Дженика Сноу

Поднятый для альфы хвост

Глава 1

Музыка была громкой, но было приятно, когда басы отдавались по телу Ксавьера, вибрировало все внутри него, пока он не почувствовал себя свободным и расслабленным. Он вылил остатки пива и пошел за группой людей на кухню. Эти вечеринки были обычными для молодых членов его стаи, и потому, что он не был оборотнем-волком, а был из разновидности рыси, были времена, когда он чувствовал себя неуместным. Но он полагал, что многие дети, которых усыновили, чувствовали себя неуместными, будь то оборотни или люди. Ксавьер также не пропустил, как некоторые из более невежественных волков в стае смотрели на него, как будто он был каким-то отвратительным существом, потому что он был кошачьим, несмотря на то, что являлся членом их стаи всю свою жизнь.

Он прошел мимо нескольких парней, рассказывающих о всех человеческих кисках, которые они заполучили в прошлые выходные, когда выходили в город, и Ксав скривил губы. В двадцать пять лет он все еще был девственником, но это было по его выбору, и он не стыдился этого факта. Было много женщин, которые предлагали ему себя, но это было не то, кем он был. Конечно, он никому не раскрывал, что он гей, потому что, хотя большинство, но определенно не все, из его стаи относились к нему так, как если бы он был одним из них, он не знал, насколько любезно они отнесутся к его сексуальной ориентации.

— Ксав, давай выпей со мной! — Аннализа, крошечный оборотень с грязным ртом указала на него. Они выросли вместе, но там, где он был более сдержанным и более придерживался себя, она была диким ребенком, даже заставляя его делать вещи, которые были вне его зоны комфорта, но он был рад, что делал их, в конце концов. Она была не больше 45 кг, и когда он стоял рядом с ней, ростом в шесть и два футов и мускулатурой в двести фунтов[1], ему казалось, что дунув на нее один раз, он сломает ее пополам. — Иди сюда, это время шотов, или двух, или, черт возьми, давай не будем вешать номера в столь хорошее время, — Аннализа пихнула рюмку ему в грудь, чрезмерно наполненная рюмка и ее грубые действия заставили жидкость пролиться через край. — Выпей, кексик.

— Я думал, что женщины должны быть нежными и все это дерьмо. — Он дразнил ее, но Анна не была тем типом волков, которые любили называться чем-то женственным.

Девушка посмотрела на него и ударила по руке. Это было похоже на укус жука, столько силы было в ударе, но опять же ее кулак был вдвое меньше его. Он любил ее, как сестру, потому что она была первой, кто подружился с ним, когда все остальные остались в стороне, она была единственная, кому он рассказал о своей сексуальной ориентации. Он опрокинул шот и стиснул челюсть, когда огонь алкоголя скользнул по его горлу.

— Дерьмо. — Анна усмехнулась и дала ему еще один. — Ты пытаешься меня напоить?

— Да, — серьезно сказала она и опрокинула свой шот. Она хлопнула стаканом по стойке и грубо выдохнула. Слезы начали формироваться в ее глазах, но Анна стряхнула их. Ксав не мог удержаться от смеха. Она подняла бровь. — Мы найдем тебе перепихон сегодня и сорвем твою вишенку.

Он презрительно скривил губы.

— Тебе обязательно так говорить? И, кроме того, кого, черт возьми, ты знаешь в нашей стае, ну, ты знаешь? — Он чувствовал себя слабым, потому что чувствовал, что должен скрывать, кто он, но это была жизнь, и он принял это. Ксавьер не был слабым или ничтожным, и на самом деле он был одним из самых больших мужчин в стае, но это не означало, что он чувствовал себя комфортно, рассказывая кучке неандертальских волков-оборотней, что он предпочитает члены кискам.

— Всегда есть горожане.

Он отрицательно покачал головой.

— Нет, мне не нужно рыскать в поисках куска задницы, Анна. Я не так уж сильно испытываю нужду, и кроме того, нет никого, кто бы меня заинтересовал, — взгляд, который она бросила на него, был почти удивленным, и Ксав мог поклясться, что ее идеально изогнутые светлые брови достигли линии роста ее волос. У нее были маленькие веснушки на переносице, и любому, кто не знал, что она за маленький огонек, Анна могла казаться почти невинной. Он фыркнул при этой мысли, от чего у нее сузились глаза.

— Я даже не буду спрашивать, о чем ты думаешь, но мы оба знаем, что тебя интересует определенный человек, — она пошевелила бровями и улыбка растянулась на ее лице. Да, и этот кто-то был будущим Альфой их стаи, и единственным человеком, которого Ксав определенно не мог иметь по многим причинам. Как будто его мысли вызвали одного мужчину, от которого член был тверже, чем гребаная сталь, звук людей, кричащих им «ура» и смеющихся, заставил его обернуться и посмотреть, как Арсен вошел в кухню. Женщина, на которой будущий Альфа договорился жениться, следовала за ним, но в последнее время это было нормой. Она была первоклассной с*кой худшего рода, но, с другой стороны, Ксав предположил, что быть обещанным будущему Альфе может дать чьему-то эго толчок. Ее едва прикрытая грудь подпрыгивала с каждым шагом, и у нее был постоянный суженный взгляд, когда она осматривала других женщин. Эту палку определенно нужно было вытащить из ее слишком тугой задницы.

Ксавьер повернулся к большому, задумчивому будущему Альфе. В то время как у Ксавьера были светлые волосы и зеленые глаза, Арсен был противоположностью, с его черными короткими волосами, и с его яркими голубыми глазами, которые ничего не пропускали. Он всегда сканировал толпу, принимая во внимание каждую мелочь, но именно так действовал альфа, и был рожден, чтобы играть эту роль. Арсен также был самым большим гребаным мужчиной в их стае, и уже в двадцать пять он был высокого роста, особенно, когда он претендовал на трон Альфы, и его волк полностью появился. Тот факт, что он был выше и мускулистее, чем даже его отец, нынешний Альфа, заставляло людей расступаться перед Арсеном, когда он входил в комнату. Да, он выглядел чертовски хорошо, но Арсен знал это, потому что дерзкие ухмылки, которые он дарил всем, сказали Ксаву, что эти мысли проходили через голову волка. Черт, гребаный член Ксава стал мгновенно твердым, особенно, когда он посмотрел на аккуратную футболку, в которую был одет Арсен, или тот факт, что ни одна из его мышц, или сила, которой он владел, не были скрыты. Волосы на шее Ксава встали дыбом, и он поднял глаза, чтобы увидеть, как Арсен смотрит на него. Ни за что, черт возьми, волк не мог не заметить, что Ксав его рассматривал. Он не раз видел, как его будущий Альфа смотрит на него, но Арсен чертовски хорошо скрывал свои эмоции от всех… наверняка еще один альфа-трюк. Но этот взгляд был другим, и будущий Альфа не пытался ничего скрыть. Арсен хотел его, это было ясно, и это на самом деле заставило Ксава непроизвольно сделать шаг назад. Он никак не мог правильно прочитать Альфу. Ксав посмотрел на рюмки, и предположил, что алкоголь должно был испортить его и его чувства, даже если он выпил только небольшое количество.

Ксав повернулся в бок, надеясь скрыть свой стояк. Выражение лица Арсена было напряженным и полным желания. Он покачал головой и посмотрел на Анну. Девушка наблюдала за ним с понимающей ухмылкой. Ксав нуждался в большем количестве алкоголя, хотел напиться и надеялся смыть похоть, которая сгустила его кровь. Он, должно быть, подхватил желание Альфы к женщине на кухне, потому что ни в коем случае мужчина, которого он жаждал почти всю свою жизнь, не разделит одно и то же желание к нему.

— Просто дайте мне еще один шот, и сделай его двойным, — он не должен напиваться потому, что это только сделает его возбуждение более сильным, но *бать все. Ксавьер был возбужден, пристыжен и смущен. Анна передала шот с некоторой неопределенностью в выражении лица, но он не понял его. Он опрокинул рюмку в рот, и жидкий огонь потек вовнутрь, и Ксав вернул рюмку ей обратно для другого шота. С тем же успехом он мог утопить свои «печали». Анна была права. Ксаву нужно было потрахаться, но он хотел только Арсена. Может, ему стоит снять напряжение с горожанином. — Мне нужно подышать свежим воздухом.

— Хочешь, чтобы я пошла с тобой? — Анна казалась немного взволнованной, но он покачал головой и улыбнулся ей, надеясь успокоить ее. Может, она и доставляла ему неприятности, но она была хорошей подругой, лучшей на самом деле.

— Нет, продолжай быть барменом. Я просто пойду наверх. Я знаю, что у Брейдона есть балкон в одной из свободных комнат. Надеюсь, никто не трахается на нем. Мне нужно побыть одну минутку одному, подышать свежим воздухом, — он не упомянул, что ему также нужно некоторое время, чтобы его стояк уменьшился. Ксав повернулся, опустил голову, чтобы не смотреть на мужчину, которого он хотел с гребаной страстью, и направился наверх.

* * *

Арсен наблюдал, что Ксавьер опрокинул напитки так, будто они были водой, но он не вышел вперед и не сказал маленькой рыжей рыси успокоиться. Это не было его делом, неважно насколько он хотел его. Хотя называть громадного самца «маленьким» — было не совсем верным словом. Он не мог быть таким большим, как Арсен, но он был большим ублюдком, и тем, кто заставлял его кровь закипать, а его член твердеть. Арсен никогда не считал себя геем. Он трахал женщин, даже наслаждался этим, но в первый раз, когда он увидел Ксавьера как мужчину, он захотел его… отчаянно. Но Арсен хорошо скрывал свои эмоции, трюк, который мог провернуть только Альфа в стае. Арсен не мог солгать и сказать, что он не думал о том, как это быть с другим мужчиной на протяжении всей своей жизни, о том, каково было бы чувствовать мышцы напротив мышц, но это были только мысли. Честно говоря, он мог бы быть с женщиной, но он никогда не чувствовал никакой связи с ними. Женщины были отдушиной для его неконтролируемого аппетита, но он никогда не относился к ним с неуважением из-за этого. Он просто хотел отпустить, быть тем, кто он и кем он хотел быть, и не беспокоиться о том, как это повлияет на стаю. Но этого не было в его планах. Что он знал наверняка, так это то, что он хотел трахнуть Ксава жестко и быстро, потеряться в другом мужчине и послать на хрен любого, кто сказал бы ему, что это неправильно. Было слишком много раз, чтобы сосчитать, когда он дрочил, просто думая о рыси, воображая, каково это, когда задница Ксава сжимается вокруг его члена, когда он входит и выходит из него. Или каково было бы запереться внутри него, чувствовать, что мышцы затвердевают и утолщаются, когда узел набухает. Но это также не произойдет, так как запирание происходило только с парами, и он еще не нашел ее. Но даже если это была его реальность, это не значит, что он не думал об этом все время. Черт, теперь он стал твердым, и, учитывая, как Табита действовала, было ясно, что оборотень-волк, на которой он договорился жениться, потому что ее отец был главным членом Совета, думала, что это из-за нее.

Она наклонилась так близко, что только он мог слышать, и сказала:

— Арсен, если ты хочешь, чтобы я позаботилась об этом, мы можем пойти в свободную комнату, — на ней было слишком много гребаных духов, и он был раздражен тем, как она терлась грудью о его бицепс. — Я не собираюсь ждать, пока мы поженимся, — Арсен раздраженно выдохнул и двинулся мимо нее, потому что единственное, что звучало привлекательно, — была сексуальная, мускулистая рысь, от которой его кровь бежала быстрее, чем когда-либо прежде. Арсен выпил уже несколько бутылок пива и несколько шотов, и, хотя его тело гудело от выпитого, он не был так пьян, чтобы не понять, что не сможет выбросить Ксава из головы, пока, наконец, не заполучит кошку.

И, может быть, все это было для него увлечением, потому что Арсену нужно было засунуть свой член в его тугую, горячую задницу? Даже после того, как эта мысль врезалась в его мозг, он знал, что это не так. Арсен чувствовал гораздо больше, чем возбуждение от рыси. На самом деле, он много раз дрался из-за того, что какие-то придурки говорили о Ксаве, о том, что он не был частью стаи и не принадлежал этому месту. Ксав был большей частью этой стаи, чем половина волков на этой вечеринке. Он был верным и свирепым, сильным и решительным. Арсен почувствовал дискомфорт ауры, которая обычно окружала Ксава, когда какой-то придурок сказал, что он не настоящий член стаи. Арсен надрал им всем задницы, потому что да, он бы сделал это для любого другого члена своей стаи, но он чувствовал себя по-другому, ответственным за Ксава. Чертовски по-другому.

— Что случилось, Арсен? Не хочешь потрахаться в одной из свободных спален?

— Нет, на самом деле, не хочу.

— Чувак, давай выпьем с нами. — Мариус окликнул его. Арсен хотел последовать за Ксави, наблюдая за тем, как мужчина идет по коридору, но он оставался на своем месте, все еще не уверенный во многих вещах. Он взглянул на Аннализу, волчонок Ксава все время слонялся вокруг, и увидел, что она смотрит на него со странным выражением лица. Она уловила его эмоции? Он чертовски уверен, что не спрятал их. Никто не отрицал, что рысь хотел его. Черт, он был в состоянии почувствовать его запах через густой туман пролитого алкоголя, приторных духов, и секса в воздухе. Ксав был твердым, и толстая длина его члена, прижимающаяся к его джинсам, была достаточным доказательством того, что Арсен был не единственным, кто чувствовал это влечение. Чему может навредить проверка воды, и преследование этого небольшого хвостика?

— Нет, может быть позже, чувак. — Арсен провел рукой по своему лицу. Он потерялся, действительно потерялся. Альфа не мог быть с мужчиной только для того, чтобы утолить свои запретные желания. Это было бы неправильно по многим причинам. Он прошел мимо Табиты, мимо друзей и поднялся наверх. Ему не нужно было отталкивать людей с его пути, потому что толпа разошлась для него сама. Дело не в том, что они его боялись, не полностью в этом была причина, так или иначе. Будучи следующим в очереди в качестве Альфы, даже если он не собирался занимать эту должность еще несколько лет, давало ему определенную силу, которую он испускал. Это заставило всех остальных знать свое место и встать в очередь. Это было естественным порядком вещей, и так было с тех пор, как был создан их вид.

«Дерьмо». Арсен провел рукой по волосам и схватился за короткие пряди у основания черепа. На его плечах было много давления, и большая часть стаи не понимала, сколько нужно, чтобы стать Альфой или быть следующим в очереди и вести всех. Да, Арсен был еще молод, но это не значит, что у него не было много забот, много того, что связано с защитой его стаи, когда придет время, и главное не подвести их.

Он вышел на лестничную площадку наверху лестницы и направился в ванную комнату. Альфа должен был просто уйти с вечеринки, но он также не должен себе отказывать в некотором времени, чтобы успокоиться. Когда он не учился и не тренировался руководить, он изучал динамику стаи. Люди могут думать, что все, что он делал, было вечеринки и трах, но они не могли быть более далеки от истины.

Ванная комната была последней дверью справа, но он остановился, когда прошел мимо открытого дверного проема и уставился в темную комнату. Запах, который исходил из этой комнаты, был темным и пьянящим, и его полутвердый член возрос до полной эрекции. В комнате была патио двери, которые вели на балкон, и через них он мог видеть объект своего желания. Ксавьер стоял спиной к Арсену и прислонился к кованым перилам. Даже на расстоянии Арсен мог чувствовать запах сильного, мощного и мужского запаха, который был именно Ксавьера. Он также не отказал себе в удовольствии рассмотреть задницу мужчины. *бать, но она была горячей, и заполняла полностью джинсовую ткань мышечным совершенством. Все изменилось внутри Арсена, и его волк поднялся, взяв контроль и требуя, чтобы он получил то, что хотел. А то, что он хотел, это сексуальная рысь прямо там, готовая отдаться.

Войдя в комнату, Арсен тихо закрыл за собой дверь и продолжил движение в сторону балкона. Он знал момент, когда Ксав почуял его присутствие, потому что другой мужчина выпрямился и повернулся. Арсен стоял в спальне, всего в нескольких шагах от Ксава, и не скрывал своего явного желания. Его член был твердым, мучительно твердым, и все, о чем он мог думать, — была вся твердость рыси, которой тот прижмется к нему. Арсен осмотрел его широкие плечи и грудь, которую можно было ясно увидеть через его белую рубашку. Черт, он мог бы кончить, просто глядя на него. Он опустил глаза на внушительную жесткую длину, все еще прижатую к ширинке его джинсов. Да, он был большим мальчиком, и это зрелище, и знание того, что Ксав хотел его так же чертовски сильно, как и он, заставило похоть врезаться в него с такой силой, что ему пришлось опереться руками на дверную раму.

— Тебе что-то нужно, Арсен? — голос Ксава был глубоким и грубым, с легким рычанием, что заставляло его кровь бежать быстрее.

— Да, — Арсен сказал, одно слово, как звериный рык. Его волк теперь полностью контролировал ситуацию, и он почувствовал легкое смещение в теле. Его когти вышли, и клыки опустились. Он всегда знал, что есть что-то в том, как он относился к Ксаву, но, находясь так близко к нему и позволив своим эмоциям проявиться, все стало кристально чистым. Грудь Ксава поднималась и опадала быстро и сильно, натягивая материал его рубашки и обрисовывая его шесть кубиков пресса и маленький темный сосок, который Арсен мог ясно видеть. Они были машинами из плоти и костей, с возможностью изменяться и убирать своих противников, но сейчас единственное, о чем Арсен думал, — это снять штаны с Ксава.

Он наблюдал, как горло другого мужчины дернулось, когда он сглотнул, его адамово яблоко подпрыгивало и заставляло жару и похоть нестись по венам Арсена с поразительной скоростью. — Подойди сюда, Ксавьер, — он говорил очень тихо. Воздух вокруг них затих, но температура поднялась. Когда он не подошел ближе, Арсен сказал более глубоким и жестким голосом: — Иди бл*дь сюда, Ксавьер.

Ксав выпрямился и оттолкнулся от перил, но, несмотря на то, что Арсен скоро должен был стать Альфой их стаи, был намек на неповиновение. Это должно было разозлить Арсена, но вместо этого его член подпрыгнул. Ксав сделал десять шагов необходимых, чтобы добраться до него, а затем он остановился, глубоко вдохнул и выдохнул так же сильно. Да, Ксав тоже это чувствовал, и Арсен никак не мог это остановить. — Ты хочешь меня, рысь, — Ксавьер опустил голову, но не сводил глаз с Арсена. — Я чувствую твою потребность во мне…

— Я чувствую и твой запах, — голос Ксава был низким, темным, наполненным адским желанием. — Тем не менее, ты игнорировал меня до этого момента. Почему? — электричество пронеслось между ними, но, ни один из них не сделал шаг. Арсен не мог отрицать, что он держался на расстоянии, но были законы стаи, которые считали, что он должен жениться на альфа-женщине, когда поднимется по ранговой ступени, даже если он этого не хотел. Но также он хотел иметь этого мужчину, этого, который был Альфа сам по себе, но был очень покорен, чтобы все остальное покинуло его разум. Ему было насрать на законы стаи или на то, что он женится на женщине. Все, что его волновало, — это мужчина перед ним. Единственная проблема заключалась в том, что, пока Арсен продолжал вдыхать запах рыси, он не мог смириться с мыслью о том, чтобы провести с ним только одну ночь.

— Что я должен был тебе сказать? Что я хочу тебя, нуждаюсь в тебе, хочу трахнуть тебя до усрачки? — Он сделал шаг ближе и зарычал низко в горле, когда Ксав отступил назад. Рысь сразу же замер. Арсен собирался взять с Ксава все, и не было никого и ничего, что могло бы его остановить.

Глава 2

Арсен протянул руку, обвив ее вокруг шеи Ксава, и потянул его к своему лицу. Долгое время они только и делали, что пялились друг на друга, а потом волк в Арсене рявкнул и взял, что хотел. Накрыв ртом рот Ксава, он не стал медлить и нырнул языком в горячую, пряную глубину рта Ксава. Именно тогда, когда он впервые почувствовал вкус Ксавьера, он понял, что это был не просто мужчина, которого он хотел трахнуть, а его пара. Арсен оторвался и отступил на шаг. Он смотрел на другого мужчину, его губы все еще покалывало от электричества, а его разум трепетал от откровения. Альфа дышал так же тяжело, как и Ксав, и вывод на лице рыси был очевиден. Да, он, бл*дь, тоже понял правду. Все, что он чувствовал к Ксаву, теперь имело смысл. Арсен должен был развернуться и уйти, вернуться к своей идеальной и упорядоченной жизни и забыть о человеке, который был не просто человеком, а единственным человеком, рожденным быть его. Вместо этого Арсен подошел ближе, посмотрел в зеленые глаза Ксава и снова накрыл его рот губами. Их низкие стоны заполнили маленький балкон, но Арсену было все равно, услышит ли их кто-нибудь. Он хотел, чтобы звуки их удовольствия наполняли его уши, и хотел, чтобы Ксавье рычал имя Арсена, когда тот будет кончать долго и тяжело. Черт, он действительно хотел это услышать.

Ксав мгновенно зарычал, застонал и нырнул языком в рот Арсена в ответ. Он схватил пряди волос альфы-волка, сильно дернул их и прикусил нижнюю губу. Арсен хмыкнул в ответ, попробовав острый металлический аромат крови и взял его так же грубо, как эта маленькая рысь. Прижимая его к железным перилам, он прижал свою эрекцию к Ксавьеру. Они оба издавали низкие непонятные звуки глубоко в горле, но этого было недостаточно. Арсен знал, что этого никогда не будет достаточно. Прерывая поцелуй, Арсен провел своим ртом по сильной, квадратной челюсти Ксава, ему понравилось то, что тот не брился день, и его щетина терла рот, и он низко зарычал.

— Чертовски приятно, когда твоя пара прикасается к тебе, не так ли?

Ксав мурлыкал, и Арсен понял, что хочет услышать больше о том, что кошачья порода может дать.

— Черт, ты же знаешь, что это так.

Почему они не сделали этого раньше? Почему он не был настоящим мужчиной и просто не пошел за тем, что хотел, и не позволял тому, что другие могли подумать, контролировать его чувства? Он был глупцом, но больше такого не будет. Он будет делать все, что захочет, и это начнется с того, что он утвердит свою пару хорошо и жестко. Ксав прижал свою твердость к Арсену, и он знал, что больше не может ждать и разбираться с этим дерьмом. Они терли свои эрекции друг об друга, их стоны становились все более животными с каждой секундой. Независимо от того, насколько хорошо это было, он хотел, чтобы этот мужчина был сейчас под ним. Используя все свои силы, Арсен заставил себя отойти от своей второй половинки, взял его за руку и повел обратно в спальню.

Звуки вечеринки внизу и снаружи были громкими, но все это не имело значения. Он был со своей парой, он хотел его, ждал достаточно долго, чтобы взять его, и собирался облегчить их боли. На лице Ксавьера была вспышка неуверенности и какой-то другой эмоции.

— Ты слишком много думаешь. — Арсен подошел ближе, почуял неуверенность самца и нахмурил брови. — Тебе не нужно думать, просто чувствуй, что происходит между нами.

— Я… — Ксав озирался, везде и всюду, не встречаясь взглядом с Арсеном. — Это все ново для меня, и происходит очень быстро, — сердце Арсена сильно и быстро билось в груди. Его волк был прямо на гребаной грани нападения на Ксава, срывания с него одежды и погружения в его тугую задницу. Он хотел заявить права на другого мужчину, хотел, чтобы он понял, что ничто не удержит его от того, чтобы взять то, что принадлежит ему. Арсен не мог уйти от него, и он знал, что Ксавьер чувствовал то же самое. Так почему же он колеблется?

— Ты хочешь меня. Я хочу тебя. Я не понимаю, о чем тут думать, детка, — Арсен сделал еще один шаг ближе и потянулся за голову, чтобы схватить футболку сзади и стянуть ее через голову. — Я не должен был игнорировать то, что я хотел сделать с тобой, или, что я хотел быть с тобой больше, чем с кем-либо еще, — Арсен бросил материал в сторону и потянулся к пуговице на своих джинсах. Он не стал бы заставлять свою пару делать то, чего тот не хотел, но если ему нужно было немного искушения, чтобы смыть неопределенность, тогда он мог это ему предоставить. Эта мысль заставила его усмехнуться, особенно, когда Ксав посмотрел на его обнаженную грудь, а затем переместил взгляд ниже, где его член прижимался к молнии его джинсов. — Ты не можешь скрыть свое возбуждение, детка, не от меня, — Арсен расстегнул штаны, спустил их с бедер и оттолкнул в сторону. На нем не было нижнего белья, и когда он взялся за основание своего члена и начал гладить себя, он мог видеть, как стены, которые его пара возвел вокруг себя, медленно рушились. Он сделал еще один шаг и еще один, но затем Ксав поднял руку, чтобы его остановить.

— Подожди, — Ксав сглотнул, прежде чем продолжить. — Я никогда этого не делал.

Смятение поселилось в Арсене, прежде чем он предположил, о чем говорит рысь.

— Я тоже этого не делал, детка. Ты тоже мой первый мужчина. Но ты единственный, кого я захочу снова трахнуть, Ксавьер.

Рысь ненадолго закрыл глаза, и когда он открыл их снова, зеленые радужки глаз, казалось, светились.

— Ты ничего не понял. У меня никогда не было секса, — он замолчал на мгновение. — С мужчиной или женщиной, — Арсен застыл на месте, не зная, правильно ли он его услышал. — Да, ты меня правильно услышал. Я чертов девственник, — гнев Ксава поднялся, и Арсен задался вопросом, говорил ли он вслух. Его пара скривил губы, показывая дикую рысь, которая была внутри этого большого мускулистого тела, и стрела мощного возбуждения врезалась в него. Удар, который накрыл Арсена, был ударом чистого мужского удовлетворения. Его самец был свеж и нетронут. Это не имело бы значения в любом случае, потому что Арсен хотел его, независимо ни от чего, но зная, что Ксав никогда ни с кем не был, его накрыла сильная волна собственничества. Он врезался в другого самца, схватил его за волосы и дернул его голову назад, и взял его рот в жестоком поцелуе.

— Мне чертовски нравится, что я буду твоим первым, — сказал он напротив рта своей пары. Арсен крепко и долго целовал Ксава, покусывая, пощипывая и облизывая, пока аромат пролитой крови его пары не покрыл его язык. Но его пара давал столько, сколько брал, и вскоре Арсен почувствовал жало боли от укуса его кошки и вкус крови. — И мне нравится, что я буду последним, — он крепче схватил волосы Ксава и откинул его голову назад, чтобы они смотрели друг другу в глаза. — И я буду твоим последним, Ксавьер. Ни один мужчина или женщина не прикоснется к тому, что принадлежит мне. Понятно? — Его пара сузил глаза и оскалил зубы.

— Так теперь ты хочешь заклеймить меня? — Он щелкнул зубами на него, и член Арсена дернулся.

— Если бы я знал, что ты мой, я бы давно трахнул твою сладкую задницу, — Арсен опустил голову, вдохнул запах, который пропитал кожу его пары, и провел кончиком языка по мускулистой дуге горла Ксава. — И я буду твоим, детка. Я действительно трахнусь с тобой. Я не хочу никого другого, а я еще даже не трахнул тебя, но я знаю, как только мой член будет похоронен глубоко внутри твоего тела, ты затмишь всех остальных для меня. — Он укусил Ксава за горло, любя стон, вырвавшийся от другого мужчины, и толкнулся в него своим членом. Ему нужно снять эту чертову одежду с его пары, нужно почувствовать его голую кожу по всему его телу, и нужно было быть с ним самым животным образом. — Давай оставим все позади, тот факт, что мы никогда не общались друг с другом, и осознание того, что, если бы, не этот момент, мы бы, не узнали, что мы пара. Арсен поцеловал Ксавьера в шею, провел языком по соленой щетинистой плоти и снова захватил рот своей пары. — Просто скажи, что ты мой, потому что я, черт возьми, твой, — пробормотал он напротив рта Ксава.

Наконец, Ксав застонал и отпустил. В промежутках между грубыми поцелуями, остальная одежда была снята, пока их обнаженные тела не прижались друг к другу. При первом прикосновении толстой, горячей длины рыси, Арсен почувствовал первую капельку предэякулята на кончике своего члена. Протянув между ними руку, пока их языки сплетались вместе, он взял член Ксавьера и начал гладить его длинными рывками.

— Ах, бл*дь. — Арсен улыбнулся в его рот, наклонил голову и углубил поцелуй. Он переместил захват, чтобы он мог держать оба их члена в одной руке. Поглаживая твердую каменную плоть, в то же время как оба они дрожали в экстазе. Не только у Арсена тек предэякулят. Кончик члена его пары стал скользким к тому моменту, и рот Арсена заполнился слюной. Он никогда не делал ничего подобного раньше, но это было похоже на то, что он был на автопилоте, его инстинкты взяли теперь все на себя, когда его пара был с ним. Ничто другое не имело значения, и все встало на свои места.

Арсен толкнул Ксавьера на кровать, и вид жесткого мужского члена, хлопающего по его животу, и его огромных яиц, лежащих на матрасе, почти заставило Арсена кончить прямо тогда и там. Черт, он знал, что как только войдет в свою пару, то не продержится и пяти гребаных минут.

Глава 3

Ксавьер не мог поверить, что это происходит. Вот он, распластанный с голой задницей перед Арсеном. Не только это, но и то, что этот альфа-волк был его парой, и собирался претендовать на него всеми мыслимыми способами. Арсен был так же обнажен, как и он, его член длинный и толстый, твердый и блестящий с предсеменем на кончике. Ксав хотел наклонится вперед и облизать его начисто, провести языком по щелочке, пока не останется жидкости. Мало того, что он собирался иметь мужчину, о котором он фантазировал гораздо дольше, чем даже себе хотел признать, но Арсен был его, и не было ничего, что могло бы изменить это.

Его гребаная пара.

Он достаточно слышал о других оборотнях, обнаруживших, что один человек завершал их, что заставлял всех других сильно меркнуть в сравнении, знание, что это пожизненное обязательство, и его не следует воспринимать легкомысленно. Но он никогда не думал, что это случится с ним. Может быть, поэтому его так привлекал Арсен, почему он чувствовал эту невидимую связь, которая была похожа на шнур, сжимающий его член с ощутимой силой? Было много «что если», которые бродили в его мыслях, но они были не так важны, чем то, что происходило прямо сейчас. У его пары было гребаное идеально тело, за которое можно было умереть, жесткие линии, мышцы и грубая сила. Живот Арсена напрягся, и его шесть кубиков стали темными и твердыми. Этот горячий, как ад, V-образный рисунок, который вел прямо к его члену, готовому и твердому, и умоляющему о рте Ксава.

Арсен был его парой, и он собирался заняться с ним сексом. Ничто никогда не будет прежним. Ксав никогда не был таким твердым, и никогда не хотел чего-то или кого-то так сильно, как он хотел волка, что стоял перед ним. Арсен сжал основание члена, медленно двинул рукой вверх и остановился, когда добрался до кончика. Он выдавил еще одну бусинку предэякулята, и член Ксава пульсировал в нужде. Его яйца были большими под его впечатляющей длиной, и Ксав хотел лизать их, сосать эти мячи размером с гольфные. Взять их в рот, а затем сделать то же самое с его членом.

— Ты смотришь на меня так, будто хочешь попробовать меня на вкус, Ксав, — сказал Арсен низким хриплым голосом, который был скорее волком, чем человеком. Ксав облизнулся, не доверяя своему голосу. — Тогда иди сюда, пара. Пососи мой член, как будто проголодался, — он подошел ближе, и Ксав поднялся так, чтобы теперь он сидел на краю матраса. Он так много раз думал об этом моменте с Арсеном, даже дрочил на это, но никогда не думал, что его фантазии станут реальностью. Он будет сосать, разве это не каламбур слов? У него вырвался всплеск удовольствия от знания, что Арсену нравится тот факт, что он девственник во всех смыслах этого слова. Ксавьер экспериментировал с парой женщин, где это касалось поцелуев и прикосновений, но не было абсолютно никакого желания идти дальше, поэтому он просто отказался от всего этого. Но он не собирался сдаваться.

Взяв Арсена за член, он проверил длину в руке. Оборотни были естественно хорошо обеспечены, и Ксав знал достаточно, чтобы знать, что итогом секса пары становится сцепка. Основание их членов становилось еще больше, запирая их внутри своих пар, когда они кончали… узел. От одного этого слова, на кончике его члена появилась влага и он заерзал. Каково будет, если Арсен войдет в задницу, и этот твердый, толстый узел на основании его длины запрет его там, когда он достигнет кульминации? Он не знал, но он чертовски был уверен, что узнает. Ксав начал скользить рукой вверх и вниз по длине, и все внутри него сжалось. Он придвинул свое лицо ближе к эрекции Арсена, но остановился прямо перед тем, как его рот коснулся кончика волчьей длины. Запах его не был похож ни на что, что он когда-либо чувствовал: мускусный, мощный и с оттенком цитрусовых. В течение нескольких секунд все, что он делал, это смотрел на член перед ним, желая этого так чертовски ужасно сильно, но и чувствовал опасения. Арсен схватил его за короткие волосы на затылке и дернул за пряди, пока Ксав не был вынужден посмотреть ему в лицо. Его пара оскалил зубы, и изысканные феромоны, которые исходили от волка, заставляли его опьянеть от желания.

— Кончай думать, мать твою. Я твоя пара, стоящий прямо перед тобой, и мы оба знаем, что ты хочешь сосать мой член, — Арсен наклонился так, чтобы их рты были в сантиметрах друг от друга. — Так что начинай его сосать, черт возьми.

Альфа, который изливался из Арсена, настучал бы кому угодно по заднице и вызвал бы у них дозу страха, но все, что он сделал Ксаву, это вызвал у него еще больше возбуждения. Ксавьер всегда думал, что он доминирующий мужчина, и он им был, но когда дело дошло до того, чтобы быть парой будущему Альфе, он был уверен, что его контроль пошел на х*й. Открыв рот и делая именно то, в чем они оба отчаянно нуждались, он всосал головку, обведя языком вдоль выпуклой головки и попробовав соленую предварительную сперму, которая полилась из кончика. Стон вырвался у Арсена, что подпитало его собственное удовольствие, чтобы взять его глубже. Арсен неимоверно хорош. Инстинкт просто взял верх, и он начал двигать головой вверх и вниз по длине, пытаясь получить как можно больше в рот, но он не мог принять всю длину. Кажется, у Арсена были другие планы.

— Ты, бл*дь, возьмешь все до самой глотки, пара, — он прорычал последнее слово и только на секунду сжал руку в волосах Ксава, прежде чем толкнуть бедра дальше в его рот. Когда кончик его эрекции попал в горло, рвотный рефлекс Ксава поднялся. — Да, это он. Это то, что говорит, что ты принял его. — Арсен обхватил каждую сторону головы и начал трахать его в рот. Его член скользил между его губами быстро и гладко, и собравшаяся слюна Ксава и струи Арсена, наполняющие его рот предварительной спермой, получили жидкость, сочащуюся вниз по подбородку Ксава и капающую на грудь. Было очень горячо, и именно тогда, когда он почувствовал, что пульс этого неуловимого узла начинает формироваться у основания эрекции Арсена, он был отброшен назад с достаточной силой, чтобы его спина отскочила от матраса один раз. — Ложись на живот, Ксав.

Голос Арсена был глубоким и резким, словно битое стекло скользило по его коже. Сердце Ксава колотилось так сильно, что казалось, будто оно прорвется прямо через его грудную клетку. Переместившись в положение, которое хотел его будущий Альфа, его задница была видна в идеальном виде. В течение нескольких долгих секунд ничего не было сказано, не было сделано никакого движения, и даже воздух, казалось, замер. Взгляд через плечо показал, что взгляд Арсена застыл на его заднице. Он гладил себя жесткими, но томными движениями.

— Ты слишком много думаешь. — Ксав бросил назад слова Арсена, и волк медленно поднял глаза на него. Появилась вспышка его волка, и улыбка, которую он дал Ксаву, была хищной по своей природе.

— Единственное, о чем я думаю, это как сильно и глубоко я планирую трахнуть твою задницу. — Ксав не мог сдержать стон, который вырвался у него. Но вместо того, чтобы Арсен приблизился, он повернулся и пошел в ванную, которая была соединена с комнатой. Повернувшись к нему спиной, Ксав получил восхитительный вид на его твердую, мускулистую задницу, его узкие бедра и широкие плечи. Покрывала всю их ширину татуировка племенного волка, та, что все Альфы набивали себе на плоть, когда достигали совершеннолетия. Линии были темными, острыми, и было похоже на то, что животное смотрело прямо на него, взывая к Ксаву на первобытном уровне. Арсену потребовалась всего минута, чтобы получить то, зачем он туда пошел, но он остановился еще раз, полез в карман штанов на полу и схватил презерватив. Когда он, наконец, вернулся к Ксаву, он все еще был сильно тверд, предсемя все еще просачивалось с кончика, и в его глазах был все тот же животный взгляд, который говорил, что Ксав был жертвой, и он собирался атаковать. Арсен поднял презерватив в одной руке и смазку в другой, и криво ухмыльнулся.

— Ты никогда не делал этого раньше? — Арсен покачал головой, и Ксав был потрясен, что для мужчины, который утверждал, что никогда не трахал другого мужчину, Арсен был готов. Прямо сейчас он чувствовал себя пьяным, но это также связано с тем, что запах Арсена пропитал комнату.

Арсен нахмурился и сказал:

— Теперь встань, на свои чертовы руки и колени, и дай мне увидеть задницу, которая теперь принадлежит мне.

«Твою мать». Как только Ксав принял положение, все его тело задрожало от предвкушения, волнения и небольшого трепета. Звук открываемого презерватива, а затем кряхтения Арсена, когда он, без сомнения, натянул этот кусок резины вниз по его члену, врезался в Ксава с такой силой, что его руки почти согнулись. Он ожидал ощутить холод смазки, но вместо этого он ощущал теплое, влажное дыхание Арсена вдоль половинок задницы.

— Ты понятия не имеешь, сколько раз я думал о том, чтобы раздвинуть твою задницу и полизать дырочку. — Воздух вырвался из легких Ксава со свистом, и он закрыл глаза при первом ощущении Арсена, скользящего ртом взад и вперед по его пояснице.

— Ух. — Ксав напрягся, когда Арсен схватил его яйца в одну большую руку и покатал их в ладони. После нескольких секунд заполненных агонией и экстазом, пока Арсен играл с ним, его пара отпустил его яйца и сжал его член. Вверх и вниз он погладил по длине, делая его тверже и скользким на кончике. Он провел пальцем по щели на головке его члена, распространяя предварительную сперму, пока Ксав не хрюкнул от удовольствия, а затем переместил лицо вниз, чтобы его теплое дыхание теперь было прямо над его яйцами. Сдавленный стон покинул его рот, когда волк засосал их в рот, а затем отпустил с громким хлопком. Рысь Ксава была прямо на поверхности, мурлыча и царапаясь, шипела и потиралась об его кожу в надежде выйти. Ксав хотел взять волка и показать ему, что он тоже Альфа, но ему слишком нравилось то, что происходило, и отказ от власти ощущался чертовски ох*ительно.

— Господи, твоя гребаная кожа соленая и сладкая, — Арсен накрыл спину Ксава грудью и резко прошептал ему на ухо. — И я так чертовски тверд, что мог бы забивать гвозди в сталь прямо сейчас.

— Просто сделай это уже, — Ксав посмотрел через плечо, прижимая свою задницу к члену Арсена, и оскалил зубы на свою пару. — Трахни меня, волк. — Арсен схватил затылок и сжал пальцами плоть, пока жало боли не пронзило Ксава. Он наклонился поближе, чтобы они были нос к носу, и оскалил свои зубы. Арсен уже терял контроль, и это было видно по клыкам, которые он показывал Ксаву.

— Осторожнее с этим, пара. Я едва держусь, — он притронулся к сжатым губам Ксава.

— Я тоже, бл*дь, еле держусь. Так что если ты собираешься трахнуть меня, то сделай это, — Арсен в ответ тихо зарычал, сжал пальцами затылок, но, в конце концов, откинулся назад.

— Я трахну тебя, когда буду в порядке и готов. Прямо сейчас, что я хочу сделать — требует моего рта, а не члена. — Ксав не ответил, потому что на самом деле этот рывок и доминирование перевернули все в нем. Арсен хлопнул ладонью по правому полушарию задницы Ксава, а затем по левому. Звук удара кожи об кожу, отскочил эхом от стен, но эхо не прекращалось, потому что Арсен продолжал шлепать его снова и снова. Кровь хлынула на поверхность его плоти от эротического надругательства, и, хотя Арсен не был нежен, и вкладывал свою силу в каждый удар, он чувствовал и боль, и наслаждение — все на одном дыхании. — Вот и все. Тебе нравится то, что я с тобой делаю. Тебе нравится все, что я делаю, и ты хочешь большего, не так ли, детка? — Ксав не ответил достаточно быстро, поэтому Арсен шлепнул его по заднице еще сильнее, заставляя гортанно зарычать их обоих.

— Ты знаешь, что мне это нравится. Отставь садистского ублюдка и трахни меня.

Арсен тяжело дышал, его пристальный взгляд впился в него.

— Возможно, я садист, а ты мазохист. — Он снова шлепнул его по заднице, как будто закрепляя свои последние слова. В следующую секунду он раздвинул ягодицы Ксава, опустил лицо к открывшемуся отверстию и медленно высунул язык. Он продолжал смотреть на него, но Ксав не смог удержать глаза открытыми, когда Арсен начал лизать его анус, крутя языком вокруг тугой дырочки прямо перед тем, как он толкнулся в нее.

— Бл*дь, — Ксав сжал пальцы в простынях, потянул за материал, когда Арсен начал засовывать в него язык, и вонзил когти в его плоть. Утром у него будут синяки и царапины, но он хотел, чтобы его пометил мужчина, хотел доказательство того, что они сделали, когда он посмотрит в зеркало. И Ксав хотел оставить те же самые жестокие следы на Арсене. Затем Арсен перестал лизать и трахать его ртом, к разочарованию Ксава. Арсен отошел всего на секунду, и когда жар его тела снова проник в тело Ксава, он знал, что должно было произойти. Волк развел попку одной рукой, а потом первые холодные капли смазки капнули на складку и покрыли его дырочку. После того, как его задница была хорошо подготовлена, Арсен прижал толстый кончик его эрекции к открытой задницы Ксава.

— Боже, я собираюсь оттрахать тебя так хорошо и сильно, детка, что у тебя не будет сомнений в том, что ты мой. — Вся эта ситуация была спонтанной, безумной, но настолько чертовски правильной, что она казалась сюрреалистической. Медленно Арсен начал толкаться в задницу Ксава.

Он стиснул зубы, когда дискомфорт сбил его дыхание, но он также чувствовал себя так чертовски хорошо, это было ясно по пятну предварительной спермы, что сочилась из его члена и капала длинными, липкими струнами на кровать. Его пара толкнулся в него еще на дюйм, растягивая его, требуя его и заставляя Ксава понять, что он никогда не будет прежним после этого.

— Это так чертовски хорошо, Ксавьер.

Укол когтей Арсена, впивающихся в его кожу на талии, сводил его с ума от вожделения. Боль смешалась с удовольствием, пока одна волна вожделения не начала непрерывно накатывать внутри него. Арсен входил и входил, пока наконец не вошел полностью. Ксав зарычал низко в горло, когда Арсен шлепнул его по яйцам, посылая ударную волну возбуждения прямо по длине его члена. Их плоть была скользкой от пота, и его пара возвышался своим огромным телом над ним и начал толкаться взад и вперед, скользя вовнутрь и из его задницы, со временем медленно увеличивая скорость.

— Трахать меня, — Ксав не скрывал, что его животное было прямо на поверхности, рычало и царапалось, чтобы его признали. Арсен должно быть почувствовал это, потому что издал свой собственный рев. Но, прежде чем все стало слишком интенсивно, Арсен вышел из него. Они оба проворчали, и Ксав резко посмотрел на Арсена. — Какого хрена?

Арсен не ответил, просто посмотрел в глаза Ксава и сквозь стиснутые зубы сказал:

— Детка, мне нужно почувствовать тебя голым. — Капелька пота упала с волос Арсена. — Я всегда защищался, детка, но я должен чувствовать, что ты рядом со мной. Скажи мне, что все в порядке, Ксав. Скажи мне, что ты тоже этого хочешь. — Ксав был невероятно возбужден. Но сама мысль о том, что между ним и его парой ничего не будет, была сенсорной перегрузкой.

— Я хочу всего тебя, Арсен. — Его пара издал низкий рык, а затем он скользнул обратно в его задницу. Их яйца ударились друг об друга, и Ксав потянулся вниз по своему телу, чтобы взять свой член и подрочить себе, но Арсен оттолкнул его руку и схватил сам его член, гладя его, пока Ксав не почувствовал, что его надвигающийся оргазм вырывается на поверхность. Он трахал его основательно и медленно, удерживая движения устойчивыми и держа Ксава прямо на грани оргазма, но не позволяя ее переступать. Но когда удовольствие, наконец, собиралось взорваться и искупать матрас под ним его спермой, Арсен вышел. Прежде чем он успел проклясть волка, его пара перевернул его на спину, положил руки на бедра и толкнул ноги Ксава вверх, пока колени не уперлись в грудь. Член снова вошел в него одним медленным, доводящим до инсульта, движением так, что оба они застонали в унисон.

— Вот так, детка, — Арсен начал медленно двигаться. — Трогай себя. Жестче гладь этот большой член, пока ты не кончишь на весь этот прекрасный пресс, — он действительно начал резко входить в него, сжимая его бедра до синяков, пока смотрел, как собственный член скользит в задницу Ксава. Внутренние мышцы Ксава сжались вокруг него, от чего мужчина взревел и стал работать бедрами все быстрее и сильнее, толкаясь в него, как будто он был проклятой машиной. — Выдои его, детка, выдои мой член, как будто ты умрешь за мою сперму.

Черт возьми, Арсен был грязным болтуном в постели. Ксаву понравилось это, и он хотел большего. Он взял себя в руку и начал дрочить. Проводя ладонью вверх и вниз по своей эрекции, скользкой от жидкости, стекающей с его кончика, делая его движения скользкими. Он был так близок, что его живот напрягся. Прямо перед тем, как он проревел, что вот-вот взорвется и кончит себе на грудь, Арсен радостно рыкнул.

— Вот так, Ксав. — Он врезался в него раз, два, а на третий раз застонал. — Кончи за мной. — Клыки Ксава вышли на полную длину, но, когда он посмотрел на Арсена, он увидел ту же дикую потребность, отраженную в его глазах. В то же время Арсен двинулся в сторону шеи Ксава, он сделал то же самое со своей парой. Прямо когда Ксав был на пике оргазма, он впился зубами в Арсена и застонал, когда его пара сделал то же самое с его горлом. Они были связаны всеми возможными способами. Ксавьер отстранился, от маленькой ранки и почувствовал, что Арсен сделал то же самое. Он откинул голову назад, почувствовав, что все сухожилия и шея натянулись от усилия, и кончил сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Его оргазм продолжался и продолжался, и когда он услышал, как Арсен выдохнул, что он хочет, чтобы Ксав открыл глаза и посмотрел на него, он должен был найти в себе силы сделать именно это. Но Бог был доволен им, потому что он нашел в себе силы сделать это. Арсен был над ним, его руки были прямо у его головы, его бицепсы сгибались, и его шесть кубиков терлись об его пресс, пока он кончал с такой силой, что его волк мелькнул на его лице. Капельки его пота упали на грудь Ксаву, и он откинулся и языком прошелся по одной из упавших капель.

— Бл*дь, детка, бл*дь, я кончаю. — Низкий рык, который исходил от Арсена, был полностью волчьим. Этот узел у основания члена его пары начал набухать, запирая его на месте, когда он тяжело кончил. Он дергал бедрами, не в состоянии делать полные движения из-за соединявшего их узла, но удовольствие все не кончалось. Сперма Ксава была разбрызгана по всей груди, охлаждаясь на его перегретом теле. Все это время он смотрел в лицо Арсена, чувствовал, как мощные струи его горячей спермы наполняют его, и его член утолщается до боли внутри него. Все, о чем мог думать Ксав, это то, что он хотел большего.

Потребовалось несколько минут, чтобы узел уменьшился в отеке, и когда он, наконец, уменьшался, Арсен откатился, со вздохом выйдя из него. Они лежали бок о бок, тяжело дыша, и ни один из них ничего не сказал. Несмотря на то, что казалось, что все может стать немного неловко, потому как они напали друг на друга в плотской, жестокой манере, не было ничего, кроме уютной тишины.

— Что теперь? — хотя Ксавьер был более спокойным, он не собирался кричать по всей округе по этому поводу. Он приподнялся и облокотился на локти. Глядя на Арсена, который лежал голый во всей красе, его мягкий член, все еще впечатляющего размера, лежал на бедре с пятном смазки и спермы, рука лежала на глазах, Ксав ничего не мог поделать с тем, что что-то сжалось в его груди. Мужчина был великолепен без слов, но дело было не только в физическом аспекте. Он наблюдал за Арсеном издалека, в течение многих лет, и хотя он не мог сказать, что любит мужчину, или даже имел глубокую привязанность к нему, Ксав заботился о нем. Они также были парой, что заставляло его чувства формироваться и скручиваться во что-то мистическое и время от времени это сбивало с толку. Они выросли в одной стае, ходили в одну школу, и насколько Ксав помнил, он всегда желал Арсена. Теперь все стало понятно, почему его так тянуло к другому мужчине. Возможно, это не началось с сексуального характера, но он всегда что-то чувствовал к этому мужчине. Арсен, должно быть, почувствовал его взгляд, потому что он опустил руку и повернул голову, чтобы посмотреть на него. Несколько долгих мгновений никто ничего не говорил, и затем Арсен, наконец, поднялся, садясь.

— Теперь мы начинаем с самого начала. — Ксав не был уверен, что имел в виду Арсен, но тот не заставил его долго задаваться вопросом. — Ты моя пара, Ксав, тот, кто был создан для меня всеми мыслимыми способами. — Арсен позволил своим глазам путешествовать вверх и вниз по его телу, прежде чем вернуться назад к его глазам. — Мне потребовался только один поцелуй, одно прикосновение, чтобы понять, кто ты для меня, и нет никакого гребаного способа, чтобы все это было только на одну ночь. И я ни за что не позволю тебе уйти от меня или от того, что между нами. — Прежде чем он успел ответить, Арсен наклонился и поцеловал длинным, медленным и дразнящим поцелуем в губы. — Позволь мне привести тебя и себя в порядок, а потом я бы хотел уйти с вечеринки, отвезти тебя к себе домой и трахать тебя, пока не взойдет солнце, — он наклонился и поцеловал его снова. Арсен встал, но Ксав протянул руку и схватил его за запястье.

— Знаешь, Альфа и Совет, вероятно, не будут этим довольны.

Улыбка, которую Арсен подарил Ксаву, была заверением.

— Детка, ничто и никто не удержит меня от тебя. Кроме того, мой отец знает достаточно о том, что значит найти себе пару и как это важно.

— Ты договорился с Табитой, Арсен. Расставание с ней и единение со мной, несомненно, вызовет раскол в Совете. — Арсен все еще улыбался, и Ксавьер хотел знать, что, черт возьми, такого смешного.

— Это не смешно, Арсен. Ты собираешься стоять там и говорить мне, что никто не будет злиться, и что Альфа будет в порядке со своим сыном, будущим Альфой, разорвавшим договорной брак с альфа-с*чкой? Не только это, но и у него не будет проблем с тем, что будущий Альфа спарился с мужчиной или рысью? — недоверие пронизывало голос Ксава. Арсен дерзко улыбнулся ему.

— Не-а, детка. Это спаривание, безусловно, разозлит многих гребаных людей, но единственный человек, который поймет это больше, чем кто-либо другой, это мой отец. Он крепкий орешек, правит железным кулаком, но он никогда не разорвет пару, потому что он никогда не хотел бы быть отдельно от моей матери. Кроме того, мне плевать, что думают другие. Ты мой. Я не позволю тебе уйти, вот что случится, — он поцеловал его еще раз, прежде чем уйти в ванную.

Ксав лег на спину и уставился в потолок, его мысли крутились вокруг всего, что произошло. Он привстал, посмотрел на забрызганную спермой грудь и с отвращением скривил губы, но и с горячим возбуждением вспомнил, как именно он кончил на себя. Через несколько секунд он поднялся и встал. Дверь спальни открылась, и он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как входит Табита.

Глава 4

— Арсен, детка, ты здесь? — в комнате было темно, и она оглянулась вокруг, прежде чем глубоко вдохнула и выпрямилась. Ее взгляд метнулся туда, где стоял голый Ксав. Ему не было стыдно в том, что он был голый, или в том факте, что его сперма забрызгала всю его грудь, а сперма Арсена вытекала из его задницы и стекала вниз по его внутреннему бедру. Ее глаза сузились, и ее взгляд приземлился на его грудь с доказательствами его оргазма. Запах секса наполнил воздух, и с тем, что они оборотни, было достаточно легко отделить аромат того, откуда пришел каждый запах. Да, она знала, что они с Арсеном только что трахались, и была в шаге от того, чтобы выплеснуть ее дерьмо.

— Детка, когда мы вернемся ко мне, я планирую трахнуть тебя в душе. — Голос Ардена раздался из ванной, и через секунду он открыл дверь, и шагнул голый, вытирая свой полутвердый член мокрой тряпкой. В тот момент, когда он вернулся в комнату, он остановился и посмотрел на Табиту. Аромат ее ярости был ощутим.

— Что это такое, черт возьми? — Ее гнев был направлен на Арсена. Несмотря на то, что они договорились о браке, больше в политических целях, чем в чем-либо еще, они, конечно, не были парой. Но Ксав знал, что запах гнева, исходящий от Табиты, был не потому, что она каким-то образом чувствовала себя преданной из-за их действий, а потому, что она думала, что ее статус в стае будет значительно повышен, будучи она замужем за Арсеном. И это было правдой, потому что быть супругой Альфы сделало бы ее альфа-с*чкой, и это было ее единственной целью и интересом ко всему этому. Не было никаких запахов любви или боли по отношению к Арсену, и у нее не было истинных чувств к его волку. Был только прогорклый запах эгоизма. — Ты серьезно бл*дь, рысь-оборотень? — Она скрестила руки под грудью и посмотрела на Арсена, а затем с отвращением посмотрела в его сторону. — Ты что трахаешь его в задницу, пока он не завизжит? — гнев Ксава достиг яростной точки кипения, и он сжал руки в кулаки по бокам. Он бы никогда не навредил женщине, но она зашла слишком далеко, открыв рот.

— Убирайся на х*й, — сказал Ксав. Табита оскалила на него зубы, но Ксав не испугался. Он был физически сильнее, чем она, также умнее, судя по всему, но ее ненависть и мерзкая личность явно сделали ее слабее во многих отношениях.

— Ты только что трахнул мужчину, за которого я выйду замуж, и ты говоришь мне убираться отсюда? — Она повернулась к Арсену и сказала: — Скажи ему уйти. Скажи ему, что все это было ошибкой, и мы сможем двигаться дальше. Мне не нужно говорить Альфе, что ты гей. — Воздух затих, и комната нагревалась от бурных эмоций, наполняя ее.

— Тебе не нужно говорить моему отцу, что я гей? — слова Арсена были низкими и смертельными, но было ясно, что Табита не поняла угрозу.

— Нет, не нужно. Мы оба знаем, что этот брак по политическим причинам, чтобы укрепить нашу стаю. Если я скажу Альфе, что ты с другим мужчиной, это вызовет раскол в структуре нашего сообщества, — снисходительный тон в ее голосе усилился. — В истории никогда не было, что Альфа нашей стаи спарился с другим самцом, или с другим видом, Арсен.

Когда Арсен, наконец, заговорил, он не скрывал своего гнева.

— Табита, ты уйдешь, и, бл*дь, не возвращайся. — Она открыла губы, чтобы заговорить, но, когда гневный взгляд появился на его лице, Табита закрыла рот. — Я будущий Альфа этой стаи, твой будущий Альфа, и ты смеешь угрожать мне и моей паре? — Он зарычал глубоко и низко, и часть Ксава почувствовала, как что-то шевельнулось в нем при этом звуке. Это было первобытно и интенсивно, и так очень мужественно. Хотя Табита ничего не сказала, на ее лице было явное удивление на слово «пара». Ее ярость заглушила некоторые из ее чувств оборотня, потому что она сразу же должна была почувствовать эту связь между ним и Арсеном.

— А теперь с*ебывай отсюда. Иди, говори, кому хочешь, потому что я обещаю тебе… — Он сделал шаг вперед, и сила следующего Альфы лилась из него. — Ты единственная, на кого стая будет смотреть с отвращением. — Он сказал эти слова с такой ясностью, с такой уверенностью, что не было никаких сомнений для Ксава в том, что он говорил правду.

Табита сглотнула, снова сузила глаза и повернулась, чтобы уйти. Арсен шагнул вперед, захлопнул дверь спальни с достаточной силой, чтобы встряхнуть фотографии на стене, а затем повернулся и уставился на него. Они оба были обнаженными, и их эмоции, были сильными.

— Иди сюда, детка. — Тяга была слишком большой, и Ксав обнаружил, что идет к Арсену. Когда он был всего в футе от Арсена, тот обхватил его рукой за шею и притянул к себе. Он ожидал еще одного страстного поцелуя, но было только ощущение сильных рук, окружающих его, и ощущение устойчивого, мощного сердцебиения Арсена. Запах засохшей крови, исходящий от утверждающей метки, которую Ксав поставил волку, наполнил его нос, и инстинктивно он опустил рот к колотым ранам и провел языком по двум крошечным отверстиям. Дрожь прошла через них обоих.

— Ни за что, блядь, я не позволю тебе уйти, — слова просто вывалились из Ксава, и вздох, который издал его пара, был долгим и сильным. Думал ли Арсен на самом деле, что он сможет от этого уйти? Да, беспокойство Ксава было реальным и ощутимым. Но реакция Табиты показала Ксаву, что он не мог позволить никому и ничему встать между ним и его парой. Арсен был готов сражаться за него, и Ксав сделает то же самое до последнего вздоха.

* * *

Арсен стоял перед отцом, Дэвидом, и остальными членами Совета стаи. Табита была рядом с отцом, главой Службы безопасности и заместителем Дэвида. По-видимому, она думала, что, рассказав всем, что случилось, будет выглядеть какой-то преданной женщиной, но на самом деле она выглядела как ревнивая, мелкая с*ка, особенно после того, как она поймала его с его парой.

— Я не буду спорить с этим, и я не буду защищать свои действия, — сказал Арсен. Ксав стоял рядом с ним, и доминирование в другом мужчине было ясным. Ксав мог быть более сдержанным, но он был сильным и имел альфа-рысь внутри него. — Табита увидела последствия нашего соединения и решила прийти к вам и Совету с обвинениями в моей неверности. Мы с ней не встречаемся, не женаты, и уж точно не пара. Он протянул руку, схватил за руку Ксава и притянул его ближе к своему телу. — Я не ищу чьего-либо признания того факта, что моя пара оборотень-рысь и мужчина. Это то, что есть, и если кто-то хочет бросить мне вызов, я в игре, — он бросил на всех хищный взгляд, надеясь на вызов, потому что хотел, чтобы немного крови пролилось ко всем неприятностям, которые доставила Табита. — Я пошлю к чертям любого, кто пойдет против моего образа жизни, того, который я скрыл, кажется, довольно хорошо. Меня привлекают мужчины, я спарился с одним из них, и поэтому я не собираюсь терять единственного человека, который когда-либо заставлял меня чувствовать себя особенным и целым. А еще мне насрать, что он не нашего вида. Ксавьер был частью этой стаи столько же, сколько и я.

После того, как Табита ушла прошлой ночью, Арсен выкинул ее из головы и забрал свою пару домой. Вернувшись к Арсену, они трахались до тех пор, пока ни один из них не смог ходить, и усталость, наконец, не взяла над ними вверх. На следующее утро они с Ксавом отправились прямо к отцу и Совету, потому что Табита ни в коем случае не должна была превзойти их в этом. Но, видимо, она уже это сделала.

Теперь они стояли здесь, его отец сидел во главе большого резного дубового стола, а его советники выстроились по обе стороны от него.

— Итак, ты нашел свою пару, причем в самце рыси. — Его отец не сформулировал это как вопрос, и не было никаких обвинений или неодобрения по этому вопросу. Но Арсен знал, что его отец не попытается помешать этому, и Совет не будет против того, чтобы он был со своей парой. В конце концов, единственная, кто выглядел как дура, была Табита, и по неуверенному выражению ее лица она понимала это. — Никогда бы я не пошел против пары. Виды и сексуальная ориентация не являются основанием для наказания, и особенно, когда речь идет о паре другого оборотня. — Альфа обратил смертоносный взгляд на Табиту, и запах того, как ей было неудобно, наполнил огромную комнату. — Генри, твоя дочь пришла к нам сегодня с обвинением в том, что мой сын нарушил договор о браке по договоренности. — Генри кивнул, и не было никаких сомнений в том, что он был зол действиями дочери. — Все в этой стае знают, что пара превосходит все остальное, — коллективный ропот согласия со стороны Совета подтвердил это. Дэвид встал и обратился к каждому члену Совета, как будто они были единственными в комнате. — Итак, есть ли здесь кто-нибудь, кто хочет оспорить право моего сына на его пару? — молчание затянулось, и, наконец, Дэвид кивнул и снова сел. — Генри, твоя дочь должна извиниться перед моим сыном, его парой и всеми в этой комнате за то, что потратила наше время и опозорила права пар. — Звук сглатывания Табиты наполнил комнату.

Когда она сразу же не извинилась, Генри сказал:

— Ты извинишься за то, что смутила себя и нашу семью своими обвинениями. — В голосе ее отца едва сдерживался гнев.

Как только она сказала то, что должна была сказать, ее проводили вместе с остальными членами Совета. Арсен выпрямился и крепче сжал руку Ксава. Отец подошел к ним, посмотрел на Ксавьера и протянул руку. Ксав посмотрел на Арсена всего секунду, но не пропустил удивления, вспыхнувшее в глазах его пары. Он повернулся к Альфе, почтительно опустил голову и взял предложенную руку.

— Я рад, что ты стал частью моей семьи, Ксавьер. — В голосе Дэвида была гордость, и он улыбнулся. Альфа перевел взгляд с одного на другого, и его улыбка стала еще шире. — Это хорошее соединение, и оно будет очень долгим. — Он не сомневался, что его отец одобрил бы его требования на мужчину оборотня рыси, потому что судьба дает им человека, который подходит им лучше всего. И, черт возьми, Ксав идеально подходил ему во всех отношениях. — Да, это очень хорошее соединение.

Арсен посмотрел на свою пару и не смог бы выразиться лучше.

Эпилог

Пять лет спустя…

Ксавьер зарычал, глядя на свою пару и Альфу, Арсена. Он лежал на диване, его ноги были расставлены и лежали на кофейном столике, и самодовольная улыбка была на его лице.

— Ты такой самоуверенный мудак, — Арсен шире улыбнулся.

— Да, но тебе нравится, что я такой самоуверенный. Это заводит тебя, — Ксавьер снова зарычал, потому что Арсен был прав, но дело было не в этом. — Не понимаю, почему ты так расстроен. Все, что я сделал, это немного поработал руками в кармане своей пары.

— Арсен, ты почти подрочил мне в баре. Я сделаю все, что ты любишь, но, бл*дь, для меня сложно делать это на глазах у всей стаи. Ты чертов Альфа. Ты не можешь заниматься этим дерьмом в открытую, — Арсен запрокинул голову и рассмеялся.

— Детка, именно потому, что я — Альфа, что я могу, и буду делать это дерьмо с мужчиной, которого я люблю, в открытую.

— Это твоя проблема. Теперь ты думаешь, что можешь делать все, что хочешь, — в какой-то степени это было правдой. Дэвид ушел с поста Альфы в прошлом году, и Арсен возглавил их стаю железным кулаком. Он был нежным, но свирепым, но это также означало, что он был немного высокомерным. За последние пять лет многое изменилось. Они спарились полностью, объединили свои жизненные силы, чтобы не разорвать их связь. После того, как Табита подняла шум из-за того, что они вместе, она осталась в стае еще на год. Последний раз Ксав слышал, что она живет в городе с мужчиной.

Арсен вскочил с дивана и в считанные секунды оказался перед Ксавом. Его рука легко обернулась вокруг его горла в знак собственности, но Ксав не терпел этого дерьма. Он использовал свою силу, которая соответствовала силе его пары, и развернул его так, чтобы он был прижат к столешнице, и Ксав был тем, кто контролировал. Арсен хихикнул, но в этом было не только развлечение, но и возбуждение.

— Итак, что, ты хочешь сегодня, детка? — Арсен наклонился и укусил его нижнюю губу. Ксав почувствовал боль, а затем почувствовал запах крови, когда его пара прокусил кожу. — Хочешь я тебе отсосу?

— Ммм, — Ксав наклонился и завладел его ртом. — Да, на самом деле, я хочу, чтобы ты стоял на коленях с моим членом во рту, — Арсен застонал, но повиновался. Его пара может быть Альфой и доминирующей во всем, но были времена, подобные этому, когда его Альфа сдавался ему и только ему. Это были времена, когда Ксав упивался, лелеял, и становился чертовски горячим и возбужденным. Арсен встал на колени, голубые глаза смотрели прямо на Ксава. — Давай, пара, отсоси, как будто ты голоден, — он ухмыльнулся волку, используя ту же фразу, что и он сказал Ксаву много лет назад.

Речь шла не только о невероятном сексе, но и о связи и эмоциях, которые входили во все, что они делали друг для друга. Каждый раз, когда он прикасался к Арсену, целовал его или они просто обнимали друг друга, это всегда было похоже на ту самую первую ночь, когда они поняли, что они пара. И Ксав знал, что так будет всегда.

Но дело было уже не только в них. Они должны были поговорить с Аннализой, которая любезно предложила стать их суррогатной матерью, и обсудить детали следующего шага. Даже годы спустя они были близки, как никогда, и Ксав любил ее, как сестру. Три года назад Анна нашла свою пару в волке-оборотне из соседней стаи, и теперь у них двое детей. Несколько месяцев назад Анна села с ними и объяснила, что хочет помочь им завести ребенка и продолжить альфа-линию Арсена. Ксав хотел ребенка от мужчины, которого любил, хотел растить ребенка и любить его, потому что это был бы их малыш, и поэтому они приняли ее великодушное предложение. Они были достаточно взрослыми и достаточно стабильными в своей жизни, чтобы сделать следующий шаг. Это было то, о чем они говорили в течение прошлого года, следующий шаг в их жизни, и теперь они делают это реальностью. Это было до некоторой степени пугающе, но очень волнующе, и Ксав с нетерпением ждал возможности делать каждый новый следующий шаг вместе со своей парой.

КОНЕЦ

Внимание!

Текст, предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

92 кг

Content

Дженика Сноу
Поднятый для альфы хвост

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Эпилог

Примечания