Даниил Юрьевич Алексеев

Создание Отряда Спасителей

Посвящается моим друзьям толкинистам и памяти Егора Летова

Пародия-продолжение

(Ироническая эпопея о Средиземье через 600 лет после Толкина и 300 лет после Перумова)

Предисловие хрониста

Предложенный читателю вариант хроник составлен на основе летописей и документов разных народов, а также свидетельств современников. Важным источником информации является легендарная Красная Книга, а также Хроники Королевства Арнор, Летопись Урукхайского Королевства и другие. Особенно приятно отметить труд моей племянницы «Орки обыкновенные как этнос: происхождение, социальный уклад, культура, быт и нравы». К сожалению, в Красной Книге немало пробелов, так как многие страницы слиплись и заляпаны пивом. По-прежнему для нас остаются малодоступными и архивы Валинора. Кроме того, в летописях и рассказах очевидцев события часто интерпретируются по-разному.

Однако, несмотря на все трудности, великие свершения Пятой Эпохи заслуживают того, чтобы поведать о них уже сегодня. Работа над хрониками тем временем будет продолжена, и их полный вариант будет подготовлен к выходу отдельным изданием. Для удобства читателя к произведению прилагается хронологическая таблица основных дат Пятой Эпохи, работа над которой также ещё ждёт своего завершения.

К нашему глубочайшему сожалению современная молодёжь весьма неохотно изучает историю, и знания о ней имеет поверхностные. А посему мы сочли уместным сопроводить настоящие хроники вступлением, кратко напоминающим основные события прошедших эпох, примечаниями, а также приложениями. В приложения включена краткая энциклопедия Средиземья, составленная хронистами Арнора. Дабы не забегать вперёд, в ней приведены данные на момент создания Отряда Спасителей. Там же даны хронология событий, таблицы о составе Отряда Спасителей, а также отряда Хранителей (для сравнения и напоминания) и карта Средиземья Пятой Эпохи.

Хочется подчеркнуть, что все факты, изложенные в книге, абсолютно достоверны, и в ней нет ни одного вымышленного персонажа. В представленном труде чувствуется дух нашего гуманного времени, ибо ни в одну из предшествующих эпох столь разноплемённые герои (Спасители представляют 7 различных рас Средиземья) не смогли бы собраться в один отряд. Хроники рассчитаны на широкого читателя, создают правильное представление о событиях Пятой Эпохи, дают обильную пищу для ума и чтение их зело пользительно в деле воспитания юных отроков.

Пенопласт Аннуминасский, Главный Хронист Королевства Арнор

Вступление для чайников

Дорогой читатель! Если ты открыл эту книгу, значит, несомненно, являешься настоящим толкинистом с солидным стажем, маститым специалистом по истории и географии Средиземья. Ты, конечно же, прочёл все книги Толкина, Перумова и прочих авторов, где хоть раз упомянуты хоббиты. Пересмотрел все фильмы о Средиземье и знаешь, что на самом деле всё было совсем не так. А может быть, даже, только вчера лично видел Бильбо. В таком случае смело можешь пропустить это вступление, оно не для тебя.

Но если ты болел, когда все читали Толкина, если слово «хоббит» вызывает ассоциации только со словом «хобот», обязательно изучи вступление, и узнаешь краткое содержание предыдущих серий.

1. О сотворении Арды её духах и народах

Сначала был Эру Единый, позднее прозванный Илуватар. Висел он себе мирно в бескрайней Пустоте и размышлял о вечном. Но в один прекрасный день это, несомненно, достойное во всех отношениях занятие ему наскучило и появилось у него неодолимое желание что-нибудь натворить. Первым делом сотворил он Айнуров из дум своих. А за целую вечность надумать он успел много всякого. Один Эру знает, из каких мыслишек воплотился Мелькор, ставший живым воплощением Зла, и известный впоследствии на Арде как Чёрный Враг Мира Моргот. Свой зловредный нрав он проявил с самого начала, дважды испортив песню хора Айнуров. Лишь из Третьей Темы народился мир, наречённый Арда. Для реализации творческого замысла Айнуры вступили на землю Арды, став её стихиями или валарами.

Был среди них и Мелькор, Восставший в Мощи, превыше других Айнуров одарённый мудростью и силой, владевший частицами открытого каждому из его братьев. Самый могучий из Айнуров решил захватить Арду, объявив её своей, но остальные этому воспротивились. Так началась борьба Мелькора с валарами, которых люди называли богами. Всего валаров было четырнадцать: владык валаров семь и столько же вал или владычиц валаров.

Верховным валаром, Повелителем Арды и всего, что там живёт, стал Манвэ, прозванный Сулимо — Веятель, Владыка дыхания Арды, властелин воздушной стихии и быстрокрылых птиц. В думах Илуватара он был братом Мелькора. Восставший в Мощи был сильнее, но Манвэ ближе к Илуватару, и как считается, лучше всех понимает его замыслы.

Супруга Манвэ — Варда, Владычица Звёзд, прекрасная настолько, что не описать её словами эльфов или людей; ибо свет Илуватара сияет в её лице. Сила и радость Варды в Свете. Из глубин Арды примчалась она на помощь Манвэ; поскольку знала Мелькора ещё до создания Песни и отвергла его. Чёрный Враг Мира ненавидел её и боялся более всех, кого создал Эру, и этот страх инстинктивно унаследовали его последователи. Из всех духов Мира эльфы более всего любят и почитают Варду (правда, Авари, Эльфы Востока, об этом не знают). Они зовут её Элберет и взывают к ней из мглы Средиземья, возносят ей песни при восходе звёзд.

Ульмо — Владыка Вод и Морской Король. Он одинок и вечно странствует. Лишь Манвэ более могущественен чем он.

Аулэ, создатель суши земной, кузнец и знаток всех ремёсел, по крутизне немногим уступает Ульмо. Он владеет всеми веществами, из которых сотворена Арда. Создал все драгоценные камни, дивное золото, величественные стены гор, глубокие чаши морей. В тайне от Илуватара сотворил гномов, которыми почитается как Великий Кузнец Махал.

Подруга Аулэ — Йяванна, Дарительница Плодов. Владычица растительного царства, покровительствует всему, что живёт и растёт. Создательница Древ Валинора. По её просьбе Илуватаром созданы пастухи деревьев — энты. В женском облике высока и одета в зелёное.

Феантури, владыки душ, — братья и чаще всего зовутся Мандос и Лориэн. Но это лишь названия мест, где они живут в Валиноре, а истинные их имена — Намо и Ирмо.

Намо, старший, живёт в Мандосе, на Западе Валинора, владелец Палат Мёртвых, собиратель душ убитых в бою. Возглавляет Валарское Разведывательное Управление (ВРУ). Он ничего не забывает и знает всё, что будет, кроме того, что осталось в воле Илуватара. Намо — Вершитель Судеб у валаров, но объявляет свои пророчества и приговоры лишь по велению Манвэ.

Вайра — Ткачиха, верная подруга Намо. Вплетает всё когда-либо происшедшее, в свои ткани, и все чертоги Мандоса, которые всё ширятся с уходом веков, увешаны ими.

Ирмо, младший брат Намо и его первый заместитель по ВРУ. Его сады в Лориэне, что в земле валаров, и нет в мире им равных по красоте. Ирмо — господин видений и снов, владеет техникой гипноза, незаменим при допросах и стирании памяти.

Нежная Эстэ — целительница ран и усталости, подруга Ирмо. Её дар — отдых. Из источников Ирмо и Эстэ все обитатели Валинора черпают бодрость, часто сами валары находят у них облегчение от бремени Арды. Эстэ отвечает за медицину в военное время и сбор гуманитарной помощи для Средиземья.

Ниенна — Вечно Скорбящая, сестра Феантури, сильнее Эстэ, вместе с которой отвечает за гуманитарную помощь. Скорбит по поводу и без оного. Ещё в хоре Айнуров её напев обратился в плач. Те, кто внимают ей, учатся состраданию, терпению и надежде, получают силу духа и обращают скорбь в мудрость, но при близком общении она невыносима.

Тулкас — самый физически сильный и удалой боец из валаров, личный телохранитель Манвэ. Его прозвали Астальдо, Доблестный. Тулкас явился на Арду, чтобы помочь валарам в первых битвах с Морготом. Он любит борьбу и состязание в силе, во время которых его лицо краснеет, за что враги прозвали его «краснорожий качёк и каратист». Астальдо не ездит верхом, поскольку пешком может обогнать любого, он неутомим. Волосы и борода у него золотистые, а тело — медно-красное, основное оружие — руки. Его не заботит ни прошлое, ни будущее, он плохой советчик, но верный друг. Тулкас всегда смеётся, и в состязании, и в бою, он смеялся даже пред ликом Мелькора в битвах, сотрясших Мир после рождения эльфов.

Нэсса — подруга Тулкаса и сестра Оромэ. Легкомысленная помощница Йяванны, легконогая и гибкая. Особенно любит оленей, которые следуют за ней в дебрях, а иногда и не только в них. Но Нэсса, быстрая как стрела, с ветром в волосах, а заодно и в голове, опережает оленей. Ещё она любит танцы и танцует в Валиноре на полянах, поросших неувядающей травой.

Оромэ — Великий Охотник и Владыка Лесов. Он менее наделён физической силой, чем Тулкас, но более страшен в гневе. Оромэ любит Средиземье и неохотно расстался с ним, последним придя в Валинор. Он охотник на чудищ и лихих тварей, любит собак, коней и деревья. Его коня зовут Нахар, на солнце он белый, а в ночи сияет серебром.

Вана — Вечно-юная, подруга Оромэ, младшая сестра и помощница Йяванны. Цветы прорастают там, где она проходит, и расцветают, если она взглянет на них, птицы поют при её приближении.

Вслед за валарами пришли менее могучие духи — майары, их своеобразные подмастерья. «То же, что и валары, только труба пониже да дым пожиже», — метко говорили о них Авари — эльфы, отказавшиеся от Света Валинора во имя Собственного Света. Многих майаров привлёк блеск Мелькора в дни его величия, и они остались верны ему во Тьме, других сманил он на службу ложью и предательскими дарами.

Ильмарэ — майя, приближённая Варды, её имя настолько часто упоминается в хрониках Предначальной Эпохи, что больше про неё ничего не известно.

Эонвэ — знаменосец и вестник Манвэ, непревзойдённый во владении оружием. В конце Предначальной Эпохи вёл войско валаров против Моргота. Ему хватило ума после победы над Мелькором отпустить Саурона.

Оссэ — вассал Ульмо и господин морей, что омывают Средиземье. Он не уходит в глубины, а любит побережье и острова. Оссэ радуется ветрам Манвэ и, наслаждаясь бурей, хохочет среди волн. По некоторым данным, переходил на сторону Мелькора, чтобы получить владения и могущество Ульмо, но Уинен заставила его вернуться на путь истинный. Однако неистовство не покинуло его и иногда ярится по своей воле, без приказа Ульмо.

Уинен — Владычица Морей, подруга Оссэ, чьи распущенные волосы струятся по волнам. Вероятно, именно она стала прообразом русалок. Уинен любит всё, что живёт в солёной воде, и всё, что растёт там, а также малосольные огурцы. К ней взывают моряки, ибо она может успокоить волны, смирив буйство Оссэ. Нуменорцы долго жили под её защитой и почитали наравне с валарами.

Мелиан — майя, служившая Йяванне, а также Ване и Эстэ. Долго жила в Лориэне, где дружила с Олорином и ухаживала за деревьями в садах Ирмо. По некоторым данным, Олорин в свою очередь ухаживал за ней. Затем ушла в Средиземье, где стала женой эльфийского короля Тингола, после гибели которого вернулась в Валинор. Куда бы она ни шла, соловьи пели вокруг неё.

Олорин — мудрейший из майаров, один из заместителей главы ВРУ, куратор оперативной работы в Средиземье. Жил в Лориэне, но часто проходил стажировку у разных валаров. Многое перенял у Аулэ, у Неенны научился терпению и сопереживанию. Неоднократно забрасывался в Средиземье для проведения спецопераций. Был внедрён к эльфам под именем Митрандир. В Третью Эпоху вновь отправлен в Средиземье для борьбы с Сауроном, под оперативным псевдонимом Гэндальф Серый, и успешно довёл свою миссию до полной победы. Лично разработал операцию «Синий Цветок». Не женат.

Курумо (Курунир) — майар служивший Аулэ. В Третью Эпоху под именем Саруман заброшен в Средиземье вместе с Олориным. Первоначально был главой магов, посланных из Валинора для борьбы с Сауроном, и возглавлял Белый Совет Мудрых. Печально знаменит как двойной агент. Через палантир попал под влияние Саурона, но пытался вести собственную игру. Для своих целей создал урукхаев путём скрещивания орков и людей. Потерпев поражение, захватил власть в Хоббитании, но не смог её удержать. После чего был зарезан своим приспешником Гнилоустом. В Четвёртую Эпоху возродился в облике пса.

Саурон — главный из известных приспешник Моргота и его наследник. Вначале был одним из майаров Аулэ и остался велик в преданиях своего народа. Перейдя на сторону Чёрного Врага Мира, участвовал во всех его преступлениях, в том числе в создании орков, в которых Мелькор чарами и жестокостью превратил захваченных эльфов. После того как Моргот был побеждён, скован и отправлен за пределы Мира (прямо в открытый космос), сам стал Властелином Тьмы, заслужив имя Гортхаур Жестокий. Неоднократно, будучи разбитым, возрождался, но после уничтожения Кольца Всевластья, вроде бы окончательно исчез.

Балроги — Огненные Бичи, демоны страха, считаются самыми ужасными из слуг Мелькора.

Не желая утомлять читателя лишними подробностями, всё же скажем несколько слов об основных народах Арды.

Эльфы — Перворожденные, Старшие Дети Эру, первыми пришедшие в Мир. Эльфы прекрасны и внешне не стареют. Считалось, что Перворожденные бессмертны, хотя их можно убить, но, умирая, они не уходили из Круга Мира, а возрождались. Души погибших эльфов попадают в Мандос.

Люди — Пришедшие Следом, Младшие Дети Эру, пробудившиеся в Хильдориэне (Земли Пришедших Следом), на дальнем востоке Средиземья, при первом восходе Солнца. По замыслу Илуватара они смертные, то есть не возрождаются в этом Круге Мира.

Гоблины — первоначально общее название всех созданий Моргота, позднее собирательное название орков и урукхаев. В Пятую Эпоху наиболее просвещённые эльфы и люди считают их Блудными Детьми Эру.

Орки — первоначально название одного из племён горных гоблинов, постепенно распространившееся на всех Блудных Детей Эру. В Пятую Эпоху к ним относили всех гоблинов кроме урукхаев. Созданы Морготом из похищенных эльфов с помощью колдовства и жестокости как прямая им противоположность. Орки уродливы, злобны, не выносят яркого света, подсознательно ненавидят эльфов, считаются врагами красоты и порядка. По некоторым источникам, эти извращённые эльфы являются пожирателями падали и каннибалами. В то же время в глубине своих тёмных сердец орки всегда ненавидели Мелькора и Саурона, создавших не их самих, но лишь их гнусность, и служили им лишь из страха.

Урукхаи — первоначально боевые гоблины, созданные Саруманом путём скрещивания орков с людьми. Поэтому в Третью и Четвёртую эпохи назывались также сарумановы орки. В отличие от обычных орков искренне почитали и любили своего создателя, были крупнее, сильнее и не боялись света. После гибели Сарумана пользовались всеобщей ненавистью как полукровки. Последний Поход против них времён Четвёртой Эпохи в Пятую Эпоху признан актом геноцида. На рубеже Четвёртой и Пятой эпох основали независимое королевство на северо-западе Средиземья.

Гномы — народ, созданный Аулэ, живут обычно под землёй. Тангары, как они себя называют, отличные рудокопы и рудознатцы, искусные камнерезы, ювелиры и кузнецы. Ростом гномы значительно ниже людей и эльфов, широки в плечах и носят длинные бороды. Размножаются тангары медленно из-за малого количества женщин. Гномы вспыльчивы, алчны, упрямы, но всегда воевали с Врагом.

Нидинги — карлики, самый маленький и малоизученный народ Средиземья, происхождение которого до сих пор неизвестно. Ростом нидинги с локоток хоббита, селятся в заброшенных выработках. От природы они хитрые и вороватые, работать не любят, зато из них получаются отличные шпионы. К моменту описываемых событий не имели своей государственности.

О хоббитах следует рассказать отдельно.

2. О хоббитах

Хоббиты — один из самых симпатичных и таинственных народов Средиземья, происхождение которого до недавнего времени оставалось покрыто мраком. Вроде бы они главные герои Красной Книги, но в их истории до сих пор множество тайн и загадок. Возможно, это объясняется тем, что невысоклики избегают встреч с людьми (которых называют Громадинами) и прочими разными эльфами. Осев в западных землях, хоббиты сразу полюбили свою новую родину, жили тихо, стараясь не вмешиваться в события за её пределами, и оказались практически выключенными из истории людей и эльфов.

Хоббиты — народ безобидный и очень древний. В давние времена их было много, теперь осталось гораздо меньше. Живут они по-прежнему тихо и незаметно, любят покой и хорошо ухоженную землю и всего охотнее селятся там, где можно с успехом заниматься сельским хозяйством. Они никогда не любили и не понимали машин сложнее кузнечных мехов, водяной мельницы и прялки, хотя среди них попадались умелые ремесленники, и мелкими орудиями они пользовались ловко.

Ростом хоббиты маленькие: от двух до четырёх футов. В Пятую Эпоху всё Средиземье перешло на Всеобщую Метрическую Систему Мер, но хоббиты по старинке всё меряют в футах. Один фут — 30,5 см (здесь и далее, примечания хрониста). Таким образом, рост хоббитов примерно 60-120 см. Сейчас редко кто дотягивает до трёх футов (90 см), отсюда их прозвища «полурослики», «невысоклики» и «половинчики». А ведь раньше встречались хоббиты гораздо выше. По свидетельству Красной Книги Брендобрас Тук (он же Бычеглас), сын Исенгрима второго, прославленный победой над орками в Битве на Зелёных Полях (Третья Эпоха, 1147 год Летоисчисления Хоббитании (Л. Х.)), был ростом четыре с половиной фута (более 135 см) и мог сесть верхом на коня. Согласно тому же источнику только два богатыря переросли Бычегласа, это герои Отряда Хранителей испившие Воду Энтов Мериадок Великолепный и Перегрин Тук.

В отличие от гномов хоббиты безбородые, меньше ростом, не такие плотные и в плечах поуже. У них обычно круглые животики (и вообще они склонны к полноте), добродушные лица, длинные ловкие коричневые пальцы и глубокий сочный смех. Обувь (за исключением Восточного Удела и Бэкланда) почти не носили, потому что кожа на их ступнях была толстая, а ноги обрастали густой волнистой шёрсткой чаще всего каштановой, и волосы на голове были такие же. Невысоклики широколицые, ясноглазые, краснощёкие, с большими ртами, которыми можно улыбаться, громко хохотать, есть и пить. Половинчики смеялись, ели, и пили с удовольствием в любое время (а питались они по шесть раз в день, если еды хватало), любили простую добрую шутку, очень любили принимать гостей, а дарить подарки обожали не меньше чем их получать.

В общем, это был весёлый народец. Одевались полурослики в яркие и светлые цвета, особенно любили жёлтое и зелёное. У них прекрасный слух, острое зрение, и, несмотря на склонность к полноте, они умеют быть весьма проворными, если надо, обладая искусством быстро и бесшумно исчезать при появлении Громадин.

Первоначально все хоббиты жили в норах. Согласно теории известного морийского учёного Дьюрвина, изложенной в труде «О происхождении видов», хоббиты произошли от кроликов. По версии этого мудрого гнома само слово «hobbit» произошло от слов «homo» — человек и «rabbit» — кролик. Интересно, что в некоторых источниках Туков называют Кроли.

Со временем техника домостроительства у хоббитов менялась, ибо пришлось приспосабливаться к обстоятельствам. Постепенно даже в холмистых областях появилось много деревянных, кирпичных и каменных строений. Но характерной чертой хоббитской архитектуры остались круглые окна и двери.

Древнейшие летописи позволяют предположить, что в одну из давних эпох предки невысокликов жили в верховьях Великой Реки Андуин между Великим Зеленолесьем и Мглистыми Горами. Впрочем, откуда они там взялись, до недавнего времени было покрыто мраком. О причинах трудного и опасного перехода через горы в Эриадор тоже ничего точно не известно. Хоббитские источники говорят, что тогда в тех краях стали множиться люди, сообщают и о какой-то зловещей Тени, упавшей на Лес, после чего он стал называться Лихолесье.

История Хоббитшира началась с того, что в 1601 году Третьей Эпохи два брата Марчо и Бланко вышли из Пригорья. Получив разрешение Короля Арнора (согласно Гондорским Хроникам им был Аргелеб II, двадцатый Король из Северной династии, которая закончилась на Короле Арвиде через 300 лет), они с многочисленным отрядом хоббитов перешли бурную реку Барендуин по Мосту Каменных Арок, построенному во времена расцвета Северного Королевства, и заняли обширный район между рекой и дальними холмами. Обосновавшись там, они должны были содержать в порядке Главный Мост и другие мосты и дороги, оказывать помощь королевским гонцам и признавать свою подчинённость Властителю.

Пока существовало Северное Королевство, хоббиты считались подданными Короля, но только номинально, потому что правили ими собственные правители, а во всё остальное они не вмешивались. После его падения они выбрали из своих достойнейших граждан Тана, который поддерживал порядок в отсутствии Короля. Ситуация практически не изменилась ни при Воссоединённом Королевстве Арнора и Гондора, ни при Истерлингской Династии.

Половинчики были миролюбивым народом и чужестранцам казались безобидными обывателями. Но как ни странно, несмотря на покой и сытость, невысоклики оставались сильными и выносливыми. Не то, что убить, даже запугать хоббита было трудно. Невысоклики стойко переносили войны, горести и непогоду, неизменно поражая тех, кто судил о них по внешнему виду, круглым щекам и животикам. Разозлить их было непросто, охоту ради убийства живых существ они не признавали, но по необходимости становились хорошими бойцами и неплохо владели оружием. В частности, они прекрасно стреляли из луков. Неудивительно, что из них получались такие великие герои как Бильбо, Фродо, Фолко и другие, от которых не раз зависела судьба Средиземья, и они с честью выдержали все испытания. Казалось, что кто-то неведомый вложил в их маленькие тельца могучий потенциал, искусно замаскированный и дремлющий в ожидании часа икс.

Ещё одной тайной маленького народа была их водобоязнь. Хоббиты с опаской относились к воде, к рекам и лодкам. Среди них мало кто умел плавать. Но больше всего их страшило море. Оно наводило на невысокликов инстинктивный ужас, настоящая причина которого была ими благополучно позабыта. Слово «море» чаще применялось в качестве пугала, и было символом смерти. Даже от гор на Западе, за которыми начинался Великий Океан полурослики стали отворачивать взгляд.

Хоббитшир делился на четыре части, именовавшиеся Уделами: Северный, Южный, Западный и Восточный. В каждом уделе было по нескольку Земель, названия которых хранили фамильные имена старинных кланов, хотя эти кланы могли уже не жить в своих исконных землях. Так почти все Туки продолжали селиться возле Тукборо, но Торбинсы и Боффины давно оторвались от земли предков.

Кроме четырёх Уделов было ещё два больших края — Бэкланд, с центром в Бакбуре на востоке и Западная, или Новая, Марчия (названа в честь невысоклика Марчо, одного из основателей Хоббитании), — которые были официально присоединены к Хоббитании в 1462 г. (Л. Х.). В последней на Белых Холмах располагалась столица Хоббитшира город Мичел Делвинг (Землеройск). Столичный Бургомистр выбирался раз в семь лет на свободной ярмарке, ежегодно проводившейся в День Середины Лета.

По власти, престижу и влиянию Бургомистр конкурировал с самим Таном. Он восседал во главе стола на банкетах по поводу бесчисленных хоббитских праздников. Заодно Бургомистр считался Главным Почтмейстером и Верховным Шерифом Хоббитании. То есть сосредоточил власть над почтальонами и полицейскими. Собственно шерифы формы не носили и были скорее пастухами, чем полицейскими. Главным их делом было разыскивать и приводить домой заблудившуюся скотину, так как беспорядков среди хоббитов не случалось. Так было до 15 июля 296 г. Пятой Эпохи, пока Бургомистром не стал Лавриодок Стук. Фактически Верховному Шерифу подчинялся и постоянный отряд, заменяющий собой регулярную армию. Этот отряд обходил границы, узнавал новости и следил, чтобы никакие чужеземцы не причинили вреда хоббитам.

Таном обычно становился старейшина одного из самых влиятельных кланов. Долгие годы в Хоббитании неизменно главенствовал род Туков. Тан был главой Великого Всехоббитанского Сбора, председательствовал на судах и собраниях, проводил наборы и руководил военными силами, включая всеобщее ополчение. Но суды и собрания собирались очень редко, в исключительных случаях, а военные силы в обычное время применения вообще не находили. Так что в мирное время (то есть долгие века, за исключением общесредиземских войн) титул Тана оставался лишь почётным титулом.

3. О Кольцах Власти и Третьей Эпохе

После падения Моргота, Саурон вначале скрывался, но, увидев, что валары вновь забросили Средиземье, осмелел. Ему удалось внедриться к эльфам, приняв прекрасный облик и имя Аннатар, Даритель. Многому научившись у Дарителя, эльфы под его чутким руководством создали Кольца Власти, а Саурон тайно выковал Единое, что повелевало всеми прочими, вложив в него большую часть своей силы и воли. Но едва надел Саурон на палец Единое Кольцо, эльфы поняли, что он хочет их поработить, и скрыли свои артефакты. Саурон пришёл в ярость и объявил им войну, требуя вернуть все кольца. Три Кольца, созданные позже остальных, эльфам всё же удалось сохранить. Звались они Нарья, Нэнья и Вилья — Кольца Огня, Воды и Воздуха, украшенные рубином, адамантом и сапфиром. Сапфир хранился у короля Элронда, Адамант у владычицы Галадриэль, а Рубин первоначально был у Кирдана Корабела, владыки Серебристой Гавани, но он отдал его Митрандиру.

Все остальные Кольца Власти Саурон захватил и передал народам Средиземья, чтобы их поработить. Семь Колец он вручил гномам, но они оказались слишком неподатливы и упрямы, чтоб их покорить. Тангары не терпели над собой чужой власти и использовали Кольца лишь для добычи богатства. Но в их душах зародились скорый гнев и всепоглощающая жажда золота. Одни кольца сгинули в драконьем пламени, а другие Саурону удалось вернуть. Успешнее пошло дело с людьми, которым он отдал Девять Колец. Их обладатели стали королями, витязями и чародеями, стяжали славу и богатство. Но постепенно они превратились в рабов колец — Назгулов, Призраков Кольца, ужаснейших и самых преданных слуг Саурона.

Тёмный Властелин пытался захватить всё Средиземье, но натолкнулся на мощь острова Нуменор, где жили три рода людей, в войнах с Морготом оставшихся верными Валинору. Валары в награду за верность и в порядке компенсации за невозможность попасть в Благословенный Край поселили их на острове между Валинором и Средиземьем, продлив век избранных, даровав мудрость и власть над прочими смертными, но, запретив плавать в Валинор. Их король Ар-Фаразон высадился в Средиземье и потребовал от Саурона принести ему присягу на подданство. Что Тёмный Властелин и исполнил. Ар-Фаразон привёз Саурона в Нуменор в качестве заложника, но вскоре тот стал его ближайшим советником и подговорил короля высадиться с войском в Валиноре, чтобы получить бессмертие. Однако Манвэ воззвал к Илуватару и тот затопил Нуменор со всеми его жителями. Сам Саурон низвергся в бездну. Но дух его уцелел и вернулся в Средиземье.

Спаслись лишь немногие Верные, отказавшиеся участвовать в авантюре по захвату Валинора. На девяти кораблях во главе с Элендилом и его сыновьями Исилдуром и Анарионом они высадились в Средиземье. Элендил основал Северное Королевство Арнор, а его сыновья Анарион и Исилдур — Южное Гондор.

В конце Второй Эпохи произошла новая война между вернувшимся Сауроном и Последним Союзом эльфов во главе с Гил-Гэладом и людей под водительством Элендила. У врат Мордора произошла решающая битва. Всё живое разделилось в тот день на два лагеря, и существа одного племени, даже звери и птицы, сражались на обеих сторонах — все, кроме эльфов, шедших под знамёнами Гил-Гэлада. Последний Союз победил в этой ужасной битве. Ещё семь лет длилась осада Мордора. В последних сражениях погибли Анарион, Элендил и Гил-Гэлад, но Саурон был разбит. Добивший Врага Исилдур отрубил с его руки палец с Кольцом Всевластья и взял его себе. Элронд и Кирдан советовали ему уничтожить Кольцо, бросив его в Ородруин, но наследник Элендила их не послушал. Из-за этого исилдурацкого поступка проистекли почти все последующие беды.

Возвращаясь домой, Исилдур попал в засаду орков. Кольцо вначале скрыло его от их глаз, но когда отважный герой переплывал Андуин, предательски соскользнуло с пальца и исчезло в воде. В итоге орки расстреляли его из луков. А Кольцо нашёл Горлум, превратившись под его влиянием в одинокую и злобную тварь.

Северное Королевство распалось на мелкие княжества, и враги уничтожили их одно за другим. Гондор тоже с трудом удерживал вражеский натиск. Королевский род потомков Анариона пресёкся, и Южным Королевством правили наместники из рода Мардиля Верного, фактически основав новую династию. На помощь в борьбе с вновь воскресшим Сауроном из Валинора были направлены маги во главе с Саруманом и Гэндальфом. Они вместе с мудрейшими из эльфов собрали Белый Совет, и Саруман был избран его главой.

Саурон искал Кольцо Всевластья, чтобы возродить свою мощь. Искали его и Саруман с Гэндальфом. Саруман захотел присвоить могущественнейший артефакт, чтобы самому стать властелином Мира. Кольцо же по странной прихоти судьбы попало к хоббиту Бильбо Торбинсу во время похода к Одинокой горе. Вот как тот поход описал в своих мемуарах сам Саруман Многоцветный:

«Взломщик или стырить и смыться

Однажды особо опасный маг-рецидивист по кличке Серый (он же Гэндальф, он же Митрандир, он же Олорин) собрал преступную группу из тринадцати гномов, к которой был привлечён, с целью выкрасть сокровища, некий Бильбо по кличке Взломщик ранее не судимый. Свою преступную деятельность Бильбо начал с неудачной попытки похитить кошелёк у троллей. Среди дальнейших его криминальных деяний незаконное присвоение Кольца Всевластья, массовые драки с гоблинами, похищение чаши у дракона Смога и драгоценного камня Аркенстон у гнома Торина, а также мелкие кражи в Лихолесье…»

Если отбросить тенденциозность, свойственную автору, то последовательность событий изложена верно. К тому же читатель наверняка знаком с мемуарами Б. Торбинса «Хоббит или туда и обратно» положившими начало легендарной Красной Книге.

Бильбо хранил у себя Кольцо, пока до Гэндальфа не дошло, что это и есть Кольцо Всевластья. После чего на Белом Совете было решено уничтожить его, бросив в Ородруин. Это бремя с одобрения Митрандира и Совета принял на себя племянник Бильбо Фродо Торбинс. Ему в помощь был сформирован Отряд Хранителей, в который вошли ещё три хоббита: Сэм, Мерри и Пин; люди: тридцать девятый потомок Исилдура по прямой линии Арагорн и старший сын наместника Гондора Боромир; эльф Леголас, сын Короля Лихолесья Трандуила; гном Гимли и сам Гэндальф. В ходе легендарного похода Боромир погиб, но Бродо сумел уничтожить Кольцо в Пламени Роковой Горы, где оно и родилось. С ним пал Саурон, обратившись в бессильный злобный призрак, сгинул и предатель Саруман. Арагорн стал королём Арнора и Гондора, возродив их величие. Три Кольца потеряли свою силу, и большинство эльфов во главе с Элрондом и Галадриэлью покинули Средиземье. С ними уплыли в Валинор Гэндальф, Леголас, Бильбо и Фродо, а после смерти жены и Сэм. Так закончилась Третья Эпоха.

4. О Четвёртой Эпохе

В Четвёртую Эпоху главным возмутителем спокойствия оказался Олмер из Дэйла, из рода спутника Фродо и сына последнего наместника Гондора Боромира. Боромир Гондорский не признавал прав Арагорна на корону Гондора, считая себя законным наследником. Он даже попытался забрать у Фродо Кольцо Всевластья, чтобы с его помощью выиграть войну с Сауроном, но всё же погиб, защищая хоббитов.

Однако у него остался незаконнорожденный сын от простой женщины Боромир II. Сын Боромира Гондорского перед смертью заставил своего сына принести присягу «вечно ненавидеть род Элессара!» Как известно, под этим именем правил Арагорн, которого Боромир II считал выскочкой и узурпатором. Как знак законных претензий на власть он передал своему наследнику Чёрный Меч Эола. Хотя при чём тут меч давно умершего эльфа и откуда он у Боромира II история умалчивает. Вероятно, больше передавать было нечего.

Клятва и Чёрный Меч переходили по наследству, пока не попали к Олмеру, который обладал задатками харизматического лидера. Эти задатки многократно усиливали найденные им Кольца, оказавшиеся извергнутыми Ородруином Кольцами Назгулов. Они давали своим обладателям могущество, силу повелевать людьми, ратную доблесть и полководческий талант.

Постепенно Олмер стал предводителем Братства Золотоискателей, собрав вокруг себя всех изгоев и недовольных, даже тёмные народы признали в нём Великого Вождя и Тёмного Властелина. Олмер уже целенаправленно собирал Девять Колец, чтобы замкнуть Чёрную Цепь. Но, пытаясь подчинить себе силы Тьмы, он почувствовал, что Тьма затягивает его всё сильнее, и подарил Эльфийский клинок хоббиту Фолко, потомку спутника Фродо Мериадока Великолепного. Тому самому хоббиту, которому агенты Валинора поручили, убрать Олмера, чтобы остановить Чёрное Копьё, нацеленное в сердце Средиземья.

Великий Вождь развязал войну против Воссоединённого Королевства, в ходе которой оно пало, а Олмер вероломно убил последнего Короля. Но Фолко, впоследствии прозванный Великим, тем самым клинком прервал жизнь Короля-без-королевства, так и не дав ему вступить на престол. Так была разорвана Чёрная Цепь, а Тёмное Кольцо Фолко и его друзья Торин с Малышом выкинули обратно в Ородруин.

В результате Великого Переселения Народов, на месте бывшего Северного Королевства было создано Новое Королевство, где утвердилась Истерлингская Династия, основанная Терлингом Завоевателем. Но все по традиции называли это государство Арнор. А в Гондоре продолжали править потомки Арагорна, наследники младшего сына последнего Короля Воссоединённого Королевства.

По традиции, Четвёртая Эпоха закончилась исходом эльфов в Валинор. На сей раз, ушли последние Эльдары, Эльфы Запада, во главе с Королём Лихолесья Трандуилом. Так в Средиземье остались лишь Эльфы Востока, Авари, сознательно отказавшиеся от Валинора.

Пролог на небесах

Солнце сгорало в пожаре заката, то зловеще-багровом, то тревожно-алом, то плотоядно-рубиновом, то кроваво-красном. Зловещие волны зарева разбегались по всему небосводу, игриво сверкая в окроплённых алыми каплями зубцах корон, покрытых несмываемыми ржавыми пятнами золотых кольцах, на острых гранях вкусивших крови клинков и пропитанных ею кольчугах.

В этот роковой для всего Средиземья час кровавое зарево высветило четыре величественные фигуры, застывшие среди Вечных Снегов на вершине Таникветиль, высочайшей из гор Мира.

Первым среди них был сам Манвэ Сулимо, Верховный Валар, Повелитель Арды и всего что там живёт. Он видел дальше всех — сквозь туманы и просторы морей, и даже через Тьму, и лик его был омрачён печалью от увиденного.

Рядом с ним стояла верная супруга Варда, Владычица Звёзд, которой ведомы все уголки Арды. Её краса неописуема и непостижима, ибо Свет самого Илуватара наполняет её лик. Она слышала яснее всех все голоса и звуки, и был грустен светлый лик её, ибо то, что она слышала, было тревожным набатом, трубным гласом идущей неотвратимой беды.

И был третьим Намо, что живёт в Мандосе, владетель Палат Мёртвых, собиратель душ убиенных, Вершитель Судеб валаров, чьё проклятье неотвратимо, а приговор неотменим. Он ничего не забывает, притом ведает всё что будет, оттого всегда зловеще мрачен и холоден и никто не способен выдержать его немигающего взгляда. Но сейчас к нему пришло новое знание, и оно сделало его ещё мрачнее.

Четвёртый же тоже был великим и могучим духом, но на фоне остальных тушевался, ибо был всего лишь майаром, и стоять в этот миг рядом с величайшими Властителями Арды было для него небывалой честью. То был Олорин (более известный как Гэндальф), привлечённый в качестве эксперта по Средиземью, которое знал лучше всех из живущих в Благословенном Краю. Он не обладал способностями трёх своих спутников, но их настроение чутко улавливал, и было ему больнее всех, ибо жалости он научился у самой Вечно Скорбящей Ниенны.

— Я вижу боль, кровь, страдания, я вижу, как на Средиземье вновь надвигается Тьма, — обречённо молвил Манвэ.

— Так суждено! — припечатал Мандос.

И все застыли поражённые, поскольку слишком хорошо знали, что изречённое Намо — не пустые слова.

— Но пока горят звёзды, всегда есть место надежде, — осмелилась возразить прекрасная в любом облике Варда.

Мандос безмолвствовал.

— Что скажешь, Олорин? Ведь ты наш лучший эксперт по Средиземью.

— Я чувствую, наступают горькие дни. Но в назначенный час посев даст всходы, и явится невысоклик. И придёт он не один. С ним будут друзья его, разных народов дети, что вместе никогда не сходились. И создадут они Отряд, и нарекут их потомки Спасители. А дальнейшее мраком покрыто. Но судьба Средиземья в их руках.

— Так суждено! — поставил точку Мандос.

Чёрная Башня и Нуменор -

Дело в Короне всё.

Если поднимутся меч и топор,

Значит, из-за неё.

Глава 1. Неожиданная встреча

Тихие весенние вечера в Хоббитании чудесно хороши. Можно бесконечно вдыхать душистые ароматы свежих и сочных трав и любоваться красками заката. Уютными и умиротворяющими, словно отсвет горячих углей в камине; прекрасными, подобно огромному бесконечному букету роз; сочными, будто румяные яблочки или спелая вишня. В нём были все оттенки: золотой, медный, оранжевый, малиновый, пурпурный… В общем, пир души для натуры тонкой и романтичной. Однако порядочные хоббиты в эту пору уже сидят по домам и пьют вечерний чай с кексами. Лишь на вышке одиноко несёт свою вахту караульный, как живое напоминание о далёких смутных временах.

Шёл 300-й год Пятой Эпохи, ведущей отсчёт со времён исхода последних Эльфов Запада в Валинор. Терлинг Завоеватель, основатель Истерлингской Династии Арнора, подтвердил указ Великого Короля, по которому людям запрещалось переступать границы Хоббитании. В этом же поклялись союзники Арнора, урукхаи, основавшие своё королевство к северу от Ангмара. Так что хоббиты уже почти триста лет жили мирной спокойной жизнью, надёжно укрытой от остального мира. В Бэкланде, как в приграничной области, по ночам по-прежнему выставлялась охрана, но это было скорее данью давней традиции, а традиции хоббиты чтили свято.

Вдруг совсем рядом скрипнули ворота. Караульный насторожился и нервно поправил красную повязку с загадочной для непосвящённых надписью «СОР». Он узнал неисправимого и неуёмного романтика, за которым старший шериф Бэкланда Додо наказал приглядывать особо, а тот получил приказ, страшно сказать, от самого Верховного Шерифа Лавриодока Стука. «Опять этот сумасшедший Заскокинс! Всё-то ему неймётся!» — буркнул себе под нос часовой.

Тем временем, щуплая фигурка вывела из ворот пони. «Шляется где попало по ночам, вот и тощий как жердь, не то, что приличные хоббиты!» — сердито проворчал охранник.

Бродо Заскокинс, сын Фулко, был известен во всём Бэкланде. За ним закрепилась слава странного хоббита и первого выдумщика Хоббитании. Нормальные невысоклики любят покой, мирный труд на приусадебном участке и не любят переезжать с места на место. Бродо напротив презирал «битву за урожай», любил романтику, путешествия и приключения. Порядочные хоббиты имеют солидный животик и склонны к полноте. Заскокинс же ещё не приобрёл степенной округлости, был необычайно высоким для половинчиков того времени (почти четыре фута) и чересчур худым даже для своего возраста. Впрочем, он был ещё совсем юным, всего каких-то двадцать пять лет. «Двадцатник» — так называют у хоббитов возраст между детством (до двадцати лет) и совершеннолетием (с тридцати трёх).

Одет он был как обычно в свой любимый зелёный плащ, который носил в любую погоду. Из-под него были видны лишь горящие карие глаза, мечтательная улыбка и длинные вьющиеся каштановые волосы.

Бродо выводил собственный род аж от самого Мериадока Великолепного, и считал себя прямым потомком Фолко Великого. Ну кто поверит в эти россказни? Ведь все хоббитские летописи ясно указывают, что у Фолко Великого детей не было. Но упрямый Заскокинс утверждал, что происходит от внебрачного сына Фолко и Милисенты. Сама мысль о том, что у Фолко Великого может быть внебрачный сын от замужней женщины, была кощунственной, Бродо пытались урезонить, но упрямец стоял на своём.

Более того, этот странный хоббит заявлял, что у него хранится подлинное вооружение Фолко Великого: эльфийский лук со стрелами, клинок Отрины и мифриловый доспех, но ему никто не верил. Правда, Заскокинс был лучшим стрелком Хоббитании, и лук его явно выдавал иностранное происхождение, но то, что его сделали легендарные эльфы, в существование которых тоже многие сомневались, казалось невероятным. Кольчугу же и кинжал вообще никто не видел, и это лишний раз подтверждало, что полагаться на слова Бродо нельзя.

Между тем юный невысоклик уже оседлал свою лошадку и неспешно затрусил к Старому Лесу. Хоббит-романтик знал почти наизусть Красную Книгу о путешествиях Бильбо, Фродо и Фолко, так что в сердце его давно жила мечта о необыкновенных приключениях. Его часто тянуло в этот лес, где триста лет назад его далёкий предок повстречал Торина, что стало началом великих странствий. В вечернем сумраке Старый Лес, в воображении Бродо, наполнялся множеством сказочных существ, и сердце его трепетало, подобно рвущейся на свободу птице. Причудливое переплетение теней и ночные шорохи подстёгивали полёт фантазии. Почему хоббиты не летают как птицы? Вот сейчас бы раскинул руки и полетел навстречу подвигам! Слетать бы, например, к Водам Пробуждения, где до сих пор живут Авари, Эльфы Востока. Он бы мог увидеть принца Форвэ, Амрода и других спутников Фолко Великого; или навестить Великого Орлангура, — вот это была бы встреча!

Сии мысли были прерваны страшным треском: кто-то без разбора ломился сквозь чащу. Бродо похолодел, вспомнив, что у него нет оружия. Тем временем что-то мощное и квадратное вылезло из-за деревьев. Любой нормальный хоббит в испуге бросился бы бежать, свалившись с лошади, но Бродо не был нормальным хоббитом. Благодаря описанию в Красной Книге он безошибочно узнал гнома, и, насколько смог сурово, спросил:

— Кто ты, и что делаешь ночью в свободной Хоббитании?

— Я Моторин, сын Стебалина, — гордо произнёс гном и высек огонь. При этом мерцающем свете хоббит, наконец, смог рассмотреть могучую фигуру, сидевшую на выносливой хазгской лошадке. Даже для гнома Моторин был необычайно широк в плечах, под мифрильной бронёй угадывались крепкие мускулы, нижнюю часть лица скрывала чёрная борода, мозолистые руки сжимали рукоять верного топора, а в глазах читались упрямство и отвага.

— В ваших краях я по делу, — продолжил гном. — До меня дошли слухи, что у вас в Бэкланде живёт потомок Фолко Великого, спутника моего прославленного предка Торина Могучего.

— Как?! Ты — потомок того Торина?! — вскричал взволнованный хоббит. — Да ведь я и есть Бродо Заскокинс, сын Фулко из рода Фолко Великого!

— Вот это встреча! — радостно взревел Моторин и тут же заключил Бродо в свои объятия. Никогда ещё невысоклик не подвергался такой опасности, как в эту минуту: только чудом он не был раздавлен.

Освободившись, наконец, от железных тисков гнома, Бродо пригласил нового друга в гости, чтобы отметить радостное событие.

— А у тебя пиво есть? — осведомился Моторин.

— О, этого сколько угодно!

— Так чего же мы ждём?!

Друзья тут же отправились к дому хоббита.

Часовой на вышке окликнул их:

— Эй, Заскокинс, кто это с тобой?

— Почтенный, моё имя — Моторин, сын Стебалина, из рода Торина Могучего, я гном с Лунных Гор.

— Где это? — усомнился стражник.

— Да слушай ты это пугало! — презрительно бросил Бродо, толкая друга к воротам.

Через пять минут они уже сидели в доме хоббита. Сквозь круглое окно мягко светила луна. В комнате жарко горел камин, на столе стояли две большие кружки, а рядом со столом — пузатый бочонок с пивом. Друзья уже выпили за знакомство, и теперь мирно сидели, покуривая трубки.

— Мне все говорят, что я очень похож на Торина Могучего, — откровенничал гном. — Даже имя дали Моторин, что означает «Могучий Торин». Ты меня уважаешь?

— Конечно!

— Тогда давай ещё выпьем!

— За тебя! — произнёс Бродо, чокаясь.

Друзья осушили кружки и тут же наполнили их снова.

— А мне никто не верит, представляешь! — горестно всхлипнул хоббит.

— Ну-ну, — успокаивал его гном, хлопая по плечу. — Я тебе верю, а на всяких глупцов не обращай внимания.

— Нет, я тебе докажу!

Бродо подскочил к стене, на которой было изображено развесистое генеалогическое древо, с весьма запутанными ветвями. Хоббиты вообще обожают свои родословные, лишь некоторые из них приведены в конце Красной Книги и сами составляют целый том. Чем длиннее родословная, тем большим уважениям пользуется семья.

— Это — фамильное древо Брендибаков! — воодушевлённо сообщил юный половинчик. — Сам Фродо был нашим родичем через свою мать Примулу Брендибак, двоюродную сестру легендарного Бильбо Торбинса, прозванного Взломщик! Вот здесь — знаменитый Мериадок Великолепный. Между прочим, именно в него я такой высокий! А это — не кто иной, как Фолко Великий, рядом с ним Милисента, в свою очередь от них произошли мы — Заскокинсы, и прямая нисходящая линия ведёт ко мне!

Невысоклик всё более вдохновлялся и сыпал всё новыми именами. Уж на что гномы почитают своих предков, но даже Моторин запутался и заскучал. Увидев это, Бродо, наконец, оторвался от милых его сердцу родичей:

— Подожди, ещё не всё. Сейчас я покажу тебе то, что гном не сможет не оценить!

Хоббит исчез, и через несколько минут появился в кольчуге из мифрила, таща эльфийский лук и кинжал с Синим Цветком.

— Это перешло мне по наследству от Фолко Великого! — гордо молвил он.

Моторин с видом знатока осмотрел вооружение. Особенно долго он рассматривал кинжал, цокая при этом языком.

— Да, кольчужка из горна Великого Дьюрина! Клянусь бородой его же, у самого такая же, фамильная, — наконец вымолвил он. — Не один ты такой крутой, у меня тоже топор — тот самый, с рукоятью из трости Олмера, ей сносу нет.

— А у меня, зато Красная Книга есть.

— Да ну?! Уважаю! Тащи сюда!

Бродо достал огромный фолиант, которому не было цены.

— Толстовата, конечно, но с пивком попрёт, — заключил Моторин.

Они ещё выпили, и гном спросил:

— Ты что-нибудь слышал об Имперской Короне?

— Нет, а что это такое?

— Хотел бы я знать, — тоскливо промолвил Моторин.

Где-то завыла собака, над комнатой сгущалась завеса тайны. Со словами «Имперская Корона» в маленький мирок хоббита ворвались ветры дальних странствий, звон мечей грандиозных сражений, великолепие величественных дворцов и многое другое.

Гном склонился к хоббиту и заговорил, понизив голос:

— Сдаётся мне, что за этим скрывается какая-то страшная тайна!

По телу хоббита забегали мелкие мурашки.

— Почему ты так думаешь? — еле сумел он вымолвить, дрожа от возбуждения.

— Чует моё сердце, и потом, прошло ровно триста лет после битвы в Серой Гавани, а та война началась через три века после Битвы Кольца.

— Получается, Средиземье опять кто-то раскачивает! — Хоббит был потрясён.

— Боюсь, что да, — отозвался Моторин.

— Так значит, на нас висит великая миссия — спасти Средиземье! — торжественно произнёс Бродо.

— А ведь ты прав, невысоклик! — Гном удивлённо поднял брови и восхищённо уставился на хоббита. — Да, ты прав, тысячу раз прав!!! Если не мы, потомки великих героев, то кто же?!

— Конечно мы, ведь в наших руках — знатное оружие, — с этими словами хоббит выхватил клинок Отрины, и тот ответил ему кровавым блеском.

— Триста лет уже не пил я крови, так и заржаветь недолго, — тяжело вздохнул кинжал.

Рука Бродо ощутила, что Эльфийский клинок столько лет молчавший нагрелся, а синие цветы на его стальной поверхности вспыхнули ярким светом.

Моторин со свистом рассёк топором воздух — Пиво как катализатор распалило в нём природную отвагу:

— Всё! Завтра же! Навстречу подвигам! Я не позавидую тому, кто встанет на нашем пути!

— Но с чего начать? — практично вопросил хоббит.

— Для начала поедем в Пригорье. Туда стекаются все новости, да и пиво в «Гарцующем пони» отличное! Так что пора по кроватям. Завтра нас ждут великие дела!

— А как же Красная Книга, ты не будешь её читать?

— Ах да, точно. Ну ладно, ты спи, а я полистаю.

Хоббит сладко зевнул и отправился спать в свою мягкую постель. Это была последняя ночь дома. Когда ещё он поспит в своей уютной кроватке?! А мужественный Моторин остался бодрствовать с раскрытой книгой и пивным бочонком.

Глава 2. Пробуждение

Рано утром хоббита разбудил громкий стук в дверь. Бродо поднялся, соображая, кто бы это мог тарабанить в такую рань, мешая мирному сну в последнюю ночь перед опасной дорогой. Моторин безмятежно храпел, уронив голову на заляпанные пивом страницы. Подивившись его железной выдержке (стук, казалось, мог разбудить и мёртвого), хоббит открыл дверь. На пороге стоял главный шериф Бэкланда Додо, за ним маячили ещё пять вооружённых шерифов:

— Нам стало известно, что у тебя хранятся вещи Фолко Великого, являющиеся общенародным достоянием. Ты должен сдать их в Национальный Музей Фолко Великого.

— Но это же частная собственность, они достались мне по наследству! — возмущённо воскликнул Бродо.

— У Фолко не было наследников, поэтому вся его собственность перешла государству.

— Но я его наследник!

— Ты — самозванец! У нас приказ Верховного Шерифа, и если ты не подчинишься, то мы вынуждены будем применить силу.

Внезапно Бродо кто-то отодвинул плечом, и перед изумлённым Додо оказался могучий гном, заполнивший собой весь дверной проём.

— Почтеннейший, я никому не позволю обижать моего друга!

Оторопевший главный шериф попятился.

— Но у нас приказ, почтенный гном, не знаю твоего имени, — попытался возразить бедный Додо.

— Я Моторин сын Стебалина, из рода Торина Могучего, гном с Лунных Гор, — сообщил тангар, продолжая наступать, вертя перед собой топор. За его спиной появился Бродо в мифриловой броне и с эльфийским луком.

— Но это наши внутренние дела, — промямлил главный шериф, понимая, что сила на стороне противника.

— Несправедливый приказ не делает чести любому народу, так и передайте вашему тану или кто там вас послал!

Шерифы вскочили на своих пони.

— Смотри, Бродо, как бы ты не пожалел об этом! — с угрозой произнёс напоследок Додо, и отряд понёсся прочь.

Когда они скрылись из виду, Моторин скомандовал:

— На конь!

— А как же завтрак?

— Придётся позавтракать в пути. Они могут вернуться с подкреплением, а мне не хочется убивать твоих соплеменников.

Бродо, как патриот Хоббитании, был вынужден согласиться, и после скорых сборов они уже скакали навстречу необыкновенным приключениям.

Глава 3. Пригорянские слухи

Весь день путешественники неслись по Большому Восточному Тракту, вдоль цветущих садов, возделанных полей и живописных перелесков. Сейчас эта дорога была совершенно безопасной, на ней им не повстречалось никого, кроме торговых обозов (в основном с репой) и пыли. Местность была холмистой и довольно симпатичной. Приятно пахло свежими весенними травами. Солнышко светило ласково, в синем небе резвились птицы. Временами встречались овраги, с бегущими по ним ручейками, через которые были перекинуты надёжные каменные мосты.

К вечеру холмы сменила большая тёмная гора. Вскоре хоббит и гном увидели огни Пригорья, самого крупного селения в этих местах. Собственно ещё в давние времена Третьей Эпохи Пригорье было большим посёлком городского типа, насчитывавшим около сотни каменных домов (некоторые в несколько этажей), обращённых окнами на запад. Оно было окружено рвом, запиралось с наступлением ночи с обеих сторон на огромные ворота, и было центром уютного обжитого района в сплошном безлюдье.

Теперь Пригорье стало настоящим городом, обнесённым высокой крепостной стеной и располагавшимся на пересечении оживлённых дорог. Здесь сходились Большой Восточный Тракт; Союзный Тракт, соединяющий Арнор с Барендуинским Королевством; Староюжный Тракт, ведущий в Рохан и Гондор; а также Зелёный. Некогда заросший сорной травой, из-за того, что по нему редко кто ходил, Зелёный Тракт (за это он и получил своё прозвище), ведущий из Арнора, ныне стал широкой накатанной дорогой. Благодаря своему выгодному расположению Пригорье богатело и расширялось, привлекая из самых разных концов Средиземья разнообразных гостей: торговцев, путешественников, переселенцев и просто бродяг.

Но сердце Бродо радостно замирало в предвкушении по совсем другой причине. Ведь именно здесь его легендарные предки Фродо Торбинс и Мериадок Великолепный вместе с Сэмом и Пином повстречали не менее легендарного Арагорна, ставшего потом королём Воссоединённого Королевства под именем Элессар, возродив древнюю династию. И как раз в Пригорье ужасные Назгулы первый раз попытались убить Фродо.

В Четвёртую Эпоху тут тоже происходили не менее захватывающие события. Именно в Пригорье другой его славный предок Фолко Великий повстречал Олмера из Дэйла, будущего Великого Вождя и убийцу последнего короля из потомков Арагорна. Встреча с сотником Рогволдом, ставшим одним из спутников Фолко, на этом фоне даже как-то теряется…

Предавшись захватывающим воспоминаниям и предвкушая новые необыкновенные встречи, хоббит вовсе не заметил, как они проехали по дамбе и достигли закрытых в это позднее время Западных Ворот Пригорья. Бродо, будучи романтиком, не стал отвлекаться на такие прозаические вещи как уплата пошлины и, предоставив эти хлопоты хозяйственному гному, продолжил мечтать, глядя на белеющие в темноте звёзды. Опомнился он только когда они, поднявшись по склону горы и миновав несколько особняков, оказались у цели своего путешествия — знаменитого трактира «Гарцующий пони».

На него действительно стоило посмотреть. Привыкший путешествовать в основном в своём воображении хоббит был поражён размерами трактира, напомнившего ему многоглазого великана. Столько у него было окон, и казалось, все они уставились на потрясённого невысоклика своими стеклянными глазами. Само здание имело целых три этажа, да ещё и с надстроенной в практичную Пятую Эпоху мансардой!

Фасадом здание выходило на Большой Восточный Тракт и состояло из нескольких крыльев, построенных в разные эпохи, два из которых с задней стороны были возведены частично на горе. Поэтому окна второго этажа, обращённые во двор, были вровень с землёй. Стены дома в основном были сложены из толстенных дубовых брёвен в два обхвата толщиной, венцы которых опирались на замшелые камни, но даже в полутьме было видно, что здание неоднократно ремонтировалось и достраивалось. Некоторые пристройки были даже из кирпича. Двор располагался между разноликими крыльями, а вход в него — через расписную резную арку с воротами. Над аркой висел большой и яркий фонарь, освещавший новенькую вывеску с упитанным белым пони, вставшим на дыбы». Для особо непонятливых большими оранжевыми буквами было выведено: «Гарцующий пони вас ждёт в этом доме!»

У ворот их встретил сам хозяин, человек весьма почтенного возраста с внушительной лысиной и маленькими хитрыми глазками. Усталые путешественники спешились и отвели своих скакунов к коновязи.

Пока хоббит мечтательно созерцал ярко освещённые окна и ловил ноздрями вкусные запахи, практичный Моторин быстро столковался с трактирщиком в цене. После чего хозяин подошёл к Бродо.

— Тяжелой ли была дорога? — осведомился он.

— Расстояние изрядное, но зато никаких разбойников.

— Как не повезло Фолко, и как повезло вам! — со странным выражением лица произнёс трактирщик. — Меня зовут Понадол, пойдёмте, я покажу вашу комнату.

— Вы говорите загадками, — произнёс сбитый с толку Бродо. Он едва не столкнулся в дверях с высокой, довольно худой хоббитянкой, проводившей его удивлённым взглядом.

— Всё просто, ведь вы — потомок знаменитого Фолко, во времена которого эта дорога была полна опасностей.

— Откуда вы знаете?

— Я много чего знаю, — таинственно произнёс Понадол. — Слухом земля полнится.

— А что вы знаете об Имперской Короне? — вмешался Моторин, внимательно следивший за беседой.

За разговором они не заметили, как вошли в небольшую, но очень уютную комнату. Помещение было устроено в хоббитском стиле, с низким потолком и округлым окном, надёжно закрытым тяжёлыми ставнями. Бродо сразу оценил родную обстановку, согревающий очаг и особенно удобную кроватку.

— Располагайтесь, скоро Ноб подаст ужин.

— Но вы не ответили на наш вопрос, — настаивал гном.

— Кстати, в этой самой комнате триста лет назад останавливались Фолко с Торином. Естественно, её не раз ремонтировали, но обстановку постарались сохранить. Что касается Короны… О ней неизвестно ничего определённого. Но вот что я вам скажу. Боюсь, что сейчас Средиземью угрожает опасность гораздо более серьёзная, чем три века назад.

Бродо и Моторин разинули рты, затем переглянулись и вопросительно уставились на хозяина.

— Я не могу вам объяснить свои опасения, — ответил он на их немой вопрос. — Впрочем, что вы знаете об Истинных нуменорцах?

— Первый раз слышим, — в один голос заявили друзья.

— Ага, вот и Ноб, ну, у меня ещё много дел, — с этими словами Понадол исчез.

Тем временем слуга, которым оказался юный хоббит, быстро и ловко расставил яства и тоже собрался уходить, но Моторин остановил его вопросом:

— А ты что-нибудь знаешь об Истинных нуменорцах и Имперской Короне?

— Да чего только не говорят.

— Вот садись и расскажи.

Ноб охотно примостился на стуле и начал рассказ:

— Одни говорят, что Истинные нуменорцы — это последователи Олмера и враги эльфов, да только эльфов-то уже триста лет, как нет в Средиземье. Другие рассказывают, что это люди Саурона, которые готовят его возвращение. Третьи заявляют, что не Саурона, а самого Моргота. Четвёртые утверждают, что здесь замешан Саруман. Ещё известно, что они вроде бы считают людей высшей расой, и ненавидят гномов, хоббитов и орков.

— Но где их гнездо, кто их предводитель?! — вскричал встревоженный Моторин.

— Вот уж этого я не знаю, — развёл руками Ноб. — Да, ещё говорят про какую-то секту братьев-горлумиан, но про неё вообще сложно сказать что-то определённое. Насколько мне известно, они поклоняются Горлуму, считая его спасителем Средиземья. Дескать, не откуси он палец Фродо вместе с Кольцом Всевластья, нам всем пришёл бы конец, а значит, именно ему мы должны быть за всё благодарны. Кажись, они даже верят в то, что он вернётся, чтобы открыть нам путь к очищению.

Когда Ноб вышел, Моторин произнёс:

— Не нравится мне это всё. Мои худшие опасения сбываются. Прав был хозяин, угроза действительно велика, возможно, даже, что она гораздо серьёзнее, чем триста лет назад.

— Но за что эти люди ненавидят хоббитов? Ну эльфы — бессмертные, ну орки — понятно, ну гномы изрядно насолили три столетия назад сторонникам Олмера, но что плохого людям сделали хоббиты?

— Ничего не понимаю, — Моторин схватился руками за голову. — Даже Олмер хорошо говорил о гномах, а орки вообще были его союзниками. Между прочим, этот Понадол знает гораздо больше, чем рассказал нам. Может, ему Ноб помешал?

— Нет, он всё время уходил от ответа, хотя в то же время постоянно на что-то намекал.

— Ума не приложу, кому понадобилось снова раскачивать Средиземье? Уже почти триста лет Вечный Мир, который устраивает и людей, и гномов, и орков. Мирная торговля выгодна всем, а война не нужна никому! — Моторин прервал свою длинную тираду, затем ожесточенно ударил себя по лбу. — Всё, хватит! Невозможно строить гипотезы, руководствуясь одними сплетнями, так можно с ума сойти. Вот когда у нас будут факты… А сейчас пора спать!

— А разве ты не хочешь почитать Красную Книгу? — невинно спросил хоббит, сладко зевая.

Гнома аж передёрнуло, но он переборол себя. Моторин мужественно наполнил кружку пивом и принялся за чтение.

Глава 4. Малыш сын Малыша

На следующее утро друзья вышли в общую залу, надеясь узнать какие-нибудь новости. Позавтракали они ещё в номере, и теперь, растопырив уши, медленно потягивали пиво.

Зал был полностью забит народом самых разнообразных стран и племён Средиземья. Здесь были арнорцы, истерлинги, хазги, рохирримы, беорнинги, ангмарцы, хегги, ховрары, эльдринги, жители королевства Отона, гондорцы, хоббиты, гномы, урукхаи и многие другие обитатели Средиземья, всех размеров, цветов и языков.

Первоначально Бродо был оглушён разноголосьем всевозможной речи, и у него запестрело в глазах от этой пьющей и веселящейся разношёрстной компании. Когда он присмотрелся, то по правую руку от себя на стене увидел мемориальную табличку: «Здесь сидел Великий Король Элессар». На стене слева висела другая вывеска: «Здесь обедал Великий Вождь Эарнил».

Так история воздала каждому по заслугам, а, кроме того, это служило хорошей рекламой заведению.

Но Бродо некогда было рассуждать о роли личности в истории, он жадно ловил ушами новости. За ближайшим столиком арнорец, хазг, гном и урукхай горячо спорили о женщинах. Нельзя сказать, что хоббита не интересовал этот вопрос, но он решил, что сначала — долг. Ну а девушки… А девушки — потом.

За другим столиком шёл разговор о торговых делах, а за третьим сидел всего один гном. Он постоянно занимался тем, что переливал приносимое ему пиво в небольшую чарку из зелёного полупрозрачного камня, а затем опрокидывал её себе в рот. Ничего интересного для дела хоббит здесь извлечь не мог.

Неожиданно он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Бродо повернул голову и заметил в самом углу человека, закутанного с ног до головы в чёрный плащ. Единственным, что можно было разглядеть из-под этого одеяния, были бравые усы, так же чёрного цвета. В сердце хоббита родилось подозрение, но тут его мысли прервал громкий голос трактирщика:

— Почтенный тангар, вы пьёте моё пиво третий день подряд, но так ни разу мне и не заплатили. Если вы не рассчитаетесь за выпитое, я буду вынужден обратиться к властям!

Хоббит перевёл взгляд и увидел того самого гнома с зелёной чаркой. Под суровым взглядом хозяина он казался очень маленьким, а его мутные глаза беспомощно смотрели в стол. Было ясно, что денег у представителя подземного народа нет.

Вероятно, бедняге пришлось бы туго, но тут поднялся Моторин и протянул Понадолу горсть золотых монет, которые тот с благодарностью принял.

После этого спасённый заголосил:

— Спасибо, брат! Малыш сын Малыша из рода Малыша к твоим услугам!

— Как, того самого! Тогда позволь представиться: Моторин сын Стебалина из рода Торина Могучего, а это — Бродо сын Фулко из рода Фолко Великого.

— Не может быть! — почему-то удивился Малыш, пересаживаясь за их столик.

— Ещё как может! — воскликнул хоббит. — И как я сразу не догадался, ведь это же та самая чарка, которую Санделло подарил Малышу Забияке!

— Точно, она самая, — подтвердил Малыш.

— Послушай, а ты так же крут на мечах, как и твой предок? — поинтересовался Моторин.

— Ещё бы, это искусство у нас передавалось из поколения в поколение, от отца к сыну, да ещё и совершенствовалось, — гордо заявил потомок Строри.

— Отлично! Слушай, мы тут Средиземье спасаем, ты третьим будешь?! — возбужденно спросил Моторин.

— Когда это тангар отказывался быть третьим?!

— Кольчуга из горна Дьюрина у тебя?

— Всё своё ношу с собой! — важно сообщил Малыш.

— Ну вот, отряд укомплектован! — обрадовался Моторин. — Теперь осталось решить, куда направимся.

— Только давайте перейдём в наш номер, а то тут один тип в чёрном плаще постоянно пялится на нас, — произнёс Бродо и кивнул на угловой столик. Но за столиком уже никого не было.

Моторин счёл его совет дельным, и вся тройка тихо, стараясь не привлекать внимания, вышла из залы. Однако у дверей номера они столкнулись с подозрительным усачом. Он явно поджидал их:

— Я слышал, вы интересуетесь коричневыми нуменорцами?

Глава 5. Арагволд

— А откуда вы знаете? — подозрительно огрызнулся Моторин.

— Может быть, мы всё-таки не будем болтать на пороге, а войдём в вашу комнату?

— Давай его выслушаем, — встрял Малыш.

Друзья согласились с ним, и пригласили незваного гостя войти. После чего они расселись и вопросительно уставились на человека.

— Я Арагволд сын Рогогорна, капитан Арнорской гвардии Его Королевского Величества Терлинга XIV, — с этими словами гость сбросил чёрный плащ, и они увидели синюю с жёлтым форму гвардии Арнора.

Перед ними стоял сухощавый рослый истерлинг. От его скуластого лица веяло благородством, в чёрных глазах мелькал озорной огонёк, чёрными были также брови и волосы, и, разумеется, усы, без которых гвардейца невозможно было и представить. Практически все сомнения отпали, и друзья назвали свои имена.

— Хоббит и гномы, да ещё таких великих родов, это явно не случайно, — проговорил Арагволд.

— Да, мы хотим спасти Средиземье, чего уж тут скрывать, — расставил Бродо все точки над «и». — Поэтому нам важно знать, кто является врагом гномов и хоббитов? Почему вы назвали их коричневыми?

— Тут нужно рассказывать всё по порядку.

Уже почти три века в Средиземье мир, и хотя отдельные противоречия сохранялись, в целом всё было спокойно. Как вдруг, месяц назад, в Аннуминасе появились листовки явно провокационного содержания. Вот одна из них, — с этими словами Арагволд вытащил из кармана плаща мятую бумажку. В правом верхнем углу была изображена чёрная башня Ортханка, в левом — чёрная трёхзубчатая корона, чуть ниже шёл текст:

«Люди Арнора! Потомки великих нуменорцев! Как позволяете вы править собой каким-то восточным варварам?! Эти дикари недостойны быть даже вашими рабами! Как можете вы жить рядом с неполноценными племенами гномов, хоббитов и орков? Вы — высшая из рас, созданных Эру! Знайте, что близок час избавления, когда Великий Фюрер поднимет на земле Арды коричневое знамя и сметёт все неполноценные народы, создав империю Истинных нуменорцев — чистой расы сверхлюдей, которым будет принадлежать всё Средиземье.

Истинные нуменорцы».

— Одновременно с листовками над одним из домов взвилось коричневое знамя с чёрной короной в белом круге по центру. Повесить бы тех, кто развесил эту гадость, но, несмотря на все усилия, никого найти не удалось.

— Всё ясно, это потомки Олмера. Наверное, они опять скопили мощные силы и хотят пойти в новый поход на страны Запада! — выпалил Бродо.

Арагволд удивлённо уставился на него и покачал головой.

— Твои слова, половинчик, говорят о том, что ты совершенно не имеешь представления о геополитической карте Средиземья.

— Честно говоря, вы правы, — сказал Бродо, виновато потупив голову. — Я почти наизусть знаю Красную Книгу, но о событиях последних трёх веков и современной политике мои сведения крайне скудны.

— Мы, гномы, тоже мало смыслим в людских делах. Может хоть ты, почтенный, просветишь нас? — поддержал хоббита Моторин.

— Тогда слушайте, — важно начал Арагволд.

Земли к Западу от Мглистых Гор и Исены делят между собой две великие державы: Арнор и Барендуинское Королевство. Большую часть занимает Королевство Арнор, куда формально входит и ваша Хоббитания. В его столице, Аннуминасе, расположена резиденция короля Терлинга XIV. Свободный Ангмар тоже считается частью Арнорской короны, но живёт по своим законам, пользуясь широкой автономией.

К северу от Ангмара расположилось Урукхайское Королевство со столицей в Урукхайске. Это союзник Арнора, но уже почти триста лет не было войн. Отношения с ними основаны на взаимном невмешательстве. Урукхаи живут обособленно от людей, предпочитая идти своим путём. Связи с ними ограничиваются, главным образом, торговлей через Ангмар. Особенно ценятся в Средиземье, добываемые на севере меха. Их экспорт стал одной из основных статей доходов Урукхайского Королевства.

К югу от Арнора расположено союзное ему Барендуинское Королевство. Эту державу основал в устье Барендуина Отон Отважный, один из ближайших соратников Олмера. С ним пошли люди из Дэйла, несколько истерлингских родов и хегги, которые боготворили его после победы над Ночной Хозяйкой. Затем разбитые роханцами ховрары попросили Отона взять их под своё покровительство.

Постепенно власть Отона распространилась на Харлиндон, Минхириат и Энедвейт. Его вассалами себя признали Ездящие на волках и басканы. Эти слаборазвитые народы были быстро ассимилированы коренным населением бывшего Воссоединённого Королевства.

Как самостоятельные единицы вошли в Барендуинское Королевство народы эльдрингов, хазгов и дунландцев. Морской народ продолжал жить морем, а дунландцы получили возможность следовать своим горским обычаям. Хазги же расселились в Энедвейте и перешли к осёдлому образу жизни, расставшись с варварской традицией рвать челюсти врагам. Они по-прежнему занимаются скотоводством и управляются старейшинами.

Столицей новой державы стал Минас-Отон, что означает Крепость Отона. Этот город возник в устье Барендуина вокруг крепости заложенной Отоном Отважным и был назван в честь основателя.

Барендуинское Королевство быстро развивалось, и сейчас не уступает по своему величию Арнору. Оно контролирует важные торговые пути по рекам Барендуин, Гватхло и Исена, а также морскую торговлю с Гондором и Харадским Ханством. Давний союз с Арнором был закреплён браком Отона и дочери Терлинга Завоевателя. Хорошие отношения были налажены и с Роханом, хотя между рохирримами и хазгами долгое время сохранялась неприязнь.

После установления Вечного Мира Рохан стал полностью независимым королевством, хотя формально об основании нового суверенного государства было объявлено лишь через тридцать шесть лет. Вместе с тем роханцы были вынуждены искать новых партнёров: гномы Дори Славного ушли в Морию и больше не собирались вмешиваться в людские дела, а их традиционный союзник — Гондор — заметно ослабел. Гондорцы думали лишь о том, как бы удержаться перед натиском Харада, и полагаться на них в трудную минуту, так же как и на гномов, не приходилось. Оставались только Беорнинги, но перед объединённой мощью Арнора и Барендуинского Королевства, даже без урукхаев, этого было явно мало. Поэтому рохирримы приложили все усилия, чтобы улучшить отношения с державой Отона. Это стремление было взаимным, и нашло своё воплощение в Договоре о Дружбе и Сотрудничестве, который был подписан в 72-м году Пятой Эпохи и скреплён браком внука Отона и внучки роханского короля Эодрейда.

К северу от рохирримов разросся не слишком дружелюбный к ним лес энтов. Фангорн так расширил свои владения, что поглотил Лориэн. Ещё севернее, между Мглистыми горами и Лихолесьем, расположено Королевство Беорнингов. Его столица Дол-Беорн, что означает Замок Беорна, возникла на месте старого дома того, чьё имя получило королевство.

Само Лихолесье, после переселения эльфов Трандуила за море, совсем опустело, так как никто не решается жить в этом проклятом месте. Говорят, после исхода лихолесских эльфов там вновь зашевелились тёмные силы, особенно в южной части. Некоторые даже утверждают, что над Дол-Гулдуром вьются тени Назгулов, а один житель Королевства Беорнингов божился, что видел привидение Олмера. На северо-востоке Лихолесья по-прежнему стоит замок Трандуила, но войти в него невозможно.

К востоку от Лихолесья, между реками Келдуин и Карнен, всё ещё существует Королевство Лучников, возникшее на землях сильного племени Нортов. Имя племени увековечено в названии столицы Минас-Норт. Королевство Лучников граничит на севере с гномами Железного Кряжа, а на юге — с крупнейшей державой востока, Айборской Республикой.

Это государство, выросшее из торговых городов Айбор и Невбор, быстро богатело и росло. Заняв земли, покинутые ушедшими на запад племенами, на западе оно достигло Андуина, на севере — Железных Холмов, на юге — Изгарных Гор, а на востоке — Баррского Хребта. Республикой правит купеческая верхушка Айбора. Айборцы прорыли оросительные каналы и превратили бесплодные прежде пустоши в цветущие края.

Айборская Республика со всех сторон окружает зажатое между Опустелой Грядой и лесами Ча Герцогство Эарнильское. Там до сих пор правят герцоги из рода Олвэна, сына Олмера, однако, это маленькое государство поддерживает хорошие отношения с Айбором и не может представлять для кого-то угрозы. Земли за Баррским Хребтом нам практически недоступны, и о них почти ничего не известно.

Мордор, как и Лихолесье, считается проклятым местом, там живут только остатки орков. Они лишены хозяина, всех ненавидят, и тихо деградируют в изоляции.

К югу от Гондора и Мордора раскинулось огромное Харадское Ханство. Оно включает Южный Гондор, Умбар, Кханд, Ближний и Дальний Харад, а также гигантские просторы Хильдориэна (Земли Пришедших Следом). Несметные богатства, вывезенные с Юга и Востока, собраны в его столице Хрисааде. Харадские ханы так сказочно богаты, что их уже не влечёт утративший прежний блеск Гондор. Таким образом, ни одно государство не может, да и не хочет, нарушать существующее равновесие.

— Тогда почему вы решили, что за этой бумажкой стоит что-то серьёзное? — не выдержал Малыш.

— Всё не так просто, — Арагволд помрачнел. — После Великого Переселения Народов почти три века не было войн. Население Средиземья значительно выросло, и уже сейчас испытывает недостаток свободных земель для пашни, пастбищ и поселений. Если так пойдёт дальше, то может начаться голод. В подобных условиях могут резко обостриться старые противоречия, поэтому нас очень пугает то, что кто-то пытается вбить клин между истерлингами и арнорцами. К тому же, очень опасна идея, что люди являются высшей расой. Им внушают мысль о том, что хоббиты и урукхаи присвоили себе исконные человеческие земли, а гномы — сокровища.

— Выходит, искать нужно среди людей, а я, было, подумал на этих урукхаев и их старого хозяина Сарумана! — разочарованно буркнул Моторин.

— А кто такой Саруман? — спросил Арагволд.

— Был такой маг, — пояснил Бродо. — По последним данным о нём в Красной Книге, он триста лет назад обитал в районе Опустелой Гряды в образе пса, растерял свою силу и надеялся заслужить прощение у Варды Элберет.

— Вот и советники Терлинга XIV, которые из арнорцев, сразу закивали в сторону Урукхайского Королевства и Ангмара, но мы-то не сомневаемся в наших верных союзниках. К тому же, и ангмарцы, и, тем более, урукхаи, имеют очень мало общего с нуменорцами. Наоборот, истерлингская знать боится, что это арнорцы и гондорцы хотят взять у них реванш и восстановить Воссоединённое Королевство. Но Гондор далеко и слишком слаб для подобных свершений, арнорцы же не восставали со времён Бородатого Эйрика.

— А герцогство Эарнильское? — осведомился хоббит.

— Олмер увел с собой практически всех мужчин, потом большинство забрало свои семьи на Запад, но кое-кто вернулся вместе с Олвэном и Санделло. Олвэна провозгласили Великим Герцогом, но число его подданных всегда было невелико. Даже сейчас оно крайне незначительно, во всяком случае, не идёт ни в какое сравнение с другими странами Средиземья. И вообще, Герцогам Эарнильским далеко до Олмера. Они в хороших отношениях со Средиземскими державами, а если б и хотели пойти на них войной, то всё равно им никогда не собрать и одной десятой войска Эарнила. Конечно, в этой листовке, при желании, можно найти сильно извращённые идеи Великого Вождя, но взять их на вооружение мог кто угодно, — объяснил капитан Арнорской гвардии.

— А Айборская Республика? — вставил Малыш.

— За свою историю она практически не знала войн. Эти люди хотят торговать, а не воевать, — возразил Арагволд. — Им досталось множество земель, требующих освоения, и новые территории им просто не нужны.

— Что толку гадать, сидя на месте?! — воскликнул Моторин. — Нам нужно решить, куда ехать, чтобы во всём разобраться.

— Это к Орлангуру, ему доступны любые знания, — отозвался Бродо.

— Слишком далеко, — возразил Моторин. — Может быть, придётся отправиться и туда, но прежде надо самим разузнать всё, что можно.

— Поехали в Морию, — предложил Малыш.

— А там-то что не так?! — набросился на него Моторин, как гончая, почуявшая след.

— Нет, просто я там ни разу не был, а это мечта каждого гнома.

— Тогда направимся в Ангмар, а оттуда — в Урукхайское Королевство. Если там ничего не найдём, то двинем к Лихолесью и посмотрим, что там за тени, — решил за всех Моторин.

— Лучше всего по Союзному Тракту, соединяющему Барендуинское Королевство и Арнор, доехать до Форноста, а через него проходит Новый Тракт, ведущий от Аннуминаса к Ангмару и Урукхайскому Королевству, — подал голос Арагволд.

Глава 6. Тайна Понадола

На этом совещание было закончено, оставалось только собрать вещи, и после недолгих сборов все четверо спустились в залу. Расплатившись с хозяином, они направились к выходу. Бродо приотстал, оглядывая голодным взглядом помещение и ловя ноздрями вкусные запахи, которые наполняли трактир. Бедному хоббиту суждено было остаться без нормального обеда.

Вдруг он увидел, что лысый хозяин делает ему какие-то знаки. Долго не раздумывая, Бродо приблизился. Понадол прижал палец к губам и оглянулся по сторонам. Юный спаситель тоже на всякий случай осмотрелся. Его внимание тут же привлекла рослая хоббитянка в длинном дорожном плаще. Слишком высокая для половинчиков, что-то неуловимо неправильное в фигуре… Да и много ли встретишь хоббитянок, путешествующих в одиночку? Не с ней ли я столкнулся в дверях? Или просто становлюсь чересчур подозрительным? Вот и намётанный глаз трактирщика ничего не заметил. Понадол тем временем уже склонился к уху хоббита и быстро зашептал:

— Хочешь, открою тебе страшную тайну?

— Да, — так же шёпотом ответил Бродо.

Глаза его сразу округлились, сердце учащённо забилось в предвкушении.

— Хочешь, скажу, что такое Имперская Корона? — жарко дыша ему в ухо, спросил хозяин.

— Конечно! — еле владея собой, промолвил хоббит.

— Так вот! Имперская Корона — это Корона Средиземской Империи! — торжественно провозгласил Понадол.

— Как, и это всё?! — упавшим голосом пролепетал хоббит.

— А чего ты хотел? — обиделся хозяин. — Всему своё время, невысоклик. Тайну не раскроешь сидя дома, только долгие странствия могут приподнять завесу.

— Но кто ты на самом деле?! — вскричал сбитый с толку хоббит.

— Вовсе незачем так орать, нас могут услышать. А что касается того, кто я такой… — Тут в голосе трактирщика появилась затаённая грусть, — возможно, когда-нибудь ты узнаешь и это.

Бродо понял, что толку он не добьётся, и хотел, было уйти, но Понадол схватил его за руку:

— Не сердись на меня, невысоклик, я бы рад тебе помочь, но не могу, — голос его становился всё более трагическим. — Теперь судьба Средиземья в ваших руках, и всё зависит только от вас. На прощанье скажу тебе: не бойся чёрных, бойся коричневых. Правда, я сам не знаю, что сие означает.

В голове у Бродо всё перемешалось. Что-то это ему напоминало. Но что? Согнувшийся под грузом тяжёлого долга, полурослик вышел к друзьям. На их немые вопросы он лишь махнул рукой.

— На конь! — скомандовал Моторин. Гномы оседлали хазгских лошадок, хоббит как в тумане сел на своего пони, а Арагволд вскочил на великолепного вороного скакуна по имени Вран.

Глава 7. Карлик Карлсон

— Ну и свинья же ты, Малыш! — тут же послышался чей-то писклявый голосок.

Бродо оторвался от своих невесёлых дум и оглянулся. Трое его спутников также беспомощно озирались по сторонам.

— Ну я так не играю! — обиженно проворчал всё тот же голос, и из притороченной к седлу дорожной сумки Малыша выполз сердитый карлик.

Ростом он был чуть больше локтя Бродо. На вытянутом сморщенном лице нидинга хитро блестели крошечные красные глазки, под которыми помещался носик с горбинкой и расплывшийся в ехидной улыбке тонкогубый рот. На вытянутые ушки с отвисшими мочками падали чёрные волнистые волосы. Одет он был в ладно сидящий, хотя и изрядно потрёпанный коричневый кафтан, и кожаные сапожки.

— Привет, Карлсон! Откуда ты взялся?

— Нет, я просто вне себя! — возмутился карлик, и его глазки-бусинки зло уставились на маленького гнома. — Как ты мог бросить старого друга и отправиться спасать Средиземье без меня?!

— Это я-то тебя бросил?! — с негодованием вскричал Малыш. — Да ты сам куда-то смылся! Вечно ты пропадаешь в самый неподходящий момент!

— Я не пропал, я просто вышел. Что я, не имею права подышать свежим воздухом? Возвращаюсь, а тут трактирщик с тебя деньги вытрясает…

— Не с меня, а с нас, ты тоже со мной пил!

— Какая разница! В общем, я решил, что не стоит светиться. Когда Моторин тебя выручил, хотел к вам присоединиться, а потом подумал, что не стоит спешить, лучше послушать ваш разговор. Уж я-то сразу понял, что всё это неспроста. Я долго ждал, когда ты обо мне вспомнишь, но так и не дождался. Тогда решил сделать вам сюрприз.

— Я о тебе должен помнить! Сам-то обо мне вспоминаешь, только когда тебе удобно! Где ты был, когда меня чуть не сцапали?!

— А ты бы предпочёл, чтобы нас заловили обоих?

— Малыш, ты бы хоть представил нам своего друга, — вмешался Арагволд.

Он знал, что нидинги обычно шпионят в пользу того, кто им заплатит, и то, что Карлсон подслушал все их секреты, его совсем не радовало.

— Мой друг, карлик Карлсон, из народа нидингов. Вообще-то он неплохой парень, уж сколько пива мы с ним выпили, и не сосчитать!

— Надо же, такой маленький, а тоже пиво любит, — удивился Моторин.

— Ты помнишь, что о нидингах сказано в Красной Книге? — спросил его Бродо.

— В каком месте?

— Ну, там, где описаны похождения Фолко?

— Я ещё только про Фродо прочёл.

— Ну, там ещё написано, что они всегда стояли на стороне Тьмы и шпионили в пользу Олмера.

В летописях карлики практически не упоминаются и потому известно о них крайне мало. Их племя с давних времён жило рядом с гномами, селясь в заброшенных выработках и не брезгуя тоннелями орков. Нидинги всегда отличались хитростью и вороватостью, работать не любили, предпочитая обманом заставлять других трудиться на себя. Во время Войны Кольца сумели отсидеться за чужими спинами, шпионя на обе стороны. В Олмеровских войнах служили Великому Вождю Эарнилу. В мирное время занимались экономическим шпионажем, нанимаясь к богатым купцам. Некогда обитали в пещерах Серых Гор, но после прихода орков подчинились завоевателям. Потом постепенно расселились по всему северу Средиземья. В Пятую Эпоху в основном жили в Заозёрных Холмах, к северу от Эвендим (Вечернего Озера), признав власть Нового Королевства и Истерлингской Династии.

— Можно ли ему доверять? — усомнился Бродо.

— Ты полегче, половинчик, мой народ тоже сражался на стороне Великого Вождя, — хмуро молвил истерлинг.

— Во-во! Раз мы такие маленькие, то значит обязательно все воры и шпионы! Это самый неприкрытый шовинизм!

— Ладно, прости, я не хотел тебя обидеть. Моё имя Бродо…

— Знаю-знаю! Бродо Заскокинс, сын Фулко из рода Фолко Великого. Я всё о вас слышал, можете не тратить время.

— Ну, раз ты в курсе дел и любишь пиво, то можно принять тебя в наш отряд, — подытожил Моторин.

Глава 8. Мурзик из Мордора

Внезапно что-то чёрное мелькнуло в кустах слева от дороги.

— Вы видели?! — возбужденно завопил хоббит.

— Ты о чём? — не понял Малыш.

— Чёрное существо, вон, вон опять! Может, оно следит за нами.

— Тебе показалось, — попытался успокоить его Моторин.

— Нет, не показалось, — вмешался Арагволд, — я тоже его видел.

— Двое на двое, — усмехнулся Малыш. — А ты, Карлсон, что скажешь?

— Я ничего не заметил.

— Вот видите, даже нидинг, прирождённый шпион… — начал Моторин.

— Не шпион, а разведчик! — отрезал карлик.

И тут Бродо осенило. Он вынул из ножен кинжал с Синим Цветком. Эльфийский клинок ожил и излучал тепло. Все оторопело уставились на чудо, сотворённое руками Отрины. Малыш поплевал на указательный палец левой руки и дотронулся до кинжала. Раздалось лёгкое шипение.

— Ух ты! — восхищённо воскликнул маленький гном, отдёргивая руку.

Бродо был возмущён кощунственным поступком Малыша. Он, знавший почти наизусть легендарную Красную Книгу, как никто другой понимал серьёзность поданного Эльфийским клинком знака:

— Он почуял врага, силы Тьмы рыскают рядом!

Моторин радостно выхватил топор:

— Я давно хотел познакомиться с тем, кто раскачивает Средиземье. Эй, выходите, подлые трусы!

Однако на его вызов ответа не последовало. Больше никто не мелькал в кустах, и даже подозрительных шорохов не было слышно.

Они поехали дальше, не выпуская оружия из рук, и готовые к любым неожиданностям, но нападать на них никто не собирался. Постепенно гномы и карлик стали склоняться к мысли, что всё это — лишь фантазии хоббита.

— А твой клинок — шутник! — бесшабашно воскликнул, наконец, Малыш.

Бродо промолчал. Он и сам уже не был уверен, что ему всё не померещилось. Но не мог же ошибиться Эльфийский кинжал!

— К истинным нуменорцам сие вряд ли имеет отношение, — заметил капитан истерлингской гвардии.

«Не бойся чёрных, а бойся коричневых», — тут же вспомнил хоббит последние слова таинственного Понадола. Что он этим хотел сказать? Значит, это существо им не опасно? Но как же тогда клинок Отрины?

Внезапно из кустов слева на дорогу выскочил тощий чёрный кот, он стремглав промчался мимо них и исчез в зарослях.

— Проклятье! — выругался Моторин. — Это же плохая примета!

— Вы заметили, какие у него глаза? — тревожно спросил истерлинг. — Они красные, у обычных котов таких не бывает!

Бродо вздрогнул. Волосы на его ногах стояли дыбом. Кинжал толкнул его в бок, но и без него хоббит чуял что-то неладное.

— Перед нами был не простой кот! — сказал он со значением.

— Точно, это альбинос, — вмешался Карлсон. — У альбиносов всегда глаза красные.

— Где ты видел чёрных альбиносов?! — рассердился Арагволд. — И, между прочим, у тебя самого зенки красные. Ты что тоже альбинос?!

— А вы не верили, что кто-то крадётся за нами! — с упрёком проговорил хоббит. — Клинок Отрины на него реагирует, значит… — Бродо задумался. — … Выходит, он связан с силами Тьмы!

— Мурзик из Мордора! — съязвил Малыш.

— А, что с тобой говорить, ты даже Красную Книгу не читал! — И Бродо смерил его презрительным взглядом.

— Давайте подумаем о другом, — изрёк Моторин. — Мы слишком поздно выехали, проделали очень малый путь, а до ближайшей деревни ещё далеко. Где остановимся на ночь?

— Подумаешь! — брякнул Малыш. — В поле переночуем, первый раз, что ли!

Хоббит съёжился от такой перспективы. Он привык к домашнему уюту. Спать на постоялом дворе — это ещё туды-сюды, но под открытым небом… Нет, так они не договаривались!

— Ночью придётся охранять лагерь по очереди, — сказал Арагволд. — Думаю, Карлсона с Бродо можно освободить от дежурства. Моя смена первая.

— Хорошо, за тобой я, потом Малыш, — согласился Моторин.

Карлик хотел, было возмутиться по поводу такой дискриминации, но передумал. Хоббит же так утомился от приключений нервного дня, что при одной мысли о сне сладостно зевнул. «Пусть этой ночью подежурят Арагволд и гномы, они бывалые и привычные. А я только маленький хоббит, дорога впереди ещё длинная, приключений будет много. Постепенно я стану таким же крутым, как они, и буду дежурить наравне со всеми», — успокоив себя этими размышлениями, Бродо перестал терзаться угрызениями совести и невинно напомнил Моторину:

— А когда ты будешь читать Красную Книгу?

— Клянусь бородой Великого Дьюрина, какая может быть Красная Книга?! В дозоре не место читать, к тому же темно, и вообще пива уже мало!

— Насчёт пива ты не прав, — вмешался Карлсон. — У Малыша полно пивного концентрата, только добавь воды.

— Если у тебя есть концентрат, то какого Моргота ты пил в «Гарцующем пони», зная, что у тебя нет денег?! — набросился на маленького гнома Моторин. — А я ещё платил за тебя, дурака!

— Ну, кто из вас дурак ещё неизвестно! — хихикнул карлик.

— Концентрат дело хорошее, но это неприкосновенный запас на чёрный день. Да и свежее пиво всегда лучше, — оправдывался Малыш. — А вот когда до ближайшего трактира далеко, меня всегда выручает пивной концентрат. Добавил воды, и порядок!

— Ладно, хватит ругаться! — воскликнул Арагволд с упрёком. — Уже начинает темнеть. Вон неплохое место для ночлега.

Полянка, выбранная капитаном, располагалась в низине и была укрыта от ветра. В то же время, никакой враг на смог бы незаметно подобраться к их стоянке.

Привязав лошадей, компания тут же принялась за работу. Пока Моторин высекал огонь и разводил костёр, подбрасывая мелкие прутики, сухие листики и куски коры, Арагволд, Малыш и Бродо сходили за дровами. Лишь хитрый карлик, по своему обыкновению, увильнул от трудов. Яркое пламя и потрескивание горящих сучьев сразу придали уют их временному лагерю. Когда же Моторин стал доставать душистый хлеб, ароматный сыр, свежую колбасу и прочие продукты, а Малыш раскупорил пузатый бочонок с пивом, Бродо перестал жалеть о домашнем тепле. Тут сразу нашёлся и Карлсон. Малыш достал свою знаменитую чарку и стал разливать пиво в дружно подставленные походные кружки.

— Малыш, давай по старой дружбе пить из одной чарки, — пискнул Карлсон, у которого не было своей кружки, и который привык выезжать за счёт друга.

— Ладно, — добродушно отозвался маленький гном.

— Так давайте же выпьем за дружбу! — провозгласил тост Моторин.

— За наш мужской союз! — поддержал его Арагволд.

— За Отряд Спасителей! — обрадовался хоббит.

Они чокнулись и осушили посуду. Карлсон при этом едва не утонул в чарке Малыша.

— Давай по второй! — распорядился Моторин.

Но тут произошло неожиданное. Незаметно подкравшийся в наступившей темноте чёрный кот стремительно прыгнул, и, схватив зубами здоровую палку колбасы, бросился к лесу.

— Держи его! — заорал Малыш, выхватывая свои клинки.

— Говорил же я, что это плохая примета! — завопил Моторин.

Бродо подхватил верный эльфийский лук, прицелился, натянул тетиву и… Жалость остановила руку хоббита: «Пусть это хоть сам Саурон, я не могу стрелять в того, кто безоружен и не несёт угрозы!»

— Жаль, что темно! — проворчал Моторин.

Малыш в темноте споткнулся и с треском и грохотом шлёпнулся на землю.

— Эй, гномы, оставайтесь лучше тут, вы весь лес распугаете! — сердито крикнул истерлинг и в одиночку продолжил погоню.

— Подайте мне его сюда, уж я его тут покурощаю, я ему все усы повыдеру! — распалился Карлсон.

Между тем Арагволд, которому случалось побывать и не в таких передрягах, преследовал похитителя. Коту удирать с колбасой в зубах было тяжело, но и бросать свою добычу у него желания не было. Никто не хотел уступать. Капитан не замечал ни хлещущих по лицу веток, ни острых колючек. «Врёшь, от меня ещё никто не уходил!» — мелькнула у него на бегу мысль.

Страх прибавил зверю сил, но потомок выносливых степняков не только не отставал, но и сокращал расстояние. Наконец, истерлинг настиг воришку. Кот в ужасе съёжился и приник к земле, шерсть у него на загривке встала дыбом. Он тяжело дышал, испуганно прижав уши, а его большие красные глаза затравленно уставились на человека.

Этот взгляд шевельнул в самых глубинах подсознания Арагволда какое-то давно забытое воспоминание. Но наваждение продолжалось лишь долю секунды, и странное ощущение исчезло так же быстро и внезапно, как и появилось.

Гвардеец увидел перед собой только отощавшее, насмерть перепуганное животное, и рука Арагволда не поднялась отобрать колбасу у этого жалкого существа.

— Ладно, считай, что мы её тебе подарили. Но лучше больше нам не попадайся!

В кроваво-красных глазах кота отразилось глубочайшее изумление, смешанное с недоверием. Но Арагволд уже повернулся к нему спиной и зашагал к лагерю, где его ждали друзья.

Глава 9. Походное утро

Ночь прошла спокойно и без приключений. Бродо проснулся от ощущения холода. Нехотя продрав глаза, он обнаружил, что уже рассвело. Костёр догорал и почти не давал тепла. Малыш, который должен был дежурить последним, бодро храпел, обняв пивной бочонок. Рядом с ним тихонько посапывал Карлсон. По другую сторону от костра, положив под голову верный топор, спал Моторин. Завернувшийся в свой чёрный плащ Арагволд даже во сне к чему-то прислушивался и был готов вскочить при первом же признаке угрозы. Это успокоило хоббита. Вылезать из-под тёплого одеяла на пронизывающий холод совершенно не хотелось. «Хорошо хоть мы отправились в поход не зимой! Ладно, посплю ещё немного», — помыслил хоббит и перевернулся на другой бок, стараясь поплотнее закутаться в одеяло.

Глава 10. Ромашка Хавкинс

— Подъём! — заорал Моторин.

Бродо приоткрыл глаза и тут же зажмурился. Солнце стояло уже высоко, и его яркий свет ослеплял.

— Чего ты так разоряешься?! — возмутился заспанный Малыш.

— Во-во, ты не в казарме! — поддержал его Карлсон.

— Уже поздно, ехать пора.

— Куда нам спешить? Если б хоть знали куда двигать, а то у нас нет определённой цели. Так какой смысл торопиться?

Слова маленького гнома привели Моторина в замешательство.

— Слушай, Малыш, — вступил в разговор Арагволд. Брови капитана были нахмурены. — Судя по затухшему костру и твоему виду, ты проспал большую часть своей смены. Может, ты уже передумал спасать Средиземье?!

— Да ладно, ничего же не случилось.

— А если бы по близости оказались враги?

— Он больше не будет, — пришёл на помощь Бродо.

— Ладно, замяли — примирительно сказал Моторин. — Но пусть тебе это послужит хорошим уроком на будущее.

Малыш виновато кивнул.

— Сейчас перекусим и в дорогу, — распорядился Моторин.

— Пивка для рывка! — воскликнул сразу повеселевший Малыш.

Не теряя времени даром, он тут же разлил пиво по ёмкостям.

Они снова выпили за дружбу, потом за удачу в пути, затем за хорошую погоду…

Настроение хоббита заметно улучшилось, и Бродо достал свою заветную трубочку. Только он её набил и раскурил, как раздался голос, заставивший его вздрогнуть:

— Так вот чем ты занимаешься!

Хоббит обернулся и побледнел. Перед ним стояла Ромашка Хавкинс. Ему сразу захотелось оказаться как можно дальше отсюда.

— Это не то о чём ты думаешь, — пролепетал несчастный Бродо. — Мы тут Средиземье спасаем…

— Ага, рассказывай! Совсем уже заврался! И чего только не придумают, чтобы увильнуть от работы!!!

— Простите, уважаемая, но это правда, — вступил в разговор Моторин.

— С каких это пор шляться неизвестно с кем, пьянствовать и курить — это значит спасать Средиземье?!

— Извините, забыл представиться. Моторин сын Стебалина из рода Торина Могучего, гном с Лунных Гор к вашим услугам.

— Моё имя Арагволд сын Рогогорна, я — капитан истерлингской гвардии Арнора.

— А я Малыш сын Малыша из рода Малыша.

— Карлсон, — скромно назвался карлик.

— Бродо, ты бы представил свою соплеменницу, — упрекнул его Арагволд.

— Это Ромашка Хавкинс, моя э… — замялся хоббит и покраснел. — Моя знакомая.

Не то чтобы Бродо не нравилась Ромашка. Полная, с пышными формами, роскошным бюстом, смело выглядывающим из разреза платья, и густыми шелковистыми волосами на ногах, она воплощала в себе хоббитширский идеал красоты. Но её докучливая забота была в тягость хоббиту, к тому же ей не был свойственен романтизм, и она никогда не могла понять того, что творилось у Бродо на душе.

— Рюмашка, говоришь! — оживился Малыш.

— Молчи, алкаш! И вы ещё хотите после этого, чтобы я поверила, что вы спасаете Средиземье!

— Можешь не верить! — воскликнул Бродо. — Возвращайся к своей репе, а я буду выполнять свой долг до конца!

— Ах, так! Ну тогда я останусь с вами и посмотрю как ты будешь спасать Средиземье!

— Но, уважаемая госпожа Хавкинс, — вмешался Арагволд. — Наш путь труден и полон опасностей. Это дело для мужчин.

— Много вы мужики о себе возомнили! Да куда вы без нас? Кто вам будет готовить и прочее?! Вот вы любите суп?

— Я люблю супчик! — обрадовался Малыш и погладил свой живот.

— А ты, будешь обзываться, вообще останешься без обеда!

Малыш сразу присмирел.

Тем временем Моторин отозвал в сторону хоббита:

— Ты её любишь?

Бродо с негодованием замотал головой.

— А она тебя любит.

— Откуда ты знаешь? — изумлённо спросил невысоклик.

— У меня большой жизненный опыт. Мы — гномы очень серьёзно относимся к любви. Каждый гном лишь единожды за всю жизнь останавливает свой взгляд на женщине или же вообще не делает свой выбор.

— Я слышал, что у вас просто мало гномиц, да и те бородатые.

— Это к делу не относится. Я всё это говорю к тому, что придётся взять её с собой.

Бродо в знак протеста замотал головой, но Моторин был непреклонен. Он слишком хорошо знал, что такое любовь.

Так Ромашка Хавкинс оказалась в Отряде Спасителей.

Глава 11. Бородатая любовь

Разговор с Бродо разбередил старую сердечную рану, и перед внутренним взором Моторина вновь во всей красе предстала та, которую он всеми силами пытался забыть — неподражаемая гномица Кончита с мягкой пушистой кудрявой бородой, то заплетённой в длинные косы, то распущенной в живописном беспорядке…

Гномы — одни из главных героев Красной Книги, но, тем не менее, они остаются одним из самых загадочных народов Средиземья, а о гномицах вообще мало что известно. Своих прекрасных дам тангары настолько хорошо скрывают, что многие вообще считают подземный народ однополым, рождающимся из камня и не способным на нежные чувства.

На самом деле гномы вовсе не бесчувственные грубияны и пьяницы, как многие о них думают. Их культура и мораль весьма специфичны и не позволяют выражать свои чувства при посторонних.

Женщин у них действительно значительно меньше, чем мужчин, поэтому они относятся к своим дамам очень бережно и скрывают их от чужаков. Обычно гномицы не покидают подземелий, занимаются воспитанием детей и домашним хозяйством. Правда, по преданию, самые отчаянные из них переодевались в мужскую одежду и участвовали в походах наравне с мужчинами, от которых внешне мало отличаются.

Представления о женской красоте у гномов также весьма своеобразны на фоне всеобщих стандартов. Телосложением гномицы напоминают своих мужчин, а главным украшением у них считается борода. Женщины других народов тщательно удаляют растительность на лице, а гномицы наоборот стараются подчеркнуть, всячески её холят и лелеют. Чтобы оттенить красоту пышной бороды они коротко стригут волосы на голове и выдёргивают волоски в других местах. Гномы просто балдеют от мягких тщательно ухоженных бород своих любимых. А единственная в этом народе стриптизёрша, выступающая под псевдонимом «Амазонка», начинает свой соблазнительный танец в полном доспехе, а завершает, прикрывшись одной роскошной бородой.

Традиционно гномицы носили бороды до пояса, иногда заплетая в две толстые косы. В прогрессивную Пятую Эпоху мода стала более разнообразной. Подземные дамы стали укладывать своё главное украшение вокруг головы, завивать и красить в разные цвета, украшать многочисленными косичками и бантиками. Особенно этим славились молодые гномицы. Некоторые из них даже носили короткие бородки: «бакенбарды», «эспаньолки» и «ирокезики», вызывая тем самым гнев стариков.

Очаровательная Кончита была совсем юной, поэтому обожала эксперименты. Каждый раз она придумывала новый образ, венцом которого была её роскошная борода. Многие гномы готовы были отдать всё на свете, чтобы ощутить её мягкость во время поцелуя. Моторину пришлось выиграть рыцарский турнир в Лунных горах, не считая отдельных поединков, чтобы красавица ответила ему взаимностью.

Он стал самым счастливым гномом на свете. Он мог любоваться её несравненной бородой, вдыхать её аромат (всякий раз разный, но каждый раз восхитительный), гладить её и пропускать между пальцев. Какой же он идиот, что сам всё испортил!

Но кто мог знать, что юная гномица смертельно оскорбится в ответ на его предложение сбрить бороду?! Женщины — другой мир. Никогда не знаешь, что их может обидеть. Он бы никогда не предложил такое зрелой даме. Но Кончита же юная девушка, любящая попробовать что-то новое! Да это против всех правил, да такого раньше никто не делал, но в этом-то вся прелесть! Моторин думал, что она оценит смелость идеи, к тому же он не предлагал ей лишиться главного украшения навсегда! Ему хотелось только полюбоваться на её обнажённое лицо, а потом можно снова отрастить пушистую гордость. Но Кончита не оценила. Разъярённая красотка заявила: «Гномица без бороды ни туды и ни сюды! Да я лучше голой буду по улице ходить, чем такой позор! Меня ещё никто никогда так не оскорблял!» Она врезала бедному Моторину пощёчину и навсегда разорвала с ним любые отношения. А ведь каждый гном лишь единожды за всю жизнь останавливает свой взгляд на женщине или же вообще не делает свой выбор.

«Хорошо Малышу, он, по-видимому, относится ко второй категории, и кроме секиры Киры ему никто не нужен!» — с тоской подумал Моторин.

Глава 12. Странный шар

Маленький отряд приближался к Форносту или Северной Крепости, древней столице Арнора. После того, как их догнала Ромашка Хавкинс, никаких особых событий больше не произошло. Хоббитянка была уже полностью введена в курс всех дел отряда. Она отнеслась к рассказам своих спутников весьма скептически, но и покинуть их не пожелала. Впрочем, Ромашка оказалась весьма полезной в дороге. Как истинная хоббитянка она кормила всю компанию вкусной и сытной едой, пришивала отлетевшие пуговицы, штопала порванную в пути одежду. Её появление сделало путешествие значительно более комфортным. Казалось, она принесла с собой частицу хоббитширского уюта. Если бы она ещё не ворчала по всякому поводу и не пыталась воспитывать пятерых старых холостяков, то вообще была бы бесценной спутницей.

Во многом благодаря Ромашке Бродо довольно быстро примирился с трудностями похода. Но он не хотел себе в этом признаваться, предпочитая считать, что просто дорога его закалила, и в этом тоже была доля истины. Подтверждением данной версии служило то, что он теперь наравне с гномами и Арагволдом участвовал в ночных дежурствах.

Путешествие повлияло и на Малыша. Маленький гном стал гораздо ответственнее относиться к своим обязанностям по охране лагеря. Ночью он бодрствовал у костра с мечом, даго и своей любимой секирой, которую ласково называл Кира. О том, чтобы заснуть на посту больше не могло быть и речи. Но во всём остальном он остался прежним Малышом.

Заплатив пошлину, Спасители въехали в ворота Форноста. Этот старинный город благодаря своему выгодному географическому положению за последние триста лет значительно разросся и стал крупным торговым центром. Вот и сейчас в Форносте проходила традиционная ярмарка, на которую съезжались со всех концов Средиземья.

Бродо увидел до боли знакомые обозы с репой. Рядом с ними разместились купеческие караваны из Айборской Республики. Гномы как обычно торговали своими замечательными изделия, сверкающими драгоценными камнями, а роханцы знаменитыми на всё Средиземье рысаками. Урукхаи привезли большие фуры, набитые пушистыми северными мехами. Загорелые эльдринги щеголяли золотой серьгой в ухе и, по слухам, торговали контрабандой. И это лишь малая часть из огромного множества товаров, которые предлагали представители самых разных народов обитающих в Средиземье. Все они съехались на знаменитую ярмарку, что-нибудь купить или продать, на других посмотреть и себя показать, наконец, просто повеселиться.

В толпе было много нарядных женщин, одевших по такому случаю свои лучшие платья. Бродо даже показалось, что среди прочих мелькнула высокая хоббитянка из Пригорья. Впрочем, в такой толпе не мудрено и обознаться. Повсюду слышалась музыка трубадуров, на центральной площади города бродячие артисты разыгрывали своё представление. Большинство горожан и гостей города щеголяли в карнавальных масках, среди которых было особенно много личин драконов, пауков и багровых глаз на всё лицо. Попадались даже урукхаи все как один одетые в кепки с изображением белой руки.

Неожиданно Бродо увидел идущего прямо на них незнакомца в зелёном плаще. Хоббиту показалось, что на физиономию этого человека надета маска перворожденного.

— Смотрите, на нём эльфийская маска! — крикнул он, стараясь привлечь внимание друзей.

Незнакомец вздрогнул и, поспешно закрыв лицо рукавом плаща, скрылся в толпе. От резкого движения из его кармана выпал шарообразный предмет и подкатился к ногам хоббита. Бродо поднял непонятную штуку и в благородном порыве заорал на всё горло:

— Стой! Ты потерял… — невысоклик осёкся, так как не знал, называния оброненной вещи. А незнакомца уже и след простыл.

— Чего ты вопишь, и что за штука у тебя в руках? — вопросил Моторин.

— Не знаю, это чужое, надо отдать.

— Что с воза упало, то пропало! — влез карлик.

— Нет, я должен вернуть потерянную вещь хозяину.

— Правильно Бродо, ты ещё не безнадёжен, — похвалила его Ромашка.

— Только как ты найдёшь незнакомца в такой толпе? — поинтересовался Арагволд.

— В любом случае не мешает зайти подкрепиться, — вставил Малыш. — Помнится, здесь всегда было неплохое пиво.

Все согласились с маленьким гномом, в том числе и хоббиты, для которых аргументы желудка перевешивали всё остальное.

Глава 13. «Парящий дракон»

Вскоре друзья уже сидели в местной харчевне «Парящий дракон» и поглощали обильный обед. Естественно, в свежем пиве тоже не было недостатка. Бродо беспокойно ёрзал на стуле, высматривая незнакомца в зелёном плаще, но напрасно.

— Покажи ту штуку, которую ты нашёл, — попросил Малыш.

— Не могу, вещь чужая.

— Может её хозяин уже покинул город, — заметил Карлсон.

— Всё равно я должен её вернуть.

— Тьфу! Балрог тебя побери! Была б она ему нужна, он бы за ней сам пришёл! — выпалил Малыш.

Демонстрируя обиду, он полностью сосредоточился на пиве, которое поглощал из своей неизменной чарки, подарка Санделло, в неимоверных количествах.

— Алкаш! — поставила диагноз Ромашка и с отвращением отвернулась.

— У нас в гвардии был такой случай… — начал Арагволд, пытаясь улучшить ей настроение.

Но в этот момент, порядком набравшийся Малыш, заголосил хриплым голосом свою любимую песню про Морию. Что-то про алмазы, кинжалы и то какие лихие ребята гномы. Ромашка тут же заткнула уши. Арагволд тоже был раздосадован, так как ему не дали поведать о своих подвигах. Зато обычно суровое, словно высеченное из камня, лицо Моторина сразу потеплело.

— Всех разрубишь топором! — подхватил он вдохновенно.

Карлик Карлсон немало поскитавшийся с Малышом тоже знал эту песню и принялся подпевать своим тоненьким голоском:

— Аж до самой…

Узнав до куда разрубают всех гномы, Ромашка Хавкинс поморщилась и покрылась стыдливым румянцем.

Бродо разомлел от сытной еды и выпитого пива. Разудалая песня пробудила в его памяти страницы из Красной Книги, повествующие о знаменитом подземном королевстве гномов или Чёрной Дыре, как называли Морию хоббиты.

О богатствах Морийских копий по всему Средиземью ходили удивительные легенды. Веками тангары отстаивали своё право обладать этим чудом подземного мира, которое, согласно преданиям, завещал им сам Великий Дьюрин, а ему создатель народа Длиннобородых легендарный Махал, почитаемый ими за бога. В течение четырёх эпох гибли гномы в Казад-Думе в бесчисленных битвах с орками и урукхаями, терпели огромный урон от врагов гораздо более страшных, таких как Огненные Бичи, балроги, и Пожиратели скал. И только Вечный Мир, подписанный 9 июня 10-го года Пятой Эпохи, навсегда закрепил за тангарами Чёрную Дыру. Неудивительно, что король гномов Дори Славный, при котором состоялось это знаменательное событие, почитается теперь подземным народом почти так же как Великий Дьюрин, самый старший из Семи Отцов народа Длиннобородых.

Мория — вечная мечта и боль каждого гнома. Перед мысленным взором хоббита проплывали навеянные песней картины: Горн Дьюрина; отрубленная голова Трора, на которой было выжжено рунами имя его убийцы; надетая на кол башка Азога; могила Балина; непобедимый хирд; Хорнбори с последним из Гномьих Колец, бросающий отчаянный вызов неведомому врагу и многое, многое другое. Склонный к романтике хоббит так увлёкся, что совершенно позабыл о попавшем в его руки странном предмете.

Глава 14. Всевидящий Камень

Он вспомнил о загадочном шаре лишь, когда на следующее утро Отряд покидал Форност. Одной из причин такого провала памяти было непомерное количество выпитого пива.

— Ой, я же так и не вернул эту штуку незнакомцу!

— Проехали! — отрезал Моторин. — Не возвращаться же теперь из-за этого!

— Шар достался нам на шару, — скаламбурил Карлсон.

— А всё же что за штуковина нам попалась? — поинтересовался Малыш.

— Займёмся этим на следующем привале, — предложил Арагволд, и все с ним согласились.

Когда настало время очередного отдыха, заинтригованная компания, собравшись на небольшой полянке, со всех сторон обступила невысоклика. Бродо точно фокусник извлёк из кармана шар. Шесть пар глаз тут же впились в него, стараясь понять что это, и зачем оно нужно. Внезапно вся шестёрка разом ахнула.

Таинственный предмет засветился мерцающим голубоватым светом, и зрители увидели в нём следующую картину: сине-зелёные волны лизали белый песок, а на берег выходили девушки прекрасные настолько, что никто из присутствующих никогда и представить себе не мог чего-либо подобного.

— Это же эльфины на берегу Валинора! — вскричал взволнованный Бродо.

Но ему никто не ответил, все, не отрываясь, смотрели на экран. А между тем, девушки дивного народа сбрасывали с себя одежду, без которой эльфины были ещё прекраснее.

— Что они себе позволяют! — возмущённо завопила Ромашка.

Однако эльфины не слышали её криков и во всей своей первозданной красе неторопливо, в каждом движении преисполненные грации, шествовали к воде.

— А что тут такого? — удивлённо спросил Арагволд. — К тому же они даже не подозревают, что мы их видим.

— Подглядывать за женщинами — это бесстыдство!

— Мы же никому не причиняем зла, — не согласился Арагволд. — И что постыдного в том, что у девушек красивое тело? Посмотри, как гармонично сложены их фигуры, как нежна их кожа, как они стройны, сколько в них изящества! Всё это так замечательно сочетается с их прелестными лицами и распущенными волосами. Они естественны и невинны. Разве это зрелище не эстетично?!

— Она просто завидует! — хихикнул Карлсон.

Если бы Ромашка попала по нему, то нидингу пришлось бы плохо. Но шустрый карлик успел увернуться и продолжал наблюдать захватывающее представление уже с другой позиции.

Тем временем эльфины подошли к воде. Идущая впереди взвизгнув, отскочила, видно водичка в это время года была ещё прохладной. Другая с разбегу бросилась в море и, вынырнув, стала поддразнивать более робких подруг. Те со смехом и воплями, обрызгивая друг друга, последовали за ней. Девушки весело плавали, плескались, ныряли и прыгали в море с живописной скалы.

— Немедленно прекратите эту порнографию! — возмущённо потребовала хоббитянка.

— Нет уж, клянусь бородой Великого Дьюрина, я досмотрю сие зрелище до конца! — решительно заявил Моторин.

— Ах, так! Всё с меня хватит, я отказываюсь готовить обед! — произнесла свою самую страшную угрозу взбешённая Ромашка.

Но на сей, раз даже это обычно безотказное средство оказалось бессильным. Мужская часть отряда словно магнитом была притянута к экрану.

А эльфины, будто издеваясь над бедной хоббитянкой, накупавшись, улеглись всё в том же наряде загорать под ласковым солнышком Валинора.

Ромашка демонстративно повернулась ко всем спиной и, подчёркивая презрение к низменным страстям своих спутников, гордо скрылась за ближайшими кустами.

— Видишь, Арагволд, чего лишил нас твой Олмер! — возбуждённо воскликнул Малыш.

Истерлинг не знал, что на это ответить, но тут неожиданно ему на помощь пришла Ромашка:

— И правильно сделал! — донеслось из кустов.

Ещё более злить хоббитянку никто не решился, и данная реплика осталась без ответа.

— Благословенный край непуганых эльфин! — восхитился Карлсон, когда, накупавшись и назагаравшись вволю, очаровательные девушки оделись и скрылись из пределов видимости.

— Как я сразу не догадался! Это же палантир — Всевидящий Камень! — возвестил Бродо, разрумянившийся и покрывшийся испариной от захватывающего зрелища. — Семь палантиров создал в Амане сам Феанор, а Элендил и его сыновья привезли их в Средиземье из Нуменора. Но я думал, что Всевидящих Камней больше не осталось. Откуда он у этого типа в зелёном плаще?!

— А ты ещё хотел вернуть такое сокровище! — упрекнул его маленький гном.

— Теперь уже поздно, придётся оставить его у себя, — сказал Бродо и развёл руками, всем своим видом давая понять, что он исполнил долг до конца и вынужден покориться обстоятельствам.

— А что ещё по нему можно увидеть? — поинтересовался Арагволд.

Они принялись производить с заветным шаром разнообразные манипуляции, но, несмотря на все их усилия, палантир упрямо показывал всё то же побережье.

— Очевидно, он направлен в одну точку, — промолвил, наконец, хоббит извиняющимся тоном.

— Жаль, — вздохнул капитан истерлингской гвардии.

— Зато, какие места! — мечтательно причмокнул карлик.

— Вот что, — вмешался с важным видом Моторин. — Я думаю, что все понимают как нам важно вести наблюдение за Валинором.

— А то! — с готовностью поддакнул Малыш.

— Но наблюдать придётся скрытно, чтобы не травмировать Ромашку.

— Разумно, — согласился Арагволд.

— Так что ночной дежурный должен будет поглядывать в палантир и, если в поле зрения появятся интересные объекты, то он нас разбудит.

— Отлично! Ты просто гений! — обрадовался Малыш.

— Но ночью они, вероятнее всего спят, да и вода в это время суток более холодная, — возразил Арагволд.

— Не беспокойся, Старшие Дети Эру обожают любоваться звёздами, — успокоил его Бродо. — Зато Ромашка в такое время точно спит.

Этот довод оказался самым убедительным, и план Моторина был утверждён.

Глава 15. Ночной сеанс

На этот раз они ночевали на постоялом дворе в придорожной деревне. Однако долго наслаждаться снами мужчинам не пришлось. Вскоре всю компанию, естественно кроме хоббитянки, разбудил сияющий Малыш, которому выпало дежурить первому. На сей раз даже Карлсон поднялся очень быстро. Друзья тут же окружили палантир.

Бродо оказался прав, эльфины любили ночное купание. Небо Благословенного Края было усеяно звёздами, но созвездия отличались от тех, что видят в Средиземье, да и расположение их было иным. Тонкий серп месяца отбрасывал на водную гладь серебристые блики.

— Жаль, что не полнолуние, — заметил Арагволд.

— Да, видимость ограниченная, — подтвердил Моторин.

— Зато так романтичнее, — утешил их хоббит.

В слабом лунном свете силуэты девушек приобрели таинственные очертания.

— Должна быть в женщине какая-то загадка, — проговорил истерлинг.

— Да ну, при солнечном свете лучше, — не согласился Малыш.

— Днём меня Ромашка съест! — возмутился Бродо.

— Тише, — прошептал Моторин. — А то точно разбудишь нашу зануду.

Между тем эльфины плыли к лунной дорожке, подныривали под неё и весело плескались, любуясь звёздами над головой. Их звонкий мелодичный смех напоминал перекличку маленьких серебряных колокольчиков. Зрелище завораживало, и наслаждаться им можно было бесконечно. Но ночное купание оказалось менее продолжительным, и загорать девушки тоже не стали.

— Малова-то будет! — заголосил Карлсон.

— Да тихо ты! — прошипел Моторин.

— Нет, я так не играю! — обиделся карлик. — Сеанс укороченный, видимость плохая…

— Надо же думать и о Ромашке, — напомнил Арагволд.

— А чего она раскомандовалась?! Этого нельзя, того не делай… просто домомучительница какая-то!

— Верно, нас пятеро, а она одна, — поддержал старого собутыльника Малыш.

— Разве Бродо тебе не друг? — спросил Моторин.

— Конечно друг, мы с ним пили.

— А она его любит, мы же, гномы, очень серьёзно к этому подходим.

— Да? — озадачился Малыш. — Ну ладно, чего не сделаешь для друга и во имя любви. Всё равно Амазонка круче!

Маленький гном тяжело вздохнул. Карлсону тоже пришлось согласиться с мнением большинства. Палантир решено было смотреть в любое время, лишь бы этого не видела Ромашка.

Глава 16. Отряд в деле

Новый Тракт, соединяющий Арнор с Ангмаром и Урукхайским Королевством, уводил Отряд Спасителей всё дальше и дальше на север. Позади остался Форност с его знаменитой ярмаркой, а друзья даже не приблизились к разгадке зловещих тайн, позвавших их в дорогу. Более того, загадок становилось всё больше.

— Кто же раскачивает Средиземье? — в очередной раз вопросил Моторин.

— Где гнездо Истинных нуменорцев? — отозвался Арагволд.

— Откуда тот парень взял палантир? — присоединился к их разговору Бродо.

— А Корону Средиземской Империи мы уже не ищем? — поинтересовался Малыш.

— Что же будет, если мы и дальше ничего не найдём? — невинно спросил Карлсон.

— Пить меньше надо! — ответила им всем Ромашка. — И пялиться на эльфийских девок тоже!

Это замечание хоббитянки заставило задуматься всю пятёрку. По крайней мере, доля истины в её словах была. Пьянки и мысли о прекрасном рассеивали внимание, а ночные сеансы отнимали время у сна. Неужели они что-то упустили?!

— Зря мы не допросили кота, — вздохнул хоббит. — Помнишь, Моторин, сколько всего выпытал Фолко Великий у этой собаки Сарумана?

— Бродо! — воскликнула, всплеснув руками, опешившая Ромашка. — Никогда не думала, что тебе может прийти в голову мысль мучить бедных животных!

— Я до того места ещё не дочитал, — признался Моторин.

— Значит, Ромашка была кое в чём права.

— Конечно, я права! Животных мучить нельзя!

— Что ты меня подгоняешь? Прочитаю я твою Красную Книгу, но нужно время на переосмысление.

— Смотрите! — внезапно крикнул Арагволд, показывая вперёд протянутой рукой.

Одновременно с этим Бродо ощутил, что Эльфийский кинжал вновь нагревается, предупреждая хозяина, что скоро будет горячо.

По дороге навстречу Отряду Спасителей бежали маленькие с такого расстояния фигурки. Причём пятеро явно гнались за той, что была впереди. Фигурки стремительно приближались. Стало ясно, что какая-то девушка спасается от преследующих её орков. Погоня настигала беглянку, потрясая ятаганами и оглашая окрестности торжествующим рёвом.

Арагволд выхватил меч и послал верного вороного наперерез бандитам.

— Подожди нас, у тебя же нет мифрильной брони! — завопил Моторин.

Их с Малышом хазгские лошадки были выносливы, но в скорости значительно уступали коню истерлинга. Гномы спешили изо всех сил, радуясь возможности сразиться со своим извечным врагом, но Арагволд их значительно опережал. Бродо решил, что в ближнем бою своим друзьям он плохой помощник, и выхватил эльфийский лук, доставшийся ему по наследству от Фолко Великого.

— О, Эру! Она ещё и с ребёнком! — вскричала испуганная хоббитянка.

И действительно, запыхавшаяся девушка прижимала к себе на бегу крохотное существо, бывшее, по всей видимости, её дитём. Она бежала из последних сил, но безжалостные преследователи были уже рядом. Один из них что-то злобно рявкнул и замахнулся ятаганом. Несчастная жертва попыталась закрыть собой ребёнка. Казалось, её смерть неизбежна.

Однако в последний момент стрела, пущенная умелой рукой Бродо, сразила убийцу. Невысоклик не зря был чемпионом Хоббитании по стрельбе.

Но на сей раз Бродо не испытал радости от точного выстрела. Внутри его словно что-то оборвалось. По телу хоббита пробежала дрожь, ему ещё никогда не приходилось убивать, даже орка. Руки хоббита как бы сами собой опустились, к глазам подступили непрошеные слёзы, а горло наоборот пересохло.

Измученная беглянка сделала над собой сверхусилие и, совершив последний рывок, рухнула в пыль перед копытами пони хоббитов. Между ней и преследователями уже оказались гномы и капитан истерлингской гвардии.

Вырвавшийся далеко вперёд Арагволд на полном скаку снёс голову ближайшему орку. По инерции он промчался вперёд и оказался в тылу у бандитов. Развернувшись, капитан напал на троих оставшихся убийц. Соперник ему достался серьёзный, истерлинг узнал в этих огромных и свирепых гоблинах урукхаев из Рейха. Ему пришлось бы тяжело наедине с ними, но на помощь уже подоспели гномы.

Урки, как прозвали бандитов из Рейха в Арноре, оказались между молотом и наковальней. Они дрались со свирепым отчаянием загнанных зверей, пытаясь встать спина к спине. Но гномы и Арагволд не позволили им улучшить позицию.

Тангары, соскочив со своих лошадок, по своему обыкновению бились пешими, а потомок степных воинов сражался верхом. Уродливые рожи урков были ещё больше искажены ненавистью и злобой. Они не собирались просить пощады, желая только одного: убивать. Но достать конного Арагволда, чей меч был длиннее их ятаганов, им не удавалось, пробить мифриловый доспех — тем более. А вот меч капитана, топор Моторина и, мелькающие словно ножи огромной мясорубки, клинки Малыша сделали своё дело. Пять орочьих трупов остались лежать на поле брани в лужах тёмно-бордовой, почти совсем чёрной крови.

— Арагволд, ты не ранен? — осведомился озабоченный Моторин.

— Спасибо, я цел.

Гномы подошли к своим лошадкам, Из дорожной сумки маленького гнома моментально вылез храбрый Карлсон:

— Ну как, Малыш, всё в порядке? Протезы не заедали?

— Какого Моргота?! — рассвирепел маленький гном. — Я ж тебя просил!

— О чём это он? — удивлённо спросил Арагволд.

— Да так… — замялся Малыш и покраснел.

— Говори-говори, — настойчиво потребовал Моторин. — Ты ничего не должен скрывать от своих друзей. Тем более что впереди нам предстоит ещё множество испытаний, и мы должны полностью быть уверенными друг в друге.

— Мне тяжело в этом признаться. Дело в том, что, когда я был маленьким, мне отрезало обе руки вагонеткой (такой специальной тачкой для перевозки добытой руды). Но я очень хотел владеть мечом и кинжалом так же искусно как все в роду Строри. Мне сделали отличные протезы, и я днями и ночами тренировался. Думаю, что сегодня ни моему отцу, ни Малышу Забияке за меня не было бы стыдно.

— Да, ты хорошо управлялся с клинками, никогда бы не подумал, что у тебя протезы! — восхитился человек.

— Молодец, ты настоящий гном! — похвалил Моторин и хлопнул своего собрата по плечу. — Я даже рад тому, что узнал об этом, выходит у тебя огромная сила воли.

Польщённый Малыш улыбнулся:

— Спасибо, вы — настоящие друзья!

Глава 17. Спасённая девушка

Гномы взяли под уздцы своих хазгских лошадок и вместе с Арагволдом вернулись к хоббитам.

Ромашка склонилась над распростёртой на дороге жертвой бандитов. Под голову девушки уже было подложено скатанное одеяло. Беглянка всё ещё тяжело дышала, глаза её оставались расширенными от ужаса, она никак не могла поверить, что всё уже позади. Рядом в нелепой позе застыл с ребёнком на руках растерянный хоббит.

— Как мы почикали этих мерзких уруков! — гордо провозгласил Карлсон. Девушка вся вздрогнула и сжалась, словно ожидая удара.

— Урукхайка?! — присмотревшись, сделал неожиданное открытие Моторин. Он был неприятно поражён.

— Ты жалеешь, что спас её?! — упрекнул его Арагволд.

— Что ж мы — звери? — вставил Малыш.

— Я не жалею, но никогда не думал, что буду помогать урукхаям. Ведь они — народ Тьмы и наши исконные Враги!

Несчастная девушка дрожала мелкой дрожью.

— Да хватит вам, изверги! — прикрикнула на них рассерженная Ромашка. — Вы для того её избавили от убийц, чтобы запугать до смерти?!

— Крепко же в вас, гномов, въелись расовые предрассудки, — молвил истерлинг.

— А ты уже прочёл как урукхай спас наших предков? — вмешался Бродо.

— Да прочитаю я твою Красную Книгу! — раздражённо отозвался гном.

— Урукхаи — вполне нормальный народ, — гнул своё Арагволд. — Они наши давние и верные союзники.

— А как же эти?! — ехидно спросил Малыш и махнул рукой в направлении трупов.

— Эти подонки явно из так называемого Рейха.

— Что за Рейх? — заинтересовался Моторин.

— Он расположен где-то в Безымянных Горах. Там собрались разные уголовники и отщепенцы, словом всякий сброд, не признающий законов Урукхайского Королевства. У них даже кровь почти чёрная, вы сами видели. Эти урки, как мы их называем, люто ненавидят гномов. Иногда они своими налётами тревожат Ангмар, но так далеко на юг урки забрались впервые.

— И Терлинг XIV терпит это? — спросил возмущённый Моторин.

— Почему он не ударит по их базам в Рейхе? — поддержал его Малыш.

— Это было бы вмешательством во внутренние дела наших союзников.

— Что же они сами тогда не наведут порядок? — продолжал наседать Моторин.

— Правительство Урукхайского Королевства каждый раз приносит официальные извинения. Но, по их словам, обезвредить логово бандитов в горах практически невозможно.

— Прекрасно! — язвительно воскликнул Моторин. — Все бездействуют и ждут пока проклятая нечисть размножится. А ведь эти твари плодятся очень быстро!

— Мы ничего не можем сделать, — устало ответил капитан истерлингской гвардии Арнора. — К тому же, кучка бандитов — пустяк. Нас сейчас гораздо больше беспокоят коричневые нуменорцы — главная угроза безопасности нашего государства.

— Мнда, — задумчиво протянул хоббит. — Сначала Истинные нуменорцы, потом то чёрное существо, теперь вот этот Рейх… Похоже, Понадол прав: над миром вновь сгущаются грозовые тучи.

— Это мы с тобой поняли ещё в Бэкланде, не зря же мы создали Отряд Спасителей. Но вот откуда ветер дует? Кому опять понадобилось раскачивать Средиземье?

— Да ещё и загадочная Корона Средиземской Империи, — добавил Малыш.

— Когда поднимается вопрос о короне, это явно не к добру, — заметил Арагволд. — В лучшем случае жди дворцового переворота, а в худшем — большой войны.

— Эй вы, стратеги! — встрял в их разговор Карлсон. В словах его слышалась неприкрытая насмешка. — Подумайте лучше, что нам делать со спасённой урукхайкой.

Их взоры обратились к лежащей на дороге девушке. Вся в пыли, которую пот превратил в грязь, со свалявшимися волосами, цвет которых определить сейчас было невозможно и расширенными от пережитого ужаса зрачками глаз, она выглядела такой несчастной и беззащитной, что её просто нельзя было не пожалеть.

— Как твоё имя и почему за тобой гнались эти бандиты? — задал ей вопрос Моторин.

Но девушка смотрела испуганными глазами на гнома и молчала.

— Может она немая? — пробурчал Малыш.

— Оставьте её в покое, ей и так сегодня досталось! — потребовала хоббитянка тоном, не терпящим возражений. — Вы бы слышали, как бьётся её сердце!

— Но что нам делать с ней и с ребёнком?! — вновь задал мучавший всех вопрос Моторин.

— Надо взять её с собой, — произнёс Арагволд.

— Ты с ума сошёл! — завопил Карлсон. — Мы не можем с ними нянчиться, нам ещё Средиземье спасать!

— Сам ты сошёл с ума! — завёлся человек. — Ты что хочешь бросить её здесь одну, в таком состоянии, да ещё и с ребёнком?!!!

— Не бойся, никуда они не денутся, — проворковала Ромашка, склоняясь над урукхайкой. — А в ближайшей деревне мы тебя приведём в нормальный вид: отмоем, расчешем, и будешь ты у нас настоящая красавица!

Девушка ещё больше смутилась и принялась лихорадочно отряхиваться.

— Значит так, — веско сказал Моторин. — Она поедет с нами до ближайшего селения, а там видно будет.

— На чём это она поедет? — поинтересовался Малыш.

— На моём коне, двоих Вран вполне выдержит, — ответил Арагволд. И спросил, подойдя к измученной девушке:

— Ты не против?

Та молча кивнула. Истерлинг истолковал это как одобрение. Он бережно подхватил беглянку своими сильными руками и посадил на послушного вороного. Вран даже согнул ноги, чтобы ему было удобнее, полностью одобряя действия хозяина.

— Э-э, а как же мальчик? — забеспокоился хоббит, всё ещё державший на руках ребёнка.

— Давай его сюда, — сказала Ромашка и протянула руки. — Я люблю детей!

Бродо с готовностью передал ей ребёнка. Хоббитянка тут же с воодушевлением принялась его баюкать. В глазах мальчика не было страха, он с любопытством взирал на окружающих.

— Лихая наездница, с ним ты свалишься с лошади, — поддел её Карлсон. — И сама убьёшься и пацана угробишь!

— Не дождётесь!

— Теперь мы настоящий Отряд Спасителей! — резюмировал довольный хоббит. Он был счастлив, что наконец-то избавился от ребёнка.

Глава 18. Банный день

Всю дорогу до ближайшей деревни Арагволд придерживал сидящую впереди него на коне урукхайку за тонкую талию. Девушка доверчиво прижалась к истерлингу, но стоило тому попытаться узнать её имя и за что её преследовали урки, как он сразу же ощутил, что между ними глухой барьер. Урукхайка вся напряглась:

— Пожалуйста, не спрашивай ни о чём. Наверное, потом я всё объясню. Но только не сейчас.

Ей хотелось хотя бы на какое-то время забыть обо всём. Забыть кто она такая и, ни о чём не думая, просто так нестись вперёд, сидя на коне рядом с сильным и надёжным Арагволдом. Остаток пути они ехали молча.

Ромашка всю дорогу качала ребёнка и распространялась о том, как важно для женщины, чтобы её волосы (особенно на ногах) всегда были чистыми, и о том, что женщине обязательно нужно мыть голову хотя бы через день, а уж ноги — ежедневно. Но её никто не слушал.

Бродо вспоминал историю путешествий Отряда Хранителей, Бильбо с гномами и Фолко Великого с компанией. Там женщин с собой никогда не брали… Хотя, в приключениях с Адамантом Хенны за Фолко увязалась юная Эовин. Но уж детей в отрядах вообще не было, тут они точно первые!

Суровый Моторин раздумывал, что делать с урукхайкой и ребёнком дальше. Даже обычно беспечный Малыш был погружён в какие-то размышления, и лишь Карлсон беззаботно спал в своей сумке.

Когда Отряд Спасителей въехал в поселение, Моторин объявил:

— Сегодня у нас банный день. Право помыться первыми мы уступаем дамам. Сбор назначается в этом кабачке… Тьфу, даже вывески нет!

Ромашка с урукхайкой, захватив ребёнка, отправились в местную баню. Пронырливый карлик хотел, было последовать за ними и проследить за сей процедурой, но раздумал. Он решил, что после эльфин это уже не произведёт на него впечатления.

Как только женщины удалились, Моторин радостно потёр руки:

— Теперь никто не помешает нам достойно отметить боевое крещение Отряда!

— Ну ты и голова! — восхитился Малыш, и вся пятёрка в отличном расположении духа ввалилась в кабачок. Народу в заведении было мало, поскольку многие уехали на ярмарку в Форност. Нашим друзьям только этого было и надо. Вскоре пиво уже лилось рекой.

— Молодец, Бродо, как ты снял того гада! — восторженно сказал Моторин, хлопая хоббита по плечу.

— Честно говоря, если б он не замахнулся на девушку ятаганом, я бы не смог его убить. Мне и сейчас не по себе от этого.

— Первый раз сие всегда тяжело, — успокоил его опытный Арагволд. — Приходится перешагивать через внутренний моральный барьер. Легче даже умереть самому.

— Да, убивать непросто, к такому надо привыкнуть, — хихикнул нидинг.

— Тебе нужно расслабиться, на вот выпей, — молвил Малыш и протянул невысоклику до краёв наполненную пивом большую кружку.

— За лучшего стрелка Хоббитании! — провозгласил Моторин.

Они чокнулись и осушили кружки. Затем поочерёдно выпили за каждого из героев стычки: Арагволда, Моторина, Малыша и, даже, за Карлсона. Потом прозвучали тосты за спасённую урукхайку; за её сына, чтоб рос большой; за Ромашку, чтоб она почаще мылась, за прекрасных эльфин и за всех женщин вообще. Так что, вернувшись, хоббитянка с урукхайкой застали всю компанию сидевшей в обнимку и пьяными голосами распевающей «Морию».

— Опять нализались, паразиты! — заорала обозлённая Ромашка.

— Иди ты в баню! — отозвался карлик и тут же исчез за спинами собутыльников.

— Топайте сами, грязные алкаши, смотреть на вас противно! Мы-то — девушки чистые, а вы заодно и протрезвеете!

— Вторая смена: встали, пошли! — скомандовал Моторин. Все пятеро поднялись и, держась друг за друга, спотыкаясь и падая, поплелись к выходу. При этом Малыш, имевший большую практику, ухитрился захватить с собой бочонок.

— В бане пиво — самый смак! — сообщил он довольно.

— Что-то сегодня уж больно Средиземье раскачалось! — проговорил хоббит, который не падал только потому, что гномы зажали его с обеих сторон могучими плечами и таким образом провели мимо Ромашки.

— Чему научится ребёнок, глядя на них?! — проворчала хоббитянка. — Ваши урукхаи так надираются?

— Бывает, — тихо сказала девушка.

Между тем собутыльники уже вышли во двор, где могли позволить себе немного расслабиться.

— А урукхайка-то, вроде ничего, после того как отмылась, — шепнул Моторин Малышу. Эх, ещё бы ей бороду!

— Ничего особенного, Кира лучше, — также шёпотом отозвался маленький гном.

— Много вы понимаете! — возмутился умевший слышать всё важное для себя Арагволд. — В вас просто говорят расовые предрассудки! Да она — настоящая красавица! А какие у неё глаза!!!

Моторин пристально посмотрел на человека:

— Что ты так кипятишься, почтенный? Ведь и я о том же. Никогда бы не подумал, что урукхай вызовет у меня симпатию. И вообще, мы, гномы, очень серьёзно относимся к любви. Правда, Малыш?

При упоминании слова «любовь» бывалый воин почему-то покраснел, а маленький гном лишь пожал плечами.

В результате этого движения Бродо сполз на землю. Но друзья не бросили хоббита в беде. Они дотащили его до бани и там, вылив на него пару вёдер, привели в чувство.

Глава 19. Зловещий сон

После бани хоббит смог уже самостоятельно добраться до постели. В этот день на долю всей компании выпало столько приключений и переживаний, что мужчины даже отказались от традиционного сеанса у палантира.

Бродо, как и его товарищи, сразу отрубился. Лишь под утро ему приснился странный сон.

Хоббит сидел у себя дома и грелся у жаркого камина. Он покуривал трубочку, пуская фигурные колечки, и, не спеша, потягивал пивко. Было по-домашнему тепло и уютно. Неожиданно в дверь постучали.

Отодвинув засов, невысоклик обнаружил на пороге незнакомца огромного роста с застенчивой улыбкой начинающего маньяка.

— Добрый вечер! — сказал незнакомец и улыбнулся ещё шире.

— Добрый вечер! — приветливо ответил Бродо и попытался закрыть дверь.

Но пришелец был гораздо сильнее и с лёгкостью пресёк эти действия хоббита. Он, сгибаясь в три погибели, проник в комнату и по-хозяйски расположился на стуле. Однако стул не выдержал и рассыпался под его тяжестью.

— Что ж, посидим на полу, я не гордый, — заявил незнакомец, смущённо разводя руками, словно многоопытный палач, случайно забывший топор.

Бродо совершенно растерялся. Он никак не мог понять как вести себя с непрошеным гостем, и почему тот кажется ему до боли знакомым.

Между тем пришелец продолжал загадочно скалить зубы, подобно успешно завершившему дело убийце:

— Мной пугают детей, но всё это гнусный поклёп. Не надо меня бояться, давай лучше чай пить.

— Вам какой? — спросил сбитый с толку невысоклик. — Арнорский или Хоббитширский?

— Давай Хоббитширский, — ответил незнакомец с обаятельной улыбкой юного живодёра.

Бродо принёс ему большую кружку и налил чаю. Пришелец тут же опрокинул её себе в рот. Глаза его стали ещё добрее.

— Хор-роший, Хоббитшир-рский! — похвалил он щерясь с невинностью садиста-любителя. — Ладно, пойду я. Шибко тут у тебя светло, аж глазам больно.

Незнакомец поднялся. Даже согнувшись в три погибели, он с трудом вписывался в непредусмотренные для таких как он переростков размеры помещения. И только тут хоббит заметил на его шее массивную металлическую цепь.

— А зовут меня, Мелькор! — сообщил великан, протиснувшись к порогу и обернувшись. — Я ещё вернусь.

Сказав эти слова, он напоследок одарил Бродо милой улыбкой старого извращенца и скрылся в дверях.

— Моргот с цепи сорвался! — истошно заголосил Бродо и проснулся.

Вся компания, ничего не понимая, сбежалась в панике на его крик. Узнав в чём дело, Моторин не допускающим возражения тоном заявил:

— Ты бы ещё сказал, что вдоль дороги Назгулы с косами стоят! Брехня всё это! Вот если б ещё Синий Цветок или какое-нибудь там Кольцо… А так брехня!

— Брехня! — подтвердил Малыш.

— Брехня, — неуверенно повторил хоббит.

— Ну вот, уже до Моргота допился! — набросилась на него Ромашка.

— Спокойно, — отрезал Моторин. — Одно я знаю точно — ехать надо!

— А урукхайка? — поинтересовался карлик.

— Я ей коня уже купил, — похвалился Арагволд. — Ведь ты с нами?

— Да, — скромно глядя в землю своими большими зелёными глазами, смущённо вымолвила девушка.

— А, ладно! — могучий тангар безнадёжно махнул рукой. — Пусть едет. Время не ждёт. На конь!

Вскоре деревня, в которой они так славно отдохнули, уже скрылась из виду.

— Как думаешь, спасём Средиземье? — спросил человек.

— Спасём! — твёрдо ответил Моторин.

— Хотя, вполне возможно, что и не спасём! — хмуро отозвался Бродо. Голова болела после вчерашней пирушки. Страшный сон не шёл у него из головы, да и злоключения Фолко он хорошо помнил.

— Нет спасём! Обязательно спасём!!! — бодро воскликнул маленький гном.

Content

Даниил Юрьевич Алексеев
Создание Отряда Спасителей

Предисловие хрониста

Вступление для чайников

Пролог на небесах

Глава 1. Неожиданная встреча

Глава 2. Пробуждение

Глава 3. Пригорянские слухи

Глава 4. Малыш сын Малыша

Глава 5. Арагволд

Глава 6. Тайна Понадола

Глава 7. Карлик Карлсон

Глава 8. Мурзик из Мордора

Глава 9. Походное утро

Глава 10. Ромашка Хавкинс

Глава 11. Бородатая любовь

Глава 12. Странный шар

Глава 13. «Парящий дракон»

Глава 14. Всевидящий Камень

Глава 15. Ночной сеанс

Глава 16. Отряд в деле

Глава 17. Спасённая девушка

Глава 18. Банный день

Глава 19. Зловещий сон