Эдуард Евгеньевич Семенов

Мечи Самурая

Часть 1

Глава 1

Ливень закончился также скоро, как и начался. Грозовая туча внезапно появившаяся над зданием Токийского аэропорта теперь уже в виде узкой, еле заметной полоски громыхала где-то там, на линии горизонта, а в воздухе все еще носились отдельные отголоски ее нервного, злобного дыхания.

Резкий порыв ветра, подхватив обрывок старой газеты, промчался, пылевые буравчики, по бетонной дорожке взлетно-посадочной полосы, взъерошил редкие седые волосы джентльмена, стоящего у самой ее кромки, и, пробрав его до костей, с завыванием полетел дальше. Но старик, казалось, даже не заметил этого. Опираясь одной рукой о капот длинного черного лимузина, он, не отрываясь, смотрел в небо: туда, где за широкой грядой белых облаков, садилось солнце.

Может из-за слабого зрения, а может из-за яркого света заходящего солнца, он не сразу заметил маленькую черную точку, появившуюся над линией горизонта. Очень быстро увеличиваясь в размерах, она превратилась в огромный серебристый «Боинг», идущий на посадку.

Черной гигантской птицей самолет пронесся над головой старика и коснулся шасси бетонной дорожки. Старик проводил его взглядом, все еще подслеповато щурясь, потом сел в лимузин и приказал шоферу ехать к месту выгрузки пассажиров.

Тот, кого он ждал, вышел из салона авиалайнера одним из последних. Это был молодой человек, невысокого роста, широкоплечий, с мощными жилистыми руками, выглядывающими из пиджака, закатанного по локоть. Яркая майка с надписью «Гарвардский университет», тугие потертые джинсы и кожаные сапоги завершали его наряд. Всем своим видом он как бы подчеркивал, что долгое время жил в Штатах, хотя скуластое лицо, густые черные волосы, сзади перетянутые веревкой, чуть раскосые глаза и тонкие губы выдавали в нем жителя страны Восходящего солнца. Увидев старика, молодой человек удивленно поднял глаза, и быстро побежал вниз.

— Мияги! — Парень в несколько шагов подскочил к седому джентльмену. — Что случилось? Почему ты здесь? Один? А где отец?

Он взял старика за плечи и попытался заглянуть ему в глаза.

— Где отец? — повторил он дрогнувшим голосом. — Он жив? Отвечай, Мияги!

Старик, не выдержав взгляда, опустил голову.

— Нет, — Плечи Мияги беззвучно затряслись. — Сердце старого самурая перестало биться сегодня утром. Я был у его постели до самого конца. Он так хотел тебя увидеть.

Лицо молодого человека исказилось гримасой боли. Не зная как еще выразить свое горе, он с силой хватил кулаком по крыше автомобиля и прижал к груди рыдающего старика.

— Ну что ты! Что ты! Старый мой Мияги! Мой учитель! Прекрати. Настоящему воину слезы не к лицу.

Он отстранил старика от себя.

— Но скажи, что случилось? Ведь вы говорили мне о том, что отец лишь немного прихворал!

Старик поднял заплаканные глаза.

— Да! Так оно и было. Но сегодня ночью он почувствовал себя хуже, а к утру…

Мияги не договорил и глубоко вздохнул. Парень с силой свел острые скулы, которые от этого стали еще острее и провел рукой по влажным глазам.

— Ну ладно, Мияги! Поехали домой. Я хочу его видеть.

* * *

В офисе на шестнадцатом этаже огромного небоскреба сидело двое. Гарри Вульф, тридцатипятилетний отставной «рейнджер» — здоровенный мужик с внушительной, но немного заплывшей фигурой, маленьким тупым подбородком и большими безжизненными глазами. В определенных кругах о нем ходили слухи, как о человеке с грязным прошлым, однако это нисколько не мешало ему считаться одним из самых ловких адвокатом, специалистом по «скользким» делам.

Вторым был его босс. Мистер Танака, грузный лысоватый боров, с тучним мясистым зобом и маленькими злыми глазками, всегда смотрящими строго перед собой. Вульф сидел на месте посетителя. Танака — в мягком вместителньом кресле, спиной к окну, так, что его лицо всегда оставалось в тени.

Они неспеша перекладывали с места на место какие-то документы и в полголоса беседовали.

— Есть еще новости, Вульф?

— Да, мистер Нагата, кое-что есть, — Вульф засуетился, — я думаю это может Вас заинтересовать.

— Говори! — Боров мягко откинулся на спинку кресла и сложил руки на необъятном брюхе. Вульф, собираясь с мыслями, пригладил волосатой рукой свою шевелюру, и коротко бросил.

— Умер Ягю Богудэн.

В тупых, заплывших жиром, глазах мистера Танака не проскочило ни одной искорки. Он лишь выставил вперед толстую нижнюю губу и довольно хрюкнул.

— Надо же! Значит старый перечник все же приставился! Ну туда ему и дорога! Да-а-а-а! Дйствительно новость ничего! Только не понимаю какая мне от этого выгода. Ведь насколько я понимаю, все его миллионы наследует сын.

Вульф, подтверждая слова, кивнул головой.

— Да, верно. Его зовут Агато Богудэн. Вчера вечером он вернулся из Америки и уже вступил во владения своими несметными богатствами.

— А что он делал в Америке?

— Получал образование. Изучал в Гарварде русский язык и повышал свое мастерство в единоборствах.

Нагата со скучающим видом зевнул и принялся рассматривать ногти. Давая понять, что это ему не интересно.

— Ну и как, повысил?

— Насколько мне известно он выиграл открытый чемпионат Америки. Но не в этом дело, босс…

Видя, что его хозяин теряет интерес, Вульф нервно заработал руками, разыскивая нужную бумагу.

Вы не заметили одной странной особенности. Русский язык. А ведь у компании Богудэн последние несколько лет нет никаких интересов в России.

В глазах борова проскочил интерес.

— Да, действительно, он что хотел запустить туда свои щупальцы.

— Нет, хотя поначалу и мне так показалось, но посмотрите, что мне удалось заполучить.

В руках Вульфа появилась ксерокопия письма. Вульф пробежался по нему глазами.

— Дорогой сын!.. Так это пропустим. Эту историю ты уже много раз слышал, но все же я расскажу тебе ее еще раз. Так это тоже не то… Ага вот здесь. В 18 веке мой отец и твой дед — известный воин, самурай, мастер кендо, Ягю Богудэн был вынужден бежать из Японии и перебраться на континент…

Вульф оторвался от письма и посмотрел на шефа. Видя, что тот его внимательно слушает, продолжил.

— В Россию. Вместе с молодой женой и верными вассалами он углубился в необитаемую часть тайги и там на берегу маленькой реки построил поселок. Через год в этих местах было обнаружено огромное месторождение золота…

Вульф услышал как заскрипело кресло. Он вновь поднял голову и увидел, что мистер Танака устраивается по-удобнее. Верный признак растущего интереса.

— С тех пор и началось наше процветание. Мой отец купил этот участок земли у российского правительства и обжил его.

Вульф снова замолчал выискивая нужные строчки.

— И теперь самое главное! — Он посмотрел на Танаку. — Слушайте! Моему отцу в знак больших заслуг в области фехтования два великих мастера-оружейника подарили по мечу-катана, которые были лучшими в своем роде и заключали в себе великую силу. С тех пор, сколько я себя помню, они всегда стояли на почетном месте в нашем храме. Но в 1917 году все кончилось. В России произошел переворот. Новое правительство лишило отца прав на его земли. Мы были вынуждены вернуться на родину. Тогда это было уже не опасно. Отец не верил, что правительство большевиков продержиться долго, поэтому не захотел взять нашу святыню с собой и спрятал ее в одной и выработанных шахт. Но надежды отца не оправдались. Новая власть задержалась надолго. К тому же район, в котором мы жили, был объявлен секретным.

Вот уже семьдесят лет мы пытаемся проникнуть туда, но все попытки были безуспешными. Однако в последнее время железный занавес с России упал и это стало возможным. Я не успел совершить поездку, поэтому завещаю тебе вернуть мечи в Японию.

Да хранит тебя Будда. Дата. Подпись. И еще одна приписка. Надеюсь теперь ты понимаешь, почему я настоял на том, чтобы ты как следует изучал русский язык. Все необходимые документы: карта и пояснения получи у Мияги. Он в курсе всех дел.

Вульф замолчал и посмотрел на босса. Тот снова сложил руки на животе и было видно, что в его голове идет активная умственая работа. Наконец, он спросил.

— Чем сейчас занят молодой Богудэн?

— Насколько мне известно, — Вульф убрал письмо в папку. — Он еще не прочитал завещание отца.

— Так! Но если ты смог достать это письмо, почему тогла я не вижу на моем столе остальных бумаг, о которых говорит старый Богудэн.

Вульф опустил глаза.

— Я сдела все что мог, но, к сожалению, здесь это не возможно. Мои люди перерыли весь дом и никаких результатов. Но я думаю, что в России у нас будет больше шансов.

— Россия, Россия, — задумчиво произнес Танака. — говорят, что там чертовски холодно и еще пять лет назад по Красной площади бродили медведи.

Он взглянул на Вульфа. Казалось, что его взгляд просвечивает адвоката наскозь как ренгеном.

— Что ты имеешь в виду? У нас есть там свои люди?

— Да.

— Кто?

— Управляющий филиалом нашей фирмы «Энеджи корпорейшен» Альберт Валейнштейн. Надежный человек. Правда немного жуликоват, но преданный нам и ужасно любит деньги.

Танака хмыкнул.

— А кто же их не любит.

Он на секунду задумался.

— Ну, о, кей! Раз так, то заплати ему. И… я хочу, чтобы через месяц, максимум через два мечи стояли у меня в кабинете. Понятно, я так хочу!

* * *

Молодой Асато Богудэн после смерти отца просто не находил себе места. Груз неотложных дел безжалостно навалился на него и придавил так, что заставил забыть обо всем, что было предметом его интересов почти двадцать с лишним лет.

Теперь целыми днями он проводил в отцовском кабинете за ворохом, как казалось ему, никчемных бумаг, ничего не понимая в них, и все больше запутываясь. Счета, контракты, акции, биржевые сводки и котировки товаров — все это было не его стихией, настолько чуждо его характеру, что он готов был выть от злости. Порой ему начинало казаться, что он начинает превращаться в бумажного червя и что-то очень близкое к нему.

Как-то вечером, засидевшись в кабинете, Асато обратил внимание на толстую кожаную папку перламутрового цвета с большим золотым иероглифом «совершенно секретно» в правом углу. Он видел ее уже множество раз, не раз порывался открыть, но каждый раз что-нибудь неотложное отвлекало его. В этот вечер все было иначе.

Внутри лежал длинный запечатанный конверт. Интересно что это? Асато почему-то сразу вспомнил отца. Во всяком случае надпись на конверте была сделана его рукой. В этом не было никаких сомнений. Странно! — подумал Асато. — Почему мне никто не говорил об этой папке?

Сломав печать, Асато быстро пробежался глазами по строчкам. Удивленно поднял брови, потом нахмурился и перечитал письмо еще раз. Медленно-медленно, старательно постигая смысл каждого слова. Это было то самое письмо, которое раздобыл Вульф. Но на молодого Богудэна оно произвело гораздо большее впечатление, чем на мистера Танака.

Асато выскочил из — за стола и, как помешанный, стал расхаживать по комнате, снова и снова вчитываясь в текст письма. Наконец, он успокоился и, сев, нажал кнопку вызова прислуги.

Старый Мияги тут же явился на зов своего хозяина и, переступив порог, остановился в ожидании приказаний.

— Мияги, — голос Асато дрожал, выдавая волнение. — Ты, ты знал про это письмо?

— Да, мой господин.

— А почему тогда ты сразу не сказал мне о нем?

— Никогда не надо спешить, хозяин.

Асато несколько раз прошелся по комнате. Напряженно морща лоб.

— Хорошо, тогда скажи. Есть в нем хоть немного правды?

— Все абсолютная правда.

Асато подошел к старому слуге.

— Значит, ты мне должен что-то объяснить и показать. Что именно?

Ни слова не говоря, слуга повернулся и подошел к небольшой статуэтке Будды, стоящей в углу. Поклонившись, он обхватил ее голову руками и большими пальцами надавил на глаза. Потом еще раз поклонился и отошел. Раздался металлический скрежет. В складках одежды Будды открылась потайная дверь.

— Что это Мияги?

Асато вопросительно посмтрел на слугу.

— Тайник, — ответил тот. — Здесь твой отец всегда хранил самые ценные бумаги. Сейчас там лежит карта.

Асато быстро сунул руку в появившееся отверстие и извлек на свет тонкий свиток, перевязанный бечевкой. Аккуратно развернув пожелтевшие страницы, он увидел, что это действительно карта. Очень старая карта.

— Так, вот этот крестик насколько я понимаю и есть то место.

— Да.

— А это? — из свертка выпал маленький листочек.

— Это пояснения. Твой отец обо всем позаботился.

Асато свернул карту и листок. Снова перетянул их веревкой. Спросил.

— Что-нибудь еще?

— Да! За день до смерти хозяин звонил в Москву и очень долго разговаривал с одной женщиной. Глорией Мейсон.

— Глорией? Мейсон? — Асато нахмурил брови, пытаясь вспомнить. — Кто такая? Я ее знаю?

— Думаю, что нет. Она — жена, вернее вдова одного из наших немецких партнеров. Мейсон — это фамилия по мужу, а вообще-то она русская. Ее муж погиб в автокатастрофе и она вернулась в Россию. Живет в своем доме, где-то под Москвой. Работает в одном из представительств.

— Мияги, мы удалились от темы. О чем отец разговаривал с ней?

— У Глории большие связи. Отец просил ее помочь тебе. В России очень тяжело работать без связей.

Асато кивнул и задумался. Потом убрал бумаги обратно в тайник.

— Сколько времени нужно, чтобы подготовить мой отлет в Россию?

— Сутки.

Асато прошелся по комнате. Схватил со стола первый попавшийся листок. Смял его и бросил на пол. Ему этого показалось мало. Подцепил рукой целую стопку и смахнул на пол.

— Отлично, Мияги! — Глаза Асато горели от возбуждения. — Тогда отдай необходимые распоряжения. Завтра, максимум послезавтра я намереваюсь отправитсья в Россию.

Мияги молча поклонился.

— За мечами моего деда! — Асато гордо оглядел кабинет. — Их место теперь здесь в этом доме!

* * *

Оператор у магниофона, услышав что разговор окончен, выключил аппаратуру, снял наушники и, сунув под мышку кожанную папку, прошел в соседний кабинет, который занимал Вульф.

— Что тебе Карл? — спросил он, увидев в дверях оператора.

— Богудэн только что нашел завещание и вел разговор с Мияги. Вот запись их разговора.

Он положил на стол папку. Вульф пробежался глазами по тексту и процедил сквозь зубы.

— Ничего нового. Разве вот только стоит поработать с Глорией Мейсон. Ну ладно пусть Альберт сам этим занимается.

Он вернул папку оператору.

— Перешли все в Москву и пусть Валленштейн начинает действовать!

* * *

Через час в кабинете управляющего фирмой «Энеджи Корпорейшен» в Москве, Альберта Валленштейна заработал факс.

Валленштейн, мужчина со светлыми волосами, тощий как жердь, с немного рыхлым подбородком и хищными как у хорька глазами, некоторое время безучастно смотрел на широкую ленту, вылезающую из чрева аппарата. Неспеша, даже с некотрой неохотой, достал из золотого портсигара сигарету, небрежно повесил ее на кончик нижней губы, прикурил и с наслаждением выпустил дым через нос.

Он уже знал, что этот факс от Вульфа и примерно догадывался, что в нем есть. Сумма в двадцать тысяч долларов тоже вполне его устраивала, но он еще медлил взять в руки бумагу, размышляя о чем-то своем. Наконец резким движением он выдернул лист и увидев фразу «Действуй по своему усмотрению» довольно хмыкнул и нажал кнопку вызова.

— Пришлите ко мне Пеле. Скажите, что срочно…

Глава 2

Молодая стюардесса, очаровательная блондинка с пышными волосами и высоким бюстом, сложив губки бантиком, мягко промурлыкала в микрофон.

— Дамы и господа! Леди энд дженльтмены! Компания «Люфтганаза» в лице нашего экипажа рада приветствовать Вас на борту нашего самолета. Мы совершаем рейс «Токио — Москва» и пробудем в воздухе ровно десять часов. Желаем Вам приятного путешествия!

Повторив эту же фразу еще на двух языках, она взяла большой поднос с напритками и пошла между рядами.

В салоне первого класса ей пришлось задержаться: сначала отвечая на вопросы актеров Токийской оперы, потом разбираясь с толстым бизнесменом, желающим выпить чашечку именно бразильского кофе. Обслужив его, она подошла к, сидящему в стороне от всех, молодому джельтмену с длинными черными волосами, перевязанными сзади веревкой и наклонившись почти к самому уху спросила.

— Вы что-нибудь будете пить?

— Что Вы сказали? — пассажир с рассеяным лицом повернул голову, но увидев красивое лицо стюардессы, улыбнулся.

— Не хотите что-нибудь выпить? — стюардесса повторила свой вопрос.

— Пиво, если можно!

За короткое время Асато, а это был он, успел оценить привлекательность девушки и не спешил отводить глаза от ее красивых форм. Блондинка заметив это, густо покраснела. Однако ее работа вынуждала порой выдерживать и куда более откровенные взгляды, поэтому на всякий случай она переспросила.

— Что-нибудь еще?

— Да. Скажите когда мы прилетим?

— Самолет только что взлете. Часов через девять будем в Москве.

— Взлетели? — Парень сделал удивленное лицо и лукавая искорка проскочила в его глазах. — Надо же, а я и не заметил. Значит теперь можно убрать с меня этот ошейник.

Он показал на ремень безопасности.

— Да, конечно.

— А вы не могли бы мне помочь? Видите ли, я очень плохо разбираюсь в замках.

Девушка тяжело вздохнула и освободила не в меру приставучего пассажира.

— Вот и все. Это же так просто.

Юноша откинул в сторону мешавший ему ремень и расправил широкие плечи.

— Вы, конечно, догадались, — произнес он, глядя прямо в глаза девушки, — что это всего — навсего повод.

— Повод для чего? — стюардесса сделала непонимающее лицо.

— Конечно для знакомства с Вами. Вы мне понравились сразу как только я вошел в салон.

— А вот вы не в моем вкусе.

Она прекрасно знала, чем это должно было кончиться и давно заготовила ответ нахалу. То что он летел первым классом еще не давало ему право приставать к ней. Однако вопреки ее ожиданиям парень не разозлился, а громко захохотал, откинув голову на спинку кресла. Его смех услышали остальные пассажиры. Видя, что на него смотрят, парень развел руками, будто за что-то извиняясь и громко, чтобы все слышали происнес, указывая на стюардессу.

— Она мне нравиться! — и потом на себя, — а я ей нет! Жаль!

Актеры ответили дружным хохотом на выходку молодого повесы и с жаром загалдели, обсуждая на своем птичьем языке достоинства стюардессы и этого молодого плейбоя. Стюардесса, красная от гнева, пошла между рядами. Плейбой, резко прекратив смех, вновь со скучающим видом уставился в иллюминатор.

До Москвы оставалось еще около восьми с половиной часов лета. Что его там ждало он не знал, да и не хотел занть. Это было не в его правилах…

* * *

… Дорогу до «Шереметьево-2» Глория Мейсон знала как свои пять пальцев. Ей не раз приходилось ездить туда, встречать друзей и коллег по работе, поэтому и в это туманное утро она уверенно вывела свой светло-голубой «мерседес» из гаража.

Подставив лицо под поток свежего воздуха, врывающегося в салон через приоткрытое окно, она выехала на автостраду. Монотонная дорога успокаивала и Глория переключилась на вчерашний разговор с мистером Богудэном. Многое из него ей было не понятно, но одно она знала точно. Мистер Богудэн, сын старого Ягю Богудэна, был хорошим человеком и ему нужно было помочь. Тем более, что она действительно могла это сделать.

Здесь дорога делает опасный поворот! Мысли Глории вернулись к действительности. Она крепче вцепилась в руль и легко как по рельсам вошла в поворот. «Дальше снова по прямой,» — подумала она и вдруг увидела машину, пристроившуюся на обочине, возле перекрестка с грунтовой дорогой, и человека, стоящего рядом с ней. В предрассветной полутьме она не сразу разглядела кто это, но подъехав поближе поняла, что — человек на обочине был милиционером. Вернее даже не милиционером, а сотрудником муниципальной полиции, как явствовало из надписи на борту машины.

— Интересно, а что ему здесь надо? — мелькнуло в голове у Глории. Он махнул жезлом, приказывая остановиться.

Может что случилось!

Без всяких задних мыслей, Глория тормознула возле полицейского и выглянула в окно, обворожительно улыбаясь. Ее пушистые желтые волосы рассыпались по плечам. Она знала, что всегда в такие моменты неотразима. Но полицейский, казалось, нисколько не замечал этого. Блестнув форменной бляхой, он подошел к окну и коротко козырнув, грубо попросил документы.

— А в чем собственно дело? — Глория продолжала улыбаться, но полицейский также грубо повторил.

— Ваши документы, пожалуйста!

Раздраженно дернув плечами, она достала из бардачка водительское удостоверение и протянула его в окно.

Пока полицейский подчеркнуто внимательно изучал ее фотографию, Глория тоже успела его разглядеть. Худощавый, немного непропорционально сложенный, с руками как у орангутанга, он производил сильно отрицательное впечатление. Особенно непонравилось ей лицо, продолговатое с пустыми глазами и тонким шрамом, идущим через левую щеку от виска до нижней губы.

Дочитав, полицейский почему-то не вернул удостоверение, а уверенным движение, как будто так и надо, сунул его в нагрудный карман и наклонившись уже более спокойным тоном сказал.

— Извините, но Вы не могли бы немного проехать со мной. Здесь недалеко. Мне нужен один свидетель.

Не почувствовав в его словах никакого подвоха, ей все еще внушала доверие полицейская бляха, Глория кивнула головой, но добавила.

— Только быстро, я очень спешу.

— Да что вы! Мы в пять минут управимся. Следуйте за мной!

Полицейский повернулся и быстрым шагом направился к своей машине.

Глория, следуя за полицейским «жигуленком», свернула с главной дороги и поехала по проселочной. Действительно через минуту они остановились возле небольшого ржавого гаража. Чья-то неумелая рука вывела на нем зеленой краской «автосервис». Гараж был открыт, однако вокруг него никого не было. Глория почувствовала беспокойство. Она все еще мало было расположена к тому, чтобы запаниковать, но это все уже начинало ей не нравиться.

Из «жигулей» вылез полицейский. Глория посмотрела на него и почувствовала как мурашки побежали по всмеу ее телу. Он шел к ней странной крадущейся походкой, на ходу доставая из кабуры пистолет.

Маньяк! Пронеслось у нее в голове, а по виску пробежала холодная капля пота. Она было сделала усилие, чтобы закричать, но тут же сообразила, что ей это не поможет.

Главное не волноваться! Ну-ка собирись! Покажи, что ты его не боишься.

Негнущимися пальцами она нажала блокиратор двери, наглухо заблокировав себя в кабине. Пустое дело, но это придало ей смелости. По крайней мере оградила себя от его страшных рук. Она перключила коробку передач на задний ход, собираясь подать назад. Но как только она это сделала, человек со шрамом тут же вскинул пистолет и посмотрел на нее своими холодными, пустыми глазами.

— Не делай глупостей, милка! Лучше заезжай в гараж и тебе ничего не будет.

Под угрозой оружия Глории пришлось подчиниться. Она въехала в темный, как гроб, сарай и в зеркале заднего вида увидела, как псевдо-полицейский нагнувшись у ее заднего колеса, резко дернул рукой. Сразу раздалось шипение и машина наклонилась на бок.

Глория была в полной растерянности. Она не понимала, что он от не хочет. Когда же услышала, как заскрипели запирающиеся ворота, то пришла в полнейшее замешательство.

— Эй! — громко закричала она, немного опустив окно. — Эй! Как вас там! Чего Вам нужно? Что все это значит?

Ответом для нее был шум отъезжающей машины. Все стихло. Через некоторое время она смогла услышать шум листвы небольшой рощицы, растущей неподалеку и все.

Прошло минут десять прежде чем до Глории дошло, что самое страшное позади. Представив в каком дурацком положении она оказалась, ей ничего не оставалось, как нервно расхохотаться.

Однако нужно как-то выбираться отсюда! До прибытия самолета осталось полчаса. При всем своем желании она к нему опаздывала. Ладно! Забудем пока об этом… Обернувшись назад, Глория увидела узкую полоску света в промежутке между дверями. Можно попробовать протаранить. Мощный «мерс» наверняка справиться с ними.

Повернув ключ зажигания, она завела мотор и несколько раз нажала на газ. Маленькое помещение тут же наполнилось клубами дыма и Глория почувствовала, что задыхается. Закашлявшись, она выключила двигатель и закрыла окна. Толстые стекла на немного оградили ее от удушающего газа. Она несколько раз глубоко вздохнула.

Так можно просидеть здесь до скончания века. В железных листах, которыми был обит гараж, было много дырок, поэтому очень скоро газ выветрился. Ну что ж, попробуем без машины. Глория толкнула дверь и поняла, что здесь ее тоже ждет неудача. Гараж был настолько узок, что дверь открывалась лишь на несколько сантиметров. Она не смогла просунуть в щель даже руку. Отчаяние охватило ее сознание. Теперь уже она точно не знала что делать. В память пришла фраза «Дважды замурованая!» Да, я как раз подхожу под это название, подумала пленница и с ненавистью ударила по рулю.

Раздался громкий сигнал. От неожиданности Глория вздрогнула и отдернула руку, как будто дотронулась до раскаленной сковородки. Может кто-то услышит? Глория нажала на сигнал еще раз и долго не отпускала. Нет, это песполезно. Вероятность того, что меня кто-то услышит мала. Но должен быть выход. Я уверена. Должен. Глаза Глории уже давно привыкли к полумраку, окружающему ее, и она смогла разглядеть кучу металлического хлама, лежащего в углу. Что там может лежать? Она прищурилась, пытаясь разглядеть. Нет, не видно.

Переключившись на эту мысль, Глория перестала думать о главном и от этого ей стало намного легче. Все же, что там может лежать? Как бы посмотреть? Может фары! Точно, фары. Их-тоя могу включить. Она наклонилась к пульту и щелкнула тумблером. Гараж осветился ярким светом и сразу как-юудто расширил свои границы. В углу лежал хлам из металлических труб, швелеров и арматуры. Вот бы до них добраться. С помощью одной из железок я бы спокойно подцепила вон тот металлический лист, который плохо прибит, и выбраться из гаража. Да, но сначала я должна выбраться из машины. Думай, Глория, думай! Стоп! Еслим я не могу выбраться через дверь, то это не значит, что я не могу выбраться по-другому. Она медленно подняла глаза и посмотрела в окно на крыше, закрытое матовым стеклом. Это же так просто! Улыбка озарила ее лицо. Она нажала еще одну кнопку на пульте и стекло бесшумно уехало вглубь крыши. Теперь оставалось только встать на кресло. Мешали туфли. Скинуть их одним движением и, легко подпрыгнув, выбраться на крышу…

Стальной лист еле держался. Глория оторвала его лишь слегка подцепив стальной арматуриной. Яркий дневной свет больно ударил по глазам. Ей пришлось зажмуриться. Когда же она привыкла к нему, то первое что она увидела была живущая своей обычной жизнью дорога. До нее было всего каких-то несколько метров.

Вся грязная, в пыли, Глория выбралась из «тюрьмы». Колючки, росшие вокруг, вдрызг порвали ее колготки и поранили ноги. Но она не обращая на это внимание обошла гараж и уставилась на ворота. Они были закрыты на огромный амбарный замок. Ключ от замка висел рядом на толстом загнутом гвозде.

Недоуменно глядя на него, Глория снова задала себе вопрос. Ничего не понимаю! Зачем все это нужно! И самое главное - кому? От злости она закусила губу. Я оябзательно узнаю, кто это придумал и ему ой как не поздоровиться!

Она взяла ключ и открыла гараж. Посмотрлеа на часы. Ее заточение продолжалось почти час. Самолет давно приземлился. А нужно еще добраться до станции техобслуживания, вернуться, поменять колесо и хоть чуть-чуть привести себя в порядок…

* * *

Широкие покрышки шикарного «Вольво» отлично держали дорогу. Андрей просто физически ощущал всю прелесть этого полета. Машина была настолько послушна, что достаточнобыло одной руки для ее управления. Вторую руку он положил на окно, выставив локоть. Яркое солнце светило прямо в глаза, поэтом уна нем были одеты солнцезащитные очки. Неожиданно на обочине Андрей увидел женщину. Она была необычайно красива, с пышными белыми волосами и тонкими стройными ногами, которые просвечивались сквозь ткань длинной юбки. Во всем ее облике и движениях он увидел что-то знакомое и очень далекое. Она бежала ему на встречу и махала руками. Засмотревшись, Андрей не заметил, что дорога до этого ровная как полотно вдруг изменила направление, круто взяла влево. Машина вылетела по касательной с асфальтового покрытия и зарылась носом в придорожную щебенку. Спасая положение, Андрей нажал на тормоза, но бюыло поздно. Тяжелый автомобиль не удержался и несколько раз перевернувшись рухнул в глубокий кювет. Андрей выпустил руль, закрыл лицо руками и…

Проснулся. Ошалело вращая глазами, сел и огляделся, не понимая где находится. Наконец, поняв, что это всего лишщь сон он автоматически похлопал рукой рядом с собой но там никого не было. Странно! Что бы это могло значить?

Тяжелая голова никак не хотела соображать. Где Лора? Почему я сплю один? Да еще в верхней одежде. И почему так болит голова? Сознавая, что всему этому должен быть ответ, он поскреб по щеке, заросшей щетиной. Мутный рассеяный взгляд узрел внизу на полу среди груды рассыпанных сигарет, зажигалку, бутылку какого-то красного портвейна и будильник. Судя по всему он уже давно отзвонил, а это значит, что я уже наверняка куда-то опоздал. Но куда?

Андрей негнущимися пальцами подцепил бутылку и потряс перед глазами. На дне забулькала какая-то жидкость. Почувствовав ужасную сухость в голре, Андрей проглотил сидящий там комок и припал губами к горлышку. Оторвавшись, он почувствовал, что его губы раздирает нестерпимая боль. Он прикрыл губы ладонью и понял, что кожа на них полопалась и вздулась как у Поль Робсона. От болевого шока шарики в мозгах стали бегать быстрее. Он по крайней мере смог вспомнить, что с ним было вчера.

Ну, да! Мы с Лорой пошли в гости ко ее подруге. Там я немного перебрал и приударил за длинноногой блондинкой. Кажется, мы весело проводили время, но Лора устроила скандал. Скандал! От этой мысли ему стало жарко! Он рывком ослабил галстук на шее. Так, а что дальше? Я разозлился и послал ее куда подальше. В общем правильно сделал! А сам поехал с блондинкой к ней на квартиру, где судя по всему мы еще приняли. А вот кто разбил мне губы?

Этого он никак не мог вспомнить, поэтому решил не мучать себя. Тем более, что от этого у него разболелась голова и как будто тысячи молоточков стали выбивать там внутри адскую смфонию. Между тем, однако, надо вставать! Он бросил взгляд в окно. Тут олн понял что ужасный стук рождается не в его голове, а там за окном, на улице. Тысячи капель дождя, успевшие за ночь скопиться на карнизе над окном, теперь срывались вниз и с грохотом падали на железный подоконник.

Андрей застонал, поняв, что и секунды не сможет больше находиться в этой комнате. Все также прикрывая разбитые губы, он встал и, пошатыаясь, сшибая плечами углы, добрался до ванной. С наслаждение сбросив с себя пропахшую потом, дымом и еще какими-то запахами одежду, он забрался под душ. Холодная вода на темечко принесла долгожданное облегчение. Он даже смог слегка улыбнуться рассматривая себя в зеркало. Теперь лишь небольшие мешки под глазами свидетельствовали, что он провел беспокойную ночь.

Все-таки мне кажется, что она была беспокойной! — неуверенно подумал Андрей и приблизил свое лицо к зеркальной поверхности. — А в остальном вроде порядок.

Он поднес пальцы к лицу и слегка дотронулся до разбитых губ. — Это ерунда!

За свою жизнь он разбивал их себе и другим столько раз, что уже давно не обращал внимание на такие вещи. С удовольствие окинул взглядом еще раз свою крепкую фигуру и, накинув пушистый халат, он вышел. Однако несмотря на приятную свежесть после душа, его не покидало чувство беспокойства. Мысленно блуждая по закаулкам своей памяти, он наконец понял, что виной тому сегодняшний сон. Он прошел на кухню, подвинул под себя табурет и уселся на него, закинув ногу за ногу. С озабоченным видом стал изучать ноготь на большом пальце.

Сегодня ночь мне приснилась Светка! Интересно к чему бы это?

Бессознательно он опустил глаза вниз на грудь и посмотрел на широкий белый шрам, старшно уродующий его тело. След от пули шестнадцатого калибра. Аккуратно положил на него ладонь и почувствовал как бьется сердце. Невольно усмехнулся. Прямо в такт настенным ходикам, висевшим у него над головой. Он слегка откинулся назад, задрав подбородок, и коснулся спиной холодного белого кафеля, которым была покрыта вся его кухня.

А ведь пожалуй, прошло три года с тех пор, как я ушел из «конторы». Да, наверное, так. Ведь ювелирный магазин ограбили тоже осенью. Андрей привстал и щелкнул выключателем кофеварки. Хорошее кофе сейчас не помешает и еще хорошо бы сигаретку.

Онг встал и пошел в спальню.

«… Тогда это казалось таким обычным делом. Я быстро вычислил орудувшую банду. Нашел украденные вещи, но хозяин магазина, лихой мужик, захотел разобраться сам. И в результате ему снесли полбашки, а я…» — Он посмотрел на грудь. — Чуть выше и тоже был бы там.»

Взял сигарету и чиркнул зажигалкой.

«А Светка! Она исчезла без следа. Исчезла сразу после того вечера как ее папашке разможжили голову, а меня отправили в больницу…»

Андрей прикрыл веки и перед ним как живое встало ее лицо. Мягкие, голубые, слегка лукавые глаза и чувственный рот, который шептал ему на ухо слова любви. В пустой комнате он явственно различил их шелест и в ужасе дернулся. «Нет, не надо! Зачем? Я же все уже забыл!

Он присел на край кровати и с наслаждением затянулся. Взгляд упал на будильник.

Черт побери! До него только сейчас дошло куда он опоздал. Сухая ладонь вытерла выступивший на лбу пот. «Я же должен был ехать в аэропорт встречать этих япошек… из оперы. Будильник был заведен на семь часов, а часы показывали без пяти восемь. Если они уехали, то шеф снесет мне голову. Надо срочно ехать. Хотя бы узнаю куда они уехали и догоню их там. Если не будет репортажа старик меня просто уволит».

Андрей вскочил, быстро оделся и выскочил на улицу. Прямо под моросящий дождь на ходу застегивая черную кожаную куртку.

Глава 3

На полу в зале ожидания международного аэропорта «Шереметьево-2» развалившись на тюках и баулах с вещами сидели две девушки, скорее всего туристки, и развлекались тем, что обсуждали достоинства молодого парня, одетого в черную кожаную куртку, потертые джинсы и стоптанные крассовки «Риббок» на резиновом ходу, скрипевшие при каждом его шаге. Он был высокого роста, модно пострижен. Волевое лицо с мощным подбородком было именно таким какое больше всего нравиться женщинам.

Андрей, это был он, с задумчивым видом стоял по середине огромного зала и, уперев руки в бедра, озабоченно смотрел по сторонам. Он стоял на одном месте, широко расставив ноги и не зная что делать так долго, что девчонки начали тихонько похихикивать и тайком указывать на него пальцами. Но он не замечал этого. Его голова была занята другим.

«Что же делать! — думал он приглаживая широкой ладонью и без того гладкие волосы. — К кому бы еще обратиться. Начальник аэропорта не знает. В охране не знают. В справочном бюро тоже не знают. Можно подумать, что эта «опера» сквозь землю провалилась.»

В этот самый момент прозрачные двери главного входа широко распахнулись и на пороге появилась девушка в длинном фиолетовм плаще, такого же цвета перчатках и темных очках, закрывающих поллица. Было видно, что она прекрасно знала куда идти, потому что, не глядя по сторонам, сразу повернула в сторону и направилась к справочному бюро.

Андрей смотрел в другую сторону. Он лишь услышал дробный стук каблучков. Этот звук заставлял оборачиваться не одно поколение мужчин, поэтому и он был не исключением. Девушка шла ровной походкой, неестественно прямо держа спину и слегка покачивая бедрами. Во всем ее облике было нечто такое, что давало понять - она знает себе цену. Широкий плащ скрадывал контуры ее фигуры, но и без того было ясно, что она молода и красива.

При виде ее по телу Андрея пробежала легкая дрожь. Кровь отхлынула от лица. Оно стало бледным как полотно, а губы еле слышно прошептали одно слово.

— Света!

Он сделал неверный шаг в ее сторону и в растерянности отсановился. Нет, такого не может быть. Рука сама потянулась к виску. Я, наверное, все еще пьян. Будто почувствовав на себе его взгляд, девушка повернулась к нему лицом и смрила оценивающим взглядом. Темные очки скрывали выражение ее глаз, но судя по тому, что ни один мускул на ее лице не дрогнул, его лицо для нее ничего не значило. Прежде чем Андрей успел что-то сказать, она повернулась к нему спиной и продолжила свое движение к окошечку, над которым было яркими буквами выведено «Справки».

«Что это? Внешнее сходство или продолжение утреннего сна, а может…

Подчиняясь какому-то неосознанному чувству он подался вперед за ней. Девушка раздраженно бросила на широкую подставку маленькую сумочку и громко сказала обращаясь к тому, кто сидел за окошечком.

— Я — Глория Мейсон. Скажите? Для меня ничего не оставляли. Я должна была встретить японского туриста Асато Богудэна, но, к сожалению, опазадала.

— Да, конечно, — раздалось из окошка. — Мистер Богудэн обращался к нам с просьбой передать вам визитную карточку. И просил сказать, что будет ждать вас в отеле «Интер Стар».

— Интер Стар. Да! Спасибо! А, давно он уехал!

— Вы разменулись с ним на полчаса.

— Еще раз спасибо!

Глория стремительно развернулась и палетела плечом на Андрея. Толчок был такой силы, что очки, не удержавшись, скользнули вниз, грохнулись о пол. Не глядя на Андрея, Глория метнулась вниз, пытаясь подхватить их и присела на корточки. Андрей со словами «Ой! Простите!» — послдеовал за ней, стараясь заглянуть в глаза, но она очень ловко избежала его взгляда, подхватила очки и бросилась через вестибюль.

Андрей медленно выпрямился и проводил ее взглядом. Отсутсвующая улыбка блуждала по его лицу. В этот момент он был похож на сумашедшего. Тем временем таинственая незнакомка, шелестя полами своего плаща, послдений раз мелькнула в дверях и испарилась.

Глория Мейсон! Мозг четко впечатал в памяти имя. Но, боже, как похожа. Если бы не это имя, я был бы уверен на сто процентов. Но видно не судьба.

Тут до него дошло, что он по идиотски выглядит и, встряхнув головой, скинул оцепенение. Огляделся. Никто, кажется, ничего не заметил. Углом зрения он увидел небольшой черный предмет, лежащий на подставке.

Сумочка! Она забыла сумочку! Схватив ее за тонкий ремешок, Андрей бросил к выходу.

Огромная площадка перед аэропортом была как всегда заставлена плотными рядами машин. Повсюду, во всех направлениях сновал народ и поэтому найти в такой толчее одну девушку было практически невозможно. Андрей замотался между машинами, сшибая всех кто попадался на его пути, вращая головой на все четыре стороны, раегируя на каждого, кто был одет в фиолетовое.

Неожиданно, он увидел ее. Она уже сидела за рулем светло-голубого «мерседеса». Андрей бросился к ней, размахивая руками, но расстояние было слишком велико, чтобы девушка могла его заметить. Мастерски подав машину назад, она выехала из ряда и лихо повернув руль помчалсь по дороге.

Разогнавшись, Андрей пробежал по инерции еще несколько метров, хлюпая по лужам оставшимся после утреннего дождя, и остановился. Глаза проследили за легким ходом автомобиля пока это было возможно. «Что же мне теперь делать?» Анедрей помял в руке сумочку и решил заглянуть внутрь.

Помимо обычного набора косметики, щипчиков и прочей женской дребедени в сумочке лежали довольная крупная сумма денег в валюте и визитная карточка, на которой были выбиты ее имя, номер телфона и адрес.

Повертев карточку в руке, Андрей сунул ее обратно, щелкнул замком и положил «косметичку» в карман.

— Надо ехать в редакцию, а там посмотрим…

Андрей развернулся и зашагал к месту стоянки своей машины.

* * *

В утренние часы, особенно часов в одиннадцать, редакция уже напоминала растревоженный пчелиный улей. Невообразимая толчея, шум, крики, гам, стук пишущих машинок и телетайпов.

За время которое Андрей провел в этих стенах такая обстановка стала для него буднично-привычной, но не сегодня. Пробираясь через бесконечные бумажные «гималаи», наваленные в корридоре и перебрасываясь дежурными фразами с коллегами он чувствовал как в душе его медленно, но неуклонно растет раздражение. Голова его разрывалась от обилия информации и ему очень хотелось побыть одному. Наконец он смог добраться до своего кабинета, который он делил в обозревателем светской жизни, и закрыть за собой дверь.

Все! Глубоко вздохнув Андрей окинул взглядом свои аппартамены и плюхнулся в продавленное кресло. Приняв свою любимую позу — ноги на стол - и закрыл глаза. Наконец-то я смогу немного подумать и не глядя поднял и снова положил трубку телефона на стол.

— Я занят!

Однако его одинокое блаженство продолжалось недолго. Сначала в дверях появилась всклокоченная голова фотокора.

— Верещагин, ты здесь? Зайди к «старику».

Андрей кивнул головой и лениво махнул рукой.

— Успею!

Дверь закрылась и открылась вновь. Андрею даже не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что это была Лора. Только она пользовлаась духами с таким резким запахом. Сквозь приоткрытые веки он увидел ее длинные ноги, высокую полную, даже черезчур полную грудь и черные, как у цыганки, волосы. Звонко цокая каблуками и звякая браслетами на руках, она подошла к нему и резким движением смахнула со стола его ноги. Андрей сделал недовольное лицо, открыл глаза и вернул их в прежнее положение.

— А это ты! Извини, я не заметил.

— Не заметил! Лицо Лоры побагровело от злости. — И это говоришь ты мне после двух лет, которые я подарила тебе.

— Ты, ты, — она просто задохнулась. — Да, ты — подонок!

Андрей поморщился и холодно посмотрел на нее.

— Лора, я не хотел начинать этого разговора, но раз уж ты сама начала, то дай и мне что-нибудь сказать.

Он встал и, обойдя стол, подошел к ней.

— Да, мы с тобой живем уже два года. Это правда. Но я думаю, что и правдой будет то, что я не давал тебе никаких поводов для этого. Насколько мне не изменяет память ты сама приперлась ко мне в тот вечер и заявила, что хочешь спать со мной. Я не возражал, да и скакой стати.

Он окинул взглядом ее формы.

— Но я не давал тебе никаких обещаний. Да ис тебя не брал тоже. Я всегда оставлял за тобой право уйти от меня, но я думаю и у меня было такое же право. Я не хотел, чтобы ты вешалась мне на шею, а теперь ты обращаешься со мной как жена. Но милая, здесь ты меня уволь!

Выговорившись Андрей облегченно вздохнул и посмотрел на Лору. Он не любил длинные монологи и к тому же чувствовал себя немного виноватым перед Лорой, но что было поделать, если он ее действительно не любил и не собирался на ней жениться.

— Ты, ты действительно подонок. Ты, нет, ты — кобель. Ты, ты… — Лора не найдябольше слов размахнулась и влепила ему звонку подщечину. Звук от нее прокатился по комнате.

Андрей вспыхнул и схватился за щеку.

— Ну, ты за это ответишь!

Лора увидела в его глазах странный блеск и в ужасе отшатнулась, но Андрей поймал ее за плечи и притянул к себе.

— Тебе придется за это ответить!

С такими словами он еще крепче прижал ее и впился губами в чуть приоткрытый рот. Лора сделала попытку вырваться, но почувствовала себя в объятиях мужчины вдруг сразу обмякла и закатила глаза.

— И так будет с каждой! — С пафосом в голосе произнес Андрей, когда закончился этот продолжительный поцелуй. — И на этой приятной ноте я позволю себе раскланяться и сказть Вам… Прощай!

На него вдруг напало хорошее настроение.

— Ах, ты! — Лора размахнулась рукой для новой оплеухи, но Андрей резко выбросил руку и перехватил ее кисть.

— Нет, на сегодня хватит и одной!

Лора вскрикнула от боли и схватилась за ушибленное место.

— Дурак, ты мне сделал больно!

— Ты мне тоже!

Андрей указал на щеку, с которой еще не сошло красное пятно.

— Ну ладно, мне пора к шефу.

Андрей повернулся и направился к двери. Взявшись за ручку, он обернулся и бросил.

— И не обижайся, Лора. Найди себе нового мужика. Я знаю, ты это сделаешь легко. В постели ты просто неотразима.

Он увидел как снова вспыхнули ее глаза, а рука зашарила по столу в поисках чего-нибудь тяжелого. Андрей не стал дожидаться и поскорее выскочил в корридор.

* * *

Слегка приоткрыв дверь кабинета и кашлянув для приличия, Андрей просунул голову в образовавшийся дверной проем и громко сказал.

— Вызывали, шеф?

Шеф, седой мужчина, которого все за глаза называли «стариком» сидел в глубине кабинета за широким столом, заваленным всевозможными бумагами и что-то сосредоточенно писал. Не отываясь, он кивнул головой и сделал знак рукой, приглашая войти.

Андрей закрыл за собой дверь, не спеша пересек комнату, бесшумно ступая по широкой «дорожке». Подошел к столу и опустился на стул, стоящий рядом с ним. Старик на секунду оторвался от работы, изподлобья посмотрел на вошедшего и нахмурил брови.

— Материал готов?

Коротко бросил он, заранее зная каков будет ответ. Его взгляд пронзил Андрея насквозь и тот неловко заерзал на стуле, будто это была раскаленная сковородка.

— Нет.

Еле слышно выдавил из себя Андрей.

— Причины?

Говорить отрывистыми фразами было привычкой «старика» и свидетельствовало о том, что он в плохом расположении духа. Андрей прекрасно это знал, поэтому приготовлился к худшему.

— Проспал.

«Старик» бросил в его сторону еще один испепеляющий взгляд и снова уткнулся в свой листок. Андрей облегченно перевел дух. Это означало небольшую передышку и возможность того, что шеф сменит гнев на милость. В комнате стало необыкновенно тихо, так что было слышно как скрипит авторучка по бумаге.

«Что он тянет!! — думал Андрей, изучая редеющую макушку шефа. — Уж лучше бы разразился бранью!»

Внезапно трубка белого телефона, стоящего на столе, подскочила и комната наполнилась оглушительным звуком. «Старик» не глядя схватил ее и приложил к уху.

«Ну вот, сейчас я получу новое задание,» — подумал Андрей и уставился на шефа. Он не ошибся.

«Старик» молча выслушал все что ему сказали в трубке, время от времени покусывая губу и постукивая ручкой по столу. Потом вдруг коротко буркнул «Да» и бросил трубку на рычаги.

— Быстро дуй в гостиницу «ИнтерСтар», — не глядя на сидящего перед ним репортера, приказал «старик». — Там только что совершенно убийство. В деле замешан иностранец. Кажется, японец. Это уж точно по твое части. И без сенсации не возращайся. Понял.

Андрей резко подался вперед как охотничья собака, почувствовавшая дичь.

— Что-нибудь еще?

— Да! Если поторопишься, то приедешь одновременно с ментами.

Андрею не надо было повторять дважды. Грохнув стулом, он живо встал и направился к выходу. «Старик» проводил его отеческим взглядом и снова уткнулся в свою писанину.

Глава 4

С таможенным осмотром проблем у Асато Богудэна не было. Дорожная сумка, кейс, пачка «кредиток», да немного наличных, указанных в декларации составляли весь его багаж. Перекинувшись несколькими фразами с офицером таможни и приветливо помахав знакомой стюардессе, которая демонстративно не замечала его, прошла мимо, молодой самурай вышел в главный зал и в нерешительности остановился. За высоким турникетом колыхалась многолюдная толпа. Судя по тому, как часто щелкали затворы фотоаппаратов и фотовспышки слепили глаза, люди явно кого-то ждали. «Но кого? — подумал Асато и прислушался к голосам. — Кажется весь этот ажиотаж из-за моих попутчиков, актеров оперы. Интересно, а меня кто-нибудь встречает?»

С трудом продравшись сквозь плотные ряды журналистов, он подошел к массивной прямоугольной колонне, облепленной рекламными щитами и объявлениями и отсановился. Вокруг с озабоченным светом сновали из конца в конец мужчины и женщины с большими белыми картонками в руках, на которых были написаны различные имена. Внимательно читая их, Асато попытался найти свое имя.

«Наверное, Глория немного задержалась, — решил он, — Ну что ж подождем! Асато прислонился к колонне, поставил рядом кейс и принялся разглядывать красивых русских девушек. «А здесь будет не так скучно!» — приветливо улыбаясь им, поймал себя на мысли Асато. Но время шло, толпа рассосалась и вскоре стало понятным, что остался невостребованным лишь он один. «Что могло случиться? — Асато начал волноваться и стал чаще посматривать по сторонам. — Может мы просто не заметили друг друга!»

Он оторвался от стены, сделал круг вокруг колонны и с решительным видом перекинул сумку через плечо. «Ну что ж, попробуем по другому!»

В этот момент будто из-под земли перед ним вынырнул мрачноватый мужчина в кожаной кепке и крылатым знаком такси на груди. Ужасно ковернкая английский, он с приторной улыбкой выговорил.

— Мистер хочет ехать в отель?

Асато коротко смерил его взглядом.

— Ноу!

Мужчина пожал плечами и повернулся собираясь уходить.

— Стой! — Асато вдруг передумал. Мужчина вздрогнул, услышав русскую речь и обернулся. — Какой в Москве лучший отель?

— Их много.

Таксист пожал плечами.

— Тогда отвези меня в «Интер Стар».

— Хорошо! Пошли к машине!

Асато огляделся.

— Сначало скажи, где здесь справочное бюро или что-то в этом роде?

Мужчина неопределенно махнул рукой в угол зала и что-то буркнул под нос. Асато посмотрел в нужную сторону и увидел светящееся окошко.

— Стой здесь! Я сейчас! — отрывисто бросил Асато и направился быстрым шагом к окну. Если бы он в этот момент обернулся то увидел, как глаза таксиста блестнули странным металическми светом…

* * *

— Извините пожалуйста!

Почтенная дама с толстым красным лицом и маленькими хитрыми глазами неспеша оторвала глаза от раскрытой книги и посмотрела на молодого человека.

— Да, чем могу помочь?

Ее слова явно не соответсвовали желаниям.

— Я только что прилетел, — начал Асато, — меня должны были встретить, но не встретили. Не могли бы вы ей передать, ее зовут Глория Мейсон. Я уверен, она обязательно появиться и обратиться к вам. Передайте ее мою визитную карточку и на словах, то что я буду ждать ее в отеле «Интерстар».

С этими словами он протянул руку и полжил на стол перед женщиной маленькую пластинку. Женщина сделала кислую мину.

— Знаете мы вообще-то таких услуг не оказываем.

Асато вспомнил слова своего учителя по русскому, эммигранта из России, что здесь можно все, но за доллары, и прежде чем женщина успела взять в руки визитку, чтобы вернуть ее хозяину, он положил поверх ее хрустящую стодолларовую бумажку.

— Ну, я вас очень прошу!

Лицо почтенной дамы удивленно вытянулось.

— Да, да, конечно. Нет проблем! — и тут же опомнившись расплылась в улыбке.

— Я буду очень рада вам помочь!

— Спасибо!

Асато перехватил по-удобнее сумку и направился к ждущему его таксисту. Он был уверен, что тепреь его послание дойдет до места назначения.

* * *

Отель «Интерстар», самый большой в Москве, по международным стандартам входил в разряд «пятизвездочных». Огромное, в стиле «модерн» здание величественно возвышалось над окрестностями. Крытая стоянка перед ним был занята в основном иномарками. «Форды», БМВ, «Крайслеры» и «Шевроле» чувствовали себя здесь как дома. Желтая, с черными шашечками «Волга» выглядела здесь бедным родственником, но водитель нисколько не беспокоясь об этом, лихо подскочил к самому подъезду, шустро обежал машину и открыл дверь своему пассажиру, явно в надежде на чаевые. Асато не стал его разочаровывать. Расплатившись, он вошел через стеклянную дверь в вестибюль и остановился у стойки.

Портье, молодой парень, в белой, безукоризненно чистой рубашке и красном галстуке как-то странно посмотрел на него и тут же выложил на стол ключ от номера. Нисколько не удивляясь такой предупредительности, Асато сунул ключ в карман и расписался в журнале.

— У вас можно заказать обед в номер?

— Да, конечно.

— Тогда пусть мне принесут что-нибудь поесть и пару банок пива.

— Свежее пиво есть в холодильнике.

— Да! Но все равно не забудьте про обед. Я ужасно голоден.

Скороговоркой проговорил Асато и бросился к лифту, в который садилась очаровательная брюнетка…

* * *

Нет, все-таки в России есть чем заняться! Думал Асато, открывая дверь в номер. Русская красавица оказалась на редкость сговорчивой. Они договрились встретиться через час в баре.

Весело насвистывая, он прошел в номер и, щелкая выключателями, обошел свои аппартаменты. Комнат было всего три: большой холл, маленькая гостиная и спальня с широкой, покрытой ярко красным покрывалом, кроватью. Оставшись довольным, Асато бросил кейс на кровать, нарушив тем самым ее идеальную поверхность, и принялся быстро доставать из него свои немногочисленные вещи. Раскидав их по всей кровати, он неожиданно поймал себя на одной мысли.

Он вспомнил явно смущенные глаза портье, который кинул ему на стойку ключи и то, что в журнале была уже написана его фамилия. «Точно, яже ведь не предъявлял никаких документов и не назывался!»

Выпрямившись, он медленно сузил глаза, так так что они стали похожими на две тоненькие полосочки и посмотрел через плечо на открытую дверь из спальни.

«Дурак! — выругал себя Асато. — Я совсем потерял бдительность. А ведь с самого начала со мной происходят странные вещи. Не приехала в аэропорт Глория. Кстати, надо будет ей позвонить! Теперь вот номер, который я не заказывал. Что все это значит?»

До слуха «самурая» донеслись шаги из соседней комнаты. Асато напрягся, тряхнул головой и громко крикнул.

— Кто там?

Ответа не последовало. «Может это принесли поесть? Тогда почему не отвечают?

Тихо ступая по коврам, Асато прошел в маленькую гостиную, а оттуда в большую. Она была погружена во мрак. «Странно, я же везде включал свет! «Он протянул руку к выключателю и в этот момент услышал грубый голос, который заставил отдернуть ее обратно.

— Я бы не стал этого делать!

Асато повернулся на голос и увидел неясный силуэт. Кто-то сидел в кресле возле зашторенного окна.

— А что мне может помешать? — спросил он как можно спокойнее.

— Думаю, что вот эта штука калибра девять миллиметров, которую я держу в руках.

Приглядевшись Асато разглядел металлический блеск в том месте, где по идее должна была находиться рука. Постепенно привыкнув к темноте, он смог увидеть и сидящего в кресле. Лица, конечно, он по прежнему не видел, но по крайней мере ему удалось выяснить, что у него не очень широкие плечи.

— О, кей! — Асато вскинул вверх ладони, растопырив пальцы. — Не буду, но теперь потрудитесь объяснить мне, что вы делаете в моем номере.

Незнакомец усмехнулся.

— Ошибаетесь! Это мой номер, а вы его заняли незаконно.

— Подождите! Подождите! Я сейчас посмотрю. Если это так, я уйду. И у нас не будет проблем.

Асато повернулся к выходу.

— Стоять! — Резкий окрик остановил его. Вспыхнув, Асато резко обернулся раздувая ноздри.

— Ну, ну, малыш! Я знаю, что ты прыткий, поэтому советую не делать резких движений. Это опасно для твоего здоровья.

— Кто ты такой? — заорал Асато. — Что тебе надо от меня?

— Вот это ближе к делу.

Мужчина встал и, расставив широко ноги, направил пистолет точно в лоб японца.

— Мне нужны карты и пояснения к ним. Короче все, что ты с собой привез из Японии. Отдай их мне и ты тут же про меня забудешь.

Шумно дыша через нос, Асато несколько раз сжал и расжал пальцы, постепенно успокаиваясь.

— Ах, вот оно что. А ты не боишься…

Он не знал что делать и решил потянуть время. Глаза быстро бегали по комнате в поисках чего-нибудь, что могло бы ему помочь.

— Карты, быстро! — прервал его речь преступник. — И не пытайся меня надуть.

— Они в сумке.

Бандит махнул пистолетом по направлению к спальне.

— Вперед, доставай! Только не забудь поднять руки.

Асато с поднятыми руками прошел в последнюю комнату и склонился над кейсом. Краем глаза он наконец смог разглядеть своего противника. Он был примерно одного с ним роста, но непропорционально сложен с длинными как у орангутанга руками. Наставив на него пистолет, бандит внимательно смотрел за всеми движениями японца.

— Ну, быстро, быстро!

Асато начал нервничать. Что же делать? Этот парень слишком опытен. Он не подпустит к себе. Может кинуть в него сумкой. Асато прикинул расстояние. Нет, слишком далеко. Эх, если бы его чуть-чуть отвлечь, хоть на мгновение.

Громкий стук в дверь заставил вздрогнуть обоих. Незнакомец лишь на доли секунды скосил глаза, но для Асато и этого было достаточно. Тяжелая сумка отклонила ствол пистолета. Но незнакомец все же успел нажать на курок. Пуля вместо головы Асато разнесла вдребезги вазу, стоявшую на столике. А в следующее мгновение мощный удар ладонь в переносицу опрокинул преступника на спину. Ударившись затылком об угол кресла, мужчина забился в конвульсиях, закрипел и сразу обмяк, надев на себя страшную маску смерти. Удар ребром сломал переносицу и лобная кость наехала на глаза до безобразия исказив лицо, которое и без того было изуродовано длинным шрамом, тянущимся почти через всю щеку от губы до виска.

— Что здесь происходит?

Дрожащий женский голос заставил Асато вздрогнуть и выпустить руку убитого, которую он держал, пытаясь нащупать пульс. Перед ним стояла красивая женщина с желтыми пышными волосами и в фиолетовом плаще. Ее голубые глаза были широко раскрыты и растерянно бегали.

— Вы кто?

При ее виде у Асато глаза сделались круглыми. — И как сюда попали?

— Меня зовут Глория Мейсон. Дверь в номер была открыта.

— Понятно! — Асато кивнул головой и указал на убитого. — Этот человек пытался меня ограбить.

Глория внимательно посмотрела на лицо убитого и после секундного замешательства прошептала.

— Шрам! Я его уже видела. Это он угрожал мне пистолетом и запер в сарае сегодня утром.

— Асато, — Глория посмотрела на молодого человека. — Я думаю, что все это не случайно. Да, нет сейчас я в этом просто уверена. Нам нужно быстрее бежать отсюда. Пошли! Скорее…

Она схватила Асато за кисть и потянула к двери, но тот мягко перехватил ее тонкую руку.

— Нет, миссис Мэйсон. Я убил человека. Нужно вызвать полицию.

Глория усмехнулась.

— Здесь нет полиции. Здесь милиция. А поскольку в деле замешан иностранец то делом будет заниматься совершенно другая организация. И поерте мне ничего хорошего нам от встречи с ней ждать не приходиться. Пошли, я подразумеваю, что они сами уже едут сюда, чтобы схватить вас. Пошли, я знаю, что говорю!

Она раздраженно топнула ногой, но Асато решительно тярхнул головой.

— Нет, я не чувствую себя ни в чем виноватым. Я должен остаться. Мои действия могут расцениваться лишь как самооборона.

Глория, видя что его не переубедишь в нерешительности замерла в дверях.

— Ну что ты будешь делать с этим упрямцем! Ладно может вы и правы. Оставайтесь, если хотите, но отдайте мне все карты и документы. Я их сумею как следует спрятать. После того как все закончиться, вы мне позвоните.

Асато внимательно посмотрел на женщину. Сранно, но после всего проишедшего он все же ей верил.

— Хорошо. Лишняя предосторожность не помешает. Он быстро сунул ей в руки тненький конверт.

— Вот здесь все. Идите и будьте осторожны.

* * *

Из черного динамика доносились голоса.

— Идите и будьте осторожны.

Альберт Валленштейн, дослушав фразу, наклонился вперед и выключил подслушивающую аппаратуру. На его отвислой губе как всегда висела сигарета. Откинувшись назад в кресло, он грязно выругался, выплюнул окурок на пол и разадвил его каблуком тонкой туфли. Затем развернулся и посмотрел на своих волкодавов, которые сидели на диване за его спиной.

Их было трое. Тупые животные, безжалостные убийцы, слепые исполнители его воли. Их лица уже давно потеряли все человеческое. Поняв движение «патрона» как сигнал к действию, они без лишних слов встали и вереницей направились к двери.

— Да, стойте вы, кретины! — Альберт матюгнулся.

— Вы двое, останьтесь здесь. — сказал он широкоплечим парням с фигурами штангистов-тяжеловесов. — Все равно не умеет ходить тихо.

— А ты! — он ткнул пальцем в грудь угрумого мужчины со сломанным носом, по видиому отставному боксеру. — Как только девка уйдет, сразу же поменять номерки на дверях. Сделать так как было. И смотри чтобы тихо!

Он снова выругался.

— Черт бы побрал этого Пелэ. Я же его предупреждал, что парень прыткий. Да ничего…

В его глазах заблестел дьявольский огонек. — Нет худа без добра. Этот япошка еще пожалеет, что к нам приехал.

Он разразился смехом, который прекратился также резко, как и начался.

— А вы! — кивнул он штангистам. — Как только здесь все уляжется поедете домой к той куколке ит првезете ее вместе с бумагами. Да смотрите не попортите… бумаги!

Глава 5

Подъезжая к отелю, Андрей обратил внимание на огромное скопление машин перед входом в гостиницу. Быстро сориентировавшись, он оставил машину, «жигули» шестой модели цвета «металлик», на обочине, а дальше пошел пешком. Не привлекая внимая, он лавируя между, мигающими синими огнями, машиной скорой помощи и милицейским «воронком» подошел к центральномц холлу. Именно в этот момент, ему навстречу вышли два санитара в белых халатах, несущие носилки с телом, прикрытое покрывалом. Уступая дорогу, Андрей сделал шаг в сторону и наступил на железную решетку, из которой с монотонным звуком вырывался теплый воздух.

— Может помочь! — Андрей дернулся к двери, стараясь ее придержать. Образовался сквозняк. Холодный воздух с улицы закружился с теплым потоком и это маленькое «торнадо» сдернуло простыню с трупа, обнаружив безобразный оскал.

— Черт бы порал таких помошников! — ругнулся злобно хмурый санитар, идущий сзади и поставив одну ручку носилок на колено с безразличным видом запахнул кусок материи.

В другой раз Андрей может быть и обиделся, но в этот момент он даже не услышал слов санитара.

Перед ним, вот уже в какой раз за этот день, промелькнула картинка из прошлого. Животный оскал, в котором нет ничего человеческого, поток крови, хлещущий из располосованной щеки, прямо ему на рубаху и страшный огонь, раздирающий грудь после предательского выстрела.

Все это промелькнуло в голове за доли секунды и он снвоа поймал себя на мысли, что стоит с идиотским видом. Только на этот раз в проеме дверей, загородив собой весь проход, и с глупым видом таращась на то, как санитары закрывают дверь «скорой помощи».

— Черт возьми! Что со мной на самом деле! — отругал себя Андрей и, нахмурив брови, вошел в широкий вестибюль. — Хотя, сказать по правде, я сам бы с удовольствием проломил ему голову.

Тут его посетила мысль, которая заставила его громко присвистнуть. «А ведь здесь действительно пахнет сенсацией. Не знаю, что это за иностранец и почему он убил Пеле, но он точно не промах. Это надо же, ухлопать профессионала.»

В Андрее проснулся журналист и он тут же приступил к действиям. Несколько раз скрипнув резиновой подошвой по мраморному полу он повернул вправо и хлопнул ладонью по стойке, привлекая внимание портье. Щуплого молодого парня с бегающими глазами. В это время гостиница еще была пуста и парень занималмя тем, что читал какой-то растрепанный детектив, облокотившись о стойку. Как было принято в дорогих отелях, он стоял.

— Послушай, земляк! — Андрей попытался изобразить на лице что-нибудь по-приветливее. — Может ты мне скажешь, что здесь произошло.

Портье посмотрел на Андрея, никак не хотя признавать за ним право на землячество, и шмыгнув носом, буркнул:

— Ходят тут всякие! — и попытался отвернуться.

Но Андрей с необычайной ловкостью перегнулся через барьер и вцепился ему в плечо.

— Ну, старик, ты меня плохо понял!

Его глаза зло сверкнули. Андрей выбрал такой тон, потому что почувствовал, что малый почему-то трусит. Такой метод тут же увенчался успехом. Портье скис и его нижняя губа задрожала.

— Да что вы все ко мне лезете. Я вообще здесь ни при чем. Вон, спрашивайте у следователя, если есть желание.

Андрей обернулся и увидел приземистого мужчину в кожанном плаще с довольным видом несущего перед собой упитанное брюшко. Он вышел из двери с надписью «администрация», о чем-то живо беседуя с богатым мужчиной, судя по крючковатому носу, евреем, и направлялся к двери. Сзади на почтенном расстоянии от них шли здоровенные мордовороты. «Наверное, телохранителя еврея» — решил Андрей и выпустил портье из своих рук.

— Ну ладно, я еще вернусь.

Кинул он через плечо и бросился наперез странной процессии на ходу доставая диктофон.

— Несколько слов для прессы! — выпалил он, подсовывая под нос следователя микрофон. — Что здесь произошло. По подробнее, если можно!

Обалдев от такой наглости жирный следователь вылупился на Андрея, будто говря: «А это еще кто такой?» Андрей легко выдержал взгляд и, очаровательно улыбнувшись, повторил вопрос, тоже мысленно посылая его «на хрен».

Стрельба глазами окончилась в пользу журналиста. Следователь кивнул головй и, крехтя, полез в карман за сигаретой. Достал ее и, отбив о большой палец, сунул в рот.

— Ну что, дело можно считать закрытым!

С этими словами он посмотрел на еврея, который безжизнеными глазами следил за разговором. «Такое впечатление, что он здесь главный, а не «следак», — подумал про себя Андрей и щелкнул диктофоном. Услышав щелчок, еврей встрепенулся и еле заметно мотнул головой. Следователь сделал большие глаза и заорал.

— Нет, выключи эту штуковину. Иначе вообще ничего не узнаешь!

Андрею пришлось подчиниться. Облегченно вздохнув, толстяк выпустил струю дыма.

— Так вот, — начал он свой рассказ. — Молодой японский бизнесмен, некто Асато Богудэн, снял в гостинице номер. «Люкс!» — почему-то подчеркнул он, — но по ошибке попал в другой номер. Видимо он был пьян. Точнее установит экспертиза. Его попросили убраться, но он начал возмущаться и ударом кулака убил соседа. Свидетели есть.»

Он посмотрел на еврея.

— Так что я думаю, очень скоро дело передадут в суд.

— А где же японец?

— А отделении. В камере предварительного заключения.

— Вы не боитесь последствий. Все-таки иностранец.

— Все-таки убийство! — парировал следователь и махнул рукой, показывая, что не хочет больше разговаривать.

Андрей открыл было еще рот, но телохранители грубо отодвинули его в сторону и кавалькада продолжила свой путь.

Андрей с сожалением посмотрел им вслед, потом на безжизненный диктофон и сунул его в карман. «Ну что ж! Попытаемся узнать что-нибудь сами, а то ребята чего-то темнят!

Вспоминая разговор, он обратил внимание на одну деталь, которую необходимо было проверить…

Портье посмотрел на него опасливым взглядом и, стараясь держаться на безопасном расстоянии, спросил.

— Что не вышло?

— Да, нет, земляк, все нормально. Дай-ка мне лучше взглянуть на журнал.

Опередив портье, Андрей сам перегнулся через стойку и подхватил толстую книгу для запись жильцов.

— Так, Асато Богудэн — комната 333. А кто снял соседний 334 номер?

— Этот убитый. Как его там — Рустам Ибрагимов. — вступил в разговор портье. — А что?

Андрей цыкнул сквозь зубы.

— Да, нет, ничего. Только мне кажется, что ты что-то не договариваешь. А-а-а-ааа.

От этого «а-аа-а» портье передернуло.

— Мне нечего скрывать, — он немного помолчал. — Только мне показалось, что они, ну, японец и Рустам, были знакомы.

— То есть?

Ну, этот Рустам, аккурат перед появлением японца, вышел в холл и попросил сдать соседний номер для японца, который сейчас войдет и назвал его имя. Я сделал это.

— Возможно, возможно! — пробубнил себе под нос Андрей и, кинув взгляд на лифт, спросил.

— На каком этаже номера?

— На третьем.

Отлично.

Андрей бросился к открывающейся двери лифта, а портье облегченно вздохнул и снова уткнулся в книжку.

* * *

Дверь лифта бесшумно распахнулась и Андрей вышел в корридор третьего этажа. Пушистый ворс подавлял все звуки. Он дошел до нужной ему двери и остановился. Прмслушался. Вроде бы все было нормально. Немногоу спокоив бьющееся сердце, Андрей приступил к осмотру. Прямо перед ним был дверь с номером 334, опечатанная пластилиновой пломбой, но он не стремился проникнуть туда. Пока! Сейчас его волновлаи лишь двери. Вернее дверные номера. Медные, ярко накрашеные, они казалось никогда не покидали своих мест, но при помощи перочинного ножа Андрей легко отделил их отполированной поверхности. И сразу стало видно, что их совсем недавно посадили на клей, который еще не успел высохнуть.

«Теперь все понятно, — подумал «бывший» сыщик. — Или во всяком случае кое-что!» Почесав кончиком ножика за ухом, он прилепил номера на место. «но это еще не доказательство!»

Вставил тонкое лезвите в замок неопечатанного соседнего номера, того который согласно книги записи снял Пеле, и надавив плечом открыл его. Медленно прикрыл дверь за собой и включил свет в прихожей. Стараясь не думать о том, что будет, если его здесь застукают, он быстро загялнул во все комнаты и пришел к выводу, что здесьь активно пользовались только одной. Той, у которой стена был смежной с соседним номером. С тем, где произошло убийство.

К ней был придвинут маленький столик и кресло. На столе стояла бутылка «Бренди», стакан, наполовину наполненый, пепельница полная окурков, пепел от которых был рассыпан по всей поверхности стола, кроме одного места.

«Судя по всему здесь стоял магнитофон!» — усмехнувшись, подумал Андрей, глядя на рвоный квадрат в центре. Он был готов дать голову на отсечение, что если бы хорошо порылся, то нашел бы в соседнем номере маленького «жучка».

Осталось еще узнать, кто здесь был!

Андрей в последний раз окинул взглядом чей-то пункт для подслушивания и, мягко ступая, вышел. Теперь его мысли крутились вокруг новой идеи, которая могла бы дать богатые всходы. «Асато Богудэн!» Крутил он имя японца, гонял из угла в угол, ставил с ног на голову и обратно. «Асато Богудэн! Где-то я уже слышал сегодня это имя. Точно слышал. Но где?

В лифте его осенило. Хлопнув себя по лбу, он рассмеялся. «Глория Мейсон или как ее там!» Ведь именно она спрашивала японцав аэропорту. Видно не зря говорят, что мир тесен.

С кривой ухмылкой он снова подошел к портье.

— Держу пари, малыш, — крикнул он с ходу. — Что ты еще кое-что зажал от меня.

Тот бешеными глазами посмотрел на появившегося «сыщика» с удостоверением журналиста и заскрипел зубами.

— Оставишь ты меня в покое или нет. Ту мне меашешь работать!

Он кивнул на длинную очередь иностранных туристов, которые с удивлением смотрели на русского гиганта в кожанной куртке. Андрей весело подмигнул американской бабуле в больших зеленых очках и со здоровенным рюкзаком за спиной и похлопал по плечу толстого негра, громко крикнул.

— Хелло! Велкоме ин Русланд!

— Хелло! Хелло! — загалдела очередь, принимая Андрея за большого начальника. А тот, наклонившись к самому уху портье, зашипел.

— Хочешь я сейчас устрои маленький скандальчик и они пулей вылетят отсюда.

Портье сделал большие глаза.

— Могу поспорить, что здесь никто не знает о том, что произошло в 333 номере.

Большие глаза сузились.

— Чего тебе надо?

— Ты забыл рассказать о девушке. Ну!

Кровь прилила к побледневшему было лицо парня.

— Ну была здесь одна. Беленькая, в фиолетовом плаще. Красивая. Спросила где остановился японец и минут через пять выбежала.

— За ней никого не было?

— Нет.

— А кто еще входил в соседний номер, кроме убитого.

Портье шарахнулся в сторону от такого вопроса.

— Не-ее знаю, — но под пристальным взглядом выдал и это, — тот кто был со следователем. Они…

Андрей сделал знак замолчать.

— Ладно, ты меня не знаешь, я тебя тоже. Пока!

Андрей сделал шаг в сторону и вернулся.

— Где здесь телефон?

— За углом.

— А бар?

— Там же.

* * *

Телефонный аппарат глухо звякнул. «Серебрянный» кругляшок с металлическим звоном провалился в монетоприемник, и, вместо длинных, надоедливых зуммеров, Андрей услышал голос своего шефа.

— Алло! Это я. Из гостиницы… Очень интересное дело… Думаю стоит заняться как следует… Есть за что зецеииться… Нужна информация…

— О ком?

— Попросите у наших друзей досье на человека по имени — Рустам Ибрагимов.

— Кто такой?

— Больше всего он известен ка Пелэ. Киллер.

— Так! Пелэ! Записал. Что-то имя знакомое, а это случайно не тот…

— Да, он.

— Хорошо. Кого он убил?

Андрей усмехнулся.

— Это как раз его убили.

— Вот это да!

— Я же говорю, что дело темное, Будет хороший материал. Так что пока. Вечером перезвоню.

— Ну, добре. Не затягивай там. Помни, что мы должны написать об этом первые.

Андрей повесил трубку и достал из кармана визитную карточку с золотым тиснением. «Теперь надо позвонить ей!» Он набрал первую цифру и вдруг от неожиданности остановился. Почувствовал, что руки не хотят его слушаться. «Кому ей? Глории Мейсон или…»

Он бросил трубку и и спустился вниз по винтовой лестнице в бар. В отсутсвующим взглядом сел на одно из свободных мест у стойки и, обхватив голову руками, уставился в одну точку.

Бармен с пышными усами, увидев в нем своего клиента, подбросил в руке высокий стакан для коктелей, прищурясь, проверил на свет его чистоту, протер безукоризненно белым полотенцем воображаемое пятнышко и, глядя в сторону Андрея, вкрадчиво заговорил.

— Что старина, проблемы?

Андрей, повернув голову на голос, ответил.

— Да, так небольшие.

— Ну, это бывает.

Продолжая полировать стакан, бармен подошел к парню.

— Пить будете?

Андрей протолкнул слюну в пересохшее горло и кивнул.

— Плесни, самую малость.

— Плесни мне колдовства! — спертым голосом пропел бармен и очень ловко наполнил коньячную рюмку янтарным напитком.

Андрей зажал ее в ладони, сильно сдавил и залпом, не поморщившись, выпил. Со смаком облизнул с губ остатки «росы» и грохнул бокалом об стойку.

— Ну, тише, тише, ты мне всю посуду перебьешь!

Бармен, нахмурив брови, налил снова.

— Нет, хватит, спасибо.

Андрей отодвинул рюмку в сторону и кивнул на пластмассовый телефон, стоящий на стойке.

— Позвонить можно?

— Звони.

Бармен бережно подвинул аппарат и заговорщецки подмигнул.

— Небось ей?

Андрей с сомнением покачал головой.

— Если бы я знал.

Ну ничего! И такое бывает. А ты все равно позвони. Глядишь, чего-нибудь и получится. Я думаю, это ведь не опаснее, чем прыжок в преисподнюю. А?

Андрей с испугом посмотрел на бармена.

— Кто знает? Может так оно и есть.

Бармен пожал плечами.

— Ну, тебе лучше знать. Ты давай звони.

Андрей набрал номер и услышал как длинные гудки забились в унисон с его пульсом.

— Не отвечает! — он положил трубку, — попробую еще раз.

Дзинь.

— Алло! — Андрей услышал женский голос и облегченно подмигнул бармену.

— Алло, это дом Глории Мейсон? Мне нужно поговорить с хозяйкой.

— Да, я слушаю, а с кем я говорю!

— Я думаю, — Андрей надавил на последнее слово, — что вы меня не знаете. Но сегодня утром в аэропорту вы забыли свою косметичку. Мне хотелось бы вам ее вернуть.

В трубке молчали.

— Да, кажется, я ее забыла. И что вы хотите в замен?

— Ничего, просто передать вам ее. Куда вам ее привезти?

— Если вы не против, то давайте встретимся сегодня в 16 часов. Я буду на Пушкинской площади. У «Макдональдса». Вас устроит.

Андрей посмотрел на часы.

— Через полтора часа. Да, вполне. Хорошо, я буду ждать.

— Вы знаете как я выгляжу?

— Да! — У Андрея перехватило дыхание, а потом он медленно выговорил.

— Желтые волосы, голубые глаза, чувственный рот и небольшая родинка на правом бедре. В виде сердца.

На другом конце провода раздался смех.

— Все верно, только, — он услышал как в трубке раздалось ее сильное дыхание. — Насчет родинки. Это вы, конечно, приврали. Кстати, как вас зовут?

Он ждал этого вопроса. Ждал и боялся.

— Андрей.

— Андрей?!!!

Ее голос дрогнул и сел, но всего на долю секунды.

— Что-нибудь не так?

— Нет, все так, — Она грубо прервала его. — Я буду возле светло-голубого «Мерседеса» в широком фиолетовом плаще. Это на всякий случай! Не опаздывайте.

Прежде чем Андрей успел что-то сказать, она бросила трубку. Раздались короткие гудки.

Бармен с опаской посмотрел на молодого человека беззвучно шевелящего губами и недоуменно пожал плечами. Тряхнув головй, Андрей «махнул» еще одну рюмку, расплатился м вышел…

Глава 6

Андрей не спешил. Сделав круг вокруг Пушкинской площади, он был вынужден признать, что припарковаться здесь в такое время суток не простое дело. На втором витке, наконец, высомтрел узкое пространство между небольшим автобусом «мицубиси» и черными рогатыми «тачками», отдаленно напоминающими мотоциклы. Он смог втиснуться между ними. Двухколесные монстры, судя повсему, принадлежали группе ребят, сидящих на спинке, одной из лавочек в тени развесистых деревьев.

Проходя мимо них, Андрей лишь успел заметить, что мотоциклисты все как один одеты в «косую» кожу и шнурованные ботинки военного образца. Ребята слушали «тяжелую» музыку и в руках у некоторых позвягивали цепи. «Такие наверное больно бьют!» Подумал Андрей и, сунув руки в карман, перебежал дорогу. Секундой позже к «безобидной» компании подошел человек в темном пальто и бросил несколько фраз, указывая на Андрея. После чего сразу же испарился. А парни, кивнув головой в знак согласия головой, зло посмотрели на удаляющегося Андрея и продолжили прослушивание хриплой кассеты.

Часы показывали пять минут пятого, когда Андрей впервые почувствовал беспокойство. С каждой минутой оно нарастало и нарастало. И наконец, в пол пятого, он понял, что она не приедет. Что-то случилось?

Это была единственная мысль, которая крутилась в голове. Почему ее до сих пор нет? Может она чего-то испугалась? А может ее что-то помешалось? Да!

Он вспомнил страшное и таинственное убийство в гостинице, к которому, судя по всему она ртоже была причастна. «Помешали! Конечно! С ней что-то случилось…» Он бросился к телефонной трубке. «Ну же! Ну же, давай поднимай трубку! Длинный зуммер начинал действовать ему на нервы. Поднимай трубку, давай!

Дзинь! Монета провалилась и чужой мужской голос груба выдал ему.

— Вы не туда попали!

— То есть как не туда! Это дом…

Вместо ответа он услышал длинные гудки. От ужасной мысли почувствовал, как волосы поднялись на голове. Кто-то проник в ней в дом и…

Он с силой сжал пальцы, так что они побелели и, сломя голову, бросился к месту стоянки своей машины. Скорее, скорее!

Только сейчас он понял насколько важна ему эта встреча. Пускай — это будет даже не Света, которую он отчаялся уже найти. Пускай Глория Мейсон, но так или иначе она нужна ему, и он должен ее найти.

Подскочив к машине, Андрей вдругу слышал резкий окрик. Один из тех окриков, которые заставляют вздрогнуть, если услышишь его в многолюдном месте, и бежать, если — в темном переулке.

— Эй! Мужик!

Андрей не сразу понял, что кричат ему.

— Эй! Мужик, ты что оглох?

Наконец, до него дошло и он оглянул через плечо. Окрик шел из темной толпы парней.

— Поди сюда, разговор есть.

— Мне некогда!

Андрей не почувствовал в их словах особенной угрозы и снова повернулся к машине.

— И все же тебе придется с нами поговорить!

Тяжелая рука опустилась ему на плечо. Андрей увидел тупую физиономию маловозрастного дебила с панковской прической и тут, наконец, понял, что происходит.

— Чего вам надо?

Выговорил он ровным голосом и выпрямился. Машина была уже открыта и он одной ногой стоял в салоне.

— Эта стоянка принадлежит банде «Паука».

«Эх, ребята, показал бы я вам паука, если бы не спешил!» Подумал Андрей, внимательно следя за их движениями.

— И что вам от меня надо?

Он постарался говорить спокойно.

— Твоя «тачка» стояла здесь. Ты должен заплатить.

— !!! Ах! Вон оно что! Сейчас! Я заплачу.

Андрей отбросил руку, которая все еще покоилась на его плече и коротко выбросив кулак, ткнул им в мягкий живот «дебила». Этого оказалось достаточно, чтобы согнуть его в дугу. Заловим кисть за спину, Андрей повернул его вокруг оси и сильным пинком отправил к своим товарищ, которые не пожелали принять его и расступились. Панкующий кретин проскочил несколько шагов и сшиб свой тушей, стоящие за ватагой мотоциклы. Они с грохотом повалились один за другим как кости домино.

Воспользовавшись замешательством в рядах нападающих, Андрей захлопнул за собой дверь и нажал на педаль газа. Бковоым зрением ему было хорошо видно, как размахивал главный «паук», с красной как у рака рожей, и как, очень быстро расцепив спутавшиеся мотоциклы, двое подонков вскочили на своих боевых коней и помчались за ним в погоню.

— Что вас всех! — грязно матюгнулся Андрей и вцепился в руль. Теперь уже черные шлемы рокеров были видны в зеркале заднего вида. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Один из догоняющих резко крутанув ручку газа, встал на дыбы.

Ну что ж погоняем! Андрей сжал губы и тут же брезгливо сморщился, услышав страшный скрежет металла за спиной.

Заднее колесо пошло юзом и зацепилось за бампер тяжелого фургона. Будто стремительный болит, лихач вылетел из седла и, перевернувшись в воздухе через голову, разбил своим телом заднее колесо легковой машины, идущей впереди. Второй мотоциклист налетел на развороченный остов мотоцикла, перелетел через руль, с криком упал на асфальт. Попытался встать, но заднее колесо фургона переехало его пополам. Закрытый черный шлем лопнул как арбуз и из него потакла красная жижица.

Все произошло так быстро, что водитель грузовика заметил случившееся лишь когда безжизненное тело протащило за машиной метров пятьдесят, размазав остатки мозгов по мостовой. Он резко ударил по тормозам. Раздался визг резины, послышались новые удары, звон разбившихся стекол.

Да, страшная смерть! Андрей разжал, наконец, челюсти, которые начинали ныть. Но они сами в этом виноваты!

* * *

Дорожный инциндент еще несколько минут занимал его мысли, но выехав на кольцевую дорогу, он тут же выбросил его из головы. «Пускай теперь болит голова у гаишников, ам не надо подумать как побыстрее добраться до дома Глории Мэйсон.» Он поморщился. «Да, пусть будет пока Глория Мейсон. Раз нет доказательств что это Света.»

Он достал из бардачка визитную карточку, где был написан адрес и сверился по карте. Свернув с кольца на Белорусское направление, Андрей вдавил педаль газа в пол и заставил бедный автомобиль задрожать. От резкого скачка его буквально вдавило в пол, но ему и этого показалось мало. «Сколько времени я потерял на площади, пока… Пока что?» Он не хотел об этом думать, поэтому попытался отвлечься следя за дорогой, но все равно дурные мысли так и лезли ему в голову. «Эх, я должен был это предвидеть!»

От дасады он взмахнул рукой и ударил по рулю…

Надпись у дроги гласила — «Дачный поселок». Свернув на узкую ухоженную дорогу, он с удвилением отметил, что он вылизана до неприличия. «С мылом что ли ее моют?» По бокам дороги росли невысокие елочки, как с новогодней картинки, лишний раз напоминая, что люди здесь живут ни в чем себе не отказывая. Домов было пять и шесть. Нужный Андрею дом находился в самом красивом месте. Примерно где-то в середине поселка и походил на маленький дворец или роскошную виллу западного образца. Аккуратно постриженная лужайка, подземный гараж и огромные окна. Андрей сверил табличку на стене с номером дома в визитной карточке иостановился.

Странно! Ни одно души. Как будто все вымерли! Он неспеша вылез из автомобиля. С удивлением отметил, что у шикарного дома открыты ворота. Опасливо оглядываясь, андрей вошел в них и, пробежав по лужайке (трава оказалась искусственной.) подошел к двери. Нажал несколько раз на звонок. Подождал немного. Понял, что ему никто не откроет и взялся за ручку двери. Она бесшумно расмпахнулась перед ним и Андрей увидел широкий корридор.

— Есть здесь кто-нибудь? Можно зайти?

Он перешагнул через порог. Уже предчувствуя, чтое му никто не ответит.

Начиная с прихожей в доме царил невообразимый бардак. «Будто стадо мамонтов прошло.», обыкновенно говорят в таком случае и это было похоже на правду.

Пробираясь в гостиную, Андрею пришлось перешагнуть через перевернутую тумбочку с обувью. Из нее было вытряхнуто все до послденей тапочки. А саму тумбочку наверное несколько раз хорошо трахнули об стенку, потому что в нем была видна солидная вмятина, а сама тумбочка была разобрана на составялющие. В гостиной развал был еще больший. При виде того что там твориться Анрей не ударжался от грубого словца и уставился на дорожку крови, ведущую к дивану.

Опять убийство! Андрей с онеобычной осторожностью обошел диван каждую секунду ожилая увидеть там чей-то труп, но вместо него за диваном валялась лишь разбитая банка йода и несколько разорваных и испачканных кровью платков. Андрей облегченно перевел дыхание. «И все же что здесь произошло?» Он обвел глазами огромную комнату. Кажется кто-то здесь дрался, а потом что-то искали. Что? И нашли ли?

Под ногой хрустнуло стекло и Андрей увидел разбитую рамку с фотографией. Фотография лежала изображением вниз. Он нагнулся и перевернул ее.

Если бы на ней была бы изображена рожа дьявола, то он, наверное, испугался бы меньше. На глянцевой бумаге в резной рамочке был… он, Андрей Верещагин, собственной персоной. Да еще в углу примостилась траурная шелковая ленточка. Андрей почувствовал, что его не держат ноги. Чтобы не упасть ему пришлось поднять опрокинутое кресло и сесть в него. «Моя фотография! Да еще в трауре! Почему?» Он беспокойно окинул взглядом комнату. Здесь может быть только один ответ. «Теперь нет никаких соменений. Под именем Глории Мейсон скрывается Света. Он нашел ее. Но почему здесь, в таком доме?» На это ответа у него не было.

«Правда, теперь можно понять почему она не узнала меня в аэропорту, почему дрожал ее голос в телефоне. Он считала меня погибшим.»

Андрей щелкнул ногтем по портрету. «Но я жив, а вот что с тобой?»

Его вдруг пронзил прилив необузданной ярости, бешенства и подумал, что сейчас сам начнет здесь все крушить. «Суки! Если хоть один волосок упадет с ее головы!» Он встал и прошелся по комнате, давя в се что попадалось под ногами. «Однако нельзя терять голову!» Он чувствовал, что разгадка на все его открытые вопросы где-то здесь, где-то рядом. Может быть прямо в руках!

«В руках! «Андрей посмотрел на фотографию и неспеша перевернул ее к себе задней стенкой. Странно, толщина фотографии не может превышать несокльких миллиметров, а стенка даже на ощупь в несколько раз толще. Интересно, чтобы это могло значить! Он вынул заднюю стенку и увидел за ней какие-то желтые бумаги. «Я так и думал. Тайник. Карта и листок с иерогрлифами. Одна загадка круче другой. Ну чтож, скорее всего это то, что искали. Попробуем это как-то обменять на Светлану!»

Сунув бумаги в карман, Андрей подмигнул своему изображению и, стерев на всякий случай свои отпечатки пальцев на дверной ручке и рамке фотографии, вышел.

* * *

Выйдя на улицу, Андрей с удивлением отметил, что уже стемнело. «А ведь верно, уже часов восемь!»

Включив фары, он развернулся и опехал в обратную сторону. Дорогой попытался разложить все по полочкам.

«Итак. Начнем с аэропорта. Некто - Асато Богудэн прилетел сегодня утром в Москву. Его должна ыбла встречать некто Глория Мейсон, но по каким-то причинам ей это не удается. Асато Богудэн один едет в гостиницу, в которой его уже ждут. Устраивают атракцион со сменой табличек на дверях и подслушивание. Кроме того к нему в номер подсылают Пеле, который должен был любезно попросить у японца, насколько я понимаю, вот эти карты. Но что-то там у них не заладилось и Асато убивает наемника. Да, похоже, что все так!

Тогда некто, тот кто послал Пеле, вызывает милицию и делает все так, чтобы у слдеовталея не возникло сомнений по поводу того, что японец во всем виноват сам. Асато сажают, но карты опять пропадают. Так как их увозит Глория Мейсон, которая к тому же оказывается не Глорией Мейсон. Этот таинственный некто обыскивает дом глории, но не находит там ничего и увозит девушку в неизвестном направлении. Видимо в надежде, что там она им сама раскажет где спрятана карта. Черз какое-то время в дом Глории приезжаю я и по случайности нахожу эту карту. А что мне теперь с ней делать?

Я начал расследовать дело японца в надежде на интересный материал в газету, а теперь к этому еще прибавилось похищение, которое я должен во что бы то ни стало раскрыть. Иначе, я не смог себе этого прости. Н-да! Дело обротсает обстоятельствами как снежный ком! Ну что ж! Это все хорошо! Однако, как решить эту задачу с двумя неизвестными. Судя по всему больше зацепок никаких нет и мне придется вызывать огонь на себя. Но как?

Как? Андрей даже ухмыльнулся. Ему ли не знать как. Ему — журналисту!

Машина неслась по пустынной дороге, сеъдая километр за километром, а он уже сочинял в голове статью, которая должна будет выйти в ближайшие дни на страницах самой популярной газеты Москвы. Он уже видел ее заголовок.: «Журналист ведет расследование. Найдены таинственные карты…»

* * *

Стрелка прибора, отвечающая за количество бензина, неровно задрожала у нулевой отметки. Андрей, занятый своими мыслями, слишокм поздно это заметил. Он уже ехал по освещенной фонарями трассе, когда мотор, несколько раз чихнув, заглох и больше уже не заводился.

Нахвурив броив, Андрей уставился на стрелку. Несколько раз стукнул по ней пальцем, будто от этого в баке мог появиться бензин и возрился на большую рекламную вывеску, светящуюся неоновыми огнями.

«На нашей бензоколонке можно заправиться, поесть и отдохнуть!»

Андрей наклонился к бардачку в поисках сигарет, потому что почувтсвовал непреодолимое желание затянуться, но вместо сигарет сигарет рука наткнулась на «косметичку». Помяв ее в руке, он засмеялся. «Вот это да, я джае забыл, что у меня есть доллары. Их как раз хватит, чтобы заправиться…»

Уперев ногами в землю, Андрей поднапряглся и с толкнул безжизненную машину с места. На ходу вскочил в нее и покатил по горке прямо к заправочной станции. Бензоколонщик, молодой патлатый парень, с серьгой в ухе и дергающейся щекой, увидев неожиданно и к тому же бесшумно выехавшую из темноты машину, отшатнулся и с испугом посмотрел на ее водителя. В ночное время работа в этих местах считалась опасной.

Поняв опасения парня, Андрей сделал лицо как можно приветливее и, помахав ключами, кинул их ему.

— Эй! Лови!

Парень оказался из ловких, поняв что это клиент, он поймал связку ключей на лету и спросил.

— Что нужно?

Андрей вылез из машины и направился к закусочной, пристроившейся на небольшом пятачке.

— Заправь, помой стекла и как будешь готов скажи мне.

— Хорошо! — буркнул патлатый и на его лице появилось странное выражение. Обойдя «Жигули», он обратил внимание на номера, погладил бережно капот и посмотрел в след удаляющемуся Андрею. Щека его задергалась быстрее обычного и он злорадно усмехнулся.

— Попался фраер!

После чего выудил из кармана комбинезона засаленную записную книжку и направился к телефону.

* * *

— Ну, что, готово!

Андрей поймал ключи, кинутые ему безколонщиком и сунул в его карман, свернутую в трубочку, купюру. — А это тебе!

Через полчаса, плотно перекусив и выпив рюмочку «Смирновской», Андрей уже чувствовал той усталости, которая навалилась на него после посещения особняка.

— Все будет хорошо, — убеждал он себя, — неужели я не найду выхода. Конечно, найду. Только сейчас не надо суетится.

Андрей сел за руль и выехал на трассу, темнота сразу обступила его со всех сторон, но это нисколько не пугало его. Дорога была ровная как полированная крышка стола и не требовала особенного напряжения…

Проводив взглядом, уехавший автомобиль, патлатый парень вытер руки о грязную замасленную тряпку и сделал ей широкий взмах в темноту. Оттда сразу раздался рев мотоциклов и лихие наездники из банды Паука, сорвавшись с места, помчались за своей жертвой.

Андрей увидел длинную вереницу огней за спиной и инстинктивно подобрался. Что-то в их периодичности было пугающее и зловещее.

Колонна мотоциклистов стремительно догоняла его и вскоре он увидел, тчо все они одеты в черные шлемы.

Пауки! Ах, что бы их всех! Этого я никак не ожидал. Андрей нажал на газ, пытаясь оторваться, но все попытки были напрасными. Прямо на глазах банда перестроилась и три мотоцикла, лихо подрезав Андрея, буквально чиркая по борту, обошли его. «Хотят прижать к обочине!» — догадался Андрей.

Мотоциклы закружили вокруг него в опасном танце. Он увидел, что у одного за спиной сидит пассажир. Это был тот бандит, который сегодня благодаря Андрею собирал носом землю. Бандит отчаянно размахивал руками и руководил всей операцией. Их круги становились все уже и уже. Просто удивительно, как это они до сих пор не свернули себе шею. Не желая жертв, Андрею пришлось снизить скорость и, когда мотоцикл с пассажиром поравнялся с его лицом, он увидел как бандит, сложив руки рупором, заорал.

— Тормози! Тормози совсем, падла! Стой! А то хуже будет!

И будто показывая, что может быть хуже, он размахнулся рукой, на которой была намотана цепь и саданул ее концом по боковому стеклу. Острые осколки брызнули Андрею в лицо. Прикрываясь от них, ему пришлось выпустить руль и закрыть лицо руками. Машина, вильнув, выскочила на обочину и зарылась в щебенку. Анбрей почувствовал как что-то теплое течет по его лицу. Он посмотрел в зеркало и увидел, что похож на ирокеза в боевой раскраске. Из широких ссадин на лбу потоком лилась кровь. Вытерев тыльной стороной ладони рану, он плюнул в разбитое окно и ругнулся.

— Ну ладно, ребята. Вам значит двоих мало!

Бандиты, окружив вего со всех сторон, напряженно следили за его действиями. Видя, что он не собирается выходить, вожак слез с мотоцикла и направился к нему, позвякивая цепью. Его водитель поставил мотоцикл на подножку. Встав на ходу машины, так чтобы фары освещали его массивную фигуру, он широко расставил ноги и замер в ожидании, заложив руку за отворот куртки.

Уверенные в своей силе, они думали, что могут диктовать свои условия. Дебил, показав волчий оскал, наклонился к окну и процедил сквозь зубы.

— Давай, выходи!

Но увидел, что водитель сидит, упершись грудью на руль и беспомощно свесив руки, потерял бдительность и потряс его за плечо.

— Эй! Ты что? Живой?

Андрей уже один раз покзаывал ему как опасно класть руки ему на плечо, тем более без разрешения. Схватив его жирную кисть, он дернул ее на себя. Парень, не удержавшись на ногах, ударился лбом о крышу и взвыл от боли. Андрей хладнокровно провернул его большой палец на триста шестьдесят градусов.

Увидев, что их главарь упал на колени и завыл как побитая собака, стоящий на ходу машины рокер выхватил руку и Андрей увидел в его руке что-то отдаленно напоминающее пистолет. Яркая вспышка ослепила глаза и на стелке образовалась ровная дырочка, от которой во все стороны разбежались тонкие лучи. Пуля прожжужала в миллиметре от уха, опалив волосы.

— Не, врешь, костлявая!

Лицо Андрея стало похоже на каменное изваяние. Он нажал на педаль газа. В свете фар блестнул ствол пистолета, из которого смерть вот-вот должна была выплюнуть вторую косточку, но Аедрей опередил ее на доли секунды. Раздался крик и глухой удар.

Из-под машины мелькнула нестественно вывернутая рука, из которой все же вырвалось пламя. Пуля, жалостливо взвизгнув, ушла в звездное небо. Не давая никому опомниться, и в первую очередь себе, Андрей резко переключил скорость на задний ходи протаранил еще два мотоцикла. Колесо одного из них вскочило на капот и опрокинулось назад, подминая под себя седока.

— Вот так! Но это еще не все! — прошипел он и посмотрел вперед. Оставшиеся двое готовились спасаться бегством. Один уже вовсю накручивал ручку газа и ждал второго, у которого мотор никак не хотел заводиться. Андрей увидел как тот тщетно дергает ногой и откинул прядь волос прилипших к кровавой ссадине.

— Ну, нет! Я все равно буду быстрее!

Автомобиль взревел как огромное чудовище и…

Дорога мягко шелестела под колесами. Ветер со свистом гудел в разбитом окне. Андрей тщетно пытался на ходу остановить кровь, сочившуюся изо лба, и унять дрожь в руках, которая всегда появляется после…

Ночной город стремительно надвигался на него своей громадой и он с удивлением отметил, что все еще ни на йоту не продвинулся в деле с таинственными картами. Он до сих пор не занет где Света! Он вообще ничего не знает!

Глава 7

Чуть позже одиннадцати Андрей наконец добрался до дома. Погруженный в марчные мысли, он вошел в темный подъезд и зашарил перед собой рукой в поисках перил. Нащупав их, несколько раз споткнулся, прошел положенные семь ступенек до лестничной клетки и остановился, звеня связкой ключей. Вставляя их один за другим в замочную скважину, он никак не мог найти нужный ему и в отчаянии выругался.

— Черт бы побрал этих электриков. Никак свет не могут наладить!

После этих слов ключ попал в цель.

— Вот! Так бы давно!

Но вместо того, чтобы повернуть его в замке, он резко обернулся, потому что почувствовал, что помимо него на лестничной клетке есть еще кто-то.

— Кто здесь?

Яркий свет карманного фонарика ударил ему лицо. Старясь прикрыться, Андрей поднял руки и зажмурился. Квадратный кулак, вылетевший откуда-то сбоку, опустился ему на подбородок с силой парового молота. В голове раздался протяжный гул. Перед глазами забегали радужные круги. Андрей почувствовал, что проваливается в пустоту. Последним, что зафиксировало мутнеющее сознание были сильные руки, подхватившие его обмякшее тело и мужские голоса, звучащие как на зажеванной магнитной пленке.

— Чистая работа!

Как всегда!

Хватит болтать! Тащите его скорее в комнату. Пока кто-нибудь не заметил.

* * *

Открыв глаза, первым что Андрей увидел были узоры на его узбекском ковре и мыски собственных кроссовок. Он понял, что сидит на стуле, опустив голову и со связанными за спиной руками. Перед глазами все еще бегали звездочки и распухший язык едва умещался в полости рта.

Преодолевая боль, Андрей приподнял голову и огляделся. Напротив него развалившись в кресле сидел мужчина. Склонив голову набок, он с интересом рассматривал Андрея и одновременно чиркал зажигалкой, пытаясь прикурить сигарет, прилепленную к пухлой нижней губе.

«Я уже видел сегодня эту рожу!» — подумал Андрей и несоклько раз сильно сжал и разжал веки, пытаясь отогнать назойливые звездочки, — Кажется в отеле! Да, точно! Вот и его охранники!

С правой стороны от мужчины стояли два буйволоподобных мужлана с покатистыми плечами как у профессиональных борцов. С левой строны, облокотившись на спинку кресла стоял еще один. «Боксер, наверное!» — определил Андрей по его свернутому носу. Мужчина в кресле, несколько раз глубоко затянувшись, зажал сигарету между тонкими пальцами — такие бывают чаще всего у музыкантов или у жестоких садистов — и стряхнул пепел на пол, демонстративно глядя на Андрея. Видя, что тот никак на это не отреагировал, он выдохнул дым прямо ему в лицо и выдавил первую фразу.

— Не понимаю! Зачем тебе все это надо?

— Что именно? — ответил Андрей и издал протяжный стон, так как челюсть пронзила острая боль. «Гады, кажется сломали челюсть,»- подумал он и процедил сквозь зубы. — Кто вы? Что от меня надо?

Проигнорировав этот вопрос, мужчина бросил довольный взгляд на боксера и продолжил.

— Ведь для твоей газетенки было достаточно того, что сказал следователь! Зачем ты полез дальше?

Мужчина пожал плечами.

— А теперь видишь, у тебя неприятности.

— Кто вы? — повторил Андрей.

Мужчина, сморщившись, мотнул головой, будто отгоняя назойливых мух.

— Можешь называть меня хозяином!

Он посмотрел на Андрея и улыбнулся одними губами, так что остальные части тела в этом не приняли никакого участия.

— А что! Я действительно хозяин! Разве не так! Над тобой вовсяком случае.

Его тонкий палец уперся Андрею в грудь.

— Хочу убью, хочу помилую.

Андрей наблюдал за ним изподлобья.

— Это не так просто сделать.

— Что?

Мужчина подался вперед. Потом выпрямившись, посмотрел на своих громил. Борцы молча оторвались от стены, подошли к пленнику и, сватив его за плечи, оторвали от стула. Боксер, сверкнув глазами, встал перед ним и, как бы нехотя, вонзил свой кулак в солнечное сплетение.

Комната поплыла перед глазами Андрея. Он захлопал губами, как рыба, попавшая на мелководье, и согнулся. Но мощные руки борцов как домкратом разогнули его и кулак прошелся по тому месту еще раз. Закончив экзекуцию, громилы с чувством собственного достоинства, возвратились на место, а Андрей, издав всхлипывающий звук, плюхнулся на стул.

— Понял! Мы и не таких обламывали! — как втумане донеслось до Андрея. — Но тебе повезло!

Туман рассеялся и Андрей увидел как мужчина, сунув руку в карман, достал оттуда карту японца.

— Ты сделал то, что нам поряду причин никак не удавалось.

Он наклонился к самому лицу Андрея и помахал бумагами перед его лицом.

— Видишь! Они мне были нужны и я их получил! Так что если хочешь жить, забудь все! Тебе с нами не справиться. Понял?

Андрей увидел перед собой его длинный нос и почуствовал резкий запах табака, от которого его замутило. Мужчина встал и, кинув под ноги окурок, раздавил его.

— Пошли! — он кивнул своим помошникам. И повернувшись через плечо, сказал Андрею.

— Не попадайся мне больше на глазах! Так будет лучше для всех.

* * *

Как только шаги непрошенных гостей затихли на лестничной клетке, зазвенел телефон. Андрей, все это время с отрешенным видом смотревший на дверь, встрепенулся. Резко встал и тут же упал на колени. Затехшие ноги не хотлеи ему подчиняться. Телефон уже разрывался на части, когда он смог на коленях доползти до него. Схватив трубку зубами как собака косточку, он бросил ее рядом с собой и приложил ухо к трубке.

— Алло! Алло! Андрей! Ты слышишь меня? — донесся до него голос шефа. — Что с тобой, Андрей! Ответь! Все нормально?

— Я вас слышу, — как можно спокойнее ответил Андрей. — Подождите, я сейчас.

От телодвижений кровь постепенно прилилась к конечностям и он смог встать. Попутно отметив, что боль в челюсти стала слабее и не причиняла столько боли.

— Наверное, она просто была выбита, — решил андрей и подошел к ящику, в котором лежали столовые приборы. Встав к нему спиной, он открыл его и попробовал подцепить рукой кухонный нож, лежащий с краю. Но связанными руками это было сделать нелегко. Тогда Андрей вытащил ящик стола полностью и со страшным грохотом высыпал его содержимое на пол. Выбрав из всей кучи нож, ему наконец удалось освободиться. Еще какое-то время понадобилось чтобы размять пальцы и вот, наконец, он смог ответить своему шефу.

— Алло! Шеф, я вас слушаю.

— Андрей! Что это был за звон? С тобой все в порядке?

— Ну, вобщем, да.

— Что значит в общем-то?

Голос «старика» поднялся на полтона.

Ты давай не темни!

— Все нормально, босс! Только я думаю, что вы звоните мне не для того, чтобы узанть мне про мое здоровье?

— Да, верно. Уменя для тебя кое-что есть.

Андрей с силой сдавил пальцы.

— Говорите! Подробнее. Мне сейчас важна каждая мелочь.

Андрей! — «Старик» на секунду замолчал, подбирая слова. — Дело гораздо серьезнее чем ты думаешь. Мне пришлось изрядно попотеть прежде чем я знал что-то про товоего Ибрагимова. В МВД про него ничего нет. Ка не странно! Ни одной строчки представляешь?

— И это все?

— Нет, но мне удалось подянть мтаериалы из министерства безопасности. Через свои каналы. И вот тут даже я был вынужден удивиться. Такого послужного списка нет даже у Джека-потрошителя. Кстати, там и про тебя упоминается. А теперь его еще и Интерпол разыскивает.

— Нехило!

— И самое интересное, что все это время он преспокойно числился электриком в «Энеджи корпорейшен». Есть такое совместное предприятие. И получал, кстати, приличные денежки.

— Вот только за что?

— Вот и я задался таким вопросом. И знаешь что узнал?

— Что?

— Что эта кампания о-очень темная лошадка. Неизвестно чем занимается и неизвестно кем финанируется.

— Что это за кампания? Про нее вообще что-то известно?

— Кое что конечно есть. Кстати сказать из той же оперы. Генеральный директор — Альберт Валленштейн. Крутой воротила подпольного бизнеса. Садист. Мошейник, заниается продажей антиквариата за границу. Очеь интересная личность.

Короткую паузу в разговоре Андрей заполнил тем, что переложил трубку из обной руки в другую.

— Это все? Или еще что-то.

— Пока все, но ты можешь мне задавать вопросы.

— Ты случайно не видел фотографии этого Валлейнштейна?

Андрей услышал как шеф зашелестел листами и ужмыльнулся. «Ах, старая лиса, Оказывается досье на этого парня лежит у него на стле, а он еще прибедняется. Он услышал голос старика и сразу понял, что Альберт Валленштейн и человек, посетивший его сегодня — это одно и тоже лицо. Это навело его на весьма интересную мысль.

— А в министерсве безопасности случайно не знают адреса этой кампании.

Вновь послышался шелест бумаги.

— Знают. Улица Маркова, 14. Они замиают там весь верхний этаж, на который не так-то легко попасть.

— Ничего, я попаду!

Андрей принял решение.

— Эй! Эй! Парень ты что задумал? Не вздумай этого делать. Я запрещаю. Слышишь!

Но Андрей уже повесил трубку.

Закусив губу, он обвел глазами пространство вокруг себя и щелкнул пальцами. Решительно походкой направился в спальную комнату, где из-под груды пастельного белья вытащил небольшой, но тяжелый сверток. В нем лежал итальянский газовый пистолет «олимпик» с запасной обоймой.

С хмурым видом он повертел его в руках.

— Не ахти какое оружие. Но другого у меня нет!

Сунув его в карман, он прошел в прихожую. Остановился перед зеркалом, посомтрел на белую полоску пластыря, которая закрывала ссадину на лбу. Она, неверное, может быть хорошей мишенью в темноте. Подцепив ногтем край пластыря, он собрался ее оторвать, но передумал и выудил откуда-то из недр гардероба черную вязаную шапочку. Натянул ее на глаза. Покончив с приготовлениями, он несколько раз подрыгнул, похлопал себя по карманам, прооверяя чтобы нигде не гремело и вышел в ночь…

* * *

Торопливые шаги Андрея гулким эхом отражались от стен молчаливых строений и расходились в разыне стороны как круги на воде. Он не боялся, что его кто то услышит или заметит. В такое время редко кто появляется на улице. И все же в целях предосторожности он оставил свою машину в квартале от улицы Маркова и добирался до нее пешком, дворами. Достигнув перекрестка, он остановил и перевел дыхание. Воздух со свистом вырывался из легких и средце бешенно колотилось, грозя выскочить из груди. «Кажется здесь!» — сказал он про себя и выгялнул из-за угла. На небольшом пятачке, освещенным ночным фонарем, перед шикарным подъездом из стекла, никеля и бронзы копошилось двое. Андрей узнал в них тех «штангистов», которые его обрабатывали. С хмурым видом они вытаскивали из багажника черного «пикапа» картонные коробки и заносили внутрь здания.

Голова Андрея скрылась в темноте и в его глазах появился лихорадочный блеск, который в сочетании с бледностью лица делал его похожим на наркомана. Потная рука судорожно сжала рукоять пистолета. «Нет, не сейчас. Слишком далеко. Надо попытаться проникнуть внутрь.» От этой мылси засосало под ложечкой, но он поборол свой страх. «Надо, надо это сделать!»

Мысль о том, что над Светланой нависла смертельная опасность была невыносимо. Он не хотел ее потерять, так и найдя ее. Пригнувшись, он выскочил из-за угла. Вдва прыжка пересек пустынную улицу и укрылся в глубокой черной арке, ведущей во втнутренний двор. Отсюда до стеклянной двери офиса было совсем немного. Андрей преодолел их, прижимаясь спиной к стене, и заглянул в помещение.

Два здоровенных охранника с мрачным видом прохаживались по фойе. Еще один сидел в кресле за столом и чистил свой пистолет. Убрав голову, Андрей скользнул обратно в темноту арки и задумался. «Прорываться через главный главный вход нет смысла. Нужно придумать что-то другое. Интересно, а что там внутри арки!»

Не долго думая, он прошел по корридору и очутисля в небольшом внутреннем дворике, темном как могилный склеп. Когда глаза привыкли к мраку, он смог различить большое веситсое дерево в центре двора и кучу деревянных картонных ящиков, наваленных возле него. «Так отлично! Возможно, они мне пригодятся!» Ощупывая глазами каждый метр этого замкнутого пространства, он постепенно поднял глаза и не достиг окон последнего этажа.

Из-за плотно задернутых гардин, сквозь щели пробивались узкие полоски света. «Судя по всему это и есть их штаб-квартира! Он перевел взгляд немного правее. «Неплохо устроились! А с этого балкона, я, пожалуй, смог бы попасть к ним в гости.

На фоне черного неба ясно вырисовывались очертания толстых перекладин резных перил. Андрей подошел к стене. Дом был старой постройки. При ближайшем рассмотрении он без труда нашел множество выступов, за которые можно было бы зацепиться. Кроме того, водосточная труба! Не долго думая, Андрей зацепился за нее и, уперев руками в высокий бордюр, подтянулся на руках. Раздался металлический скрежет. Застежки молнии зацепились за трубу и издали противный звук. Днем может быть его и не было бы слышно, но сейчас он разнесся оглушительно громко.

От неожиданности Андрей замер и, буквально, вжался в стену. Заставил себя не дышать. Не успел он этого сделать, как над его головой полсышались шаги, а потом - голоса.

— Что это было?

— Не знаю.

Андрей увидел два красных огонька и еще сильнее вжался в стену. Так, что от напряжения заныли пальцы рук. Тонкий луч карманного фанарика разрезал темноту и зашарил внизу, едва не касаясь его тела. Андрей почувствовал как лбу выступил холодный пот.

— Черт, ничего не видно!

— Ну-ка, дай я.

На верху что-то зашуршало, а потом луч света зашарил в стороне от Андрея, выхватив из-под стены двух кошек, которые с диким криком бросились в рассыпную. Раздался смех.

— Ха, кошки трахались!

Голоса стали удалятся, а потом совсем стих. Андрей с облегчение вытер пот со лба.

— Ну, что ж, теперь по крайней мере я заню, что балкон тоже охраняется.

Однако другого пути у него не было и он стал карабкатсья дальше надеясь на удачу. Когда спина его уже окончательно промокла, Андрей, наконец, достиг небольшого карниза, который отделял перила от края стены. Он то и укрыл его от глаз охранников, а теперь любезно предоставил для него свою плоскость. Он смог лечь на живот и стал следить за тем, что твориться на балконе.

Как он и предполагал. С балкона во внутренние помещения вела одна широкая дверь из прозрачного пластика. Помимо нее в комнаты можно было проникнуть через длинный ряд окон. Андрей насчитал их четыре штуки с каждой стороны. Здесь на верху он был открыт всем ветрам и очень скоро почувствовал, что начинает замерзать. Холодный ветер задувал ему под куртку и пробирал до костей. «Еще немного и я совсем околею!»

С такими мыслями он полез в карман за пистолетом и попытался вытащить его скрюченными пальцами. Действуя на ощупь, он не заметил как острая мушка зацепилась за край кармана и с силой дернул за рукоятку. Получилось так, что он сам у себя вырвал из рук пистолет. Раздался треск рвущейся материи, а потом глухой удар. Пистолет ухнул вниз.

Скривив от досады рот, Андрей посмотрел вниз, а потом в глубь балкона, где сидела охрана, развалившись в жезлонгах. Они смотрели телевизор, стоящий прямо на полу. Это были все теже «штангисты». Их реакция на шум была мгновенной. Они тут же вскочили и переглянулись.

— Ну, теперь это точно не кошки! — сказал один из них. Тот что был одет по приличнее. В серый костюм.

— Стой здесь, я пойду посмотрю!

Он растегнул последнюю пуговицу пиджака и потянулся за здоровенным «Токаревым», который висел у него в кабуре под мышкой. Второй, в цветастом свитере, слегка привстал с жезлонга и, так и оставшись на полусогнутых, следил за движениями своего напарника.

«Сейчас я этих кошек то разгоню,» — услышал Андрей и весь сжался как пружина на взводе. Мышцы, задеревенев от холода, дрожали от напряжения и были готовы взорваться в любую минуту.

Наконец, голова охранника появилась над перилами точно над ним. На фоне черного неба она выглядела лишь как размытый силуэт, но для Андрея этого было достаточно. Резко выбросив руку, он нанес сокрушителный удар в челюсть.

Андрей вложил в удар всю силу, но не учел мгновенной реакции противника. В самый последнйи момент тот всеже успел уклониться и кулак прошел вскольз. Мотнув головой и заревев как бык, телохранитель выхватил пистолет и направил его в грудь Аедрея. Но в послдений момент он перехватил его и вырвал из рук. Второй удар был более точный и охранник обмякнув, беззвучно повис на перилах.

В пылу дарки Андрей совершенно забыл о втором противнике. Громкий выстрелвернул ему память. Пуля попала в каменную плиту, как раз на уровне груди. С визгом отрекошетила в стекло, которое со звоном осыпалось вниз.

Мгновенно отреагировав, Андрей бросился вниз на карниз и нажал на курок уже в падении, стреляя между перекладинами. Его выстрелы оказались гораздо точнее.

С хлюпающим звуком, пули ударили охранника в живот. Две алые розы распустились на его свитере и повернувшись вокруг себя от упал прямо на телевизор, который, заискрив, с глухим звуком взорвался, окутав бымом тело убитого.

В следующее мгновение Андрей уже перескакивал через бордюр, бросился к стене под прикрытие распахнутой двери. Как раз воремя, потому что в проеме появилась фигура третьего охранника. Боксера с перекошенным носом.

Держа в одной руке банку пива, а в другой автоматический пистолет, он громко вскрикнул, обводя глазами поле битвы и, почувствовав зас пиной неясную тень, развернулся. Сбитый кулак с тугим свистом разрезал воздух, попал точно в грудь прыгнувшего вперед Андрея.

— Это ты! — заорал боксер и его глаза налились кровью. Видимо привыкнув больше орудовать кулаками, чем пистолетом, он взмахнул рукой еще раз, пытаясь достать андрея правым боковым. Андрей пригнулся и нырнул под руку. Потеряв равновесие боксер оступился и Андрей коротко ткнул ему в висок рукоятью пистолета.

Охнув, боксер безжизненно повалился ему на грудь и выпустив разом воздух, стек медленно вниз.

Перешагнув через обмякшее тело, Андрей вошел в комнату, освещенную огромной хрустальной люстрой.

По всей видимости, это была гостиная. Мягкие диваны, удобные кресла, в углу на столике стереосистема. Все для отдыха.

Андрей быстро оглядел ее и прошел в следующую комнату. Потом еще одну и еще…

— Да сколько же их здесь?

Бормотал про себя Андрей, тратя на осмотр каждой не больше секунды. Пройдя все до конца и никого не обнаружив, бросился назад.

— Нет, здесь явно что-то не так. Ведь парни кого-то охраняли?

Он остановился в центре большой гостиной и осмотрел ее повнимательнее.

— Так и есть!

Эта дверь была оклеена обоями и с первого взгляда не видна. Замок закрыт. Вскинув пистолет, он с двух выстрелов вышиб его и дернул дверь на себя. В комнате горел всего лишь один маленький торшер, освещающий середину комнаты.

— Чей-то кабинет. — определил Андрей и ринулся к бумагам, лежащим на столе. За спиной кто-то зашевелился. Ожидая выстрела, он бросился на пол, но вместо этого до него донеслись слабые всхлипывания. Обернувшись, он увидел женщину, привязанную к креслу. Схватив лампу, осветил ей лицо и почувствовал, как задрожали руки…

Глория Мейсон посмотрела в спину уходящего Валленштейна и почувствовала, что дрожь пробежала по всему ее телу.

Минуту назад он прошел мимо нее со злорадным видом и положил в потайной сейф карты Богудэна. А она-то была уверена, что он никогда их не найдет.

Так же, молча, он прошел мимо нее и в обратном направлении.

— Что теперь будет, — думала она, глядя на закрывающуюся дверь. — Он убьет меня. Да, другого выхода у него нет. Теперь я ему не нужна.

Она услышала звуки запирающегося замка и поняла, что если это произойдет, то не сейчас.

В кабинете воцарилась гробовая тишина, которая выводила Глорию из душевного равновесия. Она уже несколько раз начинала биться в припадке, пытаясь разорвать веревки, пыталась кричать, но ее звуки не шли дальше комнаты. Да она и не могла громче, так как рот был заклеен лентой.

Наконец, поняв всю тщетность своих усилий, она опустила голову и закрыла глаза, пытаясь забыться.

В комнате, освещенной всего лишь одной настольной лампой, не было возможности уследить за временем. От неподвижности начали затекать руки, ноги, все тело и это приносило дополнительные страдания.

Из полуобморочного состояния ее вывели глухие лающие звуки за стеной. Она догадалась, что выстрелы. Она напрягла слух, но больше ничего не было слышно.

— Нет, показалось! Да кто это может быть?

И она с ужасом отметила, что, действительно, абсолютно никто не знает, где она.

Раздалось еще два выстрела, и она увидела, как вывалился замок из двери, и в комнату ворвался высокий мужчина. В одной руке он держал пистолет.

Она зашевелилась, чтобы привлечь к себе внимание, и мужчина с необыкновенной прытью бросился на пол и тут же откатился в сторону.

Потом, обернувшись, вскочил и, схватив со стола лампу, направил свет прямо ей в лицо. Яркий луч ослепил глаза, и ей пришлось опустить глаза.

— Света!

Она услышала прерывистый голос мужчины и вскинула голову, широко распахнув глаза. С ее губ уже был готов сорваться громкий крик, но лента помешала.

Что это? Она почувствовала, как ее затрясло в мелкой лихорадке. Этот голос был ей знаком. Он принадлежал человеку, которого она давно похоронила. А имя?

Мужчина назвал ее имя, под которым, как она считала, уже никто ее не знал.

Мужчина поставил лампу на место и бросился к ней.

— Света! Это я — Андрей! — Он сорвал с ее губ ленту. — Ты что, не узнаешь меня?

— Андрей!? — Он увидел, как затряслись ее губы. — Ты? Здесь? Но ведь ты! Откуда?

Она пыталась выговорить хоть слово, а он, встав перед ней на одно колено, тем временем быстро развязывал узлы.

— После, после, Света! — она увидела, как дрожали его руки. — Нам надо уходить отсюда. А то сюда может кто-нибудь прийти.

Широким жестом он откинул путы в сторону и схватил ее за руку.

— Пошли!

Она встала, но вырвав из его хватки руку, остановилась. — Подожди!

Андрей замер и посмотрел в ее голубые глаза. Их взгляды встретились и целая буря чувств всколыхнулась в одно мгновение в их душах.

«Света! — думал он. — Ты совсем другая, не та длинноногая девчонка, которую я искал и любил. Ты теперь совсем другая!»

«Андрей! — думала она. — Я совершенно не помню тебя. Не помню твоего запаха, твоего тела. Ты для меня стал чужим человеком. Ты стал моим прошлым и… настоящим».

— Настоящим! — она встрепенулась и отступила назад. — Нет, Андрей, мы не можем уйти просто так.

Она показала рукой на картину, висевшую на стене.

— Там сейф, Андрей! Мы должны открыть его. Там, там все! Карты, бумаги и прочие документы. Мы должны их забрать.

— Карты?

Андрей подошел к стене и отодвинул полотно в сторону. Девушка спросила.

— Ты знаешь про них?

— Я знаю почти все из истории с Асато Богудэном. А эти карты я нашел у тебя дома.

— Ты был у меня дома? — Она подумала о фотографии, которая была в рамке. — Значит, ты видел?

— Да! — Андрей осмотрел дверь сейфа. — Мы не можем открыть дверь без шифра.

— Шифр! — Глория схватилась пальцами за виски и нахмурилась. — Сейчас!

Он а бросилась к столу и выдвинула ящик. Вытащив оттуда кучу бумаг, раскидала их по полу.

— Вот! — Она протянула ему длинную полоску бумаги. — Это, кажется, он. Я видела, как он прятал его здесь.

Он принял его и слегка коснулся кончиками пальцев ее руки.

Что-то, похожее на электрический заряд, пробежало в месте соприкосновения, и она почувствовала необыкновенную энергию, исходящую из него. Одернув руку, она лыбнулась и вдруг поняла, что вновь вспомнила его. Его сильные объятия, его горячие губы, его запах и схватилась за голову, которая закружилась в сладостном вальсе.

— Что с тобой? — спраосил он ее испуганно.

— Ничего, просто закружилась голова, я слишком долго сидела на одном месте. Открывай сейф! Не медли!

Некоторое время было слышно лишь прерывистое дыхание Андрея, да пощелкивание замков.

— Я искал тебя, Света! — прервал вдруг молчание Андрей.

— Я не знала. Извини. Я считала, что ты погиб.

— Я знаю, но почему Глория, и почему — Мейсон?

— Это долгая история, Андрей. Мне нужно было жить дальше. И Гарри предложил мне выйти за него замуж. Я согласилась, а вместе с фамилией сменила имя. Ведь мне угрожали…

Андрей понимающе кивнул головой.

— А Гарри — он что?

— Он погиб. В автомобильной катастрофе.

— Ой! Извини, я не знал!

— Ничего.

Андрей бросил на нее взгляд через плечо и снова отвернулся.

— А Богудэн?

Она усмехнулась.

— Это что, сцена ревности или допрос? Андрей, с тех пор прошло уже три года, и я считала тебя погибшим.

Андрей вздрогнул и резко развернулся.

— Да ты что, Света! Я тоже все это время жил не как монах. А мой вопрос носит чисто деловой характер. Богудэн сейчас в тюрьме. Его обвиняют в убийстве человека. И я хочу ему помочь. Человек, которого он убил, заслуживает этого. Это он убил твоего отца и чуть не убил меня.

— Не может быть?

— Может. Шрам на лице Пеле оставил я.

— О, боже! — она закрыла рот рукой.

— Но я знаю, что Асато поставили.

— Откуда?

— Есть! — воскликнул Андрей, и дверь сейфа с легким скрипом открылась.

Он выхватил оттуда небольшую толстую папку с большой метталической затсежкой.

— Ого! — Андрей быстро пролистал бумаги и на секкунду задержался на переводе с письма Богудена-старшего. — Теперь я понимаю, почему все гоняются за этими картами.

Он протянул их девушке.

— На, спрячь у себя. А это, — он потряс папкой, — мы отнесем в милицию. Здесь целое досье на тебя и Богудэна. А это уже противозаконное дело. Кроме того, вот кассета. Знаешь, что это?

— Нет.

— Я уверен, это разговор Асато с Пеле в номере гостиницы, который наверняка снимет все обвинения с японца.

С этими словами, он сложил все в папку и, сунув ее за пазуху, застегнул молнию на куртке.

— А теперь пошли! — Он прикрыл дверь сейфа и обошел стол. — Кстати, я сюда попал по водосточной трубе. Здесь нет более приличного выхода…

* * *

— Все, кого я приглашаю в свой офис, попадают сюда на лифте!

Этот голос заставил Свету побелеть, а Андрея дернуться за пистолетом, который он оставил на столе.

— Не стоит!

Альберт Валленштейн стоял в проеме дверей и держал в правой руке маленький пистолетик с коротоким стволом, который был направлен точно в живот Андрея.

— Все равно не успеешь!

Андрей остановился и медленно развернулся к убийце всей грудью, играя желваками и сжимая до боли в костях приклад пистолета.

— Ну и что дальше?

— А ничего! Я же предупреждал тебя, не попадаться мне на глаза!

Андрей увидел, как зловеще заблестели его зрачки, и прочитал в них одно — СМЕРТЬ.

Яркая вспышка вырвалась из ствола и слилась с истошным криком девушки.

— Не-е-е-т!

Андрей, раскинув широко руки, упал на стол, а потом медленно опустился на пол, безжизненно опустив голову.

Чтобы сдержать рвущийся из нее стон, Света сунула сжатые в кулак пальцы в рот и бросилась к распростертому телу, но Валленштейн жестко схватил ее за руку и приставил еще горячий ствол к виску.

— Ну, а теперь ты!

Острые края ствола сразу же порезали кожу, и из небольшой ранки потекла красная капля.

Не чувствуя боли, не слыша слов садиста, девушка упала на колени, шепча беззвучными губами слова молитвы. Ее глаза лихорадочно бегали по бледному лицу Андрея. Она не верила, не могла поверить, что он второй раз отнял у нее любимого человека, на этот раз навсегда.

— Но у тебя есть шанс остаться в живых!

Последние слова вернули ее к жизни, и она с беспокойством посмотрела на Валленштейна.

— Что еще придумал этот убийца!

По его лицу гуляла похотливая улыбка.

— Отдайся мне. И ты будешь жить!

Она в ужасе отшатнулась от него.

— Нет, лучше убей, застрели!

Она зажмурилась, ожидая выстрела, но Валленштейн лишь сделал движение, похожее на нажатие курка.

На этот раз его посетила сатанистская улыбка. Он увидел, что она испугалась, и это доставило ему удовольствие.

— Ты умрешь, но позже.

Он сильно дернул ее за руку и толкнул в угол.

— Садись на свое кресло!

Он поднял трубку телефона и коротко бросил.

— Алло! Милиция! На мой офис совершено вооруженное нападение.

Света с глазами испуганной лани смотрела на него, не понимая, что он хочет.

— Как только я услышу, что они поднимаются, — объяснил он, — ты получишь пулю в лоб. А сейчас мне надо приготовиться к их приезду. Твой дружок оказался слишком шустр. Успел даже вскрыть сейф.

Света, забившись в кресло, следила за тем, как убийца склонился над телом. Со своего места ей было видно только его спину в белой шелковой рубашке. В какой-то момент у нее родилась мысль броситься на него сзади. Она уже привстала и вдруг увидела, как на белом фоне расцвело красное пятно. И, издав сдавленный стон, Валленштейн повалился рядом со своей жертвой.

Переборов страх, и все-таки дрожа всем телом, она встала с кресла и подошла к столу. Заглянула в лицо убийцы. В тусклом свете лампы она увидела его стеклянные глаза.

— Нет, не может быть! — Она затравленно посмотрела по сторонам. — Кто стрелял? Андрей? — Она заметила на его лице легкий румянец.

* * *

… Андрей увидел яркую вспышку, вырвавшуюся из ствола. Почувствовал ужасную боль в области живота, услышал женский крик. Он провалился в бездну, и мир перестал для него существовать…

Но не навсегда… Через несколько минут он снова стал различать голоса. Они доносились до него откуда-то издалека, а потом все ближе и ближе. Пока, в конце концов, не ворвались в голову с ревом, несущегося курьерского поезда.

Он открыл глаза и увидел перед собой Валленштейна, с перекошенным от непонятного испуга лицом. Следующим его ощущением был приятный холод от вороненого металла в руке и необычайная радость, когда, приподняв руку, он смог упереть ствол в мягкий живот.

Тело заглушило звук выстрела…

Второй раз к нему вернулось сознание, когда горячая слеза упала на щеку. Теперь уже перед ним было плачущее лицо Светы. Она сидела перед ним на коленях и гладила руку.

— Света! — зашевелились беззвучно его губы. — Света, я живой…

Но она его не слышала и продолжала гладить руку. Тогда он подумал, что это сон и решил, что лучше не просыпаться…

Часть 2

Глава i

Токио. Восточный департамент. 10 часов утра.

Вульф только что просмотрел утреннюю почту и, неприятно поморщившись, заерзал в кресле. То, что было написано в телеграмме из Москвы, могло стоить ему карьеры, и, может быть, даже головы.

— Я не ожидал такого поворота дел, — думал он, прохаживаясь по кабинету. — Все наши люди погибли, а это значит, что босс будет недоволен.

— Что же делать?

Он провел жилистой рукой по своим густым волосам, которыми очень гордился и решил, что будет лучше поставить босса в известность.

— В конце концов, это всего лишь мой первый промах и совершенный тем более не по моей вине. Да, так будет лучше!

Он подошел к зеркалу, поправил пиджак, безупречно сидящий на его атлетической, приземистой фигуре и, взяв подмышку папку с бумагами, вышел в коридор…

* * *

Президент корпорации был сегодня в отвратительном настроении. Ему сообщили, что его подруга Мосико ему изменяет.

— И с кем? С каким-то актеришкой, певцом из кабаре!

Он не мог этого стерпеть.

Когда вошел Вульф, его негодование достигло крайней точки.

Его астматическое дыхание с шумом вырывалось из заплывшей жиром груди, а толстые, похожие на колбаски, пальцы нервно теребили серебряную пуговицу на пиджаке.

— Чего тебе, Вульф?

Его помощник с первого взгляда понял, что хозяин не в духе и внутренне содрогнулся, но отступать было поздно. Глубоко вдохнув, он смело взглянул в залитые кровью глаза босса и сказал:

— Есть некоторые дела, в которых необходимо ваше решение.

Президент недовольно поморщился. Убрал пальцы с живота и забарабанил ими по крышке стола.

— Ваши интересы в России немножко пострадали, босс!

Вульф специально выбрал эту фразу, пытаясь смягчить горечь неудачи, но она произвела эффект разорвавшейся бомбы.

— Что за дурная привычка, Вульф, ходить вокруг да около. Говори прямо, что случилось?

Вульф утвердительно кивнул головой.

— Да, мой господин! Только что получена телефонограмма из Москвы. Погибли все наши люди, занятые мечами Богудэна.

— Что?

Вульф подумал, что глаза хозяина сейчас не выдержат и вылезут из орбит. Но первая волна гнева прошла, а глаза остались на месте. Президент даже на время забыл об измене любовницы.

— Что ты сказал? Кто мог это сделать?

— Судя по сообщению, во всем виноват некто — Верещагин, журналист из «Комерсант-дейли».

— Один человек?

Президент на этот раз не взорвался, но Вульф заметил нехороший блеск, который был намного опаснее.

— Судя по сообщению — да!?

— Так, хорошо!!!

Колбаски застучали по столу в ритме там-тамов. — Очень хорошо, и что же, по-твоему, я должен делать?

Вульф молча посмотрел в глаза своего хозяина и изобразил на лице непроницаемую маску, хотя мозг его лихорадочно думал о том, что стоит за этими словами. Он знал: в гневе хозяин непредсказуем.

Барабанная дрожь несколько секунд продолжалась в прежнем ритме, потом стала затихать и сошла на нет.

Вульф увидел как рука президента потянулась к календарю и зашуршала листами.

— Вульф! — сказал он, гораздо спокойным тоном. — На выполнение этой операции я давал тебе два месяца?

— Да, хозяин.

— А прошло всего три недели.

Вульф утвердительно кивнул головой.

— Хорошо! — он откинулся в кресло и сложил руки на брюхе. — Я очень не люблю, когда меня кто-то обходит. И я, ты это прекрасно знаешь, всегда получаю все, что захочу.

— Да, мой хозяин.

— Так вот, — он резко подался вперед и вонзил свои глаза в сидящего напротив Вульфа. — Делай что хочешь. Но через месяц и одну неделю мечи должны стоять в моем музее. И еще… Я хочу, чтобы рядом с ними стояла голова этого репортера в заспиртованном виде. Еще никто не убивал моих людей безнаказанно. Слышишь, ты должен это сделать. Иначе твоя голова займет место в моем музее.

Его астматическое дыхание перешло в хрип. Вульф даже испугался за его состояние. Но, закончив свою тираду, президент тяжело откинулся на спинку кресла и опустил тяжелые ресницы.

Вульф понял, что это конец аудиенции и медленно, пятясь назад, вышел…

Глава 2

Из дома, где располагалась редакция «Коммерсант-дейли», вышла стройная, миловидная девушка с густыми черными волосами. Это была Лора. Пряча ладони в рукава короткого полушубка, она сбежала по ступенькам. Посмотрела по сторонам и, опустив голову, пошла по пешеходной дорожке.

— «Проклятый Андрей! — думала она, пружинистой походкой вышагивая по мостовой, — даже после смерти не дает мне покоя. Из-за него сегодня опять придется коротать вечер в пустой квартире. О, боже! — мысленно воскликнула она, выходя на проезжую часть, — почему все вдруг решили, что она должна находиться в неутешимом трауре. А может быть здесь какая-нибудь другая причина? Но мне от этого не легче! Ну не орать же на всю улицу, что мне на него наплевать. Что она хочет мужчину! Что ей надоело спать одной!

В этот момент она услышала дикий визг тормозов и почувствовала толчок в бок, который сбил ее с ног. Из черного БМВ, неизвестно откуда появившегося, выскочил невысокий, средних лет мужчина и на плохом русском стал извиняться.

— О мисс! Извините меня! Я очень виноват!

Он подхватил ее под руку и помог подняться.

— Вы сильно ударились?

— Да нет, ничего!

Удар был действительно не сильный и единственной неприятностью был разорванный чулок, который она с сожалением и рассматривала сразу же как только поднялась с асфальта.

На тротуаре собралась толпа зевак. Она с возмущением поливала грязью водителя.

— Разъездились здесь, спекулянты, иностранцы, всякие. Ишь рожу-то отъел!

Донеслось до Лоры и она тут же оторвала глаза от разодранной коленки.

Мужчина, стоящий перед ней, не входил в разряд красавцев, но шикарный костюм, золотые часы и БМВ с лихвой перекрывали этот недостаток.

В глазах Лоры блеснул интерес. Иностранец!

Она очень ловко извлекла из дамской сумочки помаду.

— Если мы будем ждать дальше, — произнесла она, подкрашивая губы, — то обязательно попадем в милицию или еще чего доброго на страницы какой-нибудь газетенки. Здесь полно-полным репортеров.

— Да, да, конечно! — засуетился иностранец и, подхватив ее под руку, посадил в машину.

* * *

Мощный автомобиль, как огромная легкая птица, сорвался с места и исчез, не оставив и следа.

Мужчина и женщина некоторое время сидели молча. Он не говорил ни слова, потому, что был занят дорогой, она — потому что не знала что сказать.

Наконец, мужчина заговорил. Он уже успел разглядеть свою попутчицу и нашел ее очень даже ничего.

— Я еще раз прошу извинить меня! — начал он, бросая косой взгляд на ее коленку, которая очень привлекательно выглядывала из разодранного чулка.

— А, пустяки! — ответила она, перехватив его взгляд, и стыдливо убрала ее в сторону, открыв тем самым для обозрения всю ножку, маленькую, точеную без единого грамма лишнего жира.

— Я сама виновата. Задумалась.

— Если вы не возражаете, я хотел бы загладить свою вину.

— Да! И каким же образом!

Она произнесла это таким образом, будто говорила, что согласна на все.

— Как вы посмотрите на то, чтобы поужинать со мной вместе в ресторане?

Она сделала большие глаза, будто была удивлена приглашению.

— Вообще-то положительно, но как там относятся к драным чулкам?

— Нормально! — мужчина обворожительно улыбнулся. — Мы поедем в такой ресторан, где на такие вещи не обращают внимания, а официанты так выучены, что не обратили бы на вас внимание, даже если вы были голой.

Он посмотрел на нее так, словно хотел раздеть прямо здесь, в машине.

— И потом, вы всегда можете меня попросить, и я закрою дыру. Вот так.

Он очень быстро положил руку ей на колено.

Это было, пожалуй, слишком, но Лора соскучилась по мужчине и не хотела выглядеть недотрогой. Лишь улыбнулась в ответ. Мужчина, не спеша, сам убрал руку и схватился за баранку.

«Отлично! Мы, кажется, найдем общий язык!». Подумал он, а вслух произнес, глядя перед собой.

— Кстати, меня зовут Гарри Вульф. Можно просто Гарри.

— Лора!

— Прелестное имя! — воскликнул Вульф, — А скажите Лора, вы ведь работаете в «Коммерсанте».

— Да, секретаршей, — насторожилась она, — а почему вы спрашиваете?

— Да так, просто мы встретились возле редакции. Вот я и подумал.

— А-а-а! — протянула Лора и, удовлетворенная ответом, откинулась в кресло.

Откуда ей было знать, что Вульф следил за ней уже второй день, пытаясь найти способ познакомиться. И если бы она хоть немного повертела головой, то увидела, что черный БМВ, неизвестно откуда появившийся, на самом деле стоял последним в ряде автомашин с включенным двигателем…

* * *

Утром. Подставив обнаженную грудь под струю прохладной воды в ванной номера-люкс отеля «Саввой», Лора с наслаждением вздрагивала и кусала губы, вспоминая прошедшую ночь. От этих воспоминаний у нее начинала кружиться голова, и она мечтала повторить ее снова.

— Какой мужчина! — думала она, аккуратно прикладывая губу к синякам и ссадинам на плечах и бедрах, — Я еще никогда не испытывала такого оргазма.

Она снова и снова закрывала глаза, чтобы вспомнить те ужасные атаки, которые он совершал, чтобы овладеть ею.

— Да, это божественно!

Она неосторожно коснулась больного места и тихонько застонала.

Освежившись, Лора собрала волосы в большой черный тюрбан над головой и, накинув на плечи тонкую рубашку, едва прикрывавшую ее прелести, вошла в спальню.

В самом центре, занимая почти все свободное пространство, стояла огромная кровать с набалдашником в виде шишечек на спинках. На одной из таких шишечек висел ее бюстгальтер, на другой — ажурные трусики. Остальные вещи были разбросаны по всему полу.

Грациозно изгибаясь, она прошла по комнате, собирая одежду, а потом, перекинув ее чрез локоть, игриво посмотрела на Вульфа, который с мрачным видом лежал и курил на углу «сексодрома».

Видя, что он не обращает на нее внимание, она брезгливо поморщилась и, повернувшись к нему спиной, стала одеваться.

— Что с тобой, Гарри? — спросила девушка, медленно вытаскивая шпильки из тюрбана. — Тебе что, не понравилось со мной?

В этот момент она очень эффектным движением выдернула последнюю заколку и встряхнула волосы. Ее черные, как смоль волосы тугим потоком рассыпались по плечам.

Этот прием всегда действовал сногсшибательно на мужчин. Но не на Вульфа. Его карие с оливковым отливом глаза остались также холодны, как и за минуту до этого. И хотя они были направлены на Лору, интереса в них было не больше, чем при разглядывании статуи.

— Ты уже собралась? — вдруг выговорил он ровным скрипучим голосом. — Хорошо! Оставь мне свой телефон. Я позвоню.

Лора удивленно подняла брови.

— А ты разве не хочешь встретиться со мной сегодня вечером?

Вульф нервно затянулся и выпустил дым в потолок.

— Думаю, что нет. У меня сегодня вечером будет много дел. Я тебе позвоню! — добавил он раздраженно.

— Со мной еще никто так не разговаривал! — гневно подумала она, но вслух произнести побоялась, так как усмотрела в глазах Гарри, где-то в их глубине, огонек, от которого ей стало не по себе.

— Ну что ж, тогда пока!

Произнесла она вслух и кинула ему на грудь листок с телефоном.

Когда затихли ее шаги в коридоре, и до Вульфа донесся шум опускающегося лифта, он широким жестом откинул угол одеяла и сел, утопив ноги по щиколотку в мягкий прикроватный коврик.

— В сущности Лора мне больше не нужна, — подумал он, разглядывая ее листок. — Разве только в крайнем случае!

Он вспомнил ее злые глаза, когда она рассказывала о смерти и похоронах Верещагина.

— Такие глаза могут быть только у брошенной любовницы, — сказал он себе. — Да, пожалуй, это именно так!

С хрустом потянувшись, он бросил листок с телефоном на небольшое полированное трюмо и стал одеваться…

* * *

Вульф гордился и очень дорожил своим местом. В тридцать три года он смог стать правой рукой и доверенным лицом одной, очень уважаемой организации. К своему нынешнему состоянию ему приходилось идти буквально по трупам, уничтожая всех и всякого, кто пытался преградить ему этот путь.

Его необыкновенная жестокость и цинизм сочетались с животной хитростью и изворотливостью.

— И вот теперь все могло пойти насмарку!

Вульфа, сидящего за рулем БМВ, буквально передернуло при мысли, чтобы могло быть, если в этой стране было принято кремировать труппы.

Край накрахмаленного воротника впился ему в горло, и ему показалось, что это острый нож палача. От этой мысли неприятно запершило во рту и ему пришлось ослабить галстук, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки.

Он ехал на Востряковское кладбище, чтобы на месте сориентироваться. Определить, как лучше заполучить злополучную голову. Мысль о том, чтобы как-то нарушить приказ босса даже не пришла ему в голову. Он должен выполнить все до последней буквы.

Его мозг был настолько закостенелый, что он даже не думал о чудовищности всей этой картины. Его интересовали лишь технические детали дела, как будто речь шла о разделе тушки молодого бычка…

* * *

Ночной туман надежно скрывал от непрошеных глаз все, что происходило в самом дальнем углу кладбища, буквально возле самой ограды. Лишь иногда серебряная луна, выглянув из-за свинцовых туч, освещала группу землекопов, с необычайным проворством снимавших слой за слоем земли со свежего могильного бугорка.

Их было трое. Мужчин неопределенного возраста, без определенного места жительства и средств к существованию. Таких еще часто можно встретить на вокзалах и на тех же кладбищах, где они с отсутствующим видом бродят между могил в поисках чего-нибудь съестного. Потные, грязные, небритые они готовы на все за стакан красной бурды.

Чуть в стороне от них, облокотившись на ограду, стоял один, невысокий джентльмен в черном плаще, держа в правой руке тяжелую трость с набалдашником. Возле него на земле стояла сумка с пестрым рисунком и цветастым ремешком, очень большая и вместительная.

— Послушай, Колян! — сказал один из «бомжей», скорее всего самый младший. В зеленой, ручной вязке шапке, надвинутой на глаза, не переставая выбрасывать землю из уже довольно глубокой ямы. — А ведь у этого хмыря в сумке спирт.

— Ну и что? — ответил Колян, не менее живописный тип в драной, замызганной куртке, на которой были прилеплены засохшие клочья грязи. — Тебе-то что с того?

Он шумно потянул носом.

— Да нет там ничего. Одной лишь сыростью воняет.

— Э-э, брат, не скажи. Я спиртягу за версту чую.

— Ну и что с того?

— Как что? — возмутился «молодой», — стукнуть по кумполу черенком да смотаться с сумкой. Пусть сам в земле ковыряется.

— А ну заткнись!

Вдруг подал голос третий землекоп.

— Много ты что-то Митька разговорился. Лучше давай копай.

— Хозяин, — он кивну в сторону мужчины в плаще, — в «баксах» обещал заплатить. А на них знаешь, сколько спирта купить можно. — Лицо его расплылось в улыбке, обнажив щербинку с правой стороны. — Хоть залейся!

Наконец лопаты ударились по дереву.

— Есть! — воскликнул довольно «щербатый» и посмотрел на хозяина. Вульф, а это был он, неспеша, подошел к краю ямы и подал знак вытаскивать гроб.

Чувствуя, что скоро конец работы, бомжары засуетились.

— А ну Колька! — командовал «щербатый». — Тащи веревки… Так, так, подцепляй… Давай, кидай конец сюда… Поглубже, поглубже заводи, чтоб не соскочило… Вот так хорошо…

Крякнув от натуги, они вытащили деревянный ящик, обитый красной материей, и осторожно поставили его рядом с могилой.

— Ну вот, готово. Чего-то он легкий, — зашептались между собой Колян с Митькой, пока «щербатый» бегал докладывать.

— Ну и шут с ним! — ответил «щербатый». Он уже получил задаток и, блестя глазами, весело подмигивал товарищам.

— Пошли покедова отсюдова. Хозяин нас позовет.

Вульф дождался пока их шаги затихнут на аллее. Вздохнул и, орудуя тростью как ломом, стал быстро вскрывать злополучный гроб.

… Осторожно отодвинув крышку в сторону, он заглянул внутрь, уже заранее сморщившись, ожидая, что в него пахнет тлетворным духом, но вместо этого он почувствовал всего лишь запах струганных досок.

Вульф открыл глаза и, громко выругавшись, хватил набалдашником трости по крышке, которая отозвалась ему гулким эхом. Потом отодвинул ее еще сильнее и зашарил тростью по пустому дну, надеясь отыскать второе дно. Но его, естественно, не было. Гроб был пуст.

Вульф медленно выпрямился и, неспеша, задвинул крышку на прежнее место. Где-то недалеко, будто насмехаясь над ним, заухала ночная птица.

— Вот это номер! — подумал он, стоя у края могилы, немного прикусив губу. — Этот Верещагин оказывается не дурак. Надо же, он смог обмануть всех и чуть не обманул меня. Но зачем простому репортеру это все нужно? Зачем? Карты. Всему виной эти карты. Он их заполучил. В этом нет сомнений. А это значит, что нужно спешить, иначе и мечи могут уплыть от меня!

Вульф громко свистнул и из темноты появились три тени. Кивком головы он позвал к себе старшего и отдал ему остальные деньги.

— Заколотите ящик, и все приведите в порядок.

— Все будет как надо! Не волнуйтесь, хозяин! — проговорил «щербатый» преданно глядя ему в глаза и обдавая отвратным запахом, чем-то средним между запахом тухлой капусты и винным перегаром.

Вульф брезгливо поморщился и, повернувшись, зашагал к выходу.

— Эй, хозяин, сумку забыл!

Вульф повернулся через плечо и махнул рукой.

Не успела его машина отъехать от ворот кладбища, как над «псевдомогилой» началось полуночное пиршество…

Глава 3

За окном рвал и метал неистовый осенний ветер, бросая в окно охапками опавшую листву. В небольшой комнате на втором этаже двухэтажной виллы с красной черепичной крышей царил полумрак.

В самом углу у стены на высокой двуспальной кровати лежал мужчина.

Десять минут назад он проснулся и теперь лежал с открытыми глазами, прислушиваясь к окружавшим его звукам; пытаясь понять, где он находится.

В голове носились какие-то отдельные фразы, обрывки непонятных событий, чьи-то лица. Все вместе это образовывало невообразимую кутерьму, мешало сосредоточиться.

— Где я? В больнице? Не похоже, таких больниц не бывает. Значит у кого-то дома. Но у кого? И что все это значит?

Его глаза, блуждающие по комнате, наткнулись на дорогую китайскую вазу, стоящую на маленьком туалетном столике. Над ним, чуть наклонившись вперед, висело большое трехстворчатое зеркало. Мужчина увидел в нем свое отражение.

Он вздрогнул и провел рукой по худым, но гладко выбритым щекам.

— Хотел бы я видеть того человека, кто это сделал!

То, что он не мог побриться сам, это было ясно.

Мужчина медленно встал и, скрипнув половицей, подошел к зеркалу. Рядом с таким знакомым и ставшим уже привычным шрамом на груди красовался еще один на животе. Вернее, это был не шрам, а небольшое красное пятно, как будто в этом месте от сильного удара лопнули все кровяные сосуды, близко подходящие к коже.

Андрей, беззвучно шевеля губами, погладил шершавой ладонью это место, потом поднял ее к груди и хриплым, чужим голосом выговорил:

— Н-да-а!

Рядом на мягком кресле лежал пушистый махровый халат. Он надел его и направился к двери.

Резко открыв ее, ему пришлось сильно зажмуриться. В глаза ударил свет от люстры, висевшей прямо напротив двери. Прикрывая лицо рукой-козырьком, он вышел на небольшой балкончик и посмотрел вниз. Широкая деревянная лестница вела в огромную, со вкусом обставленную гостиную.

— А эта комната мне знакома. Я здесь уже был. Только тогда здесь все было по-другому.

Он сдвинул брови, пытаясь вспомнить, и тут же довольный вспыхнул.

— Точно! Это гостиная в особняке Глории Мейсон. Глория! Я же нашел ее. Это не Глория, это — Света. Ну да, точно. После этого в меня стрелял Валленштейн… Тогда почему я жив?

В поисках ответа, он спустился по лестнице и, пройдя через гостиную, подошел к двери кухни, откуда доносился звон посуды и просто фантастический запах ароматного кофе. Дверь была открыта настежь. И это была дверь в другой мир…

* * *

Света, склонившись над газовой плитой, сосредоточенно колдовала над кофеваркой. На ней был одет легкий хлопчатобумажный халатик, перехваченный тонким пояском. Занятая работой и думая, что она одна, женщина не заметила, что полы ее халата несколько распахнулись, слегка обнажив прекрасную белую, словно выточенную из мрамора грудь.

Это было великолепное зрелище. Андрей, зачарованный им, молча любовался, прислонившись плечом к косяку.

В какой-то момент, когда Света в очередной раз поправляла мешавшую ей прядку желтых волос, все время спадавшую на глаза, она вдруг ощутила на себе его взгляд и, вздрогнув, повернула голову.

— Ой, как ты меня напугал!

Вырвалось у нее и лицо тут же залилось алой краской.

— Как ты себя чувствуешь?

Эти слова она произнесла, слегка склонив голову на бок и улыбаясь лучезарной улыбкой.

— Отлично! — Андрей улыбнулся ей в ответ. — А как я еще должен себя чувствовать?

— Ну, знаешь… — недоговорила она, отвернувшись, и в улыбке ее появился лукавый оттенок.

Но Андрей, который никак не мог прийти в себя, этого не заметил.

Оторвавшись от дверного косяка, он подошел к ней и взял за локти.

— Знаешь, — облизнув пересохшие губы, начал он. — Если бы я до тебя сейчас не дотронулся, я бы ни за что не поверил, что ты есть. Можешь смеяться, можешь нет, но все это время, пока я искал тебя, ты мне казалась каким-то неуловимым видением, миражом, бестелесным существом… Светка! Неужели это ты!!

— Я! Андрей! Я!

Она, мягко освободив руку, провела ладонью ему по щеке. — Похудел. Есть хочешь?

Андрей прислушался к натяжному урчанию своего желудка.

— Хочу! Как волк!

Света опять лукаво улыбнулась.

— Ну-ка, давай за стол!

* * *

Чуть позже, уминая горячую яичницу с поджаренным кусочком розовой ветчины и запивая все это тем ароматным кофе, запах которого привлек его внимание, Андрей почувствовал, как голод медленно отступил на задний план, а на его месте появилось другое: непреодолимое желание овладеть ею прямо сейчас.

Возбужденный мозг рисовал картины, одна заманчивей другой, и ему вдруг стало стыдно за свои мысли. Этот стыд вылился красной краской на его лице, и он, смутившись, посмотрел на Свету.

Она сидела напротив него, несколько боком, облокотившись одной рукой о стол и подставив под щеку ладонь, разглядывала своего, теперь уже своего мужчину.

Ее рот, который столько раз снился Андрею, был слегка приоткрыт, обнажив ровный ряд жемчужно-белых зубов. Из-под стола выглядывали ее длинные ноги, закинутые одна на другую, и голые глянцевые коленки отражали на себе свет электрической лампочки.

Засмотревшись на них, Андрей сглотнул слюну и перевел взгляд на лицо.

Их взгляды встретились и вдруг… Андрей понял, что она хочет того же. Это было так неожиданно, что он чуть не подавившись, залился заразительным смехом, от которого затряслась вся посуда.

Света в первый момент не поняла причину это взрыва. Посмотрела на него удивленным взглядом, но потом, вдруг догадавшись, сама прыснула в кулак и, высоко подняв подбородок, залилась неудержимым смехом.

Комната наполнилась мелодичным серебряным звоном вперемешку с мужским медным басом. Андрей, отодвинув в сторону тарелку, рывком притянул ее к себе так, что она почти легла на стол и впился в ее слегка припухшие губы.

Но Света, уперев руками ему в грудь, с трудом оторвалась от него. Переведя дыхание, она закрыла его губы ладонью и, едва сдерживая смех, произнесла.

— Тише, тише, Андрей! Не спеши. А ты уверен, что сможешь?

Андрей видел, что это всего лишь повод потянуть удовольствие и, притворно вспыхнув, воскликнул.

— Уверен ли я!

Но она снова уперла руки ему в грудь…

— Тогда может быть не здесь?

— А где?

Она молитвенно возвела глаза.

— Что ж, и это неплохая идея!

Андрей обхватил ее тонкий стан руками, легко приподнял и понес в спальню, откуда сам недавно вышел…

Света не могла подумать, что у него может быть столько сил.

Она уже потеряла счет времени. Ночь, казалось, никогда не кончится. Да ей и не хотелось этого, потому что где-то в глубине души она боялась, что вместе с ней кончится и то безграничное блаженство, которое она ощущала…

Под утро, в конец изможденная, она лежала на середине кровати, раскинув руки, наслаждаясь приятной негой. Сквозь прикрытые ресницы она видела его, Андрея. Он лежал рядом, облокотившись на одну руку.

Андрей абсолютно не хотел спать. Можно было подумать, что за время болезни он успел выспаться за всю жизнь.

Вот и теперь, полностью насладившись ею, он не чувствовал никакой усталости и любовался ее прекрасным телом, таким близким и желанным в лучах восходящего солнца, которое с трудом пробивалось сквозь задернутые гардины. Он начинал чувствовать, как где-то в нижней части живота разгорается новый огонь.

Языки его пламени медленно разливались по всему телу и вызывали жгучее желание. Не в силах больше бороться с ним, Андрей притянул ее к себе и принялся обсыпать поцелуями…

Света испуганно открыла глаза. От его горячих поцелуев не было спасения. Поняв, что он от нее хочет, она в изнеможении закатила глаза и сладострастно застонала.

— О, Андрей! Опять! Нет, не может быть!

Ее тонкие руки обвили его шею, и она вновь растворилась в нем.

* * *

Утренний сон самый крепкий. Насладившись друг другом, они уснули и проспали почти до обеда.

Первым открыл глаза Андрей. Потянувшись. Он тихо, чтобы не разбудить свернувшуюся рядом калачиком Свету, сел на кровати и заглянул ей в лицо.

Детская, беззаботная улыбка озаряла ее милое лицо.

— Спит, как ребенок! — подумал Андрей и встал.

Он решил позвонить на работу, чтобы узнать обстановку. Подняв валяющийся на полу халат, он просунул руки в рукава и, запахнув его полы, перетянулся поясом.

Телефон стоял на туалетном столике. Скрипнув половицей, он подошел к нему и снял трубку. Раздалось легкое позвякивание.

— Что ты собираешься делать?

Услышал он за спиной испуганный голос. Андрей обернулся вполоборота, приложил палец к губам и почему-то шепотом сказал:

— Тише, спи, спи, Света. Я только позвоню на работу. Старик наверное волнуется!

Но Света и не думала спать дальше. Наоборот, она вдруг подскочила, как будто ее ужалила оса и закричала.

— Нет, не делай этого! Андрей, положи трубку, пожалуйста. Ты ведь ничего не знаешь!

— А что я должен знать?

Андрей пожал плечами, но трубку положил.

— Сядь! — она хлопнула ладонью по кровати. — Сядь рядом со мной и скажи, что ты помнишь из того, что было до… до ранения.

Андрей сел и почесал затылок.

— Честно говоря, мне и самому кое-что непонятно. Я еще вчера хотел тебя спросить, но знаешь… как-то не было времени.

Он попытался перевести разговор в шутливое русло, но Света не прияла его тона.

— Нет, Андрей, скажи, что ты помнишь. Самое последнее.

Андрей снова почесал затылок.

— Ну! Я забрался по водосточной трубе в офис. Так… Там еще были охранники. Мы стрелялись… Так, потом я вошел в темный кабинет, где сидела ты. — Он посмотрел на нее, как будто проверяя правильность сказанного. Она утвердительно кивала.

— Так! Я развязал тебя, и мы уже были готовы бежать, но… Нет! Я сначала открыл сейф и вытащил оттуда папку с документами. А вот потом появился еврей с пистолетом и выстрелил в меня. Так?

Он снова вопросительно посмотрел на Свету.

— Так. А дальше?

— Дальше я ничего не помню.

Андрей нахмурил брови.

— Нет, дальше пустота. Может быть, ты мне расскажешь, что было дальше.

Света кивнула головой.

— Да! Именно это и входит в мой планы. Ты сунул папку за пазуху и пуля попала в металлическую пряжку. Разнесла ее вдребезги и застряла в бумагах. Так ты остался жив. Когда Валленштейн наклонился, чтобы вытащить папку из твоей «кожанки», ты очнулся и пристрелил его.

Андрей, внимательно слушавший ее, присвистнул.

— Да? И что дальше?

— Дальше. Дальше приехала милиция и тебя отвезли в институт Склифасовского. Пока врачи боролись за твою жизнь, с помощью кассеты и документов, лежащих в папке, Асато Богудэн был полностью оправдан. Его действия были квалифицированны как защита.

— Я рад за него.

— Но это еще не все. Пока ты находился в бессознательном состоянии, над твоей головой начались сгущаться тучи.

— То есть?

— Сейчас объясню… Ни мои связи, ни деньги Асато ничего не смогли сделать с решением суда. Тебе было предъявлено обвинение в вооруженном ограблении офиса фирмы, в убийстве двух охранников и генерального директора.

— Двух?

— Да, двух, третьего удалось спасти, но на тебе и так висело три труппа и сейф. Так, что врачи боролись за твою жизнь, чтобы снова отправить тебя на тот свет.

Андрей, поежившись, будто от холода, передернул плечами и подвинулся к Свете поближе.

— Это уже становится интересно! Говори, говори! Я тебя внимательно слушаю.

— Самое лучшее, что обещали адвокаты, это лет двадцать тюрьмы, и тогда мы решили, что лучше тебе умереть.

— То есть как?

От неожиданности у Андрея отвисла челюсть.

— Когда твоей жизни перестала грозить опасность, Асато подкупил медсестру, ухаживающую за тобой, и она вколола тебе специальный препарат, замедляющий жизненные функции. Врачи констатировали смерть, а мы устроили пышные похороны. Знаешь, у тебя очень приятный босс. Да и вообще, в газете тебя многие любили.

Андрей сидел, словно пораженный молнией и никак не мог произнести ни слова. Наконец, он все же смог совладать с собой.

— Постой, постой! Я что-то не понимаю?

— А что тут понимать, Андрей! — прервала его Света. — Андрея Верещагина больше не существует. От него остался лишь могильный холмик и крест.

Она очень понятно изобразила холм и крест руками так, что Андрей не удержался от смеха.

— Что, один только холмик? А?

— Да, да!

— Но если Андрея Верещагина больше не существует, то…, — он посмотрел на себя и развел руками, — тогда кто есть?

Света облегчено перевела дыхание.

— Фу! Я рада, что ты отнесся к этому спокойно. Я боялась, что ты будешь психовать.

— Да, нет! Все нормально!

Андрей хлопнул себя по коленям. — Со мной еще и не такое бывало. Так кто же я теперь?

— Андрей Мейсон — муж Глории Мейсон, то есть меня.

— Я твой муж?

Андрей направил сначала палец себе в грудь, а потом на Свету.

— Да! А тебе что, не нравится?

— Ну, знаешь! Нет, — Андрей с трудом перевел дух, — Все нормально, но это все как-то очень неожиданно для меня. Слишком много всего. Подожди, дай-ка мне все это переварить.

Андрей, обхватив голову руками, уставился в пол. За окном раздался шум подъезжающей машины.

— А это еще кто? — спросил Андрей, подняв на Свету мутные глаза.

— Асато. Он всегда приезжает в это время!

Света встала и, накинув на голое тело халатик, направилась к двери.

— Пока он будет ставить машину в гараж, мы успеем одеться. Твои вещи вот здесь.

Она указала рукой на шкаф, встроенный в стену.

— Да не смотри ты на меня. Если ты волнуешься за свою свободу, то все нормально. Я ни в чем не буду тебе мешать…

Андрей смутился. Ведь именно об этом он сейчас думал.

— Да нет, Светик, просто уж слишком все неожиданно. Я даже не сделал тебе предложение. И, вообще, без свадьбы.

Он представил себя в роли жениха и ему стало смешно.

— А ты хочешь этого?

Андрей улыбнулся.

— Ну да!

— Хорошо! Делай предложение сейчас, а свадьбу мы сыграем позже.

— Где?

— Где-нибудь в Париже. И еще одно: называй меня при людях Глорией. Так будет лучше.

Теперь уж Андрей смотрел на свою невесту в восхищением.

Надо же, все успела предусмотреть.

— Ну ладно, я пошла. Одевайся. Встретимся в гостиной. Кстати, Асато хотел сделать тебе одно очень выгодное предложение. Оно в твоем вкусе.

Глория послала ему воздушный поцелуй и вышла.

Андрей одел черный в полосочку костюм и вышел. По голосам, доносившимся из гостиной, понял, что гость уже здесь и разговаривает с Глорией.

Перегнувшись через периллы, он увидел ее и молодого человека, сидящих в креслах за круглым прозрачным столом и громко приветствовал их.

— Хэлло!

— Хэлло! Иди сюда!

Глория махнула ему рукой и что-то сказала мужчине. Он улыбнулся и посмотрел на Андрея. В его улыбке было столько привлекательного, что Андрей сразу почувствовал к нему симпатию.

— Хороший парень! — мелькнуло у него в голове.

— Андрей! — представился он и протянул ладонь навстречу поднявшемуся японцу.

— Асато Богудэн. Рад с вами познакомиться.

— Ого, вы говорите по-русски, даже лучше, чем я, — пошутил Андрей.

— Я долго учился ему! — отметил Асато, все также приветливо улыбаясь.

— Ну, ладно! Вы поговорите здесь без меня! — вмешалась в разговор Глория, — а я пока пойду приготовлю что-нибудь перекусить.

Оба мужчины проводили глазами стройную фигуру женщины и переглянулись.

— Я вам завидую, — прервал молчание Асато, — Любовь такой женщины, наверное, прекрасна.

— Спасибо! — улыбнулся польщенный Андрей и опустился в кресло. Асато последовал его примеру. На столе лежала пачка «Мальборо» и зажигалка.

— Сигарета! — подумал Андрей, — Вот что, пожалуй, сейчас мне не хватает.

Жадно затянувшись, он выпустил дым из ноздрей и положил зажигалку.

— Асато! Я хотел поблагодарить Вас за то, что вы для меня сделали.

— Да нет, что Вы! Как говорят у вас: баш на баш. И давайте покончим с комплементами, мы же не женщины.

— Да, пожалуй!

Лицо Асато сразу сделалось серьезным.

— А в курсе всех ваших дел. А вы, в общем-то, всех моих.

— Это что-то связано с теми картами?

— Да, на них обозначено место, где спрятаны два моих фамильных меча. По очень странным обстоятельствам они оказались здесь, в России. Но их место у меня на родине, в Японии. Да! Их место там… — повторил он задумчиво, — Так вот, у меня есть к вам одно предложение.

Он немного помолчал.

— Не согласились бы Вы, — как-то сам собой получилось, что Богудэн перешел на «Вы», — стать моим компаньоном и помочь добыть эти мечи.

В этот момент в дверях кухни появилась Глория. Она поставила на столик поднос с тремя чашками кофе и села рядом.

— Это деловое предложение, Асато?

— Да, безусловно. Я предлагаю Андрею 30000 долларов за работу и финансовую помощь в организации любого дела, которое он пожелает открыть после поездки. Если, конечно, пожелает.

Сказав это, Асато взял чашку кофе и сделал маленький глоток. Глория последовала его примеру. Андрей остался сидеть, судорожно разминая сигарету.

— Тридцать тысяч долларов.

Ему показалось, что это какой-то подвох и он растеряно посмотрел на свою подругу.

Глория, медленно помешивая ложечкой в чашке, улыбнулась ему в ответ.

— Андрей, я думаю, что стоит согласиться.

Он пожал плечами.

— Ну, я не знаю. Пожалуй сегодня очень странный день. Хорошо, я согласен!

— Вот и отлично!

Асато радостно хлопнул ему по плечу и рассмеялся.

— Я знал, что ты не откажешься! Без тебя и Глории мне было бы очень тяжело. И я вряд ли смог бы осуществить задуманное. Надеюсь, с этого момента мы станем друзьями.

Глава 4

Почти два дня с Лорой творилось что-то непонятное. Она просто не находила себе место. «Этот Гарри, сволочь, он поступил со мной, как с последней шлюхой!» — говорила она себе и начинала кусать губы от злости. И в этот же момент, как только она начинала думать о нем, перед ее мысленным взором вставало его сильное, волосатое тело и грубые животные ласки, которые просто сводили ее с ума.

Она ругала его последними словами и одновременно молила, чтобы он позвонил ей. Никогда еще с ней не было такого. Но это была не любовь, а просто извращенное желание сексуально озабоченной суки.

В половине пятого вечере в ее кабинете зазвонил телефон. Оторвал от сладостных мыслей.

— Слушаю! — коротко бросила она в трубку, яростно кусая карандаш, и разглядывая длинные ухоженные ногти.

— Лора! Это — Гарри! Мне необходимо с тобой встретиться!

— Гарри?

Она хотела крикнуть, бросит трубку об пол, разбить что-то, обозвать его самым грязным ругательством, но вместо этого лишь коротко ответила.

— Хорошо. Когда?

— Я за тобой заеду через полчаса.

И прежде чем она успела что-то сказать, в трубке раздались короткие гудки.

Лора с силой сжала свои тонкие пальцы так, что они хрустнули в суставах. С трудом выдавила из себя: С-с-сука!

Ни в чем не повинный карандаш треснул в ее руке и рассыпался на три половинки. И в этот момент она поняла, что чтобы ни случилось, она придет к нему на встречу и будет делать все, что он пожелает…

* * *

Черный «БМВ» остановился возле подъезда. Лора села на переднее сиденье и посмотрела на Гарри. Его лицо как всегда ничего не выражало.

— Куда мы едем? — спросила она, как только автомобиль отъехал от редакции.

— В одно очень уютное место! — ответил Гарри, не глядя на нее. — Мне посоветовал сходить наш гостиничный портье.

Он подался немного вперед и достал и бардачка небольшой сверток.

— Это тебе!

— Мне?

— Да! Я в прошлый раз вел себя немного грубо и хотел бы загладить свой проступок.

У Лоры на глаза навернулись слезы. Она быстро отвернулась и смахнула их платком. А может он все-таки не такой сволочь!

Она аккуратно взяла в руки коробочку и спросила, влюблено глядя на мужчину.

— Можно посмотреть?

Гарри улыбнулся.

— Конечно! А для чего я тебе это дарю.

Занятая разворачиванием свертка, Лора не заметила, как Гарри краем глаза покосился на нее и на его лице на мгновенье появилась злорадная ухмылка.

— Черт возьми, — думал он. — А может я зря ей это подарил. Кажется, эта дура и так втрескалась в меня.

Его глаза сузились до маленьких щелок.

— Ну что ж, посмотрим, что можно из нее выудить! А подарок… не помешает!

В коробке лежали наручные часы с позолоченным браслетом. Лора, взметнув высоко вверх свои длинные ресницы, смотрела на них, как когда-то индейцы смотрели оловянное зеркало, подаренное им Колумбом.

— О, Гарри! Это же так дорого!

— Пустяки! Я рад, что они понравились. И надеюсь, что ты их не потеряешь, и они будут всегда с тобой. Одень их.

— Да, да, конечно, Гарри!

Машина, взвизгнув тормозами, остановилась у «Славянского базара».

— Вот мы и приехали! — сказал Вульф и вышел из машины…

* * *

— Интересно, как она все же отнесется к моему предложению! — думал Гарри, гипнотизируя Лору взглядом, и играя бокалом шампанского, зажатым между ладонями.

— Может, конечно, испугаться. Но это вряд ли! Да! Второе вернее! Попробую сказать, а если что не так, то я знаю, что сделать…

Они сидели за небольшим столиком, накрытым на двоих, в самом углу большого зала.

Гарри огляделся и убедился, что их никто не слышит. Соседние столики были пусты.

— Лора! Можно задать тебе один вопрос?

— Да, конечно! — Легкий алкоголь уже успел ударить ей в голову, и она все видела в розовом цвете.

— Это касается Андрея Верещагина!

— Кого? Андрея?!!!

В раз из красивой женщины Лора превратилась в озлобленную женщину.

— Причем здесь он? Ты уже успел покопаться в моей личной жизни? Так вот, — Она от волнения уронила на пол вилку. Та упала на пол, но не зазвенела. Мягкий ковер заглушил звук. — Запомни! Я повторять не буду. Мне на него наплевать. Он мертв, а если бы он был жив, то я сама с удовольствием отправили бы его в могилу. Он — ублюдок, ублюдок. Как и все мужчины…

Лора, всхлипнув, оперлась на ладонь и зашмыгала носом.

— Ну, ненормальная!

Гарри был поражен ее бурной реакцией, но искомого результата добился.

— Значит, она действительно, была его любовницей. Что ж копнем дальше!

— Да что ты, Лора! Меня интересует совсем другое. Я хочу знать того, кто устроил похороны? Родители? У него есть родители?

— Родители? А причем здесь родители? У него они давно умерли. Нет, насколько я помню, за все платил этот! Как его… Забыла!

Она щелкнула пальцами.

— Бизнесмен. Крутой мужик такой! А, вспомнила… Асато Богудэн и его подружка. Андрей ее спас. Я, правда, не вдавалась в подробности… А к чему это ты меня спрашиваешь?

— Да нет, ничего! — Гарри сделал вид, что занят прикуриванием сигареты. Легкий дымок потянулся над столом. Лора, почувствовав его запах, сильно втянула воздух.

— Дай и мне, что ли, одну. Я что-то в последнее время стала нервной.

— Ничего, бывает! — Гарри протянул ей пачку «Кента» и чиркнул зажигалкой.

— Послушай, Лора, а ты не могла бы мне помочь?

— Чем?

— Мне нужно найти этих: Асато Богудэна с подружкой. Кроме того, я подозреваю, что с ними будет еще один человек.

Лора подняла голову и увидела в глубине его коричневых с оливковым отливом глаз блеск, который испугал ее прошлым утром.

— Кого?

— Лора! Я буду говорить с тобой на чистоту. Но тогда, если ты все узнаешь, тебе придется согласиться на все мои условия. Обратной дороги у тебя не будет.

Лора выпустила дым и его клубы окутали ее голову. Она замахала руками.

— Говори, для тебя я сделаю все, что смогу!

— Все не надо, но мне нужна эта тройка.

— Почему — тройка? Гарри, я что-то не пойму. Кто третий?

— Андрей!

Лора отшатнулась от него, как от прокаженного.

— Как Андрей! — Гарри взял ее за руку. — Послушай. Я работаю в очень солидной организации. Где привыкли все проверять досконально. И вчера вечером я раскопал его могилу и вскрыл гроб. Гроб был пустой. Лора, понимаешь, там никого не было!

Говоря это, его глаза так хищно блестели, что Лора тут же поверила его словам.

Молча, наклонив голову, она просидела минут пять. Гарри ей не мешал. Он понимал, что сейчас творится в ее голове. Наконец, она встряхнула волосами и посмотрела в упор в глаза Вульфа.

— Хорошо! Я помогу тебе найти их, но при одном условии.

— Каком?

— Не спрашиваю, зачем тебе нужен этот подонок, но если ты лазил за ним в могилу, то наверняка не для того, чтобы поблагодарить. Верно.

Вульф не ответил.

— Так вот, ты должен мне обещать, что я смогу плюнуть ему в глаза и отрепать за волосы эту белую курву, прежде чем ты отправишь его на тот свет. Я ведь тебя правильно поняла!

Она схватила бокал и залпом выпила его содержимое.

— А теперь давай веселиться! Гарри, я хочу, чтобы сделал со мной то же самое, что и в первый раз.

Вульф некоторое время не отвечал. Какая женщина! Просто фурия! Не похоже, что она блефует!

Он откинулся в кресло и взял в руки бокал.

— Ты правильно поступила, малышка! Я пью за твое здоровье!

— А если все же она врет!..

Он подумал о маленьком заряде в браслете часов, который управлялся по радио на расстоянии. Раз! И от человека остается мокрое место…

Глава 5

— Судя по всему, река должна быть за этой сопкой! — отрывая глаза от большой карты, разложенной на коленях, прокричал Асато, покрывая рев двигателя, и посмотрел на Андрея, который сидел за рулем. Глория сидела на заднем сидении и дремала, прислонившись виском к оконному стеклу.

— Доедем! — откликнулся Андрея, отчаянно сжимая баранку руками.

— Если до этого не развалимся!

Три дня назад она свернули с шоссейной дороги в лес и теперь, двигаясь строго на восток, по компасу, пробивали себе дорогу сквозь непроходимую Уссурийскую тайгу.

Андрей не заметил камня, притаившегося в траве, наехал на него и машину изрядно тряхнуло.

— Ой! Нельзя ли полегче! — Глория, широко раскрыв глаза, схватилась за ушибленный лоб и зашипела.

— У-у-у, живодеры!

В ответ на нее незлобное ворчание, мужчины переглянулись и громко расхохотались.

— Ты сама напросилась на это путешествие. Так что терпи. Тем более, что немного осталось.

— Это еще почему?

Натяжно урча и подминая под себя невысокую поросль, джип «Лендровер», наконец, взобрался на вершину и замер как вкопанный.

Андрей заглушил мотор и, перекинув руку, через сидение, посмотрел на Глорию.

— А потому, что дальше мы поедем на лодке!

Внизу на фоне пожелтевшей хнои, огромных лиственниц, обвитых лианами, ясно выделялась водная гладь, серебристо-стального цвета.

— Это и есть река Хор! — констатировал Асато и, широко распахнув дверь, вылез наружу.

Андрей весело подмигнул своей подруге.

— Выходи, приехали!

Они подошли к японцу, который с задумчивым видом, скрестив на груди руки, смотрел себе под ноги.

— Дальше мы пойдем на моторке. Вверх по течению!

— И долго? — спросил Андрей, обнимая за плечи Глорию. Свежий ветер растрепал ее волосы, и она, укрываясь от него, спряталась за широкой спиной Андрея.

— Думаю, еще дня три! Если повезет с погодой.

Он посмотрел на сгущающиеся на горизонте тучи.

— После дождя эта речушка может стать неуправляемой. Но я думаю, мы проскочим.

Асато повернулся и, обойдя машину, открыл багажник.

— Машину оставим здесь. А сами спустимся к реке и разобьем там лагерь. В путь отправимся только завтра…

* * *

Ту-154, сверкая в темноте габаритными огнями, мягко пошел на посадку. Пестрая толпа пассажиров, шумно галдя, покинула самолет и исчезла в недрах огромного стеклянного здания Хабаровского аэропорта.

Вульф, перехватив поудобнее черный дипломат, посмотрел на часы и уверенной походкой направился к стоянке такси. Лора, молча, взяла его под руку и пошла рядом, цокая каблуками.

Издали они очень были похожи на молодоженов, совершающих свадебное путешествие. Но людям такого сорта здесь делать нечего, поэтому они сразу привлекли внимание группы крутых качков, толпившихся возле коммерческого ларька.

Они, все как на подбор, были коротко стрижены под бобрик, одеты в яркие свитера «Бойс», зеленые или синие, спортивного покроя, заправленные в рыжие, из свиной кожи полусапоги на широкой подошве.

Один из, самый старший, отследил взглядом куда прошли мужчина и женщина и, смачно сплюнув слюну на землю, процедил сквозь зубы что-то непонятное одному из своих напарников, который тут же бросился в сторону и растворился в толпе.

— Куда теперь? — еле успевая за Вульфом, спросила Лора.

— Поедем сейчас в гостиницу. Поиск, я думаю, начнем завтра.

Он махнул рукой, подзывая такси. Желтая «Волга», мигнув фарами, выехала из длинного ряда точно таких же машин, стоящих вдоль дороги, и остановилась возле клиента.

Усатый грузин в большой кепке, распознав в мужчине богатую наживу, радостно улыбаясь, выскочил из машины и приветливо распахнул двери.

Вульф нырнул в салон и подвинулся, уступая место Лоре.

Она взялась за ручку и с сомнением в голосе вдруг произнесла.

— Хорошо, Гарри, допустим, мы найдем их здесь. В конце концов людей, фрактующих частные самолеты и перевозящих на ней контейнеры, не так уж и много. Но что дальше? Как ты будешь их искать дальше? Они, наверняка, ведь уехали в тайгу. Где их там искать? А?

Устало зевнув, Гарри махнул рукой.

— Ну, ладно, хватит зудеть. Садись в машину. Завтра все будем думать…

Противный визг тормозов раздался так неожиданно, что у Гарри вдруг не вывихнулась челюсть. Широко распахнув глаза, он уставился на крутых ребят, выскочивших из синих «Жигулей». Он очень хорошо разбирался в оружии. И с первого раза понял, что в руках у парней не игрушки.

Один из качков, сунув ему под нос вороненый ствол «Токарева», громко крикнул:

— Сидеть! Лучше не двигаться!

Двое других, подхватив под руки Лору, очень легко впихнули ее в свою машину и захлопнули двери.

— Все, поехали!

Держа на мушке опешившего Вульфа и дрожащего как осиновый лист таксиста, последний похититель прыгнул в автомобиль, и они тут же растворились в ночной темноте.

— Фак ю! — задыхаясь от злости, Вульф перешел на английский язык и закричал на все еще дрожащего таксиста, чтобы он скорее садился.

— Ч-ч-ч-т-о-о! — заикаясь, выдавил из себя грузин, — Н-н-не-понял?

Вульф мотнул головой, закричал на русском.

— В машину садись, кретин несчастный, долго будешь стоять!

После этих слов, он быстро взглянул на свои часы. Нажал несложную комбинацию и на циферблате загорелась красная точка в самом углу.

Он недоуменно посмотрел на таксиста.

— Давай, садись, мы их еще успеем догнать. Они не далеко уехали…

Смуглое лицо грузина стало пепельно-белым.

— Не-ее, поищите кого-нибудь другого. Я в такие игры не играю. Это же ребята Черного. А с ними шутки плохи. Если хотите, я отвезу вас в милицию, но за ними не поеду…

Услышав незнакомое имя, Вульф внимательно посмотрел на своего трусливого собеседника, спросил.

— Кто такой Черный?

Таксист, будто не расслышав вопроса, отвернулся и сел за руль.

— Ну, что, поедем к ментам или нет. Давай быстрее, а то мне некогда!

Вульф понял, что он не хочет говорить и достал из кармана портмоне.

— Да подожди ты! — Он протянул ему десять долларов, — Скажи мне кто такой Черный и почему его так боятся?

При виде денег, Вано, ТАК ЗВАЛИ таксиста, облизнул губы и дрожащими руками засунул их в карман.

— Черный — это босс в здешних краях. Он контролирует всё, что можно, здесь в городе и его окрестностях.

— Что серьезный человек?

— А ты что, его ребят не видел. Вона как орудуют прямо на улице. Беспредел полнейший. Так что теперь можешь распроститься со своей подружкой. Она сейчас, наверное уже под каким-нибудь а молодчиком стонет, а может и сам Черный её приглядел. Но всё равно бесполезно!

Он махнул рукой.

— Концы в воду.

Вульф посмотрел на часы. Красная точка исчезла с экрана.

— А черт с ней, — подумал он, — Теперь забот будет меньше. А вот этот Черный!!! С ним, пожалуй, стоит встретиться.

Он заглянул в другое отделение портмоне и вытащил оттуда «сотенную».

— На, — протянул он таксисту, — Получишь ещё столько же если сведешь меня с Черным.

— Да, ты, что! — вспыхнул Вано, — Думаешь мне жить надоело. Нет! Я не дурак! Я на такое не пойду! Нет!

Вульф потряс зелёной бумажкой перед носом и сделал движение, будто собирается убирать её обратно.

— Ну ладно. — Пожал он плечами. — Я найду кого-нибудь другого.

— Эй, эй, подожди, — Вано жадными руками вырвал сто «баксов» и зажал в кулаке.

— Я передумал.

Он аккуратно сложил купюру и отправил ее в карман.

— Есть у меня тут один знакомый. Барменом работает, думаю он сможет помочь. Вульф с важным видом откинулся на сидение и закрыл глаза.

— Ну что ж, вези меня к этому бармену, а там посмотрим…

* * *

В утреннем тумане рев мощного водометного двигателя раздавался особенно громко. Эхо от него тугими волнами расходилось по сторонам и отразившись от крутых берегов, возвращалось обратно, создавая особый звуковой эффект.

Напуганные незнакомым шумом, просыпались и с криком взлетали птицы, ютившиеся по берегам.

Асато с мрачным видом сидел на корме довольно вместительной лодки и с недовольством наблюдал, как с каждой минутой течение становилось всё быстрее и быстрее. Андрей и Глория сидели в центре на большом палаточном мешке и тоже с беспокойством следили за борьбой техники со стихией, в которой на этот раз побеждала стихия.

Асато последний раз выжал ручку газа до предела. Мотор взревел и, захлебнувшись, бензином, вдруг заглох.

Тут же потеряв скорость, лодка будто натолкнулась на бетонную стену и, отскочив от неё как мячик, полетела назад. На какое-то время она стала неуправляемой и вода сразу же закрутила ее на месте, грозя перевернуть.

— Весла! — Андрей быстро сориентировался. Заорал не своим голосом, — Весла, хватайте весла и гребите к берегу.

Легкие дюралевые весла лежали на дне и были завалены тюками. Прежде чем они успели вытащить их из-под мешков, резиновую лодку снесло уже довольно прилично вниз по течению.

Наконец, освободив весла, путешественники смогли выровнять курс и направились к берегу.

К их удивлению, стоило им отойти от центра реки и приблизиться берегу, как обнаружили, что здесь абсолютно нет течения.

— Странно, почти стоячая вода, здесь? Почему?

Сказал Асато с удивлением и посмотрел на воду. Вдруг радостно вскрикнул.

— Сваи, сваи в воде! Давал быстрее к берегу!

— К берегу, берегу, к бе-ре-гу-уу! — ответило ему тройное эхо.

— Bы слышите! — спросил он, смотря на своих спутников.

— Ттройное эхо. Значит, что мы попали в небольшую бухту, своеобразный заливчик. В тумане мы не видим, но я готов спорить что там и там, — он ткнул пальцем в две стороны, протыкая плотный и белый как молокой, туман, — Скалы, которые и охраняют это место от быстрого течения. А там… — он ткнул пальцем по направлению к берегу, — Наверняка, и будет место, где основал поселение мой дед. Его лицо озарилось улыбкой, и он весело рассмеялся.

— Надо же, в тумане мы чуть не проскочили мимо. Давайте к берегу.

Он взмахнул веслом и лодка, разрезая носом спокойную гладь устремилась вперед. Через десять-пятнадцать сильных гребков она ткнулась в песчаный берег.

Асато тут же выскочил из лодки и, ухватившись за борт, затянул ее подальше на песок.

Андрей и Глория последовали его примеру и тоже, ухватившись за бока, потащили лодку подальше от края вода.

— Надо оттащить её как можно дальше, — шумно дыша, скомандовал Асато, — Как я и говорил, где-то в верховьях прошел дождь, и уровень в реке поднялся, а может подняться ещё больше.

Через десять шагов они достигли края песчаной отмели и увидели ступеньки выбитые в скале явно руками человека. Рядом с ними Андрей заметил большое железное, всё изъеденное ржавчиной, кольцо.

— Можно привязать лодку к нему! — сказал он, гремя железом, — Оно ещё прочное.

— Да, — сказал Асато, — Мы так и сделаем. А потом поднимемся по ступеням вверх. Если верить словам отца, то там должен быть вход в пещеру.

Все трое разом подняли головы, но из-за густого тумана, который как нарочно стал еще гуще, ничего не было видно.

— Возьмем только самое необходимое!

Сказал Асато, — Я понесу палатку и инструменты, а вы всё остальное.

Согнувшись под тяжестью рюкзаков, маленькая экспедиция начала восхождение, которое на самом деле оказалось не таким уж и сложным. Уже через двадцать ступенек они поднялись над уровнем тумана и увидели зияющую черную дыру в идеальной гладкой поверхности гранитного монолита.

Вход в пещеру был небольших размеров и несколько низковат, так что гиганту Андрею пришлось нагибаться, проходя сквозь него.

Нo это было только начало. Дальше пещера расширялась и становилась очень просторной и вместительной.

— Да это и не пещера вовсе! — закричат Андрей, прикрывая лицо от сильного ураганного ветра, с завыванием бьющего ему в лицо. Второй рукой он поддерживал Глорию, которая еле держалась на ногах.

— Да! — закивал головой Асато, стараясь перекрыть шум ветра и от этого очень широко открывая рот. — Это туннель, который мы обязаны пройти. Вытянув руки и наклонившись вперед, буквально наваливаясь грудью на поток воздуха, Асато побрел по туннелю, спотыкаясь о разбросанные везде камни. Его спутники с трудом удерживаясь на ногах, побрели следом. Продвижение затруднялось ещё тем, что через несколько шагов туннель стал резко забирать вверх и к концу стал почти ответным.

Но Асато «казалось, был просто рожден для лазанья по отвесным скалам. Скинув с себя лишний груз и обвязавшись верёвки, он, упирался руками и ногами в гладкие станы и, находя пальцами только ему видные выступы в камнях, взобрался наверх и быстро один за другим вытащил за собой своих товарищей.

Выбравшись на свет, ни Андрей, ни Глория не смогли удержаться от вздоха восхищения перед прекрасной картиной, которая развернулось перед ними.

Они стояли на небольшом ровном плато. На самой вершине горного массива и прямо у них под ногами, далеко-далеко на восток, сколько хватало глаз, расстилалась иссиня-зеленая страна.

— Что это? — воскликнула Глория, вытирая капли росы с глаз, которые стали слезиться сразу же как она вылезла из туннеля. Здесь, на высоте несколько десятков метров ветер был не менее сильным, чем внизу.

— Сихотэ-Алинь, горная страна! — перекрикивая ветер, ответил Асато, — А нам туда!

Он указал рукой на ступени, которые вели вниз. Разобрав вещи, бесстрашная тройка спустилась к подножию горы.

— Здесь мы разобьем лагерь! — громко скомандовал Асато. По сравнению с вершиной здесь была просто гробовая тишина, и поэтому его крик показался очень несвоевременным. — лагерь, лагерь, лагерь, герь, рь! — отскочив от стены его слова загуляли между стволами деревьев многократным эхом.

Это было настолько неожиданно, что все трое просто грохнули от смеха. Но была ещё одна причина заставившая их рассмеяться. Взглянув друг от друга, они увидели, что все их лица, шеи, руки, в общем всё, что было не прикрыто одеждой стало серебристой — серого цвета от пыли и грязи. Отсмеявшись, они, наконец, принялись за дело. Разбили палатку. Поставили котелок с похлебкой, воду для которой взяли из небольшого естественного бассейна возле самой стены. Его случайно обнаружил Андрей, когда ходил за дровами. Бассейн этот — небольшое блюдце, диаметром примерно метров пять, был до краев заполнен кристально чистой водой. Она поступала из ключа, бившего со дна. Но не это поразило Андрея, когда он увидел его. Аккуратно выложенные камни вокруг него — вот что больше всего привлекло его внимание, и он сказал об этом Асато.

— Конечно, — отметил он, — Эти камни и лестница, по которой мы сюда попали, всё это дело рук человека. Всё это сделали люди моего деда.

Он обвел рукой, в которой держал суковатую палку, вокруг себя.

— А ты разве не заметил, как все здесь отличается от настоящей тайги. Посмотри как здесь редко растут деревья.

— Да, верно! — воскликнул Андрей, — И они все здесь очень молодые. Настоящих деревьев почти нет.

— Именно на этом месте и располагалось когда-то поселение деда. Отсюда и еще примерно километр вперед всё здесь было застроено. Здесь был настоящий город, но, уходя отсюда, дед приказал всё взорвать, сравнять с землей и засеять травой. Он не хотел ничего оставлять.

— А почему же он тогда оставил здесь мечи? — вдруг спросила Глория, внимательно слушавшая их разговор.

Асато пожал плечами…

— Не знаю! Может была еще надежда вернуться. А может это было небезопасно. Да это и не важно. Гласное то, что мы дошли до сюда, и теперь я смогу вернуть их домой.

Сев на корточки, Асато кинул державшую в руке ветку в костер.

— Так чего же мы ждем? — Андрей, развел удивленно руками, — Асато у нас ещё много времени до вечера. Доставай свою карту и пошли искать твое сокровище.

— Ведь правда, Глория? — он весело подмигнул девушке.

— Конечно идите, а я пока приготовлю поесть.

Асато поднялся и достал из кармана лист бумаги. Разровнял в его на коленке.

— Давайте попробуем!

Он посмотрел на иероглифы, которыми был испещрен весь лист.

— Надо начинать поиск от лестницы… Пошли туда…

Вскоре их шаги затихли в лесной чаще. Глория осталась одна, уселась поудобнее перед костром и занялась созерцание огня.

* * *

— Дед спрятал мечи в старой шахте, — объяснял Асато, продираясь сквозь колючий кустарник, — Вернее, это была не шах та, а выработанная жила в скале. В конце её он расчистил место, а вход завалил. Это должно быть где-то здесь.

Продравшись сквозь колючки, они ткнулись лицом прямо в гранитную стену.

— Ты иди вправо, а я — влево. Мы, наверное, немного сбились с курса. Заваленную пещеру нашел Андрей. Вход в неё, действительно, преграждал огромный валун, поросший мхом, и вросший в землю.

На военном совете было решено взорвать его у основания несколькими толовыми «шашками».

* * *

Оглушительный взрыв потряс окрестности, и, выбежавшие из укрытия, Асато и Андрей увидели, что весь валун так и не удалось откатить, но «шашки» пробили в стене брешь, в которую мог пролезть человек.

Дальше всё было просто. Вооружившись фонарями, они пролезли в длинный и узкий коридор. Прошли сквозь него, спугнув двух или трех летучих мышей, неизвестно откуда здесь появившихся, и оказались в хранилище.

Два тонких луча света, скрестившись одновременно в глубине пещеры, выхватили из темноты небольшую подставку из черного дерева, на которой, вот уже почти сто лет, покоились два самурайских меча.

С примерно с минуту эти мужественные парни наслаждались неожиданным зрелищем, прежде чем до них дошло, что они совершили.

— Ого! — воскликнул Андрей, увидев, как заиграли лучи, на отделанных золотом и драгоценными камнями рукоятках мечей, и радостно хлопнул Асато по плечу.

— Нашли, надо же нашли!

От избытка чувств он не знал, куда деть руки и только размахивал ими как мельница.

— Ну, бери, бери же их скорее и пошли отсюда!

Он хотел еще что-то крикнуть, но, увидев бледное и серьезное лицо Асато, вдруг осекся на полуслове.

— Ты чего? — спросил он шепотом, но тот, даже не посмотрев на него, что-то буркнул по-японски, склонил голову и, сняв ботинки, босиком подошел к черному постаменту.

Такая перемена очень удивила Андрея и он, чуть приоткрыв рот, стал следить, что же будет дальше.

Постояв так несколько минут перед мечами, Асато очень бережно снял их с подставки и, повернувшись лицом к Андрею, заулыбался.

— Я благодарил Будду зато, что он сохранил их и помог нам их найти. Посмотри-ка!

Он одним движением выхватил клинок из ножен. От яркого света, брызнувшего в лицо, Андрей зажмурился. Даже очень маленького фонарика было достаточно, чтобы лучи, отразившись от полированной поверхности клинка, ослепили человека.

— Ух, ты, а другой!

Золотая гарда с легким стуком ударила об ножны и новая ослепительная полоска стали блеснула в свете фонаря.

— Время не властно над ними! — произнес Асато, любуясь фантастической работой старого мастера. Асато убрал второй меч в ножны.

— А теперь можно и уходить отсюда.

Он достал длинный чехол из плотной ткани. Вложив в него мечи, он закинул их за спину и пристегнул к себе с помощью прочного кожаного ремня.

— Кажется, я выполнил завещание отца!..

Глава 6

… Таксист не обманул. Ровно в десять часов утра Вульф вышел из гостиницы и увидел его машину. Высунувшись по пояс над крышей «Волги», Вано радостно махал ему руками и кричал.

— Идите сюда, я здесь!!

— Ты что с ума сошел? — остановил его Вульф, садясь в машину, — Чего орешь? Думаешь, я слепой!

Он увидел как радостно бегают глаза грузина и понял, что у того есть для него информация, но не подав вида, Вульф с надменным видом спросил:

— Ну что. Договорился?

Грузин, обнажив гнилые зубы, ехидно засмеялся, и протянул к нему волосатую ладонь.

— Нет, сначала «баксы»!

Вульф усмехнулся и протянул ему деньги.

— Все О» кей, хозяин! — торопливо убирая деньги, затараторил Вано, — Бармен ждет тебя, а там уж сам договаривайся.

Он лихо повернулся к Вульфу спиной и нажал на педаль газа…

* * *

Бармен работал в грязной обшарпанной забегаловке, над которой, скорее всего по ошибке, кто-то повесил вывеску «Пивной бар».

Переступив замызганный порог, Вульф вошел в полутемное помещение и огляделся. В это время суток оно было практически пустое. Лишь в углу у стенки за круглым столом стояло пять-шесть юнцов со смаком сдувающих с кружек шапки пивной пены.

Неприятно поморщившись от ударившего в нос застоявшегося запаха, Вульф подошел к стойке и, облокотившись, обратился к невысокому якуту в заляпанном переднике.

— Ты что ли бармен?

— Допустим. А тебе что?

— Мне сказали, что ты можешь свести меня с Черным?

— А тебе он зачем?

Якут, прищурившись, нагло оглядел дорогой костюм Вульфа и на секунду затормозился на золотой заколке от галстука, как будто заранее примеривая её на себе. Вульфу это не понравилось, и он, не напрягась, наотмашь расслабленной ладонью ударил якута по губам. Голова якута откинулась назад и из разбитых губ брызнула кровь.

— Отвечай, когда тебе говорят!

Краем глаза он уловил какое-то движение и подсознанием понял, что лучше убрать голову в плечи. Толстый металлический прут со свистом прошел над его макушкой, задел по волосам. Не разворачиваясь, Вульф лягнул назад ногой и попал в чей-то живот.

Обернувшись, он увидел как один из юнцов, обирая по пути круглые столы, грохнулся на пол и, молниеносно среагировав, перехватил руку с прутом второго парня, который уже размахивался для удара, жестоко крутанув её, он взял на излом и вырвал прут.

Жалобно охнув, парень повалился на пол и забился, хватая воздух губами.

Четверо оставшихся стояли полукругом перед Вульфом и, как только тот перехватил прут, сразу же ощетинились длинными ножами…

Дело принимало опасный оборот, но Вульф решил защищаться до последнего…

— Стоять! — Резкий окрик прервал эту неравную схватку.

Боясь нападения, Вульф не мог повернуть головы и поэтому не видел кто же это крикнул. Но кричавшего хорошо видели его противники. По-видимому, он был действительно в «авторитете», потому что готовые ринуться на Вульфа, они сразу же остановились и убрали «пики».

Только после этого, Вульф позволил себе обернуться и увидеть в дверях подсобки незнакомого человека, в сером шерстяном костюме, жующего зубочистке.

Якут, выскочив из-под прилавка, подобострастно изогнувшись, наклонился к нему и зашептал, показывая одной рукой на Вульфа, а другой пытаясь остановить кровь, бьющую из губы. Брезгливо оттолкнув его, мужчина подошел к Вульфу.

— Брось прут-то! Не собираюсь я с тобой махаться. У меня для этого есть другие люди.

Он указал большим пальцем через плечо на двух больших амбалов с тупыми лицами и автоматическими пистолетами под мышками.

Вульф посмотрел в глаза незнакомца, слегка ковнув, разжал пальцы. Прут с легким звоном скользнул вниз.

— Вот это правильно. Мы же интеллигентные люди. Сможем договориться.

Довлат! — он протянул Вульфу руку и улыбнулся одними губами.

— Гарри Вульф! — представился Вульф.

— У! — протянул Довлат, — Иностранец?! Так зачем тебе нужен Чёрный?

— Это я могу сказать только самому Черному!

— Ну что ж! Самому, так самому! Следуйте за мной!

Довлат пожал плечами и, повернувшись, направился в подсобку. Пройдя сквозь длинный коридор, заставленный деревянными ящиками, Вульф, зажатый между телохранителями, вышел во двор, а оттуда на незнакомую улицу, где, прижавшись к обочине, стоял длинный «Кадиллак». Остановившись возле него, Довлат снова обратился к Вульфу.

— Извините, но я должен завязать вам глаза.

Он достал из кармана черную повязку и затянул её ему на затылке.

— Не жмет? — поинтересовался Довлат вежливо, и быстро, почти незаметно, пробежался руками по телу Вульфа.

— Это на всякий случаи! — объяснил он. — А вдруг у вас в кармане бомба. Ну, вот, всё в порядке! Он хлопнул Вульфа по плечу. — Можем ехать!..

* * *

Часа два они ехали в полном безмолвии. Потом автомобиль остановился и Довлат приказал выходить. Вульф услышал шум вертолетного двигателя.

— Мы что, полетим на вертолете?

— Ну не на оленьих же упряжках! — хохотнул Довлат и, поддерживая Вульфа за руку, помог ему подняться по трапу.

— Не только у вас люди живут на широкую ногу.

Вертолет легко поднялся в воздух, и они вновь продолжили путь в полном молчании. Да Вульф и не был расположен к беседе. Его мысли были заняты тем, что, как скоро он сможет принести мечи-катана к хозяину и, что за это он получит. А то, что он сможет это сделать, Вульф нисколько теперь не сомне вася.

Через час вертолет пошел на посадку. Вульфа вновь посадили в машину но, на этот раз езда продолжалось всего минут десять.

Въехав в какие-то ворога, Вульф это понял потому, что машина на секунду остановилась, его вытащили из салона и, поддерживая за руки, так что он едва касался земли ногами, довели до какого-то дома, а потом, подняв по ступенькам, ввели в помещение, где с него и сдернули повязку.

Когда Вульф смог привыкнуть к яркому свету, он огляделся и первое что сделал, бросил взгляд и огромное, примерно три метра вышиной, окно. За ним он увидел высокий бетонный забор с колючей проволокой и двух охранников у ворот, с автоматами Калашникова на перевес и маленькими портативными рациями за поясом. Возле одного из них, высунув длинный розовый язык, сидела огромным овчарка.

— Как в тюрьме! — подумал он, слегка поёжившись и передернув плечами, принялся за осмотр комнаты.

Он стоял почти в центре просторного светлого зала, с высокими потолками, разрисованными картинами под старину. Стенд, мебель и пол были отделаны в той же старинной манере и выглядели довольно респектабельно.

— Если это тюрьма! — усмехнулся он. — То для очень богатых!

Вульф сделал несколько шагов к окну, как вдруг прямо перед ним с мелодичным звоном, распахнулась парадная дверь. Вульф увидел высокого мужчину, идущего навстречу ему, быстрой и уверенной походкой.

На нем был надет белоснежный костюм, модного покроя, черная рубашка и ярко-красный галстук, который бросился Вульфу в глаза в первую очередь и подействовал как сигнал опасности.

Незнакомцу было на вид лет тридцать или чуть больше. У него были черные с глянцевым отливом волосы, такого же цвета глаза и очень тонкие, аристократичные черты лица.

— Даже очень тонкие! — отметил про себя Вульф, пронзив его своим, как он считал проницательным взглядом, пока тот подходил к нему, пересекая просторную залу.

— Я бы даже сказал резкие и острые, — думал Вульф, — настолько острые, что о них можно порезаться, и не заметить как. И в тоже время он красив. Правда опять красота его немного от хищного зверя. Это-то и настораживает. У таких людей всегда есть в кармане лишний ход. Буду держать с ним ухо востро.

Остановившись перед Вульфом шагах в пяти, мужчина еще несколько секунд постоял молча, давая спокойно себя разглядеть, и, казалось, нисколько не смущаясь этого, а потом, деланно, равнодушным тоном произнес.

— Tак зачем же я вам понадобился, если не секрет?

Не сводя с него глаз, Вульф также деланно ответил.

— А откуда я знаю, что вы и есть Чёрный?

Мужчина обнажил ровный ряд белых зубов так, что в углах щёк появились черные зловещие впадины, и кивнул головой.

— Резонный вопрос, но, к сожалению, на этот раз Вам придется поверить мне на слово!

Он сделал широкий жест рукой и указал на полукруглый диван в углу комнаты.

— Прошу! О делах лучше говорить сидя.

Повернувшись спиной к Вульфу, он подошел к дивану и мягко опустился на сидение, закинув ногу за ногу. Именно этот широкий жест и разрешил все сомнения Вульфа. Только настоящий хозяин мог это сделать.

— Хорошо, я скажу Вам! — начал он, усаживаясь рядом с Черным, — но могу я быть уверенным, что вы мне поможете.

Черный сделал еле уловимый кивок головой и, сложив губы дудочкой, ответил.

— Все зависит от того, что Вам нужно. Говорите, а там посмотрим!

Вульф увидел в глазах Черного выражение похожее на растущий интерес и решил, что не стоит говорить ему сразу обо всем. Он уже было открыл рот, чтобы начать разговор, как вдруг Черный перебил его.

— Подождите секундочку! Как вас зовут?

— Вульф. Гарри Вульф. А что?

— Да нет, ничего. Гарри, как вы находите мою скромную фазенду.

— Ну — протянул Вульф, не понимая куда клонит Черный, — я бы не сказал, что она скромная. Все даже очень со вкусом отделано, я бы сказал. Вот разве только здесь.

Он обвел глазами помещение.

— Мне кажется, чего-то не хватает. По-моему, здесь немного пусто.

— Вы так думаете?

Черный сделал неуловимое движение рукой, и в его ладони появился пульт дистанционного управления со множеством кнопок на панели.

— Смотрите! — он нажал две их них и Вульф увидел, как в том месте, где он стоял пять минут назад, пол уехал вниз и из глубокой ямы забил фонтан, от которого сразу же повеяло прохладой.

С трудом подавив в себе удивление, Вульф выдавил из себя улыбку.

— Да, а вот теперь все как надо.

Черный улыбнулся.

— Люблю прохладу.

В его глазах мелькнуло злорадное выражение.

— Так — подумал Вульф, — демонстрация силы. Ну что ж 1:0 в его пользу. Я не ошибся в своих ощущениях. Первые впечатления всегда верные.

Черный нажал её одну кнопку и фантан забил в два раза сильнее.

— Как вы думаете, Гарри? Человек, могущий позволить себе с такое в доме, способен на многое?

— О да, конечно! — Вульф, сложив руки, опустил их на колени, — Вы меня убедили.

— Ну, вот и отлично. Тогда о своем деле поговорим чуть позже. А сейчас! Что будете пить. Водку, виски, джин с тоник.

Вульф проглотил, подступивший к горлу комок, и почувствовал, что промочить его сейчас не помешает. Он понял, что сейчас еще что-то будет. Но что?

— «Белую лошадь», если можно!

Ну, почему же нельзя! — играя роль заботливого хозяина, произнес Черный. — Конечно можно!

Он снова нажал на кнопку, которых Вульф стал уже опасаться.

На этот раз ничего сверхъестественного не произошло. Просто второй раз с мелодичным звоном открылась парадная дверь и на пороге появилась жгучая брюнетка с серебряным подносом в руках.

Она была одета в черное, под цвет волос, длинное платье, сильно декольтированное, с рукавами, закрывающими тонкие белые руки. Декольте на груди было таких размеров, что спокойно можно было заглянуть внутрь и увидеть обе половинки её шикарных полусфер. Кроме того, несмотря на длину юбки, которая буквально волочилась по полу, разрез на ней был до такой длины, что при ходьбе можно было ещё и созерцать её стройную как говорят от зубов ножку.

Взглянув на неё, Вульф с огромным удивлением для себя узнал в ней Лору. Встретить её здесь, для него было неожиданным и он, не удержавшись на мгновение проявил на лице смущение. Оно было видно всего долю секунды, но от Черного оно не могло утаиться. Довольный. Тот сильно сжал губы, но промолчал.

— Так какое у Вас ко мне дело?

Повторил вопрос Черный, снимая хрустальный бокал с подноса. Вульф проглотил слюну и пытливо посмотрел на. Лору, пытаясь понять, что она уже оказала этому «крестному отцу дальневосточной мафии». Но вместо привычных живых глаз брюнетки, он увидел прямо-таки бесчуственную, мертвенно-бледную маску на её лице, от которой просто веяло холодом.

— Что с ней? Почему такая бледность? — мелькнуло у Вульфа в мозгу, — Усталость, стресс или что-то ещё?

Его глаза ощупали каждый сантиметр на её теле, и обнаружили еще одну особенность: все свои движения она выполняла как во сне, чисто механически, на автомате…

— Да, над этим стоит подумать!

Вульф снял бокал, с предложенного Лорой подноса, и сделал глоток.

— Ого, отличная «Лошадка», Я вас поздравляю. У вас прекрасный вкус.

Вульф приподнял бокал к кивнул на Лopy. Черный улыбнулся одними губами.

— Спасибо.

— Итак, перейдем к делу! — Вульф оживился и заерзал на диване, — Несколько дней назад к вам в город прибыл самолет в частной экспедицией. Три человека: двое мужчин и женщина.

Он посмотрел на Черного, пытаясь понять, известно это ему или нет, но ничего не увидел. Черный просто сидел и внимательно слушал, забывая при этом ласкать красотку, которая сидела у него на коленях.

— Продолжайте, продолжайте. Я вас внимательно слушаю! — бросил он, оторвавшись от Лориной груди.

— Так вот, эти люди собирались совершить поездку по тайге. Куда именно, мне не известно, хотя мне очень нужно их найти.

Он замолчал, подбирая слова.

— И если с ними что-то случиться, то я не очень расстроюсь, но перед этим я хотел бы с ними встретиться.

Черный окончательно оторвался от груди и посмотрен на Вульфа.

— И всё?

Вульф смутился.

— Всё!

Лора наклонилась к «хозяину фазенды» и стала что-то быстро шептать ему на ухо. Вульф пожалел, что не сел ближе. Он лишь видел шевеление бледных губ, но ни одно слове не до летало до него. Закончив, Лора встала и, кинув на Вульфа грозный взгляд, в котором мелькнуло, наконец, живое выражение, бесшумно вышла, но не через парадную дверь, а через другую, маленькую, спрятанную за бархатной занавеской.

— Красивая женщина. — сказал Черный, пристально глядя на Вульфа, и тот, чисто физически почувствовал колючие иголки, которые забегали по его лицу.

— Да! Ничего! Я уже сказал вам об этом, но всё же вы мне не ответили?

— Разве? — Черный сделал удивленное лицо. — А что тут говорить? Если они существуют, значит мы их найдем.

Он достал пульт.

— Подождите, сейчас!

В дверях появился Довлат с черной папкой и подошел к «крестному отцу».

Тот сделал несколько записей, прищелкивая пальцем, и Довлат растворился.

Все! — обратился Черный к Вульфу. — Их уже ищут. И я уверен, очень скоро найдут. Как только это произойдет, мы туда вылетим. Вы довольны.

— Да! Но…

— Что но? Оплата? А пустяк — 100 тысяч долларов, желательно наличными.

Он это сказал таким тоном, будто говорил о трех рублях, но и Вульф был тертым калачом. Он понимал, что любому человеку, даже такому как Черный, нужны деньги, и эта сумма слишком завышена.

— Мне кажется это слишком много. Думаю, 50 тысячи хватит.

— А мне кажется, что вы не совсем поняли ситуацию!

В этот момент на Лице Черного появилось то жестокое, хищное выражение, которое и было истинным его существом.

— Я ведь могу получить эти деньги и так!

Вульф понял, что сейчас Черный лишь обнажил свои острые зубки, и то, что в данный момент он действительно полностью находиться и руках бандита, но сдаваться не хотел. Вульф опустил глаза и выдержал долгую паузу.

— Во-первых — начал он, — У меня не так-то легко получить деньги. Так как таких сумм наличными я не ношу. Поэтому у меня есть другое предложение. Мы сойдемся на 70 тысячах. Причем 35 штук я выдам вам сейчас чеком на предъявителя, а 35 — потом.

— Нет, всё сейчас!

— Не пойдет. Я должен позаботиться о своей безопасности.

Черный с силой сжал губы, так, что их стало не видно, немного подумал, и, наконец, утвердительно кивнул.

— Хорошо, давайте чек!

Вульф достал из кармана чековую книжку, чиркнул на ней несколько цифр и протянул вырванный листок Черному.

Тот подождал пока, высохнут чернила, довольный пробежался по нему глазами, и улыбнулся.

— Ну что же, вот мы и договорились! А теперь я приглашаю Ваc стать моим гостем. Если не возражаете, то я покажу вам свои владения.

Черный встал и, взяв Вульфа под руку, повел из зала…

* * *

Вдоволь нагулявшись по особняку, изрядно напробовавшись вин из личного погреба хозяина и с трудом отмахавшись от девочек, которых хозяин почему-то настойчиво предлагал взять с собой, Вульф, пошатываясь, поднялся в комнату без окно, отведенную для него.

В голове шумело. Лишь ослабив тугую удавку галстука, он в изнеможении плюхнулся на кровать, и попытался уснуть.

Но сон никак не шел к нему. В голове все еще крутились обрывки фраз, лица Черного, Лоры, Довлата и, почему-то, якута-бармена.

Такое впечатление, что все это происходит не со мной, — думал Вульф, уставившись в потолок, — И в то же время не покидает чувство, что кто-то очень хорошо меня дурит. Думай, Гарри, думай. Ответ должен быть где-то рядом.

Он попытался сфокусировать свое внимание на каком-то отдельном предмете, но ему это не удавалось, и оно постоянно куда-то уплывало в сторону.

Наконец, после долгих мучений, его вдруг осенило. Он даже сел.

— Лора! Да, она! Почему она не проявила ко мне никакого интереса. И что означает ее бледный вид. А часы…

Он напряг память, но никак не мог вспомнить, были ли они на ее руке.

Оно посмотрел на свой наручный хронометр и одним нажатием кнопки сменил циферблат на радиолокатор. На маленьком экране появилась красная точка, совершенно близко от него. Она двигалась в его направлении.

— Лора! Она идет сюда, — догадался Вульф и переключил «хронометр» обратно на циферблат.

Как раз вовремя. В этот момент он услышал легкий скрежет, как будто кошка скреблась за дверью и громко крикнул.

— Кто там?

Дверь приоткрылась и в комнату проскользнула Лора. Она была в том же черном вечернем платье, но вид ее был полной противоположностью того, каким он был при первой встрече.

Ее глаза горели и были налиты кровью, руки тряслись мелкой дрожью и были ужасно скрючены. Само лицо ее всегда красивое и привлекательное выглядело на этот раз отталкивающе.

— С-с-сволочь! Подонок! — зашипела на Вульфа Лора, казалось еле сдерживаясь, чтобы не броситься на него. — Ты бросил меня на произвол судьбы. Ты, ты…!

Она не смогла подобрать слов и, закрыв лицо руками, затряслась в беззвучном плаче. Но не надолго. Убрав руки, она посмотрела на Вульфа все теми же красными зрачками, полными злости. Но слез в них не было. В них было нечто другое, похожее на ужас, на сумасшествие. Нечто такое, чего нельзя ни с чем спутать. И Вульф это прекрасно знал.

Взглянув на ее красные глаза и скрюченные руки, он сразу же все понял, и внутренне содрогнулся.

Жаль девчонку, но теперь уже все бесполезно. Оттуда обратной дороги нет!

— О чем ты говоришь, Лора! Как я мог тебе помочь? Опомнись?

— Мог помочь! Мог! Обратился бы в милицию! Погнаться за этими скотами! Мужчина ты в конце концов или нет!

Вульф пропустил это замечание мимо ушей. Он понял, что они не имеют значения. Она пела под «чужую дудку».

Брызнув слюной, Лора закатила глаза и захрипела, как будто сдерживая боль, которая была готова проникнуть в ее тело. Но приступ прошел, и Лора продолжала в том же духе.

— Но я знаю, почему ты не помог мне. Ты хотел избавиться от меня. Я тебе надоела. И, как видишь, просчитался.

Она усмехнулась.

— Я попала к Черному раньше тебя. И теперь он в моих руках. Ты видел, что он решил не убивать тебя только после моих слов. Только после моих… — повторила она, будто забыв роль и приложила руки к виску, — О, господи! Как раскалывается голова. И сейчас твоя жизнь в моих руках. Стоит мне сказать — и ты труп.

Вульф не сводил с нее глаз. Он давно понял, что она врет, но насколько. Этого он понять не смог.

— Так чего же ты хочешь?

— Денег. Я хочу денег. Долларов. Наличными. И причем много.

— Лора, да ты, бредишь? Откуда у меня?

— Откуда! Ведь ты же нашел их для Черного. Ты же ведь заплатил ему за работу. А мне кто заплатит? Ведь это я нашла для тебя Богудэна. Или ты забыл?

Вульф сузил глаза и слегка откинулся назад. Он, кажется, понял, чего хочет Черный. Однако, не понимал, зачем ему это нужно.

Вульф вытащил из кармана бумажник и вывернул так, чтобы было видно, что там почти ничего нет. Он вынул несколько сотенных и пятисотенных банкнот и потянул их Лоре.

— На, возьми. Здесь почти три тысячи. Остальные столько же, как и Черный, получишь позже.

Он вывернул бумажник.

— Смотри, у меня больше нет!

Бросив туда взгляд, Лора отвернулась, закусила губу и на секунду задумалась. Потом взяла деньги и молча вышла.

Вульф посмотрел ей вслед, потом встал, разделся и лег в постель.

Надо выспаться. Думаю, завтра будет тяжелый день. Надеюсь, Черный теперь убедился, что у меня нет наличности. И ему придется довольствоваться лишь чеками.

Он вздохнул о потраченных деньгах, но подумал:

— Ничего, если я добьюсь своего, босс за все заплатит!..

* * *

Выйдя из комнаты Вульфа, Лора быстро прошла через особняк в другое крыло, и без стука вошла в спальню Черного.

Черный, удобно развалившись в кресле, задрав ноги на тумбочку со скучающим видом сидел перед телевизором и щелкал пультом. Он с ним не расставался никогда.

Когда пришла Лора, Черный поднял на нее свои длинные черные ресницы, посмотрел на нее и с зевотой спросил:

— Ну, что, принесла?

Она молча швырнула пачку денег ему на колени.

— На, можешь подавиться ими… но только дай, дай мне скорее этой дряни. Я больше не могу терпеть. Я вся разваливаюсь.

Вцепившись зубами в свою руку, она повалилась на пол и стала по нему кататься, срывая одежду.

Черный, откинувшись на кресло и чуть зажмурив глаза, наслаждался ее стонами. Это действительно была его слабость. Сквозь прикрытые веки он видел ее пышные формы, ее черные волосы, стройные ноги, слышал ее крики и возбуждался…

Сорвав с себя все, она бросилась к нему и стала расстегивать ширинку.

— Хочешь, я сделаю это! Я сделаю все, все, что ты хочешь! Только дай мне порошка!!!

Возбуждение Черного достигло предела, и он, смилостившись, открыл ящик стола, сунул ей в руку маленький целлофановый пакет.

— На, бери! Только быстро! И сразу назад, пока кайф не пропал. Надеюсь, за это ты мне доставишь удовольствие.

Поймав пакетик, Лора сжала его в кулаке и выбежала в ванную комнату.

Черный посмотрел ей вслед. Да, наркотики — это сильная вещь. Это власть. Настоящая власть.

Он услышал, как из ванной раздался ее смех и понял, что зелье начало действовать.

Жаль только, что он быстро истощает организм, а женский — тем более. Вот и ее придется менять недели через две, а может и раньше.

Сигнал селектора оторвал его от мыслей. Он нажал кнопку пульта и, не напрягая голоса, спросил.

— Что еще там?

— Черный, это Довлат. Охотники сообщили, что нашли их машину. Она стоит у реки, но людей поблизости нет. Скорее всего, они ушли вверх или вниз по течению, но охотники считают, что они обязательно вернутся.

— Отлично! Приготовь вертолет и все необходимое. Завтра вылетаем. Устроим засаду. Эх, давно я не устраивал охоты… на людей!

Он вдруг дико заржал и отпустил кнопку. Связь прервалась…

Ночью пошел дождь. Сначала мелкий, еле заметный, а потом к утру все сильнее и сильнее. И вскоре превратился в сплошную падающую стену…

Асато вышел из палатки и, подставляя лицо под струю воды, оглядел серое, уходящее за горизонт небо. Потом поежился и крикнул в палатку.

— Ничего не поделаешь, придется собираться!

— Собираться! — раздался голос Глории, — В такую погоду. А может переждем?

— Нет. Во-первых, у нас мало продуктов. Во-вторых, я боюсь, как бы не оторвало лодку. И это самое главное. Так что нужно спешить. Возьмем только продукты и самое необходимое. Оденем дождевики и в путь. Инструменты оставим, они нам больше не понадобятся.

Асато нырнул под брезент и быстро надел на себя непромокаемую, прорезиненную куртку, потом пристегнул к спине чехол с мечами и посмотрел на своих спутников. Через несколько минут они тоже были готовы.

* * *

Над рекой тумана не было и поэтому, выбравшись из «воздухопродувной трубы» они сразу увидели лодку, которая, сильно наклонившись вперед, уже почти черпала воду носом.

Спустившись по ступенькам, они отвязали ее и тут же отчалили.

В бухте течения видно не было, но стоило им выскочить на быстрину, как стремительный поток тут же подхватил их и понес, вращая вокруг своей оси.

— Андрей, за весла! — Перекрывая шум дождя, приказал Асато и сам первый взял одно из них. — Ты садись на нос, а я буду править на корме. Нужно держать нос строго по течению. А ты, Глория! — обратился он к девушке, — ложись на дно, накрывайся брезентом и не мешай нам. Пока ты нам не нужна!

Легкое суденышко очень легко поддавалось управлению и требовало особых усилий. Правда, приходилось постоянно следить за фарватером, так как в некоторых местах образовывались водовороты, способные перевернуть и более крупное судно.

Один такой, внезапно забурлив белыми «барашками» перед ними, уже чуть не утянул их в себя, но Андрей вовремя заметил опасность, мощным гребком увел лодку в сторону. Рассерженный водоворот лишь окатил их кучей брызг.

— Это еще ничего! — закричал Асато, сидящий на борту, как индеец из книги Купера, — Самое опасное будет ночью, когда мы войдем в узкое русло.

— Тогда может к вечеру пристанем к берегу и переждем?

— Зачем? С такой скоростью мы уже к утру будем у машины. Потом еще три дня и в Хабаровске. Неужели ты не хочешь поскорее получить свои денежки и ощутить всю прелесть жизни!

— Хочет, хочет! — откликнулась из-под брезента Глория, — Конечно, хочет. Да и что может случиться, неужели вы испугались каких-то еле заметных волн…

Она высмеяла их и снова спряталась. У всех было хорошее настроение, которое не мог испортить даже такой отвратительный день. Никто не видел повода, почему нужно задерживаться.

День прошел. К вечеру началась гроза. Дождь совсем обнаглел и грозил уже залить всю лодку. Под вспышки двух ослепительных молний и разряд грома они вошли в узкое русло и сразу же пожалели об этом.

Здесь, зажатая в рамки каменных берегов, река бурлила и кипела, и со злости билась об скалы, которые не могла сокрушить…

Человеческих сил и рук стало не хватать для управления суденышком. Оно уже с трудом держалось на середине реки. Глория вылезла наружу и стала руками вычерпывать воду…

Андрей, с трудом удерживая лодку, вглядывался вперед, стараясь хоть что-то рассмотреть впереди. Но как не старался, беда все же подкралась незаметно, в виде сучковатого дерева, неизвестно как прицепившегося к голой скале…в обычное время оно даже не касалось людей, плывущих по реке. И никак не мешало движению. Но из-за поднятого уровня воды, дерево так низко наклонилось, что утопило свои ветки в бушующем потоке, перегородив собой реку, как шлагбаум.

— Берегись. — крикнул Андрей, увидев его во время очередной вспышки молнии и, прыгнув на Глорию, подмял ее под себя. «Шлагбаум» пронесся над головой и в тот же момент раздался глухой удар, а следом за ним в отдалении всплеск воды…

Андрей поднял голову и увидел, что Асато исчез… Он сразу все понял и бросился на корму. Бороться с бурным течением было бесполезно, но он надеялся, что упавший за борт не сразу пойдет ко дну, а хоть немного продержится на поверхности…

Он увидел поднятые руки в свете заигравших в зловещей пляске молний, и искаженное болью лицо Асато. Он греб к лодке, но расстояние между ними неуклонно увеличивалось…

— Держись! — Андрей заорал, пытаясь перекрыть завывания ветра. Смотав в кольцо веревку от палатки, он кинул ее конец в сторону тонущего.

— Эх, мала! Глория бери весло!

Андрей предпринял попытку бороться с течением, но это было бесполезно. Асато стал похож на маленькую точку, потом вспышки молнии прекратились и все погрузилось в темноту.

— Нет, я не верю, что он погиб! Не верю, не хочу верить!

Сдерживая рыдания Глория упала на плечо Андрея. — Мы должны что-то сделать.

Андрей провел рукой по мокрым волосам девушки и посмотрел ей в глаза.

— Будем надеяться, что он не погиб, но сейчас мы доложны помочь хотя бы себе.

Без твердой руки резиновая лодка совсем потеряла управление и крутилась, как юла…

— Бери весло, Глория, и садись на корму. Иначе мы разобьемся!

Ей пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы еще раз не разрыдаться. Она вытерла слезы, которых не было видно из-за дождя, но которые сильно жгли кожу щек, и кивнула головой.

— Вот и умница!

Андрей посадил ее на корму и привязал веревкой к борту, чтобы и с ней не повторилось того же самого, а сам встал на свое прежнее место…

* * *

К утру усталость взяла свое… насквозь промокшие, с красными от недосыпания глазами, с мышцами, которые сводило от чрезмерных нагрузок, они все же смогли выбраться из опасного желоба — «желоба смерти», и добраться до берега…

Неподалеку от того места, с которого они начали свое путешествие.

Пошатываясь и спотыкаясь на ровном месте, Андрей вынес Глорию из лодки и положил под развесистой елью, потом, вернувшись назад, вытащил из нее палатку и продукты и, подтащив их к лежанке, рухнул на землю сам.

Так, в беспамятстве, они пролежали почти весь день и очнулись только под вечер, когда начало темнеть…

Первой открыла глаза Глория. Испуганно оглянувшись, она села и прислонилась спиной к стволу дерева. Потом толкнула Андрея.

Тот проворчал что-то в ответ непонятное и резко подскочил, как будто его подбросило.

— А, что? Асато? — Он кинул взгляд на Глорию, а потом на серу поверхность реки, потому что увидел, что она смотрит сквозь него именно туда. Но река безмолвно несла свои водя мимо них.

Андрей увидел, что на глазах у Глории навернулись слезы и отвернулся, потому что горький комок подкатил к горлу и сдавил его в стальные тиски.

Тогда ночью, все произошло так быстро и неожиданно, что весь ужас случившегося они смогли осознать только сейчас.

В полном молчании, не перебросившись даже парой фраз, они поднялись и, одев свои рюкзаки, побрели к вершине. К тому месту, где должна была стоять машина.

Как нарочно, именно в этот момент тучи на секунду рассеялись и с неба на них упал солнечный луч…

Теплый солнечный свет на какое-то время охватил окрестности. Андрей поднял голову, оглядываясь, и вдруг поймал «солнечного зайчика». Блеск исходил из того места, где должна была стоять машина. Правда, чуть правее и ниже по склону.

Яркий свет больно ударил Андрея по глазам. Он вскрикнул, зажмурился и покачнулся.

— Что с тобой? — спросила Глория, поддерживая Андрея.

— Да нет, ничего! — ответил Андрей, протирая глаза. — Там кто-то зайчиков пускает.

— Каких зайчиков? — не поняла Глория и посмотрела туда, куда показывал Андрей. — Ничего там нет. Тебе наверное соринка в глаз попала. Вот поэтому он и слезится. Дай-ка я посмотрю.

Она заботливо отвернула веко и все осмотрела.

— Странно, ничего не видно.

— Да, нет, все нормальное. Уже прошло.

Андрей улыбнулся.

— Пошли, Глория, надо добраться до машины засветло. А то заблудимся.

* * *

Черный оторвал глаза от бинокля и посмотрел на Вульфа.

— Кажется, они.

Вульф, переступив с ноги на ногу, встал поудобнее, поставил одну ногу на поросший мхом валун. В руках у него был такой же бинокль, как у Черного.

— Похоже! Только почему их двое?

— А это мы скоро узнаем.

Черный припал к окулярам…

Они стояли на краю небольшой площадке справой стороны сопки, той, на которую взбирались Андрей и Глория. Они поднимались по противоположному склону, более крутому и были видны, как на ладони…

В центре площадки, обрывающейся в пропасть, пристроился вертолет, возле которого копошились пять или шесть бандитов, вооруженных «калашниковыми» и пилот в черном кожаном шлеме.

За спиной черного стоял Довлат, с каменным лицом в строгом костюме, который выглядел в этой обстановке очень нелепо, и Лора, у которой от бессонной ночи появились темный мешки. Но чувствовала она себя прекрасно. Наркотики продолжали действовать, поэтому она бросала на Черного влюбленные глаза и так и норовила прилипнуть к его руке.

Черный очень долго рассматривал что-то в бинокль, а потом, не отрываясь, мечтательно произнес.

— Гм! Какая женщина! Какая женщина!

Приближенная мощными линзами морского бинокля, прямо перед ним двигалось лицо Глории, слегка осунувшееся от усталости, но, несмотря на это, все же румяное и раскрасневшееся от ходьбы. Ее белые волосы, перехваченные сзади резинкой, выглядели очень привлекательно и расжтгали аппетит жестокого садиста…

Довлат! — крикнул он через плечо, — С этой девочкой ничего не должно случится. Лично отвечаешь! Она мне нужна в целости и сохранности.

— Какая девочка? Кто там? Дай мне посмотреть?

Извиваясь как кошка, Лора повисла на плече у Черного, но тот, передернувшись, как от прикосновения чего-то скользкого и неприятного, резко обернулся и толкнул Лору в грудь. Так сильно, что она не удержалась и упала, расплескав в разные стороны лужу грязной дождевой воды…

— Никогда, слышишь, никогда не прижимайся ко мне без моего разрешения. Поняла!

Лицо Черного побелело от злости.

— И вообще, ты мне больше не нужна. Можешь убираться отсюда.

— Куда убираться! — не поняла Лора.

— А куда хочешь! Можешь стать подружкой, — он посмотрел на стоящих вокруг, — да, хоть, Довлата!

Он ткнул в него пальцем и рассмеялся, потому что знал, что он не интересуется женщинами.

— А если он на тебя не позарится, можешь обслуживать моих ребят.

Эта шутка ему понравилась больше и он заржал, высоко задирая голову.

Лора, наконец, поняла, что с ней собираются сделать. Вскочив на ноги, она ощетинилась, как рассерженная пантера.

— Ты, ты меня бросаешь! Сначала приучил к этой дряни, а теперь я тебе не нужна!

Ее лицо исказилось от злости. Не помня себя от гнева, она бросилась на Черного, метясь ногтями в глаза. Но вместо этого снова полетела в лужу. Бандиты, здоровенные тупые кретины, услышав разгоревшийся скандал, бесшумно подошли сзади и внимательно следили за разворачивающимися событиями. Один из вовремя подставил ногу.

Черный снова зашелся от смеха. Вслед за ним вторили его люди. Все, кроме Довлата, который соблюдал невозмутимое спокойствие.

— Можете сделать с ней, что хотите, — кивнув на Лору, сказал Черный, — но только быстро, потому что скоро вы мне будете нужны.

Он снова повернулся и навел бинокль на правую сторону сопки.

Бандюги с волосатыми руками, оскалившись от предстоящего удовольствия, схватили бьющуюся в истерике женщину и оттащили ее за вертолет. Оттуда очень скоро раздался треск рвущейся одежды, сладострастные крики мужиков и ужасные вопли женщины, которые очень скоро перешли с тоны, а потом совсем стихли…

* * *

— Наконец-то, дошли! — прошептал Андрей, прислонившись спиной к чешуйчатому стволу ели и вытирая пот со лба. Глория стояла рядом, опираясь на его плечо.

— Ну, что ж, пошли! — Он скинул на землю рюкзак, помог освободиться от него Глории и мощным рывком оторвался от дерева. Вид джипа, стоящего на поляне, придавал ему силы. У него словно открылось второе дыхание. Поддерживая девушку, Андрей направился к джипу…

— Давай, давай, Глория. Еще немного. Дальше поедем с ветерком.

Черный, наклонившись чуть вперед и опершись руками о колени, стоял с противоположной стороны поляны и внимательно следил за уставшими «искателями кладов!.

Когда им до машины оставалось не более десяти шагов, Черный взмахнул рукой, и верный Довлат нажал красную кнопку детонатора…

Яркая вспышка осветила поляну. Огромный столб огня вырвался из того места, где только что стоял автомобиль, превратив его в огромный факел.

Мощная ударная волна шибанула Андрей в грудь, кинула назад. В падении он успел прикрыть собой Глорию, и струя огня, накрывшая их сразу после взрыва, скорее всего из пробитого бензобака, не коснулась ее. Зато бензин мгновенно загорелся попав на одежду Андрея.

Оглушенный взрывом, он не почувствовал, как языки пламени заиграли по его спине. Но когда пришла боль, тот стал кататься по траве, пытаясь сбить пламя.

Благодаря тому, что все вокруг было еще влажным после дождя, ему это удалось очень быстро. Окутанный клубами дыма, он поднялся на руках и взглянул на Глорию, которая с открытыми от удивления глазами смотрела прямо перед собой.

Проследив ее взгляд, он вздрогнул и вскочил на ноги.

Прямо перед ними, держа у бедер автоматы, стояли люди, появившиеся будто из земли. Освещенные ярко-оранжевым пламенем, они были похожи на людей из преисподней, что, впрочем, мало отличалось от правды…

Как только Андрей вскочил на ноги, они словно по команде направили на него стволы своих «мясорубок» и передернули затворами.

Андрей почувствовал, как от их клацания мороз пробежал по коже. Ему стало не по себе, но он переборол это чувство и подошел к Глории, помог ей встать.

Стволы как привязанные качнулись в их сторону.

— Кто вы? Что вам надо? — закричал Андрей, но короткая автоматная очередь, взметнувшая комки грязи прямо перед ним, заставила его замолчать.

Бандиты в полном безмолвии окружили своих пленников и, надев на них наручники, повели куда-то в сторону от поляны, в лес.

Узкая тропинка была еле заметной в кромешной тьме, но бандиты уверенно шли по ней. Дорожка вела все время вниз и забирала влево.

Через несколько минут она кончилась, и Андрей с Глорией в сопровождении «почетного экскорта» вышли на ровную площадку, на которой они увидели темно-синий вертолет с красно-желтой полосой через весь фюзеляж.

* * *

Но Андрей было шагнул в его сторону, но, получи чувствительный удар в бок, понял, что их ведут в другом направлении.

Они прошли мимо двух мужчин, сидящих в раскладных креслах под брезентовым тентом и остановились возле высоких лиственниц, которые, как нарочно, росли отдельно от общего зеленого массива.

Возле деревьев пленников раздели. Андрея грубо толкнули к стволу, сняли наручники и заставили обхватить дерево руками, после чего наручники снова щелкнули на запястьях…

Что сделали с Глорией, Андрей не мог видеть. Уткнувшись лицом в кору дерева, он не мог даже повернуть шею. Но по слабому женскому крику и по удаляющимся шагам понял, что с ней не сделали того же самого, а повели в обратном направлении к брезентовому тенту…

Когда Глорию подвели к Черному, Вульф взорвался. Он понял, что все здесь заняты чем угодно, только не чем, за что он платил.

— Черт возьми! — воскликнул он, обращаясь к Черному, который заложив руки за спину, с чувством утонченного знатока, рассматривал добычу… — Мистер Черный, почему никто не хочет узнать у этих двоих, куда делся третий — японец.

— Вам надо. Вы и спрашивайте! — не поворачиваясь парировал Черный и погладил Глорию по щеке. — Ах, до чего же хороша!

Почувствовав на своей щеке его руку, Глория возмущенно одернулась и ее лицо исказилось от омерзения.

— Не смейте меня трогать!

— Ну, ну. Не дергайся. — и потянулся снова к ее щеке, но она одернулась еще резче. — Ничего, ничего! Мы с тобой быстро управимся!

Черный посмотрел на Довлата и кивнул головой. Тот мгновенно вытащил из дипломата шприц и подошел к беспомощной жертве.

— Что вы — хотите сделать? Подонки! Отпустите меня!

Она закричала, задрожав мелкой дрожью, задергалась, пытаясь вырваться, но громилы крепко держали ее в своих тисках.

В одну минуту Черный все передумал. В его глазах сверкнул загадочный огонек и он остановил своего «секретаря».

— Подожди-ка, Довлат! Не надо. Я передумал. От этого тони быстро изнашиваются. Я хочу попробовать укротить ее как-нибудь по другому.

Он повернулся к охранникам.

— Отведите ее пока к дереву и привяжите. Только не сильно. Не дай бог, у нее на руках будут синяки. Довлат, проследи!

И, повернувшись к Вульфу, он продолжил:

— А теперь! Я бы хотел поговорить с вами, мистер Вульф!

Вульф увидел, что в его зрачках снова появилось то животное, хищное выражение.

— Извините за нескромный вопрос! — с усмешкой в углах губ продолжил Черный. — Но зачем вы так настойчиво гонитесь за этими тремя?

Вульф еле сдержался, чтобы не броситься на Черного. Но лишь сильно сжал кулаки, потому что, казалось, ни одно его движение не было не заметным для его охраны, а именно, для Довлата, у которого в руках, как по мановению волшебной палочки, появился тяжелый «кольт» с толстым дулом.

— Удивительно, как пистолеты умеют охлаждать вспыльчивых людей. Не правда ли, Вульф?

Черный смеялся ему в лицо, теперь уже не стесняясь.

— Итак, повторяю свой вопрос. Для чего вам нужны эти люди.

Вульф сжал губы и промолчал. Он понял, что практически проиграл. Что его провели, как мальчишку. Дурак, ругал он себя. И надо же было так попасться. И когда? Когда мечи и голова почти у меня в руках. Но что же делать? Рассказать. А что толку? Этот бандит все равно не выпустит меня с ними.

Бандит! От злости он абсолютно забыл, что сам когда-то мало чем отличался от него.

– Ну, что, не хочешь говорить, не надо! — Не дожидаясь ответа, сказал Черный. — Я и сам все спокойно узнаю, но тогда тебе придется заплатить мне гораздо больше.

Лицо Вульфа сделалось белым как полотно.

— Да, да! — заметив его бледность, продолжил Черный. — И за то, чтобы выбраться отсюда живым тоже заплатишь!

Большего поражения Вульф еще никогда не испытывал. Он был уничтожен, раздавлен. Ему ничего не оставалось, как сесть в кресло и опустить голову.

— Вот и сиди здесь! Пока не решишь, что делать. А потом приходи под деревья. Я буду там…

Черный круто развернулся и направился к пленникам, возле которых уже копошились охранники. Пятеро подготавливали место, а шестой, самый жирный с красной рожей орудие пыток — длинный из сыромятной кожи кнут. Его маленькие поросячьи глазки оживленно блестели в предвкушении удовольствия, но Черный, подойдя, остановил его.

— Подожди, Боров, может они и так скажут!

Боров отступил на шаг назад. Андрей, услышав властный голос, рискнул свернуть себе шею, обернулся.

— Чего вам от нас нужно? Что мы нарушили? Почему с нами так обращаются?

На этот раз сильный удар плеткой заставил его прикусить язык.

— Молчать! — заревел Боров. — будешь отвечать только тогда, когда тебя спросят!

Андрей от боли чуть не прикусил себе губу и, отвернувшись, ткнулся лицом в дерево.

Снова раздался властный голос.

– Нам нужно хзнать, куда делся третий ваш спутник и что вы делали в этих местах!

Черный услышал сзади крадущиеся шаги и резко обернулся, но, увидев Вульфа, успокоился.

— Он утонул! — ответил Андрей. — Сегодня ночью. В районе узкого русла. Могли бы спросить и просто так, нам скрывать нечего.

— Он врет!

Этот полудикий крик заставил всех вздрогнуть и обернуться. Вульф, схватившись руками за волосы, в ярости замотал головой.

— Он врет! Не может этого быть! Он его убил, а мечи где-то спрятал!

С неожиданной прыткостью он бросился к Андрею и, выхватив плетку у зазевавшегося палача, начал хлестать пленника по спине, на которой тут же вздулись красные полосы. Андрей взвыл от боли.

— Да не вру, я не вру! Зачем мне это?

Вульфа с трудом удалось оттащить и успокоить.

— Какие еще мечи? О каких мечах ты только что говорил? Вульф, отвечай?

Вульф напрягся и, изогнувшись, вырвался из рук телохранителей.

— Да, пустите меня!

Он стряхнул их с себя как соринки и взглянул на Черного.

— Теперь ты все знаешь! Хорошо, я заплачу тебе все, но если он сказал правду, это все равно. Эти мечи очень ценные, настоящие самурайские мечи — катана, с золотыми рукоятками. Мой хозяин заплатит за них и за голову этого парня большие деньги. Голова вот есть, а мечи надо еще найти!

Черный ошалело посмотрел на брызгающего слюной иностранца и из всей его речи понял, что заплатят большие деньги, а другого ему и не надо.

Он довольный улыбнулся и сказал.

— Давно бы так! Довлат разожги сигарету! Сейчас мы узнаем, врут они или нет. И если нет, то мои люди прочешут весь берег реки и, если надо с бреднем пройдут по дну, но найдут его труп!

Черный был законченным садистом. В предвкушении чужих мучений у него разгорелись щеки. Дыхание стало прерывистым, а глаза красными, как у вола.

Он взял сигарету, раздул ее посильнее и подошел к Глории. Приказал разорвать на ней рубашку, обнажить грудь.

Двумя затяжками раскалил сигарету докрасна и обратился в Андрею.

— Эй, парень! Сейчас я буду прижигать твоей девочке соски, а потом как следует трахну, если ты не скажешь, куда спрятал мечи?

Андрей напрягся и изогнулся так, будто его ударили раскаленным шомполом.

— Нет! Не надо! Я не вру, не вру!

Он представил, как этот изверг будет издеваться над Глорией и почувствовал, что сойдет с ума.

— Он упал за борт. Честное слово! Я не вру. Случайно. Дерево перегородило русло в темноте его не заметили. Делайте со мной что хотите, но ее не трогайте!

Глория, стоя спиной к дереву. Чувствовала себя очень неудобно. Неожиданно к этому чувству прибавилось чувство ненависти. К ней вернулось ее прежнее самообладание. Красный огонек сигареты бегал уже возле самых ее глаз, когда она, неожиданно даже для себя, резко выпрямилась и плюнула в лицо Черного.

Тот резко отпрянул, как будто его окатили кипятком и, неспеша, вытерся. Потом молча воткнул «бычок» ей в плечо.

От истошного крика Глории содрогнулись все окрестности. В одно мгновение он слился с глухим стоном и скрежетом зубов Андрея. Который, услышав вопль своей подруги, резко дернулся в тщетной попытке разорвать стальные браслеты, но они еще сильнее впились в его руки. Сдавили так, что кисти отекли. От резкой боли потемнело в глазах и Андрей в бессильной ярости вцепился зубами в древесину, будто хотел перегрызть ее. Но все его попытки были напрасны.

Он еще немного подергался и постепенно затих…

Черный, затушив «бычок» о плечо девушки, еще несколько секунд вдавливал его в тело, а потом, оторвавшись, залюбовался маленьким аккуратным ожогом на безукоризненно чистой коже Глории. Увидев искаженное болью лицо девушки, он вдруг ощутил необычайное возбуждение и впился губами в ее шею.

Потом оторвался и, обведя всех мутными глазами, прохрипел:

— А ну, пошли все отсюда. Вон!

* * *

… Лора очнулась от дикого крика. Она открыла глаза и увидела высоко над собой в разрыве облаков, две яркие звезды. Они излучали белый холодный свет и в то же время, как будто весело подмигивали ей. Она открыла рот и рассмеялась, но вместо смеха с ее губ сорвался лишь нечеловеческий звериный клекот, от которого стыла кровь в жилах.

Наркотики уничтожили в ней все живое, оставив в мозгу лишь одну сумасшедшую идею…

Она встала на четвереньки и медленно поползла в ту сторону, откуда донесся страшный крик…

Прядь черных волос упала на глаза, но она не замечала этого, как не замечала боли от сбитых в кровь колен и локтей.

Она инстинктивно почувствовала, что этот крик должен был быть связан с Черным… и не ошиблась. Продравшись сквозь чащу, она появилась на поляне у «лобного места», именно в тот момент. Когда Черный приказал всем убираться. Увидев виновника всех свих несчастий, она бесшумно засмеялась, медленно поднялась на ноги стремительным рывком выскочила из темноты, бросилась на Черного.

Ее нападения никто не ожидал. Черный стоял спиной к ней, поэтому ее зубы мертвой хваткой вцепились ему в плечо, а скрюченные пальцы вонзились в лицо, полосуя его ногтями. Навалившись на Черного всем телом, она сбила его с ног и прижала к спине.

Безумство придало ей силы и сделало нечувствительным к боли. Когда опомнившиеся мордовороты смогли оторвать ее от босса и стали колотить ее прикладами, она лишь дико рассмеялась, размазав кровь по лицу и, не обращая внимания на удары, бросилась на одного из бандитов.

Довлат помог подняться Черному, подставив ему свое плечо и, достав из кармана платок, попытался остановить поток, льющейся крови…

Лицо Черного необыкновенно побелело, даже стало мертвенно-серым. Глаза стали как две тарелки. От боли он не мог даже стонать, а лишь с силой сдавив челюсть, а лишь водил глазами по сторонам и вздевал их к небу…

В какое-то мгновенье в поле его зрения попались бьющиеся охранник и сумасшедшая. Увидев ее черные, заляпанные грязью волосы, он вдруг громко вскрикнул: «Ах, ты, сволочь!» — и одним движением вытащил из-под плеча Довлата его «Кольт».

Глухо грянул выстрел. Изогнувшись, как натянутый лук, Лора вдруг отпустила свою жертву и тихо встала. Двигаясь. Как сомнамбула. Она повернулась в сторону стрелявшего и, выставив вперед руки, пошла на него. Довлат, прикрыв своим телом Черного, попятился назад, но тот грубо отстранив его, вновь поднял пистолет…

Вторая пуля попала в голову. Обмякшее тело рухнуло к ногам Черного. Его вывернуло наизнанку. Он выпустил из руки пистолет и, вцепившись в руку верного Довлата, застонал:

— Черт, эта падла все-таки меня достала!

Он повернул голову и посмотрел на ужасную рану.

— Больно, черт возьми, как мне больно!

Его ноги подогнулись и он, может быть упал рядом с изуродованным трупом, если бы повинуясь приказа Довлата, охрана не подхватила его и понесла к вертолету.

А через несколько минут оно уже метался в горячем бреду.

— Больно! Сделай хоть что-нибудь, Довлат! Сделай что-нибудь, я не могу! Я схожу с ума от боли… Что там у нас есть в аптечке. Дай сюда!

Довлат молча протянул ему ящичек с красным крестом.

— Так, анальгин!

Рванув зубами упаковку, Черный заглотнул несколько таблеток и закрыл глаза. С минуту полежав, открыл их и уже более спокойным голосом продолжил:

— Все равно, этого очень мало. Довлат, у тебя есть что-нибудь посильнее!

Секретарь кивнул головой и достал одноразовый шприц…

— Что, наркты! Ну, да, так будет лучше. Только не коли много. Мне хватит и четверть дозы, одну восьмую, одну шестнадцатую. Я не хочу привыкать к этой дряни. А это еще кто там стоит?

От боли в глазах двоилось и он никак не мог сообразить.

— Кто это? Вульф, ты?

Вульф, молча наблюдавший за мучениями своего противника, внутренне наслаждался, но услышав, что тот его зовет, подошел поближе.

— Да, это я.

— Слушай, Вульф. Я прикажу своим людям. Они прочешут всю реку сверху до низу, но ты должен заплатить. А зачем тебе голова этого парня? А, зачем? Кстати, приведите его мне. И блондинку, где она, Довлат… Я хочу ее. С ней ничего не должно случиться. Слышишь, ты отвечаешь. Слышишь!

Кто-то из охраны сорвался с места выполнять приказ и через несколько минут вернулся. С растерянным видом и бледным лицом он подошел к Черному и неуверенным голосом доложил:

— Черный! А их там нет!

— Как нет? — Черный приподнялся на здоровой руке.

— А охрана! Разве там никого не осталось!

— Они убиты, шеф! Это что-то невероятное! Их будто разрубили пополам. Шеф, я никогда такого не видел!

Он перегнулся пополам и его стошнило.

— Что?

Вульф, услышав слова охранника, громко вскрикнул и сорвался с места. В два прыжка пересек поляну и замер, рассматривая окровавленные трупы, который лежали на земле в неестественно вывернутых позах. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что здесь случилось.

Охранники были убиты мечом, а именно самурайской катаной. Сомнений не было. Только он мог натворить такое…

В нос ударил свежий запах крови. От него у Вульфа раздулись ноздри и он, развернувшись, бросился к Черному.

Черный, только что приняв дозу, откинулся в забытьи. В тот момент, когда Вульф подбежал к вертолету, его голова беспомощно опустилась на колено Довлата, а на лица заиграла блаженная улыбка.

— Довлат, что с ним? Он здесь! Японец жив! Нужно немедленно отправляться в погоню!

Довлат, наклонившись вперед, поцеловал хозяина в губы и, посмотрев на Вульфа полными от слез глазами, прорычал:

— А пошел, ты! Заморская уродина! Это все из-за тебя с моим хозяином случилось несчастье!

Он достал из-за пояса пистолет и навел на Вульфа.

— А ну, отойди в сторону! Ребята, садитесь в вертолет! Мы летим домой! А если тебе надо, то и отправляйся в погоню сам!

…Вертолет, взбив воздух широкими лопастями, взмыл в небо, оставив кричащего Вульфа под собой.

Довлат посмотрел вниз и увидел, как тот грозит ему кулаком.

— Ах, сволочь! — подумал он и посмотрел на грузного детину.

— Ну-ка, дай по этому умнику очередь. Пусть попляшет!

Вульф увидел, как открылся черный проем в корпусе «геликоптера» и оттуда выглянула чья-то голова. Он понял, что сейчас будут стрелять и бросился в кусты. Длинная автоматная очередь прошла над головой.

Вертолет лег на бок и взял курс на город. Вульф, опустившись на одно колено, выглянул из зарослей и посмотрел им вслед.

Что же делать? Они не должны так уйти! Я не должен их так отпустить!

И тут его осенило. От поразившей его мысли, ему даже стало смешно…

— Часы! Часы, которые я подарил Лоре. Их взял один из бандитов.

Он точно помнил, как тот клал их себе в карман.

Рука мягко легла на кнопки хронометра и вместо циферблата на панели загорелись цифры, которые отсчитывали время в обратном порядке…

Девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один!

Из вертолета, который грозился превратится в маленькую точку, вырвалось маленькое ярко-оранжевое пламя и повалил белый дым. Потом в черный, а ровный стрекот, разносившийся над тайгой, перешел в нервный чих… Страшной силы взрыв, последовавший за этим, разнес винтокрылую машину на куски, которые, ломая ветки деревьев, обрушились вниз…

* * *

… Помимо сумасшедшей Лоры, душераздирающий крик услышал еще один человек. И на краю поляны он оказался почто в одно и то же время с ней.

Но только не стал бросаться на вооруженных до зубов головорезов, а притаившись в пустом кустарнике, остался следить за разворачивающимися событиями, мало что понимая в происходящем…

* * *

Это был Асато, изрядно потрепанный, но живой…

Увидев прикованных к дереву Андрея и Глорию, он неспеша расстегнул ремень, держащий чехол с мечами. Аккуратно вытащил их и положил на землю с правой стороны. Потом, не отрывая глаз от поляны, он опоясался чехлом, как широким поясом, туго перетянув его на животе.

Немного подумав, достал из внутреннего кармана бечевку и завязал ее на затылке так, чтобы не мешали клочьями спадавшие на глаза волосы.

Закончив приготовления, он сел в позу лотоса и на несколько минут замер, занимаясь внутренним созерцанием.

Закончив и это, он встал и, сунув сзади за пояс, решительно вышел на поляну…

* * *

… Андрей слышал крики, шум борьбы, выстрелы, звук падающего тела, а потом удаляющиеся шаги, но ничего не видел, как ни старался.

Все его попытки освободиться были безуспешны и приводили лишь к тому, что причиняли лишнюю боль.

Когда же он прекратил всякие попытки и затих, прислушиваясь к голосам охранявших его людей, то услышал тихий короткий свист, будто что-то очень тонкое разрезало воздух за деревом. В следующее мгновенье он почувствовал, что его уже ничего не держит. Это было настолько странным, что он еще некоторое время стоял, обнявшись со стволом, привыкая к ощущениям…

Руки были действительно свободными и он, слегка оттолкнувшись от дерева, легко развернулся лицом к охранникам.

Бандиты сидели рядом, буквально шагах в трех от него на корточках. О чем-то беседовали, не глядя в его сторону.

Все их взгляды были прикованы к девушке, которая белым пятном ясно выделялась в темноте. Она была без сознания. Андрей с хрустом сжал кулаки и шагнул вперед. Под ногой хрустнула ветка, и охранники разом повернулись в его сторону. В их глазах он прочитал неподдельный ужас и растерянность, но в тот же момент понял, что они смотрят не на него, а как бы сквозь него, чуть в сторону.

Вздрогнув, он обернулся и успел заметить, как кто-то черной тенью мелькнул мимо него. Потом в воздухе сверкнули две короткие молнии, и бандиты повалились на землю, как снопы, один за другим.

— Асато!

Андрей узнал в мелькнувшей тени погибшего друга, не удержался от крика.

— Тише! — Асато сделал ему знак замолчать и показал на девушку.

— Придержи ее! Я сейчас перерублю наручники.

Снова короткий взмах, тонкий свист, всплеск молнии и бесчувственной тело Глории повалилось Андрею на грудь. Он бережно подхватил ее на руки и, прижав к себе, посмотрел на Асато.

— Что дальше!

Молодой воин убрал катаны за пояс и указал рукой в заросли.

— Быстро в лес. За мной, пока нас не заметили…

Густые деревья с легким шумом сомкнули за из спинами свои ветки, и они навсегда исчезли из жизни банды Черного, впрочем, как и он из их…

Через некоторое время они увидели, как вертолет поднялся в воздух, а еще через некоторое время катастрофу, которая вряд ли была зафиксирована…

Глава 7

… То, что казалось легко преодолеть на машине за три дня, пешком оказалось, едва преодолимым расстоянием.

Уже давно ушли в прошлое и ночное происшествие на реке, и загадочный взрыв вертолета, а они все шли и шли…от сопки на сопку, оставляя за собой километр за километром, которые на этом бездорожье сходили на все десять, а то и двадцать.

И все же они шли, несмотря ни на что. Несмотря на то, что у Глории после того, как она провалилась в холодный ручей, который встал у них на пути, начался жар. Мужчинам пришлось соорудить носилки и нести ее на себе.

Шли, несмотря на то, что продукты, рассчитанные на три дня, пришлось растягивать на неопределенный срок… Шли, забыв, что такое боль, усталость и комфорт…

* * *

— Сегодня уже восьмой день, — сказал Андрей, выстругав очередную засечку на палке, которая служила ему посохом, подбросил сучков в костер и поправил тонкое одеяла на беззвучно лежащей Глории.

Она сегодня первый раз после долгой болезни пришла в себя, и сейчас ее голубые глаза радостно блестели в свете большого костра…

— Где Асато! — спросила она Андрея тихим голосом, — Что-то его не видно!

Андрей огляделся и махнул рукой.

— Наверное, опять медитирует. Нашел где-нибудь красивое место и сидит, поджав колени, а может по тайге носится в поисках чего-нибудь поесть. Он же двужильный, ничто его не берет.

… В темноте хрустнула ветка. Глория повернулась и радостно воскликнула.

— А вот и он! Асато! — громко позвала она.

— Чего кричите? — раздался голос с другой стороны. — Шум такой подняли, что вас на другой стороне леса слышно.

Андрей и Глория в полном недоумении повернули головы и увидели Асато, выходящего из-за дерева совершенно с противоположной стороны.

Вытащив из-за пояса свои мечи, он один из них прислонил к дереву, а другой, вынув из ножен, показал своим друзьям.

— Смотрите, я прочитал древние иероглифы на клинке. Здесь написано, что этот меч обладает чудесным свойством. Он может не только убивать, но и лечить. Надо только прислонить к больному острие, а рукоятку опустить на землю. Получится что-то вроде громоотвода. Сейчас мы это попробуем на тебе, Глория!

Он оторвал восхищенный взгляд от клинка и посмотрел на девушку. Увидев в ее глазах удивление, спросил.

— Ты что, Глория, не веришь?

— Да, нет. Почему, только скажи, почему трещало в той стороне, а ты появился с этой.

Асато удивился.

— Я не был в той стороне, да вообще, я подошел сюда без шума.

Переглянувшись, они все разом кинули взгляд в то место, откуда донесся треск, и в этот же момент, темная тень за их спинами метнулась к оставленному у дерева мечу.

Асато первым заметил это движение и, подскочив, как на пружине, резко развернулся, сжав рукоять катаны обеими руками…

Прямо перед ним, выставив одну ногу вперед в классической самурайской стойке, стоял человек… Правда, человеком его можно было назвать лишь с большой натяжкой.

Заросший, с ободранными ногтями, он представлял жалкое зрелище, но вместе с тем, от него веяло опасностью, страшно необузданной силой и помешательством. Его глаза, маленькие как, две бусинки, возбужденно горели в свете огня, а губы, как только Асато развернулся к нему, зашевелились, произнося непонятные слова…

Услышав их, Асато вдруг свел воедино свои черные брови и посмотрел на своих спутников.

— Что он говорит?

Глория от страха даже приподнялась на руках и ухватилась за Андрея.

— Это очень странно, но он вызывает меня на поединок!

— Поединок!??

— Да. А победитель почему-то должен получить в награду мечи и твою голову, Андрей!

— Мою голову!

Андрей несколько раз повернул шеей, будто поверял, все ли на месте и медленно поднялся.

— Да оно — сумасшедший!

— Скорее всего! — ответил Асато. — но вызов сделан по всем правилам. Я должен его принять.

— Асато! — закричала Глория. — Ты в своем уме. Это же невозможно. Двадцатый век на дворе, а вы хотите драться на мечах. Настоящих мечах!

Самурай улыбнулся и слегка кивнул головой.

— Да! Это так! Но иногда это необходимо!

Давая понять, что разговор окончен, Асато повернулся к незнакомцу лицом и тоже заговорил на японском языке.

Горящие глаза безумца вспыхнули еще сильнее. Он отступил на несколько шагов назад, давая место для боя.

Асато вступил в импровизированный круг и приготовился к бою…

На какое-то мгновенье вокруг воцарилась полнейшая тишина. Было слышно лишь потрескивание угольков в костре, да тяжелое дыхание Глории, которую не отпускал кашель…

Тень от языков пламени играла на окаменевших лицах бойцов и их страшном оружии. Все было очень странно и торжественно.

Казалось, никто не хотел нападать первым. Наконец, незнакомец, страшно заорав, взмахнув высоко над собой мечом, бросился на Асато…

Звонко столкнулись друг с другом клинки. Блеснули две ослепительные молнии. Одна над головой Асато, портом еще одна возле кадыка незнакомца. Он, пробежав по инерции несколько метров с выпученными, будто от удивления глазами, захрипел и повалился на землю как подкошенный. Ткнувшись лицом в траву, его тело повалилось на бок, а из разрезанного почти до основания горла, потоком хлынула черная бурлящая кровь…

Меч Асато фактически отделил голову от туловища…

Пораженные зрелищем, долго никто не мог произнести ни слова. Наконец, Асато, опомнившись, гордо преклонил колено перед поверженным противником, и вынул из его холодеющих рук меч. Произнес короткую, как выстрел фразу.

К Андрею вернулся дар речи. Он, наклонившись к самому уху Глории, спросил.

— Что он сказал?

Глория пожала плечами.

— Точно не знаю. Но мне кажется, это звучит примерно так:

СМЕРТЬ ДОСТОЙНАЯ САМУРАЯ!

Content

Эдуард Евгеньевич Семенов
Мечи Самурая

Часть 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Часть 2

Глава i

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7