Олег Мазурин

Женщины-маньяки

ПРЕДИСЛОВИЕ

Маньяк…

Как часто в нашей жизни встречается это жуткое слово. Оно мелькает на телевидение, в кино, в прессе, в интернете. Причем мелькает с угрожающей частотой. Для масс-медиа — это весьма "лакомое" слово, оно привлекает повышенное внимание и хорошо продается. А вот у граждан оно обычно вызывает негативную реакцию. Некоторые при этом невольно вздрагивают, крестятся: "Свят, свят! Господи, огради меня и мою семью от подобных подонков!" И это понятно. Человек, одержимый болезненным пристрастием, идеей, влечением к чему-либо не вызывает у нас ничего кроме страха и ненависти.

Чаще слово "маньяк" ассоциируется у нас с серийными убийцами, насильниками, садистами. И сразу в голове возникает образ психически неуравновешенного мужчины с безумными глазами, в руках у которого либо нож, либо удавка, либо автомат. А в памяти вереницей мелькают имена известных на весь мир маньяков: Джек-Потрошитель, Чикатило, Муханкин, Брейвик… Все уверены, что серийные убийства и извращения — это удел сильного пола. И мало кто представляет на месте маньяка женщину. Вроде бы не женское это дело — убивать себе подобных. Издеваться над ними, мучить, пытать. Ведь женщина, прежде всего, мать, продолжательница рода, она дает жизнь всему живому на земле. Дает, но не отнимает. Выходит, отнимает. Выходит, и среди слабого пола встречаются нелюди! Пусть реже, чем среди мужчин, но все-таки встречаются. И если обращаться к всемирной истории, то женщин-маньячек было немало за это время. Достаточно вспомнить лишь некоторых из них: Юлия Агриппина, Элизабет Батори, Дарья Салтыкова, Белла Соренсен Ганнес и др. Этот список можно продолжать и продолжать. Тем более каждый очередной век являет миру все новых и новых монстров в женском обличье.

Эти так сказать с позволения "героини" шли против господа Бога, который сказал: "не убий!" ничуть не страшась кары небесной. Они шли и против своей и людской совести. Их вкусивших человеческой крови нельзя было остановить, словно дикого зверя выпущенного на свободу. Так они были неистовы и неудержимы в своих злодеяниях. Они умерщвляли других людей ради власти, ради своих маниакальных идей, ради своих сексуальных извращений. Иногда просто ради забавы. А ведь убийство — это ужасный грех, это самое тягчайшее и страшное преступление на земле не имеющее ни оправдания, ни прощения, а если это преступление совершает женщина, то оно страшнее и тяжелее вдвойне.

Так что же толкает женщин на криминал? Какие у них при этом мотивы, при каких обстоятельствах они совершают свои преступления. По какой причине? И что ими движет?

Психологи утверждают, что женская агрессивность более скрытая, но более сильная, чем мужская. Известно, что женская драка безжалостнее и коварнее мужской. Оскорбленная дама готова растерзать свою обидчицу на мелкие куски. В ход идут каблуки, шпильки, ногти, зонтики, запрещенные приемы, предметы девичьего туалета. Даже вид крови или мольбы о пощаде не действуют на разъяренную драчунью. Если фемина решает убить счастливую соперницу или неверного любовника, то идет в своих коварных замыслах до конца. Она точно их лишит жизни. Можете не сомневаться. Это мужчина может сто раз подумать и передумать. А женщину ничто уже не остановит на пути к цели. Ни капли жалости, ни капли раскаяния. Решила — убила. И точка! Вот почему киллеры-барышни так ценны для спецслужб: у них нет отказов и сбоев. Если цель перед ними поставлена — клиент будет скорее мертв, чем жив.

Чтобы отомстить мужчине некоторые представительницы слабого пола изобретают такие способы мести — что диву даешься! Мужчины здесь просто отдыхают! Женщина может умертвить своих детей лишь из-за того что они напоминают ей бывшего подлеца-мужа.

А вот вообще вопиющий случай, произошедший в США, в городе Спрингфилд, штат Орегон. Гражданка Даяна Доунз, разведенка и сексуально озабоченная особа (ее бросил муж из-за частых измен), ради того чтобы ее не покинул молодой любовник (он не хотел иметь детей) остановила машину в безлюдном месте на обочине и хладнокровно застрелила двух своих дочерей и сына. До госпиталя она ехала нарочито медленно, надеясь на то, что если дети и выживут от пулевых ранений, то в скором времени скончаются от обыкновенной кровопотери. С целью скрыть следы преступления она прострелила себе запястье (правда, с внутренней стороны, а надо было с внешней: как бы она прикрывалась рукой от выстрела), сказав потом полиции, что на них напал маньяк. И даже когда ее изобличили и приговорили к пожизненному заключению, она ничуть не раскаялась в своих грехах. Она по-прежнему утверждает, что ни в чем не виновата.

Вот это жестокость!

Вот это агрессия!

Тем более психологические особенности мужчины и женщины, как известно, различаются. Разные они планеты. И хотя притягиваются они к друг другу по законам всемирного тяготения, но все же они — разные. И логика у них разная. И агрессия. И жестокость. Как по силе выражения, характеру выражения, так и по мотивам.

В современной психологии и психиатрии для более точной и эффективной диагностики пациентов используются так называемые проективные методики: Цветовой тест Люшера, пятна Роршаха, ТАТ, рисуночный тест и др. Так вот ТАТ (Тематический апперцептивный тест) был разработан в Гарвардской психологической клинике Генри Мюрреем с сотрудниками во второй половине 30-х годов.

ТАТ представляет собой набор из 31 таблицы с черно-белыми фотографическими изображениями на тонком белом матовом картоне. Одна из таблиц — чистый белый лист. Обследуемому предъявляется в определенном порядке 20 таблиц из этого набора (их выбор определяется полом и возрастом обследуемого). На таблицах изображены разные люди и ситуации. Каждая картинка направлена на выявления одной или той потребности. Испытуемый должен описать чувства и мысли персонажей, что было, что есть и что будет. Он невольно идентифицирует себя с рисуночным героем и проецирует на него свои чувства и мысли. Ловкая методика! Психологическая защита снята и человек, ничего не подозревая, рассказывает специалисту всю свою подноготную. В этом случае психологу не составляет труда выявить основные потребности клиента, его мысли, потайные желания и фантазии.

Так вот, на одной из картинок теста изображена женщина, которая сомкнула руки на горле другой женщины, и похоже, что сталкивает ее с лестницы. Эта таблица направлена на выявление скрытой агрессии у лиц женского пола. При виде этой картинки у большинства женщин выявляется это состояние. Причем их рассказы ярки, полны крови, кровожадны, жестоки. У мужчин меньше жутких историй при описании картинки, где мужчина схвачен сзади тремя руками, фигуры его противников не видны, меньше подавленной агрессии. Дело в том, что представители сильного пола обычно не сдерживают внутри себя агрессию, а проявляют ее внешне. То есть если мужчину обидели, он тут же вспыхивает как солома от избытка негативных эмоций, и стремиться нанести злопыхателю адекватный ответ! "Отделал" обидчика — и выпустил пар. Эмоции улеглись, злость улетучилась. Месть состоялась. Схема мужской реакции на нанесенное оскорбление довольно-таки проста и примитивна. А вот женщины в подобных ситуациях действуют иначе, тем более, если противник физически сильнее них. Они взращивают и лелеют месть изнутри, внешне оставаясь вполне спокойными и любезными. И вряд ли кто догадывается, что у них в душе уже поселилась зло и ненависть. Они могут вынашивать коварный план расправы долгое время, но когда наступает подходящий момент, незамедлительно приводят его в действие. Обидчик посрамлен, повержен, покалечен, а еще страшнее — убит, а женщина с чувством глубокого удовлетворения избавляется от агрессии.

Вот почему женщины скрытые и спокойные убийцы. Так сказать тихий омут, где есть место всяким черным мыслям. Внешне они — улыбчивые добрые ангелы, а внутри — просто дьяволицы! Там просто все кипит, бушует, клокочет. Как бурная вода перед плотиной. Еще чуть-чуть, нахлынут эмоции, взбунтуется психика, отключиться здравый смысл — и тогда прорвет злая энергия преграду! Затопит кровью все вокруг и никого не простит и не пощадит! Берегитесь, люди, дьяволицы выходят на охоту за своими жертвами! Причем со своей непредсказуемой логикой.

Женщины-маньяки так же опасны, как и маньяки-мужчины, но не так заметны. Поэтому они получают возможность убивать на протяжении более долгого времени.

Серийные убийства всегда ужасают своей жестокостью, но когда речь идёт о женщинах серийных убийцах, матерях, поражаешься вдвойне. Женщины становятся серийными убийцами крайне редко, вот поэтому их истории привлекают повышенное внимание.

Согласно статистическим данным ФБР, женщины совершают 15 % насильственных преступлений в США. Однако с 1970 по 2004 год количество "женских" преступлений увеличилось на 140 % — это тенденция, судя по всему, приобрела устойчивый характер.

Майкл Келлегер в свое книге "Наиболее редкие убийцы" утверждает, что женщины наиболее успешные, острожные, точные, методичные серийные убийцы. Келлегер проанализировал истории 100 маньячек, которые действовали в США, Канаде и странах Европы с 1900 года. В среднем, им удавалось убивать на протяжении восьми лет — вдвое больше, чем среднестатистическому мужчине-маньяку.

В книге Кэрол Дэвис "Женщины, которые убивают" есть типология женщин, совершающих серийные убийства. Их пять видов.

Первый вид — "Черные вдовы" (названы в честь самки паука "черная вдова", которая съедает своего партнёра после любовного акта). Такие дамы, как правило, начинает убивать после двадцатипятилетнего возраста, а ее жертвами становятся мужья, любовники, члены семьи и вообще любые люди, с которыми она установила доверительные отношения. За десять-пятнадцать лет эта "вдова" изводит со света семь-восемь человек и более (ныне известный максимум — сорок три). Любимое орудие убийства — отравляющие вещества, способные имитировать естественный конец жертвы. Главная цель подобных убийств — это финансы и недвижимость.

Второй вид женщин-убийц — "Ангелы смерти". Они начинают убивать с двадцати лет. Обычно такие работают в больницах, госпиталях, домах для престарелых, приютах, хосписах — то есть, в местах, где случаи смерти происходят постоянно и каждое убийство можно списать на естественную смерть. "Ангелы" играют роль Бога, решая кого убить первым. Они знают, они — не твари небесные, а избранные небом. Им судить людей. Эдакие Раскольниковы в женском обличье. Как правило, эти "небесные избранники" для умерщвления людей применяют медицинские препараты. Средняя "производительность" ангела — шесть-девять жертв за два года (в одном случае жертв было шестнадцать).

Третий вид — "Сексуальные хищницы". Как правило, это тетеньки тридцати лет и старше. Они как лягушки-путешественницы часто меняют места проживания, болеют нимфоманией. Вступая в беспорядочные половые контакты, они порой в минуты психопатического криза (все он практически психически ненормальные люди) лишают жизни своих партнеров. Их криминальная карьера продолжается, в среднем, три года — за это время они убивают в среднем пять-шесть человек.

Четвертый вид — "Мстительницы". Эти начинают убивать в двадцатидвухлетнем возрасте, а их жертвами становятся либо члены семьи, либо известные личности, либо члены каких-либо организаций, имеющих для убийцы символическое значение. В среднем за пять лет "мстительница" успевает убить две-три жертвы. Эти преступницы отличаются крайней осторожностью, и очень долго и аккуратно планируют свои преступления.

И наконец, пятый вид. Он существовал в XVIII–XIX веках. Так называемые "Корыстные убийцы" (в XX веке подобных случаев стало меньше, а в XXI пока ни одного сообщения о подобных женщинах не поступало). Эти маньячки убивали ради денег, а их жертвами становились конкуренты или посторонние люди, с которыми убийцы входили в контакт. Это наиболее осторожные и изобретательные серийные убийцы. Как правило, они начинали действовать в двадцатипятилетнем возрасте и через лет десять они успевают сколотить себе состояние. В среднем, на счету у каждой с десяток, а то порой и дюжина жертв. Способы убийства, которые они использовали, отличались завидным многообразием. Выбор оружия и средств умерщвления людей — тоже был весьма богат. В некоторых случаях им не удавалось скрыться от правосудия, но во многих удалось.

Можно конечно поспорить с этой типологией. В нашем исследовании мы имеем дело не с простыми людьми, а с историческими личностями, о которых написано немало книг и статей. Некоторые из них не попадают под вышеуказанные категории. Нельзя их втиснуть в эти рамки: "хищницы", "мстительницы", "ангелы смерти", "черные вдовы"… Это узко. Наши героини в кавычках шире этих границ. Гораздо шире.

Задача перед автором не состояла в том, что взять и, не мудрствуя лукаво, пересказать биографию "героинь", перечислить их "подвиги", сосчитать количество жертв или назвать их поименно, залить страницы массой кровью и трупами, удивить шокирующими подробностями. Нет, такой задачи не было (В интернете полно статей про женщин-убийц, женщин-маньяков). Просто-напросто хотелось найти и те психологические причины, те "звоночки", после которых эти женщины начали творить свои злодеяния. Хотелось понять в какой период жизни, и по какой причине началось их личностное падение. Где тот старт, что привел их к печальному финишу.

Поэтому мы в этой книге попытаемся ответить на ряд интересующих нас вопросов, а именно: кто, что и почему заставляло знаменитых женщин действовать так жестоко. По какой причине? Что этому способствовало? Детские травмы? Окружающая среда? Какие-то психические или невротические заболевания или состояния? Какие-то комплексы? Какой прихотью или идей они были одержимы, раз стали маньячками.

И при ответе на эти вопросы нам никак не обойтись без науки о человеческой душе — психологии. В данной науке существует множество течений и направлений. И каждое учение только по-своему и только со своей стороны изучает индивида. У них разный подход, разная методология, разные методики. И в тестировании, и в коррекции, и в мониторинге. Да, все теории разные, но какую из них нам взять за основу? Ведь адепты некоторых направлений не утруждают себя копанием в душе человека. Им совершенно неинтересно из чего состоит структура личности и что за психические процессы происходят в мозгу.

Например, бихевиоризм. У специалистов этой теории все просто (кстати, основой для их направления послужила теория Павлова о рефлексах). Для них мозг — просто "черный ящик". Главное — что на входе и что на выходе. Есть какой-то определенный стимул, за ним следует определенная реакция. То есть ситуация — психологическая реакция. Методом проб и ошибок (реакций) и изучается человек. Это все просто и надежно, но нам хочется что-нибудь позабористее (хотя бихевиоризм и его современные модификации считается весьма результативной психокоррекционной методикой). Нам нужна теория, где изучается человеческая душа, описывается структура личности, где обрисовываются скрытые потребности индивида, его чувства, мысли и эмоции. Так сказать, необходима та теория, с помощью которой можно залезть внутрь человека и долго и тщательно там покопаться.

И здесь нас, возможно, выручит всеми известный врач и психолог Зигмунд Фрейд. Вернее, его любимое и тщательно выпестованное детище — психоанализ. Австрийское светило внесло огромнейший вклад в развитие многих наук, таких как: философия, психология, медицина, антропология, социология, психиатрия, сексология и др. Из его учения вышло множество эффективных психокоррекционных направлений, а именно: индивидуальная психология Альфреда Адлера, глубинная или аналитическая психология Карла Юнга, женская психология Карен Хорни, эпигенетическая концепция Эрика Эрикссона, теория холотропного дыхания Станислава Грофа, гештальтпсихология Макса Вертгеймера и многие другие. Кто из нас не слышал такие термины как: "либидо", "фобия", "Эго", "Эдипов комплекс", "перенос", "идентификация"… И это список можно продолжать и продолжать. Психоанализ порой спорен, неоднозначен, но по-прежнему могуч и эффективен. И он постоянно развивается. И в описании наших героинь мы не могли пройти мимо этого учения. Классика никогда не подводит, все об этом знают.

Но теория теорией. Она мертва без практики. Так что в нашем исследовании помог опыт психокоррекционной работы автора. Тот опыт, который и послужил хорошим подспорьем в нужный момент. И именно в тот момент, когда, казалось бы, нет ответа на вопрос, почему она (героиня) так поступила. Почему решила расправиться со своей жертвой, хотя первоначально и не планировала этого делать. И почему расправилась именно тем способом, а не другим. Что за зигзаг сделала ее психика за столь краткий период.

Для данной книги мы взяли выборочно десять биографий известных маньячек (начиная с древнего Рима и до наших дней). Почему мы взяли "героинь" разных исторических эпох. Да только по одной простой причине: доказать тот факт что за две тысячи лет от рождества Христова мир человеческих преступлений ничуть не изменился.

Какие бы за все это время не существовали общественно-исторические или общественно-экономические формации, какие бы государства не возникали и не исчезали с карты мира, как бы ни развивался научно-технический прогресс, как бы ни менялась всемирная мода или всемирная культура, какие бы не происходили природные катаклизмы или климатические трансформации, какие бы не зарождались вероисповедания и религиозные течения, душегубы и маньяки до сих пор не переводятся на Земле. Они продолжают истреблять всеми силами и средствами ни в чем неповинных людей. А психология "Нелюдя Убивающего" не претерпела за эти века никаких существенных изменений. И мотивы злодеяний у них все те же, как и две тысячи лет назад: власть, богатство, конкуренция, желание достичь высокого положения в обществе, ревность, зависть, ненависть к кому-то, жадность, навязчивая идея. Ведь не все хотят жить по божьим законам, поэтому и продолжается войны и убийства. И каждая эпоха выдает миру таких монстров-садистов — что волосы на голове дыбом встают от ужаса! И откуда такие звери появляются?! Откуда в них столько злобы, изощренности и коварства? Кто им привил такую сильнейшую нелюбовь к людям?! Явно, что не Господь Бог, ни его сын божий Иисус Христос, ни дух святой. Есть у них один кумир на все века и во все времена — это падший архангел Люцифер!

Но изверги-убийцы, берут пример не только с Дьявола, но и с себе подобных. Разные эпохи — разные примеры. Средневековая маньячка изучает опыт древнеримской маньячки, а современная — и древнеримской и средневековой. Как убивать, как издеваться, как мучить. Как фиксировать эти преступления. В дневниках или коллекционированием вещей и предметов жертв.

Они уважают друг друга, чтят.

Они связанны через века невидимой кровавой нитью.

Они — одного поля ягоды!

И они — маньяки!

Правда, если вдаваться в излишнюю терминологию и подробности, то не всех наших "героинь" можно назвать настоящими стопроцентными маньячками. У некоторых из них не так было много жертв на счету, и не все они являлись психически больными людьми, но по сути их все-таки можно окрестить "маньячками". Ведь всеми ими двигали и руководили разные маниакальные идеи. Кто-то стремился достичь верховной власти, устраняя всех на своем пути и не гнушаясь никакими методами. Кто-то убивал, мстя за свою поруганную честь. Кто-то травил людей в отместку за свое тяжелое детство. Кто-то умерщвлял народ ради забавы. А кто-то от скуки. Все эти "героини" разные и по характеру и по темпераменту, да и исторические эпохи тоже разные, но всех их объединяет одно но страшное стремление — убивать себе подобных! Издеваться над ними, применять насилие, мучить. И все они однозначно — стопроцентные убийцы! И совершенно не важно, сколько человек лишила жизни эта персона, троих или сто. Или может все шестьсот. И не важно, по каким причинам. Важно, что все они все по своему определению — душегубы.

И как не крути, все они — маньяки!

И точка!..

На их примере (вы не забыли, их будет 10) мы попытаемся проследить историю превращения нормальной женщины в зверя-маньяка. Попробуем изучить, проанализировать, понять природу данной метаморфозы, и тем самым раскусить этих монстров в женском обличье. Так сказать разложить по полочкам их звериную душу. Хорошо или плохо это мы сделаем судить вам, наш дорогой читатель. Как говорили таперы завсегдатаям салунов — ковбоям: "Не стреляйте в бедного пианиста, он играет, как умеет". И мы напишем, как умеем. Так что не метайте в нас критические стрелы, господа и граждане. Хотя, впрочем, метайте, метайте, пожалуйста, ведь от критики еще никто не умирал и она всегда полезна. Правда, когда она по делу. И по-существу.

Надеемся, что данная книга найдет широкий отклик среди любителей истории, психологии, философии, публицистики и криминального жанра.

Итак, женщины-маньячки.

Начнем, с первой, Юлии Агриппины — женщины одержимой манией власти…

ГЛАВА 1 ЮЛИЯ АГРИППИНА

МАНИЯ ВЛАСТИ

"О, неразумные, вы думаете, что черное пятно

убийства может смыть речная вода! "

Овидий

39 год нашей эры.

Остров Понтий. Тирренское море. Кристально чистая голубая вода. Яркое солнце. По лазурному небу плыли небольшие барашки-облака.

Морские волны слегка покачивали латанную-перелатанную лодку. Грустная Юлия Агриппина сидела на выщербленой корме. Ее сестра Юлия Ливилла, обессиленная и продрогшая, завернутая в грязные лохмотья, лежала на дне утлого суденышка. В сетке, прикрепленной к судну, плавали пойманные губки. Сестры по очереди ныряли за ними, собирая со дна моря. Нужно было как-то прокормиться.

Агриппина и Ливилла в изгнании. Их брат — император Калигула — сослал их на остров, обвинив в прелюбодеянии и заговоре с целью убийства императора и захвате верховной власти. Император казнил мужа Юлии Ливиллы и в то же время любовника Агриппины — Марка Эмилия Лепида как главного организатора заговора. А после посветил Юпитеру-мстителю три кинжала, которые якобы сестры и шурин прятали у себя чтобы заколоть императора. Калигула заставил под страхом смерти нести Агриппину урну с прахом от места казни до кладбища. Затем Калигула отобрал у некогда любимых сестер (с которыми он даже прелюбодействовал) все имущество и деньги. Приказал не кормить и не оказывать никакой помощи. Пусть умирают с голоду. Но сестры не хотели погибать, они сами добывали себе на хлеб насущный. Ныряли за губками и продавали оптом торгашам на рынке, а на вырученные деньги покупали пищу, одежду. А бесстыжие торговцы все норовились сбить цену или обмануть девушек. А порой даже потешались над ними. Нарочито подобострастно кланялись им.

"Смотрите, сестры императора пошли!" — показывали на них пальцем некоторые насмешники.

От стыда сестрам хотелось провалиться сквозь землю. Но голод — не тетка. Им снова и снова приходилось выходить на раздолбанной лодочке в море и искать губки. И вновь и вновь идти на поклон к скупщикам. И терпеть издевки.

"У меня уже сил нет, не могу больше", — простонала Юлия Ливилла. — "Лучше умереть, чем жить такой жизнью".

Она права. Лучше погибнуть, чем так мучиться как они. Уже пошел второй год ссылки. Но выхода нет. И надежд на возращения нет. И даже намека на какие-либо перемены судьбы. Сплошная безнадега. А когда-то весь римский народ подобострастно рукоплескал сестрам, приветствуя на гладиаторских боях в Большом Цирке. Даже сенаторы начинали свои публичные речи такими словами: "Да сопутствует удача императору и его сестрам!" Чеканили монеты с их изображением. Все было тогда у Агриппины и Ливиллы — слава, влияние, богатство. И любовь императора. А теперь они нелюбимы, они — изгои. У них нет ничего: ни состояния, ни популярности, ни верховного могущества. Вот так проходит земная слава. И как больно потом падать с такой высоты. После таких падений очень тяжело подниматься. Да и поднимутся ли они вообще, вот в чем вопрос. Неужели им никогда не вернуться в Рим?!

Агриппина взяла сетку и, набрав как можно больше воздуха в легкие, нырнула в воду… Поискала на дне добычу. Неудача. Не нашла ни одной губки. Ныряльщица поневоле всплыла на поверхность.

Отдышалась…

Как ей все надоело! Нет больше мочи терпеть. А если утонуть? Взять нырнуть и не вынырнуть… Наглотаться соленой воды — и всем мучениям конец! Она уже хотела это сделать но, посмотрев на измученную исхудалую сестру, передумала.

"Она же умрет без меня".

Вдобавок Агриппина вспомнила о вчерашней мистической встрече с одной загадочной старухой около рынка. Женщине было лет шестьдесят пять. Она остановила Агриппину и скрипучим голосом поведала, что может предсказать ее будущее. Некогда знатная римлянка тут же пожелала узнать свою судьбу. И старуха сказала:

"Ты выживешь, а твоего сына ждет великое будущее. И ты будешь наслаждаться этим триумфом. Но за это придется дорого заплатить…"

А потом предсказательница таинственным образом исчезла. Вместо нее вдруг возникло видение — двойник Агриппины, но только все воздушное и прозрачное, и почему-то с красным пятном в области живота. На вопрос что это за пятно призрак не ответил и растворился так же быстро как и появился. Агриппина была потрясена. Она долго думала, что это означало: старуха, предсказание, видение с красным пятном. Может это все пригрезилось с голода или от нервных потрясений. Бывает же такое: чем тяжелей обстоятельства или жизнь, тем радужнее сны. А в последнее время Агриппина видела волшебные цветные сны, где она в нарядных одеждах, и что она в Риме, и что играет с сыном, отдает распоряжение сенаторам, пирует за столами уставленными яствами. Ей так было радостно, легко и приятно в этих фантазиях. Но когда она просыпалась и видела себя на какой-то грязной подстилке и понимала, что опять вернулась в невыносимую и гадкую действительность, то ее охватывало чувство сильнейшего разочарования и обиды. Будто у нее как у маленькой украли любимую игрушку. Вот тогда точно не хотелось жить. Было одно, но очень стойкое желание: пойти и утопиться. Или повеситься. Но солнце вставало, просыпалось чувства голода — и снова начинались суровые будни ныряльщицы за губками. Жизнь (если можно было назвать это жизнью) продолжалась.

Лодка, море, улов, рынок, деньги, еда… Либо обмен губок на какие-то вещи. И по той же схеме и последующий день.

Так привиделось эта старуха или нет? Может и так. Но слова бабушки запали ей в душу. Видимо Юпитер дает ей знать с небес, мол, терпи, жди, скоро твоя судьба измениться к лучшему.

Будем терпеть…

Агриппина загрустила.

Как там ее малыш? На вилле с мужем? Ему пошел уже четвертый год. Как же она о нем соскучилась! И когда же она его увидеть? Когда прижмет к своей груди? Сколько еще ждать этого счастливого мига? Слава богу, что Калигула пощадил ее близких. А Домиций будет великим человеком, ведь он вышел при родах ногами вперед. И оракулы предсказывали ему славное будущее. Неужели она зря сносила адские муки при его появлении на свет?! Есть же в это мире высшая справедливость!

Но нужно терпеть.

Терпеть!

О, владыка морей, Нептун, храни меня! Не дай погибнуть в твоем царстве!

Агриппина снова глотнув как можно больше воздуха, погрузилась в морскую пучину. На этот раз она нашла то, что искала. Вот они морские губки. Зеленые, белые, светло-желтые. Машут жгутиками. Прикрепились к камням, и не хотят от них отлипать. Слизистые и студенистые на ощупь. Девушка собирала этих простейших существ, пока хватало запаса воздуха. А когда в голове зашумело и от прихлынувшей крови стало горячо, Агриппина быстро вынырнула на поверхность. Бросила добычу в лодку к Ливилле.

Потом Агриппина ныряла еще несколько раз. Губок набралось прилично. Теперь можно было плыть обратно и идти на рынок. Значит, сегодня они не будут голодными. Это ее ободрило.

Воля молодой римлянки еще не сломлена. И амбиций она не утратила. Когда-нибудь брат Калигула покинет этот бренный мир, и она снова окажется в Риме. Она будет императрицей. Это ее маниакальная цель, с которой она не расставалась ни на минуту, даже когда она голодала или подвергалась насмешкам толпы.

Мания власти.

С древних времен люди одержимы ею как безумные. В погоне за ней они становятся настоящими маньяками. Ради нее они идут на все: предательство, ложь, оговор, подлог и даже на самое ужасное преступление — убийство. Люди в этой погоне не в счет. Люди — это мусор, который легко можно вымести на свалку истории опавшими жизнями. Ради власти некоторые одиозные личности, не испытывая ни тени сожаления, бросали в мясорубку войны миллионы человеческих судеб. Лишь бы быть на верху политического Олимпа, лишь бы быть главой государства. Власть над людьми пьянит сильнее любого вина. Ведь имея неограниченную власть можно позволить себе многое: безнаказанно издеваться над людьми, лишать их жизни, унижать, давить, пользоваться ими. И за все эти ужасные преступления им ничего не будет. Ведь ты же царь, король, император. Вершитель человеческих судеб. Хочу милую, хочу казню!

Мания власти — самый сильный в мире наркотик! Игла, с которой не слезть никогда! И некому. Но зависимость от нее, как учит история человечества, всегда губительна и трагична.

Вот и наша героиня — Юлия Агриппина — всю жизнь стремилась к власти, убирая на пути к цели ненужных людей. Средством для этой волевой и неглупой женщины служил сначала ее дядя Клавдий, а затем и ее сын Нерон. Ради того чтобы управлять Римом она была готова идти на любые жертвы. В ход шло все — красота, тело, ум, харизма. Если не помогало, то применялся яд, оговор, навет, казнь, доведение до самоубийства. Даже инцест! Лишь бы хоть на шаг, на пол-шага, приблизиться к сладкой цели!

Согласно легенде как-то Агриппина спросила у прорицателей о судьбе своего сына и те ответили, что он будет царствовать, но убьёт свою мать, на что женщина ответила: "Пусть убьёт, лишь бы царствовал!" В конечном итоге волевая мамаша все-таки добьется поставленной цели. Нерон станет императором, но как он потом отблагодарит свою родную Пигмалионшу! Такое и в страшном сне не приснится! Хотя вначале своего правления Нерон был без ума от матери. Ведь именно она путем многочисленных преступлений и интриг возвела его на трон.

Римский историк Гай Светоний в своей книге "Двенадцать Цезарей" утверждает, что Нерон "искал любовной связи с матерью, и удержали его только ее враги, опасаясь, что властная и безудержная женщина приобретет этим слишком много влияния. В этом не сомневался никто, особенно после того, как он взял в наложницы блудницу, которая славилась сходством с Агриппиной; уверяют даже, будто разъезжая в носилках вместе с матерью, он предавался с нею кровосмесительной похоти, о чем свидетельствовали пятна на одежде". Выходит, ради власти она спала со своим сыном! Если это действительно так, то у Агриппины была самая настоящая мания власти!

Но обо всем по порядку.

Юлия Агриппина (Агриппина Младшая) появилась на свет в 15 году н. э. в городе Оппид Убиор (современный Кельн, Германия) в семье Германика, племянника и приемного сына императора Тиберия, и его жены, Агриппины Старшей. По отцовской линии она была прямым потомком древнего патрицианского рода Клавдиев, а по материнской относилась к всадническому роду Випсаниев. В детстве у Агриппины с правой стороны во рту у нее вырос двойной зуб, в чем усматривалось предзнаменование ее великого будущего.

До трех лет она жила с родителями, старшими братьями и сестрами. Потом все семейство, кроме Калигулы, вернулось в Великий Рим, и дети были оставлены на воспитание матери Тиберия.

Через год отец Агриппины неожиданно умер.

В 28 году, когда Агриппине исполнилось 13 лет, Тиберий выдал ее замуж за Гнея Домиция Агенобарба, который был более чем на тридцать лет старше невесты. Он происходил из древнего плебейского рода Домициев. В Древнем Риме отцу предоставлялось неограниченное семейное право. Он мог выдавать своих дочерей за кого угодно, не спрашивая их согласия. Даже сын, женившись и создав свою собственную семью, беспрекословно подчинялся отцу. Все имущество рода принадлежало главе семьи — отцу, и он мог по своему усмотрению им распоряжаться.

Но не в этом суть.

Выходит, жене 13 лет, а мужу под пятьдесят?! Половая жизнь с столь юного возраста?! Здоровый полный силы мужчина терзает хрупкое детское тело. Извращается, как может. Тем более в свое время Гней был удален из армии Германиком в 17 году за свою излишнюю жестокость. Вы понимаете? Мир тогда и так был достаточно беспощаден. Война за войной. А излишняя жестокость на войне — это уже перебор! Что же это был за жестокосердный монстр? К тому же Агенобарб убивал людей, был невероятно коварен, порочен и извращен. Он спал даже со своей сестрой — Лепидой! Каково девочке-подростку жить с таким злобным чудовищем! Так не долго и сойти с ума или заделаться самой настоящей маньячкой.

Возможно, с той поры Агриппина стала грезить о власти над мужчинами, над Римом, над людьми. Вот просто взять да показать сильному полу, на что способна она — хрупкая женщина. Пусть познают ее силу и волю! Пусть познают ее личность! Женщина — не вещь, нельзя без ее согласия выдавать за первого встречного. Также нельзя унижать, нельзя давить, подминать, насиловать психику. Может тогда она и захотела отомстить всем отцам Рима за всех невест-подростков. И видимо с той поры она развратилась, "подсела" на секс и стала нимфоманкой.

Надо сказать, что Юлия Агриппина в том возрасте выглядела весьма сексапильно: белокурая, стройная, красивая! Как распустившийся бутон ароматной розы. Мечта поэта! По правде сказать, это было привычной нормой выдавать замуж римлянок в подростковом возрасте за более зрелых мужчин. В ту эпоху за это никто никого не осуждал. Это была норма.

О, времена, о, нравы!

Но движемся дальше.

В 32 году Гней Домиций стал консулом. Все это время чета жила на вилле между Анцием (современ. Анцио) и Римом. В марте 37 года умер Тиберий. Но это была загадочная смерть. Говорят, что к ее смерти был причастен его племянник и брат Агриппины — Калигула (Сапожок). Он приказал начальнику преторианской гвардии задушить Тиберия.

В том же году, 15 декабря у Агриппины родился сын. Его назвали в честь отца Гнея Домиция — Луций Домиций Агенобарб, впоследствии Нерон. Вскоре после прихода к власти Калигула удостоил трех своих сестер — Агриппину, Юлия Друзиллу и Юлию Ливиллу особых почестей, а именно: 1) появление всех сестер на монетах. 2) дарование им прав и свобод весталок, в том числе прав просмотра гладиаторских игр и иных состязаний с сенаторских мест. 3) произносить публичные клятвы не только во имя императора но и во имя сестер.

Так что сенатские постановления теперь начинались следующими словами: "Да сопутствует удача императору и его сестрам!"

Причина такого трепетного отношения Калигулы к сестрам крылась в тех отношениях, которые между ними существовали. Новоявленный император состоял в любовной связи со всеми тремя сестрами и в то же время не возражал против их развратных оргий на Палантинском холме с другими мужчинами.

Замужество Агриппины не являлось препятствием к той жизни, которую она вела. На всех званых обедах Агриппина и ее сестры попеременно возлежали на ложе ниже его, а законная жена — выше его. Говорят, одну из них, Друзиллу, он лишил девственности еще подростком, и бабка Антония, у которой они росли, однажды застигла их вместе. Потом ее выдали за Луция Кассия Лонгина, сенатора консульского звания, но Калигула отнял ее у мужа, открыто держал как законную жену, и даже назначил ее во время болезни наследницей своего имущества и власти. Когда она представилась, он установил такой траур по ней, что великим преступлением считалось смеяться, купаться, обедать с родителями, женой или детьми. А сам, не в силах вынести горя, он неожиданно ночью исчез из Рима, пересек Кампанию, достиг Сиракуз и так же внезапно вернулся, с отросшими бородой и волосами. Божественным именем Друзилла он предварял свои клятвы и речи. Агриппина и Юлия Ливилла не были так обожаемы братом, хотя тот не упускал случая утолить свою похоть с ними. Калигула даже заставлял своих сестер словно проституток ублажать его любимчиков.

Вскоре фаворитом Агриппины стал брат по материнской линии, муж Юлии Друзиллы, Марк Эмилий Лепид, который имел любовную связь и с третьей сестрой — Юлией Ливиллой. Какое-то время Агриппина пыталась приударить за Сервием Гальбой, консулом 33 года которому в 68 году суждено стать главным противником ее сына Нерона и следующим императором. Однако Гальба не поддался на уловки сексапильной Агриппины и остался верен жене. Консул оказался единственным мужчиной, которого так и не смогла соблазнить великая грешница. Вдобавок теща Гальбы прилюдно осудила Агриппину и надавала той звонких пощечин.

В 39 году как вы уже знаете обеих сестер и их любовника Лепида обвинили в заговоре. Не тронули только мужа Агриппины — Агенбарба, который жил на вилле с маленьким сыном. Но в 40 Агенбарб неожиданно умер от водянки в Приги. Все имущество заполучил Калигула. Нерон был отдан на воспитание тетке — Домиции Лепиде Младшей.

24 января 41 года недовольные правлением Калигулы солдаты преторианской гвардии под командованием центуриона Кассия Херейи устроили заговор и закололи императора мечами. Та же участь постигла и жену императора — Милонию Цезонию. Двухлетнюю дочь Юлию Друзиллу, названую так в честь любимой сестры, мятежники убили, размозжив ей голову об стену. Сенат пытался на волне мятежа восстановить в Риме республику, но неожиданно преторианцы оказали поддержку Клавдию, дяде Калигулы и Агриппины и провозгласили его императором.

Клавдий первым делом вернул своих племянниц из Понтийской ссылки. И возвратил все конфискованное племянником у сестер имущество и драгоценности. Видимо ссылка благотворно повлияла на Агриппину. Перезагрузка в ее уме произошла, да еще какая! У нее полно новых идей, целей, планов. А амбиций через край! Она твердо решила покорить Рим — а значит, овладеть все миром!

Вспомним исторические аналоги. Великого вождя пролетариата Владимира Ильича Ленина тоже когда-то отправили в трехгодичную ссылку в глухую-преглухую Сибирь. Другой бы на его месте отчаялся, он молодец не раскис. Отдохнул, походил на охоту, на рыбалку, пообщался со своими ссыльными коллегами, почитал книжки, написал свои, а потом бац — и затеял великую революцию! Перекроил всю Россию-матушку, весь мир и всю историю.

Вот и Агриппина, отдохнув, задумала великий переворот. Она твердо решила: хватит ей находиться под пятой мужчин, пора ставить их на место! Это она женщина, а не они мужчины должна играть главную роль в политике государства. И Агриппина постепенно начинает осуществлять свою давнюю мечту — властвовать над Римом. Она прекрасно понимает, что для этого ей нужны деньги. Но не просто деньги, а огромные деньги. Большие финансовые возможности — это хорошее подспорье для воплощения в жизнь любых планов, даже самых грандиозных.

Агриппина обращает свои хищные взоры на Гая Саллюстия Пассиена Криспа. Сей доблестный римлянин являлся супербогатым человеком, занимал в 22 и 44 году консульскую должность. В наше время его бы ласково "обозвали" олигархом. Гай Крисп был в тот момент мужем Домиции Лепиды Старшей, еще одной тетки Нерона. Однако это обстоятельство ничуть не смутило охотницу за богатыми мужьями. Соблазнительница применила все свои чары и Гай Саллюстий влюбился в Агриппину. Хищница, почувствовав, что крупная рыба в виде Криспа у нее на крючке потребовала у того развестись с Домицией и взять ее в жены. Обезумев от страсти Гай Саллюстий пошел на поводу у новой невесты. Домиции была дана отставка, а Гай Саллюстий и Агриппина сочетались законным браком.

Агриппина переезжает в особняк Криспа. С собой берет своего малолетнего сына Нерона. Кажется, все идет по плану. Богатый муж пойман, сын пристроен. Но вскоре возникла неожиданная угроза ее ребенку. Она исходила от жены императора Клавдия — Мессалины. И хотя Агриппина редко появлялась во дворце у дяди и делала вид, что забросила политику, Мессалина понимала Агриппина имеет амбициозные планы в переустройстве Рима и что Нерон будет реальным соперником в борьбе за императорский трон с ее сыном — Британиком. Мессалина долго не думала, как в таком случае поступить с соперником? Правильно, взять да убить. Нет человека — нет проблемы.

Мессалина составляет план покушения. И нанимает убийц, чтобы те пробрались в дом Гая Саллюстия Криспа и задушили мальчика во время сна. Заказчица хотела, чтобы смерть Нерона выглядела как можно более естественно. Мол, дите несмышленое, беспомощное, перевернулось на живот и задохнулось во сне. Дескать, произошел несчастный случай.

Сначала все шло по плану. Киллеры тайно проникли в дом Криспа и отыскали комнату, где спал ребенок. Затем тихо подкрались к нему, и уже были готовы задушить заказанного малыша, как вдруг увидели нечто неожиданное. То, что их испугало и шокировало! Около подушки малыша лежала ядовитая змея! Чутко охраняя покой Нерона, она встрепенулась, подняла голову и зашипела… Тут нервы у горе-убийц и сдали. Они в ужасе отпрянули от ядовитого гада и бросились бежать. И бежали, так что пятки сверкали. Больше их и не видели.

Есть версия, что вместо змеи на подушке лежала змеиная кожа, ее-то киллеры и испугались. Так это или иначе, но жизнь Нерона была спасена. В последствие Агриппина приказала змеиную кожу вделать в золотой браслет, который носил, не снимая, Нерон вплоть до убийства своей матери. Затем снял, потому что это украшение напоминало о покойной матери.

Вскоре Агриппина осуществляет второй пункт плана: "Убийство мужа с целью завладения его богатством". Она добавляет в вино сильнодействующий яд и подает супругу на обед. Ничего не подозревающий Гай Саллюстий запивает вином фаршированных куропаток, ему естественно становиться очень плохо и он быстренько умирает. Причина смерти банальна: поперхнулся кусочком мяса. Да никто и не стал копаться в истинных обстоятельствах внезапной кончины Криспа. И дело "замяли". Агриппина теперь была счастлива: цель достигнута. После смерти Криспа единственными наследниками его огромного состояния стала Агриппина и ее сын.

Потом "безутешная" вдова выполнила третий пункт своего плана вхождения во власть. Она заделалась любовницей государственного казначея Марка Антония Палласа, который являлся правой рукой императора и влиятельной личностью.

В 48 году пока Клавдий находился в Остии, Мессалина предпринимает попытку захвата верховной власти в Риме. Цель ее проста: отправить в отставку или убить мужа и сделать императором своего любовника — Гая Силия.

Силий был бездетен и должен был усыновить Британика чтобы власть потом перешла к нему. Мессалина даже вышла замуж за Силия в присутствии свидетелей и подписала брачный контракт, хотя еще не была разведена с Клавдием. Один из влиятельных вольноотпущенников при дворе Клавдия ответственный за переписку Тиберий Клавдий Нарцисс, доложил об этом императору. Но тот являясь человеком нежестким и порой подчиняющийся чужому влиянию колебался в принятии решения, тогда Нарцисс на свой страх и риск, прикрываясь как щитом именем императора, отдал приказ преторианской гвардии об аресте Мессалины и Силия. Их схватили и заключили под стражу. Оскорбленный изменой жены император приказал казнить обоих. Их умертвили. Сразу после казни Мессалины и его любовника начались поиски новой жены для Клавдия.

Вот тут Агриппина и смекнула. Я — не замужняя, дядя — холостой. Чем они не пара?! Вот он ее звездный час! Такого удобного случая, чтобы продвинуться к верховной власти у нее не было, и возможно не будет. Агриппина, ставшая после убийства мужа обладательницей несметных богатств, бросила огромные суммы на дорогие украшения и сногсшибательные наряды. Ведь она обязана была во что бы то ни стало выглядеть умопомрачительно красивой и соблазнительной. Ее вожделенный объект — родной дядя — не должен был устоять перед такой красавицей! Конечно золото, жемчуга, драгоценные камни, благоухающие духи, самая дорогая и изящная одежда ослепляет глаза мужчин и усыпляет его бдительность, но это еще не решающий аргумент, чтобы завоевать его сердце. Здесь нужны еще ум и искусство обольщения. И Агриппина это прекрасно знала. И тогда в ход пошла тонкая лесть, хитрость, невзначай открытые бедра, невзначай полуоткрытая грудь, соблазнительное виляние задом, томный ласковый взгляд, томный сексуальный голосок. Великая плутовка настоятельно предлагала свое роскошное тело Клавдию, а тот будто неохотно сопротивлялся. Он был пока осторожен, но едва себя сдерживал, чтобы не накинуться на прекрасную племянницу и не "растерзать" ее на части.

Нарцисс (которого так ненавидела Агриппина) советовал своему императору вновь жениться на Элии Пецине. Клавдий уже был супругом этой женщины, но в свое время развелся с ней с целью сочетаться законным браком с Мессалиной. Однако император не подался на уговоры своего любимого секретаря а прислушался к мнению Палласа. Тот порекомендовал в качестве супруги — Агриппину. Эту кандидатуру, скрипя зубами и преступая через себя, волею неволею пришлось поддержать и Нарциссу. У него на это была одна единственная причина, но весьма важная и серьезная. С угрозой для его здоровья. После казни Мессалины он опасался мести со стороны Британника. Стань тот императором — вряд ли он пощадил бы Нарцисса. Придумал бы ему самую жестокую казнь, но для начала бы помучил. Если же новой супругой Клавдия становилась Агриппина, то ясно было, что следующим владыкой Рима будет Нерон. А у Нарцисса с Нероном не было никаких пока конфликтов и поводов мстить друг другу.

Итак, самые верные слуги были всецело за Агриппину.

Но Клавдий продолжал сомневаться в этой затее. Ведь у них с Агриппиной близкое родство. А это кровосмешение чистой воды. Что скажет народ? Что скажет сенат? Однако уговоры Палласа которые сводились к идеи о соединении ветвей Германика и Клавдия и тем самым укреплении династии, а также напор и красота Агриппины сделали свое дело. К тому же Клавдий уже давно сгорал от дикой и безумной страсти к племяннице, желая как можно скорее овладеть ее гибким и роскошным телом. Тогда Агриппине было всего лишь 33 года и она была в самом расцвете сил. Красивая, сексапильная, умная, амбициозная. Перед ней никто не мог тогда устоять. Не устоял и дядя. Подстрекаемый своими советниками он в конце концов согласился взять в жены племянницу. И согласился с такими словами: "Соглашаюсь, поскольку это моя дочь, воспитанная мною, рожденная и взращенная на моих коленях…"

1 января 49 года Клавдий и Агриппина поженились. Мечта императора исполнилась — он овладел в первую брачную ночь племянницей. И не разочаровался. Племянница устроила ему секс марафон и ублажила дядю по полной программе. Секс еще больше привязал императора к Агриппине. Он теперь ходил за ней будто привязанный. И этим обстоятельством сполна воспользовалась коварная соблазнительница.

Она "рулила" мягким и слабохарактерным Клавдием как хотела. Вот что писал французский историк Жак Роэрга де Сервье в своей книге "Жены двенадцати Цезарей" об этой необычной вертикали власти: "По существу не Клавдий, а она управляла Римом. Весть об абсолютной власти Агриппины над императором вскоре долетели до самых отдаленных народов, теперь все страны боролись между собой за право первыми оказать ей самые высокие почести". Ей присылали украшение золото, дорогие вещи, рабов. А также и необычные для того времени подарки: белый как снег попугай, говорящий отчетливо как человек дрозд.

Ощущения безграничной власти и всеобщего преклонения перед ней пьянили Агриппину. Она могла делать то, что хотела. И она решила мстить или устранять неугодных людей.

В 51 году Агриппина велит казнить наставника Британника, Сосебия, возмущенного ее поведением. Императрица расстроила помолвку дочери Клавдия — Клавдии Октавии с Луцием Юнием Силаном Торкватом своим дальним родственником. Вместе с цензором Луцием Вителлием она обвинила Силана в прелюбодеянии с сестрой Юнией Кальвинией, на которой был женат один из сыновей Вителлия — Луций. Опозоренный и раздавленный Силан покончил жизнь самоубийством. Кальвиния получив развод была отправлена в изгнание. Тем самым Клавдия Октавия стала свободной для Нерона.

Позже в 54 году Агриппина приказала убить старшего брата Силана — Марка. Императрица опасалась, что тот будет мстить ей и сыну Нерону за своего брата.

До убийства Силана (в 54 году) она устранила и тетку Нерона — Домицию Лепиду. И сделала это по нескольким причинам. Во-первых, Домиция была весьма богатой женщиной и делала дорогие подарки ее сыну. Этим она завоевала привязанность и любовь Нерона. Тот все больше и больше отдалялся от матери и сближался с теткой, называя ее второй мамой. Это бесило Агриппину. Ее материнская ревность не знала конца. Во-вторых, Домиция была очень красивой женщиной. А Агриппине, как небезызвестной царевне-мачехе из сказки А.С. Пушкина "О мертвой царевне и семи богатырях" не давала покоя красота соперницы. И видимо не раз, красуясь у зеркала, она задавала животрепещущий вопрос ему, а точнее себе: "Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее…" и, услышав отрицательный для себя ответ приходила в неописуемую ярость.

Агриппина обвинила ее в занятиях черной магией и подготовку мятежа в Калабрии направленных якобы против Римской империи. Свидетельские показания против нее давал… ее любимый племянник Нерон! Домиция была в шоке: вот она благодарность! За ее подарки, за ее нежность, за внимание! Она поняла окончательно: любовь против мании власти ничегошеньки не стоит. Нерон — яблоко от яблони под названием Агриппина. Только яблоко с самой что ни на есть страшной червоточиной. И это червоточина — предательство и подлость — о себе напомнит не раз, причем обернется против самой подстрекательницы и клятвопреступницы — Юлии Агриппины. Но пока мать и сын одно единое целое.

Клавдий не стал особо разбираться в этом деле и, не смотря на ходатайство своего преданного и обожаемого секретаря Нарцисса, отдал приказ казнить Домицию. И естественно ее казнили…

Агриппина торжествовала: отстояла сына, свершила месть и устранила соперницу. Отныне императрица могла с полным правом подразнить зеркало: "Признавайся: всех я краше. Обойди все царство наше, Хоть весь мир; мне ровной нет". На что зеркало — внутренний голос императрицы — не могло ничего возразить. Агриппина теперь стала среди красавиц Рима первым номером.

Еще одной жертвой коварной и кровожадной маньячки считалась Лоллия Паулина. Сразу после замужества Агриппина решила избавиться от своей соперницы, которая когда-то рассматривалась в качестве возможной супруги Клавдия. К тому же в 38 году полгода жила в законном браке с ее ненавистным братцем Калигулой. Агриппина обвинила ее в черной магии. Имущество Паулины было конфисковано, а ей самой было приказано покинуть Рим. Отправившись в ссылку Паулина не выдержала тягот и лишений изгнания и вскоре покончила с собой. Да Паулина была явно не Агриппина, у нее не было такой силы духа как у императрицы. Это Юлия умудрилась, голодая и осыпаемая насмешками толпы, жить в изгнании и не сломаться да еще выйти из этой ситуации победителем.

В скором времени от Агриппины "досталось" еще одной знатной даме по имени Кальпурния. Однажды она удостоилась похвалы самого императора за свою красоту. Агриппине это явно не понравилось, и она приказала убить красавицу.

В последующем Агриппина была всегда начеку. Как только Агриппина замечала, что вокруг его муженька вьются какие-то симпатичные римлянки, то она их тут же начинала преследовать, давить, уничтожать морально и физически. Она ревностно и строго охраняла мужа от посягательств различных невест и тем самым сохраняла свою абсолютную власть над Клавдием и Римом. За эту власть она могла стереть с лица земли любого кто осмелился бы ей бросить вызов.

Агриппина словно обезумела от вседозволенности! Ей мало было своего богатство, ей нужно было чужое. А власть позволяла императрице отнимать чужое имущество, деньги, виллы. Если ей не удавалось завладеть чьим-либо богатством, она действовала беспринципно и жестоко. Она находила лжесвидетелей, которые за определенную плату клеветали на подсудимых и тех признавали виновными. У них конфисковали все, а самих отправляли в ссылку или убивали. Никто не мог рассчитывать на снисхождение, если не соглашался добровольно передать свое состояние корыстолюбивой императрице.

Тит Статилий Тавр, владелец самых богатых и лучших садов в Риме, консул 44 года, сын дважды бывшего консулом Тавра, который построил знаменитый амфитеатр, как-то отказался предать алчной императрице свое садовое богатство. Причем ответил дерзко и смело. И тем самым навлек на себя гнев императрицы. Агриппина пошла проверенным путем и стала искать негодяя-лжесвидетеля. И нашла. Им оказался Тарквиний Приск. В свое время Статилий Тавр служил проконсулом в Африке, а Прииск был его заместителем. Тарквиний вызвался в суд, чтобы обвинить своего бывшего начальника в коррупции и даже в увлечении магией.

Тавр был потрясен, когда на судебном заседании в роли человека свидетельствующего против него выступил его бывший заместитель. Такого коварства и лжи он не мог перенести и, не дожидаясь решения сената, наложил на себя руки. Так Агриппина стала владелицей чудных и роскошных садов Тавра. А лжесвидетеля наказал Бог. Через некоторое время Приск был осужден за вымогательство и грабежи и приговорен к вышей мери наказания.

Но амбиции Агриппины еще не были до конца удовлетворены. Ей уже не хотелось быть царицей, а хотелось быть владычицей морской. Она насытилась уже почетными титулами, славой, своим могуществом. Запросы ее гордыни все росли. Мания власти убивала в ней человека. Она всячески хотела подчеркнуть всему миру и в первую очередь римскому народу кого влияния она достигла.

Она стала отправляться в Капитолий на роскошной триумфальной колеснице, на которой раньше доставлялись лишь священные реликвии. Она надевала роскошные туники, столы и палии из золотой парчи, приезжала в храм или публичное собрание в дорогой позолоченной карете, украшенной драгоценными камнями. Она приказала переименовать в свою честь столицу одного германского племени, и он стал называться Колония Агриппины (современный город Кёльн).

Агриппина наслаждалась своим могуществом!

Теперь теневой императрице не нужен был Клавдий. Мавр сделал свое дело, мавр должен уйти. Пусть порулит государством ее сынок. А Клавдий должен умереть. Она так решила. И вскоре осуществляет задуманное. Для этого Агриппина воспользовалась услугами знаменитой отравительницы того времени — Локусты, уроженки Галлии, которая по ее приказу приготовила сильнодействующий яд.

Агриппина пришла к ней накануне вечером и спросила готов ли подарок? Локуста вынесла ей холщевой мешочек с ядовитым порошком и зловеще произнесла:

"Вот он подарок вашему мужу, он ему непременно понравиться. Хватит и двух щепоток".

Агриппина кивнула и спрятала мешочек в складках одежды. Она уже придумала, как отравит своего благоверного. Он очень любил жареные белые грибы, чем Агриппина и воспользовалась. Утром 13 октября 54 года она велела приготовить рагу с белыми грибами. А потом самолично подсыпала в тарелку ядовитого порошка, перемешала…

Сегодня для императрицы был особенный торжественный день. Возможно, скоро осуществится ее главная мечта. Посадить сына на трон и царствовать! И она нарядилась по-праздничному. Одела белоснежную столу — длинную до пят, широкую тунику из тончайшей шерсти, с открытыми широкими рукавами и дважды перехваченную поясом — под грудью и ниже талии и обшитую по краям пурпурными узорами. Очертания фигуры скрадывались обилием глубоких и частых складок. Светлые волосы были высоко уложены, а лоб украшала золотая диадема, усыпанная драгоценными камнями. В ушах красовались золотые серьги с рубинами, на шее — золотое ожерелье, а пальцы были щедро унизаны золотыми перстнями с драгоценными камнями: рубинами, сапфирами, алмазами, аквамаринами. На ногах хорошо смотрелись элегантные кожаные сандалии.

Агриппина решила некому не доверять столь важное дело как отравление собственного мужа и сама подала Клавдию блюдо на золотой тарелке. Принесла и тускульского вина. Ешь, мол, муженек, ешь. Досыта ешь. Клавдий восхитился красотой женушки поблагодарил ее за любимое блюдо и приступил к трапезе…

Агриппина с замиранием сердца следила, как Клавдий поглощает смертельное кушанье. Она ждала тот сладостный миг, когда муж начнет задыхаться и упадет под стол. Время тянулось невероятно медленно. Казалось оно застыло.

Ну, ну… давай, умирай мой милый! Пожалуйста.

Но Клавдий не торопился на тот свет. То ли доза оказалась слишком маленькая, то ли организм императора был невероятно живуч и здоров, факт в том что яд действовал очень медленно. У императора началась обильная рвота, и Агриппина испугалось, что задуманное убийство не осуществиться и дядя выживет. Ее начала овладевать паника. Но она быстро взяла себя в руки и позвала своего слугу Ксенофона.

Тот примчался готовый исполнить любую волю императрицы.

"Сделай что-нибудь!" — коротко бросила женщина Ксенофону. — Видишь, как он мучается, помоги ему"

Слуга кивнул и якобы для облегчения рвоты протолкнул Клавдию в горло перышко, смоченное уже в другом яде… Результат превзошел все ожидания: император тут же скончался. Агриппина облегченно вздохнула: план удался.

Итак, история повторилась. Отравленный муж, отравленный дядя. Аккуратная и чистая работа. Комар носа не подточит.

Агриппина некоторое время скрывала смерть мужа, пока не сделала необходимых приготовлений для правопреемства своего сына. Собрав всех консулов и сенаторов, она велела им принести обеты за здравия Клавдия. Она даже заботливо укрыла мертвого мужа теплым одеялом: мол, "больной", не мерзни! Даже пригласила музыкантов и шутов, чтобы те развлекали "тяжелобольного" императора. Вот это изобретательность и сметливость ума! Вот это фарс! И чтобы никто не мог сообщить Британнику о смерти отца, Агриппина заперла его в охраняемой комнате и вела задушевные беседы, играя роль заботливой и чуткой матери. Британник "повелся".

Но весть о смерти императора облетела весь Рим. Тогда фарс прекратился. Нерон в сопровождении наставника Бурра предстал пред войсками и произнес речь уже не мальчика, но мужа. Он пообещал всем солдатам крупное вознаграждение и выпивку, и те, ошалев от счастья, провозгласили Нерона императором. Сенат, испугавшись Агриппины и Нерона, которые заручились поддержкой римской армии, тут же утвердил это решение.

Нерону было 16 лет, когда его мать поднесла на блюдечке с золотой каемочкой ему практически неограниченную власть над миром. В честь этого она была объявлена служительницей культа Божественного Клавдия, который был обожествлен Нероном сразу после смерти. В первое время правления Нерона реальным правителем государства была Агриппина. Она даже присутствовала на сенатских заседаниях, правда, находясь за занавеской.

Теперь у нее стало еще больше власти и те соперники, которые были ей не по зубам при Клавдии, сделались в одночасье весьма беззащитными и уязвимыми. Тут Агриппина и вспомнила неистового заступника Домиции и Клавдия — Нарцисса. Ведь он не испугался ее угроз и поддался на ее щедрые посулы и не предал своего любимого хозяина — Клавдия. Она приказала арестовать его и бросить в темницу-одиночку и содержали его в таких ужасных условиях, что Нарцисс был вынужден покончить жизнь самоубийством. А все его состояние, а оно было немалым, конфисковалось в пользу императрицы.

Но недолго Агриппина наслаждалась своей властью. Ее сын не захотел оставаться в тени своей могущественной и жестокой матери и сам возжелал владычествовать Римом. И однажды произошел один инцидент, который положил начало их вражде.

А дело обстояло так…

Нерон принимал делегацию посланников армянского царя. Император согласно его статусу сел на трон. Но его мать, зная, что только ей и никому другому сын обязан своим возвышением, пожелала чтобы ей было оказано великая почесть и уважение, а именно: предоставление места рядом с самим владыкой Рима.

Это было неслыханно — женщина и верховодит на важном государственном приеме!

Нерон, несмотря на пиетет пред матерью, явно не собирался потакать капризам матери. Он был против такой политической новинки. Но упорная Агриппина сама пошла к трону. Свита, предчувствуя мировой скандал, шепотом посоветовали Нерону сойти с трона на встречу к матерью, чтобы оказать ей императорские почести. Нерону не хватило характера, и он дал слабину. Он поднялся с трона и встретил мать, рассыпаясь в любезностях и комплиментах и в то же время подыскивая повод перенести аудиенцию с иностранными гостями на следующий день. Делегация ушла, императрица осталась довольна исходом эпатажного поступка, а Нерон испытал облегчение от того что избежал позора. Но после этого случая он затаил зло на мать. То была первая трещина в их политическом союзе в том союзе где главенствующую роль исполняла его незабвенная и неповторимая мать.

И эта трещина со временем увеличивалась…

Вскоре Нерон попал под обаяние вольноотпущенницы Клавдии Акты. Будучи привезенной Клавдием из его походов в Малую Азию, она довольно хорошо знала дворцовые порядки. Видя, что Нерон заинтересован ею, воспитатели и доверенные лица императора Бурр и Сенека, недовольные правлением Агриппины, свели Акту и императора, рассчитывая через неё влиять на Нерона. Агриппина была против любовницы сына и прилюдно отчитывала Нерона за то, что он связался с бывшей рабыней. Однако Нерон уже вышел из-под её повиновения. Он чуть было не женился на Акте. Тогда Агриппина закатила грандиозный скандал сыну, схватила за тогу и чуть не ударила по лицу. Последовали новые взаимные обвинения с обеих сторон. И были раскрыты некоторые интимные тайны венценосных матери и сына. то есть то очень даже стыдно признаться порой самому. Эта ссора забавляла римлян, каждый день они узнавали что-то новое и интересное об императорской жизни. Будто сводки новостей. Скандалы, интриги, расследования…

Однако Нерон понимал, что пока не может убрать мать с политической арены. Часть народа и армии любила Агриппину и была за нее. Поэтому он притворился, что прощает мать и идет нам мировую. Он сделал вид, что не общается с Актой, стал присылать дорогие подарки матери, надеясь задобрить ее. Агриппина "купилась" на это. Она посчитала, что сын глубоко раскаялся и осознал свое плохое поведение. Умерив свою гордыню, она стала проявлять излишнюю внимательность к сыну и даже предложила свои услуги. И в качестве советника по финансовым и политическим вопросом. И в качестве…женщины. Император воспользовался ею как женщиной, но вот как советником нет. И не собирался. Император был на строже и уже не доверял своей матери. Он всегда ожидал какой-то подвох, интригу, подлость со стороны родительницы.

Агриппина первая не выдержала показных "хороших" отношений. Однажды Нерон послал ей в дом очень дорогую и красивую мебель в качестве подарка. А в придачу роскошные наряды, золото и драгоценности. Агриппина приняла все это, но сказала что не считает это даром, а только лишь малой частью того что получил от нее сын. Ведь всем он обязан своей матери. И своим императорским лавровым венком.

Эти слова Агриппины пересказали Нерону в преувеличенной форме. Тот пришел в великую ярость и в отместку скандалистке отправил в отставку ее фаворита и бой-френда Палланта.

Тогда Агриппина начала плести интриги, собираясь выдвинуть кандидатуру Британника, как законного императора. Но её план не удался.

В феврале 55 года Британник был отравлен по приказу Нерона.

Нерон пылал ярой завистью к Британику, так как у того был приятный голос и он хорошо пел. А император обожал петь и все ему льстили, говоря о его божественном и несравненном голосе. К тому же Нерон опасался его как политического конкурента: Британника поддерживала Агриппина, и народ и преторианцы могли в любую минуту отдать ему предпочтение и провозгласить главой Римской империи. Чтобы не допустить этого и опередить соперника Нерон решается извести того ядом. Как говорится, двум медведям в одной берлоге не суждено было ужиться. А в нашем случае двум знатным и известным римлянам.

Коварный Нерон начинает действовать. Он тайно посещает Локусту и получает от нее яд. Но вещество оказалось слабее, чем предполагалось, и Британика только прослабило. То есть место вреда жертве принесена реальная польза. Так сказать очистили организм от разных там шлаков. Британаник тогда ничего не заподозрил. Тогда взбешенный неудачей император вызвал Локусту к себе и накричал на нее: мол, она дала не отраву, а лекарство. Обещал казнить. Та оправдывалась и призналась, что положила в вино яду поменьше, желая отвести подозрение в убийстве. Но император воскликнул: "Уж не боюсь ли я Юлиева закона!" и заставил ее тут же, в спальне, у себя на глазах сварить самый сильный и быстродействующий яд.

Локуста сварила. Отраву испытали на козле, и он умер через пять часов. Перекипятив снова и снова, пойло дали поросенку, и тот околел на месте. Тогда Нерон приказал подать ее Британнику. С первого же глотка тот упал мертвым. Нерон, солгав сотрапезникам, будто это обычный припадок эпилепсии, на следующий же день, в проливной дождь, похоронил его торопливо и без почестей. Локуста в качестве вознаграждения за исполненный заказ дело получила богатые поместья и даже учеников.

Вот семейка! Что мать, что сын устраняют конкурентов с помощью яда. Они достойны друг друга. Всемирные отравители! Да Агриппина была дока в отравляющих веществах, но Нерон готовился переплюнуть свою могущественную мать. И готовил ей сюрприз. Роковой сюрприз. Но все по порядку…

Агриппина быстро поняла, что в деле отравления Британника замешана Локуста, и очень испугалась. Она поняла, что с ее влиянием покончено раз и навсегда. Гордая женщина удалилась на свою виллу, залечивать душевные раны. Политическое поражение оказалось очень чувствительным. Британника теперь нет в живых, и было никакой надежды на скором возвращении верховной власти над Римом. Все рухнуло. Агриппина надолго впала в депрессию. Затем снова нашла в себе силы продолжать борьбу за верховную власть.

Агриппина втайне надеялась, что сын одумается и позовет ее обратно. А там видно будет. Может, оно так бы и случилось, но на беду в 58 году Нерон влюбился в расчетливую красавицу Поппею, жену своего друга Отона (в польском фильме по роману Генриха Сенкевича "Quo Vadis" Поппея действительно выглядит настоящей красавицей: стройная, белокурая, зеленоглазая, сексапильная. Правда, порой в решающие моменты недалекая. Акта в этой экранизации — старая и поношенная брюнетка, но достаточно умная для той эпохи).

Как рассказывал древнеримский историк Публий Корнелий Тацит в своих знаменитых "Анналы", Поппея имела все, кроме чистой души. Она была красива, богата, происходила из знатного рода, но с ранней юности поставила все эти достоинства на службу своему сладострастию, похоти и своему тщеславию. То есть принципу удовольствия. Она с ног до головы была порочна. На сто процентов. Едва она познакомилась с Нероном, она притворилась, что покорена его красотой и человеческими достоинствами, и что она и не в силах сопротивляться нахлынувшей на нее страсти. Поппея видя, что император быстро подался ее чарам, не стала затягивать процесс обольщения и тут же затащила его в свою кровать, то есть — ложе. Так зеленоглазая и развратная "паучиха" затянула в свои сети самца. Как говорил потом Тацит: "Под влиянием этой женщины семена пороков стали быстро прорастать в его (Нерона — прим. автора) душе".

И два порочных человека спелись!

Власть зеленоглазой любовницы над императором была столь велика, что Агриппина заволновалась и вернулась в Рим. Новоиспеченная фаворитка сразу почувствовала в ней весьма опасную соперницу и стала уговаривать своего "птенчика" убить императрицу. С каждым днем просьбы ее становились все настойчивее. Она даже применила извечную женскую хитрость — временный отказ партнеру в интимной близости. Очень эффективный способ во все времена и для всех народов. До тех пор пока цель не будет достигнута, секса не будет. Обычно так женщины добиваются хороших подарков: шуба, кольцо с бриллиантом, сережки, машина и др. Но тут на кону стола весьма крупная ставка — жизнь человека, причем самого близкого для императора. Поэтому Нерон долго колебался, но потом, поразмыслив, согласился. Тем более при дворе поползли слухи, что Агриппина пытается отстранить сына от власти и передать её Гаю Рубеллию Плавту сыну Юлии Ливии, дочери Ливиллы. По женской линии Рубеллий Плавт был прямым потомком Тиберия.

А слухи эти распространила ее бывшая подруга Силана.

Силана происходила из знатного патрицианского рода, была богата, красива и какое-то время являлась интимной подругой Агриппины. Императрица небескорыстно дружила с Силаной. Дело в том, что подруга Агриппины не имела наследника и большая часть ее состояния могла перейти к императрице. Когда римский всадник Секст Африканский обхаживал Силану с целью жениться, Агриппина всеми силами пыталась расстроить их свадьбу и очернить ее в глазах будущего мужа. Дескать, она стара, красота ее увядает, она развратница, нимфоманка, женщина с весьма сомнительной и подмоченной репутацией. Жених поверил Агриппине и сразу же дал отставку невесте. Отверженная Силана, узнав, что в этом повинна лучшая подруга, просто взбесилась и разорвала все отношения с ней. Мечтая о справедливой мести, она холодно и терпеливо ждала своего часа. И вот ветер политических перемен подул в иную сторону и несостоявшаяся жена, встав на сторону сторонников Нерона, решила насолить бывшей возлюбленной. Она подослала знаменитого актера Париса к Нерону. И когда император предавался разврату и кутежу, актер за кружкой вина рассказал ему о готовившемся якобы заговоре. И про организатора заговора — Агриппину, и про Гая Плавта и про многих других и многое другое.

Чаша с вином выпала из рук императора и залила багрянцем его белоснежную тогу… Глаза округлились от страха, и отвисла челюсть… Холод ужаса проник в его душу. Нерон был в шоке.

Он хотел немедленно схватить и казнить вероломную матушку, но Бурр и Сенека отговорили его от скоропалительного решения и посоветовали вызвать во дворец для объяснений императрицу. Он так и сделал. Агриппина не испугалась прибыть на аудиенцию к сыну. И она так смело и грамотно оправдалась, приводя в качестве своей защиты убийственные аргументы, что Нерону невольно пришлось согласиться с ней и поверить, что предполагаемый заговор — это лишь буйная фантазия Силаны и ее друга Париса. Агриппина потребовала незамедлительно наказать лжецов и Нерон дабы более не гневить свою матушку выполнил просьбу. Силану отправили в ссылку, имущество конфисковали, а одного из главных обвинителей императрицы — Атимета — казнили. Причем прилюдно. Обе царственные особы — мать и сын — были удовлетворены исходом событий.

А еще императрице удалось отвадить Поппею от Нерона. Для этого она воспользовалась своим проверенным методом — сексом. Зная тягу сына к интимным развлечениям, она приходила к нему в соблазнительных полупрозрачных нарядах и ложилась на ложе, ласкала его, гладила. Сын как нормальный мужчина возбуждался, и они предавались безумно горячему инцесту. После секса Агриппина обрабатывала мозги сына, перечисляя все мыслимые и немыслимые недостатки Поппеи. И вскоре после такой мощной обработки Нерон охладел к бывшей возлюбленной. И дал ей отставку. Про такие случаи англичане обычно говорят: "hit-and-run", а русские используют народное выражение: "помотросил и бросил".

Императрица возрадовалась. Но тихо и скромно. Она прекрасно понимала, что это еще не победа, а небольшое достижение. Пока она в латентной опасности. Будут и новые наветы, интриги, политические фарсы и буффонады. Будет и покушение на ее честь. И даже на саму жизнь. Ее сын просто так не успокоиться, рано или поздно он постарается убрать ее из власти. Причем любыми методами. Даже пойдет на убийство.

У Агриппины все меньше и меньше становилось сторонников в Риме. Императрица еще раз убедилась в истине, что друзья познаются в беде. Пока она была влиятельна и богата они вились вокруг нее в большом количестве а как впала в опалу то друзья быстро исчезли. А кто-то стал и врагом как Силана.

Агриппина почувствовала, что над ней сгустились тучи, и стала крайне любезна с капитаном и центурионами преторианской гвардии и всеми теми, кто обладал каким-нибудь влиянием и властью в Риме. Даже спала с ними — лишь бы заручиться их поддержкой. Арестовать ее могли в каждую секунду.

Узнав об этом, Нерон решает действовать. Двум медведям в одной берлоге не ужиться.

Нерон сначала не хотел убивать свою мать, а только тихо-смирно убрать ее с политической арены. Он старался так или иначе возбудить к ней ненависть, грозясь отказаться от власти и удалиться на Родос; потом лишил ее всех почестей и власти, отнял воинов и германских телохранителей, отказал ей от дома и изгнал из дворца. Но и после изгнания он преследовал мать — нанятые им люди досаждали ей в Риме тяжбами, а на отдыхе насмешками и бранью, преследуя ее на суше и на море. И тогда в страхе за свою власть и видя решительность и неукротимость своей матери, он решился на матереубийство.

Три раза Нерон пытался отравить императрицу, пока не понял, что она заранее принимает противоядия. Тогда он устроил над ее постелью штучный потолок, чтобы машиной высвободить его из пазов и обрушить на спящую императрицу, но соучастникам не удалось сохранить замысел в тайне. Покушение с треском провалилось. В пору было взвыть от отчаяния. Но хитроумный мозг Нерона не отчаивался и не дремал, а придумывал все более изощренные ланы устранения матери. Думал, думал и наконец, придумал. Исполнителем заказа Нерон назначил Аникета — адмирала Мизенского флота галер. Флотоводец охотно согласился организовать покушение на мать императора: Аникет ненавидел Агриппину всеми фибрами души, впрочем, как и та его. Так сказать между ними существовала взаимная антипатия и вражда.

Так в чем заключался хитроумный план Нерона? А вот в чем: в марте 59 года, в Байях (современный г. Байя, Италия), Нерон предложил матери совершить поездку по морю и пригласил ее погостить к себе на галеру. А вся идея заключалась в том, чтобы с помощью одного устройства обвалить свинцовую кровлю каюты, которая должна была задавить Агриппину или привести к крушению корабля. В последнем случае императрица должна была утонуть в море. В общем, при любых вариантах Агриппина не должна была остаться в живых.

Притворно сменив гнев на милость, Нерон самым нежным письмом пригласил ее в Байи, чтобы вместе отпраздновать Квинкватрии задержал ее здесь на пиру, а триерархам отдал приказ повредить ее либурнскую галеру, (триерах — командир триеры) будто бы при нечаянном столкновении; и когда она собралась обратно в Бавлы, Нерон дал матери вместо поврежденного свой искусно состроенный корабль-убийцу. Коварный сын проводил свою матушку ласково и на прощанье даже поцеловал в грудь. Остаток ночи он провел без сна, с великим трепетом ожидая исхода предприятия. Потерявшая бдительность и ничего не подозревающая Агриппина отсвое последнее путешествие.

…В тот день погода на море была великолепная! Полный штиль. Яркое солнце, лазурное небо, белоснежные облака. Чайки сбившись в небольшую стаю, истошно кричали над головами.

Красота!

Галера отплыла недалеко от берега. Агриппина вышла на палубу полюбоваться морскими пейзажами и подышать морским воздухом. У нее было отличное настроение. И как ему не быть: ведь примирение с сыном все же состоялось. Причем он сам пошел ей навстречу, что весьма удивительно. Хотя что здесь удивительного: она его мать и очень многое для него сделала. Один венец императора чего стоит.

Агриппина с наслаждением втянула в себя запах соли и морских водорослей….

Пора!

И тогда по знаку Аникета его сообщники привели в действие хитроумный и сложный (для тех времен) механизм — и тут же с грохотом обрушилась свинцовая кровля каюты!

Слуга Агриппины — Креперий Галл — стоящий у руля в мгновение был раздавлен насмерть. Он даже не вскрикнул: так скоротечен был его конец. И очень ужасен! Его тело превратилось в кровавое месиво.

Агриппине невероятно повезло; она осталась жива. Ее даже не задели падающие обломки, подпорки были прочными и выстояли. Тут же на палубе возникла невероятная паника. Матросы как безумные стали бегать по палубе. Кто-то причитал, кто-то молился, а кто-то кричал как резаный. Никто не хотел умирать раньше времени. Матросы, участвующие в заговоре не знали, что им делать дальше, а матросы, не ведающие о заговоре, принялись спасать судно. Но паника — плохой советчик в экстренной ситуации. В какой-то момент большинство людей оказались на правом борту, и корабль резко накренился. Множество людей а также сама Агриппина и ее служанка Ацеррония упали за борт.

Оказавшись в воде, Ацеррония стала кричать, чтобы спасали мать государя. Убийцы еще раз просчитались. Они приняли служанку за императрицу и забили ее веслами, раскроив череп. Труп пошел под воду, а на бирюзовой поверхности растеклось кровавое пятно…

Агриппина тут же смекнула, что лучше держать рот на замке, и отплыть подальше от судна, иначе ее тоже забьют веслами. Императрице чуть ли не единственной удалось спастись в открытом море — сказалось её прошлое ныряльщицы за губками. Затем ее подобрала какая-то лодка и доставила до берега. Счастливица отделалась лишь легким испугом и синяком на плече. "Проколовшегося" Аникета с подручными подобрала галера идущая следом.

Агриппина придя в себя, стала размышлять над этим несчастным случаем. Взвесив за и против она, весьма искушенная в дворцовых интригах, догадалась, чьих это рук дело. И устыдилась своему промаху. Надо же она как наивное дите поверила в самые "искренние" заверения в любви и "преданности" со стороны своего сына. Он ее переиграл. Не зря она учила его политическим закулисным играм. Он оказался на редкость способным учеником. И талантливым.

Но Агриппина не падала духом. Боги ее пока любят и не позволили ей погибнуть в морской бездне. Но надо было что-то срочно решать с сыном. Он же не успокоиться пока не истребит ее. Значит надо опередить этого коварного монстра на шаг, даже на полшага, но в результате покончить с ним раз и навсегда. Способов чтобы этого добиться у Агриппины достаточно много. Отравить, подослать убийцу, устроить несчастный случай, все что угодно — лишь бы его не было на этом свете! Но для начала она решила послать к Нерону своего слугу — Агерма. На разведку. И вот шпион императрицы, оседлав широкоспинного каппадакийского скакуна, отправился в Рим к самому Нерону.

А владыка Римской империи узнав, что покушение с треском провалилось, и что мать осталась жива и невредима, пришел в неописуемую ярость. Невероятно! Столько усилий — и все впустую! Казалось он не переживет такого сокрушительного фиаско. Но судьба давала коварному Нерону еще один шанс исправить ситуацию.

Верноподданные доложили ему, что прискакал гонец от императрицы с весьма важным донесением. Нерон тут же он придумал новый оригинальный план, который должен был оказаться более эффективным и результативным чем предыдущий. Согласно этому плану у Агриппины уже не было шансов на спасение.

Когда отпущенник императрицы Луций Агерм вошел в зал, чтобы огласить радостную весть, Нерон возлежал на ложе в окружении рабынь и охранников.

"О, мой Цезарь, венценосный император, приветствую тебя!" — склонился на колено Агерм. — "Хвала нашему божественному Юпитеру! Он совершил чудо! Он спас от неминуемой смерти вашу мать и нашу императрицу!"

Нерон сделал вид, что сильно поразился и якобы от неожиданности даже привстал с ложа.

"Что случилось?" — спросил он у слуги матери. — "Как это произошло? Рассказывай немедля".

Агрем все подробно рассказал о происшествии на море. Нерон сделал удивленный вид и велел… незаметно подбросить Агерму кинжал. Один смышленый малый из свиты Нерона ловко и незаметно для гонца положил кинжал между его ступнями. Все присутствующие должны были поверить в большую ложь: Агерм пришел к императору, чтобы убить его, и якобы бы оружие было спрятано у заговорщика под плащом и нечаянно упало на пол. И едва слуга Агриппины пошевелился, как кинжал предательским звоном обнаружил себя.

Императора словно ветром сдуло с ложе. Он как первоклассный актер изобразил внезапный испуг и страшным голосом закричал:

"Стража, немедленно ко мне! Схватить сего негодяя! Это подосланный убийца! Он хотел умертвить меня. Это все дело рук моей матери! Какое коварство! Я не ожидал такого от своей любимой матушки! О, Юпитер, громовержец, хвала тебе за мое чудесное спасение!"

Ошеломленного Агрема скрутили и связали.

Нерон срочно вызвал к себе своего верного пса — Аникета. И приказал:

"Возьми центурионов и отряд самых искусных воинов и немедленно поспеши на виллу в Бауле. Там ты найдешь мою мать".

Аникет спросил, как же поступить с императрицей? На что Нерон ответил коротко и ясно:

"Убить. И как можно скорее".

Аникет кивнул головой и бросился исполнять распоряжение своего владыки. Взяв конный отряд состоящий из двух центурионов и двух десятков легионеров он поскакал на виллу в Бауле.

Прибыв туда, они быстро окружили дом. Горе-организатор неудавшегося покушения на корабле Аникет и два его верных пса — центурионы, выбив ногами дверь, ворвались на виллу. Тут же арестовали всю прислугу, согнали в кучу и связали. После чего вломились уже в спальню к Агриппине. С императрицей находилась лишь одна служанка и то, увидев вооруженных людей в блестящих панцирях, в великой панике бросилась вон из комнаты. Агриппина в сердцах бросила вслед служанке:

"Как! И ты тоже бросаешь меня! Вернись!"

Но той и след простыл. Правда у главного входа беглянку перехватили легионеры и связали.

Аникет и центурионы двинулись к Агриппине.

По их злобным решительным взглядам она тут же все поняла: ее пришли лишать жизни. И пощады точно не будет! Холод сковал ее душу. Появилась слабость в ногах. Неужели сын решился на матереубийство?! Вот как он заплатил за ее заботу и старания и жертвы. Чудовище, а не сын! Интересно они ее сами убьют или инициируют самоубийство. Мол, узнав, что заговор раскрыт она сама наложила на себя руки. И такое может быть.

Неужели жизнь сейчас оборвется?! Неужели Юпитер ее не спасет?! Агриппина не хотела в верить в свой конец.

Но надо отдать этой женщине должное: даже в последние минуты жизни она вела себя мужественно и достойно.

"Если ты пришел осведомиться о состоянии моего здоровья", — сказала она Аникету. — "То передай Нерону, что мне лучше, а если ты явился чтобы отнять у меня жизнь, то я не верю, что мой сын способен на убийство матери"

Аникет смутился и растерялся от этих слов. Пыл его немного поубавился. Он не знал, что дальше делать. Но один из офицеров, видимо тупой и исполнительный служка, ударил со всей мочи женщину по голове, а затем кольнул кинжалом. Но клинок не задел жизненно важные органы, и императрица осталась жива. Лишь пролилась первая кровь. Алые капли окропили пол.

Агриппина подняла нижнюю тунику и, не стесняясь оголенных прелестей, закричала:

"Вот колите сюда, из этого чрева на свет явилось такое чудовище как Нерон!"

Убийц не смутил ни вид, ни речи императрицы. На нее посыпалось град ударов. Кинжалы стали безжалостно вонзаться в красивое женское тело. Аникет и центурионы с остервенением и с особым нездоровым усердием работали клинками. Кровь брызгала во все стороны. На жертву, на мрамор, на ложе, на киллеров. И вскоре исколотое и окровавленное тело некогда могущественной женщины навечно застыло на белоснежном полу из паросского мрамора. Агриппина была мертва. Недоуменная то ли полуулыбка, то ли гримаса застыла на ее прекрасном лице.

Ее тело бережно перенесли на ложе…

Когда Нерону доложили, что его главный политический соперник устранен, то он возликовал. И незамедлительно поскакал на виллу, чтобы самолично убедиться в том, что его мать уже никогда не воскреснет. И вот чуть не загнан нумидийский жеребец. Император спешивается и в великом волнении вбегает в покои Агриппины. И видит: точно мать мертва! Он облегченно вздыхает. Свершилось! Нерон настолько ошалел от радости, что делает поступки, которые больше говорят о его больной психике, чем о его нормальном разуме.

Извращенный император пожелал увидеть свою родную матушку полностью обнаженной. Свита императора не удивляется приказу они уже привыкли к ненормальным и экстравагантным выходкам хозяина.

И вот с мертвой Агриппины сняли окровавленные одежды, и императрица предстала перед толпой и сыном в прекоасной наготе. Чокнутый сынок подошел к мертвой матери и стал щупать ее тело, восхваляя и поругивая ее физические достоинства и недостатки. Потом сказал свите: "Никогда не думал, что у меня была такая красивая мать!"

От великой радости император стал пьянствовать.

Нерон сжег её тело той же ночью, получив поздравления от сената. Позже он разрешил её рабам похоронить её прах в скромной гробнице в Мизине (теперь часть Неаполя).

Но хотя и воины, и сенат, и народ ободряли его своими поздравлениями, его мучили угрызений совести и потом он не раз признавался, что его преследует образ матери и бичующие Фурии с горящими факелами. Он нанимал персидских магов, чтобы вымолить прощение у духа покойной, но тщетно. Даже с того света она его доставала! Это было возмездие моральное. А потом было и физическое. Нерона тоже закололи кинжалом.

Но злодей ведь когда-то был должен понести наказание. И однажды его неограниченному и сумасшедшему правлению в Риме пришел конец. Войско взбунтовалась, и власть захватил уже вышеупомянутый Гальба. Это тот единственный мужчина во всем Риме кто отверг Агриппину. Опасаясь ужасной и унизительной смерти свергнутый император бежал из Рима. Но за ним организовали погоню. Кольцо облавы сжималась все сильнее. Вскоре Нерон оказался зажатым со всех сторон, и ему пришлось принимать решение как умирать.

Он велел вырыть для него могилу, собрать куски мрамора, дрова, ветки, принести воды, чтобы управиться с трупом. Глядя на свой будущий приют, он деланно воскликнул:

"Какой великий артист во мне погибает!"

Пока он тянул время, ему принесли письмо. Сенат объявил его врагом Рима и разыскивает его, чтобы казнить по обычаю предков. А именно: раздевают Нерона догола, голову зажмут в колодке, и будут сечь розгами, пока он не умрет.

Беглец испугался. Схватил два кинжала, попробовал острие каждого, убедился, что очень остры, быстро их спрятал. Он трусил умирать, и не хотел. Но приближались легионеры которые должны были арестовать его и привезти к Гальбе. Заслышав топот копыт, он в великом страхе воскликнул:

"Коней, стремительно скачущих, топот мне слух поражает!"

Своих слуг он прежде всего умолял, чтобы голова его никому не досталась, и чтобы тело было сожжено целиком. И попросил своего советника Эпафродита, вонзить ему в горло меч. Тот это сделал. Плача и преодолевая себя, невольный киллер вонзил в горло хозяина острый меч. Кровь хлынула из раны!.. Злодей еще дышал, когда ворвался центурион, чтобы взять его под стражу. Воин зажал плащом рану бывшему императору, пытаясь спасти, но тщетно. Жизнь угасала в нем стремительно. Нерон только и мог промолвить:

"Поздно!.. Вот она, верность!"

И с этими словами отдал богу душу. Глаза его остановились и выкатились, на них ужасно было смотреть. Тиран погиб. Зло вернулось к нему.

Он послал центурионов, чтобы убить свою мать, к нему послали центурионов, чтобы его казнить. Кровь за кровь. Никто не плакал о жестоком матереубийце. Его ненавидели, но вспоминали ту, которая родила это чудовище.

Да трагически закончила свою жизнь наша героиня Юлия Агриппина. Жаль, конечно, эту волевую и красивую женщину. Посудите сами. Произвела на свет сына, кормила, растила, сделала его императором, а он за это лишил ее жизни. Абсурдная ситуация. Выходит, родила сама себе будущего убийцу. Хотела ли она такого жизненного сценария? Вряд ли. Но она сама его выбирала. Она всегда стремилась к абсолютной власти. От этого стремления к власти рождались ее и многочисленные неврозы и маниакальные идеи.

Известная неофрейдистка Карен Хорни утверждала в своих научных исследованиях, что основополагающими потребностями человека являются потребность в любви и потребность властвовать. Отсюда, дескать, и многочисленные неврозы и психозы у людей (у нее это называется "компульсивная потребность любить" и "компульсивное стремление к власти"). Эти устремления всегда тесно связаны. Это как две противоположности. Если человек маниакально хочет власти и реализует потребность во власти, то это происходит в ущерб другой потребности. Кто и идет по головам, соперничает, то вряд ли получит любовь окружающих. Тут надо выбирать. Любить или не любить, иметь власть над людьми или не иметь — вот в чем основной вопрос жизни для многих. Агриппина тоже выбирала. И, в конце концов, ее мания власти победила потребность любить и быть любимой — и вот результат на лицо.

Вокруг ее не стало ни симпатии, ни любви, не привязанности. Даже от своего родного сына. Это пространство заполнила ненависть, зависть и злость.

Да и надо сказать, что на пути к своей цели Агриппина была тоже не безгрешна. Она убивала людей, доводила их до самоубийства, унижала, топтала, попирала их душу. Ее зло порождало другое зло. Более страшное, более сильное и более вероломное, чем ее. Рожденное лихо-младенец Нерон оказался вдвойне коварнее роженицы. Отпочковавшись, затем и окрепнув, это зло в конечном итоге и погубило Юлию Агриппину. И по иронии судьбы руками своего же сына.

ГЛАВА 2 ЛУКРЕЦИЯ БОРДЖИА.

ВЕЛИКАЯ ОТРАВИТЕЛЬНИЦА

Вы слышали, что сказано

древним: "не убивай, кто же

убьет, подлежит суду"

Евангелия от Матфея,5:21

Какой конфуз!

Разочарованию феррарского дворянина Дальберджетти не было предела! Казалось счастье так близко! Вот он уже касается ее налитой высокой груди, целует ее в алые уста. Гладит по кудрявым белокурым волосам. Она обвивает своими нежными руками его шею, прижимается к нему точеным упругим телом. Она все дрожит, сгорает от страсти. Волшебные зеленые глаза и лукавая улыбка просто сводят с ума! Вся она такая соблазнительная и темпераментная. Сказывается горячая испанская кровь. Одиннадцатилетняя Лукреция Борджиа такая красавица! И вот этим сокровищем он скоро овладеет. Сорвет с нее одежды, войдет в нее…

И вдруг какой-то неожиданный шум в соседней комнате, голоса!

Дальберджетти был вынужден ретироваться. Он буквально вылетел из дома.

Какая досада!

Сколько стоило ему времени и трудов ухаживать за ней. И вот сегодня за ужином было решающее обольщение. Он умудренный и опытный ловелас рассыпал комплименты девушке и признавался в своих чувствах. И психологически поддавливал ее: пора, мол, юная красотка, сделать шаг навстречу. Пора познать этому спелому и созревшему телу доселе неведомые ощущения и чувства от сексуального контакта с мужчиной.

Пора!

Лукреция это прекрасно понимала и была не против того чтобы ее соблазнили. Она флиртовала и кокетничала с ухажером как опытная куртизанка. Лукреция осознавала свою привлекательность и пользовалась ею.

Итак последние слова взаимных признаний, клятв, похвал… Легкое мимолетное касание руки, пробежавший между сердцами электрический разряд… Многозначительное перемигивание — и вот они уже договорились о тайной встрече.

Дальбержетти, сгорая от нетерпения, дождался ночи и прокрался в спальню возлюбленной. Лукреция предварительно отослав своих служанок подальше, уже ожидала его. И тоже сходила с ума от желания. Не говоря лишних слов, они бросилась друг другу в объятья. Казалось, бурная ночь обеспечена влюбленным, но внезапный шум рандеву не состоялось.

Дворянин, чертыхаясь и бормоча проклятья, шел через дивный сад, засаженный миртом, туей и цветочными кустарниками и украшенный статуями античных богов, портики, фонтанчиками и аркадами из винограда. Полная ярко-желтая луна освещала каменистую дорожку. Феррарец не знал, что идет навстречу смерти. Там в глубине сада за могучим дубом и кустами роз его поджидал человек в темном плаще. Лицо его закрывал низко опущенный капюшон. Он ждал дворянина с намерением того убить.

Вот еще один шаг к дереву. Незнакомец вытащил из ножен остро оточенный кинжал и приготовился… Унял волнение чтобы точнее прицелиться и нанести ловкий удар… Промаха не должно быть. Один удар — и жертве конец!

И вот дворянин поравнялся с дубом…

Киллер затаил дыхание…

Выждав удобный момент, он стремительно выскочил из-за дерева и резко ударил жертву в бок. Стальное острие, на миг блеснув в лунном свете, попало жертве в печень. Ловелас схватился за бок и упал на колени. Нападавший не стал медлить и ударил беднягу между лопаток. Лезвие попало прямо в сердце. Дворянин упал замертво. Убийца с трудом вытащил кинжал и обтер об траву. Крови на клинке нет. На плаще тоже. Чистая работа. Посмотрел по сторонам — никаких свидетелей его преступления. Только холодная молчаливая луна и звезды. Убийца положил оружие обратно в ножны, снял капюшон…

То был младший брат Лукреции Борджии — Чезаре. Красавчик, донжуан, сильный ловкий и дерзкий юноша. Длинные и густые черные волосы, бородка эспаньолка, жгучий волевой взгляд. Чезаре был на пять лет старше своей сестры. И очень любил ее и не только как брат, но и как мужчина. Он желал овладеть ее всю. И ревновал безумно ко всем кто подбивал клинья к его обожаемой Лукреции.

Он часто подсматривал за ней. Как ее моют в бочках с горячей водой и простынями служанки. Она казалась ему богиней красоты — Афродитой. Так она была совершенна. И лицом и телом. Разглядывая ее прелести, он возбуждался, в голове рождались греховные мысли, и не мог устоять пред рукоблудием. Он мечтал когда-нибудь прикоснуться к ее стройному стану, насытиться им. Когда-нибудь сестричка станет его. Он был уверен в этом. Ведь он привык добиваться своих целей и не считался со средствами в их достижении. Он не останавливался даже перед убийством.

Первой жертвой молодого ревнивца стал Марчелло Кандиано из знатного венецианского рода. Молодой красавец обхаживал Лукрецию, как мог, делал дорогие подарки. Но однажды он покинул усадьбу матери Лукреции Ваноцци и исчез. Его нашли потом с перерезанным горлом. Весь город потом судачил об этом злодеянии. Никто не мог понять, кому было выгодно убийство знатного юноши. Преступление осталось неразгаданным. Чезаре затаился до срока. И вот новая жертва — Дальбержетти. И снова удачное покушение. Соперник устранен, и никто не видел, как он это сделал. И, слава богу!

Чезаре твердо решил: сегодня или никогда. Он не может уже сдержать свою страсть. Он овладеет сестрой. Пусть даже насильно. Она ничего никому не расскажет. Постесняется. Он тоже тайно проникает в спальню сестры, крадется на цыпочках.

Лукреция лежит на кровати, но не спит. Она все досадует, что любовник сбежал. Она не утешена. Ее съедает жуткая страсть. Она давно мечтает стать женщиной и начать предаться греховной близости. Но кому она подарит свою девственность? Кто-то это сделает?

Вдруг шум — и на пороге ее опочивальни возникает брат.

"Ты, Чезаре! "- удивлена и несколько напугана девушка. — "Отчего ты здесь?"

Чезаре говорит, что убил уже ее двух соперников и что он давно любит ее. И если она не отдастся ему, то он и ее убьет. Он срывает с нее простынь, Лукреция полностью обнажена. Вид ее роскошного тела еще сильнее возбуждает его, и он пытается овладеть сестрой. Она уже не сопротивляется. Широко разводит бедра… Вот-вот случиться то самое о чем долгое время мечтал Чезаре. Но неожиданно взаимные ласки прерывает Джованни, старший брат Лукреции. Он просто стаскивает брата с сестры. Возникает ссора. Оказывается, Джованни тоже околдован чарами сестры и желает ее любви и сам ее безумно любит. Чезаре предлагает брату поговорить тет-а-тет. Они уходят.

Лукреция явно разочарована: не состоялись два свидания. Еще немного и она получила бы удовольствие от общения с мужчиной. Но, увы, фортуна не на ее стороне. Пока ее будят делить мужчины, она останется без утех и состариться.

О чем говорили братья неизвестно, известно то, что, в конце концов, они договорились. Причем полюбовно. Без шума, без драки. Не хотели привлекать к своей проблемы ни близких, ни посторонних людей. И вскоре Лукреция становится любовницей обоих братьев. Они посещают ее по очереди. Но тайное рано или поздно становиться явным. И помогла выявить эту тайну природа-мать. Ведь Лукреция созрела и могла уже осуществлять родильные функции. Тем более в эпоху Возрождения с контрацепцией дела обстояли весьма плохо. И вот дюжина любовных свиданий, случайно излитое семя — и девушка забеременела. То ли от Джованни, то ли от Чезаре. По крайней мере, каждый из них считал себя отцом ребенка. И это стало известно ее отцу и матери. Вскоре Лукреция родила миленькую дочь. Дальше было еще интереснее. Но тут мы пока сделаем небольшое отступление…

Жизнь Лукреции Борджиа была всегда окружена массой слухов, подтвержденных, неподтвержденных. Они то и создали затем негативный имидж этой женщины. Хотя этот образ создан во многом искусственно. Говорят, что молва о ее сексуальной разнузданности и ненасытности, преувеличены благодаря первому мужу. Нет документов, которые бы свидетельствовали об этом. Скорей всего, ее образ сложился из смешения в одну кучу правды, полуправды, лжи, фантазий, домыслов и предположений. Так называемый винегрет из жареных фактов. Также про Лукрецию Борджиа написано немало книг, статей, снято несколько фильмов, как художественных, так и документальных. Даже написана одна опера.

"Злодейка", "великая отравительница", "нимфоманка", "маньячка". Сколько нелестных эпитетов о ней собрано. Собрано-то, собрано, написано тоже немало, но нигде у авторов нет правдивого образа этой. Какая-то непонятная странная женщина. Да она везде описывается как красавица, но порою представляют пассивной, мягкой, распутной и управляемой. За нее решают другие люди. Тогда удивительно за счет каких качеств и черт характера она достигла таких вершин. И в политике, и в жизни, и в церковной деятельности. Как же она стала известной. А здесь секрета нет. Просто она была харизматичной личностью! Блестящий дипломат, политик, руководитель, церковный деятель, психолог. Она умела любому вскружить голову, войти в доверие, оказать давление. Даже убить — если это требовалась для дела! Так кем же она была на самом деле эта злодейка всех времен и народов Лукреция Борджиа. Из чего же она была "сделана". И кто ее слепил такой, кто воспитал и научил творить историю и преступления. Вот на этот вопрос мы и попытаемся дать ответ. И начнем с момента ее появления на свет.

Датой рождения Лукреции считается 18 апреля 1480 года. Она была внебрачной дочерью кардинала Родриго Борджиа, (впоследствии Папы Римского Александра VI), и Ваноцци де Каттаньи, герцогини Пезаро, Феррары, Модены и Реджио. Как и трое ее братьев — Чезаре, Джованни и Джоффре. (Сам род Борджиа происходил из Испании). Чтобы скрыть тот факт, что дети незаконнорожденные кардинал трижды выдавал свою любовницу замуж. Причем за людей почтенного возраста. И это было сделано специально. В таком возрасте проблематично исполнять супружеские обязанности. Поэтому в то время когда старики исполняли роль заботливых мужей, Родриго безраздельно властвовал над телом Ваноцци.

Для приобретения светских манер и хорошего воспитания, а также для избавления от клейма "незаконнорожденные" трехгодовалую Лукрецию и ее братьев отправляют к дальней родственнице Борджиа — Адриане Орсини и ее мужу Вирджинио.

Это ключевой момент в ее жизни и одна из причин ее будущей жестокости и злодеяний. Расставание с матерью — это психологический надлом. К тому же острая нехватка материнской ласки, заботы, любви. Вместо воспитания по мягкому женскому началу началось воспитание по жесткому началу — мужскому. Девочка ориентировалась в своем поведении на братьев на отца. Она хотела, как и они быть сильной, решительной, мужественной, дерзкой, беспощадной. Подавлять волю другого человека и жестко добиваться цели. Любовь к матери у нее угасала и возрастала в геометрической прогрессии к отцу — Родриго Борджиа (чем тот впоследствии с успехом и воспользовался).

В психологии и психиатрии это называется комплекс Электры. В качестве основы этой теории выступает миф об убийстве микенской царевной Электрой своей матери Клитемнестры как мести за убийство ею своего мужа и отца Электры — Агамемнона.

Согласно основателю психоанализа дедушке Зигмунду Фрейду и его ученику Карлу Юнгу этот комплекс — система детских переживаний, состоящих из сексуального влечения к отцу и одновременно ревностью, враждебностью и недоброжелательностью к матери. Мать — соперница за внимание и любовь к отцу. Даже сексуальная соперница. В 5–6 лет девочка мечтает о том, что когда-нибудь вырастит и выйдет за папу замуж. С детства девочка идеализирует своего отца, преувеличивает его достоинства, качества, привычки.

В дальнейшем этот комплекс вытесняется в сферу бессознательного, но предопределяет многие аспекты сексуального поведения девочки, девушки, женщины. Влияет он и на выбор сексуального партнера или мужа. Здесь учитываются женской логикой и взглядом те качества партнера, которые присущи образу родителей противоположного пола. Причем, подобная закономерность самой женщиной не осознается. Вот почему часто представительницы слабого пола сравнивают своих потенциальных женихов с отцами. Его поведение, характер, те или иные качества. И если все это не соответствуют привычным и любимым отцовским качествам, то обычно женщина разочаровывается в ухажере и ставит на нем жирный крест. Довольно-таки часто женщина с таким комплексом получает хорошее образование, она не по-женски умна, умеет общаться, лучший друг и помощник мужчин-коллег. Но порой жестка, излишне деловита, и целиком погружена в работу. Карьера у нее на первом месте. Она — типичный трудоголик. Личное счастье ее не ладиться, годы идут ей трудно его найти. Она излишне придирчива и критична к женихам. Нет, не похожи они на ее отца, отнюдь не похожи. Такие женщины могут выйти замуж только за мужчину намного старше себя.

У Лукреции этот комплекс ярко выразиться в дальнейшем. Но не будем забегать вперед, продолжим рассказ о ее детстве.

Девочка получила в то время хорошее воспитание и блестящее образование. Ей привили хорошие светские манеры. Она знала несколько иностранных языков, историю, музицировала, рисовала, разбиралась в поэзии. Даже увлекалась алхимией (это благодаря ее отцу). Но уже в десять лет девочка стала подвергаться дурному влиянию. Она наблюдала в роскошном дворце за оргиями устраиваемые родителями и их приближенными. Голые дяденьки и тетеньки пьянствовали и занимались развратом. Детская психика постепенно впитывала все эти непристойности и грязь. Лукреции было весьма любопытно попробовать все то, что вытворяют ее мать, отец и гости. Каждый ребенок мечтает поскорее стать взрослым. А ей очень хотелось стать взрослой. А для этого ей надо было учиться делать то, что делают тетеньки с дяденьками. Вот почему в ней так рано пробудилась сексуальная чувственность и желание. А в одиннадцать познала первый секс мужчиной. История умалчивает, кто был по жребию первым открывателем Лукреции Борджии. Чазаре или Джованни?

Тогда чтобы замять скандал Ваноцци увозит новорожденную малышку на воспитание крестьянской семье под Вероной. Братьев тоже разлучают. Папа — кардинал Родриго Борджиа отправляет Чезаре в Пизанский университет, а Джованни в университет в Падуе. Подальше от грешницы-сестры. Но грязные сплетни и слухи о кровосмесительной любви в клане Борджиа не утихали, и кардинал принял решение перевезти Лукрецию в Рим. Там девушке находят жениха арагонского дворянина дона Эстебана. Не девственница снова на время становиться "девственницей". Этот брак должен был спасти репутацию девушки.

В 1492 году Лукреция Борджиа и дон Эстебан венчаются.

После родов Лукреция стала еще красивее. И тут на нее обращает внимание отец. Она становиться ему интересной как женщина. В то время кардиналу шестьдесят. Он блестяще образован, красноречив, умен, коварен, беспринципен и хитер, полон сил и энергии. В том числе и сексуальной. Он начинает завоевывать свою дочь преподносить роскошные дорогие подарки, удовлетворяет ее любые капризы, желания. Она быстро сдается неожиданному любовнику. Ее устраивает пылкий молодой муж и пылкий и богатый отец. Ей не привыкать жить сразу с двумя. И опыт кровосмесительной связи уже есть.

Как-то Родриго Борджиа приказал пригнать стад лошадей к папскому дворцу. И позвал Лукрецию полюбоваться отборными скакунами. Она пришла как всегда полуодетой. Она прекрасно понимала, для чего ее позвал отец, но не пока не знала, с чего начнется любовная прелюдия. Отец подвел дочь к огромному окну с ажурной решеткой и встал за спиной. Обнял за плечи и бархатным мелодичным голосом сказал:

"Смотри, мой ангел…"

Этот голос с детства ласкал ее слух. Он убаюкивал ее, успокаивал, вдохновлял, мобилизовал ее скрытые возможности. Она очень любила этот голос. Как впрочем и его обладателя — своего отца.

"Смотри", — еще раз пропел Родриго Борджиа

Лукреция увидела, как один красивый жеребец поднялся на дыбы и навалился на круп одной лошади. Что дальше произошло не трудно догадаться. Родриго и Лукреция наблюдали за этой случкой и постепенно возбуждались. В какой-то момент Родриго не выдержал и, сорвав кусок прозрачной ткани, грубо овладел дочнрью. Так они долго соревновались, люди у окна, а животные на лужайке. Любовники с большой энергией и желанием предавались греховному инцесту.

Вскоре у Лукреции появляется соперница — молодая красотка Джулия Фарнезе, новая пассия Родриго Борджиа. Теперь они делят папское ложе вдвоем. А также и внимание, и секс, и подарки. Все поровну. Идеальная шведская семья.

Поначалу Лукрецию это не устраивало. Ведь она была весьма амбициозна даже в таком юном возрасте. И она придумала один хитроумный план. Однажды ее отец прибыл на очередное свидание с Джулией в дом Орсини. Лукреция заперев соперницу в комнате, под покровом ночи и под видом новой фаворитки проникла в спальню к отцу и занялась с ним любовью. Обман, конечно, быстро открылся, но Родриго простил дочь. Оценил даже ее предприимчивость и находчивость. Однако дал ей ясно понять, что Джулию он не собирается бросать и Лукреции придется с этим смириться. Правда, пообещал подарить дочери роскошное золотое ожерелья с бриллиантами. И Лукреция на время успокоилась. Но затаила обиду на весь род мужской. Правда, не на отца, она его боготворила, а весь род мужской. Если они подчиняют ее своей воле и пользуются ею, то почему бы и ей не подчинять своей воле мужчин. Быть выше их, сильнее, хитрее. А еще интереснее — убивать их. Попользоваться и убить. Но так чтобы никто не догадался. И лучшее средство — это яд. Ведь отец, сам искусный отравитель, недаром ее учил. Как различать отравляющие вещества, как смешивать их, приготовлять, в каких дозах, как использовать, подсыпать незаметно. Все это она знала. Пора применять уже на практике искусство отравления.

Вскоре будущая отравительница начнет действовать. Но пока она выжидает.

В 1492 году Родриго Борджиа благодаря своей воле, интригам и подкупам становиться Папой Римским. Ради этой цели он даже "подкладывает" свою юную дочь под стрикашку-кардинала в обмен на поддержку своей кандидатуры на папских выборах. Бедная девочка! Что же ей пришлось испытать темной ночью в кардинальских покоях. Унижение, насилие, боль. И как после этого уважать мужчин?! Их, наверное, надо просто ненавидеть за это! Такие ночи — и есть кирпичики в фундаменте ее презрения и ненависти к мужчинам. А сколько будет потом таких кирпичиков, то есть других ситуаций, где она подвергнется насилию и оскорблению со стороны сильного пола. И как после такого не травить и не убивать мужчин. Месть должна быть жестокой и адекватной. Обиды не должны прощаться. Лукреция тогда так решила, когда истерзанная и замученная уходила под утро от свиноподобного кардинала.

А что же ее беспринципный отец, каковы его дальнейшие планы.

Родриго мечтает о власти над всей Италией. Теперь его дочь не нужна ему как любовница, отныне она — средство в политической игре. Александру VI необходимы новые связи, вооруженные силы, деньги, состояния. Родриго понимает: прежний муж мелковат для дочери Папы. Ему, как и дочери нужен более могущественный и богатый человек. Дон Эстебану дают отставку, а Лукрецию выдают за Джованни Сфорцу — представителя знатного рода миланских герцогов.

Торжества по случаю венчания молодых длятся два дня. Среди гостей известные куртизанки, одиннадцать кардиналов с любовницами и члены знатных римских родов. На утро третьего дня Родриго Борджиа отводит молодых в спальню. И сам лично наблюдает соитие дочери и зятя. В фильме "Борджиа" (2006) там даже присутствует отец Сфорцы и еще двое доверенных лиц. Так сказать, контроль над исполнением супружеских обязанностей: вдруг произойдет какая-нибудь накладка, а старшее опытное поколение подскажет молодежи как это исправить. Да и надо официально зафиксировать, что брак консумирован.

Семейная жизнь у молодоженов сразу не заладилась. Сфорца в два раза старше Лукреции у него тяжелый характер, он некрасив, угрюм. Он часто покидает Рим, оставляя юную жену совсем одну. Между ними нет никаких любовных отношений, даже таких, которые хотя бы чем-то пусть даже и отдаленно напоминающими страсть.

Лукрецию это не устраивает. Она переходит в наступление.

Она всячески третирует мужа, проводит время в Ватиканском дворце с отцом, пируя и предаваясь разврату. Пугает благоверного своим ревнивым братом Чезаре. Джованни понимает, что ему не повезло с супругой. В конце концов, он не выдерживает жесткого прессинга и попросту сбегает. Больше он нигде в Риме не появлялся. Видимо, поступая таким образом, Лукреция хотела избавиться от своего мужа. Или пожалела его, зная, что супруга мог в любую минуту подкараулить и убить ее брат Чезаре.

В это время в Европе политический климат переменился, и Александр VI понимает, что сделал ошибку, выдав дочь замуж за Сфорцу. Ему не нужен такой слабый и не такой влиятельный зять. А нужен очень сильный, очень богатый и очень влиятельный жених. Он начинает думать, как исправить эту ошибку и хочет расторгнуть брак дочери.

Но Джованни объявляется в столице своего княжества Пезаро. Он пишет тестю, что больше никогда не вернется в Рим и чтобы к нему прислали его законную жену — Лукрецию. Александра VI это не устраивает. Он родил симпатичный "капитал" и должен его выгодно вложить, но уже не в герцога Сфорцу. И Папа Римский предпринимает попытку аннулировать брак. Чтобы добиться этого он должен был найти какие-то веские причины, чтобы признать брак недействительным. И Александр VI думал, думал и, наконец, придумал. Импотенция — вот причина настоятельности брака. Если брак не консумирован и детей нет, то Ватикан не считается его законным. Родриго Борджиа обвинил зятя в импотенции и потребовал развести супругов.

Джованни, услышав о надуманном обвинении, был просто в шоке! Это и понятно: какому уважающему себя мужчине этот вздор про мужскую несостоятельность понравиться! Это же позор на всю Италию! Да что там Италия, на всю Европу! На обвинение в импотенции Сфорца потребовал у Папы разрешение прилюдно доказать свою мужскую силу. Будет он, она — Лукреция и доверенные свидетели. Пусть даже будет тесть и его прихлебатели — кардиналы. Ему на это наплевать! Он никого не постесняется и при всех продемонстрирует, что он еще тот "жеребец"! Сфорца посылает гонца с письмом к тестю. Папа Римский тянет время. Джованни, с великим нетерпением ожидая ответа из Ватикана, упорно "тренируется" на молоденьких и неутомимых представительницах своего княжества. И весьма успешно! Пьет сильнодействующие травы, общеукрепляющие настои, ведет здоровый образ жизни. Он мечтает прилюдно отомстить Александру VI и унизить Лукрецию. Но Папа Римский не был заинтересован чтобы зять доказал свою состоятельность и отказывает ему в публичной демонстрации мужской силы.

Но Джованни не сдается. Он в суде выдвигает против бывшего тестя и Лукреции серьезные и шокирующие обвинения. Оказывается, что между отцом и дочерью существует порочная связь — инцест. Вот почему Александр VI не хочет возвращать дочь законному супругу. В суде начинаются опросы, дебаты, прения, но, ни к чему это не приводит. Слишком уж велика власть в Риме Александра VI и безупречна и непорочна его репутация. Папа утверждает, что обвинения герцога надуманы и лживы. В конечном итоге чтобы сохранить власть над своим княжеством Сфорца был вынужден отказаться от своих обвинений и от жены. Он даже согласился признать себя импотентом.

Александр VI торжествует: он добился победы как моральной, так и официальной. Оппонент сломлен, раздавлен, унижен. Цель достигнута. Аллилуйя! Хвала Иисусу Христу! Теперь можно расторгнуть брак между Джованни и Лукрецией и искать нового жениха для дочери!

Кстати, с этого момента и берет начало скандальной легенды о Лукреции как о похотливой и закоренелой кровосмесительнице. Враги Папы охотно подхватив обвинение оскорбленного мужа Сфорцы против Родриго Борджиа и Лукреции, растиражировав его на многочисленные слухи, один нелепее другого, стали разносить по всей Италии. Но семейство Борджиа это ничуть не волновало. Власть их крепка и сильна и их бояться и уважают.

Собака лает, караван идет. И пусть шавки типа Джованни Сфорца тявкают. Каравану — клану Борджиа — это нипочем. Завистники, недоброжелатели, клеветники не могут им помешать. А враги они всегда нужны. Даже полезны. Для того чтобы кровь не застаивалась, чтобы не расслабляться, чтобы быть всегда в форме.

И вот брак пезарского герцога и папской дочери распался. Лукреция в пятнадцать лет уже почти вдова. Но это ее не печалит. Отец купает ее в роскоши, она живет в собственном дворце. Вокруг нее богема — музыканты, поэты, художники и тьма любовников! А любовники — все красавцы, знатны и богаты. И все они вздыхают по красивой, влиятельной и богатой девушке. Предлагают руку и сердце. Время от времени ее утешает и ее брат Чезаре и отец. Но и это ей мало. Она одержима сексом. Существует байка о том, что однажды белокурая нимфоманка на одном из затянувшихся на природе пикнике обслужила около 20(!) кавалеров.

Также она участвовала в знаменитой Каштановой оргии организованной 30 октября 1501 года в папском дворце ее братом — кардиналом Чезаре Борджиа. Гостей Александра VI за столами обслуживали 50 жриц любви. По окончании званого ужина проститутки разделись догола и начали ползать на четвереньках по полу, собирая специально рассыпанные каштаны. Не выдержав такого зрелища гости (а среди них были и духовные лица) стремительно набросились на девиц и стали яростно с ними совокупляться. На полу, на столе, под столом, на стуле, в разных позах и позициях. Мужчин, достигших наибольшего количества оргазмов, награждали призами в виде различных элементов одежды. Лукреция ничуть им не уступала девицам легкого поведения ни в разнообразии сексуальных поз ни в количестве партнеров, ни в интенсивности и продолжительности актов и даже превосходила их!

Но Лукреция сильна была не только в сексуальных утехах, но в политике. Она уже вовсю рулит делами отца. Она большую часть времени сидит в комнатах Папы и занимается, как бы сейчас сказали, деловой перепиской отца. Она вскрывает письма, депеши, пишет ответы, советуется с отцом, созывает священную коллегию кардиналов. Говорит, кого наградить, кого наказать. Иногда заседание превращается в разнузданный пир. Лукреция едва прикрыв свою наготу прозрачной тканью, ласкает отца и потешается над священниками. Но все боятся что-то сказать соблазнительной девушке, они знают: месть ее будет ужасной. И что самое главное ее всегда поддержит ее могущественный отец.

Почему Родриго Борджиа доверял дочери настолько, что позволял от своего имени решать едва ли не любые вопросы? Как-то он назначил Лукрецию губернатором городов Сполетто и Фолиньо, нарушив незыблемое до сих пор правило, гласившее, что такой высокий пост мог занимать лишь мужчина с кардинальским титулом. Но злопыхатели были посрамлены: Лукреция проявила себя в политике с самой наилучшей стороны. Например, когда враждовавшие между собой города Терни и Сполетто готовы были начать войну, Лукреция убедила предводителей городов заключить перемирие. Видимо недаром Родриго направил свою дочь в мятежные города — был уверен в уме и дипломатических и деловых качествах Лукреции. Он знал: она его не подведет и не предаст. Она его дочь, любовница и советник. Три в одном.

Все больше возрастает влияние при папском дворе Джованни Борджиа. Все понимают он приемник Александра VI. Джованни на правах первого мужчины Лукреции иногда по ночам навещает сестру. Другого брата — Чезаре — это бесит. Он страшно ревнует Лукрецию к Джованни. И он решает устранить соперника. К тому же смерть брата выгодна Чезаре вдвойне. Дело в том что Родриго Борджиа желал чтобы Чезаре делал церковную карьеру, а не военную. А сын не хотел этого, прирожденный воин и полководец он страстно желал военной карьеры

В ночь на 14 июня 1497 года недалеко от пьяццы делла Джудекка наемники нападают на Джованни и наносят 9 резано-колотых ран, затем зверски перерезают ему глотку, а труп скидывают в Тибр. Убийство осталось нераскрытым. Свидетелей преступления не было, кроме одного рыбака, который видел, как двое неизвестных выбрасывали тело в реку. Убийство было явно заказным, у жертвы не забрали даже кошелек с 30-ю золотыми дукатами. По другой версии, убийцей являлся отец молодой девушки Антонио Пико дела Мирандола, представитель древнего римского рода. Его дом находился в близости от Тибра. Незадолго до смерти Джованни обесчестил его четырнадцатилетнюю дочь. Оскорбленный отец чтобы отомстить ловеласу нанял киллеров и дескать те его и закололи. Но это всего лишь версия, большинство склонялось к тому мнению что главным и основным заказчиком преступления был все-таки Чезаре Борджиа.

Чезаре боится мести со стороны отца и быстро покидает Рим. Спешный отъезд Чезаре из города делает его главным подозреваемым в убийстве в глазах Родриго. Борджиа "запытал" до смерти многих вельмож, избранных наугад, и по их доказательствам уверился в своей версии.

Смерть Джованни, своего первого мужчины, глубоко потрясает Лукрецию. Она уходит добровольно в монастырь. Но как Родриго Борджиа обойдется без своего верного помощника и любовницы. Ее надо было срочно вызволять из монастыря. Ей писали письма с просьбой одуматься, покаяться, вернуться в лоно клана, даже приезжал брат Чезаре, но она не пожелала его видеть. Она не хотела его прощать, справедливо подозревая в смерти Джованни.

Тогда Родриго Борджиа придумал хитроумный план. Сначала папа подослал ей служанку по имени Пантисилея. Она должна была пробудить интерес отшельницы к светской жизни. Она привезла кучу роскошных модных и красивых нарядов. Лукреция отвыкшая от мирской жизни стала разглядывать их, примерять, жадно слушать рассказы о балах, карнавалах, праздниках. Лукреция все больше и больше интересовалась мирской жизнью и стала следить за своей внешностью. Поняв, что умонастроения дочери изменились Родриго бросил в бой своего камердинера красавчика Педро Кальдеса по прозвищу Перотто. Он прислал его в монастырь чтобы тот дал того что она чего не имела в церковных стенах и что имела в полном изобилии в Риме — а именно обыкновенного секса.

Педро удалось выполнить поручения папы, и даже перевыполнить. Лукреция безумно соскучившаяся по мужчинам быстро и страстно отдалась камердинеру. И не только отдалась, но и влюбилась в него. Как и тот в нее. Встречались, встречались — и девушка забеременела. Естественно возникло головокружение, стало рвать, затошнило, потянуло на солененькое. Животик предательски округлился и тайна тут же и открылась. Но пока очень узкому кругу. Служанка — секретный папский агент — так прониклась переживаниями и чувствами влюбленных, что начала прикрывать их преступную связь. Отчеты к Александру VI стали спокойными и умиротворенными.

Все бы было хорошо и гладко, но Лукреция решилась во всем признаться отцу. Она лелеяла надежду, что тот обрадуется будущему внуку и благословит их брак, но просчиталась. Родриго Борджиа был в ярости, когда узнал что ее дочь вот-вот разрешиться от бремени, а его верные слуги оказались предателями и недоносителями. Экстренно собралась папская комиссия, и Лукреция под присягой поклялась, что она девственница. И что она не имела физического контакта ни с одним мужчиной. Хотя была уже на седьмом месяце беременности и скрыть ее невинность было весьма проблематично. Но вердикт комиссии в итоге оказался ошеломляющим.

"Девственница", — постановила коллегия.

И точка!

Ребенка назвали Джованни, позднее его сделали римским инфантом. В 1501 г. были выпущены две папские буллы в отношении родившегося ребенка. (Бу?лла (от лат. bulla — "печать") — основной средневековый папский документ со свинцовой, при особых случаях золотой печатью)

Для сокрытия факта отсутствия девственности, первая булла называла отцом ребенка Чезаре. Вторая булла называла отцом самого Родриго Борджиа. Эти две буллы явно противоречат друг другу. Лукреция не фигурирует ни в одной, и нигде не доказано что именно она была матерью этого ребенка.

Когда Чезаре узнал что ребенок не от него, а от посредника Перотто, он пришел в ярость. Выхватил меч из ножен и ворвался в комнату к сопернику. Тот не на шутку испугался. Они никогда не видел такого разъяренного Чезаре.

"Значит, это ты обесчестил мою сестру?!" — ужасным голосом закричал Борджиа. — "Так умри, негодяй!"

Чезаре хотел проткнуть Перотто, но тот увернулся и бросился убегать. Чезаре преследовал его через все залы дворца. Клинок свистел над головой горе-любовника и легкий ветерок пролетал над его вздыбленными от ужаса волосами. Погоня за предателем продолжалась.

А в это время один из слуг папы уже докладывал папе:

"Ваше святейшество, ваш сын Чезаре преследует Перотто и хочет его убить!"

Александр VI решил во что бы то ни стало спасти любимчика: все-таки именно он — Папа — отправил его с заданием обольстить Лукрецию, и не вина Перотто, что он влюбился в объект соблазнения и затем сделал заказчика дедом. Устоять перед чарами белокурой красавицы — редко кому удавалось. И Родриго Борджиа знал об этом не понаслышке.

Но Александр VI не смог уберечь своего бывшего фаворита. Едва он хотел встать со своего трона, как в зал вбежал перепуганный Педро Кальдес. За ним, размахивая мечом, гнался взбешенный Чезаре Борджиа.

"Ваше святейшество, спасите меня!" — закричал обезумевший от страха соблазнитель Лукреции и кинулся в спасительные объятья папы.

Александр VI прижал к себе камердинера, пытаясь таким образом оградить от надвигающейся опасности, но сзади налетел разъяренный Чезаре и, сделав стремительный выпад, поразил соперника между лопаток… Перотто вскрикнул и умер на руках Родриго Борджиа.

Пока Кальдес умирал, Папа успел исполнить свой профессиональный долг: простил и отпустил грехи бедняге на пути того в Царство небесное.

После расправы над любовником сестры Чезаре спустился в подвал дворца, где находилась бедняжка Пантисилея. Борджиа жестоко ее избил, а затем убил, проткнув несколько раз стилетом. И зло бросил: "Поделом ей. Это казнь за предательство и недоносительство". Тело служанки зашили в холщевый мешок и вскоре в Тибре рыбаки выловили труп любимой камеристки Лукреции.

Так расправился Чезаре с теми, кто любил его сестру, и кого любила она. Жестоко, кроваво и бесчеловечно. Но так клан Борджиа всегда расправлялся со своими врагами. В назидание другим недругам и ради их устрашения. Ярким примером тому служила показательное наказание одного из вельмож клана кардинала Орсини. Как-то Джованни Борджиа был приглашен на званый обед к кардиналу и один не в меру осмелевший и дерзкий вельможа прилюдно высказался что-то нелицеприятное о папе Александре VI. Джованни это слышал, но сдержался. Как он потом объяснил Чезаре: просто не хотел затевать ссору на территории принимающей стороны. Якобы это было против норм гостеприимства. На что Чезаре жестко ответил:

"Оскорбили твоего отца. Причем тут гостеприимство? Если бы они высказались так в моем присутствии я бы не посмотрел ни на что и устроил бы им кровавую трёпку. И пусть бы меня убили, но я забрал бы с собой половину их семьи… Но все равно им так даром не пройдет. Этот мерзавец сполна ответит за свой чересчур длинный и гадкий язык. Клянусь честью Борджиа!"

Надо отдать должное Чезаре, его слова никогда не расходились с делом. Так случилось и на этот раз.

На следующий день Чезаре во главе вооруженного конного отряда прискакал к дому Орсини и вызвал того на разговор или сейчас бы сказали "на стрелку". Кардинал вышел в окружении большой толпы слуг и вельмож. Среди них был и тот дворянин что оскорбил папу Римского. Часть воинов папы Римского, спешившись, вдруг стремительно вклинились в толпу и ловко выхватили оттуда клеветника. Другая часть солдат отсекла людей кардинала, пытавшихся помочь бедолаге. Чезаре предупреждающе крикнул, что если кто-то вмешается в это дело, то будет личным врагом Александра VI. Орсини приказал своим людям не вмешиваться. Дворянина держало трое, а четвертый заставил его открыл его рот. Чезаре самолично отрезал ему язык и бросил к ногам Орсини. Оставив корчиться в муках клеветника Чезаре ускакал с отрядом так же быстро, как и появился. Это была показательное наказание противника папы. И очень эффектное.

А 25 января 1497 г. папская армия под командованием уже другого его сына Джованни Борджиа окончательно добила остатки войска Орсини возле Сорьяно и взяла их последний оплот Браччиано. Впрочем, уплатив 50 тысяч флоринов отступных, Орсини получили назад все свои замки кроме Черветри и Ангиллары.

Орсини не сдавался и организовал заговор против ненавистного Чезаре, но мятежники были разоблачены и казнены. Оставшихся в живых людей кардинала Александр VI отдал под самый справедливый и гуманный суд инквизиции. Кардинал Орсини, инициатор заговора, был заточен в замке Сант-Анджело, где двенадцать дней спустя был задушен и говорят, что это сделал Чезаре Борджиа. Остальные враги папы пришли в такой ужас, что бежали от Чезаре кто куда.

Вот так клан Борджиа сживал врагов со света. После этого вряд ли кто-то из недоброжелателей Родриго Борджиа осмеливался высказывать вслух то что он думают о нем. Никому не хотел стать неожиданным немым или лишиться жизни.

Но вернемся к убийству Педро.

Как не гневался потом Родриго на сына-убийцу но все же простил его. Все-таки это его родной сын. И знал, что Чезаре что бы не случилось, всегда и всецело за него (вспомним хотя бы эпизод с наказанием клеветника из свиты Орсини). И никогда не предаст — что очень ценно. А слуги вроде и были папскими любимчиками, но в конечном итоге оказались все же ненадежными людьми и в итоге — изменниками. А предательство Александр VI никому и никогда не прощал. Это был один из его главных жизненных принципов. Если человек предал раз, значит, предаст и во второй. Может даже легче чем в первый раз. Душонка изменника постоянна и неизменна. Она не может не совершать предательство. И это Родриго знал. И больше не сожалел ни о Педро, ни о Пантисилеи.

Недолго думая, Александр VI взял с собой сына Чезаре и небольшую свиту и отправился в монастырь за Лукрецией. А она в это время, наглотавшись лекарств от бессонницы, крепко и безмятежно спала. Когда же она проснулась, то с удивлением увидела что у ее изголовья стоят ее отец и брат, а горячо обожаемых Пантисилеи и Педро нигде нет. Когда ей сказали что слуг уже нет в живых, то она сразу все поняла и надолго замолчала. И покорно поехала в Папский дворец. Развратная светская жизнь возобновилась с новой силой.

Лукреция постепенно начинает карьеру душегуба. Убивать своих жертв она начала с помощью различных видов яда. В эпоху Возрождения яд применялся для решения практически любых проблем, тем более политических.

Люди травить начали друг друга еще с древних времен. Но сначала с помощью биологического оружия — яда насекомых, змей. Мифический Геракл убил гидру и смочил свои стрелы ее ядом, что увеличило их эффективность и смертоносную силу. А человечество получило слово "токсин" что по-гречески обозначает "отравленная стрела".

В 199 году нашей эры римские войска напали на город Гатру, что на территории современного Ирака. Защитники города бросали в легионеров со стен города укус глинные горшки, наполненные скорпионами, чей укус смертелен. За 400 лет до этого события воины Ганнибала посылали на палубы римлян горшки со змеиным ядом.

Ядовитые змеи часто использовались для устранения неугодных людей. Их подбрасывали жертвам в дом, чтобы чешуйчатые гады кусали жертву до смерти, либо смачивали змеиным ядом стрелы, кинжалы, мечи и ими поражали заказанных. Змеи служили и для нужд самоубийц. Вспомним, великую Клеопатру. Не желая попасть в плен к Октавиану, она велела принести египетскую кобру. Ядовитая гадина и укусила венценосную особу, отчего та быстрее скончалась.

Пауков тоже привлекали киллеры для уничтожения своих клиентов. Яд этих членистоногих — сильные токсины. Паук — безжалостный убийца. Поймав жертву в шелковые сети, он вкалывает ей смертоносную дозу отравы. Укус черной вдовы может вызвать у человека острую боль и мышечные спазмы. Укус трубкового паука — судороги, повышение кровяного давления и рвоту. Яд коричневого отшельника разрушает ткани и вызывает на месте укуса гангрену. Тарантул вообще опасен для человека. Недаром его назвали паук-волк. Встреча с этим членистоногим хищником может закончиться для человека плачевно. Яды других пауков тоже поражают клеточные мембраны и приводят к смерти клеток — а значит и человека.

Яд пауков, змей, скорпионов поражает в первую очередь каналы ионов в клетчатых мембранах. Каналы ионов — своего рода проводники сигналов между клетками. Они — своеобразные ворота, открываясь и закрываясь, они отслеживают поступление ионов калия, кальция, натрия, хлора через мембрану внутрь клетки. Каналы выполняют функцию включателя-выключателя, которая решает быть или не быть стуку сердца, течению мысли, вздоху, движению брови, век. Токсины могут открыть "ворота" или закрыть их. При закрытии-поломки происходят ряд неприятных последствий для человеческого организма: онемение, паралич, судороги, конвульсии и даже эпилептический припадок. А также повышается кровяное давление и происходит сердечная аритмия. Ну и апогей всего этого — физическая смерть.

Слава богу, к концу XV века человеческая мысль, особенно мысль отравителя шагнула далеко вперед, и Лукреции Борджиа не пришлось содержать где-нибудь в подземелье серпентарий, а заодно и инсектарий с змеями, пауками, скорпионами и прочими ядовитыми гадами для того чтобы разделаться с неугодными любовниками или политическими противниками. Достаточно было щепотки ядовитого зелья. Допустим болиголова (с помощью которого покончил жизнь самоубийством Сократ), мышьяк, чемерица. Добавление этих веществ в вино решало любой вопрос быстро и бесшумно, в отличие от стилета или иного оружия. К тому же определить наличие яда в организме не представлялось возможным по причине отсталости медицины. Смерть жертвы выглядела вполне естественно. Вот почему отравление в Средние века было своего рода искусством — как архитектура, скульптура, музыка, живопись. И тот, кто овладевал этим искусством имел большое преимущество перед теми, кто являлся в нем профаном или любителем. Очень часто любители умирали от рук профессионалов-отравителей.

Лукреция это быстро поняла и стала с усердием, достойным Сизифа, овладевать искусством уничтожения людей с помощью яда.

Итак, искусство — в массы! Или перефразировать этот лозунг: яд — в массы!

Но для белокурой красавицы нужны были подопытные кролики. И их было множество. Потенциальные жертвы кружились вокруг нее пчелиным голодным роем стараясь поцеловать ей ручку или залезть в ее жаркую постель. Лукреция Борджиа начинает перебирать своих воздыхателей, выуживая с мастерством самого лучшего рыбака из толпы самых красивых и достойных.

Подсмотрела жертву, улучила момент. На крючок надела кокетство, соблазнение, флирт, красоту. Кинула наживку юноше — он и заглотил ее! Подсекала крупную рыбу — и в постель. А там… Она могла провести ночь с мужчиной, а на утро дать ему яд или задушить шарфом. Во многих отравляющих составах тогда использовались неизвестные в Европе растенья, травы и коренья. Везли их с Южной Америки. И Лукреция пользовалась достижениями науки и прогресса. У нее был один специальный перстень с секретным механизмом. В нем хранился ядовитый порошок. Она нажимала крохотную кнопочку — и крышечка с камнем открывалась. Оттуда Лукреция высыпала порошок в какой-нибудь бокал или сосуд. Выпил гость вина — и он уже на небесах! Просто и результативно. Ходили слухи, что она даже умудрилась изобрести (путем экспериментов и смешения) свой яд — белый безвкусный порошок

Обычно Лукреция добавляла яд в вино. В основном, в красное. Но порой варьировала дозировку. Человек мог умереть сразу, через сутки, месяц, даже годы. При отложенной смерти у жертвы выпадали волосы, зубы, отслаивалась кожа, и, в конце концов, наступала смерть от паралича дыхательных путей.

Гений отравления могла дать такой яд, от которого человек умирал постепенно. Допустим, мышьяк. Ведь он не имел ни вкуса, ни цвета, ни запаха. Излюбленное оружие ее отца — Родриго Борджиа (мышьяком англичане в 1821 году отравят великого Наполеона Бонапарта). Это отравляющее вещество считалось королем ядов. Проникая внутрь клеток, он связывалось с белками и производило разрушение на молекулярном уровне. Попадая в организм в больших количествах, он сразу приводит к смертельному исходу. Если не в больших — то в течение длительного времени мышьяк вызывал слабость, помутнение сознания, паралич. После тошнота, рвота, диарея, снижение кровяного давления — и затем апогей отравления. В определенный час, накопившийся до нужной дозы в организме, мышьяк наносил жертве смертельный удар — и жертва скоропостижно умирала.

Лукреция пользовалась еще одним фирменным рецептом клана Борджиа: отравление с помощью персика, разрезанного пополам ножом, отравленным лишь с одной стороны. Эта хитрость применялось на тот случай, если жертва проявляла излишнюю осторожность и недоверчивость. Тогда отравления были одним из основных форм заказных убийств и были весьма в моде, поэтому многие на просьбу скушать или выпить что-то спиртное подозрительно косились на угощавшего. И ждали, когда хозяин первым глотнет вина или отведает кусочек мяса. Никто не хотел быть отравленным и умирающим в невыносимых муках. Они практически не снимали перчаток и не ели ничего, пока еду не попробует другой человек или животное. Вот почему выдумка с ядовитым персиком была иногда единственным способом обмануть бдительного врага и отправить того на небеса.

Случались и другие забавы. Лукреция была хитра на уловки, и постоянно изобретала новые яды и новые способы отравления.

…Ночь была великолепна. Любовники получили удовольствие от амурной связи. Жаркие поцелуи, ненасытные губы, страстные тела, ласковые руки. На огромной роскошной кровати с пурпурным балдахином измятые жаркой страстью пурпурные простыни. Флюиды пламенной и неутомимой любви витали по всей спальне. Неаполитанский граф Франческо не пожалел что потратился на дорогие подарки для дочери папы. Он был в восторге от ее тела и ласк. И после этой ночи всерьез задумался чтобы жениться на ней. Этим решением он убивал двух зайцев. Во-первых, он будет иметь незабываемый секс с такой красавицей как Лукреция Борджиа, а во-вторых, породниться с самим папой Римским — Александром VI. А это усиление влияния не только в Италии, но и в других странах. Например, в Испании, Франции, Англии…

Граф оделся и перекинул через плечо роскошную перевязь, к которой были пристегнуты ножны с мечом из дамасской стали. Лукреция стояла полуодетая и молча смотрела на сборы воздыхателя. Затем подошла к нему и подарила ему прощальный поцелуй. Долгий и продолжительный. Граф заверил Лукрецию, что приедет скоро с обручальным кольцом усыпанный драгоценными камнями и сделает ей предложение. Великая отравительница лишь холодно улыбнулась и протянула ключ.

"Сей ключик от моей спальни, мой дорогой Франческо. Ты можешь прийти ко мне, когда тебе заблагорассудиться. Мои верные служанки тебя искупают, разомнут до красноты твое тело, натрут ароматическими маслами, застелют кровать шелковыми простынями, зажгут благовония, нальют тебе красного вина, даже приведут в готовность твоего "жеребца" и ты будешь ждать меня, сгорая от великого нетерпения. А я прейду к моему златокудрому Апполону скромной обнаженной Дафной, прикрытая лишь прозрачной шелковой накидкой, благоухающая изысканными духами и ароматными веществами, буду любить тебя всю ночь не уставая"

Он кивнул, засиял, зашелся от счастья в предвкушении следующего любовного свидания с обворожительной Лукрецией. Когда прятал ключ в карман, нечаянно оцарапал палец. Чуть пошла кровь. Но граф не придал этому никакого значения. Царапина?.. Пустяки! Главное что Лукреция подарила ему надежду на следующую случку-встречу. А подаренный ключ — это знак доверия и любви. Это залог. Любовники страстно поцеловались, и граф покинул дворец. За ним последовали двое слуг. Они сели на коней и поскакали прочь из Рима.

Дорога была дальняя.

К вечеру граф решил заночевать в гостинице "Венецианский гондольер". И заодно поужинать. После обильной трапезы он зашел в номер и прилег. Вдруг возникла внезапная слабость, он почувствовал себя плохо. Голова закружилась. Франческо стал задыхаться. Схватился за горло. Пошла пена из-за рта. Он захрипел и, сделав шаг, грохнулся на пол. По телу пошли судороги. И через минуту прекратились. Услышав внезапный грохот и шум, в номер вбежали испуганные слуги и хозяин. Они принялись оказывать помощь графу, пытаясь привести его в чувство, но было уже поздно. Господин был сто процентов мертв. Сердце не билось.

"Отравила, ведьма", — сказал один из слуг. — Эта все Борджиа. Недаром о ней ходят зловещие слухи. Будто травит она всех подряд".

Второй слуга согласно кивнул.

Лакей был прав: смерть хозяина — дело рук искусной отравительницы Лукреция Борджиа.

Это было одно из зловещих развлечений маньячки. Вручать после бурной ночи ничего не подозревающему и уже изрядно надоевшему ей кавалеру ключ. Якобы от ее спальни. Расчет был на то, что ключ возьмут в руки. Причем в голые руки. Без всяких перчаток. А хитрость заключалось в самом предмете. Он вообще не подходил к замку двери. Один зубец ключа был специально остро-остро заточен. И смазан сильнодействующим ядом. Манипулируя ключом нельзя было не оцарапаться. И тогда яд, попадая в ранку, проникал в кровь и спустя несколько часов или дней жертва умирала. Продолжительность жизни кавалера зависела от концентрации яда. Чем больше его намазано, тем быстрее умирал воздыхатель. Чем меньше — кончина "счастливчика" отсрочивалась на несколько часов позднее. Но в той или ином случае итог этой забавы был один — смерть от отравления! И главное никто ничего не мог доказать, что отравительницей является Лукреция Борджиа. Были лишь подозрения, но никаких серьезных доказательств. Так искусно все делалось. А слухи, кривотолки и байки никто не воспринимал всерьез. К тому же многие опасались связываться с влиятельным и могучим кланом Борджиа. Так что красавица-душегубица выходила всегда сухой из воды.

Почему Лукреции нравилось убивать мужчин. Ведь острой необходимости не было в этом. За исключением случаев, когда она убивала по заказу папы или брата с целью завладения состоянием жертв. Выходит, лишение жизни мужчин — для нее было своего рода развлечение. Если так, то это уже явное нарушение психики. Возможно компенсация за то, что ею манипулировали мужчины. Быть выше мужчины, сильнее, пусть в коварстве и хитрости, но сильнее. Ее так воспитали. Так сформировали характер. Равнодушный к понятиям добра и зла. Таких понятий в мире для нее не было. Есть только сила и слабость. Будешь сильным — заставишь слабых подчиняться тебе! Есть еще всемогущий Бог. Но и он помогает лишь сильным и удачливым. А еще есть твои желания, влечения, привязанности, интересы. Им надо слепо следовать. Ведь это твои желания. Поэтому отдавалась отцу, братьям, друзьям без всякого смущения и раскаяния. Так надо и так ей хотелось.

Она даже помогала своему отцу и брату заманивать и убивать знатных вельмож. Это делалось с единственной целью конфисковать у тех их состояния и дворцы.

Как-то один римский богач влюбился в Лукрецию. Он привозил ей дорогие подарки, украшения. Она мучила его, не отвечая на его ухаживания взаимностью. А потом когда тот потерял надежду на встречу, вероломная девица неожиданно дала зеленый свет воздыхателю. Поулыбалась, пофлиртовала с ним и пригласила во дворец. Надо было видеть, что сделалось с вельможей после такого неприкрытого соблазнения! Он как на крыльях летел на свидание к Лукреции! Неужели это небесное создание будет его! Наконец-то Бог услышал его молитвы!

Коварная соблазнительница встретила сгорающего от внеземной страсти поклонника в своих лучших одеждах и украшениях. В ее зеленых глазах притворная истома и кокетство. Белоснежная волшебная улыбка, красивые жесты, ласковый голос обволакивающий и обезоруживающий любого мужчину, даже неприступного как скала. Белоснежная кожа Лукреции благоухала стойким и изысканным ароматом духов из заморских стран. Гость был очарован внеземной красотой. Кажется, сама мадонна спустилась к нему с небес.

Дворянин садится за уставленный яствами стол. Он в предвкушении волшебной и страстной любви. Его старания и подарки не пропали даром. Скоро уже скоро это случиться. И вот сама хозяйка наливает гостю вино…

Вельможа кивает, улыбается и делает пару глотков. Потом еще и еще. И вскоре ему становиться плохо. Глаза навыкат, лицо краснеет, синеет, отравленный дворянин падает под стол. Его начинает рвать. Просто выворачивает наизнанку. Он мучается от резких болей в животе. Но не умирает.

Лукреция обеспокоена: что-то пошло не так как она задумывала. Но есть у нее запасной вариант — шелковый шарф наподобие удавки. Пока гость не опомнился, она набрасывает тому на шею и хочет его задушить. Но сил не хватает, да и дворянин попался дюжий. Он отбрасывает отравительницу от себя и яростно хрипит:

"Папская подстилка! Я убью тебя!.."

Он начинает приходить в себя, вытаскивает кинжал. Лукреция бежит от него прочь и зовет на помощь Чезаре.

"Брат, он не умирает! Сделай что-нибудь!"

Чезаре уже здесь. Он сегодня на подстраховке: вдруг покушение пойдет не по тому сценарию. Хотя у сестры не было до этого осечек. Видимо концентрация яда в вине оказалась слабая, или организм у жертвы могуч и живуч, и не поддается смертоносной отраве.

Гость пытается встать. С трудом опирается на одно колено. Но ему не уйти от судьбы. Чезаре выбивает ногой у него кинжал и пинает в живот и голову. Удары настолько ощутимы, что противник "плывет". Это "грогги". Чезаре в драке как в своей стихии. Недаром он хотел посвятить себя военному делу.

Чезаре заходит сзади и хватает противника за волосы. Вельможа пытается отодрать пальцы противника от головы и уйти из смертельно опасного положения, но хватка кардинала мертва и цепка. В руках Борджиа острый кинжал. Он заводит его над горлом жертвы — и режет его! Жертва хрипит в предсмертной агонии и умирает. Дело сделано. Дворянин мертв и скоро клан Борджиа объявит его врагом папы и заберет все его имущество.

1498 год. Родриго Борджиа решает снова выдать замуж свою любимую дочь. С целью укрепления своей власти. За миланского герцога Альфонсо Бишелье, принца Сорренто, сына короля Неаполя. Жених на два года старше невесты. Он был очень красив, умен, обаятелен. И вот вскоре должна состояться их помолвка. Ожидался приезд герцога Бишелье в Ватикан.

14 июля Лукреция ждала принца в парадной дворца св. Марии. И вот ей доложили о его прибытии. Она встрепенулась, поправила свои чудесные локоны, роскошное розовое платье — оно так шло к ее белокурым волосам, поправила роскошное колье, сверкнула многочисленными перстнями и кольцами с бриллиантами. Сапфиры, изумруды, топазы, рубины, алмазы, аквамарины, хризолиты… Блеск камней, игра света в глубине кристаллов манила и завораживала. Ей особенно нравилось золотой перстень с оливково-зеленым хризолитом. Говорят, его извлекли из камня упавшего с неба. Это божественный камень. Тот, кто носит этот камень, завоевывает симпатии окружающих и приносит удачу. Еще он предостерегает от неразумных поступков, навязчивых идей, врагов, болезней и опасностей. Но самое главное, хризолит — камень влюбленных, и у той женщины, которой он есть, не будет никогда сердечных неудач и отбоя от воздыхателей. Пока действительно ей везет, и у нее нет проблем с любовниками. Хризолит хризолитом, но она — самый драгоценный камень в этом мире. А ее оправой станет знатный принц из Сорренто. Говорят, он безумно красивый и все девушки Европы от него без ума. Вот она сейчас и посмотрит на него. Сердце ее забилось от сильного волнения…

И вот он вошел в парадную… Статный, молодой, красивый, богато и со вкусом одетый. Посмотрел на нее ласковым обволакивающим взглядом — и словно яркая молния ударила ее в сердце. Лукреция, влюбилась в Альфонсо с первого раза. Такого с ней еще не было. Обычно мужчины влюблялись в нее, а тут она воспылать страстью к мужчине. Альфонсо к тому же оказался добрым, обходительным, внимательным молодым мужчиной и тем самым еще больше покорил дочь Папы.

Партия, которая должна была послужить по задумке Александра VI политическим союзом, оказалась браком по любви. Весь Рим потом говорил о том, как понравились друг другу сын неаполитанского короля и дочь римского Папы. Через шесть месяцев после женитьбы Лукреция объявила Альфонсо, что ждет ребенка. Радости будущего отца не было предела.

Но однажды до Лукреции дошли дурные вести. Отец принял решение женить ее брата Чезаре Борджиа на французской принцессе. Лукреция сразу поняла, что это отцовское решение чревато плохими последствиями. Ведь брак Чезаре и принцессы шел вразрез с политическими выгодами, который обеспечивал ее союз с Бишелье. Выходит, связи с семьей Борджиа придется оборвать. И Альфонсо, посчитав себя в опасности, сбежал из Папского дворца. Брошенная и вне себя от горя Лукреция просит отца обеспечить безопасность своему горячо любимому мужу в Ватикане. Александр VI идет навстречу дочери и отправляет эмиссара в Сорренто к зятю. Эмиссар должен был от имени Папы гарантировать ему неприкосновенность в Риме. И Альфонсо поверил ему.

Супруги соединились в городе Спалетто. А месяц спустя Лукреция родила хорошенького и здоровенького мальчика. Его назвали в честь Папы Римского — Родриго.

Альфонсо продолжает горячо любить супругу, как и она его. Их брак продолжался пять лет (Об этом снят фильм "Лукреция Борджиа", 1957год). За это время у них родилось еще двое детей, но вскоре умерли.

Лукреция была так поглощена своей ролью заботливой и кормящей матери, что совсем забыла об опасности. Впрочем, как и муж ее Альфонсо. Но у принца и папской дочери был один, но очень сильный и коварный враг — это брат Лукреции Чезаре. И он был рядом с ними. Беседовал с ними, играл с их ребенком, бывал на совместных обедах. Супруги совершенно не подозревали, что около них находиться их самый главный недруг. Говорят же: не так страшен враг перед тобой, как страшен за спиной.

Чезаре жутко ревнует сестру. И беситься в бессильной злобе. Как же так! Сестра любит кого-то не из клана Борджиа?! Не бывать такому! Тем более он сам сгорает от страсти к Лукреции. Он уже привык расправляться с женихами сестры и ему не трудно придумать план убийства Альфонсо. Только кровь может смыть его муки и ревность. Чезаре нанимает четырех киллеров.

Они в темных плащах с капюшонами, притворившись бродягами-попрошайками, располагаются на ступеньках собора и делают вид что спят. Привычная картина. Сколько нищих и верующих крутиться вокруг собора. Все хотят преклонить колени пред папским престолом. Ничего подозрительного. Они терпеливо ждут, когда мимо них пройдет заказанная жертва — принц Сорренто. Под складками одежды у них спрятаны остро заточенные кинжалы.

И вот в ночь на 5 июля 1500 года во время визита в Рим на площади св. Петра на герцога нападают четверка наемников в масках. Они наносят жертве пять ударов кинжалом. И чудо — ни одного смертельного! Альфонсо ранен в руку, бедро, шею, два выпада вообще не причиняют ему вреда. Стража вступает в схватку с наемниками и спасает своего хозяина. Истекающего кровью герцога притаскивают во дворец к Лукреции. Она в ужасе, у нее начинается настоящая истерика. Ею вызваны лучшие итальянские и заморские лекари. Они предотвращают неблагоприятное развитие болезни. Раны смазаны чудодейственными целебными мазями, умело и хорошо перевязаны, кровь остановлена и нет заражения.

Бедная Лукреция целый месяц не отходит от постели мужа. Лечит, кормит с ложечки, выхаживает, заботиться. Ей кажется, что никого на свете она так не любила как Альфонсо. Она неистово молиться за его спасение. Выставлена усиленная охрана. Чезаре в ярости, ведь соперник жив. И проклинает тех четырех киллеров, что не смогли вчетвером заколоть герцога. Теперь все они кормит рыб на дне Тибра. Это им наказание за проваленную операцию. Да это жестоко но вполне по законам того времени.

Доверенные лица Альфонсо, вычислив заказчика покушение, сами пытаются убить его. К организации покушения они подходят весьма серьезно. Нанят профессиональный убийца, а для исполнения заказов он использует свое любимое и проверенное оружие — ручной арбалет. Это оружие было передовое для того неспокойного времени. Бесшумное, точное. Тогда не было снайперских винтовок, их заменял арбалет. Он, как правило, превосходил обычный лук и по точности стрельбы и по убойности. Для стрельбы из арбалета применялись особые арбалетные стрелы, которые обычно были толще и короче лучных. Их называли болты. Кованые стрелы насквозь пробивали рыцарские латы и доспехи пехотинцев. Чтобы стрелять из арбалета нужны были особые профессиональные навыки. Ведь надо было с одного единственного выстрела поразить жертву. Причем попасть в жизненно важный орган, чтобы клиент не выжил ни при каких обстоятельствах. Заказ для киллера весьма оригинален: убить жертву попаданием в пах. Если это произойдет, то киллеру заплатят вдвойне. А для славного и бесстрашного воина Чезаре Борджиа это будет позорная и унизительная смерть.

Киллер соглашается выполнить столь специфический заказ.

И вот заказанный выслежен. Хорошая позиция. Убойное расстояние. Натянута тетива, заложена стрела… Чезаре ничего не подозревает. Его телохранители не замечают опасности.

И вот наемник стреляет в сына Папы, но, увы, только ранит. Чезаре остается живой, его закрывают телами свита и выносят с зоны обстрела. Борджиа лечит рану, приходит в себя и вновь предпринимает попытки устранить герцога. Чезаре теперь никому не доверяет исполнить супруга Лукреции, он сам берется за работу. Чезаре надевает тонкие перчатки и, пользуясь тем, что его беспрепятственно пропускают во дворец Лукреции, проникает в спальню к Альфонсо. А потом душит спящего принца в собственной постели. История умалчивает о том, как разделался Чезаре со своим соперником. То ли с помощью подушки, то ли с помощью удавки. Или с помощью скрученной простыни. А может благодаря физической силе. Но результат оказался стопроцентный — асфиксия у жертвы. Да, Борджиа подтвердил еще раз одну расхожую истину: если хочешь сделать что-то хорошо, делай это сам. Так и получилось. Враг мертв и нет ни одного свидетеля, лишь желтая луна и звезды. Чезаре ликует, а его сестра в великом горе и трауре. Альфонсо Бишилье хоронят тайно и без отпевания.

В память о покойном герцоге Бишелье у Лукреции остается сын — Родриго Арагонский, который умрёт в 1512 году в возрасте 13 лет.

И вот наступает черный и переломный в судьбе клана Борджиа 1503 год. Небывалый случай: погибает от яда распутный и алчный папа Александр VI. Папа — он же и заказчик, он же исполнитель, и он же жертва. Как же так спросите вы. Александр VI пренебрег одной истиной: "не рой другому яму, сам в нее попадешь". Вот он и угодил в нее.

Он принял решение разом свести счеты с четырьмя неугодными ему кардиналами, чтобы потом конфисковать их состояния. Для этого он пригласил их во дворец на званый обед. Для покушения приготовили две бутылки красного вина, одна с отравой — естественно для жертв, другая нормальная — для папы и кардинала Борджиа. Но слуга, которому по трагичной случайности не сказали об особенностях содержимого в бутылках, перепутал их и дал испить самим заговорщикам. Родриго Борджиа выпил свой кубок залпом, а Чезаре разбавил вино водой. Тут же оба почувствовали себя плохо, начались сильные боли в желудке. Родриго умер в сильнейших муках, не прожив и суток. А Чезаре несколько дней находился на волосок от смерти. Но сильный организм и спасительная вода снизившая концентрацию яда вдвойне спасли Борджиа от смерти, он выжил. Правда, окончательно он пришел в норму лишь через год

Лукреции испытывала амбивалентные чувства после этой кончины. С одной стороны ей было жалко отца. Ведь он возвел ее на вершины славы и власти. Он был непревзойденным любовником. А с другой стороны она испытала облегчение. Никто теперь не будет ей манипулировать ради политических выгод и выдавать замуж за кого попало. Никто не будет убивать ее любимых людей и решать за нее. И комплекс Электры куда-то исчез.

Все было конечно хорошо, но оставался ее еще один надсмотрщик за ее честью и моралью — ее брат Чезаре. Он не давал ей свободно вздохнуть особенно после смерти отца. Но недолго контролировал сестру Чезаре. 12 марта 1507 год он попадает в засаду около городка Виана, и после непродолжительного, но ожесточенного боя погибает. На его растерзанном теле обнаружат 25 тяжелейших ранений, каждое из которых могло тогда оказаться смертельным.

Итак, последнего куратора белокурой красавицы не стало.

Странно, но Лукреция равнодушно воспринимает его смерть. Ей стало почему-то неожиданно легко, словно тяжелый груз упал с ее плеч. И страх пропал. Ведь Чезаре всегда с маниакальной страстью любил ее и преследовал. Он убивал ее женихов, любимых, даже брата. И теперь его рядом нет. Никто не будет ходить тенью за ней. Ревновать, преследовать. Она вздохнет спокойно и отныне будет жить своей жизнью. И не будет она больше никого травить. Пусть эти мерзавцы-мужчины живут. Ей необходимо лишь один но любимый человек и одно но простое женское счастье, которого ее лишали ее отец и брат и суровая эпоха Средневековья.

Лукреция стала вдруг очень набожной, вступила в ассоциацию мирян при Ордене Святого Франциска, прекратила пиры, разврат, убийства, перестала приглашать гостей, вместо богатых одежд таскать простенькие наряды. Хотя несмотря на сексуальную разнузданность и на то что она убивала людей Лукреция всегда верила в Бога. И это не было ханжеством. Она истинно верила. Лукреция стала ездить по монастырям, пела там псалмы. Она приглашала в свой дворец проповедников, художников, рисовавших на богословские темы. Построила несколько больниц и монастырь, занималась благотворительностью.

Третьим ее мужем был Альфонсо д' Эсте, принц Феррары. Она родила ему несколько детей и вела очень скромный образ жизни. Они жили в Ферраре. Принц оказался страшным ревнивцем. Его слуги постоянно следили за Лукрецией. Но она почти некуда не выходила из дворца и не с кем принцу не изменяла.

Затем она забеременела.

Но уже с весны Лукреция не вставала с постели. Ей было постоянно плохо. Беременность протекала не очень гладко. Силы истощились. Лекари решили вызвать преждевременные роды. Начались непроизвольные схватки. Девочка родилась недоношенной и умерла. Родильная горячка охватила Лукрецию, и она умерла 24 июня 1519 года.

На ее могильной плите из мрамора высекли следующие слова: "Здесь покоится Лукреция Борджиа, дочь, невестка и жена Папы Александра VI"

Она пережила своих братьев Чезаре и Джованни, отца Родриго. Своих наставников и первых и неизменных любовников. Лукреция оказалась живучее и хитрее чем ее близкие люди. Она была хорошей ученицей. Во всем. В сексе, в искусстве отравления, в политике, в дипломатии, в управлении Ватиканом и страной. Но была несчастна в любви. Женское счастье в конце концов уплыло из ее рук. В этом виноват и ее брат Чезаре и ее отец. Но в основном она. Ей хотелось так жить и нравилось так жить. Скучная тихая и мирная жизнь была не для нее. Ее всегда привлекали страсти, борьба, интриги, приключения. Огонь — а не женщина! И это была ее стихия.

Для кого-то после прочтения этой главы Лукреция станет символом распущенности, злодейства, аморального поведения, но правдив ли этот расхожий стереотип. Кто же она была на самом деле? Читатель ответит для себя сам. Одно ясно — это был женщина, которая прожила яркую и бурную жизнь, и оставила свой заметный след в истории пусть даже и кровавой. И сколько бы веков потом не прошло, судьба и деяния, пусть и греховные, этой женщины всегда будет привлекать внимание людей. И о ней и в дальнейшем будут писать, снимать кино, спорить, высказывать сое мнение. Потому что известные люди всегда привлекают внимания, даже злодеи. Но каждое зло отвратительно, хотя иногда и любопытно. И для нормального человека оно любопытно лишь по одной причине: как и почему люди становятся носителями зла и как с ним вкупе со слугами дьявола в дальнейшем бороться. Как предупреждать. И как побеждать. И только для этого, а не для руководства к действию.

ГЛАВА 3 ЭЛИЗАБЕТ БАТОРИ.

"УЖАС И СТРАХ ТРАНСИЛЬВАНИИ"

В каждом человеческом обществе есть люди с низменными инстинктами… люди-звери, воплотившие в себе все низменные животные инстинкты, люди-чудовища, которых обуздывает лишь дисциплина и общественное окружение, но которые, если им дать возможность пить кровь из реки, не прекратят пить ее, пока не осушат реку

Фидель Алехандро Кастро

Начало XVII века. Трансильвания.

Прохладное летнее утро. Легкий туман клубился вдоль берегов широкой реки. Двое крестьян, негромко переговариваясь, вытягивали поставленный накануне невод. Сеть шла с трудом. Рыбаки радовались этому обстоятельству: возможно в сеть поймались крупные карпы, а может даже и судаки. Вот обрадуются их жены с детишками. Жареная до хрустящей корочки рыба — разве это не праздник для деревенского гурмана?!

Друзья подтянули сеть еще ближе к берегу — и вдруг их ликование сменилось внезапным испугом. Вместо рыбы из воды появилась человеческая рука. Белая, распухшая, в темной запекшейся крови. Неужели очередная утопленница или утопленник?

Рыбаки присмотрелись…

О, боже на руке отсутствовало несколько пальцев! Они либо откушены, либо отрезаны. Показалась голова…

Ба, да это женщина!

Нагая, окровавленная. С длинными распущенными волосами черными как вороново крыло. Гримаса ужаса застыла на ее окровавленом лице. Глаза широко открытые, остекленевшие. Рот зашит суровыми нитками. На груди содранная лоскутами кожа. Девушка вся исколота, избита. Видимо бедняжка умирала в тяжелых мучениях и явно не по своей воле оказалась в реке.

Рыбаки в ужасе бросили сеть.

Что за чертовщина! Мертвец вместо рыбы! Вот не везет! Дьявол! Это его проделки!

Крестьяне долго не могли прийти в себя. Их колотило и знобило от увиденной картины. Чтобы как-то расслабиться они решили выпить. Достали сливовицу и нехитрую снедь. Первый рыбак, наливая вишневого цвета ракию в кружки, чуть не расплескал ее: руки у бедняги тряслись как у припадочного. Крестьяне растерянно посмотрели друг другу в глаза, чокнулись и торопливо выпили. Потом еще и еще. Во время возлияния рыбаки не проронили ни слова. Алкоголь постепенно проникал в каждую клеточку тела и мозга, обволакивал теплом, расслаблял, и страх понемногу утихал. Да и что боятся мертвых, бояться нужно живых, тех, кто это злодеяние сотворил.

Интересно, с их деревни утопленница или и нет?

Крестьяне вытащили труп на берег, распутали сеть. Стали внимательно рассматривать жертву: нет, она не из их деревни. Это точно.

Еще выпили. Жалко девчонку, молодая красивая была. И кто же это зло неслыханное учинил? Зверь какой али человек?

"Оборотень", — уверено заявил первый рыбак. — "Он самый. Как-то здесь нашли женщину, тоже откусаны пальцы, вся разодранная в кровь. Поговаривают что это оборотень… Вон видишь тот замок?.."

Второй кивнул.

"Так вот… в нем живет… Кровавая графиня. Идет молва, что она то ли ведьма, то ли вампир! Говорят, днем-то она красивая женщина, а вечером после полуночи превращается в оборотня. У нее вырастают клыки, когти, шерсть. Нападает только на молодых девушек. Заманивает в замок — и издевается! Сосет кровь у них, пытает, а после придает лютой смерти. А еще по ночам она жутко воет. Как волк. Аж мороз по коже дерет. Недаром ее кличут "Волчица". У нее на гербе изображено три волчьих зуба".

Рыбаки, затихнув, опасливо посмотрели в сторону замка и перекрестились. Им снова стало жутко. Сливовая ракия щедро полилась в кружки…

Как не прискорбно, но Миклош был прав. На самом деле эту девушку зверски замучила знатная дама, а ее слуги сбросили труп в реку. Правда эта дама не являлась сказочным оборотнем, как в это свято верили крестьяне, а была обыкновенной женщиной. Из плоти и крови. Но по своим кровавым поступкам ее смело можно было отнести к оборотням. А звали это чудовище в женском обличье Элизабет Батори. И именно о ней пойдет речь в этой главе. И тогда станет ясно, почему глава называется "Ужас и страх Трансильвании". Но обо всем по порядку.

Графиня Элизабет (венг. Эржабет, словацк. Альжбета) Батори родилась 7 августа 1560 года в знатной и состоятельной семье. Ее родители Георг (Дьердь) и Анна Батори представляли влиятельный венгерский протестантский клан. Лиза росла в то время, когда большая часть Венгрии находилась под ярмом Османской империи. Постоянно шла война между Турцией и Австрией (время царствования династии Габсбургов).

Помимо этой войны шла война и религиозная. Юный реформаторский протестантизм вел ожесточенные бои против традиционной Римско-католической церкви. Уже пали жертвами войны в Англии великий философ Томас Мор, неистовая католичка Мария I Тюдор — со стороны католиков, Томас Кранмер, Скот Ридли, Гуг Латимер — со стороны протестантов. Умер от желудочной болезни великий инициатор и вождь протестантизма Мартин Лютер. Во Франции католики с переменным успехом бились с французскими протестантами — гугенотами. Вскоре в 1562 году ярый католик — герцог Франсуа де Гиз нападет при Васси на толпу гугенотов, собравшихся в сарае для совершения богослужения, и всех перебьет и это станет причиной очередной междоусобной войны. Еще через десять лет будет знаменитая Варфоломеевская ночь, где с подачи Екатерины Медичи — матери французского короля Карла IX — и своих итальянских советников, таких как Альбера де Гонди и Людовико Гонзага, католики перережут за одну только ночь около тридцати тысяч гугенотов. Несмотря на кровавое противоборство двух конфессий и на то, что в то время еще не было полной уверенности, выживет ли реформаторская религия или нет, клан Батори, не испугавшись гнева Папы Римского, поддержал новую веру. И не ошибся.

Семейство Баториев (Bathory, также Batory) было одним из самых старейших и влиятельных родов Венгерского королевства. Корни этого семейства уходят в XIII век. Основателем рода считается Брициус, прозванный за свои дела и убеждения "Батор" — то есть "истинно верующий". Это было одним из ценных качеств всех предствителей семейства Баториев — преданность одной вере, в данной случае протестанской, а ведь большинство венгров в то время являлись католиками. Другим достоинстовом был умение приумножать богатства. Клан являлся одим из самых богатых Трансильванских семейств, и ему принадлежало несколько роскошных замков в Карпатах, в том числе и родителям Элизабет Батори. На родовом гербе Батори были изображены волчьи зубы, и этот геральдический символ означал: берегитесь, враги, загрызем до смерти!

В 1571 году двоюродный брат Элизабет — Стефан Батори — станет принцем Трансильвании, а позже и королем Польши. И вообще клан Баториев будет управлять княжеством до 1613-го года.

Трансильвания, если кто не знает, историческая венгерско-румынская область на северо-западе Румынии. Это один из красивейших краев на Земле. Горы, горы, леса, замки. Поэтому и переводится с латинского как "Залесье". Немцы называли его SiebenbЭrgen — "Семиградье", а венгры — Эрдей (Трансильвания).

На территории древнего "Залесья" когда-то жило воинствующее племя даков, они-то и создали свое маленькое государство Дакия во главе со столицей Сармизегетуза (I век до н. э. — II век н. э.). При римском императоре Траяне даков разгромили римские легионеры и поработили (II век н. э. — 271 год). Отныне Дакия стали римской провинцией и платила подати (об этом историческом периоде есть замечательный фильм режиссера Серджиу Николаеску "Даки", 1967 г.).

Потом Римская империя распалась, и в бывшую Дакию хлынули кто кому не лень: готы, гунны, гепиды, авары, влахи, и наконец — мадьяры.

В XI веке, а именно в 1003 году, венгерский король Иштван I в открытом сражении разбил местного князя мадьяр Дьюлу и присоединил Трансильванию к венгерскому королевству. В средние века княжество обладала автономией в составе Венгрии. Ею управлял выборный воевода, происходивший из либо из секеев, либо из саксов — народностей защищавших южные рубежи королевства.

В феврале 1438 года была провозглашена уния трех наций. Согласно ей мадьяры, саксы, секеи теперь могли совместно управлять княжеством.

В 1526 турки разбили венгерское войско и тем самым превратили Трансильванию в самостоятельное княжество, во главе которого встал Янош Запольяи, до этого бывший воевода княжества. Янош был злейшим врагом дяди Элизабет — Иштвана IV Батория, бывшего палатина Трансильвании.

А в то время, когда родилась Элизабет, это княжество являлось форпостом протестантизма на востоке Европы.

Лиза воспитывалась в родовом поместье семейства Батори в Эчед, и уже с детства впитывала как губка идеи протестантизма и читала реформированную Библию. Молилась без образов на стене и знала, что душа человека спасается через веру в Иисуса Христа, как своего спасителя, и через благодать Божью, которая выражается в том, что Иисус умер за грехи каждого человека. Но через несколько лет многое измениться во взглядах и в жизни Элизабет. А ее чистая и поначалу наивная душа забудет своего спасителя Иисуса Христа и вкупе с ним все божьи заповеди и молитвы и продастся темным силам во главе с Дьяволом, и станет чернее ночи от ужасных злодеяний.

Элизабет росла практически одна, без подруг и друзей. Причина тому — удалённость от "внешнего мира" замков Баториев плюс социальный статус девочки. Все же Лиза была королевских кровей и вряд ли бы она стала играть с кем-то из низшего класса, естественно кроме девочек того же происхождения, как она. А принцесс-девочек на Трансильванию было в то время раз и обчелся. Вот поэтому она воспитывалась и развивалась без подходящей детской компании. К тому же характер у маленькой Лизы был весьма капризной (она же — королевна!), агрессивный, нелюдимый. И хотя ее родители учили тому, что Бог сказал любить ближнего своего, маленькая Элизабет не очень-то питала нежные чувства к людям. Они ей не нравились. Своими проблемами, недостатками и характерами.

Единственными друзьями Элизабет был родной брат Иштван и кормилица Илона. Брат обожал мучить животных и третировать служанок: то под подол заглянет, то ущипнет за мягкое место. Мальчик рос гиперактивным. Илона была чудесная рассказчица, знала множество сказок, баек, легенд о всякой нечестии: вампирах, оборотнях, монстров, ведьм, лесных чудищах. Вот этой чертовщиной крестьянка и "кормила" подрастающую Элизабет, которая с превеликим удовольствием и любопытством внимала роскозням служанки. Девочка под влиянием нехороших рассказов грезила стать всемогущей ведьмой или на худой конец — просто обыкновенным вампиром. Знала бы недалекая Илона, что будет в "коня", вернее в "жеребенка" Лизу корм, то не занимала бы внимания будущей маньячки своей дьявольщиной.

Помимо рассказов её кровожадность и агрессивность подпитывалась и от других источников. С раннего детства Лиза участвовала в дворянских охотах, где наблюдала воочию, как жестоко загоняют и убивают зверей, как их разрывают на клочья собаки, как животных разделывают чуть ли не живых, как их освежёвывают… А в глазах впечатлительной девушки — остекленелые, замершие в ужасе зрачки, смертельный оскал, сводящие от предсмертной судороги туши, кровь, кишки, внутренности… В ушах — жалобные крики умирающих и получающих смертельные раны животных, их предсмертный хрип. И кровь, кровь, кровь кругом. Жуткая картина, не правда ли?!

Также Элизабет часто была свидетельницей уже жуткой "охоты" на людей. Она видела казни, убийства, пытки, издевательства, кровь. Однажды, в шесть лет, она лично наблюдала, как её отец расправился со своим недругом. Сперва жертву посадили на кол, а затем, ещё полуживого, зашили в тушу гниющей и смердящей лошади, чтобы тот задохнулся от зловонных паров разложения. Сажанием на кол, кстати, любил "баловаться" царь и великий князь всея Руси Иоанн Васильевич Грозный из рода Рюриков. Как тут не вспомнить нашего классика Михаила Булгакова и его пьесу "Иван Васильевич". Там у него царь говорит инженеру Тимофееву: "Как поймают Якина, сразу на кол посадить. Это первое дело". Также этим видом казни "увлекалась" еще одна легенда "Залесья"- князь Влад Тепеш, ставшего прототипом всемирно известного графа Дракулы. Тот посадил на кол пятнадцать тысяч турок(!).

Вот так юную Элизабет учили жестокости и бессердечию. Плюс ее баловали родители и потакали любому ее капризу. И она уже с детства знала, что ей все можно! Так рождались такие качества как: неспособность считаться с мнением других, взбалмошность, капризность, эгоистичность. А если прибавить к этим качествам хорошие умственные способности девочки, то в будущем она точно могла исполнить свою мечту — стать непревзойденной злодейкой! Впрочем, мечта ее потом стала действительно кошмарной реальностью.

Да, Лиза Батори была необычно умна, обладала хорошей памятью. К пятнадцати годам легко говорила на трех иностранных языках. Она читала книги по анатомии, знала лекарственные растения. Могла врачевать. У нее было приятное лицо, хорошая фигура, черные роскошные волосы, которые в зрелом возрасте любила обесцвечивать. Так брюнетка превращалась в блондинку.

Хотя в роду Элизабет были люди именитые и богатые, они были людьми порочными. Среди них процветало чернокнижничество, колдовство, пьянство, лесбиянство, мужеложство, инцест. Поэтому от кровосмешения и алкоголизма рождались люди психически ненормальные. Например, ее тетя — Клара Батори — являлась известной в своих кругах лесбиянкой и имела садистические наклонности. Она избивала служанок и колола их иглами. Это она научила Элизабет лесбийской любви и пыткам с иглами. Помимо женщин Лиза отдавалась и мужчинам, в основном простым слугам.

В четырнадцать лет юная нимфоманка забеременела от какого-то крестьянина. Мимолетная близость и неконтролируемая похоть явила миру прелестную девочку. Но затем внебрачного ребенка увезли в неизвестном направлении. Больше о нем никто не слышал и никто его не видел. То ли его отдали другим людям, то ли его предали насильственной смерти. История об этом умалчивает. Надо сказать, Элизабет несильно горевала о потерянном дите. Она считала, что нарожает еще много детей. В принципе, так в последствие и было: Батори стала многодетной матерью. Но мы немного забегаем вперед. Вернемся к нашей распущенной и сексуально озабоченной девочке — Элизабет.

Нимфомания героини — это еще было полдела, не такая уж серьезная проблема для нее и для окружающих людей. Отдаваясь направо налево первопопавшимся парням и мужчинам, она не делала им зла, лишь очевидную пользу: удовлетворяла их низменные желания (а заодно и свои) и способствовала их физическому здоровью. Никакого насилия она не применяла к партнерам, ни они — к ней. Не причиняла ни боли, ни страдания. Все по обоюдному согласию. Нимфомания в то время не была источником зла для Батори и тех людей с кем она контактировала. Зло в ее жизни пошло от другой большой и серьезной проблемы, которая и послужила источником ее будущего человеконенавистничества и многих кровавых преступлений.

Еще в детстве Элизабет была подвержена приступам, которые сопровождались ужасным гневом и неконтролируемым поведением. То была "божественная болезнь" — эпилепсия, которая передалась Батори по наследству.

Слово "эпилепсия" если перевести с древнегреческого языка обозначает "схваченный", "пойманный". Эпилепсия — одно из самых распространённых хронических и неврологических заболеваний человека, проявляющееся в предрасположенности организма к внезапному возникновению судорожных приступов. Ее еще называли "падучая" или "Геркулесовая болезнь". Ей были подвержены великие люди: Александр Македонский, Гай Юлий Цезарь, Наполеон Бонапарт, Петр I, Федор Достоевский и др. Древние греки и римляне объясняли эту болезнь божественным вмешательством.

При этой болезни происходит существенное изменения личности. У человека появляется злость, раздраженность, вспыльчивость. Возникают аффективные припадки. Иногда бывают так называемые сумеречные расстройства, при которых имеет место резкое сужение сознания, не позволяющее охватить обстановку в целом. Это приводит к жестокой агрессии с истязаниями, насилием, убийством или пытками. И если болезнь вовремя не лечить, то через несколько лет человек может превратиться в маньяка-убийцу.

Элизабет рано поняла, что ей можно все. Когда ей было десять лет, ей нравилась наказывать служанок плетью. А если случался приступ болезни, она в злобе избивала до потери сознания. Ей нравился вид крови, сочащийся из ран.

Садистка начала вести дневник преступлений.

Кстати, многие маньяки испытывают неодолимую потребность фиксировать свои преступления. Они ведут подробнейшие дневники с описаниями пыток, которым подвергались жертвы (Сейчас они используют для этого возможности технического прогресса — видеокамеру, мобильные телефоны, фотоаппаратуру). Печально известный маньяк-некрофил Сергей Ряховский тоже вел дневник. На одной из страниц он даже сделал рисунок старухи-смерти с косой, а под ней — семь красных гробов и двенадцать синих (число его жертв). Также извращенец был автором фантастической повести "Стафал", где главный герой по прозвищу Командор, создавая новое совершенное поколение людей, уничтожал низшие слои общества: бродяг, проституток, гомосексуалистов, тем самым очищая мир от грязи и ничтожных людей.

Наша Элизабет не обладала писательским дарованием, красиво рисовать ее тоже не сподобил Создатель, но фиксировать и подробно описывать свои пытки, а затем и убийства, она хорошо умела. Впоследствии, Батори, когда ее дневник распух от записей, любила на досуге перечитывать из него наиболее интересные места с описанием самых чудовищных казней и пыток и предаваться самым приятным и извращенным воспоминаниям. Но это будет потом, а пока Лиза лишь тешилась.

Родители поначалу не разрешали юной Элизабет увлекаться истязаниями. Лиза лишь щипала и раздавала пощечины провинившимся, по мнению юной садистки, служанкам. Ну, иногда била девушек дубинкой, палкой, таскала за волосы, закрывала в темной каморке, оставляла на несколько дней без еды. Но, то были пока цветочки, ягодки созрели позже. Да еще какие! Кровавые, страшные, изуверские! Хотя был момент в ее жизни, когда казалось что она надолго прекратить свои садистские игры.

В 1575 году Лизу выдали замуж за Ференца Надашди. (С ним она была обручена уже с одиннадцати лет, и даже жила у него в замке Шарвар). Бывший смотритель императорских конюшен в 1578 году был назначен командующим венгерскими войсками в войне против турецкого султана. "Черный Витязь" или "Черный бей" — так называли его турки. Они его панически боялись. Надашди был невероятно храбр, но и чрезмерно жесток. Особенно к пленным.

В качестве свадебного подарка Надашди подарил жене замок Чахтице в Словакии, который в то время был еще имуществом императора Рудольфа II. В 1602 Ференц выкупил замок у его высочества. Рождение пятерых детей не смягчило насильницу. То ли болезнь ее прогрессировала, то ли все больше нравилось мучить людей. Надашди не боролся с порочными наклонностями жены, смотрел на ее выходки сквозь пальцы. Как-то в замке в Шарваре в присутствии мужа Элизабет и ее служанка Йо Илона раздели догола молодую девушку, его родственницу, вымазала медом и выгнали в сад на растерзание муравьев. Илоне поручили класть масленую бумагу между ног девушки и поджигать. Девушка, зверски обожженная и искусанная, чудом осталась жива. А Ференцу и дело не было до этого, пусть жена развлекается.

Ференц умер в 1604 году во время боевых действий, но не от турецкого ятагана, а от банального заражения крови. Вскоре после его похорон Элизабет переехала в Вену. Но чаще она бывала либо в крепости Бечко, либо в замке Чахтице. Здесь Кровавая графиня и совершала свои злодеяния. После утраты мужа ее пытки стали более изощренными и жестокими. Она словно взбесилась. В этом эй помогала бывшая деревенская колдунья, а затем и любовница и правая рука графини — Анна Дарвулия. В свое время Анна дала Батори зелье от бесплодия, которое помогло Элизабет нарожать детей. Именно после этого случая знахарка стала доверенным лицом Элизабет. Дарвулия была неистощима на выдумки. Именно она и научила графиню одной пытке: раздевать догола служанок выгонять на мороз и обливать ледяной водой, пока жертвы не умирали от переохлаждения. Батори была настоящей нимфоманкой: она спала со всеми подряд, с мужчинами, женщинами. Ей было все равно: будь это благородный дворянин Ладислав Бенде или простой слуга Иезорлави Ионтек.

Камеры пыток у Батори были в крепости Бечко, где чуть не убила одну женщину, поджигая ее лобковые волосы. Одной из своих жертв она разодрало лицо в кровь. Если хозяйка подозревала служанку в воровстве, то ей клали в ладонь раскаленную монету или ключ и крепко сжимали. Или получали раскаленным утюгом в лицо за плохо выглаженную одежду. Девушки радовались, когда их наказание состояло лишь в том чтобы раздеться донага и продолжить свою работу в таком виде. (Правда, работать приходилось на холоде в плохо отапливаемых залах замка и на глазах мужчин). А то могло быть хуже. А в Чахтице Батори организовала театр мук и страданий. В этом так называемом театре над жертвами издевались очень продолжительное время, убивали медленно, с чувством и расстановкой.

Однажды, отослав служанок по делам, графиня стояла у огромного зеркала в позолоченной раме и любовалась своим новым роскошным платьем пурпурного цвета. Что говорить, платье, несомненно, было шикарное. Ладно скроенное, красивые рукава, красивый лиф, кружевной ворот.

Элизабет перевела взгляд с платья на себя и ужаснулась: во что же она превратилась! В настоящую старуху! Кругом морщины, круги под глазами, плохая кожа. Как же время быстротечно. Ведь еще недавно она была юна и красива, а теперь стара и уродлива! Ей всего сорок четыре года, а она уже увяла, поблекла. И это наблюдение ее сильно расстроило.

Каждый раз, когда она замечала за собой признаки старения или недостатки внешности, она страшно огорчалась (это в лучшем случае) или приходила в бешенство (это в худшем случае). Вот почему ей нравится истязать и убивать красивых молодых женщин. Просто она мстила им за свою нынешнюю дряхлость. И пусть ей не вернуть молодость, но и девушкам больше не хвастать своей красотой. Красота их должна умереть вместе с ними.

Вдруг лицо графини овил легкий прохладный ветерок — она вздрогнула. Элизабет уже знала, что это за дуновение. То была так называемая "аура" — предвестник ужасного эпилептического припадка. С ней это не раз случалось. Сразу зашумело в голове. Кровь начала приливать к вискам и сдавливать их. Заломило суставы, шею. Графиня начала крутить шеей. Появилось непонятная раздражительность, агрессия. Агрессия все нарастала. Ее надо было срочно направить на кого-то, совершить какие-нибудь физические действия, в противном случае приступ разобьет ее тело. И тогда она может упасть на пол, судорога пойдет по всему телу, появиться пена из-за рта, прихватит дыхание. И Батори начнет задыхаться. Не дай бог графиня прикусить или откусит язык или он глубоко западет — сразу неминуемая смерть! Она явно не хотела этого. Привыкшая отнимать чужие жизни Элизабет опасалась за свою. Она хотела жить. И жить любой ценой! Надо было срочно действовать! Причем незамедлительно!

Батори, подняв полы платья, шурша им и стуча каблуками, помчалась по залам, надеясь отыскать во дворце какую-нибудь служанку-помощницу.

"Эй, Дорко! Дарвулия! Где вы, мерзавки! Живо ко мне! Илона! Фичко!" — кричала "заведенная" Элизабет.

Две верные служанки быстро возникли пред ясными очами графини. Дорота Сентеш по кличке Дорко и Дарвулия. Прибежала и третья помощница Илона.

"Кто там у нас в подвале из провинившихся?!" — грозно окинула взором служанок Элизабет.

Оказалось, Гелена, швея. Три дня там без еды содержится. А со вчерашнего дня и в воде пленнице отказано. Графиня прикрикнула на слуг:

"Немедленно туда! Фичко! Где ты?! "

Показался мерзкий бородатый карлик Уйвари Янос по кличке Фичко. Уродец схватил факел и побежал за Батори…

И вот вся процессия спустилась вниз по лестнице в подземелье. Лязгнул засов, заскрипела железная дверь и отворилась… Факелы из темноты выхватили девичью фигуру. Девушка, обхватив стройные ноги, сидела на охапке соломы. Черноволосая красавица зыркнула на вошедших, как затравленный зверь. Страх сковал ее тело: это пришли по ее душу. Но желание пить пересилило страх: все-таки день без воды. Швея попросила попить

"Сейчас ты у меня напьешься своей крови!" — пришла в ярость Батори. — "А ну раздеть блудницу! Живо!"

Фичко и Дорка с готовностью сорвали с девушки платье. Та заплакала. Графиня подлетела к пленнице, вцепилась в волосы и стала бить кулаками. Разбила нос, губы. Кровь закапала на пол. Элизабет вырвала клок волос у несчастной. Девушка жалостливо закричала:

"Госпожа, не бейте, мне больно! Пощадите! Прошу!"

Слыша мольбы о пощаде и плач, Батори еще больше свирепела. Приказала привязать Гелену и принести иглу с ниткой. Графиня вознамерилась зашить мерзавке рот, чтобы не кричала. Чудовищное решение!

Гелену привязали к железным кольцам, которые были прикреплены цепями к деревянной балке под потолком. Дарвулия принесли суровые нитки, большую портняжную иголку. Вдела нитку в ушко. Сделала узелок на конце нитки.

"Держите ей голову, чтоб не крутила!" — распорядилась Батори.

Помощницы услужливо схватили девушку за шею, голову и зафиксировали в одном положении.

Садистски усмехаясь, Элизабет стянула девичьи губы в щепотку, со всей силы вонзила иголку в нижнюю губу и проткнула… Стальное окровавленное острие вылезло из верхней губы. Батори перехватила липкую иголку пальцами и потянула вверх. За ней потянулась окровавленная нитка. Пленница истошно заорала. Хотела было отвернуть голову, но ее крепко держали служанки. Графиня снова сделала усилие. Теперь игла проткнула губы сверху вниз. Мучительница, испытывая наслаждение от мук жертвы, все всаживала и всаживала иглу в губы. Стежка за стежкой — и рот зашит. Гелена отключилась от боли. Жертву отхлестали по щекам, привели в чувство.

"Стефан еще не прибыл?" — спросила графиня у Дарвулии.

Та ответила, что нет.

"Как только приедет, немедленно видите его сюда, для него я приготовила премилый подарок".

Графиня взяла плеть и стала жестоко хлестать швею. На молодом красивом теле появились уродливые красные полоски. Но вскоре Батори надоело это занятие: не так кроваво и больно для жертвы. Элизабет повелела отвязать девушке правую руку. Дорко тут же выполнила приказание.

"Эй, держите ей руку крепко! Чтобы не вырвала", — продолжала командовать графиня.

Фичко схватил девичью руку и протянул навстречу госпоже. Батори ухватившись за тонкий палец жертвы, со всей силы загнала стальную иглу под ноготь!.. Глаза швеи чуть вылезли из орбит. Боль была невыносимая. Аж слезы брызнули! Гелена дико замычала.

"Неужто больно проклятая блудница?!" — испытывала удовольствие от пытки графиня.

Ей нравилось вид крови, крики, мольбы, мучения жертв. Она этим просто жила. Вместо уходящей из тела дурной энергии вызванной эпилептическим припадком появлялась другая дурная энергия — маниакально-садистическая. Минус менялся на плюс. Но тоже минус. Для ее несчастных жертв. Эта энергия была в сто раз мощнее, чем эпилептическая. В такие минуты Элизабет испытывала небывалый внутренний подъем. Ощущения и чувства становились намного острее и ярче.

…Батори взялась и за другие пальцы. Игла была неутомима. Еще, еще… Швея вновь потеряла сознание. Фичко облил ее холодной водой из ведра. Жертва пришла в себя. Пытка возобновились с новой силой. Теперь графиня проткнула грудь девушке в области соска. Второй сосок постигла та же участь. Затем изуверка стала вонзать иглы в руки, живот, лобок… Боль разрывала тело и пронзала мозг Гелены. Бедняжка жутко стонала, а мучительница лишь злорадно улыбалась:

"Что больно тебе, грешница, больно, а?! Поделом тебе, мерзавка, поделом!"

И колола и колола окровавленное девичье тело…

И вот наступил момент, когда швее стало все равно. Инстинкт жизни отключился, а инстинкт смерти включился. Измученное и сочащееся ранами тело подавала настойчивые импульсы истерзанному мозгу: лучше скорее умереть, чем испытывать такие нечеловеческие страдания. И бедняжка мысленно молила Бога о смерти.

Но графиня не торопилась убивать девушку. Кошке нужно было еще поиграть с мышью. Батори подошла к Гелене, приподняла за волосы ее упавшую голову, заглянула в помутневшие от боли глаза. В них уже не было ни мольбы, ни ужаса, ни страданий, а лишь полное безразличие и отрешенность. И Элизабет стала терять интерес к жестоким играм. Если жертва не кричит, не умоляет, ей не больно, она безучастна, то палача это уже не возбуждает. Графиня задумалась. Пора, наверное, заканчивать первый акт спектакля. В Театре мук и страданий должен наступить антракт.

Пора!

Батори вцепилась крепкими белоснежными зубами в грудь жертве и стала рвать кожу. От болевого шока девушка потеряла сознание. Элизабет рычала как настоящая волчица и кусала и кусала швею. Весь рот ее был в крови, глаза дикие, безумные. Она опьянела от крови. Но при этом испытывала сильнейший экстаз.

"Где ножницы!" — дико заорала графиня. — "Принесите ножницы!"

Дорко принесла ей большие ножницы с длинными ручками. Девушка вновь пришла в себя. Помощница держала руку девушки. Два острых ножа обхватили девичий палец. Графиня со всей силы сжала ручки…

Щелк! Хрясть! Кровь брызнула в разные стороны. Кусочек указательного пальца упал на пол. Гелена отключилась от боли.

Щелк! Отлетела фаланга мизинца.

Отвязали вторую руку — Гелена безжизненным комом упала на кровавый пол. Дарвулия взяла острый нож и вскрыла девушке вены. Дорко помогала Анне сцеживать кровь в кувшин. Девушка так и придя в сознание скончалась.

Из графини будто выпустили пар, она вмиг успокоилась. Видимо приступ прошел. И пытка удалась.

"Хорошее платье", — сказала Элизабет. — "Крови на нем не видно. Что-то я утомилась. Принесите поесть и приведите другую швею. Кто там у нас накануне провинился?"

Илона с Дарвулией принесли красное вино, фрукты, орехи, сыр. Фичко привел новую жертву. Молодую кудрявую шатенку. Лет 18. И тоже невероятно красивую. Увидев зверски замученную Гелену бедняжка дико закричала и стала вырываться. Она поняла, что ей уготовлено. Но вырваться ей не удавалось: три пары рук ее цепко держали. Девушку силой раздели догола и привязали к кольцам.

Батори зловеще усмехаясь, подошла к жертве.

"Утверждаешь что красивее меня, блудница?"

Гелена поклялась, что не могла такое сказать. Попросила не губить ее. На что графиня еще больше рассвирепела.

"Пощадить?! Эй, Илона!"

Служанка без слов поняла хозяйку. Служанка накалила кочергу и подошла к швее. Вопросительно взглянула хозяйку… Элизабет кивнула.

Илона ткнула железякой девушке в лицо… Зашипела, вздулась пузырями кожа, побагровела. Нечеловеческий крик разнесся по подземелью. Запахло паленой кожей и волосами. Кочерга изменила свой маршрут и попала в половые органы жертвы — Гелена сразу потеряла сознание! И снова засуетился вокруг девушки Фичко с ведром ледяной воды. Окатил ею узницу и отошел. Швея живо пришла в себя. Застонала от невероятной горящей боли.

"Госпожа, прибыл Стефан", — вдруг доложила Дорко.

Графиня очень обрадовалась этому известию.

"Приведите его".

В подземелье спустился человек в плаще с капюшоном. Лицо его закрывала карнавальная маска.

"Пойдите все прочь!" — закричала Элизабет.

Служанки и карлик быстро исчезли. Словно испарились. Незнакомец скинул капюшон — и длинные женские локоны рассыпались по плечам. Это был не мужчина, а женщина. Тятя Клара Батори. Дочь Андраша IV, короля Трансильвании. Она пережила четверых мужей, двоих из них убила. Одного отравила, второго задушила в постели. Иногда она приезжала из Вены в замок, чтобы вместе с племянницей попытать служанок и заниматься лесбийской любовью. Кстати этот маскарад и помог уйти от ответственности. Когда судили Батори, всплыло только ее имя Стефан, но кто под этим именем скрывался никто и не узнал. Но Божий суд ее все-таки достал. Конец ее был трагичен. Клара и ее молодой любовник попали в плен к туркам. Парня как барана зажарили на вертеле, а ее изнасиловал целый турецкий отряд. Затем ей еще полуживой перерезали горло и выкинули на растерзанья воронам.

…Женщины нежно и страстно поцеловались не как родственницы, а как давние любовницы. Элизабет ласково ворковала, что она давно соскучилась по нежным ласкам тети и предложила бургундского вина.

"Пожалуй. Я тоже истосковалась, моя драгоценная и несравненная Эржи, по твоей любви, по твоей ласке и вниманию и, несомненно, по нашим совместным пыткам. Без них я слабею и хандрю. Не желаю кушать не желаю пить. Вид крови и мук придает мне невероятные силы, невероятно возбуждает, и невероятно улучшает настроение. А наша неземная страсть во стократ увеличивает все это. Оттого я к тебе и езжу, моя дорогая племянница. Оттого и езжу. И ты прекрасно об этом знаешь, что тут говорить…"

Элизабет расцвела. Да, она знает об этом. Они выпили вина и снова нежно облобызали друг друга. Похотливые огоньки зажглись в очах распутных родственниц.

"Может, займемся любовью, моя дорогая тетушка?" — предложила Элизабет.

Губы Клары тронула довольная улыбка: тете всегда нравилась сексуальная необузданность и темперамент племянницы. И ее развратность. Правда в этом в первую очередь была ее, тетина заслуга. Элизабет оказалась очень способной ученицей. Что она творит в постели и как мастерски загоняет под ногти жертвам иглы — диву даешься! Это ее Кларина школа! Молодец, Эржи, не подводишь династию Батори!

Элизабет вопросительно взглянула на тетю. Клара отрицательно покачала головой. После, дитя мое, после. У нее не будет сильного возбуждения, пока она не попытает жертву. Но вот вопрос: жива ли эта девушка? Или…

"Жива, мерзавка, всего лишь немного подпаленная", — усмехнулась графиня.

Шабаш ведьм продолжился.

Тетя Клара схватила плетку и стала нещадно хлестать узницу! Та под градом ударов вскликивала и просила пощады. Но пощады ей не было и не вряд ли предвиделось. При этом Элизабет как сумасшедшая смеялась и кричала одно и то же: "Поделом тебе, блудница, поделом!" Отхлестав вдоволь жертву и приведя в чувство, тетя Клара схватила щипцы, сжала нежнейший сосок жертве — и рванула!.. Раздался нечеловеческий крик — и жертва обмякла…

Мучительница потрогала шею: пульса нет. Заглянула в безжизненные глаза девушки. Точно жертва отправилась на небеса беседовать с богом. Сердце не выдержало. Да и выдержит ли от такого зверства и боли. Тетя была явно разочарованна тем, что жертва умерла.

"Жаль что так скоро", — сказала Элизабет. — "Слабенькая она оказалась. Но может статься сие и к лучшему. Я уже сгораю от великого нетерпения. Моя сладенькая тетушка, я хочу ласкать тебя везде. Я хочу расцеловать каждый кусочек твоего тела! Позволь мне…"

Возбужденная от страстных слов племянницы тетя Клара распахнула плащ — под ним из одежды ничего не было, лишь голое тело. Она бесстыдно расставила ноги, а Элизабет склонилась на колени… Тетя закрыла глаза от удовольствия.

…Вскоре Клара накинула капюшон и, попрощавшись, вышла. Элизабет нарочито громко (чтобы все слуги слышали) крикнула ей вослед:

"До скорой встречи, Стефан! Приезжай я буду тебя непременно ожидать!"

…Открылись внутренние ворота. Загремели, лязгнули мощные цепи, поднялась тяжелая решетка, и опустился дубовый настил над пропастью. По нему застучали колеса и зацокали копыта шестерки лошадей. Из мрачного замка под покровом темноты выехала карета. Зловещая ярко-желтая луна пряталась за верхушки темных и высоченных деревьев. Где-то выли волки и ухали филины. От такой картины становилось жутко. Но дьяволице в облике Клары Батори было ничуть не страшно: чего ей боятся своего хозяина — Сатаны и его прислужников — темных сил. А также оборотней, вампиров, колдунов и диких зверей. Они ее не тронут. Она же дочь Дьявола. И по делам, и черной душе. Тетя Клара возвращалась в Вену. А другая дьяволица и дочь Сатаны — Элизабет Батори — оставалась в своих зловещих покоях. Для новых убийств и для новых пыток. Жертвоприношения своему господину Люциферу не за горами. Если завтра случиться приступ — то жертва завтра. Или плохое настроение — тоже возможно завтра.

…Зашел Фичко и закидал кровавые лужи углем. Но ноги все равно скользили по алой жидкости. Карлик еще принес угля. Вещество впитывало кровь и становилось "кровавым углем". Теперь ноги не скользили. Трупы, завернув в мешки и завязав, убрали из комнаты. Принесли охапку розовых роз. Аромат свежесрезанных цветов должен был перебить запах пролитой крови.

Батори распорядилась:

"Фичко, выкиньте Гелену в реку, а ту закопайте в саду. Возьми Дорко или Илону".

Слуги сделали все, как требовала госпожа. Прибрались, отнесли остатки пищи, спрятали трупы. Правда, та девушка, которую сбросили в воду, попала в сеть к рыбакам. Тем самым Миклошу и Йозефу. Они — очевидцы ужасных ран и увечий утопленницы — рассказали своим женам и соседям. А те — другим односельчанам. И тогда народ снова заговорил о проделках Кровавой графини. Молва о Волчице покатилась по всей Трансильвании. Но Элизабет это обстоятельство ничуть не волновало: она знала, что в очередной раз выйдет сухой из воды. Она как всегда надеялась на свое могущество и богатство. И негласную неприкосновенность.

Однажды Элизабет поехала на карете, чтобы осмотреть свои ближайшие владения. Собой она взяла Дурвулию и молоденькую и симпатичную служанку Иду. Ее привезла одна старуха из какого-то села. Сказала что девушка круглая сирота, нет у нее ни отца, ни матери, ни дяди, ни тети, даже каких-нибудь близких родственников. И что девушка трудолюбива и чистоплотна. Батори такие служанки как раз и нужны были. Если что-то случиться с ними то никто искать их наверняка не будет. Сгинули, так сгинули.

Стоял теплый сентябрь.

Позолоченная роскошная карета, запряженная цугом из четверки белых лошадей, неторопливо катилась по извилистой и пыльной дороге. Ее время от времени покачивало и трясло на ухабах. На карете красовался герб Батори: изогнувшийся волк и три волчьих зуба. Постукивали колеса, цокали копыта. Фичко в золотистой ливрее сидел на козлах рядом с кучером и пел какую-то смешную песню.

Графиня, опершись на атласную подушку, задумчиво глядела в окно. Мимо проплывали поля, леса, озера… В не зашторенное окно влетал освежающий и прохладный ветерок…

Батори зевнула… Скучно ей, ох, как скучно. Чем бы ей заняться? И как бы ей развлечься? Избить кого-нибудь, наказать. Она невольно взглянула на молоденькую служанку. Ида, перехватив взгляд графини, угодливо и добродушно улыбнулась в ответ. Как ей, сиротинушке, несказанно повезло: попала в такой знатный дом и к такой знатной хозяйке. И работа есть, и кров над головой и всегда сыта и накормлена Ида. И госпожа не сильно придирается, так слегка пожурит и все. Чего больше желать? Чахтицкий замок — рай для деревенской девчушки. Правда вчера хозяйка разозлилась на нее и чуть не ударила по щеке, но сдержалась. Хотела наказать за пыль на столике, будто она, Ида, не протирала его. Хотя она протирала, она это точно знает. Да и бог с ней, на то она и хозяйка чтобы гневаться на нерадивых слуг.

Ида снова улыбнулась.

Батори разозлила эта деревенская искренность: что она как дурочка скалиться? А ну задам ей трепку, пусть знает как грозна госпожа в гневе. Вчера Элизабет едва не влепила служанке пощечину, но сдержалась, а сегодня эта замарашка получить сполна. За два дня. А то и на всю жизнь.

"Отчего ты так весела, Ида?" — спросила графиня у служанки, причем голосом не предвещавшим ничего хорошего.

Та, не обратив внимания на особый тон Батори, ответила, что радуется тому, что у нее такая хорошая и добрая госпожа и что ей нравиться жить и прислуживать в таком уважаемом доме.

"Добрая?" — нехорошо улыбнулась Батори. — "Сейчас ты оценишь мою доброту, наивная душа."

Раз! И графиня ударила служанку по щеке! Потом по другой. Удары посыпались на бедную девушку со всех сторон. Она пыталась увернуться, но не получалась. Батори вцепилась девушке в волосы и стала колотить еще пуще. Бедняжка Ида не знала, за что она так прогневала хозяйку и за что ее бьют. Девушка стала кричать что ей больно и принялась плакать. Батори размахнулась со всей силы и ударила по девичьему носу. Брызги из разбитого носа попали ей на щеку и губы. Элизабет облизнулась как волчица. Какая сладкая кровь! Батори вошла в раж, она почувствовала вкус крови, и принялась бить Иду еще сильнее. Вот теперь ей не скучно, вот теперь пошла забава!

Ида умоляла ее пощадить но она не знала что хозяйка ее никогда никого не щадит и не успокоиться пока не замучит жертву до смерти. Батори схватила девушку за горло и стала душить, та не сдавалась и сопротивлялась. Умирать такой молодой ей не хотелось. Но графиня навалилась на нее сверху и удвоила усилия. Пальцы все крепче и сильнее сжимали горло Иде. Дурвулия держала жертве ноги. Ида, уже ослабев, не могла разжать мертвую хватку трансильванского монстра. Она захрипела, покраснела, посинела… Глаза вылезли из орбит. Тело служанки натянулась тугой струною и через несколько секунд резко обмякла: Ида была мертва. Графиня с чувством глубокого удовлетворения отпустила горло жертвы и села на место. Она тяжело дышала и поправляла прическу.

"Фичко, Ференц, остановите карету и откройте дверь!" — крикнула Элизабет в окно.

Кучер натянул вожжи, и лошади встали. Фичко спрыгнул на землю и открыл дверцу. Батори ногой толкнула уже мертвое тело. Ида выпала на пыльную землю.

"Фичко! Дурвулия! Оттащите эту блудницу вон в тот овраг и киньте ее там. Звери съедят".

Слуги так и сделали. Взяли за руки покойницу и потащили в овраг. Нашли место, где ручей, положили тело под корни упавшего дерева, сверху накидали веток и сучьев. Вроде не видно. А когда вернулись — глядь! В дорожной пыли уже катается волчком… сама графиня! Картина была ужасная: пена шла у душегубки нее из-за рта, Элизабет выгибалась дугою, запрокинула голову, скрючила пальцы. Графиня жутко и громко выла. Как настоящая волчица.

Слуги понимающе переглянулись: начался приступ Божественной болезни. Они уже знали, что делать в таких случаях. Дурвулия сразу метнулась к ларцу, где лежала деревянная палочка. Во время особо сильного приступа эпилепсии эту штуковину вставляли графине в рот, чтобы та не откусила себе язык и не погибла от болевого шока.

Кучер схватил госпожу и стал крепко ее удерживать, Фичко с великим трудом разжал ей рот, а Дурвулия ловко вставила туда палочку. Батори подергалась, подергалась в приступе и ослабла. Затем отключилась. Потом пришла в себя уже успокоенная и тихая.

"А где Ида?" — спросила она.

Слуги переглянулись. Притворяется или на самом деле не знает. Она умерла, так сказали слуги. И лежит она вон в том овраге. И по вашему распоряжению, госпожа.

"Туда ей и дорога. На то воля дьявола и моя" — сказала Батори и попросила показать место импровизированного захоронения.

Ее туда проводили. Фичко и Дурвулия раскидали сучья и ветки. Вот она удивленные навечно застывшие глаза цвета бирюзы, раскинутые пушистые волосы. На лице удивленная гримаса. Как же так. Вроде все в жизни сложилось и вот тебе. Быстро наступил конец. Она минут десять любовалась своим "творением". Любила она подолгу рассматривать трупы своих жертв. Рассматривать их истерзанные тела, их раны, увечья. Батори испытывала гордость и удовлетворение от "проделанной работы".

"Все они сии мерзавки в моей власти. И что хочу то и делаю с ними. Решу убить — так убью. Замучить — то замучу. Здесь мои законы, мой эдикт. Я Элизабет Батори а кто они? Никто. Без роду и племени. Однодневные мотыльки. Раз — и их нет на земле. Их не жалко. Сорная трава, которую нужно вырвать и выбросить. Их таких никчемных много в сей жизни, а она одна."

Насмотревшись на труп убиенной кровавая графиня приказала возвращаться в замок.

И таких ужасных дней как этот было множество в жизни Кровавой графини. И гибло множество людей. А ей все было мало. Ей требовались все новые и новые жертвы.

Чтобы сохранить молодость Дарвулия посоветовали хозяйке купаться в крови девственниц. Но чтобы привыкнуть к купаниям в большом количестве крови графиня сначала принимала ванны, наполненные телячьей кровью. Потом пришла очередь ванн и с человеческой. Для этой чудовищной цели брали молодых и бедных. Никто за них не заступиться никто не осудит. На первых порах искать жертв не составляло труда, от безысходности и бедности крестьяне отдавали своих дочерей в услужение вдруг им там будет хорошо, хотя некоторые уже прослышали о кровавой графине и знали, что живыми они могут и не вернуться. Тем женщинам (в основном это были старухи) которые приводили девушек, давали вознаграждение — юбку или платье. Девушек убивали и сцеживали через вены кровь в сосуды и затем переливали в ванную. От каждой жертвы получалось слить несколько литров крови (всего в человеке 5 литров)

Говорят, что Батори не только купалась в крови, но и пила ее особенно свежую и теплую. Это она делала не только в целях своего скорейшего омолаживания, но и в лечебных целях. Дело в том что "Кровавой графине" постоянно не хватало в организме железа. Отведав некоторое количество крови, она тем самым возмещала недостаток железа. Процент гемоглобина повышался, и настроение у дочки Сатаны улучшалось. И потом это вошло у Трансильванской волчицы в привычку. Так что даже если приступа эпилепсии у Элизабет не наблюдалось и казалось не было предпосылок для новых убийств, то другим пусковым механизмом для злодеяний становилось нехватка гемоглобина в организме. И чтобы поднять себе настроение и уровень железа она прибегала ко всё новым и новым убийствам.

Она даже придумала особую клетку для мучительной смерти и сцеживания крови. В этой клетке пол из железных прутьев с острыми-острыми шипами. Как и стенки и потолок. Засунув голую жертву туда, клетку поднимали с помощью лебедки вверх. Девушка волей неволей во избежание смертельных и серьезных травм должна была встать на пол и схватиться за прутья. Но в руки и пятки вонзались острые шипы. Кровь из проколотых ран начинала по-маленьку капать вниз. Слуги подставляли под капли либо кувшин, либо другой сосуд. Но часто сама графиня ради забавы подходила к этой клетке и подставляла под капающую кровь рот и ловила ее губами. При этом безумно хохотала, тем самым наводя ужас на жертву. Затем жертва уставала, ей хотелось спать, есть, пить. Многие падали в обморок от голода, усталости и кровопотери и еще больше ранили себя: бок, плечи, спину, руки, ноги. Появлялись свежие раны, и кровь сочилась все гуще. Как только вытекал литр крови (это необратимый критический уровень для любого человека) — девушка умирала. Некоторые когда падали на пол смертельно ранили себя и тут же умирали.

Но графиню это лишь развлекало. Главное для нее было ее здоровье, настроение, возможность безнаказанно издеваться над людьми и извращенная похоть. Остальное ее не волновало.

В 1606 году Элизабет пережила ужасную потерю: от эпилепсии умерла ее любимица и помощница по злым делам — Дарвулия. Но недолго Батори скучала. Вскоре у нее появилась новая любовница — Эжси Майорова, тоже ведунья и знахарка. Это она уговорила графиню начать убивать и истязать дочерей мелкопоместных дворян. Это и было роковое ошибка маньячки из Трансильвании. Ведь смерть дворянки не могла пройти незамеченной как в случае смерти безродной крестьянки. Но Элизабет тогда ничего не могло остановить. Чахтинский вампир, вкусивший молодой крови не мог уже остановиться. Ее могло остановить лишь осиновый кол или топор палача.

Возникла еще одна проблема: куда девать трупы. Их становилось все больше и больше. Зарывали в саду, у церкви, в лесу, бросали в реки, ущелья, Их предавали земле без излишних церемоний. Деньги и могущество Батори затыкали рты самым рьяным священникам.

Но не все боялись Кровавую графиню. Преподобный Майрош, исповедник ее мужа назвал ее с кафедры зверем и душегубкой. Другой священник — Паретройс — яростно разоблачал Батори и отказался отпевать убиенных. Его поддержал преподобный отец Паникенуш. Графине с помощью служанок пришлось расчленять тела и погребать их по частям в поле или в лесу.

Зимой 1609 Майорова предложила графине собрать в замке двадцать пять дочерей мелких и обедневших дворян. Провести так сказать курс светских манер. Это были последние в их жизни курсы. Все девушки умерли после истязаний в подвале. Как обычно им перерезали вены и слили кровь в ванную. И как обычно графиня искупалось в крови. История имела большой резонанс. Элизабет тут же придумала сказку о том, что одна из девушек внезапно сошла с ума и, убив всех приглашенных, покончила жизнь самоубийством. И хотя подобная история казалась невероятной, Батори поверили на слово.

Но как веревочке не виться…

Близился закат ее садистской карьеры. Затраты на смертельные игры оказались Батори большими и ее казна иссякла. Чтобы ее пополнить в 1607 году Элизабет продает замок Девено, а через три года закладывает и Бечко. Графиню сначала обвинили в колдовстве. Церковь хотела прибрать к рукам огромное состояние Батори: оно им не давало спокойно спать. Но родственников не устраивал такой поворот событий, и они обратились за помощью к графу Дьёрьдю Туржо — двоюродному брату Трансильванской волчицы. Тот несмотря на узы родства назначил новое расследование. Летом 1610 года началось первичное расследование преступлений его кузины Элизабет.

Есть версия, что основанием для расследования было вовсе не количество жертв, а политические проблемы. Королевская фамилия жаждала конфисковать земельные поместья Элизабет и тем самым избежать возврата большого займа, который был предоставлен ее мужем королю. Эти намерения и послужили причиной ареста Элизабет 29 декабря 1610 года. А жертв приписали. Да и вообще ее судили на основании свидетельств только служанок, а те могли под давлением и пытками оговорить ее. Второе свидетельство — это дневник маньячки. Но где он? Куда он исчез. А может, его за нее написали. Экспертиз тогда по почерку не проводилась. Ее не допрашивали в присутствии судей. Только рассказывали свидетели, а их можно была запугать, подкупить. Но это только версия, которая имеет право быть.

А в совместном чехословацком фильме режиссера Юрая Якубиско "Батори" (2008 г.) графиня и вовсе предстает невинной жертвой. Зато муж ее показан жестоким монстром, который прибыв из долгого похода, насилует беременную жену, и та рожает мертвого младенца. В фильме если Элизабет и избивает слуг, то только за дело и не до крови, если раздевает служанку догола, то ради милой шутки, если занимается сексом, то только по любви. Против нее плетут интриги, заговоры, ее богатству и красоте жутко завидуют. Кузен — граф Туржо — давно и безнадежно влюблен в трансильванскую красавицу. И однажды на отпевании в церкви ее мужа богохульник прямо возле гроба делает двоюродной сестре непристойное предложение (тело супруга еще не остыло — а он лезет со своими елейными словами и скабрезностями). Мол, выходи дорогая Эржбета за меня замуж — не пожалеешь. Буду любить тебя всегда и везде. Разумеется, безутешная вдова Элизабет Батори возмущенная хамским поведением родственника в резкой форме отказывает ему и настоятельно советует впредь больше не посещать ее. Естественно Туржо оскорблен соей унизительной отставкой и организует травлю графини. Ее пытаются убить — не получается, затем преследуют, осуждают и в конце концов казнят. В общем, здесь граф Туржо — классический злодей, а Эржабета Батори — просто невинная овечка, а не убийца.

Это тоже только версия. Хотя как каждая версия будь она абсурдна или неправдоподобна, имеет право на свое существование. Так или иначе, но в истории зафиксированы другие факты. Но о них мы расскажем потом.

Следует немного рассказать о главном действующем лице и главном герое в истории злодеяний Элизабет Батори — графе Туржо (в иных источниках Турзо). Именно этот вельможа и положил конец кровавым преступлениям венгерской маньячки.

Граф Дьёрьд (Юрай) Туржо с 1598 года являлся советником императора Священной Римской империи Рудольфа II, а с 1599 года занимал должность королевского дворецкого. В 1602 году был назначен комендантом крепостного гарнизона Нове Замки. Был прекрасным полководцем и бесстрашным воином. Отличился в войне с турками. С 1609 года по 1616 Палатин Венгерского королевства в годы правления короля Матвея II (император Матиас). Был блестяще образован для того времени. Свободно владел латынью, греческим, словацким, венгерским и немецким языками. Словацкий он использовал в качестве официального языка в своей резиденции — замке Битчьянский Град в городе Битча. Был известным меценатом: материально поддерживал церковных деятелей, художников, скульпторов, поэтов, музыкантов. Жертвовал деньги на нужды церквей, монастырей, школ, бедных семей. Построил первый санаторный дом в Раецке Теплице.

Вот этот выдающийся деятель (в ту пору ему было всего лишь 53 года) и бросил вызов Трансильванской ведьме. Если бы не он — то, сколько бы еще молодых и невинных девушек было бы зверски замучено и убито Кровавой графиней.

В декабре 1610 была предпринята первая попытка поймать кузину с поличным, но делегация во главе с королем Матиашем, Мадьери, с великим палатином Туржо ничего не нашла в Чахтице. Трупов нигде не было. Но графиня жаждала новой крови и забыла об осторожности.

В сентябре 1610 года Элизабет Батори замучила насмерть девятерых де-вушек, после чего уехала в Ве-ну, к тете Кларе бросив тела в своих покоях. Убрать трупы она приказала своей служанке Катарине Беницке. Прачка — неистовая верующая — не решилась захоронить убиенных без церковного отпевания. Тайком она привела в замок священника, кото-рый отпел и помог похоронить несчастных. Священник ужаснувшись злодеяниям знатной особы сразу отправился к графу Туржо и рассказал о трупах со следами пыток. Туржо не стал терять драгоценного времени взял вооруженных солдат и ворвался в замок Чахтице. Заблокировав всех слуг и графиню, вельможа с помощью своих слуг и воинов тщательно обыскал весь замок. И нашел то что искал. В одной из комнат он нашел еще один труп и двух раненых и недобитых девушек. Этим девушкам явно повезло: если бы не помощь извне, то лежать бы им в земле сырой расчлененными по частям. Также эти служанки являлись знаковыми фигурами в истории злодеяний Трансильванской волчицы. Они оказались самими последними жертвами Элизабет Батори, прервав цепочку ее кровавых убийств. Удача улыбнулась Туржо еще раз. Он отыскал весьма важное доказательство преступлений графини — это ее дневник, где она подробно и со смакованием рассказывала о 650 убийствах.

Граф Туржо вызвал на допрос с пристрастием Элизабет Батори. Вопросов было несколько. Откуда взялись, во-первых, 9 трупов в подземелье замка? И почему они так сильно избиты и изувечены. Во-вторых, кто это убитая женщина, которую нашли в прачке. Двоюродная сестра попыталась выкрутиться и придумала чудовищную ложь. Дескать, те девять скончались от какого-то неизвестного заболевания. А почему так сильно избиты? Объяснение простое. Сошли с ума и передрались друг с другом. Труп в прачечной — это несчастный случай. Швея сама упала нечаянно на ножницы и убилась. Невероятно, но граф поверил обвиняемой, а может просто сделал вид, что поверил. Все-таки Элизабет Батори была его родственница! Кузину оставили в покое, а девушек быстро похоронили, чтобы не распространять заразу.

Туржо хотел уже, было, тайно отправить графиню в монастырь, но венгерский парламент его опередил, Орган власти выдвинул против Элизабет Батори обвинения в многочисленных убийствах.

Громкий судебный процесс начался 2 января 1611 года. Главная преступница не появилась на заседаниях. Знатное имя Батори не должно было упоминаться на суде. 17 свидетелей. Дорко созналась в 36 убийствах, Фичко в 37-ми.

7 января в замке Бисе в суде было еще тринадцать очевидцев, а граф Туржо принес дневник самой Элизабет Батори. В этот же день королевский суд огласил окончательный приговор. Дорко и еще одной служанке вырвали горячими щипцами пальцы, после чего сожгли на костре. Лилипута-убийцу Фичко тоже сожгли на костре, но уже мертвого. Предварительно ему отрубили голову. Ката отделалась легким испугом, не найдя ее вины, суд ее благородно отпустил.

Главной обвиняемой сначала вынесли смертную казнь путем отсечения головы публично. Но не пристало знатной даме развлекать чернь. Граф Туржо придумал для кузины особую медленную казнь. Ее замуруют в собственной комнате в Чахтице, сделав для нее небольшое окошко в стене для передачи пищи. Текст заключительного приговора сохранился до сих пор. Вот некоторые выдержки из него:

"…Ты есть дикий зверь, Эржабета Батори. Тебе будет оставлено несколько месяцев жизни для мучительной смерти. Ты недостойна дышать свежим воздухом и созерцать Свет Божий. Посему ты навеки исчезнешь из этого мира. Тени окутают тебя, и будешь ты оплакивать нечестивую жизнь свою…"

Кровавую графиню заковали в цепи, посадили в железную клетку на колесах и повезли по стране в ее замок в Чахтице. Ее сопровождала вооруженные всадники и факельщики. По всему пути следования осужденной выстраивались толпы зевак. Кто просто глазел на знаменитую маньячку, кто показывал на нее пальцем и смеялся, а кто выкрикивал ругательства в ее адрес:

"Смерть душегубице и мучительнице!"

"Будь ты проклята, трансильванская ведьма!"

"Сгинь, нечестивый дьявол, сгинь!"

"Гори в аду, проклятая Батори!"

Элизабет в великой ярости бросалась на решетку, трясла прутья, звенела кандалами и как сумасшедшая орала:

"Заткнитесь, вы, ничтожные люди! Вы еще умоетесь кровью своей. Погодите, не радуйтесь, я вернусь к вам из преисподней и всех вас умерщвлю! Я выпью вашу кровь! Я дочь Сатаны!"

Затем начинала заходится безумным смехом. Кричала, вопила, бранилась. Потом падала на пол клетки и каталась по нему как дикий зверь. И страшно выла. У многих волосы вставали дыбом от такого зрелища. Становились ватными ноги, в животе холодело, и мурашки бежали по телу. Многие начинали неистово креститься: "Чур, чур, только не меня! Сохрани Господь меня и моих детушек, да женушку от Трансильванской Волчицы!"

Зато сколько было потом разговоров в деревенских и городских кулуарах, на застольях, на обрядах, торжествах, праздниках, причем на долгие месяцы и даже годы: "Я видел саму Кровавую графиню!" Я дразнил ее, я проклинал ее!" Даже те, которые не видели преступницу, говорили, что видели ее. И придумывали детали и подробности, которых никогда не было и в помине. Публичный показ некогда могущественной и влиятельной Элизабет Батори стало событием для всей Трансильвании.

И вот Батори привезли в ее замок и замуровали в крохотной комнате. В толстой каменой кладке из несколько рядов была оставлена лишь узкая щель для передачи пищи и воды.

Так держали ее три года. Потом позволили составить завещание.

А вот конец известной маньячки был такой…

В ночь с 20 августа на 21-ое 1614 года в замке Чахтице в караульной комнате сидели две стражников и бодрствовали. Двое спали. Напились вина и громко храпели. Старший, что не спал, седой и усатый, заряжал пистолет, ел кусок говядины и пил вино. А младший черноволосый и с усиками пил пиво и ел копченую форель. Младший сын рыбака Миклоша Янош только сегодня был прислан в замок для прохождения службы.

"Ну, давай, Янош, сынок, сходи, проведай графиню", — сказал старик. — "Тихо у нее сегодня было. Даже не притронулась к еде. Старуха вредничает. Бывает такое. И это недурственно. Когда у нее все тихо и покойно, покойно и благополучно проходит дежурство. А иной раз то случаются такие дни — аж за голову хватаешься. Это когда у нее затеивается приступ Божественной болезни. Тут она кричит, бегает, валяется по полу, пеной исходит, стучится головой об стену. То плачет, то воет. Заклинает темные силы. Видать дьявол до сих пор в ней сидит, все никак тело не покинет. Крепко в ней сидит. Черна ее душа как сажа, столько крови на ней. В такие дни время тянется медленно. Вечно ждешь, не дождешься, когда закончится смена. Хорошо, что господь меня охраняет, а то заколдовала бы меня ведьма. Она на это способна, вурдалачка".

Молодой страж согласился проведать вампиршу. Только он будет молить Бога за то, чтобы у графини не было в этот день никаких приступов, а иначе что с ней делать?

"Ничего не делай", — сказал дед. — "Заткни уши и все. Сама успокоиться".

Стражник Янош давно мечтал взглянуть на знаменитую Кровавую графиню. Сколько о ней ходят страшных и жутких рассказов. Говорят, замучила то ли семьсот человек, то ли тысячу. А вечером превращается в оборотня. Страшно до жути! Янош пристегнул саблю, заткнул за пояс пистолет. Вооружиться надо: ведь к ведьме идет.

Пришла служанка с подносом. На нем была еда для пленницы: овсяная каша, вода, кусочек ржаного хлеба.

"Янош, дружок мой ненаглядный, не отнесешь ли покушать графине?" — нежно проворковала молодка.

Парень иронично прищурился: мол, что сама не может?

"Боюсь ее, как огня, — честно призналась служанка. — Вроде за стеной она замурована, а все же страшно. Она же ведьма. Вдруг на меня порчу наведет. А мне еще замуж надо выходить. Она же красивых и молодых девушек ненавидит и только таких изводит. Колдунья, одним словом. Так отнесешь?.."

Парень согласился, но взамен потребовал поцелуй. На что служанка кокетливо сказала что договорились.

"Ловлю на слове", — заулыбался во весь рот стражник.

Янош давно присматривался к симпатичной девушке и той вроде он тоже нравился и явно была не против полюбезничать наедине.

Обрадованный и окрыленный Янош поднялся по винтовой лестнице вверх. Но пройдя пару мрачных залов, замедлил шаг… Чем ближе он подходил к темнице Чахтинской ведьмы тем страшнее становилось ему. Сердце гулко билось от великого волнения. Но любовь сильнее всякого страха. Янош чуть приободрился.

Вот и скоро комната, где содержится Элизабет Батори. Стражник почувствовал, что пахнет испражнениями. Вонь несусветная. Ведь комната-камера служила осужденной еще и туалетом. Окна заложены кирпичом. Внутри тьма.

Стражник поставил поднос на пол. Выдернул факел из стены и подошел к окошечку… Заглянул в дыру, освещая факелом…

Боже Иисусе! Что-то случилось. Некогда могущественная графиня валялась бездыханная на полу. Может, потеряла сознание? Или после припадка упала в обморок. А может это какая-то вампирская хитрость. Тело здесь, а ее злая душа шмыг — и через окошко! Зависла над высоченным потолком, хочет наброситься на него и придушить.

В груди похолодело от страха, ноги стали ватными. Янош выхватил из ножен саблю, а из-за пояса пистолет. Стал махать саблей, трясти пистолетом и бегать как ошпаренный по залу.

"Где ты прячешься, ведьма"! — кричал парень. — "Я тебя не боюсь! Выходи оборотень будем биться! Господи наш помоги мне противостоять сатане!"

Прошло минут десять. Дух графини не объявлялась и никто на него не нападал. Ни в облике графини, ни в облике волка. Янош успокоился. Может на самом деле она умерла? Парень снова подошел к окошку и снова просунул туда факел. Нет, лежит в той же позе в том же месте. Не дышит вроде. Но как к ней обращаться? Она же вроде государственная преступница, но преступница знатных кровей. Лучше обратится как к знатной даме.

"Эй, госпожа, вы живы?.." — окликнул неподвижную Батори стражник. — Эй… вы слышите меня?.."

Но нет ответа.

Не шевелиться. Живот не вздымается. Кажется все.

Янош выждал минуты три. Узница не дышит. Точно мертва. Отмучился оборотень. Надо доложить начальнику караула. И Янощ побежал вниз…

Вот так закончила свою жизнь легендарная маньячка Элизабет Батори. Ужас и страх Трансильвании.

Ее последний приют — проклятый всеми окрестными жителями замок — за долгие столетия практически разрушился. Остались лишь обломки некогда мощных и неприступных стен. Но до сих пор туда приезжают туристы, чтобы хоть краешком глаза взглянуть на таинственный и легендарный замок. Говорят, что в этом месте ощущается отрицательная тяжелая энергетика. Она давит на психику. Будто витает в воздухе злой дух Кровавой графини.

А еще утверждают, что в разрушенном замке в Чахтице до сих пор бродит ее приведение.

Бродит, воет, вздыхает, стонет. Ищет свои новые жертвы, ищет — у кого бы кровь попить?! Кого бы замучить, напугать, убить. Ищет графиня, ищет… Но не отыскивает. Да и другую она цель преследует, бродя по развалинам замка. Дух дьявола никак не может найти подходящую физическую плоть. Как только найдет другое тело — непременно переселиться. И на этой земле появиться новая маньячка, но его будут звать уже не Элизабет Батори, а допустим, миссис Х или фрау Y. А может фройляйн Z. И тогда будут новые жертвы, новые изувеченные судьбы. Дьявол никогда не спит, он всегда ищет для себя кровавую пищу.

Кто она новая Элизабет Батори? Как ее будут звать?

Время покажет.

ГЛАВА 4 МАРИЯ I ТЮДОР — КОРОЛЕВА АНГЛИИ.

"КРОВАВАЯ МЭРИ"

Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам

в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные

Матф. 7,15

1553 год. Лондон. Королевский дворец.

Дождливый туманный вечер.

Изящный позолоченный канделябр с тремя свечами выхватывал из темноты лик хорошенькой рыжеволосой женщины. Высокий лоб, умное живое лицо, упрямо сжатые губы, твердый взгляд светло-карих глаз. Иногда она щурилась, всматриваясь в темноту. Она с детства, как и ее отец, была близорука. Но в ней чувствовалась решительность и властность. Невысокая, но стройная она была в роскошном ярко-зеленом платье во французском стиле с корсажем и большими широкими рукавами. На шеи, груди, руках, поблескивали восхитительные украшения из золота и бриллиантов. Леди сидела за громадным позолоченным столом, обитым сукном изумрудного цвета, задумчиво склонившись над бумагой. Перо на какое-то мгновение застыло в ее руке…

Недавно ставшая королевой Англии 37-и летняя Мария Тюдор решала один жизненно важный для себя вопрос. Подписать или не подписать приказ о казни? Ведь только лишь росчерк пера — и судьба человека практически решена! Даже трех. Первой обвиняемой всего 16 лет. А зовут ее Джейн Грей. Бывшая королева Англии, которую Мария и сместила. Двое других — муж и свекор Джейн. Гилфорд Дадли и Джон Дадли. Она бы не казнила их, особенно Джейн, но… мятеж Томаса Уайта заставил ее снова задуматься о своем будущем и будущем своей страны. Протестанты не успокоятся, пока не возведут на трон человека своей веры. А лучшая кандидатура — это именно Джейн Грей. Ведь она протестантка. И она их знамя в борьбе с католицизмом. А "Неистовая Католичка" (так в народе называли Марию) — их враг. Естественно они всячески будут бороться против нее, и плести интриги. Да это весомый аргумент для расправы.

Но… несмотря на это, она колебалась. Мария была, бесспорно, человеком жестоким, но ей было искренне жаль девушку(!). Она понимала, что Джейн лишь марионетка в грязной политической игре, а кукловоды — ее муж и особенно свекор, который примкнул к главарю мятежников Уайту. Но в то же время, не убив эту троицу, она рискует быть в свою очередь убитой ими. Любое восстание — и ее участь будет незавидна. Схватят, осудят — и на плаху! Возиться с ней точно не станут. Тем более, отдавать так трудно завоеванный трон в чужие руки — это глупо и неразумно. Сколько она испытала душевных мук и унижений, чтобы завоевать его. Сколько ей пришлось пережить на пути к цели — уму непостижимо! И так просто отдать… Нет это не в ее правилах.

Королева слегка нахмурилась от неприятных воспоминаний. Сколько прошло лет — а она ничего не забыла. Эти воспоминания прочным якорем воткнулось в дно ее души, и вытащить их оттуда уже не представляется возможным. Так они были прочны и гнетущи. А иногда и болезненны.

Мария тяжело вздохнула…

А ведь она могла и не стать королевой.

В свое время ее отец — Генрих VIII влюбился в некую Анну Болейн. Она была молода и весьма привлекательна. Единственная наследница герцога Норфолка. Поначалу Анна не отвечала взаимностью королю: он был немолод и тучен. То ли дело ее любовник — Генри Перси. Так и брызжет молодостью, красотой и сексапильностью! Да и в постели неутомим! Душка — одним словом! Но короля, привыкшего добиваться своей цели любым путем, не остановила убийственная холодность красавицы. Он решил действовать.

Надо сказать, жена короля Екатерина Арагонская была старше своего мужа. Глубоко верующая, благочестивая, смиренная, она избегала светские пирушки и развлечения а больше присутствовала на религиозных праздниках. А король любил покутить, повеселиться, погулять на стороне. Ему уже порядком надоела его законная супруга. Генрих добился того чтобы Перси родители женили на другой, а Болейн посадили чуть ли не под домашний арест, окружив ее строгим надзором.

Генрих стал посещать Анну практически каждый день. Дарил ей дорогие подарки, присылал музыкантов и трубадуров, расточал комплименты и обещания в надежде сломить ее сопротивление. Но обиженная на весь белый свет за разлуку с любимым девушка постоянно отказывала королю, что последнего сильно разочаровало и приводило неописуемое уныние. Но страсть в сердце венценосной особы от этой девичьей несговорчивости и неприступности крепла еще сильней. Генрих просто обезумел от вожделения. На счастья монарху Анна, проводившая много времени в размышлениях и молитвах, неожиданно поумнела. Если ее лишили женского счастья, то пусть компенсацией за это будет королевская корона. И она предложила Генриху ультиматум: либо он сочетается с ней законным браком и делает ее королевой Англии либо он ее никогда не добьется. Сгорающий от неземной страсти помазанник божий согласился на все ее условия лишь бы овладеть недоступной девушкой.

Оставалась одна, но очень большая проблема — королева Англии Екатерина Арагонская. Первая попытка расторгнуть брак с матерью Марии не увенчалась успехом. Папа Римский — Климент VII (в миру Джулио Медичи) отказал Генриху в разводе.

Венценосец был в дикой ярости. Он не привык получать отказ, он привык получать все и сразу. И в его словаре не было слово: "сдаваться". И он решил не сдаваться. Ради того чтобы провести одну ночь со "спелым персиком" — Болейн он готов был развязать войну против Папы Римского. Уничтожить весь мир, королевство. Или убить супругу. А лучше отравить. С помощью какого-нибудь сильнодействующего, но бесцветного яда. Насыпать в бокал с виной, дать королеве — и проблема решена.

Король бы так и сделал, если бы не хитроумный и сообразительный архиепископ Кранмер. Он предложил монарху разорвать все официальные отношения с Папой Римским и прибрать всю церковную власть в стране в свои руки. И Генрих грезивший день и ночь о молодом теле Анны Болейн пошел на раскол! Он провозгласил Англию независимой от воли Климента VII, то есть папской воли.

Генрих развелся со своей супругой, отослав ее в один из отдаленных замков, и женился на Анне Болейн (это происходило в 1533 году). Наконец-то мечта венценосца о сексе с молодой особой свершилась! Можно представить, что творилось в спальне короля в первую брачную ночь! Жених ликовал: доселе неприступная стена стала доступной. В ее образовавшейся бреши Генрих и водрузил свой стяг. И Анна ликовала. Но не от секса с грузным и противным сорокадвухлетним извращенцем, а от той мысли, что она стала королевой Англии. Ее мечта тоже исполнилась. Но новоиспеченная королева не учла некоторых нюансов мужской психологии: сильный пол по своей натуре охотник, и как только объект вожделения "освоен", то в скором времени к нему теряется интерес, и страсть быстро переходит в привычку, мужчина начинает искать свежую "новинку". И так происходит и с новой пассией. И точно: уже через несколько месяцев после свадьбы Генрих, насытившись прелестями Анны, перестал уделять ей должное внимание, и между молодоженами наступило охлаждение чувств. Но это будет потом, а пока Климент VII рвал и метал: он не знал, как уязвить коронованного отступника.

И придумал.

Папа Римский не признал этого брака, как и дочь Анны и Генриха — Елизавету. Она была объявлена незаконнорожденной. В свою очередь назло Папе Генрих объявил свою дочь Марию незаконнорожденной и лишил ее прав на престол. И сослал в Хетфилд. Там она нянчилась со своей сродной сестрой Елизаветой, прислуживала мачехе, гостям. Мачеха наказывала падчерицу за любую провинность, таскала за уши, щипала, шлепала. Даже замышляла извести Мэри. А родной отец натравливал своих приближенных Кромвеля и Норфолка на дочку с целью унизить и заставить ее подписать "Акт о наследовании" что лишало ее всех юридических прав на наследование английской короны. Так же Кромвель и Норфолк пытались создать ей такие нестерпимые условия жизни, чтобы довести Мери до самоубийства. Генриху не нужна была наследница, ему нужен был наследник.

Преодолев гордость, сжав зубы, юная Мэри терпела унижения — вот характер! И ждала свой час, когда она избавиться от мачехи. Ей было до слез обидно, что отец предал ее и мать, разменяв на какую-то любовницу. Но она терпела. Плакала иногда втайне, но терпела. Верила, что когда-то ее плохая ужасная жизнь закончиться и начнется новая хорошая. И что когда-нибудь она станет королевой Англии. Ей необходима была выдержка и присутствие духа.

Когда ей становилось особенно страшно и тяжело, она повторяла короткую молитву Фомы Аквинского, которую в одиннадцать лет перевела во время занятий. "Господи!" — молила она. — "Сделай меня смиренной без притворства, веселой без легкомыслия, грустной, но доверчивой, пребывающей в страхе, но не отчаявшейся, покорной без пререканий, терпеливой по своей собственной воле и непорочной без развращенности. Даруй мне спокойствие в тот момент, когда ломается судьба, чтобы я всегда могла благодарить Тебя за все и терпеливо сносить испытания, любые — и возвышение, и угнетение…"

И Бог пока ее защищал. Но наступили новые испытания для юной Мари. Последовала череда женитьб отца и куча новых мачех, которые отнюдь не жаловали Марию. Потом возведение на трон Джейн Грей. Но хорошо, что народ и войска поддержали Марию и свергли Джейн. А так бы сидеть бы Мери в Тауэре. Или сложить голову на плахе. Нет, лучше она останется живой и будет править Англией, чем кто-то лишить ее жизни и будет править за нее. Мария долго ждала этот звездный час и так легко отдать корону?

Да ни за что! Итак, выбора нет.

Еще немного поколебавшись, Мария обмакнуло перо в чернильницу и оно, заскрипев по бумаге, вывело красивую подпись королевы. Участь всех троих была решена.

И вот эшафот. Публичная казнь — и Джейн Грей завершает свой жизненный путь всего в 16 лет. Также казнят ее мужа.

Судебный процесс по делу Джона Дадли тоже был скор. Судьи собрались в Вестминстере во главе с бывшим узником Тауэра пожилым герцогом Норфолком. Мария простила ему прежние прегрешения. Ведь граф-маршал Норфолк оказывал протекцию бывшей мачехе Марии — Анне Болейн, а затем третировал саму Марию и ее мать Екатерину Арагонскую. Королева вполне могла казнить герцога или заточить пожизненно в каземате, но проявила невиданное великодушие, и простила его. Она даже простила ему когда-то сказанные слова, за какие другие вряд ли простили, а именно: "Если бы вы были моей дочерью, я бы забил вас до смерти. Я бы схватил вас и начал бить головой о стену снова и снова, пока она не раскололась бы и не стала похожа на мягкое печеное яблоко. И это было бы справедливо, потому что так поступил бы любой отец". Более поручила ему самые сложные дела королевства, а именно суд над самым ярым протестантом Джоном Дадли и это была большая честь для Норфолка.

Герцог огласил приговор суда: Дадли должен быть повешен, его сердце вырезать из груди и бросить ему в лицо, а тело четвертовать. Но и тут Мария "пожалела" преступника, поменяла эту ужасную казнь на простое отсечение головы. И хотя перед казнью Дадли отрекся прилюдно от своей веры и сказал, что "поступил очень плохо, забыв Бога и церковь и последовав за новой верой", Марию это не тронуло.

Дадли возвели на эшафот и здоровенный палач в белом колпаке с прорезями для глаз и в белом фартуке, подвел связанного герцога к плахе. Дадли возвел очи к небу и, обратившись в последний раз к господу Богу, положил голову на плаху…

"Эй, любезный, отруби мене голову с первого раза", — попросил герцог палача. — "Мои друзья тебе хорошо заплатят. Я не намерен долго мучиться"

Палач кивнул и взмахнул топором… Народ замер в ожидании и затих. Наступившую тишину нарушал лишь плач младенцев и покашливание стариков. Палач размахнулся… Внезапно наступила стопроцентная тишина. Сверкнула оточенная сталь — и раздался ужасный звук разрубаемого шейного позвонка! Брызнула кровь во все стороны, и голова как мячик покатилась по помосту. Народ разом ахнул.

Итак, правосудия свершилось. Мария испытала некоторого своего рода удовлетворение. В последнее время ее возбуждала кровь казненных отступников веры. И ей все больше и больше хотелось убивать еретиков. С каждой казнью она становилась все более жестокой.

Палач тоже остался доволен: он сделал свою работу на совесть да еще заработал дополнительное вознаграждение. Он поднял за волосы отрубленную голову и показал всем присутствующим… Вид ее был ужасен: выпученные глазища, перекошенный от ужаса рот, капающая из отсеченной шеи кровь.

Бр-р-р…Жуткое зрелище!

….Вскоре публика стала постепенно расходиться по домам, еще долго и бурно обсуждая увиденное. Королева проследовала во дворец. Сегодня она будет спать спокойно: основной враг уничтожен, ее трону ничего не угрожает.

Так кто же она была наша властная героиня Мария Тюдор. Каков ее жизненный путь до вышеуказанных событий. Мы начнем с момента ее появления на свет.

Мария Тюдор родилась 18 января 1516 года и была первым ребенком Генриха VIII и Екатерины Арагонской. Появление ее на свет был сроднен с чудом божьим. До этого у Екатерины было несколько неудачных беременностей: либо дети рождались мертвыми, либо умирали через несколько дней. Тогда отец Екатерины из Испании прислал своего лекаря и повивальную бабку. Королеву заставляли пить мочу коз и овец, которые находились на сносях и носить травы с заклинаниями. К дополнению к этим мерам Екатерина истово молилась богу, чтобы тот ниспослал ей сына. И вот наступил тот долгожданный час, когда родился ребенок и вопреки обстоятельствам не умер, а стал жить. И хотя это была девочка, родители не могли не нарадоваться на долгожданного малыша. Марию окрестили в монастырской церкви близ дворца Гринвич спустя три дня после появления на свет. В связи с тем, что в Англии в то время была эпидемия гриппа маленькую Мари увезли из Лондона подальше в один из дворцов. К осени 1518 года эпидемия отступила, и Мария вернулась со своим двором в столицу.

Мэри была серьезной умненькой девочкой. Хорошо играла на клавесине, грамотно вела беседу, свободно разговаривала на латинском, читала по-гречески и латыни, баловалась переводами, знала основы грамматики. К тому же изучала творчество христианских поэтов. В свободное время ездила верхом и занималась соколиной охотой. Но самое главное она была девчонкой с характером. С твердым характером. И редко плакала. В 11 лет ее пытались обратить в другую веру, но она была непреклонна и сказала решительное нет. И чудо! — от нее отступились.

"Ее можно сравнить со свечой, — писали ее современники, — которая продолжает гореть даже при порывистом ветре. И что самое главное — чем сильнее буря, тем ярче разгорается пламя".

Воспитанием принцессы занимался тогда испанский гуманист Вивес. Однако в ее образовании был один недосмотр, Марию совершенно не готовили к управлению государством, что потом сказалось в ее дальнейших политических решениях.

На престол во Франции взошел Франциск I. Политический ветер подул в сторону Англии. Воевать с Англией Франциск не хотел, поэтому и предложил Генриху обвенчать его дочь с французским дофином. Осенью 1518 года было все решено: Мария выходит замуж по достижении дофином четырнадцатилетнего возраста. Но если у Генриха не появится наследника мужского пола, то трон наследует Мария. Король пошел на это условие, в надежде, что королева родит ему сына (та была беременна). Но произошло ужасное: королева родила мертвого ребенка. Генрих был в трауре. А Мария по-прежнему оставалась основной претенденткой на английскую корону. Но любвеобильный король, не пропускавший ни одной юбки при дворе, подложил своей дочке еще одну свинью. Его новая любовница Елизавета Браун произвела на свет мальчика. Его назвали Генри, и ребенок был почитаем, как имеющий королевское происхождение.

В июне 1522 года Генриха посетил император Священной Римской империи Карл V. Генрих опять зажегся идеей выдать замуж свою дочь, но теперь за императора (помолвка с французским дофином была расторгнута). Карлу было 22 года, а Марии только шесть(!) Но Мери испытывая потребность в любви и заботе, по-детски влюбилась в юношу. Она даже посылала ему небольшие подарочки, сувенирчики, ленточки.

В 1525 году Мария получила титул принцессы Уэльской. Этот титул всегда носил наследник английского престола. Генрих подстраховался на тот случай, если королева не родит ему наследника.

В 1527 году в отношениях между Генрихом и Карлом пробежал холодок. Король передумал отдавать замуж Марию за императора, и помолвка была расторгнута. Теперь Генрих обратил свой взор на Францию. Ему нужен был союз с этой державой. Марию как затасканную игрушку предлагали то самому Франциску I, то одному из его сыновей. Мария вернулась в Лондон. Но наступили новые испытания для нее.

Летом 1527 года Генрих развелся с Екатериной, а Мария автоматически стала незаконной дочерью короля и потеряла свои права на корону.

Генрих по наущению Анны Болейн разделался с кардиналом Томасом Уолси и с канцлером Томасом Мором (тот занимал должность с 1529 по 1532 гг.). Король заставил Мора принести ему присягу как главе англиканской церкви. Но Томас был католиком и признавал только власть Папы Римского. И будучи неистовым приверженцем своей веры, он отказался присягать Генриху VIII. Король был вне себя от ярости: как же так, ему перечат, отказывают, не признают его верховную власть! Немедленно казнить Томаса Мора, государственного изменника и еретика!

Канцлера кинули в один из сырых и вонючих казематов Тауэра.

Король через судей вынес приговор: "При содействии констебля Уильяма Кингстора вытащить бывшего канцлера, а ныне государственного изменника и личного врага короля Англии Томаса Мора из каземата Тауэра и влачить его оттуда по земле через все лондонское Сити в Тайберн, там повесить его так, чтобы он замучился до полусмерти, снять с петли, покуда он не умер, отрезать половые органы(!), вспороть живот, вырвать и сжечь внутренности. Затем четвертовать его и прибить по одной четверти тела над четырьмя воротами Сити, а голову выставить на лондонском мосту".

Вот Генрих изверг! Придумать такую изощренную и жестокую казнь — не каждому извращенному и больному уму это тогда было по силам! А он, король, это сделал! А он смог!

Дочь канцлера Маргарита Ропер каждый день посылала свою служанку с письмами для отца. В последний день перед экзекуцией Томас Мор вместе с прощальным письмом передал служанке, а та потом — госпоже, свою власяницу и бич. (Для справки: Власяница — это длинная рубашка из простой ткани, часть монашеского одеяния, которая в первую очередь надевается монахом во время монашеского пострига). Бывший канцлер искренне готовился предстать перед богом в канун дня Фомы Кентерберийского и на восьмой день после праздника апостола Петра.

И вот этот день настал. 6 июля 1535 года. На рассвете в тюрьму к нему приехал Томас Поп — служащий канцелярского суда. Он заявил, что благородный и венценосный король Генрих VIII "смилостивился" к государеву преступнику и заменил комплексную мученскую казнь казнью "великодушной" и быстрой, а именно — приказал отрубить канцлеру голову. Экзекуция должна состояться в 9 часов утра. На что Мор, спокойно выслушав чиновника, саркастически воскликнул:

"Избави, Боже, моих друзей от подобного королевского милосердия!"

Даже враги канцлера отмечали, что в такие решающие минуты жизни Томас Мор не терял присутствие духа, вел себя достойно и мужественно. Он будто не боялся умереть. Хотя он имел изможденный вид и серый цвет лица, он находил в себе силы улыбаться и даже шутил. В стальных глазах канцлера светилась прежняя твердость духа, приверженность к своей вере и непоколебимая уверенность в своей правоте.

Пройдя сквозь толпу зевак, Мор остановился перед пахнущий свежевыструганными досками помостом.

"Помоги, мне взойти", — попросил он одного из стражников. — "А сойти вниз я попытаюсь потом как-нибудь сам".

Король запретил канцлеру обращаться с последним словом к народу, справедливо полагая, что обладая ораторским искусством, Томас Мор убедить граждан в несправедливости и абсурдности этой расправы и склонить симпатии на сою сторону. Поэтому его последние фразы были обращены лишь к палачу.

Первая: "Шея у меня короткая, так что целься хорошенько, дабы не осрамиться перед Англией и королем"

А вторая (когда он положил голову на плаху): "Подожди немного, дай я уберу свою бороду, ведь она не совершала никакой государственной измены…"

Палач не промахнулся и с первого раза отсек голову осужденному. И канцлера больше не стало. Католики потеряли своего духовного лидера.

Король был удовлетворен исходом дела и по такому случаю закатил пир на весь мир. Несколько дней он отмечал гибель своего главного врага.

Мария по-прежнему была в ссылке. Но казалось в ее судьбе стали намечаться перемены к лучшему.

Королю и Анна Болейн, за которую когда-то он готов был уничтожить весь мир.

Генрих стал относиться к королеве с холодным высокомерием и волочился за придворными красавицами. Вскоре он увлекся некой Джейн Сеймур. Та была точно красавицей — черные как вороново крыло вьющиеся волосы, черные завораживающие глаза, обворожительная улыбка, стройный стан.

Теперь король стал избавляться от неугодной Анны Болейн, как в свое время он избавлялся от Екатерины Арагонской. Генрих обвинил Анну в том, что нарушила обязательство родить наследника престола. Затем в своих надуманных обвинениях он пошел дальше, заявив что женился на Болейн по указке Сатаны и поэтом она никогда не являлась его законной супругой.

Генрих вызвал верного пса Кромвеля (будущего предка Оливера Кромвеля) и поручил состряпать дело на Болейн, они должны были улучить ее в измене и подготовке в заговоре. И он этого добился. "Накопал" кучу фактов, доказательств плохого морального облика Анны. Оказалось у нее куча любовников, а один из них замышлял даже убийство короля. Анне предъявили обвинение: ей ставилось в вину преступная и развратная связь с музыкантом Смитоном, придворными Норейсом, Вестоном, Брертоном и даже со своим братом Джоном Болейном — графом Рочфордом.

12 мая 1536 года состоялся судебный процесс над всеми ими, кроме Джона Болейна. Их хотели казнить, как и Томаса Мора. Сначала повешение, снятие с виселицы, вспарывание живота, сожжение внутренностей, четвертование и обезглавливание. Но снова монарх "смилостивился" к осужденным и заменил четырехступенчатую казнь простым обезглавливанием.

Начался суд и над Анной Болейн и ее братом. Помимо основных обвинений королеве инкриминировалась даже то, что она вместе с братом потешалась над литературными опусами короля. Эти притянутые за уши доказательства убедили в вине Анны 26 пэров, которые 15 мая анонимно выступили против нее на суде. Суд приговорил ее к казни путем обезглавливания. Ее кинули в Тауэр.

Через 12 часов после объявления о расторжении брака Генриха VIII и Анны Болейн в Тауэр поступило королевское распоряжение о точной дате казни уже бывшей супруги венценосца.

Пока Анна сидела в Тауэре две с половиной недели, Генрих предавался пьянству, разврату и развлечениям. Катался по ночной Темзе на королевской барке, горланил песни вместе с хором и все то и дело радостно восклицал:

"Наконец-то я избавился от этой старой тощей кобылы!"

Генрих решил поэкспериментировать с казнью Анны Болейн. В то время в Англии экзекуции по обезглавливанию осужденных производилась с помощью секиры, а королю вдруг захотелось казнить разжалованную жену двуручным мечом. Но так как квалифицированных специалистов по этому делу в стране не наблюдалось, Генрих постановил пригласить палача из Франции. И он приехал. Из города Кале, со своим проверенным и не раз участвующим в казнях мечом.

Сначала Анна шутила, что станет известной потомкам как Безголовая Королева, но потом по мере приближения казни все чаще вспоминала Марию. Она даже покаялась в том, что когда-то замышляла ее смерть, хотела отравить.

Французский плач прекрасно знал свое ремесло и отсек голову Анне Болейн с первого раза. Это случилось в Зеленой башне Тауэра в пятницу 19 мая 1536 года в восемь часов утра.

Мария обрадовалась этому известию. Жаль что до этого светлого праздника не дожила ее мать — Екатерина Арагонская (она умерла 7 января 1536 года). Но рано радовалась смерти ненавистной мачехи Мария. Отец не торопился возвращать дочку в Лондон. Его ум занимала новая пассия — Джейн Сеймур.

После смерти Анны Болейн уже ничто не мешало Генриху сочетаться законными узами с Джейн Сеймур. Она родила королю наследника — Эдуарада, но вскоре скоропостижно скончалась. Генриха прорвало: он менял жен как перчатки! Сначала была Анна Клевская (Анна фон Юлих-Клев-Берг), Екатерина Хуард, Екатерина Парр. Надо заметит, что любимым женским именем для Генриха было имя Екатерина. Мария старалась каждый раз приспособиться под новую пассию отца и не всегда отношения складывались идеально. Но она терпела и ждала своего часа.

И вскоре дождалась. 28 января 1547 год ее отец — король Англии Генрих VIII — умер.

Итак, король умер, да здравствует новый король — Эдуард VI!

Виват!

Новому королю было всего девять лет, когда он взошел на престол. Свежеиспеченный монарх фанатично придерживался протестантской веры. Так как он был слишком юн, чтобы управлять страной, регентами при нем стали герцог Сомерсет и Уильям Педжет. Они опасались, что, если Мария выйдет замуж, то с помощью супруга она сможет захватить королевскую власть. Ее старались держать вдали от двора и всячески настраивали против старшей сестры малолетнего короля. Основной зацепкой для трений был нежелание Марии — преданной католички переходить в протестантскую веру, Они распускали слухи, что Мария слаба здоровьем и не может выносить ребенка, что отпугивало потенциальных женихов. Она страдала, как могла страдать женщина, отлученная от короны, нелюбимая никем, бездетная, униженная и оскорбленная. Наступала депрессия, от этого наблюдалась аменорея, отсутствие месячных, затем новая депрессия, а потом менструальный цикл восстанавливался. Хуже всего Мария переносила осень и раннюю весну. Часто у нее наблюдалось недомогания, уныние, подавленность, а чаще всего меланхолия. Все эти симптомы говорили о том, что у Марии был невротический характер. Впору было покончить жизнь самоубийством. Одно время Мария серьезно подумывала о бегстве из Англии, особенно когда ей начали чинить препятствия и не разрешали отправлять мессы.

В начале 1553 года Эдуард заболел туберкулезом. Слабеющего с каждым днем юношу заставили подписать закон о наследии. По нему королевой становилась Джейн Грей, старшая дочь герцога Суффокла. Мария из претендентов на престол исключалась.

Да, Джейн стала королевой Англии, но чем это закончилось, вы уже знаете. Народ не принял новую королеву и поддержал Марию. И вот мечта Марии сбылась! Ее возвел на трон народ и армия. Марии было нелегко на первых порах правления: за 1538 год в стране было разрушено больше половины церквей и монастырей. Их ломали, жгли, взрывали порохом. Изгонялись служители церкви, их убивали. Король просто грабил их, чтобы пополнить свою казну. Изымались из тайников и склепов сокровища, золотые сосуды, убранство алтарей, канделябры, кувшины и даже деревянные подносы складывались в сундуки и отвозились в королевскую казну. Пожертвованные верующими драгоценности, что украшали погребения и раки святых, тоже были конфискованы. Забирали даже скот и зерно.

Мария рьяно стала восстанавливать католическую веру, монастыри, храмы. Ведь для Марии католическая вера была не просто верой детства, а верой, которой придерживалась горячо любимая мать и верой, за которую умерли тысячи человек. Католичество стало делом ее жизни, ему она посвятила все свое существование. Мария всегда была правоверной католичкой. Это было выше ее разума, это поглощало ее целиком, она была фанатом своей веры или маньяком веры. Она отождествляла свою личность и судьбу с делом католицизма. Даже когда приближенный Генриха — Шапюи — заставлял под страхом неминуемой смерти Марию подчиниться отцу и подписать "Акт о наследовании", она долго не отступала, и даже подписав, не предала веру. Она временно смирилась. А все знают, что временно смериться — это не значит примериться. Католицизм — это ее предназначение. Она выдержала в свое время и наступление ретивых псов Эдуарда, которые давили на Марию. Даже пригрозили нововведенным для ревностных протестантов "Молитвенником Кранмера". Но она и здесь выстояла и не предала веры.

Но свихнулась от веры. Что-то замкнуло в ее доселе умной голове. Появилась маниакальная идея спасти веру католическую от протестантской и эта идея (по мнению Марии для блага человечества, в том числе для блага ее народа) стала превалировать в ее мозгу. Еретики стали для нее исчадием ада, слугами дьявола, недочеловеками, сорной травой, которую надо безжалостно и с корнем уничтожать! Начался беспощадный и кровавый реванш. Компенсация за годы преследований и унижений.

Она не любила убивать людей, но убивала их. Да и ее бог говорил: "не убий", но она-то убивала! Причем, с особой жестокостью. С помощью страшных пыток и казней. Она оправдывала себя и свои поступки. Если взять классический психоанализ, то это все называется рационализация — способ разумного оправдания любых поступков противоречащих внутренним нормам. Это один из защитных механизмов психики. Почему так происходит. Опять нам поможет дедушка Фрейд.

По его теории человек состоит из трех составляющих (структура личности). Первое это "Оно" — наиболее примитивная дикая материя, которая охватывает все врожденное, подчиненное предмету удовольствия и ничего незнающее о реальности. Вторая составляющая это "Я" — сознание. Оно следует принципу реальности, при этом вырабатывает для себя ряд механизмов, позволяющих адаптироваться к внешнему миру. Третья составляющая структуры личности это "Сверх-Я" — источник моральных и религиозных чувств, этакий внутренний цензор, который строго контролирует и наказывает человека. Еще "Сверх-Я" — продукт влияния исходящего от других людей. Данная составляющая возникает в раннем детстве.

"Оно" всегда находится в конфликте со "Сверх-Я". Идет необъявленная война. Каждый миг, каждый час, день и всю жизнь. "Оно" не хочет ничего видеть не слышать для него нет никакого закона ни морального ни человеческого ни правового. Нет разумных объяснений, ни реальностей. Ему плевать на все. Оно агрессор оно завоеватель. Нужен секс? Плевать на публичность и мнение людей. Сделаем это на глазах людей. Снова возникло это желание? Сделаем с человеком, который не хочет этого, но мы его насильно возьмем (вот в чем природа многих изнасилований и сексуальных домогательств). Нужно излить агрессию ударить кого-то. Извольте! Нет ничего проще. Бей да посильнее. Ничего если нас посадят за это в тюрьму. Ничего что человек может скончаться от побоев. "Оно" все можно. Оно точно неуправляемое.

И чтобы сдержать эту дикую энергию, на помощь человеку призвано вышеупомянутое "Сверх-Я". Эта структурная составляющая контролирует и сдерживает "Оно", спасает нас от глупых, порой непоправимых и роковых поступков. Для сдерживания необузданного агрессора "Сверх Я" вырабатывает ряд психологических оборонительных укреплений — так называемых защитных механизмов.

Это: отрицание — подавление внутренних импульсов идущих от "Сверх-Я", формирование реакций — когда люди мотив неприятный для себя выражают в мотиве противоположного типа, проекция — приписывание другим людям своих недостатков, мыслей, чувств, интеллектуализация — попытка уйти от угрожающей ситуации путем абстракции, замещение — частичное удовлетворение неприемлемого мотива нравственно допустимым способом. И наконец, ранее упомянутая рационализация.

У практически всех наших героинь, предыдущих, настоящих, будущих, "Оно" неизменно побеждало "Супер-Я". Темное и злое одерживало верх над светлым и добрым. Необузданные страсти и маниакальные идеи превалировали над моралью и законом. Они были — сами закон. И диктовали их другим. Кто с помощью власти, кто с помощью своего положения, а кто и с помощью кольта 22-го калибра.

Диктовала свою волю и Мария. Религиозная война, развязанная по указу королевы, начинала набирать силу.

Гонимые ранее протестантами католики-богословы и судьи, заручившись королевской поддержкой, принялись уничтожать своих прежних преследователей. Против протестантов были обращены страшные уставы, изданные против еретиков Ричардом II, Генрихом IV и Генрихом V. С февраля 1555 г. по всей Англии начались репрессии. Вот тогда и пошло прозвище Марии Тюдор — "Мария Кровавая". Протестантов хватали повсюду и жгли на кострах. В основном "еретиков" пред тем как сжечь убивали или обезглавливали и лишь потом бросали на костер. Но наиболее упорных и фанатичных жгли прямо живьем. Всего было сожжено около 300 отступников веры, среди них главы протестантской церкви — Кранмер, Ридли, Латимер.

Гуг Латимер бывший придворный капеллан при Эдуарде, в 1555 году был предан костру после двух лет заключения в тюрьме. Бедняга! Как ужасна была его смерть! Ту же участь разделил и Николаса Ридли. Причем их казнили вместе.

Доктор Ридли появился на свет в городе Нортумберленде, получил начальное образование в Ньюкасле. Затем занимался в Кембриджском университете, где блестяще проявил себя как в учении, так и в благих делах. Именно благодаря своим способностям он был и назначен главой Пемброукского колледжа. Вскоре он получил ученую степень — стал доктором богословия. После поездки в Париж король Генрих VIII назначил Ридли капелланом, а затем сделал его епископом Рочестера. Во времена короля Эдуарда VI доктора богословия Николоса Ридли перевели уже из епархии Рочестера в епархию Лондона.

Мария не забыла разговор с Ридли, когда тот был епископом Лондонским. Эта памятная беседа произошла за год до смерти Эдуарада VI, 8 сентября 1552 года в Хансдоне, где Мария остановилась со своими придворными. Туда и прибыл и епископ Николас Ридли.

Он пообщалсяч с сэром Томасом Вартоном и другими ее придворными почти до одиннадцати часов, после к ним вышла леди Мария. Лондонский епископ сдержанно и как-то чуть не свысока поприветствовал Ее светлость и сказал, что приехал к ней, чтобы исполнить свой долг священослужителя. Она поблагодарила его за его усердия, и они мило, не задевая религиозных тем, побеседовали минут пятнадцать. Леди Мария сказала доктору Ридли, что знала его еще тогда, когда он был капелланом ее отца, а он заметил что помнить ее. Затем они на короткое время растались, так как Мария намеревалась пообедать со своими придворными.

После обеда Мария и Николас Ридли снова встретились. И здесь началось самое интересное. Доктор богословия рьяный протестант перешел в атаку на леди Марию, рьяную католичку.

Епископ Ридли: "Ваша светлость, я пришел не только для того, чтобы исполнить свой долг и увидеть вас вполном здравии и порядке, но и предложить Вам проповедовать для Вас в воскресенье, если Вам будет угодно слушать меня".

Мария нахмурилась, упрямо поджала губы, ее приятное личико напряглось, она сделала паузу, подумала, а затем твердо вымолвила: "Ваше преосвещенство, милостивший епископ, что касается последнеговашего пожелания, то я прошу, чтобы вы сами ответили на сей вопрос".

Епископ Ридли: "Ваша светлость, в соответствии с моим служением и призванием я обязан проповедовать перед Вами".

Мария: "Отлично, тогда я прошу, чтобы Вы сами ответили на свой вопрос, ибо вы знаете, святейший отец, мой ответ. Но если Вы, доктор Ридли твердо настаиваете на своем богоугодном желании, то я отвечу на ваш вопрос. Дверь в приходской церкви, находящейся по соседству с нашим домом, будет открыта для Вас, Ваше преосвященство, если Вы придете и будите проповедовать там, то знайте, что ни я, ни мои люди не придут на сию проповедь".

Епископ Ридли (настойчиво): "Принцесса, я верю, что вы не отвергнете Божьего Слова".

Мария (ледяным голосом): "Я не знаю, что Вы сейчас называете Божьим Словом, доктор, но это не Божье Слово. Божье Слово было только во дни правления моего отца — Генриха".

Епископ Ридли (назидательно и насмешлмво): "Божье Слово было, есть, и будет одно на все века и на во все времена, и в пору правильных истинных священнослужителей, а значит людей правильной веры Слово Божье намного лучше понимают прихожане и его легче проповедовать. Оттого что оно истинно, но не дял вашей веры, Ваша светлость".

Мария (презрительно улыбнувшись): "В дни моего отца Вы бы, Ваше преосвященство, не отважились на столь откровнную дерзость: выдавать за истину то, что Вы сейчас называете Божьим Словом. А что касается Ваших новых богословных книг, то я благодарю Всевышнего, что никогда не читала ни одну из них и никогда не буду читать".

После такой достойной отповеди доктор Николас Ридли "завелся". Он наговорил много оскорбительных слов о католической вере, намекнул о неких заблудших овцах не желаюших принять истинную веру, о бесцельном упрямстве, о гиене огненной, о смертных грехах, о правительстве Англии и о законах.

Леди Мария, выслушав порицание, решила закончить беседу достойно, произнеся такие слова: "Ваше преосвящество, я благодарю Вас за то, что Вы приняли весьма правильное решение прийти и лицезреть меня, вашу принцессу. Но за Ваше предложение проповедовать передо мною, зная мою преданность к вере моей матери Екатерины Аргонской, я благодарить не стану".

Мария была пракимчески унижена. Какой-то епископ дрезнул учить ее уму-разуму. Но она терпеливо это снесла: сила в тот момент была не на ее стороне. И она не могла ответить адекватно. Лишь своей холодной сдержанностью и волей. Причем она была в этой ситуации всего лишь слабая и беззащитная женщина, дама, который норовил обидеть наглый мужчина. Не считаясь, что она дочь короля. И все-таки неистовую католичку было трудно сломить морально даже таким монстирам как Ридли или Кранмер. Да она страдала за свою веру, но не никогда падала духом. Она иступленно верила в то что ее конфессия, в конце концов, окажется сильнее протестанской конфессии.

Мария поклялась отомстить Ридли за все ее моральные унижения, в том случае если станет королевой Англии. И когда Эдвард VI умер, и леди Мария стала королевой Англии, епископ Ридли оказался одним из тех, кого она запланировала самым первым изжить со света. Но перед тем как это сделать, Кровавая Мария, как вам известно, из начала этой главы, казнила леди Джейн Грей и ее мужа, лорда Гилфорда Дадли и тестя ее — Джона Дадли.

Затем она взялась за Ридли и Латимера. Их арестовали, а королева приказала их казнить.

Вечером перед казнью (это было 16 октября 1555 года) Лондонский епископ обратился к жене хозяина квартиры, где он содержался под усиленной охраной:

"Несмотря на то, что мой завтрак утром будет немного резкий и болезненный, я убежден, что мой ужин вечером будет самым приятным и сладостным".

Казнь проходила напротив Балиолского Колледжа в северной части Оксфорда.

Николас Ридли, сохраняя завидное хладнокровие и спокойствие, приоделся в последний путь по последней моде. Священнослужитель готовился побеседовать с Богом на небесах. На нем была отделанная черным мехом черная епископская мантия, бархатный шарф, отделанный мехом, на голове бархатная ночная шапочка, тоже черная, а сверху нее — квадратный черный берет, правда на ногах — заношенные тапочки. Но также черные. Трурный цвет очень шел Его преосвященству. Создавалось впечатление, будто он вышел на веченюю прогулку и скоро вернется в дом поужинать выпить чашачку дымящегося крепкого чая и почитать на ночь библию Кранмера.

Его друг Гуг Латимер был одет намного скромнее: поношенный грубый шерстяной фрак, шапка на завязках, задрипаный платок на голове, длинная накидка, которая доходила ему до самых пят. Каждый из осужденных думал видимо только об одном: почему мы не приложили достаточных усилий, чтобы уничтожить эту неистовую католичку Мери. Даже можно было объединиться вдвоем, троем, не пожалеть золота и нанять убийц и те бы заколоть ее в ее покоях. Но им всем было жалко своих богатств, награбленных при короле Эдуарде.

Ридли тоскливо взгялянул на небо и тяжело вдохнул…

Жадность — это великий грех. И это сказал Бог. Люди предают, обворовывают и даже убивают друг друга, движимые жадностью. Жадность — это срасть к накопительству. Но состояние, замки, земли не унесешь собой на небеса. Всего лишь мещочек золотых монет — и сейчас бы они наблюдали за казнью каких-нибудь ярых адептов котолицизма. Видимо права была тогда Мария при беседе с ним в Хандсоне три года назад, когда сказала.

"Я не знаю, что Вы сейчас называете Божьим Словом, доктор, но это не Божье Слово. Божье Слово было только во дни правления моего отца — Генриха".

Выходит, ее Божье слово сильнее его, Николаса Ридли. Об этом Его преовсвещенство и побеседует с Отцом всевышным после ухода из этого мира в мир иной.

Ридли обнял и поцеловал Латимера.

"Мужайся, брат, ибо Господь либо сделает огонь менее болезненным, либо же даст нам силы перенести все это".

С этими словами Ридли подошел к столбу, преклонил колени рядом с ним, поцеловал его и прочитал молитву. Латимер проделал то же самое что и его товарищ по несчастью. Затем священник-католик коротко сказал проповедь направленную против них, цитируя апостола Павла "если… отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, то нет мне в том никакой пользы", Священнослужитель призывал осужденных покаяться и вернуться лоно римской церкови, чтобы спасти душу.

Ридли и Латимер отказались.

Лондонский епископ разделся до нижнего белья, а свою траурную одежду раздал друзьям, столпившимся у эшафота. Гугу Латимеру помогли снять чулки. Он тоже раздал вещи и остался только в нижней сорочке. Теперь главные протествнты страны не казались уже такими могущественными как раньше. Не было былого величия, гордого взгляда, роскошной мантии священнослужителей. Перед публикой стояли старые и ослабленные люди. Но до конца они не были раздавлены. Они знали что с нми все рано Бог.

Его преосвещенство поднял правую руку и произнес:

"О небесный Отец, Я от всего своего сердца благодарю Тебя за то, что Ты призвал меня открыто исповедовать Твое Триединство, даже до смерти. Я умоляю Тебя, Господь Бог, будь милостив к земле Англии и освободи ее от всех ее врагов".

Коренастый и широкий в плечах палач привязал цепями преступников к столбу. Затем он принес какой-то мешочек и привязал к шее Ридли. Мешочек был тяжеленьким. Доктор поинтересовался, что это такое.

"Порох, сэр" — равнодушно сказал палач.

Ридли поразился. Действительно, недаром королеву кличут "Кровавая Мери". Придумала казнь, так придумала. Вся в отца своего — Генриха VIII. Тот любил изобретать различные способы казни. И такие, чтобы осужденный долго мучилсчя перед кончиной. Смерть будет его — епископа Ридли — точно ужасна. Огонь подбереться к пороху и он разнесет ему лицо. Да врагу не пожелаешь такой жестокой изобретательности.

Палач принес другой мешочек с порохом и повесил его теперь Латимеру. Вокруг несчастных священников разложили хворост и поленья. Подожгли огонь. Одно горящее полено палач специально положил у ног доктора Ридли. Видимо у профессионального мучителя было негласное рапоряжение побыстрее отправить на небеса Ридли, а затем Латимера.

Латимер увидев это, воскликнул ободряюще:

"Не падайте духом, Ридли, и будьте мужчиной! Ибо в сей день, по благодати Божией, костер зажжет свечу в Англии, которая, я верю, никогда не будет потушена!".

Когда Ридли закусали больно языки пламени, он закричал на всю площадь, чтобы все слышали:

"Господи, прими мой дух!"

Латимер не отставал от товарища и тоже просил Отца небесного, чтобы тот примял его душу! И тот первым принял душу Латимера.

Что касается епископа, то огонь вокруг него горел с недостаточной силой. То ли по умыслу то ли по не знанию дела хворост и дрова положили поверх сухих веточек, которые использовались для розжига, и огонь поглотил их, но не смог охватить положенные сверху дрова. План Королевы не удался: первым умер Латимер, а не Ридли.

Палач, чувствуя свою вину, решил ее исправить: он обложил священника большим количеством хвороста. Но огонь продолжал гореть только снизу и выжег нижнюю часть тела осужденного. Ноги Ридли обуглились до черноты, скупые мужские слезы буквально вырвались из его расширенных глаз, но не оттого, что он пожелал плакать, а оттого что он терпел нестерпимую боль — так сильны были его мучения! Доктор Ридли ревел как зверь, умоляя его прикончить. Он не мог сгореть по-человечески, как допустим, его брат во Христе Гуг Латимер. Это было похоже на самый настоящий ад

Он, корчась в страшных муках, взывал время от времени к богу:

"Господь, будь милостив ко мне! Помогите огню подняться, я не могу сгореть".

Он находился в агонии до тех пор, пока один из сердобольных охранников не догадался, что происходит, и крючком алебарды убрал часть хвороста. Тогда пламя вспыхнуло с такой силой, что охватило всю верхнюю часть туловища Его преосвященства. Доктор Ридли забился еще в большой агонии, стал изгибаться, скрючился. Это было ужасное зрелище. Публика плакала навзрыд, наблюдая за страшными мучениями святого отца. Наконец язычок пламени коснулся мешочка на шее Ридли — и раздался громкий хлопок! Порох воспламенился, и обезобразил лицо преступника. Теперь Ридли горел с ног до головы. Через секунду епископ умер. Душа его полетела на аудиенцию с богом. А огонь все больше и больше обрабатывал и кусал тело Ридли. Вскоре из бушующего пламени публике был виден лишь неподвижный и обугленный труп, или вернее то, что от него осталось.

Итак, двое злейших врагов королевы Марии были жестоко казнены. Но у "неистовой Католички" оставался еще один сильный противник. И его она тоже сожгла на костре. В 1556 году. Его звали Томас Кранмер.

Томас Кранмер являлся ярким представителем протестантизма, его духовным лидером. Это был выдающий человек того времени. В 1539 году он переиначил Библию на свой лад и написал к ней предисловие. В народе ее называли "Кранмеровой" или "Большой" Библии. Именно этой книгой в свое время пугали Марию. Кранмер упразднил обряд поклонения кресту, приказал закрывать иконы на время поста и снять украшения из материй. После смерти Генриха VIII Кранмер усилил свое политическое влияние. Регенты и сам молодой король слушали его, открыв рот внимая каждому его слову. По его приглашению в Англию стали приезжать известные протестантские богословы — Мартин Буцер, Тремеллио, Фагиус, Мартир им были предоставлены должности, бенефиции и кафедры в университете. Неистовая католичка уничтожила все церковные преобразования Кранмера, и заключила его в тюрьму, обвинив в заговоре с целью свержения ее с престола. Маниакальное пристрастие к католицизму и жажда мести заставили Марию отдать приказ казнить главного врага и идеолога Томаса Кранмера путем сожжения. Королева при этом заручилась поддержкой Папы Римского. Но казнь постоянно откладывалась. Кранмер притворился, что духовно сломался. Он хотел жить и продолжать дело протестантизма. Шесть раз Кранмер отказывался от своей веры и подписал акт, где отрекался от своих религиозных убеждений и признавал главенство Папы Римского. Но это не смягчило Марию.

Кранмера привели в церковь св. Марии в Оксфорде, где он должен был клятвенно подтвердить свое отречение. Но вопреки ожиданиям священников, главный еретик Англии произнес речь, в которой торжественно подтвердил непоколебимость прежних убеждений и отказался от подписанного им отречения. "И так как моя рука погрешила — воскликнул он, — написав то, что было противно моему сердцу, то она первая и будет наказана: когда я пойду в огонь, она сгорит первая".

21 марта 1556 г. его привязали к столбу, завалили хворостом и поленьями и зажгли костер.

"Вот рука", — крикнул Томас на прощание. — "Пусть же она первая и вынесет наказание!"

И он терпеливо держал ее в пламени. Но огонь разгорался все сильнее и сильнее и вскоре Кранмер скончался от болевого шока. Прошло еще некоторое время — и от главного протестанта страны остался лишь обугленный дымящийся труп. И вечно сопровождающий этот вид казни тошнотворный запах жженых волос и мяса. Вот они превратности судьбы: сегодня ты был человеком могущественным, все тебя боялись и почитали, ты купался в роскоши и славе, а теперь тебя нет. Ты не существуешь. Вместо тебя — лишь дым, сажа и зола. Подул ветер — и развеял тебя окончательно. Был Кранмер — и нет Кранмера!

Вот так Мария расправлялась со своими идейными врагами. Она сама даже придумывала пытки. Жертве наносили порезы острым предметом и сыпали на них соль. Еретик корчился в ужасных муках. Потом с жертвы сдирали кожу, начиная с ног и до головы, то есть свежевали как свиней. Пытки и были главным орудием королевы в деле уничтожения иноверных. Ведь для судей главное было признание обвиняемого. А пытки помогали это сделать. Они были настолько мучительными и ужасными, что практически многие признавали свою вину. Допросы с пристрастием длился часами, а то и днями. Судьи даже перекусывали между истязаниями и продолжали дальше свое черное дело. Не щадили ни детей, ни беременных женщин ни стариков. И даже если кто-то выдерживал пытки, их все равно признавали виновными: у палачей была бурная фантазия и изобретательный и коварный ум. Если кого-то оправдывали, то это были уже не жильцы, а калеки. Некоторых суд освобождал еще до вынесения приговора по причине их болезни или физической дряхлости. Такие попадали или в богадельню, или в приют.

Мария любила морально "ломать" еретиков. Любила когда человек отрекался от своей протестантской веры и признавал ее веру — католическую. Это для нее был триумф, тожество идеи.

"Сила человека — в вере", — говорила она. — "И втройне он сильнее, когда не отказывается от нее ни при каких обстоятельствах".

Это она судила по себе. Ее жизнь так заставила думать.

…Однажды королева присутствовала в пыточной в одном замке. Привели человека из окружения Кранмера. До этого к нему применяли простую пытку: засунули его руки и ноги в деревянные колодки и несколько дней морили голодом.

И вот он измученный, с пересохшими от жажды губами стоит перед Марией. За руки его крепко держат два дюжих стражников.

"Ты знаешь, кто я?" — спросила женщина у еретика.

Он ответил что знает. Она — ее величество, королева Англии.

" Ты — протестант?.. Ясно. Выходит, для тебя божественным откровением считается молитвенник Кранмера?"

Тот кивнул.

Мария сказала, что протестантизм — вера дьявола, а молитвенник Кранмера — его проделки. Сына дьявола она публично сожгла, развела его прах по ветру, пошлет на костре и его — отступника веры.

Еретик улыбнулся:

"Допустим я — протестант, Вы — ваше величество — католик. Но мы оба веруем в нашего господина, Иисуса. Зачем нам друг друга преследовать жечь убивать. Разве апостол Павел не говорил сии слова: "Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений, но чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях"…

Королева усмехнулась. А зачем тогда, они, протестанты, жгли и уничтожали и монастыри и монахов и католиков. Ведь Христос сказал: "Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей" Таким людям Христос говорил: "Ваш отец Диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи" А то, что они прикрывались именем Бога и делали вид, что исполняют Его волю, а на самом деле убивали, насиловали и грабили — это все их неправда. И нет никакого оправдания тем, кто, называя себя христианином, продолжает преследовать другого брата во Христе лишь только потому, что тот верит в Бога иначе.

Пленник, выслушав речь венценосной особы, сказал, что никогда не имел ненависти к католикам. Он выполнял свой долг.

"Пускай будет такая правда. Верно, тебя заставляли совершать злодеяния слуги дьявола. И Латимер, и Ридли, и Кранмер. Но их уже нет. Тебе нечего опасаться. А не желаешь ли ты, заблудшая душа, прейти в нашу веру и послужить королеве Англии?" — поинтересовалась Мария.

Он помотал головой. Разве его величество будите уважать того кто предает свою веру? Вряд ли.

По губам Марии скользнула скептическая усмешка.

"Посмотрим, как ты будешь отстаивать свою веру. Приступайте…"

Эффективной пыткой в то время была пытка каленым железом. Один из истязателей в маске подошел к жертве и ткнул раскаленным штырем иноверцу в грудь, запахло палеными волосами, еретик заорал. Но протестант, не смотря на боль, все упорствовал и не отрекался от веры. Приступили к другой пытке. Стали стискивать один палец за другим в железных тисках. И снова протестант кричал нечеловеческим голосом, терял сознание, приходил в себя и снова терял сознание, но упорно не сознавался в ереси.

"Крепко сидит в нем дьявол" — подумала Мария. — "Его дорогой учитель Кранмер постарался вбить ему в голову эту ересь"

За тисками последовала пытка "Испанский сапог". Металлическую колодку положили под голень жертве и стали постепенно сжимать…

И тут протестант не выдержал этой боли. Орал нечеловеческим голосом. Даже Мария закрыла уши руками.

"Все, хватит! Отступаюсь от своей веры! Ваше высочество, пощадите. умоляю-ю-ю…"

Жертва заплакал как ребенок. Вернее зарыдал. Психика отступника не выдержала нагрузки. Мария сделала знак остановить экзекуцию. Мучители сняли с бедняги колодку. Благодарный протестант, утерев слезы, заговорил быстро несвязанно. О истиной вере — католицизме и о том, что он всегда хотел стать католиком, но богохульники Ридли и Кранмер помешал ему это сделать.

"Ты уже предал Бога, значит, предашь и во второй раз. Сжечь его на костре" — твердо и решительно сказала королева и, накинув капюшон на голову, вышла из подземелья замка.

К вот таким пыткам прибегала Мария и ее приближенные, чтобы заставить человека отупить от своей веры или признаться в сделке с Дьяволом.

Не менее ужасной пыткой тогда была "растяжка" — насильственное растягивание тела с помощью веревочных лебедок. От этого лопались сухожилия, связки, трещали кости — боль была неимоверная!

Если это не помогало, вздергивали на дыбе. В то время это была наиболее распространенная пытка. Руки жертвы связывались за спиной, а другой конец веревки перебрасывали через кольцо лебедки. Жертву либо оставляли в такой позиции, либо сильно и непрерывно дергали за веревку. Для пущего эффекта применялись утяжелители, их привязывали к ногам, а тело рвали щипцами.

Еще один вид пыток назывался "Кресло инквизиции". То было особенное кресло. С шипами. Обнаженную жертву усаживали на кресло в такой позе, что при малейшем движении в его кожу вонзались шипы. Как правило, издевательства длились по несколько часов, мучители протыкали конечности обвиняемым, рвали щипцы кожу, мясо.

Еще одна страшная пытка — "Охрана колыбели". Известный палач Ипполито Марсили называл это истязание "переломным моментом в истории пыток". При этом способе нет сломанных пальцев, позвонков, рук, вывернутых лодыжек, раздробленных суставов. Смысл истязания был в том, чтобы держать жертву в бодрствующем состоянии так долго, как только возможно. Жертве связывали за спиной руки, а с помощью лебедки поднимали на верхушку деревянного треугольного бруса на трех ножках, либо пирамидального навеса на столбах, а затем постепенно опускали. Верхушка острой пирамиды проникала в область ануса, яичек или кобчика, если мучили особь мужского пола, либо — вагины, если мучили женщину. Боль для жертвы была адской, и жертва теряла сознание. Если это происходило, то беднягу приводили в сознание, и пытка возобновлялась. И так до победного конца. Пока еретик не признается во всех преступлениях века. Для усиления болевых ощущений к ногам жертвы привязывали гири — и промежность просто разрывалась! Человек сразу во всем сознавался.

Считалось, что если человек лишался чувств при пытках, значит, дьявол усыпил обвиняемого чтобы спасти от допроса. Если еретик умирал, не выдержав пыток или кончал жизнь самоубийством то это тоже списывали на коварство Сатаны: дескать, лукавый избавил своего подданного от признания своей дьявольской сущности.

А затем апогей пыток — казнь! Либо сожжение на костре, либо… Бедные люди, что сними только не вытворяли палачи! Отсекали голову мечом, топором, секирой. Вешали, удушали, топили в воде, насмерть калечили.

Публика в то время очень любила казни. Например, сожжение на костре, повешение, четвертование или отсечение головы. Ведь зрелищ было мало тогда. Ясно ни кино, ни телевидения, ни театра тогда не существовало, а лишь балаганные шуты, циркачи и музыканты. А казнь известного человека было целым событием. Народ шел на казнь как на праздник. Наряжались в свои лучшие одежды, надевали самые дорогие украшения. Причем стекались люди к месту казни из самых отдаленных мест. Всем хотелось посмотреть на ужасное и захватывающее зрелище. Празднично были одеты и представители местной власти: епископ, священники, бургомистр, судьи и судебные заседатели.

Обычно отступника привозили на тележке и в сопровождении палача. До места казни еретик добирался сквозь толпу зевак, которые не упускали случая посмеяться и поиздеваться над осужденным. Жертву приковывали цепями к столбу, либо привязывали, обкладывали хворостом, дровами, соломой. Перед тем как начать казнь священник предостерегал народ от коварства Дьявола и его слуг. Затем палач подносил к костру факел, и возгоралось пламя. В страшных мучениях, истошно крича, жертва умирала. После того чиновники и простой люд расходились по домам, подручные палача продолжали поддерживать огонь до тех пор, пока от жертвы не оставался один пепел. Палач собирал пепел в кучку и рассеивал под эшафотом.

Преступника могли так же запросто сварить в котле с кипящим маслом. Это поистине ужасная смерть и ужасная казнь.

Существовала тогда и мучительная тройная казнь. Этой экзекуции был "удостоен" позднее в 1563 году гугенот Жан де Польтро за то, что убил вождя католиков герцога де Гиза. Эту страшную казнь обычно применяли к предателям, но для киллера сделали исключение. Наказание начинали с виселицы. Человек должен был испытать ужас и боль удушья, но остаться в живых. Затем полупридушенного преступника растягивали и четвертовали. Как это происходило. Человека привязывали веревками за руки и за ноги к четверке дюжих лошадей и по команде судьи всадники устремлялись в разные стороны… Можно представить, что чувствовал человек, когда его еще живого растягивали по сторонам четыре лошадиные силы и потом разрывали на части… Адские муки! Адские страдания! Мозг разрывался от ужасающей боли! Да страшная жестокая казнь! После разорванное окровавленное тело выставляли на всеобщее обозрение, чтобы доходчиво и наглядно объяснить всем, какой конец ждет изменников родины и веры.

На публичную казнь приходили не только для того чтобы посмотреть на казнь преступников но и для лечебных целей(?)

… Как только веревка была перерезана, а безжизненное тело упало на эшафот, одна из женщин все время находившаяся у помоста схватила мертвую руку преступника и стала проводить ею по своим щекам, шеи, груди(!) Следом начали ловить руку и другие женщины и касаться ее разных частей тела. Тянули за собой детей для того чтобы их тоже коснулась безжизненная длань казненного. Стражники и палач принялись отгонять безумных женщин от эшафота.

А вот другой случай, произошедший в Англии. Его описал один иностранный купец, бывший в это время по делам в Лондоне. Он наблюдал за казнью одного государственного преступника и вот что он увидел…

"Утонченная и прекрасная юная леди вся бледная и дрожащая, стояла в объятьях палача, а он открывал ей грудь на глазах у тысячи людей и прикладывал к этой груди мертвую руку повешенного".

Ужас! Кровь стынет в жилах о такой картины. Даже в фильме ужасов такое не увидишь. Окровавленная холодная и обмякшая рука лежит на пышущей здоровьем и красотой девичьей груди. Точно клиника!

Но надо знать нравы той эпохи. Дело в том, что по народным поверьям мертвое тело служило отличным медицинским средством от золотухи, бородавок, чириев, прыщей и других кожаных заболеваниях. В это свято верила, как и чернь так и знатные вельможи. Богачи, как и вышеупомянутая леди, платили палачам деньги за "медицинские услуги", и их допускали на эшафот, а вот простой люд стремился "полечиться" на халяву, поэтому их и гоняли стражники.

Люди верили в то, что у обезглавленного трупа целительная и обладающая магической силой кровь. Что она излечивает от подагры, экземы и даже эпилепсии. Порой на экзекуциях люди теснились около эшафота с чашками, кружками, ковшами и носовыми платками, чтобы поймать хоть каплю крови или ручеек. Палачи обогащались, торгуя сувенирами смоченными кровью умерщвленных преступников. Находились и ловкие дельцы которые выкупали безродные трупы чтобы затем распродать его по частям. Особенно ценились пальцы воров — считалась что они привораживают удачу, везенье и богатство.

Надо сказать, что профессия палача была весьма престижная в то время и хорошо оплачиваемая. У работников этого ремесла была даже своя гильдия (что-то наподобие современных профсоюзов), которая составляла свои правила, памятки, руководства и стандарты. К концу XV века многие английские города имели официальных вешателей-палачей. Например, в 1534 году в Лондоне был популярен палач по фамилии Крэтвелл. Он вешал легко и непринужденно, он хорошо знал свое ремесло. У него осужденный мгновенно умирал от перелома шейных позвонков. Крэтвелл служил четыре года и сам был повешен за банальный грабеж при стечении двадцатитысячной толпы.

Но вернемся к нашей королеве.

Летом 1554 года Мария наконец-то вышла замуж за Филиппа — сына Карла V. Он был на одиннадцать лет моложе своей жены. Брачный договор гласил: Филипп не имеет права вмешиваться в управление государством, дети, рожденные от этого брака, становятся наследниками английского престола. А в случае внезапной смерти королевы, Филипп должен вернуться в Испанию.

Народ не принял нового короля. Тем более иноземца. Он вел себя вызывающе, был высокомерен, его приближенные тоже вели себя по-хамски. Тем более он не любил Англию и ее жителей. Стали происходить кровавые стычки между англичанами и испанцами. Появились первые убитые и раненые. Филипп занервничал и решил покинуть Англию. Его тетка — регентша Нидерландов — собиралась передать ему власть, и племянник ухватился за эту возможность. Мария пыталась уговорить Филиппа отказаться от поездки, но то не внял ее просьбам и 29 августа сев на корабль уплыл к тетушке. Мария скучала по мужу, посылала ему страстные и пылкие послания с просьбой вернуться в Англию.

И весной 1557 года. Филипп вернулся в английское королевство, но не ради жены, а чтобы заручится поддержкой Англии в споре с Папой и Францией. Получив согласие Совета Филипп, пробыл с женой меньше трех месяцев и снова укатил в свою Испанию.

Мария резко загрустила и впала в депрессию.

И вот наступил май 1558 год. Как-то ночью Марию опять мучила бессонница. Болел низ живота и от этого она не спала. К утру возникла жуткая головная боль. В последнее время у нее резко ухудшилось зрение. Но, не смотря на все болезненные ощущения у Марии было хорошее настроение: скоро родиться ее сын, о котором она так страстно мечтала. Стать матерью в 42 года — это подвиг для королевы, впрочем, как и для любой жительницы страны. Женщина тогда реализуется женщиной, когда становиться матерью. Марию это окрыляло и вдохновляло. Вот он — ее нынешний смысл жизни! Хватит ей убивать людей — пора производить и кого-то на свет. Пусть все знают, что она не душегубка, а родительница. И пусть исчезнет с уст обывателей ее прозвище "Кровавая Мария" а появится, допустим, прозвище "Мать Мария". К тому же она надеялась, что если родиться первенец, то ее ветреный муж Филипп, узнав об этом радостном известии, быстро примчится к ней чтобы поглядеть на новорожденного. И тогда сердца венценосных супругов вновь соединяться. И все вернется на круги своя.

Мария счастливо улыбнулась, представив такую картину.

Вдруг она снова почувствовала слабость. Мария возлежала на огромной кровати с балдахином, ожидая консилиума врачей.

"Откройте портьеры", — попросила королева слуг. — "Погасите свечи".

Тяжелые бордовые с золотым шитьем занавеси с помощью специальных длинных палок раздвинули… В спальню через огромные окна хлынул дневной свет. Стало очень светло — королева на миг зажмурила глаза. Задули свечи. Запахло воском. Но затхлый, разбавленный лекарственной вонью, воздух еще царил в спальне. Окна боялись открывать: вдруг королеву продует а учитывая ее и без того слабое здоровье это проветривание могло сказаться на ней самым губительным образом.

Раздался шум, голоса за дверью — Мария вздрогнула.

Дверцы покоев отворил камердинер…

Вошло человек семь лекарей. Среди них был один известный светила — голландский лейб-медик. О его чудесных способностях в области медицины ходили легенды. Вот Мария и пригласила его в надежде, что тот поставит ей более точный диагноз. Медик присел на краешек кровати. Пощупал пульс, потрогал лоб, посмотрел язык…

"Ваше Величество, нам необходимо осмотреть ваш живот", — мягким вкрадчивым голосом сказал голландец.

Королева безропотно подчинилась, но стыдливо отвернула голову. Иноземец закатал подол прозрачной рубашки и его взору открылись женские прелести. Светила привыкший к женской наготе равнодушно, но внимательно осмотрел, прощупал живот, лоно… Тяжело вздохнул, опустил глаза и с грустью произнес:

"Ваше Величество, осмелюсь вас разочаровать. У вас не будет наследника… Это всего лишь опухоль. Ложная беременность. Так бывает иногда. Но расстраивайтесь, вы еще родите".

Венценосная особа страшно побледнела. Это был сильнейший удар для нее. Королева отвернулась от собравшихся.

"Уйдите все", — отчетливым и беспристрастным голосом сказала она.

Все поспешно удалились. Дверь в спальню закрылась — и тут скала по имени Мария Тюдор дрогнула и рассыпалась! Железная воля ее размякла, а нервы сдали. Слова чужеземного лекаря прозвучали для нее как приговор, моральный приговор. Он был сильнее физической боли. Зачем ей жить дальше. Какой смысл? Она никогда не родит наследника. Слезы ручьем хлынули из глаз. Горькие рыдания волнами пошли через ее тело. Она никогда так не плакала. Безутешно, надрывно, пронзительно. Ее нутро просто выворачивало от слез. А за дверью в королевские покои плакали навзрыд ее преданные служанки.

Проревев весь вечер, королева попросила снотворного. Ей принесли и удалились. Королева предалась размышлениям. Возможно, она так жестока к людям лишь потому, что не познала до сих пор радости материнства. Родись ребенок — и тогда, может, была бы она мягче и ласковее. Как же ей не везет в этой жизни. Хотела отцовской любви — но не получила. А получила лишь унижения и позор. Желала быть любимой женой — но и тут неудача! Вряд ли ее муж любит. Она помнит, как после первой брачной ночи Филипп несдержанно воскликнул: "О, Бог, неужели мне придется испить эту чашу!" (Под "чашей" он подразумевал Марию). Насмешка судьбы — лишиться девственности и испытать первый секс в 38 лет! Единственного мужчину, которого она любила в 6 лет, это был Карл. Она испытывала к нему романтические чувства. И то этому браку помешал отец, и свадьба не состоялась. Но это была детская влюбленность. Никого она по-настоящему так и не полюбила. Быть может любила еще свою мать. Но это когда было. В детстве. Что поделаешь, Создатель не дал ей нормальной человеческой любви, душевной и искренней.

И стоит ли дальше жить. Для чего? Для какой цели? Ради власти? Она ей насытилась. Да она королева, она может все, решать людские судьбы издавать законы, изменять внешнюю и внутреннюю политику, но сути своей она вполне несчастная женщина. Она бы многое отдала за одного единственного ребенка. Даже корону. А еще заставляли отречься от веры, притесняли, унижали. Как тут не быть жестокой. Но нужно отдать ей честь — она всегда придерживалась своих взглядов. Она была фанатично предано своей вере.

Мария еще долго размышляла. В голову лезли всякие нехорошие мысли. Может покончить жизнь самоубийством? Или выпить большую дозу усыпляющего снадобья и умереть. Или принять сильнодействующий яд? Тогда мгновенная смерть. Зачем ей мучиться? Тем более на ее совести тысячи умерщвленных и заживо сожженных людей. А это ее в последнее время так гложило. Ей стали часто сниться кошмарные сны, где фигурировали мертвецы, скелеты, погибающие люди, где присутствовало море крови и слез. Снились и сожженные Крамер и Ридли и обезглавленная Джейн Грей. От таких снов она просыпалась в холодном поту.

Так стоит ли ей жить?

И снова мучительные думы. Но Мария даже при немного свихнувшейся психике еще оставалось сильной женщиной. Воля к жизни ее была сильнее воли к смерти. И королева решила пока пожить. Тяжело повздыхав и слегка поплакав, она приняла ровно столько снотворного, сколько ей советовал эскулап и обессиленная от рыданий и душевных страданий моментально уснула…

Видимо стресс, пережитый от ложной беременности, подточил ее силы. Мария стала таять прямо на глазах. К тому же подхватила грипп. Она поняла, что скоро умрет. Поэтому 6 ноября 1558 Мария I Тюдор — королева Англии — скрипя зубами и душевно сопротивляясь, официально объявила своей преемницей ту, которую нянчила в детстве и ненавидела — а именно Елизавету.

17 ноября 1558 года Мария I Тюдор — королева Англии скончалась. Тело венценосной особы в роскошном гробу было выставлено для прощания Сент-Джеймсе больше трех недель. Народ толпами валил туда, чтобы хоть глазком взгялнуть на их бывшую правительницу. Затем ее похоронили в Вестминстерском аббатстве. Католики всего мира оплакивали смерть своего лидера — Марии, а протестанты всего мира безудержно радовались: наконец-то их главный враг скончался.

В истории и в памяти людской Мария Тюдор запечатлелась лишь с плохой стороны. Тому подтверждение ее прозвище — Мария Кровавая. Ее осудили люди не за трудную судьбу, а за ужасные деяния. За многочисленные жертвы, пытки, издевательства, убийства. Даже на своей родине Англии ей не установлено ни одного памятника. Хотя в своем завещании она просила увековечить в каком-нибудь мемориале память о ней и ее матери Екатерина Арагонской, но воля покойной так и осталась неисполненной.

ГЛАВА 5 ДАРЬЯ САЛТЫКОВА.

"ТРОИЦКИЙ МОНСТР"

Жестокость всегда проистекает из

бессердечия и слабости.

Луций Анней Сенека

Как она их ненавидела!..

Отчего они глазеют на нее, бесовское отродье! Отчего рты поразевали! Будто она чудище заморское или зверь дикий. Человек она, человек, хотя все почему-то называют ее извергом или как модно на французский манер монстром или монструмом. Попались бы они ей в руки! Замучила бы до смерти. Либо поленом в лоб, либо кипятком в лицо! А то бы и забила батогами насмерть. А еще говорят, что она чудовище. Это они все чудовища!

Ах, как она их ненавидела!

Просто хотела разорвать на кусочки!

Дарья Салтыкова по прозвищу Салтычиха диким полным злости взглядом окинула толпу зевак собравшихся на Красной площади у Лобного места.

Стоял полдень. Было холодно. Серое непроницаемое небо свинцовой тяжестью нависло над Кремлем. Порхали легкие снежинки и падали на мостовую. И не таяли. Ведь был уже ноябрь. Семнадцатый день месяца. 1768 года.

Бывшая помещица была привязана к столбу, а на шее висела табличка с надписью: "мучительница и душегубица". Молодой дьяк с козлиной бородкой и в черном длинной подряснике, встав на высокий и здоровый чурбак, громко зачитывал присутствующим приказ Ее высочества императрицы Екатерины II. о назначении государственной преступнице Дарье Салтыковой гражданской казни и о ее вечном заточении в монастырь. Закончив читать приказ, служитель церкви тут же стал оглашать список жертв Салтычихи. Доказанных было 38 человек, недоказанных — 26, предполагаемых — аж 138 человек! Только и слышалось такие слова: замучила, убила, задушила, засекла, утопила, забила до смерти…

Кто-то охал, кто-то ахал, причитал, клеймил, ругал убийцу. Кто-то показывал на нее пальцем, плевался в ее сторону. В глазах зевак — любопытство, ужас, страх, недоумение. Как же она могла учинить такие злодеяния. Она человек или зверь в человеческом обличии. По поступкам точно зверь.

Снег усилился. Полетели уже не мелкие снежинки, а хлопья. Начался снегопад.

Вдруг из толпы вылетела женщина с безумными глазами и кинулась на Салтыкову. В руках у ненормальной сверкнул нож. Еще секунда — и острая сталь вонзилась бы в горло преступнице. Но ловкий стражник перехватил руку нападавшей и отбросил женщину в строну. Подбежали другие стражники и мигом ее скрутили. То была одна из бывших слуг Салтычихи. Когда-то помещица зверски замучила ее мужа, и женщина решила таким образом отомстить за смерть любимого. Пробралась через толпу к Лобному месту и накинулась на убийцу. Чуть-чуть везенья — и Салтыкова лишилась бы жизни. Но справедливая месть не свершилась. Видимо еще не пришел срок умирать злодейке.

"Я тебя все равно изгублю! Ты ответишь за смерть мужа!" — кричала в бессильной ярости женщина. — "Я тебя и на том свете сыщу! В ад спущусь за тобой! Где бы ты не была, я буду там! Изверг, душегубица!.."

Несостоявшуюся мстительницу уволокли в полицейский участок, а Салтыкова перевела дух: еще немного — и она была бы на небесах! Слава богу, жива. Но что это меняет? Разве это жизнь, когда стоишь привязанной к позорному столбу, а люди показывают на тебя пальцем. Нет, лучше умереть, чем испытывать такой позор. Она столбовая дворянка, представительница знатного рода, выставлена на посмешище черни. Такой участи вряд ли она себе когда-то желала. А ведь так хорошо все начиналось в ее судьбе…

Дарья Николаевна родилась 11 марта 1730 года в семье московских столбовых дворян. Родственниками ее были Мусины-Пушкины, Давыдовы, Толстые, Строгановы и др. Девичью фамилию Иванова она сменила, когда вышла замуж за Глеба Алексеевича Салтыкова, ротмистра Лейб-гвардии Конного полка. Родила мужу двух сыновей: Фёдор (1750–1801 гг.) и Николай (ум. 1775), которые были в последствие записаны на службу в гвардейские полки.

Жила супружеская чета в доме на углу Кузнецкого моста и Сретенки (теперь здание принадлежит ФСБ России). А летом в имение Троицкое, что в районе современного Теплого Стана. Вот в этом особняке с прудом и лесом и развернуться в последствие ужасные и кровавые действия, главной участницей которых станет Дарья Николаевна.

Салтыкова унаследовала это имение от своего деда по отцовской линии — думного дьяка Автонома Ивановича Иванова. Дьяк в то время сделал головокружительную карьеру: был никем, а стал князем(!). Этому выдвижению способствовал сам царь Петр I. Он высоко ценил сметливый ум Иванова. В конце XVII века Автоном руководил Иноземским, Поместным, Рейтарским и Пушкарским приказами. Он отличался хорошей деловой хваткой, прекрасным политическим чутьем и хитростью. Благодаря этим качествам он удержался на высоких постах, умудрился выжить среди многочисленных казней и репрессиях и к тому же нажил баснословное состояние в 19 тысяч крепостных крестьян. Правда, его наследники не были так бережливы и хозяйственны как Автоном и в последствие практически промотали все его состояние. Внучке Дарье Ивановне досталось лишь 600 крепостных душ. Впрочем, и этого хватало Салтыковой чтобы жить безбедной жизнью.

В двадцать шесть лет Дарья овдовела. Получив огромное состояние, принадлежавшее ее матери, бабке и мужу, поместья в Московской, Вологодской и Костромской губерниях, она поначалу щедро жертвовала деньги церкви и раздавала милостыню. Но потом сексуальная неудовлетворенность, неуемная энергия и задатки садистки превратили молодую женщину в кровожадного монстра. Но этому предшествовал один случай, который круто изменил судьбу Дарьи Николаевны.

Однажды ей доложили, что в ее лесу охотится какой-то человек.

"Это кто там у меня хозяйничает?" — грозно повела бровями барыня. — А ну-ка живо изловите оного наглеца и приведите ко мне. Я-то с ним разберусь!"

Крестьяне бросились в лес с ружьями и кольями. Вскоре они привели к барыне приятной наружности мужчину, который на поверку оказался капитаном Николаем Андреевичем Тютчевым. Он занимался межеванием земель, а сюда приехал, чтобы разрешить земельный спор между двумя помещиками, соседями Салтыковой. И вот на досуге охотясь, случайно забрел на территорию властной помещицы, где и был замечен бдительными мужиками.

Дарье Николаевне сразу приглянулся офицер. Она, измученная любовной тоской, как раз находилась в поиске подходящего кавалера. Судя по всему, Николай Андреевич был весьма образованным человеком. Чтобы разрешать постоянно возникающие конфликты из-за спорных угодий между помещиками надо было обладать не только юридическими и специальными знаниями, но и умением хорошо общаться с людьми, тем более с такими людьми как помещики, самодурами и хамами.

Салтыкова спросила офицера, не желает ли уставший путник испить горячего и душистого чая у нее в доме. С липой, душицей, со смородиновым и малиновым листом. Ответа долго ждать не пришлось. Бравый капитан принял приглашение помещицы почаевничать. Дарья Николаевна распорядилась разжечь самовар и подать к столу. Да и кушаний поболее. Ничего не жалеть для дорогого гостя.

И вот все подали к столу. Завязалась неторопливая и милая беседа между хозяйкой и гостем.

Где чай — там и вишневая настойка, а где настойка — там и штоф водки. Заледенелый, из погреба. Разомлел капитан от спиртного. Глядь — и хозяйка вроде сперва казавшаяся не такой симпатичной стала просто красавицей! Засиделся капитан допоздна, разговорились, и вроде какой-то интерес Тютчева к помещице появился. Визиты стали повторяться. Скука капитана развеялась. Военно-полевой роман начался. Спустя некоторое время Николая Андреевича и Дарью Николаевну стала объединять и общая постель. Салтыкова влюбилась в офицера без памяти. Но капитан не торопился связываться узами Гименея с помещицей. Скоро она ему наскучила и разонравилась. Дарья Николаевнв оказалась грубой, необразованной помещицей. Неслыханное дело грамотой она не владела, писать не умела, даже не могла расписаться под официальным документом. Отличалась крупным сложением и хорошей физической силой. Тютчев пока крутил амуры с Дарьей Николаевной пригляделся к одной соседке Салтыковой — девушке по имени Пелагея Панютина, (это был 1762 год) полюбил ее и решил на ней жениться. И женился.

Какова была реакция на это известие Салтыковой догадаться нетрудно. Она просто взбеленилась: надо же такой удар по женскому самолюбию! Ей предпочли другую! И в ее голове созрел коварный план чудовищной мести: она решила убить обоих. Причем взорвать их в особняке Панютиной, что находился за Пречистенскими воротами у Земляного Вала.

Сначала Салтыкова на роль подрывника определила своего конюха Романа Иванова. Она вызвала его, грозно сверкнула очами и тоном не требующим возражения приказала:

"Накупи-ка, голубчик, в главной конторе артиллерии и фортификации пять фунтов пороху да засим перемешай с серой и заверни в пеньку. И сей заряд подоткни под застреху Пелагее (застреха — нижний, нависающий край крыши у избы)! Чтоб оный ее жених, капитан Тютчев, и сия сучка Панютина в оном доме сгорели заживо. Да смотри не осрамись, мерзавец! Шкуру спущу, ежели что не так! Ступай, дубина, что стоишь?! Не взорвешь — самого взорву этой бомбою!"

Конюх испугался.

Хотя XVIII век являлся веком жестоким и грубым, сознание людей, тем более простых, не воспринимало такие масштабные террористические акты в центре самой Москвы. Если кого-то ножичком прикончить, дубиной зашибить или намять бока — это нормально. И вполне понятно. А вот так взять и взорвать особняк в центре Белокаменной — нет уж увольте! Пусть бьют батогами, пусть режут на куски, пусть в Сибирь ссылают, а на такое злодейство он, раб божий Роман Иванов, крепостной конюх и грешная душа никак не пойдет!

Нет и все! И точка!

Роман бросился в ноги к барыне и стал неистово умолять и причитать: мол, не может он быть душегубом, пусть она избавит его от такой повинности. Ведь сие грех, страшный грех! Салтычиха разъярилась и приказала выпороть конюха. Пообещала даже убить. Но поняв, что ее угрозы и наказания не действуют на обезумевшего от страха крестьянина и тот явно ни за какие сокровища мира не станет подкладывать бомбу Панютиной, она сменила тактику.

Она вызвала другого конюха — Сергея Леонтьева. Указала на Иванова и сказала чтобы они купили порох и селитру, изготовили бомбу и вместе отправились к дому Пелагеи. Мысль ясна: вдвоем не страшно идти на такое неслыханное дело.

Как не хотелось слугам быть душегубами, но им пришлось подчиниться. Они сделали, как им приказала хозяйка. Леонтьев купил порох, друзья по несчастью сделали самодельную бомбу. Но в последний момент горе-киллеры отказались от задуманного плана. Испугались. И не пошли взрывать особняк на Земляном Валу. За это ослушание Салтычиха приказала нещадно их бить батогами.

Итак, план покушения на неверного любовника закончился крахом, но настырная Салтыкова не унималась. Узнав, что молодожены собираются отбыть в Брянский уезд по большой Калужской дороге (а она проходила мимо ее усадьбы), коварная помещица решила устроить им засаду. Приказала своим людям вооружиться и ждать офицера с девицей. А когда те поедут то напасть на них и затем убить, а смерть их списать на простой разбой.

Кто-то за вознаграждение или по чистой совести рассказал об этой затее Тютчеву. Тот не на шутку испугался и обратился к властям за помощью. И вскоре четыре экипажа саней с охраной и с молодоженами проследовали мимо села Троицкое. Покушение снова не состоялось. Салтыкова рвала и метала от злости.

После этой любовной трагедии что-то произошло с психикой Дарьи Николаевны. Салтыкова стала еще более жестокой и изощренной в пытках. Если она раньше только издевалась над жертвами и мучила, то теперь она начала их просто убивать. Особенно она любила умерщвлять красивых девушек со светло-русыми волосами. Не мудрено ведь ее счастливая соперница Пелагея была красавицей и имела светло-русые волосы.

…Как-то Салтыкова зашла в гостиную отдохнуть. Была зима. Декабрь. Завтра поутру она вместе со своей челядью, скарбом и продовольствием по традиции отбывала многочисленным обозом на зиму в особняк на Сретенке. Близилось Рождество, Новый год. Ее люди чинили, готовили сани и возки, чтобы загрузить мясом, птицей, маслом, сметаной, соленьями, вареньем. Грузили вещи.

Была рабочая суета, шли последние приготовления к отъезду.

Салтыковой было скучно. Она села на диван, достала альбом и начала его листать. Стихи, шутливые эпиграммы, басни, пожелания, поздравления… Вот это писал гусарский поручик, вот это статский советник, а это какой-то пиит. Дарья Николаевна перевернула очередной лист — и вздрогнула! Она узнала этот размашистый почерк. Стих от некогда любимого Николая Тютчева. И подпись: "Посвящается обожаемой и несравненной Дарье Николаевне".

Салтыкова помрачнела: душевные былые раны вновь напомнили о себе. Дурная кровь моментально ударила в голову. Она, взглянув на пол в гостиной, закричала: "Что это за грязь?! Кто убирал?! Варвара?! А ну позовите мерзавку, пущай пожалует ко мне на беседу!"

Дворецкий привел миловидную светловолосую девушку с голубыми глазами. Варвара тряслась от страха. Знала не понаслышке о зверствах барыни. Как-то помещица за плохо выглаженное платье стукнула ее палкой по голове, да так что искры из глаз посыпались. После этого девушку долгое время тошнило, и у нее кружилась голова. Один раз барыня оттаскала Варвару за волосы. Вырвала даже клок. Очень больно было.

"Что изволите госпожа?" — смиренно поникла головой служанка.

Дарья Николаевна гневно взглянула на девушку. Салтычиху раздражала ее красота и светлые волосы. Чем-то она напоминала ей счастливую соперницу Пелагею Панютину. И тут же предстал образ изменщика Тютчева. Тут Салтыкова не сдержалась. Она схватила со столика увесистый канделябр и ударила им по голове служанке. Варвара упала, обливаясь кровью. Даже потеряла сознание.

Дворецкий бросился к неподвижной горничной.

"Жива?" — поинтересовалась Салтычиха.

Дворецкий кивнул.

"Слава Богу… А ну-ка, голубчик, изволь позвать конюхов, да оденьте меня потеплее".

Кажется, Дарья Николаевна придумала способ наказания горничной. И он будет ужасен. Пусть все содрогнуться от страха. Пусть слуги бояться ее еще сильнее!

"Эй, конюхи, часом сия мерзавка придет в себя так в оном платье без полушубка и гоните ее до самого пруда. Там развлечемся" — распорядилась барыня. — "Да не смейте меня осушаться, не надь девку непутевую жалеть: сама повинна!"

Конюхи послушно закивали головами: мол, исполним, барыня, все как велено.

Помещицу одели в соболью шубу, надели соболью шапку. Подвязали теплым цветастым платком. Дворецкий, повар и кучер прихватили мягкое кресло и большущий ковер. Вся процессия остановилась у пруда. Расстелили ковер, поставили на него кресло. Барыня уселась в него, готовясь наслаждаться кровавыми пытками.

Когда девушка пришла в себя конюхи Алексей Савельев и Роман Иванов вывели ее на улицу. В одном платье и в башмаках. Голова неприкрыта. Ни шали, ни платка. Так приказала Салтычиха. Варвара сразу почувствовала холод. Легкий морозец закусал уши и щеки. Кровь из рассеченной брови капала на платье и снег. За девушкой потянулся дорожка из алых пятен. Девушка горько заплакала. Чистые невинные слезы катились по прохладным щекам и падали, падали в снег, со временем превращались в хрустальные ледышки.

И вот ее привели к пруду. Декабрь выдался в этом году лютым, и оно полностью замерзло. Голые деревья, скованные убийственным холодом, скрючились над покрытым льдом водоемом. Они мечтали уже о весеннем тепле и солнце.

Дарья Салтыкова грозно восседала на кресле. Варвара кинулась ей в ноги и стала умолять:

"Пощадите, госпожа! Я сгожусь вам, я все помою, все почищу — ни одной пылинки не отыщите! Клянусь богом!.."

Но жестокая Салтычиха и не думала прощать горничную. Представление только начиналось. Она зло ухмыльнулась и повелительно взмахнула рукой.

"А ну, молодцы, раздеть ее немедленно!"

Конюхи рьяно кинулись к девушке, схватили за руки. С горничной, несмотря на ее отчаянное сопротивление, сорвали верхнее платье, а затем и сорочку. Варвара предстала в обнаженном виде. Нагота ее была поистине прекрасна: тонкая талия, красивые широкие бедра, восхитительная грудь. Но эта красота еще больше приводила в ярость Салтычиху. И заводила. Как это?! Кто-то лучше и красивее ее?! Нет, тому не бывать! Так не должно быть! Она — Дарья Николаевна Салтыкова — самая распрекрасная женщина на этом свете! И кроме ее никто! Никто! А эту девичью красоту она незамедлительно уничтожит! И самым жесточайшим способом! Негоже служанке быть привлекательнее госпожи! Негоже!

"Бейте ее плетками шибче!" — заорала помещица. — "Сильней! Еще сильней! Отнюдь ни капли не жалейте ее! Пущай заплатит за прегрешение верною ценою!"

Конюхи услышав новый приказ стали безжалостно бить служанку. Она пронзительно закричала, попыталась увернуться, закрыться руками, убежать — но куда там! Хрупкая девушка против двух здоровенных мужиков — явно неравные силы! Ее сбили с ног и стали хлестать лежачую. На красивом смуглом теле появились отвратительные кровавые полосы. Забава длилась недолго.

"Хватит!" — прикрикнула на истязателей Дарья Николаевна. — А то не ровен час отойдет в мир иной сия мерзавка и забавы-то более не случиться".

Конюхи с неохотой расступились: им, как и госпоже, нравилось мучить и истязать людей. Скрюченная девичья фигура лежала на снегу, а кругом по снегу разбрызганная кровь. Красное на белом. Красивая, но в то же время трагическая картина.

Горничная, вся дрожа от холода, встала на колени и жалостливо запричитала:

"Не губите меня, барыня, я замерзаю, пожалейте меня! Верните одежу! Мне холодно!"

Но разве тронут девичьи мольбы жестокое и изуверское сердце монстра из села Троицкое. Да и было ли вообще у этой женщины сердце, раз творила он такое. Скорее вместо него присутствовал камень.

"Бросьте ее в прорубь!" — отдала приказ Салтычиха.

Слуги схватили за ноги и за руки брыкающуюся и визжащую Варвару и закинули в прорубь.

Бултых! Голова служанки скрылась под ледяной водой. Прошло секунд семь. Невероятно, но Варвара выплыла. Молодое тело избежало холодового шока, который возникает при внезапном погружении в ледяную воду. Горничная схватила полной грудью холодный воздух и уцепилась за кромку льда. Отдышавшись, с великим трудом вылезла из проруби. Проползла на коленях несколько метров, и с тудом встала. Шатаясь и рыдая, она пошла к барыне чтобы та пощадила ее. Но садистка-маньячка не собиралась прощать горничную. Девушка кинулась к своей одежде, но ее грубо оттолкнул конюх Савельев. Варвара упала. Ее снова отхлестали плетками и отогнали к воде.

А Салтычиха посиживала в кресле да смеялась.

"Поделом тебе, грязнуля, поделом! Не надобна мне для услужения сия мерзавка, пущай околевает от холода!"

Варвара замерзала. Коварный губительный холод все глубже проникал в ее тело. Она уже не чувствовала ног, пальцев, низа живота. Обхватив себя руками, она пыталась согреться. Но куда там, теплее не становилось.

Прошло еще минут десять. Салтычиха явно наслаждалась муками жертвы.

У Варвары побелели кожа. Уже бедняжка не плакала, а судорожно всхлипывала. Она не дрожала ее просто била крупная дрожь. Зубы стучали об зубы. Губы не шевелились. Горничная издавала какие-то междометия и невнятные звуки. Глаза затуманились.

Она застывала.

"Давайте ее сызнова в прорубь!" — зловеще крикнула помещица.

Конюхи с готовностью схватили деморализованную беззащитную и закоченевшую девушку за руки и поволокли к проруби. Доволочив, снова скинули в воду…

Бултых! И холодные брызги полетели в разные стороны! Девушка во второй раз девушка скрылась под водой.

Салтыкова удовлетворенно улыбнулась:

"Не выплывет на сей раз, мерзавка! Бьюсь об заклад, не выплывет"

Вдруг к ее огромному удивлению и удивлению всех Варвары выплыла! Девушка, из последних сил борясь за свою ускользающую с каждой минутой жизнь, попыталась ухватиться за край проруби, но отмороженные пальцы уже не слушались ее, и она соскользнула в воду. В отчаянной попытке она снова попыталась уцепиться за спасительный лед, но безуспешно! Ее скрюченные убийственным холодом пальцы лишь царапали лед. Девушка стала беспомощно бултыхаться в воде. Холод окончательно сокрушал ее. Голубые звездочки глаз угасали. Силы таяли, мышечная дрожь прекратилась, сердечные ритмы постепенно замедлялись, дыхание стало поверхностным. Варвара почувствовала, как по телу разливается блаженное тепло. Она засыпала и в то же время умирала. Смерть забирала ее тело, а невинная душа готовилась предстать пред богом.

И вот еще секунда — и девичья голова скрылась под водой. Прошла минута — Варвара уже не всплывала. Жуткое представление закончилось.

"Утопла", — без сожаления сказала помещица. — "Туда ей и дорога. Возьмите голубчики багры пошарьте по дну, здесь не так глубоко, вытащите ее на лед. Далее в участок. Скажите покончила с собой прыгнула в прорубь".

Конюхи угодливо кивнули, взяли багры и пошарив минут десять достали утопленницу. Подогнали сани-труповозку. Сколько в ней перевозили трупов — не перечесть! Слуги не смогли распрямить окоченевшие конечности мертвой девушки и как мороженую тушу забросили в сани. Накрыли рогожей и повезли в полицию, чтобы зафиксировать смерть.

А Салтычиха придя в гостиную, велела посильнее разжечь камин: подмерзла немного, надо согреться. Ее взгляд снова упал на злополучный альбом. Причем он был открыт на том же самом месте, что и ранее. Там где были стихи Тютчева. Кровь моментально прилила к вискам. И сжало как в тисках. Барыня обхватила голову руками и застонала. И тут у нее от сильнейшего расстройства начались зрительные и слуховые галлюцинации. Припадок Дарьи Николаевны начался с изображения романтической сцены. Сначала ей пригрезился бывший возлюбленный Тютчев. В вицмундире, при шпаге, при орденах… Он вроде беседует с ней… Она счастлива. Она на балу в Таврическом дворце… Сотни лампад, тысячи свечей. Залитый светом огромный зал. Многочисленный оркестр. Объявляют полонез, она пока не танцует… Играет торжественная музыка…

Помещица, похоже, находится в сомнамбуле. У нее появляются мимические судороги: движение губ такие, будто она целуется с кем-то воображаемым. Она делает движение руками, словно пытается кого-то обнять. Она берет веер, кокетливо им машет, садится на стул и благодарит кого-то невидимого за предоставленный стул. Скоро должны объявить мазурку, и Дарья Николаевна уже ангажирована на танец бравым капитаном. Салтыкова в эйфории.

И тут вдруг появляется ее разлучница Панютина. В воздушном роскошном платье, с белым веером, в белых бальных туфельках и в белых длинных перчатках. И к ней подходит галантный Тютчев, улыбается, говорит комплименты, и парочка начинают кружиться в зажигательном танце…

Эмоции начинают бить как из вулкана. Концентрация выбросов с каждой секундой все увеличивается. Горячая лава нервного потрясения заливает возбужденный и бредовый мозг помещицы. И вот решающий эмоционально-нервный выброс! Самый мощный, самый сильный…

"Пелагея! Изыди сатана!" — в ужасе кричит Салтыкова и, потеряв сознание, валится на пол.

Вот так переживала потерю любимого Дарья Николаевна и вот так расплачивались за эти переживание ее слуги и служанки. А расплачивались своими невинными душами.

Салтычиха била не только девушек, но и даже девочек. Причем за малейшую провинность. Своих жертв морила голодом, заливала расплавленный воск в их уши, таскала их за волосы, выдирала клоки, поливала кипятком. Била всем, что подворачивалось под руку. Если полено — то поленом, если палкой — то палкой, кочерга — то кочергой. Заставляла конюхов сечь провинившихся на дворе кнутами плетьми, розгами, батогами. Прижигала лицо раскаленными щипцами. А Салтычиха наслаждаясь муками жертв кричала: "Бейте, бейте до смерти!" Помещица была кровожадной и безжалостной убийцей. Пытала своих жертв целыми сутками. Если она уставала издеваться над крепостными она приказывала другим слугам продолжать мучить людей. А сама присев в кресло любила наблюдать за кровавыми пытками.

Некоторых она отправляла на каторжные работы — и это были действительно счастливчики. Они хоть оставались живыми после забав маньячки.

Дарья Салтыкова точно являлась настоящей садисткой, раз совершала такие злодеяния.

Так в чем же причины садизма Салтычихи? И вообще в чем его природа? Допустим это можно объяснить тем, что человека в детстве юности мучили, издевались над ним, пытали, били, и он, повзрослев и заимев власть, стал в ответ мстить всему человечеству. Так же бить, пытать, истязать, насиловать и даже убивать… Ведь психологи говорят что люди склонные к садизму сами в детстве пережили насилие над собой или были свидетелями сцен где проявлялось оно.

Но, а если у человека безмятежное детство, благополучная семейная атмосфера и никто и никогда пальцем не трогал, не истязал душу морально, не было сцен насилия, и ребенок не был свидетелем разных безобразий, так почему ей — Дарье Салтыковой — стало нравиться истязать и умерщвлять людей. Допустим, есть основная версия ее злодеяний: она помешалась почве ревности к бравому Тютчеву и лишала жизни девушек похожих на Пелагею Панютину. Ну а почему убивала других девушек, вовсе непохожих на ее счастливую соперницу. И не только представительниц слабого пола, но и сильного. Даже девочек. Попробуем разобраться в этом подробно.

Вот, например, кошка, перед тем как окончательно задушить мышку, играет с ней, пока та не престанет убегать или шевелиться. Как только она престает сопротивляться, она ее убивает. Но до поры до времени ей нравиться мучить жертву. Может природа садизма человека в самой природе и заложено? Заложено. В инстинкте размножения. Садизм часто тесно связан с сексом и с эротическими чувствами.

Садизм — это получения удовольствия путем причинения боли или насилия над партнером. Возможно, ребенок случайно видел акт физической близости между родителями и воспринял это как за проявление насилия. У него может быть шок. Может он был и Салтыковой. Ведь как говорит дедушка Фрейд формирование сексуальных предпочтений и поведения происходит в детстве.

Типичный случай легкой формы садизма — это когда партнер оскорбляет свою партнершу и на него это действует лучше всякой прелюдии. Потом происходит соитие. Либо длительное время обвиняет во всех смертных грехах, морально унижает, третирует, пытается заставить чувствовать себя виноватой, а потом якобы прощает и заставляет искупить свою вину горячим сексом. Женщина привыкает к этой роли, к роли жертвы, плохой жены ("Не умеешь готовить!"), плохого водителя ("Вечно ты царапаешь машину, а мне платить за ремонт!") содержанки ("Это я тебя обеспечиваю, и заткнись"!) и терпит унижения. И молчит. Характер ее сломлен — чего садист и добивается! Потом это все усугубляется. И с каждым разом все сильнее. Чтобы заняться любовью женщине уже необходимо, чтобы ее отругал или унизил партнер, иначе секса не получиться.

Или, например супруги ссорятся. Оскорбляют друг друга, ругают по чем зря, пытаются принизить, унизить. Потом происходит бурное примирение через постель. Секс от этого ярче, острее, лучше. Затем, когда сексуальная жизнь снова становится скучной, они ищут любую причину чтобы поссориться (вплоть до невымытой тарелки) и потом снова неистово "примириться". У некоторых это становиться замкнутым кругом. Но, ни к чему хорошему это не ведет. Ссоры становятся все интенсивнее и могут привести к разводу.

Другие привязывают партнершу к кровати кожаными ремнями или приковывают наручниками. Такое насильственное удержание длиться довольно долго. Садист получает удовольствия от созерцания беспомощного состояния партнера. А после захватывающий секс. Причем эти игры дополняются со всеми атрибутами садистских игр — плетками, хлыстами, цепями, ошейниками, кожаные бикини, комбидрессы, шорты, майки. Иногда партнер выйдя за рамки игры может и взаправду отхлестать свой сексуальный объект плеткой или хлыстом. И будет получать наслаждение от данной экзекуции.

Когда садизм всего лишь игра, то ничего страшного. От такой игры возникают новые интересные ощущения, новые необычные переживания, новые яркие впечатления, в какой-то мере легкий садистский флирт помогает разнообразить половую жизнь у многих людей. Но, а если человеку начинает нравиться причинять боль партнеру? Причем осознанно. И видя, что его партнерше не по душе такое обращение, он все равно нарочно причиняет ей боль, и может даже ударить — то это уже совсем плохо для совместной жизни. Про таких экзекуторов в народе говорят: "домашний тиран".

Еще хуже, когда человек заменяет секс садизмом. Ему не нужна сексуальная разрядка, ему нужно поиздеваться над человеком. Например, он может запереть объект любви в комнату или подвал и не кормить несколько дней. Человек слабеет, истощается, мучается. А поддонку все мало. Он продлевает пытку голодом. Затем освобождает жертву из заточения и насилует, может даже избить. Вот если кто-то переходит грань между игрой и реальной жизнью, то со временем становится либо истязателям либо душегубом, а то и того хуже — серийным убийцей.

Так вот появляется и вторая причина, почему Салтыковой нравилось изводить со свету людей и их пытать и мучить. При ее неуравновешенной и больной психике недостаток секса она восполняла насилием и убийством. Садизм ей заменил секс. И когда долго не было сексуального партнера и портилось настроение, отрицательная энергия находила себе выход в издевательствах и избиениях. И чаще — в убийствах.

У Фрейда есть термин "либидо" — жизненная энергия, имеющая сексуальные корни. Проще, сексуальное влечение. Или страсть, которая имеет целью достижение удовольствия. И в основном сексуального характера (его ученик Карл Густав Юнг понимал под либидо в целом психическую энергию человека). Так что мы не ошибемся, если назовем либидо психической энергией. По Фрейду, смещение либидозной энергии по эрогенным зонам обуславливает развитие человека. И оно движет человеком. И если она не удовлетворена полностью или частично, то тогда случаются разные перверзии, отклонения психики, расстройства и фобии.

Кто-то при ее неудовлетворенности или нарушении реализует ее в творчестве: сочиняет стихи, рисует картины, снимает фильмы, пишет романы. (Это называется "сублимация"). Но есть тот, кому никак не сублимируется и он направляет эту энергию на темные дела. Он может стать садистом, педофилом, маньяком, убийцей и др. Список можно продолжить.

Салтыкова свое мощное либидо направила не на благие дела, а на темные и порочные. Плюс к тому незаживающая сердечная рана, в свое время нарушившая ее психику, которая порой служила своеобразным толчком или так можно сказать пусковым механизмом для новых пыток и убийств. Увидела девушку похожую на Панютину — и сразу ее пытать! И сразу изводить ее со света! И убив, ее она успокаивалась.

Итак, нарушенное либидо и нарушения психики в связи с потерей важного сексуального объекта (капитана Тютчева) — вот две основные причины безумных поступков кровавой помещицы. Вот откуда ее жуткие преступления. Но это с точки зрения психоанализа, причем классического. Быть может, другие психологические теории объяснили бы природу страшных поступков Салтычихи по-своему, но автору ближе и понятнее Фрейдовское объяснение. Тем более психоаналитические постулаты проверены не только в теории, но и в практике. Ведь есть какое-то здравое зерно в том утверждении, что неудовлетворенная сексуальная энергия Дарьи Салтыковой превратила ее в садиста и убийцу. А потеря любимого человека это лишь усугубило.

Но вернемся к дальнейшей судьбе нашей "героини".

…Вскоре слухи об убийце-помещице и ее злодеяних поползли по Москве. Но до поры до времени это были всего лишь слухи, не подкрепленные фактами. Люди не знали, где тут правда, где полуправда, а где ложь. Молва шла, но трупов никто не видел. А все дело в том, что слуги Салтыковой привозили на санях мертвецов к полицейским в участок. Помещица щедро одаривала полицейских, чтобы те молчали и записывали в официальный протокол то, что нужно. Те всегда фиксировали несчастные случаи. Мол, бедняжка сбежала от барыни в легком платье, по дороге замерзла и умерла. Или указывали, что человек покончил жизнь самоубийством. И хотя покойники были порой изуродованы и были все в кровоподтеках и синяках, то полицеские все равно писали: "смерть в результате несчастного случая".

Священнослужители тоже состояли на довольствии у Дарьи Николаевны. Они должны были отпевать людей преданных насильственной смерти. Московских святош помещица не любила: часто они, когда видели зверски истерзанные тела усопших, отказывались совершать церковный обряд. Тогда маньячка приглашала своих, сельских. Один из них — Степан Петров — был штатным священником Салтычихи. Для него, человека не особо щепетильного, не было особых проблем с отпеванием очередной жертвы.

Если кто-то из крепостных убегал его возвращали обратно к Салтыковой, ведь полиция была куплена ею. Помещица приказывала забивать беглецов до смерти батогами или бросала в застенок и морила голодом. Подданные Салтычихи в период с 1756 год по 1762 подали 21 жалобу на свою барыню. Но так как садистка-помещица имела огромные связи и в полиции и среди чиновников она сразу узнавала из первых рук, кто из ее крепостных на нее доносит. И потом нещадно наказывала жалобщиков. Кого делала инвалидом, а кого умерщвляла, а кого и отправляла в ссылку.

Но однажды произошло следующее…

В апреле 1762 году двое крепостных Салтычихи — Савелий Мартынов и Ермолай Ильин — измученные пытками и и потеряв по прихоти помещицы-садистки своих жен, сбежали от нее и отправились с жалобой в Московское отделение Сената. Но туда их не пустили и решили сдать в полицию. Но не зря Салтыкова кормила полицейских, они снова едва не выручили ее. Крестьян потащили к дому на Сретенке, чтобы сдать жестокой помещице, но те, поняв, что их ведут не в полицейский участок, а в логово монстра, от отчаяния закричали на всю улицу:

"Слово и дело государево!"

Этот клич использовали то время, чтобы уведомить власть о каком-нибудь государственном преступлении и ни один чиновник не мог замять это дело. Так произошло и на этот раз. Начался опрос свидетелей, подключились высшие полицейские чины. Злодеяния Салтыков повергли всех в шок. Донесение о них с помощью расторопных фельдъегерей было срочно доставлено в Санкт-Петербург, Екатерине II. Ознакомившись с шокирующим документом, императрица тут же распорядилась расследовать это громкое дело. По высочайшему повелению его вели надворные советники московской юстиц-коллегии — Степан Волков и князь Дмитрий Цианов. Императрица специально выбрала для следствия этих людей.

Дело в том, что для чиновников знатного происхождения и высокого ранга это разбирательство стало бы щекотливым предприятием. Салтыкова могла спокойно подкупить их или попросту попросить по-родственному закрыть дело. И те могли не устоять перед деньгами и влиянием помещицы, даже не смотря на то, что следствие курировала сама Екатерина II. На чиновника типа Волкова нельзя было надавить или запугать: Волков был незнатного происхождения, не имел родственных и деловых связей с преступницей, он был чужд этому кругу, имел незапятнанную и честную репутацию. Тем более он имел могущественного покровителя — саму императрицу! Под такой защитой Волков мог спокойно вести следствие и искать доказательства вины преступницы. Молодой князь Дмитрий Цианов тоже был незапятнанным и честным чиновником и мог оказать посильную помощь своему коллеге в данном разбирательстве.

Салтыкова сразу же села под домашний арест. Екатерина II самолично подослала к ней священника в надежде, что Дарья Николаевна чистосердечно признается во всех своих преступлениях. Но не тут-то было! Добровольно сознаваться в своих злодеяниях кровавая помещица отнюдь не желала. Очень ей не хотелось отправляться на каторгу, а еще хуже — на смертную казнь. Четыре месяца(!) она водила служителя церкви за нос и ни капли не раскаялась. Ошеломленный духовник пришел к императрице и заявил, что сила дьявола в этом человеке сильна как никогда и что помещица закоснела в грехах. Всероссийская самодержица Екатерина II была явно разочарована результатами миссии священнослужителя, но отступаться от Салтычихи не пожелала. Надо знать характер императрицы — в ее словаре не было слов "невозможно" или "сдаваться". Вывести маньячку на чистую воду — вот было первейшее желание императрицы. И все надежды государыни были связаны с Волковым и Циановым. Она верила, что данные следователи, честные и неподкупные люди, оправдают ее надежды и в конце концов, добьются правды в деле Дарьи Салтыковой. И приказала им немедленно отправляться в Москву и постоянно слать от туда депеши о ходе расследования.

Как только Волков и Цианов прибыли в Первопрестольную, то первым делом взялись за Сыскной приказ, московского полицмейстера и самого генерал-губернатора. Копали следователи недаром: выяснилось, что московские чиновники положили под сукно более двадцати(!) жалоб дворовых на Салтычиху, а также кучу актов осмотра тел, заключений о причине смерти ее крепостных. Взятки, оказывается, получали: начальник полицеймейстерской канцелярии Молчанов, прокурор Сыскного приказа Хвощинский, присутствующие Сыскного приказа Вельяминов-Зернов и Михайловский, а также — секретарь Тайной конторы Яров и актуариус Сыскного приказа Пафнутьев. В Сыскной приказе разразился бурный скандал, некоторых сняли с должности, а императрица Екатерина II торжествовала: ее ставка на Волкова и Цианова оправдалась, и следователи на верном пути.

В ноябре 1763 года было доказано, что большинство поданных Салтычихи умерли не своей смертью. Это удалось установить благодаря арестованным счетным книгам помещицы. По записям сделанных в книге Волков и Цианов определили точное количество погибших крепостных, и установить круг влиятельных чиновников замешанных в этом деле. Стало ясно, что большинство слуг умерло насильственной смертью и при весьма загадочных обстоятельствах. Например, несколько раз в услужение к помещице брались красивые (18–20 лет) девушки и через две недели странным образом скоропостижно умирали.

Например, было документально подтверждено, что в 1759 году в Сыскной приказ Москвы предъявлялось для освидетельствования тело крепостного Салтычихи — Хрисанфа Андреева. На теле крестьянина было множество телесных повреждений, кровоподтеков и синяков. Расследование обстоятельств смерти Андреева велось с явными процессуальными нарушениями, и было благополучно и тихо закрыто. Был выявлен факт насильственной смерти в отношении одной из служанок Салтыковой — Марии Петровой. А дело обстояло так…

Однажды по пути следования в свою резиденцию село Троицкое, Салтычиха остановилась в другой своей вотчине — селе Вокшино. Там ей чем-то неугодила девушка по имени Маша. Формулировка претензий к служанке была вполне привычной: плохо вымытые полы. За надуманным обвинением последовала самая что ни на есть настоящая расправа. Видимо маньячке просто захотелось разрядить свою темную энергию. Сначала Салтычиха била несчастную девушку скалкой. Поглумившись над несчастной, садистка распорядилась, чтобы конюх Богомолов бил Машу кнутом и загнал в пруд по горло. Слуга сделал все, как велела барыня. В воде Петрова простояла четверть часа. Затем конюх выгнал ее с пруда и снова велел мыть полы. Но девушка, избитая до полусмерти, физически уже не могла этого сделать. Она просто свалилась на пол и не могла встать. Обозленная Салтычиха вновь стала избивать жертву, но уже палкой. Когда мучительница уставала и садилась попить чайку, палку брал конюх Богомолов. Издевательства возобновлялись с новой силой. Мария даже не могла вымолвить и пары слов, тем более просить о пощаде, она уже отходила в мир иной. И ей было все равно. В конце концов, от смертельных побоев служанка скончалась. Кровавая помещица распорядилась убрать мерзавку с глаз долой. Слуги поспешили выполнить приказ хозяйки: утащили тело в сени и отмыли пол от крови. Поздно ночью тело Марии Петровой на конной повозке тайно вывезли в село Троицкое, где ее и захоронили.

Странными были смерти всех трех жен Ермолая Ильина того самого кто донес на помещицу вместе с Савельевым. Первую звали Екатерина Семенова, вторую — Феодосия Артамонова, а третья — Аксинья Яковлева. Первых двух помещица якобы за плохо вымытые полы била по голове и прочим частям тела руками, ногами, палками, поленом. Потом приказывала бить батогами и плетками. От побоев они в разное время и скончались. Сначала Катерина — в 1759 году ее тайно похоронили в Москве на церковно-приходском кладбище, а затем в 1761 и Феодосия. Ее труп вывезли в село Троицкое и там его закопали. Третью жену Ильина — Аксинью — маньячка забила до смерти скалкой и поленом в своем особняке на Сретенке. Это произошло весной 1762 года. Когда Артамонову снесли слуги в одну из комнат, она еще подавала какие-то признаки жизни. Ее попытались отпоить вином кормилица, но напрасно. Не приходя в сознание, бедняжка скончалась. Ее тоже под покровом ночи увезли в Троицкое именье, где тайно отпел священник Петров. А Ермолая садистка грозно предупредила:

"Ты хоть в донос пойдешь, только ничего не сыщешь, разве хочешь, как другие доносители быть высеченным кнутом".

Впору было пожалеть несчастного Ильина, у которого Салтычиха отняла одну за другой трех супруг. Только Ильин забыл на следствии упомянуть одну маленькую, но существенную подробность, которая характеризует его как человека склонного к излишней жестокости и имевшего явно садистские наклонности. Ермолай самолично ругал жен за грязные полы, рукоприкладствовал и вместе с другими людьми Салтычихи хлестал их батогами и плетками.

Говорят, короля делает свита. Салтыкову окружали именно такие люди как она. Жестокие, низменные, недалекие и склонные к издевательствам. Они дополняли свою хозяйку. Ильин, Савельев, Иванов и другие. Единственным плюсом Ильина было то, что он убежал из дома Салтыковой и донес о ее зверствах. И то видимо, потому что понимал: рано или поздно его тоже убьют. Он был свидетелем трех страшных смертей.

По некоторых записям многие крепостные были отпущены в свои деревни и села, но почем-то умирали "своей" смертью по прибытию на место жительства или вовсе пропадали без вести.

В июне 1764 года были произведены повальные обыски одновременно, как и в Москве, в доме на Сретенке, так и в подмосковном селе Троицкое. В столице обыском руководил сам Степан Волков. Масштаб спецоперации был впечатляющим: допросили около 130 человек(!) Опрашивали даже жителей близлежащих домов, а также священников Введенской церкви и церкви Иоанна Белоградского, находившихся также в непосредственной близости от сретенского особняка. Некоторые из свидетелей "раскололись" в ходе допросов и сообщили даже точные даты убийств и имена и фамилии жертв жестокой помещицы.

Выяснилось, что Салтыкова совершила еще несколько жестоких убийств. Например, после продолжительных побоев скончалась 12-летняя дворовая девочка Прасковья Никитина. А после длительного истязания умерла 19-летняя Фекла Герасимова (ее тело было официально передано 1-ой полицейской команде, где убитую видели священники).

Свидетели сообщили (их было четверо), что помещица-садистка содержала своих слуг в кандалах и колодках. Другие очевидцы (здесь уже их было девять человек) сказали о том, что Салтыкова выгоняла босоногих провинившихся крестьян на снег в лютый мороз и длительное время держала их там. У некоторых после такой жестокой экзекуции случалось сильнейшее обморожение, и лекари вынуждены были потом ампутировать у крестьян конечности. Во избежание распространения гангрены. Причем без всякого наркоза, дав лишь бедолагам выпить для анестезии стакан водки. Опрошенные еще подтвердили (пять человек) что помещица лично назначала длительные телесные наказания и руководила ими, приказывая истязателям: "Бей больше!"

Правда стоит сказать, что из 130 человек 94 заявили, что они якобы ничего не знали о преступлениях Дарьи Салтыковой. Практически это 70 % от всех свидетелей. Почему они поначалу не шли на контакт со следствием. Дело в том, что они были забитыми, запуганными и сломленными духом людьми. Они не верили в торжество закона, не верили ни полиции, ни следствию. Ведь сколько раз они обращались в полицейские участки — и все напрасно! Лишь потом от рассвирепевшей барыни получали очень жестокие мучения и истязания. Но Степан Волков убедил дворовую прислугу в том, что их хозяйку на этот раз ждет самое суровое и справедливое наказание. Тем более некто иная, а сама императрица Екатерина II хочет этого. И тогда крестьяне поверили Волкову и дали новые и ценные показания на барыню.

Итак, садистка и убийца Салтыкова была документально изобличена. Но для следователей начались новые сложности. Салтычиха была состоятельным человеком, и она не жалела денег на подкупы. Она искала влиятельных заступников среди окружения императрицы и всячески мешала проведению расследования. Но многие ей отказывали в покровительстве: ведь это дело контролировала сама Екатерина II и они боялись гнева венценосной особы. Следователи на беду помещицы оказались твердыми и ответственными людьми, их нельзя было подкупить даже огромной суммой и они никого не боялись, кроме непосредственного куратора дела — Екатерины II-ой. Волкову и Цицинову порядком уже надоели закулисные игры подозреваемой, и они приняли решение лишить ее свободы. Сыщики арестовали маньячку, заключили в каземат и отстранили маньячку от управления своим имуществом и деньгам. Теперь Дарья Николаевна не могла влиять на ход расследования. Узнице мрачной камеры — оставалось лишь в яростной злобе выкрикивать ругательства в адрес Волкова и Цицинова.

Тем временем появлялись все новые свидетели, и открывалась страшная правда о кровавых злодеяниях "Троицкого монстра".

Весной 1765 года следствие в московской Юстиц-коллегии было формально окончено и направлено для дальнейшего рассмотрения в 6-й Департамент Правительствующего сената.

Следствие по делу садистки-убийцы шло еще три года. В итоге Волкову и Цицианову удалось доказать вину подследственной. В 1768 году ее приговорили к смертной казни, но Екатерина II отменила решение суда. Все-таки Салтыкова была знатного рода, и казнить видную дворянку она не решилась. К тому же Екатерина имела в Европе имидж пресвященной и милосердной царицы и не хотела его разрушать. Да к тому же ее волновало, что скажет дворянство по поводу казни помещицы. Ведь хотя Салтыкова и была жестокой убийцей и мучительницей, но она была из их круга. А казнить небожителей, привилегированный класс нельзя. Должны же быть для них какие-то исключения из правил.

Императрица пересмотрела приговор. Салтыковой была назначена гражданская казнь на Красной площади, а затем определено пожизненное заключение в подземелье Ивановского монастыря. Ее лишили дворянского звания, имущества, материнских прав. А ее верных слуг — священника Петрова, дворецкого, кучера, конюха и других слуг в тот же день высекли, заковали в цепи и по этапу отправили на каторгу в далекую и заснеженную Сибирь. Маньячку кинули в подземелье монастыря, где она и провела весь свой остаток жизни.

Надо сказать, что в ту пору монастыри в России помимо своих основных церковных функций выполняли еще и дополнительные функции — пенитенциарные. Но рядовые уголовники (воры, конокрады, грабители) в тюрьмы при монастырях попадали крайне редко. Те, кого осуждали на монастырское заточение, как правило, были или страшные серийные убийцы или сексуальные извращенцы. То есть в монастырскою тюрьму попадали те, кто совершил нечто выходящее за рамки здравого смысла, православной веры и человеческой морали. Например, в городе Суздале, в Спасо-Евфимьевском монастыре содержались сексуальные маньяки, педерасты и зоофилы. Но таких было мало, в основном массу монастырских зеков составляли еретики: раскольники, скопцы, штундисты, хлысты, жиды и прочие отступники от православной веры, а также особо важные государевы преступники.

Все осужденные монастырских тюрем подразделялись на три разряда.

Первый разряд — "Содержавшиеся под надзором". Эти узники обязаны были трудиться на самых тяжелых и грязных работах ("держать в монастырских трудах до смерти"). Хотя эти арестанты и находились в кандалах, но им разрешалось выходить из застенков и общаться с другими людьми.

Второй разряд — "Лица, осужденные на строгое содержание". Эти монастырские зеки сидели в настоящих тюремных камерах, переделанных из казематных стен и башен. Их стерегли стражники. Таким осужденным запрещалось присутствовать на службах в православных храмах в дни церковных праздников. (К этим узникам отнесли и нашу "героиню" — Дарью Салтыкову)

И наконец, третий разряд — "Секретные узники". Особая категория, которая кончала свои дни в вонючих подземных ямах, вырытых под монастырскими стенами. Сюда и относили шпионов. Таких как агент наполеоновской разведки Август Турнель.

Вплоть до XIX века в качестве исправительных учреждений использовались следующие крупные монастыри: Новодевичий в Москве, Голутвин в Коломне, Суздальский, Кирилло-Белозерский, Николо-Карельский в Архангельске, Спасо-Прилуцкий в Вологде, Антониево-Сийский, Соловецкие на Белом море и ряд сибирских — Свято-Троицкий в городе Тюмени и Свято-Троицкий Селенгинский в Забайкалье (в советское время этот монастырь продолжил выполнять свои пенитенциарные функции: здесь располагалась колония для преступников, а потом психбольница.)

В каждом из них наряду с обыкновенными камерами площадью метр на полтора (их называли "каменными мешками"), сделанными либо в ограде монастыре, либо в его стенах существовали и "теснейшие камеры" — клети-одиночки, располагавшиеся под полом. Обитателей теснейших камер содержали лишь на хлебе и воде. Сюда их привозили после сурового приговора: их били нещадно кнутами, вырывали ноздри, клеймили, заковывали в ручные и ножные кандалы. В большинстве таких землянок-казематов царила темень, и узники чрез пару лет оказывались полностью незрячими.

Но самыми страшными и ужасными считались "Земляные тюрьмы". Они находились под монастырскими башнями и представляли собой ямы, вырытые на глубине до 3 метров. Для того чтобы края не осыпались зиндан обкладывали кирпичом, камнем или бревнами. На дно для комфорта заключенного бросали солому. Крышей земляного каземата служил настил из досок, покрытый слоем земли с небольшим отверстием для пищи. В таких землянках отсутствовал свежий воздух, в них не проникал свет, стояла лишь вонь от испражнений и царила сырость, водились крысы. В таких ужасных условиях редко кто выживал. Умерших потом вытаскивали на поверхность с объеденными носами, ушами, пальцами, пятками. Страже категорически запрещалось давать узникам отраву от крыс, иначе доведенные практически до сумасшествия условиями содержания осужденные могли покончить жизнь самоубийством. Порой охранники зажимали уши, чтобы не слышать воплей заживо съедаемых крысами людей.

Государственная преступница и душегубица Дарья Николаевна Салтыкова тоже "удостоилась почести" сидеть в "земляной тюрьме".

Салтычиху любил посещать простой народ. Всем хотелось поглазеть на Троицкого монструма.

…Два паренька подошли к Ивановскому монастырю. Один рыжий, другой белобрысый. Оба босоногие и чумазые.

"Знаешь, кого здесь можно увидеть?" — спросил своего друга рыжий, тот отрицательно замотал головой. — "Знаменитую Салтычиху… Вон видишь то окошко с решеткой и с зелеными занавесками… Она там".

Белобрысый округлил глаза от удивления и заинтригованно последовал за своим другом. Паренек слышал, что эта старуха замучила насмерть много людей. Что это за чудище? Наверно похожа на ведьму. Вот бы поглядеть. Но как-то страшно туда идти! Мальчуган замедлил шаг…

Приятель его, заметив нерешительность белобрысого, с вызовом воскликнул: " Что боишься?"

Белобрысый снова отрицательно покачал головой и чтобы его не сочли за труса пошел за другом. Рыжий, как самый смелый, раздвинул занавески…

Вот она! Сидит за решеткой… Действительно старуха и действительно похожа на ведьму. Седые длинные волосы, пожелтевшее лицо, злой страшный взгляд. Увидев мальчишек, она рассвирепела, и, накинув на голову черный платок, заорала благим матом:

"У, сучьи дети, пошли вон! Чтоб вас черти унесли! Проваливайте!"

Клюка выскочила из окошка и чуть не попала Рыжему в лоб. Тот ловко увернулся. Узница в неистовстве бросилась на решетку.

"Я вам задам!" — брызгала слюной пленница.

Как ей хотелось их достать, ударить, причинить им боль. Но никак ей не добраться до них, ну просто никак. Мальчишки, понимая, что они в зоне недосягаемости стали ее дразнить:

"Салтычиха дура! Салтычиха дура! Ведьма!"

Появились другие зеваки. Они смеялись, потешались над ней. А она неистовствовала в бессильной злобе, выкрикивая какие-то угрозы и проклятия, и трясла решетку. Затем выпустив пар, задернула шторы и притаились…

Кто-то запел разудалую песенку, сочиненную про знаменитую узницу:

Салтычиха-болтычиха,

И высошная дъячиха!

Власьевна Дмитровна Савивша,

Давишна барышня!

А у нас пироги горячи, горячи!

С рыбкой, с язычком

С говядиной, яичком!

Пожалуйте у нас

Для вас в самый раз!

В нашей лавке атлас,

Канифас,

Шпильки, булавки,

Чирьи и бородавки!

Салтычиха снова разразилась бранью в адрес собравшихся, но не открывала занавесок. А люди все продолжали смеяться и дразнить кровавую помещицу. Им было ее ничуть не жаль. Да и чего ее жалеть — сколько невинных душ загубила!

Дарья Николаевна прожила в монастыре тридцать три года, родила ребенка от неизвестного истории караульного, а раз в неделю по воскресным дням ее выпускали посмотреть на купола Владимирского храма. К алтарю убийцу не подпускали: руки-то были у нее по локоть в крови! И грехов на ней тьма — жизни не хватит, чтоб их искупить!

Надо отдать должное могучему здоровью Салтычихи. Жившая в таких тяжелых условиях она умудрилась не заболеть какой-нибудь опасной и неизлечимой болезнью и от этого умереть. Простуда и инфекционные болезни тоже обходили ее стороной. Он даже пережила своих двух сыновей. Обычно про такие случаи в народе говорят: "хорошее наследственное здоровье". И в правду, дед ее Автоном Иванов был могучего телосложения и очень силен. Но только наследственное здоровье и физическая сила Дарьи Николаевны Салтыковой не пошла на пользу людям. Эта мощь была не доброго, а разрушительного дьявольского свойства и стала кошмаром для сотни людей. Да и самой обладательнице этой злодейской мощи она не принесла ничего хорошего, лишь только проклятие людей, церковную анафему, позорный столб на Красной площади, пожизненное заключение в монастыре да недобрую память на долгие века. Знал бы дед Автоном, кем станет его внучка Дарьюшка, так сроду бы не имел детей. Ославила его Дарья, так ославила. На весь белый свет. Да еще и на мир иной. Не раз наверно в гробу дед перевернулся, наблюдая за злодеяниями своей внучки.

Умерла повинная мучительница в возрасте семьдесяти одного года и была похоронена на кладбище Донского монастыря. Там до сих пор ее мраморный саркофаг находится. Был там и автор. И убедился — это место источает злую энергию. Подойдешь к нему чувствуешь — что-то здесь не так, что нехорошее в воздухе витает. И как-то не по себе сразу становиться. До сих пор видимо Салтычиха отрабатывает в аду за свои преступления, вертится как уж на сковородке. Да и поделом ей пусть помучается, как мучились ее жертвы.

Однажды участников популяроной телепередачи "Битва экстрасенсов" привезли в Теплый Стан на место, где раньше находился село Троицкое и особняк Салтыковой, и попросили представить картину некогда происходящих событий. Ведущий никому из участников турнира не раскрыл тайны о том кто здесь жил и в какие времена. И вот один из экстрасенсов, закрыв глаза, после недолгой паузы начал рассказывать:

"Здесь стоял хозяйский дом, а там пруд обмелевший — раньше он был глубже… А вот еще картиночку вижу — на берегу сидит девушка в белой сорочке и по щекам ее бегут слезы…"

Стоп, а не наша ли это героиня Варвара сидит? Та самая, которая нашла свою смерть, жуткую, лютую в этом пруду. По-моему, это она — собственной персоной, вернее, ее бестелесный призрак. Видимо, время от времени спускается с небес наша утопленница, идет к берегу, усаживается на залитую солнцем изумрудную травку и горько оплакивает свою несчастную судьбу. Может в ту пору и жених у нее завидный был, и свадьбу веселую они хотели сыграть, может мечты какие-то она заветные, девичьи имела, и о счастье своем женском, наверное, грезила. Кто знает. Все было у нее впереди. Молода она была, красива. Добродушна, радостна. Счастья бы ей, пусть не женского, а человеческого! Но злой рок в образе Дарьи Салтыковой вмешался в ее судьбу. Оборвалось на этом пруду нить девичьей жизни. Ради развлечения, ради удовольствия маньячки-барыни. А сколько здесь в этом зловещем месте невинно убиенных душ летает — не счесть! Задушены, замучены, утоплены. И во всем виноват Троицкий монстр — Салтычиха!

Не обретя женского счастья, маньячка-садистка выместила свое зло и разочарование на других людях, лишив их навсегда права на счастье.

По иронии судьбы в 30-е годы ХХ века в бывшем имении Дарьи Салтыковой размещалось управление НКВД СССР. Видимо место, где проливается море человеческой и безвинной крови никогда не пустует, а привлекает все новых и новых истязателей.

ГЛАВА 6 ДЖЕЙН ТОППАН.

"ВЕСЕЛАЯ ДЖЕЙН"

Высшая моя цель — убить как можно больше людей.

Как можно больше больных людей. Мне хотелось

убить всех на свете!

Джейн Топпан

Джейн Топпан (настоящее имя — Хонора Келли) появилась на свет в 1857-м. году в семье ирландских иммигрантов в городе Лоуэлл, штат Массачусетс.

Ее семья в свое время перебралась в США не по своей воле.

С середины сороковых годов в Ирландии затеялся аграрный переворот. После отмены в 1846 в Англии "хлебных законов" сразу же резко упали цены на хлеб. Это стремительное и неожиданное для всех падение спровоцировало ирландских землевладельцев начать срочный переход от мелкой крестьянской аренды к крупному пастбищному хозяйству. По стране начался бум гонения на мелких арендаторов. Их попросту выживали с наемной земли. Эта процедура тогда называлась "очисткой имений". Упразднение "хлебных законов", стагнация цен на хлеб и болезни картофеля (а он был основной культурой у ирландских крестьян), привели к ужасающему и массовому голоду. Люди мерли, как мухи. Голод продолжался с 1845 по 1849 годы. В результате его погибло около одного миллиона человек(!) Тут же увеличилась и эмиграция. В период с 1846 по 1851 годы страну кельтов покинуло полтора миллиона граждан (в том числе и семья Келли). В результате за десять лет (1841–1851 гг.) население Ирландии сократилось аж на треть (!)

Но переезд за океан кардинально не повлиял на благосостояние семьи Келли. А потом и вовсе омрачился трагедией: мать Хоноры — Бриджит Келли умерла от чахотки совсем молодой. За воспитание маленькой девочки взялся ее отец Питер Келли. В своем районе он был известным дебоширом и пьяницей. За крутой нрав его прозвали "Сумасшедший Келли". Чуть что он пускал в ход свои вечно зудящие и охочие до драки кулаки. А иногда и голову: это был его коронный прием — бить лбом в лицо или челюсть сопернику. Башка-то твердокаменная, а ней — никаких мозгов! Питер Келли точно был настоящим ирландцем. Дикий, буйный, горячий. Если пить — то до чертиков, если драться — то до победного конца! Поговаривали, что и с головой у него было не все в порядке.

Джейн и ее сестра Делия Жозефина вечно болтались у него под ногами и мешали вести разгульную жизнь. Когда Джейн исполнилось 6 лет, он решил избавиться от нее и ее сестры. Детей он направил в Бостонский женский приют для девочек-нищенок, основанный в 1799 году госпожой Ханной Стиллман. Больше бедные сестры не видели своего папашу. Надо ли говорить каково было сестрам в этой богадельне. Им вечно доставалось от воспитателей и более старших девочек. Их унижали, гнобили, наказывали. Сестры плакали втайне, но терпели приютский ад: им пока не было выхода из него.

А в это время умер в припадке безумия их непутевый папаша Питер. У него часто случался алкогольный делирий, в простонародье — "белая горячка". Однажды после недельного запоя он резко прекратил пить — и через день у него после непроходящего и тяжелого похмельного синдрома обострилась эта дьявольская болезнь. Сначала у Питера возникли зрительные галлюцинации, где фигурировали черти, сатана, тролли и какие-то враги, а потом — и слуховые. Теперь он стал слышать и речь нечисти. Келли принялся громко спорить с фантастическими существами, ругаться, оскорблять, и не выдержав нахальных "оппонентов", схватил топор и начал за ними гоняться… Кричал, что всех их сейчас порубит на мелкие куски! Можно представить какого страха натерпелась его сожительница, когда Питер бегал с топором по дому, а потом и по двору. К счастью бедная женщина спрятались в сарае, и сидела там тихо как мышь. Затем с Питером случились судорожные припадки. Он упал, затрясся, забился в конвульсии, захрипел, пена пошла из-за рта и он… отправился на небеса.

Когда Джейн узнала о гибели отца, то не сильно переживала. Она даже ему покойному не могла простить его решения избавиться от них и сдать в приют. Жизнь в детском учреждении не доставляло ей радости. Она так мечтала, чтоб кто-то ее удочерил.

Через год, казалось, в ее судьбе наметились перемены к лучшему. Хонора попала в услужение в усадьбу миссис Энн Топпан. И хотя по официальным бумагам она не была удочерена, миссис дала ей свою фамилию и новое имя. Отныне ее стали звать Джейн Топпан.

Но поменяв приют на усадьбу Джейн (бывшая Хонора) не улучшила своего положения. Здесь она вкалывала как Золушка. А ее приемная мать Энн и приемная сестра — Элизабет соответствовали по своим повадкам и характеру злой мачехе и ее дочери из знаменитой сказки Шарля Перро. Они придирались к ней, заставляли делать всю грязную работу, наказывали и морально давили на ее психику: мол, пусть скажет им спасибо, что забрали из приюта. И если она будет перечить им, то ее выкинут на улицу вместе с ее любимой куклой.

Эту куклу ей подарил соседский мальчик Томас. Тоже ирландец по национальсти. Там в Лоуэлле. Еще до отправки в бостонский детдом. Они были по-детски влюблены друг в друга. Часто обменивались мелкими презентами и знаками внимания. То он ей подарит полевой цветочек, то она ему — фантик от конфеты. Или обменяются поздрпаительными открытками. Мальчик часто болел и лежал в постели. Как-то (а это было 17 марта) она пришла к нему в гости поиграть. Родители были на работе. Он был болезненно бледен, но расцвел, когда пришла Хонора. И тут девчушка от восхищения остолбенела: она увидела среди его игрушек красивую небольшую фарфоровую куклу в белой шляпке в зеленом платье.

"Ах…" — только и вырвалось из ее груди: так девочка была очарована игрушкой.

Мальчик сказал, что это ей. Подарок. На день святого Патрика.

"Мне?!" — изумилась Хонора. — "Я так тебе благодарна, Том!"

Она поцеловал в порыве благодарности мальчика, и прижалась к нему всем детским тельцем. Волна наслаждения нахлынула на детей. Им так было приятно прижиматься телами. Хонора даже почувствовала сексуальное возбуждение. Затем девочка наивно спросила мальчика:

"А ты меня любишь Том?"

Мальчик кивнул головой. И тихо произнес "да".

"А когда мы вырастем, ты женишься на мне?"

Том слегка покраснел, но сказал снова "да".

Хонора была на седьмом небе от счастья. Она снова подарила ему поцелуй и убежала с подарком домой. Потом она часто приходила к мальчику в гости. Их детская любовь крепла. Они по-прежнему обнимались, целовались, прижимались друг к другу. Даже показывали интимные части тела. Вот тогда маленькая Хонора и поняла, чем девочка отличается от мальчика. Она очень любила лежать в обнимку с Томасом. Ей было так от этого неизъяснимо приятно и волнительно…

В поведении Хоноры не было ничего странного. Именно в этом возрасте девочки вступают согласно классическим канонам психоанализа в латентную фазу психосексуального развития. У них появляется интерес к сверстникам. К дружеским отношениям. Часто они играют во взрослую любовь, представляют себя женихом и невестой. Даже предлагают себя в качестве жен. Да ничего необычного не было в сексуальном поведении девочки, но те ощущения и действия которые происходили во время их "супружеских" возлежаний на кровати потом дадут о себе знать и кардинальным образом повлияет на ее психику и ее сексуальные предпочтения. Но это будет потом, а сейчас…

Все было хорошо в отношениях между Хонорой и Томом, но в один прекрасный день случилось нечто ужасное…

Было воскресенье. Апрель. Галдели птицы, светило солнце. Радостная Хонора как всегда со своей любимой куклой в руках зашла в дом Томаса. Там ее встретили бледные и печальные родители мальчика.

"А где Томас?" — спросила девочка.

Отец мальчика закашлялся и опустил вниз глаза, а мать заплакала. Еще ничего не подозревающая девочка толкнула дверь в спальню Томаса. Кровать его была аккуратно заправлена, а самого мальчика в ней не было.

"А где он?.." — беспомощно посмотрела на взрослых Хонора.

Сердце ее сжалось от нехорошего предчувствия. Женщина еще пуще заплакала, а мужчина поднял печальные глаза на девочку и убитым от горя голосом сказал:

"Нет больше Томаса. Бог его забрал на небеса…"

Когда до Хоноры дошел смысл сказанного, она зарыдала, а потом упала на пол в истерике. Можно представить, как переживала смерть любимого друга девочка. А не ела, не спала, замкнулась в себе… Плакала… А потом отец ее отправил в приют. После она, повзрослев, узнала, от чего умер Томас. И как это болезнь называется. По научному ее называют "лейкемия", а в простонародье — "рак крови". Болезнь коварная и страшная. Вот она и забрала ее первую любовь — Томаса. А куклу она сохранила, она была с ней всегда и повсеместно и в приюте и в доме семейства Топпан.

Но вот однажды ее Элизабет отчитала Джейн за недостаточно чистую посуду, а ирландка вспыхнула, вспылила и наговорила в ответ сестре много-много ужасных слов. В свою очередь Лиза возмутилась недостойным поведением "Замарашки" и с криком "ах, так!" побежала в ее спальню. Оттуда она вернулась с победоносным видом. В руках она нервно сжимала любимую куклу Джейн.

"Смотри, что я сделаю с ней, дрянная девчонка! Будешь знать, как со мной пререкаться!" — с этими словами Элизабет со всего размаха ударила куклу по перилам лестницы ведущей на верхний этаж.

Голова игрушки разлетелась вдребезги! Фарфоровые осколки посыпались сверху на Джейн. Та обезумела от горя. Словно ей разбили голову, а не кукле. Или полосонули по сердцу ножом. Она чуть не физически почувствовала, что потеряла что-то самое близкое, родное и самое дорогое.

И тут ирландская кровь взыграла в жилах Хоноры Келли! И вселилась в нее ярость буйного отца Питера. Девчонка взлетела по лестнице вверх стремительнее ветра и будто заправский борец сделала "проход в ноги" сестре… Так иногда делал ее папаша, когда начал с кем-то драться. Это был один из самых его любимых приемов. Вероятнее всего этому приему он научился, играя в набиравшую тогда моду на Британских островах игру "Английский городок" (будущее регби). И вот Джейн, обхватив на уровне подколенного сгиба ноги сестры, рывком оторвала их от паркета и навалилась всем телом вперед… Элизабет грохнулась на пол и сильно ударилась головой. Сверху на нее навалилась Джейн и словно фурия вцепилась в волосы. Если бы не Энн Топпан вовремя прибежавшая на шум, то несдобровать бы ее доченьке Элизабет. Живого бы места от нее не осталось, так яростна и сильна была взбешенная кельтка. Она даже вполне могла убить обидчицу. Энн еле оттащила Джейн от дочери. И то та не разжимала объятий, и несколько метров Энн пришлось протащить их вместе — победительницу и побежденную. С поцарапанным лицом, шеей, с поврежденными волосами, синяком под глазом, здоровущей шишкой на голове и сотрясением мозга противник Джейн Топпан с позором удалился в свои покои зализывать свои раны.

Да, Джейн тогда здорово попало от приемной матери, но после этого случая Элизабет долгое время обходила буйную ирландку. А потом если придиралась, то делала замечания осторожно и не повышая голоса.

А вот родная сестра Джейн — Жозефина лишь в возрасте двенадцать лет покинула Бостонский приют (1868 г.) и стала служанкой в одной богатой семье Нью-Йорке. Потом ее хозяева обвинили в краже и выгнали. Она пошла на панель, жила в убогом доме, в убогой обстановке среди пьяниц и проституток и умерла от хронического алкоголизма. Жозефина Келли повторила так сказать судьбу своего отца — Питера Келли. Яблоко от яблони недалеко падает. Вот так Джейн Топпан стала круглой сиротой. Ни матери, ни отца, ни сестры, ни дальних, ни близких родственников. Надейся сам на себя.

И Джейн выживала. У нее было хорошо развитое воображение, она умела виртуозно лгать, умела фантазировать. Причем она это делала весьма виртуозно, никто не мог распознать ее ложь. При этом она могла мило улыбаться и казаться доброй и кроткой. Если происходили какие-то неприятности, происшествия или спорные ситуации Джейн умела выкрутиться и обвинить кого-то в своих неудачах и бедах. Она умела переводить стрелки даже на ни в чем неповинного человека. Она никогда не была виновата, виноваты были другие люди. Она повзрослела и поняла: что нет никакого толку ссориться, драться, выяснять отношение, можно просто изображать из себя паиньку и втихомолку делать свои дела. Можно допустим тихо отомстить кому-нибудь.

Как-то она подсыпала своей старшей сестре Лизе в суп слабительное средство, так та, бедная, целый день бегала в туалет. Мама Энн подумала, что продукты для супа были несвежие, и что ее любимая дочурка отравилась. Вот так. Раньше Джейн, если выходила ссора с сестрой кидалась на нее с кулаками или тряпкой. Тратила физические силы, нервыные. Теперь было все просто. Если вышла ругань с Элизабет — не беда! Немного порошка в суп — и обидчик на целый день унижен. А однажды в чай Элизабет она добавила изобретенную ее смесь… Эффект был потрясающий! Ненавистная сестра три дня не выходила из уборной. Похудела, осунулась, побледнела как стена, под глазами — черные круги, в итоге сбросила целых пять килограмм. Опять отравление списали на некачественные продукты. Вот Джейн тогда забавлялась. Целых три дня! И злорадствовала: "Поделом тебе, сестра, поделом! Нечего было меня донимать своей грязной посудой и невытертыми полками!"

В этот период Джейн первый раз задумалась о том, чтобы отравить приемную мать и сестру, а дом забрать себе, но потом переменила свое решение. Почему? Она пока просто не знала, каким ядом можно отравить их. И какой он должен был быть концентрации, чтобы убить их враз и наповал. В общем, без шансов на спасение. Вот почему Джейн заинтересовалась медициной.

Что касается ее взаимоотношений с противоположным полом, то здесь были сплошные неудачи. Джейн склонная к полноте не вызывала пристального интереса у мальчиков. Так поиграть к ней подходили, а вот поцеловать или обнять — так других девочек. Ей это было обидно. Неужели она хуже всех.

Она все чаще вспоминала свою первую любовь — Тома. Как она прижималась к нему, как гладила его по лицу, целовала…

Потом случилось вообще конфуз. Она все-таки нашла того молодого человека который заявил, что любит ее и готов на ней жениться. Джейн была счастлива. Будущее рисовалось в радужных красках. Наконец-то она обретет семью, и съедет от своей ненавистной матери и сестры к мужу. Она уже готовилась к свадьбе, но в самый последний момент жених сбежал из-под венца. Джейн была опозорена на весь свет. Энн и Элизабет Топпан злорадствовали и посмеивались над ней. Тогда ирландка возненавидела всех мужчин, да что там мужчин — всех людей.

И вот когда Топпан повзрослела, то начались ее "подвиги". Она решилась на убийство ни в чем неповинных людей, причем больных. Почему Джейн начала убивать их. Может это была месть за то, что ее бросили, за то, что унижали? Вполне вероятно, что так. Ведь говорят: нельзя загонять кошку в угол иначе она станет настоящим тигром. Вот Джейн и загнали в угол на свою голову. Это как же надо было унижать человеческое достоинство, чтобы Топпан решилась на страшное преступление — убийство. К тому же ее личная жизнь не сложилась, да и в сексуальной сфере у нее были проблемы. Вот эти причины и послужили детонатором для смертоносной бомбы по имени Джейн Топпан — ликвидатора взрослых и детей.

Топпан начала свои страшные эксперименты и убийства в 1885 году после обучения на курсах медсестер в Кембриджской больнице. А пойти на эти курсы ее натолкнула история одной знаменитой отравительницы жившей в XVII веке во Франции. Звали ее маркиза Мари Мандел д'Обре де Бринвилье.

В 1666 году маркиза и ее любовник Годе де Сен-Круа задумали убить ее богатого отца — Антуана Друа д' Обре, чтобы унаследовать огромное состояние. Маркизе вечно не хватало денег на украшения, платья, аксессуары — в общем, на ведение аристократической жизни. Эта идею поддержал и ее бой-френд Годе. Дело в том, что отец Мари однажды посадил его в тюрьму с целью разлучить с дочерью. Сен-Круа пошел к одному другу алхимику по имени Глезер и попросил его сделать ядовитый порошок на основе мышьяка. Тот сделал.

Прежде чем дать отраву дорогому папеньке маркиза решила потренироваться. И где думаете вы? В одном из благотворительных госпиталей Парижа. Она поступила туда сестрой милосердия. Она присаживалась на краешек кровати больного с выражением сочувствия и заботы и кормила его разными вкусностями. А эти деликатесы она "перчила" и "солила" своим ядовитым порошком. Естественно, отведав приправленного смертельным зельем кушанья, пациенты дружно умирали. Мари поняла, что испытания прошли успешно и вскоре отправила на тот свет своего отца и благополучно вступила в права наследования. Правда, погорела потом на своем любовнике Сен-Круа. Взяла, отравила его, а у него потом полиция нашла ее любовные письма. Ухватились следователи за ниточку(письма) — клубок (убийство) и распутался. Маркизу разоблачили, осудили и казнили, но не в этом собственно дело.

Дело в том, что Джейн, изучая эту историю, уцепилась за идею маркизы быть сестрой милосердия и тренироваться на больных людях. Ведь они беспомощны как дети, физически и иногда психологически ослаблены, порой не встают с постели. Какие они противники для нее, даже для слабой женщины как она. К тому же медицинский работник вхож в палаты с пациентами и ему они безгранично доверяют. И можно творить все, что ты захочешь. Любое лекарство или укол больной воспримет как должное и не противоречащие его здоровье — ведь это назначено лечащим врачом. А если вместо лекарства дать хворому человеку какой-нибудь яд? Или вместо инъекции витаминов вколоть смертельную дозу какой-нибудь отравляющей смеси. И если прикованный к постели пациент умрет, то вряд ли подозрение падет на медсестру. Спишут на естественную смерть.

Так что спасибо незабвенной маркизе Мари Мандел д'Обре де Бринвилье за две подсказки. Джейн Топпан их хорошо усвоила. Первая — то, что надо устроиться медсестрой в какой-нибудь госпиталь и экспериментировать над больными людьми. А вторая — то, что с помощью мышьяка можно тихо и незаметно устранить любого человека. И это сделать можно сразу или в течение нескольких месяцев. Остается только дело за малым — стать сестрой милосердия. А для этого нужно пойти на курсы медсестер и закончить их. Вот так и возникли на ее жизненном горизонте медкурсы в Кембриджской больнице. Топпан их успешно закончила. А потом долгожданная практика.

Она ставила свои страшные опыты над больными людьми, не испытывая никаких мук совести, лишь только удовлетворяя раз за разом профессиональное любопытство. Она вкалывала пациентам то морфин, то атропин. Она вводила наркотические смеси и экспериментировала. Часто меняла предписанные врачами дозировки. Смотрела реакцию людей на лекарства. Как реагирует нервная система, кровеносная, пищеварительная. Джейн проводила много времени с пациентами наедине, делая им уколы и давая таблетки. И даже ложилась с ними в постель. Иногда вступала с ними в интимные отношения. Но именно в тот момент, когда пациенты находились в бессознательном или наркотическом состоянии. Или на грани смерти. Поэтому задача ее была такова — ввести объект в невменяемое состояние и воспользоваться его телом. Это редкий случай женщин-маньячек. Цель ее — извращенные сексуальные отношения, или по-научному перверзия.

А что такое сексуальная перверзия? Это любой вид взрослого сексуального поведения, где гетеросексуальный половой контакт не является желанной целью. Зигмунд Фрейд употреблял и отдавал предпочтение в своих научных произведениях словам "перверзия", а не словам "аномалия" или "отклонение". Почему? А на том основании, что такого рода поведение — есть результат неправильного (искаженного) развития либидо и психической субстанции "Я".

Психоаналитики считают, что сексуальные перверзии выполняют защитную функцию для человека. Они помогают индивидууму бороться со страхом и тревогой, справляться с ними, вытеснять их и избегать. Источник тревоги или страха варьирует от одного сексуального отклонения к другому. По психоанализу перверзия — это нереализованный негатив от неврозов. Если больной неврозом человек вытесняет свои фобии, то перверзный больной реализует в реальности эти невротические импульсы. Другое крыло специалистов по психоанализу утверждает, что перверзный больной регрессирует к инфантильной сексуальности (вспомним пять фаз психосексуального развития по Фрейду), а невротик использует другие психологические защиты вместо того чтобы на пару с перверзным регрессировать. Оба научных утверждения имеют в виду, что перверзное поведение индивида — это есть возрождения одного из составных инстинктов, которые образуют инфантильную сексуальность и из которых формируется взрослый гетеросексуальный инстинкт.

Есть и третья точка зрения на данную проблему. Дело в том, что ребенок уже изначально полиморфно перверзен ("полиморфный" — значит многовидный, многообразный, многоформеный), и отклонения представляют собой регрессии от одной или к другой перверзной предрасположенности инфантильной сексуальности. Согласно классике психонализа, инфантильные сексуальные желания ребенка не концентрируются в каком-либо одном направлении, а они относятся к различным эрогенным зонам.

Несмотря на эти исчерпывающие объяснения о различии невротика и перверзного больного, не существует мало-мальски какого-нибудь удовлетворительного объяснения, почему одни индивидуумы становятся перверзными личностями, а другие — невротическими. Почему у кого-то включается одна психологическая защита и вытесняет невротическую реакцию, а у другого врубается иная психологическая защита, которая запускает в дело перверзные реакции.

То есть пошли к субстанции "Я" дикие сексуальные импульсы, а там "Я" должно под влиянием "Супер-Я" (мораль, социальные запреты) решить, как сопротивляться. Какую психологическую погранзаставу поставить на пути бесцеремонного и первобытного "Оно" (инстинкты). Бывает, перепутались, замкнули не те клеммы в субстанции "Я" и вот уже по мозгу побежал "перверзный" ток либидо, в другой раз снова перемешались провода-нейроны и соединились — и теперь уже в голове бьет иной ток, невротический, вытесненный. Человек — это арена борьбы сознательного "Я" и бессознательного "Оно". Кто побеждает тому и венок лавровый. Победила "Я" — человек психически адекватный. Реализует свои способности, становится чемпионом Олимпийских игр, доктором наук, успешным предпринимателем, знаменитым художником, актером, музыкантом, занимается благотворительной деятельностью и меценатством. Выиграло "Оно" — человек психически неадекватен. Такие люди реализуют свои способности в другом направлении. Они превращаются в душевнобольных, убийц, садистов и маньяков. А победителей, как говорится, не судят. Лишь потом по истечении какого-то времени (столетий, эпох) история и мнения людей рассудят "чемпионов" с той или иной стороны по-справедливости и растовать все точки над "И".

Психологи квалифицирует перверзии как поведенческие расстройства на том основании, что "симптомами" здесь является доставляющее удовольствие поведение, в отличие от невротических симптомов, которые приносят страдания. Сексуальных перверзий на белом свете весьма много: гомосексуализм, эксгибиционизм, вуайризм, фетишизм, нарциссизм, садизм, мазохизм, педофилия и так далее.

У нашей "героини" была перверзия, не входящая в перечисленный список. О том, как она называлась, ее признаки и особенности, мы расскажем попозже. А пока продолжаем плыть по спокойному течению реки-биографии Джейн Топпан.

…В 1889 году Джейн по рекомендации устроилась в Массачусетский общий госпиталь, где потом разделалась с несколькими пациентами. Чтобы скрыть следы преступления она спешно уволилась.

В 1890 году Топпан ненадолго вернулась в Кембриджскую больницу. Оттуда ее вскоре уволили за то, что она по неосторожности выписала пациенту опиаты. По неосторожности ли? Вполне вероятно маниакальная медсестра пыталась ввести жертву в беспомощное состояние и попользоваться им. Но бдительные коллеги не дали состоятся новому преступлению.

Для справки: Опиаты — это наркотические алкалоиды опиума. Существуют и опиоиды — группа препаратов, оказывающих на организм человека эффект, похожий на действие опия. Часто опиатами называют алкалоиды мака и его производные, а опиоидами — их синтетические и полусинтетические производные и аналоги. К опиатам относятся как естественные алкалоиды опиума морфин, кодеин, наркотин, тебаин, так и их полусинтетические производные (такие как героин (диацетилморфин), дигидрокодеин, деземорфин). Источник опиатов — мак, опиум. Джейн знала. Всего три-пять инъекций наркотика и человек привыкает к нему. Опиаты угнетающе действуют на иммунную систему, что влечет за собой риск развития инфекционных заболеваний, имеются данные о том, что героин усиливает выделение кальция из организма, что приводит к хрупкости костной ткани, выпадению зубов.

Ей иногда нравилось медленно убивать жертву на протяжении долгого времени. Чтоб у нее выпали зубы, а кости стали хрупкими и у жертвы при неудачном падении легко сломает себе какую-нибудь конечность. Может и руки, и ноги. И смерть подопечных при длительном отравлении выглядела всегда естественно. Болел, болел человек и вдруг умер. С кем не бывает.

…Джейн недолго переживала свою неудачу. Уволили из Кембриджской больницы — ну и ладно. Не смертельно. Начинается ее карьера частной медсестры. Не смотря на поступающие жалобы о ее мелком воровстве, она успешно работала с пациентами. Приятная в общении, она нравилась больным. "Веселая Джейн" — так любовно называли ее пациенты. Знали бы они, что это за веселая Джейн на самом деле вряд ли бы им стало до веселья. А некоторые, которые погибли от милой общительной медсестры, так и не узнали, что причиной их смерти была их заботливая и жизнерадостная ирландка.

"Убить как можно больше людей — беспомощных людей, чем любой другой мужчина или женщина, которая когда-либо жила…" — так потом Джейн Топчан объясняла мотивы своих преступлений.

В 1895 году Джейн отравила своих домовладельцев. Ей опять все сошло с рук. Никто на нее и не подумал. Джейн стала профессионалом. Она научилась тихо и без излишних подозрений умерщвлять людей. Не зря она на отлично окончила курсы сестер милосердия, не зря она изучала психиатрию, психологию и фармакологию, не зря тренировалась на пациентах. К каждой жертве она подходила индивидуально. Подбирала вещества, дозировку, количество инъекций и приемов. Ей совершенно было без разницы кого убивать. Взрослых, детей или стариков.

Однажды ее пригласили ухаживать за больной полиомиелитом девочкой. И что из этого вышло.

…Джейн посмотрела на спящую шестилетнюю девочку. Какая она хорошенькая. Золотистые волосы, ангельское личико. Ребенок, вылитый голубок. Добрый, чистый, доверчивый, не сделал никому зла. А она — исчадие ада. Ей сделали много зла, и она отвечает тем же. Зло за зло. Это по ее мнению справедливо. Даже очень справедливо. Этот златокудрый ангелочек должен сегодня отправиться в мир иной. Она так решила — чистильщик мира от людей Джейн Топпан. Она сама придумала себе и утвердила право убивать невинных и больных граждан. А больных легче убивать: они беспомощны и ни о чем не подозревают. Таков уж стереотип людской — если женщина медсестра значит ей можно доверять. Белый передник и косынка с красным крестом снимает все сомнения и подозрения у больных.

Итак, она постановила: девочка должна немного помучившись умереть. Так как ребенок — невинная жертва, господь приведет его в рай. Для Джейн Топпан врата рая закрыты раз и навсегда, за ее многочисленные преступления ее ждет ад. Она об этом знала. И она никогда не исправиться, она будет убивать людей снова и снова. Умертвить как можно больше людей — вот ее сверхзадача. И пока она с эти успешно справляется.

Мать девочки находилась на работе и должна была прийти поздно вечером. Так что у Джейн имела достаточно времени, чтобы с чувством, с толком, с расстановкой расправиться с беспомощным ребенком. И заодно удовлетворить свою извращенную похоть. Что поделать — перверзная она личность и привыкла удовлетворять свою похоть извращенным способом. Да она не только маньяк, но и извращенка. Не от мира сего она. Она — Джейн Топпан!

Да, знала бы мать девочки, в какие руки она отдает своего ребенка — никогда бы в жизни больше не согласилась на это. Ведь руки ее не руки человеческие, а лапы с когтями зверя-душегуба.

Медсестра с замиранием сердца подошла к кровати пациента. Девочка спала. Она набрала в шприц наркотическую смесь, разбудила девочку. Сказала, что нужно сделать укол.

"Будет больно, не хочу", — захныкала девочка.

Но Топпан сказала, чтобы та потерпела. Скоро маленькой пациентке полегчает. Доверчивая душа эта девочка. Она даже не подозревала, что ей приготовила злая тетя. И вот Джейн сделала укол. Девочка ойкнула, зарыла глаза и впала в беспамятство. Топпан увидела ее безумные глаза и почувствовала возбуждение. Жертва бредила, а маньячку это возбуждало.

"Мама, мама", — звала девочка в беспамятстве.

Счастливая — у нее есть мама, а Джейн свою родительницу не помнить совершенно. Детская память включается в шесть лет. А до этого ничего ребенок и не помнит, только в том случае если ему причиняли сильную боль, болезненный укол, повреждение. Тогда помнить.

Когда Джейн "насытилась" ребенком, то сделала девочке смертельную инъекцию. Девочка закрыла глаза и тихо и моментально умерла. Говорят во сне легче умирать: не чувствуешь боли. Получается, Джейн была "милосердна" и "пощадила" девочку. Облегчила ядовитой дозой жертве страдания. Джейн ощутила снова прилив возбуждения. Потрогала девочку: мертва. И снова сумасшедший оргазм. Придя в себя, маньячка пошла на кухню.

Для мамы жертвы коварная медсестра приготовила особое питье. Любимый этой женщиной томатный сок. В него Джейн подмешала отраву. Придет мама девочки, Топпан скажет, что малышка спит, не стоит ее беспокоить, и напоит мамашу соком. Что потом будет — уже известно. Не пройдет и минуты как женщины не станет на земле, она умрет в ужасных муках. Топпан инсценирует так, что все подумают на мать ребенка. Устала от жизни, умертвила ребенка и сама покончила жизнь самоубийством.

Так и произошло… Раздался звонок в дверь. Пришла вторая жертва — мать девочки. Она не знала, что скоро ее жизнь оборвется. Лишь только выпьет стакан томатного сока — и все… Топпан, злорадно улыбнувшись, пошла открывать дверь.

…Спустя некоторое время отравительница подошла к жертве. Женщина будто уснула за столом. В руках она крепко держала стакан с недопитым томатным соком. На самом деле она не спала, а была мертва. Ее палач — Джейн Топпан оторвала кусочек журнала "New-York Daily Times" и насыпала на него немного ядовитого порошка. Положила рядом с женщиной: пусть полицейские криминалисты думают, что это ее порошок и, следовательно, это она убила своего ребенка и наложила на себя руки.

Джейн сменила форму сестры милосердия на гражданскую, забрала свою сумочку и осторожно вышла из квартиры, тихо закрыв за собой дверь. Небольшое усилие — и замок защелкнулся.

Топпан была довольна собой: так идеально убить — не у каждого получиться. Она — "бесшумная" убийца. И очень "милосердная". Она же не резала своих жертв кухонным ножом, не разрывала их тела крупнокалиберными пулями, не душила чулками или шнурами от утюгов. Жертвы умирали спокойно, особо не мучаясь, не зная в лицо своего убийцу.

Психологи давно уже пытаются разобраться в том, какие черты личности присущи всем отравительницам? И вот что получается. Такие душегубы пытаются всегда скрыть то, что он делает, в отличие от тех, кто делает это открыто: стреляет, колит ножом, душит. Это — "заботливые" и тихие убийцы. Часто это кто-то из членов семьи или кто-то близких, может, даже вхож в семью — в общем "свой". Яд подсыпается близкому человеку месяцами, иногда на это уходит целый год. Злодей наблюдает за тем как угасает жизнь человека. Яд — оружие подлых, трусливых, скрытых и не уверенных в себе людей. Данные изверги не ведают мук совести и сожаления по поводу содеянного. Они даже не раскаиваются в содеянном, хотя некоторые могут верить в Бога, хотя, что это за верующий если он нарушает основные законы Всевышнего. Отравитель — человек, стремящийся к власти над людьми, но своеобразным извращенным путем. Зачастую, он или она — двуличное существо (вспомним, как жертвы воспринимали и называли улыбчивую мисс Топпан — "Веселая Джейн"), к тому же бывают обыкновенными психопатами.

Один мужчина-маньяк (это было в России) травил таллием всех тех, кто что-то плохо ему сделал, оскорбил или нагрубил, так сказать задел его честь. Это были и коллеги по работе, и соседи на лестничной площадке — даже целая семья. А первыми жертвами маньяка стали его дочь и жена. На дочери он "тренировался": проверял, как действует яд. Он подсыпал токсичное вещество в суп, салаты, чай, кофе. Девочка с каждым днем таяла, слабела, у нее стали выпадать волосы — врачи бессильно бились над тем, чтобы правильно диагностировать болезнь. Они не знали, от чего умирает ребенок. Сначала думали что грипп, потом неизвестная инфекция. А вот отец знал этиологию болезни и с интересом наблюдал, как мучается его дочь и погибает. Он даже возил ее к врачам, в больницу, показно заботился. Он мог дать антидот (противоядие) — и девочка бы выжила, но он довел свой страшный и бесчеловечный эксперимент до конца. Иссохшая, полысевшая девочка больше похожая на Бухенвальдского узника умерла в страшных мучениях. Эксперты, проведя кучу анализов, нашли потом в ее волосах токсичный метал таллий. Так как этого человека охарактеризовать после этого?! Зверь, сумасшедший, маньяк?! Но суд его признал вменяемым. Значит он недочеловек, зверь и тот защищает своих детенышей.

Или случай в США, в штате Вирджиния. Один парень часто поступал в госпиталь с жалобами на боль в желудке. Врачи улучшали его самочувствие с помощью лекарств и уколов, но приходила его жена и приносила ему банановый пудинг. Пациенту снова становилось плохо. Наконец кто-то из врачей предложил парню сделать анализ на наличие в организме тяжелых металлов. Пациент согласился. Провели анализ и ужаснулись: в организме оказалась огромная доза мышьяка. Но было уже слишком поздно, больной скончался. Жену умершего арестовали и осудили, а пресса прозвала ее потом "Банановая Лилли".

Да, на близкого человека никогда не подумаешь, что он твой потенциальный убийца. Этим-то и пользовалась Топпан.

Джейн очень хорошо разбиралась в ядах. Она любила читать о великих отравительницах — Юлию Агриппину, Локусту, Лукрецию Борджиа, Мари Бринвилье и др. Брала с них пример, изучала их опыт. Читала заметки в журналах и в газетах о случаях отравления и об их исполнителях. Она совершенствовалась в своем злодейском деле.

Она знала, что незначительная доза хлороформа усыпляет человека, а ударная доза этого вещества убивает человека наповал. Но опять, же это надо подойти к жертве сзади накинуть платок и держать его пока она не умрет. При этом жертва будет сопротивляться, пальчикам будет мокро, не дай бог сама убийца наглотается паров и уснет.

Хлопотно все это и небезопасно.

А вот если взятьртуть и разбросать по дому жертвы в незаметных местах или загнать в щели пола, то тоже через некоторое время вызовет отравление. Но это медленная смерть, а порой хочется убить поскорее жертву. При незначительных дозах жертва может умереть через пять- десять лет. То есть она ничего не будет подозревать, у нее будет постоянно недомогание, головные боли, сонливость и так на протяжении многих лет — а потом раз и в одночасье скончалась. Отчего, почему никто не знает и не узнает.

Токсические свойства ртути известны с глубоких времен. Соединения ртути — киноварь, каломель и сулема — применялись для различных целей, в том числе и в качестве отравляющих веществ. Издревле известно также и соединение — металлическая ртуть. Хотя её токсичность первоначально сильно недооценивалась людьми. Ртуть и её соединения получили широкое распространение в жестокие и мрачные средние века. Ее использовали при производстве золота и серебряных зеркал, а также при изготовлении фетра для шляп. Ну и естественно и для того чтобы убрать своего врага с дороги.

Если человек вдыхает воздух, содержащий пары ртути в концентрации не выше 0,25 мг/мЁ, то летучее вещество задерживается и накапливается в лёгких, что приводит потом к отравлениям. В случае более высоких концентраций ртуть впитывается кожей. Наиболее чувствительны к ртутным отравлениям женщины и дети.

Острое отравление ртутью проявляется через несколько часов после поступления вещества в организм. Возникает общая слабость, головная боль, отсутствие аппетита, вялость, сонливость, металлический привкус во рту, боль при глотании пищи, обильное слюноотделение, разбухание и кровоточивость десен, тошнота, рвота. Возможны сильнейшие боли в животе, даже понос с кровью. Если человек надышался паров ртути, то у него может развиться кашель, одышка, появляются боли в груди, сильный озноб, воспаление легких, катар верхних дыхательных путей. Температура тела поднимается до критической — до сорока градусов Цельсия. В случае тяжелого и острого отравления ртутью смерть пострадавшего наступает через несколько дней, а то и часов.

Ртуть влияет и на нервную систему. Симптомы: повышенная утомляемость, головные боли, головокружения, апатия, депрессия, а также эмоциональная неустойчивость — неуверенность в себе, застенчивость, раздражительность, общая подавленность. Также наблюдаются: ослабления памяти и самоконтроля, снижение внимания и умственных способностей.

Все это коварная маньячка знала, но практически не пользовалась ртутью, она всегда искала все новые и новые яды и их смеси. Она всегда совершенствовалась в своем страшном деле. Джейн использовала даже передовые открытия в области отравляющих веществ. Допустим, недавно появившийся таллий. Его считали элитным ядом. И он дорого стоил.

Таллий — элемент главной подгруппы третьей группы шестого периода периодической системы химических элементов Менделеева. Относится к группе тяжелых металлов. Простое вещество таллий — мягкий металл белого цвета с голубоватым оттенком. Таллий был открыт в 1861 году английским учёным Уильямом Круксом в шламах свинцовых камер сернокислотного завода города Гарц. Чистый металлический таллий был независимо получен Круксом и французским химиком Клодом-Огюстом Лами в 1862 году.

Название элемент получил по характерным зелёным линиям своего спектра и зелёной окраске пламени. От древнегреческого языка — молодая, зелёная ветвь. Это вещество стали применять для травли крыс в каких-то аптечных соединениях. В наши дни его используют в производстве полупроводников. Как сам таллий, так и его соединения высокотоксичны. Для отравления используется либо порошок, либо водный раствор муравьино-малоновокислого таллия (жидкость Клеричи). Симптомы отравления таллием — поражение нервной системы, почек, желудка, выпадение волос (тотальная алопеция). После попадая в организм жертвы, расщепляется на соли, естественные для человека. Вот почему его трудно обнаружит при врачебной диагностике. И только в волосах храниться много лет. При отравлении таллием или его солями в качестве антидота используется берлинская лазурь. Она же — антидот и для цезия.

Цезий (лат. Caesium, обозначается символом Cs) — мягкий щелочной металл серебристо-жёлтого цвета. Своё название цезий получил за наличие двух ярких синих линий в эмиссионном спектре. На основе соединений цезия созданы эффективные лекарственные препараты для лечения язвенных заболеваний, дифтерии, шоков, шизофрении.

Или допустим, цианистый калий.

Цианистый калий относиться к группе блокаторов тканевого дыхания. В основе действия этого яда — химическое удушение. Он поражает митохондрии в клетках, те престают получать кислород и клетки погибают, как и сам человек. Цианистый калий — это скоротечная смерть. Наступает через 5-15 секунд. Вот почему этот яд в капсуле зашивали разведчикам всего мира в лацкан пиджака. При провале или неминуемой опасности раскусил ампулу зубами — и ты уже на небесах! Вспомним профессора Плейшнера из киноромана "Семнадцать мгновений весны". Если бы не ампула с ядом — он подвергся бы жесточайшим гестаповским пыткам, а там и мучительной и долгой смерти. А что самое страшное — выдал бы все явки и пароли и самого штандартенфюрера СС Штирлица, советского разведчика. Вот почему этим ядом отравился Адольф Гитлер и сам отравил свою любовницу Еву Браун (правда, предварительно он испытал яд на своей любимой овчарке). Он хотел для себя и свое любимой женщины быстрой смерти.

Путь введения цианистого калия — преоральный. Яд великолепно всасывается в желудочно-кишечный тракт. Правда, прием алкоголя и сладкого замедляет всасывание отравляющего вещества в желудок, но это все равно не спасет человека от смерти. Цианистый калий равномерно распределяется в крови, легко проникает в клетки. Он соединяется с глюкозой, солями оксида углерода и серосодержащими соединениями. Препарат застопоривает транспорт СО2 из легких, наступает эффект удушения. Яд отлично проникает через биологическую защиту, очень долгое время сохраняется в разложившихся человеческих тканях, волосах и гробовых досках. Что касается цинковых гробов, то там цианистый калий сохраняется почти неограниченное время. Период полувыведения около тридцати — сорока лет.

Но Джейн редко использовала этот вид яда. Дело в том, что при вскрытии трупа запах цианида чувствуется сразу. А зачем мисс Топпан лишние подозрения. Она же — тихий и незаметный убийца.

Джейн Топпан любила "чистенькую" работу. Без излишнего шума и без излишней пыли. Чтобы прийти, пошутить с жертвой расположит ее к себе, дабы не вызвать никакого подозрения, надеть чистенькую униформу медсестры, продезинфицировать руки, взять стерильные прокипяченные в воде шприцы, сделать смертельный укол, улыбнуться жертве на прощание и уйти с чувством выполненного долга. Или аккуратно насыпать ядовитый порошок жертве в еду или питье и дать выпить. И при этом тоже мило улыбаться и шутить с пациентом. Не надо никаких судорожных и сильных физических движений. Все чинно и типа благопристойно. Можно на прощание какую-нибудь цитату из библии или псалом прочитать уходящему в мир иной человеку. Да это цинично, но это приносит ей удовольствие, вот это и есть настоящая работа профессионала-убийцы.

Она циничная и маниакальная убийца. И таких мало на свете. Джейн Топпан знала об этом и гордилась своей исключительностью.

Как не прискорбно, но люди в белых халатах давно уже стали инициирующим примером для различного рода маньяков. Как для мужского, так и для женского пола. Почему маньяки перевоплощаются в медицинских работников. Психологи объясняют это так: медики в процессе своей работы имеют дело с крайне эмоциональными реакциями больных, их болью, им разрешено делать с больными то, что запрещено другим людям. Они могут рисковать их здоровьем, назначая опасные операции, экспериментировать с лекарствами, подбирая что-то эффективное и спасительное для пациента. Они рискуют его жизнью, используя служебное положение, и ему никто ничего не скажет ведь он — врач! Маньяков любят перевоплощаться в медиках потому, что они, прикрываясь халатом и маской, могут творить свои злодеяния безнаказанно, согласно "профессиональным обязанностям".

Изучая поведения женщин-маньячек, английские ученые пришли к неожиданному выводу. Оказывается, каждая пятая женщина-убийца работала медсестрой или под медсестру. И не каждый из нас знает, что самый известный серийный душегуб — Джек-Потрошитель, творивший свои черные дела в самом сердце Англии — Лондоне, был по первой профессии фельдшером. И он любил орудовать скальпелем. И, между прочим, обладал определенными анатомическими знаниями, которые свойственны лишь профессиональному медику. (Самое интересное, что страна до сих пор не знает по имени своего "героя", его так и не нашли)

Маньяки и маньячки очень падки на медицинские темы. Их очень интересует устройство жизненно-важных человеческих органов. В чем причина этого нездорового интереса? А вот в чем. Им это очень важно знать: как убить жертву сразу, а как убить медленно, с расстановкой, чтобы жертва подольше помучилась. Или как привести в бессознательное состояние человека или его обездвижит, а потом безнаказанно над ним надругаться. Как сломить его сопротивление. Физически, морально.

Маньяки, особенно педофилы, очень любят черпать знания из книг и журналов по психологии, психиатрии, медицины. Это понятно, к каждой жертве нужно найти свой подход. Многие маньяки коммуникативные люди (если их конечно можно назвать людьми), умеют хорошо общаться, умеют показать себя в выгодном свете, привлечь к себе внимание, интерес, могут легко входит в доверие. Особенно к доверчивым душам — детям.

В Белоруссии, например, правоохранительные органы очень долго разыскивали врача-маньяка, работавшего в узкопрофильном жанре. Чем же этот недочеловек занимался? Да и тем же что и наша незабвенная Джейн Топпан. Вот поистине дело маньяков живет. Из XIX века в век XX дух маньячки-медсестры перебрался в душу маньяка-врача. Возможно даже, что этот человек читал о похождениях коварной ирландки и копировал ее стиль работы с жертвами. Он устраивался на должность медицинского работника в детские лагеря отдыха и там творил свои гнусные дела. Маньяк проникал в девичьи спальни, делал малышам инъекции снотворного и обезболивающего средства, а после замирал над спящими девочками, но не лежал с ними на кровати, как это делала Топпан. Он не совершал с ними никаких развратных действий, не насиловал, не убивал. А сидел и смотрел на малышей долгим пристальным, но нехорошим взглядом. Проведя некоторое время в палате, он тихо и бесшумно уходил. Следователи терялись в догадках, пытаясь понять, для чего он это делает. И продолжали его вычислять, опасаясь, что от пассивного созерцания жертвы этот странный врач может перейти к активным развратным действиям, а что страшнее — к убийству.

Маньяка все-таки удалось схватить. Задержал его один из сотрудников охраны, увидев, как странный человек в белом халате выходит из спального корпуса. При задержании он не оказал никакого сопротивления. Каково же было удивление оперативников, когда выяснилось что это вовсе не врач, а обыкновенный бизнесмен пятидесяти лет, у которого жена, взрослые дети. Выяснился и секрет его странных посещений девичьих палат. Дело в том, что после сорока лет у этого псевдолекаря появились проблемы с потенцией. Он не придумал ничего лучшего, как усыплять на некоторое время девочек и во время созерцания их спящими представлять себе контактный секс с ними, получая при этом реальное половое удовлетворение. Малышам еще повезло, что латентный педофил не перешел от бескровных методов удовлетворения своей похоти к кровавым и насильственным.

Но в большинстве случаев маньяки-медики переступают грань, отделяющую человека от дикого зверя и убивают своих жертв. Также "разряжал" свою извращенную энергию (испорченное либидо) Сливко и самый известный в России и в мире маньяк-рекордсмен Чикатило. В свое время он тоже, как и Сливко трудился на педагогическом поприще. И тоже, как и многие убийцы увлекался медициной. И, так же, как и Джек-Потрошитель обрабатывал тела жертв медицинским скальпелем.

Опять же подтверждается тезис о том, что современные маньяки учатся и перенимают опыт у других маньяков, причем живших в далеком прошлом.

К сожалению, подобных примеров деятельности маньяков являющимися медицинскими работниками и маскирующие под них немало в наше время. И что самое печальное их становиться все больше и больше.

Большинство маньяков, как и наша героиня Джейн Топпан получали сексуальную разрядку и энергетическую подпитку за счет истязаемых и убиваемых жертв. Психологи утверждают, что сексуальные маньяки способны испытывать оргазм, во много крат превышающий по интенсивности ощущений оргазм обыкновенных людей.

Самые известные маньяки России — Сливко, Чикатило, Тимофеев — признаны судебными психиатрами — вменяемыми, значит психически здоровыми. Но если у них нет никаких психических отклонений, так что же отличает их от нас с вами?

Прежде всего, так называемое "половое давление". Это понятие появилось благодаря серийному убийце Анатолию Сливко. Позже это состояние описали и подтвердили другими маньяками. По их словам, "половое давление" очень похоже на "ломку" у наркоманов. И для того чтобы избавиться от физических и психологических мучений зависимому от убийств маньяку приходиться срочно искать "свежую" жертву. Загнать в угол, напугать, добиться ее беспомощного состояния и разрядить на ней свою черную энергию. И нередко за счет жизни другого человека.

Другим основным психофизическим отличием серийных убийц является способность к "экстатическому генерализированному оргазму". От среднестатистического оргазма нормального человека оргазм маньяка отличается гораздо большей интенсивностью и продолжительностью (может длиться больше часа). Необходимое условие такого рода оргазма — пограничное состояние жертвы между жизнью и смертью. Например, серийный убийца Михасевич из города Витебска (Белоруссия) описывал, что он чувствовал, когда душил свои жертвы. Когда умирающий хрипел и бился в конвульсиях, он ощущал, вернее, внушал себе, что энергия умирающего постепенно переходит к нему. И происходила мощная разрядка организма. По документальным описаниям, сила генерализированного экстаза такова, что когда известный маньяк Чикатило "приходил к финишу", то он в диком "опьянении" носился по лесу, рыча как дикий зверь, разбрасывая вещи жертвы по лесу и ломая толстые сучья на деревьях. А сила ударов ножом по мертвому телу жертвы превышала все мыслимые и немыслимые пределы.

Вот так и наша ирландская маньячка с медицинским уклоном Джейн Топпан испытывала сильнейший экстатический генерализированный оргазм, когда наблюдала за жертвой, находящейся между жизнью и смертью и "ощущала" как энергия и тепло жарты передается ей. У нее тоже было "половое давление". Когда она долго не убивала, она впадала в депрессию, появлялась дикая злость, раздражительность, нервозность. Ее "ломало" и физически и психологически.

В 1899 году Джейн осуществила свою давнюю мечту: убила свою приемную сестру, а затем мать. Сначала он разделалась с Элизабет.

Как это происходило…

Был обыкновенный день, похожий на все предыдущие. Такой же скучный и тягучий. Джейн с ненавистью взглянула на лизабет. Та читала книжку. Какой-то слезливый женский роман. Пришла пора отомстить ей и заодно и ее матери. Сколько Хоноре Келли пришлось вытерпеть от этой парочки унижений, оскорблений, обид, пощечин. Но Джейн некуда было тогда деваться. Вся тяжелая и грязная работа по дому поручалось ей. А Элизабет ничего не делала, только читала свои дурацкие романы. Не готовила, не убиралась, не стирала. К тому же, подлая, уничтожила ее самую дорогую и любимую куклу. Джейн мучилась но, однако, продолжала жить с "мамой" и "сестрой", даже после того, как в 1874 году была официально освобождена от опёки.

Как хорошо, что Джейн пошла на курсы медсестер. Учила все про яды, лекарства, чьи смертельные дозы вызывали смерть или инвалидность. Профессоры отмечали ее интерес к вскрытию тел, трупам. Она разглядывала фотографии мертвых, расчлененные тела. Любила медицинские энциклопедии. За четырнадцать лет назад она получила богатую практику, ухаживая за больными. Теперь она знала, каким ядом отравить сестру, и какую дозировку ей дать. Это будет для жертвы не безобидное слабительное средство, а самый настоящий и смертельный яд!

С Элизабет коварная ирландка хотела расправиться особо жестоким способом. Чтоб та помучалась и лишь затем умерла. Для этого она специально выбрала особый яд — стрихнин.

Стрихнин — яд растительного происхождения. Он принадлежит к группе алкалоидов, получаемых из плодов чилибухи. Выделено это вещество из плодов чилибухи впервые французскими учеными Пеллетье и Каванту. В семенах чилибухи стрихнин находится в смеси с другим алкалоидом — бруцином. Для получения стрихнина в чистом виде плоды чилибухи кипятят с разбавленным спиртом. Из полученного раствора выгоняют спирт, а к оставшемуся водному объему добавляют свинцового сахара. В итоге большая часть примесей осаждается на дне, а в растворе остаются чистые алкалоиды и небольшой избыток свинцового сахара, который легко удаляется фильтрованием через раствор сернистого водорода.

Как и любой яд — стрихнин в малых дозах даже полезен для здоровья и уже давно применяется в медицинских целях и. Он — тонизирующее средство при быстрой утомляемости, гипотонической болезни, нарушение процессов обмена веществ, ослаблении сердечной деятельности на почве инфекций и отравлений. Наиболее частое применение при лечении вялой деятельности мускулатуры желудочно-кишечного канала и при атоническом состоянии мышц мочевого пузыря, особенно часто при энурезе у детей. Стрихнин даже назначается врачами также с целью повышения возбудимости органов чувств, например, в некоторых случаях ослабления зрения, при понижении или потере кожной чувствительности.

Стрихнин в качестве стимулятора принимал герой известного романа Герберта Уэллса "Человек-невидимка" — ученый Гриффин.

Стрихнин возбуждает нервно-мышечную деятельность, вызывает в больших дозах судороги, столбняки, от которых погибают люди. Эффективнее всего стрихнин действует через подкожное впрыскивание, но отравление получается также и при внутреннем употреблении яда, хотя и в более слабой степени. При отравлении если яд находится в желудке, назначают рвотные средства, химические противоядия от стрихнина — преимущественно дубильная кислота, так как она дает с ядовитым веществом труднорастворимое соединение.

Но яд в малых дозах — это лекарство, а в больших — средство убийства. И наш ирландский душегуб — Джейн Топпан — сегодня настроилась на убийство. В ее глазах читалась безумная решимость. И безжалостность.

Что ж скоро затеется представление. "Весь мир — театр!" — так сказал Шекспир. — "А люди в нем актеры". И вот ведущая актриса по имени Элизабет Топпан сыграет свою последнюю роль. Трагическую и зловещую. А режиссер этой пьесы — Джейн Топпан поаплодирует финальной сцене с участием примы своего домашнего театра. Итак, спектакль под названием "Великая месть" начинается.

Маэстро, занавес!..

Элизабет перевернула страницу… Какой интересный роман! Когда же Майкл бросит свою жену и оценит качества юной Хелен и ответит ей взаимностью? Так когда?..

"Не желаешь ли чайку, моя сестричка?" — притворно ласково спросила Элизабет коварная убийца.

Та, не отрываясь от книги, согласно кивнула. Джейн продолжала наигранно улыбаться. О, какая актриса в ней умирает!

"Сейчас принесу. Тебе с клубничным джемом?.."

Та снова кивнула.

"Привыкла, что ее обслуживают, гадина! Тоже мне королева! Обслужу ее в последний раз", — злорадно подумала Джейн.

Она зашла в свою комнату, достала пузырек с белым кристаллическим порошком. Принесла на кухню. Добавила в чашку с чаем, туда положила побольше сахара, чтоб сестра не почувствовала излишней горячи. Поставила на поднос две чашки и заварочный чайник, розетку с джемом, сахарницу со щипцами, чайные ложки.

Ну, вот, вроде все приготовления закончены. Она вынесла поднос на стол. И расставила все принадлежности по местам. Сестра поблагодарила Джейн и, ничего не подозревая, отпила из чашки. Заела джемом. Маньячка пригубила из своей чашки и с любопытством взглянула на жертву. Скоро уже скоро все случиться. Отольются ее сиротские слезы.

"Какой-то горьковатый чай?" — поморщилась Элизабет. — "Ты что-то туда добавила, Дженни?.."

Джейн пожала плечами и мило улыбнулась. Чай как чай. Обыкновенный, черный со стрихнином. Для тебя яда не жалко дорогая сестра, лишь бы ты ушла в мир иной. Сколько лет она ждала этого момента и вот наконец-то мечта осуществилась. Джейн почему-то вспомнила ту сцену, когда приемная сестра разбила куклу подаренную Томасом и как она налетела и сбила с ног обидчицу. Как она ее тогда колотила! Еле живой ушла от нее Элизабет. Но это было начало схватки длинною в годы, а теперь предстоит ее финал.

Джейн отставила свою чашку и стала с интересом наблюдать за тем, что будет дальше.

Лизу охватило странное беспокойство. По телу поползли мурашки. Появился какой-то животный страх. Кажется, она поняла, что здесь что-то не так. Какой-то подвох.

"Яркий свет, мне режет глаза" — только и успела сказать Элизабет.

Ее начало подергивать. Она ощутила, что тело цепенеет. Мышечный столбняк. Начались сильные судороги. Ужасные судороги. Рот она не могла открыть, сковало, будто вкололи в десны пару уколов лидокаина.

"Она насыпала мне отравы!" — мелькнула четкая мысль в мозгу Элизабет.

Но было уже поздно. Яд проникал в кровь и парализовывал мышцы. И делал свое черное дело. Разрушительное и смертоубийственное.

Во время припадка глазные яблоки у Элизабет оставались неподвижными, а зрачки расширились… Затем набухли шейные вены… Лицо быстро побагровело. Потом приняло синюшный оттенок. Голова ее начала медленно запрокидываться назад… Туловище изогнулось дугой. Даже гимнастка не изобразила бы такое крутое "колесо". Женщина касалась пола лишь затылком и пятками. Времени до времени мышцы расслаблялись и снова сжимались.

Какие адские муки! Какая боль!

Ее тело аж подбрасывало при усилении судорог. Глаза уже вылезли из орбит. Но самое интересное сознание у Лизы было ясным, и все она соображала. И чувствовала невероятную боль. При отравлении стрихнином возникает столбняк затылочных спинных мышц, то есть яд поражает спиной мозг, а не головной. Вот почему она мыслила, но правда выразить вслух эти мысли уже не могла: челюсть свело, и рот онемел.

"Я умираю-ю-ю!.. Будь ты проклята, Джейн!.. Отомстила мне, приютская су-у-ка!.. Как больно-о-о!!!"

Жертва постепенно задыхалась…

Задушение происходило от неподвижного положения грудобрюшной перегородки, тоже судорожно сокращенной, а также и грудной клетки, находящихся в фазе вдыхания. Элизабет упала на пол. Она погибала. Зрачки ее гасли как догорающие головешки. Она билась в конвульсиях. В страшных конвульсиях. Джейн знала, что скоро в одном из таких пароксизмов сестра погибнет невозвратимо. Коварная отравительница испытывала наслаждение от мучений Элизабет. Что за сладостные мгновения! Ее мучительница и враг умирает!

Джейн приблизилась к агонизирующей сестре и стала прикасаться к ее телу. Грудь, живот, бедра… Отравительницу начало потряхивать. Волна сексуального возбуждения все накатывало и накатывало на нее. Убийца легла рядом с бьющейся в жутких судорогах жертвой и обняла. Заглянула в остекленелые зрачки сестры и злорадно заулыбалась: поделом тебе, мерзавка, поделом! Это тебе за пощечины, это тебе за щипки, это за пинки, а это… за куклу Томаса!..

Джейн явно чувствовала вздрагивание пораженного ядом тела. И чувствовала, как от жертвы уходит жизнь. Душегубку тоже затрясло… Так как мышечные сокращения при таком припадке влекут за собою резкое повышение температуры тела, Джейн ощутила нарастающее тепло от умирающего тела. Ей стало так невыносимо приятно. О, какое блаженство, чувствовать, как умирает человек. Тем более, когда он так ненавистен ей!

"Как горячо тело Элизабет, словно раскаленный вулкан!" — крепче сжимала тело сестры Джейн.

И вот последнее расслабление и сжатие тела жертвы… Элизабет застыла и больше не дергалась. Прошло время — приступов уже не было. Она точно умерла. В это время волна наслаждения накрыло с головой Джейн и она испытала сильнейший оргазм. Она крепко-крепко сжала в объятьях еще теплое, но уже мертвое тело. И не разжимала, пока ее сотрясали судороги сладострастия.

Так они и лежали на полу вдвоем. Две сестры, два заклятых врага. Лежали до тех пор, пока Джейн не отошла от оргазма…

Затем ирландская маньячка разжала кольцо объятий, поднялась с пола и стала приводить себя в порядок. Надо сообщить об этом трагическом случае в полицию — пусть зафиксируют в протоколе ее скоропостижную смерть, а заодно вызвать и врачей. Пусть в акте смерти напишут слово "сердечная недостаточность". Вряд ли кто догадается об истинных причинах смерти, Джейн-то как медик это хорошо знает. Надо лишь скрыть или уничтожить улики преступления — спрятать сам стрихнин, помыть кружки с чаем, прибраться на столе. Надо только доиграть свою роль до конца. При приезде медиков и стражов порядка следует изобразить великое душевное волнение и горько и безудержно поплакать. Поэтому сейчас Джейн закапает себе в глаза специальное вещество, они покраснеют и будут часто слезиться. Пусть люди видят ее безутешное горе. И Джейн Топпан воспользовалась услугами новомодного изобретения для передачи голоса на расстоянии — телефоном.

Все случаи с больными и Элизабет выходят за рамки нормального поведения и нормального сексуального удовлетворения — налицо обыкновенное извращение. Как говорят психологи перверзия. Мы обещали еще в начале главы назвать читателю это отклонение. Оно обозначается необычным, но странным словом "некрофилия".

Некрофилия (от греческого "necros" — мертвый, "philia" — влечение, любовь) — половое влечение к трупам. Встречается исключительно редко у женщин, в основном, у мужчин, но тоже не так часто. Развивается в основном при психических заболеваниях и у лиц с тяжелыми врожденными психическими патологиями. Некрофилия считается среди психиатров разновидностью фетишизма (роль фетиша играет мертвое тело). Иногда сочетаться с садизмом (некросадизм), это проявляется в осквернении, и надругательстве над трупами и даже в поедании трупов. Такие жуткие личности раскапывают свежие могилы, прокрадываются в дома, где есть покойники, проникают в морги и на кладбище. Могут даже устроиться работать санитарами в морг или на кладбище копателями могил. Этих подонков неудержимо влечет к трупам. Некоторые извращенцы с этой тяжелой перверзией совершают убийства и надругательства над мертвецом телом. Описаны случаи совершения полового акта с трупами. В России был случай, когда парень из-за сильной любви во время бурной ссоры убил свою возлюбленную, положил ее голую в ванную с холодной водой и в течение недели совершал с ней половые акты(!)

Жуть!!!

Некоторые психологи считают, что элементы некрофилии присут-ствуют при сексуальном контакте мужчины с представительницей прекрасного пола, находящейся в бессознательном состоянии. По причине либо глубокого опьянения, либо крепкого сна на фоне сильной физической усталости, либо по причине умышленного применения к ней наркотических и медикаментозных средств — например, клофелина. Сюда же относится и повышенный интерес к обрядам захоронения, ритуалам, гробам, кладбищам и покойникам.

И снова мы переносимся в начало двадцатого века. К злодейке Джейн Топпан. Этой отравительнице все больше и больше нравилось убивать людей. Она вошла во вкус. Ее пьянила ее безнаказанность и власть над слабыми и больными людьми.

В 1901году Джейн ухаживала за пожилым Олденом Дэвисом после смерти его жены (которую сама же и убила). Как-то летним вечером Топпан вошла в комнату мистера Дэвиса и поинтересовалась его самочувствием. Искусственно и наиграно улыбнулась. Поправила подушку, сделала укол. Сказала, что сейчас ему станет лучше. Мистер Дэвис поверил в это. Но он не знал что это его последний укол в его жизни.

Пристально взглянув на Топпан, он сквозь маску показного добродушия и улыбчивости уловил что-то здесь не так. Какая-то неискренность в ее глазах. И зло… Мужчина заволновался. Особенно после того как медсестра вместо того чтобы уйти напротив, подошла к его кровати, присела на край кровати. Внимательно всмотрелась в его лицо. Сердце его от страха забилось сильнее… Какой у нее странный взгляд! Нехороший, безумный. Она точно не в себе. Ужас сковал его грудь, когда она неожиданно прилегла рядом с ним. Мистер Дэвис хотел было отстраниться от странной медсестры или позвать на помощь но не мог пошевелиться и открыть рот. Его словно парализовало. Топпан начала гладить его по щеке, целовать. Затем ее руки устремились к груди к другим местам. Она все сильнее и сильнее возбуждалась. С милой улыбкой страшная убийца внимательно наблюдала как умирает человек. Она щупала гладила жертву но не вступала в прямой сексуальный контакт. Ее манил бесконтактный секс. Секс с умирающим.

В глазах Дэвиса все темнело и темнело…

Вот яд окончательно парализовал его дыхание, сердце остановилась и темнота захлестнула его глаза.

Больной умер. Но не своей смертью и а насильственной. А ее режиссер сжимал остывающее с каждой минутой уже мертвое тело и наслаждался извращенным сексом.

И снова мощный сексуальный экстаз и снова она лежала, обняв труп жертвы долгое время. Все повторилось по той же схеме. Яд — умирающий человек — тесные телесные прикосновения к мертвому телу — оргазм. Сексуальные извращения Джейн Топпан продолжались. И в очередной раз тихое безшумное преступление со смертельным исходом сошло ей с рук. Она уже уверовала в то, что ее никто и никогда не поймает и не разоблачить. Значит, нудо продолжать свои злодейские экспиременты и удовлетворять свои необычные сексуальные запросы.

В течение нескольких недель она убила и двух его дочерей. Попыталась отравить и других членов семьи Олдена, но концентрация яда оказалась недостаточной, и они выжили.

Топпан вернулась в родной город и начала ухаживать за мужем своей покойной приёмной сестры. Она дала ему небольшую дозу яда с целью, чтоб тот ослабел. Потом принялась ухаживать за ним. Топпан специально выпила немного отравы, чтобы тот проникся к ней сочувствием. Но тот, заподозрив неладное, не поддался на ее уловку и выгнал из дома. Посрамленная Джейн стала вынашивать планы как отомстить зятю. Но веревочка судьбы как не вилась в нужном направлении для Топпан, все-таки в какой-то момент оборвалась.

К этому времени выжившие члены семьи Дэвиса потребовали токсикологическую экспертизу для самой младшей умершей дочери Олдена Дэви. Было установлено, что ее отравили.

26 октября 1901 года Джейн Топпан арестовали за убийство. Сначала она призналась в 11 убийствах, а потом и во всех 31.

23 июня 1902 года суд Барнстейбла признал её невиновной из-за безумия и приговорил поместить в психиатрическую больницу Тонтона, где она находилась до самой своей смерти.

Говорят, своему адвокату она призналась, что искусно разыграла сумасшедшую на суде и убедила присяжных в своей невменяемости. Недаром она посещала курсы медсестер и имела врачебную практику. Не зря она штудировала психиатрию, психологию и новомодный тогда психоанализ. Уж признаки шизофрении ей были известны досконально. И что такое бред преследования или бред ущерба. И что такое слуховая галлюцинация, зрительная. Какие признаки дезорганизованной речи и расщепленности мышление. Все это она прекрасно знала. И она сыграла на ура роль душевнобольной.

На что рассчитывала Джейн Топпан, притворившись психически больной? Заиметь какой-то крохотный, но шанс выйти в последствие на свободу? Вероятнее всего. Да она всеми силами и умом стремилась к этому, но это ей не удалось. Ее держали за больничной решеткой до самой ее смерти. В последние годы пожив среди психически ненормальных пациентов она сама стала немного не в себе. У нее появился навязчивое состояние, будто родственники ее жертв хотят ее отравить. Ну, чтобы отомстить за своих близких. И сделают они это через подкупленных работников больницы. Джейн, съедаемая безотчетным страхом, что ее насильно лишат жизни, отказывалась принимать пищу. Поэтому санитары пришлось кормить ее насильно. Мучились, напрягались, чертыхались, но кормили. Причем, каждый день. И, наверное, некоторые из них хотели по-настоящему отравить психопатку, но никто не решился на столь откровенное преступление.

Умерла наша "героиня" 29 октября 1938 года.

Получается, просуществовала наша маньячка на белом свете немного немало а восемьдесят один год. Неплохая продолжительность жизни для человека психически больного и неадекватного, иногда и здоровый человек вряд ли проживет столько. А Джейн протянула. Она, загубившая множество человеческих жизней, спокойно спала, ела, пила и без проблем прожила до самой глубокой старости.

Где же высшая справедливость?

Единственная справедливость в том, что она была лишена свободы и не могла пойти угодно, уехать в другой город, в другой штат. То есть была лишена свободы передвижения. Ее каждый шаг, поведение, мысли, речи контролировали врачи и санитары. Если начинала бузить, то сразу таблетку или укол. И Джейн становилась послушной и тихой. Пусть Топпан и тяготило безрадостная и безнадежная мысль, что ей никогда в жизни вырваться на свободу, но она смиренно тянула свой крест. Ведь человек такое существо он привыкает ко всему даже к самым тяжелым обстоятельствам. Главное что ее насильственно не лишили жизни. А надо было бы. Ведь она отправила в мир иной множество людей. Значит око за око, зуб за зуб. Согласно ветхозаветному законодательству. За причиненный вред нужно отдать равноценную компенсацию. Так говорил Бог. Но определил такое наказание. За око лишь пол-ока.

Говорят, будто бы Топпан послужила вдохновением для создания образа Беси Денкер в романе Вильяма Марча "Дурное семя". В фильме "Американский кошмар"(2002) есть героиня по имени Джейн Топпан. Эта маньячка по ходу фильма убивает много людей, но иными способами, чем реальная Топпан.

Выходит, умерла реальная Джейн Топпан, а вот книжная и кинематографическая Топпан живет и поныне. Дурное семя, как и дурная слава, кому-то до сих пор не дает покоя. Попало оно — это маниакальное зерно — явно не в ту почву.

ГЛАВА 7 БЕЛЛА СОРЕНСЕН ГАННЕС.

"КРАСАВИЦА-ЧУДОВИЩЕ"

Дурная жизнь приводит к дурной смерти

Жан-Батист Мольер

1899 год. Август.

Успешный американский фермер Чарльз Дрейпер открыл свой почтовый ящик — и белоснежный конверт упал на изумрудный газон. Фермер поднял письмо и посмотрел на адрес отправителя: миссис Белла Соренсен Ганнес из города Ла Порте, штат Индиана.

"Белла! Неужели дождался!" — возликовал Чарли.

Его сердце радостно забилось.

С этой интересной женщиной он переписывался уже два месяца. Правда, еще ни разу не видел ее фотографию и не имел представления, как она выглядит внешне. По письмам о ней складывалась хорошее впечатление: умная, добрая, заботливая женщина. Любит аккуратность, порядок. И главное очень хозяйственная. Умеет готовить, шить, стирать. Да и пишет, что давно овдовела и ищет порядочного мужчину для заключения брака. Устала от одиночества, жизненной неопределенности и что ей хочется мужской теплоты и ласки. К тому же готова вложить свои сбережения в его фермерский бизнес. Сколько здесь плюсов для Дрейпера! И жена и партнер по бизнесу и няня за его дочерью. Кого еще желать? Если бы еще внешне она была хороша — то цены этой женщине точно не будет!

Чарли нетерпеливо распечатал письмо — оттуда выпала фото невесты. Что же это такое? Все падает из рук. И письмо, и фотография. То ли руки от волнения трясутся, то ли знак какой бог падает. Непонятно.

Фермер стремительно поднял снимок и повертел в руках: ничего, симпатичная дамочка. Правда чуть полноватая, но он таких любит. Аппетитных, сдобных. Белла в его вкусе. Чем-то похожа на его покойную жену. Только чем? Глазами, улыбкою? Губами? Говорят, у каждого мужчины есть свой образ, свой стереотип женщины, который ему нравиться. И всю жизнь он подсознательно ищет такую. Если находит и ничего не получается, то ищет другую, но тоже похожую на свой идеал. И так до самой смерти, пока не найдет.

Дрейпер еще раз внимательно взглянул на фото: кажется, похожа на покойную супругу улыбкою и глазами. Интересно, какой у нее темперамент. И что она пишет? Любопытно…

"Дорогой Чарли!" — писала мисс Ганнес. — "Я с превеликим удовольствием принимаю твое предложение погостить у тебя дома. Для того чтобы познакомиться с тобой и с твоей очаровательной дочуркой. Пообщаемся воочию. Узнаем друг друга получше. И поближе. Ты прав, никакие письма и открытки не заменят живого искреннего общения между двумя людьми…"

Она права. Письма и открытки не заменять человеческого общения. Пусть приезжает. Решено.

У Чарли было хорошее и большое хозяйство. Разводил индюшек, свиней, коров, коней. Выращивал пшеницу, кукурузу. Имел добротный огромный дом в два этажа, трактора, машину. И деньги у фермера водились. Хватало на жизнь, нанимал рабочих, платил им зарплату. Все вроде бы было хорошо в судьбе фермера, только год назад случилось у него несчастье: умерла от рака его любимая жена.

Болезнь видимо долго развивалась изнутри, внешне себя не проявляла, но потом в конечной стадии нанесла организму смертельный и мощный удар. Жена быстро буквально на глазах таяла, таяла и через три недели скончалась. Осталась только дочь Шейла, ей шел одиннадцатый год. Вся такая в веснушках, рыженькая. И зеленоглазая. Как он ее любит. Но не пора ли ей найти маму, а себе — жену. В хозяйстве и в воспитании дочери одному тяжело нужен помощник, причем женского пола. Соскучился он по женской ласке и женскому телу. Была тут одна невеста. Но быстро ее он раскусил. Не нужен он был ей как муж и мужчина, тем более дочка — нужны были его сбережения и недвижимость. И только. Он дал ей от ворот поворот. До сих пор пишет ему гневные письма. Да и черт с ней.

Чарли вошел в дом, поднялся на второй этаж в свой кабинет, сел за письменный стол и быстро написал ответ претендентке на его сердце: мол, дорогая Белла, приезжай, встречу на вокзале, согласен.

…И вот наступил день, когда долгожданная невеста приехала. Чарли встречал ее на перроне с цветами. Увидев ее, он не разочаровался. Хорошая женщина. Приятная на лицо, в общении. И сексуально нравиться. А также ее комплекция. То, что ему нужно. Дрейпер не стал откладывать дело в долгий ящик и сходу предложил Белле стать его женою. Та засмеялась и сказала, что всю жизнь мечтала о таком мужчине и что она согласна. Окрыленный успехом фермер посадил невесту в свой кабриолет "Кадиллак". У машины был откидной верх, как у коляски. Квадратный капот. На нем — эмблема фирмы. Дрейпер очень гордился своей машиною. Ведь по американским меркам такое авто предназначено для богатых и успешных людей. Вот поэтому Дрейпер и купил ее для престижа. Пусть Беллочка видит какой он успешный и предприимчивый мужчина и муж. И пусть соседи завидуют.

Чарли с ветерком домчал невесту до своего дома. У входа Белла увидела зеленоглазую девчушку в черном платье. Словно зверек она с осторожной любопытностью смотрела на незнакомую тетю.

"Вот моя дочка Шейла. — представил дочь Чарли. — "А вот тетя Белла. Знакомьтесь…"

Детское сердце почувствовало негативную злую энергию, исходящую от женщины. Шейла нахмурилась, обидчиво поджала губы и демонстративно отвернулась. Дрейпер сконфужено улыбнулся.

"Доченька, доченька, не отворачивайся, — упрашивал Шейлу мистер Дрейпер. — "Не надо так себя вести. Это некрасиво. Это хорошая тетенька, поверь папе. Она будет твоей мамой. Хочешь, она будет твоей мамой?.."

Шейла упрямо заявила, что не хочет знакомиться с тетей Беллой и то, что мама у нее была одна и больше никаких других не будет Ганнес попыталась ласково притронуться к плечу ребенка, но та резко отдернула его, словно ее ударили током.

"Плохая тетенька!" — выкрикнула рассерженно девочка и выбежала из дома.

Чарли почувствовал некоторую неловкость за поведение дочери. Но Белла успокоила Дрейпера и сказала что нет ничего страшного в таком поведении девочки. Во-первых, это возрастные реакции. Негативизм, бунт против окружающей среды. Во-вторых, девочке надо привыкнут к незнакомому человеку. Вот поживет Белла у них, и Шейла привыкнет к новой маме. На что Дрейпер согласился с невестой, взял ее под ручку, поцеловал в щечку и повел показывать свое хозяйство.

А Шейла пошла на сельское кладбище. Здесь находилась могила ее матери. На ней стояла статуя ангела с крыльями из белого мрамора. Его руки заботливо обнимали мраморную плиту, на которой были высечены имя, фамилия, дата жизни и смерти мисс Дрейпер. И краткая, но емкая эпитафия: "Скорбим и помним". Белые огромные сосны застыли за памятником, будто в траурной вечной процессии. Их запашистые игольчатые лапы тихо перебирал слабый ветерок.

Звенела невероятная тишина. Пахло хвоей.

Шейла посмотрела на ангела… Губы ее обидчиво поджались, лицо сморщилось, худые плечи вдруг затряслись. И горький и судорожный плач нарушил кладбищенское безмолвие. А затем и крик детского отчаяния:

"Мама, мамочка, послушай, пожалуйста!" — безутешные застилающие глаза слезы текли ручьем.

Шейла их размазывала по щекам и причитала:

"Я не хочу, чтобы эта противная и злая тетенька жила у нас. Сделай что-нибудь! Попроси нашего господа бога об этом. Ведь он же там на небесах, рядом с тобой! Пусть поможет! Или возвращайся назад. Я так соскучилась по тебе! Попроси Иисуса пусть он тебя вернет на землю. Ну хоть на день, хоть на два. Мама, мамочка, ну где ты! Помоги мне!.."

Но небеса не отвечали на детские мольбы. Вдруг черный здоровый ворон сел на соседний крест и противно и громко закаркал. Девочка испугалась и стремглав убежала. Осушив слезы, она пошла на конюшню кормить лошадей. Она очень любила животных. Там ее и нашел отец и сказал, что тетенька будет пока жить у них, и что Шейла со временем привыкнет и сживется с новой мамой. Но Чарли ошибся: его дочь не смогла привыкнуть к нехорошей тетеньке с нехорошим взглядом. И тихо и молча ненавидела тетю Ганнес. В принципе, как и та ее. Но в отличие от детской откровенности тетя Белла скрывала свои истинные чувства. Притворно улыбалась девочке и ждала случая, когда она официально выйдет замуж.

Чарли долго не размышлял жениться ли ему официально на понравившейся ему женщине или нет. Для нее теперь ему ничего не было жалко. Дрейпер еще раз сделал Белле предложение. Купил обручальные кольца, свадебное платье, фрак. Сыграли шумную и веселую сельскую свадьбу. Было много гостей. Соседи-фермеры их жены, дети. Несколько дальних родственников с его стороны. Со стороны невесты никого не было.

Но недолго длилось семейное счастье супругов. Ганнес подмешала яд в еду Дреперу. И фермер через некоторое время скончался. Списали на пищевое отравление. Шейла случайно не стала жертвой "Черной вдовы". Просто часто отказывалась есть, то, что готовила тетя Белла. И как не подкладывала девочке яд в еду Ганнес, ничего у нее не получилось, девочка осталась жива, тогда она отдала ее в приют и забыла о ней. Отравить Шейлу — для нее не было сверхзадачей. Главное, что она достигла своей цели. Убила мужа — и получила хорошие деньги по страховке. А также прибрала к рукам огромное хозяйство Дрейпера, его дом, земли, трактор и автомобиль и др. И даже прихватизировала все сбережения фермера на черный день, она-то узнала, где он их прятал.

Вот так Ганнес поступала со многими мужчинами. Знакомилась, убивала и забирала их деньги. Почему она это так делала, мы узнаем из ее биографии.

Наша героиня (урожденная Брунгильда Сторсет) появилась на свет 11 ноября 1859 году в городе Тронхейм в Норвегии. Отец ее был простым каменщиком. В семье их было не много не мало, а восемь детей. Она была самой младшей. Семья жила весьма бедно. И дети, в том числе Брунгильда мечтали вырваться из мира нищеты в мир богатства и успеха. Первой пробилась ее сестра Анна. Она всегда грезила о США стране где сбываются самые нереальные мечты, где равные возможности для того чтобы стать богатым и успешным. Анна осуществила свою мечту: вышла замуж за Джона Ларсона и переехала за океан в город Чикаго.

Брунгильда тоже мечтала об эмиграции в Соединенные Штаты (сестры постоянно переписывались, и Анна многое рассказывала об этой чудесной стране), но пока не решалась покидать свою фьордистую и родную Норвегии. Она училась, росла, зрела и к 18 годам превратилась в интересную девушку. В общем, девушка созрела. Нашла распрекрасного парня, даже забеременела от него. Все было бы хорошо, но однажды произошел роковой случай, который круто изменил судьбу девушки и даже ее психику. Это был поворотный момент в ее жизни, тот самый роковой "звоночек", что разрушил ее нормальный человеческий мир и образовал вместо него ненормальный, душевнобольной. Именно этот "звоночек-случай" превратил добрую и милую Брунгильду Сторсет в ту самую злую и кровожадную Ганнес-маньячку, о которой в последствие с содроганием и ужасом узнает весь белый свет.

А решил судьбу всего-навсего один эпизод.

Было лето…

Месяц июнь. Двадцать третье число. Пора белых ночей и время когда толпы любопытных иностранцев приезжают чтобы посмотреть на это чудо природы. Вдобавок сегодня был любимый всеми норвежцами, и в том числе Брунгильдой, праздник святого Ханса (аналог русского праздника Ивана Купалы). А значит, будут везде фейерверки, факельные шествия, танцы, хороводы, прыгание через костер. Кругом будет царить смех, радость, веселье… Норвежцы со свойственной им сдержанностью и флегматичностью будут "отрываться".

Брунгильда, несмотря на то, что находилась в интересном положении, решила пойти на танцы. Вместе с возлюбленным. Ей уже надоело томиться дома, мучиться токсикозом, тошнотой, есть соленые огурцы, грызть известку и скорлупу яиц. Ей хотелось немного развеяться. И так хотелось танцевать: она давно уже этого не делала. Танцы происходили на открытой площадке. Девушка была в хорошем настроении, даже можно сказать была счастлива. Во-первых, через несколько месяцев у нее появиться долгожданный первенец, во-вторых, с ней рядом ее любимый, и у них все хорошо, а в-третьих, кругом праздничная атмосфера.

Ее возлюбленный куда-то отошел. Может, решил купить ей цветы. Вроде все было хорошо, но что-то ее слегка тревожило. Может тот дурной сон, что приснился накануне. Она его отчетливо вспомнила:

"Вот она идет по темной, темной комнате. Какие-то кругом цветы. Заходит в другую комнату, еще теснее, чем первая. Деревянный дощатый пол деревянные стены… И тоже из досок, а не из бревен. Вдруг появляется, откуда не возьмись мышь. Она бегает вокруг нее и пищит. Брунгильда бьет ее чем-то. Вроде палкой. Размозжат ей голову. Кровь брызгает вокруг. На Брунгильду. А Девушка не останавливается, а продолжает и продолжает уничтожать мышь. От нее остается лишь мокрое место. И кровь, кровь, кровь кругом… Брунгильде стало страшно во сне".

Когда она проснулось, то сразу подумала: нехороший сон. Но потом походила по дому, развеялась. Затем пошла на праздник, послушала музыку, немного потанцевала…

Фрекен Сторсет застегнула кофту: несмотря на лето на улице было прохладно. Вдруг к Брунгильде подошел бородатый светловолосый мужчина лет тридцати. Хорошо и дорого одетый. Но был явно пьян. Глаза осоловели, язык заплетался. Герр противно улыбался.

"О, фру или фрекен, морн (привет)! Какая вы симпатичная, разрешите с вами потанцевать, а? Я очень люблю танцевать. Особенно с такими очаровательными незнакомками… А как вас зовут, а, фрекен Прекрасная Незнакомка?.."

Брунгильда поморщилась… Она, став беременной, на дух не переносила запах алкоголя. А тут его было в избытке, и девушку чуть не стошнило.

"Что, что-то не так, девушка?" — престал улыбаться мужчина. — "Я вам не нравлюсь?"

Она сказала, что не танцует с подвыпившими мужчинами. К тому же у нее есть муж, и что он скоро придет. И, правда, не прошло и минуты, как возле них возник ухажер Брунгильды и грубо одернул нахала:

"Эй, любезный, а не могли бы вести себя повежливее с моей дамой? Иначе я не посмотрю, что ты здоровее меня. Врежу — враз слетишь с катушек!"

Видимо, мужчина давно искал ссоры, он быстро "завелся". Словно вспыхнувшая спичка

"А ну, попробуй, меня тронуть, молокосос!" — выкрикнул он. — "Я тебе урою прямо здесь!"

Парень не выдержал оскорбления и первым саданул обидчика по лицу. Но тот лишь покачнулся и в ответ нанес резкий и мощный удар ногой. Соперник увернулся, но каблук со всей дурной мужской силы врезался… в живот Брунгильде! Она охнула и согнулась от боли. Села на корточки. Боль была нестерпимая. Слезы брызнули из глаз. Стало рвать, голова закружилась… Она почувствовала себя плохо, очень плохо. Но никто не обращал внимание на корчующуюся в муках девушку. Все смотрели зрелище…

Ухажер вцепился с бородачом, но тот повалил его на пол, они стали кататься по полу и бороться и драться. Музыка мгновенно смолкла, танцы тут же прекратились. Шум, крики, гам, танцы приостановили. Их с трудом но растащили. Появились стражи порядка, и очень поздно врачи. Брунгильду немедленно отправили в больницу, но было уже поздно: у нее случился выкидыш.

Не зря она видела сон накануне.

Дурной сон. Если бы она хоть раз бы прочитала фундаментальный труд Зигмунда Фрейда "Толкование сновидений", то поняла бы, о чем был сон. Но свою книгу австрийский психиатр издал намного позднее в 1900 году. У Фрейда в сновидениях мыши, клопы, тараканы, кошки — это кто-то из близких. Если их видите во сне, то значит, речь идет о ваших родственниках и близких. А тесная комната, дощатый пол и стены это — гроб. Смотрите, как не странно звучит, сон внимательнее, и анализируйте его, когда пробудитесь.

И что произошло с Брунгильдой потом.

Семья Сторсет попыталась привлечь виновника к суду, но тот был богат и откупился. У сильного всегда бессильный виноват.

Несчастная фрекен Брунгильда Сторсет плакала ночами, какое-то время ходила в лютеранскую церковь, молилась, но в голове у нее стал постепенно происходить какой-то нехороший сдвиг.

"Еще родим, дорогая, не переживай так" — успокаивал ее парень.

Но она уже не могла забеременеть. Эта травма оказалась роковой для ее родильной функции. А возлюбленному хоть бы что, он кажется не переживал по поводу потери ребенка: напьется джина и храпит по ночам. Или придет, задерет ей юбку, навалиться на нее всем телом и молча "делает свое дело". А ее чуть не рвет от него. Вонючий, потный. Бр-р-р. Она возненавидела его всей душой. Терпела все, терпела, а потом однажды не выдержала и подсыпала ему яд в стакан с водой. Ночью его скрутило, появились дикие боли в животе, ухажера стало рвать. Брунгильда с диким злорадством и непонятной радостью наблюдала за мучениями некогда любимого, а ныне презираемого человека. Пусть этот гад испытает те адские муки, которые она испытывала она тогда на танцплощадке. Пусть почувствует то, что она тогда чувствовала.

Парень мучился, мучился, а к утру затих: сердце остановилось. Брунгильда впервые воочию, а не понаслышке увидела, как действует мышьяк. Ей ни капли не было жалко этого парня: он — один из виновников ее трагедии.

А вдохновил Брунгильду на столь ужасный "подвиг" пример одной шотландской девушки из Глазго по имени Мадлен Смит. Эта молодая особа принадлежала к среднему классу. В ту пору (это 1856 г.) ей было столько же лет сколько и Брунгильде. Мадлен познакомилась с клерком-французом Эмилем Анжелье. Он был старше своей возлюбленной лет на десять. Хотя социальное положение у него было низкое, и зарабатывал он не ахти, Мадлен с благосклонностью принимала его ухаживания, горячие поцелуи, цветы и романтические письма. А неплатоническую любовь она дарила жениху на дому когда ее родители уезжали куда-нибудь по своим делам. Пособниками в этом деле являлись ее служанки: они тайно проводили Эмиля в девичью спальню. Казалось любовь двух людей буде вечной и скоро они поженятся, но как часто бывает в жизни, в романические отношения вмешался случай.

Неожиданно за Мадлен стал ухаживать живущий по соседству богатый и всеми уважаемый Уильям Миннох. Родители одобрили эту партию. И тут девушка смекнула: а зачем ей пылкий, но нищий Эмиль, если есть спокойный и богатый Уильям. Оставалось ей сделать лишь один, но решительный поступок — порвать с бывшим воздыхателем. Но не тут-то было! Ослепленный любовной ревностью Эмиль пригрозил Мадлен показать ее родителям пламенные письма и рассказать о тайных свиданиях в их доме. Девушка вроде пошла на попятную, и страстный француз продолжил "пользоваться" гибким девичьим телом. Но каждый раз после визита к Мадлен особенно после того как он отведывал чая или кофе или шоколада он чувствовал какое-то легкое недомогание.

22 марта 1857 года месье Анжелье в последний раз побывал у Мадлен Смит. Как обычно после горячего и бурного секса девушка угостила ухажера своим фирменным кофеем. И как всегда он почувствовал себя неважно. Болел желудок, подташнивало. Эмиль еле добрался до своей съемной квартиры. Хозяйка помогла ему лечь в постель, а поутру нашла его мертвым. Было установлено, что его отравили мышьяком. Мадлен попала под подозрение. Нашли ее любовные письма, затем более существенные улики. Девушка незадолго до смерти Эмиля купила большое количество мышьяка. На суде она первоначально сказала, что купила отраву для крыс, но потом изменила показание и заявила, что отрава предназначалась для косметических целей. Несмотря на многочисленные улики Мадлен избежала тюрьмы: ее оправдали. Но почему?!

Во-первых, не было прямых доказательств того что Анжелье посещал Мадлен в тот вечер накануне смерти.

Во-вторых, общественное мнение и уважаемый суд рассматривал мисс Смит в качестве жертвы, а не убийцы. Дескать, коварный и расчетливый иностранец (да еще к тому же и грязный шантажист!) сбил с толку и соблазнил невинную девушку, а потом, поняв, что она все-таки выйдет замуж за соотечественника, от великого горя покончил жизнь самоубийством.

Да Мадлен оправдали, но скандал имел свои последствия. Ее отец и мать покинули Глазго, а Уильям Миннох благоразумно отказался от женитьбы на мисс Смит. Мадлен уехала в Лондон, где провела свою жизнь среди столичной богемы.

О судьбе Мадлен Смит Брунгильда прочитала еще в школе. И вот когда ей понадобилось навсегда убрать из своей жизни опостылевшего любовника, она вспомнила, как предприимчивая и дерзкая шотландская девушка отравила француза. И каким ядом. Она пошла в аптеку и тоже сказала, что мышьяк ей нужен для уничтожения крыс. Но Брунгильда не действовала как Мадлен: шотландка постепенно через кофе и шоколад давала жертве небольшие порции яда, и он накапливался в организме, а затем дала решающую порцию, которая и умертвила месье Анжелье. Норвежка решила даром не терять время, а подсыпала парню достаточное количество мышьяка, от которого жертва и лишилась жизни.

С тех пор новоиспеченная убийца стала люто ненавидеть мужчин, особенно зажиточных. Она мстила им за потерянного ребенка и потерянное женское счастье.

Зачастую, с женщинами происходит реальные сдвиги в психике, если они теряют ребенка и потом теряют навсегда способность зачать, либо делают аборт и тоже не могут забеременеть. Это психологически всю жизнь давит на них. Они с тоской смотрят, как счастливые дети идут в школу или садик с папами или мамами. Не могут слышать радостный и искрений детский смех, не могут видеть, как выселяться и играют дети. Они чувствуют себя каким-то неполноценными людьми, ведь женщина тогда реализует себя, когда становиться матерью, она познает новые ощущения, чувства, и новые жизненные краски которые открывает перед ней материнство. И мир меняется тогда кардинально. Когда живешь для себя — это одно, а когда для маленького родного человечка — это другое. Некоторые женщины как-то приспосабливаются к бездетной жизни, хотя иногда испытывают стрессы, депрессии в связи в этой ситуацией, но остаются вполне адекватными и нормальными людьми. Они заботятся о чужих детях, детях родственников, усыновляют детдомовских, становятся педагогами и воспитателями приютов и детских садов. У них происходит замещение и частичное разрешение их проблемы. А на некоторых это действует переломно, у них развиваются неврозы, психозы, навязчивые идеи, и отдельные личности становятся убийцами и маньяками. Ну ладно, есть такие случаи, когда бездетная женщина крадет из коляски чужого ребенка, приносит в свой дом и растит его — это полбеды, хотя это классифицируется в уголовной сфере как серьезное преступление, или ходит с пустой коляской по улице и играет дома с куклами, словно с настоящими детьми — это тоже полбеды, сошла с ума женщина, но никого не трогает, но, а если она убивает ни в чем неповинных людей из чувства мести за потерянного ребенка и за свою неспособность уже родить — то это беда, настоящая беда!

…Итак, возлюбленный фрокен Сторсет на погосте, сама фрокен теперь осталась одна. Ее ничто не держит в Норвегии. Ей хочется убежать подальше из своего города и навсегда забыть кошмар того июньского вечера.

Брунгильда хочет порвать раз и навсегда с прошлой жизнью и начать новую. Она срочно пишет письмо своей сестре о том, что хочет эмигрировать в Соединенные Штаты и просить разрешение первое время пожить у нее. Сестра отвечает, что не против ее переезда в Америку и поддерживает Брунгильду в этом решении. Фрокен Сторсет воодушевлена и обрадована ответом. И вот, собрав скромные пожитки, Брунгильда Сторсет решительно перебирается в 1883 году за океан, в город Чикаго. Ее сестра и ее муж тепло встречают свою родственницу. Начинаются эмигрантские будни.

Вскоре Брунгильда знакомится с охранником универмага Мэдом Соренсоном. Наивный парень ничего не знает о прошлом невесты и высказывает ей вслух свои мечты о сплоченной американской семье и куче детей. Брунгильда не хочет раньше времени огорчать жениха и ни слова не говорит о том, что она уже не способна к зачатию. И вот они обвенчались, свадьба состоялась, и молодожены стали жить поживать да добра наживать. Брунгильда решила взять себе новое, американизированное- имя Белла (в других источниках Белль), что означало: "красавица". Сторсет поняла: если кардинально меняешь жизнь, значит нужно менять и имя. Брунгильда — имя несчастливое для нее, а с новым, быть может, ей повезет.

Итак, у Беллы Соренсон начинается новая жизнь. Новая страна, новый муж, новое имя — чего еще желать?! Норвежская эпопея и имя Брунгильда Сторсет забыта раз и навсегда.

Но начинаются первые сложности в жизни Беллы. Ей все-таки приходится признаться мужу, что она не может зачать ребенка после одной трагической случайности. Следует бурная ссора между Мэдом и Беллой. Он обвиняет ее в чуть ли не в предательстве. Почему она ему не рассказала об этом до свадьбы. Почему скрывала? Миссис Соренсен плачет. Боялась, что он, узнав об этом, кинул бы ее. Молодожены еще немного ругаются, но мирятся. Мэд любит ее и поэтому все прощает. Если им не суждено зачать своих детей, то почему бы не усыновить чужих.

И они усыновляют детей. Для соседей — они теперь замечательная пара и замечательная семья, а Белла — заботливая и добрая мать, никогда не повышающая голоса на своих детей.

Спустя два года миссис Соренсен открыла кондитерский магазин. Но через год ее, как владелицу, постигло несчастье — магазин был полностью уничтожен огнем. К счастью, кондитерская была застрахована, и Соренсены приобрели новый дом. Однако, вскоре снова случился пожар, и дом сгорел. Но так как Мэд и Белла не забыли его предварительно застраховать, то снова получили солидную компенсацию и купили другой дом. Странно, но пожары продолжались. Случился еще один пожар, и снова страховая компания помогла семейсту Соренсенов уладить все их проблемы. Вот видимо когда в голове у Беллы закрепилась одна хитроумная схема, которую она потом воплотит в жизнь, но правда при других обстоятельствах.

Как-то осенним дождливым вечером Белла сидела на кухне недавно купленного по страховке дома и размышляла.

Как это выгодно страховать недвижимость, а потом устраивать поджог и получать за это хорошие деньги! Ведь так можно обогатиться! Но вечно устраивать пожары — не выход из положения. Вскоре это станет подозрительным делом, и их разоблачат. И тогда ломаного цента не дадут за их избушку. И тут мисс Соренсен прошиб холодный пот… А что… если страховать жизнь человека, а затем его убивать и получать за него приличные финансы. Вот это идея так идея! Но вот проблема: как умертвить человека чтобы не вызвать подозрение у полиции, медиков и страховых компаний. И тут Белла чуть не подпрыгнула на стуле:

"Мадлен Смит! Вот мое спасение!"

В голове у Беллы Соренсен замелькали быстро-быстро ассоциации-слова: Мадлен Смит, знаменитая шотландская отравительница, любовник-француз, мышьяк, отравление норвежского бой-френда… Стоп!! Ей нужен мышьяк! Или любой другой яд, но действующий безотказно и не вызывающий излишних подозрений у людей.

Беллу залихорадило. Есть еще ртуть, стрихнин, цианистый калий… Надо обязательно взять медицинский справочник и найти там все об отравляющих веществах и ядах. И Белла побежала за справочником…

Есть версии, что половая жизнь супругов Соренсенов наладилась и якобы Белла родила двух детей. Но все же это версия, имеющая, как и все другие версии, право на существование. Доподлинно известно, что у них было двое приемных детей.

Вскоре двое детей Беллы Соренсен — Кэролайн и Аксель, умерли в младенчестве (в 1896 и 1898 соответственно) от острого колита. Смерть детей в то время не была чем-то необычным, еще многие детские болезни не могла лечить тогдашняя медицина, но предусмотрительная Белла Соренсен, как оказалось, застраховали жизнь младенцев. За умерших детей она получила хорошие деньги. Итак, первый блин оказался не комом. Недаром Белла штудировала медицинский справочник днями и ночами. Мышьяк снова сослужил ей хорошую службу. Бесцветней яд без вкуса и запаха убил неокрепший организм младенцев, а медики написали в акте, что смерть наступила от острого колита. Белла после этого удачного двойного убийства воодушевилась и решила продолжить свое черное дело.

В 1900 году, во время переписи, Белль записала себя как мать четверых детей, из которых в живых осталось двое — Миртл трех лет от роду и одногодовалая Лили. Так же в списке значилась приемная дочь десяти лет — Дженни Олсен.

Коварная отравительница Белла Соренсен стала как-то странно посматривать на своего любимого мужа Мэда и о чем-то напряженно думать. Она ему точно готовила "сюрприз". И он вскоре случился.

В сентябре 1900 года Мэдсен Соренсен внезапно скончался от боли в груди. Белла почему-то не сильно переживала по поводу скоропостижной смерти мужа. И не удивительно, ведь жизнь любимого до некоторого времени супруга была застрахована на крупную сумму 8500 долларов(!). Причем Мед скончался именно в тот день, когда имели юридическую силу одновременно два страховых полиса.

Родственникам мистера Соренсена показались подозрительными обстоятельства смерти Мэда, и они настоятельно потребовали от соответствующих органов провести эксгумацию тела покойника. Белла заволновалась, но тут ей на помощь неожиданно пришел домашний врач. Он сказал, что лечил пациента от сердечной недостаточности, а Белль подтвердила это и утверждала, что перед смертью давала мужу порошки для облегчения приступа. В итоге родственники отступились, а смерть бедняги Мэда Соренсена признали естественной. Естественно, что после этого безутешная вдова Белла, получив по двум страховкам внушительную сумму. Коварная норвежка снова мысленно поблагодарила своего кумира — Мадлен Смит и короля ядов — мышьяк.

И тут Белле пришла новая идея, как и дальше обогащаться за счет страховки и смерти людей. Находить богатых вдовцов выходит за них замуж, страховать их жизни, умерщвлять и получать за них деньги. Но после двух выездных операций и двух убитых ею вдовцов она посчитала это дело хлопотным и неэкономичным. А что если купить какую-нибудь удаленную ферму, особняк, пусть даже не в Чикаго, а в другом каком-нибудь городе, даже в другом штате. И туда завлекать состоятельных вдовцов. Там их убивать и закапывать прямо в огороде, в общем, поставить страховой бизнес на поток. И покинув штат Иллинойс, заодно замести следы.

Надо сказать, что слова и дела у Беллы Соренсен не расходились с делами. Вскоре она купила в городе Ла Порте штат Индиана хорошую ферму и переехала туда.

Дом ей достался роскошный, но с дурной репутацией. В этом доме в свое время существовал фешенебельный публичный дом для состоятельных клиентов. Двухэтажный особняк имел сад, и громадный участок, который выходил к лесу и нескольким заболоченным низинам. Мисс Соренсен быстро навела порядок в доме, очистив, отмыв все. В доме было шесть спален, просторная столовая, кухня и большой подвал.

Вдова быстро познакомилась с соседями, на которых она произвела благоприятное впечатление. Милая добрая женщина, с тремя детьми. Радушная, приветливая. Правда их удивило, что Белла решила огородить особняк шестифутовый забором(1,8 метра) с колючей проволокой.

Белле срочно понадобились на благоустройство территории и мелкого ремонта в особняке. Но, а как добыть их она уже знала. Схема была все та же — денежный мешок (мужик) — под венец — страховка — ликвидация денежного мешка — выплата страховки. Чтобы окончательно замести следы своего чикагского прошлого она решила поменять фамилию Соренсен на какую-нибудь другую.

Белла "вышла на охоту" в город и вскоре окрутила одного вдовца, причем тоже норвежца. Ее вторым супругом стал светловолосый и бородатый красавец Петр Ганнес. Теперь Белла Соренсен превратилась в Беллу Ганнес. Окрыленный женитьбой Петр переехал к супруге со своим сыном и дочерью от первого брака, но всего лишь спустя неделю мальчик умер от неизвестного "вируса". Петр был безутешен, он не знал что в этом деле "постаралась" тетя Белла. Вскоре дочь Ганнеса забрали что-то заподозрившие родственники — и вовремя! Девочку бы постигла та же участь что и ее брата. Ганнес знала толк в ядах. На этот раз она могла дать совсем другой яд, и врачи бы констатировали смерть девочки от совсем другого "вируса".

Настал день, когда Белла "взялась" за своего супруга Петра Ганнеса. Он уже ей порядком надоел, да и то, что она хотела от него получить, она уже получила. Теперь "использованный материал" — Петр — должен был уничтожен или выброшен на помойку судьбы.

В декабре 1902 года, Белла предпринимает попытку раз и навсегда избавиться от опостылевшего мужа. Она уже действовала по хорошо отработанной схеме. Когда супруг пришел на обед, Белла незаметно подсыпала яд в куриный суп супругу и вынесла блюдо на стол. Но Петр видимо уже заподозрил что-то неладное, и не торопился есть первое. Его уже давно настораживало холодное отношение к нему супруги, странным становилось и ее поведение. Она ходила по аптекам, скупала какие-то бутыльки и порошки. На его законный вопрос, зачем ей все это надо, Белла неизменно отвечала, что лечиться от простуды. Потом ему до сих пор, а прошел почти год, не давала покоя странная смерть сына от неизвестной болезни. Да и достаточно ли он знает ее прошлое, досконально ли он ее изучил? Ведь он, околдованный ею чарами, быстро женился на ней, ничего толком о ней не зная. А внутри нее есть какая-то червоточина, что-то нехорошее, что-то плохое. Петр уже стал реально опасаться Беллы. И в последнее время у него в голове крутилась навязчивая мысль, что она его может отравить.

Видя, что Петр не притрагивается к супу, Белла недовольно выговорила ему:

"Что ты, милый мой супруг, не ешь суп, он такой вкусный, из свежей курочки, с картошечкой, с томатами. Я что ли зря старалась?.."

Ганнес сказал, что не будет есть суп, потому что он… отравлен. Белла сразу покраснела, разволновалась, и стала кричать на него. Дескать, он пропил все мозги, раз говорит такие вещи. Обвинять ее — бедную несчастную женщину — черт знает в чем? Тем более в покушении на убийство! Это слишком! Тогда Ганнес сделал ловкий ход: он притворился, будто он не сдержал эмоций в перебранке и выплеснул жидкость на пол. Мол, вот тебе твой суп! Ганнес пришла в ярость! Во-первых, от неслыханной выходки мужа, во-вторых, от того, что ее приготовления и деньги были брошены на ветер, а в-третьих, от того что ее план не удался. Но надо было знать Беллу Ганнес: она не терпела незавершенных дел. Раз муж должен был быть убит, значит, так и оно и будет. Недолго думая взбешенная провалом операции фурия схватила топор и нанесла сильный и стремительный удар по голове супруга…

Ганнес, не ожидавший такой прыти от жены, не успел среагировать на удар, и лезвия топора с хрустом вонзилось ему в череп. Кровь брызнула на стены. Петр с грохотом упал на пол, а с деревянной полки на него посыпалась посуда и еще больше усилила грохот. Белла поняла, что ее меткий удар оказался чересчур удачным: Петру нанесена была рана не совместимая с жизнью, кровь заливала его лицо, глаза его угасали с каждой секундой. Как и его жизнь. Белла и тут сориентировалась: выдержка у нее была поистине железная! Она быстро выдернула топор из головы супруга и отбросила его в сторону… Схватила тяжелую мясорубку, провела ею по фонтанирующей ране и бросила рядом с умирающим. И закричала как голосом трагической актрисы:

"Боже, помогите кто-нибудь! Мой муж умирает!.."

На нечеловеческий крик матери прибежала приемная дочь Дженни. Она увидела, что Петр прислонен к стене, у него проломлен череп, он весь в крови… Ганнес увидел Дженни и попытался что-то сказать.

"Она меня… " — Петр не успел договорить.

Его губы застыли, глаза закрылись, и голова склонилась к груди. Он был уже мертв.

"Слава богу!" — мысленно возликовала Белла, но принудила себя заплакать.

Бедный, бедный Петр! Он стал жертвой несчастного случая: с полки прямо ему на голову нечаянно упала мясорубка. Дженни должна в классе всем говорить, что папа погиб по неосторожности. Но Дженни потом видела топор со следами крови, и догадалась об истинных причинах смерти приемного отца. Она-то потом и проболталась многим одноклассникам о том, что ее мама убила папу топором. По городу поползли слухи о странной смерти Петра Ганнеса.

Делом занялся местный коронер. Коронер — это выборное судебное должностное лицо. Его обязанности — расследования по каждому смертному случаю, в том числе по случаям, где есть основание предполагать неестественную причину или насилие, а также по всем смертным случаям в тюрьмах. Расследование производится при участии двенадцати присяжных. Коронер может осматривать тела жертв, давать добро на вскрытие, в случае надобности назначать медицинскую экспертизу. Он также может допрашивать свидетелей. Он анализирует все полученные данные и приглашает присяжных постановить решение о причине и обстоятельствах смерти. Если присяжные высказывают решение о предполагаемой виновности кого-либо, то коронер может отдать приказ о немедленном аресте этого лица. Решение присяжных при расследовании коронера де юре равносильно обвинительному акту, и дело может быть передано суду малого жюри без дальнейшего производства следствия перед большим жюри.

И Белла не на шутку опасалась, что ее выведут на чистую воду. Но ей снова повезло. Коронер доказал что Белла Ганнес убила своего мужа, но представшая перед судом присяжных женщина оказалась беременной, и дело закрыли.

После смерти мужа, Белла получила по страховке около 4000 долларов. Ганнес извлекла урок из этой женитьбы. Ее ошибка была в том, что она вышла замуж за местного. А смерть местного жителя, как, оказалось, становиться предметом пересудов и слухов, а в ее случае — и судебным разбирательством. Значит ей — Белле Ганнес — надо быть умнее, и в следующий раз охмурять не здешнего толстосума, а приезжего. И желательно из дальних штатов.

Ее посетила еще одна умная мысль. Одной ей в этом хлопотном деле (убийствах) не справиться, нужен помощник. И она наняла в услужения некого Рэя Ламфера. Как она приворожила его к себе доподлинно неизвестно, известно то, что Ламфер безответно влюбился в хозяйку, которая к тому времени родила сына Филлипа и окончательно располнела, набрав вес свыше 200 фунтов (около 91 кг). Он безропотно будто раб подчинялся ее воле и выполнял все поручения, и мечтал, что когда-нибудь она выйдет за него замуж.

Но Ламфер не входил в проекты Ганнес, у нее были совсем другие проекты — кровавые и денежные. Учтя прошлые ошибки и нюансы, она начинает действовать по вновь утвержденному плану. В газетах Чикаго и других штатов появляются объявления о "состоятельной и миловидной вдовы", которая ищет возможности объединить свой капитал с капиталом надежного и трудолюбивого мужчины. Она писала, что ей нужен "человек так же хорошо обеспеченный, как и она, и с серьезными намерениями, для брака и совместного проживания на ее прекрасной ферме".

На протяжении нескольких лет к Белле приезжают свататься женихи со всей Америки. Многие имели при себе неплохие суммы денег, дабы не уронить себя в глазах миловидной и состоятельной вдовы.

Например, Джон Моу, который прибыл из города Элбоу-Лейк, штат Миннесота. Он, наивный, привез с собой более тысячи долларов, чтобы погасить ипотеку, так он объяснил соседям, которым Ганнесс представила его как своего кузена. Вскоре "двоюродный брат" бесследно исчез через неделю после прибытия.

Так же приехали и пропали еще два претендента — Питер Карсон и Олле Бадсбург.

В 1906 с фермы исчезает невольная свидетельница убийства Петра Ганнеса и причина судебного разбирательства у коронера — Дженни Олсен. Белле надоела болтливая приемная дочь, и она ее отравила, а Ламфер ее закопал на садовом участке. Отсутствие Дженни очень огорчает соседского парнишку Эмиля Гриннинга, который был по уши влюблен в дочку миссис Ганнес. Белла успокаивает парня, и придумывает байку о том, что Дженни уехала в закрытую школу для девочек в Сан-Франциско.

Затем следующей жертвой чуть не стал Джордж Андерсон из города Таркио, штат Миссури, который тоже был иммигрантом из Норвегии. Он тоже, как и многие деловые люди, клюнул на объявление богатой вдовы из Индианы и поехал устраивать свою жизнь и заодно объединить свой капитал с капиталом предприимчивой женщины.

Миссис Ганнес встретила его радушно.

Вечером она устраивает в честь его приезда торжественный ужин при свечах. Влюбленные мило воркуют и пьют вино. После Ганнес приглашает ухажера в спальню. Там они занимаются жестким сексом. Ламфер, съедаемый жуткой ревностью, стоит за дверью и прислушивается к сладострастным стонам и характерным звукам кровати. После изнуряющего секса и большой дозы выпитого вина Андерсон погружается в глубокий и безмятежный сон…

Среди ночи Джордж внезапно просыпается и видит, как над ним склоняется Белла Ганнес с тяжелым бронзовым подсвечником в руке. Страшное и ужасное выражение глаз женщины, похожую в этот момент больше на ведьму, всерьез напугало его. Белла говорит, что она просто хотела зажечь огонь и найти упавшую под кровать золотую сережку, но Андерсон ей не верит и просит его оставить в покое. Ганнес, натянуто улыбаясь, неохотно подчиняется. Остаток ночи Джордж естественно бодрствует, а рано утром он, несмотря на все увещевания невесты остаться, поспешно уезжает. Чуть-чуть и помолвка бы Джорджа Андерсона состоялась со смертью.

Белла кусает руки в великой досаде: покушение не удалось, и птичка выпорхнула из клетки. Но она сама виновата — нарушила привычную схему. Ей надо было бы просто отравить жертву, а она решила его убить подсвечником. Что за блажь ей взбрела в голову. Ну и черт с ним, с этим хлыщем, будут еще новые жертвы.

Почему Ганнес использовала одну и ту же схему? Причем более сорока раз. Приезд кандидата, выжимания денег с него, умерщвление его и придача тела земле. Неужели нельзя было убивать мужчин иначе?

Это называется психическая зацикленность, застревание, навязчивая идея. Компенсация за умершего ребенка. Можно это назвать местью. Посудите сами, ребенок погиб, его останки предали земле. Мужчина тоже ушел под землю. Око за око. Первое условие компенсации. Жертва должна быть зажиточный, как тот, кто ударил ее ногой в живот. Он должен отдать деньги ей — это втрое условия моральной компенсации. Ведь тогда тот убийца поневоле ее ребенка не расплатился с ней ни деньгами, ни жизнью. Вот теперь другие такие же состоятельные граждане расплачиваются своими жизнями и кошельками за того скандалиста.

Итак, мужчина должен обязательно умереть насильственной смертью. И должен отдать ей деньги. И тогда все в расчете. Подлый и несовершенный мужской мир в очередной раз рассчитался с Ганнес. После таких убийств она испытывала настоящую эйфорию. Радость до небес, приподнятый дух, хороший цвет кожи, даже какое-то физическое облегчение. Но отнюдь не сексуальное.

Ганнес в отличие от многих маньячек не была нимфоманкой, что странно. Она использовала секс лишь для вынужденной разрядки организма и для своих корыстных целей: допустим, завлечь и раскрутить коммерсанта. Пусть даже пару раз переспать с жертвой, но добиться своего. Охоту к сексу у нее отбил храпящий и смердящий бывший любовник, в тоже время домашний насильник. Он ее сделал фригидной. И косвенно, а может, и непосредственно, об этом можно поспорить, дал импульс ее карьере маньячки.

После этого так и хочется сказать сильному полу: "Мужчины, берегите женщин! Относитесь к ним внимательно и бережно!" Иначе вы приобретете врага тихого, но жестокого. Этот недруг не будет кричать, угрожать вербально, как обычно кричит задетый обидчиком мужчина: "Слышишь, (здесь обычно нецензурное обращение) я тебя припомню, ты у меня кровью будешь харкать!" А далее куча угроз и куча матерных слов, и ноль реальных действий. Этот недруг просто молча удалиться в свои покои, все тщательно и досконально обдумает, улучит свой единственный шанс и насыплет вам в чашку с кофе какой-нибудь отравы. И опять же молча, с внутренней сдержанной радостью и с чувством глубокого удовлетворения будет наблюдать, как вы корчитесь в муках и умираете.

Только двух мужчин она только устранила не по обычной схеме. Это еще в начале ее криминальной карьеры. Первого Криса Дрейпера потому что еще не купила особняк в Ла Порте. Второго — потому пока нащупывала подходящий метод убийства, так сказать искала непыльную и надежную схему. И еще, потому что жила на территории жертвы.

Второму она, не мудрствуя лукаво, перерезала шланг бензопровода. Очередной "муж" сел в машину и поехал. Она крикнула ему вдогонку: "Пока мой милый" и пошла расчерчивать на бумаге как будет тратить его деньги. Ганнес уже знала, что больше не увидит "суженого". Очень надеялась на это.

И вот ветер мчался на встречу жертве… И Джон будучи в хорошем настроении думал как хорошо, что он встретил эту женщину. Ведь он спасся от одиночества! Все его бывшие жены такие меркантильные, такие скандальные, такие зануды. А Белла добрая мягкая отзывчивая. Только иногда так странно смотрит на него, будто что-то замышляет. От этого взгляда становиться как-то не по себе. И все про деньги говорит. Любит их. Впрочем, все женщины любят деньги. Это аксиома.

Он отдал по приезду ей тысячу долларов: пусть видит, какой он предприимчивый мужчина, и что умеет зарабатывать деньги. Этот мужчина ехал и радовался: как хорошо, впереди счастливая семейная жизнь!

Дорога делала резкий поворот. Надо чуть притормозить. Он нажал на педаль томоза: она запала… Он нажимал на нее в отчаянии снова и снова. Тормоз не работал. Джоном охватила паника. Но он не знал что делать. Выпрыгнуть с машины, но он не успел. Автомашина вылетела с дороги и полетела в овраг. Теперь он, когда кувыркался в воздухе, понял значение супружеского взгляда. Да, он догадался, но было уже поздно. Круша все на своем пути, автомобиль со всей силы врезалася в дерево! Капот смялся как гармошка, а Джон погиб на месте.

Когда полицейские сообщили Белле Ганнес об автокатастрофе и смерти мужа она не сильно расстроилась. А вскоре, заметая следы, переехала в Ла Порте. И здесь заработала третья схема умерщвления мужчин, причем безотказная и долгоиграющая. Завлек — убил — забрал деньги. Завлек — убил — забрал деньги. Маньячка, одним словом.

В основном она убивала жертв с помощью яда. Чтобы было не хлопотно. Тут и верный Ламфер на подмогу. Копает яму для захоронения, и ночью, взяв за ноги умерщвленного, затаскивает в импровизированную могилу и погребает. Только на такие могилы никто и никогда не положит ни венков, ни цветов, ни водрузит деревянного креста. Никто не станет плакать над могилой и ружейных салютов не будет, не пения священника. Даже заурядной фразы: "Пусть земля ему будет пухом!" не будет! Безвестные они безвестные. Родственники их по все стране ищут, а они здесь аккуратненько в почве лежат вместо веществ, что служат для улучшения питания растений и повышения их урожайности.

Хороший видимо на этом огороде рождался урожай овощей и фруктов — человеческого удобрения здесь было очень много. А кровавый садовод — миссис Белла Ганнес все удобряла и удобряла свой обширный сад с маниакальной настойчивостью.

…Вскоре миссис Ганнес несказанно повезло. "Клюнула крупная рыба" — в 1908 году к Белле после непродолжительной переписки приезжает очередной жених, американец шведского происхождения из Южной Дакоты Эндрю Хегелейн.

"Паучиха" "Черная вдова" — Белла Ганнес — всевозможными путями завлекала свою свеженькую жертву в свою искусно сплетенную паутину. Маньячка с богатым воображением неплохо владеет письменным стилем. Она была мастерица "мягко стелить солому". И знала психологию людей, особенно мужчин. Знала их слабые струны, незащищенные места, их самые основные желания. Она могла одним лишь взглядом или одним словом поразить сердце любого мужчины, хотя она не была стройной и знойной красавицей. А еще она брала своих жертв притворной лаской и лестью. В одном из писем к Эндрю Хегелейну Белла растекалась по бумаге самым сладким елеем: " Мое сердце бьется как сумасшедшее. Оно похищено Вами, мой Эндрю. Я люблю Вас. Приготовьтесь остаться уже навсегда и приезжайте…"

Хегелейн так и сделал.

И опять Белла сияет счастьем. Она снова собирается замуж. Хегелейн допущен в особняк вдовы, а Ламфер исчезает оттуда по строгому распоряжению Ганнес. Если надо она его позовет, а пока он ей не нужен. Ламфер расстроен, переживает в душе дикую ревность, но ослушаться Беллу он не может — ведь он ее любит! Хегелейн на радостях, что наконец-то нашел женщину своей мечты, снимает с банковского счета все свои сбережения — 1800 долларов, чтобы оплатить долги невесты и устроить пышную свадьбу. Ну а дальше все по отработанной схеме. Романтический ужин при свечах, вино, секс, затем еще один бокал вина, но уже с ядом на дне. Клиент выпивает и умирает в постели. Под покровом ночи в особняк возвращается преданный Ламфер и привычно хоронить труп в саду, ближе к болоту. В награду верному слуге милостиво разрешается допить нетравленого вина и разок воспользоваться телом хозяйки. Потом через два дня Белла сообщает соседям, что разочаровалась в женихе и прогнала его прочь. Алиби обеспечено. Все прошло без сучка и задоринки.

Спустя три дня миссис Ганнес делает вклад в местном банке, на сумму чуть меньшую, чем была при себе у Эндрю Хегелейна. Она радуется этой победе и на волне эйфории вступает в преписку с новыми кандидатами на ее руку и сердце. Но случается непридвиденое.

3 февраля 1908 года ее верный и преданный раб Рэй Ламфер восстает против нее. Он говорит ей, что без ума от нее и ему надоело эта возня с женихами. Он сам хочет стать ее мужем и мечтает об их совместном ребенке. И ставит ультиматум: либо она становится его женой либо он идет… в полицию. В первые минуты после выступления слуги Ганнес ошеломлена и находиться в полной растерянности. Как же так преданный человек хочет ее предать, сдать в полицию? Это слишком! Ламфер уже почти торжествует: вот-вот и его любовь сдастся и упадет в его объятья. Но мы уже помним по эпизоду с убийством Петра Ганнеса, что Белла имеет сильную выдержку и леденое хладнокровие. И всегда быстро принимает решения. Здесь маньячка тоже быстро сориентировалась. Она просто достала из комода удобный пятизарядный револьвер "Смит и Вессон" (образца 1880 года) и выстрелила шантажисту в ногу…

Ламфер с криком упал на пол и, схватившись за ногу, стал корчиться от боли. Белла в это время слегка раскорябала себе щеку, растрепала прическу, оторвала рукав платья и позвонила в полицию. Когда стражи порядка приехали, она заявила, что Ламфер пытался ее изнасиловать, и она вынуждена была защищаться. И еще она заявила, что Рэй уже давно желает ее гибели. Миссис Ганнес приходит к адвокату и пишет завещание о том, что после смерти ее имущество должно быть передано ее детям и приюту для сирот норвежских эмигрантов.

Вскоре миссис Ганнес получает письмо от брата Эндрю Хегелина — Асле. Тот спрашивает, куда пропал его родственник, снявший крупную сумму денег. Белла пишет ответ: мол, вероятнее всего, Эндрю вернулся в Норвегию, а больше она о нем ничего не знает. Асле присылает новое послание, где пишет, что не верит ей и требует доказательств. Белла начинает нервничать и возвращает к себе тайно Ламфера, которого она уже простила. И вот однажды…

28 апреля 1908 года Джон Максон, которого Белла наняла после увольнения Ламфера, пробуждается от запаха дыма. Сегодня за ужином хозяйка разрешила ему побаловаться хорошим французским вином, и он согласился. Но миссис Ганнес так это занятие поощряла, что Джон не рассчитал сил и явно перебрал вина, а затем крепко заснул в своей комнате. Если бы не его острое обоняние — быть беде!

Кошмар, в доме пожар! Слуга выбегает из комнаты и громко стучит в дверь, где спит миссис Ганнес. Заглядывает туда — там никого нет. И вообще в особняке никого нет. А ведь они все, как и он, сидели за ужином за общим столом. И хозяйка, и ее дети, и новая горничная. Где они?! Может они успели покинуть особняк до пожара? Максон видет, что огонь разгорается сильнее и понимает, что если он не прекратит поиски людей, то скоро может погибнуть в огне или задохнуться от дыма. В отчаянии Джон выпрыгивает из окна второго этажа — и удачно! Ничего не сломал, ничего не вывихнул, лишь сильные ушибы. Максон бежит за помощью.

Прибывшие пожарные не могут спасти особняк: он весь охвачен сильным огнем и вскоре полностью сгорает. Пожарные начинают разгребать завалы и — о, ужас! — на пепелище их ждет страшные находки — четверо трупов. Один принадлежит женщине без головы, а трое других — детям. Тут же прибывает полиция, врачи и осматривают место происшествия. В ходе расследования выясняется, что все четверо погибли насильственной смертью, и их убили задолго до того как подожгли здание. Значит, кто-то запалил дом, чтобы скрыть следы преступления. Полиция сразу отыскивают Рэя Ламфера и арестовывают. Естественно, он главный подозреваемый. Ведь у него есть основной мотив — месть своей бывшей хозяйке — Белле Ганнес.

Следователю Ламфер признается в поджоге, но отрицает факт четверного убийства. У полиции возникают первые подозрения. Тело женщины, найденное в руинах дома, не принадлежит миссис Ганнес, и по размеру и по характерным признакам. А вот дети — ее, Беллы Ганнес. И самое интересное что дети и женщина отравлены одним и тем же ядом — стрихнином. А голову отрубили уже после отравления. Но зачем? Помешать идентифицировать труп? А где тогда сама Белла Ганнес? Может под руинами дома? Полиция еще раз внимательно осмотрела сгоревший особняк — трупа хозяйки нигде не было. Выяснилось, еще две любопытные вещи. Во-первых, незадолго до трагедии Ганнес приняла на службу новую горничную. Не ей ли принадлежит обезглавленный труп? А во-вторых, миссис Ганнес за день до пожара закрыла все свои счета в банке и сняла не много не мало, а более трехсот тысяч долларов! Вот так богачка! Все ясно, Белла Ганнес сама убила своих детей и служанку, обезглавила ее и подожгла дом. Типа несчастная вдова сгорела вместе со своими детьми по случайной неосторожности. Теперь Ганнес сама превратилась в главную подозреваемую. Кинулись ее искать — а ее нигде нет! Но не могла же она все эти злодеяния проделать без помощника.

Тогда полиция вновь стала допрашивать Ламфера. И Рэй под сильным нажимом следователей вынужден был рассказать о том, что на самом деле происходило в тот трагический вечер — 28 апреля.

А дело было так. Ганнес отправила ему тайную записку с настоятельной просьбой прийти к ней поздно вечером. Когда он пришел, Ганнес уже сделала свою "черную" работу. Она отравила за ужином горничную и детей, а слугу Максона напоила до бессознания. Трупы лежали прямо под столами. Затем заставила его — Ламфера — отрубить служанке голову и выбросить ее за забор в болото. Потом он разложил трупы по кроватям, чтобы полиция подумала, что все они сгорели во сне. Почему он помогал Ганнес в столь чудовищном преступлении? Белла клялась, что после того, как они уладят это кровавое дело, она обязательно выйдет за него замуж, и они уедут вместе из Ла Порте. Они условились пресечься в определенном месте, но на встречу, он не пришла. Обманула. А почему Ламфер или Белла не убили Максона? Ту все просто: хотели, чтобы все подозрения, в поджоге и убийстве, пали на него. Суд снял с Ламфера обвинение в убийствах, но приговорил к заключению за поджог дома. В тюрьме Ламфер недолго протянул: умер от туберкулеза.

Вот так закончилась безответный любовный роман Рэя Ламфера и Беллы Ганнес. Собачья преданность и любовь к убийце-маньячке ничего ему хорошего не принесли, лишь несчастье и горе и превратили в сообщника. Так что 1/3 крови загубленных вдовою жертв осталось на его совести.

И тут случается одно событие. Это именно тот ключевой момент в нашей ужасной истории, после которого и будет изобличена маньячка Ганнес, и после которого весь мир узнает о ее страшных преступлениях.

В Ла Порте приезжает брат Эндрю Хегелейна — Асле. Из газет он узнал о странном пожаре в особняке женщины, которую он давно подозревал в исчезновении своего брата. Он находит еще живого Ламфера и подробно расспрашивает его о брате. Тот ему рассказывает правду. И описывает участок, где ему пришлось копать в день убийства его брата Эндрю. Это большая мусорная яма возле болота, в том месте, где обычно кормили свиней. Асле Хегелейн помчался на сгоревшую ферму миссис Ганнес, взял лопату, отыскал по описаниям место и стал копать. К нему присоединились соседи, добровольные помощники из числа местных жителей, а затем полиция и врачи. И вот первая ужасающая находка — труп мужчины, в котором Асле не сразу, но опознает пропавшего брата. Дальше стали находит и другие трупы. Количество их быстро росло. Десять, двадцать, тридцать!.. Люди копали несколько дней подряд — и волосы вставали дыбом. Вот это размах был у маньячки! Столько загубить человек! И ведь никто и не видел и не догадывался, какие злодеяния совершаются в этом доме. И как цветущий сад превратился в кладбище для людей.

Многих удалось опознать, даже узнать какие суммы денег предавались коварной Ганнес. Меньше пятьсот не было. Чейрс Нейбург из Филадельфии — 500 долларов, Бенджамин Чарлинг из Чикаго, штат Иллинойс, в последний раз видели его с женой в 1907 году. Он сказал всем, что собирается в Ла Порте, чтобы жениться на одной богатой вдове, у него было около 1000 долларов от страховой компании и из заемных средств от нескольких инвесторов. В июне 1908 года его вдова идентифицировала по контуру его черепа и трем отсутствующим зубам. Генри Гархольд из штата Висконсин привез любвеобильной вдове 1500 долларов. А Берт Чейз Мишавака из Индианы продал даже свой мясной магазин и поехал со всей суммой, вырученной от продажи, в гости к миссис Ганнес. А его брат получил фиктивную телеграмму как бы из Абердина, Южная Дакота, утверждавшую, что Берт погиб при крушении поезда.

Нашлось и тело приемной дочери Ганнес — Дженни Олсен, отравленной стрихнином.

Еще были жертвы: неопознанные мужчина и женщина, которые, как утверждается, исчезли в сентябре 1906 года. Предположительно это были профессор и его жена из Лос-Анджелеса. Еще был раскопан неизвестный мужчина из Огайо в возрасте лет пятидесяти. Рядом с ним лежал неизвестный мужчина, из Монтаны. Потом следствие выяснить, что этот фермер рассказывал людям на курорте, что он собирается продать Ганнесс коня и повозку (похожие лошади и коляска были обнаружены на ферме) Были и много и других трупов, похороненных неглубоко под землей, взрослых, детей, которых полиция не смогла идентифицировать. В общем, количество убитых людей зашкаливало за сорок и более человек.

19 мая 1908 разложившиеся трупы семи неизвестных жертв были похоронены на кладбище Патон в Ла Порте. Останки Эндрю Хегелейна и Дженни Олсон тоже были похоронены на этом погосте.

Беллу Ганнес больше никто и никогда не видел в Ла Порте, как и в самом штате Индиана, так и в других. Она словно испарилась в воздухе. Правда иногда в полицию Ла Порты несколько раз в месяц поступали донесения о том, что кто-то где-то видел коварную маньячку и опознал. Или видел похожую на нее даму. Но это все были ложные сведения. Потом эти донесения и вовсе прекратились. Город позабыл свою местную маньячку.

Итак, в 1908 году конвейер смерти в Ла Порте прекратил свое существование, но изобретатель его видимо был еще в полном здравии. И возможно где-то жил без проблем и забот. И некоторые родственники обманутых и убиенных жертв не верили в смерть Беллы Ганнес и все же искали коварную маньячку. Своими силами. И правильно, что искали, главный конструктор Ганнес жила за тысячи миль от Индианы и наслаждалась спокойной старостью. Правда, под другой фамилией. И думала, какая же она хитрая, раз всех обманула. Но рано радовалась убийца: ее жизненный сценарий уже переписывался на небе.

…Это случилось в 1929 году.

Тридцатидевятилетняя рыжеволосая Шейла Дрейпер обняла своего бой-френда и поцеловала. Они стояли у черного Форда. "Модель "А". Их выпускали с 27 года. Современный мощный и цвет красивый. Первый автомобиль с овальной эмблемой на решетке радиатора. Их полностью скрывал гигантская красно-коричневый ствол секвойи.

Крис обещал ей выполнить одно поручение. Как он решился на это дело, он до сих пор не знает. Но он пообещал — значит надо выполнить обещание. Это поручение очень страшное. Надо убить человека. Правда, плохого человека. Нелюдя, изверга, маньяка-убийцу. Но от этого не легче. Он никогда никого не убивал в своей жизни, а требуется убить. Это грех. Но он любит свою женщину. И надо доказать свою любовь. Шейла говорят, что эта женщина лишила жизни многих людей. Не только ее отца. Она называла цифру — сорок два человека(!). Надо же! Сорок две загубленные жизни — уму не постижимо! Схема проста: охмурила мужчину, вышла замуж, отравила и завладела его богатствами. И накопила она немало около 300 тысяч долларов.

Шейла сказала, что хочет ей отомстить за смерть отца. Она помнить эту женщину до мельчайших подробностей, в то время когда она жила у них. Она ее так ненавидела и ревновала к отцу. Не зря выходит. Шейла читала про процесс над ее правой рукой — Ламфертом. Про его и ее злодеяния. Про целое кладбище насильно умерщвленных мужчин вокруг ее особняка. Она сразу не поверила в официальную версию гибели Ганнес, была уверена, что маньячка инсценировала свою смерть, убив экономку и детей. А сама убежала с деньгами. Шейла все это время искала убийцу и не могла найти. Может быть и не отыскала если бы не зарождения нового вида искусства — кинематографа.

Однажды она пошла на публичный просмотр двадцатиминутного черно-белого короткометражного фильма об одном американском штате. Картина была немой. Но было ужасно интересно смотреть, как на белом раздвижном экране мелькают люди, ездят автомобили… И тут среди толпы она неожиданно увидела знакомое лицо! Это лицо она бы узнала из тысячи! За долгие годы оно не изменилось, лишь постарело. Даже та же прическа и стиль одежды.

Шейла еще несколько раз приходила на сеансы и вглядывалась в эту физиономию. Она! Точно она! Без сомнения — это Белла Ганнес! Она ее наконец нашла! И где? В Калифорнии. В солнечном и богатом штате. А именно в городе на границе с Мексикой — Сан-Диего. Вернее в его пригороде. Подальше от океана и пальм, но ближе к горам и красным хвойным гигантам — секвойям. В этом тихом месте и в этом хорошем доме жила коварная Белла Ганнес.

А особняк неплох, двухэтажный с мансардой. Добротное жилище.

Крис нервно закурил…

К этой твари нужно проникнуться ненавистью тогда будет легче убивать. Морально легче. Жертве уже за семьдесят. Старуха. Ведь скоро сама протянет ноги, но судьба поторапливает ее смерть.

С Крисом его приятель Бобби. Он вроде сидел в тюрьме. Правда, за грабеж. Но согласился помочь. В багажнике лежал остро заточенный топор, бейсбольные биты, веревки, перчатки. Все было подготовлено для устранения Беллы Соренсен Ганнес, а ныне Джоан Маклин. План разрабатывали и продумывали до мельчайших подробностей. Для начала следили за домом, за ее распорядком дня. Узнали, что она любит после обеда сходить в местный магазинчик и купить свежего тунца для любимой кошки. Не посылает за рыбой ни горничную, ни садовника. Сама ходит. Это и на руку троице.

Засада там, где нужно. Подходящее место. Дорога от дома Ганнес идет прямо. Потом резкий поворот. Небольшой пустырь. Огромное дерево. Кустарники. До следующего дома метров 150. Люди редко здесь ходят. Никто не увидит троицу.

Теперь парни ждали последнего выхода Беллы Ганнес. Время тянулось невыносимо долго. Похитители заметно нервничали. Но вот открылись ажурные ворота… Появилась старая женщина. В белой блузке, и, несмотря на теплую погоду в черной длиной юбке. Ростом где-то 173 см. Толстенькая. Килограмм сто. Седые волосы зачесаны назад и собраны в шишку черным бантом.

"Вот и она", — сказала Шейла. — "Ковыляет с палочкой. Смотрите не упустите ее. Она нужна мне только живая…"

Крис сказал ей, чтобы она не беспокоилась о результатах операции, все будет о'кей…

"Боб, бей ее по голове. Когда поравняется с нами. Да посильнее, вдруг сразу не отключиться", — попросил приятеля Крис. — "Знаешь, эти божьи одуванчики порой такие крепкие попадаются — битой не убьешь".

Приятель понимающе кивнул.

Хлопнули дверцы машины. Крис и Боб вышли из нее типа покурить. Шейла осталась в "Форде". Крис открыл багажник и вроде начал что-то искать, а Бобби встал рядом, прижав к ноге бейсбольную биту. Он делал вид что с "неподдельным интересом" следил за тем, что делает Крис, а сам искоса наблюдал за тем, когда из-за ствола возникнет жертва.

И вот она появилась…

Белла, неторопливо ковыляя, поравнялась с машиной. Увидев незнакомых и подозрительных людей, она внутренне насторожилась, но не успела ничего предпринять. Все произошло очень стремительно. Дернулось дюжее плечо Бобби, бита взметнулась верх и со всей силы опустилась на старческую голову.

Тук!..

Раздался глухой звук. Старуха рухнула как подкошенная. Парни посмотрели вокруг. Свидетелей нет?.. Вроде нет. Сработали аккуратно. Без сучка и задоринки. Быстро связали находившуюся в бессознательном состоянии Ганнес, сунули ей кляп в рот и закинули в багажник. Туда — и клюку ее! Запрыгнули в машину. Крис нажал на газ — и "Форд" рванул с места.

"Вы часом не убили ее, парни? — обеспокоенно спросила Шейла у подельников.

Крис отрицательно покачал головой. Нет, она жива, но не скоро очухается. Ему поддакнул Бобби. Мол, не переживайте, леди, старушенция хоть и без сознания в норме и запакована в багажнике как в сейфе — никуда не денется.

Дорога пошла вдоль озера и хвойного леса. Свернули в лес, немного проехали вглубь и остановились. Троица вышла из машины. Крис и Боб вытащили из багажника жертву и кинули на изумрудную траву.

"Тяжелая как боров", — зло усмехнулся Боб.

Крис согласно кивнул головой.

Ганнес пришла в себя и вытаращила глаза. Замычала. Седая голова была в крови. А также левый висок, левая щека, левая сторона шеи. Кровь была и на платье.

"Вытащи кляп, Крис", — попросила друга Шейла. — Ее здесь никто не услышит"

Крис сделал то, что просила его подруга.

Ганнес еще не понимала, зачем ее схватили. Нет, это не полиция, не мафиози, не маньяки, а обыкновенные парни и молодая женщина с ними. Но они очень агрессивно настроены против нее. Раньше она их нигде не видела? Нет, они ей не знакомы. Она их в первый раз видеть в своей жизни. Может, прознали, что она очень богата и хотят потребовать выкуп. Ганнес осторожно поинтересовалась у похитителей:

"Вы что удумали, дети мои. Зачем вам сдалась старуха?.. Отпустите меня бога ради… Зачем вам сдалась старая больная женщина?.."

Шейла выступила вперед и зло бросила ей в лицо гневные слова:

"Богом клянешься, ты, исчадие ада! Как ты можешь касаться своим поганым языком имя Христа, ты же — дьявол! Ты — убийца! Тебя надо покарать как сатану! Не знаешь за что?! А моего отца помнишь? Чарли Дрейпера?.. Вспомнила?! Так чем ты его отравила, сволочь! Зачем забрала наши деньги и недвижимость!.."

Она хотела ударить кулаком по мерзкой физиономии душегубки, но сдержалась.

Шейла вдруг заплакала, а Белла Ганнес запаниковала: это явно не похищение с целью выкупа, а хуже — это самая банальная и очевидная месть, и ее точно собираются убивать. Не мучить, не издеваться, не насиловать, а убивать. Жаль, что эту рыжеволосую мерзавку она вместо того чтобы отравить на тот свет, отправила в приют. Пожалела, дура, ребенка, а теперь нажила себе смертельную проблему. Но как не хочется умирать. Даже в свои семьдесят. Хочется еще лет двадцать пожить. Что делать, что делать? Надо потянуть время, а потом что-нибудь придумать. Интересно, как же ее нашли? За тысячи километров от Индианы?..

Ганнес выдавила слезу и запричитала:

"Не убивайте меня, люди добре, помилосердствуйте! Я старая, я сама помру скоро. Зачем вам на душу такой тяжкий грех. Вы такие молодые. Потом будете мучиться всю жизнь, совесть ваша никогда не уснет. Я дам вам любые деньги только отпустите меня!.."

Крис опустил глаза вниз. Может и не стоит убивать бабку, но Шейла была тверда как камень в своем решении. Оно и понятно. Сколько ей пришлось испытать унижений и издевательств в детском доме из-за этой сволочи. Тем более она убила ее горячо любимого папочку. Здесь ей вообще не было никого снисхождения и прощения. Dura lex, sed lex — Закон суров но это закон. Особенно когда он человеческий. Старуха должна умереть! Казнь свершиться в любом случае.

Парни отыскали подходящий пень и приволокли к нему Беллу. Снова закрыли ей рот, чтобы не кричала. Крис достал топор, но помялся и передал его Бобу. Нет, не может он убить человека, не может. Прости, Шейла. Крис виновато опустил глаза…

Шейла с презрением посмотрела на Криса и громко и торжественно заговорила:

"Верховный народный суд Соединенных Штатов Америки постановил… За многочисленные убийства невинных людей и за смерть Чарли Дрейпера, фермера из Техаса, подсудимая Белла Соренсен Ганнес приговаривается к смертной казни путем отсечения головы. Смягчающих обстоятельств нет. Приговор привести в исполнение незамедлительно".

Ганнес до последнего цеплялась за жизнь. Она откатилась от пня и пыталась уползти дальше, но Крис снова подтащил дико мычащую и брыкающуюся маньячку к импровизированной плахе. Со всей силы ударил Ганнес по почке, Белла резко обмякла от внезапной и пронизывающей тело острой боли. Боб резко взмахнул топором и опустил… Для усиления удара коротко и шумно выкрикнул. Старуха, замешкалась и не успела вовремя убрать голову…

Сталь неумолимо устремилась к шее жертвы.

Тук!.. Хрустнули перерубаемые шейные позвонки, кровь брызнула в разные стороны и голова, как срезанный кочан капусты, кувыркаясь, покатилась по траве.

Шейла вскрикнула и в ужасе закрыла глаза. Криса затошнило и вырвало. Боб, приятель его, был на удивление стоек и спокоен. Будто он всю жизнь (а может в прошлой жизни) работал палачом. Никто из его подельников не знал, что он уже сталкивался не только с грабежами, но с кровавыми делами. Даже убивал. И ему было в данной ситуации нипочем. Он хладнокровно вытер ладонью попавшие на его лицо алые брызги. Сорвал пучок травы и очистил лезвие топора от крови. Завернул орудие убийства в холщевую тряпку.

Пахло свежеепролитой кровью и какой-то терпкой травой похожей на багульник.

Мстители облили бензином труп Ганнесс и подожгли. Костер ярко запылал. Вскоре в воздухе повис противный запах паленых волос и поджаренного мяса. У Шейлы чуть не вывернуло нутро, она прижала носовой платок к носу и вдыхала через него. Но не уходила с места происшествия. Она с каким-то радостным и непонятным удовлетворением наблюдала, как горит маньячка. Парни тоже стояли и смотрели на горящий труп: их завораживало это зрелище. Вскоре тело обуглилось, пламя стало стихать.

Убийцы Ганнес молча сели в машину и уехали…

Вот так ответила Белла Ганнес (в прошлом Брунгильда Сорсет) за свои кровавые преступления. Никогда нигде не работающая "Красавица-чудовище" сжила со света около пятидесяти ни в чем неповинных людей (это только кого нашли официально, а сколько трупов маньячка сокрыла пред судом), но и сама поплатилась за это. И хотя мстители, лишив жизни маньячку, сами стали убийцами их можно оправдать: что не сделал институт власти, сделали они, люди. А там их бог рассудить. И Ганнес, и Шейлу, и Криса, и Роберта. Кому гореть в аду, а кому быть в раю.

ГЛАВА 8 БОННИ ПАРКЕР — УБИЙЦА-ПОЭТ

или СЛАВА ЛЮБЫМ ПУТЕМ

Нынче Бонни и Клайд — знаменитый дуэт,

Все газеты о них трубят.

После их "работы" свидетелей нет,

Остается лишь смерти смрад.

Но немало звучит о них лживых слов,

И жестоки они не так.

Ненавидят они стукачей и лгунов,

А закон — их смертельный враг.

Бонни Паркер

13 апреля 1933 года. 16 часов дня.

Город Джеплин, штат Миссури.

Внимание соседей привлекает не только странное поведение жильцов квартиры, но и то, что их машины зарегистрированы в другом штате — Техасе. Заподозрив неладное, сосед Барроу отправляется в полицейский участок Миссури Роуд. Бригадир Джон Келер предполагает, что подозрительная компания — бутлегеры и решает организовать облаву.

В 4 часа дня две полицейские машины подъезжают к квартире налетчика Барроу. Ничего не подозревающие его подельники Клайд и Джоунс стоят на крыльце и курят. Вдруг к дому вылетает первая машина с надписью "Police" и раздается визг тормозов.

"Копы! Быстро в гараж!" — орет Клайд, выплевывая на дорогу окурок, и моментально вместе с подельником скрываются в гараже, захлопнув за собой дверь. Вторая полицейская машина блокирует выезд из гаража. Полицейские с оружием наперевес выскакивают из машин.

"Эй, сдавайтесь, голубчики! Вы окружены! Сопротивление бесполезно!" — кричит Келер и целиться в сторону куда укрылись бандиты.

Сейчас, сейчас они трезво пораскинут мозгами и выйдут с поднятыми руками голубики! Им лучше сдаться, а не то…

Но бригадир фараонов просчитался: преступники и не собирались сдаваться. В гараже имелся целый арсенал. И вот бандиты хватают автоматы Томпсон и, толкнув дверь ногой, производят несколько очередей по стражам порядка. Это сигнал опасности для тех, кто находится в квартире. А это подруга Клайда — Бонни Паркер и его младший брат Бак. Они тоже вооружаются автоматическим оружием.

Уже после первых выстрелов полиция несет потери: один смертельно ранен, второй убит. Копы залегают за машины и ведут оттуда перестрелку. Келер посылает за подкреплением. Клайд понимает, что время идет на секунды и скоро здесь будет тьма полицейских — тогда им конец! В связи с особой опасностью банды есть приказ в живых преступников не брать.

"Идем на прорыв!" — принимает решение Клайд. — "Иначе нас всех здесь укокошат!"

Под прикрытием автоматных очередей Клайда и Бака и Бонни, Джоунс бросается к полицейской машине, которая все ещё перегораживает дорогу. Он пытается снять машину с ручного тормоза, когда пуля ранит его в голову. Бонни Паркер от злости дает очередь по полицейской машине. Две пули, разбивая фару, вонзаются в капот, а одна, звякнув и отрикошетив от бампера, попадает прямо в голову одного копа, укрывшегося за машиной. Полицейский моментально умирает. Паркер перезаряжает диск автомата. И снова пару очередей по полицейским…

Шатаясь, Джоунс возвращается в дом. Бак пытается также освободить проезд и ему это удается. Он снимает полицейскую машину с тормоза и, используя её как щит, он толкает её к шоссе и снова возвращается в дом. Банда садится в машину, выезжает из гаража и скрывается.

В этой перестрелке Клайд был ранен в руку, но Бонни умудрилась заколкой извлечь пулю и перевязать своего героя.

При осмотре квартиры, в которой проживали члены шайки Барроу, полицейскими было найдено множество фотографий Бонни и Клайда. Эти черно-белые снимки пришлись очень кстати правоохранительным органам: теперь "романтических отморозков" при встрече можно было узнавать в лицо. Естественно достоверные изображения налетчиков были разосланы по всем штатам, где разбойничала и промышляла грабежами "сладкая парочка". После этой ожесточенной перестрелки и потерь со стороны полиции Клайд и Бонни попадают в черный список ФБР, где числятся самые опасные преступники Америки. Отныне с ними перестанут церемониться: если не удастся взять живыми, то их расстреляют на месте как бешеных собак.

Вот только один из эпизодов деятельности банды Клайда Барроу и Бонни Паркер, а их было множество. Видно было, что эти преступники матеры, безжалостны и решительны. А еще удачливы. Хотя до этого они были скромными гражданами и не помышляли о криминальной карьере. Интересно как они дошли до жизни такой. Начнем с нашей героини — мисс Паркер.

Бонни Элизабет Паркер родилась 1 октября 1910 года в городе Ровена штат Техас в бедной семье каменщика. Когда малышке Бонни было 7 лет, умер ее отец. Мать с тремя детьми переехала в Даллас. В школе юная Паркер делала успехи, хорошо училась, обладала богатой фантазией, и актерским мастерством. Любила импровизировать, играла в школьных спектаклях, писала стихи, увлекалась литературой.

Внешность ее была привлекательна: миниатюрная (41 кг, при росте 150 см), симпатичная, стройная, бойкая. Рыжеволосая. Говорят, что женщины с таким цветом волос очень активны в жизни, напористы и сексуальны. Правда в голливудских фильмах Бонни предстает девицей с натуральными светлыми волосами — что поделать американская киноиндустрия неисправима: главная героиня в любой киноленте всегда должна быть непременно блондинкой.

У Бонни уже с детства превалирует в характере демонстративность и астероидность. Если демонстративность в норме то это ничего, если норма выше среднего — то развивается истерическая акцентуация. Если зашкаливает — то развиваются психопатия, то есть, проще говоря, человек становиться ненормальным. Во многих женщинах демонстративность присутствует, но если в большом количестве, то девица станет, либо актрисой либо преступницей. Так произошло и с нашей героиней.

По классификации известного психолога К. Леонгарда у Бонни Паркер был налицо демонстративный тип личности.

Этот тип людей характеризуется демонстративностью, способностью нравиться другим людям, приукрашивать свою персону, преувеличивать свои мнимые достоинства, отличаются легкостью в установлении контактов. Такие люди легко притворяются, лгут, обманывают, хвастают, фантазируют. У них богатое воображение. Склоны к авантюризму, артистизму, шутовству, позерству. У них высокая потребность в признании и одобрения со стороны окружающих и чтобы заслужить это такой тип личности идет на все. На обман, на ложь, на бахвальство. Такой человек остро нуждается в похвале и внимании и если его игнорируют по каким-то причинам, то он тяжело это переживает и впадает в депрессию.

Многие из них пытаются занять предпочтительное положение, стремятся к власти, к лидерству. В компании, в коллективе, в группе. Но лидерство любым способом. Если нечестным, то нечестным. Они не щепетильны в вопросах морали и совести. Для них важна победа любой ценой.

Такой человек быстро входит в контакт, легко заводит друзей, поддерживает с ними отношения. Но никакой эмоциональной привязанности у него к приятелям нет. Нет и глубоких чувств. Только чистая выгода. Этот тип склонен к интригам, легко предает друзей и заводит всякий раз новых, имеет от них выгоду и снова предает.

Отличается закоренелым эгоцентризмом. Если хвалят в его присутствии другого человека, это его сильно раздражает и неприятно поражает, он любит, когда только о нем говорят. Самооценка у таких людей завышенная и необъективная. Может раздражать окружающих своей самоуверенностью и неадекватными высокими притязаниями. Демонстративный тип — хороший провокатор, организует конфликты, интриги, но если разоблачен, то активно защищается и изворачивается. При этом лгут безбожно. Причем лгут уверено с невинным ангельским лицом, потому что то, о чем он говорит в данный момент, для него является правдой, и только правдой. Он порой сам готов поверить в свою ложь, так он красиво и виртуозно врет. Но может увлечь других неординарностью своего мышления и поступков.

В психологии есть замечательные проективный тесты — рисуночные (спасибо, дедушке Фрейду). Испытуемому дается задание нарисовать несуществующее животное (это для взрослых), либо "Я и моя семья" (для детей).

По тому, что ребенок рисует, кого, какими цветами, психолог может интерпретировать характер, потребности, страхи и комплексы ребенка, а также его отношениями с родителями и расстановку сил в семье.

Если детская фигурка крупшых размеров, наиболее и тщательно прорисована, выделены мелкие детали, ярко раскрашена — то ребенок ощущает важность собственной личности, свою уникальность, неповторимось, считает себя основным героем, вокруг которого вращается жизнь в семье. Если фигурка маленькая и слабо прорисована — то это свидетельствует о чувство беспомощности и неуверенности ребенка. О нем недостаточно заботятся родители, а требует заботы, ласки и внимания. Возможен и другой вариант: ребенок подавлен чрезмерной родительской опекой или строгим контролем и чувствует себя безынициативным и забитым. Ребенок рядом с отцом и матерью, оттеснив остальных членов семьи — подчеркивание своего исключительного положения среди других детей. Либо он рисует братьев и сестер очень маленькими, а себя очень большим. Если нарисованное дитя рядом с нарисованным отцом и размеры детской фигуры преувеличены — это говорит о сильном чувстве соперничества и желание ребенка занять такое же авторитетное место в семье. Если мама нарисована больших размеров, чем папа, то она точно глава семьи или как говорят "шея".

Бонни Паркер в школе рисовала всегда девочек с бантами, на головах у них неизменно были короны, диадемы, красивые шляпки с цветочками. Ее нарисованные героини носили украшения, платья с рюшечками, с кружевами. Юная Паркер тщательно прорисовывала ресницы, глаза… Всегда ее героини были с букетами цветов. Это все говорило о демонстративности Бонни. Нижние конечности она тоже изображала, как положено нормальному, уверенному в себе ребенку, со ступнями, с ногами-столбиками, отличие от своих неуверенных в себе одноклассниц, которые чертили на картонной бумаге ноги-нитки. Бонни рисовала себе по размерам больше чем других персонажей.

Еще важно, какими цветами рисует человек. Если коричневым, черным — то это плохо. Если красным, синим, зеленым, малиновым, желтый — то это хорошо.

Любимый цвет Бонни был красный. Кстати у многих маньячек этот цвет приоритетный. Им нравиться красные платья (Батори, Кох, Паркер). По проективному тесту доктора Макса Люшера — это означает сексуальность, агрессивность, целеустремленность, активность, волю. Причем тест интернациональный. Он объективен и точен. Ему не нужны слова или вопросы. Говорят за себя лишь цвета. Испытуемый просто выбирает по ранжиру наиболее предпочтительные цвета, а психолог говорит какие у него потребности. Невероятно, но факт. Кто-то скажет: но ведь у каждой нации один и тот же цвет воспринимаются по-разному. У японцев например цвет траура белый, у русских — черный. Уверяю, все это ерунда. Этот тест эффективно действует на всех континентах. Красный цвет и в Америке и Европе красный цвет. Потому что любой цвет в природе объективен и универсален, а вот его личностное восприятие уже субъективно. И на основе субъективного восприятия объективного и строится тест.

У каждого психолога должны быть наработанные тесты, пусть их будет два-три, больше не надо, главное чтобы хотя бы этими двумя-тремя диагностиками специалист владел отменно. И постоянно практиковался в их наработке. Чем чаще, тем лучше. У автора был мини-тест Люшера, в него включено всего восемь цветов, классический вариант насчитывает семьдесят три. Этот тест — экспресс-диагностика. С помощью его за короткое время, процедура тестирования не занимает много времени, можно определить психофизическое и эмоциональное состояние человека, а также его лежащие на поверхности проблемы, потребности, ожидания, устремления (для более глубокой и сверхсерьезной диагностики автор применял Тематический апперцептивный тест (ТАТ)).

Так вот ваш покорный слуга тестировал методикой Люшера и русских, и венгров, и американцев, и сербов, и поляков. И все трактуют один и тот же цвет практически одинаково.

Если испытуемый вытесняют красный цвет в низ цветовой линейки предпочтения — то значит, у него долгое время отсутствует секс, либо проблемы в его реализации, либо идет снижения полового влечения. Возможен еще спад физической или психологической активности. Если выбирают коричневый — стесняются своего тела. Испытуемый считает себя слишком толстым, у него некрасивая фигура, тело. Если на первом месте зеленый цвет — значит, человек упрямый, целеустремленный, настойчивый, не привыкший уступать. Синий — тяга к спокойствию, к комфорту, к отдыху. Малиновый — человек любит окружать себя друзьями, обожает признание, почитание и привязаность. Желтый — цвет надежды, цвет будущего. Человек ожидает от прекрасного далёко чего-то большего и стоящего.

Так что желтый, красный и зеленый у Бонни были наиболее предпочитаемыми цветами. Настойчивая, активная, сексапильная и агрессивная девушка ждала от будущего перемен к лучшему. Голубой цвет она не любила — ей не нужен был покой и отдых, ей нужен был драйв, приключения! И она стремилась всеми своими девичьими силами к этому.

В пятнадцать лет Бонни влюбилась в некого Роя Торнтона, и бросив школу, через год вышла за него замуж. Устроилась официанткой в ресторан "Кафе Марко", но началась в стране великая депрессия и заведение закрылось. Паркер осталась без работы. Отношения между супругами разладились, и они без бурных сцен и объяснений расстались. Вскоре Торнтона на пять лет посадили в тюрьму. Самое интересное, что Бонни любя Клайда до самой смерти носила обручальное кольцо, подаренное Торнтоном.

Паркер вскоре повезло с работой: она снова устроилась официанткой в кафе.

В конце 1929 года она знакомиться в своей забегаловке с неким Клайдом Барроу. Так как еще при жизни Бонни превращалась в легенду в отрицательном смысле, то это порождало массу слухов, баек и домыслов о ней. И сейчас никто не знает, как на самом деле произошло знакомство девушки и парня. В некоторых источниках утверждается, что Клайд познакомился с Бонни у ее подруги, когда он был в гостях.

В цветном фильме "Клайд и Бонни"(1967), где играют знаменитые голливудские актеры Уоррен Битти и Фэй Доновэй (фильм получил два "Оскара"), знакомство героев происходит так. Клайд хочет украсть у ее родителей машину, а она с интересом наблюдает за ним в окно. Потом окликает его, спускается вниз и они знакомятся… Кстати во многих статьях это версия упоминается довольно-таки часто.

В черно-белом фильме (1958 г.) "История Бонни Паркер" герои знакомятся в кафе, где работала Бонни. Этой версии придерживается и автор.

Бонни тогда обратила внимание, что на скромном пареньке были новые и очень дорогие туфли. Черные, красивые, с острыми носками, лакированные. И заинтриговало: откуда у парня такие туфли? Официантка и посетитель вскоре разговорились. Клайду с первого взгляда понравилась миниатюрная рыжеволосая девушка. Она пожаловалась незнакомцу на свою безрадостную жизнь, сказала, что ее вконец достала нищета и неопределенность будущего. И что всю жизнь мечтает о дорогих нарядах, хороших автомобилях и богатой жизни. И разбирается в вещах, имеет к ним вкус. Любит элегантно одеваться. Клайд оживляется. Какое совпадение! Он тоже без ума от хороших вещей и дорогих автомобилей. Любит и умеет хорошо и с шиком одеться. И сказал, что тоже хочет вырваться из мира бедных, хочет разбогатеть. Получается у них много общего. Он предложил ей пожить вместе. Она колебалась уйти с ним или нет. Здесь скромная работа, какой-то кусок хлеба — а там неизвестность. Но дерзкий и неспокойный характер Бонни сказал свое слово, вернее ключевую фразу:

"Ты способен на поступки?" — спросила она его. — "Я люблю боевых парней, а не размазней".

Клайд ответил, что да. И тут же продемонстрировал. Неожиданно достал самый что ни на есть настоящий револьвер, взвел курок и навел оружие на хозяина заведения…

"Гони бабки, ублюдок, или ляжешь прямо здесь с простреленной башкой! Ну, живо!" — прокричал Клайд.

Бонни была потрясена увиденным не меньше чем ее владелец: куда подевался тот скромный и робкий паренек, что сидел за крайним столиком, перед ней вдруг возник грозный и сильный мужчина-лев, наводящий ужас воим видом и рыком и готовый растерзать любого на мелкие части. Паркер поняла: этот парень способен ответить за свои слова и на него можно положиться.

Напуганный хозяин отдал всю кассовую наличность.

Налетчики сняли дешевый номер в гостинице, купили виски, еды. В этот вечер Клайд был робок с пртнершой. Была ли у него до Бонни женщина или нет — неизвестно. А Бонни уже знала толк в сексе, причем еще со школьной скамьи. И опытная мисс Паркер соблазнила парня. Была страстная бурная ночь. Клайд почувствовал дикий темперамент и сексуальную неутомимость рыжеволосой бестии. Барроу после этой жаркой ночи влюбился и привязался к более тертой подружке. Как и та влюбилась в него. Потом Бонни сделает Клайда "Чемпиона" Барроу своим кумиром и будет очень классным имиджмейкером не только его, любимого но и всей их семьи.

Клайд Чеснат Барроу был тоже уроженцем Техаса. Появился он на свет в 1909 году в городе Телико, в фермерской многодетной семье. Клайд имел пятерых братьев и сестер. До 13 лет он жил на ферме. Пропускал школьные занятия, плохо учился, зато любил играть в войну и всегда носился с деревянными пистолетами и автоматами. Ему нравилось играть в гангстеров. Еще у него была страсть к дорогим и хорошим автомобилям. Он подолгу мог их рассматривать и любоваться. И очень завидовал автовладельцам. Клайд верил, что рано или поздно и у него будет такие же классные машины как у этих толстосумов. Вот только вырастет, накопит денег, так сразу купить. А если у него не получиться разжиться деньгами, так он отберет или угонит понравившейся ему автомобиль. Когда-нибудь он станет грозным мафиози, и станет держать в страхе не только свой город, но и весь штат Техас.

Но пока это были только лишь мечты…

В 1922 году семья Клайда разорилась и переехала в Западный Даллас. Отец его устроился на бензоколонку и отправил сына учиться в школу. Но как только Клайду стукнуло шестнадцать лет, он бросил школу и пошел работать. Но Клайд подолгу на одном месте не задерживался, его по-прежнему манила бандитская романтика.

Сухой закон от 1920 года спровоцировал всплеск преступности в США. В городах бесчинствовали банды. А сельские местности оккупировали такие известные бандиты как Джон Дилинджер. После краха Уолл-Стрит в стране наступила великая депрессия. 3,5 миллиона семей жили лишь на пособие. Для тех заключенных, кто выходил после отсидки, работы тем более не было, и они снова вливались в ряды банд и шаек.

Многие жившие в бедности видели в налетчиках и гангстерах своих героев: ведь они грабили богатых и состоятельных людей. Героем хотел стать и юный Клайд.

В 1926 году он попал под подозрение в краже машины но следствие ничего не смогло доказать и отпустила парня. Вскоре осуществилась его детская мечта: вместе с младшим братом Баком Клайд он был принят в члены подростковой банды "Рут Сквер". Банда вскрывала и "раздевала" автомобили добропорядочных граждан. Второй раз его арестовали вместе с братом Марвином за кражу индюков.

В 1928 году Клайд начинает самостоятельную карьеру преступника. Любимый его герой — Нед Келли, живший в XIX веке. Австралийский бандит ирландского происхождения вместе с братом Дэном грабил банки, магазины, и противостоял полиции. В итоге народный герой, облачившись в настоящие латы и шлем с прорезями погиб в перестрелке, противостояв пятидесяти (!) полицейским.

У Клайда пока нет подельников, нет достаточного вооружения. Но парень он-то рисковый. Со сломанным револьвером он врывается в игровой зал, укладывает на пол охранников и разоружает. Добычей становиться вся выручка заведения. Но в криминальном мире тяжело работать одному, тем более совершать налеты — нужен напарник. В этом Клайд убедился потом. Сначала он едва не попался в лапы полиции, когда совершал ночную кражу с взломом. А затем в 1930 году при совершении вооруженного налета на магазин был схвачен и отправлен в тюрьму Истхэм штат Техас.

Но Бонни помогает ему бежать. Она тайно на свидание приносит "Кольт". Прикрепленный на внутренней стороне бедра. Перед встречей с Клайдом ее обыскивают тюремщики, но не так тщательно: они стесняются пощупать симпатичную рыжеволосую девушку между ног. В то время в Америке еще царили пуританские нравы. Как это так залезть даме под платье рукой. Пощупать ее бедра, вернее ляжки. Это неслыханно! Стыд, срам! Кто из мужчин-полицейских пойдет на это.

Итак, ее пропускают в комнату для свиданий с заключенными. Во время разговора с осужденным Барроу девушка незаметно открепляет пистолет и под столом передает возлюбленному. Ну а дальше — дело техники. Бонни уходит не вызывая подозрений за пределы тюрьмы и ожидает любимого, а Клайд взводит пистолет и… Бах-бах, тюремщики ранены, напуганы и обескуражены — а заключенный Барроу на свободе!

Кстати после этого ЧП, полиция ужесточила требования к досмотру приходящих на свидание к зекам их родственников. Теперь охранники несмотря на возмущение дам, с нездоровым удовольствием лапали их за те места о которых раньше не мечтали. Спасибо, Бонни!

Здесь уже по эпизоду с "Кольтом" можно судить о некоторых чертах характера мисс Паркер. Только склонная к риску и авантюризму особа могла пронести пистолет в тюрьму. К тому же она смелая и отчаянная. Ведь у нее же могли обнаружить оружие при обыске — и тогда прощай Бонни! Ее бы точно арестовали, осудили и тоже бросили за решетку. На пару с Клайдом. Думается, после этого поступка Барроу стал сильней уважать свою подругу и убедился в ее надежности и деловых качествах.

Но не долго длился праздник на улице налетчика, и не долго его целовала и обнимала Бонни. Через неделю Клайд в городе Миддлтауне снова попадается полиции. И снова новый суд, новый приговор и срок — четырнадцать лет тюрьмы. В заключении Клайду поневоле пришлось стать бисексуалом. В тюрьме он подвергся сексуальному насилию со стороны охранников. Там его не раз били и издевались. И насиловали в прямом смысле. Таких как Клайд на зоне называют "опущенными" или "петухами". В знак протеста осужденный отрубает себе два пальца на ноге, но это не помогает, и издевательства и сексуальное насилие продолжаются еще в более изощренной форме.

Вот почему он так люто ненавидел полицейских и прочих представителей правоохранительных структур? Тогда он поклялся всю жизнь мстить копам. И когда "проткнутый" Клайд выйдет из тюрьмы, то начнет уничтожать копов. Он знал, что хороший полицейский — это мертвый полицейский.

Клайд смиряется, но не примеряется. Он меняет тактику: становиться примерным заключенным, примерным "петухом", и, в конце концов, в 1932 году добивается условно-досрочного освобождения.

Бонни и Клайд воссоединяются. Продолжаются мелкие кражи и грабежи. Выручка ничтожна, и Паркер выражает свое недовольство по этому поводу подельнику. После одной неудачной кражи в городе Кауфмане им приходиться временно расстаться. Бонни сажают в тюрьму на три месяца.

Первая "ходка" видимо здорово вправляет мозги преступнице и наводит ее на некоторые размышления по поводу ее дальнейшего криминального будущего, причем на размышления не лишенные здравого смысла. Допустим, зачем им, Бонни и Клайду, рисковать своей драгоценной жизнью и свободой ради какой-то мелкой кражонки. А что если рисковать всем этим ради масштабного налета, громкого преступления. Сорвать хороший куш — вот это уже дело! Пусть при этом придется убить кого-то. Это не беда! Налетов без жертв не бывает. Помимо материальной выгоды резонансное преступление имеет еще одну выгоду — моральную. Если много жертв и дерзкий налет, то о них будет писать пресса, они будут на слуху, их будут опасаться, бояться, объявят за них неслыханную награду. Их имена и фамилии станут известны всем американцам, и они станут знамениты. И это утешит ее самолюбие и его. Пора убивать, пора грабить "по-громкому": дерзко, шумно, кроваво. Пора становиться популярными преступниками. Вот для чего стоит жить и рисковать жизнью.

И Бонни начинает действовать. Она знакомит Клайда со своим бывшим сожителем Реймондом Гамильтоном. 27 апреля 1932 года банда идет на совместное дело. Они пытаются ограбить музыкальный магазин. Но продавец отчаянный малый отказывается открывать налетчикам кассу. И даже сопротивляется. Разозленный Клайд Барроу, недолго думая, стреляет в продавца и убивает наповал. Это первая жертва "Чемпиона". Добыча от грабежа составляет всего сорок долларов. Клайд понимает, что за это преступление его ждет как минимум электрический стул или повешение, но кровавый Рубикон пройден, и злой дух убийцы выпущен на волю. Теперь он готов убивать людей и за просто так и за дело. Особенно он готов "мочить" полицейских.

И через пять месяцев его мечта — убить полицейского сбывается. В городе Атоке (штат Оклахома) в танцевальном зале они развлекаются и пьют виски. И тут к ним подходит местный шериф и его помощник. На требования стражей порядка убрать бутылку со стола Клайд среагировал весьма своеобразно: он просто выхватил пистолет из-за пояса и в упор расстрелял полицейских. Помощник от ранений не совместимых с жизнью скончался, а шериф выжил. Клайд был счастлив: два копа ответили за тех двух надзирателей в тюрьме Истхэм. Итак, счет между ним и "фараонами" сравнялся 2–2. Но Клайд обещает Бонни скоро он выйдет вперед в смертельной игре.

В городе Хилсборо они грабят и убивают ювелира Джона Бухера и похищают драгоценностей на почти на три тысячи долларов.

Пиар-менеджер банды Бонни Паркер была весьма довольна успехами своих подопечных. Браво, мальчики! Есть первые убитые, есть громкие акции. Особенно, в Оклахоме. Застрелить полицейского — это неслыханное преступление. Теперь о них напишут в газетах, теперь их будут серьезно и с остервенением искать все копы Оклахомы и всех близлежащих штатов. Скоро они станут знаменитыми. Бонни понимает, что ее тоже как и ее дружка уже ждет смертная казнь, но смерть лучше, чем раннее пережитая скука и однообразное и размеренное существование, где нет места ни приключениям, ни безумным поступкам. В бандитской жизни Бонни привлекает, прежде всего, романтико-героическая составляющая.

Долой тоску, долой печаль!

Должен кипеть огонь в крови, должен играть адреналин, каждая клеточка организма должна ощущать опасность!

И пусть мурашки по телу, пусть холодный пот, пусть трясутся поджилки, путь замирает сердце. Пусть даже сумасшедший страх накрывает ее — Бонни Паркер — с головой!

Надо жить рискованно и азартно! А там все будет. Поздно или рано, но все там будет. И Бонни не свернет с этого гибельного пути. Никогда и ни за что!

И Бонни вдохновляет подельников на новые подвиги и свершения. Банда начинает бесчинствовать. Их, кажется, прорвало на преступления. Они угоняют машины, грабят банки, кассы, бензоколонки, лавки, магазины. Их пытаются поймать полиция десяти штатов, но пока безуспешно. О них начинают писать в газетах.

Вот они — новый Робин Гуд и новая дева Мэрион! Техас, Луизиана, Арканзас, Оклахома, Миссури — все штаты знают о них! Бонни довольна: вот она слава о которой она мечтала!

Перемены происходят и в сексуальной жизни рыжеволосой красотки. Так как тюремная романтика в лице неромантичных надзирателей заставила Клайда спать с мужчинами, Клайд иногда "любил" Гамильтона, а его потом его "любил" Гамильтон. А заодно Клайд любил и свою подружку Бонни. А иногда "это" происходило и втроем. Ведь старая любовь не ржавеет. Шведская семья, да и только.

Весь 1932 год они колесили по югу и убивали тех, кто вставал у них на пути. Но работа втроем вскоре закончилась. Гамильтона арестовывают на Рождество и осуждают на 264 года заключения. Бонни и Клайд во время очередного ограбления похищают шестнадцатилетнего Вильяма Джоунса и хотят получить за него выкуп. Но неожиданно юноша восхищенный знаменитыми преступниками вливается в их банду.

После ареста Гамильтона Бонни начала учиться стрелять из различных видов оружия: револьвера, винтовки, ружья, автомата. Ей просто овладела страсть к оружию: ей нравилось палить по бутылкам, банкам, деревьям. Клайд более искушенный в этих делах давал ей мастер-класс как правильно это делать. Машина — дом на колесах — превратилась в настоящий арсенал: Чего только не было в багажнике несколько винтовок и охотничьих ружей, куча револьверов и пистолетов, ножи, тысячи патронов. И несколько крутых автоматов "Томпсон".

Этот чудо стрелкового оружия было незаменимо в то лихое время. И в кровавых разборках с конкурентами, и в ограблениях банков и налетах на магазины, и в перестрелках с полицией. В 1920 годы бригадный генерал Джон Томпсон изобрел для американской армии автомат "Томми" или "Траншейная метла". Надеясь на быстрый сбыт, генерал заказал на заводе 15 000 единиц оружия. Но, ни военные, ни правоохранительные органы не захотели брать на вооружение "Томми", зато он пришелся по нраву американским гангстерам, которые с помощью автомата стали чинить жестокие разборы другим гангстерам. Оружие просто превосходно вело себе при бандитских конфликтах: стреляет пулями 45-го калибра, выдает 800 очередей в минуту, магазин на 100 патронов можно разрядить в свою жертву за 8 секунд. "Чикагский пулемет" (так прозвали его бандиты) легок, скорострелен и быстро перезаряжается.

Этот чудо-автомат помог знаменитому мафиози Аль Капоне захватить власть в Чикаго. Главарь заставлял тренироваться своих головорезов в спортивных залах и тирах а потом отряды киллеров вооруженные Томми "практиковались" на улицах города. В 1929 году парни Аль Капоне успешно отпраздновали день Святого Валентина, отправив в преизподнюю семь наемников из конкурирующей банды Багса Морэна.

Клайд хорошо знал все эти истории про полезность и эффективность Томми. Тем более он его не раз применял на деле, и весьма успешно, поэтому никогда с ним не расставался, лелеял его, чистил и высоко очень ценил

Ум Бонни весьма изобретателен. Она разрабатывает для Клайда специальный дизайн брюк. Девушка вшивает ему вдоль ноги длинный карман, из которого он учился в считанные секунды выхватывать винтовку. Вскоре он овладевает этим искусством. На горе добропорядочным гражданам и полицейским. Бонни тоже учиться быстро выхватывать и применять оружие — причем любое. Единственное что она не умела так это метать ножи. Такая виртуозность в применении оружия развлекает обоих и доставляет удовольствие.

Но Бонни уже надоело стрелять по неодушевленным предметам и ей хотелось пострелять в живую цель. Ведь теория без практики — вещь бесполезная. Настоящий она налетчик или нет. Пусть о ней заговорят газеты как об убийце. Ей было все равно, она была в волчьей стае и должна была выть как все и тем более стрелять в людей. И вскоре случай попрактиковаться в стрельбе по движущимся мишеням представился. Клайд решил угнать автомобиль. Для очередного дела. Нашли приличное авто. Белый Бьюик. Бонни осталась на стреме, а Клайд пошел на дело. С ними был 17-летний Вильям Джоунс.

Клайд взял отмычку и профессиональным движением открыл дверь "Бьюика" и плюхнулся на сидение. Какое оно мягкое. Кожа! Благодать! Ноги привычно уперлись в газ и сцепление. Ключа нет — но не беда! Не первый раз Борроу крадет машины и знает, как обойтись без ключа. Он соединил напрямую провода стартера и мотор заурчал. Автомобиль был готов сорваться с места.

"Эй, крошка, садись!" — вальяжно открыл дверь Клайд навстречу подруге.

Бонни попыталась это сделать, как вдруг выскочил из магазина владелец машины. Он замахал руками и запротестовал:

"Эй, стойте, это моя машина! Куда?! Не трогайте ее! Вылезьте из нее немедленно! Или я позову полицию!"

Бонни машинально взвела курок, подняла револьвер… Она со злобой посмотрела на мужчину. Сейчас тебе будет и полиция, и судья, и прокурор. Государственные органы — это мы в одном лице, и мы вершим правосудие. Ты нечестный человек, ты — барыга. И наш приговор — смерть! Как наверно интересно стрелять в человека. Бонни направила ствол в направлении автовладельца. Что-то необычное твориться на душе у налечицы. Паркер потянула спуск. Грохнул выстрел. Мужчина будто споткнулся и упал на одно колено…

"Ранен", — мелькнуло в голове у налетчицы.

"Стреляй!" — крикнул ей Клайд.

Рыжеволосая бестия, целясь в голову автовладельца, повторно нажала курок. Выстрел! Голова мужчины дернулась, переносица обагрилась кровью и он упал. Больше незадачливый хозяин авто не двигался. Бонни понимала: теперь владелец убит наверняка. Или смертельно ранен. Паркер заскочила в машину, туда же на заднее сидение нырнул Джоунс, и троица умчались. В конспиративном гараже они заменили настоящие номера на поддельные.

Бонни не испытывала раскаяния и сожаления по поводу убитого. Первый так первый.

"Молодец, крошка! С первым убитым!" — поздравил ее любимый. — "Сам виноват, не лез бы куда не спрашивают — остался бы цел!

Они купили виски, пили, занимались любовью в автомобиле. Машина заменяла их дом.

Следующая жертва Клайда и Бонни — шериф Форт Вуда Мальком Дэвис. Он остановил автомобиль парочки, чтобы проверить документы на "Бьюик". Клайд, недолго думая, открыл дверцу и произвел очередь из автомата. Пули прошили полицейского насквозь. Шериф бездыханный упал, а бандиты скрылись с места преступления. Клайд всегда следовал своему главному жизненному принципу — стрелять, не задумываясь, при малейшей опасности. Этому принципу он научил и свою подружку Бонни.

В 1933 году из тюрьмы выходит Бак Барроу и вливается в ряды бандитской группировки. С ним — его жена Бланш, которую Паркер сразу невзлюбила. Итак количество человек в банде возросло до пяти. Теперь они могли решать самые сложные задачи. Грабить уже крупные банки, крупные магазины.

Сценарий ограблений банды был всегда похож и свои роли исполнители знали назубок. Бонни сидела в автомобиле с работающим двигателем и ждала своих подельников. Те врывались в банк, кричали "Ограбление!" и под угрозой оружия заставляли кассиров выдавать им деньги. В большинстве случаях все налеты проходили мирно: никто не стрелял, жертв не было, деньги бандитам выдавались исправно и без сопротивления. Несколько раз их пыталась накрыть полиция, но машины у Клайда и Бонни были мощнее, чем у копов, и они легко и непринужденно уходили от погони.

Вскоре банда совершила налет на оружейный склад в Спрингфильде (Миссури) и похитила оттуда много стрелкового оружия и боеприпасов. Затем шайка ограбили банк в Канзас-сити. Пока полиция искала их в шести штатах, они отсиживались в Далласе. Потом последовал налет на банк в мае 1933 года в городе Окобино штат Миннесота. Добыча тогда была неплохая — 2, 500 долларов!

Однажды Клайд, выпивший много виски, не вписался в поворот, и случилась авария. Машина вспыхнула как картонка. Клайд отделался легким испугом, а вот его любимая подружка Бонни получила сильные ожоги. "Чемпион" Барроу не хотел обращаться к врачам. Но хозяева, у которых они отлеживались, позвонили в полицию. Арестовывать их приехало двое полицейских, но так как бандиты не изменяли своим правилам выхватывать первым оружие, они сами захватили в плен копов. Бандиты сели в полицейскую машину, захватили с собой заложников и поехали. Миновав границы штата, они отпустили пленных на все четыре стороны. Странно, что Клайд не застрелил полицейских, ведь он их люто ненавидел. Видимо был в хорошем настроении: не каждый день ему приходиться арестовывать стражей порядка и рассекать на их автомобиле.

Бонни поправлялась медленно, и банда, сбивая со следа копов, перемешалась по Канзасу, Айове, северному Техасу и Миссури. Клайд и Бонни были настоящими везунчиками. Они не раз выкручивались, казалось, из самых безнадежных ситуаций. 19 июля они чудом прорвались сквозь засаду около города Платт-сити, штат Айова. В перестрелке с блюстителями порядка Бак был ранен в голову.

Через неделю около города Декстер они снова попали в засаду.

Несмотря на всю звериную осторожность и конспирацию бандитов, полицейские все-таки выследила их. Рано утром около двадцати полицейских взяли в кольцо дом, где, ничего не подозревая, спали Бонни и Клайд.

Но у Бонни была врожденная особенность просыпаться, если кто-то тихо заходил в помещение. Даже если он бесшумно крался и не шумел, она все равно пробуждалась. А если человек гремел и шумел, Бонни могла продолжать спать. Или во сне она могла видеть как кто-то идет по улице и подходит к их квартире, нажимает на звонок… Она резко просыпалась и через несколько секунд в дверь действительно звонили. И в этот раз ей помогло ее сенсорная особенность. Произошел какой-то внутренний толчок — и она внезапно открыла глаза. Сон ее как рукой сняло. Она поняла, что к дому приближается кто-то чужой. Она выглянула из-за занавески и увидела мелькнувшую за кустом полицейскую фуражку. Она тут же растолкала Клайда. А тот в свою очередь остальных членов банды.

Преступники, вооружившись до зубов и насыпав за пазуху сотни патронов, попытались незаметно выбраться из дома, но жилище было полностью окружено и полицейские попытались уничтожить бандитов. Раздались первые выстрелы. Налетчики кинулись на прорыв, паля из разного оружия и не жалея патронов. Несмотря на ураганный огонь копов бандитам удалось выскользнуть из кольца. Бонни, Клайду и Джоунсу удалось добраться до реки и переплыть ее. На том берегу, они похитили автомобиль и скрылись на нем в неизвестном направлении.

Во время этой перестрелки был смертельно ранен в спину брат Клайда — Бак. Бланш остается вместе с раненым мужем. Ее и его супруга захватывает полиция и сажает в тюрьму. Но Бак умирает в камере от ранения. Клайд вне себя от горя. Брат ему был надежным помощником. И всегда мог прикрыть ему спину во время налетов и ограблений. Для Клайда и Бонни черная полоса продолжилась, когда Джоунс, не выдержав морального напряжения и бесконечных перестрелок и погонь, как заурядный дезертир бежал от них и сдался полиции в Хьюстане. Джоунсу хотелось еще немного пожить, пусть в тюрьме, но пожить. Он понимал, что рано или поздно его пристрелят "фараоны". И Джоунсу повезло его не убили и не казнили а дали пятнадцать лет.

Но Клайда и Бонни не сломали эти беды. И в январе 1934 года они совершают дерзкую акцию, после которой о них говорят СМИ как об отмороженных бандитах, не ведающих никакого страха.

Их бывшего подельника, а ныне заключенного, Гамильтона водили работать на тюремную ферму. И вот когда его в очередной раз вместе еще с десятком осужденных отправили вкалывать на благо государства к ферме незаметно подъехал черный Форд. Оттуда выскочили как черти из табакерки Бонни и Клайд. В руках у них были автоматы "Томпсон". Они, быстро перемещаясь, открыли бешеный огонь по охране зеков. Гильзы щедро посыпались на дорогу. Полицейские не успели опомниться, как кто-то из них был убит, а кто-то ранен. Выведя охранников из строя, дерзкая парочка освободила Гамильтона и еще несколько арестантов. Среди них оказался милый и застенчивый Генри Метвин, который восхищенный смелыми налетчиками, влился в ряды банды.

Налеты на магазины, автозаправки и банки возобновились с учетверенной силой.

Но вскоре четверка распалась. Гамильтон "благодарит" своих спасителей сполна: при дележе награбленного он ссориться с Барроу и Паркер и шумно покидает своих подельников, едва не получив пулю в спину.

В конце февраля Бонни и Клайд назначают встречу Гамильтону. Якобы чтобы обсудить дела и примериться. На самом деле его собираются ликвидировать как отступника и предателя.

… Бонни и Клайд вылезли из машины довольные и раскрасневшиеся. Только что они отзанимались любовью по полной программе. Бонни достала начатую бутылку виски с красной этикеткой. На ней было написано "Johnnie Walker Red Label". Девушка очень любила это шотландское питье.

"Что-то эта сука Гамильтон не едет. Может, заподозрил что-то?.." — озабоченно сказал Клайд.

Бонни ничего не ответив, отхлебнув виски и передала бутылку Клайду. Огорченный отсутствием бывшего подельника Барроу скрасил жизнь ударной дозой алкоголя: настроение сразу улучшилось.

"Может, развлечемся, крошка? По воронам постреляем", — предложил парень. — "Заодно и потренируемся…"

Девушка согласилась. Они сели рядышком на подножку автомобиля и стали палить по птицам из револьверов. В парочку ворон они попали. Вдруг они услышали шум мотоциклетных моторов.

"Легавые! Спрячь револьвер!" — воскликнул Клайд.

Бонни опустила оружие к ноге, как и Клайд. И остались, как ни в чем не бывало сидеть на подножке. Двое полицейских на мотоцикле свернули с главной дороги на проселочную. Они еще не знали что это знаменитые Бонни и Клайд.

Копы подъехали к парочке. Один из них сержант вежливо спросил:

"Я, кажется, слышал выстрелы, сэр? У вас все в порядке? Будьте добры на всякий случай предъявите документы".

Неожиданно Клайд вскинул револьвер и выстрелил в сержанта. Раздался грохот — и пуля вонзилась фараону в грудь, и он упал с мотоцикла. В это же время Бонни тоже произвела выстрел но во второго полицейского. И попала! Тот дернулся, всплеснул руками и со стоном завалился за мотоцикл. И не сговариваясь, бандиты подбежали к упавшим стражам порядка и добили их контрольными выстрелами в голову. Забрав у убитых их пистолеты, они кинулись к машине.

"Срочно смываемся!" — крикнул Клайд. — Скоро здесь будет полно фараонов! Гамильтона мы после замочим!"

Налетчики запрыгнули в автомобиль, дали по газам и скрылись с места преступления.

В этом день явно не повезло двум полицейским: они были убиты, но несказанно повезло бандиту Рэю Гамильтону: он остался жить. В принципе Клайду и Бонни тоже улыбнулась удача: они не попали в руки полиции. А все почему? Потому что они следовали неукоснительно своим гангстерским правилам, одно из которых гласило: "Стреляй первым, и ты вероятнее всего останешься живых!"

И опять Бонни и Клайд путешествуют по штатам.

В апреле "сладкая парочка" убивает другого копа. Таким образом, общее количество жертв знаменитых налетчиков приблизилось к пятнадцати. Власти рвали и метали: как же поймать неуловимых бандитов. В конце концов решили вообще их не ловить, а просто, учитывая особую опасность банды, расстрелять на месте. Без суда и следствия. И из любого оружия.

Полицейские не знали, как подобраться к "сладкой парочке". В Техасе арестовали Гамильтона. Но что толку: он давно завязал с парочкой и не знал, где те могут скрываться. Но… Гамильтон был хитрый малый. Он воспользовался даже такой ситуацией. Во избежание смертной казни он все преступления навесил на Бонни и Клайда. Узнав об этом из газетных статей, Клайд написал судье, ведущего дело Гамильтона, издевательское письмо, в котором подтвердил показания обвиняемого.

Бонни это время писала автобиографическую поэму и частями посылала в американские газеты, а те публиковали. Вот отрывок из ее опуса:

Нынче Бонни и Клайд — знаменитый дуэт,

Все газеты о них трубят.

После их "работы" свидетелей нет,

Остается лишь смерти смрад.

Но немало звучит о них лживых слов,

И жестоки они не так.

Ненавидят они стукачей и лгунов,

А закон — их смертельный враг.

… Если вдруг успокоиться пара решит

И квартиру снимет себе,

Через пару деньков надоест им быт,

И опять с автоматом в руке.

От холодных убийств содрогнулась страна,

И жестокость их — тяжкий грех,

… Все темней и страшней ненадежный путь,

Все бессмысленнее борьба.

Пусть богатыми станем когда-нибудь,

Но свободными — никогда!

Не считали они, что сильнее всех,

Ведь закон победить нельзя!

И что гибель расплатой будет за грех,

Знали оба наверняка.

Пусть от болей сердечных страдаете вы,

А дряхлеющих смерть унесет.

Но с несчастьями Бонни и Клайда судьбы

Не сравнить ваших мелких невзгод!

День наступит,

И лягут на вечный сон

В нескорбеющей рыхлой земле.

И вздохнут с облегченьем страна и закон,

Их отправив в небытие".

Мило, не правда ли? Да было бы мило, если бы не учитывать тот факт, что эта женская ручка, державшее вдохновенное перо, безжалостно и хладнокровно нажимала на курок пистолета и убивала ни в чем неповинных людей.

Они были знамениты. А что еще желать. Кто бы их еще узнал, если бы они не убивали и не грабили. Тем более они шли против государства, убивали его представителей — полицейских, а это рано или поздно приведет их на электрический стул. О них писали, говорили. Страна хотела увидеть своих героев, их фотографии. И шанс представился.

При одном ограблении Бонни и Клайду однажды попался хороший профессиональный фотоаппарат. Они возили его всегда с собой. Бонни очень увлекалась фотографированием. Теперь к стихам прибавились снимки. Бонни заклеивала матовые карточки в конверт и посылала в редакции газет. И тут американский народ увидел знаменитый налетчиков в лицо. И ахнули: какие симпатяги. Неужели они убивают людей? Быть не может. Просто, наверное, насочиняла полиция про них разных баек (копам же надо кого-то ловить), навесила несуществующих преступлений и теперь гоняется за этой романтической парочкой. Деньги налогоплательщиков надо как-то оправдывать. И показать заодно, что они работают. Популярность дерзкого дуэта возросло в десять раз.

Бонни снимала любимого, себя любимую и обоих вместе. С оружием, без. Там они улыбаются, обнимаются. Идиллия — да и только!

Вот она на фото стоит с сигарой в зубах и револьвером в руках, в платье (она очень любила носить платья), подбоченясь, одну ногу поставив на бампер. На голове — кокетливый берет, на ногах — изящные туфли. Насмешливая улыбка: мол, вот я какая Бонни Паркер! Дерзкая и бесстрашная налетчица. К тому же весьма симпатичная! Чем я не героиня газетных репортажей?! На фотографии виден даже номер машины 587 956. Что это бравада? Видите, на этой машине мы ездим — попробуйте мол поймать нас! Или номера фальшивые и бандиты преднамеренно вводят копов в заблуждение: дескать ищите Форд с такими номерами.

На другом снимке — уже Клайд как голливудский актер, косой пробор, набриолиненные волосы, улыбающейся, элегантный, в хорошем костюме. А в руках "Томпсон" — палочка-выручалочка бандита.

А вот они вместе. Он поднял ее на руках. Они счастливы, они влюблены. А здесь просто стоят вместе. На следующем снимке — она с винтовкой и рядом с ней он — ее Клайд. А на этой фотографии Бонни обняла возлюбленного за шею, он поддерживает ее одной рукой за задницу. И на любом изображении налетчики все время улыбаются и улыбаются. Смотрите мол, у нас все хорошо, мы без ума друг от друга, мы ничего не боимся на этом свете, и нас уже знают все штаты Америки.

Мы уже отметили, что мисс Боннет Паркер была одержима навязчивой идеей стать любым путем знаменитой. Вот почему он послала Клайда убивать, а потом и сама начал это делать. Вот почему она посылала фото и стихи в газету. Вроде она никто простая девчонка из Техаса, а как взлетела. Многие серийные убийцы или маньяки убивают ради того чтобы прославиться. Ради того чтобы о них писала пресса, снимали телевизионные сюжеты, снимали фильмы, писали книги. Проблема многих маньяков — это не только подавленное обществом или родителями либидо, но личностная нереализованность. А хочется быть выше по положению, умнее, сильнее других. Богаче, наконец. А Бонни уже посчитала, что реализовала себя. Стала знаменитой на всю Америку (затем и во всем мире). Пусть это был кровавый путь, преступный, но она добилась своего. И, кажется, поверила в свою неуловимость и неуязвимость.

Есть термин Геростратова слава. По преданию, в ночь, когда родился Александр Македонский (в 356 году до нашей эры), грек Герострат в припадке безумия сжег великолепный храм Дианы в Эфесе, чтобы обессмертить свое имя. Это называется прославиться любой ценой.

Бесспорно, что каждый человек стремиться быть всеми почитаемым, уважаемым, любимым, каждый стремиться реализовать свою сущность, свою самость, свое Я. Как сказал великий психолог и философ Эрих Фромм:

"Главная жизненная задача человека — дать жизнь самому себе, стать тем, чем он является потенциально. Самый важный плод его усилий — его собственная личность".

Хорошо, если ты пробился к славе, стал популярным, знаменитым известным. Твое лицо мелькает на экранах телевизоров, твое имя на слуху, тебя боготворят, ценят, обожают, рвут твою одежду на сувениры, хотят к тебе прикоснуться, засыпают цветами, ночуют в твоем подъезде, чтобы хоть краешком глаза увидеть тебя и взять автограф. Но все люди разные, и не у всех получается реализовать себя в полной мере, не все становятся известными. Кому-то удача поворачивается лицом, а кому-то, пардон, задом. Не все баловни судьбы. Не всех удача обнимает и целует.

Но все равно каждый хочет прославиться. Пусть на местном уровне, пусть на всю страну, на весь мир — но прославиться. А почему бы нет. Хочется ухватиться за нить бессмертия.

Человек считает себя талантливым, а его задвигают, не дают ему карьерного роста, не публикуют его произведения, не выставляют его картины. Но человек хочет быть значимым, хочет быть знаменитым. Кто-то адекватно реагирует на это, терпеливо ждет своего часа, трудиться день и ночь, преодолевает все трудности, обстоятельства, и добивается своего. Кто-то тоже адекватно оценивает себя, занимает свою нишу и живет всю жизнь спокойно и без потрясений, а кто-то, имея неадекватную завышенную самооценку, пытается любым путем быть знаменитым. И избирает быстрый и легкий путь. Но кровавый.

И такие не совсем адекватные люди убивают людей только ради того, чтобы прогреметь на весь мир. Сидит психически нездоровый человек, а еще хуже, когда он нормальный, в здравом уме и думает: Вот Чикатило убил столько-то человек, а если я отправлю на тот свет на пять-шесть жертв больше чем он, то непременно стану знаменитым. Обо мне будут писать в газетах, показывать меня по телевизору. Меня все узнают… Вот это и есть болезненная навязчивая идея, мания — стать известным любым путем. Даже с помощью насильственно прерванных жизней. Многие на этой почве становятся шизофрениками. У них как у нормальных психов есть и бред ущерба, и бред преследования. Это еще хорошо, когда такие граждане думают что они агенты секретных разведок, за ними следят повсюду, хотят их завербовать, или соседи облучают их через стену рентгеном. Они мирные, они никого не убивают. Другие просто тихо и мирно сходят с ума. Но тоже никого не лишают жизни. Считают что они — Наполеон, Николай II, Ленин и др. Ну и пусть считают, главное они не убийцы. Их изолируют от общества, помещают в психбольницы и проводят с ними лечение.

Хуже когда больной не психически больной, но уже у него есть какая-то акцентуация и представляет себя либо Элизабет Батори (женщина) или Гитлером (мужчина). Тогда берегитесь, граждане за вами будут охотиться маньяки и постараются вас убить.

Вспомним 1980 год и Марка Дэвида Чепмена, который чтобы прославиться застрелил знаменитого участника группы "Битлз" Джона Леннона. Разве это нормально — убить человека талантливого умного харизматического ради своего бессмертия. Тем более такого человека, который сочинил песню на все времена "Представь себе…" и такие душевные строчки:

Представь себе, что нет больше стран,

Не так это уж сложно,

Не за что умирать и убивать,

И религии тоже больше нет,

Представь себе, что все люди,

Живут в мире со всем.

Да, возможно я и мечтатель,

Но я такой не один,

Надеюсь, когда-нибудь и ты станешь одним из нас,

И тогда весь мир объединится.

Представь себе что всё — общее,

Вряд ли у тебя это получится,

Не нужно грабить или голодать,

Все люди — братья,

Представь себе что мир,

Принадлежит всем людям…

Этот человек проповедовал через музыку песни идеи любви, братства, добра. Он жил по небесным по божьим законам. И он стал знаменитым благодаря своему труду и таланту. А человек сын домохозяйки и банковского служащего, ограниченный в своем развитии, измученный депрессиями по поводу неудачной музыкальной карьеры и озабоченный своим невеличием убил его, чтобы тоже стать знаменитым и встать вровень с ним. Но кому нужна такая известность. Леннона будут помнить веками, слушать его творчество, читать о нем книги, а кто будет помнить этого негодяя? Осужденный на пожизненное заключение Чепмен постоянно падает апелляции на досрочное освобождение, но безуспешно. А поклонники Леннона заявили, что если он и выйдет на свободу, то с ним скоро расправятся. Полиция отказывается обеспечить его безопасность на свободе.

Или вспомним убийц наших бессмертных поэтов Пушкина и Лермонтова — Дантеса и Мартынова. Они тоже прославились, расправившись с талантливыми людьми. И что… Дантеса лишили чинов и дворянства и выдворили из России, а Мартынов всю жизнь просил прощения у бога за смерть поэта и отбывал суровую епитимию в Киеве (Епитимья — исполнение исповедовавшимся христианином, по назначению духовника, тех или иных дел благочестия; имеет значение нравственно-исправительной меры. Епитимья назначается разная, по степени грехов, по возрасту, положению и по мере раскаяния).

Нужны ли обществу такие "знаменитости" или "герои"? Или такие героини как Дарья Салтыкова или Белла Ганнес. Вряд ли.

Вот и Бонни Паркер хотела во что бы то ни стало быть известной. Но ценой жизни других людей.

А они продолжали грабить, продолжали куражиться над полицией и значит над самим государством, над "чудесной страной, созданной Богом" (если верить американскому гимну). За их голову давали награду уже 1500 долларов. Это их только забавляло.

"Пусть поднимут цену до двух тысяч, тогда сдадимся" — смеялись Бонни и Клайд.

Полиция уже бесилась от везучести и неуловимости отморозков. Сам шеф ФБР Эдгар Гувер звонил высшим чинам полиции разных штатов с просьбой поймать этих ублюдков. И вот нашелся герой пообещавший поймать или убить неуловимых бандитов. Им оказался шериф Фрэнк Хэймер — бывший техасский рейнджер, убивший за свою полицескую карьеру 60 преступников вне закона.

Фрэнк Хеймер не мог спать спокойно, пока по вверенной ему территории ходят безнаказанно и совершают убийства двое подонков — Паркер и Клайд. Тем более он поклялся, что во что бы то ни стало найдет этих бандитов. Пока они бесчинствуют, нет доверяя к полиции, ни к Хеймеру — а значит и к власти.

У Фрэнка Хеймера была сплоченная команда: он и еще пятеро рейнджеров (трое из Техаса, двое из Лузианы). Все они были профессионалами до мозга костей. Они великолепно стреляли, знали основы слежки и конспирации, виртуозно водили машины. И все они были прекрасны вооружены. Они стали как охотники волков обкладывать налетчиков со всех сторон. Но пока Бонни и Клайду везло, они всякий раз, когда кольцо облавы сжималось, невероятным образом ускользали. За столько лет бандитской жизни у сладкой парочки развилось поистине звериное чутье. Они интуитивно чувствовали опасность и обходили стороной полицейские ловушки и капканы.

Но шериф и его соратники придумывали все новые и новые планы по уничтожения неуловимой и кровавой парочки. Наконец Фрэнк придумал операцию под названием "Охота на живца". В качестве "живца" он использовал старого фермера Метвина, отца Генри Метвина, пообещав ему снисхождение в отношении сына. Старый Мэтвин попросил Клайда через своего сына приехать к нему в гости. И заодно и за продуктами.

Фрэнк знал маршрут к ферме. Время на операцию было мало и, боясь утечки информации, шериф взял только своих проверенных рейнджеров и поехал к ферме. На дороге в кустах они устроили засаду. Метвина старшего в качестве приманки приковали наручниками к дереву, а его грузовик поставили на обочине. Спецбригада запаслась винчестерами, автоматами, пистолетами и уймой боеприпасов, как будто им предстоял многочасовой бой с дюжиной бандитов. Даже взяли с собой кинокамеру, чтобы запечатлеть для отчета трупы Бонни и Клайда. И стали терпеливо ждать. Приказ был живыми бандитов не брать. Сам Эд Гувер выдал им лицензию на отстрел бешеных налетчиков.

22 мая 1934 года в 4 часа утра коричнево-стальной "Форд-седан V-8" ехал по проселочной дороге. В нем сидели Бонни Паркер и Клайд Барроу. Два кровавых преступника. Два любящих друг друга человека. Они угнали "Форд" в Канзасе у ворот дома Джесси и Руфь Уоррен в конце апреля. У бандитов было прекрасное настроение. Они неуловимые, они знаменитые. А кем бы они были, если не убивали так жестоко и не грабили банки. Теперь все о них знают. И боятся. У них есть деньги, оружие, машина.

За 24 дня они проехали 7 500 миль без единого налета и грабежа. Им уже надоело грабить, они наслаждались свободой, хорошей машиной и собой.

Клайд, как уже известно, обожал классные автомобили. Особенно ему нравилась предыдущая, вышедшая в 1932 году. Модель V-8. Более месяца назад Клайд неискушенный в правописании и грамматике даже написал Генри Форду в Детройт письмо, где благодарил автопромышленника за хорошие быстроходные машины, которые помогаю ему уйти от полицейских.

Вот текст письма, сохранившийся в полицейских архивах:

"Дорогой сэр,

Пока мои легкие еще дают мне возможность дышать, спешу сообщить, что вы создали восхитительную машину, сэр. Когда приходиться удирать, ни один из автомобилей не сравнится с вашими фордами, легкими на ходу и такими быстрыми. Но даже если бы мой бизнес был абсолютно легальным, я бы не поленился сказать насколько замечательна эта ваша V-8.

С уважением, Клайд Чемпион Барроу".

Неизвестно как отреагировал сам мистер Форд на это послание, но служащий компании отправил парню шаблонный ответ, где благодарил того за лестный отзыв о модели.

Клайд был первоклассным водителем. И выносливым. Он способен был развивать максимальную скорость на ухабистых дорогах того времени. Он ежедневно покрывал сотни миль проселочных дорог. Барроу был без ума от скорости и маневренности Форда V-8. Он развивал скорость до 90 км в час. Легкость машины не давала ей застревать в выбоинах и колдобинах. Гидравлические тормоза делали автомобиль еще маневрирование.

Однажды жарким августовским днем Клайд продемонстрировал все, на что способен современный восьмимощностной Форд. Это было около города Уортена, штат Техас. Бонни и Клайд ехали по мосту на дело, но тут Барроу заметил за кустами полицейскую машину.

"Засада!" — успел крикнуть Клайд и сумел мгновенно развернуться на середине моста назад и дать по газам.

Полицейские лишь смогли выстрелить им вслед, но промахнулись. Парочка умчалось от них быстрее ветра.

Помимо классного вождения Клайд обладал потрясающей памятью на маршруты. В голове у него как в автомобильном навигаторе отпечатались схемы дорог по которым он мог петлять, убегая от погони и хвостов.

…"Форд" продолжал двигаться по дороге вперед.

Налетчики шутили и смеялись. Бонни спросила любимого куда они едут? Тот ответил, что к Метвину-старшему.

Бонни улыбнулась:

"Я так счастлива сегодня. Хочется, чтобы этот день продолжался бы и продолжался вечно. Но я знаю, так не бывает. Хорошо, что мы проведали моих родителей и подарили им нашего кролика-талисмана. Показали последние фотографии. И я маме сказала на прощание: Если нас убьют, то не говори ничего плохого о Клайде… Она так плакала когда мы уезжали мы. Но ничего мы их еще навестим, подзаработаем денег и навестим… А ты помнишь первый день нашего знакомства? Я помню, очень даже хорошо помню. Ты заказал виски, лимон, я стала тебя обслуживать и обратила внимание на твои туфли. Они были классные. Потом я уже оценила тебя внешне: вроде ничего симпатичный.

По губам Клайда скользнула довольная улыбка. Он тоже помнит этот день. Хорошенькая официантка ему тогда сразу понравилась. Клайд заглянул за вырез ее платья и оценил: хорошая грудь! Потом оценил ноги, фигуру, а затем милое лицо улыбку рыжие волосы. Понравился и ее голос. Чуть нараспев, хрипловатый, но сексуальный.

"А помнишь нашу первую ночь. Было круто".

Клайд кивнул. Они снова поцеловались. Счастьем светились оба. Видимо не зря судьба свела их тогда вместе.

"Знаешь я должен тебе признаться… Хотя это стыдно и смешно, но… Помнишь нашу первую ночь? Так вот… ты была первой моей женщиной. До тебя я делал попытки, мне даже друзья покупали шлюху на ночь, но вот так полноценно переспать с женщиной… такого не было…"

Бонни радостно засмеялась и поцеловала его. Да, она сразу тогда поняла, что у парня нет достаточного сексуального опыта. Она в ту ночь все сама сделала. Она его "полюбила" со всей страстью, а не он — ее. Это была чудесная ночь

Клайд отхлебнул виски и передал Бонни. Она сделала пару глотков.

"Знаешь, что я хочу, чтобы мы умерли в один час и в один день. Я не вынесу, если я тебя переживу. Я вчера окончила поэму про нас. Послушай последние строчки…"

И если когда-то погибнуть придется,

Лежать нам, конечно, в могиле одной.

И мать будет плакать, а гады — смеяться.

Для Бонни и Клайда наступит покой.

Клайд рассмеялся и, забрав у подружки виски, снова отхлебнул.

"Нас рано хоронить, мой зайчик. Мы еще покуражимся. Копы еще попляшут" — и тут Клайд заметил стоящий на обочине грузовик отца Метвина. — "Смотри-ка, крошка, драндулет Метвина-старшего. А где он сам старый хрыч? Отлить пошел? Вот засранец…"

Бандиты весело рассмеялись. Они не знали, что впереди их ждет засада и неминуемая смерть. Техасские рейнджеры и полицейские взяли наизготовку автоматы, ружья, винчестеры. Их совсем не было видно в кустах — хорошо замаскировались! И не смотря на то, что их покусывали москиты, киллеры терпеливо ждали своего звездного часа.

Машина подъезжала все ближе и ближе к полицейским (кстати, это документально снял неизвестный оператор, как и копов, сидящих в кустах, а потом стреляющих по бандитам). Те передернули с лязгом металлические затворы, вскинули дружно оружие. Вороненые и безжалостные стволы качнулись в сторону дороги. Сотни и сотни блестящих пуль приготовились к своему последнему и смертоносному полету. Указательные пальцы застыли на курке, готовые нажать на него в каждую секунду. Нервы обострились до предела. Вспотели ладони, под мышками. Пот потек по вискам. Цель приближалась…

Скоро все это случиться…

И вот обозначалась подходящая дистанция для убойной силы.

Клайд притормозил у грузовика.

"Эй, старый Метвин, где ты?.." — продолжал веселиться Клайд Барроу, но смех его через долю секунды оборвался.

"Огонь!" — отдал приказ Хеймер, и грохнули первые выстрелы.

Начался перекрестный ураганный огонь. Отстреленные гильзы щедро посыпались на траву. Запахло порохом. Кругом стоял дым, огонь, грохот. Полицейские стреляли не останавливаясь. Меняли обоймы, магазины и снова принимались за стрельбу. Бандитам не дали даже не единого шанса. Они не успели развернуться и ускользнуть из западни. "Форд" под градом пуль превратили в жестяное решето. Бандиты так и не могли воспользоваться своим оружием: Клайд дробовиком, а Бонни — револьвером. Клайд упал грудью на руль и застыл на нем навечно. Бонни, когда открыли дверцу, выпала из машины. Преступники были все в крови, в каждого попало не меньше двух десятков пуль. А всего по убийцам было выпущено 500 пуль. 167 из них попали в саму машину.

В машине нашли три автомата, ружья, револьверы, ножи, патроны. Была и винтовка Клайда с семью зарубками на прикладе, обозначающий его послужной список: семеро убитых полицейских.

Возле "Форда" и трупов собралось большое количество зевак. Всем хотелось взглянуть на знаменитых налетчиках. Кто-то собирал гильзы в качестве сувениров, кто-то пытался отвинтить что-нибудь от Форда на память стащить клок волос или кусочек одежды, один даже попытался отрезать ухо у Клайда.

Журналистам потом Фрэнк Хеймер скажет: "Сожалею, что я убил девчонку. Но дело обстояло ровно так: либо мы их, либо они нас. Третьего не дано". Хеймер и его товарищи в одночасье стали знаменитыми на всю страну. Они охотно позировали на камеру в костюмах и галстуках в белых широкополых шляпах. И конечно с оружием в руках.

Потом изуродованные голые тела преступников будут выставлены на всеобщее обозрение в морге, входной билет — всего доллар! Любопытных оказалось море. Показывали всем желающим пробитый пулями пиджак Клайда, его любимую винтовку. Простреленный сотню пуль коричнево-стальной "Форд" обнесли решеткой и тоже демонстрировали публике.

Жаль, что Бонни не могла насладиться своим триумфом: она не видела этой толпы и не знала, что популярна у народа даже мертвой. Но если верить в жизнь после смерти, то возможно дух Бонни, когда покинул изрешеченное окровавленное тело, витал над моргом и наслаждался своей известностью. Она, одержимая манией стать знаменитой, видимо была полностью удовлетворена увиденной картиной. Толпы и толпы поклонников ее криминального таланта (на нее пришло поглазеть более 40 тысяч людей). Вот это слава, вот это успех! Жаль что он не актриса, а лишь налетчица, а то бы публика проводила ее в последний путь громкими и продолжительными овациями. Но ничего она сама себе поаплодирует. Там на небесах.

Десять лет спустя повторный суд приговорит к смертной казни Роя Гамильтона — сообщника Бонни и Клайда. Перед смертью он вспомнит: "Они любили убивать людей, видеть, как течет кровь, и получали удовольствие от этого зрелища. И никогда не упускали возможности насладиться видом чужой смерти. Эти люди не знали, что такое жалость и сострадание".

Джону Метвину дадут пожизненное заключение и плюс еще два года. Сестре Бонни Паркер дадут год. Матерей Бонни и Клайда, старых больных женщин, несмотря на их немощь, отправят на тридцать суток за решетку. За укрывательство. Власти словно мстили за пережитый позор: сколько лет они безуспешно пытались схватить дерзких налетчиков и сколько служителей закона они при этом потеряли. Ведь никто не чувствовал себя в безопасности, ни обыватели, ни правоохранительные органы, пока где-то поблизости "работали" налетчики Паркер и Барроу. Поэтому государство карало пособников бандитов жестоко и показательно, чтоб другим неповадно было.

Клайда похоронили рядом с братом Баком на Западном кладбище Далласа. Кто-то с самолета сбросил на могилу большой и красивый памятный венок.

Бонни, несмотря на ее прижизненное желание лечь в могилу рядом с любимым, похоронили на далласском кладбище "Фиштроп". Семья погибшей преступницы пыталась создать иной, романтический образ Бонни. Надпись на ее могильном камне гласит: "Как цветы расцветают под лучами солнца и свежестью росы, так и мир становится ярче благодаря таким людям, как ты". Это звучит почти как цитата из неопубликованной поэмы гангстера в юбке, герои которой оставили о себе недобрую память.

Но тут лучше подходит выражение: "Собаке — собачья смерть!". Коротко и верно. Несмотря на романтичность натуры, любовь к родителям и близким, внеземную страсть к возлюбленному, она, по сути, хладнокровная и дерзкая убийца. И маньячка. Слава, завоеванная горой трупов невинных людей, все же сомнительная слава.

ГЛАВА 9 ЭЛЬЗА КОХ.

"БУХЕНВАЛЬДСКАЯ ВЕДЬМА"

Все дрожат перед наказанием, все боятся смерти

— поставь себя на место другого.

Нельзя ни убивать, ни понуждать к убийству

Будда Гаутама Шакьямуни

Сердце ее радостно билось в предвкушении романтического свидания. Ведь скоро придет он — статный двухметровый юноша с голубыми глазами. Вылитый Аполлон Бельведерский! Правда, он не ариец, а чех, но это не важно. Важно, что прибудет.

И хотя ее кумир — Адольф Гитлер говорил что: "Никого не любить — это величайший дар, делающий тебя непобедимым, так как никого не любя, ты лишаешься самой страшной боли", она… все-таки раскрылась навстречу сильным чувствам и не побоялась "самой страшной боли".

Такое давно с ней не происходило. На жестокой войне она совершенно забыла об сердечных делах. И вот ее любвеобильное женское существо пронзила стрела Амура. И как ей теперь устоять пред страстью?! Как?

Женщина поправила прическу. Волнение трудно унять… Ох, как трудно… Глубокий вздох… Легкий румянец на щеках…

"Как роза, рдея изнутри и вся, блестя росою зыбкой…" — вспомнила она вдруг великого испанского комедиографа Лопе де Вегу.

Она вся истомилась в любовном ожидании. На столе стояло: бутылка хорошего французского шампанского "Мадам Клико", два наполненных искрящейся жидкостью хрустальных бокала на тонкой длиной ножке, различные фрукты, плитка горького шоколад и зажженные длинные свечи. Женщина встречала своего героя во всеоружии: ярко-красный пеньюар, надетый на голое тело, черный пояс, черные ажурные чулки. Подведены черной тушью глаза, накрашены ярко-красной помадой полные чувственные губы. Она встряхнула светлыми локонами. Посмотрела в зеркало… Сегодня она великолепна! Впрочем, как всегда. Круглое миловидное лицо, хорошая грудь, широкие бедра, привлекательная, чуть склонная к полноте фигура — чем не Моника Рёкк?!

Эльза Кох — член НСДАП с 1932 года, жена коменданта концлагеря Бухенвальд Карла Отто Коха, заприметила красивого и статного блондина среди военнопленных и велела усиленно кормить. Физически он должен быть в форме. И любить ее всю ночь. В день соития его умоют, причешут, оденут в белоснежную сорочку и черный фрак. Нацепят бабочку. Освежат ее любимым одеколоном.

С минуту на минуты парня должны были привести. Эльза вся дрожала от любовного нетерпения. Она, кажется, влюбилась в него. Она бросила взгляд на широкую кровать с белоснежным бельем… Низ живота наполнился вожделенным теплом. Она представила, как он поцелует ее, возьмет бережно на руки, отнесет на кровать и начнет яростно любить. И как она будет страстно извиваться в его крепких объятьях и кричат от удовольствия.

Вот послышались шаги… Это наверняка ведут его. Сердце на секунду замерло…

Обершутце СС Гюнтер Штайгер и манн СС Рихард Берг втолкнули в парня в полуосвещенную спальню. Дверь закрылась. Парень недоуменно уставился на женщину. Он узнал ее: Эльза Кох — жена начальника лагеря. Заключенные называли ее Бухенвальдская сука или ведьма. О ее зверствах ходили легенды. Мучила, пытала, убивала, сдирала заживо кожу. Парню стало не по себе: а что она уготовила ему?

Фрау Кох приветливо улыбнулась. В правой руке она держала бокал шампанского. Не правда ли как я хороша? Потрогала свою грудь. Провела по животу вниз…

"Хочешь меня, красавчик?"

Парень все понял. Ах, вот оно что мне предопределила эта нацистская стерва! Она просто хочет со мной развлечься. Вот для чего его нарядили во фрак и усиленно на протяжении недели откармливали. Чех презрительно ухмыльнулся и сказал:

"Я — коммунист, ты — нацистка! Ты думаешь, я буду спать с тобой?.. Я ненавижу тебя, как и твоего подонка Гитлера. Вас всех рано или поздно повесят или расстреляют. Мы победим фашизм".

"Свинья!" — в ярости воскликнула Эльза и влепила ему пощечину.

Парень и бровью не повел. Лишь потер покрасневшую щеку. Он с ненавистью и презрением смотрел на похотливую немку. Хоть чем-то, но заключенный отомстил фрау Абажур, а в ее лице и всем фашистам.

"Гюнтер, живо ко мне!" — закричала Эльза.

Бухенвальдская ведьма была в бешенстве. Ее оскорбили до глубины души! Ей нанесли самую чувствительную обиду, какую могут нанести влюбленной даме! От нее отказались как от женщины! И про фюрера сказать такое!.. Язык не поворачивается. Смерть ему!

"Наручники!" — завопила фрау Кох.

Нацисты защелкнули на запястьях богатыря два стальных браслета и вопросительно взглянули на жену коменданта: что дальше?

Кох лишь коротко выпалила: "Расстрелять!"

Пока оскорбленная и униженная жена коменданта приходила в себя, парня отвели в одноэтажное кирпичное помещение с бетонным полом и поставили к стене. В этом здании уже немало расстреляно узников. Теперь предстояло расстрелять еще одного.

Обершутце СС достал вальтер. Передернул затвор. Прицелился…

Узник смело смотрел в вороненый зрачок пистолета. Он не боялся фашистов и не боялся умереть. Лучше погибнуть, чем мучиться в этом аду по названию Бухенвальд. Да и работать на этих проклятых немцев он уже устал.

Немец скривился от нечеловеческой злости и нажал на курок…

Раздался выстрел. Язычок пламени вылетел на миг из ствола и погас. Девятимиллиметровая пуля "Парабеллум" попало прямо в сердце. Пустая гильза, сверкнув в воздухе, со звоном упала и покатилась по бетону. Парень как подкошенный упал. Эсэсовцы подошли к неподвижному телу и внимательно взглянули на чеха… Гюнтер пощупал на шее убитого пульс… И сказал, что заключенный мертв. Его сослуживец согласно кивнул.

Эльза быстро сменила пеньюар на черный эсэсовский мундир. На правом рукаве выше локтя у нее поблескивал аллюминево-серебристый шеврон ветерана СС (его давали тем нацистам, кто вступил в партию до 30 января 1933 года). На голове красовалась черная пилотка с белой металлической эмблемой "череп со скрещенными костями", что говорило о принадлежности фрау Кох к частям СС по охране концлагерей "Мертвая голова". Черные, начищенные до блеска сапоги, лайковые перчатки антрацитного цвета и кожаная портупея с кобурой дополнили ее эсэсовский образ. Немного полюбовавшись собой, она пошла взглянуть на убитого юношу.

Рассматривая его, она не скрывала восхищения: все-таки, какой он красивый! Надо было ей сдержаться. Просто привязать к кровати и насладиться им, а потом уже расстрелять. Но эмоции одержали верх. Теперь она сожалела о скоропалительном приказе. И тут ей на ум пришла чудовищная идея. Она сделает так чтобы ее любимый остался с ней рядом навсегда.

"Вырезать сердце", — распорядилась она. — "И заспиртовать в стеклянную капсулу".

Убитого отнесли к врачам. Один из патологоанатомов взял острый скальпель и коснулся гортани… Разрез от подбородка и вниз… Работа началась. Вскрыли грудь. Достали алое сердце с размером как два кулака. Удивительно, но пуля застряла прямо в нем. При вскрытии присутствовала и сама фрау Кох. Ей нравилось наблюдать, как кромсают трупы, испытывала некое удовольствие от вырезанных внутренностей, крови. Нравилось самой сдирать кожу с убитых людей, резать их. Она обожала возиться с мертвыми телами. Кох была настоящей маньячкой. Мания к убийству у нее точно присутствовала. Как и к истязаниям и пыткам.

Эльза запретила доставать пулю из сердца. Вместе с куском свинца сердце заспиртовали и поместили в стеклянную капсулу.

Теперь по ночам на столике фрау Кох горел абажур с татуированной кожей, и стояло заспиртованное сердце. Эльза смотрела на него и писала романтические стихи. Так мертвое сердце отважного чеха вдохновляло фрау Кох на творчество. И на новые убийства.

…Эльза (Ильза) Кох (в девичестве Кёлер) явилась на свет 22 сентября 1906 года в Дрездене. Отец ее был мастером на заводе. В школе училась на отлично, соблюдала дисциплину, была прилежной и внимательной. В пятнадцатилетнем возрасте поступила в школу бухгалтеров и, окончив ее какое-то время, работала по специальности. Затем сменила профессию бухгалтера на профессию библиотекаря.

В 1932 году в возрасте двадцати шести лет Эльза вступила в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию (НСДАП). Надела коричневую униформу (она так ей шла!), нацепила на предплечье повязку со свастикой — и вперед маршировать! Теперь она уже не была простым "UnanwДrter" (кандидатом на членство в партии), а была заслуженным "AnwДrter" (утвержденным членом партии). В светло-коричневой петлице появился желтый орел. Потом снизу одна нашивка, вторая… Служба по карьерной лестнице началась.

Молодая нацистка, как и все члены НСДАН была без ума от вождя партии Адольфа Гитлера и других партийных лидеров — Рудольфа Гесса и Мартина Бормана. Жадно внимала их пламенным речам с трибун и прививала себе нацистскую идеологию. Работала из-за всех сил на благо партии, нации и страны. Она верила что "Гитлер — это девиз для всех, кто верит в возрождение Германии… Гитлер победит, ибо народ желает его победы…"

Она гордилась свое принадлежностью к ведущей партии Германии, тем более 31 июля 1932 на очередных выборах в рейхстаг НСДАП получила 230 мандатов, став самой крупнейшей фракцией в парламенте. А 30-го января 1933, когда Адольф Гитлер был выбран канцлером Германии, Национал-социалистическая немецкая рабочая партия насчитывала в своих рядах уже 850 тысяч человек. Среди них — в основном выходцы из мещанской среды. Рабочие составляли лишь одну треть от общего числа, а около половины членов НСДАП являлись безработными. Не прошло и пяти месяцев, как количество партийцев увеличилось аж в три раза и достигло 2,5 миллионов.

"Воля фюрера для партии — высший закон!" — повторяла как в бреду слова официальной публикации НСДАП ярая нацистка Эльза Кёлер.

В целях пропаганды нацистских идей среди германского народа и демонстрации крепкого общепартийного и общенационального единства лидеры НСДАП постоянно организовывали пышные и многолюдные празднества. Например, существовал День героя. Это было 1 марта. День национального труда (1 мая), Праздник сбора урожая и другие торжества. Этой же идее были подчинены и партийные съезды, проходившие в первой декаде сентября в городе Нюрнберге. Эти сборища не оказывали никакого влияния на генеральную линию партии, а являлись лишь эффектной пропагандистской акцией.

Немаловажной деталью для привлечения в партию новых членов была и красивая униформа. Эльзе как и многим партийцам нравилась щеголять как в эсэсовской форму так и в нацистской. Особенно в мундире СС. Она очень обожала эту красивую форму. Ее шил молодой немецкий промышленник и соратник Эльзы по партии — Хуго Босс (дизайн формы разрабатывал некий Карл Дибич). Фройляйн Кёлер встречалась с ним на одном собрании, благодарила его за чудесную форму и беседовала с ним. Она знала, что в 1930 году Босс чуть не оказался банкротом. Лишь в 1931 году вступив в НСДАП, он сохранил свой бизнес, получив партийный заказ на производство униформы СА, СС, Гитлерюгенда. Через три года Босс купил ткацкую фабрику и перенес на ее территорию швейные мастерские. С началом войны его предприятие была объявлена важным военным объектом и получила заказ на изготовление униформы вермахта. На Босса трудилось 150 подневольных поляков и украинцев, а также 30 французских военнопленных.

Эльзе не удалось тогда завоевать сердце сорокасемилетнего промышленника, но фройляйн Кёлер не унывала: в рядах соратников было немало завидных женихов, и она верила, что в скором времени найдет себе подходящую партию.

Так и случилось.

В сентябре 1934 на одном из очередных партийных собраний в Нюрнберге молодая девушка познакомилась со своим будущим мужем Карлом Отто Кохом. До Первой мировой войны Кох работал банковским клерком. Но начались первые боевые действия, и он пошел на фронт защищать великую Германию. Во время боя он был захвачен в плен британскими войсками и содержался в заключении до 1919 года. В 1930 году Кох вступил в НСДАП, а после — и в СС. В 1934 году он был назначен комендантом концлагеря в Лихтенбурге.

Ему — тридцать семь лет, ей — двадцать восемь. Оба молоды и полны идей и планов. Карьера у обоих и военная и политическая идет в подъем. Тем более они были одной крови — арийской, и оба принадлежали к самой главной и самой массовой партии Германии — НСДАП. Карлу тогда приглянулась миловидная стройная блондинка, а той — подтянутый симпатичный офицер.

Они гуляли вместе после собраний, пели, танцевали, пили свежее местное пиво, ели чудесные колбаски. И даже катались на лошадях (они оба обожали верховую езду). И уединившись в какое-нибудь укромное место, оставаясь незамеченными для окружающих они целовались, целовались и целовались… Они были счастливы, молоды, сильны духом. За ними было великое будущее. Потом они на некоторое время расстались.

В 1936 году Эльза Кёлер по собственному желанию устроилась в лагерь Заксенхаузен секретарем и охранницей.

Здесь уже можно задуматься о странностях ее психики. Пошла работать добровольно в то место, где убивают и пытают? Для чего? Видимо, были у нее какие-то скрытые садистические наклонности, скрытая агрессия, озлобленность на весь неарийский род человечества и ей хотелось реализовать свою дьявольскую сущность в полной мере. А где это лучше сделать как не в концлагере. Там у тебя есть и сила, и власть, и оружие, а у твоих оппонентов нет ничего подобного. Тем более они беззащитны и бесправны, к тому же с подорванным здоровьем и психикой. Твори безнаказанно зло и издевайся над людьми. Мучай их, убивай, калечь! И ничего тебе за это не будет. Ничего. Даже похвалят или наградят каким-нибудь отличительным знаком или медалью.

Но вот вопрос. Почему скромная девушка-библиотекарь неожиданно превратилась в злобную садистку-эсэсовку. Кто виноват в этой странной метаморфозе. Ответ, кажется, лежит на поверхности. Видимо все началось со вступления Эльзы Кёлер в НСДАП. Там произошла обработка ее мозга и души. Там убили ее лучшие чувства и взрастили порочные. Там научили ее ненавидеть, унижать и презирать людей не ее расы. И главный виновник метаморфозы — лидер партии Адольф Гитлер и его идеология. Основа, которой высказывание, что арийская нация выше всех. Другие нации надо стереть с лица земли или превратить в послушных рабов. Эльзе понравились его несколько высказываний по этому поводу.

"Совесть — выдумка евреев". Или: "Необходимо свести славян до языка жестов. Никакой гигиены, никаких прививок. Только водка и табак!"

Она фанатично и преданно любила Гитлера. Он для нее был кумиром, великой личностью. Он сам сделал себя. Простой ефрейтор в кайзеровской армии дорос до главы самого сильного государства. Его могли расстрелять. Он сидел в тюрьме, он начинал свою политическую карьеру снова и снова, но шел своим путем, продвигал свои идеи. Он — за Великую Германию, за весь германский народ. Кох обожала и тех философов, которых обожал и Гитлер: Артур Шопенгауэр, Фридрих Ницше… И психологов — Фрейда, Адлера…

Ведь каков молодец Адольф Адлер выдвинул идею о личностной сверхкомпенсации. Он в детстве часто и тяжело болел, надеялся, что выбор специальности врача поможет ему в борьбе с недугами. Он осуществил свою мечту: закончил медицинский факультет Венского университета и практиковался как врач-офтальмолог. Однако вскоре он стал интересоваться психиатрией и неврологией. Чтобы преодолеть свои душевные комплексы. И преодолевая себя, физичесик и морально, этот психоаналитик и придумал теорию свверхкомпенсации. И вот что он утверждал.

Формируя свой жизненный стиль, образ жизни, цели, индивид практически сам явля-ется творцом своей личности, которую он образует из своей наследственности и опыта. Он понимает, что он уникален, неповторим и спосбен управлять своей судьбой. В пику Фрейду Адлер заявлял, что люди — это не пешки в руках судьбы, а сознательные и целостносные личности, самостоятельно строящие свою жизнь. А два врожденных и бессознательных чувства — неполно-ценности и стремления к превосходству — представляют собой позитивными ис-точники энергии личности, нужной для ее развития.

Чувство неполноценности оказывать влияние на личность, и вызывает в нем дикое желание компенсировать свои не-достатоки. А чувтво стремления к превосходству вызывает не мене дикое желание быть лучше всех в этом мире. И не только преодолеть свои физические и умственные недостатоки, но и стать самым развитым в професиональнм плане и эрудированым. Данные чувства инициируют не только личностное развитие, но и общественное. Существует и особый механизм развития этих двух чувств. Он называется — компенсация.

Адлер выделил четыре вида компенсации — 1) неполную компенсацию, 2) полную компенсацию, 3) сверхкомпенсацию и 4) мнимую компенсацию, или уход в болезнь. В случае сверхкомпенсации такие люди стараются, чтобы их мозги и знания и служили на пользу людям и на пользу страны. Примером такой сверхкомпенсации превосходства является известный греческий философ Демосфен, который преодолел свое заикание и стал выдающимся оратором. Или Фраклин Рузвельт, преодолевший свою физическую слабость, на пути к своему президентству.

Или допустим, любимчик фрау Кох — Йозеф Геббельс. Посмотришь на него со сторны — хромой, тщедушный, болезнный малый. Когда-то он был никем, но с помощью Фюрера, нацистко идеологии и силы воли компенсировал все свои физические и психичесие недостатки и стал рейхсляйтером, рейхсминистром народного просвещения и пропаганды Германии и имперским руководителем пропаганды НСДАП. Это он сказал ставшую крылатой фразу: "Чем грандиознее ложь, тем легче ей готовы поверить".

Он сам сделал себя. Простой ефрейтор в кайзеровской армии дорос до главы самого сильного государства. Его могли расстрелять. Он сидел в тюрьме, он начинал свою политическую карьеру снова и снова, но шел своим путем, продвигал свои идеи. Он — за Великую Германию, за весь германский народ. Кох обожала и тех философов, которых обожал и Гитлер: Артур Шопенгауэр, Фридрих Ницше… И психологов — Фрейда, Адлера…

Ведь каков молодец Адольф Адлер выдвинул идею о личностной сверхкомпенсации. Он в детстве часто и тяжело болел, надеялся, что выбор специальности врача поможет ему в борьбе с недугами. Он осуществил свою мечту: закончил медицинский факультет Венского университета и практиковался как врач-офтальмолог. Однако вскоре он стал интересоваться психиатрией и неврологией. Чтобы преодолеть свои душевные комплексы. И преодолевая себя, физичесик и морально, этот психоаналитик и придумал теорию свверхкомпенсации. И вот что он утверждал.

Формируя свой жизненный стиль, образ жизни, цели, индивид практически сам явля-ется творцом своей личности, которую он образует из своей наследственности и опыта. Он понимает, что он уникален, неповторим и спосбен управлять своей судьбой. В пику Фрейду Адлер заявлял, что люди — это не пешки в руках судьбы, а сознательные и целостносные личности, самостоятельно строящие свою жизнь. А два врожденных и бессознательных чувства — неполно-ценности и стремления к превосходству — представляют собой позитивными ис-точники энергии личности, нужной для ее развития.

Чувство неполноценности оказывать влияние на личность, и вызывает в нем дикое желание компенсировать свои не-достатоки. А чувтво стремления к превосходству вызывает не мене дикое желание быть лучше всех в этом мире. И не только преодолеть свои физические и умственные недостатоки, но и стать самым развитым в професиональнм плане и эрудированым. Данные чувства инициируют не только личностное развитие, но и общественное. Существует и особый механизм развития этих двух чувств. Он называется — компенсация.

Адлер выделил четыре вида компенсации — 1) неполную компенсацию, 2) полную компенсацию, 3) сверхкомпенсацию и 4) мнимую компенсацию, или уход в болезнь. В случае сверхкомпенсации такие люди стараются, чтобы их мозги и знания и служили на пользу людям и на пользу страны. Примером такой сверхкомпенсации превосходства является известный греческий философ Демосфен, который преодолел свое заикание и стал выдающимся оратором. Или Фраклин Рузвельт, преодолевший свою физическую слабость, на пути к своему президентству.

Или допустим, любимчик фрау Кох — Йозеф Геббельс. Посмотришь на него со сторны — хромой, тщедушный, болезнный малый. Когда-то он был никем, но с помощью Фюрера, нацистко идеологии и силы воли компенсировал все свои физические и психичесие недостатки и стал рейхсляйтером, рейхсминистром народного просвещения и пропаганды Германии и имперским руководителем пропаганды НСДАП. Это он сказал ставшую крылатой фразу: "Чем грандиознее ложь, тем легче ей готовы поверить". Да, Адлер молодец, но и Фрейда фройляйн Эльза Кёлер высоко ценила. Тем более Зигмунд был учителем Адлера. Австрийский титан мысли тоже прав по-своему. Фрейд сказал, что в основе всех человеческих стремлений и поступков лежит агрессивность, животный инстинкт, поэтому и будут люди убивать друг друга, истязать, жестоко обращаться, и будут новые войны, захват новых государств. И принцип удовольствия. Поесть, секс. Опять же — животные инстинкты. Человек — это животное. Что несколько тысяч лет назад что сейчас. Интеллект, человеколюбие — выдумки евреев. Фюрер сказал:

"В последнем счете всегда побеждает только инстинкт самосохранения. Под давлением этого инстинкта вся так называемая человечность, являющаяся только выражением чего-то среднего между глупостью, трусостью и самомнением, тает как снег на весеннем солнце".

Это ей подходит оно оправдывает ее поведение и ее поступки. Убила — значит так надо. Человек человеку волк. Христианство — это зло оно пропагандирует любовь.

Все эти философские и психологические идеи вкупе с идеями Фюрера Эльза Кёлер начала с большим желанием воплощать в жизнь. Есть такой термин — апперцептивное внимание.

Апперцепция (от лат. apperceptio — восприятие) — это психический акт, благодаря которыму, при активном участии внимания и ранее сложившихся психических комплексов, человек ясно и отчетливо воспринимаем данное психическое содержание. Под апперцепцией ученый подразумевал всякий отдельный процесс, посредством которого человек ясно воспринимает какое-нибудь психическое содержание. Характерный признак этого психического акта — это напряжение внимания, восприятия, не сопровождаемое состоянием внимания.

Существуют два вида апперцепции: пассивную, при которой новое содержание схватывается вниманием моментально и без всякой эмоциональной предварительной установки, и активную, при которой восприятие содержания предваряется чувством ожидания, а внимание направляется на новое содержание ещё до его появления. Апперцептивность — это неосознанно-осознаная избирательность. Человек воспринимает информацию или зрительную картинку избирательно. Согласно своему мировоззрению, ожиданиям, установкам. Отсеивает ненужное ему, запоминает нужное.

Вот второй вид апперцепции — пассивный — и использовала наша героиня в процессе формирования своего мировоззрения и своих садистических наклонностей. Так Эльза Кёлер согласно своим установкам, принципам, ожиданием и отбирала посредством апперцепции нужные книги, нужных авторов, психологов, философов, а все иное, что ей не подходило тут же отметалось.

Эльза Кёлер была твердо уверена, что:

Человек — животное. И живет он только согласно своим инстинктам. И им надо потакать. Других людей надо подминать под себя, либо убивать. Человек человеку волк. Сила всегда побеждает слабость. Правда — в силе.

Кох была одурманена идеологией нацизма и немецкой философией. И вот тогда темная сторона души Эльзы вышла на свет. И смертельно не повезло тем, кто попался на ее пути. А именно — людям не арийского происхождения.

…Вскоре комендантом Заксенхаузена становиться партайгеноссе Карл Кох, человек, к которому Эльза как женщина давно симпатизировала. Симпатии хорошо знакомых людей превращаются в обоюдную любовь. Спустя два года они женятся. Таким образом, фройляйн Эльза Кёлер становиться фрау Эльза Кох.

В 1937 году мужа Эльзы штурмбанфюрера СС назначают комендантом лагеря Бухенвальд. Эльза едет вместе с ним. Там она на пару с ним и будет творить свои зверства. Она выучила наизусть цитаты своего партийного лидера. Вот одна, которая ей нравилась:

"Перед лицом великой цели никакие жертвы не покажутся слишком большими…"

Поэтому она уже ехала в лагерь с целью убивать людей. Пусть это будет 100, 200, 300, 1000 человек. Старики, дети, женщины, беременные, беспомощные, больные — все едино. Они должны погибать. Сотнями, тысячами, миллионами. Чем больше, тем лучше. И этого будет мало. Для великой цели, для великой Германии, для великого Фюрера ничего не жалко. Тем более представителей низших рас.

"…Никакие жертвы не покажутся слишком большими…"

И точка!

Что тогда собой представлял печально знаменитый впоследствии Бухенвальд? Огромный концентрационный лагерь, построенный на горе. Кругом вырубленный лес, кусты, выжженная трава. По периметру лагеря — вышки с автоматчиками и злые немецкие овчарки. И километры колючей проволоки. На кованых воротах лагеря была циничная надпись из металлических букв: "Jedem das Seine" (Каждому свое).

Сквозь этот Бухенвальдский ад прошло 250 тысяч человек из всех европейских стран. Простым гражданским узникам фашисты выкалывали на предплечье их лагерный номер, а военнопленным на ягодицах ставили "тавро" в виде острого угла.

Каждый день здесь кто-то умирал. Иногда число жертв доходило до ста человек. Погибали здесь люди от холода, голода, от пыток, от насильственной смерти. Здесь проводили и медицинские опыты. Люди жили в бараках по 750 человек. Жуткая теснота, вонь, смрад. Тут же лежали мертвые люди. Их иногда выносили за руки на перекличку, чтобы получить дополнительную порцию за мертвую душу. Удивительно, что некоторые заключенные чтобы не сойти с ума от увиденного и пережитого занимались творчеством: писали стихи, рисовали, изучали иностранные языки — благо в лагере содержались представители всех европейских наций. Заключенные доказывали, что даже в таких условиях человек должен всегда оставаться человеком, а не превращаться в животное!

Люди гибли и гибли сотнями, тысячами, сотнями тысячами…

Но Гитлеру этого было мало: слишком медленно шло истребление низших рас. Летом 1941 года Гитлер приказал окончательно решить еврейский вопрос. Исполнение приказа возложили на войска СС и лично на рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Лагеря смерти в тои числе Бухенвальд, Майданек, Освенцим и др. не могли справиться с масштабами запланированной операции. В дело вступило новое секретное оружие нацистов — "Циклон Б" — кристаллизованную форму цианистого водорода (синильной кислоты).

До этого заключенных расстреливали или отправляли в "душегубки" — закрытые помещения похожие на душевые, куда закачивали угарный газ. Решили испытать "Циклон Б". Для страшного и бесчеловечного опыта решили выбрать концентрационный лагерь Освенцим, что в Польше. Комендантом там был хорошо знакомый Эльзы Кох — партийный лидер НСДАП, заместитель Гитлера по партии, обергруппенфюрер СС Рудольф Гесс.

3 сентября 1941 года нацисты согнали 600 советских военнопленных и 250 больных заключенных разных европейских наций в одну огромную камеру и заперли, а в вентиляционную систему засыпали "Циклон Б". Все, кто находился в помещении, умерли в течение 20 минут. После этого удачного эксперимента фашисты построили в другом лагере "Биркенау" четыре большие постоянные газовые камеры и крематорий. Теперь умерщвление заключенных было поставлено на поток.

Эльза Кох тоже "трудилась" в своем лагере воплощая директиву фюрера в действие.

Бывшая узница Бухенвальда Сильвия Павловская вспоминала как Эльза поигрывая кожаной плеткой, прохаживалась вдоль шеренги детей и сортировала их на различные работы. Кого на подсобные, кого подметать плац, у кого брали кровь. Остальных — в газовые камеры! Даже установили планку в 120 см. Если кто-то проходил под ней, то сразу отправляли на верную смерть в газовую камеру, если нет, то оставляли в живых. Дети, понимая это, изо всех сил пытались вытянуться, чтобы попасть в группу счастливчиков. Лагерному начальству дети были не нужны. Нацист Рудольф Гесс, комендант лагеря Освенцим-Бжезинка, на судебном процессе эту причину назвал: маленьких детей убивали лишь потому, что они были слишком малы, и не могли работать.

Фрау Кох отправляла часть людей сдавать кровь для воинов фюрера, другую часть для медицинских экспериментов. Третью — работать, четвертую — собирать в подсобках газовых камер одежду и вещи отравленных и сжигать, а пятую — сама пытала и убивала. Если на теле узника она замечала необычайную или красивую татуировку то Кох приказывала его убить, а после чего снимала с мертвого кожу с участками татуировок, специальным способом обрабатывала и шила из нее перчатки, сумочки, абажуры, чехлы, переплеты книг и т. д.

Зачастую все маньячки помешены на сексе. Не была исключением и Эльза Кох. Видимо у таких людей бессознательное и дикое "Оно" настолько сильно, что подавляет и сознательное "Я" и нравственное "Супер Я". Инстинкт побеждает мораль. Нет запретов, есть лишь твое желание и похоть. Нимфоманка Фрау Абажур спала с заключенными и предавалась с ними развращенным играм. Она даже заставляла пленных под страхом смерти насиловать друг друга. Это ее забавляло и веселило. Не забывала она уделить внимание и своему мужу и охранникам.

…Май 1940 года. Покорены фашистскими ордами такие страны как Голландия, Бельгия, Люксембург.

14 июня дивизии 18 армии под командованием генерала артиллерии, а впоследствии генерала-фельдмаршала Георга фон Кюхлера триумфально вошли в Париж, а войска группа немецких армий "С" прорвали линию Мажино и нанесли решающее поражение французским войскам. 22-го июня Франция окончательно капитулировала перед немецкими войсками. Операция под кодовым названием "Рот" (Красный) победоносно завершилась. Родина великого Дюма, Вольтера и Дидро была оккупирована. В концентрационные лагеря стали прибывать пленные из Франции, Бельгии, Голландии, Люксембурга и других европейских стран.

Однажды в Бухенвальд пригнали новую партию заключенных. Часть из них завели в кабинет, где принимала чета Кох. Эльза сидела за дубовым столом, а около нее стоял ее муж. За ними на стене висел красный нацистский флаг с черной свастикой и портрет фюрера.

Девушек раздели догола. Они по очереди с одеждой в руках подходили к столу и отвечали на вопросы фрау Абажур. Вопросы были стандартны:

"Как зовут?" "Сколько лет?" "Из какой страны?" "Какой национальности?" "Чем болела?" "Рожала ли?" "Есть ли дети?.."

Пленницы старательно и подробно давали ответы.

Эльза как похотливая самка рассматривала тела узниц и думала с кем бы заняться любовью. Муж ее тоже изучал голых женщин и облизывался как кот на сметану. Те робели и смущались перед мужчиной, закрывали руками и бельем интимные места, но сильные охранницы отбирали одежду и не позволяли прикрыться.

Одних, некрасивых, слабых, немолодых комендант и его жена отправляли для медицинских опытов или подсобных работ, других, симпатичных, здоровых — в специальные бараки, где они должны были беспрекословно отдаваться солдатам Рейха. Причем не имело значение количество вояк. Всех она должна была удовлетворить и быть ласковой. Но порой даже покорность и терпеливость не спасала бедняжек от издевательств и рукоприкладства. Поэтому некоторые узницы не выдерживали сексуального марафона и умирали от кровопотери, разрывов и побоев. Затем погибшим вырезали органы, сдирали кожу для пошива сумок и чехлов, скальпировали, а волосы использовали для париков.

И вот к комендантскому столу подошла красивая смуглая девушка лет двадцати. Черные кудрявые волосы, большие черные глаза, совершенное стройное тело. Тугая грудь, красивые бедра. На плече у нее была красивая татуировка девушки с копьем и в доспехах. Она не смущалась, не стеснялась, и демонстрировала свое прекрасное тело. Глаза Кохов зажглись похотливыми огоньками. Вот эта девушка и станет их развлечением на сей день. Самка и самец нашли свою жертву.

"Как твое имя, смуглянка? И кто ты по национальности?" — спросила ее Эльза. — "Подойди ближе"

Девушка подошла. Комендант ничуть не стесняясь стал ощупывать ее красивое тело, грудь, лоно… Повернись так, повернись этак. Хороша, ничего не скажешь.

Карл Кох вновь попросил смуглянку назвать свое имя.

Она ответила, что зовут ее Лаура и она француженка. А что означает девушка с копьем? Так это их национальна героиня Жанна Д'арк. Ее кумир с детских лет. За что она попала сюда? Трагическая случайность. Ее отец сдавал комнату, как потом оказалось участнику французского сопротивления. Квартиранта арестовали, а заодно и ее с отцом как пособников врагов Рейха. Отец ее умер по дороге в лагерь, а она пока осталась жива и надеется на милосердие герра коменданта и его жены — фрау Кох.

Чета Кох заверила девушку, что с ней ничего не случиться и что ей дадут хорошую работу в лагере. Но для начала нужен врачебный осмотр. Здорова ли она или нет.

Лауру отвели в одно помещение, больше напоминавшее медицинский кабинет. Кушетка, гинекологическое кресло, операционный стол, скальпели, щипцы, ножи, ножницы, сверла. Там узницу избил и изнасиловал Карл Кох, затем принудил к лесбийскому сексу со своей женой. А после началось самое страшное…

Француженку привязали ремнями к столу и стали издеваться. Резали, кололи, тыкали. Она жутко кричала, несколько раз теряла сознание, но садистов это только забавляло. Ей отрезали пальцы, уши, кончик носа. Стали отрезать грудь, но от болевого шока Лаура скончалась.

Карл вскоре ушел, а Эльза осталась. Она обошла стол полюбовалась сделанной работой — то есть мертвой девушкой. Надела новые перчатки. Открыла баночку со спиртом и взяла скальпель. Снова подошла к столу. Ее скальпель коснулся плеча Лауры. И вот первый надрез, кровавя полоса, лезвие пошло вниз и снова вверх… Через минуты в окровавленных руках Бухенвальдской ведьмы появился участок кожи с тату.

"Вот она Жанна д'Арк! Красивая картиночка!" — восхищенно рассматривала отрезанную кожу фрау Кох.

Такого интересного рисунка еще не было в ее коллекции. Полюбовавшись татуировкой, она бросила кусок окровавленной кожи в баночку со спиртом. И пошла к себе в кабинет. Коллекцию следует постоянно пополнять, иначе будет скучно и не интересно жить. Она будет ждать новую партию заключенных. Надо искать новую жертву и новое краповое изображение. Собирание кусков кожи с необычным тату было одним из увлечений и одновременно развлечений Бухенвальдской ведьмы.

Любопытно, что женщины-маньячки редко когда оставляют на память об убитых жертвах какие-нибудь вещи. Это больше касается мужчин-маньяков. Почти всегда нелюди в мужском обличье, надругавшись над жертвой и убив ее, берут на память какие-нибудь ее вещи: часики, цепочки, кольца, телефоны, колготки, трусики, бюстгальтеры и другое. Все это будет напоминать им об их "славной" "победе", удачной охоте, и навивать приятные воспоминния или что еще хуже — звать на новые кровавые "подвиги". Маньяки — что чудовищно — дарят вещи умерщвленных и растерзанных ими людей своим близким. Жене — кофту жертвы, матери — золотые серьги убитой. Таких примеров много.

Что касается нашей "героини", то она была исключением из правил среди маньячек. Вспомним заспиртованное сердце чешского красавца, абажур из человеческой кожи, татуировки на кусках кожи и многое другое. Да, она иногда любила полюбоваться своими наглядными "подвигами" и предаться воспоминания о них, но все же коллекционирование человеческих органов и фрагментов не было для вольчицы СС самоцелью, это было скорее средством от обыкновенной лагерной скуки. И как мы знаем из начала главы источником для вдохновения в написании романтических стихов.

Другим увлечением Эльзы Кох являлась верховая езда. Она очень любила красоваться, гарцуя по лагерю на роскошном белом коне и одетая в черную эсэсовскую форму. Такой красивый классический контраст — белого и черного цвета. Ей этот стиль эсэсовки-амазонки весьма нравился. Он даже попросила одного художника-заключенного нарисовать ее огромный портрет, где она была изображена верхом на коне, в форме и с хлыстом. Потом холст вставили в огромную массивную рамку и повесили в ее кабинете.

Время от времени, особенно, когда оставалась одна в кабинете, то любовалась своим нарисованным двойником. И гордость сразу распирала ее: вот она современная героиня "Песен о Нибелунгах"! Вот она мстительная фурия Кримхильда с волшебным мечом Зигфрида! Да, небольшое упущение, следовало бы ей попросить мастера-поляка вместо хлыста изобразить меч. Вот было бы здорово! Впрочем, еще ничего не потеряно, она попросит живописца нарисовать еще один ее портрет. И тоже во весь рост. Пусть там он ее изобразит в красивом средневековом платье, обязательно ярко-красного или алого цвета. С золотой короной на голове и с мячом в руке. И естественно на красивом белоснежном коне с роскошной попоной. Вот это будет великолепная картина! И муж, само собой разумеющеюся, придет от этого эпохального полотна в полный восторг. Ведь он обожает германский эпос и обожает свою несравненную и сексапильную женушку! И кстати это будет сюрпризом на его день рождения. Она подарить ему саму себя, сначала в живописном варианте, а потом — в натуральном. Так что лучше вообще изобразить ее на картине голой и прикрытой лишь полупрозрачной развивающейся тканью. Нет, корону, меч, коня отставить — а, вот, платье убрать! Чтобы муж и любовники возбуждались от этой картины и хотели ее до безумия! Поэтому пока рано расстреливать или душить газом поляка-художника: он ей еще пригодиться.

Хотя у нее руки так и чешутся умертвить живописца и схватиться за скальпель. Дело в том, что ей давно нравиться татуировка на его предплечье — красивый грозно рычащий лев, с тщательно прочерченной мускулатурой, с пышной гривой и каким-то девизом на латыни. Кажется, эта надпись обозначают известный клич римских гладиаторов: "Ave Caesar morituri te salutant!" (Здравствуй, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!). Так что фрау Кох подумает на досуге, что ей больше хочется: будущий портрет или татуировка. Хотя разумнее всего если польский Рембрандт напишет ее портрет, а затем его в знак благодарности казнить и покромсать. Но если у нее будет плохое настроение, то она может передумать — и тогда держись художник!

И еще, если ей трудно будет принять решение в выборе желаний, то она положиться на жребий. А для получения ответа "да" или "нет" она попросту подбросить в воздух свою любимую монетку с изображением кумира нацистки — Адольфа Гитлера. Ее она возит с собой и бережет как оберег с 1933 года, когда ее собственно и отчеканили. Тогда Фюрер был избран рейхсканцлером Германии и Баварский монетный двор в честь этого памятного события выпустил монету с изображение фюрера и надписью: "Unser (ist) die Zukunft" (на монете немецкая связка "ist" пропущена). Авторы изображения монеты не стали утруждать себя сочинительством лозунга, а взяли слова из гимна Гитлерюгенда. Юные нацисты орали тогда в едином экзальтированном порыве: "Unsre Fahne flattert uns voran!" ("Наше знамя реет впереди!") и "Unser (ist) die Zukunft" ("Будущее за нами!"). Только художники сделали небольшую орфографическую ошибочку (понятно, они же не филологи), но тем ценней эта была денежка для почитателей Гитлера и Третьего Рейха, в том числе для маньячки Эльзы Кох.

Но бросание жребия с помощью монетки — это туманное будущее, а пока реальное настоящее — надо седлать коня и ехать во вверенный ей лагерь. Это ее долг. Долг патриотки родины.

…Когда Эльза Кох объезжала вверенную ей и мужу территорию, то в руках держала кнут и стегала всех непонравившихся ей пленных. Иногда могла забить человека до смерти. Просто по причине плохого настроения: поссорилась с мужем либо повара пересолили котлету. Особенно она была зла и агрессивна, когда у нее начинался предменструальный синдром. Сразу нарушался сон, и как следствие — появлялись головные боли, бессонница — и опять как следствие — дневная сонливость. Эльза сразу впадала в депрессивное состояние, становилась раздражительной, нервной как оголенный провод. Болел сильно живот, нарушался стул, появлялась повышенная потливость, набухали молочные железы, даже менялись вкусовые ощущения и предпочтения. Ее начинал раздражать запах вареных яиц и рыбы. Она отказывалась от крепкого кофе и пила успокаивающий чай с липой и ромашкой. В такие минуты ей очень хотелось кого-нибудь избить до полусмерти или вообще убить. И горе было тому пленному, кто попадался у нее на пути в это роковое время. В основном, заключенные после этой фатальный встречи становились трупами.

…Как-то раз фрау Абажур, раздраженная очередным ПМС, объезжала на коне шеренги пленных и внимательно вглядывалась в измученные и исхудалые лица. Ей показалось, что один из заключенных, черноволосый и смуглый парень в полосатой робе, как-то дерзко посмотрел на нее. Она остановила коня и недобро спросила у него:

"Jude? " (Еврей?)

Тот помотал головой.

"Name, Shwein?" (Как тебя зовут, свинья?)

Охранники вывели заключенного из шеренги. Оказалось его зовут Янек. Поляк по национальности. Эльза знала мнение своего вождя Гитлера, что все славяне недочеловеки и свиньи. Их надо пытать и убивать. И этого наглеца надо замучить до смерти.

Эльза размахнулась и ударила хлыстом пленного!

Еще раз, еще…

Била его нещадно, а он закрывался руками, уворачивался, убегал. Но от разящего и свистящего хлыста не было спасения. Умело управляя конем фрау Кох каждый раз отрезала сербу путь к отступлению и хлестала беднягу от души. Наконец пленный, исполосованный в кровь, лишился сил и упал навзничь. Эльза покружилась на коне вокруг неподвижно лежащего человека и, убедившись, что пленный не способен уже больше сопротивляться, остановилась.

"Кто хочет жить, тот должен бороться, а кто в этом мире вечной борьбы не хочет участвовать в драке, тот не заслуживает права на жизнь", — вдруг пришли на ум комендантше слова Гитлера. — "А ну, вставай, бейся, сербский большевик! Я оказалась сильнее тебя, я — хищник, а ты — земноводное! Таков закон жизни. Сильный побеждает слабого!"

"Эй, славянская свинья! А ну вставай!" — презрительно выкрикнула пленному мучительница. — "Почему не встаешь, боишься меня?!"

Зря она так думала. Поляк вовсе не боялся ее, а не вставал лишь потому, что только начал приходить в себя. Его тело было избито, но не дух.

"Вставай, ничтожество!" — победоносно вскинула голову эсэсовка. — "Как я ненавижу вас, славянское отродье! Сейчас я прикажу вырезать у тебя на спине звезду!.."

Вдруг пленный с трудом поднял голову. Лицо его было залито кровью. Окровавленные губы еле разжались. Но с этих упрямых губ слетели его гневные слова:

"Гитлер… капут… Су-у-ука…"

После этого голова пленного обессилено упала…

Фрау Кох пришла в бешенство. Яростью налились ее глаза. Как смеет эта коммунистическая тварь говорить такие вещи о фюрере да еще обзывает ее нехорошим словом. Он думает, что морально сильнее ее, нет, она его сильнее! Арийская раса превыше славянской и любой другой. Она отрежет ему язык, чтоб не болтал ничего лишнего. Хотя… Нет, она поступит с ним по-другому. Она придумала ему другое наказание. Страшное и жестокое.

"А ну, его живо в зоопарк! К медведям на съедение!" — приказала "Бухенвальдская ведьма".

Охранники подхватили под мышки заключенного и потащили в импровизированный зоопарк к гималайским медведям. Этот зоопарк был создан женой коменданта для работающих в концлагере немцев и их семей. Для психологической разгрузки. Здесь присутствовали зайцы, лисы, волки, барсуки, птицы, змеи. Но гордостью парка являлись два гималайских медведя. Этих белогрудых черных красавцев весом около 160 килограмм привезли в подарок коменданту союзники-японцы.

И вот пленного подтащили к клетке. Увидев диких зверей и поняв, что ему уготовлено, в пленном проснулись резервные силы. Он попытался вырваться из цепких рук немцев, но его быстро успокоили, ударив изо всей силы прикладом винтовки в живот. Поляк охнул и обмяк…

Здоровенные медведи, почуяв жертву, заметались по огромной клетке. Встали на задние лапы, зарычали. Глаза налились злостью. Один из них кинулся на решетчатую ограду и отскочил. Прутья затрещали от удара, но выдержали вес животного.

Щелкнул засов — и беднягу заключенного закинули внутрь. Тут же быстро ее захлопнули…

Заключенный в ужасе отполз в угол… Один из медведей-людоедов ловко подскочил к человеку и ударил того лапой по голове. Раздался нечеловеческий крик. Хищник размозжил арестанту голову. Кровь и мозги брызнула в разные стороны. Медведь подмял под себя человека и стал трепать как куклу. Он рвал живую человеческую плоть клыками и кусал. Вскоре к нему присоединился и второй хищник. Они растерзали человека в одночасье и стали пировать. Отрывали куски мяса от туловища и, рыча, поедали. Даже дрались из-за лакомого куска. Это было ужасно.

А Эльза Кох наслаждалась этим жутким зрелищем. Наблюдать, как мучается и умирает человек — это было такое удовольствие для нее!

Потом медведи долго играли обглоданными человеческими костями, пока им не кинули на расправу следующую жертву. И снова Бухенвальдская ведьма наслаждалась кровавым спектаклем.

В западногерманском фильме "Ильза, волчица СС" фрау Кох представлена именно таким кровожадным монстром. Она пытает, мучает, издевается, убивает, насилует и испытывает наслаждение от этого. Правда киношная Эльза Кох выглядит не очень привлекательно и намного старше своего прототипа. Здесь героине фильма где-то лет 45–50, а на самом деле волчице СС в это время было от силы 36–37 лет, и она была весьма хороша собой. Фильм перенасыщен эротикой, насилием, кровью. Фигуры нацистов гротескны и смешны. Идея режиссера понятна: убийства и пытки могут совершать лишь некрасивые и психически ненормальные люди. Но мы знаем, что это не всегда так. Наши предыдущие героини и нынешняя весьма привлекательны внешне и зачастую отдавали отчет своим поступкам. Правда то, что они творили с людьми — зверства, насилие, убийства — не лезут ни в какие человеческие рамки и наводит нас на мысль, что все-таки они были не совсем адекватными людьми, раз так делали.

Но движемся дальше.

…В сентябре 1941 года мужу Эльзы присвоили звание штандартенфюрера СС и назначили комендантом концлагеря Майданек. В том же 41-ом фрау Абажур назначают старшей среди женщин-надзирательниц. А в июле 1942 года для четы Кох наступили трудные времена: Карл обвинен в коррупции и хищениях в особо крупном размере и снят с должности.

В 1943 году супругов Кох арестовали. Бывшему коменданту Бухенвальда и Майданека были предъявлены обвинения в убийстве врача Вальтера Кремера и его помощника. Мотив расправы — комендант опасался, что те проговорятся кому-нибудь, о том, что лечили Коха от сифилиса.

В начале 1945 года Карла Коха приговорили к высшей мере наказания казни, а 5 апреля расстреляли в Мюнхене. Эльзе повезло: ее оправдали и выпустили на свободу. Фрау Абажур быстренько переселилась к родителям в город Людвигсбург и затаилась. Но нацистскую преступницу все-таки нашли.

30 июня 1945 года Бухенвальдскую ведьму арестовали американцы. Было следствие. Страшная коллекция кусков человеческой кожи, заспиртованная в стеклянных емкостях, явилась весомым доказательством зверств фрау Кох. Свидетелей тоже набралось достаточно почти 240 человек. Со всех стран Европы. Они поведали мировой общественности о "подвигах" фрау Кох и много такого от чего у присутствующих в зале суда вставали волосы дыбом. Кто-то даже падал в обморок. Все что они рассказывали, было мерзко, ужасно и страшно.

Во время расследования Эльзе удалось забеременеть. Как она умудрилась это сделать одному только богу известно. То ли соблазнила надзирателя, то ли заключенного. А может и следователя. Она надеялась, что суд сжалиться над ней и не назначит ей высшую меру наказания. Но судей не удалось разжалобить и они спустя два года приговорили Кох к пожизненному заключению. Но Эльзе снова повезло. Американский генерал Люциус Клей, военный комендант американской оккупационной зоны в Германии, выпустил нацистку на свободу. Он счел, что доказательства о зверствах Кох недостаточны и неубедительны. И обвинение было с нее снято. Но это решение вызвало огромный резонанс в мире. Общественность негодовала и требовала вновь арестовать и судить преступницу.

В 1951 году Кох снова посадили под арест и вновь приговорили к пожизненному заключению, который она отбывала в баварской тюрьме Айбах. Приговор уже не предполагал никакого повторного пересмотра и снисхождения к преступнице. А это означало, что жизнь свою Эльза должна была закончить в стенах Айбаха.

Дни в этой тюрьме тянулись для фрау Абажур длинной и скучной вереницей.

…Однажды Эльза Кох проснулась вся в поту. Ей снова снились кошмарные сны: мертвые узники с зияющими пустотой глазницами, кровавые человеческие тела. И этот чех, чье заспиртованное сердце стояло на ночном столике. Он стрелял в нее из пистолета. Ей было страшно, и она кричала во сне. Хотя Эльза знала, что если анализировать вторую часть сна по Фрейду, она же читала об этом в его "Толковании сновидений", то ничего страшного или странного во сне нет. Все просто. Пистолет — это мужское достоинство, чех — сильный пол. Эта направленная мужская агрессия интимного свойства. Ей бессознательно хочется секса, ведь его давно у нее не было, она о нем мечтает. Как часто ей снятся сны, в которых кто-то гонится за ней весь мохнатый, темный, страшный, то ли это дикий кабан, то ли медведь, то ли волк, то ли снежный человек. А бывает и мужчина с копьем, ножом, пистолетом. Он хочет проткнуть ее, зарезать, застрелит. При этом она во сне испытывает безотчетный и дикий страх. Страх — это ее вытесненное желание, и все персонажи сновидений из одной и той же оперы. Они обозначают лишь одно — дикое сексуальное желание Эльзы Кох. Здесь в тюрьме оно пока удовлетворяется лишь своими силами.

Эльза тяжело вздохнула… Черт с этим сексом. Его никогда не хватало, и не хватает в жизни. Она почему-то вспомнила о том белокуром красавце, что пришел к ней на свидание в дом коменданта. И опять пожалела что тогда вместо того чтобы им насильно насладиться и казнить лишь казнила.

Кох стала бурно фантазировать. Представила, как его раздевает, как его ублажает, как он — ее. Разные виды секса, разные позы. Эротические картинки замелькали у нее в голове. Она возбудилась. И вновь на помощь ей пришли свои силы.

…Минут через десять она пришла в себя. И снова перед глазами возник образ блондина-заключенного. Но теперь по другой теме. Не эротической. Она почему-то вспомнила его слова, презрительно брошенные ей тогда в лицо:

"…Я ненавижу тебя, как и твоего подонка Гитлера. Вас всех рано или поздно повесят или расстреляют. Мы победим фашизм".

Все-таки он оказался прав этот чешский богатырь. Прав в том, что всех их нацистов расстреляют или повесят. И что фашизм будет побежден. Они проиграли войну. Почти десять миллионов немецких жизней отданы за Великий рейх. Вождь нации — Гитлер застрелился как настоящий солдат, нет в живых не Геббельса, ни Гиммлера, ни Геринга и др. Ее старый знакомый Рудольф Гесс отбывает пожизненное заключение в Берлине, в тюрьме Шпандау. Как и Шпеер. Шеф гестапо Мюллер и партайгеноссе Борман скрылись в Южной Америке, то ли в Аргентине, то ли Уругвае. А может и в Бразилии. Сели на подводную лодку — и привет Советам! Молодцы. Они оказались самыми продуманными и предусмотрительными. А она наивная фанатичка верила в непобедимость германской армии и то, что Третий Рейх будет вечно царить на Земле и поэтому никуда не собиралась убегать из страны. И вот она верный солдат Германии Эльза Кох загибается в этой камере. И рано или поздно ее ждет смерть. Вынужденная смерть.

Как все это ей надоело!

Жуть!

Фрау Кох снова удручающе вздохнула…

Закончился август, и сегодня уже 1 сентября 1967 года. Через три недели ей исполниться шестьдесят один год. Да время летит.

Вчера приходил на свидание ее сын. Спрашивал, что ей подарить на день рождения. Она ответила, что не знает. Что подарит то подарить, любой презент ей будет дорог и приятен. Ведь это знак внимание от ее сына. От того человека, который узнав, что его мама знаменитая Бухенвальдская ведьма и что на ней кровь тысячи людей, тем не менее не отказался от нее и до сих пор продолжает навещать ее в тюрьме и приносить передачи. Какой он у нее молодец! В военное время из него получился бы прекрасный нацист. Волевой, решительный, смелый. Может когда-нибудь Германия снова возродиться, на политическом небосклоне появится новая политическая звезда с такой харизмой как у Фюрера, окрепнет страна броней танков и солдатскими штыками и снова все страны мира затрепещут перед великим Рейхом. Жаль, что она не доживет до этого времени. Пока Германия разделена на две части, разбита, унижена.

Кох взглянула с тоской на решетку в окне. Жаль огорчать сына, но он по всей вероятности не сможет вручить ей подарок. Они больше никогда не встретиться. Она так уже решила.

Сегодня.

В один момент, в один миг пришла четкая и ясная мысль: жить не стоит. Самоубийство — вот выход из положения.

Взгляд Эльзы упал на кровать, а именно — на застланную простынь… Она что-то придумала…

Давно известно, что "самоубийство", "суицид", "суицидальное поведение" (от латинского Sui — себя, caedere — убивать) — намеренное лишение себя жизни. По трактовке известного социолога и философа Эмиля Дюркгейма самоубийством называется каждый смертный случай, который непосредственно или опосредованно является результатом положительного или отрицательного поступка, совершенного самим человеком, если этот человек знал об ожидавших его результатах.

Говорят, что самоубийство — это реакция человека на проблему, кажущуюся непреодолимой. Такой проблемой может оказаться смерть любимого человека, близких, серьезная физическая болезнь, невозможность найти работу, финансовые затруднения, алкоголизм, наркомания, семейные проблемы. Суицид совершается в состоянии сильного душевного расстройства, психотравмирующих ситуаций. Или по причине психического заболевания. Последнее — это тяжелый случай. Здесь трудно что-то исправить. Рано или поздно душевнобольной все рано наложит на себя руки. То ли дело человек с нормальной психикой но попавший в стрессовую ситуацию. Да, он дошел до точки, накипело, надоело собственная жизнь, как высшая ценность теряет для данной личности смысл — он добровольно хочет устранить себя из этой жизни. Это называется суицидальная идея. Но от идеи до исполнения (суицидальной попытки) еще много шагов и не факт, что человек покончит жить самоубийством. Он может передумать (у такого человека нормальная и крепкая психика), ему могут помешать случайно или сознательно, в конце концов, для этого нужна сознательная воля, какое-то волевое усилие. Даже у нормального человека за его жизнь раз или два возникают суицидальные идеи. Но дальше за этой идеей ничего не следует. И это хорошо для человека разорвать цепь между суицидальным намерением и попыткой. Бывает, что после неисполненного самоубийства человек начинает буквально жить заново и гораздо успешнее и лучше, чем до этого. Начинает ценить жизнь, близких, друзей, окружающий мир.

Но не у всех это бывает. Иногда человек заблуждается и ошибочно считает, что у него нет выхода из сложившейся ситуации, и намеренно лишает себя жизни. Еще страшнее, когда уводит за собой в могилу и своих близких: детей, жен, сожительниц.

Есть эгоистические самоубийцы. Индивидуумы, склонные к такому виду самоубийству, предоставлены самим себе, их мало что связывает с окружающим миром, они не зависят от людей, по сути, они — одиночки.

Альтруистическое самоубийство, напротив, совершается тогда, когда человек тесно связан с другими людьми, коллективом и готов пойти ради него на все. Сюда относятся самоубийства от сильной любви. С потерей объекта обожания и вожделения — теряется и смысл жизни такого человека. Значит добровольная смерть. Если никто не отговорит самоубийцу в такой момент. Но такие альтруистические самоубийцы иногда превращаются в не совсем альтруистических: перед тем как убить себя они убивают возлюбленную. История о Ромео и Джульетте — пример альтруистического суицида.

Аномические самоубийцы — это те люди которые не могут рационально справиться с трудностями и решают эту проблему с помощью суицида. Это происходит, когда внезапно и шокирующее меняются отношения индивида с обществом. Изгой общества, ставший самоубийцей это из этой оперы. Фаталистическое самоубийство, обычно вызывается чрезмерно строгим контролем над личностью и её свободой. Жертва не видит перед собой будущего.

Как это все подходят к нашей героине — "Бухенвальдской ведьме".

Первое. Жизнь перестала представлять для нее какую-нибудь ценность.

Второе. Тюрьма Айбах честно выполнила свою функцию по строгому и чрезмерному контролю, она ограничивала личную свободу маньячки.

И третье. У фрау Кох тоже не было будущего. Она явно его не видела. Ей надоело гнить в этой тюрьме. Ждать смерти двадцать — двадцать пять лет? Это мучительно долго. Нет, это не жизнь, когда умираешь морально.

Эльза всегда любила жить, хотя лишала жизни других. И никогда не понимала, почему люди кончают жизнь самоубийством. Вот так взять и лишить себя жизни добровольно. Как к ним приходит эта идея? В какой день, в какой час? Может это голос с небес взывает: мол, пора, дорогой друг, заканчивать свой путь. Засиделся что-то ты на земле. Она до сегодняшнего дня не понимала, а теперь поняла. Просто когда-то наступает тот момент, когда неожиданно приходит ясное и твердое решение — жить больше нет смысла. И человек соглашается с этим потусторонним решением.

Эльза закрыла глаза и глубоко вздохнула… Фаталистическое самоубийство так фаталистическое. Как его не обзови, жизненный итог один и тот же — смерть.

Жить больше нет смысла.

Эльзе стало легко на душе от этого решения. Это и есть достойное завершение своего существования. Раз — и отмучиться навсегда. Не будет ни прощального письма, ни записки. Она не будет каяться, не будет просить прощения у своих жертв, она никогда не жалела в своей жизни ни о чем. Она была примерным солдатом и верно и преданно служила Рейху и своему вождю — Адольфу Гитлеру. Она честно исполняла свой долг. И если она где-то перестаралась, то это можно списать на войну. На войне все жестокие и беспощадные. Недаром в ее досье в гестапо было написано: "беспощадна к врагам Рейха".

Солдат, как велит долг, должен умереть в бою, а не сгнить в тюрьме. Или пристрелить себя, чтобы не мучиться. А раз нет ее любимого укороченного "Вальтера П-38" — то сгодиться и простынь.

Кох вяло доела шницель, поклевала картошки и отодвинула тарелку в сторону: заберет надзирательница. Охраннице наверное здорово попадет от начальства, когда обнаружат ее подопечную — Эльзу Кох — в камере мертвой. Скажут: не уследила, не доглядела. Всыплют по первое число. Возможно разжалуют… Но фрау Абажур это уже мало волновало.

Эльза снова взглянула на оконную решетку, на кровать, на простыни…

Пора…

Она взял одну простынь, скрутила наподобие веревки, скрутила вторую, связала их между собой… На одном конце сделала маленькую петлю и а второй просунула в нее. Образовалась уже большая петля…

Эльза вспомнила крылатую фразу, сказанную когда-то ее кумиром Адольфом Гитлером: "Жизнь — это очередь за смертью, но некоторые лезут без очереди".

Она усмехнулась. Вот и она лезет без очереди. Надоело ей, заслуженной нацистке стоять в хвосте очереди. Что ждать и чего ждать. Толку никакого.

Кох подставила табурет к решетке, привязала к ней импровизированную веревку. Петлю накинула на шею. Немного постояла, подумала…

Солдаты великой Германии умирают, но не сдаются. Она тихо вполголоса запела гимн НСДАП. Когда-то его пели на партийных собраниях в Нюрнберге. Великолепные это были времена, начало ее молодости, время надежд и великих перемен. Тогда она познакомилась с будущим мужем. Ее это на время воодушевило. Слезная ностальгия сжала до боли ее сердце.

Знамена вверх!

В шеренгах, плотно слитых,

С.А. идут,

Спокойны и тверды.

Друзей, Ротфронтом

И реакцией убитых,

Шагают души

В наши встав ряды.

Свободен путь

Для наших батальонов!

Свободен путь

Для штурмовых колонн!

Глядят на свастику

С надеждой миллионы.

День тьму прорвет,

Даст хлеб и волю он.

В последний раз

Сигнал сыграют сбора!

Любой из нас

К борьбе готов давно.

Повсюду наши флаги

Будут реять скоро!

Неволе длиться

Долго не дано!..

Кох перешла на шепот, слишком уж громко звучит гимн в казематной тишине — вдруг услышит надзирательница и зайдет. Слезы накатились на глаза Эльзы: эх, какие времена были! НДСАП, Гитлер, Германия. Но надо спешить: вдруг заглянет надзиратель и успеет вынуть ее из петли.

"Итак, прощай сынок, надеюсь, ты меня простишь позднее. И Хайль, Гитлер! Мы скоро встретимся на небесах мой Фюрер!.."

Эльза шагнула вперед… Табурет, покачнувшись, упал. Петля захлестнула горло, и самоубийца беспомощно задергала в воздухе ногами…

Под тяжестью тела скрученная ткань все сильнее затягивало горло. Доступ кислорода в легкие прекратился. И сразу жар прихлынул к ее вискам, и зашумело в голове. Становилось все горячее и горячее… Углекислый газ все больше и больше заполнял кровь и легочные ткани…

Эльза стала биться в конвульсиях: она задыхалась. И вот она дернулась раз, другой — и затихла. Все — паралич дыхательных путей. Наступила странгуляционная асфиксия. Сердце еще несколько секунд билось в уже мертвом теле и остановилось. Эта была клиническая смерть. На всё про все ушло четыре минуты. После остановки человеческого мотора приток крови в мозг прекратился, и он, лишенный привычного питания, стал постепенно отмирать…

Через пять минут мозг погас. Теперь уже наступила смерть биологическая…

"Бухенвальдская ведьма", она же — "фрау Абажур", она же — "Волчица СС", она же — "Фрау Смерть", а в миру — Эльза Кох-Кёлер на сто процентов была мертва. И не один врач-реаниматолог не мог уже ее воскресить. Мог лишь Всевышний, но так она пошла против его закона: "Возлюби ближнего своего", и загубила сотни человеческих душ, то лишалась права на оживление.

…Когда зашла надзирательница, Бухенвальдская ведьма висела на решетке со страшной гримасой на лице, с выпученными глазами и вывалившимся языком. Говорят, что смерть не красит человека. Это правда. В данном случае старуха-смерть отомстила за души всех замученных нацисткой людей, разрисовав лицо маньячки страшными жутчайшими красками. Действительно так ужасно убийца выглядела, что охранницу стошнило…

Вскоре в камере появились тюремные медики и констатировали смерть осужденной от удушья. Чудовища по имени Эльза Кох больше не стало на земле.

Интересная деталь. Изучая множество биографий разных маньячек, замечена одна характерная особенность. Те, кто с неизнеснимым наслаждением и диким зверством убивает других людей, очень приочень ценят свою драгоценную жизнь. И редко кто из них кончает жизнь самоубийством. Даже получая пожизненное заключение, попадая в психбольницы и монастырские ямы, в самые тяжелые и невыносимые условия, они очень хотят жить. Причем до глубокой старости. И явно не собираются накладывать на себя руки. Вспомним Дарью Салтыкову, вспомним Джейн Топпан. Что касается случая с нашей "героини",то здесь в ее желании уйти из мира виновата только фанатичность и преданность самой Кох.

По теории известного американского психоаналитика Эрика Эриксона кризис истории всегда непосредственно влияет на кризис личности. Если ломается один строй и на смену приходит другой, то те люди, которые привыкли к старому строю, явно не примут новый и будут яростно ему сопротивляться и их идентичность разрушиться. Они потеряются в новых условиях, пропадут, погибнут. Вот произошло поражение немецко-фашисткой Германии во второй мировой войне, и те преданные солдаты, что отождествляли себя с непобедимой страной и партией лишились своего Я и морально и физически "сгорели" в топке истории. Вспомним, как эмигранты-белогвардейцы потеряв царскую Россию и родину морально опускались, сходили с ума, спивались, заболевали тяжелыми болезнями и умирали. Крах дореволюционной России — был их личностным крахом.

Так было и с Эльзой Кох.

Без великой Германии, партии и Гитлера она не представляла себе дальнейшую жизнь. А надежд на то что Третий Рейх восстанет как птица Феникс из пепла у нее уже не было.

И она задушилась.

ГЛАВА 10 ЭЙЛИН УОРОНС.

МАНЬЯЧКА С КОЛЬТОМ 22-го КАЛИБРА

"…Я ненавижу человеческую жизнь и убивала бы снова…"

Эйлин Уоронс

Флорида. США.

Город-пляж Ормонд Бич.

Роскошный "Кадиллак" шоколадного цвета резво мчался по хайвэю. Словно коричневый мустанг. За окном мелькали вечнозеленые пальмы, кустарники. За рулем сидел 51-летний владелец ремонтной мастерской Ричард Мэлори. Черноусый, улыбчивый. Из автомагнитолы лилась песня группы "Иглз" "Отель "Калифорния". У Чарли было хорошее настроение, и он подпевал известным исполнителям:

Welcome to the hotel California!

Such a lovely place, such a lovely place…

Мелори был мужчина хоть куда. Работящий, примерный семьянин, денежный. Вот и машину классную приобрел. Пусть теперь соседи завидуют.

Да и в жизни все вроде бы хорошо, но вот есть одно обстоятельство… До чертиков надоела жена. Вернее не устраивает сексуальная жизнь с ней. Хорошего секса давно не было. Все привычно за столько лет. Скучно. Ричард знает ее каждые изгибы, черточки. Приелось. Да и в последнее время как-то неохотно она занимается сексом. То живот болит, то голова, то ПМС. Надоело! Хватит быть попрошайкой! Дай, да дай. А в ответ — ничего. А если и удается уговорить благоверную на секс, то лежит она как бревно в постели. Холодная, неинициативна, вялая. А так порой хочется ласки, любви, особенно горячего и бурного соития. Но Мелори уже нашел выход из сложившейся ситуации. Чтобы не остаться импотентом и заболеть простатитом бизнесмен иногда пользовался услугами недорогих проституток и отрывался по полной программе. Снимал девиц легкого поведения Мелори в основном на трассе. Там девушки покладистые, симпатичные и умелые. Никто из них не жалуются на больной живот и голову. Сделают все по высшему классу. Все-таки хорошая это профессия — проститутка. Нужная, полезная. Недаром говорят в народе, что это ремесло самое древнейшее и это вполне понятно: и в древнем Риме мужьям отказывали жены под разными благовидными предлогами, и им ничего не оставалось как идти к жрицам любви.

Мелори внимательно вглядывался вдаль…

Может и сегодня кто-то подвернется.

Вдруг он увидел голосующую на обочине женщину. Он обрадовался. Неужели бог услышал его молитвы? Подъехал ближе, притормозил. Изучающее взглянул на незнакомку: новенькая что ли? Вроде до этого не видел он среди проституток такую. Светлые до плеч волосы. Приятная улыбка. Симпатичная. На вид лет тридцать. Блондинок Мелори обожал. Идеалом для него была актриса Мирлин Монро.

Чарли похотливо оскалился: проститутка в его вкусе. Широкие бедра, большая грудь, пухлые рабочие губы. Только глаза какие-то водянистые и непонятного цвета. То ли зеленые, то ли серые. И какие-то шальные. Пьяная что ли? Выпила для храбрости и драйва. Опасно здесь одной: вдруг какой-нибудь маньяк нападет, вряд ли кто услышит крики жертвы. Баба-то небоязливая, раз вышла на автостраду. А пьяна не пьяна — это мелочи. Фактура вот что главное в женщине. А в этой шлюхе есть что-то такое, что заводит. Сексапильная чертовка! Вот подфартило, так подфартило. Если о цене договориться, то вообще хорошо будет.

"Сколько берешь, красотка?" — плотоядно улыбнулся Мэлори.

Проститутка кокетливо улыбнулась. Мол, недорого, парень. Минет — пять баксов, классика — сорок, дополнительные услуги по договоренности. Греческая любовь? Готовь, красавчик, плюс еще полтинничек. А то и шестьдесят. Почему дорого? Сам знаешь, не каждая отважиться на такие подвиги. Значит девяносто и все дела. Добьем до сотки? Как? Неужели жалко денег для такой красавицы. Ладно? Ну вот и договорились, красавчик. А выпивка у него есть? Водка. Подойдет? Отлично. Тогда по рукам.

Ричард обрадовался. Вот какая удача! В принципе и недорого и все услуги включены. То, что он хотел. Блондинка предложила сразу поехать на пляж, там, дескать, интереснее будет "общаться". Клиент и представительница сферы интимных услуг тронулись в путь.

Мелори по дороге шутил, рассказывал анекдоты, трогал попутчицу за коленки. Проститутка смеялась и тоже шутила. Говорит, что зовут ее Бетси.

"Врет, наверное", — подумал Чарли. — "На самом деле откликается на Хелен или Присцила. Ладно, пусть будет Бетси не все ли равно. Главное чтобы она отлично владела своими профессиональными навыками.

Они свернули с трассы на безлюдный пляж. Океанские волны мягко накатывались на белый искрящийся крупинками песок.

"Хочу водки!" — попросила блондинка.

Они достал бутылку водки и пластмассовые стаканчики. Выпили по первой, второй… Кровь ударила в голову обоим. Ну, красавица, начнем… Вскоре Мелори получил то, что хотел.

"Какая она страстная", — оценил жрицу любви Мелори. — "Вот бы моя женушка так скакала на мне — цены бы ей не было. Не пришлось бы искать проституток и денег бы сколько сэкономили"

Блондинка предложила купаться, на что Чарли согласился. Да и почему бы и нет. Температура воды — плюс двадцать четыре градуса! Тепло, солнечно. Купайся, плавай на здоровье. Чарли и Бетси поплескались в воде, порезвились. Когда вышли из воды Мелори повалил блондинку на песок. Любовь продолжилась с новой силой.

Через полчаса Чарли снова испытал райское наслаждение и облегчение. Они встали, окунулись в воду, чтобы смыть налипший на голое тело песок.

"Водка еще есть?" — спросила "Бетси".

Чарли кивнул. Они залезли в машину. Сидели голышом и продолжили пить водку. И пили до тех пор, пока ее не осталось немного в бутылке.

Мелори похлопал блондинку по упругой заднице.

"А греческая любовь?" — вальяжно поинтересовался Чарли. — "Я все оплатил, моя крошка. Так не будите так любезны, мэм, продемонстируйте ваш профессио-анализм…"

Проститутка улыбнулась, но как-то озорно и зло. Глаза ее сверкнули безумными огоньками. Она словно отрезвела.

"Сейчас она будет, мой зайчик" — недобро усмехнулась Бетси. — "Закрой глазки. Только я не понимаю вас мужиков, что вы так любите засовывать туда ваши огрызки, что за удовольствие? И как это объяснить?"

Мелори ответил, что, мол, все бабы глупые и ничего в этом не смыслят и в предвкушении неземного удовольствия прикрыл глаза…

Чарли не заметил, как партнерша достала из сумочки револьвер "Кольт" 22-го калибра…

Щелкнул курок. Ричард услышав характерный для оружия щелчок и моментально открыл глаза. Даже привстал… Он увидел направленный на него пистолет, и глаза его от страха округлились. Еще бы минута — и Мелори от переживаемого ужаса напрудил бы прямо на сидение.

Блондинка торжествующе улыбнулась.

Ей нравилось это выражение страха. Как она любила это выражение. Вот они мужчины! Все на словах герои, а увидели кольт — сразу испугались! Так получай! За все унижения! За все оскорбления! Все мужчины мерзавцы и подонки. Они не должны жить! Вот тебе за минет, за "классику" и за "греческую любовь"! Черное дуло револьвера качнулось в направлении его головы…

"Постой! Что ты дела-а…"

Мэлори не успел договорить. Блондинка хладнокровно нажала на курок. Боек разбил капсюль патрона и прозвучал выстрел!

Ба-бах! Мужчину отбросило назад. Пуля попало прямо в лицо. И обагрилось кровью. Для верности маньячка еще два раза выстрелила в Ричарда. Тело вздрогнуло от пробивающих ее пуль и застыло. Коммерсант был мертв.

Женщина полюбовалась на застывшее тело, отхлебнула еще водки. Порылась в документах жертвы и, не найдя ничего интересного, разбросала их по салону. Забрала портмоне с деньгами, наручные часы, видеокамеру, сложила все в свою сумку. Затем Эйлин завернула труп в автомобильный коврик и затащила на заднее сиденье. Села за руль, завела машину и отправилась на поиски свалки машин.

Спустя некоторое время она нашла автосвалку. С трудом вынула Мэлори из авто и дотащила до ржавого помятого "Крайслера". Там труп и оставила. Снова доехала до пляжа и бросила там машину, не удосужившись даже закрыть дверцы. Так автомобиль и остался стоять на океанском песчаном берегу, одинокий, пустой, под яркими солнечными лучами и с распахнутыми настежь дверями. Сама убийца вышла на трассу и, поймав случайную машину, уехала.

А спустя двадцать дней, 19-го декабря двое приятелей, искавших металлолом на свалке на обочине 95-й магистрали, нашли простреленное тело Мэлори, завёрнутое в автомобильный коврик… Испуганные парни срочно вызвали полицию. Та стремглав примчалась. Осмотрели место преступления, задокументировали, запротоколировали. А затем с помощью санитаров вытащили из автомобильного мусора покойника и прямо в коврике понесли к машине "Скорой помощи". Кадры этой сцены промелькнули тогда на многих каналах американского телевидения, а потом вошли и в документальные фильмы о женщинах-убийцах. Потом полиция нашла и брошенный автомобиль жертвы.

Все обыватели были в шоке: кто же совершил столь дерзкое и кровавое преступление. Пройдет время, и вся Америка узнает, кто на это осмелился и каков был мотив. И тогда начнут люди смаковать подробности страшной расправы проститутки над клиентом, обсуждать, дискутировать и высказывать свои мнения. И Бетси на самом деле окажется некто иная, как Эйлин Уоронс.

Так начинала свою кровавую "карьеру" знаменитая маньячка Эйлин Уоронс. Жестокая и безжалостная серийная убийца. И так она убила свою первую жертву. Это произошло 30 ноября 1989 года.

В знаменитом голливудском фильме "Монстр"(2006) история об убийстве Уоронс первой жертвы основательно искажена или, мягко говоря, изрядно переврана. Еще проще, переставлена с ног на голову. По кинематографическому сюжету Уорнос (Эйлин здесь играет Шерлиз Терон, причем сходство с прототипом стопроцентное) работает проституткой и снимает клиента по имени Ричард Мэлори. Они заезжают в лес. Ричард избивает женщину, связывает, насилует ее, причем еще какими-то предметами. Она чудом освобождается от пут находит у того револьвер и стреляет в него три раза. Естественно клиент умирает.

Здесь она представлена жертвой, а не убийцей. И все свои преступления, в том числе убийства клиентов она делает ради любви к одной девушке-лесбиянке. Да она убивает но ради самообороны, грабит но ради любви. Ей нужны деньги, чтобы устроить веселую и хорошую жизнь своей юной любовнице. А ее фразы в конце фильма: "Любовь побеждает все. В каждой туче есть серебряный луч. Вера свернет любые горы. Любовь всегда найдет свой путь…" цепляет. Зрители плачут. Финал печален, героиню жалко. Режиссер явно героине симпатизирует. Только если прочитать о том, что она сделала на самом деле, вряд ли она вызывала бы у нас сочувствие и жалость. Хотя конечно в ее биографии были моменты, где ее можно было пожалеть. Но это не моменты, связанные с е убийствами.

Эйлин Уоронс (Эйлин Кэрол Питтман) родилась в неблагополучной семье. Это событие произошло 29 февраля 1956 года в городке Рочестер, штат Мичиган.

Ее родители были еще подростками, когда она появилась на свет, а за год до этого родился и ее старший брат Кип. Её матери Диане Уорнос было 15 лет, когда она вышла замуж за своего сверстника Лео Дэйла Питтмана — малолетнего преступника. Спустя приблизительно два года после женитьбы и за два месяца до рождения Элис Диана подала на развод, потому что Лео был посажен в тюрьму по обвинению в растлении и попытке убийства 8-летнего мальчика. Отца Эйлин так никогда и не увидела: в 1969 Лео повесился в камере, и ходили слухи, что он страдал шизофренией.

В январе 1960, когда Эйлин было почти четыре года, мать оставила её с братом на воспитание своим родителям Лари и Бритте Уорнос, и уехала в неизвестном направлении, после чего её судьба не прослеживается. Пропала без вести. 18 марта 1960 Лари и Бритта узаконили опеку над внуками.

У Эйли было действительно ужасное детство, возможно по этой причине ее "изнасилованная" и "поломанная" душа дали о себе знать и привели в будущем к потянувшей вниз чудовищной пропасти и потере ценности человеческой жизни. Узнав болезненную правду рождения, Эйлин взбунтовались, отказываясь ходить в школу, принимая наркотики и алкоголь и ведя беспорядочную половую жизнь.

В семье дедушки и бабушки Эйли жила до тринадцати лет. По её собственным утверждениям, была изнасилована дедом, хотя впоследствии психиатры поставили под сомнение этот факт. В четырнадцать лет её выгнали из дома, а в пятнадцать — она уже бродяжничала и занималась проституцией.

В двадцать лет Уоронс переезжает в солнечную Флориду, где знакомится с 70-летним бизнесменом. Вскоре он делает ей предложение, приносить цветы, обручальное кольцо и они играют свадьбу. Но не долго играл свадебный марш Мендельсона, брак был расторгнут буквально через месяц. На суде при бракоразводном процессе бывший муж утверждал, что Уорнос без зазрения совести тратила его деньги и периодически избивала его руками и даже скалкой. Да в уличных драках Уоронс имела опыт, и поколотить мужчину она могла. Так что возможно старик не врал про тяжелую руку супруги Эйли. Судьи поверили несчастному супругу и их быстренько развели.

Через некоторое время умер её брат, и Уорнос получила страховку — 10 тысяч долларов, но денег хватило ненадолго. Купив автомобиль, Эйлин путешествовала по Флориде, продолжая заниматься проституцией.

В 1979 году за участие в ограблении магазина была осуждена. Вышла на свободу через четыре года — в 1983-ем. Через несколько лет её снова задержали по подозрению в краже оружия, но в полиции она назвалась именем своей тётки из Мичигана — Лори Гродай, и её отпустили. Потом задерживалась по подозрению в подделке чека, назвалась новым именем — Сьюзен Блаховек, и снова была отпущена.

Мы все знаем, что есть презумпция невиновности. Это положение, согласно которому обвиняемый не считается виновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке. Изнасилование дедом — недоказанный момент. Возможно, оно и было, кто сейчас это опровергнет.

Но изучая черты характера и поступки Эйлин Уоронс все-таки не вериться в правду будущей маньячки.

Дело в том, что в тринадцать лет она забеременела от неизвестного партнера (как это похоже на случай с Элизабет Батори, когда та девочкой забеременела от случайно подвернувшегося крестьянина) и чтобы как-то оправдаться свалила все на дедушку.

У Эйлин на лицо все признаки асоциального расстройства личности. Что это такое и с чем это едят. Это психическая болезнь. Расстройство личности, характеризующееся игнорированием социальных норм, импульсивностью, агрессивностью и крайне ограниченной способностью формировать привязанности к кому-либо. Это болезнь либо предается по наследству (ведь отец Уоронс страдал шизофренией), либо приобретается в течение жизни. У нашей героини скорее это болезнь приобретенная. Ведь это расстройство развивается в неблагополучных семьях, где кто-то из близких либо пьет, либо сидит в тюрьме, либо колется, либо совершает асоциальные преступления. Тем более наиболее неустойчивое настроение отмечается у девочек в возрасте 13–15 лет. У них в этом периоде наиболее выражено упрямство, они ищут свое место в жизни. Происходит дифференциация способностей, интересов, вырабатывается мировоззрение, определяется психосексуальная ориентация. И именно в этом возрасте Эйлин подавляли, насиловали, унижали. Свою решающую роль в становлении маньячки сыграло и занятие проституцией. И какая тут может быть ориентация на мужчин, если они ее насилуют, подавляют, затем она должна была через силу заниматься с ними сексом. Вот почему у нее потом произошла переориентация на секс с женщинами, особенно молоденькими девушками. И как только Эйлин получала настоящую привязанность и ласку со стороны женского пола то сразу влюблялась в подружек.

Асоциальное расстройство личности также выражается в бессердечном равнодушии к чувствам других, неспособность поддерживать с ними отношения, полное пренебрежения социальными правилами. Такие люди имеют крайне низкую способность выдерживать фрустрацию, они легко приходят в ярость, испытывают немотивированный гнев, раздражительность, выплескивают свою агрессию на окружающих. Они склоны к насилию, причем при совершении жестоких убийств и истязаний жертв совершенно неспособны испытывать чувство вины. Они не хотят извлекать пользу из жизненного опыта, обычно обвиняют окружающих во своих бедах и неудачах, находят тысячи оправданий и благовидных объяснений своему жестокому поведению и антисоциальным поступкам. Они всегда во всем правы. Они всегда в вечном конфликте с обществом. Такие люди при диагностике их тестом Люшера на первое место при выборе цветов очень часто выбирают черный! Предпочтение черного цвета другим цветам — означает открытый вызов обществу, пренебрежение социальными нормам и обязанностями, противопоставление себя всем окружающим людям. Этот цвет обозначает еще депрессию, стресс, расстройство, бескомпромиссность и неумение решать конфликты. Часто люди с суицидальными наклонностями ставят его на первое место.

Диссоциальное расстройство личности — это неспособность формировать привязанность к людям. Даже к собственным родителям или детям. Для него окружающий мир — это театр, а человеческое общество в нем — актеры. Он считает, что нет хороших отношений между людьми, все используют дружбу для взаимного манипулирования или извлечения выгоды. И согласно этим взглядам социопат строит свои отношения с окружающими исключительно на манипуляциях, обмане, ради только удовлетворения своих целей и желаний. Так как сильных привязанностей у асоциальной личности нет, то чужие желания и надобности для него не имеют никакой ценности. Во главе угла существуют только его ценности, потребности и желания. Но некоторых людей это не устраивает, они тоже хотят реализовывать свои потребности, они хотят учитывать свои интересы, свои амбиции, и они для них очень важны. Возникает обоюдоострая агрессия. Как говорится, коса нашла на камень. Никто не хочет уступать. Поэтому социопат старается придерживаться только одного, но долгосрочного плана по безопасному и паритетному сосуществованию с обществом, который можно выразить одной, но точной фразой: "заставить всех его слушаться". Или "заставить всех его уважать или бояться". От общества социопат ожидает, что оно будет играть по его правилам, поэтому не видит пользы в долговременной соблюдении социальных норм, общественных норм, норм морали и юридически закреплённых законов. Все это воспринимаются асоциальной личностью как средства принуждения и манипуляции человеком. Важно понимать, что такие люди вполне усваивают социальные нормы, но игнорируют их. Они не неспособны взаимодействовать с обществом по его правилам, а не испытывают потребности в этом, и плохо контролируют собственную импульсивность.

Общество — ему не друг, а противник, с которым надо постоянно бороться и давать достойный отпор.

Такие люди не склонны к планированию. Ограничения свободы и не исполнения их желаний воспринимают тяжело, стараются препятствовать этому доступными им методами, в основном с помощью угроз или применения физической силы. Отказ от применения силовых методов воспринимают как слабость.

Могут некоторое время производить крайне положительное впечатление, чтобы, впоследствии, использовать его для своей выгоды. Не испытывают угрызений совести, а точнее не обладают совестью или обладают ей в крайне недоразвитой форме (развитие совести непосредственно связано с формированием чувства привязанности). Они не сожалеют о своих дурных поступках, плохо обращаются с окружающими, холодны и безразличны к людям и своим близким.

При диагностике социопатов с помощью цветового теста Люшера можно заметить, что они зачастую ставят на первое место черный цвет. Он для них предпочтителен. Ведь общество для них — враг, и его надо заставить уважать социопата.

Такие люди часто становятся преступниками. Они не хотят уважать законы, поэтому они их систематически нарушают как в случае с Уоронс и это приводит к заключению под стражу или попаданию в тюрьму. Они — лицемеры. Используют псевдонимы, ники, клички. Любят обманывать людей, чаще с целью извлечения для своей персоны материальной выгоды. Они импульсивны, агрессивны, раздражительны, нервозны, легко выходят из себя, нередко впадают в крайность. Часто решают вопросы путем силы, любят подраться, потолкаться. Не могут долго выдерживать определённый режим работы, им претит монотонный и длительный по продолжительности труд. Склоны не выполнять финансовые обязательства, на их слово трудно положиться, могут много обещать, но ничего не делать.

Заметили?"…Любят обманывать людей".

Вот почему Эйлин Уоронс не верили психиатры. У нее была склонность преувеличивать, лгать, обманывать. Изнасилована дедом? Может быть. Но есть сомнение при таком диагнозе. Убила в целях самообороны первую жертву. Вполне возможно. Но верится с трудом. Но с другой стороны ее признали вменяемой и осудили, если бы она была психически ненормальная то отправили на принудительное лечение в больницу.

У Эйлин к тому же был ярко выражен комплекс кастрации. Вот почему она мстила мужчинам. Наша старая знакомая Карен Хорни первая ввела этот термин. Она спорила со своим учителем Фрейдом. Психоанализ — мужской взгляд на женские неврозы сексуальность. А Хорни предложила свой женский взгляд и написала книгу "Женская психология". А впервые она обнародовала свою теорию "О происхождении комплекса кастрации у женщин" на VII Международном Психоаналитическом Конгрессе в Берлине, в сентябре 1922. Вот что она говорила:

"Многие женщины и в детстве, и в зрелости периодически или даже постоянно испытывают страдания, связанные со своей половой принадлежностью. Специфические проявления ментальности женщин, возникающие из протеста против участи быть женщиной, берут свое начало от их детского страстного желания обладать собственным пенисом. Неприемлемая идея о собственной изначальной обделенности в этом отношении дает почву для пассивных фантазий о кастрации, в то время как активные фантазии порождаются мстительным отношением к мужчине, находящемся в привилегированном положении".

Тут же возникает вопрос. Права ли Хорни? Действительно ли этот комплекс (его еще называют "комплекс маскулинности") может привести не только к развитию невроза у женщины, но составляет угрозу нормальному формированию характера или даже всей будущей ее судьбе. Многолетняя практика разных психологов и психиатров показывает, что среди пациентов женского пола подавляющее большинство тех, у кого присутствует и четко выражен комплекс кастрации. Он концентрируется вокруг идеи зависти к пенису.

Возникает второй вопрос. Неужели этот комплекс — типичное явление, даже тогда, когда женщина не ведет мужской образ жизни, не имеет родного, двоюродного брата, наличие которого объясняло бы эту зависть, и жизненный опыт женщины не включает "несчастных случаев" (типа она его безумно любила, а он обманул ее и бросил). Все то, что могло бы сделать для женщины роль мужчины более привлекательной? Яркий пример этому комплексу — желание женщины мочиться по-мужски.

Уоронс любила так делать, особенно когда изрядно выпивала. Это ее безумно забавляло. Она хотела быть "мужиком". Стать более мужественной, более грубой, более агрессивной. Ей уже давно начали нравиться молоденькие девушки и женщины, и она уже имела некоторую практику в лесбийском сексе. И всегда в любовных и сексуальных отношениях с "розовыми" партнершами она предпочитала доминировать, быть лидером, быть с позиции силы, в общем — играть роль мужика.

В 1986 году в городе Дайтон Бич в баре для людей не с трациционной ориентацией тридцатилетняя Эйлин Уоронс знакомится с лесбиянкой по имени Тирия Мур. Девушка станет для Эйлин сексуальной партнершой и подругой. С ней она проведет время вплоть до самого ареста в 1991 году. Рыжая с милыми веснушками плотненькая фигурой (в фильме "Монстр" ее прототип гораздо красивее, и худее, и она — брюнетка) Тира жила у тетки, которая третировала ее. У девушки случались частые депрессии. Ей было скучно и одиноко. Друзей у нее не было, тем более бой-френдов. Она искала любви и ласки, понимания. В один вечер ей стало невыносимо грустно, и она пошла в бар, чтобы напиться. Там она и увидела Уоронс. Эйлин привлекла девушку своим мужским боевым характером. Девушка угостила новую знакомую пивом. Они подружились. Словно нашли друг друга. Вскоре в одном из мотелей произошло их первое соитие. Так они стали любовниками. О первом убийстве она похвасталась своей подруге:

"Одним мужиком-сволочью стало меньше".

Тирия ответила, что не хочет даже слышать об этом, но в полицию заявлять не стала, так как панически боялась и в тоже время уважала Эйлин. К тому же это ее была возлюбленная и сексуальный партнер. Даже, несмотря на охлаждение в сексуальных отношениях Эйлин и Тирия оставались неразлучными подругами. Тем более им теперь некуда было деваться: они обе были повязаны кровью. Эйлин в отличие от партнерши не брезговала заниматься любовью с представителями мужского пола. Тем самым она решала свои сексуальные проблемы и заодно зарабатывала деньги.

Они переезжали с места на место, с одного мотеля в другой, с одной гостиницы в другую, как незабвенные Бонни и Клайд. Уоронс любила записываться в гостевых журналах как Камми Грин. "Грин" по-английски — "зеленый". Значит, Камми Зеленая. Чем-то похоже на имя известной русской актрисы Римма Зеленая. Еще "грин" на сленге означает "доллар". Тогда получается Камми Долларовая. И этому прозвищу есть аналогия в русском языке — Манька Облигация. Это опять же доказывает нашу версию, что маньячка была социопатом. Вспомним: "такие личности любят придумывать псевдонимы, ники, клички, прикрываться чужими именами". Вот и она сочиняла веселые псевдонимы.

Порой они перебивались случайными заработками. Эйлин в этой чисто женской семье играла роль главы семьи — добытчика денег, а Тирия — роль домашней хозяйки. Специфика исполнения супружеской роли отложила отпечаток и на характер Уоронс. Она стала более мужественной, более агрессивной, более грубой. Этот "мужик в юбке" мог спокойно постоять за себя и свою подругу. Тем более у нее всегда был пистолет под рукой.

В 1987 году Эйли в одном баре заехала бутылкой одном наглому и пьяному типу. Уоронс не понравилось как он словесно "прошелся" по ее внешности и задел ее подругу. Вскоре маньячку арестовали за езду на машине с просроченной лицензией, но окружной суд отпустил ее. Затем она подралась с каким-то мужчиной в автобусе. Потом последовала еще одна ее буйная выходка. На простое и невинное замечание своей квартирной хозяйки она отреагировала весьма неадекватно: накричала на нее, использовав местные идиоматические выражения, порушила часть мебели, раскидала свои и чужие вещи, разбила часть посуды, и апофеозом всего этого стало приставление револьвер к подбородку владелицы квартиры и взведения курка. Хозяйка от страха чуть не сходила под себя. А после этого инцидента долго лечилась у психиатра.

Уоронс конечно "зажигала в силу своего асоциального характера, но это были мелкие шалости, так пустячки. Ей как главе семьи надо было содержать свою любовницу, а это уже были вполне серьезные задачи, и шалостями здесь вовсе не пахло, а пахло самой настоящей кровью. Чтобы ублажить партнершу Уоронс надо было убивать и грабить людей. И она вышла на охоту…

Следующей жертвой маньячки стал 43-летний Дэвид Спирс, это произошло в мае 1990 года. А 31 мая этого же года ее очередной жертвой оказался сорокалетний Чарльз Карскэдден.

Уоронс даже не думала прекращать свою преступную деятельность, хотя наверняка знала, что ее ищет полиция. Ее тянуло на новые подвиги. На новые убийства. Ей понравилось острые сексуальные ощущения с жертвами. Это заводило. Заниматься любовью с тем человеком, которого вот-вот она убьет. И который ничего не подозревает, что скоро его жизнь прервется. И вершитель судьбы — она, Эйлин Уоронс, а Иисус Христос. Это непередаваемые чувства. Во-первых, острые, вплоть до мурашек по коже, сексуальные ощущения: заниматься любовью с будущим мертвецом. Во-вторых, острое непередаваемое ощущение опасности, риска: не даст ли осечку "Кольт", опередит ли она жертву? Пройдет ли на этот раз все гладко? А в-третьих, захватывающий все тело азарт: догадается или нет, что его будут убивать? Кульминацией ее психологического экстаза был тот момент, когда она незаметно доставала пистолет, видела расширенные от ужаса зрачки жертвы и стреляла… Ее потряхивало, а потом отпускало. В момент, когда она обшаривала жертву на наличие денежных средств она уже была спокойна. Дело сделано. Эмоции ушли.

Еще она очень любила свой дамский револьвер "Кольт" 22-го калибра. Он придавал ей уверенности, смелости. Он был как член семьи. Она его лелеяла, чистила, смазывала. Она любит его и он — свою хозяйку, и не отказывает при стрельбе, что ей и нужно. Тирия даже ревновала Эйлин к оружию. Видя, как подруга с непонятным обожанием драит и целует свой "Кольт" все время подначивала:

"Может, я тебе больше не нужна… в плане секса? Твой долбанный револьвер заменит тебе полового партнера, чем он не фаллоимитатор?"

На что Уоронс неизменно советовала подружке заткнуться. И думала, что все-таки хорошим мужиком был Самуэль Кольт. Сделал всех людей с помощью оружия равными. Слабый физически человек, имея револьвер 45-го калибра, может противостоять успешно физически сильному оппоненту.

Модели Кольта, едва появившись во второй середине XIX века, быстро завоевали популярность среди американцев: шерифов, путешественников, золотоискателей, фермеров, ковбоев и других гражданских лиц. А вскоре это оружие стало популярно и в других странах мира.

Револьвер — простое в обращении и надежное оружие. И патроны у него мощнее, чем у автоматического пистолета самого большого калибра. Ударно-спусковой механизм состоит из простых и прочных деталей, отказ которых при стрельбе маловероятен. Револьвер легко разбирается и собирается. Такие технические характеристики делает его выбор предпочтительным для гражданского населения и особенно для женщин.

Вот почему Уоронс нравились револьверы. Мощные, надежные, безотказные. Раньше у нее был классный укороченный "Смит и Вессон" 38-го калибра, но она потеряла его, будучи в нетрезвом состоянии. Итак, любимое оружие было всегда с ней и Уоронс готовилась его применить. Она искала следующую жертву.

Вскоре случилось новое убийство.

…7 июня 1990 года отставной моряк торгового флота 65-ти летний Питер Симз поехал на сером "Понтиаке" из Флориды в Арканзас к родственникам. Он не считал себя красавцем. Лысина. Полноватый. Дорога была скучна. Питеру хотелось каких-нибудь дорожных приключений. Попутчицы бы хорошей. А еще лучше симпатичной девушки с кем можно было в пути поразвлечься. Он изъездил весь мир, был в Бразилии, во Франции, Сингапуре. Тайские девушки хорошие. И массаж и это… Миниатюрные, послушные, ласковые. Японки тоже забавные миниатюрные. Негритянки навязчивые и вечно попрошайничают. Дай на то дай на это. Есть что вспомнить. Человек живет воспоминаниями. Это такю

Неожиданно Питер увидел двух представительниц слабого пола. Они просили подвести их. Женщина и девушка. Блондинка и рыжая.

"Куда вам куколки?" — весело поинтересовался Питер. — "В Арканзас? И я туда. Поехали со мной, вместе веселей".

Попутчиц не надо было упрашивать. Запрыгнули в машину и развязно общались, хохотали, отпускали скабрезные шуточки. Подружки попросили кавалера купить им пива, водки, сигарет и… презервативов. Симз согласился и добавил:

"Купим еще свиных сосисок. Пожарим на природе. Устроим маленький пикничок. У меня есть переносной барбекю".

Попутчицы восторженно подхватили эту идею. Питер возрадовался. Сами клюют на него.

Троица свернула с трассы в лес. Заехали подальше в лесную чащу, высадились. Нашли хорошее место на опушке.

Питер предвкушал удовольствие. Секс да еще с двоими. Симз вытащил из багажника барбекю — мини-мангал с решеткой для приготовления мяса и специальные брикеты с углем. Разжег костер по центру решетки, чтобы готовую пищу потом сдвинуть к краям и сохранить ее теплой. Моряк дал прогореть брикетам 40 минут. Все это время он брызгал водой из пластиковой бутылочки с дырочками на костер. И вот брикеты покрылись тонким слоем пепла. Настал черед жарить сосиски. Скоро ароматный запах наполнил лесное пространство. Питер и Тария выпили еще пива "Будвайзер". Эйлин пила водку.

Веселое пиршество продолжалось. Изрядно опьяневшая Эйлин не стеснялась справлять нужду при Питере. Отходила не так далеко и даже делала это стоя. Это забавляло всех. А пуще всех смеялась Уоронс Мол, смотрите, она как мужик может это делать. Ничего сложного. Она всегда в детстве мечтала об этом. Тария тоже не отставала от подруги, но делала это традиционным женским способом. Они все были раскрепощены, веселы и довольны. Тария по глупости выпила водки и ее сильно развезло.

Питеру было хорошо на душе от алкоголя и приятной компании. Он полностью потерял осторожность и полностью доверял этим незнакомкам. Но близился апогей вечеринки — секс. Симз уже созрел для того чтобы бы заняться любовью с этими красотками. Сначала он поимеет девчонку, а потом блондинку. А может, будет это делать и с обоими одновременно. Пока Эйлин отвлеклась, Питер обнял практически невменяемую от выпитого Тарию и впился поцелуем в ее губы, она вяло и неохотно разжала их. Симз повалил девушку на траву, стал лапать, рука его схватилась за молнию джинсов и потянула вниз… Тирия была так пьяна, что не сопротивлялась. Ей было все равно, что с ней будут делать.

"Эй ты, скотина, что творишь? Отлипни от девчонки" — разъярилась Уоронс.

Но Питер ничего не слышал: страсть затуманила мозги и видимо и слух. К тому же он тоже был сильно пьян. Она хотела оттащить его от подруги, но потеряла равновесие и упала. С трудом поднялась. Она поняла, что в таком алкогольном опьянени, она не сможет справиться с сильным мужиком. А Питер уже стаскивал джинсы с бедер Тарии. А та вообще отключилась.

"Вот сволочь!" — пришла в ярость Эйлин кинулась к "Понтиаку"…

Там ее сумка и револьвер!

Она бросилась на заднее сидение. Вот она сумка! Вот и револьвер! Черт! Оружие разряжено. А где патроны?! Она стала нервно шариться по своим карманам. Ну, где же они, где! Есть! Нашла четыре патрона!

Щелк! Барабан, откинувшись от ствола, зазиял пустыми гнездами. Уоронс лихорадочно вставила один за другим патроны в барабан. Пальцы заметно дрожали.

Щелк! Барабан встал на место. Она взвела курок и стремглав бросилась из салона машины с револьвером наперевес. Питер уже снял с Тирии все то, что ему мешало и уже намеревался совершить свое гнусное дело, как тут подлетела Уоронс.

Чтобы не попасть в любимую, Эйлин зашла сбоку и чуть не приставив дуло пистолета к голове похотливого самца, выстрелила… Звук выстрела отразился от стволов раскатистым эхом и растворился в воздухе. Пуля попала Питеру в висок. Голова мужчины дернулась — из раны брызнула кровь, и вылетели ошметки мозга! Симз отвалился от подруги и упал на бок, а Тария так и осталась лежать бесчувственным телом. Мстительница выстрелила еще раз для верности. А потом еще и еще. Разрядила весь револьвер.

Щелк, щелк, щелк… Она тупо нажимала на курок. Находясь в шоковом состоянии, она еще не понимала, что патроны кончились. Потом Эйлин пришла в себя и уселась на траву. Бросила пистолет, обхватила голову руками и уставилась немигающим отрешенным взглядом в землю. Так Уоронс долго просидела.

А два бесчувственных тела лежали в траве полуголые, правда, с разными жизненными результатами, одно — мужское — было стопроцентно мертво, а другое — женское — стопроцентно живо.

Эйлин перевела взгляд на мертвого Питера…

Оценила ситуацию…

Труп надо куда-то девать, а Тария в данный момент не помощница, придется самой копать могилу. Уоронс отыскала подходящее место… Небольшое углубление от кустарника. А есть ли у этого козла лопата в машине? Вот будет весело, если она отсутствует — зубами что ли землю копать? Она с лихорадочным внутренним напряжением и озабоченным лицом подлетела к "Понтиаку" и открыла багажник. Итак, что у нас там… Трос, инструменты, мешковина…

Есть! Под мешковиной лопата! Эйлин облегченно выдохнула…

Она взяла шанцевый инструмент и пошла рыть яму.

Уоронс долго копала. Чертыхаясь, смахивая пот со лба, и делая перерывы минут на десять. Затем снова вонзала острие лопаты в грунт и, подцепив комок земли, кидала в сторону. Воспользовшись одной из пауз она привела одежду Тарии в порядок и, взвалив ее на руки, занесла в салон машины и положила на заднее сиденье — пусть безмозглая сучка отоспится. Вот дурочка нализалась до умопомрачения — теперь из пушки не разбудишь! Если бы не старшая подруга, этот тип бы над ней поиздевался. Но хорошо, что все хорошо кончается.

Прошел еще час… Наконец-то последний приют Симза был готов. Перед тем как оттащить тело убитого Эйлин пошарилась у него в рубахе и джинсах. И вот удача — бумажник с деньгами и кредитными карточками. Уоронс пересчитала купюры и осталась довольна. Теперь ей с Тарой этих финансов надолго хватит. Оторвутся по полной программе! Жаль, что нет в бумажнике бумажек с пин-кодами карт, а то бы воспользовалась ими. А впрочем, для магазина сойдут — кто будет проверять.

Уоронс, схватив за руки мертвеца, с трудом дотащила его до импровизированной могилы. Передохнула и затем уложила Питера Симза в яму. Сожгла водительские права Симза, паспорт, прочие бумаги, то, что осталось от документов вместе с другим мусором, собрала в полиэтиленовый пакет, бросила рядом с телом жертвы, и стала закидывать ее землей…

Вскоре под неглубоким слоем земли скрылись сначала ноги, потом торс и затем уж простреленная и окровавленная голова. После Эйлин аккуратно притоптала ногами последний приют бывшего моряка торгового флота и завалила ветками и сучьями. После чего Уоронс покружилась на месте убийства, подкопала куски с окровавленной травой, перевернула, растоптала, примяла… Прибрала мангал, топор и лопату в "Понтиак".

На этот раз Уоронс изменила своим правилам и взяла машину жертвы. Возможно, ей было уже все равно. Она понимала что полиция, вероятно, уже идет по ее следу. Но рисковала и это ее заводило. Но сейчас копы не найдут ни одного ее следа и ни трупа жертвы. Все сделано по высшему разряду. Когда Тария пришла в себя Эйлин ей все рассказала, Тария испугалась, но сказала что ей все равно. И хорошо, что она отключилась и не видела всего этого ужаса.

Эйлин и Тария поселились в одном захолустном мотеле и кутили целыми днями. А также смотрели телевизор и занимались любовью. Они пировали на чужих костях. Так прошел почти один месяц.

И вот наступило 4 июля. Подружкам-лесбиянкам надоело пить, развлекаться, совокупляться и торчать в мотеле. Становилось скучно. Хотелось драйва, кого-нибудь острого приключения.

"Поехали куда-нибудь", — предложила Эйлин. — "Развеемся. А может, и замочим кого-нибудь. Так ради забавы. Мужики — все твари, их надо убивать".

Эйлин рассмеялась ненормальным смехом.

Тара согласилась ехать. И добавила что "фараоны" тоже козлы. И их тоже надо "валить". Эйлин сказала, что какая разница: копы же тоже мужики, на что младшая подруга возразила:

"Они хуже мужиков".

…Американские ученые Ввани Ройчоудхури и Михаил Симкин из университета штата Калифорния в Лос-Анджелесе (США) проанализировали поведения маньяков с математической точки зрения и выяснили, что оно неплохо укладывается в известную математическую функцию под названием "чертова лестница". График данной функции аналогичен лестнице с неравными по своей длине ступенями, высота которых постепенно возрастает при движении от нуля к единице. Преступная деятельность многих маньяков походит на эту лестницу. Количество убийств возрастает по экспоненциальному закону, а временные промежутки между ними сокращаются по тому же принципу. Это объясняется тем, что в мозге злодеев находится группа нервных клеток, отвечающая за желание совершить очередное убийство, и эти нейроны постепенно наращивают свою активность и достигают в какой-то момент критического предела. Тогда желание умертвить кого-нибудь у маньяка становится непреодолимым, и он отправляется на поиски очередной жертвы. После совершения убийства, наступает долгожданная разрядка, группа клеток "вырубается" на некоторое время, а затем постепенно начинают накапливать в себе смертоубийственную энергию. И все повторяется снова и до тех пор, пока маньяка не схватят.

Вот и нейроны, запрограммированные мозгом на убийство у Уоронс, резко активизировались. Эйлин нужна была новая жертва, чтобы погасить очаг нейронного возбуждения. И заодно развлечься. Для этого она почистила и смазала пистолет. И на этот раз зарядила полностью. И не забыла взять с собой молодую "жену".

И вот подруги тронулись в путь. За новыми приключениями и впечатлениями. Уоронс даже не побоялась поехать на краденом "Понтиаке", ведь его могли уже искать полицейские. Видимо очень ей хотелось риска, острых ощущений и мощного впрыска адреналина. По дороге Эйлин и Тария взяли пива и хорошенько напились.

Во Флориде недалеко от города Оранж Спринг любовницы поссорились. По какому-то пустяку. Пьяная Уоронс, распсиховавшись, от великой злости резко крутанула руль и не справилась с управлением. "Понтиак" вылетел с трассы и врезался в придорожные кусты. Они выбрались из машины и пошли к лесу. Они кричали друг на друга, обзывались, грубо выражались и кидались пивными банками. Их заметил местный индеец, подошёл к ним и предложил помочь, у Уоронс плечо было разодрано до крови, но женщины отказались. В лесу блондинка и рыжеволосая растворились. Но бдительный индеец на всякий случай записал номер автомобиля и позвонил шерифу, который быстренько установил, что машина принадлежит пропавшему без вести Питеру Симзу. Это была удача для стражей порядка. Они срочно снарядили несколько экипажей и рванули к месту аварии "Понтиака".

Но полиции не удалось найти Эйлин и Тирию. Они просочились словно через пальцы вода. Видимо подруги опять затаились в каком-то дешевом мотеле. Полиция пришла в боевую готовность. Ведь если убийцу не поймали, значит, готовится новое преступление и это копов очень тревожило. И вскоре серийный маньяк вновь напомнил о себе.

30 июля 1990 года не вернулся домой с работы водитель 50-летний Юджин Баррос, развозивший в фургоне колбасу. Его труп с двумя огнестрельными ранениями через пять дней обнаружила семья, пришедшая в национальный парк Окала на пикник.

А 11 сентября исчез отставной шериф из Алабамы 56-летний Дик Намфрис, поехавший во Флориду по делам. Эйлин как всегда остановила машину голосуя. Убила не ради ограбления, хотя ей деньги пригодились, потому что ненавидела полицейских. Сколько раз они ее морально и физически унижали. Вот и она физически уничтожила представителя полиции пусть и бывшего. На следующий день нашли его труп, простреленный семь раз и ограбленный.

Последней жертвой маньячки оказался 60-летний Уолтер Антонио, погибший 19 ноября 1990 года.

После этого преступления полиция удвоила усилия по поиску серийного убийцы. Делом занялся капитан криминальнйо полиции Стив Бинегар. Сыщики и психиатры составили психологический портрет маньяка. Они пришли к выводу, что все убийства имеют одинаковый почерк и мотивы. Первое. Все жертвы — водители-одиночки. Ехали без попутчиков. Выбор маньяка понятен. Нет пассажиров — нет и свидетелей преступления. Второе. Все убитые — мужского пола. Возраст — средний и чуть старше. Третье. Почти все они, соглашаясь подкинуть женщину, намеревались вступить с ней в сексуальные отношения или некоторые потом вступали. Легко умеет входить в контакт с людьми, особенно с мужчинами, умеет им понравится. Возможно, убийца — проститутка или бывшая проститутка. Четвертое. Машины погибших она оставляла на месте преступления (кроме случая с Питром Симзом). Значит, ездит на своей машине. Пятое. Орудие убийства — револьвер "Кольт" 22-го калибра. Из него маньячка делала не менее двух выстрелов в жертву, а чаще — больше. И шестое. Во многих случаях преступница не пыталась скрыть улики. Значит, женщина дерзкая по характеру, решительная, агрессивная, смелая, порой импульсивная и нервная. Открыто бравирует своими кровавыми "подвигами". Она явно бросает вызов обществу и полиции — смотрите, какая я крутая! Попробуйте меня поймать! Эта преступница — типичный социопат!

Капитан Бинегер суммировал все эти предположения и начал активно разрабатывать дерзкую маньячку. Он попросил прессу опубликовать подробную ориентировку на разыскиваемую убийцу. И результат не заставил себя долго ждать. В декабре одна жительница из города Тампа сообщила, что к югу от Окалы в мотеле живут две лесбиянки. Они очень похожи на опубликованные в газетах словесные портреты. Их зовут Тирия Мур и Сьюзен Блаховек.

Стив Бинегер выяснил, что Сьюзен Блаховик записывалась иногда в гостевых книгах как Камми Грин. И что под именем Камми Грин мисс Блаховек сдала видеокамеру в один из местных ломбардов. Сыщики пошли туда и попросили владельца скупки показать им эту вещицу. Каково было их удивление, когда скупщик предъявил им видеокамеру… убитого Ричарда Мэлори! Это уже была малюсенькая ниточка от клубка. И несомненная удача! С квитанции сняли отпечатоки пальцев, которые на сто процентов совпали с отпечатками пальцев некой Лори Гродай, в свое время обвинявшейся в краже и хранении оружия. Эти отпечатки сравнили с теми, что остались в салоне "Понтиака" Питера Симза. И снова удача! Они полностью совпали!

Таким образом, капитан Стив Бинегер установил, что Камми Грин, Сьюзен Блаховек, Лори Гродай — одно и то же лицо. И все эти имена и фамилии выдуманы. А по-настоящему эту женщину зовут Эйлин Уоронс. Капитан отдал приказ на задержание маньячки.

В это время сама Эйлин переживала страшное горе — ее бросила молодая "жена" Тирия Мур. Девушка не выдержала испытаний кочевой "семейной" жизни и уехала в Пенсильванию к родной сестре. Ей надоели ссоры по пустякам, нищета, "вынужденные, по делу" измены Эйлин с мужчинами. А самое главное, Тирия боялась старшей подруги. Ведь она настоящая убийца, маньячка, у нее по локоть руки в крови. Тем более она импульсивный, непредсказуемый человек. И в любой момент она может лишить жизни и ее. Зачем дожидаться своей трагической развязки.

Поэтому когда полиция приехала в бар "Последний приют" (символично, не правда ли?) Эйлин Уоронс была одна-одинёшенька. Изрядно выпившая и находящаяся в глубокой депрессии, она сидела за барной стойкой, лила слезы и пила свою любимую водку. Поэтому при аресте она не оказала никакого сопротивления. Ей было все равно. Это произошло 9-ого января 1991 года.

Но полицейские не имели прямых неопровержимых улик против неё и сделали вид, что арестовали её как Лори Гродай за давнишние проблемы с законом. Эйлин была более-менее спокойна.

А в это время капитан Бинегер со своими коллегами наведался в город Питтстон к Тирии Мур. Увидев пред собой полицейских, она сразу поняла, в чем дело, и тут же со всеми подробностями одним махом "сдала" свою бывшую любовницу. А что ей оставалось делать? Сидеть за "мокруху" — да ни за что! Она даже согласилась помогать следствию. Ее попросили поговорить с Уоронс. Девушку привезли во Флориду в тюрьму и устроили ей телефонную беседу с подругой. Само собой разумеется, телефонный разговор прослушивался и записывался на пленку.

Согласно заученной легенде Тирия чуть не плача поведала Эйлин, что полиция собирается обвинить ее во всех убийствах Уоронс. Маньячка, как преданный друг, успокоила бывшую пассию:

"Не бойся и не переживай, ты не пойдешь в тюрьму. Если запахнет жареным, я все возьму на себя…"

Тирия настойчиво просила ее сознаться в преступлениях, если она еще любит свою милую Тиру. Уоронс пообещала это сделать. И сдержала свое обещание.

16 января 1991 года Эйлин Уоронс чистосердечно призналась во всех своих убийствах. Правда, сказала в свое оправдание следующие слова:

"Я стреляла потому, что это была самозащита! Если бы они выжили, моя задница была бы в большой опасности! Они все были просто дерьмом, я должна была их убить! Как вы смеете вы, ублюдки, так долго мучить меня своими вопросами!.." (это в адрес следователей)

"Я невиновна! Меня изнасиловали! Изнасилуют и вас, американские мешки с дерьмом!.." (это судьям и публике)

"Надеюсь, твою жену и детей оттрахают в зад!.." (в адрес прокурора)

Вся Америка с интересом наблюдала за процессом над знаменитой маньячкой. Общество раскололось напополам, особенно женское. Одни защищали ее, другие обвиняли. У маньячки Уоронс нашлись даже почитатели — владелица одного ранчо вместе со своим мужем официально удочерили ее и возглавляли ее защиту в суде.

Эйлин Уоронс была признана виновной в шести убийствах и приговорена к смертной казни (тело Питера Симза не удалось найти и тем самым доказать факт убийства седьмой жертвы). Подсудимая требовала пересмотра решения высшей судебной инстанции, твердя, что является сумасшедшей, но, в конечном счете, ее вменяемость и сознательная хладнокровность во время совершения убийств были подтверждены тремя психиатрами, назначенными губернатором Флориды.

В феврале 1993 года Эйлин приговорили к высшей мере наказания — смертной казни. Но до приведения приговора в исполнение прошло еще девять долгих лет. Когда дата смерти была уже близка, Уоронс извинилась перед родственниками своих жертв и часто высказывалась о том, что она очень сожалеет о содеянном и, будь у нее такая возможность, хотела бы все изменить. Но как известно, содеянного не вернешь…

В 1996 году Верховный суд отклонил апелляцию Эйлин Уоронс.

В 2001 она заявила, что больше не будет бороться за свою жизнь и оспаривать смертный приговор. Также она отказалась от услуг адвоката, сказав:

"Я убила тех мужчин с ледяным хладнокровием. И я сделала бы это снова… Меня переполняет ненависть. Я устала слышать про себя, что я сумасшедшая. Я проходила освидетельствование много раз. Я не сумасшедшая, я нормальная. Я пытаюсь говорить правду. Я ненавижу человеческую жизнь и убивала бы снова…"

Уоронс ещё раз протестировали психиатры. Они убедились, что она вменяема и это означало, что маньячку ждет смерть.

Уоронс первоначально планировали казнить на электрическом стуле, но потом пришли к единому мнению, что казнить ее надо при помощи смертоносног укола. Она должна была стать десятой женщиной в США, казненной после повторного введения смертной казни в 1976 году, и второй женщиной, когда-либо казненной во Флориде.

В прессе первая маньячка США получила прозвище "Мадемуазель Смерть".

В ночь перед казнью Эйлин Уоронс пустила в свою камеру актрису Шарлиз Терон и режиссера Пэтти Дженкинс и разрешила им прочесть свои письма и дневники. Из этих писем родился "Монстр" — фильм, с которым дебютантка Дженкинс вышла на "Оскара" и за который Шарлиз Терон этого "Оскара" получила.

Остаток ночи она провела с подругой детства. Впоследствии подруга рассказал журналистам, что Эйлин много говорила о грядущей встрече с Богом и молилась и молилась за спасение душ убиенных ею людей.

9 октября 2002 года для Эйлин Уоронс наступило последнее утро, вернее последние часы жизни. Жизни грешной и многострадальной.

Эйлин умылась, привела себя в порядок.

Она отказалась от последней трапезы, выпив только чашку кофе. За полчаса до казни Эйлин обыскали. Затем заставили сменить ее оранжевую робу на белую, которая состояла из хлопчатобумажной рубашки и штанов. На ноги ей надели тапочки без задников. Охранники защелкнули на ее запястьях наручники и вывели из камеры…

Уоронс была серьезна и спокойна. Она знала, куда ее ведут. Она вздохнула тяжело. Вот и настал тот день, когда оборвется ее жизнь. Но неизбежность успокаивала. Ничего нельзя вернуть ничего нельзя изменить. Смерть так смерть. Всевышний подводит черту под ее судьбой. Что ж да будет так. Конечно, в душе ее присутствовал страх перед чем-то неизведанным и пугающим. Но она уже привыкла к нему, как и к мысли, что когда-то наступит тот миг, когда ее поведут на казнь.

Эйлин снова тяжело вздохнула…

Уоронс завели в комнату, где должна была состояться казнь. Освободили от стальных браслетов. Все, кто присутствовал в комнате, были к ней вежливы и предупредительны. И очень серьезны. Старались не смотреть ей в глаза. Как и она им. Приговоренную положили на специальное кресло и зафиксировали ремнями ее руки и ноги. Так на всякий случай: вдруг с преступницей случиться истерика и она начнется вырываться на свободу.

Представители властей, журналисты, газетчики, телевизионщики, родственники жертв серийной убийцы наблюдали за казнью из специальных комнат, отделенных от камеры стеклами или односторонними зеркалами. Они тоже были сосредоточены и серьезны. Переговаривались шепотом или вполголоса.

Сбоку от осужденной поставили капельницу. Несмотря что в некоторых штатах существует специальная машина для ввода препаратов, врачи предпочитают до сих пор вводить растворы вручную, или с помощи капельниц. Это считается более надёжным способом отправить арестанта на тот свет.

Зашел врач и два его ассистента. В белых халатах. На голове их были натянуты белые колпаки с прорезями для глаз. Никто не должен знать палачей в лицо. Это весьма деликатная и тайная миссия. Удивительно, но в наше время меч и топор средневековых палачей заменил обыкновенный шприц врачей. Как далеко шагнул прогресс.

Врач перетянул резиновым жгутом правое предплечье, равнодушно взглянул на вены, взял шприц. Помазал смоченной в спирте ватой то место, куда собирался колоть…

Игла проткнула кожу и, взяв чуть влево и вниз, вошла в вену…

Врач был профессионал. Так ловко и быстро проткнуть кровеносный сосуд — это дорогого стоит! Вот что значит практика! Присоединили к игле капельницу. Через нее приговоренной будет делать внутривенную инъекцию так называемого "техасского коктейля" — набора из трёх препаратов, разработанного врачом Стенли Дойчем. Последовательно вводятся: тиопентал натрия (sodium thiopental) для анестезии и наркоза, павулон — парализует дыхательную мускулатуру и наконец, хлорид калия, он-то и приводит к остановке сердца.

Дали команду на исполнение приговора. Врачи поставили сверху флакон с тиопенталом натрия. По нормам количество этого вещества, вводимого при казни, должно составлять не менее 5 грамм. Это повышенная доза (для анестезии при хирургических операциях вводится всего лишь 100–150 мг).

И вот открыли вентиль на гибкой пластмассовой трубке, и смертоносная жидкость устремилось вниз.

Кап, кап, кап…

Эйлин все больше и больше погружалась в глубокий сон. Наступила темнота…

Врачи сменили флакон. В дело вступило другое вещество — павулон (pancuronium bromide). Этот яд начал действовать через 2 минуты. Он вскоре парализовал диафрагму и легкие. Сменили снова флакон. Закапал второй яд — хлорид натрия (potassium chloride). Концентрация яда в крови начала возрастать.

Кап, кап, кап…

И вот сорвалась последняя капля. Та капля, что согласно пословице ломает хребет лошади, а в нашем случае оно сломило, вернее, застопорило сердце маньячки по имени Эйлин Уоронс. Оно перестало биться. Ужасная и кровожадная "Мадмуазель Смерть" или как потом ее назовут "Первая маньячка Америки" умерла. Безболезненно и легко. Часы показывали 9.30 местного времени.

Смертельная инъекция — это гуманная казнь, если можно так сказать об этом виде наказания. Человек умирает во сне. Вся процедура от команды на исполнения приговора и до наступления смерти заняла всего 18 минут. Эйлин повезло. Умереть легкой смертью — не каждому дано. Что не скажешь о ее жертвах-автовладельцах. Они погибли мучительной смертью. Их семь тел растерзали и разорвали свинцовые пули. А значит, они чувствовали нечеловеческую боль и страдания. К тому же ужас, страх, трепет. Получается 7–1 в пользу Уоронс. Но легкая смерть и мучительная смерть — не один ли это итог?! Смерть она и в Африке смерть. Она-то их, в конце концов, и примирила. Навечно примирила. Убийцу и ее жертв.

Врачи внимательно осмотрели Уоронс и констатировали: преступница мертва. Сразу закрылись шторки на окнах для свидетелей, они стали расходиться. Спектакль под названием "Казнь с помощью ядовитой инъекции" закончился. Охранники расстегнули ремни на запястьях и ногах уже мертвой Эйлин и положили в черный мешок. Вжикнула молния, и тело убийцы скрылось за черным прочным полиэтиленом. Мешок отнесли к патологоанатомам.

Те провели аутопсию (Аутопсия — патологоанатомическая процедура, посмертное вскрытие и исследование тела, в том числе внутренних органов. Обычно производится для того, чтобы установить причину смерти).

Все правильно: умерла от смертельной инъекции. Выписали акт о факте смерти и страничка жизни Уоронс была окончательно закрыта.

Эйлин заглянула за ту грань откуда выхода нет, но вряд ли уже она расскажет об этом кому-то.

Вот что писала Уоронс в своем личном дневнике:

" Я с детства мечтала сниматься в кино. Еще маленькой, меня не покидала уверенность, что я когда-нибудь стану известной, я так хотела быть звездой, чтобы меня показывали по телевизору, как и других красивых девушек, которых часто приглашают на телевидение. Да, я была мечтательницей! Мне говорили, что мои мечты глупые, но я продолжала верить, что в один прекрасный день мечты станут явью. Шли годы, а окружающие не прекращали твердить, что мечтать — пустая трата времени. С их словами уменьшалась моя вера, но все же, когда мне было плохо, я продолжала погружаться в мир мечтаний, жила той жизнью. Я думала, что все те люди, которые презрительно на меня смотрели, всем своим видом показывая, что я не такая как они, а значит, не достойна их внимания и вообще не должна жить рядом с ними, они не знали кем я стану. Но со временем должны будут узнать! Я узнала, что Мэрилин Монро заметили в обычном магазине, и поэтому верила, что со мной случится то же самое! Все началось с моих похождений в раннем возрасте. Мне было интересно КТО обратит на меня внимание. Этот парень, а может быть тот? Ведь этого не предугадаешь… Мне нравилось мечтать. Это было замечательно! Но однажды мечтаниям пришел конец…"

Да мечте Эйлин Уоронс действительно пришел конец. Она не стала актрисой и снялась в кино. Но о ней сняли кино. И актриса похожая на нее сыграла ее и получила престижную награду. Да, Уоронс стала знаменитостью в конце концов, но с таким большим вернее жирным знаком минус. И смерть ее была ужасной, хотя казнили Эйлин гуманным способом. Да, о ней снимали фильмы, писали статьи, делали репортажи. Она стала узнаваемой в этом мире. Но не как актриса, а как серийный убийца.

Ее мечты воплотились в реальность, но каким образом. Вряд ли эта известность понравилась тем родственникам и близким, кто потерял своих отцов, дедов, супругов. И особенно тем, кто погиб от пуль маньячки.

Много разных мнений споров об этой "личности". Некоторые считают ее невинной овечкой. Ну, пусть ее первая жертва к ней приставал. Пусть. Хотел изнасиловать, убить, а она испугалась и застрелила его в целях самообороны. Это можно предположить, это можно допустить. Мол, все мужики — козлы, и этот похотливый Мэлори туда же! Так получай пулю в лоб — и все дела! Хорошо, пускай будет так. Но, а второй, третий человек, наконец, четвертый, тоже хотели над ней надругаться? И она, снова отстаивая свою честь, лишила жизни людей. Сомнительно. Да и разрядить весь револьвер в человека — это перебор. Значит, здесь что-то не так.

Все равно она убийца как не крути. Причем, серийная.

О Уоронс помимо художественной картины "Монстр" сняли два документальных фильма: "Эйлин Уоронс: Реализация серийного убийцы" ("Aileen Wuorons: The Selling of a Serial Killer"(1994)) и "Эйлин: Жизнь и смерть серийной убийцы" (Aileen: Life and Death of a Serial Killer(2003)). Сочинили даже оперу "Уоронс" (поставила ее Карла Люцеро в 2001 году). Есть даже россиская хевиметалл-группа "Aileen Wournos" из Екатеринбурга. Авторы-составители справочников А. Х. Шехтер и Д.Эверит посвятили известной преступнице отдельную статью в "Энциклопедии серийных убийц".

Злодеяния Эйлин Уоронс до сих пор не дают покоя некоторым людям.

И хотя о таких "знаменитостях со знаком минус" любят говорить писать и снимать фильмы лучше, чтобы их было бы поменьше на нашей земле. Итак, порою бывает мало позитива в нашей современной жизни, а тут еще такие "звезды" как Уоронс вторгаются в нее. Чтобы как сказала одна популярная героиня из кинофильма "Место встречи изменить нельзя" сделать нашу жизнь "еще задрипанее".

Так гены отца-преступника, расшатанная психика, несчастное детство, всепоглощающая лесбийская любовь, жестокий и подлый мир мужчин в сумме явили свету серийную убийцу — Эйлин Уоронс. Но в отличие от предыдущих маньячек даме с кольтом 22-го калибра не повело. Ее не отправляли на пожизненное заключение в психбольницу или в тюрьму, не замуровывали в замке, не заточали в монастырскую яму, а попросту казнили. Судьи посчитали, что слишком ужасны и кровавы ее преступление, чтобы оставить ее в живых.

"I'll be back" (Я вернусь), — сказала на прощание Эйлин.

Так говорил один из главных героев режиссера Джеймса Кэмерона — Терминатор, который с этой фразой постоянно возвращался в строй. Хотя его разбивали, ломали, в него стреляли, совали клинки. Ясно, он робот новейшего поколения. Ему все нипочем ни пули, ни ножи, ни кулаки, ни зажженные сигары. А Уоронс — человек из плоти и крови. Ее тела нет, но вот, черная душа ее где-то витает в воздухе до сих пор. И она может вернуться, если верить буддистской теории реинкарнации, в другом живом теле.

Но, а если трезво рассуждать, то она может вернуться в наш мир не сгустком отрицательной энергии, а своими примерами совершенных убийств. Вернуться в больную и воспаленную психику другой женщины. Независимо от места и времени. И страны. Может с похожей судьбы как у героини, а может с иной. И будет она допустим не проститутка, а официантка или офисный клерк, а может и банковский работник. И эти эпизоды Уоронсовских убийств взбудоражат воображение этой потенциальной маньячки и позовут на кровавые "подвиги". И та возьмет уже не револьвер 22-го калибра, а кухонный нож, или ножницы, а может и винчестер и будет раз за разом убивать мужчин. Жестоко и показательно. Мстить за себя и за всех обманутых и униженных женщин. И надо нам людям так сделать, чтобы было поменьше таких Уоронс на земле.

Значит чутче надо относиться к своим близким, родным, друзьям, к тем людям, которых вы считаете близкими или к тем, людям которых, как сказал бы Антуан де Экзюпери, вы "приручили". Значит надо лучше понимать, лелеять, не обижать понапрасну, заботится о них. Может наше внимание и любовь убережет их от страшных и необдуманных поступков. И меньше будет тогда на белом свете маньячек. И меньше убийц. И меньше таких "героинь".

Бог постановил: "Не Убий!" и не сказал: "Не убий в одном случае, но можешь убить в другом". Человек — божье создание, на жизнь которого другой ему подобный не имеет права посягать, лишь Бог решает это. Если человек совершил убийство, то он совершил самый тяжкий грех, независимо ни от чего ни от кого, применив осознанную волю, принадлежащую лично ему, а не Всевышнему.

И как же хотелось, чтобы люди ценили жизни других людей, не применяя к ним насилия и тем более не убивая.

Поэтому любите, люди, друг друга!

Ведь любовь спасет мир.

Бог так сказал. Ему можно верить.

Content

Олег Мазурин
Женщины-маньяки

ПРЕДИСЛОВИЕ

ГЛАВА 1 ЮЛИЯ АГРИППИНА МАНИЯ ВЛАСТИ

ГЛАВА 2 ЛУКРЕЦИЯ БОРДЖИА. ВЕЛИКАЯ ОТРАВИТЕЛЬНИЦА

ГЛАВА 3 ЭЛИЗАБЕТ БАТОРИ. "УЖАС И СТРАХ ТРАНСИЛЬВАНИИ"

ГЛАВА 4 МАРИЯ I ТЮДОР — КОРОЛЕВА АНГЛИИ. "КРОВАВАЯ МЭРИ"

ГЛАВА 5 ДАРЬЯ САЛТЫКОВА. "ТРОИЦКИЙ МОНСТР"

ГЛАВА 6 ДЖЕЙН ТОППАН. "ВЕСЕЛАЯ ДЖЕЙН"

ГЛАВА 7 БЕЛЛА СОРЕНСЕН ГАННЕС. "КРАСАВИЦА-ЧУДОВИЩЕ"

ГЛАВА 8 БОННИ ПАРКЕР — УБИЙЦА-ПОЭТ или СЛАВА ЛЮБЫМ ПУТЕМ

ГЛАВА 9 ЭЛЬЗА КОХ. "БУХЕНВАЛЬДСКАЯ ВЕДЬМА"

ГЛАВА 10 ЭЙЛИН УОРОНС. МАНЬЯЧКА С КОЛЬТОМ 22-го КАЛИБРА