Александра Вэджи

У ворот рая

Она стояла на мосту и плакала. Ветер ласково трепал локоны каштановых волос и бережно поправлял тонкое светлое платье. Ее колени слегка дрожали. Запахнув кожаную куртку, она присела на корточки и, взявшись за чугунные столбики бордюра, слегка наклонилась вперед. Толстая цепь, ограждающая от края пропасти, тихо звякнула и затихла. Внизу темная вода отражала серебристые огни города. Течение реки завораживало и манило белыми гребешками волн.

Ночь укрывала все темным крылом, и тишина медленно обволакивала маленький город. Только ветер шептал тихие песни, изредка принося издалека звуки засыпающих улиц. Девушка вытерла слезы и обняла руками колени. Фонари вдоль набережных будто тысячи свечей разгоняли темноту, они согревали и дарили надежду. Но пустота в груди, будто голодный зверь, поглощала все это в себя и не могла насытиться. И вот уже совсем не интересен стал пейзаж ночного города вдали. Девушка подняла голову в небо. Оно было таким же темным, как река внизу, серые ленивые облака плыли прочь, оставляя место для уставшей бледной луны, свет которой был настолько слабым, что даже гладь воды не могла отразить его. Она снова уткнулась взглядом в ботинки и, решившись, осторожно пролезла под цепью и встала на край бордюра, оказавшись в опасной близости от стометровой высоты.

— Привет!

Она резко обернулась и, слегка пошатнувшись, едва не выскользнула вниз, в бездну реки, но рука инстинктивно ухватилась крепче за столбик защитного барьера.

В трех метрах от нее стоял незнакомый молодой человек. Это было немного странно, потому что обычно в это время здесь никто не ходит. Он стоял на одном месте, на лице легкая улыбка, задумчивое и спокойное выражение лица, внимательный взгляд.

— Осторожно, — предупредил незнакомец, — можно ведь и вниз соскользнуть.

Она нахмурилась и отвернулась. Уединение было разрушено. Ей казалось, что если она проигнорирует слова, то посторонний отстанет и просто пойдет дальше по своим делам. Но незнакомец уходить не собирался. Он деликатно кашлянул.

— Я, конечно, дико извиняюсь, но вы еще долго будете там стоять? Просто, это мое место.

— В смысле? — она недовольно сдвинула брови.

И тут он наконец-то сделал робкий шаг вперед.

— Ну, в смысле, я фотограф, делаю снимки с этого места.

Она снова обернулась и мельком оглядела его. На нем было серое невзрачное пальто, потертые джинсы, коричневые старомодные ботинки, на плече сумка и дурацкий желтый шарф на шее.

— Найдите другое место, — она повернулась к нему спиной и снова посмотрела вниз, но теперь уже не так сосредоточено. Река по-прежнему скользила в своем направлении. Ей-то никто не мешал, и никто не скажет ей, что она течет не там, или что занимает слишком много места в этом городе, что не приносит никакой пользы. Ей никто не скажет, что она некрасивая или слишком холодная. Она просто есть, и все жители этого города знают, что она должна быть здесь, она просто река, и все принимают ее такой, какая она есть.

— Я не могу найти другое место, — робко ответил незнакомец за спиной.

— Послушайте, отвалите, а! — ее щеки покрылись адреналиновым румянцем. — Не надо строить из себя героя! Здесь еще по сто метров гребаного моста с каждой стороны. Выбирайте любое! Что вы ко мне пристали?!

— Но мне нужно именно это место, — он выставил указательный палец.

Она обреченно вздохнула, пробралась обратно на мостовую и с раздражением отошла в сторону, облокотившись на бордюр. Фотограф, не теряя времени, встал на ее место, возле ограждающей цепи.

— Спасибо, э-э… простите, как вас зовут? — Она молча посмотрела на него исподлобья. — Понятно, а меня Петр.

Девушка стала наблюдать, как дотошный фотограф начал доставать из своей сумки особые приспособления для крепежа фотокамеры. Она надеялась, что тот по-быстрому сделает свой снимок и уйдет.

— Вот уже несколько недель я делаю серию снимков о передвижении луны, — вдруг начал объяснять Петр и, не смотря на явное отсутствие интереса у слушателя, продолжил. — Здесь важно, чтобы снимок был сделан в одно и тоже время и с одного и того же места. Для этого я и ставлю штатив.

Она посмотрела на бледную луну и не увидела в ней ничего прекрасного, что захотелось бы запечатлеть на фотографии.

— Вы даже не представляете, как сильно меняется луна в течение месяца, — фотограф аккуратно достал из сумки фотокамеру. — Я был приятно удивлен, что у нее может быть столько форм и оттенков. Хотите посмотреть предыдущее фото?

Она попыталась проигнорировать его.

— Ну же, просто взгляните на дисплей, не бойтесь.

Любопытство взяло верх. Она подошла ближе и коротко взглянула на фото. Ничего примечательного, но что-то было в этом снимке притягательное, свет от луны казался ярче и теплее, чем нынешней ночью. Незнакомец будто прочитал ее мысли.

— Самое важное это свет. От него во многом зависит, как будет выглядеть конечное фото. Ночью делать снимки сложнее, но интереснее. Здесь самое главное правильно настроить выдержку. Чем дольше открыт объектив, тем больше света падает на матрицу. — Фотограф оценивающе посмотрел на луну, так художник пытается выделить индивидуальные черты для портрета. Он даже начал водить в воздухе руками, будто пытаясь изобразить свои слова жестами. — Но здесь важно найти тонкую грань. Если слишком долго ждать, снимок будет чересчур светлым и неестественным, а если наоборот, поспешить, темным.

Девушка задержала на нем взгляд.

— И как вы находите эту грань?

Петр улыбнулся.

— Интуитивно. Методом проб и ошибок. У меня целая лента неудачных фотографий. Но именно эти неудачные кадры помогают мне увидеть, что я сделал правильно, а что нет. Я смотрю на них и понимаю, что необходимо изменить.

Затвор камеры щелкнул, и на экране появилось новое фото.

— Вот, видите, это неудачный снимок, — сделал вывод фотограф. Девушка не понимала почему, но разговор с незнакомцем притягивал ее все больше. Ей казалось, будто она попала в течение невидимой реки с чем-то новым, неизведанным, посторонним, и что среди этого потока слов, она вот-вот найдет ответы.

— Посмотрите на фонари на набережной, — Петр указал рукой на город. — Видите, они, как свечи, отражают мягкие, слегка приглушенные, теплые тона. А на снимке они белые, слишком резкие и яркие. Их свет заглушает луну в небе. Значит, я переборщил со светом, надо немного откорректировать настройки и оставить место для красок.

Он начал колдовать над камерой, а девушка посмотрела вдаль. Ей показалось, что городской пейзаж стал мягче, и небо светлее. Теплый свет от фонарей медленно наполнял ее.

— Чем больше разноцветного света в кадре, тем удачнее получится фотография. Нажимаем на кнопку спуска и ждем, доверяясь своей интуиции. — Петр развел руки в стороны и жизнерадостно улыбнулся.

Девушка грустно посмотрела на него и спросила.

— Зачем вам это все?

Он сделал слегка удивленное лицо, будто не ожидал этого вопроса.

— Это дело моей жизни!

Затвор камеры в очередной раз щелкнул. Петр довольно улыбнулся.

— Ну вот, теперь все получилось так, как надо.

Она взглянула на снимок и замерла.

— Посмотрите, как теперь краски и свет плавно перетекают друг в друга. Здесь все гармонично сочетается, фонари на набережной не заглушают нежный свет луны, а гладь воды отражает небо. Нам удалось запечатлеть на снимке мгновение, в котором царит гармония и тишина. Разве это не чудо? Как можно это не любить?

Он участливо заглянул ей в лицо и вдохновленно продолжил.

— Вся наша жизнь состоит из таких вот кадров, удачных и не очень. А из них складываются наши воспоминания. В любой момент мы можем достать их из фотоальбома и окунуться в тот самый миг, который подарит радость. За это я и люблю свою работу, она позволяет мне находить и улавливать эти чудесные мгновения. А ведь в мире так много прекрасного, нужно только открыть глаза и увидеть это. Конечно, бывают и неудачные дни и испорченные снимки, но это не повод бросать все и уничтожать то, что было сделано до этого. Все разрушить легко, а вот создать что-то новое гораздо сложнее. Все создает свет, он обязательно должен быть внутри каждого снимка, потому что без света нет красок и форм, только пустота.

Девушка не выдержала внимательного взгляда и отвернулась, а через секунду, закрыв лицо, разрыдалась. Она почувствовала на себе его недоуменный взгляд. На мгновение Петр неуверенно коснулся ее плеча, но она никак не могла остановиться, будто вся горечь и обида, что накопились у нее внутри, вырвались мощным потоком, прорвав дамбу. Волны то накатывали, то отступали, но постепенно затихли, оставив мелкую рябь всхлипываний. Ветер попытался взъерошить ей волосы и шепнул что-то ласково в уши. Она глубоко вздохнула и опустила руки, открыв глаза.

На мосту никого не было. Девушка сделала несколько растерянных шагов.

— Петр?

Но в ответ слышался только легкий шум волн бегущей внизу реки. Она подошла к месту фотографа и увидела лежащий на мосту снимок. Тот же самый вид с моста, только в другое время, когда на небе была полная луна. Она посмотрела вниз на течение реки.

— Спасибо, — тихо сказала она тишине. Ветер стих и заметно потеплело. Темная вода в реке вдруг заиграла другими красками. Она подняла голову и замерла.

На горизонте нежно-розовая заря окрасила небосвод, осветив всю набережную новыми оттенками. Желтый, оранжевый, красный сливались в единой гармонии, согревая мягким светом. Облака будто замерли в тихом безветрии и наполнились лиловой ванилью. Небо стало ярким полотном неведомого художника, на котором искусно смешались воздушные краски. Это было так прекрасно, будто сама Вселенная распахнула глаза. Девушка вдохнула в себя восторг. Тепло наполнило сердце, а в душу впорхнула легкость. Впервые она встречала такой рассвет, и впервые за последние дни она, наполненная счастьем, улыбалась.

Александра Вэджи. 2016.

Остальные рассказы можно прочитать на личном сайте по ссылке https://aleksawg.wixsite.com/aleksa-vedzhi/glavnaya/categories/%D0%B3%D0%B4%D0%B5-%D1%82%D0%BE-%D1%81%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%B8-%D0%BD%D0%B0%D1%81

Content

Александра Вэджи
У ворот рая