Брунс Анастасия

МЕЛОДИЯ ДОЖДЯ

1.1

Проснувшись, я уже на автомате посмотрела на часы. Захотелось подорваться и реактивно начинать собираться на работу, попутно придумывая более весомую причину опоздания, чем «Извините, я проспала», но потом вспомнила, что сегодня выходной и легла обратно в постель, расслабившись.

Еще чуть-чуть полежав, я встала и первое, на что обратила внимание, это на письма, которые уже отправил мне Альфредо.

Альфредо — мой лучший и, пожалуй, единственный настоящий друг, появившийся у меня в Арбисе за все время моего нахождения тут. Из-за нашей дружбы люди стали называть меня «пиявкой», а его и вовсе глупцом считать стали.

Так получилось, что встретились мы в первый раз не больно-то и радужно. Тогда я работала в ресторане для лордов, на входе брала и вешала их верхнюю одежду. Работа была тяжелой и весьма неблагодарной, да и платили мало, но эта работа была моим спасением.

Многие, переехав в Арбис поддаются своим излишним амбициям, чаще всего возвращаясь домой с абсолютным ничем. Но мне в этом плане повезло: я как приехала с ничем, так и вернулась бы с ничем. Вот только возвращаться в не хотелось, да и некуда мне возвращаться — я сирота. Моя мать умерла при родах, а про отца я вообще ничего не знаю. Воспитывала меня троюродная сестра мамы — моя тетка. Пусть не была она со мной ласкова и нежна, но я ей очень благодарна за все, что она сделала для меня. Она дала мне хорошее школьное образование, обеспечила всеми жизненно необходимыми благами, вырастила меня. Была у тети Клэр подруга — тетя Стиси. Она научила меня самому светлому — музыке. Тетя Клэр не давала мне никогда играть на музыкальных инструментах, петь, называя все это глупой тратой времени, но когда приезжала раз в год тетя Стиси… Она научила меня играть на фортепиано, всегда повторяла одну вещь: у меня прекрасный голос. В последствии этого, она научила меня правильно им пользоваться.

Однажды, после того, как тетя Стиси уехала, я сидела в своей комнате, делала уроки и пела. Тетя Клэр ворвалась в комнату как собака, сорвавшаяся с цепи. После этого тетя Стиси больше к нам не приезжала, а меня еще раз попросили зарубить на носу, что музыка — это не то, чем должна я заниматься.

И вот мне 17, амбиции выше головы и я уезжаю от тетки в Арбис под ее смех и «Еще вернешься и прощения попросишь». До сих пор бешусь из-за воспоминания этой фразы. Возможно, именно она меня до сих пор и держит в этом грязном городе денег и тщеславия.

И пусть первые годы моего проживания тут были направлены на выживание, то сейчас благодаря Альфредо я имею не высоко оплачиваемую, но все же стабильную работу, маленькую, съемную, но все же квартирку, старенький автомобиль…

Когда меня чуть не выгнали с работы в ресторане — Альфредо приложил максимум усилий, чтобы меня все-таки выгнали. Он взял после этого меня под свое крыло, аргументировав это тем, что из-за него я потеряла работу и даже жилище себе оплатить не смогу.

А потом началась ложь. Он уверил меня в том, что директор моего учебного заведения перевел меня на бюджет из-за хорошей успеваемости. Как же я тогда радовалась!

И после этого меня начали называть пиявкой. А я не понимала, почему меня так называют, ведь я, по сути дела, ничего у Альфредо не просила… и потом начались комплексы из-за того, что я с ним живу, за его счет, но друг меня успокаивал и все снова становилось нормально.

А потом ложь раскрылась. Как оказалось, Фредо платил за мою учебу сам и доплатил директору, чтобы тот сказал мне о том, что теперь я на бюджете.

Разумеется, я закатила другу скандал… со слезами, с криками, но без разбитой посуды: не моя была, чтобы ее бить. И на все деньги, что у меня были, я сняла квартиру на месяц. Учебу мою Фредо уже полностью оплатил, поэтому тратить на нее денег больше не требовалось. С другом я не разговаривала, да и вообще ни с кем не разговаривала, посвятив всю себя экзаменам и диплому.

Расквитавшись с учебой, я уже обратила внимание на окружающий мир. Трещало абсолютно все о том, что я была с Фредо из-за денег, а когда он уже все оплатил — свинтила от него, не говорю с ним, пытаюсь не пересекаться, на письма не отвечаю…

Грустно стало после этого, очень грустно. Только тогда сошла обида и пришло осознание одной вещи: он заботился обо мне. Фредо прекрасно знал, что деньги бы я его не взяла, а мои… их мало, что там говорить! А если учесть то, что живя у друга я подрабатывала, благодаря чему у меня и хватило денег на маленькую квартирку, после обучения я бы была без единой копейки в кармане.

И я ему написала письмо. Ответом на него стало появление друга на пороге моего дома.

С тех пор мы не предпочитаем вспоминать про эту ситуацию, более того, я попросила весьма убедительно зарубить себе на носу, что мне не нужно никаких «подарков от чистого сердца», не нужны его деньги тоже. Но Альфредо все равно продолжает на каждый праздник вручить мне или ключи от новенькой машины, или от квартиры… работу предлагает у себя, аргументируя это тем, что я выполняю ту же работу, только за гроши. Но каждый раз он слышит отказ, и каждый раз он не теряет надежды «сделать мою жизнь лучше».

Открыла первое письмо, листочек воспарил вверх и послышался голос Фредо.

— Эри, отказа не принимается! Будь готова к пяти, пойдем ГУЛЯТЬ. Именно гулять, Эри, так что давай без туфель и платьев, как тогда — гласило первое письмо.

За первым вверх поднялось второе, снова послышался голос друга:

— И я не издеваюсь. Знаю, что ты не любишь пешие прогулки, но выгуливаться хотя бы иногда тоже нужно! А то знаешь всего два маршрута — до работы и до банка. Будь готова к пяти, я заеду! — и второе письмо тоже рухнуло вниз, даже само в конвертик заползло.

Глубоко вздохнув, я достала из ящика стола конверт, кинула туда пару монет и написала ответ. Идти мне никуда не хотелось, дома посидеть хотелось, но в чем-то Альфредо прав: я давно уже не гуляла. Развеяться нужно.

Когда на часах все ближе и ближе было к пяти, я уже была готова. Обычно я опаздываю, но сейчас собралась пораньше, в чем точно не прогадала: Фредо приехал также чуть раньше пяти.

— Вау, Эрильда и собралась вовремя… даже раньше… Где Эрильда и что ты с ней сделала, признавайся? — дурачился Фредо, увидев меня собранной.

— Да, ты прав, я не Эрильда. Эрильда ушла, а я дома пожалуй останусь, — в ответочку выдала я, коварно при этом улыбаясь.

Ехали мы неоправданно много. Обычно если мы с Фредо ходили гулять, то до мест прогулки или вообще пешком шли, или на машине минут 15 от силы, а потом гуляли. А тут мы уже как минимум полчаса едем, что, признаться, настораживает.

— Фредо… а куда мы едем? — все же спросила я.

— Увидишь, — с загадочной улыбкой ответили мне.

А вот эта загадочность уж больно не по мне… мне нужно все знать!

— Куда мы едем? — повторила свой вопрос я, только уже более настойчиво.

А что в ответ? А в ответ полнейший игнор. Хотя нет, друг сделал громче музыку и улыбнулся… нахальненько так улыбнулся.

* * *

— Горы!? Ты серьезно? — взревела я.

Нет, я и сама мечтала когда-нибудь побывать в горах, ибо никогда еще не видела гор, но вот так вот… «Просто прогуляемся» и в итоге отвез меня в горы!

— А по-другому фиг бы ты куда поехала. Догоняй! — и Фредо быстро направился вверх по старой, обтесанной лесенке, выдробленной в горе.

Было все просто удивительно-замечательно! Сложно, но прекрасно! Особенно вид… на город, на озеро, на все-все-все.

— Эри, давай быстрее, а то закат пропустиииииим! — протянул друг, все быстрее приближаясь к склону, который мы усмотрели снизу.

И кто меня за язык тянул сказать, что с него было бы классно на закат посмотреть!? Пока до него доберешься — сам в закат удачно уйдешь.

И вот добралась я до этого чертового склона, залезла, как увидела вовсе не закат… точнее, краем глаза увидела всю красоту захода нашего светила за горизонт, но внимание мое отнюдь не закат захватил… Нам навстречу весьма уверенно шел какой-то темный силуэт!

И только я хотела сказать Альфредо, что к нам кто-то приближается, как этот кто-то оказался мгновенно в паре шагов от нас.

На нем было мощное заклинание, что выдавало его принадлежность не просто к магам, а к лордам! Ибо магия окутала его пеленой так, что не было возможности разглядеть его вовсе… Даже сама фигура мутно переливалась под Облаком.

Работая, я часто встречала это заклинания на магически одаренных, но в такой степени данное заклинание я вижу в первый раз! И пусть я неодаренная, обычный человек, но прекрасно знаю, что Облако не для слабых магов. Его ужасно тяжело удерживать на себе, поэтому всех магически одаренных я видела только с Облаком на лице. А в данном случае, повторюсь, заклинанием было окутано все тело!

— И что же вас испугало, что вы ТАК на меня смотрите? — явно язвил мужчина, сложив руки на груди.

Теперь на него обратил внимание и друг. От слов его стало вдвойне жутко, голос пропал вмиг.

Маг оказался еще ближе ко мне и могу с точностью сказать — я видела его улыбку! Я точно ее видела, что повергло меня еще сильнее в шок и страх!

— Ну что же вы молчите? — изводился он.

Фредо чуть отодвинул меня назад, сам подойдя немного ближе к незнакомцу.

— И что же вас привело сюда, любезный? — язвил лорд.

— Туризм и свежий воздух, любезный, — съязвил в ответ Фредо.

Лорд кинул взгляд на меня! Точно на меня! Не знаю, как я могу это видеть, вообще понятия не имею, но я видела, точно видела! А потом он подмигнул и снова повернулся на Альфредо, заставив почему-то этими действиями меня дрожать.

— Господин Лиран, поверьте, не стоит в подобном тоне со мной разговаривать. Обычно я не предупреждаю об этом, но дрожь вашей спутницы заставила меня предупредить об этом. Спускайтесь вниз и успокойте свою весьма интересную спутницу, — и мужчина сделал паузу, снова повернув голову на меня.

Все внутри сжалось, и, кажется, я забыла, как дышать. Не вижу ничего на его лице, но уверенна, что сейчас он также улыбаясь смотрит на меня.

— Иначе придется успокаивать ее дрожащие ручки и колени мне, — завершил фразу маг.

Фредо сжал мою руку, которая продолжала трястись, как желе, и повел осторожно вниз.

— Хорошей дороги, господин Лиран! — иронично крикнул вслед таинственный незнакомец.

Почти до самого спуска к дороге я молчала, ничего и никого не слышала. Я видела, сквозь все пелену мощнейшего Облака видела его взгляд, его губы! Я видела! Видела!

— Альфредо… я видела его глаза, его ухмылки! Фредо, я видела! — стоило нам подойти к машине, начала истерить я.

И плакала. Не знаю почему, но от страха, который внушил этот человек за несколько минут, трясло все внутри, выворачивало абсолютно все!

— Эри, тебе показалось… ты просто сильно испугалась, все хорошо, — успокаивал меня друг.

Но он не понимает! Ничего не понимает! Я и испугалась из-за того, что видела все это!

Именно эти умные мысли я ему и выдала, а в ответ услышала извинения и снова: «тебе просто показалось.».

Спорить я не стала. Я сама прекрасно понимаю, что я видела и это не галлюцинации, я это видела!

— Вы с ним знакомы? — уже подъезжая к дому и успокоившись, спросила я.

— Нет. Точно нет, — ответил задумчивый Альфредо. — Эри, я и сам не понимаю, откуда он знает меня и почему он сходу назвал мое имя. Я его никогда не встречал, ты же знаешь, что у меня просто идеальная память на лица.

И я это действительно знала… знала и прекрасно понимала, что если бы Фредо, да и вообще любой человек, встретили этого незнакомца — запомнили бы.

— Он лорд. Точно лорд, — поделилась своими догадками я.

— Не просто лорд. Я думаю, что он из разряда высших, ибо такой магический потенциал… и чистокровный точно, — задумчиво дополнил друг.

И я проанализировала все в голове… чистокровный — это ясно, ибо лордов я, работая в ресторане для лордов и леди, видела много и отличие чистокровных было одно… Они были просто гигантскими.

Если учесть, что Альфредо — помесь низшего лорда (у которого отобрали титул) и человека. Но он все равно был меня на голову выше точно, да и крупнее обычных людей. А обычные лорды и высшие лорды… они для нас, людей, самые настоящие гиганты.

А рядом с тем волшебником в горах я поняла одну вещь — он расплющит меня и не заметит.

— Эрильда, не переживай. Больше мы его не увидим, такие раз в жизни попадаются. Ну, в столицу я не собираюсь, ты, вроде как, тоже про это ничего не говорила, поэтому точно один раз в жизни встречаются. Успокойся, — снова успокаивал друг.

Я фальшивенько так улыбнулась, поблагодарила за все и пошла домой, где оставшись одна, начала снова трястись.

В голове все звучала фраза: «Иначе придется успокаивать ее дрожащие ручки и колени мне.». Дрожь пробегала по телу с новой силой и приняв лавандовую ванну и выпив пару таблеток, я легла спать. Как ни крути, завтра на работу, выспаться надо.

1.2

Вскочила с постели я ночью. Вскочила и с бешенной, переполняющей меня через край энергией побежала к тому, чего поклялась никогда больше не доставать. Поклялась, но даже тогда подсознание твердило, что эту клятву я не сдержу.

Синтезатор… я достала синтезатор, включила… и руки начали делать свое дело сами. Сами начали играть мелодию, что мне снилась, а в голове уже начинал крутиться текст, уже дело шло к куплету, как в дверь с бешенной силой постучали.

Пришла в себя я мгновенно и посмотрела на время. После этого я прекрасно поняла, кто так разгневанно стучит и почему.

Как я и полагала, это были мои соседи.

— Госпожа, это уже выше всяких пониманий! Вы видели, сколько времени!? Сейчас ночь! — гневался шепотом сосед.

Нет, он кричал, но делал это шепотом, чтобы ни в коем случае не разбудить других.

— Извините, господин Ральд, я сглупила… приснился сон с мелодией и я побежала играть, не задумываясь вообще ни о чем. Простите, — стремительно краснея, извинялась я.

Мужчина глубоко вздохнул и покачал головой. Становилось от этого еще стыднее.

— Эрильда, вы прекрасно играете. Просто изумительно. Будь эта ваша игра в другое время суток — я бы ни за что вас не остановил, но вы же понимаете, у меня приехала маленькая племянница и нуждается во сне, пусть за стеной играет такое искусство. Доброй ночи, — проговорил сосед и, зевая, отправился в свою квартиру.

Спать не хотелось совершенно. Поэтому я заварила себе мятный чай и, взяв блокнот (который также пообещала никогда не брать), карандаш, я принялась писать тот текст, что возник в моей голове.

* * *

Будильник. Чертов будильник! Все тело ломило, ибо уснула я за столом в крайне неудобной для сна позе, но ничего не поделать, на работу собираться все равно надо.

Встав, я просто боялась посмотреть на себя в зеркало, ибо и дураку понятно, что выгляжу я сейчас, мягко говоря, помято.

Но увидев отражение свое — я была крайне удивлена. Никаких синяков и мешков под глазами, а сами они даже не красные… И не бледнючая я как мертвец, что еще более странно, ибо обычно, если я мало сплю, наутро я выгляжу как зомби.

Собравшись, даже уложив волосы и успев чуть-чуть накраситься, я взяла сумку, ключи от своей старенькой, но все же машины и отправилась на работу.

Путь на работу был очень нервным! Абсолютно везде мне мерещился тот таинственный лорд: на остановке, на пешеходном переходе, в других машинах… он был везде!

И впервые я так радовалась, что пришла на работу, ибо не знаю, выдержала бы я еще хоть минуту этого дорожного сумасшествия!

— Эрильда, что с тобой? — спросила госпожа Корнен, в которую я чуть не врезалась.

— Все хорошо, простите, — пролепетала я и, обойдя женщину, пошла к своему рабочему месту.

Шеф весь день был каким-то суматошным. Бегал туда-сюда с разными бумажками, что-то бубнел про себя. Даже свой утренний кофе не выпил, что было для него более, чем просто странным. Спрашивать я, конечно же, ничего не стала из-за страха попасть под его горячую руку. Просто все уже давно усвоили: если шеф бегает с бумажками по всему офису, то лучше его вообще не трогать, хуже будет только.

Но такого я еще не видела… Он в прямом смысле слова бегал по офису!

Вскоре стала понятна причина суматохи. Во второй половине рабочего дня пришли незваные гости, которые «Пришли по делу и не нуждаются в предварительной записи». Лорды, что б их… еще и такая большая… кучка лордов!

Впервые встретилась с таким хамством от лордов на этой работе. Ибо обычно они себе такого отношения не позволяют… Да, бывало, пару раз в углу меня зажать хотели, но стоит мне начать разговор о их кодексе чести, как передо мной сразу извинялись и уходили. Всегда работает, поэтому опасности я не представляю. Точнее говоря, не представляла… ровно до того момента, как увидела мужчину под Облаком в горах.

Как ни крути, нужно делать чай гостям, чем я и занялась.

Вооружившись подносом, я пошла в кабинет шефа. В шаге от двери я остановилась, ибо мне показался со вчерашнего дня знакомый, я бы даже сказала ну очень знакомый голос! Голос лорда из гор!

Дверь открылась. Поднос мой с чайничком, кружечками и сахарницей полетели красиво так сначала вверх, потом вниз. И все это было как в замедленной съемке, особенно тот момент, как открывший дверь мужчина под облаком поймал и поднос, и все остальное в паре сантиметрах от пола. Причем поймал он все так, что абсолютно вся посуда стояла на подносе и не разбилась!

— Аккуратней нужно быть, девушка, аккуратней, — проговорил мой спаситель, вернув обратно поднос мне на руки.

И пусть лицо его было под Облаком, почему-то я четко осознавала, что до этого он не смотрел на мое лицо… и почему-то как-то не по себе стало от мысли, что он может посмотреть на мое лицо.

— Спасибо! — быстро поблагодарила мага я и вошла в кабинет.

Расставив все на столе, я пулей вылетела из кабинета шефа!

— Вас кто-то обидел? — спросил меня все тот же лорд.

Что он был лордом я была уверенна. Многие из них не скрывали даже родовых артефактов, так что сомнений в том, что среди лордов был обычный маг и быть не могло. Повторюсь, большинство из них даже не скрывали, к какому роду они принадлежат. И если бы я хоть чуть-чуть понимала в символиках, узорах родов, то я бы, конечно же, понимала, кто нагрянул к моему работодателю внезапно.

— Нет, никто меня не обижал, — пробормотала я и еще раз мысленно прокляла электриков за то, что уже больше недели лампочки в коридоре поменять не могут и тут тьма тьмой!

— Уверенны? — издевательски спросили у меня.

— На все сто процентов, — закатив глаза, ответила я.

— В целях вашей безопасности, рекомендую не заходить в кабинет. Да и с работы можете уйти пораньше, ваш начальник против не будет. Доброго дня.

После этих слов и взмаха рукой надо мной загорелся огонек, освещающий путь. Двигался этот огонек чуть впереди меня. Я была очень благодарна магу за это, ибо пол ровностью в некоторых местах не отличался, а упасть ну уж совсем не хотелось!

Стоило мне дойти до конца коридора, как огонек засиял ярче, а после погас.

Сев за свое место, я решила перебрать всю документацию, пока на это есть свободное время.

Только вот никак я не могла сосредоточиться на документах. В голове почему-то по полной шел анализ моего лорда-спасителя. Он отличался от всех представителей его сословия, которых я встречала.

Бескорыстный. Абсолютно бескорыстный молодой человек.

Почему я подумала, что он молод, ведь не видела его лица? Все просто, лорды что постарше не стали бы так церемониться. Кодекс чести кодексом чести, но вот ловить на лету поднос и тем более зажигать огонек, чтобы я нормально дошла… Нет, предупредить, возможно, предупредили бы, чтобы в кабинет не заходила, но всего остального они бы делать точно не стали. Не прописано это в кодексе чести, что ж поделать!

А еще я додумалась до того, что многие из пришедших лордов — военные. Их речь, их походка, их манеры поведения выдавали их.

Также это снова указывало на молодость заинтересовавшего меня мужчину. Обычно, военные с опытом говорят кратко и по делу. В словах они очень скупы. Но стоит отметить то, какие резкие, быстрые его движения. Поймать почти весь чайный сервиз на лету — задача не из простых.

И главный вопрос… что лордам-воякам, не скрывающим свою принадлежность к родам, делать у господина Торрела? Он не так уж и богат, скорее всего даже является низкой серединой в Арбисе, ибо в этом городе деньги крутятся просто неимоверные… и тут несколько предприятий небольших, офис… странно все это, очень странно.

Из кабинета начали выходить маги. Я поправила очки, которые уже слетели на кончик носа, и наблюдала за лордами. У кого-то больше, у кого-то меньше было Облака… точнее говоря, изменилась сила заклинания.

Третьим шел лорд, с которым мы столкнулись в коридоре… и он мне подмигнул! Значит точно, сквозь Облако можно видеть некоторые эмоции! Или можно видеть то, чего сам хочет обладатель данного заклинания… надо будет почитать и порасспрашивать про это заклинание.

— Не время и не место заигрывать. Девушка, несомненно, красивая, но отставить! — рыкнул идущий сзади лорд.

Щеки мои порозовели мгновенно, заставив улыбнуться молоденького вояшку…

Но смущение мое продолжалось недолго. Последним шел он. Лорд, которого мы видели с Альфредо вчера.

Сердце забилось с удвоенной, а то и с утроенной силой. Пусть одеты были мужчины одинаково, были все высокими, но этот выделялся явно от них.

Опустив голову вниз и начав перебирать разные бумажки, я очень хотела, чтобы он просто прошел мимо и больше мы никогда-никогда с ним не виделись!

Но нет же. У мага, кажется, были совершенно иные планы на происходящее.

— Девушка, можете идти домой. На сегодня ваша работа закончена точно, — проговорил мужчина.

— Спасибо, но я еще поработаю. Хорошего вам вечера, — подняв голову вверх и фальшиво улыбнувшись, проговорила я.

— Ладно, скажем иначе. Вас встретят… или мне вас проводить? — после его паузы я неосознанно вздрогнула всем телом, снова вызвав ухмылку на его лице.

— Ну что вы, не утруждайтесь! Я поработаю и сама поеду домой, — протараторила я.

Повисло молчание. Не вижу, что происходит с эмоциями лорда, но почему-то такое чувство, что он пристально на меня смотрит. Еще улыбается при этом…

— Сколько вы тут работаете, — и снова пауза. Мужчина чуть повернул голову, чтобы прочесть мое имя на табличке, прикрепленной к столу, — госпожа Раддос?

И снова по телу прошлась дрожь, когда он назвал мое имя.

— Какое это имеет значение? — тяжело выдохнув, спросила в ответ я.

— Сколько вы тут работаете и сколько получаете? — отчеканил лорд.

А я игнорировала его. Не хочу отвечать на этот вопрос, вот и все! И даже про их кодекс не могу ничего сказать, ибо он ничего из него не нарушает.

— Мне еще раз повторить? — рыкнул он.

— Два года… — все же ответила я.

— Ладно, продвижение чувствуется… сколько вы получаете? — устало спросили у меня.

А я опять молчала. Ну не хочу, не хочу с ним говорить на эту тему! Не хочу и не буду! И вообще, почему это я должна говорить человеку, которого я даже не знаю, о своих доходах?

— Госпожа Раддос, неприлично игнорировать поступающие вам вопросы. А еще неприлично смотреть вниз, когда с вами разговаривают. Посмотрите на меня, — как-то мягко, но в то же время с угрозой, попросили меня.

И я посмотрела на него. Посмотрела, чтобы увидеть прекрасно выполненное Облако.

— Сколько вы получаете? — снова спросил мужчина.

— 250 грель, — ответила честно я.

Лорд молчал, в принципе, как и я. Говорить вообще не хочется. Хочется, чтобы он свалил отсюда поскорее и не возвращался.

— Вы уволены, — после раздумий сообщили мне.

— Простите, но вы не являетесь моим работодателем, поэтому не имеете права меня уволить, — пожав плечами, ответила я.

— Уважаемый господин Торрел, скажите госпоже Раддос, что с сегодняшнего дня она уволена и все деньги вы ей в скором времени перешлете? — чуть прикрикнул мужчина, чтобы Торрел услышал его.

Начальник мгновенно оказался у моего стола (причем в коридоре споткнулся. Теперь будет знать, что иногда нужно прислушиваться к моим просьбам).

— Раддос, ты уволена, — огорошил меня шеф.

Слов не было. Не единого. Меня только что лишили работы! Мужчины о чем-то явно спорили, а потом на мой стол опустились 200 грель.

— 200!? Вы издеваетесь? — рыкнул лорд и на стол опустились еще 200 грель. — Свободны, — отрезал лорд и господин Торрел утопал в свой кабинет, бубня.

— Довольны? Теперь я без работы, — разведя руки, выдала почему-то я.

— Берите деньги, они ваши. К тому же я уже нашел вам работу. Собирайте свои вещи, а я вас посвящу в подробности вашей новой работы, — снова огорошили меня.

— Весьма благодарна, но я сама в силах найти себе работу. Можете не задерживаться, — пытаясь не заплакать, прошипела я.

— Вас встретит тот молодой человек, что вчера был с вами? Тот, кто по уши в вас влюблен? — спросил маг и папка выпала от его слов из моих рук.

— Что? — переспросила я.

— Ладно, сам отвезу. Пошустрее давайте, по пути расскажу про работу, а то, чувствую, что если буду рассказывать про нее вам сейчас — мы тут еще не один час проторчим, — на выдохе проговорил мужчина и я начала собираться.

На новую работу, я конечно же не собираюсь. В смысле, не собираюсь идти на работу, которую он мне так яро пытается навязать. Уж найду я, чем на хлеб себе зарабатывать.

1.3

И меня привезли домой. В дороге лорд рассказывал о всех прелестях новой работы, как он выразился, «секретарши с некоторыми дополнительными обязанностями». После данной фразы он сразу меня успокоил, сказав, что в эти обязанности входит иногда посещать с начальством какие-то мероприятия.

И совершенно мужчине было начихать на то, что я не собираюсь там работать. Не буду и все.

— Спасибо, что подвезли… пусть об этом я вас и не просила, — проговорила я и открыла дверь машины.

Меня взяли за руку. Рука мужчины перестала быть расплывчатой, действие заклинания практически стало нулевым и я с надеждой посмотрела на лицо лорда. Все та же расплывчатость, в которой ничего нельзя разглядеть…

— Я вам помогу донести ваши вещи, — тихо проговорил он, убрав моментально от меня руку.

Отказывать я не стала. Почему-то прекрасно понимаю, что он со своей помощью от меня не отстанет, а общаться с ним больше времени, чем может быть, не хотелось вообще.

Но у подъезда нас ждал сюрприз в виде бабушек на лавочках. Стоило нам с лордом появиться поле их зрения, как их разговор про соления огурцов заглох сразу. Ну просто они так яро обсуждали эту тему, что их за километр слышно было!

— Добрый вечер, — поздоровалась я, пойдя на порядок быстрее в подъезд, избегая этих пристальных взглядов и расспросов.

А вот мужчина чуть медленней идти стал, мягче, но при этом все равно отчеканивая каждый свой шаг. И поскольку пароля от двери лорд не знал — пришлось его ждать. И пусть не видела я его лица, но уверенна была, что он сейчас максимально издевательски улыбается.

— Добрый-добрый, — отозвалась на мое приветствие госпожа Ироси, улыбаясь.

— Эридка, я чагой ты сегодня так рано? И не на своей машинке, а? — уже любопытствовала госпожа Магнусон.

Щеки краснели и я с злобой посмотрела на мужчину. Но тот, уловив мой гневный взгляд на себе, вовсе остановился перед лавочками главных сплетниц, пожалуй, всего мира.

— Эрильда, поднимайтесь в свою квартиру, я скоро к вам приду, — непривычно мягко и даже как-то слащаво, проговорил мужчина.

— Вы не знаете пароля, — на выдохе ответила я, неоднозначно намекая мужчине о том, что если бы не это — давно бы уже ушла.

— Эрильда, посмотри на меня и спроси у самой себя по пути в квартиру, смогу ли я справиться с обычной подъездной дверью? — если бы я не слышала этого мужчину до этого нашего разговора, то не услышала в данной фразе бы ни приказа, ни раздражения, ни угрозы.

Просто он говорил все это также слащаво, так же мягко, медленно растягивая слова. Не быстро, твердо, кратко, но вполне, даже более чем ясно.

И я, действительно подумав о том, что ему ничего не стоит открыть дверь, пошла домой.

Хотя нет, вру, только за дверь зашла, чуть потопала, туфли сняла… и слушала.

— Ой какой у Эридки-то мужик хороший появился! — восхитилась госпожа Адлин.

Ее подружки начали бурно ее поддерживать, а после послышался кашель лорда и они замолчали.

— Пожалуйста, почтенные и уважаемые дамы, не доставайте Эрильду с вопросами о том, что сейчас видели. И вообще, что видели ее со мной, — проговорил лорд, мягко, но не скрывая приказа.

— Ой, милочек, Эридку-то мы знаем, не будем ничего спрашивать! Все жеш и так понятно! — парировала госпожа Ироси.

— И все же пообещайте мне… согласно кодексу чести, — и теперь в его тоне слышны были лишь приказ и власть.

— Голубчик ж ты наш, сказали же, что не будем ничего спрашивать-с! — возмутилась госпожа Магнусон.

Мужчина молчал. И поэтому молчание распространилось на всех.

— А вы уже слышали, как Эридка наша поет, а как играет… Это же просто… — договорить почтенной госпоже Леро я не дала, выбежав из подъезда босой.

— Мне долго вас ждать!? — рыкнула я на лорда.

И тут до меня дошла одна вещица… он был без Облака, когда разговаривал с бабушками, но стоило мне появиться, как он снова нацепил это заклинание, и опять не только на свое лицо, а на все тело распространил!

— Эрильда, мне вас нужно проконтролировать, чтобы вы нормально, и, желательно, в обуви, добрались до своей квартирки под номером… — лорд на мгновенье задумался, а после продолжил, — 46 или же вы вспомните, что прикидываетесь взрослым человеком?

Возмущенно глотала воздух ртом, краснея. Вот только на сей раз краснела я не от стыда, а от злости! Да что он себе позволяет!?

Мужчина тяжело вздохнул, что-то произнес, взмахнул рукой, свечение, и я оказалась у двери 46, то есть моей, квартиры.

Рванула к подъездному окну я мгновенно! И чему поразилась, так это тому, что соседки по дому предавали клятву, соответственно кодексу чести! Он точно высший лорд, раз может принимать такие клятвы от неодаренных!

И я просто рванула в квартиру, дрожащими руками достала конверт, вложила пару монет, как плату за доставку, и быстро не написала, нет, рассказала про то, что сейчас увидела Альфредо!

Трясло неимоверно. Просто… для лордов кодекс чести — дело простое, обычное. Они ему подчиняются и все. И когда приносят клятвы — для них это не так побочно, чем для нас… обычных, неодаренных людей. Большинство клятв, точнее их нарушение, грозит смертью. Мгновенной. И лорду сейчас приносили клятву молчания, клятву, которая карается смертью в случае нарушения!

Сердце билось с утроенной силой, но стоило лорду постучать, а после войти в мой дом, оно остановилось. Я даже не дышала. Этот маг наводит на меня ужасный, просто УЖАСНЫЙ страх.

И вот он подходит ко мне, садиться на корточки, поднимает мою голову за подбородок… и я пытаюсь не заплакать.

Почему-то хотелось броситься к нему и умолять снять клятвы с бабушек, потому что вдруг, вдруг заговорятся и что-то скажут про него! Они же это неосознанно делают!

— Эрильда, почему вы постоянно дрожите? — спросили у меня в стандартной манере: твердо, кратко и по делу.

А я молчала. Не дышала. Не моргала. Не делала вообще никаких движений.

— Вы меня боитесь? — спросил снова маг.

Вопрос этот в голове моей прогремел громом и разреветься хорошенько так захотелось. Сложный он. Очень сложный. Чертовы горы, ненавижу их!

— А у меня нет оснований бояться вас? — осмелилась задать встречный вопрос я, в то же время отвечая на поставленный им вопрос: боюсь. Я его очень боюсь.

— Как вы можете бояться человека, которого даже не видите!? — рыкнул лорд и неимоверно быстро отлетел от меня к столу, на который, собственно, поставил мои вещи.

— Вот из-за таких ваших выпадов агрессии я вас и боюсь. Мы даже не знакомы, всего лишь видимся второй день, но вы уже успели испортить мне жизнь, — выдала в истерике я.

Просто вспомнила его в горах. Властный, неимоверно сильный. Настолько, что мог нас запросто приплющить и совершенно спокойно так уйти. И его последняя вчерашняя фраза, касаемая меня, крутилась на репите в голове. И осознание, что бабушки дали фиг пойми какую клятву, ибо я могла только догадываться, что было после моего ухода, а мы с ним одни. Я и агрессивный, какой-то нестабильный человек!

— Испортил!? Да я вас спас! — рыкнул мужчина.

— Извините меня! Вы не представились, поэтому не знаю, как к вам мне даже обращаться, но спасать меня нужно только от вас! — крикнула я в ответ.

И пожалела. Пожалела, что вообще на свет родилась.

Даже не успела заметить, как стою, а лорд стоит рядом и почему-то я полностью уверенна, что испепеляет меня злым взглядом.

— Вы хоть знаете, что у вашего спутника было на уме? — прошипел мужчина, прижав максимально к себе.

— Знаю. Вытащить меня, наконец-то, на улицу, а то я света белого не видела, и показать горы, на которые я хотела так посмотреть. И все было замечательно, просто прелестно, пока нам не встретились вы и не заставили меня ненавидеть самое прекрасное, что я видела в своей жизни. Отойдите от меня. Я правда вас боюсь, — честно, но с обидой проговорила я.

И мужчина отошел. Молча. Чуть кивнул и отошел от меня на несколько шагов.

— Айнар, — тихо проговорил маг.

Я посмотрела на него, вопросительно вскинув вверх одну бровь, после чего мой кошмар пояснил сказанное:

— Вы сказали, что я даже не представился. Вас пугала анонимность, я понял. Извиняюсь за то, что не представился раньше. Меня зовут Айнар, — вежливо, даже без фальши проговорил он. Ну или просто был искусным лжецом.

Я кивнула. Просто кивнула и все, и этого было и для меня, и для него достаточно.

— Завтра в четыре я за вами заеду. Собирайте вещи, госпожа Раддос. Может, вы пока что не горите желанием работать на предложенной мной работе, но, к сожалению, в моем предложении не был предусмотрен ваш ответ. Это как риторический вопрос, ответ на него был только один. Простите, что так вас напугал, Эрильда, не подумал. До завтра, — и Айнар подошел, взял мягко мою руку и с нежностью, как мне казалось, не свойственной ему, поцеловал.

— Отошел от нее! — заорал Альфредо, ворвавшийся в мою квартиру.

Мужчина, не отпуская моей руки из своей, медленно повернул голову в сторону друга.

— Мне кажется, вы не ведете себя сейчас достойно лорда. Выйдите, постучитесь, а потом войдите. Нормально, без вопля, — выпалил Айнар, снова повернувшись ко мне, снова прикасаясь губами к моей руке.

Он улыбался. И я не только это чувствовала, посредством соприкосновения его губ с моей рукой, но и видела. С нижней части лица лорда спала иллюзия, как и с руки, которой он ко мне прикасался.

Но это мне не дало понять, кто передо мной стоит. У Айнара была смуглая кожа, острые черты лица и, вроде как, волосы у него черными были… но их мгновенно снова захватило облако, поэтому понять на все 100 % я не могла. Как и определить, какой лорд передо мной. Смуглых и черноволосых лордов было не так уж и мало, а если учесть о том, что я, по сути дела, знаю только самых именитых лордов по лицам (их фото часто были в газетах и журналах, они часто посещали крупные мероприятия и их лица знали абсолютно все).

— Я сейчас нахожусь здесь не как лорд, — отрезал Фредо, подходя к нам ближе.

Я не знала, что делать. Просто стою, смотрю то на Айнара, то на Альфредо и даже дышать боюсь, что там говорить о движениях.

— Если вас недавно сделали лордом за сомнительные, на мой взгляд, заслуги, не нужно в таком тоне разговаривать с теми, кто может одним росчерком стереть ваше положение, — уже не так спокойно выразился уже менее таинственный лорд.

Но Альфредо было почему-то наплевать на его слова. Он просто закатил глаза, а потом сделал ошибку… он дотронулся до лорда, чтобы убрать его руку от моей. Облако его начало окутывать и высасывать магические силы, которых у Фредо и так мало было.

— П… п… прекратите! — вырвалось у меня и я выдернула свою руку из руки Айнара.

Он снова посмотрел на меня и Облако начало покидать Альфредо. И я бросилась на пол, к другу, который непрерывно задыхался в своем же кашле. Он серьезно задыхался!

— Что вы… что вы сделали? — на глаза наворачивались слезы. Я беспомощна. Совершенно беспомощна в данной ситуации.

— Извините, Эрильда. И не плачьте. Вашему другу нужно было в его учебном заведении заучить и никогда не забывать о том, что не стоит прикасаться магам под облаком, особенно, если до этого их разозлили. Скоро пройдет, не волнуйтесь. Еще раз приношу свои извинения, и еще раз прощаюсь с вами. До завтра, — и снова поцелуй в руку, только на этот раз быстрый, легкий.

Дождавшись моего кивка, Айнар ушел, а я продолжила сидеть на полу с другом, который, между прочим, уже не так сильно кашлял.

— Чего он тут забыл, Эри? — спросил он, отодвинувшись от меня, будто ему противно было.

— Меня уволили, Фредо. И он настоял на том, что должен помочь перенести мои вещи. Зачем ты на него кинулся!? — взвизгнула я.

— А мне ты не могла написать? И вообще, что он делал у тебя на работе? Вы знакомы? — со злобой процедил друг.

— Что не так? Мне просто помогли, — разведя руками, недоумевала я.

— Все не так, Эрильда! Я захожу в твою квартиру и вижу, как он тебя целует! И тебе это нравится, Эрильда, нравится! — заорал друг, резко встал и направился к двери.

— Зашел? Да ты влетел как ненормальный и орать начал! А он мне просто на прощание поцеловал руку и я просто этого не ожидала. И вообще, что я оправдываюсь? — и теперь встала с пола и я, только вот пошла в совершенно противоположную от Альфредо сторону.

Он пошел за мной.

— Я испугался за тебя, Эри, — пытаясь сдерживать злость, проговорил шатен.

— Бояться за себя, Фредо, я и сама могу. И не надо так часто за меня бояться, — налив в стакан воду, ответила я.

И мы молчали. Я медленно пила воду, пытаясь успокоиться, а он явно что-то обдумывал. И как только коснулся мой бокал твердой поверхности стола, стоило мне посмотреть на Альфредо, как он потянулся ко мне, обнял. Причем не по-дружески обнял, а так, чтобы удержать, прижать к себе.

— Фредо… ты что творишь? — пытаясь увернуться от весьма настойчивого друга, пролепетала я.

— Эри, я так горю… — и снова попытка меня поцеловать, которая закончилась его победой.

И он целовал. Собственнически, жадно и совершенно наплевав на мое сопротивление, которое было быстро подавлено.

— Арэккаро! — выкрикнул знакомый уже голос и Фредо отлетел от меня, а я упала на стол. Стакан упал, разбился.

И вот я смотрю шокировано на Фредо, Фредо смотрит злобно на Айнара. Потом на спасителя посмотрела и я. Маг был не в полном Облаке, нет, заклинание было лишь на лице.

— Я постучал. Два раза. Вы не открывали и я зашел, — пожав плечами, проговорил лорд, стоя на одном и том же месте.

— Ждет, когда ты разрешишь пройти, — закатив глаза, проговорил Альфредо.

Я снова посмотрела на мужчину, стоявшего у порога. Он еле заметно кивнул и… я впустила.

Молниеносно Фредо оказался за дверью (не без усилий лорда под Облаком), а сам Айнар подошел ко мне. И остановился в шагах так пяти от меня. Молчал. Также, как и на пороге, когда ждал, когда я его приглашу. Но я-то прекрасно помню, как в первый раз он совершенно спокойно вошел в квартиру и без всяких приглашений. А потом вспомнила, как его линия поведения поменялась, когда я упомянула о том, что даже имени его не знаю и он меня пугает. Он вел себя не то что по кодексу чести, не то что как аристократ, нет, полагаю, все было в разы сложнее. В большие такие разы.

— Сыграйте мне, Эрильда. Сыграйте, пока я не догнал этого горе-любовничка и не напомнил ему о скоротечности жизни! — постепенно тон лорда стал повышаться.

Сердце замерло. Я уже очень, ну прям очень давно никому не играла. Последний раз — тете Стиси.

— Я… я не могу, простите, — нелепо начала лепетать я, делаю пару шагов назад.

Мужчина тяжело дышал. Казалось, что действительно, секунда — и он сорвется с места, побежит за Альфредо. И это пугает. Стоит вспомнить тот факт, что особо не напрягаясь, Айнар чуть не убил его, а тут… убьет. Точно убьет.

Правда я не понимаю, просто не понимаю, зачем ему это. Зачем он преследует нас. А может не только нас? А может, он маг отступник? Сложно. Очень сложно все это переварить.

— Прошу вас, — прохрипел мужчина.

Нервно сглотнув, я кивнула. Достала синтезатор, поставила его на стол и начала играть мелодию, которая мне приснилась ночью. Слова крутились в голове, но я не пела. Боюсь петь при людях.

И играла я долго. Мысли о Альфредо улетучились совсем, как, впрочем, все мысли в моей голове. Стало легко. И когда я очнулась от музыкальной эйфории, Айнар стоял позади меня, играя вместе со мной.

Меня покачнуло. Заметненько так покачнуло.

— Вы изумительно играете, госпожа Раддос, — не отходя, проговорил маг.

— С… спасибо, но… личное пространство? — проговорила невнятно я, но мужчина меня понял и отошел.

— Завтра за вами заеду. Будьте готовы к четырем. Доброй ночи, Эрильда, — напомнил еще раз Айнар.

— Доброй ночи, — попрощалась в ответ я, а лорд все продолжал стоять.

— Вы не помните моего имени? — поинтересовался он.

— Помню, но не могу вас называть просто по имени. Доброй ночи, — снова попрощалась я, делая акцент на том, что магу нужно уходить.

И он ушел. А я пошла почему-то вещи собирать… хотя совершенно не хотела никуда ехать.

Стук в дверь. Знаю, что стучит Фредо и не открываю. Знаю, что он осведомлен о том, что сейчас я нахожусь дома, знает, почему я не открываю и стучит. А потом я просто подошла, закрыла эту чертову дверь на замок и продолжила дальше собирать свои вещи.

1.4

— Эри, давай поговорим, — послышалось за дверью.

А я молчала. То, что он вытворил, меня, мягко говоря, задело.

Лорд конечно намекал мне на то, что Фредо в меня влюблен, но не его, как оказалось, реальная влюбленность меня задела. Альфредо не хотел меня слышать, когда поцеловал, не реагировал на мои сопротивления. Ему было наплевать. А теперь наплевать мне!

— Эри, ты все не так восприняла! — снова раздалось за дверью.

И снова он постучал в дверь, и снова я не открыла. Не хочу.

— Давай поговорим, — снова предложил друг.

Закрыв чемодан, я пару раз глубоко вздохнула, а потом пошла и открыла эту чертову дверь.

Пустила шатена я только в коридор. Встала перед ним, сложила руки на груди и жду, когда он начнет говорить. Но он не начинал. Также молчал.

— Ты предлагал поговорить — говори. У меня есть еще дела, — проговорила я.

— Позови этого твоего лорда, — посмотрев мне в глаза, сказал жестко Альфредо.

— Он ушел. Ты мне это хотел сказать? — спросила я.

— Не ври. Он не уходил, я бы увидел, ибо был внизу, — и Фредо подошел ближе.

Мне пришлось выставить вперед руку, ограничив этим самым свое личное пространство. Точнее, огородить его от вмешательств Альфредо.

— Как же быстро ты перестала его бояться, Эрильда… и как быстро отстранилась от меня. Все больше и больше уверен в том, что придя тогда, очень вам помешал. Тебе же так нравилось, как он тебя целует. И не отталкивала, как это сделала со мной. Он тебя заколдовал, Эри! — выдвинул свою гипотезу Фредо, взяв меня за руку, которой я ограничивала свое личное пространство и поцеловал.

А потом снова шаг ко мне и обнять попытался. Я его оттолкнула. Нет, нет и еще раз нет! Хватило, спасибо.

— Вот видишь. Он тебя заколдовал, настроил против меня, — и снова подвел ложные итоги он.

— Ты слышишь себя? Что за бред? — начала возмущаться я.

— Это не бред! Или он тебя заколдовал, или ты в нем увидела лучшую перспективу! — рыкнул в ответ Альфредо.

И я дала ему пощечину. Ту, которая от обиды, звонкая, сильная, неконтролируемая. Та, от которой слезы на глазах наворачивались.

Да кем он меня вообще считает!?

— Я еще ни в ком, как в тебе, не ошибалась. Мне жаль, что ты за эти годы так и не смог понять, какой я человек, Альфредо. Мне очень жаль, что я НИКОГДА не разделю твоих чувств и мне жаль, что мы закончим наше общение на печальной ноте. Пошел вон, — обиженно и в то же время гневно ответила я.

— А как ты еще объяснишь то, что я видел!? — рыкнул снова он.

— Я сказала пошел вон отсюда! И дорогу забудь! — начала повышать тон и я.

Альфредо сделал шаг вперед, вытянул шею, снова отошел, сделав жест, мол «Не затронул я твоего личного пространства».

— Вижу, ты уже собираешься переезжать к своему спонсору? Даже с работы уводилась, вау. Рада, что понравилась ему? — продолжил огрызаться Фредо.

— Фредо, не разочаровывай меня еще больше. Уходи, — снова указала на дверь я.

— Уйду, но ответь честно. Чем я тебя не устроил за несколько лет, чем смог угодить этот лорд за день? — снова провокационный и непонятный для меня вопрос.

— Знаешь… мне Айнар ничем не угодил. Хотя нет, вру. Ведет он себя нормально, по-мужски! По-мужски дал хорошую работу, по-мужски защитил от того, кого считала лучшим другом! — и я начала выталкивать Альфредо из дома.

— Значит я себя еще не как мужчина веду? — изумился шатен, взяв меня за руки, не давая возможности выгнать его.

— Отпусти меня. Быстро, — прошипела я.

— Тебе показать, что умеет мужчина? Давай я покажу, что умеет мужчина! — и теперь вел меня он, а не я его.

И вел меня он в спальню. Я вообще не узнавала Альфредо… вообще-вообще! Никогда не видела его таким, никогда даже проявлений на агрессию такую не было.

— Так, милочек, на выход! — крикнула госпожа Магнусон, войдя в мою квартиру.

— Госпожа Магнусон, мы сами можем поговорить с Эрильдой, — ответил Альфредо.

— А ну-ка брызь пошел! Ишь какой грубиян! Сейчас позову лорда Э… И… Лорда в общем-то! — начала повышать логос старушка.

И сердце замерло. Она чуть не сказала его имя! Клятва… она чуть не нарушила ее!

А потом пришла госпожа Долсон, палкой своей поторопила Фредо, а когда он ушел, они заперли дверь и позвали меня на кухню поговорить.

— Эридка, уж пообещали мы лорду твоему ничего не спрашивать и говорить, но мужик-то он хороший! И в народе о нем слова хорошие только и говорят! Бросай своего остолопа, не ценит-с он тебя! — подытожила госпожа Долсон.

— Лорд, которого вы видели, не мой. Он просто мне помог перенести вещи и найти новую работу, — покраснев, ответила я.

— Милочка, лорды «просто так» ничего не делают. Особенно не помогают девушкам донести не очень-то и тяжелую коробку, не ищут работу им. В эту секунду в Арбисе уволили, наверное, человек десять, но к ним не бегут лорды, чтобы помочь донести их вещи и обеспечить работой, — проговорила в свою очередь госпожа Магнусон.

И теперь-то я задумалась.

Действительно, что Айнар со мной нянчится так? И эта сказка о том, что какому-то там лорду секретарша нужна и я подхожу на ее роль… да подходящих на эту роль по пальцам не перечесть!

Мутное дельце какое-то… очень мутное. Но, к сожалению, мне совершенно ясно дали понять, что выбора у меня нет. Меня не спрашивали, а просто поставили в известность.

— Знаю-мс я это твое выражение лица… Эридка, не дури, упустить такого мужика — грех и крайняя степень глупости, — снова начала свою шарманку соседка.

— Спасибо за совет, я обязательно его учту, — с уже профессиональной вежливой улыбкой секретаря ответила я.

И тут соседки встали, посмотрели на меня еще раз и госпожа Магнусон уже собиралась что-то сказать, как увидела чемоданы.

— Эрильда, а куда это ты собралася? — спросила старушка.

К ее вопросительному взгляду присоединилась и госпожа Долсон.

— Так вот, уезжаю я к лорду, иногда буду заезжать… наверное, — ответила честно я.

Ну а что? Не к лорду я еду? К лорду. Правда, Айнар говорил, что его знакомому лорду нужна секретарша, а соседки думают, что я говорю про спасшего меня мага, но… К лорду я уезжаю? К лорду. Вопрос на этом закрыт.

— Бааатюшки, — начала вздыхать Долсон.

— Только не попробуй приезжать, сами найдем! Ишь какая, — как-то по-своему начала причитать госпожа Магнусон.

Когда дамы почтенного возраста оставили меня одни, я молча, даже, я бы сказала, без эмоций, подошла к холодильнику и достала из него вино.

Плеснула немного красной жидкости в бокал и… и пыталась переварить все сделанное Альфредо. А я его считала другом… причем лучшим и настоящим другом. Меня не смущал так сильно факт того, что друг оказался влюблен в меня, меня откровенно бесило и делало бессильной то, что он не предпочел об этом со мной поговорить. Он начал с насильственным и нежеланным мною поцелуем, продолжил весьма грубыми и оскорбительными высказываниями, а закончил тем, что хотел в постель завалить…. Это не нормально!

Не помню, как легла спать и не помню, в каком часу уснула. Помню то, что давилась скупыми, но все же слезами обиды. Обиды не только потери друга, но и от разочарования в самой себе. Ведь Айнар смог сразу рассмотреть то, что у Фредо есть ко мне чувства, а я… а я этого не видела в упор.

Утро встретило меня грозой. Для Арбиса это вполне нормально, вообще, этот город был практически всегда покрыт дождями и туманами, солнце тут бывает крайне, ну просто КРАЙНЕ редко. За все годы жизни тут, я видела яркий свет солнца всего пару раз. И то, не долго это продолжалось. Снова приплыли по небесному своду тучи и загородили светило, а потом начинался по своему обыкновению дождь.

Посмотрев на часы, я изумилась. Через три часа за мной прибудет Айнар!

И вообще… по-хорошему бы узнать его фамилию, а то по имени я точно не смогу его называть и это уже проверено. Не могу и все.

В спешке начала закидывать в чемодан остальные нужные вещи, покушала и привела себя в порядок. Осталось меньше часа… с тоской посмотрела на уже родную для меня квартиру… на те не очень-то и аккуратно поклеенные обои, которые клеила, собственно, я сама. Улыбнулась. На глаза набежали слезы, которые я сразу смахнула и пошла снова на кухню, налив себе стакан воды. Выпив его на удивление быстро, я вышла на балкон. На лице снова появилась грустная улыбка… воспоминания так и крутились в голове. И прервал их несколько резко звонок в дверь.

Звонок… который отроду не работал.

Осторожно подошла к двери, посмотрела в глазок и увидев лорда, почему-то успокоилась.

— Добрый день, — поздоровалась я, открывая дверь и приглашая жестом мужчину войти.

— Доброго времени суток, госпожа Раддос, — и моя рука была приподняла и губы лорда коснулись ее.

После мою руку вернули в мое распоряжение. Не сделав и шага, мужчина, который снова явился ко мне под полным Облаком, вдруг произнес невероятное:

— У вас сейчас чемодан упадет. Можно мне подойти и сразу переместить его… на место вашей работы?

Недоуменно похлопав ресницами, я все же кивнула, все еще думая о том, как он узнал, что скоро чемодан может упасть? Странно. Очень странно. Но он лорд, и, может, я о них много не знаю.

Айнар прошел в комнату, раздался какой-то треск, яркая вспышка, отражающаяся на соседней стене, после чего лорд вернулся ко мне.

— Вы в смятении? — спросили меня.

— Есть такое… но это незначительно. Не хочу тут оставаться, — не скрывала правду я.

— Польщен вашей честностью. Эрильда, я не хочу вас торопить, но у меня весьма ограниченное время. Вы готовы? — спросил лорд, после длинной паузы.

Окинув еще раз взглядом квартиру, я глубоко вздохнула и кивнула. На мое удивление, открылся портал!

— Ничего не говорите, на вашем лице все прекрасно написано, — надсмехнулся Айнар, а после продолжил. — Вообще, мы с вами должны были сразу переместиться в… строение, где вы будете работать, но я решил чуть иначе. Мы порталом отправимся до определенного места, а дальше на открытой повозке, чтобы вы смогли рассмотреть все. Покажу вам мир, хотя бы чуть-чуть.

Он так говорил это… покровительственно. Но все это было сказано предельно вежливо, согласно кодексу чести и воспитания аристократов, этики и морали. И вроде не придерешься к его словам, если бы не их смысл. Высший смысл сказанного лорда, завуалированный.

И вспомнился мгновенно вчерашний лорд… и встреча в горах. Никакой учтивости, но все же большинство нахальных, гадких слов было сказано вежливым тоном.

— Заприте дверь на ключ изнутри. Я, конечно, могу ее запечатать магией, но без меня ее никто не сможет открыть, — пожал плечами мужчина.

А я пошла закрывать послушно дверь. И думала. Постоянно думала, анализировала его поведение и где-то точно была несостыковка, но я не могла никак понять, где.

— Вперед, леди, — поторопил меня маг.

Глубоко вздохнув, шагнула в портал. Яркие, очень яркие краски окружали меня! Никогда не видела подобного. Впрочем, я никогда не перемещалась посредством телепорта. Открыть портал могли лишь сильнейшие маги, так что о чем тут говорить?

Почувствовав твердое под ногами, я не сразу поняла, куда попала. В глазах до сих пор рябило разными цветами, а голова кружилась.

Тут меня подхватили за локоть и медленно, придерживая, повели в неизвестном для меня направлении.

— Рябь сейчас пройдет, госпожа Раддос, — осведомил меня сильный маг.

И почему-то было очень-очень жарко. Чувство, что запекает сильно солнце. Странное очень чувство.

А еще более странно и даже страшно стало, когда рябь прошла. Солнце действительно палило и мы явно находились на юге страны! Высокие, незнакомые мне деревья кое-где бросали тень от своей листвы, но особо это не спасало, было ужасно жарко. Особенно мне, ибо оделась я ни во что иное, как в темно-синее платье с рукавами!

— Где мы? — испуганно спросила я, с ужасом смотря на лорда.

Облако на лице не было уже менее сильным, смутно проглядывалась его улыбка, и то, что смотрит он не на меня, как полагает этикет, а вперед.

И ничего не ответил. Просто молча чуть быстрее повел меня вперед. Поворот, и виднелась повозка. Слава богу, она была с крышей! Хотя бы упасет меня от солнечного удара.

И только подойдя к повозке и усадив в нее меня, лорд обошел, сел рядом со мной и с помощью магии Айнара повозка двинулась с места.

— Это граница Вольхии, Эрильда. Южная граница Вольхии. Ну, почти граница. Скоро она будет. А сейчас просто наслаждайся видом, а я тебе кое-что расскажу, — несвоевременно ответил мне мужчина, что повергло меня в еще больший шок.

Мы на границе!? И пересечем ее!? Не может быть! Нет, нет и еще раз нет!

— Вы хотите сказать, что мы пересечем границу? — испуганно спросила я.

— Нет, мы не будем ее пересекать, — ответил Айнар и засмеялся.

И мне от его смеха что-то дурно стало. Щеки опалило сначала жаром, и это было вызвано далеко не жарой и ярким, палящим солнцем, а стыдом. Стыдом, что я ничего не узнала! Стыдом, что проявила полную некомпетентность и весьма неловко было находиться с лордом абсолютно наедине в незнакомой мне совершенно местности! А потом прошелся холодок по коже… куда он меня везет!?

— Мы сейчас приближаемся к Саарху. Вам это название о чем-нибудь говорит? — спросил меня лорд, повернувшись ко мне лицом.

— Крепость Саарх… самая крепкая и старинная крепость Вольхии, — проговорила я, все больше ужасаясь.

— Похвально. Город Саарх с недавнего времени считается центром южной торговли. Мы будем вынуждены там остановиться и купить вам несколько одеяний. Северян тут не очень жалуют, госпожа Раддос. А северянок тем более. Ходят старые легенды тут о народах севера, я бы не сказал, что они хорошие, но правдивы многие. Северные люди… когда-то великие и безжалостные завоеватели. Но сейчас я вам расскажу лишь одну легенду. В нее многие верят до сих пор, поэтому вам крайне важно ее знать, — и Айнар взял паузу, посмотрел на меня, но сквозь Облако я не могла определить его эмоции. После лорд продолжил. — Я расскажу ее вам вкратце. Женщины северянки… Я уверен, что вы осведомлены о том, что южане — прекрасные воители, коими всегда являлись. Но они никогда не стремились на север. Им больше по душе покорение водных просторов, островов и прибережных стран… А северяне всегда хотели власти. Причем власти над всеми. Им нужны были территории, как, в принципе, и сейчас. Как вы понимаете, южане не ожидали атаки с севера. Точнее говоря, недооценили ее совершенно, за что поплатились. Их завоевали. Безжалостно. Вслед за мужчинами северянами пришли женщинами. И проявился мужской порок. Они не видели северянок и находили высших леди и просто леди с севера крайне привлекательными. А те тешились влюбленными мужчинами. Они морально их убивали, а потом они умирали и физически. Или сходили с ума. И через время вернулись из моря воины и прогнали северян обратно. И не так все недолюбливают северян, как северянок. Северянки вызывают негодование до сих пор. Особенно у женщин. Поэтому, в целях вашей безопасности, советую сразу понять одну вещь… Вы не настоящая северянка. У вас смешанные корни, Эрильда. Это для вас большой плюс, но… вам придется одеваться, соответствующе южной моде и манере. Я хотел сразу избавиться от ваших вещей, но решил, что вы будете благоразумны. И платья можно перешить к тому же, не изверг я, чтобы испепелять ваши любимые вещи, — и мужчина засмеялся.

А мне как-то дурно стало. Ну совсем дурно. Сейчас мы прибудем в Саарх, южный город… а я одета в самое что ни на есть северное платье.

— Но сейчас… я же в северном, а вы сами сказали, что Саарх — центр южной торговли. Как я могу там в таком виде появляться? — спросила тихо я.

— Во-первых, вы со мной. Во-вторых, я наложу на вас немного Облака, — спокойно ответил мужчина.

— Нет! — сразу возразила я.

— Тогда… привыкните сразу к осуждающему взгляду… со сторону южанок и старых мужчин-южан, настаивать я не буду, — отчеканил Айнар и отвернулся от меня, ускорив повозку и наслаждаясь дуновениям южного ветра.

А я сделала в своей голове вывод один… он сам уроженец юга! Смуглая кожа, волосы были черными, ибо сейчас на всем лорде не было такого обилия Облака! Он прибыл на родину. Лорд вернулся. Сильный и, несомненно, могущественный лорд. И взял он с собой с севера северянку. Почему-то почувствовала себя трофеем и еще больеш стала недоумевать от предложения работы. Дело пахло жареным.

1.5

На гигантском рынке Саарха было до головокружения жарко и душно. Плюсом, несомненно, тут было то, что все торговые ряды были укрыты от солнца плотной тканью, но, как бы ткань не спасала от пылающего светила, жарко было все равно. Особенно для меня. Я слышала людей, которые откровенно радовались тому, как же тут прохладно, но для меня, не привыкшей к температуре более 26 градусов, это было самой настоящей пыткой.

— Леди Раддос, вам плохо? — спросил меня Айнар.

— Госпожа… — поправила его я.

Лорд смирил меня злым взглядом, а после прикрыл глаза на пару секунд. Успокаивался явно, но причин для его злости я не видела совершенно. Мне до леди далеко, к тому же он знал, как ко мне обращаться точно.

— Хорошо, Эрильда. По прибытию с вами проведут беседу о том, кто же такие южане и расскажут про все требования вежливости и этикета, — и все его слова звучали вежливо так, но в то же время мужчина даже не пытался скрыть свою раздраженность.

Лорд, по сути дела, редко отличался сдержанностью. Может, это особая форма вежливости на юге — не скрывать своих эмоций, но что до привычных мне правил вежливости, особенно для лордов — это было очень грубо. Грубо и неприемлемо.

— И не обижайтесь, Эрильда. Это будет лишним, поверьте, — снова весьма чувственное раздражение в голосе темноволосого и я просто отвернулась от него.

Увидев мою реакцию, лорд хмыкнул, взял меня бесцеремонно чуть выше локтя, и повел быстрее по рынку.

Остановились мы у одной женщины, которая широко улыбнулась, увидев Айнара. Но улыбка ее погасла, как и свечение глаз, когда она взглянула на меня. Холод и интерес — вот, что теперь отражалось в ее синих глазах. Могу о ней я сказать с точностью одну вещь — она была красива. Очень красива.

— Как я полагаю, эта… юная леди с вами? — спросила она лорда, не удостоив его даже взгляда и пристально рассматривая меня.

— Да, Эсмеральда. Нужны несколько платьев и я знаю, что ты точно сможешь в этом помочь. Девушка весьма… маленькая и хрупкая, так что найти ей одежду будет весьма проблематично, но я уверен, что ты справишься с этим, — отчеканил Айнар, подняв руку этой самой Эсмеральды.

Данного жеста со стороны мужчины, брюнетка все же обратила внимание на него. Смотрела пристально и почему-то зло, а еще точно в глаза… которых я не видела за Облаком.

— Айнар, будь любезен и сними с нее Облако, — прошипела Эсмеральда.

— Только тогда, когда мы зайдем внутрь и ты согласишься помочь, — усмехнулся лорд.

Женщина снова посмотрела на меня… Потом снова на лорда, а затем снова на меня. Кивнув, она развернулась и пошла вглубь своей, как мне казалось, небольшой палатки.

Палатка оказалась гигантской. Когда-то, мельком, я слышала о заклинании расширения, но никогда не сталкивалась с этим. Выглядело это весьма странно и удивительно.

— Снимай Облако, — резко повернувшись лицом к нам, отрезала голубоглазая.

— Мы должны остаться в твоей палате одни. Не обсуждается, — отрезал в ответ лорд.

— Как скажете… мой господин, — прошипела она и кинула на меня хитрый, коварный взгляд, а на губах почему-то играла победная улыбка.

А потом я задумалась. Из палаты выходили дамы, преклоняя голову перед моим сопровождающим, а я все думала…

Что могла подумать Эсмеральда, увидев меня рядом с Айнаром? Что я его спутница? Возможно. А к чему была эта победная улыбка и взгляд? Не зря она произнесла «Мой господин». Если тут данная фраза имеет такое же значение, как у нас, то она тонко намекнула мне на то, что у нее были или же существуют до сих пор интимные связи с данным лордом.

Первое предположение подтвердилось вторым. Не стала бы она говорить так при первой встречной, я в этом почему-то уверенна.

— Все. Снимай, — проговорила она, потерев руки.

И лорд снял с меня Облако. Точнее, с моего одеяния и частично с лица.

В лице Эсмеральда изменилась мгновенно. Она была удивлена, весьма удивлена. Осмотрела она меня досконально: от туфель до шпилек в волосах, и все было сопровождено неподдельным удивлением.

— Ты с ума сошел? — тихо спросила брюнетка.

Айнар промолчал. Но ответа ей, кажется, и не нужно было.

— Ты точно не в своем уме. Додумался! Лучше бы в свое поместье вызвал портниху свою и сшила бы она через парочку дней одежду для нее! Айнар, это не шутки, ты понимаешь? — и все было сказано шепотом. Абсолютно все.

— Когда я не осознавал последствия своих действий, Эсмеральда? Если я счел, что так нужно, значит все под мои контролем. Подбери леди Раддос несколько платьев, будь так добра, — железно проговорил лорд и ушел в неизвестном для меня направлении.

— Леди, вы когда-нибудь бывали на южных территориях? — спросила меня тихо брюнетка, уже не прожигая взглядом, что делала в самом начале нашего, так сказать, знакомства.

— Нет. Последние годы я провела в Арбисе, — ответила максимально честно я.

— О, Всевышней, помоги! — вскинув голову вверх и приложив руки к лицу, проговорила женщина.

А потом она начала суматошно перебирать платья. Посмотрит на меня, а потом снова перебирает платья.

— Раздевайтесь, — почти приказала она мне.

— Простите?

— Леди, раздевайтесь. Я, конечно, профессионал своего дела, но все же мне будет легче, если я буду видеть ваше тело, ища вам подходящее платье. И сколько вам лет? — раздраженно проговорили мне.

— Возраст данной леди знать необязательно, Эсмиральда, — послышался отдаленно голос лорда.

Голубоглазая раздраженно на меня посмотрела, держа в руках пару платьев. Под ее взглядом я начала снимать с себя платье. Когда я с этим закончила, Эсмеральда выругалась и отшвырнула платья в сторону.

Через четверть часа женщина все-таки дала мне платье, а после помогла зашнуровать его.

— Изумительно… Айнар! — очень громко крикнула Эсмеральда.

Мужчина появился на пороге практически сразу. Прошелся по мне пристальным оценивающим взглядом, а потом четко отчеканил свое «Нет».

— Ты издеваешься!? — взвизгнула брюнетка.

— Нет. Найди другое, — отрезал маг и ушел обратно.

Голубоглазая взбесилась. С рыком пошла куда-то, а после оттуда летели, как я полагаю, неподходящие платья, и застывали в нескольких сантиметрах над полом, не давая им упасть.

То же самое было и с моим платьем. Его подол был чуть поднят и не касался пола. Ясно было, что все это магия, но почему-то в голове закружился один вопрос… а что, если лечь на пол? Я также буду в нескольких сантиметрах от пола или все же буду лежать на нем?

Проверять я ничего не стала. Просто подумала о том, что подумает Эсмеральда, выйдя ко мне и застав меня в таком положении? Ничего хорошего точно. А еще сразу поймет, что я не леди и Айнар, по неизвестным даже мне причинам, солгал.

Эсмеральда вышла ко мне с тремя платьями в руках. Брюнетка помогла мне снять платье и одеть другое, которое не подходило по размеру… было больше. Потом меня нарядили во второе платье и женщина позвала снова громким криком лорда.

Лорд снова бросил на меня пристальный взгляд… Я не видела четко его лица, но была уверенна в его взгляде. А после он одобряюще кивнул.

Захотелось посмотреть на себя в зеркале, прям очень захотелось. Но Эсмеральда сказала Айнару уходить и начала снимать с меня платье, а после помогла с другим.

Это платье было очень удобным, очень-очень приятная ткань. А главное — легкая и воздушная, да и само платье было очень красивым.

— Леди Раддос… это платье точно на вас шили! Идеально! Просто идеально! — восторгалась голубоглазая и на ее восторги вышел сопровождающий меня маг.

И теперь он подошел ближе ко мне. Сложив руки на груди, он долго смотрел на меня, а потом попросил Эсмеральду провести меня к зеркалу.

Женщина взяла меня за руку и с восхищенной улыбкой повела меня быстро к зеркалу.

Отражение меня весьма удивило. Она была определенно права в том, что платье мне безумно шло! Но оно было очень торжественным, прям ну о-очень торжественным. Носить его мне просто негде было, и, разочаровавшись, я отошла от зеркала.

— Вам не нравится? — пискнула от возмущения и удивления брюнетка.

— Нет, оно прекрасное, но не для меня. Простите, понимаю, каких усилий вам стоит найти для меня хоть какое-нибудь платье, но вам придется поискать еще, — опустив глаза, ответила я.

— Леди, так, как оно сидит на вас, оно ни на ком так сидеть не будет! Все, абсолютно все мои платья сшиты в единственном экземпляре и это платье — самая настоящая находка! Даже некоторые почтенные и придворные леди специально садились на диеты, чтобы влезть в это платье, но… оно им никак не шло. И знаете, сколько было разочарований и даже слез!? Вы не можете его не взять. Просто не можете. Если дело в деньгах — я отдам вам его за полцены, потому что на вас, повторюсь, оно сидит просто изумительно! — уверила меня Эсмеральда.

К нам незаметно присоединился Айнар. Смотрел он на меня, это я знаю точно. Просто Эсмеральда стояла достаточно далеко от меня, на нее он смотреть просто не мог.

— Эсмеральда, заверни это платье тоже. Но найди леди Раддос более повседневное платье, — и после этих слов лорд круто повернулся и ушел.

Брюнетка улыбнулась. И сейчас она совсем не напоминала мне ту женщину, которая пыталась смирить меня взглядом и как-то унизить моими словами, бросив фразу о том, что она и лорд состояли или состоят в интимной связи. Она изменилась в моих глазах, перестав быть стервой и став доброй и простой.

Повседневное платье Эсмеральда искала долго. Много платьев мне не подходило, что откровенно раздражало крайне красивую женщину, но в итоге она подобрала то, что подошло бы мне и вкусам лорда.

Да-да, именно лорд оценивал подошедшие мне по размеру вещи, я себя в них не видела. Знаю только то, что сейчас стою в светло-голубом легком платье и на этом все.

— Леди останется в этом платье. Заверни еще второе повседневное, что показывала мне, — проговорил лорд и на сей раз никуда не уходил.

Эсмеральда щелкнула пальцами и этикетка пропала с моего платья, а на заброшенном вещами столе оказались три пакета.

— Номер счета знаешь. Спасибо, Эсмеральда, — поблагодарил мужчина брюнетку, и, взяв пакеты, а после меня за руку, направился к выходу, снимая охранные чары с палаты.

Я же просто успела благодарственно кивнуть Эсмеральде, та кивнула в ответ мне и пришлось практически бежать за лордом, ибо его быстрые шаги равнялись моему легкому бегу.

Что стало для меня весьма примечательным — туфли. Они были новыми, хотя прекрасно понимаю, что свои не снимала…

— Магия, Эрильда. Под платья подбираются подходящие туфли, — словно прочитав мои мысли, ответил без вопроса мужчина, идя уже медленнее.

Наверное, он понял, что я в туфлях и бегу, а еще то, что это весьма неудобно.

Всю дорогу до нашего транспорта мы хранили молчание. Полное, абсолютное молчание, от которого даже как-то неловко становилось, но и неловко было бы что-то сказать в таком замогильном молчании.

— Предлагаю телепорт. Сразу в поместье, — отчеканил маг, а я кивнула.

Открылся портал и снова лорд сделал жест, говорящий о том, что я должна пойти первой. И я шагнула в портал. Снова яркие краски окружили меня, а приземлившись на твердую поверхность я поняла, что меня снова поддерживают и то, что у меня снова кружится голова и перед глазами все та же пестрость.

1.6

Когда рябь покинула меня, я увидела, что мы находимся в просторной гостиной. У лестницы стояли лакеи, время от времени на горизонте появлялись горничные и остальные поселенцы поместья.

— И где мой начальник? — воодушевленно вопросила я и посмотрела на Айнара.

От удивления мои глаза широко распахнулись, а челюсть чуть на пол не грохнулась. Он был без облака. Черные глаза, смуглая кожа, темные волосы и острые черты лица. Ах да, заметив мою реакцию, лорд нахально так улыбался.

А я вдруг поняла, кто передо мной стоит. Лорд Эррдан! Представитель военной династии, участвующий во многих операциях.

— Вижу, вы меня узнали, Эрильда. Но все же я представлюсь, лорд Айнар Эррдан, — и после этих слов мужчина склонился и поцеловал меня в руку, явно наслаждаясь моей реакцией, ибо я все еще была в полнейшем шоке.

А я молчала. Молчала, потому что уже представлялась перед лордом. И теперь поняла, почему он не представился в Арбисе и маску только сейчас снял. Чтобы не сбежала! Ну какая секретарша может быть у военных лордов!? Это же бред!

— Вы меня обманули… — проговорила я настолько тихо, что голос мой практически превратился в шепот.

— Да, Эрильда, я вас обманул. У вас крайне интересные способности… магией вы не обладаете, нет, но… — на губах лорда Эррдана заиграла совсем недобрая улыбка, а после он продолжил, — вы уже видели, к чему приводят ваши прикосновения. Вы снимаете магию, леди Раддос. И не только прикосновениями… вы ведь иногда, если вглядываетесь на лицо под тем же самым Облаком, начинаете его видеть, верно?

И я была раздавлена его словами. Да, иногда я замечала за собой подобные вещи, но это было крайне редко. И в случае с Облаком я всегда думала, что маг сам желает, чтобы я увидела его глаза, или губы, а иногда и все лицо…

— Вы лаафи. Полукровка, но лаафи. И вы с вашими редкими способностями очень нужны мне, нужны нашему государству. Завтра приедет один лорд, с которым вам нужно будет отобедать и снять с него несколько заклинаний. Хотя бы ослабить их. И я вас отпущу с хорошим жалованьем! — проговорил лорд.

— Лорд Эррдан, в чем подвох? — напрямую спросила я.

— Ни в чем, леди Раддос. Все это исключительно ради нашего государства, — отчеканил он.

В гостиную через главную дверь вошла женщина. Военная женщина. Ее сразу выдала ее походка, внешний вид и выражение лица. Да и сама ее выправка говорила о ее принадлежности к военному сословию.

— Айнар, у меня мало времени. По стандарту. Кратко и по делу, — проговорила она, подходя к нам и снимая с себя белые перчатки.

Смотрю на ее форму и понимаю, что она — офицер. Но лицо ее мне не кажется знакомым, я никогда не читала о ней в газетах или журналах…

— Дейз, это леди Эрильда Раддос. Она полукровка, — с улыбкой сказал лорд.

— Айнар, ты меня конечно прости, но какое мне дело до полукровок? Ты издеваешься!? У нас идет полная подготовка к приезду Лархейда, а ты мне полукровок притаскиваешь! — бесилась темноволосая.

— Она лаафи, — кратко выдал темноволосый.

Женщина вмиг изменилась в лице и стала пристально меня разглядывать. Остановилась она на моих глазах и волосах, а потом гневно посмотрела на лорда Эррдана.

— Северянка? — прошипела эта самая Дэйзи.

— Да. Но не совсем на нее похожа, — ответил брюнет.

Женщина глубоко вздохнула и накинула на себя Облако.

— Покажите, что умеете, леди Раддос, — приказала мне леди.

И меня жутко взбесил ее приказ. Со времен моей работы в ресторане для лордов со мной в подобном тоне никто и никогда не разговаривал, а тут… Тут меня явно считали вторым сортом. И захотелось посмотреть ей в глаза.

Глаза ее оказались карими, а на губах перестала играть улыбка, когда я взглядом добралась до них.

— Невероятно… она действительно блокирует магию на выбранных ей участках, вот только не умеет держать на них фокус. Нужно ее научить многому. Айнар, ты хотел, чтобы она и Дален встретились? — спросила темноволосая.

Лорд, стоящий рядом со мной, кивнул.

* * *

— Главное помни — нужно снять заклинания с его рук и шеи. Делай это медленно, не как со мной, чтобы он не почувствовал этого! Все, иди. Сигнальный знак ты помнишь, — проговорила еще раз Дейзи и я отправилась в пункт назначения…

Пол ночи из меня делали «нормальную лаафи» из меня, недоучки такой. Бесило даже, но моего мнения никто не спрашивал, и, что-то подсказывает мне, даже если бы я выражала открытый протест — заставили бы. Ибо дело это, как я поняла, было ну очень-очень важным, как и том, с кем я должна была провернуть этот фокус со снятием защитных заклинаний.

Размалевали и меня одели так… на южный манер в общем-то было все. В зеркале я себя практически не узнавала. Красноватого оттенка волосы стали из-за какого-то спрея практически черными, кожа также стала темнее, а вот глаза при помощи линз из зеленых в карие превратились. Еще лиф платья был с таким количеством поролона… В общем, стояла передо мной вообще не я, а какая-то левая девица-южанка.

На каблуках я, слава богу, ходить умела, так что избежала той неловкости, как те девушки, которые толком ходить в этой обуви не умеют и запинаются через каждые три шага. Поэтому вполне уверенно двигаюсь между несколькими забитыми столиками и останавливаюсь у цели, читающей прессу.

Синеглазый поднял на меня голову, быстро, словно читая, прошелся по моему лицу и внешнему виду.

— Можно присесть с вами? — по сценарию неуверенно спросила я, оглядев переполненный зал.

Он молча отложил газету в сторону, обошел столик, отодвинул стул и жестом попросил сесть, потом задвинул стул вместе со мной.

Этого в плане не было, но по плану я чрезмерно скромная и стеснительная девица, поэтому смущенно улыбнулась и под нос поблагодарила за это лорда.

Через минуту к нам подбегает официант, ибо заметил новую гостью. Разумеется, это был «наш» человек, потому что тут официанты в лицо знают каждого.

— Новенький? — не отрывая взгляда от печатного издания, вопросила моя цель.

— Да, лорд Дален, — опустив голову, проговорил мужчина.

— Ясно. Другого официанта, — выдал сидящий передо мной мужчина и снова взял демонстративно в руки газету.

— Нет другого, — ответил тихо официант.

А я кивнула лорду, мол, нормально все и заученным текстом заказала то, чего хочу.

Но меня не прекращала смущать одна вещь… мне говорили, что на Далене будет Облако мощное… но его нет. Ни капли и так быстро, пусть я уже натренирована, я бы снять его не могла. Следовательно, этого Облака не было в помине. И защиты я на нем как таковой не чувствовала, немного на нем ее было.

Мне уже принесли еду, мирно сижу, кушаю и снимаю с него то, что на нем есть. По ощущениям — одно единственное заклинание… слабенькое очень, но раз сказали все снять с него — снимаю.

— Неожиданно, — проговорил мужчина, отложив в сторону газету и устремив взгляд своих синих глаз на меня.

Паника уже охватывала меня, но быстро подавив ее, я выгнула бровь и вопросительно смотрела на лорда. А тот смотрел с усмешкой на тонких губах, играл скулами и бесстыдно рассматривал все, что к взгляду его представлено.

— Лаафи. Замечательно, я ожидал пожирателя. Приятно, весьма приятно удивлен, но простите, я не могу вас оставить тут. Это можно счесть за нападение, — с улыбочкой нагленькой такой проговорили мне.

— Врете, — на выдохе ответила я, понимая степень свой обреченности, а рукой подавала знаки о спасении.

— Конечно вру. Кто в такое время отпустит лаафи? Только дураки. И не утруждайтесь, а то еще ногу не дай Бог вывихните, лечить придется потом, — неизвестно как, но Дален заметил мои сигналы для Айнара.

И тут лорд встает, отодвигает мой стул, протягивает мне руку, которую я, разумеется, отказываюсь брать. Может сейчас Айнар поймет, что все пошло совсем не по плану и вмешается.

— Выбора у вас все равно нет, либо вы встанете нормально, либо насильственным образом. Ко второму я прибегать никак не хочу, — выдал темноволосый и плохо что-то мне прям стало.

— Пожалуйста, — тихо-тихо проговорила я.

— Нужно было выбирать правильную сторону или не лезть вообще. Вы сделали неправильный выбор. Теперь у вас его нет. Вставайте, не вынуждайте меня поднимать вас. Магию многую, вы, несомненно, подавить сможете, но есть многие заклинания, которые вы не сможете впитать и, к тому же, физически я куда сильнее вас. Не вынуждайте меня пожалуйста, — уже твердо ответили мне.

Меня убьют? Точно убьют. Разве ради этого я так долго и упорно пыталась выжить? Да-да, именно выжить. У сирот мало привилегий и куда меньше открытых врат в лучшую жизнь. Все я выгрызала своими силами и чем я сейчас я закончу эту жизнь? Несправедливо.

— Выбора у меня не было. Мне его, как и вы, не предоставили и не собирались предоставлять, — прямо ответила я.

И после этого я встала и подошла к лорду Далену почти впритык. Меня ведут на смерть. А если уж умирать… то с честью умирать. В конце концов, выбора у меня нет и предоставлять его не собираются. И снова всем так жаль! Какие же сейчас лорды жалостливые, аж печенка моя радуется за них, легкие ёкают!

— Ступайте вперед, — кратко ответили мне и перед нами зажегся портал.

А я стою, смотрю на него. На человека, который подписал мне смертный договор и просит мирно меня пройти вперед, чтобы ускорить процесс жизни моей. Точнее, прервать его. И в глазах нет ничего. Совсем ни одной эмоции ни в глазах, ни на самом лице.

— Вперед, не заставляйте меня принуждать, — твердо проговорил лорд и я сделала пару шагов вперед.

1.7

Не было ни ряби, ни головокружения, как после тех порталов, что открывал Айнар. Но в голове повис вопль этого предавшего меня мага… Точнее, мага, который отдал на подписание Далену мой смертный приговор, который Дален, собственно, подписал крайне вежливо.

Оказалась я в огромной комнате, видимо, зал или холл какой-нибудь. Каменный пол, мраморная винтовая лестница, стены из черного камня, старинные картины и высокие окна с массивными шторами и тюлями. За окнами лил ливень, гремела гроза… хотя минуту назад было солнышко палящее, на ветра и намека не было… И вот стою я у этого окна в недоумении от стихийных явлений, за которыми ничего и разглядеть не представлялось возможности, а еще в недоумении от того, что еще не пришел мой палач.

— Девушка, что вы тут делаете? — раздался голос за спиной.

— Умираю, — с грустной улыбкой ответила я, повернувшись лицом к говорящей женщине.

Хотя женщиной назвать ее нельзя была. Девушка лет 25 на вид, светловолосая, но у нее имелась темная прядь волос и несколько светлее обычным волос. И убраны они в строгую прическу. Красивая девушка, наверное, жена лорда Далена. Светлая кожа, большие голубые глаза, небольшой нос, маленькие губы, аккуратные, но в то же время острые скулы. А в контраст были темные брови. Красивая она, в общем-то. И даже простенькое платье сидело на ней шикарно, лучше, чем самые шикарные на многих девушках. Я бы даже завидовать начала, но, увы, ждущие смерть не завидуют.

— А поконкретнее можно, — сделав несколько шагов ко мне, проговорила красавица.

— Лорды не дают выбора, а те, что не дали мне выбора — подписали мне смертный приговор, — ответила я, ухмыльнувшись.

И вот она стоит и рассматривает меня, сжимая и разжимая свою челюсть, кулачки…

— Элеонора! — крикнула она, повернув голову к лестнице.

С нее в тут же начала спускаться женщина лет 40. Прислуга наверное. Мыльце и канатик мне сейчас даст.

— Проводите девушку в ванную комнату, ей нужно смыть все то, что на ней намесили и дайте нормальную одежду, желательно, без корсета. Девочка точно устала от него, особенно так сильно он затянут, — дала указание красавица, от которого и у меня, и у прислуги челюсть на пол упала. — Элеонора, выполнять. Нужно успеть до возвращения Ганнарра. Быстро.

Железный тон, злой взгляд и прислуга, кивнув, покинула нас.

— Чтобы ты перестала на все смотреть, как в последний раз — ты сегодня не умрешь. И завтра. И послезавтра. Я позабочусь об этом. Почему ты здесь? Честно и кратко, времени мало, — подходя ближе, проговаривала она, продолжая на меня смотреть.

И когда она подошла ко мне еще поближе, я увидела, сколько на ней защитных заклинаний и неизвестных мне заклинаний. Но такие заклинания держатся только на магически одаренных, следовательно, она обладает магией, причем нехило ей обладает, или же имеет источник подпитки.

А я молчу, не отвечаю. Не хочу отвечать ничего вот и все.

— Скажи мне, — повторила она и я почувствовала выплеск магии.

Если верить ощущениям своим, она хотела применить заклинание правды, но вот незадача, я поглощаю магию.

— Дай мне спасти свою жизнь, — на выдохе проговорила незнакомка.

— Один лорд забрал меня из дома, не дал выбора и послал к Далену, чтобы обезвредить его. Не получилось. И Дален не дал мне выбора также, подписав словесно мой смертный договор. Все решено за меня, как видите, — ровно ответила я.

Светловолосая молчала, даже на меня не смотрела. Явно задумалась. С лестницы быстро спускалась Элеонора с еще двумя женщинами, сказали, что все готова и забрали меня.

Я оказалась в ванной, которую в жизни не видела. Большая, просто огромная ванная комната и в ней стоит просто гигантская ванна с бурлящей водой, но не обжигающей. Принюхавшись, я учуяла запахи трав и цветов, что объяснило немного странный цвет воды.

Я попросила оставить меня одну, а еще принести полотенца и во что я могу переодеться. Было неловко очень. Никогда такого не было у меня.

Вспомнив, сколько дряни на моих волосах, я сперва подошла к раковине и смыла большую часть с них. Отвратительно. А потом уже легла в ванну, расслабилась, вымыла волосы до конца, да и вообще все это с себя смыла. Светловолосая правильно подметила, что меня слишком сильно затянули в корсет… действительно ребра трещать стали, когда это орудие пыток покинуло мое тело. И если туфли мне казались удобными, но когда я их сняла… ну, бывало, конечно, и хуже, но болели они ужасно. Но когда они были на мне — ничего не болело и намека на это не было… Точно какая-нибудь магическая фигня на них, а мы, лаафи, не можем подавить магические вещи, не можем впитать всю их магию в себя. И вот результат — у меня ужасно болит все, но ванна помогла расслабиться.

Одежду мне принесли свободную и никаких туфель — балетки. Вот сейчас я ужасно благодарна той девушки, чьего имени я даже не знаю.

Стоило мне выйти, как я услышала крик: «Как я сказала — так и будет!», который принадлежал той красавице. А потом крик от Далена, чтобы меня привели к ним… и за мной пришли.

Увидев меня, лорд просто окаменел. Ни единой эмоции, кроме удивления, не было видно на его лице.

— Я же говорила тебе, что она не южанка. Она совсем не южанка и не солгала ни словом тебе. Где твоя внимательность, Ганнарр? — тихо проговорила девушка, подойдя ближе к мужчине и положив свои ладошки на его плечо.

— Линда, лично выбери ей комнату в башне. Элеонора, подготовьте покои, которые выберет Линда, — ровно проговорил Дален, продолжая дырявить меня своим взглядом.

И все ушли. И мне уйти захотелось… не хочу с ним оставаться, но, опять же, выбора мне не дает никто.

— Вы не убьете меня? — спросила я то, что волновало меня, по сути, больше всего.

— Нет, — кратко ответили мне.

— А домой отпустите? — спросила снова я.

— Ни в коем случае, — снова ответили мне и отмерли, подошли чуть ближе. — Сделаем акцент на обучении. Лаафи слишком редки, чтобы их убивать.

И я задумалась. Он точно убивать меня собирался, у меня не маразм! И вид его, и взгляд извиняющийся. И крик «Элеонора, приведите ее сюда!» говорил совсем не о том, что меня обучать хотят.

— Ага, только вы сделали пару минут назад данный выбор. А вот до этого были намерены убить, — ухмыльнулась я. И пусть только попробует солгать на этот счет!

— Если бы я убил вас — я бы оказал вам великую милость. Вы предстали передо мной южанкой с редкими способностями. Если бы вы провалили задание — вас бы убили. Если бы выполнили — вас бы убили. Слишком секретное ваше задание было. Или бы не убили, но вы сами бы думали о том, что лучше бы вас убили. А тут бы вас убили другие, но не сейчас. Благодарите Линду за то, что она заметила то, чего не заметил я. Иначе вас бы уже как минимум пять минут в списке живых не числилось, — твердо ответили мне, резко развернулись и ушли к окну.

Вот только после его слов вообще Линду благодарить не хотелось. Подохнуть — да, благодарить — нет. Жить и обучаться тут… и домой меня не вернут. Ад. Самый настоящий.

— Так, девочка моя, пошли я покажу тебе твои комнаты, а потом дам пару платьев. А завтра мы сходим и купим тебе еще платьев, хорошо? Хорошо, — таща меня наверх, проговаривала Линда.

— Ага, только за твой счет иди покупать себе одежду, Линда, — отозвался лорд Дален.

— Не-а, за твой счет. Ты такой девочке моральный ущерб причинил, да и мне! Орал! Маме твоей все расскажу! — прокричала сладеньким голоском светловолосая и потащила меня дальше.

А я обернулась на лорда. Стоит, руки на груди сложил и смотрит на нас с легкой улыбочкой на лице… головой покачивает немного.

Красивая они пара. Такие разные… но такие одинаковые. Она миниатюрная, светловолосая, ужасно красивая, с одной стороны миловидная, но с другой даже стервозная. И он. Темноволосый, с небесными глазами, резкими чертами лица… но в то же время какими-то мягкими. Даже не знаю, как объяснить это. И сам он высокий, широкоплечий. Эх, детки бы были у них красивые.

В голове почему-то возникла девочка с черными волосами, большими голубыми глазами, пухлыми губами и резкими, как у лорда Далена, скулами. А сама она миниатюрненькая, как Линда. Дивный ребенок.

— Спасибо, — тихо проговорила я, когда мы уже шли по длинному коридору.

Светловолосая же лишь улыбнулась мне в ответ и пошла дальше.

— Но почему вы это сделали? — спросила все же я.

— Потому что знаю, какой Ганнарр сейчас придурок. Прости меня, но кто же в такое время будет раскидываться лаафи? Только дураки, что продемонстрировал Айнар Эррдан. Кинул лаафи-недоучку а потом орал, а-ля вернуть тебя должны. Он не хотел тебя оставлять, просто знай это. Он тебя не бросил, но не хочу, чтобы ты подпитывала свои розовые мечты о вашем дальнейшем будущем. Мы не Эррдан и не совершаем таких проступков, прости. Это он подписал смертный приговор для вашего будущего. Мне жаль. Но он жив, я уговорила Ганнарра не убивать его и даже не заключать в тюрьму, — проговорила тихо Линда.

Значит, она подумала, как, в общем-то, и Дален, что мы с Айнаром любовнички… весело, но, возможно, мне это даже на руку. Наложу на себя руки и скажу, что это во имя любви!

И на очередном повороте в глаза мне бросился шрам девушки… На щеке. Маленький-маленький, едва заметный и ничуть не портил ее внешность.

Многим девушкам не нравится, что у них на лице есть родинки и бегут их удалять, а тут… шов и, вроде как, она даже не собирается его убирать. И даже никак его не скрывает, вообще никак. Значит, достаточно уверенная в себе девушка, не боящаяся общественного мнения.

— Так, вот твои покои. Быстренько осмотришь или сразу пойдем одежду выбирать? А то тебе даже переночевать не в чем будет, — проговорила, остановившись у двери, Линда.

В смысле переночевать!? Утро же было… точно утро было! Мы за завтраком встретились с Даленом…

— А который час? — спросила, совладав с шоком, я.

— Почти семь. Скоро ужин подадут, так что нужно поторопиться, — ответила светловолосая.

Как такое может быть!? Может, я вырубалась, поэтому не было ни ряби, ни головокружения!? Быть не может. Еще и ливень этот…

— Пошлите за одеждой, — протараторила я.

* * *

За ужином на меня максимально старались не обращать внимания. Вообще никакого. Да и сам лорд Дален не в духе был, поэтому быстро поел, что-то сказал Линде и смылся из столовой.

— Очень некрасиво. Я не представилась. Меня зовут Линда. Ну, ты уже это знаешь, но все же я представилась, — представилась светловолосая, когда служанки нам разливали чай.

— А меня зовут Эрильда. Приятно познакомиться, — улыбнувшись, проговорила я.

И снова с ее губ лишь слетела улыбка. На этом все.

— Завтра с утра вы с Ганнерром отправитесь делать тебе документы, а потом мы пообедаем и мы пойдем с тобой по магазинам. И город тебе покажу, другая страна как никак, интересно все должно быть, — оповестила меня магиня и я чаем поперхнулась.

— Другая страна!? Что? — сразу спросила я, продолжая кашлять.

— Ой, а ты не знала? Неловко получилось, — с удивленно поднятыми бровями проговорила Линда.

И повисла мертвая тишина. В смысле другая страна? В смысле!? Лучше бы я ушла работать к Альфредо и никогда-никогда не встретила Айнара… Никогда-никогда! На что он, козел, меня отправил?! Другая страна, в которой я еще более никто, чем в своей родной стране.

* * *

Мне совсем не спалось. Прям совсем-совсем, поэтому я сидела у окна в кресле качалке и смотрела на полную Луну… а потом на ее отражение в воде. И вот сейчас передо мной изумительный такой пейзаж. С одной стороны зеленые горы, массивный лес, а с другой — море вроде. Или до ужаса огромное озеро, в котором отражалась Луна. И если бы до этого я подумала бы, что этот вид прекрасен — то сейчас, зная, что я нахожусь не в своей стране, а вообще непонятно где, тоскливо было и красоты в этом я не видела вообще. Домой хочу.

Чувствую себя канарейкой в клетке. Меня также используют в своих целях, на которые мне по барабану и не дают выбора, свободы. Меня держат лишь для своих целей и видят во мне лишь средство их достижения, ничего больше. Иногда кажется, что даже человека во мне не видят, а сама я — немая, ибо никто меня не слышит или же просто отказывается меня слышать.

— Ты не можешь так поступить! Верни ее домой! — кричала Линда.

Она кричала, да… но доносилось до меня это мега-тихим звуком, но поскольку у меня было также мега-тихо, я слышала прекрасно ее слова. Как и четкое «Нет» лорда Далена.

— Она же девочка…. Такая молоденькая девочка! Ей еще жить и жить, наслаждаться жизнью, а ты ее в раз хочешь всего этого лишить! — снова подала голос красавица.

И что в ответ ответил Дален? Правильно, снова его короткое, но весьма четкое и понятное «Нет».

— Ганнарр, я прошу тебя, — уже в разы тише попросила Линда.

Это заставило меня усмехнуться. Было ясно, что меня никто никуда не отпустит и отпускать не собирается. Но вот я была немного удивлена, что не прозвучало третье «Нет» от лица лорда.

— Линда, просто подумай. Покушение на меня, от части, является государственной тайной. Я чуть-чуть навел справки о ней, после того, как выяснилось, что она не южанка… Она сирота. Ее или казнят по-тихому, или также по-тихому куда-нибудь подальше посадят. Никто не вступится, да и никому не дадут. Вопрос закрыт, — а после этих слов раздался хлопок двери.

1.8

А потом совершенно неожиданно для меня ворвались в мою комнату, крикнули «Быстро спать!», взмахом руки светильник погасили… Но спать мне не хотелось совершенно, а светильник не хотел включаться никак. Ну ничего, значит так посижу, посмотрю на окрестности своей личной тюрьмы, в которую я попала по своей наивности.

В голове все кричало: «Нужно выбираться», но в чем был прав лорд Дален, так это в том, что домой мне пути нет точно. А куда мне идти, если не домой? Некуда. Совершенно некуда. Просто сбежать — тоже глупость. Могут и убить, да и я совсем ничего не знаю, без документов даже… В общем, в ужасном я положении нахожусь и совсем ничего не могу с этим поделать. Вот она безысходность.

Самое удивительное началось, когда начало восходить солнце… Оно восходило у моря. Да-да, сейчас было совершенно понятно, что это было море. Облака порозовели, где-то покраснели, а где-то вовсе стали фиолетовыми. Очень красиво… особенно с сочетанием гор. Никогда в жизни такого не видела.

На губы произвольно налетела грустная усмешка — снова горы. Сперва я там увидела Айнара, что принесло немалые неприятности, а сейчас моя «тюрьма» была также у гор, что тоже счастья и радости никак не приносит. Тогда я наблюдала за закатом, а сейчас за рассветом… Тогда с Фредо, а сейчас совсем одна.

Обида на друга засела там, глубоко внутри меня, но если бы он сейчас был бы со мной — я бы не просто чувствовала себя лучше, а готова была дальше жить. Как ни крути, Альфредо не чужой для меня человек и уже пришли в голову мысли о том, что Айнар какое-нибудь заклинание на него наложил, чтобы я уехала с ним, чтобы доверяла ему… Доверилась на свою голову!

Сейчас я отчетливо разглядела дорогу к этому замку. Она была небольшой, вымощенной, кажется, белым камнем.

И только сейчас я задумалась над одной вещью… конечно, я думала о ней и раньше, но почему-то решила забить на нее, но сейчас… Зачем понадобилось убирать лорда Далена? Явно тут не личная грызня была, а конфликт имел политический характер, ибо лорд Эррдан — политический деятель, да еще и человек военный, пусть и в недалеком прошлом. Про «хозяина моей тюрьмы» я ничего не знала, совсем ничего. Хотя нет… у него есть свой замок, есть невеста и само его звание — лорд, говорит о его принадлежность к древним, сильным родам, магически одаренным. Его магическую одаренность я уже имела честь увидеть — то, с какой легкостью он открыл портал поражало. А еще подозреваю, что яркие вспышки перед глазами после перемещения не говорят о высоком уровне владения заклинанием перемещения. Так вот, с лордом Даленом подобного не было. Ни единой вспышки в глазах у меня не было, и равновесие я не теряла.

Резко в мое окно забарабанила птица и я открыла форточку, когда увидела, что к ней что-то привязано.

Птица спокойно далась мне в руки, даже подождала, пока я прочитаю и отвечу… Это было очень неожиданно. Написал мне никто иной, как Айнар. Видимо, совесть его замучила!

«Эрильда, мне очень жаль, что все так произошло. Этого гад наложил пару-тройку заклинаний и все мы думали практически до последнего, что вы сидели и мирно беседовали. Я не успел прийти и сделать все, чтобы вас не забирали: вы уже шагнули в портал.

Не переживайте ни о чем, скоро будет возвращение на родину. У вас на этот раз будет ВЫБОР. Либо вы живете своей обычной жизнью в Арбисе, я не только верну вам работу, но и предоставлю новую, более оплачиваемую и с более комфортными условиями. Оплачу любой моральный ущерб. Либо вы можете отправиться куда угодно обучаться магии, у вас очень редкой и магический дар (это также будет все оплачено, гарантирована стипендия и место для жилья, вы будете снабжены необходимыми для учебы и повседневной жизни вещами, будете иметь ВЫБОР устройства на работу).

Еще раз глубоко извиняюсь за просчет меня и моих людей, за который поплатились вы. Через несколько дней за вами прибудут, потерпите пожалуйста. Также попрошу хотя бы что-то ответить, ибо очень важно знать, получили ли вы это письмо.

Лорд Айнар Эррдан»

Что ответить на это я не знала, но была ужасно рада! Петь хотелось от этой новости!

Написав о том, что я очень польщена заботой о себе и буду ждать, когда снова вернусь в свою страну, я прикрепила обратно к птице обрубочек карандаша и листок. Она улетела и я закрыла форточку, теперь уже любуясь видом за окном. От прекрасен с учетом того, что видеть мне его осталось недолго!

И вот теперь я решила прилечь хоть немного поспать. Как показывали часы, сейчас пять утра. И стоило мне лечь на эту удивительно мягкую и удобную кровать, как я уснула.

* * *

В мои двери тихо постучали, но я, думая, что мне показалось, снова прикрыла глаза и начала погружаться в сон. Через некоторое время ко мне подошли и аккуратно коснулись плеча.

— Эрильда, вставааай, — тихонько протянула Линда.

Хорошая она, даже очень… Но вот мне стало вдруг интересно, сколько ей лет. Маги, как ни крути, и стареют позже, и долгожители.

— Давай-давай. Собирайся и спускайся вниз. Позавтракаем и отправитесь документы делать. Вставааай, — заботливо проговорила она своим мягким голосом, поглаживая меня по плечу, а убедившись, что я проснулась — ушла.

Открыв глаза и чуть приподнявшись я посмотрела на время. Поспала я четыре часа… собственно, ничего особенного, поэтому я встала, пошла в ванную комнату, которая прилегала к моей спальне. А вот у зеркала я удивилась — не было ни синяков, ни мешков под глазами. Замечательно просто.

* * *

После завтрака мы с лордом Даленом отправились порталом документы мне делать. Еще раз обрадовалась, что меня скоро заберут. Нет, тут было, возможно, даже лучше, чем у нас в стране, но все такое чужое для меня, непривычное.

— Сколько тебе лет!? — выкрикнул лорд Дален, когда я заполняла заявления.

— А что вас смущает в моем возрасте? — задала прямой вопрос я, даже не оборачиваясь на мужчину.

— Бессовестность тех, кто приказал вам меня, так сказать, обезоружить. Это насколько тупыми и безответственными нужно быть, — твердо отрезал брюнет.

Спрашивать я ничего и не хотела. Больно надо мне это, все равно скоро свинчу отсюда подальше.

Документы сделали очень быстро, заговаривая все лестными словами зубы лорду Далену. Любили или боялись, почитали или беспрекословно подчинялись — вот что непонятно в данной ситуации, но и это меня не особо и волнует.

* * *

Вернулись мы уже с документами. По сути дела, за все те два с половиной часа, что мы вместе завтракали и делали все нужные документы — мы почти не контактировали с мужчиной. За завтраком он сказал «Доброе утро», потом сказал «Как поешь — выходи в холл, буду там себя ждать», а потом «Сколько тебе лет» и реплику на тему того, что мои «наемники» тупые. Ах да, как же я забыла, еще из его уст вылетело «Еще нужно сделать один документ», когда я спросила, долго ли мы еще все делать будем.

— А я думала вы прям к обеду освободитесь! Быстро вы однако, — проговорила Линда, спускаясь к нам.

Лорд Дален просто ушел. Молча. Даже не обернувшись. Просто увидел Линду и ушел, как обиженный котенок.

— Обижается. Пусть, — ответила на мой вопросительный и непонимающий взгляд светловолосая.

Я также непонимающе посмотрела на нее, а Линда засмеялась и кинула на лестницу.

Мы вместе прошли в мою комнату. Она, как оказалось, уже принесла мне другое платье, которое я, собственно, сейчас переодевала.

— Сколько тебе лет!? Серьезно!? — раздался ор из моей спальни.

— Да, серьезно. А что не так? — стало спросила я.

— Милая, ты переодевайся, я сейчас приду! — проговорила Линда и хлопнула дверь.

А потом раздался ее крик на этаж выше или ниже.

— Не издевайся над девочкой! Отдай ее! Замолви слово и верни на родину! — собственно, кричала Линда.

Ну а лорд Дален не отличался кажется оригинальностью и снова из его уст вырвалось громкое, четкое и единственное «Нет». В общем-то, неудивительно. И как же хорошо, что меня скоро заберут отсюда.

— Не издевайся над девочкой. Ты не посмеешь сломать ей жизнь! Ты можешь замолвить слово и ее никто никогда не тронет в ее стране! — снова срывала голос Линда.

Это у меня вызвало почему-то улыбку… грустную такую. За меня редко заступались, а вот так еще никто за меня не заступался, не защищал и интересы не отстаивал мои. Это всегда делала я. И заботилась о себе практически всегда только я. Другого выбора у меня просто никогда не было. С самого детства ни единого права на выбор. Нравится музыка? — Нет! Нравится пение — Нет! Что-то еще нравится? — Категоричное нет! Мне всегда говорили, что нужно, не давая выбора. Только я сама себе его предоставляла, никто другой, даже Альфредо его, по сути дела, не предоставлял.

Хотя было такое… мне его предоставляла тетя Стиси, но с ней я уже не виделась слишком, чрезмерно давно. Она, наверное, уже забыла меня… Но не буду думать о грустном. Скоро же я вернусь и у меня снова будет право выбора!

Выбор я, кстати, уже сделала. Думала я достаточно долго… но выбрала обычную жизнь. Конечно перспектива обучаться магии, овладеть свои редким даром и устроиться на хорошо оплачиваемую работу, на которой об меня не будут вытирать ноги — тоже довольно-таки хорошо, но с другой стороны… нафиг мне не сдался этот дар! Из-за него все это в моей скучной, однообразной жизни и произошло. И я сейчас не жалуюсь, сейчас я поняла, что скука и однообразие — это своего рода стабильность. Сейчас этого нет вообще, а о стабильности и речи идти не может.

— Линда, я, если ты не забыла, покинул дом в 16 лет. Ушел учиться, потом еще раз учиться, потом еще раз учиться. Посмотри на меня сейчас. Я был еще ребенком, да, но это не помешало мне откинуть все детские и идти к далеко не детским целям. Ей немного за 20 и для обычного человека это вполне нормально, — проговорил лорд Дален.

К его словам мне пришлось прям прислушиваться-прислушиваться, ибо голос у него был громким, но все же слышно было не так уж и хорошо. Потом я поняла, что говорят они сверху. Прямо сверху меня.

— Она не человек, как ты уже знаешь, а лаафи! Она еще так молода и юна, не порть ей жизни, слышишь!? Да, Ганнарр, ты очень многого добился, наш род снова возродил, молодец. Я горжусь тобой. Но это были твои цели и только твои, это была твоя жизнь, которую тебе никто не ломал. А ты этой девочке сломаешь жизнь, как ты этого не понимаешь!? — взвизгнула светловолосая.

Что говорил лорд Даллен — я не слышала. Точнее обрывками, очень-очень короткими, несвязными. Но все, что я поняла — Линда плачет. Самой почему-то заплакать захотелось…

Переодевшись, я села перед зеркалом и почему-то в голову пришла мысль: сколько лет лорду Ганнарру Далену?

Судя по его рассказу, из дома он ушел в 16 лет, три раза учился… а каждая учеба это как минимум три года. Значит, ему как минимум 25 лет. Но все внутри мне говорит о том, что он намного старше, ибо и Линда, и он считают меня ребенком.

— Так, хорошо, а теперь пошли обедать и за покупками! — натянув веселую улыбку на лицо, проговорила Линда, вошедшая в мои комнаты.

— Линда… что случилось? — спросила я, тревожно глядя на нее, точнее в ее заплаканные глаза.

— Немного с Ганнарром повздорили, у нас такое бывает, но ты об этом даже не думай, — уже с настоящей улыбкой ответили мне.

Стало паршиво. Они пара и ругаются из-за меня.

— Линда… я слышала некоторые фрагменты вашей беседы и не хочу, чтобы ты со своим возлюбленным так говорила, и… — и меня перебили.

— С кем!? — вскликнула Линда, а потом засмеялась… смех ее был до слез, а потом она начала объяснять. — Ну ты конечно даешь, ха-ха-ха, чтобы я и с ним!? Никогда в жизни, ха-ха-ха, он мой брат, Эри.

А вот теперь стыдно стало. Я аж покраснела от сказанных мною слов. Но как я могла предположить, что они брат и сестра!? Они же совершенно не похожи друг на друга, прям совсем-совсем.

И вот я иду, красная как помидор, и все еще смеющаяся белокурая рядом в столовую, где нас уже ждал мрачный лорд Дален.

1.9

Линда просто затаскала меня по магазинам. Признаться, я не любительница часами зависать в магазинах одежды, обуви, разных украшений и сумочек… может, просто мне никогда не доводилось часами зависать в этих магазинах и всегда было время на более продуктивные дела, чем уйму времени проводить в этих самых магазинах.

— А давай уже уйдем из магазинов, а? А то я устала, — простонала уставшая я.

Летящая впереди меня белокурая резко остановилась и как-то зло-недоуменно смотреть на меня начала.

— Как это все? Мы же так много еще с тобой не успели! — недоумевала она.

— Линда, я устала. К тому же я явно не для шоппинга, прости, — уныло ответила я.

Она покачала лишь головой укоризненно, но все же открыла портал, после прохода в который меня покачивать хорошо так начало… Кажется, мои умозаключения о силе лорда Далена правдой оказались… и несколько ярких вспышек в глазах было у меня, а вот Линда не шаталась, да и видела все нормально вроде как… как Айнар.

Переместились мы в мои комнаты и как только я обрела равновесие — так и потеряла его снова.

В комнату вбежал разъяренный лорд Дален с какими-то бумагами в руках.

— Бессовестный! — рыкнула на него сразу Линда, подойдя на шаг ближе, сложив руки на груди и прикрыв меня.

— Эрильда, за мной. Живо, — проговорил злобно он, резко развернулся и ушел, не обращая совершенно никакого внимания на Линду.

А я просто плюхнулась на кресло… и что это сейчас такое было? Убьет. Точно убьет, нутром чувствую. Что-то я слишком часто начала о смерти своей скорой думать. Чертовы лорды!

— Эри, не переживай. Вместе пойдем. Вставай, — проговаривала отрезками светловолосая.

Спустившись к кабинету лорда, я поймала себя на мысли, что очень, ну прям о-о-очень не хочу туда заходить, да и разговаривать с этим мужчиной не хочется особо, особенно в данном распоряжении духа… Но Линда взяла меня за руку, с помощью магии открыла дверь и величественно так, с ровной спиной, медленными, плавными и в то же время жесткими шагами вошла в кабинет брата.

Причину данного поведения я поняла, как только вошла внутрь. Там был далеко не только лорд Дален, там был и Айнар… и много незнакомых мне людей. И все они мрачно сидели в не менее мрачном кабинете, за мрачным круглым столом.

— Добрый день, леди Дален-Экрисат. Спасибо, что довели до нас Эрильду Раддос, — ядовито улыбаясь и говоря слащаво-язвительно произнес неизвестный мне мужчина лет так 50.

— И вам дней долгих, лорд Кэрисалл. И перестаньте вы слухи слушать, не при вашем положении из в корзинку собирать. — Не менее слащаво-язвительно ответила Линда, взяв меня мягко за руку и ведя дальше, к столу.

За столом был всего один свободный стул. Линда хмыкнула, щелчок пальцами, показательный такой и рядом с ней образовался еще один стул, который она пододвинула ближе к моему и чуть надавила на плечо, говоря этим жестом о том, что мне нужно сесть, а после она села и сама на стул, стоящий рядом.

А я все думала… что меня удивило в словах этого лорда Кэрисалла? Что-то непонятное там было явно, точнее… удивительное!

— Ну что вы, я верю своему правителю… леди Дален-Экрисат. Не утолите ли вы наше любопытство, что вы ответили на вопрос всей вашей жизни? — снова подал голос мужчина с сединой на висках.

И теперь я поняла, что меня смутило! Экрисат! Фамилия правящего рода в Виригаде. Значит вот где я…. А лорд Дален не зря пресекал тех государственных служащих за то, что те начали говорить о стране… я не должна была знать где я! Ибо могла сказать лишь то, что не хочу быть гражданкой этой страны и не стала бы ей, меня бы отправили обратно! Умно, но все же…

— Вот и спросите у правителя мой ответ на вопрос всей моей жизни, — на «отвали» ответила сестра лорда Далена.

— Боюсь, мои сведения могут быть устарелыми и попрошу у вас прощения заранее, если не так к вам обращусь, но леди Дален, не могли бы вы покинуть сию комнату? Тут важное совещание проходит, — теперь подал голос Айнар.

— Не могу, лорд Эррдан, — хмыкнув, ответила Линда.

Шок отражался на лицах всех присутствующих, кроме лорда Далена. На нем ни отображалось вообще ничего, спокойствие и все. Ни единой эмоции. В общем, как всегда.

— Линда, выйди. Тут собрались представители заинтересованных в одной персоне стран, — спокойно произнес темноволосый мужчина, смотря на свою сестру.

— Хм… Мое герцогство тоже заинтересованно в данной персоне. Жаль, что я не получила никакого приглашения на данное совещание, но я все же тут, — ответила Линда.

И тут я начала все понимать… Ну, возможно, и не все, но уже больше.

Лорд Дален знал, что его сестра пойдет со мной. То, что он сейчас произнес — это не просьба уйти, а напоминание о том, что… что она является герцогиней! Из предыдущего можно понять, что присутствие сестры важно на данный момент лорду Далену.

И я приняла одно умное решение: буду все запоминать. Точнее, к именам, что будут произнесены. Конечно, в политике я ноль, но фамилии правителей многих стран я все же знаю. И некоторые личности у меня на слуху, мой бывший начальник часто говорил с Нойером и Крисом о политике и я все слышала.

А еще я поняла, что все они говорят с контекстом, абсолютно все.

— Ну хорошо. Тогда начнем. — Заговорил какой-то старикашка по левую руку от Айнара.

И его лицо мне было знакомо, даже очень знакомо. Это лорд Марволио Идикард! Правитель государства, дружественного с нашим — Караффа! Маленькое, богатое государство, которое не имеет права иметь многочисленную, сильную армию (просто в своем прошлом участвовал Карафф во многих войнах, в одной мировой войне и в последней одержал полный крах, после которого этой стране, собственно, и нельзя иметь достойную армию).

— Лорд Дален забрал насильно Эрильду Раддос из ее страны и удерживает насильно в своем замке! Ее нужно вернуть на родину, она не какая-то вещь, которую можно забрать, она — человек и имеет право на все дозволенные ей свободы! — выдал Айнар.

— Нет. Эррдан, мне стоит напомнить вам, как сия особа оказалась у меня в замке, когда каждый, кто угрожает жизни государственно важному и знатному аристократу, приговорен к моментальной смерти? К тому же любой аристократ бы так и поступил, ведь, как там говорится, никто не смеет покушаться на их жизнь, когда те не на поле боя и не на дуэли, поединке? Так вот, госпожа Раддос не вернется с вами и на этом точка. Я боюсь отдавать молодую, слишком молодую и наивную девушку в ваши руки, ведь именно вы ее отправили на верную гибель, — спокойно, но в то же время твердо отчеканил лорд Дален.

— Ну что же, продемонстрируйте нам еще раз, лорд Дален, вашу благородность и отпустите эту наивную девушку домой, к своей семье, друзьям, близким! — выдал на сей раз довольно-таки молодой мужчина с ярко-рыжими волосами.

— Не думаете ли вы, лорд Горисанд, что благородство — это не то, что нужно показывать раз за разом, как классические спектакли в театрах? — подала на сей раз голос Линда.

— Леди Дален, а вы вообще должны понимать госпожу Раддос как никто другой! Вы же понимаете, что ваш брат насильно забрал ее из страны и поселил в своем замке. Спросите себя о том, чего бы вы сами на ее месте предпочли и скажите мне, где госпоже Раддос будет лучше? — снова заговорил Айнар.

А я впервые за несколько дней задумалась… а хочу ли я обратно? Меня ведь совсем ничего не держит. Даже в Арбисе теперь у меня нет совершенно ничего. Да, мне обещают и дадут все, что мне нужно будет, включая жилище и хорошую работу, но… оно мне надо?

Я же, по сути, могу остаться тут… да, в другой стране, но… Меня там совсем ничего не держит! Совсем-совсем ничего! А тут есть Линда. Ко мне никогда никто не относился так, как она относится ко мне. Даже сейчас она сидит и пытается оставить меня тут не из-за того, что я лаафи. Хотя… кто ее знает? Может, она и хочет, чтобы я вернулась. Не зря же она со своим братом всегда ругается по этому поводу.

И теперь стало грустно. Очень грустно, потому что сейчас я не понимаю вообще ничего. Хотя нет. Сейчас я поняла одну вещь… я не хочу, чтобы нас с Линдой разлучили.

— Госпожу Раддос нужно вернуть на родину. Никто не ставит под сомнение ваше благородство, лорд Дален, и это ставит вас выше в моих глазах, но не рушьте жизнь этой девочке. Она так молода… но так много упало на ее плечи. Отпустите ее, дайте ей свободно жить. Она не вещь, которую можно забрать себе или купить, она — человек. Ее нельзя запереть, как птичку в клетку. Людям нужна свобода. Вспомните себя в молодости. Я вас помню… вы же снова сделали свой род могущественным, вы его буквально с колен и черты бедности подняли. И все из-за ваших усилий и из-за того, что вы хотели свободы. Мы же встречались с вами… если я не ошибаюсь, то 20 лет назад. И я видел мальчишку с целью, слишком уверенным и стойким для своего положения и возраста, слишком целеустремленным. Вы и тогда были благородным и никогда не подчинялись, даже когда были в военной академии. Свобода — вот ключевое слово во всей моей речи. Что вы, что ваша сестра… вы же хотели, жаждали свободы! Не обрубай крылья Эрильде, Ганнарр. Просто вспомни о себе в молодости и прими правильное решение. Об этом я тебя прошу как твой друг, — это проговорил человек, которого я вовсе не ожидала увидеть тут! Это был Томас Аргест!

И как ЕГО я не заметила сразу? Он отличался от всех присутствующих здесь. Он очень высок и только сейчас я заметила, как он выделяется на фоне остальных даже в сидячем положении; у него длинные, ближе к пепельному цвету волосы, собранные в тугой хвост на затылке и разные по цвету глаза. Один черный, а второй голубой. Он — герой войны, он — знаменитая личность во всем мире! Его знают и боятся все. Лорду Аргесту, насколько я знаю, чуть больше восьмидесяти лет, в 20 лет он пошел на войну, несмотря на мать, которая отговаривала его и не пускала два прошедших от войны года. И тогда мир увидел амбициозного, харизматичного, расчетливого, уверенного Томаса Аргеста. Он за год из рядового солдата стал маршалом и самолично убил Кристофера фон Льока, закончив тем самым войну.

Ему предлагали встать во главу многих государств, но он не согласился ни но одно предложение, вернулся к матери… вернулся не господином Аргестом, а лордом, а если точнее, то наисветлейшим лордом Аргестом (позже его стали называть наитемнейшим, но это после того, как он открыл свою академию на небольшом острове, который отдали в его распоряжении).

И лорд Аргест является другом лорда Далена! И он пришел, чтобы попросить вернуть меня… Кажется, можно идти поковать вещи!

— Прости меня, Томас. Мы с тобой можем поговорить позже, но мой ответ «нет». На этом точка. Если кто-то еще хочет сказать о том, что госпоже Раддос нужно вернуться обратно — мой ответ также будет отрицательным, это будет пустой тратой времени, — и вот сейчас взгляд темноволосого стал откровенно злым.

— Как вы понимаете, лорд Дален, почти все в совете за то, чтобы вернуть госпожу Раддос на ее Родину. У вас не остается выбора, — поднявшись, проговорил лорд Идикард.

— Прости, Ганнарр, так будет правильно, — тихо, очень тихо проговорил Томас Аргест.

Холодок прошелся по коже, когда увидела улыбку на лице Айнара. Не хочу домой! Не хочу! Хочу остаться тут!

— Нет! — завизжала Линда, также вскочив со стула и поставив обе руки на стол, оглядывая всех ненавистным взглядом.

— Ну что же вы, леди Дален, где ваша сдержанность и хладнокровие, которое вам все приписывают? — снова начал язвить лорд Кэрисалл.

Айнар встал из-за стола и начал подходить ко мне. Когда нас разделало всего три его шага — перед ним вспыхнуло синее пламя. Как я поняла, его создала Линда. Высокое такое, и лорд Эррдан очень хотел его усмирить, но языки пламени заменялись один за другим.

— Хватит детского сада! — повысил голос лорд Идикард и начал помогать Айнару усмирять пламя, а потом к нему присоединился и тот рыжий.

Линда не сдавалась. Пламя было не таким высоким, как в начале, но все же внушительным. И я вспомнила… Я лаафи! Чертова лаафи!

И сразу я начала оглядывать этих старающихся! Самым сильным оказался Айнар и лорд Идикард. И я медленно начала высасывать из них эти силы, точнее, забирала я их у всех, кто пытался потушить пламя, но из них в большем количестве.

— У лотоса не бывает огненных цветов, — сказал Томас Аргест и пламя моментально потухло.

И тогда Линда начала пуляться в Айнара Эррдана огненными шарами, кидала в него разряды молний, но все это он тушил. Хотя… с моими усилиями у него зажглась рубашка, но он ее моментально потушил. Не могу я блокировать быстрые выбросы магии! И тут Линда резко подняла меня, отвела на пару шагов, поставила за себя и образовала водную стену вокруг нас. Она была почти непроницаемой… И через пару минут непрерывной атаки на нее у светловолосой начали подкашиваться ноги.

— Линда… не надо. Лучше отдай меня, Линда… — тихо попросила я, придерживая ее.

— Нет! — прорычала она сделала резкий выброс магии, после чего практически завалилась от бессилия на меня.

Я закрыла глаза, в которых начинали скапливаться слезы. Открыла и сквозь эту водную стену, яркие удары увидела всех, кто пытается уничтожить ее. И слабенькую ниточку от Линды, которая делала все, чтобы стена оставалась невредимой.

И теперь я подавляла силы противников не по чуть-чуть. Я их рубила! Точнее, пыталась их заблокировать. С рыжим и еще каким-то мужчиной вышло быстро. Трое хранили бездействие — лорд Дален, лорд Аргест и еще какой-то мужчина, которого я не вижу из-за пелены воды.

И случилось то, чего я не ожидала совсем. Яркая, ужасно яркая вспышка, от которой нас спасла вода и рядом со мной и Линдой, которая просто лежала от слабости на мне, оказался Томас Аргест!

— Умница, а теперь прыгайте быстро в портал. Ганнарр скоро к вам прибудет. Быстрее! Все, что могла, ты уже сделала! — и передо мной открылся портал.

Немного побуравя взглядом блондина, я осталась на месте. Не верю! То он говорил, что мне нужно вернуться, а сейчас «Ой, давай, беги в портал, наивная и бедная девочка, ты же человек, ты же свободы жаждишь!».

Но когда по стенке ударил лорд Дален — я вошла в портал под «умная девочка» лорда Аргеста.

1.10

Перенеслись мы на побережье с черным песком. И вокруг море, море и еще раз море… а вдали виднеется просто гигантское, высоченное здание. И что-то внутри сказало мне, что это была академия Аргеста. И я начала обходить медленно берег, таща за собой Линду, которая, кажется вообще отключилась. И не знаю я сама, как не начала паниковать. Просто волокла ее за собой и осматривалась.

— Вы от магистра Аргеста? — спросила девушка, которая незаметно для меня оказалась сзади.

Была она в темно-синем костюме, а на ее джемпере красовалась алая буква «А» с серебренными узорами вокруг, напоминающими языки пламени. Ее каштановые волосы были сплетены в тугую косу, которая была переброшена через плечо. Бровь у девушки была рассечена, глаза ее были ярко-зелеными, а черты лица очень резкими. По мне так очень красивая она, пусть внешность у нее и специфическая.

— Да, — ответила я.

— Проходите за мной, — сказала она и сделала пасс рукой.

Линда передвигаться стала по воздуху, следуя рядом с темноволосой. Я же шла чуть позади ее, хотя она явно хотела, чтобы я шла спереди.

И тут мы остановились у высоченных каменных стен, вверх по которой тянулись шипастые растения. Девушка остановилась, о шип расцарапала ладонь, ранка ее зашипела, забурлила, даже кровь немного, после чего она ладонью прикоснулась к камню. Они лесенкой стали сдвигаться, образовав проход.

— Проходите вперед, не останавливайтесь, — проговорила она.

Я пошла вперед, Линда летела за мной. Я медленно шла, смотря по сторонам. Это был комплекс из, как минимум, 4 зданий. И все они просто гигантские! Слева от нас бежал ученик с мантией, горящей фиолетовым пламенем и просто занырнул в воду!

— Не останавливайтесь, — проговорила встретившая нас девушка и чуть толкнула меня в спину.

Дальше я шла быстро, ничего, по сути, не разглядывая. На нас даже никто не смотрел, но обходили по сторонам.

— Заклинание частичной невидимости. Вас не видят, но понимают, что кто-то тут идет и обходят, — утолила мое любопытство наша сопровождающая.

Дальше нас провели по длинной лестнице, которая также укоротилась, когда темноволосая порезала руку. Кстати говоря, от той раны не осталось ни следа.

— Подождите магистра тут. Леди должна в скором времени прийти в себя. Какой чай вы и она предпочитаете? — на автомате спросила она, снова перекинув косу на другое плечо.

— Зеленый и с жасмином, — улыбнувшись, ответила я.

Зеленоглазая кивнула, развернулась и удалилась из комнаты.

Как было уже сказано, Линда очнулась в скором времени.

— Где мы?! — сразу спросила она, подскочив.

— Как я поняла, в академии Лорда Аргеста. Когда ты начала терять сознание, я начала блокировать всех, но… пришел Аргест и вот мы тут, — рассказала все кратко я.

— Мы в Академии Темнейшего?! — пискнула леди Дален.

Я лишь кивнула в ответ на ее слова.

Уже другая девушка принесла нам чай, точнее, поднос с ним перед ней летел, а она его просто сопроводила. Она была также в темно-синей форме, но только вот вокруг буквы «А» было намного меньше языков пламени. Волосы также были собраны в косу, но вот только плетение у нее было другим.

Но разглядеть я все не успела, точнее, отличия ее от первой сопровождающей ученицы академии. Просто эта девушка как молча вошла, так молча и вышла, даже не посмотрев на нас. Это натолкнуло меня на мысль, что она нас не видит, но знает, что мы здесь.

— Мы тут, так сказать, инкогнито? — спросила, чуть подумав, я.

Наверное, лаафи умеют чувствовать любые выбросы магии, особенно, когда эта магия накладывается на них самих. Но пока я не сосредоточилась, пока я не сконцентрировала свое внимание на магическом фоне Линды — я ничего не заметила. Совершенно ничего, а на себе и подавно ничего не ощущала.

— Я не знаю… это чертов остров Аргеста, будь он проклят! — выругалась Линда.

Почему-то она слишком сильно переживала… а точнее, я заметила, как трясутся ее руки, смотрела за тем, как она шагами измеряет комнату, как постоянно подходит к окну и снова начинает тихо ругаться.

— Линда, что происходит? Что с тобой? — обеспокоенно спросила я, встав со стула.

— Я не знаю… полная блокировка магии. Моей магии. Она есть, но я ей никак не могу воспользоваться! Чертова магия острова! — продолжила ругаться она.

А после леди Дален просто схватила в руку черную, признаться, очень красивую вазу и швырнула ее об угол камина, который, кстати, также был черным, только из черного камня и отполированного поверх камня черного стекла. И в бликах этого стекла и камня блестел небольшой огонек, белый огонь.

Вообще, я только сейчас обратила внимание на то, где мы находимся. Это была не очень большая комната с небольшим камином, огромным застекленным книжным шкафом (от которого, между прочим, просто разило магией), два стула, один диванчик, письменный стол, кресло и еще какой-то шкафчик из черного непрозрачного стекла, от которого магией также разило во все стороны, даже особая концентрация внимания не нужна была, чтобы это почувствовать. И все было в оттенках от темно-серого до угольно-черного.

— Нужно выбираться! Пошли, Эри, надо идти, — продолжила паниковать светловолосая.

— И куда мы пойдем, находясь на острове с такой охранной системой, которую я никогда не видела? — подняв вверх одну бровь, спросила я.

Странно, очень странно, но я совершенно спокойна. Почему-то такое ощущение, что ничего плохого не должно произойти.

И только я хотела взять чашку с чаем, как раздался вопль Линды:

— Не пей это ни в коем случае! — собственно, ультразвуком остановила меня она.

— Будет печально, если она не попробует чай. Он настоящий, не то что то, что вы привыкли пить, — проговорил образовавшийся на пороге лорд Томас Аргест.

— Вы…. Вы! — быстро идя в сторону магистра, обрывалась в словах леди Дален.

— Что я, леди Дален? — ухмыльнулся тот в ответ.

А после он, совершенно игнорируя Линду, прошел к шкафу с книгами, шкаф засверкал, точнее дверца, к которой он прикоснулся, а после достал из него какую-то потрепанную книгу и закрыл шкаф, после чего он снова засверкал.

Подойдя к своему, как я понимаю, месту, лорд Аргест пробежался своими длинными пальцами по страницам книг, словно считая их, а после резко остановился и вчитался.

— Лорд Аргест, я настаиваю на том, чтобы мне вернули мою магию! У вас не было права ее блокировать! — требовала Линда, подойдя к столу блондина.

— Да сядь ты уже ради бога и не мешай! — огрызнулся довольно-таки резко мужчина и дальше продолжил читать.

Линда осталась стоять на месте. Тогда Томас Аргест глубоко вздохнул, сделал пасс рукой и вот леди Дален уже сидит на диванчике с чашкой чая в руке.

— Лорд Аргест! — взвыла она, но не смогла встать.

В дверь два раза постучали и вошла та девушка с рассеченной бровью, которая встретила нас на береге, и рядом с ней была светловолосая девушка также с рассеченной бровью, и волосы ее тоже были сплетены в косу.

Но коса у нее не была длинной, как у тех девушек, что я тут видела. Да и вообще… какая-то она не такая.

— Теперь понятно, почему вы меня магии лишили, — лицо Линды исказилось.

Сразу стало понятно, что она хочет сорваться с места, но не может. Ее руки, ноги подрагивали, но ни на сантиметр она не могла передвинуться.

— Эрика, Шоэль, приведите госпожу Раддос в порядок. Выполнять, — твердо, но в то же время безразлично как-то, проговорил лорд Аргест.

И только когда эти дамочки подошли ко мне, до меня дошло, что это меня нужно в порядок приводить!

Но я сама не поняла, как оказалась в какой-то странной комнате… Магия острова?

Говорить я не могла. Совершенно не могла, а также я не слышала, что говорят ученицы академии, но видела, что они говорят. А потом и в глазах темнеть начало. Стремительно так темнеть.

* * *

— Как ты мог это допустить? — раздался крик, от которого в голове звенело и раздавалось эхом.

— Тебе ли не знать о магии острова, Ганнарр? — и снова голос, уже более тихий, но такой же звенящий.

— Ты ее можешь подчинить себе, — рыкнул, как я поняла только сейчас, лорд Дален.

— Это не выгодно, Дален. Когда же ты забудешь про эмоции и начнешь на все смотреть трезвым взглядом, — а это, кажется, был лорд Аргест.

Моего лба коснулась холодная рука и по телу прошелся словно разряд тока.

Резко распахнув глаза, я лишь удостоверилась в том, что по мне пустили этот разряд! Ток продолжал струиться по телу и покалывать, но… я впитала не думая даже эту магию, боль прекратилась.

— Я забираю Эри с собой! Вы двое — психи, самые настоящие психи, — зло шипела Линда, подходя быстрым шагом ко мне.

— Это удивительно! Она же поглощающая, лаафи! И не слабая… и редкая. Она остается в академии. Это самое безопасное место, пожалуй, во всем мире. С островом проблем больше не возникнет, он, наверное, опасность почувствовал, — как-то восхищенно вторил Томас Аргест, улыбаясь при этом.

— Нет! — снова рык лорда Далена.

Я почувствовала себя вещью. Что тогда, что сейчас. Меня делили, как последний товар в магазине и мнение мое, похоже, никого не волнует. Совершенно никого…

— Заткнулись оба! — крикнула Линда, когда мужчины начали спорить, кому достанусь… собственно, я. — Эри, чего бы ты хотела?

Она меня понимает. На глаза навернулись слезы. Я медленно привстала, сделала вид, что закололо глаза от света, вытерла быстро набежавшие слезы.

И теперь вот я начала думать. С Линдой… с Линдой мне будет просто прекрасно, но… я не хочу подвергать ее опасности. Стоит вспомнить недавние события и становится ясно, что пусть она достаточно сильная, но все же не сможет справится даже с самозащитой.

Лорд Дален… безусловно, защита будет гарантирована. Ну, по крайней мере я так думаю. Но… с ним вообще нет никакого желания лишней минуты проводить. Конечно в глубине я понимаю, что мы, если он заберет меня снова в свой замок, будем пересекаться крайне редко, но и этого «редко» не хочется совсем.

Последний вариант… Академия Аргеста. Сам он, конечно, тип мерзкий довольно-таки, даже нет, не мерзкий. Угрожающий и крайне непонятный. Но тут буду в безопасности я, Линде не будет ничего угрожать, а Аргест — он же директор, мы с ним и пересекаться не будем. Так что это, от части, даже выгодно… на некоторое время.

— Лорд Аргест, есть ли в вашей академии лаафи? — спросила прямо я.

Блондин улыбнулся и на лице его заметно так проступили морщины. Не прошло и минуты, как раздалось пять стуков в дверь и зашли девушка и парень.

— Знакомься, Эд и Эшкирия. Брат и сестра, оба поглощающие, — с гордостью проговорил мужчина.

А я смотрела на них… они очень даже заинтересованно на меня.

Когда я посмотрела снова на лорда Аргеста, ученики вышли за дверь. Очень строгая дисциплина однако…

— Тут их обучали быть лаафи? Точнее, способностям и их применению? — спросила снова прямо я.

— Да. Эд постарше, да и этот дар у него посильнее, чем у Эшкирии. Он блокирует все заклинания, почти все заклятия, парочка ему слабо поддаются, и многие проклятия. Можем продемонстрировать, — ответил герой войны.

Я кивнула. После моих слов Линда просто упала на диван с открытым ртом, а лорд Дален облокотился об стену и смотрел на все заинтересованно.

Лорд Аргест сделал еле уловимое движение рукой и дверь открылась, являя за собой Эда.

Без каких либо предупреждений в него полетел огонь. Очень много огня… больше, чем Линда создавала для защиты меня. И не пролетало пламя и полметра, как просто исчезало, а потом все сокращалось, сокращалось, сокращалось… и исчезло почти совсем, лишь небольшой огонек оставался в руках директора и основателя академии.

Резкий бросок воды от лорда Далена Эд пропустил, но как оказалось потом, Ганнарр Дален запустил разом 10 таких шаров воды и 9 из них Эд подавил.

А вот лорд Томас Аргест был более, чем просто недоволен учеником своей академии.

И я поняла, что они не молчали никогда. Магия острова. Я просто не слышала ничего, как и сейчас не слышу, как Аргест ругает Эда и что второй отвечает магистру. После парень ретировался, чуть поклонившись напоследок.

— Давайте так. Если мне будет тошно в вашей академии — я уйду. Вы не будете препятствовать мне в этом. А если все будет нормально — я останусь. Но если захочу уйти — вы не держите меня! — огласила свои условия я.

— И я могу навещать девочку… два раза в неделю! — добавила Линда, встав и подойдя к нам.

— Раз в неделю, — произнес лорд Арест.

— Два, — не уступала никак Линда.

— Два раза в месяц, — хмыкнул снова блондин.

— Ладно… раз в неделю, — прошипела злая леди Дален.

А потом подошел и лорд Дален, сказал магистру что-то неизвестное для меня, ибо опять губы их только двигались, не издавая и звука.

— По рукам! Пошел я с островом договариваться, подождите тут! — радостно пропел мужчина и летящей походкой вышел из своего же кабинета.

2.0

Лорд Дален ушел следом за лордом Аргестом, оставив меня наедине с Линдой… а вид у нее такой… убивательный у нее вид!

— Я не буду врать, я не «за» то, чтобы ты училась тут, но это твое решение. Если хоть что-то, Эри, пойдет не так — зови меня! Я сразу заберу тебя… из этой тюрьмы строго-поучительного режима! — злилась она.

— Хорошо, Линда, не переживай, — медленно и спокойно проговорила я.

— И вот зачем тебе оно надо!? Ну хорошо, ты учись, учись… дар у тебя редкий очень, развивать его надо, — проговаривала она, явно успокаивая себя же своими словами.

В кабинет вернулся лорд Дален, а за ним сразу же и Томас Аргест, все такой же веселый.

— Так-с, поставь вот тут вот и вот тут свою подпись и Ганнарр проводит тебя до Рокси, — проговорил блондинистый маг, протягивая мне документы.

Читать я не стала. Ну а какой смысл меня обманывать ему? Но во втором документе я прочитала требования. От Академии их было множество, включая тот пункт, на котором настояла я… а от меня никаких. Заметив мою заинтересованность, лорд Аргест пояснил:

— Надо определиться еще с тобой, а потом уже перейти к требованиям. Хотя одно, все же, есть. Подчинение, — проговорил задумчиво блондин, взял ручку и от руки дописал слово «Беспрекословное подчинение».

— Я против! — сразу выдала Линда.

— А я «за»! — скопировав ее тон, сказал он.

А я тем временем поставила свою подпись. Уйти же я если захочу, то смогу, это даже в документе написано… и лорд Аргест этот документ подписал, так что об этом переживать точно не стоит.

— Ну вот и все, Ганнарр, проводи ее, — с мягкой, казалось бы, даже не свойственной для этого человека, улыбкой ответил директор академии.

Лорд Дален кивнул мне и направился к выходу из кабинета, а я шла за ним. Он прикоснулся рукой к стене, лестница уменьшилась в размерах. И когда я почти уже спустилась, вспомнила, что забыла там браслет, который от нервов сняла и забыла одеть обратно.

— Лорд Дален! Не убирайте руку! Я кое-что забыла. Подождите меня, пожалуйста, я быстро! — протараторила я, побежав наверх.

На мужчину я не оборачивалась, но было ясно, что руку он не убирал и ждал меня: лестница-то не увеличилась в размерах. Без стука открыла дверь и… и поняла, что зря это сделала! У книжного шкафа стояли Линда и Томас Аргест… и они целовались! Линда обхватила его шею, а он в свою очередь обхватил ее за талию, прижав к своему телу. Я медленно прикрыла дверь, постучала два раза и открыла снова дверь, делая вид, что ничего не видела. Теперь Линда сидела на диване, а директор искал какую-то книгу в шкафу.

— И чего это ты вернулась? — не смотря даже на меня, проговорил он.

— Я браслет забыла… уже ухожу, — ответила я и взяв браслет, удалилась.

Шла к лорду Далену я медленно, точнее, пока не вышла на лестницу. Что я только что увидела вообще!? А я думала, что они терпеть друг друга не могут… а тут те на, целуются стоят, пока думают, что никто их не видит…

Лорд Дален тяжело вздохнул, когда я практически спустилась к нему. Почему-то в голове промелькнула мысль «Сейчас отпустит», но нет, не отпустил. Увеличилась лестница только после того, как я встала рядом с ним и мужчина молча продолжил путь, а я шла за ним, все еще прибывая в шоке. Да не может быть!

А дальше начала проявляться логическая цепочка… Линда отказала представителю правящей семьи, по публике и она, и лорд Аргест демонстрируют полное безразличие и даже ненависть, а когда нет никого… и явно Линда не хочет, чтобы ее брат об этом знал, да и не думаю, что Аргест этого хочет. Хотя кто его знает, странный он.

Так я и не заметила, как лорд Дален остановился у дери и постучал в нее несколько раз.

На пороге появилась, видимо, эта самая Рокси, рыжеволосая девушка с веснушками, низенькая такая, миловидная.

— Ты знаешь, что делать. Проводишь в комнату, — приказывал лорд Дален.

— Хорошо, лорд Дален, — широко улыбнувшись мужчине, ответила она.

Брюнет резко развернулся и ушел, а Рокси резко затащила меня в комнату, закрыв деверь.

— Я Рокси! А как тебя зовут? Каким даром обладаешь, что тебя решил взять лорд Аргест? — сразу начала любопытствовать девушка.

— Эрильда, — быстро ответила я, даже не успев сообразить.

— А каким ты даром обладаешь? — что-то делая за стеной, спросила громко рыжеволосая.

А я думала, отвечать на это или нет… и решила, что ничего страшного не произойдет, если отвечу. К тому же, тут же обучаются лаафи, так что ничего странного.

— Поглощающая… лаафи, — ответила я, вспомнив как назвал меня лорд Аргест.

Что-то упало за стеной и медленно появилась на горизонте рыжеволосая с открытым ртом.

— Это же такая редкость, — практически шепотом проговорила она.

Я молчала. Ну и чего так удивляться, когда тут лаафи уже учатся!?

Рокси снова ушла, а потом пришла и протянула мне форму, попросив примерить. Она оказалась мне велика, но девушка достала какую-то пыльцу, смешала ее с другой, что-то прошептала и дунула на меня. Одежда вмиг стала моего размера. Удивительно!

— Так, ладно. А теперь пошли я покажу тебе твою комнату. И это… может, ты не знаешь, но не стоит говорить, что ты лаафи. Не зря вас истребляли, — под конец своего монолога ее голос сошел на шепот.

Мы так поднялись наверх, это явно была башня, хотя я ничего не разглядывала, когда шла сюда. Да что там, я до сих пор в шоке от увиденного в кабинете директора Аргеста!

Но поднялись мы на четвертый этаж, прошли по коридору слева от лестницы и остановились у комнаты 303.

— Смотри. Если ты стучишься в комнату знакомой — то стучишь четыре раза. Если в комнату друга — три раза. Если в комнату того, кото, по сути дела, и не знаешь — пять раз. Ну а если это твой лучший друг — то двух раз достаточно, а в свою комнату можешь и без стука заходить. В остальные комнаты без стука нельзя! Запомни это, — дала указание Рокси и постучала в дверь четыре раза.

Значит, она и моя соседка просто знакомые. Интересно, с кем я буду жить?

Дверь открыла светловолосая девушка с большими голубыми глазами и практически незаметной россыпью веснушек на щеках носу; роста она была невысокого. Но… кажется, она немного с прибабахом была. Волосы ее были скручены в свободный пучок, а в нем торчал карандаш… и линейка! Но это еще ничего. Одета она была не в форму академии, как все тут, а в свободных бриджах, старой, потертой серой футболке и в тапочках-зайчиках… с ушками такие, розовенькие. И на поясе ее были закреплены блокнот, коробок спичек, еще один карандаш…

— Привет, — поздоровалась она, чуть улыбнувшись.

— Привет, Нэлли. Это Эрильда, твоя новая соседка, — представила меня Рокси, сдержанно улыбнувшись в ответ.

Светловолосая обратила свой взор на меня. Улыбка спала с ее лица.

— Рада познакомиться, Эрильда! Проходи! — снова улыбнувшись, пролепетала она, раскрыв дверь.

Я вошла внутрь. Хотела зайти и Рокси, но Нэлли прикрыла дверь, запрещая пройти. При этом она продолжала улыбаться, а Рокси была возмущена этим действом.

— Аура, Рокси, аура. Нельзя ее нарушать. Давай свою пыльцу, я знаю, что нужно делать, — с улыбкой проговорила светловолосая.

Недовольно рыжеволосая протянула мешочек с пыльцой в руки Нэлли.

— Спасибо, дорогая! Хорошего дня, — широко улыбнувшись, проговорила соседка и даже не выслушав ответа, закрыла дверь.

Какая-то она ненормальная… Явно ненормальная.

— Эрильда, верно, да? — спросила она, улыбнувшись и проходя мимо.

— Да, — неуверенно ответила я.

— Я Нэлли, Нэлли Ливерси. Второй курс, боевая магия. Тебя уже определили? — спросила она, проходя куда-то и из-за этого ее было хуже слышно. — И чего ты стоишь? Проходи давай! Тебе есть во что переодеться? Форма, конечно, удобная у нас, но домашняя одежда все равно удобнее, да и атмосфера сразу меняется, — продолжила говорить она.

— Не-е-ету, — протянула я, следуя за ней.

Оказались мы в небольшой комнатке-кухне. Она была ну о-очень маленькая, но уютная. Вообще, все тут уютным казалось.

— Если тебе не нравится обстановка, то потом можем все это дело обсудить и поменять, — заметив мой взгляд, проговорила она.

— Да нет, мне все очень нравится. Очень уютно, — улыбнувшись уголками губ, ответила я.

— Ну вот и отлично! Эрильда, я бы хотела тебя о кое-чем попросить… ты, наверное, никогда не была в других комнатах. Мне разрешил лорд Аргест все переделать, но об этом никто не должен знать… у нас, по сути, не должно быть кухни, да и вообще, наши комнату другими должны быть. Одна большая спальня с двумя кроватями и большим шкафом, письменный стол, три стула, ванная комната и мега-узкий коридор. Но за свои заслуги, точнее, за помощь директору Аресту, я уговорила дать мне еще одну комнатку… поэтому соседняя пустует, а дверь никто не сможет открыть. Поэтому у нас есть кухня, есть небольшая гостиная, две спальни, пусть и не такие большие, и небольшая комната, где можно делать домашнее задание или просто побыть в тишине. Столько я угробила времени на звукоизоляцию! В общем, никто не должен этого видеть, — серьезно глядя на меня, объяснила все соседка.

— Хорошо, никто об этом не узнает. А… если не секрет, как ты помогла лорду Аргесту? — полюбопытствовала я.

— Не хочу, чтобы это казалось, как хвастовство, но мой дед был великим алхимиком… и я знаю его секреты, знаю те рецепты зелий, которые не знает никто, кроме нашей семьи. Точнее, кроме меня. Только меня он посвятил в эту тайну. И кое-что очень понадобилось нашему директору… а я помогла, сделав ему это зелье, — ответила мне Нэлли, пожав плечами. — Ты не голодна? Я просто проголодалась.

— Если честно, то да, — ответила я.

И теперь мне нравится моя соседка. Прямая, веселая, умная и мега-странная, но завораживающая.

— Не хочешь спуститься вниз? Сейчас ужин будет, — спросила она.

И странное чувство меня посетило. Было интересно, очень интересно, как они едят, да и вообще, все интересно было! Но я не хочу никуда идти. Вот остаться тут, спокойно поужинать и расспросить обо всем Нэлли.

— А можно тут поужинать? — спросила тихо я.

— Конечно! Я сама терпеть не могу ужинать в общем зале. Но… пошли! Я сейчас оденусь и пойдем. Надо же тебе все показать. Я быстро! — протараторила она, быстро уходя из кухни.

Быстро, действительно быстро переодевшись, передо мной появилась другая девушка. Она распустила свои волосы, которые волной плыли по ее спине и плечам, переливаясь даже как-то неестественно, но красиво. Бесформенная одежда сменилась облегающей формой академии. Очень красивая… похоже, как все тут.

— Все, пошли, — выдала она, взяла меня за руку и повела к выходу. — Перед тем, как уходишь из комнаты — говори у двери «Лимонная долька и корица». Это своего рода пароль, хотя, по сути, и не нужен. Никто и так не зайдет, но меры предосторожности не помешают точно, — объяснила она и дальше повела меня.

Мы прошли вниз, вышли из башни (их тут было пять и наша была самой низкой). Башни соединяли между собой здания, образовывающие плотные стены. Но мы прошли сквозь арку из растений, вошли во внутренний двор и из него было видно, что дальше есть еще и другие строения. Пройдя поперек двора, мы зашли в ту часть соединяющего здания, что соединяло первые башни.

Столовая была просто огромная! И вся она изумрудная… по мне так красивая очень. И на нас пялились все… Нэлли шла спокойно и, кажется, смиряла всех взглядом презрительным. А мне очень неловко было.

Мы подошли к подносам и меню на ужин.

— Запеченная рыба, стручковая фасоль, пять помидоров, два куска пирога и сок, — проговорила светловолосая и на ее подносе появилось все, что она сказала.

— Сок, запеченная рыба и рис, — неуверенно проговорила я.

Все это появилось тотчас на подносе и это удивляло!

— В первый раз такое видишь? — спросила Нэлли, беря в руки поднос.

— Да… — тихо ответила я.

Было очень неприятно от пристального взгляда со всех уголков столовой. Взгляд у них такой… прям бесит меня это!

2.1

Когда мы сели за свободный столик за колонной, которая отрезала нас от доброй части столовой, но эти взгляды раздражали… но не раздражали они Нэлли, она связала сзади волосы в хвост, взяла столовые приборы в руки и начала поглощать пишу.

А мне и кусок в горло не лез. Ну как можно есть, когда на тебя все ТАК пялятся?! Причем в открытую, даже не пытаясь этого скрыть, будто так и нужно!

Ситуация изменилась, когда к нашему столику подошел уже знакомый мне молодой человек-Эд. Он как и я, лаафи. Многие отвернулись, еще некоторые так прямо не смотрели, да и разговоры послышались, прерывая эту мертвую тишину.

— Решила нас порадовать своим присутствием? — спросил он у Нэлли.

— Ага, спустилась на землю, — ухмыльнулась она, по-доброму так, не так, как Каллет.

— Я к вам присоединюсь? — спросил Эд, глядя на меня и, собственно, спрашивая у меня.

— Да, конечно, — ответила я.

Светловолосая улыбнулась, приветствуя мои действия. И я заметила у нее то, чего не замечала ранее. У нее также была рассечена бровь, но уже почти заросла. И у Эда тоже. В его черных густых бровях прослеживалась тоненькая полосочка, которая также зарастала.

— У нас не было возможности познакомиться. Я Эд, Эд Клинфон, — с улыбкой представился брюнет, протянув мне дружески руку.

— А я Эрильда Раддос, — ответила я и пожала его руку.

А он смотрел… смотрел… смотрел… и я уже убрала руку, а он продолжал на меня пялится.

— Странная у тебя защита… плетение очень интересное, — тихо проговорил он, все также пристально глядя на меня.

А я в свою очередь ничего не понимала. Что за защита вообще? Хотя… он нормальный лаафи, я бы даже сказала, что сильный, а я недоучка, ничего не понимаю и не чувствую.

— Какой вид защиты? — прожевав, спросила Нэлли.

— Странный… весьма. Я еще не видел таких плетений, — все еще пристально разглядывая меня, проговорил парень.

— Со слежкой? — уже серьезно спросила соседка.

— Не вижу ее. Но она постоянно подкрепляется. Не хочу говорить тут, — проговорил он, оторвав наконец-то взгляд от меня и посмотрев по сторонам.

— Тогда поедим и пойдем к нам, — пожав плечами, ответила Нэлли.

— Оу, тогда сейчас я приду, — сказал Эд, встав со стула.

— А… к нам же нельзя, — напомнила я соседке.

— Он единственный человек, ну еще его сестра и Шон, кому можно к нам заходить. В них я слишком уверена, они никому ничего не скажут, — с улыбкой ответила светловолосая, снова приступив к еде.

Желудок просил еды, поэтому я взяла в руки столовые приборы и начала ими орудовать. Скоро вернулся Эд с фруктами, овощами, хлебом и разными сладостями.

— Ты как всегда, — ухмыльнулась Нэлли.

— Ну не голодать же, — пожав плечами, ответил брюнет. — Вообще… попросила бы у директора такой подносик к себе, — уже в разы тише проговорил он.

— Тоже об этом думаю, но… пошел он меня с этой просьбой куда подальше, — выдохнув, ответила лаафи Нэлли.

Мы доели, Эд сказал своему подносу «Спасибо» и он со всей посудой исчез. Соседка моя сделала тоже самое, когда переложила овощи и пирог на поднос Эда, который он не убирал.

— Просто скажи спасибо, — увидев то, что я замялась, сказал кареглазый Эд.

И я сказала «спасибо». Поднос исчез. Удивительно!

Когда мы уходили, я кое-что заметила. Эд немного поднял руку, точнее, поставил её перед подносом с едой и какое-то голубоватое свечение облепило его в то время, как остальные проходят через него. А когда он сделал еще несколько шагов - в этой голубоватой материи образовалась дыра, быстро затягивающаяся.

По дороге в нашу башню, точнее, у самого входа в нее, мы встретились с нами двумя девушками, которые нам с Линдой принесли чай.

— Клинфон, смотри не лопни! И директор в академии… поймает на воровстве еще, — проговорила та блондиночка с тугой косой. Больше милой и доброй она не казалась.

— Очень благодарен за твои беспокойства, Ри. Смотрю, брови у вас не заживают… бедняги. Хотя нет, вы поддерживаете рассечение, скверно, — не понимаю, что такого возмутительно сказал парень-лаафи, но они просто вскипели.

— Это напоминание о нечестном поражении Жаклин, всего лишь оно. И напоминание о том, что мы дошли до последнего этапа! Этим стоит гордиться, Эдюша, а не как вы… Позориться и скрывать то, что отличаетесь от других и обладаете большим потенциалом! — твердо ответила эта самая Ри, а я стремительно продолжала ничего не понимать.

— Мне кажется, ты ошиблась. Это напоминание о тщеславии и глупости твоей подружки, а еще признак вашего незаслуженного завышенного мнения о себе, чувство собственного величия не жмет нигде? — с миролюбивой, я бы даже сказала, убийственно миролюбивой, улыбкой ответила Нэлли.

— Ты сдулась уже в полуфинале, просто потому, что почувствовала, что ты всех слабее! Выдумала опять тупую причину а-ля «Мне скучно» и слилась, — рыкнула Жаклин, сделав полшага в строну Нэлли.

И я отчетливо почувствовала плетения магии. Пыталась их разглядеть - не могу. Знаю, что они есть, но не могу. Уверенна, что их видит Эд, он их не может не видеть!

Жаклин поразило током. Разряд был несильный, но весьма видимый, особенно на пальцах, на которых красовались кольца. Между ними красиво так разряды тока пробежались.

— А ты не учишься на ошибках. Всего доброго, — ухмыльнулся Эд и жестом приказал нам идти вперед.

И мы втроем начали подниматься в нашу комнату. Нэлли сказала код у двери, открыла ее и мы вместе вошли. Эд сразу пошел на кухню, было понятно, что был он тут далеко не в первый раз. И все он сразу разложил по местам, поставил чайник и вернулся к нам.

— Я сейчас приду. Пароль тот же? — спросил парень, облизав губы.

— Ага, — даже не глядя на лаафи, проговорила Нэлли и он ушел. — А ты ему приглянулась, — ухмыльнулась соседка и пошла в свою комнату.

Я ничего не ответила. Она просто не права и на этом все, а спорить, особенно в первый день, не очень-то и хочется.

— Но смотри, он поглощающий, любое магическое вмешательство, даже самое малюсенькое отражает или, еще хуже, отражает. Ну ты видела сегодня это… меня током ударить решила Жаклин, а он отразил. Собственно, так он ее и победил на играх… тебе есть, во что переодеться? Если что, я могу дать, — последние ее фразы прозвучали как в тумане и я, не подумав даже, кивнула.

Значит, и я смогу, как Эд, отражать заклинания!? Я, человек, призирающий любую из видов магии, впервые задумалась о том, что капля магической крови во мне не так уж и страшно…

Линда дала мне удобные черные штаны и футболку. Я ее поблагодарила и мы пошли на кухню. Она оживленно что-то рассказывала, но я ее не слушала. Я все думала… Я сюда пришла для того, чтобы научиться быть лаафи, использовать то, что мне досталось вместе с моей кровью. Но тут же учится Эд… он учится! И выйдет отсюда со специальностью и во всем мире его с радостью возьмут везде. С большой радостью, ведь, как я знаю, в академию Аргеста слишком сложно попасть. А может и мне тут начать учиться? Ну правда. Чего я добьюсь, работая всю жизнь в канторах да офисах? А тут… тут действительно будут открыты все двери! Диплом из этой академии — это как билет в счастливую беззаботную и безбедную жизнь.

— Эри, ты меня не слушаешь. Что такое? — уже на кухне спросила меня Нэлли.

— Просто задумалась… бывает. Можно задать тебе вопрос? — спросила я, оставив свои мысли.

— Ты уже его задала, но можешь задать еще один, — ответила мне светловолосая, сев напротив меня.

Хлопнула дверь и вскоре на кухне появился Эд, который также переоделся. А еще принес продуктов, молча прошел к маленькому холодильничку в углу и также молча сложил туда все овощи, мясо, молочные продукты…

— И зачем? — устало спросила Нэлли, повернувшись на темноволосого.

— Ты пропадаешь в своей комнате сутками, не выходишь иногда даже на учебу, что там говорить о столовой… и у тебя нечего есть. Ты такой худощавой с игр не была! — зло ответил он. — Нэл, надо есть. Конечно да, ты всегда в работе, да, у тебя каждую секунду что-то приходит в твою светлую голову, но почему в эту голову не приходит то, что без еды некому будет воплощать все изобретения и зелья в реальную жизнь? — и на сей раз голос его звучал мягче, но злости в нем не убавилось.

— Все хорошо, Эд, об этом не стоит беспокоится, — отчеканила она.

— Не круто друзей навещать в госпитале в посмертном состоянии, Нэллс, я не хочу этого повторять, — и теперь он говорил очень тихо, но в мертвой тишине кухни его было слышно прекрасно.

В дверь постучали и Нэлли пошла ее открывать, а потом оповестила нас, что скоро придет и ушла. А у меня остался вопрос, который я, по сути дела, не успела задать, но, думаю, Эд мне сможет на него ответить.

— Эд, вы сегодня что-то говорили о играх… что это за игры? — спросила я.

На лице брюнета появилась неясная улыбка. Вроде она была и грустной, а вроде и веселой, в общем, непонятной она была.

— Директор наш весьма странный человек, Эрильда. И когда ему взбредет в голову — он делает то, что взбредет. И иногда он устраивает эти игры… Все ученики проходят отбор под его руководством. Они просто дерутся между собой… это первый этап. Те, кто его не проходит — чаще всего на вылет. Ты знаешь, чем опасен вылет из академии? — спросил меня Эд и я отрицательно покачала головой, — если ты учишься в академии и тебя выгоняет из нее директор лично… ты теряешь память. Ты забываешь, что вообще хоть когда-то был на этом острове, забываешь все, чему тут научился. Иногда знания просачиваются, но люди не привыкли обращать на такое свое внимание. Это что-то вроде «Я не знаю откуда, но я это знаю». Поэтому все хотели попасть на второй этап… где он дает выбрать оружие и сам устраивает каждому пальбу, наподобие той, что сегодня он тебе показывал в своем кабинете. Но там все резче. Как Дален сделал — десять снарядом сразу и неожиданно. Директор кидал сразу двадцать, не мелочился. И если ты упал и не можешь встать — ты вылетаешь с этого этапа и бежишь готовиться к экзаменам. Чтобы ты понимала, этапов всего 4… и после второго этапа рассекают бровь, потому что… Эрильда, представь, на тот момент в академии было 438 человека. Я думаю, что игры были просто отсевом для тех, кто не может справиться с тем, кто ему посилен. Он выбирал сам соперников на первый этап, чтобы они были равными по силе и способностям. После первого этапа осталось 210 человек. После второго этапа — 94. На третьем этапе нужно было усмирить магическое существо без боевой магии. То есть нельзя, к примеру, в чудовище кинуть огненные стрелы или ледяные шипы. После третьего этапа осталось 32 человека. И все мы дрались друг с другом, поднимаясь по турнирной таблице. В конце остались я и Жаклин. Все ее заклинания, все я просто подавлял и она выдала Огненного Василиска. Подавить я бы его не смог, ибо много сил уже потратил, поэтому я его отразил и она проиграла. В итоге, в академии осталось 204 человека, 6 из них, глупцы, бежали. Память им отшибло моментально и они думали, что они на необитаемом острове наверное. Ну или сам остров злую шутку с ними сыграл, в общем, их больше никто не видел. Но из этих 204 человек четверть точно лежала в госпитале в очень сложном состоянии. Поэтому я терпеть не могу игры, а эти выскочки думают, что они чем-то лучше тех, кто провалился на 2 или 3 этапе. Если бы я знал, что там будет, я бы сам не прочь провалиться на 2 этапе и пойти готовиться к экзаменам, — рассказал Эд.

— То есть лорд Аргест затеял эти игры, чтобы почистить свою академию? — переварив все сказанное парнем, спросила я.

— Именно. Много учеников набралось… Эрильда, а ты в курсе, что все, кроме тех, что отсеиваются на играх или умирают, заканчивают академию? Абсолютно все! Через 5 лет, через 8, через 15, но заканчивают! Ты можешь быть уже не молодым, но ты не уйдешь с острова. Но есть плюс. Пока ты на острове — старость замедляется. Так Лаванде Дорг 29 лет, а выглядит она на 20, хотя поступила сюда в 18 лет… Не может перейти никак на 4 курс. А директор ее предупреждал… что она не целитель, мало в ней этого дара, но теперь это ее проблемы. Если она покинет стены академии без разрешения Аргеста — ей станет и на вид 29, и знания она потеряет, а остров сыграет злую шутку. Моряки тут не плавают, поэтому, по сути, шансов на спасение нет, — поведал Эд и учиться тут расхотелось сразу.

В дверь постучали и парень махнул головой, говоря, что я должна открыть. Ну и я, в общем-то, и пошла открывать. За дверью стоял лорд Дален.

— Эрильда, будьте добры пройти за мной или вы помните, где находится кабинет директора? — не смотря мне в глаза, спросил мужчина.

От его взгляда стала жутко неловко, когда я поняла, какую футболку мне дала Нэлли. А потом в моей голове пролетели отрезки ее фраз, когда я ее не слушала. Из-под футболки торчали краюшки лифа и по мне так это выглядело слишком вульгарно.

— Я помню… где кабинет лорда Аргеста, — ответила я, прикладывая усилия, чтобы не закрыть перед его носом бесстыжим дверь!

— Хорошо, тогда через четверть часа вас будут ждать. Не забудьте приложить руку к стене, — договорил ровно лорд Дален и наконец-то посмотрел выше, чем слишком глубокое декольте.

И не скажу, что рада была. Его взгляд остановился на губах.

— Хорошо, — с легкой улыбкой проговорила я и закрыла дверь.

А после я побежала переодеваться! В моей комнате стояли те чемоданы, что собрала Линда. Вот только мы их забыли в доме Далена… но не важно. Я сняла эту вещицу и одела свою кофту с нормальным вырезом, после которого краснеть точно не придется! Точнее, вырез, можно сказать, отсутствовал как таковой, ибо он был прямо у шеи.

— Кто приходил? — спросил Эд, отпив чай.

— Дален, — ответила я, сев на свое место и взяв кружку с чаем.

— О, видимо его уговорил директор, хорошая новость, — улыбаясь, проговорил брюнет, снова сделав глоток чая.

— Уговорил на что? — спросила я.

Ответ от Эда не потребовался. Сперва Нэлли ворвалась в входную дверь, потом появилась в дверном проеме на кухню и выдала «Дален согласился! Он будет вести защиту!». Чашка чуть не выпала из рук, а соседка и лаафи улыбались, радовались. Но не я. Вот почему лорд Дален так коварно улыбался, когда я согласилась! И тут мне решил жизнь подпортить!

Шла в кабинет директора я в ужасно расположении духа. Приложила руку к стене и быстрым шагом начала подниматься наверх. Вот чего ему не живется спокойно!? Точно не буду тут учиться. Вот научит меня лорд Аргест всем этим штучкам лаафи и свалю отсюда!

Постучала в дверь, наплевав на то, что нужно и ответа дождаться, и постучать определенное количество раз, просто открыла ее и вошла внутрь.

В кабинете были трое: Томас Аргест, Ганнарр, что б его, Дален и неизвестная женщина средних лет.

— Над дисциплиной мы еще поработаем, но знакомься, Эрильда, твои учителя на первое время. Реджина Шолл согласилась научить тебя чувствовать и видеть магию, я тебя научу ее распознавать и расплетать, а уже знакомый тебе лорд, точнее, профессор Дален научит тебя поглощать и отражать магию, безопасно для тебя же. Держи расписание, — и все это с улыбкой он говорил… прям морда кирпича требует! И что в нем Линда вообще нашла!?

Подойдя к столу, я взяла в руки протянутый сверток.

— Он будет обновляться каждый день ближе к вечеру, — проговорила, улыбаясь, женщина.

А я обрадовалась… завтра у меня Далена не было!

— Пошли, я тебе покажу, где мой кабинет, ведь с утра ты у меня будешь! — радостно проговорила Реджина Шолл и взяв меня под локоть, повела за собой.

2.2

Профессор показала, куда мне завтра с утра нужно будет придти, а также добавила, что лорд Аргест придет за мной сам, потому что, по ее словам, он еще не выбрал аудиторию. И она так часто говорила «Лаафи! Это же такая редкость, косточка моя!», что это начинало раздражать. Хотя главным моим раздражителем оставался лорд Дален. И только перед тем, как зайти в свою комнату я вспомнила слова Эда о странной защите на мне. А преподавателем чего будет Дален? Правильно, защиты. И не хочу я сейчас ребятам рассказывать о том, что меня, так сказать, связывает с этим человеком. Поэтому нельзя разбирать Эду мою защиту. Если эту защиту поставил лорд Дален, то придется объяснять, почему на мне его защита и когда он успел на меня ее поставить.

И теперь в моей голове крутились сомнения. А что, если, все же, действительно меня прослушивают посредством этой защиты? То тогда лучше все рассказать Эду и Нэлли и он сможет снять с меня эту дрянь… сложно.

Войдя в комнату, я услышала громкий смех Нэлли и что-то рассказывающего Эда.

— О, пришла наконец-то. Давай, садись, мы тут с Нэллс нахимичили… ахвзха, в общем, садись! Сейчас я тебе чай налью, — тоже немного смеясь, проговорил брюнет.

Я села, Эд налил мне чай и Нэлли, смеясь, сделала какое-то движение рукой и на стол полетело что-то вроде пиццы. Только она чуть подгарелая была, прям чуть-чуть.

— Ты не обращай внимания, сыр снять можно. Я первая пробовала, вполне съедобно, — продолжая смеяться, проговорила Нэлли и в тарелку перед ней полетел кусочек. А потом еще в тарелку передо мной тоже кусок полетел, и в тарелку Эда тоже.

И она действительно была ну прям вполне себе съедобная, даже очень. Только странное у нее действие какое-то. Я также начала смеяться и вспомнила слова Эда «Мы тут с Нэллс нахимичили». Потом вспомнила, что соседка моя хорошо так химичит…

— Нэээлли, а что вы нахимичили? — давясь смехом, спросила я.

— Эд просто перепутал, вместо трех капель налил 4, а я не тотцветок ему сказала кинуть. И вместо усилителя вкуса получилось это, хахахаха, — прям заливаясь ответила светловолосая.

Резко перехватило дыхание, смеяться я просто уже не могла. Глубокий вдох, глубокий выдох, но ничего не помогает. Меня охватило еле заметное серебристое свечение, которое разросталось, разросталось, разросталось… и теперь перед глазами сплошная серебристая пелена, через которую не было видно ничего, даже своих рук я не видела. Да что там, я пошевелиться не могла.

— Что это за дрянь?! Я не могу ее снять! — кричал Эд, хотя его было очень плохо слышно.

Неизвестного и непонятного прибавилось после этого. Или же мне так заложило уши, что я не слышу его, ибо сидели мы все за маленьким столиком, или же… или же опять все непонятно!

Резкая, сильная, но мгновенная боль поразила сразу все тело, вскрикнуть от нее помешал спазм, схвативший мое горло. И пусть эта боль была мгновенной, но сильной… я прикрыла глаза, глубоко вздохнула. А когда открыла их — оказалась в своей новой комнате, лежащей на кровати. От серебристого света ни осталось ровным счетом ничего.

В комнату ворвалась Нэлли, ошарашено глядя на меня. Думаю, я смотрела на нее также.

— Эд… я не нашла Эда! Что это была за дурь?! — истерила Нэллс, прижавшись к закрытой двери и продолжая смотреть на меня с широко распахнутыми глазами.

— Ты где после всего этого оказалась? — спросила тихо я.

— В своей комнате, в кресле, — тихо ответила она, — а Эда нигде нет… я все уже тут осмотрела! — и снова она повысила свой голос.

Я решила встать… думала, что будет головокружение или что-то вроде этого, но ничего не было. Совсем ничего странного, намекающего на то, что меня недавно охватила непонятная дурь, перенесла в спальни меня и Нэлли и куда-то дела Эда… хотя что-то подсказывало мне, что с ним также все в порядке.

Подхватив соседку под руку, я повела ее к креслу, аккуратно посадив ее в него.

— Нэлли, с ним все в порядке, — медленно проговаривала я.

— А где он тогда? — пискнула она.

А вот этого я не знала… он где-то, но не знаю где. Послушался громкий хлопок входной двери, потом прошелся кто-то по коридору, зашел в комнату соседки, а потом распахнул дверь в мою комнату.

Вид у брюнета был не менее ошарашеным.

— Где ты был? — сразу спросила светловолосая.

— В своей комнате ощутился… и дверь не открывалась, пришлось ломать почти все плетения защиты, — ответил Эд.

— Что это вообще было? — спросила на этот раз я.

— Заклятие какое-то… и я не хочв тебя пугать, но оно точно стоит на тебе, оно и мешает посмотреть защиту. Я тебе кое-что принес, — брюнет достал из своего кармана красную ниточку, на которой была жемчужина, а после взял мою руку и завязал, — для подстраховки. Подслушивать не будут. Пошлите на кухню, я травяной чай принес, успокаивающий.

Мы снова пошли на кухню и, признаться, все это делали с опаской какой-то. Но к нашему удивлению, на столе ничего не было, от пиццы и чая ни следа не осталось. И, как оказалось, от остатков зелья также ничего не осталось… даже все вымыто было.

Эд налил нам травяной чай и мы снова все сели за стол. Чай действительно успокаивал.

— Кем были твои родители? — в лоб спросил Эд, серьезно смотря на меня.

— Эм… я не знаю. Моя мама умерла при родах, а отец ушел от нее, когда я еще не родилась. Меня тетя воспитывала и практически ничего не говорила о маме, да и на мои вопросы не отвечала никогда, — честно ответила я.

— Ты совсем ничего не знаешь о матери? — снова вопрос в лоб и я заметила, как под столом Нэлли толкнула его.

— Ничего. Просто знаю, что она двоюродная сестра моей тети и ее звали Лориана, — ответила я.

— Значит, твой отец был человеком и не хотел принимать ее дар… мне жаль, — тихо проговорил брюнет, отведя от меня взгляд.

Я сделала большой глоток чая. Не люблю говорить о маме. Если отца я, так сказать, не признавала, он бросил мою маму в положении и ему было наплевать, где и что с его ребенком, а вот мама… о ней всегда было больно вспоминать.

— С чего ты взял, что мой отец был человеком? — спросила я.

— Маги не забывают, даже если не принимают силу лаафи. Твой отец… он не принял эту силу и забыл, просто забыла о том, что твоя мама вообще существует, — ответил с сожалением он.

Еще один большой глоток чая и я созрела для следующего вопроса.

— Что значит принять силу? — еще один вопрос задала я.

— Ну… поглощающие не только умеют блокировать магию, как все привыкли думать. Мы влияем на эмоциональный фон человека. И люди, чувствуя это, не всегда принимают эту силу, думая, что приняв ее станут рабами. Но это не так. Наоборот, человек или маг больше понимает лаафи, когда принимает его силу. Люди редко могут принять силу лаафи, они слишком подвержены своим комплексам и страхам. Маги же редко не принимают эту силу, но если не принимают — не забывают. Они помнят, что были с этой женщиной и она под сердцем может носить его ребенка, — ответил Эд.

После еще одного гигантского глотка, чай в моей кружке закончился.

— А твои родители? Можешь рассказать о них? Я не заставляю, если ты не хочешь этого делать, то я пойму, — попросила я.

— Моя мать поглощающая, а отец — маг. Он принял ее силу, но… к сожалению, когда мне было 3 года, он умер в экспедиции. Мама переехала на юг в поисках новой жизни, чтобы начать все с чистого листа. Ей было тяжело, но… когда мне было 4, она снова влюбилась. Он был человеком, Эрест. Он любил ее, но силу не принял… к этому же нельзя принудить и он обманул ее, сказав, что принял. Мама умерла при родах, а он ее забыл. И меня и мою новорожденную сестру забрал мой дядя, брат отца, который всегда поддерживал нас. Правда, его жена не хотела видеть в их доме, но дядя присекал все ее слова, говоря о том, что мы ему как дети, которых у него никогда не было и не будет. Мне было наплевать на нее, а вот моя сестра… она не могла так и я узнал, что в наш город приедет Аргест. Мне было 20 лет, когда мы с ним встретились. Он с радостью забрал нас в свою академию. Тетя моя радовалась, а дядя был мрачнее мрачного, но мы можем с ним видеться раз в год, летом приезжает к нему на 10 дней, не теряя при этом памяти, — рассказал брюнет.

Это было жестоко. Но объяснило от части поведение Альфредо. Я просто повлияла на его эмоциональный фон, ну, наверное повлияла. По крайней мере, я хочу так думать!

— Значит, у тебя нет близких родственников, которые могли бы на тебя поставить такую защиту? Они должны быть… магами, — спросил снова парень.

— Нет, вроде бы у меня нет в семьи магов, — ответила я.

Но думала о другом… значит, сестре Эда было лет так 15 и ее в этом возрасте приняли в академию и сейчас ей и 20 нет. Бедная девочка..

— Ты с детства знаешь, что ты лаафи? — вновь спросила я.

— Да, мама и папа со мной занимались. Я не только поглощающий, но и от отца магические силы унаследовал. Немного, но все же, поэтому да, со мной было… интересно заниматься им, — ответил Эд, улыбнувшись.

Нэлли начала рассказывать о новом зелье, которое совершенствует. Зелье уменьшен я вроде, а еще, когда она узнала, что я ничего не смыслю в зельях, она пообещала меня научить хотя бы примитивному.

— Замечательная новость, а теперь расходимся. Если вы не заметили ли, то уже поздно и у кого-то завтра с самого утра практика с магическими животными будет! — вещал незаметно пришедший лорд Аргест, оперевшись об дверной косяк. — А у кого-то по ядам! — он перевел взгляд с Эда на Нэлли.

— Доброй ночи, профессор Аргест, — попрощался брюнет и вышел.

— А может и не доброй. Не знаю, как ты это сделаешь, Эд, но чтобы защиту всю снова на дверь поставил, — не поворачиваясь на своего ученика, проговорил блондин.

Поглощающий ничего не ответил. Просто сжал челюсть и ушел, за спиной Аргеста махнув нам рукой.

— Ну что, давайте поговорим, — сказал директор академии, когда дверь за Эдом закрылась.

— Мы бы поговорили, но вы сами сказали, что время уже позднее, — ответила ему соседка.

Лорд даже не взглянул на нее, прото подошел к столу, на котором сидел Эд, отодвинул его и сел, смотря на меня… не очень приятно было на него смотреть. Точнее, страшно и необычно. Я знала, что такой феномен, как разный цвет глаз, но никогда не сталкивалась с этим. И с пристальным взглядом с одним из сильнейших магов всего мира я также не сталкивалась, да и не хотелось никогда, и сейчас не хочется.

— Завтра ко мне в кабинет после урока с профессором Шолл, будем отдавать в тебе весь твой потенциал. Думаю, Нэлли, ты в курсе, что твоя соседка поглощающая и, как вижу, вы поладили. Для экспериментов что-то нужно? — и только после того, как он закончил говорить, он посмотрел на мою соседку.

Стало легче. А еще сразу вспоминалось, как он с Линдой стоит и целуются, и как я за этим подглядела… стыдно не много было, но надо двери закрывать, если не хочешь, чтобы кто-то тебя увидел! Надо будет рассказать об этом Линде… хотя бы попытаться это сделать.

— Надо. Вам написать список? — уже серьезно ответила моя соседка.

Лорд кивнул ей и она ушла, оставляя меня с ним один на один. Не хочу с ним один на один оставаться! Особенно после той чепухи, что с нами недавно произошла.

— Эд увидел защиту? — спросил Аргест, смотря на меня и криво улыбаясь.

— Да, увидел, — ответила я, смотря в его глаза.

— Снять не смог, ведь да? — теперь улыбка его стала практически издевательской, что выдавало его.

— Сами же знаете ответ на этот вопрос, — как можно спокойней ответила я.

— Не играй с защитой. Конечно не я ее ставил и не мои силы для этого расходуются, но все же неприятно будет, если эта защита на тебе лопнет… или еще хуже будет, — говорил он тише, но улыбаясь.

— И кому же мне быть благодарной за эту защиту? — спросила я.

— А этого тебе знать уже не следует. Она есть — есть. Так что цени, а не дурью майся. Это твои новые друзья маги, а одна особа целитель, так что ей точно не повредит ничего. А ты человек. Ты слабее во всех планах, так что не подвергайте свою жизнь опасности, когда нп то нет причин. А теперь иди спи, завтра вставать рано, — выдал уже серьезно Аргест.

— Лорд Аргест, а когда я смогу увидеться в следующий раз с Линдой? — спросила я, уже выходя из кухни.

— Мм… посмотрим. Иди. Хотя… ничего больше тебе не нужно? В смысле, тебя жилье устраивает? — спросил директор академии, с интересом глядя на меня.

Я задумалась, прям серьезно так задумалась и поняла, что хочу… пианино я хочу! Но…

— А вы у всех учеников этой академии спрашиваете об их комфорте и предпочтении? — немного язвительно спросила я.

— Конечно не у всех. Просто леди Далее мне голову откусит, если ты перестаешь музыкой заниматься. Она мне это рассказала. Какой тебе нужен музыкальный инструмент? — злясь, спросили у меня.

— Любой клавишный, — сжав челюсть, ответила я.

Вообще, хотелось ответить «Ничего мне не надо, до свидания», но все же… поиграть хотелось, да и Линда может расстроиться.

— Хорошо, завтра покажу, где будет все находиться. Спать, — отвернувшись от меня, проговорил Аргест.

Ничего не сказав, я отправилась в свою комнату, по пути встретившись с Нэлли, которая в руках держала исписанный листок и карандаш.

— Доброй ночи, — сказала ей я.

— Доброй ночи, — ответила светловолосая и потопала к лорду Аргесту.

2.3

Проснулась я от воя ветра, и когда я подошла к окну, то удивилась: на улице бушевала стихия. Снег валил настолько сильно, что соседние здание было еле заметным через эту пелену. Странно, ведь вчера травка тут зеленой была, цветочки цвели. Надо будет у Нэлли спросить про это…

Одевшись в форму, я пошла на кухню.

— Ты что ли не ложилась сегодня? — спросила я, обеспокоившись ее состоянием.

— Ложилась… на два часика. Нужно было зелье доделать, рецепт записать. Столько дел, некогда спать! — с сумасшедшей улыбкой выдала Нэлли.

Хотела я ей сказать, что не стоит так себя нагружать и сон для человека необходим, но не думаю, что она слушать меня станет. Еще вспомнилось, как вчера Эд говорил о том, что она со своими зельями и есть забывает, и его она совершенно не слушала. Надо с ней что-то срочно делать.

— Нэлли, спать нужно… нормально спать, у тебя же мозг не отдыхает, и… — она меня перебила.

— Смотри, — сказала она, демонстративно подняв какую-то бутылочку.

Она ее открыла. Из банки пошел лиловый пар, а когда он исчез, она сделала несколько глотков. Кожа, да что там, даже волосы ее на миг стали голубо-фиолетовыми, а в следующее мгновение передо мной стояла Нэлли с нормальным цветом кожи и волос, а еще исчезли круги под глазами, белки глаз перестали быть красными, в общем-то, она выглядела выспавшейся.

— Зелье бодрости, я около года назад его разработала, — гордо пояснила соседка.

— Научи меня его варить, — ровным тоном выдала я, еще не до конца сообразив, что я только что увидела.

— Сперва элементарное, а потом, может быть, дам тебе свой рецепт этого зелья. Вообще, его уже создали, но оно дает побочные эффекты. Засыпать через часов 12 после применения начнёшь, а после моего зелья спать не хочется, вот так вот, — ответила опять же гордо она.

Удивительно. Нет, я конечно слышала про зелья, но никогда не придавала этому большого значения. Ну и жила я до этого среди людей, а маги не так уж часто и встречались, а зельевары в техническом, промышленном городе… нет, они точно были в Арбисе, но внимания я на это не обращала, другие дела всегда были. А сейчас… это что-то удивительное.

Вышли из комнаты мы вместе. Нэлли еще раз мне напомнила кодовое слово для двери и мы начали спуск вниз.

— А почем сегодня идет снег? То есть, вчера же было тепло, трава зеленой была, а сейчас, — спросила я.

Почему-то я чувствовала себя самой настоящей дурой, которая не знает элементарных вещей. Но черт, я действительно не понимала, почему идет снег, когда вчера на него и намека не было!

— Это все остров. Он необычный, даже сам Аргест не до конца понимает, откуда в его недрах так много магии, причем сильной. Остров, грубо говоря, разумен. Дите с огромными силами, с которым может кое-как договориться только директор. Поэтому тут, — соседка обвела взглядом все вокруг себя, — можно ждать чего угодно.

Стало жутко. А что, если я захочу уйти и Аргест-то меня отпустит, а этот остров нет? Что, если Аргест не сможет с ним договориться и этот… кусок земли в океане заберет всю мою память?

Подавленность накатила одновременно с каким-то ликованием. Я нахожусь здесь всего день, но мне уже тут так нравится! По крайней мере, мне не приходится день за днем дышать грязным воздухом Арбиса, ходить на работу, а потом возвращаться в пустую квартиру… тут не однообразно. Кажется, этот самый остров и нужен был мне, уставшей от вечной однотипности и рутины жизни.

С Нэлли мы разошлись у самого выхода из нашей башни. Она пошла налево, а вот мне нужно было идти прямо.

Найти аудиторию профессора Шолл не составило для меня труда, я вчера запоминала каждую дверь, каждое окно и картину по пути туда. Приятным сюрпризом для меня оказалось увидеть у этой аудитории Эда.

— Привет, — поздоровался он, сделав ко мне пару шагов. Стало моментально ясно, что ждал он меня, а не профессора Шолл.

— Привет, а ты что тут делаешь? — спросила я.

— У тебя замена в расписании. Директор попросил тебя подготовить к его занятиям и к занятиям по защите, — ответил он.

Сердце на миг остановилось. Защита?! За что мне такое наказание? То есть, я думала, что хотя бы на денек отдохну от Далена, а тут… он. И чего ему дома не сиделось вообще?

Эд увел меня в какой-то небольшой класс, который был совершенно пустым… без окон, две двери, замаскированные под стены, вместо ламп тут были святящиеся шары света под потолком. И все. Больше ничего в этом классе не было. Но потом Эд пошел во вторую дверь и не пойми откуда начали появляться подушки на полу, немного на стенах… и он вышел из комнаты, сев на одну из больших подушек. Подушка поднялась на сантиметров 20–30 над полом.

— Садись, поднимайся, — шепотом проговорил Эд, но его было слышно прекрасно.

— А как? — спросила тоже шепотом я.

— Представь сам подъем, — ответил брюнет и закрыл глаза.

Я села на подушку, скопировав позу Эда и начала представлять, как поднимаюсь. Вспомнила, как поднимался Эд, представила, что также взлетает и моя подушка. Ничего не получилось. Ни на сантиметр я не поднялась!

Попробовала еще раз… и еще раз. Ничего не выходит. Совсем ничего.

— Эд, ничего не выходит, — тихо проговорила я.

— Плохо значит стараешься. Тебе рассказывали про особенности разминок? — не открывая глаз, спросил он.

— Нет, — раздраженно ответила я, все думая о том, как поднимаюсь на этой чертовой подушке.

— Разминка ведется до тех пор, пока не будет доведена до конца. И только потом начнутся занятия. И если мы закончим ближе к вечеру — ты или до ночи будешь на занятиях, или завтра они будут дополнительными. Разминка для тебя обязательна каждый день. Тебе повезло, что сейчас ты одна, ибо еще не определен факультет. Иначе бы все страдали из-за тебя, — немного грубо, но вполне доходчиво объяснил Эд, снова не открывая глаз.

Я попробовала закрыть глаза снова. Опять представила подъем подушки вверх, открыла глаза в надежде, что это наконец-то сработало, но безуспешно.

— Я не понимаю, как поднять эту подушку вверх! — уже начала срываться я.

Эд молчал и все также не открывал глаза.

Я снова начала думать о том, как эта подушка взлетает. Снова мне это ничего не дало, но на сей раз я решила ничего не говорить поглощающему. А смысл? Все равно, как я поняла, все, что нужно, он мне уже сказал. Также я мысленно уже смирилась с тем, что завтра мне придется вместо одного урока у Далена сидеть два урока, или же уйти от него под ночь.

И тут произошло что-то странное, то, из-за чего я чуть не слетела с подушки. Она поднялась! Причем я уверенна, что нахожусь теперь выше Эда!

— Спускайся ниже, теперь будет легче, — тихо проговорил Эд.

Я начала думать… усердно, старательно представлять то, как опускаюсь немного вниз и… получилось! С раза третьего, но получилось и теперь я была на уровне брюнета.

Он открыл глаза. Они отдавали каким-то странным металлическим свечением, а потом… потом погасли все шары света и один, самый-самый маленький, начал спускаться вниз. Остановился он между моей подушкой и подушкой Эда.

— Это не просто световой шар. Это зеркальный шар… сейчас я на нем буду выводить разные нити, а ты должна будешь запомнить, какая нить за что отвечает. Поехали, — уже чуть громче проговорил лаафи.

Я устремила свой взгляд на этот самый зеркальный шар. На нем появилась тонкая, светящаяся зеленым нить… нить защиты. Это мне еще объяснял лорд Айнар Эррдан, когда просил снять эту самую защиту с лорда Далена, будь они оба прокляты!

— Нить защиты, — опередила я Эда, который хотел мне рассказать про нее.

— Хорошо, — ответил спокойно он, хотя брови его от удивления были вскинуты вверх.

Следующая нить в шаре была голубая. Помню, что что-то мне про нее лорд Эррдан говорил, но добавил потом, что это не важно, главное убрать зеленые нити…

— Это другая защита, она есть у каждого человека. Она ярче и их больше, если у человека сильная аура и он обладает магическими способностями. Следовательно, если у человека слабая аура и в крови нет магии — этих нитей может и вовсе не быть, — пояснил Эд.

— А не лорд Дален мне должен об этом рассказывать? — спросила я.

— Упрощаю тебе задачу, — ответил чуть улыбнувшись лаафи.

Теперь появилась красная нить, значения которой я также не знала.

— Красная нить… это уровень магии, но его сильные и образованные маги могут скрывать, как это, собственно, делает половина наших преподавателей. Только у Далена, Аргеста и Васски не получается скрывать все красные нити, большой уровень магии. А теперь странность, которую, к лучшему, могут видеть лишь единицы.

На шаре помимо красной нити появилась золотая нить. Они начали сливаться и образовали одну прочную, толстую оранжевую. Хотя нет… больше к ней подойдет пламенная нить, ибо она будто горела.

— Смотри какой парадокс… у тебя нет магической крови, ни одной красной нити, даже малюсенькой, но есть оранжевая. Подсознательная магия, ты ее можешь впитывать в себя и не терять ее запасов со временем. Но такие нити нуждаются в постоянной подпитке, понимаешь? То есть… они разрушаются, и для образования еще одной такой нити нужны красные и золотые нити. Но у тебя нет красных… тебе нужно скрыть эту нить, пока ее никто кроме меня не увидел. Поэтому сейчас будем в темпе вальса учить значения нитей, а потом прятать оранжевую нить, — тихо, медленно объяснил Эд, но я совершенно ничего не поняла.

— Что такое подсознательная магия? У меня шизофрения? — спросила я, насторожившись.

Лаафи рассмеялся. Контроль его над подушкой, видимо, ослаб и его резко потянуло вверх, а потом он таким же резким рывком оказался напротив меня, уже сосредоточенный, но продолжал смеяться.

— Нет, это значит, что ты вполне способна навести на человека хорошую такую порчу. Или… у тебя бывало такое, что ты, к примеру, сломала ноготь и он вырос быстрее обычного? — спросил брюнет и я кивнула. — А бывало ли такое, что синяки у тебя проходили быстрее обычного? — снова спросил он и я снова кивнула.

— Но я думала, что просто это организм такой или я просто чего-то не замечаю, — проговорила тихо я.

— Советую через некоторое время пойти к Аргесту и попросить определить тебя на факультет целителей. Ты чувствуешь не только свой организм… ты колдуешь не осознанно. И это может проявляться не только в быстром исчезновении синяков и более быстром росте ногтей, если развить это, но двигать предметы одним только взглядом перестанет быть сказками. Поэтому пока что эту способность твою надо скрыть, — говоря это, Эд явно за что-то волновался, хотя пытался это скрыть.

— А что если не скрыть? — спросила я.

— Поздравляю, сможешь попасть в любимчики Аргеста. Только они продолжительностью жизни не отличаются, — ответил угрюмо поглощающий.

— Любимчики Аргеста? — переспросила я.

— Потом поговорим об этом, а сейчас давай заниматься, — твердо проговорил Эд и снова на шаре появилась нить.

2.4

Аргест моим появлением явно был недоволен. А если быть точнее, он отругал меня за позднее появление и когда узнал о том, что я не могла большую часть времени просто подняться на этой чертовой подушке… Теперь он, а не Эд или профессор Шолл, будет завтра проводить со мной эту самую разминку.

На его уроке он мне показывал также нити, которые мне показывал Эд и две из них, как он выразился, самые элементарные, научил меня разбирать. И как же директор академии разозлился, когда у меня минут 15 точно не получилось разобрать вторую нить, чтобы от нее ничего не осталось.

— Не заставляй меня думать, что я в тебе ошибся, Раддос, — выдал лорд Аргест по окончанию урока и протянув мне листочек с домашним заданием.

— А где мне взять эти нити? — читая свое задание, спросила я.

— Профессор Аргест, — на выдохе сказал мужчина.

— Профессор Аргест, а где мне взять нити для выполнения моего домашнего задания? — подняв на него глаза, повторила свой вопрос я.

— На соседке поэкспериментируй. Ну или на Клинфоне, вы вроде подружились. Только Линде не говори, а то она начнет выносить мне мозг и брату своему тоже, — как-то устало выдал Томас Аргест.

Щеки запылали моментально. Просто я вспомнила ту сцену в кабинете Аргеста, когда не постучала в дверь. И он сейчас, явно даже не догадываясь, что я знаю о их романе, пытается изобразить, что Линда его раздражает. Забавно.

— Хорошо, профессор Аргест. У меня завтра есть у вас урок? — спросила снова я.

— И разминка, и урок. Во второй половине дня дам одну книжечку твоей соседке, она тебе ее передаст. Прочитаешь те главы, что указаны будут и конспект составишь. Сразу обрадую… тебе завтра, пожалуй, ко второй половине дня. Успеешь все домашнее задание сделать, — ухмыльнулся директор.

Выйдя из кабинета, я все думала, что такого в его задании такого, что мне завтра ко второй половине дня, чтобы я успела сделать его задание? Главы в 100 страниц? Или Нэлли придется уговаривать час, чтобы она разрешила мне разобрать ее две нити? Странно, но сейчас мне нужно думать о другом. О защите.

Подходила к кабинету, где у меня будет занятие с Даленом, мне необычайно сильно захотелось развернуться и уйти от этого кабинета как можно дальше, да и Далена видеть совсем уж не хотелось, но надо. Я постучала в дверь и вошла внутрь.

Лорд Дален был не один в своем кабинете. У его стола стояла Каллет со своей свитой и что-то доказывала профессору. Но как же она лестно, слащаво все говорит… тошнить начинает.

— Несомненно хорошо, что вы об этом знаете, Каллет, но все же я вас жду на пересдаче. Вы должны были ответить другой вопрос, а не тот, который удосужились выучить, — ровно ответил ей лорд Дален и встал из-за стола. — Эрильда, проходите, садитесь, — а это он сказал уже мне, полностью игнорируя присутствие компании Каллет.

Лорд Дален материализовал вместо одноместных парт пару мягких кресел, стоящих друг напротив друга и маленький, круглый стол между ними.

— Профессор Дален! Ну не объяснял нам профессор Флазор эту тему, я бы знала ее! — уже без слащавости говорила темноволосая, хвостиком идя за преподавателем.

— Что именно в моих словах для вас непонятно? Выход найдете или мне вам его показать? — уже не пытаясь выдерживать вежливых нот, проговорил лорд.

Улыбаться почему-то захотелось… поэтому я побыстрее прошла вперед, к креслам и улыбалась, когда поняла, что никто этой улыбки увидеть не сможет.

Все, разумеется, кроме профессора Далена разумеется, вышли из кабинета. Мужчина, кажется, запечатал магией дверь и медленно направился не ко мне, чтобы занять место напротив, а к большой доске передо мной. И взял он в руки мел и начал что-то быстро вычерчивать. А после начал объяснять, что то, что он только что нарисовал — самое элементарное защитное плетение. И если для него это казалось, несомненно, элементарным, то для меня это было хуже высшей математики.

— Эрильда, прекратите на меня смотреть таким взглядом. Что вам не понятно в этом плетении? — задал вопрос лорд Дален необычным для него же тоном. Никакой раздражительности, его голос даже не был ровным, он был мягким и немного веселым.

— Честно? — насторожившись, тихо спросила я.

— Разумеется, — склонив голову на бок, ответил темноволосый.

В горле встал ком. Лучше бы он сейчас говорил со мной так, будто ждет, когда я исчезну с его поля зрения, бесился, из-за того, что я ничего не понимаю, хотя это «элементарно», чем слишком пристально на меня смотрел и улыбался при этом.

— Я ничего не поняла, — выдавила из себя я.

Профессор защиты чуть кивнул, снова отвернулся и стер все то, что нарисовал.

— Смотри, это — главная нить, — лорд Дален нарисован на доске волнистую линию. — А вот эти две — вторичные нити, — он перечеркнул волнистую линию двумя прямыми линиями. — А вот эта, можно сказать, последняя нить — она соединительная, — он посередине разделил главную нить другой волнистой так, что от вторичных нитей до соединительной было одинаковое расстояние, — главных линий в защите может быть до 20. Соединяются между собой они соединяющими линиями. Вторичные нити не могут пересекаться, поэтому должны строится в разных местах на каждой главной нити. Сейчас все понимаешь? — объяснил мне все еще раз темноволосый.

— Да, — ответила я, потому что сейчас я действительно поняла. Может, не все, но поняла намного больше, чем в первый раз.

— Есть предположения, почему именно это плетение является самым элементарным? — спросил профессор.

Я задумалась. В принципе, догадка у меня появилась, но… можно проверить. Я сосредоточила взгляд на Далене и увидела его защитное плетение. Он буквально весь светился зеленым и голубым, а еще фиолетовым и золотым, но сейчас мне не до них. Практически ни единого места не было без защиты. Я снова отвела свой взгляд на то, что он нарисовал на доске.

— Слишком много незащищенных мест. Она неплотная, — выдала свое предположение я.

— Правильно. Как вы думаете, кто чаще ходит с такой защитой? — с интересом глядя на меня, спросил лорд.

А я снова задумалась. Теперь разглядывание его защитного плетения мне ничего ровным счетом и не даст, надо думать. Не хочется говорить, что я не знаю. Надо хотя бы какое-нибудь предположение высказать и обосновать хотя бы немного свой ответ.

— Дети. Если можно сделать 20 главных нитей, то они будут более-менее защищены, — ответила я.

— Правильно, умница, — с улыбкой похвалил Дален.

Он снова отвернулся к доске, стер это плетение и начал, похоже, рисовать новое. Рисовал профессор быстро, но то, что я видела откровенно пугало меня. Если это второе по элементарности плетение, то я даже боюсь, что будет потом. Было слишком много линий, причем они были разнообразные: и прямые, и волнистые, и ломанные. А еще там были жирные точки-узлы… ужас в общем-то.

— А это, Эрильда, то, что ты сейчас разглядела во мне. Правда, удобнее искать защиту, когда знаешь, что именно нужно искать? — ухмыльнулся мужчина, явно припоминая мне нашу первую встречу.

Я придала лицу непроницаемый вид. Мне стыдно стало, но вот ему об этом совершенно необязательно знать. Я просто с интересом начала рассматривать то, что Дален нарисовал на доске. Без стыда, ну, точнее, явно его не показывая, я снова сфокусировалась на его защите и рассматривала ее, а потом рисунок на доске, и снова защиту.

— Покажи мне на рисунке то, что увидела, — проговорил темноволосый.

Я встала и подошла к лорду, который протянул мне мел.

Мел был необычный. Он светился… и когда я подумала, что вертикальные нити в основном голубые — он стал голубым. Я обвела те нити. Потом зеленым обвела те, что видела зелеными и начала ему высказывать предположения о том, что значат все эти линии в плетении.

— В основном, все правильно. Вы не встретите больше такую защиту нигде, так что можете не запоминать. Личное изобретение. Не могу вас не похвалить, вы быстро поймали эту волну. Значит, вам не будет сложно на моем предмете… по крайней мере с плетениями, — улыбаясь, проговорил профессор.

— Эм… профессор, а вы знаете, что у вас есть, так сказать, пробелы между нитями? — не могла не спросить я.

Дален явно встревожился из-за моих слов. Улыбка моментально спала с его губ, взгляд тоже изменился.

— Нарисуй, что ты видишь. Эти, как ты назвала, пробелы, — уже тверже, почти приказал темноволосый. Вот к такому тону от него я привыкла.

Я снова взяла мел в руки, сфокусировала взгляд на нитях и начала рисовать. Разрывы были разными и всего их было 4, но третий был достаточно большим. Поэтому мне пришлось нарисовать четыре рисунка перед тем, как наконец-то перестать разглядывать эти плетения. Не знаю почему, но после этих разглядываний у меня всегда начинает болеть голова.

— Большие дыры? — снова приказным тоном спросил лорд Дален.

— Две маленькие, — я показала на доске, какие именно и сказала, где они находятся, — одна чуть больше, — снова я показала ее на доске и сказала ее нахождение, — и одна большая, — и снова я сказала, где находится эта дыра.

— Урок окончен. Нарисуй элементарное плетение и подпиши его, — как на автомате произнес Дален и я, попрощавшись, вышла из кабинета в смешанных чувствах.

2.5

— То есть ты хочешь сказать, что Дален сам даже не знал про то, что у него такие проблемы с защитой? — тихо спросил на ужине Эд.

На его слова я лишь кивнула и продолжила есть. Нэлли сегодня к нам не присоединилась за ужином, видите ли, она занята какой-то супер-пупер-гениальной разработкой очередного зелья… или сыворотки. Не важно в общем-то, факт в том, что сидели мы с Эдом вдвоем.

— А зачем профессорам вообще здесь нужна защита? Посторонние сюда не попадут, опасаться, по сути, нечего и некого. Как я заметила, многие студенты даже без элементарной защиты ходят и ничего, — спросила я вопрос, который действительно меня волновал.

Ведь если подумать, то правда, зачем лорду Далену тут такая мощная защита? Надо будет еще посмотреть своим «вторым зрением» на других преподавателей. И на Аргеста бы тоже не помешало бы так посмотреть… ради интереса.

— Не знаю, а спрашивать никогда и не пробовал. Это не мое дело, так что я в него и не суюсь. Советую и тебе туда не совать свой нос, да и вообще забыть про то, что увидела, — серьезно ответил Эд.

И в чем-то он был точно прав: это не мое дело и совать нос туда не стоит. Но вот из головы это выкинуть я не могу, да и не горю желанием. Надо узнать, почему у Далена и, возможно, других профессоров такая защита. В конце концов, вдруг нам что-то угрожает, а мы даже не в курсе этого? Ну а еще я любопытная очень.

— Сегодня зайдешь к нам? — спросила я, когда мы поднимались в башне к комнатам.

— Посмотрим. Может заскочу на чуть-чуть, передавай Нэллс привет, — ответил Эд перед тем, как наши с ним пути разошлись.

Соседка еще не доделала свое зелье, так что тревожить ее я не стала. Доделает и сама придет, а я уроки пока сделаю. С заданием лорда Далена я справилась достаточно быстро, а вот с заданием директора возникли трудности. Никогда не получалось у меня медитировать. А тут нужно было посредством медитации уйти в себя… бред. Но если быть честной, то и не особо-то я и старалась выполнить это задание. Посидела полчаса, спина и шея успели затечь, про ноги молчу… и бросила все это. Сложила рисунки с элементарным защитным плетением и пошла на кухню чайник поставить. Только вот стоило мне сделать пару шагов от двери в свою комнату, как меня чуть не сшибла соседка с сумасшедшей улыбкой.

— Получилось! — пискнула она, обняв меня настолько крепко, что казалось кости треснут. — Я приготовила это зелье! Наконец-то! Мы должны это отметить!

— Так, Нэлли, стоп, усмири свой пыл! Куда ты собралась? — наблюдая за тем, как соседка опустошает свой шкаф, спросила я.

— Одевайся, по пути расскажу! Только не форму академии, — радостно проговорила она и снова занялась выкидыванием вещей из шкафа.

— Сперва скажи куда, — настояла на своем я.

— Не будь занудой! Не постоянно же сидеть в комнате, нужно выходить веселиться! — рявкнула на меня Нэлли.

— Куда мы пойдем? — снова спросила я.

— Так, Эрильда, хватит вопросов! С острова все равно никуда не деться, так что вперед и с песней! — оторвавшись от шкафа, ответили мне.

Никуда идти не хотелось совершенно. Но все же я пошла одеваться. Если там, куда мы собираемся, мне не понравится — просто уйду, ничего страшного. А может, там действительно весело будет… А в комнате скучно.

Выряжаться я не стала. Надела первое платье, которое мне попалось под руку, я распустила волосы и снова пошла к Нэлли. А вот она выряжалась явно… Атласное бежевое платье уже было на ней, волосы уложены… и когда она успела?

— Нет, так дело не пойдет, — проговорила себе под нос соседка и плеснув каким-то зельем на руки, начала втирать его в волосы. Появился объем.

А потом она повернулась на меня… Зря. Она капнула на свои пальцы пару капель другого зелья и подошла ко мне, проводя по моим волосам. Они начали светиться, что пугало. А что, если они сейчас отвалятся? Но этого не произошло. Они непонятным для меня образом завились.

— Вот теперь пошли, — с какой-то неестественной улыбкой произнесла Нэлли, взяла меня за руку и потащила к выходу.

По пути на «веселье» было еще хуже. Сперва мы перебегали со скоростью света у фонтана, так как напротив него был сектор, где живут преподаватели… и во что я ввязалась? Но это еще цветочки. Потом нам пришлось через этом преподавательский сектор пробежать, чтобы, по словам соседки, не делать огромную петлю. Нас чуть не заметил Дален, хотя Нэлли наложила на нашу обувь какое-то заклинание и слышно наших шагов не было. Мы вовремя успели спрятаться за огромную колонну. Потом пришлось ждать, пока лорд поднимется наверх и стихнут его шаги, чтобы точно не быть замеченными. Чуть высунув голову из-за колонны я чуть не попалась: профессор остановился на лестничном пролете и смотрел на вестибюль, через который, собственно, мы и должны были пробежать. Еще немного постояв, он ушел, но мы не стали рисковать и еще немного подождали.

Неприятности начались, когда мы добежали до центра вестибюля. Заклинание перестало действовать и стук нашей обуви раздавался эхом. Это заставило бежать еще быстрее. На выходе мне показалось, что в центре этом стоит Дален… но когда я снова обернулась посмотреть — никого не было.

Но и это еще не конец препятствий был. Впереди нас ждали самые настоящие дебри.

— Все, Нэлли, это перебор! Пошли петлей обратно, навеселились, — проворчала я, отказываясь наотрез пробираться сквозь эти заросли.

— Пошли уже! Мы почти весь путь уже прошли, — протараторила светловолосая и толкнула меня вперед. Веток я не почувствовала, да и высоченной травы… — Иди вперед, это иллюзия, — объяснила мне все соседка и я пошла вперед.

Сделала я в этой иллюзии шагов 20 точно, прежде чем очутилась перед небольшими деревянными воротами, а за ними аркой из кирпича.

— Где мы? — спросила я, оглядевшись.

— Не только Аргест умеет договариваться с островом. Это наш, студенческий уголочек, добро пожаловать, — с коварной улыбкой проговорила она и снова взяв меня за руку повела вперед.

Теперь я поняла все ее слова… в академии и на ее территории не приветствовались публичные проявления чувств, запрещались употребление спиртных напитков и курение табака, а еще очень громкая музыка. Тут было все, кроме очень громкой музыки. Но все же было культурно как-то. Не было ни пьяных дебошей, ни постоянной табачной дымки, не обжимающихся парочек на каждом углу. Курили студенты все в одном месте, пили, но не напивались, а парочки прятались в темных, неприметных углах, не привлекая к себе особого внимания.

Как оказалось, Эд тоже был тут, причем не один. Он шел к девушке, которая, видимо, отвечала за музыку. Я хотела подойти ближе, чтобы еще раз поздороваться, пока моя соседка уже куда-то смылась, и застала спор. У девушки не было медленной песни.

— Эд, ты же знаешь, насколько редки запросы на медленные танцы! В другой раз Юну позовешь. И я понимаю, что это первое свидание, но надо было предупредить! — рыкнула на Эда девушка.

— А если я материализую любой музыкальный инструмент, ты сможешь сыграть? — с горящими глазами спросил лаафи.

— Нет. В следующий раз предупреждать будешь! — снова обиженно рыкнула девушка и демонстративно отвернулась.

— Я могу, — тихо проговорила я.

Эд резко повернулся и одарил меня удивленным взглядом.

— А ты что тут делаешь? Хотя… неважно. На чем играешь? — спросил Эд, косясь на девушку, которая стояла и разговаривала, видимо, с подругами.

Через минут пять максимум рядом со мной появилось пианино… прям посередине этой площадки. А потом Эд наколдовал усиление звука.

Я села на свое место и спросила, что играть. Эд ушел, а после привел смуглую девушку, Кортни. Она сказала мне песню и наколдовала ноты. А я заметила кое-что… у нее не было одной кисти руки, но висел массивный красный браслет. Быстро оторвавшись от браслета, я проглядела ноты и начала играть. Кортни начала петь… изумительный голос. Парочки отлипли от стен и начали кружить по площадке. Чуть оглядевшись, я заметила у арки уходящую Нэлли. С середины песни сразу перескочив под конец (под возмутительный взгляд Кортни), я быстро встала и чуть ли не побежала за соседкой.

Но стоило мне пробежать арку, как мою талию окольцевали сильные руки и быстро затащили в угол. Но то, что мне удалось развернуться ничего мне не дало: на незнакомце было Облако… долбанное Облако. А в голову почему-то сразу пришло осознание того, что если я закричу — меня не услышат, а еще за мной никто не пойдет и меня держат в темном, безлюдном углу.

— Сними с меня Облако, — искаженным голосом приказали мне.

Снимать я ничего не стала. Силы еще тратить… лучше в пятый раз попытаюсь убрать от себя его руки, хотя и дураку понятно, что ничего из этого не выйдет.

— Скучная ты, — проговорил… лорд Дален!

Это точно его голос! Как он попал сюда? Нэлли же сказала, что попасть сюда могут только студенты!

— У вас, Эрильда, вопросы прямо на лице написаны. Я тоже когда-то был студентом этой Академии и остров меня еще видит в этом списке студентов. Должен признаться, нынешние студенты хуже организовывают подобные места… а еще и красные помогали стены возводить, позор. Надо будет Аргету рассказать, что у него лучшие студенты не могут нормально возводить стены, — сняв Облако, начал рассуждать профессор.

Я не сразу поняла, что он отпустил меня из-за шока. Я даже больше ожидала встретить тут директора академии, чем его!

— Ничего не говорите директору! — вырвалось у меня, когда до сознания дошел смысл сего последних слов.

— Вот он, юношеский максимализм… я тоже когда-то думал, как и мои друзья, что Аргест ничего не знает. Эрильда, скажу по секрету, он знает абсолютно все, что происходит на этом острове. Также он знает про злоупотребление психотропными веществами вашей соседкой, что мне показалось крайне возмутительным… надеюсь, в детстве вам говорили, что никаких психотропных веществ пробовать не стоит? — и снова слова преподавателя повергли меня в шок.

— Что? — тихо промямлила я.

— Какая вы впечатлительная, — посмеиваясь, ответил Дален и положив снова руку на талию повел обратно, в жилой корпус.

— Вы не шутили насчет Нэлли? — спросила я, когда на горизонте виднелся преподавательский жилой корпус.

— Шутил. Но сегодня, наверное, из-за действия паров очередного зелья, она была немного эмоциональнее обычного. Утолите мое любопытство, это было любовное зелье? — чуть замедлив шаг, спросил темноволосый.

Я просто помотала головой. Если бы я ответила ему вслух — обозвала бы, точно обозвала! Это ж надо так шутить!

— Можно вопрос? — спросила я.

— Вы его уже задали, но я сегодня добрый и разрешаю вам еще один вопрос задать, — насмешливо отозвался профессор.

— Зачем вы пришли? — прямо спросила я.

Сперва я хотела спросить, слышал ли он нас с Нэлли и не из-за этого ли пришел, но не стала… а вдруг мне показалось, что он стоял в вестибюле? И наплевать на то, что Дален и так уже поймал нас… в этом месте.

— Проследить, как ведут себя студенты академии. Вас это удивляет? — снова насмешливо спросил профессор.

— А зачем тогда вы меня поймали и сейчас ведете в мою комнату? — снова задала вопрос я. Слишком уж много несостыковочек.

Лорд Дален точно видел, как уходила Нэлли, уходили и другие ребята, но вот поймал он меня. Поймал и испугал. Но пришел туда профессор только ради того, чтобы проверить, как веселятся учащиеся. На бред похоже.

— А кто вам сказал, что я вас веду в вашу комнату? — к насмешливому тону прибавился еще и насмешливый взгляд.

— А тогда куда вы меня ведете? — остановившись, вопросила я.

Ответом мне стала снова ухмылка преподавателя и легкий толчок вперед, чтобы я продолжала движение. Но и после этого неджентельменского толчка я остановилась и отдернула от себя руку Далена. И снова его насмешливый взгляд… гад.

— Вы не находите, профессор Дален, что ваше отношение ко мне не есть преподавательское и я, дурочка наивная, могу рассчитать ваши объятия за проявление чувств? — не сдержавшись, высказалась я, когда меня взяли без моего согласия за руку и повели вперед.

— Никогда не думал, что вы дурочка, а вот в силу опыта и возраста — да, вы наивны. Но если по-другому вас и с места не сдвинуть — то придется пойти на столь неприятные вещи, как объятия, — выдал Дален и повел дальше меня.

Обидно от его слов стало. Что он себе вообще позволяет? Он только в аудитории становится нормальным человеком?

— Облегчу вашу участь, сама дойду до своей комнату, без толчков и в приятной компании самой себя, — не выдержав, проговорила я.

— Не забыли, с кем разговариваете? — уже серьезно спросил Дален, остановившись и встав передо мной.

— Нет, лорд Дален, просто с детства привыкла говорить с людьми также, как они говорят со мной. Доброй ночи, — быстро проговорила я также быстро обошла профессора, удаляясь по преподавательскому вестибюлю вперед, к фонтану.

Мимо фонтана я бежала, чтобы другие преподаватели меня не увидели. Одного хватило… Забежав в свой корпус, я остановилась отдышаться. А когда я решила продолжить путь наверх — врезалась в кого-то. Этим кем-то оказался парень, застегивавший рубашку на ходу, с потрепанным видом.

Поскольку это я врезалась в него, то я извинилась и пошла дальше. Точнее, хотела пойти дальше, но мне этого не дали сделать. Что за день!?

— И где мы до ночи гуляем? — спросил он, закончив застегивать пуговицы на рубашке.

— Дай пройти, — ответила я.

— Я Рэн, — ослепительно улыбнувшись, представился светловолосый.

Воспитание говорило о том, что нужно представится в ответ, сознание почему-то твердить начало, что он классный, красивый, очаровательный, а как улыбается, а какой голос приятный… но ум уже позволил прийти к выводу о том, что этот жук пользуется какими-то чарами. И теперь остается один вопрос: подыграть или обломать его?

2.6

Сама не поняла как очутилась в его объятиях, сама не поняла, когда начала разглядывать его. Красавец? Возможно. Но все же до меня наконец-то дошло, что не стоит ему подыгрывать: он играет не честно. Может, я нахожусь под его влиянием и из-за этого не могу рассмотреть в нем источники этих чар, но все же это довольно странно. Именно поэтому нужно уходить.

— Может ты отойдешь? — спросила я, чуть отодвинувшись от него.

— Только после того, как скажешь свое имя, — проговорил Рэн и снова улыбнулся.

Значит, все дело в улыбке! Именно она начинает затуманивать разум, мешает здраво соображать. Надо уходить от него… причем быстро.

— Эрильда, — ответила я.

Рэн снова улыбнулся, прошептал что-то вроде «До встречи» и пропустил меня.

Разум вернулся полностью, когда я подошла к своей двери. Что это вообще было!? Или мне настолько затуманило разум, ибо я не разглядела магического воздействия… вообще никакого магического воздействия! Защита, да, стоит, я ее видела точно, да и другие нити и плетения видела, но никаких воздействий.

Отбросив эти мысли, я пошла к Нэлли. Нашла я ее на кухне, хлещущей уж точно не вишневый сок. Сидела она уже в домашней одежде и в крайне скудном настроении.

— О, ты пришла! Не поверишь, меня у выхода схватил за руку профессор Дален, отчитал и перенес к нашей комнате, — нацепив улыбку, протараторила соседка, думая, что я не замечаю, как она утирает слезы.

— Да, он тоже меня поймал. Испугал, а потом уже отправил в комнату. А почему ты так быстро ушла, даже ничего не сказала? — как можно спокойней спросила я, видя настроение Нэлли.

Она промолчала. Просто улыбнулась и отвернулась от меня.

— Нет, так дело не пойдет. Сейчас я приду и мы все-таки поговорим, — уже тверже сказала я и ушла в свою комнату, чтобы переодеться в более удобные вещи.

Прикрыв глаза на несколько секунд, я поймала себя на мысли о том, что голос Рэна до сих пор крутится в моей голове, как заевшая кассета. Его голос становился все громче и громче, выгоняя все мысли… снова белый свет покрыл меня, голос его стал невыносимо громким, быстрая острая боль. Открыв глаза я поняла, что лежу на своей кровати и никакого больше голоса не слышу.

Быстро сменив одежду и чуть отдышавшись после случившегося, я рванула на кухню, где сидела моя соседка.

— Нэлли, у меня вопрос жизни и смерти! — все еще тяжело дыша выдала я.

— У меня бы тоже он был, если бы я не знала, что ты не обладаешь магией. Настойка тети Клары пропала… тьфу, — пожаловалась Нэлли.

— Кто такой Рэн? Такой блондинистый, высокий, глаза голубые…

Остатки настойки упали на пол вместе с небольшим стаканом, разбившись прежде чем я успела договорить, тем самым прервав меня.

— У вас с ним что-то было? — настороженно спросила зельеварка, забыв о своей потребности пригубить и как дурочка улыбаться.

— Что? Нет! — сразу начала отрицать я.

Рассказав все, что случилось с Рэном внизу, а потом в комнате, мне стало даже как-то легче. Да и Нэлли, кажется, от своих проблем отошла. Теперь не понимала ничего не только я, но и она.

— Помнишь, тебе поглощающий сказал, что на тебе странная защита? — спросила тихо-тихо Нэлли.

— Ты про Эда? — осведомилась в свою очередь я.

— Не произноси при мне это имя! — вскрикнула соседка, резко встав из-за стола.

И только теперь, кажется, я начала все понимать. Эд. Он танцевал с другой, Нэлли это увидела, расстроилась и ушла… я бы никогда и не подумала, что он ей нравится.

Соседка же обратно села, чуть улыбнулась и будто только сейчас заметила разбитый стакан и разлитую настойку и принялась все это убирать с пола.

— Так вот. То зелье веселящее, что мы пили имеет пусть небольшое, но магическое воздействие. Поговаривают, что Рэн — из падших. Они могут не применять открытых воздействий, чтобы вскружить голову… но никто никогда это ему не скажет, так как может прозвучать, как обвинение, а обвинения подобного характера слишком жестко наказываются… И он воздействовал на тебя. Сработала защита… я не знаю, кто взял на себя такую ответственность за тебя, да еще и обладает мастерством таким, но тебе повезло… к примеру, если тебя захотят отравить — сразу сработает эта штука и ты останешься жива, здорово же! — выдала как-то радостно моя соседка.

— Это значит, человек, поставивший на меня эту защиту, берет весь урон на себя? То есть в его голове сейчас не замолкает Рэн? — полюбопытствовала я.

— Дорогая моя, маг с уровнем того, кто на тебя это поставил, сможет подавить этот соблазн очутиться в объятиях этого проклятого, — усмехнулась Нэлли.

А я не понимала, что мне делать. С одной стороны, не помешало бы поговорить с подругой о Эде, ну или о причине ее ухода, но… возможно, это не мое дело. Если бы она хотела мне об этом рассказать — она рассказала бы. Зачем из нее это выпытывать? Я в этом не вижу смысла. Придет время и она сама все расскажет, если посчитает нужным.

В дверь постучали. Хотела пойти и открыть ее Нэлли, но я ее опередила. Не хватало еще, чтобы кто-то кроме меня узнал, что она пьяна, могут последовать немалые проблемы, так как нельзя в этих стенах распивать алкогольные напитки.

— Еще раз привет, — проговорил Рэн.

На сей раз он снова улыбался, но не так, как внизу, а вполне себе обычно.

— Не хочешь завтра прогуляться? — спросил он.

И теперь я заметила еще одну странность: Рэн не смотрит мне в глаза. Не улыбается, не липнет, не поддерживает зрительного контакта… неужто действительно хочет знать мое мнение, не применяя его непонятной, странной магии, которая даже толком не отслеживается? Интересно.

— Можно было бы, но я без понятия во сколько закончу, лорд Аргест проводит урок столько, сколько посчитает нужным, — честно ответила я.

Парень явно задумался. И теперь посмотрел в мои глаза… всего на пару секунд, но он уже в моем сознании стал в разы красивее. Но снова Рэн отвел взгляд в сторону. Разум снова прояснился.

— Хорошо, я поговорю с Аргестом, чтобы тот отпустил тебя раньше шести. А к семи зайду за тобой. Договорились? — предложил светловолосый.

Я кивнула. Немного неосознанно, но кивнула. А парень уже попрощался, поцеловал руку и ушел… Выходит, у него тоже есть какие-то привилегии, как у Нэлли? Не думаю, что любой студент академии может пойти к директору и попросить его отпустить кого-то в определенное время для того, чтобы сходить прогуляться.

— Кто там был? — спросила Нэлии уже с кружкой чая.

— Да там, не важно в общем, — ответила я.

Соседка неодобрительно на меня посмотрела и поставила кружку с силой на стол.

— И чем это вызвано твое недоверие ко мне!? — чуть повысила голос она.

— Ну знаешь, ты мне тоже не сказала, почему ушла и кинула меня, — парировала я.

Воцарилось молчание. Это был явно тупик и для меня, и для нее. Не хочу ей говорить, что я согласилась погулять с Рэном, не хочу говорить, что именно он приходил… не хочу высказывать свои догадки на тему того, что он не хотел на меня воздействовать, а хотел услышать мой ответ на его предложение. В конце концов, я на нее не давила и не начинала кричать о недоверии.

— Эд. Мне стало неприятно, когда я увидела его с Сандрой. Прости, что бросила тебя, просто на эмоциях была, — ответила после долгого молчания Нэлли.

Предположение мое подтвердилось, но… ее ответ значит то, что теперь я должна рассказать про Рэна, что не утешает.

— Приходил Рэн, — на выдохе проговорила я.

— Да ладно? И что ему нужно было? Почувствовал, что его чары не работают? — с интересом начала расспрашивать соседка, поддавшись чуть вперед.

Отвечать на ее вопросы не хотелось, но не смогла я не задуматься. Может он не использовал чары, потому что почувствовал то, что они не сработали в первый раз?

— Спросил, смогу ли я с ним прогуляться… и вот что мне показалось странным: он не использовал магию совсем. Не смотрел в глаза, не улыбался, не прикасался. Ничего. Он просто пришел и спросил, — ответила я.

— Ой, хотела бы я увидеть его лицо, когда ты его отшила! — усмехнулась Нэллз.

Но эта усмешка начала сползать с ее лица по мере ее осознания того, что я согласилась. Признаться, выглядело это весьма забавно.

— Не говори мне, что ты согласилась с ним пойти… — тихо проговорила она.

— Хорошо, не буду. Что такого в том, что мы прогуляемся? — не понимала я.

— Ничего хорошего! Но ладно, это твое решение, надеюсь, обдуманное. А если у этого идиота что-то в голове не так повернется, то я наплюю, что он из красных и отравлю его! Как раз яд новый недавно сварила, так ему и скажи! — начала злиться соседка.

Теперь мне стало ясно, почему он может попросить лорда Аргеста об одолжении: Рэн из красных, его любимчик. А если исходить из того, что мне рассказывал Эд, то он обладает какой-то странной силой, или с ним что-то не так, есть что-то особенное. А это уже делает догадку о том, что от из падших не такой уж невозможной.

Но отказываться от прогулки я не буду. Почему-то мне хочется пообщаться с этим парнем. Не знаю, может, чары не до конца с меня сняты или наложены новые, но кто не рискует — тот не пьет, верно?

2.7

День проходил более, чем просто хорошо. Профессор Дален объяснял мне второе по элементарности защитное плетение и научил разбирать первое… на этом интересное и положительное все на его уроках закончилось.

Дело в том, что мой учитель по защите решил, что мне нужно начать тренироваться разбирать второе плетение и заняться этим нужно после пяти. На мои «я не смогу», «я занята» ему было наплевать. Также ему было все равно на то, что меня директор освободил от занятий, Дален лишь сказал, что это освобождение исчезнет после его разговора с Аргестом.

И вот я без настроения пошла на обед. Самым возмутительным стало не то, что может накрыться моя прогулка с Рэном, а то, что один самодовольный профессор решил, что его слово — закон всемирного подчинения.

— Что-то у тебя настроения совсем нет, — подметила Нэлли, уплетая за обе щеки еду.

Я же в свою очередь просто ковырялась в своей тарелке. Аппетита совершенно не было, как и желания говорить про свое плохое настроение. Но это Нэлли… обидится, если я хоть чего-нибудь не расскажу.

— Дален. Считает, что мне нужно начать разбирать другой материал, хотя это спокойно можно сделать на другом уроке, без перегрузки, — недоговорила я.

— На профессора Далена в этом плане многие жалуются… максималист. Спрашивает по полной программе, наплевав на то, что это может быть любимчик директора. Привыкай, — «успокоила» меня соседка.

Отвечать ей я ничего не стала, но все же решила хоть немного поесть.

Но поесть нормально мне не дали. В столовую вошли за ручку Эд и Сандра. Достаточно многие обернулись на них, начали шептаться… в числе обернувшихся была и Нэлли.

— Меня сейчас стошнит… — пробурчала она и встала из-за стола, направляясь к выходу.

Я же решила не идти за ней. Поем, а потом уже поговорим, если она того захочет. Эд со своей подружкой же, к моему сожалению, направились ко мне.

— Привет, куда Нэллз убежала? — спросил Эд, галантно отодвигая стул для Сандры.

Без призрений совести не кинула на друга и взгляда, а уставилась на его подружку. Ну, может, это и некрасиво, но до этого я ее не видела, значит, пересечься с ней можно будет только если она с Эдом. А вот если я буду как раньше проводить достаточно много времени с Эдом, то оставлю Нэлли одну… сложно все. Поэтому я с интересом и уставилась на нее.

— Ей нужно что-то повторить и она убежала в комнату. Ты же ее знаешь, — ответила я, будто ничего и не случилось.

В принципе, ничего и не случилось. Я не должна обижаться на него, если он не оправдал каких-то надежд Нэлли. Женская солидарность женской солидарность. А дружба дружбой. Нужно как-то будет время им обоим уделять… ну разве что немного побольше соседке.

Сандра… ну с возрастом я даже не буду пытаться угадывать, спасибо острову, но на вид… миловидная девушка с вьющимися русыми волосами и черными глазами. Странное сочетание, но да ладно.

— Извините, ребят, но я пожалуй тоже пойду. А то один профессор по защите лютует больно уж, — чуть улыбнувшись, проговорила я и завернула в салфетку пирожок… точнее два, может, соседка все же голодна и ушла из-за Эда… ну и яблоко прихватила.

Брюнет просверлил меня странным, непонимающим взглядом, а после того, как я встала и вовсе встал следом и с улыбкой попросил подождать Сандру… ну и захотел со мной поговорить.

— Что не так? — прямо спросил друг.

— Хорошее начало, но скажи мне сначала, к чему этот вопрос? — чуть улыбнувшись, спросила я.

— Ладно, скажем по-другому. Что с общением? Нэллз меня избегает, ты уходишь, — разведя руками, спросил Эд.

— Не знаю, что у вас с Нэлли произошло, но я тебя не избегаю и не из-за тебя ухожу. У меня правда… возникли небольшие проблемы с Даленом, — ответила я как можно спокойнее.

Друг явно призадумался. После он подошел чуть ближе ко мне и взял за запястье, смотря на него с жадным интересом.

— И чего ты хочешь увидеть? — прямо спросила я.

— Не здесь… скажи мне, помощь моя может понадобиться? Если что-то непонятно, то ты всегда обращайся, я помогу. Я понимаю твою ситуацию, даже не представляю, как ты все время жила и не подозревала о том, что поглощающая… — уже просто взяв меня двумя руками за ладонь, проговорил брюнет.

— Хорошо, спасибо, Эд, — снова чуть улыбнувшись, ответила я.

На самом деле меня тронули его слова. Он мне не должен ни помогать, да вообще, он вообще ничего мне не должен. Еще больше сейчас я пожалела, что они с Нэлли не общаются… точнее, Нэлли с ним. Вообще, я думала, что Эд питает интерес к моей соседке и в голову не могло прийти, что все наоборот… Судьба порой так иронична.

— С тобой все хорошо? — как-то обеспокоенно спросил Эд, подавшись еще чуть ближе.

— Все с ней в порядке, свободен, — рыкнул знакомый голос справа от меня.

Повернув голову, я увидела Рэна. А еще заметила, что сейчас большая половина столовой пялится на нас, заметила, что сегодня не все в черных и синих костюмах, появился столик «красных» и немного студентов в красном врассыпную по разным столам. Красные были единственными, кто и не шелохнулся. Некоторые среди «черных» и «синих» не поворачивались на нас, но притихли. Ненавижу такие ситуации.

Посмотрев на Эда поняла, что он хочет что-то ответить «красному», мило улыбнулась и тому, и другому, а после просто ушла. Может, им совершенно наплевать, что на них смотрят люди, желая потом перемыть кости, но меня это волнует. Может, это не так уж и хорошо, но уж точно не плохо.

— Стой, Эрильда, подожди! — крикнул мне вслед Рэн, когда я уже отошла от столовой, прямо перед выходом на улицу где, кстати, все цвело и благоухало. Даже птички пели.

Решив не выходить на улицу и не привлекать к себе еще больше внимания, я резко развернулась. Он остановился на расстоянии в два шага от меня.

Рэн посмотрел в глаза… но это не действовало уже. Я не думала о том, что он хороший парень, его голос не звучал громче, чем есть в моей голове и сам он не казался обворожительно-прекрасным. Прогресс, или же он просто может это контролировать.

— Во-первых, прости, во-вторых, ты забыла яблоко, и в-третьих, я все уладил с Даленом. Можешь не волноваться на его счет. Могу тебя проводить? — спокойно проговорил парень.

Я же просто пожала плечами, снова развернулась и пошла вперед, к выходу на улицу.

Услышала, как Рэн сзади хмыкнул. Быстрым шагом он догнал меня, а затем сбавил его, сравнив с моим. Говорить почему-то мне с ним не хотелось. И вообще, зачем я вчера согласилась с ним куда-то идти? О чем мне с ним говорить? Дура.

— Я тебя все-таки обидел? — прервал молчание Рэн.

— Возможно, — безразлично кинула я, тем временем думая, как бы отказать ему в прогулке.

— Прости, я не хотел, — тихо проговорил светловолосый.

И только сейчас я нормально на него посмотрела, не мельком или акцентируясь на чем-то одном. Выглядит он не как вчера, вообще, кажется, что Рэн вчера был просто пьян и непонятно, зачем он пошел решать мои проблемы за меня сегодня.

Снова остановилась, развернулась к нему. Для этого я снова выбрала нелюдное место — между двумя зданиями. И время подходящее… учащиеся не торопятся в свои комнаты и отдыхают у фонтана на лавочке, или на траве, греясь на солнце, практикуясь в магии… Заметила я, что одна девушка создала сразу несколько бабочек и поймала себя на мысли, что хотела бы также, но не могу, и слава всевышнему. Вот это и есть противоречивость: магия — зло, но это красиво, удивительно.

— Давай так. Ты мне один честный ответ, а я перестаю обижаться, — выдвинула ультиматум я.

Лицо Рэна пронзила улыбка, он отвернулся в сторону фонтана, потом снова повернулся ко мне и кивнул.

— Правда вопрос немного не правильный и, возможно, не стоит его задавать, но… — начала петлять я, когда поняла, что нетактично будет спросить в лоб «ты из падших?».

— Тогда может не стоит говорить об этом на улице? Это они только выглядят, будто своими делами заняты, верно? — ответил Рэн и резко повернулся в сторону фонтана.

Люди начали собирать свои вещи и уходить, не все, но все же. Они слышали нас… чертова магия!

— Пойдем ко мне, там явно никто не сможет нас подслушать, — положив руку чуть выше талии, проговорил подозреваемый-падший и повел вперед.

Прикосновение… вот оно уже влияло на сознание. Я смирно шла рядом с ним сквозь удивленные взгляды «синих» и «черных», отдыхавших на заднем дворе. Но с каждым разом их становилось все меньше, и меньше, и меньше… а потом не было вообще, хотя на вид была такая же трава, такие же деревья, но никто тут не сидел. Неудобством стала исчезающая тропинка, которая наводила на плохие мысли, что мы идем в тихое место и он меня убьет, ибо понял, что я знаю про то, что он из падших.

Но мои волнения оказались беспочвенны: одна тропинка стала лишь очередной поляной, но через несколько шагов за кустами появилась другая дорожка. Она уже была шире и не просто песчаная, а их камня. Виднелись несколько небольших коттеджей, а еще несколько студентов в красном. Людей в другой форме не было, но всем им совершенно было наплевать на меня. Подходила одна девушка и что-то спросила у Рэна по занятиям, пара парней поздоровались с ним и на этом все. Замечательно, не то что в столовой, где все пялятся и пытаются услышать любую ссору, вообще все, чтобы потом обсудить дружно.

Тут было что-то вроде нашего внутреннего двора с фонтаном, только меньше по площади и его окружали эти самые коттеджи. Их было 6, с небольшими верандами и малюсеньким садом у каждого строения… хорошо живут конечно. Но все они были разными: разные сады, разный фасад, разные веранды и лестницы.

Рэн меня завел на веранду одного из домов, попросил посидеть. Я же все разглядывала. Не так все скучно, как было в наших комнатах… интересно, а сколько в этом доме человек живет? Просто «красных» не так уж и много, домов 6… не мне конечно жаловаться, но все же, повезло в плане жилища любимчикам Аргеста.

Пришел «красный» с летящим впереди подносом с чаем и едой к чаю.

— А теперь спрашивай, — сказал он, сев сбоку от меня.

— Что было вчера? Я даже не знаю, как это спросить если честно. Ты можешь ментально влиять на человека? — спросила я отдаленно от того, что меня интересовало на самом деле.

— Да, можно и так сказать, больше не делаю так, по крайней мере пытаюсь, — улыбаясь, ответил светловолосый. Ему явно понравился этот вопрос и он столь же явно его ожидал.

После ко мне подлетела кружка с чаем и вишневый пирог. Есть мне не хотелось до сих пор, да и вообще… я же Нэлли нужна, что я тут делаю!?

2.8

— Плохо пытаешься, — с легкой улыбкой ответила я.

На самом деле обидно стало. Не знаю почему, может, все дело в том, что он падший, но мне действительно хочется ему верить. Если действительно дело в магии — то будет еще обиднее… из-за магии появилось доверие. Это нечестно.

— Я думал, что ты спросишь другое и это, возможно, единственное место, где нас никто не сможет услышать, даже остров. Так что могу тебя уверить, я ХОРОШО пытаюсь, — спокойно проговорил Рэн.

Я отнеслась к этому с недоверием, хотя все было логично. Может, он и подумал о том, что я спрошу: «Ты падший?» и отвел туда, где нас не услышат, чтобы ответить честно…

— А ты думал о чем я спрошу? — как бы невзначай спросила я.

— У всех должны быть свои секреты, — загадочно ответил он, отведя взгляд куда-то за меня.

Хотелось обернуться, но я не стала. Глупо бы выглядело это, хотя интересно стало.

— Чем ты так насолила Далену? — накладывая сахар в чай, спросил Рэн.

Значит, профессор Дален все-таки ходил к Аргесту… и Рэн про это знает. А вдруг у него из-за этого проблемы будут? Лучше бы я у Далена после уроков осталась.

— Он считает, что мы не успеваем, хотя… мне кажется, это просто из вредности. Мы с ним были знакомы до академии и отношения были, можно сказать, напряженными, — честно ответила я, избегая взгляда светловолосого.

— Отношения? — подняв одну бровь вверх, спросил Рэн.

— Между всеми знакомыми людьми возникают отношения, — пожав плечами ответила я.

Прекрасно поняла, на что он намекнул, точнее, о чем спросил, но это слишком абсурдно. Думаю, теперь он точно понял, что я имела в виду.

Еще я поняла, что не знаю о чем с ним можно поговорить. Наши интересы… кажется, они совсем не перекликаются. Нет, в голове моей все же есть один вопрос, падший он или нет, но не буду его задавать. Должны же оставаться, как он выразился, секреты, вот пусть они и остаются.

Но я и представить не могла, что через небольшой промежуток времени от «я не знаю, о чем с ним говорить» останется живая беседа и смех. А началось все с погоды. Он просто сказал, что ему нравится весна, когда все начинает только цвести… а это еще и мое любимое время года. И понеслоооось.

Оказалось, что заняты тут 5 домов, а один пустует. Все «красные» — команда, но они разделены еще на пять групп. Пять групп — пять домов. А вот то, что они все разные, разве что размеры одинаковые… они сами должны все сделать. Что-то сами построить (к примеру лестницу и веранду, что считается обязательным. А еще и забор, вырастить сад), что-то наколдовать. Все, что у каждой группы было в доме — стены, пол, проемы в стенах и по одному окну в каждой комнате; из мебели же по кровати, по стулу и по тумбочке, а из света… переносные керосиновые лампы. Поэтому все, что есть в доме и снаружи дома — заслуга группы. То, что на внутреннем дворе и на заднем дворе — заслуга всей команды. За одним домом по три дня следит каждая группа. Они там также должны были создать уют, приятный вид коттеджа, сад… И теперь я не очень-то и жалела, что живу в общем корпусе. Хотя бы сразу комнаты дали, а не голые стены с кроватью.

— Пошли я тебя провожу. Директор поменял место вашего занятия, попросил тебя туда привести. Тут не далеко, — с щелчком пальцев посуда вся оказалась на подносе, а сам поднос полетел в обратном направлении.

«Красных» было во внутреннем дворе уже больше и теперь уже несколько людей обращали внимание на меня. Они прям глазели, отчего было жутко неприятно и неуютно: не люблю, когда на меня вот так вот глазеют. Но Рэн объяснил, что это его группа, так что мне не о чем переживать, это нормально.

— Мне говорили, что в вашу команду попадают… необычные. Это так? — спросила я, когда никого вокруг нас уже не было.

Светловолосый улыбнулся и кивнул. Почему-то только сейчас заметила, что мы держимся за руки… видимо, опять он «пытался» не воздействовать. И я отпустила бы его руку, если бы не споткнулась и точно бы полетела на каменную дорожку, если бы Рэн не потянул меня обратно, поставив тем самым на ноги.

— Спасибо, — поблагодарила я и решила не отпускать его руку… для своей же безопасности.

— Хотела отпустить руку? — как-то насмешливо спросил Рэн.

Смотря исключительно себе под ноги, я кивнула.

— Просто по этой дорожке может идти только моя команда. Я бы не взял без твоего согласия твою руку, если бы не это. Если отпустишь — упадешь, и не на плитку, а на самые настоящие камни, которые не есть гладкие, — продолжая улыбаться, но говоря совершенно серьезно, ответил «красный».

— Мог сразу предупредить, — подняв на него голову, буркнула я.

Рэн же снова улыбнулся. Руку теперь его я ни за что не отпущу, но вот теперь есть проблема. Как теперь спросить о том, почему его взяли в команду? Хотя… чего я переживаю?

— Смотри, если в вашу команду берут необычных, то… чего необычного в тебе? — решилась и спросила я, хотя в середине своей речи я начала сомневаться.

Парень молчал. Наверное, это и есть его секрет, но черт, я хочу это узнать. Если нужно будет, то я, возможно, может быть, наверное, расскажу ему о том, что я лаафи, если это, конечно, еще не разлетелось по академии. Лаафи, как ни крути, редкие и, как я поняла, весьма ценные.

Я подняла на него голову и чуть сбавила шаг, но не разжимала его руки.

— Ты хочешь опоздать? — холодно спросил Рэн.

Теперь понятно, что это точно и был его секрет. Мог бы сказать, что не хочет про это говорить, нет, обижаемся мы. Тьфу.

На нет и сюда нет. Поэтому я чуть улыбнулась и пристроилась к его темпу ходьбы, не произнеся не слова. Да и он молчал, что с одной стороны радовало, а с другой — бесило.

— Вечером все расскажу. Тут нельзя говорить, — без моего одобрения обняв, прошептал Рэн.

Убедившись, что я все поняла и согласилась, мы продолжили путь. На душе как-то легче стало, но… а может, я неправильно сделала? Может, ему нужно было оставить этот секрет за собой?

Как оказалось, опаздываю не я, а Аргест. Занятие мое будет проходить на озере с каменистым берегом. Из растительности тут были только хвойные деревья вдали. Это было немного странным, ибо мы недалеко прошли от «лагеря красных», где было много растительности, деревья-лиственные, песочек был… и тут. Камни, камни, камни и еще раз камни. Ну а еще водичка и хвойные деревья вдали.

— Нет бы провел разминку, а не зря время терял, — пробурчал внезапно появившийся директор.

— Если бы я знал, на что будет направлено ваше занятие — провел бы, — практически в тон директору ответил Рэн.

— Дал бы покарабкаться в своей защите и хватило бы, — уже злее проговорил Аргест.

— Эрильда защитница? — удивленно спросил светловолосый, смотря то на меня, то на директора.

— Ага, а теперь брысь, у нас урок, — уже устало ответил блондин.

Рэн отпустил руку. Я была просто уверенна, что сейчас упаду, но нет, лорд Аргест взял меня за локоть и повел ближе к озеру.

— Надеюсь, ты медитировала, — проговорил он, укоризненно глядя на меня, как будто зная, что вчера я занималась совершенно другим.

Бессовестно киваю и профессор делает несколько шагов. Мы стоим над водой. Дно было видно, на нем также красовались камни, но были более гладкими, чем на берегу. А еще я начала понимать, что сейчас будет… не хватит концентрации внимания и я упаду в воду по колено.

— Даю пять минут и отпускаю. Концентрация на собственной энергии, — скомандовал Аргест.

Промокнуть не хотелось, к тому же есть такое предположение, что вода ледяная. Начала концентрироваться и уже сейчас понимаю, что у меня ничего из этого не получится… совсем ничего.

Время вышло и я упала в воду. Точнее, я чуть поколыхалась в воздухе, а потом уже упала. И оказалось, что тут не по колено воды, ибо от берега совсем немного мы отошли, а глубоко, ибо ногами до дна я не доставала. Да и вода была правда холодная.

— Еще раз, — скомандовал Аргест.

На сей раз в воду я грохнулась практически сразу. На третий раз — поколыхалась в воздухе достаточно долго, и погрузилась в воду всего по пояс. Но, кажется, это был мой пик. Дальше становилось все хуже и хуже, дошло до того, что я падала в озеро как только директор отпускал мою руку.

— Ты не стараешься! — уже кричал на меня директор.

— Стараюсь, просто у меня не получается! — начала психовать я как ребенок, у которого не получается прочитать правильно длинное слово.

— Еще раз, — ледяным тоном сообщил блондин.

И снова ничего из этого не вышло. Хотя нет, на сей раз я около минуты спокойно провисела в воздухе, а потом упала в холодную воду. И потом успехов тоже не последовало… никаких. Все также я зависала на немного в воздухе или не полностью погружаясь в озеро, но всегда один и тот же итог — никакой. У меня даже не получилось зависнуть больше, чем на 84 секунды (Аргест засекал) и погрузиться в воду менее, чем по пояс тоже у меня не получалось. Я уже сбилась со счета, сколько раз я падала в озеро, но это порядком надоело. К тому же было холодно.

— Эрильда, ты должна больше тренироваться. Скажу честно, многим это вообще не нужно, но не тебе. Посмотри на Эда. Он может благодаря медитациям и концентрации внимания пройти это озеро, а не просто зависнуть на месте. Тренируйся… Линда Дален хочет навестить тебя завтра после полудня, как раз я завтра не смогу провести урок, проведешь время с ней. И решай проблему с защитой! Бейлес не сможет каждый раз вмешиваться… конечно я понимаю, любовные дела и все такое, и не думаю, что ты была осведомлена об этом, но все же. Теперь ты знаешь о том, что ты освобождена из-за Бейлеса, — выдал Аргест и перенес меня к двери нашей с Нэлли комнаты.

Стоило мне закрыть за собой дверь, как выбежала из своей комнаты соседка с перепуганным видом.

— Что случилось? — спросила она, узрев мой вид.

— Аргест, — сказала я, истерически засмеявшись.

Смеясь, я потопала в свою комнату, взяла новую одежду, полотенца и хотела пойти в душ, но Нэлли шла везде за мной следом и заваливала вопросами, особенно о Рэне.

— Слушай, Нэлли, сейчас я очень хочу принять горячий душ, ибо ужасно замерзла. Давай я согреюсь и все тебе расскажу? — остановившись у двери в душевую, проговорила я.

— Да, хорошо, конечно… я пойду пока что чай заварю на травах. Ты сегодня идешь с Рэном? — спросила снова Нэлли, а я устало закатила глаза и уже хотела открыть дверь, как она вцепилась мне в руку. — Травы ведь разные бывают! А ты бы сейчас себя видела.

— Да, иду, к семи, — ответила устало я.

— Значит, у нас есть целых полтора часа… отлично! — протараторила она и быстро ушла.

На озере я не чувствовала, что так сильно замерзла. Даже еле теплая вода казалась горячей, особенно для ног. А потом я начала оттаивать… обалденное чувство. Потом к этому чувству добавилось чувство полета. Открыв глаза из-за того, что не нащупала кнопки и кранчики — я взвизгнула и резко опустилась на плитку, еле удержав равновесие. Я висела в воздухе и сама этого не поняла! Как это вообще могло произойти!?

— Эрильда, все нормально? — прокричала Нэлли по ту сторону двери.

— Да, все хорошо, чуть не поскользнулась просто, — ответила я, упустив момент с полетом и выключила воду.

Обернувшись в полотенца, я вышла. Немного посидев и подумав о том, что только что произошло в душевой, я так ни к чему и не пришла. Может, стоит спросить потом у Аргеста про это? Да, определенно стоит.

— Так, вот твой чай, не горячий уже, — сразу затараторила соседка, стоило мне войти на кухню.

Я взяла чай и присела. Но когда я его допила — мне в руку сунули яблоко, подняли и потащили к зеркалу. Сидя и грызя яблоко, я отвечала на вопросы соседки, которая в это время занималась моими волосами.

Особо ее заинтересовал путь к «логову красных». Как оказалось, очень многие хотели посмотреть, как они и где живут, но… получилось это у единиц и если получилось — то потом они не находили снова путь к ним. Но мне стало понятно, что рассказы последних двух людей, которые якобы находили путь к команде красных — вранье. Они описывали просто какие-то небылицы! А вот некоторые да, попадали в точку. Только старую такую точку, когда дома их выглядели не совсем так.

А потом мне пришлось бегством спасаться от соседки. Она хотела меня накрасить, что-то соорудить на голове, начала снова вытаскивать из своего шкафа платья, думая о том, что лучше мне одеть и постоянно что-то бубня себе под нос…

— Эрильда, ты хоть понимаешь, кто тебя позвал? Да, конечно он не обаяшка Фреди, и не Алекс, но черт! Ты серьезно хочешь пойти с ним так!? — кричала и ходила кругами Нэлли.

— Да, я хочу пойти так. Нэллз, я не хочу как-то наряжаться, или же воротить что-то со своими волосами или с лицом. Мы просто идем прогуляться, — спокойно проговорила я.

Подруга взвыла. А я быстро побежала открывать дверь, чтобы смыться от Нэлли. Там был не Рэн, как я ожидала, а лорд Дален.

2.9

— Куда-то собираетесь, Эрильда? — спросил как-то насмешливо профессор Дален.

— Да, собираюсь. Вы что-то хотели, а то я тороплюсь, — как можно спокойнее ответила я.

— Да, хотел. Сами разберите разрушение второй защиты, раз уж вас так любезно отпросил ваш дружок. Приятного вечера, — снова позлорадствовал лорд и круто развернувшись ушел.

Захлопнув дверь, я прижалась к ней. Умеет он портить настроение. Потом основательно мне и подняла, и опустила ниже плинтуса мне настроение Нэлли, сказав, что у меня изменилось расписание на завтра. Все утро у меня свободно, после обеда ко мне придет Линда, а вот потом… занятия с Шолл и Даленом… вечером!

В дверь снова постучали. Натянув улыбку, я пошла ее открывать. Теперь там оказался тот, кого я ждала — Рэн. Он стоял в обычной одежде и я поняла, что не ошиблась в своем выборе и хорошо, что не послушала Нэлли.

— Прекрасно выглядишь, — широко улыбнувшись, проговорил светловолосый и протянул мне букет.

Он угадал, что я люблю… букетик был небольшим, были там маленькие розочки кремового цвета и мелкие полевые цветы…

— Спасибо, — также широко улыбнувшись ответила я.

— Может, сразу поставишь? — чуть приобняв, спросил Рэн.

Я кивнула и быстро забежала за дверь. Там стояла Нэлли… прямо за дверью.

— О, Нэллз, какой сюрприз! — увидев мою соседку, проговорил Рэн.

— Ага, и тебе не хворать, — буркнула она.

И взгляд у нее был… затуманенный-затуманенный. Кинула злой взгляд на Рэна и он отвел взгляд в сторону. Я же просунула букет Нэлли, сказала поставить в воду и закрыла дверь. Хотела было уже начать читать нотации, спросить, что это такое было, но не успела.

— Бейлес, у тебя новая подружка? Слышала слухи, но не думала, что они окажутся правдой, — крикнула та девица с рассеченной бровью.

С ней была не только ее закадычная подружайка, но еще три. Одни из них хихикали, другие злые взгляды пускали и почему-то готовы были напасть.

— Красные и в таком месте… Как романтично, ты влюбился в обычную синюю девчоночку, — парировала вторая мадам.

— Обойдемся без зависти, — с самой любезнейшей улыбкой ответил Рэн и взял меня за руку.

Без порталов мы оказались во внутреннем дворе академии. Удивленно посмотрела на парня, но тот снова лишь улыбнулся и повел меня вперед. Мы снова свернули к тропинке, но… тут из корпуса преподавателей чуть ли пулей не вылетел наш директор.

— Рэн! Бейлес, остановись! — кричал вслед Аргест.

Из-за его крика начала останавливаться я, но Рэн лишь сильнее потянул за руку и весело улыбнулся.

Не пожалела о том, что не надела туфли на каблуке, и о том, что одета в удобную одежду. В следующую секунду мы одновременно подорвались с парнем на бег. Конечно да, он бы бежал значительно быстрее без меня и не смеясь, но… одной рукой я держала подол платья, а другой — руку Рэна. Дорожка под нами также явно все быстрее отгоняла нас от Аргеста. Завтра, конечно, у нас из-за этого могут быть большие проблемы, но кого это сейчас волнует?

Остановились мы в «логове красных», продолжая смеяться. Светловолосый выглядел так, будто не «спасался бегством» от директора академии, а вот у меня была ужасная отдышка, не помешавшая мне продолжать смеяться и вспоминать, как Аргест встал, скрестив руки и качая неодобрительно головой.

Рэн усадил меня на лавочку, расположившись рядом, чуть приобняв.

— Проблем у тебя не будет? — отсмеявшись, спросила уже серьезно я.

— Нотации почитает и все. Выкинь это из головы, — промурлыкал он.

— Он ведь понял, куда мы направляемся, — только что дошло до меня.

— Конечно, и с минуты на минуту будет тут. Так что… пошли я познакомлю тебя с Анхелес? — снова весело проговорил парень и, держа меня по-прежнему за руку, поднялся с лавочки и встал напротив.

Я встала и мы побежали снова. Теперь почти все красные смотрели на нас, причем удивленно-укоризненно. Но снова же: мы на это внимания не обратили. На этот раз мы забежали в дом с густым, но не заросшим садом.

— Рэн? — удивленно спросила кудрявая рыжая девушка с веснушками. — Еще и не один! Наслышана, наслышана, — уже с улыбкой проговорила она, окинув меня взглядом.

— Спрячешь от Аргеста? — спросил мой спутник так, будто это было обычным делом и проводил меня вперед.

Анхелес улыбнулась и сделала приглашающий жест.

Обстановка в ее доме была весьма… своеобразная. В воздухе витал запах цветов и трав, все было вокруг из дерева и много, очень много цветов… и тут летали птицы! А пол больше был похож на траву.

— Анхелес ведьма, — прошептал мне на ухо Рэн, увидев мой интерес.

Захотелось еще раз посмотреть на нее, но не стала. Думаю, у меня еще будет возможность ее разглядеть.

— Она новенькая в вашей группе? Повезло, — как-то тоскливо и жадно заметила ведьма, идя сзади меня.

Светловолосый посмотрел на меня, потом на Анхелес, но та лишь подтолкнула его.

Оказались мы в странном месте… тут было много воды, животных и растений. Необычно однако для дома. Закрыв дверь, рыженькая ведьма прошла вперед нас и села на траву.

— И чего стоим? Садитесь, рассказывайте все. Жаль, что ты хочешь попасть именно в группу Рэна. Уверенна, тебе бы у нас понравилось! Передумаешь — знаешь, где меня искать, — как-то потусторонне проговаривала Анхелес, закрыв глаза.

Снова «красный» непонимающе посмотрел на меня. Я же сделала вид, что ничего не заметила и разместилась на полу, также как и хозяйка, которая явно говорит лишнее… и как она узнала о том, что я лаафи? Нужно будет расспросить Нэлли о ведьмах. Я о них не знаю совсем ничего, да и вообще… что уж там, я думала, что ведьмы — это исключительно сказочные персонажи! И теперь думаю лишь о том, что ничего не знаю о мире, настоящем мире, который меня окружает. Черт, я даже не думала, что лаафи действительно существуют, всегда думала, поглощающие — это миф.

— Можешь посмотреть мою защиту? Я сделала новую, но мне кажется, что я что-то сделала не так, — также потусторонне попросила она.

— Не знал, что защитники требуются в нашу команду. У нас же уже есть Лаванда и Браун, — настороженно спросил Рэн, присев рядом.

— Посмотри пожалуйста недочеты моей защиты, — повторила просьбу ведьма.

Я кивнула и посмотрела на ее защиту. Сама не осознала то, что посмотрела на Рэна, но это точно стоило сделать. Защиты не было… никакой. И на Анхелес мощная защита, которая уступает разве что защите Далена.

— Плохо сконцентрирована в районе груди и живота, а так все хорошо, дыр нет, — выдала я и вернула себе обычное зрение.

— Спасибо, — улыбнувшись, ответила она. — Рэн, проверь мою левитацию, — вроде все тем же тоном, но уже с каким-то нажимом проговорила она.

Рэн недовольно вздохнул и отказал ей весьма четким «Нет». Ведьма резко распахнула глаза. Стало немного жутко, когда они начали светиться. И сперва Анхелес выглядела раздраженной и даже озлобленной, но она резко ахнула и расплылась в широкой улыбке, с искрами глядя на Рэна.

— Она не в курсе, — тихо и снова как-то потусторонне прошипела ведьма.

Теперь я удивленно смотрю на парня, а он делает вид, что не замечает. Но потом я все же отвернулась, сделав вид, что меня это и не заинтересовало, да и вообще я не разобрала, что сказала ведьма. Как ни крути, он не обязан мне рассказывать о своих тайнах, как и я не обязана говорить ему, особенно сейчас, что я лаафи. Может быть, как-нибудь потом я расскажу ему об этом, точнее, если мы все же станем друзьями и он поделится со мной своей тайной.

— Думаю, нам пора. До встречи, Анхелес, — зло прошипел светловолосый и посмотрел на меня.

Я встала, попрощалась с Анхелес и пошла вслед за парнем. У выхода из комнаты он снова взял меня за руку и хотел было уже открыть дверь, как раздался крик Анхелес:

— Стой! Стой говорю! Эрильда, на браслет, чтобы ты могла у нас присутствовать без чей-либо помощи или сопровождения. Заходи на чай, — ведьма подскочила на ноги и протянула мне браслет из тонкой, молодой ветки.

Я чуть кивнула ей и ведьма надела мне его на руку. Веточка сжалась до размера моего запястья.

— Спасибо, — прошептала я.

— Всегда пожалуйста, — ответила мне она с улыбкой, а потом как-то злобно-коварно посмотрела на Рэна.

Тот на ее взгляд лишь закатил глаза, взял меня за руку и вывел из комнаты.

На улице теперь было совсем иначе. Кажется, из домов повылазили все студенты. И когда вышли мы, то стало понятно, что мы тут были ожидаемыми гостями. Обычно невозмутимые «красные» вдруг обратили на нас свое драгоценное внимание, причем полное, всеобщее. Кто улыбался, покачивая головой, кто просто смотрел, а кто откровенно злился. Но был и другой экземпляр, который стремительно так направлялся к нам.

— Бейлес, ты с ума сошел?! — прорычал темноволосый парень, тыкнув пальцем в грудь Рэна.

— Вроде нет, а что-то не так? — ухмыльнулся в свою очередь мой спутник, медленно заводя меня за свою спину.

— Что не так?! Ты издеваешься!? — уже верещала блондинка, также стремительно направляющаяся к нам. — Рэн, мы все поняли, когда сюда с обычным разгромом и обыском пришел Аргест, когда начал искать тебя. Все мы так косячим, все привыкли, все друг за друга! Но как ты посмел убегать от него!? Мы все наплевали, когда увидели тут не нашу, но ты перегнул палку!

— Хлоя, что ж ты так разоралась? Всех птиц моих распугала! Ну пришел директор, выгнал всех из домов, кого нашел, отчитал — что дальше?! Ну взял он с собой девушку, которая еще ни к кому не определена, что из этого? Что вы так разорались тут? — вступила в спор Анхелес, которая преобразилась. Сейчас не было гнезда на голове, волосы ее были уложены, а свободное пестрое платье преобразилось просто в коричневое. Теперь она не выглядела такой сумасшедшей.

— Завтра мы все с рассветом на полигон, это РАЗ! — начал снова тот парень, который ни на сантиметр не отошел от Рэна, которого, похоже, это совсем не волновало. — После лекций мы будем восстанавливать все строения на острове, это ДВА. Ах да, забыл. В наши обязанности теперь еще входит очищение острова за границами. Здорово, правда? — не успокаивался он.

Невозмутимость пропала с лица светловолосого, как и желание съявзить в ответ.

— Из-за чего именно такое наказание? Помниться, Лу и Нейт тоже сбегали от Аргеста, когда ограбили его личную лабораторию, но такого наказания не последовало, — как-то задумчиво произнес Бейлес.

Замолкли все «красные». Даже мне показалось наказание Аргеста слишком… жестоким что ли. А еще было прожигающее чувство вины. Не нужно было бежать, просто не нужно было. Сразу было понятно, что за этим последуют проблемы!

— Он не сказал, из-за чего именно наказание. Я догадываюсь, но не имею права сказать, почему, — сказал, подавшийся вперед парень.

Теперь в толпе поднялся шумок переговоров между друг другом, обсуждений чего-то.

— Только не говори мне, что ты… — начал было темноволосый парень, но замолчал.

Потом он резко развернулся и ушел, как я понята, в свой дом.

— Вау, у тебя все же есть сердце! Поздравляю! Девушка, вам так повезло! — прорычала Хлоя, посмотрев на меня. — Все же пустышки хотят побывать тут, можете хвастаться. Правда это последний раз! — рыкнула она.

— Не последний, — блаженно улыбаясь, ответила Анхелес.

— Да ладно? Ты за ручку ее проведешь или снова Рэн? — ухмыльнулась она.

— Если нужно будет — то да. К тому же… я бы не была к ней так строга, Хлоя, — отстраненно ответила ведьма и сделала несколько шагов вперед. — Ребят, я понимаю, нагрузка сейчас катастрофическая и это задание не будет легким, оно изнурит нас, можете не сомневаться, но… черт, мы все одна команда! И то, что сейчас группа Рэна запретила ему говорить, но мы все тут в одной лодке. Крис, разве ты не показывал то, кем являешься кому-то кроме своей группы? Мы все приняли это. А когда Алекс, кричащий сейчас о том, что Рэн умом не блещет, разве не запорол наше прошлогоднее задание? А ты, Хлоя, будто тебя из-за интрижки не приходилось нам завалить задание на континенте? Не пришлось ли нам после этого вручную драить полы академии? Хватит разыгрывать драму. Да, так еще не наказывали никогда, но нас 24, ребят. Нас 24 человека. Много заданий? Разделимся. С трудностями нужно справляться, а не кричать о них.

После речи Анхелес все замолкли, но по их виду было видно, что они одушевлены речью ведьмы. Все, кроме Хлои. Она сперва зло смотрела на зеленоглазую, а потом в ее глазах блеснули слезы и она ушла в том же направлении, что Алекс.

— А она? Она же не наша и не может тут больше находиться, она нам принесла столько проблем, — выдал рыжий паренек в очках.

— Заткнись, Колен. Анхелес права, мы все одна команда и… помните все наш свод? Теперь эта девушка душой с нами, пока она с Рэном. Ребят, да разрешите уже ему говорить, все всё уже решили, — выйдя из толпы, проговорил крупный светловолосый смуглый парень.

Потом этот самый парень взбежал по ступенькам, ослепительно мне улыбнулся и повязал ленточку на руку, а после ее поцеловал. Боковым зрением заметила возмущение Бейлеса, но говорить он, кажется, по-прежнему не мог.

— Я Фред, — представился парень, вглядываясь мне в глаза.

— А ее зовут Эрильда, очень приятно и все такое, но не могли бы вы все отсюда свалить и дать им нормально провести время вдвоем, а? А то сперва накинулись, как стая гарпий, распугали мне все птиц, а потом стоят, щебечут, как соловьи, — протараторила Анхелес и все стали расходиться по домам.

2.10

Я не знала, как мне теперь себя вести: чувство вины не пропадает. Но все же этот вопрос решил Рэн. Я не знаю, как он это сделал, но прошло совсем немного времени и этот вечер снова стал таким уютным…

На улице совсем стемнело, но уходить не хотелось совершенно. Даже если он падший и применяет свою силу, хотя обещал этого больше не делать — я его сейчас не виню и за это винить не буду. Так хорошо долго мне не было… слишком долго. Припомнить даже не могу, когда я могла позволить себе действительно расслабиться, веселиться. Может, для некоторых бы показалось странным веселье вдвоем, но с ним там атмосферно.

«Красный» решил меня проводить, когда уже стемнело совсем. Луну и звезды скрывали облака, земля укрылась густым туманом. Из-за этого тумана фонарики в воздухе не могли полноценно функционировать, тускло освещая тропинку.

Но фонтан внутреннего двора я вполне себе четко рассмотрела. У него-то Рэн и остановился. Пусть у меня и был браслет, позволяющий беспрепятственно передвигаться на территории «красных», почему-то я все же не возражала по поводу того, что мы держимся за руки. Сколько мне раз говорила Нэлли, что нужно быть поаккуратней с Рэном, что он падший, но почему-то он кажется мне таким близким, я даже осмелюсь сказать родным.

Сама того не понимая, потянулась к нему, когда мы остановились у фонтана, чтобы поцеловать. Не буду говорить об этом ни за что Нэлли, ибо, по ее словам, окажусь безголовой дурой, поддавшейся магии падшего, прекрасно зная об этом.

Бейлес отвел от меня взгляд. Или он сам не понял, почему я себя так веду, либо подумал, что неосознанно начал снова влиять на меня. Но мне же это доказало, что не в магии дело.

Когда и Рэн понял, что дело не в магии, потянулся и сам ко мне, крепче обняв. И когда между нашими лицами оставалось буквально несколько сантиметров, раздался крик:

— Раддос, в портал, быстро. Бейлес, за мной! — «застукал» нас профессор по Защите.

На мой взгляд полный возмущения Рэн лишь быстро улыбнулся, оставил быстрый поцелуй на губах и толкнул меня в открывшийся портал. Что на это сказал Дален я не расслышала, но… черт, как же тяжело сейчас не рвануть снова вниз!

Как оказалось позже, когда я все-таки решила вернуться, лестница была заблокирована и мне пришлось вернуться в свою комнату.

— Господи, Эрильда! Ты меня так напугала! Приходил профессор Дален, искал тебя, а потом сказал, что как только найдет, то дождаться тебя! Я так испугалась! — начала сразу тараторить Нэлли, крепко-крепко обнимая.

— Ну вот она я. А что случилось, чтобы так волноваться? — спросила я.

Конечно было очень приятно, что Нэлли переживала за меня и все такое, но… к чему такая паника? Зачем я вообще понадобилась Далену ночью искать меня? Странно все это.

— Ты время вообще видела? — как-то зло спросил Эд, выходящий из кухни.

— Нет, но все же не понимаю, что в ТАКОЕ время тут делал Дален и чего ему в ТАКОЕ время вообще от меня нужно. Вот над этим нужно задуматься, — сказала я прямо о том, о чем думала, как только мне обо всем рассказала соседка.

Нэлли отлепилась от меня и удивленно посмотрела, а взгляд Эда перестал быть разгневанным.

— Не говорите мне, что не думали об этом. То, что Дален пришел, зная, с кем я иду и то что эту прогулку разрешил Аргест более, чем просто странно. И вот тут и нужно было волноваться, а не из-за того, что меня нет долго, — возмутилась я и пошла в свою комнату, закрыв дверь за собой.

Друзья что-то бубнели в оправдание под моей дверью, не понимая сейчас того, что я просто пошла переодеться и немного успокоиться.

— Прости, что не доверились тебе… просто испугались. Он же из красных, чего угодно ожидать можно, — проговорил Эд, как только я вышла из своей комнаты.

— Да ладно, все в порядке. Дален не говорил, зачем я ему была нужна? — спросила я, проходя на кухню.

— Нет, он просто пришел и попросил тебя позвать, — ответила светловолосая.

В голове никак не складывалась логическая цепочка. Он точно знал, что вечером я пойду гулять с Рэном, точно знал, что мы убежали от Аргеста, а потом прятались от него. Знал все. И я практически уверенна в том, что он был в курсе, что и в комнате меня нет, пришел удостовериться в этом.

— А когда он приходил? И Эд, что ты тут делаешь? — сев за стол, снова начала спрашивать я.

— Где-то полчаса назад. Он после меня заходил к Эду и попросил его прийти сюда, чтобы мы вместе дождались тебя, — ответила Нэлли, садясь напротив меня.

Краем глаза заметила, что брюнет замялся. Значит, он обманул Нэлли. Его, кажется, совсем не об этом попросил Дален.

— Нэлли, ты могла бы мне принести немного бодрящего зелья? — попросила я, хотя вовсе не нуждалась в нем.

Соседка кивнула и ушла из кухни в свою комнату за зельем.

— Что он тебе сказал? — шепотом спросила я, не теряя времени зря.

— Он попросил дождаться тебя вместе с Нэллз и… проверить твое состояние. Сказал, что Бейлес опасен для тебя и может менять в тебе все, что душе угодно, а ты не в силах это почувствовать… но все в порядке, правда эта непонятная защита стала слабее, — тихо ответил Эд.

— Защита ослабла? Серьезно? — удивленно спросила соседка, услышавшая про защиту.

Нэлли протянула мне колбочку с бодрящим зельем, но я не спешила его принять. Что-то тут не так… все не так!

— А можно как-то узнать, когда именно начала исчезать защита? — спросила я.

Эд отрицательно помотал головой и снова кухня погрузилась в тишину.

— Ты думаешь, что защиту… — удивленно начала лепетать соседка, но я ее заткнула своим шиканьем.

— Звукоизоляция… нужна полная звукоизоляция! — нервно сглотнув, выдала я.

— Ты думаешь, что сейчас нас могут подслушивать? Да кому нужны мы и наш разговоры, — недоумевал друг.

— Знаешь… сейчас я ни в чем не уверенна, но говорить об этом нельзя… даже с звукоизоляцией. Поставьте какое-нибудь защитное заклинание на комнату, а я пока что напишу, что думаю. Нельзя говорить… — тихо произнесла я.

Друзья кивнули, встали и пошли делать защиту, хотя явно не понимали зачем. А я же вспомнила слова Рэна о том, что тут нельзя говорить… и заговорил он со мной более, чем о прогулке и погоде только в «логове красных» и по пути к озеру и лесу, а еще более открыто лишь у себя дома… где уверен был в том, что нас никто не сможет услышать!

Он явно знает больше меня, да и вообще я думаю, что его команде известно больше, чем обычным учащимся академии. Значит то, что он не хотел говорить со мной на улице о чем-то более важном — это не задвиги или тараканы в голове, а меры осторожности и нежелания быть подслушанным. Я вообще не заметила, чтобы «красные» не очень-то сговорчивы в стенах академии, во внутреннем и заднем дворах академии. Да и в своем «логове» на улице они не говорили о важном, пока не пришел Аргест. И Анхелес, я уверенна, не стала бы меня просить посмотреть защиту на улице, и Рэна бы не стала там просить помочь с левитацией.

Написав на бумажке о том, что говорить тут, да и везде, небезопасно и написав свое предположение о том, что Дален поставил на меня эту защиту и выследил с помощью ее, а еще о том, что пришел он из-за того, что почувствовал, как слабеет эта защита, я отдала листок друзьям.

Когда они прочитали, что я написала и уже было хотели прокомментировать это, я шикнула на них и дала по листочку. Эд покачал головой, но все же принялся писать. Он мне и отдал листочек первым.

«Да не думаю я, что Дален бы стал ставить такую защиту на тебя. Это выкачивает много сил и это слишком большая ответственность! И почему ты так доверяешь Бейлесу? Может, они уже настолько пришибленные, что это превратилось в манию или паранойю.»

Нэлли читала это со мной, просунула мне сой листок, отняла лист брюнета и принялась ему отвечать.

«Я согласна с тобой, но все же нужно все проверить. Если Бейлес начал разрушать защиту Далена, то попроси ее сломать совсем. Я поставлю на тебя сама защиту, пусть не такую мощную, но все же способную защитить и не такую опасную. Кто знает, что придет в голову Далену и зачем вообще он на тебя ее поставил. Мутный он какой-то.»

Дальше ребята начали ссориться уже в бумажках. Эд считал, что Рэн мутный тип, а вот Нэлли доказывала, что мутным является лорд Дален. Но они оба были согласны с тем, что Дален ведет себя странно и подозрительно.

Резкий, громкий стук в дверь вернул нас троих в реальность. Эд сразу начал искать место, где спрятаться, а Нэлли побежала ему помогать. Как оказалось, ему нужно было уйти сразу, как только он проверит меня и если что-то найдет — прийти к Далену.

Так что дверь пошла открывать я. Стоял там не как мы полагали лорд Дален, а Рэн. Выглядел он правда не лучшим образом, но я почему-то была рада его видеть и не долго думая, впустила его внутрь, закрыв дверь на замок.

— Молчи, — прошипел он.

Чуть постояв, он стремительно так направился в мою комнату, подошел к тумбе, открыл шкатулку, достал оттуда значок академии и испепелил его. И все это молча, не смотря на меня и не разрешая и слова сказать.

— Нэлли, где Нэлли? Времени мало, очень мало, — все также не поворачиваясь ко мне, произнес Рэн.

— Она… она у себя. Рэн, что такое? — начала волноваться я.

Сделала пару шагов к нему, но он лишь отошел в сторону и сказал, чтобы она сходила за Эдом, что он для чего-то будет очень нужен. А когда я сказала, что он здесь — то нужно было идти за ими двумя, но сперва уничтожить значки академии.

Хотелось обидеться из-за такого отношения к себе, но не смогла. Просто кивнула и пошла за ребятами, предварительно написав на бумажке, что нужно уничтожить значки.

— Эри, все хорошо? Кто был? — встревоженно спросила соседка, взяв меня за плечи.

Я просто просунула ей бумажку. Она прочитала, кивнула, взяла свой значок и сожгла его. Эд же сперва снова посмотрел на меня косо, но все же выполнил поручение.

— Я сделал ваши отпечатки в комнате, никто не сможет проверить тут вы или нет. Сейчас нужно идти, потом все объясню, — проговорил вошедший в комнату Рэн.

Эд заметно так напрягся, с подозрением посмотрел на «красного», но после толчка в бок от Нэлли все же пошел за нами.

Мы шли в «логово красных». Также крались по внутреннему двору, только Рэн и Нэлли навели еще более густой туман. Неохотно Эд помог пройти нам через какую-то защиту, прорвав ее. Помочь себе он не разрешил, сказав идти вперед. Потом его недовольство стало еще сильнее. У меня была веточка-браслет, который позволял мне проходить к любимчикам Аргеста без контакта с одним из этих любимчиков, а вот Нэлли и Эд… им этот контакт нужен был. Хотела снять веточку, но никак не получилось. Хотела попросить помощи у Рэна, но он по-прежнему не обращал на меня внимания, даже не смотрел… совсем не смотрел.

— Эд, так нужно! Хватит быть эгоистом! — рыкнула на друга Нэллз.

Брюнет неохотно обхватил запястье Бейлеса и мы двинулись вперед. И только на середине пути я вспомнила про ленточку, которую мне привязал Фред.

— Эд, стой! — проговорила я и они остановились.

Я развязала ленточку и привязала ее к руке Эда. Все сразу поняли, зачем эта ленточка нужна. Соседка еле могла сдержать смех, Рэн лишь улыбнулся краем губ (но не смотрел на меня, исключительно вперед), а вот Эд злился.

— Ты серьезно? Раньше вспомнить не могла? — рыкнул он на меня.

— Могу забрать, — обиженно выдала я.

Теперь Эд немного улыбнулся и шел наравне со мной, а не с Рэном и Нэлли.

Во внутреннем дворе нас ждала Анхеллес. Я думала, что мы пойдем к нему, но, видимо, идем мы к Анхеллес. Увидев нас, она подскочила и специально плечом задев Рэна, подбежала ко мне.

Ведьма взяла меня за руку и быстро повела в свой дом, в ту же комнату. Сейчас там был вечер, а не глубокая ночь. Ведя меня за собой, она то и дело проговаривала, какой Рэн идиот и дурак. Сейчас я с ней была полностью согласна.

Следом за нами вошли Эд и Нэлли. Рэна не было.

— Рэн все объяснил? — спросила Анхеллес.

Друзья кивнули, а я уже устала ничего не понимать.

— Я бы хотела все объяснить тебе, правда, но не могу. Потом… только потом. Возьми Нэлли за руку, — проговорила ведьма.

Я поймала удивление на лице соседки. Она тоже скорее всего не представлялась ведьме, а та знает и без этого ее имя. Я не торопилась брать за руку подругу. Мне нужны объяснения… хотя бы немного. Я не буду делать то, не знаю что, ради того, не знаю чего! Но Нэлли решила иначе. Глубоко вздохнула, мертвой хваткой схватила за руку и кивнула рыжей ведьме.

В глазах резко потемнело. Единственное, что я видела — это потоки магии и свои собственные нити. И совсем ничего не слышала, ничего не чувствовала. Но после послышались какие-то приглушенные хлопки и рык «Не отпускай!». Пропали все нити, магические потоки… ничего кроме темноты и приглушонных хлопков.

3.0

Открыв глаза, первым, что я увидела, был парень с круглыми очками. Вздрогнув от неожиданности, я попыталась встать, но он за плечо уложил меня обратно и попросил подождать.

В темную, слабо освещенную комнату кто-то вбежал. Этим кем-то оказался явно уставший Эд.

— Мы так перепугались за тебя, — проговорил он, подвинув стул ближе к… кровати?

Мысль о том, что я лежу в чьей-то кровати заставила сконцентрироваться на обстановке. Это точно не моя комната, не комната Нэлли и точно не комната Эда… Значит, я потеряла сознание в той странной комнате у Анхеллес и меня переложили на кровать. Но почему-то эта комната… она не похожа на ту, в которой жила бы ведьма, или же первое впечатление обманчиво. Даже птичек нету, всего один горшок с цветами на окне. Странно все это.

— Что произошло? — спросила я, чуть привстав.

Голова казалась просто неподъемной, но я не приняла снова лежачее положение хотя бы потому, что это невежливо.

— Это Дален поставил на тебя защиту. И она… немного брала тебя под свой контроль. Нужно было ее снять так, чтобы он об этом и не узнал, — ответил друг.

— Но он все равно завтра узнает, что этой защиты нет. У меня урок, — на выдохе проговорила я.

Эд молчал, явно что-то скрывая, а потом извинился и встал, сказав, что и так задержался сильно.

— Стой! Пошли вместе, — остановила его я, начав вставать с кровати.

Встать-то у меня получилось… а еще чуть не получилось носом с полом познакомиться. Но все же Эд успел меня подхватить прежде, чем это весьма неприятное знакомство произошло.

— Спасибо, но все же, — начала было я и заткнулась, когда увидела перед собой не Эда, а Рэна.

Попятилась сразу назад, упала на кровать… Вообще не понимаю, как я смогла его узнать! Он выглядел… ужасно. Действительно ужасно! И я мало имею представлений о том, кто такие падшие и как они выглядят, но если Бейлес действительно падший и выглядят они именно так — это, скорее всего, самые страшные существа, самые жуткие! И Эда тут уже нет… никого нет!

— Да, на мне проклятие падших. Я не хотел тебя пугать, извини. Еще немного отдохни, ты еще не до конца восстановилась, — мгновенно отвернувшись от меня, проговорил Рэн.

И теперь я, вроде как, поняла, почему он не поворачивался ко мне лицом: боялся испугать. И правильно сделал! Я бы никуда не пошла, если бы увидела его таким.

Зря я вгляделась в его спину! Еле заметные, но все же крылья, чуть не соприкасаясь с полом, висели тяжелым грузом на его спине.

— Это… это крылья? — тихо, заикаясь спросила я.

Падший остановился, глубоко вздохнул и встал в темный угол. Точнее, сел на кресло. Значит, Рэн был тут все это время… все время, пока я спала и была без сознания.

Но вот что еще не укладывалось в голове: мы пришли к Анхеллес уже ночью, следовательно, уже должно на улице светлеть, но там по-прежнему было темно. Это снова проделки острова или я сутки провалялась и из-за этого Эд волновался?

— Почему ты не сказал сразу? — спросила тихо я, когда пришла в себя после увиденного.

— Я ждал, что ты об этом спросишь. Я в группе и не мог тебе это сказать. Если бы ты спросила — я бы ответил. Конечно, можно было, как сегодня, чуть обмануть эту систему, но не хотел напугать. Отдохни… тебе нужен отдых, — тихо и как-то безэмоционально, сухо и ровно ответил «красный».

Страх испарился. Не знаю как и с чем это связанно, но я почувствовала такую дикую, разрывающую душу тоску, грусть…

— Тебе грустно? — спросил у меня Рэн.

Я лишь кивнула. Казалось, что если я произнесу хоть слово — голос задрожит, а из глаз польются слезы. Я редко испытывала такое чувство… очень редко. Обычно я не позволяла себе грустить, да и вообще зацикливаться на этом. Всегда пыталась себя чем-то увлечь, чтобы не думать о чем-то грустном, не проявлять даже естественной жалости к себе. Абсолютно всегда было не до этого. Если я сама буду проявлять слабость, то кто будет сильным, если рядом никого не было и нет?

— Попробуй уснуть, — еще тише проговорил падший, встал и направился к двери.

Чувства будто удвоились и из груди вырвался жалкий, тихий-тихий писк. Стало ужасно холодно за считанные секунды. Сразу перед глазами всплыло все… как мне запретили видеться с тетей Стиси, как запрещали говорить о маме, как забрали музыкальные инструменты, как запретили петь, как сбили мою собаку, как тяжело было в первые годы практически без денег в Арбисе… я вспомнила все и пропиталась впервые за долгие-долгие годы жалостью к себе. Такого не было с моих подростковых лет.

Бейлес подошел к кровати, сел на край. Стало легче. Наверное, это побочный эффект после снятия защиты, а Рэну приходиться сдерживать его… сперва, наверное, его сдерживала Нэлли, когда взяла меня за руку, потом Эд (поэтому, наверное, он и выглядел не лучшим образом), а сейчас Рэн… и тоже уставший. Стало совестно, но не стала я его просить уйти, чтобы он отдохнул… слишком много чувств. Никогда такого я не испытывала!

«Красный» уже прилег рядом со мной и становилось мне все лучше и лучше… а когда он обнял так вообще хорошо стало.

— Прости меня, — тихо прошептал он и убрал руку.

Вопросительно смотрю на Бейлеса, который уже не кажется таким ужасным. С ним так хорошо… удивительно хорошо.

— Я во всем виноват… во всем. Скоро мы найдем выход из этой ситуации, я тебе обещаю, — шептал он.

Глаза закрывались сами по себе, я начала проваливаться в сон. Смысл слов Рэна дошел до меня не сразу, но когда до меня все же донесся смысл сказанного…

— Что? — резко распахнув глаза, я уставилась на падшего, пришедшего в нормальный, человеческий вид.

— Прости меня, — снова прошептал Бейлес.

Падший примкнул к моим губам, крепко сжимая меня в объятиях. И казалось, что это именно то, что мне нужно было… нужно было всегда-всегда, просто постоянно!

— Простить за что? — спросила я, оторвавшись от «красного».

Он удивленно посмотрел на меня и немного отодвинулся, укрыв меня одеялом. Смотрю на него все также вопросительно. Понимаю, что Рэн не хочет об этом говорить, но… но мне об этом нужно знать, так как дело касается меня.

— Что ты знаешь о падших? — устало спросил он.

— Ну… до этого не знала ничего. А сейчас… сейчас я знаю, что у вас есть крылья, — засмеявшись, ответила я.

— Ошеломляющие знания, — ухмыльнулся Бейлес, присев на краю кровати и повернувшись ко мне. — Мало кто знает, что это проклятие. И, помимо внешнего облика, у нас есть еще одна страшная способность. Мы можем вызывать в людях желание, расположение к себе… а еще нам категорически нельзя влюбляться, — и снова усмешка, но грустная какая-то.

Лежу, смотрю на него, наверное, с весьма тупым выражением лица, ибо мало чего сейчас поняла. Да, уяснила, что они могут вызывать желание, да, ладно, но… за что он извиняется постоянно? Из какой ситуации он собирается искать выход и причем тут вообще я? И что я тут вообще делаю?!

— Я сам не понял как влюбился в тебя, Эрильда… а тебе не хватило здравого смысла прислушаться к подруге и не откликнуться на то, чем ты рядом со мной не можешь управлять. А вдали от этого… валиться в бездну. Мне жаль, — опустив голову и не смотря на меня, ответил Рэн.

Почему-то мне стало так стыдно и тошно от самой себя. Внутри начала устрашающе бурлить ненависть к себе. И это ничем не могло заглушиться, совсем ничем.

— Понимаю, ты сейчас не горишь желанием находиться рядом со мной, но… пока мы не найдем выход — я не могу отходить от тебя, нужно подождать хотя бы до утра, — и после этих слов он встал и снова ушел в темный угол.

Стало снова грустно… и теперь не одно чувство заполняло меня, нет, они смешались! Я ненавидела себя, злилась на весь мир и душа снова рвалась от грусти…

Только сейчас поняла, что мне сказал Рэн. Жестокое проклятие… но почему-то я себя совсем не чувствую его жертвой. И в голове поселилась очень странная, но подающая надежды мысль… я бы даже сказала, что она очень странная.

— Что ты сейчас чувствуешь? — спросила я, присев на кровати.

Не видела выражения лица Рэна, но почему-то знаю, что он удивлен… вот сейчас и проверим!

— Ты удивлен сейчас? А до этого тебе было грустно и ты злился на все, да? — снова спросила я.

Теперь удивление смешалось с интересом. Причем неподдельным, значит, я угадала!

— А теперь интерес… Кажется, мы теперь чувствуем одно и то же, — выдала свою мысль я.

А теперь у него был скептический настрой… я ущипнула себя, довольно сильно ущипнула, чтобы почувствовать боль.

— Не может… тебе больно? Что-то не так? — встав с места, начал заваливать вопросами Рэн.

Только я чувствую теперь его волнение. Сильные чувства и ощущения — вот что мы можем передавать друг другу! Удивительно… действительно удивительно.

Почему-то сейчас вспомнила, что мне Эд мне говорил про нас, поглощающих. Мы тоже не безобидны для окружающих. Тоже как-то влияем на их сознание, располагаем людей к себе. Что, если сработало что-то вроде взаимопритяжения? И этот разрыв будет тогда точно болезненным во всех смыслах для нас двоих. И если выход и найдется, то… а стоит ли «выходить»? Может, это не так плохо, что это случилось. Ему нельзя было любить, мне, по сути дела, тоже, а тут… да это, можно сказать, удача!

— Я не понимаю, чему ты радуешься, — как-то рассеянно произнес Рэн, который лежал рядом со мной, но поверх одеяла и с интересом разглядывал меня.

И как я не заметила? Пытаюсь не смотреть на него, на что угодно, только не на него, чтобы не отвлечься, не сбиться с мысли.

— Не думаю, что стоит искать выход из этой ситуации. То есть… есть ли смысл в этом? — не сумев сформулировать нормально фразу, проговорила я.

Недоумения в глазах Рэна стало еще больше. Как же сложно это объяснить, чтобы преподнести в нужном виде, а не: «ты помогаешь мне, а я тебе, отличный план, правда?».

— Рэн, Аргест! Аргест внизу, сейчас придет! — сообщила нам дымка того паренька в очках.

Падший выругался и глазами начал бегать по комнате. Уже начали слышаться шаги, много шагов, голоса, что означало только одно: сейчас нам устроит разнос Томас Аргест, а ребята пытаются его хоть не намного задержать. Он точно знает, что сейчас я здесь, иначе бы ему, наверное, не нужно было сюда заявляться.

— Доверься мне, — протараторил Бейлес.

После он быстро снял с себя рубашку, кинув в сторону, снял ремень, кинув на уголок кровати. Я поняла, чего он сейчас хочет изобразить и сообразила, что нужно делать. Ужасно стесняясь, сняла с себя футболку, а Рэн, забрав ее из моих рук, кинул на тумбу рядом с кроватью. Когда шаги послышались уже совсем близко, а рык Аргеста «Отошли!» еще громче — Бейлес забрался под одеяло, накинув его на себя до пояса, шикнул на меня: «Положи на меня руки». Я подчинилась. Дверь резко открылась, являя перед собой директора академии собственной персоной.

Сразу прикрыла свою не наготу лежачим рядом покрывалом, а падший чуть выше натянул одеяло и подался вперед, чтобы нашу одежду точно не увидел Аргест.

— Доброй ночи, директор, — выдал «красный».

— Что тут происходит?! — шокировано смотря на нас, проревел лорд.

Студенты из группы Рэна улыбались, кто-то посмеивался, но никто не смотрел даже в комнату, ни одного взгляда. Кажется, сработала наша обманочка: им совестно смотреть на нас, как они думают, голых и… кхм, танцующих в постели.

— Все разошлись. Быстро. Бейлес, я жду объяснений! — снова прорычал директор академии.

Все студенты мгновенно разошлись кто по своим комнатам, кто вниз. Точнее, Аманда, единственная девушка в группе, пошла в комнату, а парни — вниз.

— Ммм… а может, вы их подождете еще, скажем так, часик? А лучше до утра подождите, — даже не смутившись, проговорил падший и второй рукой ущипнул меня, заставив вздрогнуть.

— Что вы тут устроили!? — снова заорал Аргест, вошел в комнату и с громким хлопком закрыл дверь за собой.

— Простите, директор, третьим я вас не приглашу, самому нравится, — ухмыляясь, выдал Рэн.

Как сейчас не засмеяться?! Черт, я чувствую, что ему весело, но… Я же не просто засмеюсь, нет, я заржу сейчас! Видимо уловив мой настрой, «красный» сначала сделал серьезное лицо, повернувшись ко мне, а потом подмигнул и снова начал созерцать Томаса Аргеста.

— Даю пять минут. Раддос, оделась и ждать меня! В конец охамели! — не успокаивался блондин.

— Малышка, отдай-ка, — подмигнув, проговорил Рэн и укутал себя в полное облако, выползая из-под одеяла.

Забрав у меня покрывало, он обмотал его вокруг бедер так, что не видно было штанов (которые были загнуты на всякий случай по колено), а я натянула до шеи одеяло.

Рэн вышел с Аргестом, с какой-то злобой наблюдающим за всем происходящим, за дверь. Что-то мне подсказывает, что сейчас еще пару пунктов добавится в копилку наказаний для команды. И всему буду причиной я… не радужный факт. Поэтому, распустив волосы до конца и надев снова футболку, открыла дверь, затащила Аргеста в комнату, закрыла ее на замочек и прижалась к двери.

— Раддос, на тебя плохо влияет твоя компания, — зло ухмыльнулся директор.

— Лорд Аргест, я к вам не вламываюсь, когда вы увлечены своей личной жизнью, почему вламываетесь вы? — на полном серьезе спросила я.

Поймала на себе удивленный взгляд, а потом улыбка (вот только далеко не добрая) начала расползаться по лицу Аргеста. А еще я чувствовала недовольство и злость Рэна, но, чувствую, что так будет лучше.

— Ты знаешь кто он, Раддос? Ты хоть осознаешь, кого сейчас пригрела у себя на груди в буквальном смысле? — с этой сумасшедшей улыбкой выдал блондин.

— Да. Превосходный выбор для лаафи, не находите? Попрошу не лезть в мою личную жизнь. И вообще, не понимаю, зачем нужно было на ребят кидать все эти наказания… мы с Рэном просто хотели побыть одни, что в этом криминального? Я могла внести пробел в вашу личную жизнь, но не стала. Отплатите мне той же монетой и попросите пожалуйста Далена тоже не особо соваться в мои дела. Я ему ничем не обязана и он мне не обязан ничем тоже, — пыталась говорить спокойно я, хотя чувствовала, что еще чуть-чуть и я либо замолчу, либо заикаться начну.

Но моя речь подействовала так, как нужно было ей подействовать. Преподаватель чуть кивнул, что-то пробурчал, отодвинул меня от двери, открыл ее, а когда в комнату вошел все еще прикрываясь покрывалом Рэн — закрыл ее и запечатал.

— Значит так, голубки. Раз вы так идеально нашли друг друга, то, пожалуйста. Я уже думал о том, чтобы кинуть к вам Эрильду, а теперь есть на это причины. Связь выработалась? Отлично. Раддос, завтра после того, как наговоритесь с Линдой, зайдешь ко мне, обговорим все. Пока что не знаю, в какую группу тебя кину, но можете встречаться без особых нарушений правил… через время. Надеюсь, вы рады и все такое. Бейлес, вам завтра задача только внутренний двор и учебный корпус привести в порядок. Веселой ночи, ибо остров так и не хочет возвращать нормальную длину ночи, а замедляет ее, — быстро протараторил Аргест (не без язвительных замечаний) и ретировался.

После его ухода мы так и стояли как истуканы, шокировано смотря друг на друга. Сделала, блин, лучше, конечно. Вот только как всегда, лучше не для себя! Не хочу я к ним… мне с Нэлли было классно, даже очень, а тут… а тут все странные какие-то. И Эда тут не будет… да я тут с ума сойду!

— Что ты ему сказала? — ровно проговорил падший, все так и глазея в одну точку.

— Что не нужно совать свой нос не в свои дела и что он вас несправедливо наказал, — рассказала про основное я.

Теперь светловолосый недоуменно посмотрел на меня, а я в свою очередь пожала плечами и пошла к зеркалу, чтобы собрать волосы в хвост.

— Я восстановилась, спасибо за заботу, мне пора. Там Нэлли, наверное, от переживаний помирает, — проговорила я и уже начала открывать дверь, как Рэн прижал ее обратно рукой, почему-то злясь. Иногда хорошо ощущать его эмоции, понятнее все становится. — Что не так?

— Связь. Он догадался о связи, ты понимаешь? — как-то обеспокоенно проговорил Рэн.

— Ага, поняла, не глупая. И чего, что он догадался? — пофигистически ответила я, не понимая, почему меня не выпускают.

— Знаешь, а я ничего не знаю о лаафи. Только то, что они поглощать могут энергию и магию, — скрывая злость (которую я чувствовала), проговорил Рэн.

Теперь я поняла, почему он злиться… но я почему-то не думала об этом даже. Что его начало ко мне, кхм, притягивать из-за того, что я поглощающая. Вот только у меня внутри не появляется ни чувство ненависти к себе, ни злости. Как ни крути, я не виновата в том, кем родилась и в том, кем выросла. И даже не знала бы об этом, не расскажи мне об этом Эд.

— Мы просто располагаем к себе людей и действуем в основном только на тех, в ком нет магической крови. А теперь не вини меня во всем и дай пройти, мне правда пора, — ровно проговорила я.

— Ты не так меня поняла, прости. Но сейчас я не могу тебя отпустить, нам нельзя уходить друг от друга далеко, пока не нашли хоть что-то способное снизить эту необходимость в близости, — отойдя от двери, выдал Рэн.

А потом он снова подошел к кровати, собрал свои вещи, убрал их, а потом снова устроился на кресле в темном углу. И я бы более-менее смирилась с тем, что переночевать мне придется здесь (а спать мне уже хотелось жутко), но его эмоции… они убивают меня. Столько злости… и он еще утверждает, что не винит меня ни в чем!

— Ложись, ты хочешь спать. Можешь раздеться, я не извращенец, — устало проговорил Рэн.

Вспомнила о длине футболки, обрадовалась, что не надела майку и сняла штаны, прыгнув под одеяло. Но как бы мне не хотелось спать — уснуть я не могла. В голове было столько мыслей… начиная от «теперь понятно, почему Рэн казался мне очень близким», заканчивая «рассказать обо все Линде или нет?». А еще эмоции Рэна. Сложно все это. И спать хочется…

И снова в голову лезет «шальная» идея. Конечно, совсем приличной мою футболку не назовешь, но она прикрывала все, что нужно было прикрыть, к тому же не думаю, что Бейлесу будет до этого дело. Он также как и я хочет спать, а рядом, я думаю, мы уснем.

— Рэн, — позвала его я, перевернувшись на спину.

— Ммм, — устало отозвался он.

— Иди сюда, — не менее устало проговорила я.

«Красный» ничего не ответил, видимо, решил остаться на своем месте. Конечно да, это приглашение было немного против моих моральных принципов, но… сон важнее. И его, и мой. Завтра у нас двоих сложный день и если мы не выспимся даже за такую длинную ночь… не в лучшем состоянии завтра будем уж точно. Полежав и еще немного подумав, я встала, накинула на себя одеяло и почти без угрызений совести села на парня, укутав нас двоих одеялом. И сразу на душе спокойней стало, появилась расслабленность. И в сон сильнее клонить стало… и, похоже, не меня одну.

Падший глубоко вздохнул, поднялся и положил меня на кровать, поцеловав меня в плечо и явно думая, что я этого не замечу. Но я заметила и улыбка поползла змейкой по лицу. А потом Рэн просто лег на другой край кровати. Теперь я заснуть могла, но… надо же хоть иногда чувствовать себя счастливой, правильно? А с ним… когда он рядом-рядом, я даже не думаю о том, счастлива я или несчастлива… с ним просто хорошо, даже очень хорошо.

Именно поэтому я обняла его, прижалась к его спине. И так хорошо снова стало. И ему тоже, но только он убрал от себя мои руки.

— Это не твои чувства. Просто спи, я рядом, — проговорил падший, а мне на миг стало так обидно.

— Знаешь… ты так говоришь, как будто это плохо. Тебе было противопоказанно любить. Мне тоже! И что тебе не нравится сейчас? Что ты счастлив? Плевать, если эти чувства возникли просто из-за того, чем мы являемся. Это лучше, чем каждый раз бояться допустить ошибку, влюбиться и погубить или себя, или человека, которого полюбил. Именно поэтому я не хочу рушить связь, если тебе интересно, — выдала все, о чем думала, я и отвернулась.

Молчание. Вот только оно не было напряженным, так как я чувствовала его. Рэн не злился, не ненавидел все и вся. Он явно вслушался в мои слова, почувствовал мои эмоции и обдумывал сказанное.

— Весьма выгодное партнерство… но как ты то, что нас тянет друг к другу и ничего с этим не поделать? Тянет только потому, что мы родились такими? Мне тошно от этого, я не хочу такой близости, поэтому… я хочу снять с нас эти оковы, хотя бы частично, чтобы проверить одну вещь… почему я в тебя влюбился? — обняв меня, ответил светловолосый.

А я все еще была обижена на него. Обижена и все. И после объятий мне не стало так хорошо, как прежде… и при поцелуе я отодвинулась первая, ибо меня все еще интересовал ответ на мой вопрос. И при нашей первой встрече я взяла себя в руки, да и он тоже…

— Ну… могу обрадовать, сердцеед, ты точно понравился мне не из-за того, что ты падший. Эти факторы просто повлияли на сближение, я контролирую то, что происходит. А теперь спокойной ночи, — протараторила я и закрыла глаза.

Рэн ничего не ответил, просто глубоко вздохнул и прижал ближе. Так я и уснула, причем довольно быстро. Ненавижу магию в любом ее проявлении.

3.1

Проснулась я первая, все еще в объятиях Рэна. И спящим он выглядит иначе… не такие жесткие черты лица, ну или мне так кажется. А может, дело в том, что он падший. Пролежала я так долго, ибо не хотела его будить. Даже если бы мне удалось аккуратно выползти из-под его руки, то мое отдаление он бы точно почувствовал. Поэтому в академию мы пойдем раньше… намного раньше и надеюсь, что я не проспала, ибо солнце пусть и озарило уже все вокруг, но такие ощущение, что только рассветать начинает. Надеюсь, мы успеем прийти до того, как Нэлли уйдет на учебу. У меня все равно все утро свободно, а потом Линда придет… до Линды нужно будет к Аргесту забежать, точнее, как уйдет Нэлли — я пойду к Аргесту.

Конечно пугала возможность попасть в команду красных, но… надеюсь, у меня будет немного времени прежде, чем я попаду к ней. А с Нэлли мы продолжим общаться. Выпрошу еще один браслетик-веточку у Анхеллес, или же сама буду приходить к подруге. К тому же мне нравилась их сплоченность, как они взаимодействуют друг с другом. Ругаются, мирятся, еще больше объединяются при общей работе.

А Линде я все вкратце объясню. Только вот на бумажке все это напишу, а она пусть прочитает, как говорится, даже у стен есть уши.

— Проснулась и не будит, — не открывая глаз, но улыбаясь, проговорил Рэн.

— Я не тиран, чтобы так рано людей будить, — не без улыбки ответила я.

Бейлес прижал меня ближе к себе, поцеловав в нос. И при этом постоянно улыбался… интересно, это он переосмыслил наш разговор, или не борется со своими обостренными чувствами? Может, это самоуверенно, но я уверенна, что моя сущность послужила лишь катализатором, а не началом.

— Пошли завтракать, потом к тебе. Нэлли должна зелье дать, которое хоть временно, но заглушает чувства, — уже без улыбки произнес светловолосый, но не спешил вставать.

И мы так пролежали, пока я не решила встать. Слишком много дел нужно успеть сделать, а я только предполагаю, что сейчас рассвет. А остров этот, между прочим, и обмануть может.

Из-за переживаний о том, что я не успеваю, я забыла о том факте, что не совсем прилично одета, тем более для вполне себе солнечного утра… и стою у зеркала, делаю хвост, даже не думая о внешнем виде. И не задумалась бы, если бы не почувствовала на себе внимательный такой взгляд. А когда повернулась, то увидела своего зрителя улыбающимся.

— А говорил, что не извращенец, фу, стыдно должно быть, как таким вообще можно быть? — начала отшучиваться я по старому совету тети Нисси.

Жаль правда, что падший, скорее всего, почувствовал мое смущение. Ну забылась, с кем не бывает? И вообще, я же одета, просто ноги не прикрыты…

— Не извращенец, правильно, просто мужчина, перед которым в полуголом виде продефилировали, — самодовольно улыбнувшись, выдал Рэн, не отводя даже взгляда.

Издевается… точно издевается. Ну ладно, потом как-нибудь припомню, а сейчас надо торопиться.

— И долго ты лежать собираешься? — отвернувшись от зеркала, спросила я.

И «красный» поднялся с кровати. Поднялся, чтобы обхватить со спины за талию, поднять и потащить в кровать, а затем укутать и обнять.

— Нам как бы поторопиться не помешало бы, — проговорила я, хотя не хотела уже никуда уходить.

— Еще рано, даже из моих никто не встал. Мы дружим с островом, — пролепетал сладко Бейлес, прикрыв глаза.

— Ты не выспался? — не могла не спросить я.

— Выспался… просто с тобой лежать нравится. Я так подумал, раз тебя все устраивает, все то, что между нами теперь, то и мне не стоит придавать некоторым деталям большое значение. К тому же, если ты уверенна, что моя… сущность сработала на тебя как катализатор, то, могу полагать, то и твоя сработала на меня также. Переживать не о чем, — снова пролепетал он.

Только прозвучало это с одной стороны вполне разумно, а с другой… а с другой так, как вчера не говорила я из-за того, что опасалась передать не то, что имею в виду. И если бы я не чувствовала его сейчас… да я ушла бы сразу! Ибо звучит это как-то мерзко, беспринципно.

— Ты же понимаешь, что я имел ввиду? — спросил он, открыв глаза.

Я лишь кивнула на его слова. Знал бы он, что бы в него полетело, если бы я не так эти слова поняла… Но об этом он точно не знал, поэтому поцеловал в лоб и встал с кровати.

А потом, как я поняла, он пошел с островом говорить, сказал, что быстро… а я никогда не понимала, как они все говорят с островом? Он говорит? И почему тогда у него нет названия или имени? Странно.

Но пришел Рэн действительно достаточно быстро, мы с ним пересеклись у лестницы, с которой я спустилась. Красивый дом, светлый. «Красный» снова попросил его подождать на веранде, а сам пошел за едой. На улице уже были красные, кто медитировал на траве, кто сад у дома поливал. И только сейчас я заметила одну странность: у большинства домов были веранды с большими окнами, но видно за ними никого не было. Просто блики или отражения улицы, либо обычная обстановка дома, но не люди. Хотя я увидела, как одно из таких окон открыли, являя настоящую обстановку.

Завтракали мы молча. Наверху слышался уже какой-то шум, но никто из ребят еще не спустился на завтрак, что радовало. Пусть и помог наш ночной спектакль не огрести сильно, но это же все видели… И все не о спектакле подумали, а о прямой трансляции.

— Знаешь, получается, что мы первые, кому Аргест разрешил отношения. Официально разрешил. Обычно из-за его заскока быть вместе могли только члены команды. И поверь, желанием стать парой внутри команды никто не горит… ну кроме нескольких личностей, — проговорил Рэн, не сводя с меня глаз.

— Да ладно? Поздравляю! — широко улыбаясь, проговорила Аманда, вошедшая на веранду.

— С чем поздравляешь великих актеров? — спросил парень, вошедший за ней следом.

А мне на душе легче стало: они знают, что это неправда была, спектакль.

— Аргест разрешил им быть вместе, представляешь? — ответила Аманда.

И так об этом узнали все члены группы. Точнее, в скором времени пришел тот парень в круглых очках, Римус, и Аманда ему про все рассказала. Ну и когда все они начали обсуждать — мы решили уйти под этот шумок.

Я начала переживать, что еще чуть-чуть и вся команда узнает об этом разрешении директора, но уловив мое волнение, Рэн успокоил меня тем, что никто из членов группы не может рассказать об этом другим группам. Действительно успокоило.

На лавочке сидела и, кажется, ждала нас Анхеллес.

— Доброе утро, я тут кое-что приготовила, должно снизить вашу связь, но… скажу честно, вы не избавитесь от этой дряни, но хоть на расстояние друг от друга отойти сможете. Хотя, как я и думала, вы приняли верное решение, — опять потусторонне проговорила она и дала Рэну небольшой флакончик.

Поблагодарив ведьму, мы пошли вперед. Снова почувствовав мое удивление Рэн рассказал, что у Анхеллес есть способность очень странная… она может видеть отрезки будущего, видит ауру человека. Теперь я поняла логику ее поведения, почему она сразу узнала, что я лаафи. Да и дурью перестало быть то, что я буду в их команде… она уже тогда все знала.

— Почему она в первую нашу встречу ничего не рассказала? Анхеллес уже тогда все знала, — задумчиво проговорила я.

— Не имела права. У ведьм свои правила, которые они не нарушают, — чуть улыбнувшись, ответил Рэн.

Те синие, что шли уже на завтрак (а их было немного) открыто пялились на нас, но все же шли быстрее и молча. А когда мы уже зашли в корпус… ну в такое время людей было мало, поэтому наплевать. Да и было бы наплевать даже если людей много было, все равно, я думаю, все всё видели и все всё знают. А на мнение… я на него давно уже привыкла не обращать никакого внимания.

Одна девушка и вовсе остановилась на лестничной площадке, выронила из рук книги… Рэн их поднял, вручил их в руки окаменевшей девушки. Взяв меня за руку, он снова повел меня наверх, и опять мы услышали, как та девушка выронила книги на пол.

Почувствовала раздражение Рэна и смешно стало. А он, видимо, почувствовав, что мне стало весело, улыбнулся и крепче сжал руку.

Шли до комнаты мы дольше обычного, ибо то посмеяться остановимся, то опять встретим какого-нибудь студента, остановившегося посреди лестницы.

— Наконец-то пришли! Я уже думала, что придется пропустить первые уроки, — протараторила Нэлли, стоило нам зайти за дверь.

Соседка крепко-крепко меня обняла, послала Рэна на кухню, а меня потащила в свою комнату. Даже как-то страшно стало.

— Как же ты ужасно выглядишь! И он тебя в таком виде видел… точно любит, другой бы убежал точно. Эрильда, тебе совсем наплевать, в каком виде тебя он увидит? Ладно другие, но он-то, — шепотом начала мне читать лекцию «как выглядеть при парне» Нэлли.

И слушая ее я кое-что поняла: не одна я ее слышу. Других причин для веселья Бейлеса я просто не вижу! Это раздражать начало еще больше.

— Все, Нэлли, я все поняла, спасибо за совет. Просто не до этого было, правда, и сейчас тоже времени мало. А в другой раз я сразу же к тебе, — медленно проговорила я, мечтая дать подзатыльник одному слушателю.

Нэлли обняла меня крепко-крепко и мы пошли к Рэну, который при виде нас пытался не засмеяться. С самой ласковой и доброй улыбкой подошла к нему и ущипнула за руку.

— Ай, — не стирая улыбки с лица, произнес падший, который знал, что скрывается под моей улыбкой на самом деле.

— Ребят, вы такие милые, — умилялась соседка.

Теперь смеяться и мне захотелось. Подавив смех, я села на стул рядом с Бейлесом и ждала, когда Нэллз даст нам это чертово зелье.

— Только хочу предупредить сразу, я его еще не проверяла ни на ком… но, думаю, должно сработать. В крайнем случае, вам же что-то должна была дать Анхеллес, — неуверенно произнесла светловолосая, протягивая нам по колбе с дымящим зельем.

Переглянувшись с Рэном, мы все же выпили. Сперва не почувствовали ничего. И потом тоже. А после решили отойти друг друга на расстояние и… сработало. Никакой тоски и желания быть рядом уже не было. А вот чувства и эмоции остались. Явно Бейлес чем-то приложился, ибо больно стало.

3.2

Громко айкнув, я ущипнула себя за руку. Не сильно конечно, я же не мазохист, но так, чтобы он почувствовал это. И пришел Рэн улыбаясь и держа руку на том месте, где я ущипнула.

С одной стороны было весьма забавным все это… чувствовать друг друга, но с другой — это отвратительно. Иногда я не хочу знать, что он чувствует, ощущает, но поделать с этим ничего нельзя.

И еще один вопрос оставался не закрытым… ну, точнее частично незакрытым. Почему чувства обострились сейчас? Когда Дален перекинул меня к Нэлли, оставшись с Бейлесом один на один, я не чувствовала его. Хотя я уверенна, что какие-то сильные эмоции он да испытывал в этот момент, но не чувствовала я ровным счетом ничего, кроме своих же переживаний. Сломанная защита… не знаю, не верится мне в то, что все это из-за этого.

Моя паранойя подсказывает мне, что тут дело далеко не в этом, а в том — кто мы. Он — падший. Многие думают, что это все мифы, никто, по сути, не знают кто они и что они такое, просто боятся. И лаафи… они тоже уже превращаются в мифы, так как их стало слишком мало и мы, к сожалению, вынуждены прятаться и не выдавать свои способности. И также мало кто знает, что мы из себя представляем, только известен наш дар поглощать магические потоки. И я, будучи лаафи, не знала, как мы действуем на людей противоположного пола. А что, если я чего-то еще важного не знаю? Что, если эти знания утратились? А что, если и Рэн чего-то важного о себе не знает? От этих мыслей становилось жутко, даже страшно. С ним мне, конечно, необыкновенно хорошо и спокойно, но что, если это спокойствие окончится летальным исходом для нас? А что, если не только для нас?

Поэтому, когда падший ушел на тренировку, обняв предварительно, я дождалась, когда мы станем вне пределах его слуховой досягаемости. Конечно я не знала, где эти пределы находятся, но все же обождала немного. А потом попросила накинуть хоть немного звуковой изоляции и приступила к разговору с подругой, которая, кажется, знала все в Академии.

— Откуда ты знаешь, что Рэн — падший? — прямо спросила я.

Соседка поперхнулась чаем. Да, это был вопрос в лоб, но сейчас не до деликатности и тактичности. Уловив мой настрой, Нэлли поставила чашку на стол.

— Он был в моей группе. Ну как сказать в моей группе, вместе на алхимию ходили. Он тогда еще был как мы, не в «элите Аргеста». То есть я его знала, правда мы не общались. Иногда я замечала за ним странности, но не обращала на это внимания. А потом он перестал появляться на факультативах по алхимии, реже стала видеть его в основном корпусе Академии, и форму на нем красную заметила. Все знают, кого директор берет в эту команду, а берет людей он редко туда, поэтому это становится обсуждаемым с момента того, как хоть кто-то увидит нового в красной форме. И ночью… я собирала полынь на поле, рядом с горами и озером, и увидела человека, который в принципе и на человека-то и похож не был. И крылья… Он думал, что я ничего не заметила и как только приземлился на гору — сразу убрал крылья. Было же темно и я бы не смогла понять, что с его лицом, если бы не зелье… я видела его. Поэтому и знаю, — явно волнуюсь, ответила светловолосая и сделала большой глоток чая с таким видом, будто это вовсе не чай был.

Я задумалась. Вот почему он ее позвал к Анхеллес, вот почему она не испугалась идти с ним, когда его лицо начало метаморфоз. Рэн догадывался о том, что той ночью она все видела, или слышал, как она мне это сказала. Поэтому-то она и не испугалась особо, даже виду не подала, когда увидела его в другом обличии, в отличии от Эда, который встроил, по моим скверным познаниям, вроде огненную стену.

И что мы имеем в итоге? Хмм… моя соседка давно с ним знакома, видела его в настоящем обличии, поэтому-то и не боялась особо. Уверенна, что она просто руководствовалась мыслью «Тогда не убил — и сейчас не убьет». Анхеллес тоже знала, кто он на самом деле, да и вообще, мне кажется, что ее вообще сложно хоть чем-то удивить. Но Эд… он не был к этому готов, не знал ничего о Рэне, но был нужен. Надо будет зайти к нему, поговорить. Возможно, у него, как и у меня, наклевывается что-то вроде стресса после увиденного.

— Нэлли, а эта Академия же уже старая, да? — спросила я.

— Да, до Аргеста тут была не академия… ну как, тут просто учились отшельники со всего мира, те, кого не принимало общество. В принципе, Аргест не многое изменил, просто по завершению академии, если, конечно, окончим ее, все двери во всем мире нам открыты, — мечтательно пролепетала светловолосая.

— Значит, если тут до нашего директора тоже было учебное заведение, причем для «отшельников мира», то должна быть впечатляющая библиотека, я права? — спросила я снова.

Нэллз поняла мой настрой и сразу начала мотать отрицательно головой.

— Ты о многом просишь, Эрильда. Нас же закопают живьем, если попадемся! Это тебе не на вечеринку сбегать, или ночью за полынью, — шепотом проговорила соседка.

Теперь я точно поняла одну вещь: мне НЕОБХОДИМО пробраться в библиотеку, точнее, в запретную секцию. Отшельники… падшие всегда ими были, точно о них что-то да должно быть!

— Нэлли, ну пожалуйста. Мне очень-очень-очень надо! — начала упрашивать подругу я.

Поддаваться она никак не хотела. Но когда я ее не выпускала из комнат на учебу, пока она не пообещает мне помочь туда пробраться — у нее выбора не осталось. Обещание я получила и довольная пошла переодеваться, чтобы пойти к директору Аргесту. Так сказать, планы немножко изменились.

Приложив руку к стене, я сократила длину лестницы. Точнее, директор дал мне разрешение. И правильно сделал, я бы через каждые десять ступенек останавливалась, чтобы дыхание восстановить. Все-таки не пошла ночная процедура во благо моему здоровью.

Постучав и немного подождав, я вошла в кабинет. И тут не было светло, как в те случаи, когда я находилась в этом кабинете. Окна были занавешены плотными темными шторами, которые не пропускали ни лучика. Горели свечи и только свечи, поэтому в кабинете было тускло.

Из прохода, которого раньше я тут не видела, появился директор с толстой книгой в руках. Когда он прошел в кабинет — проход затянулся и теперь нельзя было даже предположить, что на этом месте он есть.

— Чего стоите в дверях, студентка Раддос? Проходите, присаживайтесь, — пригласил меня внутрь Аргест, сев на свое место за столом и указал мне на стул, который стоял по другую сторону его стола.

Я села на указанное место молча, ибо не знала, что ему сказать.

— Вчера, точнее, сегодня, вы были более сговорчивы, — открыто издевался Томас Аргест.

— Да и вы вчера были менее молчаливы, лорд-директор, — не осталась в долгу и я.

Директор сверкнул на меня очень выразительно своими разноцветными глазами, потом ухмыльнулся и начал разговор:

— Знаешь, я думал до этого еще тебя отправить в команду, но было много сомнений… Они есть и сейчас, но вам с Бейлесом не хватило мозгов на то, чтобы вообще не приближаться друг к другу. Но ладно, это мой косяк, сам об этом не подумал, отпустив вас… погулять. Ничего уж не поделаешь. В группу я тебя еще не определил, сложный случай. Попробуешь пожить, потрудиться вместе с каждой группой. Помнишь, где форму тебе выдавали? Зайдешь за двумя новыми, сперва белая. После полдня оповещу команду о новом ее участнике. Конечно, я бы ни за что сразу не кинул тебя в группу Бейлеса, но… выбора как такового у меня нет. Первые три дня с ними, потом по пять дней с другими группами. Завтра днем начнешь переселение. Потом подумаю, к кому тебя после третьей группы отправить, а пока что иди, у меня много дел. Леди Дален прибудет примерно через два часа. Урок сегодня будет у тебя только у профессора Шолл, у профессора Далена появились дела на родине. Ступай, — ровно проговорил все Аргест.

Я кивнула, встала и вышла из кабинета, а директор снова направился в тот проход в стене.

Было очень интересно, что там, но заглядывать я не решилась. Как ни крути, будет более, чем странно, если я, стоя уже у двери, вернусь обратно на пару шагов, чтобы заглянуть в потайную комнату.

Спустилась вниз, взяла одежду под неодобрительный и как-то злой взгляд, и пошла опять в свою комнату… пряча одежду. Не хочу, чтобы ее видели.

Как лорд Аргест и говорил, Линда через пару часов прибыла в Академию и раздался стук в мою дверь. В столовую я сходила, взяла выпечку и несколько пакетиков с фруктовым чаем, так что бежала открывать дверь я с кухни, где все нарезала и накрывала на стол.

Вот только не Линда за дверью оказалась, а Рэн. И улыбка у него была широкая-широкая, счастливая-счастливая. И из-за его хорошего настроения мое стало еще лучше, чем было, но я не хотела, ну очень не хотела, чтобы Линда нас увидела. Да и вообще, о том, что произошло за последние два дня, я планирую рассказать в самом конце ее визита, чтобы избежать горы вопросов, которые могут за этими новостями последовать.

— Аргест сказал, что ты будешь в нашей группе, — обнимая, проговорил Рэн, блаженно улыбаясь.

— Три дня, — сказала в свою очередь я.

— В смысле три дня? — возмутился Бейлес.

— Давай потом поговорим об этом, хорошо? Сейчас ко мне придет моя… подруга и ей не нужно сейчас знать о том, что между нами с тобой хоть что-то есть, — практически шепотом проговорила я.

— Хоть что-то? Ты серьезно? — снова возмутился падший, убрав от меня руки.

Поняла я причину, по которой он возмущается, но… но все правильно я сказала, и вообще, надо уходить в комнату и ждать Линду! А кто знает, что между нами? Магия? Притяжение? Я не знаю, как это можно назвать. А что, если бы я сказала «отношения», а он это совсем по-другому воспринимает, поэтому и ищет от этого «недуга» лекарство! Нашел из-за чего возмущаться, тьфу.

— Потом поговорим, — закатив глаза, ответила я и хотела уйти, но Бейлес взял меня за руку и вместе со мной прошел в комнату, закрыв дверь спиной.

— Не потом. Что такое? — уже более спокойно спросил падший.

— Рэн, поговорим потом, — положив свои руки на его грудь и тем самым, немного отодвинув парня от себя, проговорила я.

Настолько прямой, что уже не намек, Бейлес понял и вышел из комнаты.

Обижать его я не хотела совсем, но… чего он ждал от меня? Каких слов? Мне интересно, он хоть сам смог разобраться, что между нами, прежде чем начинать выяснять отношения?

В дверь постучали. Натянув улыбку, я открыла ее. На сей раз там стояла улыбающаяся Линда с 1000 и 1 пакетом. Пропустив ее вперед, смотря на нее с явным удивлением, я сама того не поняла, как сказала, где моя комната.

— Стоп, Линда, что это? — спросила я, когда светловолосая зашла в мою комнату.

— Как что? Ты же у меня почти без вещей тут осталась. А еще декор, косметичку тоже взяла… всю неделю не могла смириться с мыслью, что отправила тебя в эту тюрьму строгого режима почти ни с чем! — пролепетала Линда.

После этих слов ничего против говорить ну совсем не хотелось. Леди Дален попросила помочь мне разобрать вещи и несколько из них примерить. На свою голову я согласилась. Но вот только под словом «несколько» она явно имела в виду «несколько десятков».

— Линда, конечно спасибо, но тебе не кажется, что ты привезла слишком много? — спросила я, когда с примеркой было покончено.

— Нет, — воодушевленно проговорила она, продолжая вещать платья на вешалки и вешать их в шкаф.

— А мне кажется, что много, — помогая ей, сказала я.

— Тебе лишь кажется, — пропела она, повесив последнее платье.

Дальше мы начали разбирать остальное… конечно спасибо за то, что она обо мне заботиться, но… ее забота начинает меня убивать, медленно, но верно. И пусть было приятно, даже очень, настолько, что я готова была расплакаться, но мне было стыдно. Я бы большинство вещей себе не смогла позволить… ну как, накопила бы одну и купила. Потом еще бы накопила и купила вторую.

— Линда, прости, но я не могу это принять, — проговорила я и начала складывать все обратно в пакет.

— Тебе не понравилось? Я так долго искала, выбирала, — расстроенно отозвалась сестра ненавистного профессора.

И я не смогла сказать о том, что не могу принять это из-за цены… вообще не смогла сказать снова, что не могу это принять.

— Я тебе хотела это сказать чуть позже, но… я переезжаю из этой комнаты завтра. В команду красных, — медленно проговорила я.

Заметила, как Линда стала серьезной.

— Аргест так решил из-за того, что ты лаафи!? Ничего не понимает нормально! Я сейчас приду, разрешу это недоразумение! — вскликнула она, кинув декоративную подушку с силой на кровать.

— Стой, стой, Линда! Не надо. Так и должно было быть, это я сглупила, — пригородив ей путь, начала тараторить я.

Она остановилась и начала сверлить меня непонимающим взглядом. Вздохнув, я улыбнулась и пригласила ее на кухню, вот только вместо фруктового чая заварила специальный чай, успокаивающий, по рецепту Нэлли.

Ну и я рассказала все в общих красках, но избегала в своем рассказе то, что Рэн — падший, и все, что связано с лордом Даленом. Реакция ее на все это была смешанная: она хотела познакомиться с Рэном весьма воодушевленно, но… но не обманула этим воодушевлением. Ей было не по себе.

— Что-то не так? — спросила я в лоб.

Линда улыбнулась, словно не поняла вопроса и еще отпила чая. Но все же под моим взглядом она убрала эту улыбку с лица и глубоко вздохнула.

— Я до последнего надеялась, что вы с Ганнарром найдете общий язык. Он, конечно, сложный, но… вы бы так хорошо дополнили друг друга! — выдала она.

От ее слов мне стало плохо, прям откровенно плохо. Что она только что сказала вообще?!

— Надеюсь, ты пошутила, — тихо проговорила я.

— Ну посуди сама, Эри! Вы бы были замечательной, влиятельной парой. Я настояла на том, чтобы он пошел сюда все же работать профессором Защиты и думала, что вы сможете хорошо тут сблизиться! Это бы было просто прекрасно. Я собиралась в путешествие… давай, я поищу средства, чтобы разорвать вашу связь с этим молодым человеком, а? Я уверена, что это можно сделать, — от ее слов мне становилась все страшнее и страшнее. А точнее оттого, как она это говорила. Маниакально как-то.

— Спасибо, но не стоит, правда. Я благодарна тебе за все, но то, с кем мне быть, пожалуй, мой выбор, — максимально тактично ответила я.

Линда глубоко вздохнула, кивнула и завела совсем другую, отрешенную от любовных дел тему. Тему о своем путешествии и что попытается на пару дней вытащить меня из Академии туда «где больше солнца. Ты же совсем тут солнечного света нормально и не видишь!». А если она попробует — то я уверена, что у нее получится. Если учесть то, что она должна один раз в две недели меня навещать, а прошла всего неделя… то и мой двухдневный отгул будет разрешен.

Линде уже нужно было уходить и от этого как-то грустно становилось. С одной стороны, я очень хочу с ней куда-нибудь поехать, но в свете последних событий… не стало бы это моей ошибкой, за которую мне придется расплачиваться, расплачиваться и еще раз расплачиваться. Да и вообще, не хотелось ее отпускать. Пусть она немного странная и помешана на заботе обо мне, но она для меня такая родная. Обо мне мало кто заботился так, как заботится обо мне она. Конечно, я не совсем понимаю, как такое могло выйти, но не придаю этому большого значения. В конце концов, не хочу спугнуть это.

После урока с профессором Шолл, я шла воодушевленная в столовую, но не покидало меня чувство злости, которое мне не принадлежало.

— Привет, — поздоровался со мной парень в черном, с длинными, забранными в хвост волосами.

Как оказалось, я уронила карандаш, а он его поднял, догнал меня и, собственно, отдал, поздоровавшись.

— А, привет, спасибо, — улыбнувшись, ответила я.

— Я Эйдан, как тебя зовут? — улыбнувшись, представился он.

И теперь меня подхватило сомнение: говорить свое имя, или извиниться и пойти вперед? В итоге, я решила представиться. Знакомства же нужно заводить.

— Эрильда, приятно познакомиться, — также с улыбкой ответила я.

По пути в столовую, к нам присоединилась Нэлли. Как оказалось, она знакома с Эйданом, на какой-то очередной факультатив вместе ходили и были в паре, часто вместе наказания отбывали. Забавно, Нэлли на всех факультативах побывала?

Как оказалось, довольно интересное у меня знакомство было с принцем было. Да-да, он был принцем! Пусть и пятым на престолонаследование, но все же принцем. Решив, что на трон рассчитывать глупо, а быть принцем и постоянно придерживаться королевского протокола он просто не сможет — сбежал сюда. И да, у него вполне себе впечатляющий дар: он чувствует умерших, может разговаривать с духами. А как я узнала позже, все, кто ходит в черном — или некроманты (их один-два и обчелся), или могут также взаимодействовать с духами и призраками.

Когда мы зашли в столовую, то сразу вгляделась в ряды «красных». Рэна я не видела. Пробежалась еще раз глазами по толпе, и снова не увидела его. Зато заметила помахавшего нам Эда за свободным столиком. Быстро заказав себе фрукты и сок, я быстро перекусила, взяла с собой яблоко (а еще попросила Нэлли взять в комнату фруктов) и направилась в «логово красных», жуя его.

Когда я подходила, ко мне уверенно так навстречу пошла та девушка, что так яростно высказывала свое мнение, когда всей команде из-за меня и Рэна назначили наказание, но я умудрилась забыть ее имя.

— Я не позволю тебе выводить из строя Рэна! — сразу выдала она, остановившись в полушаге от меня.

Хорошее начало беседы… хорошо, что я, работая секретарем, научилась работать с такими, кхм, тяжелыми людьми. Поэтому я мило улыбнулась, поставила руку на ее плечо и отодвинула ее на расстояние вытянутой руки.

— Я никого не вывожу из строя, милая, что за глупости? — спокойно, елейным голоском проговорила я.

— Он не игрушка для тебя. И то, на каких правах ты, возможно, попадешь в нашу команду… ты никогда не сможешь стать нашей частью, так что лучше беги к Аргесту и проси, чтобы отменил свое решение. Рэн откроет свои глаза и ты останешься тут совсем без поддержки, — прошипела блондинка.

— Понятно, а теперь разреши, я пройду, — все так же мило улыбаясь, проговорила я.

И действительно. Ядовитая особа отошла в сторону, пропустив меня, а я пошла вперед, к дому Бейлеса.

Сейчас на меня смотрели все красные, а некоторые из них еще и здоровались. В общем, чувствовала я себя крайне неловко.

Позвонив в звонок, который висел у двери, я начал ждать, когда мне откроют дверь. Но она открылась сама и я прошла внутрь. Снаружи не слышалось никакой суеты, но вот внутри… все гремело, слышались голоса всех и сразу, грохот чего-то тяжелого…

— Привет, — тяжело дыша, проговорила Аманда.

— Эм, привет. А где Рэн? — спросила я.

— А, он наверху, с другими ребятами. Но сейчас мы правда очень заняты, прости. Мы все доделаем и он к тебе зайдет, хорошо? — чуть улыбнувшись, ответила девушка.

Я улыбнулась, кивнула и вышла из дома. Решила зайти к Анхеллес, поздороваться хоть и спасибо сказать. Она, в отличии от Бейлеса, занята не была. И открыла дверь прежде, чем я в нее постучала. Ведьма, самая настоящая.

— Проходи, я как раз собиралась чай пить, — улыбнувшись, проговорила сразу она, впустив меня в дом.

Выглядела она очень непривычно. Обычно вьющиеся рыжие волосы были завязаны в тугой гладкий хвост. И волосы ее были прямыми, ниже пояса. И все еще в своей строгой, но красивой форме… ей это очень идет.

Ведьма налила мне липовый чай и выразила мне поздравления. Было глупо рассчитывать на то, что она не осведомлена о том, что мне сказал Аргест.

— Надеюсь, ты вольешься в мою группу! Нам просто тебя не хватает. Хотя, возможно, по дару и его уровню ты не совсем подходишь нам, но… вместе мы составим очень хорошую, сильную группу! — проговаривала она.

Я улыбнулась. На самом деле, я и сама бы хотела попасть в ее группу. Возможно, даже больше, чем к Бейлесу. Слишком много нервотрепки с ним, а с Анхеллес… спокойней с ней, да и она прям понимает-понимает. Даже говорить ничего и не надо ей, сама все знает.

— Я бы тоже очень хотела к тебе попасть, — искренне проговорила я.

Ведьма улыбнулась мне и мы продолжили чаепитие, а после она сама поняла, что мне нужно идти и проводила меня. И опять она поразила своей осведомленностью и рассказала мне нерадужную весть: после группы Бейлеса я три дня проведу в группе этой приятной язвы.

3.3

— Ну и что? Попадешь ты к этой мегере и попадешь. Потусишь со мной, с Эдом, Анхеллес, Рэном… а еще и с Эйданом. Знаешь, я тебе даже завидовать начала. Я тут несколько лет мучаюсь, но мне так круто еще не везло с парнями! А я и не знала, что Рэн главный в своей группе… сегодня про него узнала все, что смогла знать, как же я тебя кину к зверю на растерзание, да щаЗ. А вообще… тебе не стоит его бояться, он прекрасно сдерживает свою сущность. Не убил же он меня в то полнолуние, и не угробил всех нас ночью. Везет же тебе! — постепенно отступая от темы с моим нежелательным для меня же переездом, проговаривала мечтательно Нэлли. — Так, я не поняла, и чего мы с такой миной грустной сидим? Конечно да, это очень волнительно и даже страшно, но не до такой же степени!

А я задумалась… здравый смысл в ее словах все же был, но… не хочу я к ним и все. Пусть они все друг за другом, как мушкетёры, они больше знают и все, как и я, обладают каким-то редким, необычным, а иногда и опасным даром. Но все это не добавляло им привлекательности. Мне и тут вполне себе хорошо учится, с хорошей соседкой и другом, из-за которых у меня проблем не будет… свалился же Бейлес на мою голову!

Теперь я поняла, что он чувствовал. Хочу разорвать связь… разорвать эту долбанную связь! Нужно попросить лорда Аргеста хотя бы передать мои слова, или даже письмо, Линде. Пусть это, возможно, было моим спасением, но такую цену я заплатить не готова. Не готова к его переменчивому характеру (который чувствую), не готова вообще к нему. Мы такие разные люди… я бы сказала, что слишком разные.

Я чувствую его… и это меня убивает.

Захотелось плакать, но собрала все силы в кулак. Слезами тут не поможешь точно. Да даже действиями навряд ли поможешь, и вообще, может, не поможешь вообще ничем.

Вспомнила Альфредо… и так тоскливо стало. Знала бы я тогда, на что я, лаафи, способна — сделала бы все, что в моих силах, чтобы этого не произошло.

Память — это монстр, чудовище. Она не дает о себе забыть и не забывает нас самих, она копит все-все-все в себе. Она сохраняет абсолютно все для нас, иногда прячет это от нас, но именно она решает, когда может излить все это нам. Именно она решает, когда может начать или убивать нас, или оживлять. И сейчас она именно убивает, причем мучительно, медленно, изощренно…

Извинившись перед подругой, я пошла полежать к себе, поразмыслить над всем и отдохнуть. Просто лежать и ничего не делать, а лучше, конечно, совсем и не думать. Нужен отдых. Очень нужен.

* * *

Проснулась я от некого шума. Из-за того, что легла я на кровать, когда солнце только-только заходило за горизонт, а сейчас уже почти совсем стемнело, я поняла, что немало поспала, но все же к подушке тянуло магнитом.

— Нэлли, пойми и ты меня. Мне, конечно, приятна твоя компания и я не прочь бы посмотреть зелья, что ты изобрела и написать тебе пару своих рецептов новых зелий, но мне нужно забрать сейчас с собой Эрильду. Нас уже как минимум час ждут, — тихо, но все же уловимо для меня проговаривал Рэн.

Значит, он тут уже больше часа… классно. Встав с кровати, я быстро накидала в большую сумку, оставленную Линдой, вещей (в том числе новую форму) под протесты Нэлли: соседка была совершенно против того, чтобы меня будили. Приятно даже как-то стало.

— Да она уже не спит, — проговорил падший и открыл дверь.

Я чуть улыбнулась, застегнула сумку и протянула ее ему, взяла Нэлли под руку, протащила ее в свою комнату, закрыла перед носом Бейлеса дверь. Слышать-то он будет, а вот нацарапанное на листочке явно увидит.

Поэтому я протянула листочек с надписью: «Попробую с ними не ужиться, чтобы вернуться. Есть несколько новых платьев в шкафу, хочешь — надевай. Храни брошку, она оберег.».

Удостоверившись, что соседка все прочитала, я отобрала у нее листочек и кинула в вазу, чтобы чернила растеклись совсем.

Выйдя из комнаты с милой улыбочкой и совершенно игнорируя тревогу и непонимание Рэна, я прошла мимо него, к выходу.

— Ты идешь или нет? Мне кажется, ты сказал. Что нас уже давно ждут, — елейным голоском проговорила я и вышла из комнаты.

Парень вышел следом за мной все также ничего не понимая. А я… а я решила себя вести так, как меня тому обязывала моя бывшая работа: была стервой. Там по-другому было ну совсем никак, и тут тоже. И плевать я хочу на его чувства! Это он решил не прийти, когда я его ждала, это он решил, что дела важнее, когда я пришла поговорить. Теперь пусть мирится с тем, что для меня важнее мое самолюбие и достоинство, которые я бы точно потеряла, если бы сейчас мило вела беседу с ним, обжимаясь.

— Что произошло? — спросил Рэн, когда мы уже приближались к территории «красных».

— Ничего, — мило улыбнувшись, ответила я.

— Хватит. Что случилось, ты можешь мне нормально объяснить? И сотри эту улыбку с лица, я чувствую, что ты раздражена! — начал повышать, пусть и чуть-чуть, на меня голос Рэн.

И это стало его ошибкой. Я совсем с ним перестала разговаривать, пройдя резко вперед. Конечно, он меня нагнал и спрашивал, что со мной такое, но я молчала… хотя много что сказать хотелось!

В доме уже уставшие ребята пошли нас встречать. Действительно рада здесь была сейчас лишь Аманда. Хотя, на ее месте, я бы тоже рада была. Жить с парнями, и если они все как Бейлес… Врагу не пожелаю уж точно.

Обида немного, но испарилась после того, как Рэн показал мне мою комнату… это над ней, значит, они трудились… Обернулась на Рэна, который, почему-то, был слишком напряжен.

— Это и есть причина, почему ты не спустился вниз вместо Аманды? — спросила в лоб я.

Рэн лишь кивнул на это. Улыбнувшись, я обняла его, но все же почему-то обида еще была. Хоть и было основание у него не спуститься и не поговорить со мной, но все же… мог минуту уделить, сам мог сказать, что занят и зайдет позже: я бы тогда и не обижалась, а наоборот вошла в его положение.

Комната была красивая. Я не заметила, как компанию нам составила Аманда, которая, в общем-то, начала рычать на Бейлеса. И все из-за того, что ей показалось, что мне не понравилась их работа.

— Нет, Аманда, все отлично, мне правда очень нравится, — улыбнувшись, проговорила я.

Девушка улыбнулась мне в ответ и позвала нас пить чай, после чего пообещала помочь разложить вещи. Я не понимала, зачем мне вообще разбирать вещи, если через три дня их снова нужно будет собирать… и так несколько раз, пока Аргест не вынесет своего решения насчет того, в какую меня группу определить.

Ребята оказались не такими восковыми, как тогда, на улице. Они были очень веселыми, добрыми ко мне и интересными.

— Так, а тебе Аргест сказал, к кому ты в следующий раз отправишься? — спросил Колл, беря булочку с корицей.

— Ну… мне он ничего не сказал, но Анхеллес мне сказала, что к группе, где Хлоя и Алекс, — ответила я немного неуверенно.

Все замолчали, а Колл все же поперхнулся этой булочкой.

— Ну… ты это, крепись. Они у нас новеньких вообще не воспринимают, странные люди… если будут обижать, то ты говори, мы разберемся, — ответил Колл, подмигнув и заставив меня улыбнуться из-за этих слов.

Почувствовала снова напряжение Рэна… ханжа! Значит, он может с другими девушками не то что разговаривать, но и заигрывать иногда, а мне и улыбнуться нельзя? Ну с этим я уж точно мириться не собираюсь.

Именно поэтому я и общалась с Коллом, который о многом спрашивал, о многом рассказывал…

Первым нас покинул Римус, сказав, что ему еще нужно записать результат какого-то эксперимента. Теперь сидели мы вчетвером: я, Колл, Аманда и Рэн. И все мы весело разговаривали. Да и вообще, было бы все просто замечательно, если бы я не чувствовала это дурацкое напряжение Бейлеса.

— Извините, что я без приглашения, — как-то потусторонне проговорила вошедшая в дом ведьма.

— Ну чего ты, Анхеллес, мы всегда тебе рады! Проходи, присаживайся, — гостеприимно ответила ей Аманда.

— Нет, извини, не сегодня. Уже поздно. Мне нужно поговорить с Эрильдой. Наедине, — проговорила она.

Я кивнула, неуверенно встала из-за стола и пошла за ведьмой на улицу. А потом в ее дом, все в ту же «зеленую» комнату… А потом резко схватила за плечи и посмотрела на меня уже по-другому, встревоженно.

— Не проси того, что сможет разрушить вашу связь! Не проси! — начала кричать Анхеллес и трясти меня.

— Что такое? Что ты увидела?

Стало страшно. Действительно страшно. Я уже подумала, что она скажет, что случится, если я об этом попрошу, но сработал ее «ведьминский кодекс» и она ничего мне не рассказала. Только взяла обещание, что я не стану просить разорвать связь. А прежде, чем я пообещала, глядя в ее сумасшедшие, испуганные глаза, ведьма предупредила меня о последствии моего обещания: я действительно не смогу об этом попросить. Даже если очень-очень этого захочу — не смогу. Но все также видя ее состояние, видя ее страх, я пообещала этого не делать.

На улице, рядом с домом Анхеллес, меня ждал Рэн. Видимо, он уловил мой страх и пришел встретить меня.

— Что тебе сказала Анхеллес? — спросил он у меня, глядя мне в глаза.

Я молчала. Не могла и слова вымолвить, и плакать мне почему-то очень захотелось. Молча мы дошли до дома, молча мы прошли мимо ребят. Также молча вошли уже в мою комнату. Я молча подошла к зеркалу, а Рэн — молча встал позади меня.

— Эри, что она тебе сказала? — снова спросил обеспокоенный парень.

Я же смотрела на себя в зеркало. Как же я ненавижу эту чертову зависимость от него… лицо было бледнее обычного и, на мое же удивление, по щекам текли слезы.

— Ты просто ее не видел… я испугалась, Рэн, я просто испугалась, — все также глядя в зеркало, ответила я.

— Чего именно? — спросил снова Бейлес.

— Сама не знаю, — честно проговорила я.

Повернувшись к нему лицом, я не вполне осознанно обняла его, прижавшись щекой к его груди. Не растерявшись, он обнял меня в ответ, погладив волосы.

— Мне остаться? — спросил Рэн.

Я не поняла, как оказалась у него на коленях, когда сам падший сидит в кресле. Также я не поняла, как начала засыпать на нем. Ровным счетом, я ничего не понимала и не заостряла на этом внимания. Один фактор был слишком влияющим сейчас — мне с ним спокойно и не страшно.

Именно поэтому я кивнула на его слова. Падший встал, все еще держа меня на руках, посадил в кресло и ушел. Я же решила переодеться в более пригожую для сна одежду и лечь в постель.

Кровать оказалась очень-очень мягкой, удобной. В моей квартирке была такая, только поменьше. Долго я на такой матрас копила… но не пожалела ни разу.

Пришел Бейлес, который также переоделся. Спальные штаны и все… но да ладно, если вспомнить вчерашнюю ночь, то мы оба вполне прилично одеты. Падший лег рядом, но на одеяло, а не под его. Включился инстинкт мамочки и я предложила укутаться, так как в комнате было прохладно. Ответ был отрицательным и аргументом послужило то, что он — падший, ему не холодно при такой температуре.

Парень обнял меня и раз так пять сказал «спи», целуя то в волосы, то в щеку.

— Рэн, а на что ты сегодня обиделся? — спросила я, засыпая.

— Ожидания не совсем совпали с реальностью, такое бывает. Спи… ты устала, а я сейчас не в силах договариваться с островом, — ответил Рэн.

После этих слов я погрузилась в сон.

3.4

Проснулась я одна. Даже дома никого не было. Посмотрев на часы, я поняла причину своего одиночества. Ну что… на занятия мне ходить не надо, пока я адаптируюсь в новой команде, так что в академию идти мне не надо было. Завтрак мне заботливо оставили ребята, за что я им была благодарна. Думаю, долго бы я разбиралась с тем, как мне добыть пищу. Позавтракав, я решила, что ребят еще долго не будет и пошла в ванную (которая, как оказалось, была у каждого своя и это радовало).

Налив горячую воду и добавив пены, я медленно, давая телу привыкнуть к температуре воды, погружалась в ванну. Люблю лежать в ваннах… могу лежать часами. Поэтому я, играя с пеной и напевая что-то себе под нос, совсем не торопилась покидать это божественное место.

— Хорошо поешь, — ухмыльнулся Рэн.

Я прикрикнула. И как я не заметила, что он пришел?! И вообще, как он тут появился, я же закрывала дверь! Пусть я и так была вполне себе прикрыта пеной, но это не помешало уйти мне под воду по шею.

— Во-первых, нельзя так пугать! А во-вторых, ты как сюда попал? — тяжело дыша, спросила я, борясь со смущением.

— Немного магии… вдруг ты тут утопилась, всякое же быть может. А вообще… я перестал тебя чувствовать и пришел, — найдя опору в стене, ответил Бейлес, смотря исключительно в глаза.

Конечно, ничего другого, кроме моей головы и коленей видно, собственно, и не было, но все же мне хотелось поблагодарить его за это, я от этого испытывала меньше смущения.

— Что? А сейчас? Ты меня и сейчас не чувствуешь? — изумленно спросила я и снова ущипнула себя, чтобы проверить, действует ли наша связь.

— Да, чувствую. И хватит уже себя щипать, синяки еще останутся, — снова ухмыльнулся светловолосый. — Я тебя буду ждать внизу, так что давай быстрее.

И после этих слов он ушел… а щеколда за ним вполне себе издевательски задвинулась. Не знаю почему, но мне захотелось смеяться. И это был не истерический смех, а вполне себе веселый. Хорошо все-таки, что я решила принять ванну с пеной, а не солями.

Подсушив волосы и одевшись, я спустилась вниз. Ну а еще я немного накрасилась — вот оно, влияние Нэлли.

Бейлес уже не был в форме, а в обычной, повседневной одежде. И теперь я обрадовалась, что не форму надела, а платье.

— Обувь, надеюсь, удобная? Я, конечно, могу тебя поносить на руках, но все же, — улыбнувшись, проговорил Рэн.

Как я поняла, мы сейчас пойдем гулять. Обулась я в удобные босоножки, так что идти переобуваться мне не пришлось.

Но мы не просто пошли гулять… Та девушка, с рассеченной бровью, вроде бы Калетт, ждала нас у стены академии, причем одна. И мне было ровным счетом наплевать на нее, если бы Рэн не остановился и не начал говорить с ней на непонятном для меня языке. Мое удивление возросло, когда в поле моего зрения оказался Эд, идущий к нам.

— Ты опоздал, — прошипела злобно брюнетка, даже не повернувшись на Эда.

Друг лишь фыркнул и проигнорировав ее и Рэна, подошел ко мне и обнял крепко-крепко. Я моментально разжала руку Рэна и приобняла друга в ответ. А потом Эд просунул в мою руку маленький листок бумаги и отошел на несколько шагов, улыбаясь. Сделав вид, будто ничего не произошло и пытаясь не волноваться, с также улыбнулась и быстро переложив записку в другую руку, при этом делая вид, что поправила платье, я снова взяла Бейлеса за руку, которую он мне протянул.

— Ломай, — тихо произнес Рэн.

Эд кивнул, подошел вплотную к стене и она засияла также, как тогда, в столовой, когда Эд проносил еду и поднос. И снова разрыв… А потом к стене подошла и Калетт, начала что-то быстро и непонятно шептать и в стене образовался проход.

— У вас два часа. Дольше навряд ли смогу удержать, а прорвать ее заново сегодня сил не хватит. Удачно погулять, — проговорил Эд, чуть ударив меня по руке, в которой была записка и посмотрел на Рэна.

— Значит, у вас 1 час и 55 минут. Потом не жди, Рэн, что я буду сама пытаться обойти защиту, чтобы вытащить тебя, — выдала в свою очередь девушка и, круто развернувшись, ушла.

Следом за ней пошел и Эд, снова зрительно мне намекнув, что я могу это прочитать при Рэне. И я неуверенно, ну прям очень неуверенно, посмотрела на Бейлеса. Он только мне улыбнулся и пошел вперед, таща меня за собой.

Мы были за пределами академии… то есть, сейчас вероятность того, что Аргест сможет нас отследить практически нулевая.

Сделав несколько шагов среди странной растительности, я остановилась и развернула записку, которую дал мне втихаря лаафи.

«У грымзы отличный слух, проверено Играми. Над стеной академии, особенно у озера, легко пробить защиту будет даже Эрильде, так что можете гулять пять часов, я там уже сделал свои дела. Эри, скажешь Рэну, где дыра в защите и расширь ее, когда будете возвращаться. Грымзой займусь я, будете должны.»

Прочитали мы это вместе и на лице Рэна улыбка широкая-широкая появилась.

— Пять часов гулять? Ты серьезно? Я же сдохну, — вполне себе серьезно проговорила я.

Падший в ответ на это лишь усмехнулся, потащил меня дальше средь этих зарослей непонятных, остановился, присел, положил руки на землю. А потом попросил отойти, что я, собственно, и сделала. Он распустил свои крылья, которые красивыми точно не назовешь.

— Ну что, полетели, — хитро улыбнувшись, проговорил Рэн. Быстро встав на ноги, он взял меня на руки и взлетел.

Давно я так не орала… очень давно. Это страшно! Действительно страшно!

— Да успокойся ты, — смеясь, проговорил он.

А я вот успокоиться ну никак не могла. Все также орала, что успокоюсь, когда буду стоять ногами на твердой земле, а он все смеялся, гадина такая. Смешно, блин, ему!

Но это были еще цветочки… ягодки начались, когда мы начали лететь над морем, а я плохо плаваю!

— Рэн, это ни капельки не смешно! Давай обратно! — кричала я, чуть не плача.

— Успокойся, все хорошо, доверься мне, — выдал падший и… полетел еще быстрее!

Теперь я уже плакала и не стыдилась слез. Возможно, так страшно мне не было даже когда мы одного лорда под Облаком в горах встретили… и даже когда этот же лорд, не снимая Облака, несколько дней меня караулил. Теперь все страхи, что были до этого, казались цветочками!

Через четверть часа я немного, да успокоилась, но не смотрела никуда. Уткнулась в плечо Рэна и зажмурила глаза, ничего не хочу видеть… особенно синий бушующий под нами океан, на который я «любовалась» в начале полета.

К моему счастью, меня мы опустились на твердую Землю. Даже не оглядываясь, я раскрыла глаза и первым, что сделала — начала орать на Рэна. Что он вообще творит!?

А потом злость и шок начали проходить и их нишу начали занимать вопросы. Множество вопросов.

— Стоп, а почему мы не потеряли память? — спросила прямо я, все также не смотря по сторонам.

На самом деле, было страшно по сторонам смотреть. Я понятия не имею, сколько по расстоянию мы пролетели и где мы вообще! Могу сказать лишь одно: здесь солнечно. Но ничего рассматривать я не хотела… только в свою комнату, забиться на свою кроватку и не выползать.

— Небольшая хитрость, — коварно улыбнувшись, ответил Рэн.

Значит, не скажет… ну ладно, потом Эда расспрошу, он мне уж точно рассказать все должен. И, кажется, Бейлес заметил у меня полное отсутствие желания находиться здесь и поставил на ноги.

Теперь я посмотрела по сторонам… мы стояли на безлюдной улице между старых глиняных и белых домов с зелеными, голубыми, синими крышами… и улочки такие узенькие-узенькие, ухоженные. Никогда еще не бывала в таких местах, поэтому даже самые обычные дома и цветы, которые росли у них, я рассматривала с глубоким интересом. Потом также я начала с интересом рассматривать каменную кладку, на которой, собственно, мы стоим.

— Это город, в котором я жил до академии, — проговорил Рэн и, взяв меня за руку, повел медленно вперед.

А я же продолжала все оглядывать, ведь на горизонте появлялись новые домики. Через небольшой промежуток времени мне это надоело. Конечно да, для меня это очень необычно, но все однообразно, скучненько как-то.

— Твой город? Ты тут родился? — спросила я.

В душеньке моей поселился страх. Страх, что сейчас он может повести меня к своим родителям, или к друзьям детства… и два этих варианта мне не нравились! Я еще точно к этому не готова.

— Да. Надеюсь, ты не поддалась тем стереотипам, что мы живем в горах, где всегда мороз и ветер? — ухмыльнувшись, спросил Рэн.

Я на это лишь улыбнулась. Об этом уж я точно никогда не думала. Да и вообще, никогда и вопросом этим и не задавалась.

Когда мы вышли на другую улицу, то я снова начала глазеть по сторонам. Но поскольку сейчас люди на улице были (и почему-то некоторые девушки как-то странно на меня смотрели), я пыталась сдерживать свой пыл. А именно, не вертела головой, как сорока и не впивалась в какое-то определенное здание взглядом.

— Можешь спрашивать, навряд ли нас поймут тут, — явно поняв, что меня мучает вопрос, проговорил Бейлес.

— Почему они так пялятся? — спросила прямо я.

Падший пытался не сдержать смех. А вот я причин для смеха совсем не вижу! Не знаю, как ему, но мне это неприятно. И непонятно, кстати, тоже.

— Просто видят, что ты не местная, не обращай внимания, — ответил все же падший и мы свернули.

Людей стало еще больше. Как и пар глаз, которые совершенно «незаметно» косились на меня. И появилось какое-то чувство подавленности внутри. Вообще, я вроде как, поняла, почему они могут сразу понять, что я не «местного разлива».

1. Там, где всегда жила я, приняты длинные платья. Ну или штаны… а одежду с открытыми руками на улице или где-то вне дома и вовсе надевать не хочется. А иногда и шляпку, платок на голову накинуть нужно… а тут практически все девушки (да и женщины, девочки) поголовно ходят в платьях чуть ниже колен. И руки у большинства из них открыты… А я в платье, которое ну прям чуть ли камня не касается, с рукавами до локтя. В общем, первый пункт — одежда.

2. Тут практически все были загорелыми. Еще бы не загореть когда тут такое палящее солнце! И это отличие номер два: я бледная (и, в принципе, рада, что бледная).

Ну а других отличий я не замечала. Возможно, я веду себя по-другому, но уж на этом делать акцент не буду точно. А со стороны Рэна не есть правильно было не сказать, во что одеться… про туфли, значит, сказал, а про остальное… тьфу.

— Не переживай ты так, они тебя не съедят, — улыбнувшись, проговорил парень, смотря в упор на меня.

Легче от его слов не стало, но чуть-чуть бодрости, живости все же прибавилось.

Вскоре он остановился перед одним домом. Сердце моментально ушло в пятки! Вот бы не родители… прошу, Боже, вот бы не родители! Я не переживу! Еще увидят меня в таком виде.

— Это мой дом, — озвучил приговор Бейлес, блаженно улыбаясь.

Дышать резко так тяжело стало… и вот он открывает садовую дверцу, делает шаг вперед. А я стою на месте, как вкопанная. Не пойду! Не сейчас точно!

— Эри, что такое? — спросил Рэн.

Я же ничего не смогла ответить. Просто выпучила глаза и стояла на месте, пытаясь освободить свою руку, за которую падший немного тянул.

— Рэн! — крикнула выбежавшая из дома женщина.

Воспользовавшись тем, что «красный» немного ослабил свою хватку, я высвободила свою руку. Женщина (причем очень-очень красивая) накинулась на Бейлеса с объятиями.

Одета она была по-домашнему, но все равно это выглядело так, будто она только что с подиума сошла. Высокая, стройная, с красивыми, четкими чертами лица и большими карими глазами… и в контраст к темным глазам и к смуглой коже шли длинные волосы цвета пшеницы, которые были собраны в незамысловатую высокую прическу.

На шее, руках прекрасной женщины красовались явно дорогие украшения, да и в ушах ее висели явно золотые серьги с драгоценными камнями… Роскошная женщина, ничего не скажешь.

Хотя нет, скажешь. На ее фоне мне хотелось просто раствориться. Просто взять и исчезнуть отсюда как можно скорее!

Но не получилось. Когда она «отлипла» от Рэна, ее взгляд устремился на меня. И был явно оценивающим… от него еще сильнее сбежать захотелось. Но все же, вспомнив про правила поведения и этикета первой, я сделала шаг вперед, улыбнулась, чуть склонила голову и поздоровалась с ней.

— Добрый день, синьорина, — поздоровалась со мной в ответ женщина и еле заметно опустила голову.

Но ладно, мы не из гордых, допустим, она тоже поклонилась мне в приветствие. Но дальше я никаких шагов не делала. Ее приветствие дало мне понять, что я что-то точно неправильно могу сделать дальше. Как ни крути, мы разные и менталитет у нас тоже разный.

И тут до меня кое-что все же дошло: она и меня понимает, и отвечает так, чтобы поняла я. Не как местные жители, которые говорили на другом языке…

— Мам, это Эрильда, новый член моей группы, — чуть улыбнувшись, произнес Рэн и протянул мне руку.

Брать ее совершенно не хотелось. Повторюсь, убежать хотелось и очень быстро! Но все же я чуть улыбнулась, взяла его за руку и сделала пару шагов навстречу.

Лицо матери Рэна становилось более каменным, непроницаемым. Вот зачем он сейчас повел меня с ней знакомить?! Или решил так отомстить за то, что я практически прямо сказала, что между нами нет никаких отношения, наплевав на связь? Если это так, то это очень-очень подло. Мог показать, что готов к отношениям другим способом!

— Ну чего же вы тогда стоите? Проходите, — неестественно улыбнувшись, пригласила в дом мать Рэна.

Лучше бы прогнала нафиг… или сказала, что у нее там беспорядок — я бы только благодарна ей была за это!

Дома было красиво, но ожидаемой мною роскоши там не было. Было уютно, все стояло на своих местах и совершенно ничего не резало глаз. По лестнице вышагивала к нам девушка лет так 18–19 на вид и на Рэна ну совсем не похожа. Темные волосы, смуглая кожа, черные глаза, круглое лицо и пухлые губы… полная его противоположность. И что-то вроде ревности меня за горло схватило, когда эта синьорина подошла к нему, улыбнулась, приобняла, в обе щеки поцеловала.

Пыталась контролировать свои чувства, но зверь внутри меня рвал все на куски. И самым постыдным было то, что это точно чувствует Рэн… точно-точно чувствует.

3.5

Как оказалось, эту юную синьорину зовут Изабелла. А вот маму Рэна зовут Патриция и она настаивала на том, чтобы я ее так называла. Еще больше поняла, что я с его семьей не сойдусь точно.

За столом моя догадка подтвердилась. Во-первых, жизнь меня к такому не готовила и я даже не знала, что им можно сказать. Да и вообще, они и сами практически ничего не говорили. Более того, если и были вопросы ко мне, то они так едко, язвительно звучали, что хотелось просто встать и уйти. Но что я сделала? Правильно, с милой улыбочкой их максимально дружелюбно слала на все четыре стороны. Мне кажется, что не просто неправильно спрашивать у девушки «Вы спали?», это еще как минимум неприлично и низко. На этот вопрос я не дала ответа, просто сказав, что не раскрываю того, что творится в моей личной жизни. Но следующий вопрос, как оказалось, от кузины Рэна поверг меня в полнейший шок. После него не просто встать и уйти хотелось, но еще и в лицо ей выплеснуть содержимое моей чашки.

— Эрильда, мне кажется, или ты избегаешь ответа на наши вопросы, — выдала Изабелла.

Рэн почувствовал, что моему терпению приходит конец. Взяв за руку и собираясь тем самым хоть немного меня успокоить, он максимально вежливо попросил свою семью не говорить больше такую чушь.

— А почему же чушь? Мне вот интересно, почему вы сошлись. Ты же не просто нового члена своей группы привел знакомиться с нами, — продолжала говорить Изабелла.

Нервы были прям на пределе и желание наорать на этих дамочек было слишком уж большим. Но я держалась, из последних сил, но держалась. Наверное, я так не сдерживала себя никогда.

— Да, это моя подруга. Но я не вел ее знакомиться с вами, а хотел кое-что показать, это вы нас чай пить затащили, — выдал падший и мне стало неприятно.

Может, в его «гениальный» план и входило то, чтобы я почувствовала на себе это, но… это даже как-то жестоко. Подруга… черт, я просто не обозначила наши отношения, но «подруга». Да, он превзошел себя, молодец. Теперь мне не только из этого дома свалить хочется, но и вообще от него подальше держаться.

Но после долгого молчания, Рэн встал, отодвинул мой стул, дал руку и повел наверх. Я еще при подходе к дому заметила, что у него есть маленькая, еле заметная башенка. Как оказалось, это была комната Рэна. Бейлес запечатал дверь и явно поставил «антиподслушку».

— Посиди пока что, — проговорил он, указав на свою кровать.

Я села, а он… падший начал разбирать пол. Да-да, именно разбирать. Под первым слоем дерева оказался второй, только там дощечки были больше, чем на первом слое.

Разобрав пол, он протянул туда руку и достал большую, жуткую на мой взгляд, шкатулку. Сдув с нее пыль, парень поставил ее рядом и начал обратно ставить доски. Я же не сводила взгляд с этой странной шкатулки.

Поднявшись с пола, Рэн взял шкатулку, что-то прошептал и она стала чистой. Если честно, то без пыли она была еще более жуткой. Черная, вся в серебряных узорах и ярко-красный камень в центре, также оплетенный серебряными узорами. Парень сел рядом со мной, взял одной рукой меня за руку и открыл ее.

В глазах потемнело. В уши был сильный, противный свист и жуткий ветер. Все, что я могу сейчас — это слышать и чувствовать Рэна. Чувствую, что он ведет меня куда-то, спотыкаюсь раз, спотыкаюсь два… и он берет меня на руки и сам несет куда-то. А я даже сказать ничего не могу… совсем ничего! Через какое-то время голос ко мне вернулся, правда слабенький-слабенький.

— Рэн, что происходит? — не скрывая паники, спросила я.

Было действительно страшно. Пыталась сфокусироваться на нитях и потоках, но ничего не видела… совсем ничего. Все та же пугающая темнота вокруг.

— Потерпи еще не много! Только не мерзни! — донеслось до меня сквозь свист.

А как вообще можно замерзнуть, если не чувствуешь практически совсем своего тела? Вот и я думаю, что никак.

Яркая вспышка ударила в лицо слишком резко. Голова сильно закружилась и появилась тошнота.

Когда я пришла в себя, голова моя продолжала раскалываться. А еще меня до сих пор тошнило, но уже не так сильно. Рэн уложил меня на кровать, снял чары с двери и быстро вышел. Вернулся он уже со стаканом воды и какими-то таблетками.

— Выпей, должно стать легче, — проговорил он, протягивая мне воду.

Я взяла и воду, и таблетки. Сразу, разумеется, мне легче не стало. Бейлес сел рядом с подыхающей мной и поглаживал по спине. Потом коснулся губами моего лба и заверил меня, что скоро я буду чувствовать себя лучше.

Так оно и произошло. Еще немного полежав, я начала чувствовать, как тошнота отходит и боль в голове идет на понижение.

— Что это такое было? — спросила я, когда хоть какие-то мысли начали приходить в мою голову.

— Книга падших. Мне нужно было узнать, какая связь между нами, прости… я конечно знал, что тебе станет хуже, но не настолько, — очень тихо ответил светловолосый, но это к лучшему. Думаю, ответь он громче, то его голос бы эхом разносился в моей голове.

— И чего ты смог узнать? — снова спросила я.

Парень молчал. Улыбнулся лишь немного, поцеловал в лоб, что-то прошептал и я моментально уснула.

* * *

Проснулась я уже в своей комнате. Точнее, в комнате, которая совсем недавно была моей: мы были у Нэлли. Был уже вечер, но он не значил, что я много проспала. Пройдя в ванную комнату, я ужаснулась своему виду. Какая-то я помятая вся… а вспомнив свое путешествие, я не удивилась своему отвратительному виду. Но что-то с ним делать нужно было точно. И этим чем-то оказался холодный душ.

Старую одежду мне надевать не хотелось, так что я обмоталась в большое полотенце и вышла в свою комнату, направляясь к шкафу. Стоя перед шкафом, я долго не могла определиться с выбором одежды. Но все же решила надеть платье, которое привезла мне Линда, хоть оно мне не очень-то и нравилось. Вот только когда я закрыла дверь шкафа, в ее отражении я увидела Рэна, который сидел на стуле рядом с моей кроватью и с откровенным интересом взирал на меня.

— Нельзя так пугать! — вскрикнула я, поднимая выпавшее из рук платье.

— Нельзя перед друзьями противоположного пола в таком расхаживать, — выдал падший.

Снова это стало для меня болезненным уколом. Ну выразилась я один раз не так, всю жизнь что ли припоминать это нужно!? Но все-таки светловолосый встал и вышел за дверь, чтобы я спокойно переоделась.

Одевшись, я вышла из комнаты. Прямо за дверью меня ждал Рэн. Я думала, что он хочет поговорить со мной, но не тут то было! Падший резким движением прижал меня к себе и впился в губы поцелуем.

Если я спокойно себя чувствовала, находясь далеко от падшего и могла разорвать объятия, отойти от него, то тут… я себя почувствовала совершенно бессильной.

— Мы друзья? Ты все еще так считаешь? — отстранившись от меня максимум на сантиметр, издевательски спросил он.

Заметила, что мы стоим в моей комнате и я его обнимаю… я даже не поняла, как это произошло! Да и вообще, как это могло произойти?

Хотела начать возмущаться, но падший снова поцеловал меня. И теперь я поняла в чем дело… он применял магию! Но справиться с ней я была не в силах. Мысли эта магия практически не затрагивала, она просто чуть ли не подчиняла себе мое тело. И теперь я даже не знаю, что из этого хуже: забитая левыми мыслями голова, либо потеря контроля над своим же телом.

— Знаешь, весьма интересный факт обнаружился. То, о чем ты мне не говорила… про свою связь с Даленом! — рыкнул злобно Рэн.

Сейчас я уже буквально лежала на кровати, вжавшись в стену, а он же полулежал рядом, прожигая меня злющим взглядом. Значит, он думает, что или я его обманула, или я им играю… но ни о какой связи с Даленом я и не знала!

— Что ты несешь? — находясь еще в состоянии шока, спросила я.

— Прекрати этот цирк. Я не дурак, Эрильда, и могу почувствовать когда моя избранница не верна мне. Ах да, прости, мы же друзья, — все больше злился он.

А меня это бесить начало. Да с чего он взял, что я вообще о какой-то там связи с Даленом знаю!? Да я даже на десятую часть не чувствую его, как чувствую Бейлеса, какая к черту связь? И раздражает больше всего то, что он обо мне думает. Раздражает то, что он может допустить такую мысль обо мне.

— Очень приятно, что ты такого мнения обо мне. Спасибо. А теперь или объясни мне все нормально, потому что я тебя совсем не понимаю, либо уходи, потому что я не хочу слышать какие-то нелепые обвинения в свой адрес, — стараясь совладать с собой, произнесла я.

Рэн хмыкнул, встал и ушел, громко закрыв за собой дверь. Ну пусть, пусть. Может, если дверьми похлопает, то мозги его наконец-то на место встанут. Симпатия симпатией, связь связью, но такое я точно терпеть не намеренна.

Встав, поправив свой внешний вид, я пошла на кухню. Там сидели Эд и Нэлли, пили чай, разговаривали. И они явно не знали о том, что произошло у меня в комнате, не слышали крика Бейлеса.

— О, проснулась, — с улыбкой сказала Нэлли.

Я села к ребятам за стол. Эд, как обычно, налил мне чай и рассказал о том, что Аргест чуть ли не спалил дыры в защите академии. Ну, по его рассказу это было весьма забавно. Особенно забавным было то, что Каллет уже хотела идти сознаваться, так как не готова была огребать за то, что нам помочь решила. Но тут появилась Нэлли, ослепила ее. Брюнетку сразу отправили в лазарет, куда моя соседка и пришла, сказав, что оставит ее такой до конца жизни, если проболтается. Разумеется, девушка ничего не стала говорить, зрение важнее.

Были в отлете мы чуть больше трех часов. Я думала, что меньше, но кто знает, сколько мы провели времени в том непонятном месте?

Время близилось к ночи. Я понимала, что нужно уходить от ребят, но никак не хотела идти в дом, в котором сейчас этот неуравновешенный сидит. Поэтому я вспомнила, что Аргест выделил мне несколько музыкальных инструментов… и я пошла в эту комнатку.

Наигравшись и записав на листок новую мелодию, я все же решила возвращаться к команде. Просто сразу пойду в свою комнату и все. Но когда я уже пришла в «логово», то домой мне совсем не захотелось. Поэтому я пошла к озеру. Сосредоточившись, я немного подняла свое тело в воздух и сев по-турецки смотрела на озеро, большие каменные глыбы.

Все-таки хорошо, что Эд научил меня этому. Полезная вещь, очень полезная, особенно, когда вокруг только острые камни.

Но, к моему несчастью, начался дождь. Хотя как сказать к несчастью… я люблю дождь, но не любила никогда промокать под ним, поэтому ощущения были двоякими.

Я перестала левитировать и медленно шла по дорожке домой. Сейчас уже точно пора возвращаться, хотя не хочется совсем.

Вдруг резко передо мной показался Рэн, расправивший крылья. Молча подошел, взял на руки и быстро полетел в дом. Мы вместе зашли домой и слава богу не видно было ребят. Не хочу, чтобы они меня видели.

Ничего не сказав падшему, я начала подниматься наверх, в свою комнату. Переодевшись и высушив волосы, я легла в свою кровать, смотря в окно, по которому били капельки дождя. Они создавали какую-то мелодию… и эта мелодия заставила меня подскочить с кровати и схватить карандаш и лист бумаги. Я начала на нее записывать быстро ноты, вслушиваясь в звук дождя. Мелодия получилась небольшой, но все же, стоит ее опробовать. Если я не прогадала, то она должна звучать изумительно.

— Давай спать, — произнес оказавшийся вдруг рядом Бейлес, целуя меня в плечо, но не подчиняя себе.

Обида, если быть честной, от этого осталась. Он это делал специально, чтобы задеть, чтобы сделать беспомощной. Но не трогал разум, чтобы я осознавала все происходящее, осознавала его злость.

Возможно, я бы тоже разозлилась, узнав, что у него еще с кем-то связь, но я бы поговорила для начала, а не обвинениями кидаться начала. Я же и сама знать не знала об этой чертовой связи с Даленом… да и вообще. С чего он взял, что она есть? Но этого я спрашивать не буду. Возможно, заканчивалось действие зелья Нэлли, я начинала по нему тосковать, но не позволяла себе даже разговаривать с ним. Не захотел меня услышать тогда — значит я ничего не хочу говорить сейчас и на этом точка.

— Я погорячился… просто скажи, как можно было не знать о связи с еще одним мужчиной? — уже мягко проговаривал он, обнимая.

Я же была как неживая. Ничего не говорила, не шевелилась. Разве что жизнь во мне дыхание и сердцебиение выдавали, а так… манекен манекеном.

— А я собственник, Эри. Я просто не смогу делить тебя с ним, понимаешь? — тихо произнес он, поднимая медленно на руки.

3.6

Я не сопротивлялась. Смысл? Слишком рыпаться буду — уронить может, а мне оно надо? Но слова его отдавались двояко очень в моей голове. С одной стороны, я в чем-то его понимаю, но с другой… посмотрите-ка на нас! Собственник… а мне страдать от этого? Ну уж нет. Из-за того, что у меня есть еще связь с Даленом — это еще ничего не значит. Может, это вообще из-за той защиты, что он когда-то поставил на меня.

— Я просто не могу тебя понять, понимаешь? — в тон ему ответила я.

Не выдержала. Не могу больше молчать. Какого понимания он от меня просит? Тут я уж точно его понять ну никак не смогу. Да, неприятно было узнать, что тот, с кем связан ты, связан еще с кем-то, да, но это не повод цирк устраивать. К тому же он действительно слишком бурно на все реагирует, слишком близко все воспринимает. Черт, да все равно это не повод делать так, как делает он!

— Что бы ты чувствовала, узнав, что я с кем-то кроме тебя связан? И этот кто-то ставит мне мощнейшую защиту, которая даже на поцелуй срабатывает мгновенно? Это не просто так секунду посидеть, сконцентрировавшись. Да, Дален, конечно, не просто так профессор Защиты, знает многие тонкости, но Эри, как ты думаешь, сколько он эту защиту создавал? Я почему-то уверен, что ни час, ни два. Сутки как минимум. И зачем человеку просто так ставить такую зищиту, которая еще и на нем сказываться будет? А почему его защита резко дала трещину, когда вы втроем продегустировали веселящее зелье Нэлли? И дыр у Далена такое замечательное число получилось… Две одинаковых, одна большая и одна мизерная… зелье же тоже пропало, да? Так вот, я ревную! И мне жаль, что я на тебя накричал, мне правда жаль. Но я до сих пор борюсь с желанием и пойти, просто так, по-простому дать ему в морду хотя бы за то, что после нашего первого поцелуя он знал об этой связи! — пытаясь не выдавать злость, проговаривал светловолосый.

Получалось у него это просто отвратительно. Мало того, что я чувствовала его злость, так еще и в интонации это чувствуется. Но не только на это я обратила свое внимания. Дален знал уже тогда про связь, и из-за этого не хотел отпускать на прогулку с Рэном. Но сейчас суть не в этом. Ревность… да, я тоже сегодня ее испытала. Но почему-то я не кидалась на него с обвинениями и не делала ничего недопустимого. Он это продемонстрировал во всех красках. И черт, мне было страшно! Я не хочу при малейшей обиде весьма эмоционального падшего становиться марионеткой, грушой для битья.

— Мне страшно, Рэн, — поняв причину своего состояния, тихо ответила я.

Парень остановился и непонимающе смотрел на меня. Ждал ответа. Но я не знаю, как ему это объяснить. Я не хочу ссориться… я уже так устала от этого. А мой страх может привести к очередной ссоре!

— Давай так. Ты хочешь об этом поговорить? — спросил падший, укладывая меня на кровать.

Бейлес явно счел мои эмоции и сейчас я рада этому. Хоть один плюс этой чертовой связи - ты можешь многие вещи понимать без слов, просто чувствуя это на себе.

Я же сама не знала ответа на этот вопрос. С одной стороны да, я хочу об этом поговорить, я хочу расставить все точки, но… не хочу. Совсем не хочу. Я не хочу ругаться, не хочу что-то объяснять, не хочу его терять. Рэн же может это понять совершенно не так!

— Да, об этом нужно поговорить, — подумав, ответила я.

Падший укутал меня одеялком и ушел. Я знала, что он вернется обратно, поэтому думала над тем, как ему сказать о том, что теперь я боюсь его.

Только сейчас я испытала весь тот ужас, что случился после моего пробуждения. Черт, я весь вечер металась из стороны в сторону из-за шока. Как он мог так сделать? Просто взял и подчинил. Сделал меня своей игрушкой. А что, если это только цветочки? Это с ним вытворила обычная ревность. Обычная и ничем не доказанная, особенно он знал мое отношение к профессору Защиты.

— Я договорился с островом. Мне просто вставать через шесть часов, а с учетом разговора… в общем, говори, что не так, — зайдя в комнату, сразу объяснился светловолосый.

Рэн взял стул, пододвинул его к кровати и сел напротив меня. Я же не знала совершенно, что ему сказать. Слишком это… противоречиво. Я не хочу его терять, но я боюсь его. И как это объяснить!?

— Рэн, я не знаю, как это объяснить. Все так… противоречиво, запутанно… Поэтому я скажу тебе прямо, просто не знаю, как это сказать по-другому. Только ты объяснишь мне, как понял это. Для меня это важно, — прошептала я.

Сама не заметила, как из глаз полились слезы. Слишком это все тяжело… Через чур тяжело. Я давно не плакала, да и вообще, запрещала себе это, но больше не могу. Я никогда такого не чувствовала… Парень кивнул. Я чувствовала его тревогу, чувствовала его так, как не чувствовала никогда. Он был словно частью меня, единой половиной и от этого становилось только еще хуже. Не хочу это говорить… просто не хочу. А вдруг он уйдет? Вдруг, он нашел способ разорвать эту связь?

Собрав все свои силы в кулак, я решила все же сказать ему то, что не хотела, но нужно. Будь что будет…

— Рэн, после сегодняшнего, точнее, после того, что произошло у Нэлли, я боюсь тебя. Я никого и никогда так сильно не боялась… но я не хочу тебя терять… но ты меня просто сделал своей куклой, Рэн… мне страшно, — продолжая заливаться слезами, проговаривала я. — Я так не хочу тебя терять…

Всхлип. Пронзительный, громкий всхлип вырвался из меня и парень больше не смог сидеть на месте. Он встал, сел на кровать и присела я, прижавшись к нему. Падший обнял меня, крепко-крепко. Но мне становилось все хуже от его душевного состояния. Ненависть… он снова себя ненавидит. Но эта ненависть смешана с жалостью ко мне. Это сводит с ума!

— Я не хотел… иногда я не могу контролировать то, что делаю. Я правда не хотел, Эри, — тихо проговаривал он.

Я знаю, что он не врет, что его слова — правда, но не могу перестать испытывать этот страх. Марионетка… он превратил меня в марионетку! Это действительно страшно. Ты мыслишь, думаешь как обычно, но только твое тело тебе совершенно не подчиняется. Ты не замечаешь, как передвигаешься, не знаешь, что делаешь. У меня никогда-никогда такого не было. Черт, я до сих пор в шоковом состоянии!

— Эри, я никого и никогда не любил… появилась ты и все перевернула. Ты чудесная, меня к тебе тянет магнитом, но ничего не могу поделать с собой. Я проклят Небесами. И эти же Небеса дали тебе второй шанс, вторую связь. Сейчас тебе, может, будет от этого больно, но пройдет время и старые раны затянутся, вот увидишь. У тебя же есть выбор, лучший выбор. Дален заботится о тебе, делая это ненавязчиво. Он сможет сделать тебя счастливой, он сможет дать тебе то, чего не смогу тебе дать я. Эри, я же знаю, как ты хочешь обычного спокойствия и хочу для тебя лишь лучшего. Я так люблю тебя, — тихо проговаривал падший, гладя меня по спине.

Плакать я перестала моментально. Дышать тоже. Сердце, кажется, на мгновенье остановилось вовсе. Я понимаю, к чему он клонит, но даже слушать этого не хочу! Не хочу и все!

— Послушай меня сюда! — крикнула я.

Немного откинув парня от себя, я ткнула указательным пальцем ему в грудь. Дален, Дален, Дален… пристали со своим Даленом! Я сама могу выбрать, с кем мне быть. Так же я сама могу определить, с кем мне будет лучше и кто меня сможет сделать счастливой!

— Даже думать об этом перестань! Ты думаешь, что это все из-за связи?! Я лаафи! Я, как ни крути, подавляю эту связь! Если ты думаешь, кто твой уход через время осчастливит меня, то ты ошибаешься. Ты сломаешь этим жизнь нам двоим. Какой прок от этого, когда мы можем быть все также вместе и счастливы? И ты можешь подавлять свое проклятье при негативных эмоциях, просто сам себя начинаешь в тупик загонять. Ты сам себе говоришь, что это проклятие, но посмотри на меня, Рэн, кто из нас проклят Небесами! Но я не унываю! Так что перестань нести ахинею и не решай за меня то, с кем мне будет лучше, — зло выпалила я, каждый раз тыкая все сильнее в него пальцем.

Рэн молчал. Да и я уже не знала, что сказать. Ничего не знала, да и не хотелось ничего говорить, ничего слышать… Он действительно сказал, что любит меня!? Из-за наплывшей злости я совсем пропустила мимо ушей его последнюю фразу. Любит… мне никто такого никогда не говорил, особенно так искренне.

Потянулась к нему, обхватила ладонями лицо и, недолго думая, поцеловала. Да, наши отношения стали развиваться чрезмерно быстро. И да, я могу это назвать отношениями, знаю теперь, как он к этому относится, теперь я до конца разобралась с чувствами к нему.

— Стоп, нужно остановиться, — чуть отодвинувшись, сбивчиво произнес «красный».

Ну уж нет. Так просто я от тебя не откажусь…

Снова притянула его к себе, снова поцеловала. Нет, не отпущу, моё! Меня уложили на спину и я прекрасно понимаю, чем это может обернуться. Но сейчас я не вижу тут чего-то криминального. Мы любим друг друга и это нормально. Только рядом с ним я подумала о том, что действительно готова к более серьезным вещам, чем поцелуи на балконе.

Я чувствовала его руки под своей майкой, чувствовала, как он напряжен. Он перестал целовать меня в губы, спускаясь ниже и теперь целуя шею. Мои чувства и эмоции смешались с его. Они меня просто накрыли с головой! Такое единене… не представляю, что может быть лучше. Я чувствую свою половинку ментально, ощущаю физически и, уверенна, он ощущает то же самое — эйфорию. И все было просто прекрасно! Но тут у него раскрылись крылья. Черт, это все испортило. Рэн этого вовсе не заметил и продолжал поглаживать мое тело и целовать шею, но я-то увидела его крылья и, скажем так, весь запал пропал.

— Эмм… Рэн, крылья, — проговорила я.

Парень мгновенно остановился, а в следующую секунду я снова была укутана одеялом, а падшего в моей комнате будто и не было. И не появлялся он довольно-таки долго. Поэтому я встала, накинула на себя халат и пошла в комнату Бейлеса. Вдруг что случилось.

Войдя в комнату, Рэна я там не обнаружила. И уже собралась уходить, даже дверь открыла, как он вышел из другой двери. И он явно вышел из душа, так как капельки воды еще стекали по его телу. И падший странно на меня посмотрел, а-ля «и чего ты тут забыла?».

— Тебя долго не было и я пошла тебя искать, — пожав плечами, проговорила я.

Падший улыбнулся и поманил меня к себе пальчиком. Я закрыла дверь и подошла к нему, даже не смутившись того, что на нем ничего, кроме полотенца и не было. Вчера бы я еще смутилась, но сегодня… чего уж там, его крылья нас отвлекли от весьма деликатного дела, стыдиться нечего.

Когда я подошла к парню, он развязал мне халат, скинул его на пол. Лунный свет падал на него и его кожа блестела, сияла. Капельки воды скатывались с его мокрых волос по телу, прячась в полотенце на бедрах. Спрашивать я ничего не стала… это было так волшебно. Он так прекрасен…. Следующими слетели лямки майки и теперь уже сложно было стоять, не двигаясь и любуясь им. Вот теперь уже было неловко. Хотелось прикрыться, пока элемент одежды совсем не упал, но Рэн опустил мои руки вниз.

— А теперь скажи мне, хочешь ли ты этого? — спросил хрипло падший, смотря исключительно в глаза.

И вот теперь я не знала. То есть, да, я и в чувствах своих уверенна, и хочется с ним быть ближе, но… прямо вот так мне было стыдновато что ли.

— Да, — вылетело произвольно из моих уст.

3.7

Рэн просто стоял и смотрел мне в глаза. Я, собственно, делала то же самое. Напряжения в обстановке между нами не было совсем, даже несмотря на то, что мы почти обнажены друг перед другом. Хотя, смотря что сличать обнаженным… внутри, в душе, мы обнажены друг перед другом полностью.

Халат, лежавший на полу, снова оказался на мне. Причем даже сам запахнулся… А падший продолжал смотреть исключительно мне в глаза.

— Никогда не говори о том, о чем на утро будешь жалеть. Иди спи, я скоро приду, если хочешь, — твердо, безразлично ответили мне.

Я же кивнула на его слова и ушла. И было мне как-то… никак не было. Ни одной эмоции, ни своей, ни его. И я не нуждалась в том, чтобы он был рядом, просто хотелось этого. Может, вот что значит две связи? Я могу эмоционально и ментально отстраняться от Бейлеса и он это чувствует? Если это так, то мне очень жаль… но это мне не подвластно.

Вообще, слишком тяжелая эта ситуация. Я с каждым днем все больше понимаю, что мои чувства к падшему настоящие, а он с каждым днем все больше берет искренность моих чувств под сомнение. Еще и Дален… хоть убей, ничего к нему не чувствую. А после выкрутаса у фонтана так вообще раздражает он меня пуще обычного! Но, как говорит Рэн, мы с ним связаны. А что, если этот высокопоставленный лорд что-то чувствует ко мне? Что, если у него такая же ломка по мне, как у меня по Рэну?

И вот теперь мне стало его действительно жаль. По сути, у него даже и шанса нет. Я хочу быть с Рэном не просто потому, что он моя пара, но и потому, что действительно успела влюбиться в него, несмотря на то, что он ведет себя как сволочь последняя частенько. Чего не простишь любимому человеку… А он, дурак, этого не понимает или же просто не хочет этого понимать. Просто поставил на себе крест из-за этого дурацкого проклятия.

Хотя… он же гулял по девочкам до меня. Может, продолжает гулять? Да нет, быть не может. Уже небылицы придумывать начинаю… нужно спать. Нужно просто уснуть!

Пришел Рэн. Как обычно лег сзади меня, обнял. Полегче на душе стало, но я его не чувствовала внутренне и из-за этого было чувство отдаленности.

— Ответь мне… только максимально честно. Ты действительно к нему ничего не чувствуешь? — тихо спросил парень.

— Конечно чувствую. Раздражение из-за того, что он меня хотел убить и уважение из-за того, что он хороший преподаватель и не убил. Может, закроем эту тему? Мне кажется, что мы уже все выяснили, — с легким раздражением ответила я.

Ревность ревностью, но это уже смахивает на полное недоверие. Он не верит мне и это обидно, потому что я безоговорочно верю ему.

— Я хочу разорвать вашу связь. Я чувствовал что-то не то до того, как узнал о ней. И сейчас меня это убивает, — целуя плечи, проговаривал падший.

Стоп. Он чувствовал что-то не то и не сказал об этом мне!? Ну это, конечно, вверх хамства.

— Думал, что это последствие защиты, но нет, — продолжая целовать, произнес Рэн.

«Не говори того, о чем будешь жалеть утром». Господи, я его не понимаю! Совсем не понимаю!

— Тебе это из принципа собственника нужно? Ломать связь, — спросила я.

— Да, — прямо ответили мне и притянули ближе.

Воспоминания, воспоминания, воспоминания, воспоминания… они нахлынули на меня волной. Как я себя веду? Что я ему позволяю вообще?! Бейлес считает меня своей собственностью. Это как гонка вооружений. Ему нужно, чтобы самое опасное оружие было только у него и больше ни у кого. Жаль, что в роли этого оружия выступаю я.

— Рэн, иди к себе, — твердо проговорила я.

Хватит. Чувство, что я все глубже и глубже втаптываю себя в грязь не исчезало.

Поцелуи прекратились. Теперь я его почувствовала… непонимание. Но вот для меня все понятно. Все, что было до этого — затуманивание разума, отходняк после шока и истерики. Нет, так нельзя… Но падший все также лежал и продолжал обнимать меня.

— Рэн, тебя нужно выспаться, ты сам об этом говорил. Иди, — повернув на него голову, снова сказала я.

Он еще немного полежал, посмотрел на меня с интересом, а после встал и ушел, предварительно поцеловав в лоб и пожелав спокойной ночи.

Я также пожелала ему спокойной ночи, но… как отделаться от мыслей о том, что я веду себя как распутная девица? Да, я что-то слышала до этого про связь, но это… это переходит все границы. Распутная девка… Не так меня воспитывали, совсем не так. После первого свидания сама полезла к нему целоваться…

Нужно найти книги про эту связь. Я ведь совсем ничего об этом не знаю, ведь всю жизнь думала, что я — обычный человек, а между людьми нет этой связи. И я уверенна, что Бейлес очень даже осведомлен о некоторых тонкостях в этом деле… Иначе я не могу объяснить эту непонятную блокировку эмоций. Как раз завтра мне предстоит перебраться в другой дом, в котором мне явно не понравится, так что пойду к Нэлли или Эду, потащу их в библиотеку. Ну и расспрошу их, что они знают вообще о связи.

Нет, разрывать я ее не хочу, но… но мне нужно со всем разобраться. Я люблю Рэна и уверенна в своих чувствах, но эта связь… я принимаю каждый день зелье Нэлли и мне легче переносить то, что он может быть далеко, но без зелий я бы точно с ума сошла. Это не нормально.

* * *

Проснулась я рано, как, собственно, и обитатели дома. Но никто не жаловался, наоборот, были рады, что выспались и у них даже время свободное теперь есть. И причем вся группа сразу поняла, что Рэн договорился с островом снова. Я переоделась, вышла из своей комнаты.

— О, Эрильда, доброе утро, — что-то жуя, проговорила Аманда.

— Доброе утро, — поздоровалась в ответ я.

Взяв на кухне яблоко, я пошла сразу к Нэлли. Даже если она спит — разбужу и потащу с собой в библиотеку и возражения приниматься не будут.

Как я и думала, моя бывшая соседка еще спала. Сонная открыла мне дверь и резко взбодрилась.

— Эрильда… ты что так рано? — распахнув глаза, спросила блондинка, пропуская меня внутрь.

— И тебе доброе утро. Давай завтракать и в библиотеку. Даже не пробуй отмазаться, — поев яблоко, проговорила я.

— Что? Эрильда, что такое? — непонимающе спрашивала Нэлли.

— Так, собирайся давай. В какой комнате Эд живет? — спросила я, поставив чайник.

— 243, но Эрильда! Зачем тебе в такую рань в библиотеку? — не успокаивалась соседка.

— Эда приведу и объясню. Все, давай, собирайся, я пошла, — открывая дверь, проговорила я.

Настроение сегодня было просто потрясающим. Сегодня я была явно в ударе. Именно поэтому увидев Калетт и ее свиту, я не разочаровалась и, не сбавляя шага, продолжила идти вперед, на них.

— Ой, подружка Бейлеса, — проговорила одна из подружаек.

— Ага, и вам утро доброе, — ответила я им.

Совсем было наплевать, что они подумают. Я, собственно, и не скрываю того, что я его подружка, глупо было бы это скрывать. К тому же… пусть все знают об этом, мне не жалко.

Брюнетка что-то сказала своей свите и они ушли, а она же пошла за мной.

— Стой, подожди! Как вы выбрались!? — удивленно спросила девушка.

— Не знаю, сами в шоке были, — ответила я и пошла вперед.

Пока Калетт все также стояла в шоке, я уже постучала в дверь Эда и мне ее открыли. Ну а когда девушка снова пошла ко мне, чтобы что-то еще спросить, я зашла внутрь комнаты и закрыла дверь.

— О, привет, где Эд? — сразу выдала я.

— И тебе утро доброе, — ухмыльнулся его сосед.

Мило улыбнувшись, я обогнула его и наткнулась на Эда. Я сходу сказала ему, что он идет со мной в библиотеку и сейчас, собственно, мы идем за Нэлли. Но все же пошел со мной, даже не спрашивая, что мне нужно в такую рань в библиотеке. Вот что называется дружба, вот это я понимаю!

Нэлли же все еще ходила сонная. Ну ничего ничего. Сейчас я их про связь расспрашивать начну, оживится.

— Объясни, зачем тебе в библиотеку? — снова спросила светловолосая.

Эд также с интересом посмотрел на меня. Ну что ж, пора раскрывать карты.

— Что вы знаете о связи? Я просто ничего не знаю, — выдала я.

Как я и ожидала, Нэллз сразу взбодрилась. А Эд на секунду чуть округлил глаза, но потом снова стал невозмутимым.

— Что ты хочешь знать о связи? Я тоже о ней немного знаю, — проговорила бывшая соседка, странно глядя на меня.

— Да все. Понимаете, я совсем ничего не знаю. А как оказалось, у меня сразу две связи. Вот такие вот дела, — глубоко вздохнув, ответила я.

Эл перестал быть невозмутимым. Нэлли что-то пробубнела и сделала большой глоток чая, а Эд уставился на меня, не моргая. Значит, как я и полагала, это не частый случай и они хоть что-то, да знают об этом.

— Вот по этому я и хочу все узнать, — сказала я, глядя на их лица.

4.1

В библиотеке мы нашли много интересного. Правда, ради этого Эду пришлось идти в больничное крыло и изображать из себя больного (а из-за того, что он весьма искусный лаафи, проверить наверняка возможности у медсестры не было и она дала ему «добро» на отлежаться денек), а Нэлли просто решила пропустить утренние уроки.

Слишком много интересных вещей мы нашли… например, контроль. Если ты себя контролируешь, то тот, с кем ты связан, практически не чувствует тебя или не чувствует вовсе. Но это нужно обладать просто железным самоконтролем!

Но это было так, вторичным. У нестабильных, несовместимых пар практически невозможно не чувствовать своего партнера даже при строгом эмоциональном контроле. А в случае падения контроля начинается вообще, на мой взгляд, ужас. Тот, кто еще не потерял контроль, может читать мысли того, у кого упал контроль над разумом. А если он упал сразу у двоих — создается чувство «смешания», когда люди перестают понимать, что чувствуют они, а что чувствует их половинка, даже мысли путаются. И часто такие случаи приводят этих людей в психушку. Это неисправимо. Один раз потеряв полностью контроль — заново его восстановить смогли лишь единичные случаи.

А потом мы с Эдом наткнулись на старую-старую книгу… И, признаться, я даже не рассчитывала там что-либо найти, просто листала страницы, бегло проглядывая строки. Вот только Эд резко меня остановил, прежде, чем я перелистнула страницу. Там был небольшой абзац про нас, лаафи… пусть и маленький, но все же!

Как оказалось, чем сильнее лаафи, тем сильнее ее влияние над тем, с кем они связаны. Если до этого все дело было в самоконтроле, то тут не только… тут еще была сила. Если лаафи сильнее — то даже частичная потеря контроля может привести к последствиям весьма не радужным. А если слабее, то даже если партнер потеряет разум, на лаафи это слабо скажется, более того, в этом случае можно восстановиться и не попасть в дурку.

И несколько связей для лаафи — это нормально. Теперь-то моя душенька была спокойна более-менее.

На обеде к нам за столик подсели Рэн и Анхеллес.

— Смотрю, у вас было продуктивное утро, — потусторонне выдала ведьма.

— Ага, как червяки всю библиотеку облазали, — ответила Нэлли.

И вот мы поговорили все за обедом, вроде, все хорошо, если бы я не заметила, что Эд как-то напряжен… Ну, у меня сегодня день свободен, у него тоже, так что попрошу немного хотя бы со мной время провести. Слишком много у меня вопросов накопилось, да и хочется узнать, что такое с ним. Он что-то прочитал в библиотеке и не сказал мне? Теперь и я напряглась.

А еще я заметила, что Рэн эмоционально расслаблен, конечно, контролирует как ни крути эмоции, но все же его чувствовала. А я себя контролировала, максимально… по крайней мере я пыталась это сделать, вспоминая уроки, которые мне давали профессор Шолл и лорд Аргест.

Перед тем, как уйти, Рэн обнял меня, а я быстро поцеловала его в щеку. Было неловко, да и Бейлес был, кажется, недоволен тем, что поцелуй пришелся в щеку, но тут я бы точно его в губы целовать не стала. Никогда не любила вообще свои чувства публично проявлять и этот поцелуй в щеку для меня стал и так чем-то из ряда вон выходящего.

Попыталась ослабить контроль над эмоциями, чтобы он понял мое внутреннее состояние, но, видимо, но не получилось.

После обеда Нэлли пошла на занятия, а мы с Эдом прогуляться. Причем он сам предложил, не пришлось просить самой.

И смущало меня то, что он молчал. Точнее, меня это даже пугать начало.

— Эд, что такое? Ты что-то прочитал? — спросила обеспокоенно я.

Эд продолжил молчать, взял за руку и повел к тем кустам, ведущим к тайному месту вечеринок. Только сейчас там, разумеется, никого не было. Сев на лавочку и похлопав рядом, он окинул пространство вокруг нас сразу двумя заклинаниями. Теперь нас не смогут ни увидеть, ни услышать.

Молча друг достал книгу, которая была спрятана под пиджаком… книгу, которую я сегодня даже и не видела. Она была старая, очень старая. Об этом говорило то, что краешки ее обложки были срезаны (так как на старинных книгах в этих местах были узоры из цветных металлов со вставленными в них драгоценными камнями), и была она из дерева… Обшита тканью плотной, с стертыми практически буквами.

— Она из закрытой библиотеки, которая принадлежит Аргесту… мне ее за столом передала Анхеллес. Чертова ведьма, все знает. Все больше и больше понимаю, что именно ее теперь и стоит бояться, — глубоко вздохнув, проговорил Эд.

Создалось впечатление, что он зол и очень взволнован… прям очень-очень. От этого становилось не по себе и мне.

— Эд, что там? — спросила прямо я, глядя то на друга, то на эту жуткую, потрепанную книгу.

— Да черт знает, что там! Она дала ее сразу после того, как намекнула на то, что знает, чем мы сегодня занимались. Не думаю, что там что-то хорошее, — явно переживая, выдал друг.

Но переживания не помешали ему раскрыть книгу. Нас встретило очень красноречивое название: «Человекообразные существа. Особенности и ликвидация». После этого я поняла, что угадала… книга действительно была очень старая! Она принадлежала временам, когда маги и люди истребляли всех других рас (а исходя из названия, мы вовсе не другие расы, нет, мы — человекообразные существа! Так меня еще никто не оскорблял). А ведьмы и лаафи были одними из последних в истории, кого почти истребили…

И столько было в этой книге существ, которых я думала вовсе не существует! И было помечено несколько существ… лаафи, ведьмы, падшие, каменщики и пожирающие.

Через каждое новое прочитанное слово, кажется, у нас глаза все больше и больше округлялись. А к концу прочтения пометок они и вовсе на лоб полезли… Это ужасно… Я даже читая ужасы время от времени таких изощренных способов убийства не видела! А еще слишком много открыла для себя… через чур много!

— Аргест явно не хотел, чтобы мы узнали о своей другой стороне, — ровным, безразличным голосом проговорила я.

— Я думаю, он много кому чего не договорил… Черт, теперь я действительно боюсь эту ведьму, — также без эмоционального окраса выдал брюнет.

Мы переглянулись. Выглядел друг не лучшим образом, но я уверена, что я выгляжу ничуть не лучше его, разве только хуже.

Падшие… Лаафи… Проклятье ведьм…

Итак, что мы имеем. Ведьмы прокляли людей и сделали их лаафи, чтобы они могли блокировать магию, копить энергию, видеть правду, быть более обаятельными в глазах окружающих (только если это не лаафи и ведьмы), а еще… Черт, самым мерзким было то, что маги рядом с чистокровными лаафи гибнут! Точнее, магия в них гибнет, они становятся обычными людьми и да, маги не чувствуют, как силы их покидают. Мы поглощаем не только их магию, но и энергию. Мы забираем годы их жизни, что им даровала магия, себе…

А вот пожиратели прокляли магов, сделали их падшими. Они, в свою очередь, подпитываются энергией людей, душами умерших людей… И без подпитки мертвыми душами они начинают гибнуть.

Но это не самое шокирующее… Падшие и лаафи появились именно здесь, на этом острове, как и еще несколько «человекообразных существ»! Остров… именно поэтому он живой. В нем и еще нескольких одиноких островах прячутся души пожирающих и ведьм! Поэтому Рэн может договориться с Островом, но…

Выхватила книгу у Рэна и начала листать, перечитывать информацию о ведьмах и пожирающих. Долголетие… Чертово долголетие! «Эти твари живут не одно, не два столетия, подбирая в течении жизни себе кусок земли, в которое при естественной смерти вселиться их душа…»

— Аргест… он пожирающий! — удивленно выдала я.

Брюнет выхватил у меня книгу и также начал перечитывать. А потом поднял голову и шокировано посмотрел на меня. Если это так, то нам нужно валить, причем срочно!

— Надо валить, — выдала умную мыслю я.

Эд на мои слова кивнул и мы продолжили сидеть на лавочке, смотреть вперед, но в то же время в никуда. Слишком много потрясений за день…

— Как думаешь, почему Анхеллес все еще тут? Почему она не ушла? — спросила я.

Нет, ведьмы и пожирающие не враждовали, наоборот они были близкими по духу, только вот слишком разными были их ценности… пожиратели сжирали души, а падшие лишали эти души энергии… и пожирающим оставалось только сожрать эту душу, даже бороться с энергией и ждать не приходилось. А лаафи обогащают своей энергией мертвые души… но именно наши с Эдом души дают пожирающим еще большее долголетие, только вот умереть мы должны одним из скверных способов… Та энергия, что в первые дни моего нахождения нашел Эд — это показатель. Чем ее больше, тем лучше. Из нас живьем вырывают сердце, чтобы заполучить эту энергию…

Ответа на мой вопрос не последовало, но он не так уж и требовался.

Эд спрятал книгу и мы, искусственно улыбаясь, пошли прямиком к Анхеллес.

Разумеется, ведьма знала, что мы придем и когда мы уже были на подходе к ее дому, она распахнула дверь и сделала приглашающий внутрь жест. Мы молча прошли в дом, последовали за Анхеллес уже по знакомому пути, очутились на знакомой зеленой поляне…

Эд достал кину и протянул ее рыжей ведьме. Та, улыбнувшись, взяла ее, повертела в руках, разглядывая.

— Что ты хотела этим донести? — прямо спросила я.

Нет смысла ломать комедию, когда она и так знает, зачем мы к ней пришли.

— Вы мои друзья и обязаны знать о самих себе больше, чем навязывает вам Аргест, все просто, — все так же улыбаясь, ответила ведьма.

— Ну да, а еще хотела, чтобы мы прониклись нашей историей и способами различных убийств, здорово, — выдал зло Эд.

— Это для вашего же блага! Лаафи и падший соединились… две противоположные души. Вы хорошо читали про убийства и жертвоприношения? И да, Эд, мне очень жаль, — со светящимися головами проговаривала Анхеллес.

Посмотрела вопросительно на друга. Что-то я не поняла…

— Ты действительно думаешь, что мы делали акцент на этом!? Наш директор — пожирающий, мы сами не те, кем себя считали, а ты… да я даже не знаю, как к тебе обращаться, на «ты» или на «вы»! — зло выпалил Эд.

Этими словами он явно задел ведьму, но… я тоже задавалась этим вопросом. Сколько ей лет? Она тоже долгожитель…

— На «ты», мы же друзья. Я не хотела задеть ваши чувства, но… сейчас слишком благоприятная среда для того, чтобы забрать ваши души… несколько раз забрать энергию души Эрильды, связанной с падшим… у вас энергетический обмен, как вечная батарея. Вы понимаете о чем я? — спросила уже серьезно, без улыбки и потусторонности ведьма.

Мы с другом переглянулись. Аргест хочет забрать нашу энергию, из-за этого и разрешил с Рэном идти на свидание, из-за этого отдал приказ моего присоединения к команде… Энергия моей души, она ему нужна. И с этим монстром Линда! Она точно не знает об этом…

— Аргест готовит жертвоприношение? — спросил напрямую Эд.

4.2

— Да причем тут Аргест? Духи острова снова хотят обрести плоть. Вы оба должны покинуть остров, — серьезно выдала Анхеллес.

Мы с Эдом снова переглянулись. Духи острова хотят обрести плоть… все хуже и хуже!

— А Рэн, он знает о книге? — спросил друг, чуть подавшись вперед, к ведьме.

— Вы меня не поняли. ВЫ покинете остров, вдвоем. Вы опасны, а Рэн останется тут, — жестче ответила она.

Мы с Эдом переглянулись снова. В смысле вы должны покинуть остров вдвоем?! Да, через врата академии мы пройдем, но… но как мы сможем уплыть отсюда, вот что мне интересно! Я не хочу бродить по этим джунглям, нет, нет и еще раз нет! И без Рэна…

— Вопрос первый, как мы покинем остров? Вопрос второй, а можно ли его не покидать и третий вопрос… почему нельзя взять с собой Рэна? Он, по крайней мере, может нас отсюда перенести, — проговорила я. Ведьма разозлилась. Улыбки, которая почти всегда была на ее лице, не было. Она была абсолютно серьезная, но глаза… глаза выдавали. Она злилась, и, как мне показалось, что еще одно наше слово и она принудительно заставит нас покинуть территорию академии.

— Я отправлю вам лодку. Карту сами достанете. Время даю до вечера, вещи соберите там… с деньгами помогу, — жестко сказала она и закрыла глаза.

Эд резко и больно сжал мне руку. Я айкнула, хотела возмутиться, но поняла в чем дело… можно сказать, что Анхеллес — наш создатель и… мысли. Вдруг она наши мысли может прочесть!?

Мне дурно стало… вот почему она все знает. Мало того, что ведьмы создали лаафи, так еще и мы находимся на очень интересном острове… где духи ведьм и пожирающих обитают!

Мы вышли из дома Анхеллес. Эд хотел пойти к себе, но я схватила его за руку и потащила в дом Рэна. Там была только Аманда и посмотрела на нас крайне странно… Даже страшно стало, что она подумала.

— Аманда, еще раз привет, а где Рэн? — чуть улыбнувшись, спросила я.

— Тебя вообще-то ищет, — удивленно проговорила она.

— Ааа… ты не против, если мы его тут подождем? — спросила я.

Девушка кивнула и мы с Эдом прошли на веранду. Бейлес не заставил себя ждать, пришел довольно-таки быстро.

— И где вы были? — спросил падший, глядя на нас.

Теперь-то мы с Эдом и задумались… А надо бы ему об этом говорить? Если Анхеллес начала злиться, то ни к чему хорошему это не приведет.

— У Анхеллес были, потом Аманда сказала, что ты меня искал, — ответила я.

Контроль над эмоциями еще никогда так тяжело мне не давался. Нельзя… нельзя допустить, чтобы он обо всем узнал. Как ни крути, у ведьмы точно были причины для того, чтобы так нам сказать.

Осталось время до вечера… это, наверное, значит, что до заката… а до него совсем немного осталось.

— Ты что-то от меня хотел? Потому что нам с Эдом нужно в библиотеку, а потом к Нэллз, помочь нужно ей с чем-то, — соврала я, не краснея.

— На ужин позвать. Придешь? — склонив голову, спросил светловолосый.

— Ну конечно, — широко улыбнувшись, ответила я.

После этого мы с Эдом встали и пошли. Прежде, чем выйти с веранды, я поцеловала быстро его в губы и пошла за другом лаафи.

И снова Эд хотел пройти вперед, на дорожку к академии свернуть, но я потащила его в сторону дома команды Хлои и Алекса.

Они были дома… причем они сразу замолчали, когда увидели меня и Эда. Ну… другого я и не ожидала.

— Привет, — поздоровалась еще раз с ребятами я.

Взяв за руку брюнета, я повела его за собой по лестнице, в комнату, которая должна была стать на пару дней моей. Но… не суждено. Хорошо, что вещи я еще не стала разбирать.

— Эд, можешь от них скрыть незаметно мою сумку с одеждой? — спросила я.

Лаафи кивнул и сумка в моих руках стала прозрачной. После этого мы начали свой спуск вниз, снова проходя через группу «красных».

Я вспомнила, что кое-что все-таки выложила… некоторое белье и сказала Эду, чтобы он шел собирать свои вещи, а сама снова пошла наверх. Встретиться мы должны у Нэлли… ей можно сказать об этом, она точно что-то придумает… и поймет, даже если нам нужно будет уйти.

А Рэн… я решила, что еще зайду к Анхеллес и попрошу немного больше времени, чтобы в последний раз отужинать со своей половинкой, в последней раз побыть с ним рядом…

Я спустилась вниз снова. Только вот теперь тут никого не было и мне это на руку. Не хочу их видеть… слишком уж они раздражающие.

— Тянет на более-менее влиятельных, да? — вжав меня в стену, проговорил Алекс.

Я же его не понимала… о чем он вообще говорит? Но попыталась оттолкнуть его от себя. Не получилось.

Ладно, без паники. Надо держать себя в руках, контролировать свои мысли и эмоции… нельзя, чтобы об этом узнал Рэн, прям нельзя-нельзя.

— А я тоже, можно сказать, влиятелен тут… капитан группы, как и Бейлес. Что на это скажешь, мм? — слащаво проговорил он и начал задирать мое платье.

Снова попыталась его оттолкнуть, уже хотела начать орать на него, но мне закрыли рот ладонью и крепко ее прижали, не давая и звука выдать.

Нельзя волноваться… нужно держаться. В том, что Рэн может прийти и разнести тут все, дай я слабину, я даже не сомневалась. Только потом он ни на шаг меня не отпустит, а мне… как бы этого не хотелось, мне нужно покинуть его и академию.

Этот идиот облизал мне шею… как же это мерзко! Гадость… более отвратительного я в жизни еще не испытывала!

И тут я вспомнила, что у меня в руке сумка вполне себе тяжеленькая. Ну и кинула ее на ногу этому самодовольному болвану, раз уж оттолкнуть его не в силах.

Алекс отошел менее, чем на шаг и снова было хотел пригвоздить меня к стене, но… я быстро подобрала сумку и ударила ему ниже пояса, а затем быстро вышла из этого дома, вытирая салфеткой его слюни со своей шеи и поправляя одежду… какая же это мерзость!

Анхеллес дома не оказалось и я попросила девушку из ее группы попросить передать ей, что мы с Эдом придем после заката, нужно завершить дела.

* * *

— Уйти, но… в смысле уйти!? Я с вами! Чего мне ту без вас делать? Я пошла собирать вещи! И вообще, пропадете же без меня! — начала кричать Нэлли.

После она встала со стула и быстро пошла в свою комнату, а мы с Эдом за ней. По ее комнате уже летали вещи… именно так она и собирала самое нужное.

— Нэлли, тебе не нужно с нами… Мы даже не знаем, что делать, когда окажемся за пределами академии, — проговорила я и попробовала ее остановить.

— Вот именно! А втроем мы точно что-то да придумаем. Лучше иметь двух лаафи, двух магов и зельевара, чем просто двух лаафи и мага! — со слезами на глазах, рыкнула она на меня.

Время уже поджимало… уговорить остаться в академии нам так и не удалось. Более того, она выпила несколько зелий, чтобы мы ее ни усыпить, ни парализовать не смогли.

Я ушла к Рэну… правда, сегодня я разрешила сделать Нэлли все, что ее душе угодно. И не только из-за «В последний раз… дай мне тебя собрать в последний раз», но и из-за того, что я рассчитывала на то, что она может передумать и остаться тут. Но, увы, не вышло.

Она сделала мне макияж, уложила волосы… и платье я надела такое, какое бы никогда не надела. По мне так оно очень открытое, но вот Нэлли была другого мнения, а Эд, когда увидел, сказал, что оно мне очень идет и я очень хорошо выгляжу.

После этого мне расхотелось куда-либо идти… Подумают еще, что… Черт! Да наплевать, что кто подумает! В последний раз… Черт, это будет наша последняя встреча… последний ужин… И я хочу, чтобы он запомнил меня именно такой.

— Значит так. Через полчаса будет закат. Ну а если быть точной, то через 41 минуту. Через полтора часа будьте у Анхеллес, я приду к ней… пожалуйста, если я не приду через это время, придите за мной, не уходите без меня, — попросила я друзей и они кивнули.

Та парочка «красных», что были на улице, посмотрели на меня, хотя обычно тут не смотрят на прохожих, даже если это свои.

Я дала волю эмоциям… последняя встреча.

Дверь мне открыл сам Рэн и был удивлен, приятно удивлен мной. Не сразу поняла, что мы стоим на улице и целуемся, так сказать, на виду у всех. И пусть сплетни тут не разводили, но все все видели это точно. Наплевать… пусть видят.

— Ты прекрасно выглядишь, — смотря в глаза и продолжая обнимать, проговорил Рэн.

На комплимент я лишь улыбнулась. Зачем говорить «спасибо», когда он сам чувствует, что со мной происходит?

Вообще, книги, что сегодня мы прочитали, были очень полезными для меня. Рэн сильнее меня по уровню дара, так что… мы оба можем не контролировать свои эмоции. Именно это я сейчас и пытаюсь сделать. Хочу, чтобы он запомнил это, хочу запомнить это сама… я же все равно лишу его возможность полюбить, когда покину остров. У падших связь устанавливается всего один раз.

Ужинали мы на веранде, а ребят, как я поняла, дома не было. Да и вообще, по словам Рэна, больше половины команды пошли к озеру, сегодня там какой-то всплеск магии, что-то необычное и редко возникающее.

Ужин проходил просто замечательно. Лучшего этого может быть, пожалуй, только остаться с ним. Никто другой мне не нужен… никто-никто, только он.

Мы еще даже не начали есть, как я притянула его к себе за рубашку и впилась в его губы. После этого снова начала контролировать поток своих эмоций… не хочу, чтобы сейчас он чувствовал мою грусть. Да, я действительно была голодна, но этот голод был не сравним с той дикой тоской, что начала уже зарождаться во мне. Остановиться… возможно, это было бы правильным, но… это последняя встреча, где вместе он и я…

И мы поддались страсти. Чувствую, что он теряет контроль над эмоциями, но все еще продолжаю контролировать свои. Не хочу, чтобы он чувствовал, как мне тоскливо от всего того, что будет потом.

* * *

Рэн стал первым и, скорее всего, последним, кому я так доверилась… черт, я не хочу чувствовать еще одно прикосновение, не хочу снова разжигать огонь, я не хочу чувствовать еще один поцелуй, если это не его губы… И ни одно имя больше не сорвется с моих губ… я не хочу доверять свое сердце и душу незнакомцу. Я больше никого и никогда так не полюблю.

Вспомнила нашу первую встречу… Я же и представить себе не могла, что влюблюсь в него, я даже не думала, что буду таять в его руках…

Я его усыпила. Усыпила после того, как эйфория прошла, после того, как я поняла, что сейчас мне нужно уйти. Я не могу позволить ему чувствовать себя подавленным, ибо не смогу объяснить, почему я себя так чувствую и почему я ухожу после того, как мы переспали… на слезы я уже не обращаю никакого внимания. Они не перестанут течь, нет смысла их даже утирать.

И черт, я чувствую, как я разрываюсь… я даже не могу сказать «Прощай» и все то, чего я так хотела сказать. Последняя встреча, последняя ночь, последний поцелуй, последние объятия… в последний раз мы были вдвоем. Я так его люблю, но… надо взять и отпустить.

Одевшись и приведя себя более-менее в порядок, я кинула последний взгляд на Рэна… спит. Спит, потому что я ему в стакан с водой налила зелье. Долго он не проспит, падшие имеют своеобразный иммунитет на зелья, но все же это даст мне время. Коснулась своими губ его. И я понимаю, что с минуты на минуту за мной придут друзья, но не могу перестать сидеть рядом с ним, обнимая его сонное тело. Слишком тяжело сейчас уходить… лучше бы мы поругались и я ушла…

Не выдержав, я открыла тумбочку, достала оттуда блокнот и вырвала косо лист. Нащупав рукой карандаш, я написала ему пару строк о том, что я должна уйти и мы больше не встретимся… еще раз написала о том, как сильно я его люблю и никогда не смогу разлюбить.

Снова кинула на него взгляд. Падший пошевелился, а это значит, что времени осталось не много.

Утерев слезы, я пошла к Анхеллес. У двери мы пересеклись с ребятами, которые уже собирались идти за мной.

— Что ты ему сказала? — тихо спросила Нэлли, со слезами на глазах глядя на меня.

Даже по выражению лица Эда я поняла, насколько жалко сейчас выгляжу. Но наплевать на это. Наплевать на все… я больше ничего не хочу чувствовать, ничего и никогда.

Именно поэтому я проигнорировала вопрос Нэлли и прошла вперед. Я знала уже, где в этом доме можно найти Анхеллес.

Переход за стены академии сейчас был более простым и быстрым. Ведьма пожелала нам удачи, дала денег и… золота. Разумеется, мы отказывались от него, но она настояла. После она объяснила, куда нам идти и что сделать, чтобы лодка появилась, а после мы с ней попрощались. Вот только она сказала, что это наша не последняя встреча и она к нам еще нагрянет.

Мы подошли к берегу, Нэлли произнесла заклинание, которое нам дала ведьма и… из воды начала появляться лодка! Хотя как сказать лодка… маленький корабль скорее всего, а не лодка. Даже кабинка капитана, пусть и малюсенькая, но была. Мы зашли на борт и немного отплыли от берега.

— Ну что, куда пусть держим? — спросил Эд, развернув карту.

— Решайте сами, я… я пойду отдохну, — ровно проговорила я.

Друзья ничего по этому поводу говорить не стали. Оно и понятно, со мной сейчас вообще смысла разговаривать нет.

Примерно через час я почувствовала Рэна. Злость, безысходность, грусть… и все из-за меня.

5.1

Не знаю, сколько прошло уже дней… вообще, все потеряло смысл без Рэна. Сперва я чувствовала его злость, тоску, ненависть… я сходила с ума!

Эд и Нэлли не знали, как меня успокоить… они предлагали вернуться в Арбис, но туда я не хочу точно. Да и вообще, я ничего больше не хочу…

Я каждый день все больше умирала изнутри, потеряла счет времени… я не помню, когда я в последний раз могла уснуть без зелья Нэлли, не знаю, что мне делать.

Впервые в этом путешествии я почувствовала свою вторую связь. Лорд Дален — железный контроль над собой, своими эмоциями… судя по книгам, которые ведьма оставила в лодке, лорд и сам не понимает, с кем он связан. Я перестала его винить во многих вещах (даже таких, как полное неуважение ко мне), он ведь сам не понимал, что с ним происходит.

— Эй, Эри, ты как? — зашел в мою комнату Эд.

Глубоко вздохнув, он поставил на заваленный вещами стол поднос, подошел к окнам и отодвинул шторы, пропуская яркий свет в комнату.

Поселились мы прямо у моря, но на континенте. Хватило нам уже духов острова, спасибо. У меня была небольшая комната с большим круглым окном с видом на море… точнее, дом стоял на высоких балках у береговой линии и больше никого вокруг…. пока что из нас работает только Нэлли, которая продает свои зелья, варит их на заказ. Она с Эдом думает открыть что-то вроде лавки, где Нэллз будет варить зелья от физических недугов, а Эд избавлять людей от магических недугов.

— Эри, так нельзя, — сев на край моей постели, проговорил друг.

Его лицо… оно говорило все само за себя. Он был разбит, смотря на меня. Я всегда видела, что они из-за меня тоже умирают изнутри, им больно на меня смотреть, но… ничего не могу с этим поделать. Все свои силы я трачу на то, чтобы контролировать свои эмоции, чтобы их не чувствовал Рэн… больше ни моральных, ни физических сил ни на что не было.

— Ты убиваешь себя… завтракай и через двадцать минут я за тобой зайду и мы пойдем купаться. И не спорь, ясно? — выдал Эд.

Просто киваю. Не хочу спорить или что-то в этом роде, вообще ничего не хочу. И есть не хочу тоже…

Но все же я немного поела и переоделась. Плавать в пижаме не пойдешь.

Решив не дожидаться Эда, я вышла на улицу, подошла к морю, посмотрела вдаль… красиво тут конечно, спокойно.

— Эрильда, — проговорил голос сзади меня.

Я обернулась. Передо мной стояла уже знакомая мне ведьма. Правда выглядела она не такой молодой, как в академии, но вполне себе узнаваема.

— Не устала убиваться? — в лоб спросила она.

Я отвернулась от нее. Не хочу с ней говорить, если она наш разговор начала с такого вопроса.

— Эри, ты не должна так убиваться, понимаешь? Найди себе вторую половинку, отвлеклись от Рэна. Понимаешь… ты проехала эту остановку, — подойдя ко мне, сказала Анхеллес.

Теперь мне приходилось смотреть на нее снизу вверх. Она и до этого выше меня была, а сейчас так вообще.

— Все, Анхеллес, конечная. Остановились, — убрав ее руку со своего плеча, ответила я.

Не хочу ее слушать… и видеть не хочу. Я поняла, в чем дело, но не могу вернуться. Духи… она не хотела, чтобы возродились другие ведьмы и пожирающие, не хотела, чтобы был кто-то равен ей по силе и даже сильнее. Я изучала этот вопрос… скрупулезно изучала. Ни мне, ни Рэну от этого бы ничего не было. Но тем, кто ушел с острова, обратно дороги нет. Она просто боялась за свою шкуру… Но я не знаю, винить ее за это или нет. В конце концов, мы разные люди и я сама не знаю, как бы поступила сама в этой ситуации.

— Ты не оставляешь мне выбора, — покачав головой, проговорила ведьма и поставила ладонь с чем-то к своим губам.

— Анхеллес, что бы это не было, не делай этого, — выставив перед собой руки, произнесла я и медленно стала отходить назад.

— Прости, — выдала она и дунула.

Мое бегство не спасло меня от голубоватого свечения, крик Нэлли не спас меня от падения и чар ведьмы. После этого свечения меня окутала тьма.

* * *

Хорошо, что мы остановились у моря… и вид из окна просто чудесный! Только грусть непонятная была, но… но и ее можно развеять!

Переодевшись и приведя себя в порядок, я вышла из своей комнаты. Нэлли и Эд уже завтракали, и, кажется, собирались в их новую лавку, готовиться к открытию, которое будет уже завтра. Прекрасная новость, что еще сказать. Я была рада за них, очень рада… правда, было неловко из-за того, что только я не нашла себе работу, но, как меня заверили друзья, это не проблема и если мне не сидится дома, то я могу им помогать в лавке, когда они ее откроют.

Эд всегда говорил, что я буду его главной помощницей, если будет приходить много людей с магическими недугами. Я была на все согласна, к тому же, не дома же мне сидеть, верно?

— Доброе утро, — поздоровалась я с друзьями.

Они ответили мне тем же и позвали за стол. Лаафи, как всегда, встал и налил мне чай, а Нэлли материализовала передо мной тарелку, по воздуху блинчик на нее перенесла.

После завтрака, как я и думала, ребята ушли в лавку, а я осталась дома. Прибравшись, я решила сходить искупаться. Все равно Эд и Нэлли придут только после обеда, делать, по сути, нечего, а в город идти не хочется (пусть он и очень близко).

Всегда любила плавать… В этом есть какой-то определенный кайф.

— Эри! — крикнула мне Эд с берега.

Забыл, наверное, что-нибудь, а я дверь закрыла. Но вот только с ним еще кто-то был, мужчина какой-то… неловко будет из воды выползать, но ладно… На пляже уж все были, видели людей в купальниках.

Подплыв ближе, я увидела, что он не с мужчиной, а с парнем примерно нашего же возраста… вот теперь неловко стало.

Выбравшись на берег, я быстро накинула на себя пляжное парео и с невозмутимым видом двинулась в сторону Эда. Парень, стоящий рядом с ним, по мере моего к ним приближения казался все более знакомым… вот только не могу вспомнить, где мы с ним могли видеться.

Слишком уж знакомым он мне кажется… и ну никак не могу вспомнить! Что-то екнуло в груди, когда он первый поздоровался, улыбнулся, поцеловал руку… и он знал мое имя.

Нахлынуло чувство, что я его прекрасно знаю, но… не могу понять, кто он!

— Извините, мы с вами где-то встречались? — спросила я, продолжая вглядываться в такого знакомого незнакомца.

Улыбка на его лице стала грустной, а еще Эд как-то сочувствующе посмотрел на него… может, это друг Эда!? Или тот Марк, про которого они мне с Нэлли рассказывали?

— Да, но… раз вы забыли, я Рэн, — через себя выдал светловолосый.

Неожиданно для себя, мне стало грустно. Очень грустно… чуть ли не до слез грустно из-за того, что я не узнала его. И злиться начала… не знаю из-за чего, но начала.

— Так, Эри, ключи на базу и можешь дальше идти купаться. А нам с Рэном пора, — подал голос Эд.

Я кивнула, протянула другу связку ключей, а сама продолжила открыто пялиться на Рэна… откуда я его знаю!? Рэн… даже имя его очень-очень знакомым мне кажется.

Эд уже развернулся, сделал пару шагов в сторону дома, а мы так и стоим, смотря друг на друга. Странно это…

— Ты совсем меня не помнишь? — спросил он.

А я снова задумалась… даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Такое чувство, что мы больше, чем просто знакомы, но в то же время он мне совсем незнаком. Прям совсем-совсем.

— Я не знаю… у меня в последнее время некие проблемы с памятью, может, из-за этого я не могу вас вспомнить. Вы кажетесь мне очень знакомым, — прямо сказала я.

Тяжелый вздох, грустная улыбка, легкий кивок и он разворачивается, догоняя Эда. Светловолосый пару раз оборачивался на меня, а я все так же стояла, продолжая смотреть за тем, как он уходит… Странное чувство, очень странное. Хочется догнать его, обнять, но я его не знаю! Кажется, я перегрелась на солнце. Другим я происходящее даже объяснить не могу. Ну или же он выпил какое-нибудь эксериментальное зелье Нэлли и странно на люднй теперь влияет… в общем, я решила еще немного поплавать, подождать, когда они уйдут и вернуться домой. На солнце вредно много времени находиться.

Не выходили из дома они долго, так что я вылезла из воды и пошла домой, несмотря на то, что этот знакомый до боли незнакомец был все еще там. Открыла дверь и… он собирался выходить из дома. И Эда рядом с ним не было… Мы опять зависли, смотря друг на друга. Рэн отошел, пропуская меня в дом. Я вошла и… он закрыл дверь, также оставшись в доме и как-то странное, непонятно на меня смотрел. Меня начала смущать обстановка… Эда нет, стоит Рэн, менее, чем в шаге от меня, а сбоку и сзади только стены. Поэтому я сделала несколько шагов вправо, обошла светловолосого парня и пошла в свою комнату. Прежде, чем открыть дверь, я почему-то обенулась… парень смотрел на меня. Причем его не смутило, что я обернулась на него, он продолжал смотреть на меня.

Скрывшись от столь пристального взгляда за дверью, я села на кровать. Что это вообще такое? Будет очень обидно, если все дело в памяти… В памяти, с которой у меня начались серьезные проблемы. Я очень о многом забыла… даже о том, как я познакомилась с Эдом и Нэлли. Просто чувствовала, что знаю их, а они мне все рассказли, объяснили… и только тогда я более-менее их вспомнила. Но, признаться, не до конца… слишком много пробелов. Я помнила, как мы пили веселящее зелье и нас окутало белым светом, помню, как убегали от дикой кошки, собирали ядовитые растения для зелий подруги… но все это так отрывочно! Это пугает. Я очень много приложила усилий, чтобы вспомнить все, но… не выходит. Даже то, что они мне рассказывают, я не всегда вспоминаю… далеко не всегда.

5.2

— Извини, нужно было предупредить тебя, что могу прийти не один, — сказал Эд, когда я зашла на кухню.

Рэн стоял на улице, я видела его через окно, но почему-то у меня было предчувствие, что он все слышит. А окно закрыто… Кажется, у меня началась параноя.

— Все нормально, это же и твой дом тоже. Ты не должен был меня предупреждать, — ответила спокойно я, делая в это время себе бутерброд.

Друг улыбнулся, похлопал легонько по плечу и, сказав, что скоро вернется Нэлли, вышел из дома. Я же продолжила стоять на кухне и смотреть в окно. Эд что-то сказал Рэну, второй ему кивнул и они отправились по каменной дорожке в сторону города.

Кто он такой и почему кается мне таким знакомым? Нужно будет спросить у Нэлли. Конечно, можно было задать сейчас и Эду этот вопрос, но параноя дала о себе знать. Головой понимаю, что светловолосый ничего бы не услышал, но предчувствие твердило, что не надо этого делать. Осторожность никогда не помешает.

Успокоиться я никак не могла. Рэн никак не хотел вылетать из моей головы. Я никогда себя так не чувствовала… Не зная этого парня совершенно, мне хотелось быть к нему ближе, обнять его, да и вообще, провести с ним хоть какое-то время вдвоем.

Как Эд и говорил, Нэлли пришла раньше, чем приходит обычно. С ней-то мне и нужно поговорить. Если это действие ее нового зелья, то мне нужен срочно антидот. Я не могу перестать думать о нем и это уже действительно начинает сводить меня с ума!

— Нэлли, у меня вопрос, — протараторила я, как только она вошла в дом.

— Что? А, да, конечно, — рассеянно ответила светловолосая.

А я не знала, как спросить об этом. «Ой, Нэллз, а ты не опоила одного молодого человека зельем своим? А то я уже часа два точно о нем не могу перестать думать», или «А ты не готовила приворотное зелье? Мне кажется, оно не так действует». Но спросить нужно было, очень нужно.

Все дело в моей памяти. Я очень боюсь, что забыла что-то важное. К тому же, когда я очнулась и увидела рядом с собой Нэлли и Эда, я так же их не узнала, но было чувство, что я с ними очень хорошо знакома… именно из-за этого чувства я и поверила им, а потом кусочками начала возвращаться моя память.

— Сегодня Эд пришел с одним парнем, Рэном… Ты не давала ему никаких зелий? — спросила я.

— Нет, я ничего не давала ему. Ты его вообще не помнишь? — задала вопрос соседка.

— Ты тоже его знаешь? Почему вы так удивляетесь из-за того, что я его не помню? — начала засыпать вопросами соседку я.

Не знаю почему, но что-то внутри меня, глубоко-глубоко, тоже удивлялось тому, что я не помню его. Но почему? Как же все это странно.

— Эм, мы вчетвером хорошо общались, можно сказать, одна компания. Он у нас на пару дней останется, ты же не против? — неуверенно произнесла зельеварка.

Сама не знаю, была ли я против этого или нет, но все же казала, что я, конечно же, не против этого. Как ни крути, мы все живем вместе, да и дом у нас не маленький… будем пересекаться только за кухонным столом. По крайней мере, я буду пытаться как можно меньше сталкиваться с ним.

Мы с Нэлли приготовили ужин… на четверых. Рэн и Эд в скором времени пришли и мы вместе сели за стол. Я первая вышла из-за стола. Не знаю, что со мной, или с этим типом не так, но я не могу долго с ним находиться по близости. Меня тянет к нему… тянет настолько, что я ни одного оправдания этому не могу найти. А вот он, кажется, и вовсе обо мне не думал за ужином. Спокойно разговаривал со мной и ребятами, редко смотрел на меня и чаще на мою соседку.

В своей комнате легче мне не стало. Тоскливо… слишком тоскливо. Из-за этого чувства я пошла прогуляться. Схожу до города, погуляю по улочкам, вернусь на пляж… там посижу. В общем, дождусь ночи, чтобы уж точно не пересечься с Рэном.

Гуляла я долго. На небе уже не то что одна звезда появилась, нет, оно уже все было усеяно звездами. Но домой возвращаться не хочется, хотя, я думаю, что все уже легли спать. Два дня… мне нужно продержаться с ним рядом пару суток.

Еще немного побродив по пустым улочкам, я направилась к дому. Может, это еще одна странность, но в последнее время я люблю плавать в море, когда уже достаточно темно… а сейчас была полная темень, но это не помешает мне заняться любимым, расслабляющим делом.

Забежала тихо-тихо домой, так же тихо переоделась и вышла на улицу. Шаг, второй, третий… Вода все еще была теплой, прогретой за день. Отплыла на глубину и перевернулась на спину, любуясь прекрасным звездным небом. Упала звезда: нужно загадать желание.

Конечно, оно немного странное и непродуманное, но я хочу его вспомнить… я очень хочу вспомнить Рэна. Прям очень-очень хочу.

Ко мне кто-то прикоснулся. И я бы, разумеется, захлебнулась, погрузившись с головой под воду, но меня кто-то придерживал, не давая этому погружению совершиться.

— И чего ты тут делаешь ночью, мм? — спросил светловолосый парень, удерживающий меня над водой.

— Ты меня испугал. Люблю плавать ночью… а ты? — быстро проговорила я.

Черт, он действительно очень испугал меня. А сейчас пугает его близость… парень до сих пор не отпускает меня, причем держит очень близко к себе…

— По той же причине, — улыбнувшись краем губ, ответил парень.

Губы… теперь я не могу перестать смотреть на них.

Рэн поцеловал меня. По телу пробежался разряд тока, было такое чувство, будто я тону, но нет. Светловолосый отстранился и посмотрел на меня, будто явно чего-то ждал, но я не знаю чего.

— Пошли домой, уже прохладно, — с грустным вздохом проговорил Рэн и понес меня все также над водой к суше.

Но было все же одно «но». Я помню, что отплыла на приличную такую глубину, а он… он идет! Значит, Рэн обладает магией. По-другому я это явление и объяснить не могу.

— А может ты меня отпустишь? — проговорила я.

— Донесу до дома, — ответили мне.

Как-то неловко было. Очень неловко… Можно сказать, что незнакомый мне парень, которого я совершенно забыла и к которому меня по непонятным причинам тянет, ночью идет плавать, пугает до чертиков, а потом целует меня. А сейчас несет к дому на руках…

— Как мы познакомились? — спросила я.

— Долгая история, — грустно улыбнувшись, ответил Рэн.

Стоп. Рэн… Рэн Бейлес!

— Рэн Бейлес? — тихо спросила я.

Светловолосый резко остановился и уставился на меня. Улыбка медленно-медленно поползла по его лицу, меня сжали сильнее в своих объятиях.

— Ты все вспомнила, да? — спросил так же тихо он.

Я отрицательно покачала головой. Не знаю, о чем он говорит… Да и сам Рэн не хочет мне помочь, рассказать обо всем, усложняя эту и без того тяжелую ситуацию.

— Чертова ведьма, — выругался тихо он и снова возобновил шаг.

Теперь он шел быстрее. Странным было то, что нас встретил практически у порога Эд со сложенными на груди руками.

— Время видели? — спросил тихо-тихо, почти шепотом друг.

И смотрел на нас… а потом начал сверлить злым взглядом принесшего меня парня. Даже думать не хочу о том, что мог подумать лаафи, увидев нас в таком виде. Стыдно то как…

— Нет, не видели, — весело ответил Рэн и пошагал в сторону моей комнаты, обойдя Эда.

Положив меня на мою же кровать, он оставил меня, пожелав спокойной ночи и скорого возвращения памяти. Теперь я ничего не понимала. Что было между нами? Может, мы были парой, а я его забыла? Бред. Он бы тогда не объявился только сейчас. Я две недели уже мучаюсь с восстановлением памяти… целых две недели. Будь мы парой, то Рэн бы пришел раньше, так что это отпадает. Но кем мы тогда были? К чему был этот поцелуй? Как же все запутано.

Легкий стук в дверь. Я тихо подошла к двери и приоткрыла ее. За ней стоял Рэн.

Смотрю на него вопросительным взглядом, жду, когда он скажет зачем пришел, но он молчит. Я бы пропустила его в свою комнату, но… во-первых, из-за этих раздумий я не переоделась. И, возможно, даже хорошо, что донес меня он домой на руках, иначе пришлось бы идти пешком туда в одном купальнике. Кто же знал, что не я одна чокнутая такая хожу купаться по ночам, небом любуясь!?

— Нам нужно поговорить. Впустишь? — подал голос светловолосый, который, в отличии от меня, переоделся.

— Эм, подожди минуту, мне нужно переодеться, — проговорила неуверенно я.

Рэн кивнул и, развернувшись, куда-то ушел. Я же закрыла дверь, переоделась, расчесалась… а еще немного прибралась. Конечно, бардака в моей комнате не было, но не очень-то опрятно выглядят книги, которые были везде. На столе штук пять, на тумбочке у кровати одна, на стуле тоже, у зеркала… в общем, они были везде и из-за этого комната выглядела захламленной. Но благодаря им я снова научилась быть лаафи, а Эд был моим главным и единственным учителем.

Убрав их в шкаф, я поправила покрывало на кровати. Вот теперь все выглядит опрятно.

В дверь снова тихонько постучали. На этот раз я открыла ее шире, впуская парня в свое «логово». Он пришел с подносом в руках, на котором были две кружки с горячим чаем и печеньки, которые с утра испекла Нэлли. Поставив поднос на стол, Рэн зажег свет. Точнее, он над столом материализовал светящийся тусклым светом шар. Это было в разы лучше, чем если бы я включила основной свет. Из-за того, что я в последнее время не отрываюсь от книг, свет в моей комнате яркий. А еще это стало еще одним доказательством того, что Рэн обладает магией, причем, если судить по книгам, что я прочитала, он достаточно сильный маг, ведь быстро зажег этот шар и светится он однотонно, не становясь ни ярче, ни еще тусклее. Все интереснее и интереснее становится.

6. КОНЕЦ

Рэн отказался со мной разговаривать, пока я не поем и не заберусь под одеяло. Он не прикасался ко мне, но почему-то знал, что мне холодно… странно, но все же я выпила горячий чай, съела пару печенек и забралась под одеяло. Парень улыбнулся и прилег рядом со мной, только поверх одеяла… неловко немного, хотя что-то мне подсказывает, что должно быть ну очень неловко. Да и вообще, нормальная, приличная девушка бы попросила его сесть на стул или укрылась бы побольше, но… кажется, я ненормальная.

— Знаешь, кем мы были? — прямо спросил светловолосый, смотря на меня.

Помотала отрицательно головой. Нет, конечно была парочка предположений, но озвучивать их я не хочу. Он же хочет поговорить со мной, значит, сам про все расскажет… ну, по крайней мере, я очень на это надеюсь.

— Даже догадок никаких нет? — снова задал вопрос парень.

— Может, ты уже сам скажешь мне, кем мы были? Если тебе не сказали, то я скажу тебе об этом. Я потеряла память и ничего не помню, — злясь, протараторила я.

Рэн криво улыбнулся, а затем встал с кровати и, открыв окно, убрал стопку книг со стола на стул. И что он, дурак, делает? Ветер поднялся, а моя комната у моря… Брызги же сейчас залетят!

Я вскочила с кровати и закрыла окно, зло смотря на светловолосого.

— Ну ладно, тогда пойдем другим путем, — ухмыльнулся парень.

Ну а потом он взял меня на руки и быстро понес к выходу из дома. Я хотела начать орать, но… разбужу Нэлли и Эда, а этот странный тип явно мне что-то хочет рассказать или даже показать. Пусть и было жутковато, но… я хочу его вспомнить. Я правда хочу его вспомнить!

Поэтому я молчала, когда он выходила из дома, молчала, когда сделал несколько шагов на улице. Но каких трудов мне стоило не завизжать, когда за его спиной распахнулись полупрозрачные крылья, а лицо стало каменно серым! Как у мертвеца!

Но я не смогла не заорать, когда он взмахнул этими крыльями и мы взлетели вверх!

— Что ты делаешь!? Отпусти меня! Точнее, нет, не отпусти! Нет! Рэн! — в панике кричала я.

Я даже боялась дергаться в его руках. Высоту он набирал стремительно и если я буду рыпаться, то он может уронить меня… и летели мы не над морем, так что упасть более, чем просто страшно. Это по-настоящему смертельно!

— Отпусти! Я прошу тебя! — уже молила я.

От страха, кажется, замерло сердце. Страшно, очень страшно. И очень высоко! Конечно, вид вполне себе завораживающий, ночной город блистал огнями, но сейчас этой красотой любоваться совсем уж не хотелось. Хотелось приземлиться на землю… просто приземлиться и не умереть!

— Ты должна вспомнить! Ты должна все вспомнить! — нечеловеческим голосом проговаривал он.

Мы летели долго. С каждой минутой мне все больше и больше казалось, что еще чуть-чуть и я потеряю сознание. Еще страшнее стало, когда мы начали лететь у неспокойного моря… Он сумасшедший, точно сумасшедший. Нормальные и адекватные люди так не делают!

Хотя, если судить из того, что я вижу, он вовсе не человек! Я даже не знаю, кто он… но это очень жутко!

И, кажется, я тоже не совсем нормальная дамочка. Именно сейчас, когда я более-менее отошла от шока, я поняла одну вещь… я помню это, помню перевоплощение! Помню его лицо, как у мертвеца, помню эти жуткие крылья… помню, как испугалась их. Я начинаю вспоминать!

Вскоре мы приземлились на выложенную камнем дорожку. Так странно… она мне тоже почему-то казалась знакомой. И Рэн продолжает держать меня на руках, но уже в человеческом обличии. Я вспоминаю… я вспоминаю его!

— Мы тут были с тобой, да? Только днем, — спросила неуверенно я.

Бейлес улыбнулся и кивнул, спуская меня на землю. И поцеловал… причем целовались мы дольше, чем тогда, когда были в воде.

В голове мелькали картинки, кусочки разговоров… От этого начинала кружиться голова, но, думаю, это нельзя прерывать.

Воздух заканчивался, но я не хотела разрывать этот поцелуй теперь еще больше. Я вспомнила! Я все вспомнила!

Но все же, когда поцелуй этот пришлось разорвать из-за критической нехватки кислорода, я крепко-крепко обняла Рэна…. он нашел меня. Он смог меня найти и он рядом!

— Я так скучал, — тихо проговорил он, сжав меня в своих объятиях.

Теперь, когда я вспомнила, что мы связаны, я поняла столь резкие перепады настроения и тягу к нему, почему чувствовала его родным… Впервые я не проклинаю эту связь!

— Но как ты нашел меня? — отстранившись от падшего, спросила я.

— В тот день, когда Анхеллес пришла к тебе и наложила на тебя заклятие забвенья, я почувствовал тебя… до этого я был уверен, что ты умерла. Я совсем не чувствовал тебя. А потом в моей голове начали мелькать твои мысли обо мне, но исчезали… а потом я снова потерял эту связь. Тогда я пошел к Анхеллес, но ее не было дома. Я ждал ее… и когда она пришла, то она созналась, что это она «депортировала» тебя, Эда и Нэлли, но не говорила куда. И я пытался наладить с тобой связь… скажи мне, три дня назад, ночью, тебе приходили в голову странные мысли? — спросил Рэн.

Я стала вспоминать, что было три дня назад… Действительно, это было странно. Ну как сказать странно, если бы я все помнила, то это, скорее всего, показалось бы мне нормальным. У Бейлеса получилось со мной связаться мысленно, когда я плавала и смотрела на звездное небо… когда я не контролировала свой эмоциональный фон и у нас за счет нашей связи завязался диалог… удивительно!

— Да, я все помню. Но… почему Эд и Нэлли мне постоянно врали? — спросила я.

Действительно не понимаю этого феномена. Она же точно все знали и помнили, но молчали… молчали и дурили меня!

— Не злись на них, они хотели как лучше и… — но договорить светловолосому было не суждено.

— А получилось как всегда! — рыкнула, перебив парня, я.

Как они могли? Я верила им… каждому слову. Поэтому я и не могла вспомнить, как мы познакомились. Мы же не в доме Далена познакомились, как они мне сказали! Академия… я забыла все, что с ней связано, а они решили, что так лучше. Решила за меня…

— Эри, послушай меня… я бы сделал то же самое, если бы тебе и мне пришлось уплыть с острова, забрав Нэлли от Эда. Я бы тоже не стал ей рассказывать о академии. Просто подумай, в каком состоянии они тебя видели, подумай о том, что они чувствовали, когда ты была ни жива, ни мертва. Подумай и спроси себя, что бы ты сделала, окажись ты на их месте, — медленно и спокойно проговаривал Рэн, держа меня за плечи.

Я задумалась… если быть честной, то я не знаю, что б я сделала на их месте. Слишком сложно… я помню, как выглядела, когда не забыла про Рэна, помню, что со мной было и как от этого страдали ребята, но… то, что они сделали, это слишком жестоко. Да, они не знали, что у меня начинает ехать крыша, потому что меня грызло чувство, что я забыла что-то, точнее, кого-то важного.

— Я бы не врала. Сказала бы про академию, а про Эда умолчала, — подумав, ответила я.

— Они не хотели тебе напоминать вообще об этом, боялись, что ты сможешь меня вспомнить и снова начнешь убиваться. Это, кстати говоря, мы потом еще обсудим, — под конец тон парня стал серьезным и твердым, как его взгляд.

Ага, значит, мне еще и влетит за это… ну класс, что еще сказать.

— Рэн, а ты умеешь порталы выстраивать? — спросила я.

— Да, могу. А что такое? Летать не нравится? — в открытую издевался падший.

— Нет, не нравится. Особенно при такой погоде. Давай отправимся домой? Уж прости, но мне не очень-то и хочется находиться тут, — ответила я, вспомнив «радушный» прием его семейства.

Если честно, то об этом совсем вспоминать не хотелось. Я, работая секретарем, много взглядом на себе примерила, но то, как просверлили меня взглядом его родственнички… Так на меня, пожалуй, никто не смотрел.

Падший выстроил портал и мы очутились на береговой линии. Вдали виднелся наш дом. Бейлес, видимо, специально тут портал открыл, чтобы прогуляться, поговорить…

— Ты же знаешь о том, что у Эда и Нэлли связь? Эд ее, как лаафи, неосознанно подавлял, но сейчас она настигла своего пика и, я думаю, будет лучше, если ты от них съедешь, — выдал Рэн.

Я встала, как вкопанная. Так вот о чем говорила ведьма! У них связь! Нет, я, конечно, думала насчет этого, но почему-то думала, что этого быть не может…

Про желательный переезд падший верно заметил. Я не хочу им мешать, но… мне некуда съезжать от них. Не думаю, что в скорое время я смогу заработать себе на жилье, а брать слиток золота, что у нас остался от Анхеллес, не хотелось вовсе.

Нет, я в глубине души даже скучаю по этой рыжей ведьме, но… не могу ее простить за все это. То, что Рэн сейчас здесь, со мной, доказывает то, что он сразу мог уплыть с нами, но ей и Аргесту было выгоднее, чтобы он остался в академии. Сестра Эда — лаафи, детище ведьм, а Рэн — падший, детище пожирающих. Они питали их… Конечно да, Анхеллес и Аргест сдерживают злых духов острова, но ведьма решила заплатить этим духам нашим с Рэном счастьем, разлучив нас. Я верю, что она воспринимает меня, как друга, верю, что ей самой было от части паршиво от этого, но… но за ошибки свои нужно отвечать.

— Эй, ты чего загрустила? — спросил Бейлес, приобняв.

— Про Анхеллес вспомнила… ну, ничего, бывает. Ты прав, мне нужно съехать от Эда и Нэлли. Нужно подумать только куда, — быстро ответила я.

Кажется, нужно снова учиться контролировать свои эмоции, а то совсем со всей этой ложью разучилась это делать.

— Боже, Эри, я тебя зову жить к себе, что тут непонятного? — хмыкнув, выдал Рэн.

Я потеряла резко возможность дышать. Жить вместе…. серьезно? Нет, мы пару дней жили конечно в комнатах по соседству, вместе ночевали, но жить вместе… По мне так это очень ответственный шаг и я боюсь, что не готова еще к нему.

— Эм… я не готова, прости, — честно ответила я.

— Как это не готова? Эри, родная моя, тебе напомнить, что происходило с нами в последние дни, что мы были вместе? И ты действительно считаешь, что не готова к этому? — возмущенно выдал Бейлес.

Мои щеки заполыхали. Нет, я не стыжусь того, что между нами было, но все же неловко было… особенно если вспомнить, что в самую последнюю встречу я его усыпила и ушла. Значит вот о чем он поговорить со мной хотел… Упс.

— Рэн, мне нужно все переварить, понимаешь? — ответила ему я, взяв за руки и смотря в его глаза.

Парень шумно выдохнул и легонько кивнул головой.

Мы продолжили путь к дому, держась за руки и молчали. Знаю, что он вот-вот что-то спросит у меня, и начинаю прикидывать, что он может спросить и предположительные ответы… Если он спросит, когда я буду готова к тому, чтобы жить вместе, то попрошу дать хотя бы неделю. А если попросит не обижаться на Нэлли и Эда, то отвечу, что просто с ними поговорю… в принципе, я так и собиралась сделать. А если он спросит…

— Тебе понравилось? — остановившись, серьезно спросил Рэн.

Я не поняла смысл вопроса. Нет, возможно я его и поняла, но вот только я не знаю, о чем именно он говорит.

— Ты о чем? — спросила я, подняв на инстинктивном уровне одну бровь вверх.

— Та ночь, — пояснил парень, подойдя ко мне вплотную.

Щеки заалели повторно, а из груди вырвался смех. Боже, нашел он что сейчас спрашивать! Рэн весело улыбнулся и поцеловал меня, подняв на руки. Было понятно, что его особо и не интересовал мой ответ, он сам его знает (спасибо, связь). Бейлес просто хотел немного разбавить обстановку этим вопросом.

— Кстати, ты свои ноты оставила. Я их взял с собой, нужно будет отдать, — проговорил тихо он, смотря на меня.

Мелодия того дождя… Именно ее я постоянно играла и не могла понять, откуда я знаю эту мелодию! Я перерыла все, что можно было, но никак не могла найти этой мелодии нигде… Она всегда казалась мне очень знакомой, родной, но нигде, кроме моей головы, я ее не встречала, что тогда казалось мне странным.

— Я помню их наизусть, — обняв его, ответила я.

Content

Брунс Анастасия
МЕЛОДИЯ ДОЖДЯ

1.1

1.2

1.3

1.4

1.5

1.6

1.7

1.8

1.9

1.10

2.0

2.1

2.2

2.3

2.4

2.5

2.6

2.7

2.8

2.9

2.10

3.0

3.1

3.2

3.3

3.4

3.5

3.6

3.7

4.1

4.2

5.1

5.2

6. КОНЕЦ