился в детскую. Кроватка была пуста.

Его сын.

Быстро достав телефон, он начал лихорадочно набирать номер миссис Ли, а потом своего охранника.

Если Тобиас не ответит, он вызовет полицию… Родриго сдержал вздох облегчения, услышав голос охранника.

– Мистер Кабрера, с Джеттом все хорошо. Он здесь, в машине. Вместе со своей матерью.

У него отвисла челюсть.

– Лола с тобой?

– Да. Я везу миссис Кабреру в аэропорт. Она летит первым же рейсом в Нью-Йорк. Она позвонила мне после того, как вы бросили ее одну на обочине, – с упреком сказал Тобиас. – Это было жестоко, мистер Кабрера. Одному Богу известно, как я ненавижу свою бывшую жену, но даже я не поступил бы подобным образом.

Родриго хотел попросить, чтобы Тобиас дал трубку Лоле. Но потом он вспомнил, что сказал ей убираться из его жизни навсегда. Она никогда не простит его за то, что он бросил ее. Никогда. Даже если он захочет, чтобы она простила.

– Вам не придется увольнять меня, – продолжил его охранник. – Потому что я…

– Ты не уволен, – тяжело бросил Родриго.

– Правда?

– И ты прав, – безжизненным голосом добавил он. – Моему сыну будет лучше с его матерью. Лола знает, как любить его. А я нет. Отвези их в аэропорт. И оставьте меня в покое!

Родриго повесил трубку, схватил бутылку виски – не текилы, потому что она только напомнила бы ему о Мехико, – и начал пить прямо из горла.

Он пил весь сочельник и Рождество, чтобы хоть немного забыться.

Родриго, всегда считавший свой дом идеальным для жизни, теперь задыхался в этой пустоте, не имея за что ухватиться. Особенно после того, как приехала миссис Ли, чтобы упаковать вещи Лолы и Джетта и отправить их почтой в дом Хейли Моретти.

На следующий день после Рождества он отставил виски в сторону и заставил себя подняться. Побриться. Принять душ. Потом он пробежал почти двадцать километров вдоль пляжа, после чего отправился в боксерский зал, где дал волю своим эмоциям.

Все последующие дни он пытался сосредоточиться на работе, приказав всей команде собраться в офисе пораньше, чтобы запустить как можно больше фильмов. Если у кого-то хватало смелости пожаловаться на то, что им помешали насладиться отдыхом в кругу семьи, Родриго буквально с цепи срывался. Он не нуждался в семье и ожидал того же от других.

После обеда накануне Нового года он укрылся в своем шикарном кабинете и, уставившись в экран компьютера, маниакально читал один сценарий за другим. Пока он на работе, ему не придется возвращаться домой, где его никто не ждал.

Или думать о бумагах на развод, которые подготовили его адвокаты.

Дверь кабинета осторожно отворилась, и на пороге появилась Марни.

– Мистер Кабрера?

Он нетерпеливо махнул рукой, приглашая ее войти.

– Ты приготовила мои вещи?

– Да, сэр, – кивнула она и передала ему сумку с чистыми вещами, которую он взял с собой из дому.

– Спасибо, – буркнул он и отвернулся.

– Сэр, с вами все в порядке?

– Конечно. В отличие от своих сотрудников я не ною по поводу испорченных каникул. Вот ты, Марни, молодец. Ты никогда не жалуешься. Спасибо тебе.

– Сэр, я счастлива работать на вас. – Она положила на его стол стопку бумаг. – Я принесла новый сценарий.

Но Родриго устал. Так устал, что комната плыла у него перед глазами.

– Убери его отсюда, – выдохнул он. – Я ничего не хочу.

После того как уехала Лола, он пытался уйти с головой в работу. Родриго вложил сотни миллионов долларов в проекты, которых даже не мог вспомнить.

Половина его сотрудников грозили увольнением и высказывали мрачные подозрения насчет его умственного здоровья. Но Родриго никак не реагировал, потому что чувствовал себя изможденным и опустошенным.

Он пытался убежать от своих чувств и не думать о Лоле. Но все напрасно. Она никак не шла у него из головы. Родриго возненавидел свою работу. Свой дом. Но больше всего он возненавидел себя самого.

Потому что без жены его жизнь потеряла всякий смысл.

Ведь он любил ее.

Родриго показалось, что земля покачнулась у него под ногами, когда он осознал свои чувства к ней. Сумка с вещами выскользнула из его рук и шлепнулась на пол.

Он любил Лолу.

Все это время он пытался держать свое сердце под замком. Но он обманывал себя. Ведь в глубине души Родриго знал, что давно любил ее.

Вот почему он не встречался с другими женщинами. Его тело знало то, что отказывались признавать его ум и сердце.

А еще он не сомневался в ее искренности. Просто Родриго настолько испугался своих чувств, что, когда увидел Лолу в объятиях Морозова, обрадовался предлогу порвать с ней отношения и был готов принять худшее, только бы не оказаться беззащитным в своей любви к ней.

А вот Лола, которая тоже познала в жизни боль и потери, не поддалась страху. Она всегда была храброй. И всегда прикрывала его тылы.

Не она предала его. Нет. Это он предал ее.

– Сэр, вы в порядке? – подошла ближе Марни. – Вы выглядите не очень хорошо.

Родриго медленно повернулся к своей помощнице.

– Марни, – тихо сказал он. – Я знаю, что ты сделала.

Глаза Марни расширились за толстыми стеклами очков. Затем ее лицо расплылось в улыбке.

– Я всего лишь поступила так, как должно хорошему секретарю. Я хотела оградить своего босса от проблем.

По его спине пополз холодок. Лола оказалась права.

– Ты приложила руку к тому, чтобы все мои помолвки оказались разорваны.

– Это было совсем не сложно, – просияла Марни. – Они все с легкостью угодили в ловушку и доказали, что недостойны вас.

– Но только не Лола.

– Я подослала к ней самого лучшего порноактера. Но она прогнала его. Так что мне пришлось проявить больше изобретательности.

– Ты отправила Морозову письмо от моего имени.

– Я знала, что вы не могли хотеть жениться на ней, – помрачнела Марни. – Она не любит вас. Не так, как я. Я сделала это ради вас, – восторженно заявила она. – Я жила только ради вас. Родриго, я нужна вам. Я единственная, кто сможет защитить вас от всего. От боли. От потерь.

– Но я не хочу, чтобы меня защищали, – отрезал он. – И я никогда не хотел, чтобы ты проделывала такие вещи. Извини, Марни, но тебе придется уйти.

– Уйти! – смутилась она.

– Я люблю свою жену. Из-за тебя…

«Из-за тебя я предал ее», – чуть не сказал Родриго. Только это была неправда. В том, что произошло, была виновата не только Марни.

– Тебе придется подыскать себе другую работу и другого человека, чтобы любить.

– Нет! – воскликнула его помощница. – Я больше ничего не умею, – всхлипнула она. – Я не знаю, что мне теперь делать.

Он тоже не знал. Если бы не любовь Лолы, он мог провести остаток своей жизни, сосредоточившись только на богатстве и власти, нелюбимый и мертвый внутри и такой же одинокий, как мумия, лежащая в гробнице, полной бездушных сокровищ.

Но благодаря ей у него появился шанс измениться к лучшему.

– Ты получишь премию за свою многолетнюю службу, – сказал Родриго, поднимая с пола свою сумку с вещами. – Ты ведь понимаешь, что больше не сможешь здесь работать.

– Но что мне делать? – сквозь слезы спросила Марни.

– Не знаю. – Он подошел к двери и секунду помедлил. – Я слышал, что Сергей Морозов возвращается в Москву и он подыскивает себе новую помощницу.

Марни заморгала, похожая на крота, только что увидевшего солнце.

– Удачи, – бросил Родриго и вышел из кабинета.

Проходя по коридору, он кричал направо и налево, чтобы сотрудники расходились по домам и возвращались к своим семьям и друзьям, вызывая на их лицах радостные улыбки.

Потом он выбежал из офиса и, набрав номер своего пилота, попросил приготовить самолет.

Он сходил с ума от желания увидеть Лолу и признаться ей в любви. Сегодня вечером. До наступления Нового года.

Только бы не было слишком поздно.

Глава 11

Господи, ну почему она дала подружкам уговорить себя прийти сюда?

– Осталось всего десять минут! – воскликнула Хейли, пылко целуя своего мужа.

Они все находились в ресторане на крыше здания, которое Кристиано выкупил, чтобы переделать в еще одну шикарную гостиницу. Здесь собрались его самые близкие родственники и друзья. Все пребывали в приподнятом настроении, ожидая начала Нового года.

И только одна Лола грустила.

Она поежилась в серебристом сверкающем платье, одолженном у Хейли. Подружки встревоженно твердили, что она перестала быть похожей на себя. Даже Рождество, проведенное с ее младшими сестрами и их родителями, каким бы чудесным оно ни было, не исцелило ее разбитое сердце.

Лола тосковала по Родриго.

Она посмотрела на свою ладонь, в которой держала простое золотое колечко, которое купила для мужа. Она хотела подарить его Родриго на Рождество. И принесла кольцо с собой сюда, намереваясь выбросить его в полночь и в Новый год начать все с чистого листа.

О, если бы только он любил ее!

Лола украдкой вытерла слезы и вышла на террасу. На улице было довольно холодно, но она облегченно вздохнула, оставшись наедине со своими мыслями. Весь вечер подруги не спускали с нее глаз, пытаясь как-то развеселить, и даже сейчас, кружась в танце со своими мужьями, поглядывали на нее через окно.

Она искренне радовалась Тесс и Хейли. Они рискнули всем ради любви и выиграли.

Тогда как Лола, рискнув, потеряла все.

Ком подкатил к ее горлу.

«Хватит жалеть себя», – яростно приказала себе Лола. Ей повезло. У нее был чудесный сыночек. В ее жизнь вернулись ее младшие сестры. Ее окружали чудесные друзья. Она остановилась в просторном, уютном доме Хейли и Кристиано, где Джетт находился под присмотром их нянечки, вместе с их сыном, Джеком.

Ей даже предложили две разные работы: одну в отельном бизнесе Кристиано, другую в растущей компании Тесс, занимающейся производством модной одежды.

Лола отказалась. Она сказала друзьям, что намеревается пойти учиться в двухгодичный колледж и, может быть, даже в юридический вуз. Им пришлась по душе ее идея. Так же как и самой Лоле. А ведь это была идея Родриго.

В этом смысле он верил в Лолу так, как никто другой.

Лола глянула на кольцо, которое подарил ей Родриго. Ей следовало отослать его обратно, так же как и то колье, которое она вернула ему. Но она не нашла в себе силы снять его.

С их разводом не возникнет никаких проблем. Все детали прописаны в брачном контракте. В любой день она могла получить документы от адвокатов Родриго.

Она вздохнула и посмотрела на утопающую в праздничных огнях Таймс-сквер.

Хватит печалиться. Пора возвращаться к друзьям и притвориться веселой если не для себя, то хотя бы ради них.

Лола еще раз вытерла глаза и, натянув на лицо улыбку, повернулась к двери.

У нее перехватило дыхание и задрожали коленки, когда она увидела перед собой Родриго.

– Что ты здесь делаешь?

– Я приехал за тобой.

О боже. Он не привиделся ей. Лола могла видеть облачко пара, в который превращалось его дыхание на морозном воздухе.

Она шагнула к нему и коснулась ладонью его небритой щеки. Лола почувствовала, как Родриго задрожал от ее прикосновения.

Под его глазами пролегли тени. Словно Родриго, как и она сама, не спал всю эту неделю.

– За мной?

Он положил свою руку сверху на ее ладонь.

– Я приехал сказать, что ты была права.

– Ты имеешь в виду Марни.

– Не только ее. Ты была права насчет всего.

– О чем ты? – еще больше разволновалась Лола.

– Лола, я люблю тебя, – притянув ее к себе, сказал Родриго.

– Что? – с замиранием сердца переспросила она.

– Я всегда любил тебя. – Родриго нежно провел руками по волосам Лолы, опускаясь к ее обнаженным плечам. – Я так сильно влюбился в тебя, что это напугало меня до смерти. Потому что мне казалось, что я потеряю тебя так же, как остальных. Но теперь…

– Что теперь? – пытливо смотрела на него Лола.

– Я больше не боюсь. После того как ты уехала, все пошло наперекосяк. Без тебя моя жизнь потеряла смысл. Лола, ты все для меня. Потому что я люблю тебя. И я был таким дураком. Марни приложила руку к тому, чтобы разрушить мои отношения с другими женщинами, но я виноват не меньше.

– Ты?

– Как только они соглашались выйти за меня замуж, я терял покой, и мне хотелось куда-то убежать. Но с тобой все по-другому… Я обожаю тебя. И уважаю. Ты не просто моя возлюбленная. Ты мой друг. Мой партнер.

– Обратный отсчет начался! – До ее ушей долетел крик кого-то из гостей.

– Я хочу только одного – быть с тобой, – прошептал Родриго и крепче прижал ее к себе. – Навсегда. Навечно. Ты моя родственная душа.

«Двенадцать»…

– Знаю, я все испортил, – продолжил ее муж. – Бросил тебя там, на дороге, вышвырнул из машины только за то, что ты сказала мне правду… – Он поежился, сказав эти слова. – Ты даже не представляешь, как сильно мне хотелось вернуться обратно. И я надеюсь, что ты простишь меня. Скажи, – прошептал он, проводя ладонями по ее волосам, – как мне вернуть тебя обратно…

«Десять»…

Лола была настолько потрясена, что не могла говорить.

Родриго поник, но потом в его взгляде снова появилась решительность.

– Лола, я сделаю все, чтобы ты вернулась ко мне. Все, что угодно. Даже если мне придется отказаться от всего, чем я владею. Даже если мне придется добиваться тебя до конца моей жизни…

– Замолчи. – Дрожа, она прижала пальцы к его губам. Они казались такими мягкими и чувственными, что ее бросило в жар.

«Пять»…

– Вот мой ответ, – сказала Лола и разжала ладонь.

Родриго взволнованно взял у нее кольцо и прочитал надпись.

«Я люблю тебя сейчас и бесконечно».

Он посмотрел на Лолу и судорожно вздохнул. «Один! С Новым годом!»

С тихим рычанием Родриго притянул ее к себе и набросился на ее губы. Он целовал ее так, как никогда раньше: с искренней любовью, идущей от всего сердца. А она отвечала на его поцелуй с тем же пылом.

За спиной Лолы послышались радостные возгласы. Она прижалась щекой к груди Родриго и посмотрела на своих друзей и всех остальных гостей, смотревших на них через окно и громко аплодирующих. Хейли и Тесс лучезарно улыбнулись ей и подняли свои бокалы с шампанским, словно всегда знали, что в конечном итоге победит любовь.

Что и случилось. И не важно, какой сложной подчас могла быть жизнь, сколько горя и страданий приходилось переносить человеку, любовь всегда побеждала.

– Давай переедем в Нью-Йорк, – вдруг прошептал Родриго.

– Ты серьезно?

– А почему нет? – улыбнулся он и подмигнул. – Я слышал, что «этот город стал центром медиакомпаний, которые будут управлять будущим развлекательного бизнеса».

Лола захохотала, когда муж процитировал ее собственные слова.

– Не говоря уже о том, что мы будем жить неподалеку от наших родных и друзей.

– Ты права, – ответил Родриго и вдруг посерьезнел. – Знаешь, я понял, что то, что делает счастливой тебя, делает счастливым и меня тоже. – Он надел подаренное ею обручальное кольцо, а потом обхватил ладонями ее лицо. – Дорогая, я искал тебя всю свою жизнь, – со слезами на глазах сказал он. – И теперь, когда я нашел тебя, я никогда не отпущу тебя.

– Я люблю тебя, – сквозь слезы прошептала Лола.

– И я тебя люблю. Сейчас и бесконечно.

С этими словами Родриго прильнул к ее губам, и они начали этот новый год, их новую жизнь, с поцелуя, который она никогда не забудет.

Наконец в Нью-Йорк снова пришло лето.

Лола с Тесс и Хейли сидели в залитом солнцем саду последней и со смехом наблюдали за своими мужьями, которые громко спорили о том, как вкуснее пожарить мясо на костре.

– Надеюсь, они договорятся, – улыбнулась Хейли.

– Неплохо бы, – закивала Тесс.

– Может, нам следовало заказать пиццу, – пошутила Лола, прижимая к себе спящего Джетта.

Подруги весело захохотали, а потом спрятали улыбки, поймав подозрительные взгляды мужей.

– Кто бы мог подумать, что в нашей жизни произойдут такие перемены? Мы с вами встретились в группе помощи матерям-одиночкам, – сказала Хейли. – В это время ровно год назад я находилась в полном отчаянии и чувствовала себя как никогда одинокой.

– Не ты одна, – ответила Лола.

– А мне казалось, что у меня никогда не будет ни семьи, ни дома, о которых я мечтала больше всего на свете, – добавила Хейли.

– А я хотела любви, – мечтательно улыбнулась Тесс. – Любви, которая будет длиться вечно.

– И только я была практичной, – буркнула Лола. – В отличие от вас я знала, что миром правят деньги.

Подруги посмотрели на нее и весело рассмеялись.

– Что? – делано возмутилась Лола.

– Ты не одурачишь нас. Деньги никогда не были для тебя на первом месте. Ты тоже мечтала о семье, доме и любви, – возразила Тесс и подмигнула ей. – Но не переживай, мы никому не расскажем.

– Ладно, – улыбнулась Лола. – Вы правы.

– Девочки, вы умеете хранить секреты? – виновато глянув на мужа, вдруг перешла на шепот Хейли.

– У нас теперь нет секретов, – возразила Лола.

– Давай выкладывай, – взмолилась Тесс.

Хейли покраснела, а потом на ее лице расцвела улыбка.

– Я отказалась от вина и предпочла минералку не просто так.

– Я тоже, – выдохнула Тесс.

– И я, – чуть не подпрыгнула в кресле Лола. Они посмотрели друг на дружку широко распахнутыми глазами.

– Мы все…

– Снова беременны…

– Друзья навсегда!

И они кинулись обнимать друг дружку, смеясь и плача от радости.

Мужчины, стоявшие в другом конце сада, с недоумением посмотрели на своих жен.

– Интересно, что там происходит, – сказал Кристиано.

– И что их так обрадовало? – спросил Стефано.

А Родриго окинул взглядом цветущий сад, игравших в песочнице детей и лучившихся счастьем женщин и с улыбкой повернулся к друзьям.

– Что-то подсказывает мне, что мы скоро узнаем.

Content

Лукас Дженни В неге чувственного тумана [litres]

Дженни Лукас В неге чувственного тумана

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11