Мэтт де ла Пенья

Супермен. Покоритель рассвета

Всем чужакам по всей земле

И учителям, что разглядели нас

Matt de la Peña

SUPERMAN. DAWNBREAKER

Superman created by Jerry Siegel and Joe Shuster.

By special arrangement with the Jerry Siegel family.

Copyright © 2019 DC Comics.

SUPERMAN and all related characters and elements

© & TM DC Comics. WB SHIELD: TM & © WBEI. (s19)

S0098590

Jacket art used under license from Shutterstock.com

Logo by Stuart Wade

© А. Ионов, перевод на русский язык, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

Глава 1

Гроза нагрянула без предупреждений. Вспышка молнии отразилась в стеклах очков Кларка, съежившегося под навесом кофейни «Яванский склад» вместе с тремя бывшими товарищами по футбольной команде. Вместе они наблюдали за тем, как нежданный ливень затопил улицы центра Смолвилля. Проливной дождь заставил их встать плечом к плечу, и случись с Кларком внезапный приступ непродолжительной амнезии, он бы почувствовал себя как в старые времена, когда они с футбольной командой были не разлей вода.

Вряд ли они когда-нибудь снова станут настолько же близки.

Только не после того, как он бросил их.

Кларк всегда поражался силе гроз, по сравнению с которой меркли даже его собственные загадочные способности. Для остальных буря была лишь неприятной помехой. Пожилой бизнесмен, прикрывая голову портфелем, метнулся к серебристому внедорожнику, открыл водительскую дверцу и нырнул внутрь. Насквозь промокшая трехцветная кошка забралась под мусорный бак в поисках сухого места, чтобы переждать ливень.

– Мы не можем простоять здесь весь день, – заявил Пол, перекрикивая рев дождя. – Давайте добежим до библиотеки.

Кайл сложил руки на груди и качнулся на каблуках.

– Чувак, это просто потоп библейских масштабов. Я с места не сдвинусь.

– Похоже, придется сделать это здесь. – Томми покосился на закрытую дверь кофейни, затем повернулся к Кларку. – Ты не против, громила?

Кларк пожал плечами, все еще гадая, о чем идет речь и почему никто другой не должен об этом слышать. Он ужасно удивился, когда Томми Джонс, гигантский нападающий футбольной команды, подошел к нему в школе и предложил «потусить». Еще больше Кларк удивился, когда Томми появился в кофейне в компании звездного хафбека Пола Молины и защитника Кайла Тернера. В конце концов, бо́льшую часть последних двух лет никто из них и знать его не хотел – с того самого дня, как Кларк внезапно ушел из сборной девятого класса посреди сезона. И вот они снова вместе, ошиваются на Мейн-стрит. Словно бы ничего и не было. Но Кларк знал, что парни пришли не просто так. Томми поднял козырек бейсболки и прочистил горло:

– Полагаю, ты в курсе наших прошлогодних результатов, – начал он, – мы вроде как… играли недостаточно хорошо.

– Мягко говоря, – произнес Кайл, и Пол с отвращением покачал головой.

Кларку следовало догадаться. Дело было в футболе. Когда речь заходила о Томми, Кайле и Поле, ничего, кроме футбола, не имело значения.

– В любом случае, мы тут втроем перетерли. – Томми положил свою тяжелую, мясистую ладонь на плечо Кларку. – Для всех нас следующий год – выпускной. И мы хотим громко хлопнуть дверью на прощание.

Прямо над их головами раздался громкий раскат грома, и трое футболистов вздрогнули. Кларк никогда не понимал такой реакции: не мог представить, почему даже самые храбрые люди так боятся обычного грома? Лишнее доказательство, насколько он отличается от сверстников. Парни попытались скрыть, что нервничают, уставившись в экраны телефонов и изучая содержимое напитков.

И вот тогда-то Кларк и заметил нечто странное.

Где-то в тридцати метрах справа от него тощий парень лет двадцати с небольшим стоял посреди дороги, расставив руки в стороны и задрав обритую наголо голову к небу. Он с головы до ног был одет в коричневое. Коричневая рубашка с длинным рукавом. Коричневые штаны. Коричневые армейские ботинки. У Кларка возникло нехорошее предчувствие.

– Вы только гляньте на этого придурка. – Пол тоже его заметил.

– Где? – спросил Томми.

– Да вон там, – указал Пол, но тут мимо медленно прогромыхал большой грузовик, а когда он миновал друзей, парня уже и след простыл.

Пол нахмурился, почесал бритый затылок и осмотрел опустевшую улицу:

– Секунду назад он там стоял, клянусь!

Кларк тоже оглядывался в поисках чужака. Одетые во все коричневое незнакомцы не появлялись просто так на улицах Смолвилля только для того, чтобы испариться спустя пару мгновений. Кто он такой? Кларк заглянул в окно кофейни, где за маленькими круглыми столиками сидело около дюжины посетителей. Они пили кофе и разговаривали. Делали домашку. Пережидали грозу.

Интересно, видел ли этого парня кто-нибудь из них?

Ливень затих так же внезапно, как и начался, теперь с неба моросил лишь мелкий дождик. С залитой водой Мейн-стрит поднимался пар. Деревья роняли с листьев тяжелые капли. Они стекали по ветровым стеклам припаркованных автомобилей и сбегали по дорожным знакам. Сама дорога превратилась в океан из лужиц.

– Давайте пройдемся, – предложил Томми, и они направились в сторону городской площади. Кларк по-прежнему оглядывался по сторонам в поисках одетого в коричневое незнакомца.

Вся четверка обогнула вереницу оранжевых конусов, отмечающих границы очередной строительной зоны. Рост местной экономики за последние несколько лет серьезно преобразил облик центра Смолвилля. Исчезли заколоченные витрины и полуразрушенные здания времен детства Кларка. Их место заняли модные рестораны, офисы недвижимости, роскошные жилые кварталы и два новеньких, с иголочки, банковских филиала. Казалось, что теперь повсюду кипит строительство, в том числе и будущей штаб-квартиры могущественной корпорации «Мэнкинс». Но сегодня здесь никто не работал. Буря превратила Мейн-стрит в город-призрак.

– Кларк, послушай, – произнес Томми, пытаясь продолжить прерванный разговор, – мы все знаем, насколько лучше мы бы играли с тобой на позиции бэкфилда. Мы не просто так ни разу не проигрывали, пока ты был в нашей команде в девятом классе.

– Да, пока ты не кинул нас, – презрительно фыркнул Пол.

Томми одарил его сердитым взглядом.

– Не забывай, о чем мы говорили раньше, братан. Помнишь, о том, как важно двигаться вперед? О пользе вторых шансов?

Кларк съежился.

Прошло уже два года, а он никак не мог справиться с мыслью, что подвел ребят. Да еще и солгал им. Он ушел из команды вовсе не для того, чтобы сосредоточиться на учебе, как он им тогда сказал. Он ушел потому, что мог забить гол практически после каждой схватки. И стремление к доминированию – каким бы неправильным оно ни казалось – с каждой игрой росло все сильнее. До того самого дня, пока он на тренировке не сбил Майлза Лофтена, пытаясь отобрать мяч, и не отправил бедолагу в госпиталь с переломанными ребрами. И это Кларк еще действовал на пятьдесят процентов от своих возможностей. После окончания тренировки он забрался на трибуну и просидел там до ночи в полном одиночестве, обдумывая то, на что больше не мог закрывать глаза – как сильно он отличался от всех остальных. И как плохо может все обернуться, если об этом узнает кто-то еще.

В ту ночь, прежде чем уйти домой, он решил повесить бутсы на гвоздь.

С тех пор Кларк Кент не принимал участие ни в одной командной игре.

Когда Томми остановился, притормозили и все остальные.

– Я не буду ходить вокруг да около и скажу прямо. – Томми покосился на Кайла и Пола, затем снова обратился к Кларку: – Ты нам нужен.

Кайл кивнул:

– Возвращайся сейчас, и ты сможешь восстановиться в команде еще до начала летних тренировок. Черт возьми, может, тренер тебя даже капитаном сделает.

– Что скажешь, Кларк? – Томми беззлобно хлопнул его по руке. – Мы можем рассчитывать на тебя?

Кларк отчаянно хотел, чтобы на него можно было рассчитывать. Хотел надеть щитки и вернуться к тренировкам. Снова почувствовать себя частью чего-то большего. Но это было невозможно. Травмировать товарищей по команде и забивать по семь тачдаунов за одну игру было катастрофой еще в девятом классе. Представить страшно, что будет, случись что-то подобное в школьной сборной выпускников. Когда к тебе приковано всеобщее внимание. Кларк не мог так рисковать. Родители предупреждали, в какой опасности он окажется, если мир прознает о масштабах его таинственных способностей. А последнее, чего хотел Кларк, – это навлекать неприятности на свою семью. В школе его уже дразнили на тему того, что он слишком хороший. Слишком идеальный. Именно по этой причине Кларк начал носить очки, которые на самом деле были ему не нужны. И завел пару четверок в аттестате.

Кларк поправил очки и уставился на асфальт.

– Я бы очень хотел, – безжизненным голосом ответил он, – но я не могу. Простите.

– Видите? – сказал Пол. – Я же говорил вам, что срать он на нас хотел.

– Немыслимо, – добавил Кайл, качая головой.

Томми отвернулся от Кларка.

– Полегче, парни. Мы не можем заставить его быть верным…

Из-за угла вывернул парень в коричневом и налетел прямо на них. Он с силой толкнул Томми плечом, отчего Джонс выронил свой стаканчик с холодным кофе на асфальт.

Кларк и его бывшие товарищи по команде растерянно замолчали на несколько секунд, затем Кайл с досадой пнул пластиковый стаканчик и крикнул вслед парню в коричневом:

– Эй, придурок! Смотри, куда прешь!

Парень обернулся и прокричал Кайлу что-то по-испански. Затем он сплюнул на мостовую и вытащил небольшой нож, словно проверяя, осмелятся ли они сказать что-то еще.

– Эй, у него нож! – крикнул Пол.

Кларк шагнул вперед, заслоняя собой друзей. Он заметил, что глаза парня налиты кровью. А еще тот что-то бормотал себе под нос.

– Что он говорит? – спросил Кайл у Пола, который был мексиканцем и дома общался по-испански.

Пол покачал головой.

– Не могу разобрать. Что-то о возвращении в Метрополис.

Кларк задумался: может, парень под кайфом? Как еще объяснить его налитые кровью глаза и то, как он стоял под проливным дождем? И он не просто уставился сейчас на Кларка. Он словно смотрел сквозь него.

– Давайте просто оставим его в покое, – предложил Кларк, сфокусировав внимание на ноже в левой руке незнакомца, – с ним что-то не так.

– К черту, – бросил Кайл, отпихнув Кларка в сторону. Он ткнул в сторону парня пальцем и крикнул: – Никто просто так не толкает моих товарищей по команде, не извинившись после этого. Думаешь, я испугался твоего маленького складного ножика?

Парень метнулся вперед, яростно замахнулся ножом, задел предплечье Кайла и быстро отступил обратно.

Кайл уставился на окровавленную руку. Затем посмотрел на парня.

И вот тогда-то и разверзся настоящий ад.

Кларк бросился вперед и выбил нож из руки парня, так что клинок улетел под припаркованную машину. Томми и Пол побросали рюкзаки на асфальт и бросились в атаку. Они повалили незнакомца на влажный тротуар, но он умудрился выскользнуть из их хватки, вскочить на ноги и отступить.

Кайл сделал было шаг, чтобы присоединиться к драке, но Кларк оттащил его назад.

– Не лезь.

– Ну нет! Не то он улизнет! – На этот раз Кайл обошел Кларка по более широкой траектории и присоединился к Томми и Полу. Втроем они оттеснили парня к ряду припаркованных автомобилей.

Кларк знал, насколько неравной получалась драка. У парня были дикие глаза, и он не выглядел испуганным, но явно не смог бы противостоять трем массивным футболистам.

Первой мыслью Кларка было вмешаться и разнять драку, прежде чем кто-нибудь серьезно пострадает. Но когда он в последний раз применил силу прилюдно, дело приняло совсем дурной оборот. Была зима. Он как раз шел в библиотеку, когда заметил, как огромный грузовик занесло на обледенелом дорожном полотне на двадцать втором шоссе. Не раздумывая, Кларк метнулся вперед и применил свою силу, чтобы остановить массивный трейлер прежде, чем тот снесет стоящий на обочине киоск «Фрукты и овощи Альвареса». Вот только Кларк каким-то образом перестарался, не рассчитав силы, и вместо того, чтобы остановить, опрокинул тяжелый грузовик. Десятки бочек с нефтью высыпались на асфальт, и их содержимое разлилось по двухполосному шоссе. Повсюду была нефть.

Кларк никогда не забудет, как помогал водителю выбраться из покореженной кабины. Лицо мужчины побелело, словно простыня, нога была гротескно изогнута. А вдруг он бы вообще не пострадал, не вздумай Кларк вмешаться? Этот вопрос не давал Кларку покоя, и он пообещал себе, что в следующий раз, прежде чем применять физическую силу, он сперва остановится и подумает.

Зато он всегда мог воспользоваться голосом.

– Парни, да отпустите вы его! – крикнул он бывшим товарищам по команде. – Оно того не стоит!

Парень в коричневом ударился спиной о старый грузовик, скользнул мимо припаркованных автомобилей и бросился прочь.

Томми повернулся к Кайлу, схватил его окровавленную руку и принялся изучать порез. Пол направился подобрать брошенный посреди дороги рюкзак.

Кларк осторожно последовал за парнем в коричневом до следующего квартала. Он хотел убедиться, что тот уйдет и никто больше не пострадает. Но замер на месте, когда незнакомец остановился и принялся колотить голыми руками, крепко сжатыми в кулаки, по мятому корпусу белого пикапа, водитель которого в ужасе сжался за рулем. Кларк в шоке уставился на разворачивающееся перед ним зрелище. Да что с этим парнем не так? И почему он выбрал этот конкретный пикап? Машина совершенно безобидно стояла на обочине дороги. А парень напал на нее с дикой яростью, до крови разбив костяшки пальцев.

Затем незнакомец внезапно развернулся и направился в сторону Кларка и футболистов. Кларк попытался было преградить ему дорогу, но парень метнулся к серебристому внедорожнику, тому самому, в котором седовласый бизнесмен пережидал грозу. Парень в коричневом распахнул водительскую дверцу, вышвырнул бизнесмена на проезжую часть, забрался внутрь и завел двигатель.

Глаза Кларка распахнулись от ужаса. Внедорожник вырулил с парковочного места и, набирая скорость, устремился к Полу, который все еще сидел посреди дороги, застегивая молнию на рюкзаке.

– Берегись! – закричал Кларк.

Услышав ревущий двигатель, Пол замер.

Он просто сидел там, легкая добыча.

Кларк почувствовал знакомую невесомость, с которой он достигал варп-скорости.

Его кожу покалывало и саднило.

В горле встал ком. Кларк беззвучно выскочил на проезжую часть, сфокусировав взгляд на летящем на Пола внедорожнике.

Кларк инстинктивно подсчитал собственный угол, рассчитал скорость внедорожника и прикинул возможный ущерб. Он прыгнул в самую последнюю секунду. И уже взмывая в воздух, вгляделся в безумные глаза стиснувшего руль парня и увидел, насколько тот растерян и сбит с толку. В это мгновение Кларк понял, что дело тут обстоит куда серьезнее, чем он или кто-либо еще мог представить.

А затем последовал сокрушительный удар.

Глава 2

Пока миссис Новак стояла перед классом и вещала об истории рабочих масс в Америке, Кларк наблюдал за бесплодными попытками Пола писать левой рукой. Его правому боку изрядно досталось. Рука покоилась в сложной перевязи, необходимой, чтобы помочь поправиться вывихнутому плечу и частично поврежденным суставам.

Кларк в сотый раз проигрывал в голове события того дня. Как он на полной скорости врезается в Пола. Как они скользят по влажному асфальту и тормозят о колесо припаркованного фургона. Всю последнюю неделю он пытался понять, был ли какой-то способ спасти своего бывшего товарища по команде, не причинив ему вреда. Но всякий раз, когда Кларк думал об этом, он приходил к одному и тому же выводу: такого способа не было.

Или же был?

Футбольная команда видела события совершенно иначе. Кайл с Томми разглядели внедорожник, только когда он протаранил стену, окружавшую почти достроенное здание новой штаб-квартиры «Мэнкинс». И Кларк, решили они, просто врезался в Пола с такой силой, что они очутились на противоположной стороне улицы. Другие игроки попросту не поняли, что Пол был в опасности. Особенно после того, как полицейские сочли, что парень в коричневом с самого начала намеревался въехать в здание «Мэнкинс». И ведь самого-то парня не спросишь. Он был в коме. И доктора не надеялись на его выживание.

А теперь некоторые парни в команде полагали, что Кларк вывел Пола из строя намеренно, из зависти. И, возможно, они были правы. Речь не о зависти, конечно, но существовала вероятность, что внедорожник и не собирался переезжать Пола.

А вдруг Кларк просчитался?

Ему казалось, что всякий раз, как он пытается помочь, кто-то попадает в больницу. А он выглядит как плохой парень.

И прямо сейчас, словно это сама Вселенная решила подразнить его, Кларк услышал отдаленный плач человека, который тоже мог нуждаться в помощи. И Кларк был уверен, что плачет девушка. Но все девушки, что сидели вокруг него, вовсе не выглядели расстроенными.

Скучающими до смерти – возможно, но никак не расстроенными.

Мэри Бейкер жевала жвачку и тайком переписывалась с кем-то под партой.

Оливия Гудман кусала ногти, с тоской глядя в окно.

Шерри Миллер рисовала какую-то мрачную сцену с участием единорога на полях своего учебника по политологии.

– Кларк, – прошептала сидящая позади него Лана Лэнг.

Плач напомнил Кларку тихие всхлипы Пола, раздававшиеся, пока они вчетвером наблюдали, как приехавшие спасатели используют «Челюсти жизни»[1], чтобы вытащить парня в коричневом из покореженного внедорожника. Пол повредил не только плечо: вся кожа на руке и правой стороне его лица была в ссадинах из-за того, что они с Кларком проехались по мокрому асфальту.

На Кларке, разумеется, не было ни царапины.

Даже его очки, свалившиеся в момент столкновения, не пострадали.

– Земля вызывает Кларка Кента, – настойчивее повторила Лана Лэнг. – Чувак, в чем дело?

На этот раз он обернулся и взглянул на свою лучшую подругу. На Лане была футболка с надписью: «Будущее – женского пола», а на шее красовалось ожерелье из лунного камня, подаренное мамой на шестнадцатый день рождения. Ее рыжие волосы, как и всегда во время уроков, были собраны в хвост, а единственным намеком на макияж оставался блеск на губах.

«Ты мне?..» – беззвучно спросил Кларк.

– Тебе, ты сегодня сам не свой, – прошептала она.

Опять плач. Интересно, слышит ли его Лана. Или… а что, если он доносится из другого помещения?

Лана указала на Пола:

– С ним все будет в порядке, – прошептала она, – если бы не ты, его бы вообще здесь не было.

Кларк пожал плечами и снова повернулся к учительнице, пытаясь сконцентрироваться на пространной лекции миссис Совак. Она анализировала эволюцию труда мигрантов в Америке.

– Мигранты начали трудиться в сельском хозяйстве еще в начале XVII века, – объясняла она, – это были наемные работники, приплывшие из Англии. Разумеется, мы никогда не забудем всех ужасов рабства, африканцев привозили в эту страну против их воли. И начиная с 1840-х десятки тысяч мексиканцев начали пересекать границу в поисках работы. Эта конкретная группа, как я уже упоминала раньше, станет предметом нашего последнего занятия…

И ведь не сказать, что Кларку было неинтересно. Он просто не мог отвести взгляд от перевязи Пола. Не мог перестать проигрывать в голове случившийся инцидент, не мог перестать думать о парне с ножом. А прямо сейчас он еще и зациклился на тихом плаче, который продолжал слышать.

Миссис Совак замолчала и оглядела класс.

– Я рассказываю вам все это не ради своего здоровья, знаете ли. Все это будет на экзамене.

Когда взгляд учительницы упал на него, Кларк сел ровнее.

– Я уверена, все вы слышали о протестах в центре города, – продолжила она, – то, о чем я вам рассказываю, абсолютно не утратило своей важности сегодня. То, как мы отреагируем на сегодняшнюю ситуацию, значительно повлияет на будущее вашего города и ваших семейных ферм…

Кларк попытался определить источник плача, но ему мешало все остальное. На задней парте Джессика Нейпир шептала подруге:

– На следующих выходных у Томми грандиозная вечеринка. Все там будут…

Мимо кабинета по коридору прошел студент в наушниках, в которых звучала старая песня в стиле кантри, смутно знакомая Кларку.

В противоположном конце здания Кайл пошутил, как бульдозером прошелся по Вилли Муру во время вчерашней схватки. Один из приятелей Кайла громко фыркнул, а затем с громким лязгом захлопнулась дверца шкафчика.

Кларк сумел расслышать даже летящий в небе маленький самолет. Одномоторный винтовой самолет, если быть точным. Он мог сказать это по хлопающему звуку переднего пропеллера. Самолет пролетал где-то над одним из соседних городков. Над Нунаном, например…

Нет, это невозможно. Нунан был ближайшим соседом Смолвилля, но до него все равно больше сорока километров.

Отлично, теперь над ним подшучивал уже собственный разум.

Кларк потер уши ладонями и уставился на миссис Совак.

Менялся не только его слух. Казалось, что сильнее становятся все его способности. Два дня назад он смог заглянуть прямо сквозь стену в соседний класс. Он увидел, как девятиклассница передала соседке записку и та беззвучно рассмеялась. Новообретенные способности приводили его одновременно и в восторг и в ужас.

Но сейчас он сфокусировался исключительно на слухе.

Где-то в школе плакала девушка.

Ее тихие всхлипы звучали так печально и отчаянно, что в конечном итоге вытеснили из головы Кларка все остальное.

Нужно выяснить, кто она. И почему так печальна.

– Кларк, – в его мысли снова вмешался приглушенный голос Ланы.

На этот раз Кларк дождался, пока миссис Совак начнет писать что-то на доске, и только затем повернулся к Лане. Оглянувшись, он увидел, что подруга пристально смотрит на него. В ее больших зеленых глазах читалась озабоченность.

– В последнее время ты ведешь себя странно, – заявила она, – даже по твоим меркам странно.

Кларк пожал плечами, игнорируя подколку. Лана читала людей, словно открытую книгу, это-то и делало ее таким хорошим репортером, а также порой заставляло Кларка нервничать в обществе своей лучшей подруги. Слишком многое ему нужно было сохранить в тайне.

– Кларк, серьезно, все в порядке? Я здесь, если тебе нужно поговорить.

– Спасибо, – ответил он, – все в порядке, я просто…

Прозвеневший звонок спас его от необходимости завершить мысль. Он просто улыбнулся Лане, изо всех сил пытаясь выглядеть нормальным. В конце концов, не мог же он ей признаться, что услышал, как где-то на другом конце школы кто-то плачет.

Она не поймет.

Никто не поймет.

Когда они вышли из класса, Лана потянулась и смахнула что-то с его воротника, а затем произнесла:

– А знаешь что? Несправедливость в нашем спортивном департаменте тянется еще глубже, чем я думала. Я только что нашла доказательства попытки скрыть кое-что прошлым летом.

– Типа финансов? – уточнил Кларк.

– Ты все правильно понял. – Лана была редактором школьной газеты еще в средних классах. Она хорошо умела задавать вопросы. И куда лучше ей удавалось получать ответы. – Ты можешь поверить, что подобное творится под самым нашим носом? В старшей школе Смолвилля?

В данный момент Лана работала над статьей о том, какая часть школьного бюджета тратится на спорт. На мужскую спортивную команду, если конкретнее. На мужскую футбольную команду, если уж совсем точно.

Отношения между Кларком и его лучшей подругой всегда строились по такому принципу: та история, над которой она работала в текущий момент, занимала большую часть их разговоров. Лана любила использовать Кларка в качестве тестового слушателя, а Кларку нравилось принимать участие в ее расследованиях.

– Райс сотрудничает? – спросил Кларк, имея в виду директора школы.

– Еще как, – Лана помахала перед его лицом телефоном, – она прислала мне три письма за последние два урока.

Кларк улыбнулся. Никто не мог заставить могущественных взрослых нервничать так, как могла Лана Лэнг.

Коридоры были полны школьников, взбудораженных перед выходными. Кларк с Ланой обогнули группу защитников из футбольной сборной десятого класса, разучивающих какую-то речовку, смутно знакомую Кларку еще по девятому классу. Затем они проскочили сквозь шумную группу размахивающих помпонами чирлидерш. Спустя какое-то время Кларк смог отфильтровать весь посторонний шум и сфокусироваться конкретно на плачущей девушке.

«Что произошло? – задумался он. – Ей больно?»

– Слушай, Лана, – произнес Кларк, когда они дошли до выхода, – есть кое-что, что мне нужно сделать очень быстро.

– Звучит весьма интригующе. В чем дело?

– Ничего серьезного, мне просто нужно проверить, где я, эм, оставил свой…

– Лана? – Трижды помянешь демона к ночи… Директор Райс в привычном сером деловом костюме стояла на пороге своего кабинета. – Могу я перекинуться с тобой парой слов?

Друзья обменялись понимающими взглядами, и Кларк прошептал:

– Встретимся на лестнице перед входом через десять минут?

Лана кивнула и повернулась к директору Райс.

– Разумеется, мэм. Мне пройти в ваш кабинет?

Кларк проследил за тем, как директор Райс провожает Лану в свой кабинет, и затем снова сосредоточился на звуках плача. Следуя за ним, он прошел мимо раздевалок девятиклассников и спортзала, где прямо сейчас разминалась женская баскетбольная команда. И наконец звук привел его к пустому классу в противоположном конце школы.

Кларк моментально узнал плачущую девушку.

Глория Альварес.

Двенадцатиклассница, которой он всегда восхищался издалека. Она была одной из немногих в школе, кто умел вписываться в самые разнообразные социальные группы. Сегодня она сидит за ланчем в библиотеке с членами книжного клуба «Латинос», а завтра уже перешучивается в коридорах с группкой белых чирлидерш. Кларк также знал, что Глория была одной из самых умных учениц в школе, она разбиралась в компьютерах и программировании.

Глория сгорбилась за партой в переднем ряду и вытирала слезы скомканной салфеткой. Сперва она даже не заметила замершего в дверях Кларка, так что он просто стоял, чувствуя себя не в своей тарелке. Ей явно не грозила никакая опасность. Но ее печаль была столь велика и осязаема, что он просто не мог остаться равнодушным. Кларк задумался, испытывал ли он хоть раз в своей жизни такие глубокие эмоции.

Способен ли вообще на них?

В каком-то смысле он ей даже завидовал.

Кларк сделал робкий шаг вперед и прочистил горло:

– Прости, но… с тобой все в порядке?

Глория удивленно уставилась на Кларка покрасневшими глазами. По щекам девушки текли слезы.

– Прости, – пробормотал Кларк, отводя взгляд, – я просто… я просто проходил мимо или типа того и… – Он снова вгляделся в нее. – Что не так?

– Да всё. – Глория поднялась на ноги, затем замерла и уставилась на него. – Люди исчезают, – грубо заявила она, – и никому в этом городе даже дела нет до этого.

Ее слова застали Кларка врасплох.

– Кто?

Глория лишь покачала головой и протиснулась мимо него к двери. Наблюдая за тем, как она спешно выходит в переполненный людьми коридор, Кларк почувствовал смущение.

И беспомощность.

В Смолвилле исчезают люди?

Глава 3

В тот день, после занятий, над фермой Кентов в нескольких километрах к югу от Смолвилля кружил маленький вертолет. Кларк и Джонатан Кент стояли и смотрели, как он снова пролетает у них над головой. В третий раз за последние двадцать минут.

Кларку это не нравилось.

Он всегда испытывал желание заботиться о ферме. И своих стареющих родителях. Чем старше он становился, тем сильнее было это чувство.

В этих краях вертолеты были в редкость. Большинство фермеров перестали опрыскивать посевы с воздуха. Но по-настоящему Кларка беспокоило то, что вертолет рассекал серое небо по четко определенной схеме – он пролетел над их маленьким домиком, над прудом, кукурузными полями и курятником, а затем снизился над большим кратером, соседствующим с их старым амбаром.

Кто бы ни находился на борту вертолета, он явно что-то искал.

Но что?

Когда Кларк озвучил свое беспокойство отцу, Джонатан Кент только отмахнулся:

– Не могу сказать, что мне это по душе, Кларк. Но нет закона, запрещающего летать над чьей-либо собственностью.

Так что Кларк переключился на другую связанную с законами тему, которую они обсуждали – противоречивый законопроект о задержании и обыске, который вынесли на референдум в Смолвилле. Законопроект уже приняли в паре соседских городов, но Кларк отказывался верить в то, что жители Смолвилля поддержат его. Ведь не поддержат?

– Так что, получается, полицейские смогут остановить кого угодно? – спросил он у отца. Кларк размышлял о словах Глории. О том, что в Смолвилле исчезают люди. – В любое время? Без повода?

Джонатан Кент вытер бровь рукавом фланелевой рубахи и повернулся к сыну. Кларк подумал, что отец в последнее время сильно сдал. В волосах прибавилось седины, круги под глазами стали больше. Начинали сказываться годы изнурительного труда на ферме.

– Население меняется, сынок. И некоторые общины… я думаю, они боятся перемен.

– Но это же расизм.

Джонатан несколько секунд пристально вглядывался в лицо сыну, после чего произнес:

– Ну, на мой взгляд, все несколько сложнее, чем ты думаешь. Но я в любом случае проголосую против законопроекта.

Кларк кивнул и воткнул лопату в землю. Даже когда он был раздражен, он старался осторожно применять силу. Только за эту весну он сломал уже с полдюжины лопат. А у его семьи не было денег на подобные внеплановые расходы. Но его действительно всерьез расстраивала одна лишь мысль о том, что кто-либо в Смолвилле способен проголосовать за законопроект, позволяющий полицейским останавливать машины для проверки документов, основываясь только на цвете кожи водителя.

А что, если у людей в машине не будет документов? Неужели копы вот так запросто смогут запереть их на заднем сиденье полицейской машины и увезти в участок?

– Эта гроза ближе, чем кажется, – произнес Джонатан, снова вглядываясь в небо, – по правде говоря, сейчас не лучшее время для полетов.

– Как ты думаешь, что они ищут?

Джонатан поместил шест от изгороди в одну из выкопанных Кларком ям.

– Что бы они ни искали, им следует подумать о скором возвращении. Особенно после того, что случилось сегодня с этим самолетом.

Кларк замер.

– С самолетом?

Джонатан тоже остановился.

– Небольшой самолет сегодня днем едва не разбился при посадке возле Нунана. Пилот по какой-то причине снизил скорость и не смог справиться с управлением.

Кларк в потрясении уставился на отца. Самолет, который он услышал в школе… он был настоящим. Все-таки его разум не издевался над ним.

Сгустились тучи, и начал моросить дождик.

– А что с пилотом? – спросил Кларк. – Он в порядке?

Джонатан кивнул и снова покосился на вертолет.

– Сломала несколько костей. Но, судя по тому, что я слышал, она поправится. Со временем.

– Отец, я… – Кларк запнулся, раздумывая, что он хочет сказать.

– Да, сын?

Кларк покачал головой, представляя, как абсурдно это прозвучит.

– Сын, мне ты можешь рассказать все, что угодно, – произнес отец, – ты же знаешь.

– Просто… я слышал этот самолет сегодня. – Кларку пришлось повысить голос, чтобы перекричать гул в очередной раз пролетевшего над их головами вертолета. – Как это вообще возможно?

Джонатан уставился на сына.

– Самолет над Нунаном? Ты его слышал из школы?

Клар кивнул. Он никогда не пытался скрыть свои способности от родителей. Он бы и не смог, даже если бы захотел. Какие-то свойства проявлялись уже в младенчестве. Однажды летом, когда Кларку было восемь, их ближайший сосед, мистер Петерман, проезжал на своем квадроцикле по территории их фермы. Кларк играл на соседнем поле, когда услышал крики о помощи. Он побежал на звук и, даже не задумываясь о невыполнимости задачи, начал поднимать пятисоткилограммовую махину, по сантиметру за рывок, так, что каждый мускул в его теле напрягся до предела, и поднимал до тех пор, пока придавленный весом квадроцикла мужчина не смог выбраться из-под машины. Сразу после этого сосед потерял сознание. Впоследствии Петермана было очень легко убедить в том, что он выбрался самостоятельно, а Кларк всего лишь нашел его.

В другой раз он случайно дотронулся до провода под напряжением в хлеву Кентов. Брызнули искры. Воздух затрещал. Кожа зудела и гудела, а ладонь стала горячей, но Кларк не почувствовал боли. Он вообще не был уверен, что знает, что такое боль. Он понимал саму концепцию. Он видел, как его отец морщится и трясет рукой после того, как случайно попадет молотком себе по пальцу. И он никогда не забудет, как корчился от боли на двадцатиметровой отметке Майлз Лофтен после того, как Кларк случайно сломал ему ребра. Но сам Кларк воспринимал боль иначе. Для него она была незначительной помехой, и только. И он знал, что это неестественно.

Суть в том, что родители всегда знали, что Кларк особенный. В детстве они наблюдали за тем, как он ходит по ферме, пытаясь поднять все, что не было прибито гвоздями. Они видели, как он бегает со скоростью света. Но эти, новые способности были другими. Они казались почти что… неестественными, словно бы из другого мира.

Отец оглядел Кларка с абсолютно бесстрастным лицом.

Над их головами вертолет выскочил из темного облака, затем вернулся обратно для еще одного захода. Начался дождь. Кларк ожидал, что сейчас отец предложит укрыться от непогоды. Но Джонатан не стал этого делать. Быть может, он считал эту беседу слишком важной, чтобы прерывать?

– Ну, – наконец начал Джонатан, – я не знаю, как это вообще возможно, но…

Мощный раскат грома заглушил жужжание лопастей вертолета. Наступившая тишина заставила их обоих посмотреть вверх. Вертолеты не перестают шуметь просто так. Кларк подумал о нунанском самолете.

Они с отцом увидели вертолет одновременно.

Он пикировал к земле возле старого амбара.

Вращаясь в подобии смертельной спирали.

Кларк подавил желание вмешаться. После случая с Полом и внедорожником он поклялся себе не совать нос в чужие дела. Он только испортит все еще больше. Внезапно Кларк испытал прилив энергии такой силы, что дернулся и случайно разломил черенок лопаты на две части.

Вертолет был всего в нескольких секундах от земли, когда Кларк швырнул обломки лопаты в сторону и метнулся к месту аварии.

– Кларк! – закричал ему вслед отец. – Подожди!

Кларк несся через поле. Его чувства разом обострились, мир словно обрел четкость. Тяжелые капли дождя застыли в небе, словно слезы. Оглушительная тишина окутала тело. Дыхание застыло в легких. В подобные моменты, когда его силы брали контроль над телом, а сознание отступало на второй план, Земля казалась меньше и уязвимее, словно бы ее законы больше не имели власти. Хотя Кларк прекрасно понимал всю иллюзорность этого ощущения. Гравитация все равно возьмет верх и притянет вертолет вниз. Столкновение с землей будет катастрофическим. Люди на борту погибнут.

Это Кларк каким-то образом нарушал правила.

Но сможет ли он нарушить их вовремя?

В отчаянии совершив длинный прыжок, Кларк оказался на месте за мгновение до столкновения и поймал посадочные опоры в миллиметрах от земли. Он крепко сжал толстые стальные шесты руками и оперся на ноги. Но огромный вес и скорость вертолета заставили колени Кларка подогнуться. Он попытался сдержать силу инерции спиной и плечами. Его мускулы напряглись, а шея склонилась вперед так сильно, что подбородок почти поравнялся с грудью.

Кларку понадобилась вся его сила, чтобы, удерживая вертолет, на коленях опуститься в грязь. Массивная машина тряслась и вырывалась. В конце концов вертолет высвободился из его хватки и с жутким грохотом рухнул набок, винты с влажным чавкающим звуком пропахали мягкую землю, и во все стороны брызнули осколки.

Вертолет остановился в нескольких сантиметрах от стены старого амбара, на краю большого кратера, всегда занимавшего эту часть фермы Кентов. Кларк в ужасе уставился на покореженное днище машины, от обломков которой поднимались дым и пар.

– Эй! – закричал он, поднимая с земли очки и надевая их обратно. – Помощь нужна?

Нет ответа.

Кларку показалось, что он снова потерпел неудачу, но через несколько секунд дым рассеялся, и он заметил человека, наполовину высунувшегося из разбитого заднего окошка.

Кларк подскочил к фюзеляжу и вытащил обмякшее тело наружу. И вовремя, поскольку в следующее мгновение остатки стекла одним куском выпали из рамы и рассыпались вдребезги, ударившись о борт вертолета. Продолжая держать парня на руках, Кларк оглядел его. Они виделись в школе. Брайан Как-то-там. Должно быть, его выбросило из кабины, когда винты вонзились в землю. Головой он пробил стекло.

Глаза Брайана были закрыты, бледные руки безжизненно повисли.

– Сынок! – донесся до Кларка голос отца. – Ты в порядке?

Чем дольше Брайан оставался без сознания, тем сильнее в животе Кларка разливалось щемящее чувство. Но наконец парень слабо застонал и, не открывая глаз, потянулся рукой к ссадине на лбу.

Облегченно вздохнув, Кларк усадил парня на землю.

Брайан открыл глаза и оглядел руки и ноги, словно пытаясь убедиться, что он все еще жив.

Кларк рассматривал темные, всклокоченные волосы Брайана. Его глубоко посаженные глаза и сутулые плечи. Он был тощим, как столб изгороди, которую Кларк с отцом только что чинили. И все же в глазах Брайана пылал огонь. Затем Кларк вспомнил, откуда он знал его. Парень был новеньким, он появился в школе совсем недавно, в самом конце учебного года.

– Что… произошло? – выдавил из себя Брайан.

– Случилась авария. – Кларк указал на землю рядом с вертолетом. – Вам повезло, что вы приземлились здесь. В грязи.

Брайан вскочил на ноги.

– Кори! – вскрикнул он, кинувшись к покореженному остову вертолета.

Из обломков осторожно выбирались еще двое. На каждом из них хватало порезов и синяков, но чудесным образом их раны не были серьезными. Одним из них был лысеющий мужчина средних лет в очках в тонкой, слегка погнутой оправе. В руке он сжимал сотовый. Стоя в грязи, он переводил взгляд с вертолета на Кларка и обратно, и было в его взгляде что-то такое, что тревожило Кларка.

Второй пассажир был не сильно старше Брайана. Но однозначно выше. И шире в плечах. Они были похожи, словно братья.

– Слава богу, что ты не пострадал, Кори! – воскликнул Брайан.

Кори подошел прямо к брату и со злостью ткнул ему пальцем в грудь.

– О чем ты только думал! Ты мог убить нас!

– Я просто хотел сделать обратную петлю, прямо как ты…

– Предполагалось, что хотя бы в этом ты должен быть хорош, Брайан! Но и пилот из тебя отстойный, да? Боже, неудивительно, что мама с папой считают тебя таким неудачником!

Брайан молча отвернулся.

Рядом показался Джонатан, после пробежки по полю он тяжело дышал. К счастью, он вклинился между братьями и произнес:

– Полегче, парни. Я уже позвал на помощь. Самое главное, что все целы.

Кларк поразился тому, как быстро изменилось поведение Кори. Еще две секунды назад он отчитывал своего брата. Сейчас же улыбался отцу Кларка словно переборщивший с кофеином продавец тракторов. Он протянул руку и произнес:

– Именно это я и пытался объяснить моему брату, сэр. Главное, что с нами все в порядке.

Джонатан настороженно пожал Кори руку.

– Меня зовут Кори Мэнкинс, – сказал он с натянутой улыбкой. – Это ваша ферма?

Джонатан кивнул.

До Кларка дошло, что это не просто какие-то братья. Это единственные наследники могущественной корпорации «Мэнкинс». Но что они делали на борту вертолета, кружившего над их фермой? Кларк покосился на мужчину средних лет в очках, который, по всей видимости, тайком фотографировал на свой телефон. Он сделал снимки покореженного вертолета, амбара, кратера, а затем сунул смартфон обратно в карман. Кларк одарил мужчину подозрительным взглядом.

Снова начался дождь. Мужчина указал на старый амбар и спросил:

– А почему бы нам не укрыться там и не переждать…

– К сожалению, у меня с собой нет ключей. – Джонатан обогнул покореженный вертолет и остановился прямо перед дверями амбара. Он схватился за проржавевший замок и оглядел полуразрушенное здание. – В любом случае крыша прогнила почти полностью. Мы можем укрыться под карнизом снаружи.

Все они сгрудились под той частью крыши, которая нависала над землей. Она была повреждена в нескольких местах, но все же защищала от дождя.

Джонатан Кент всегда до странности яро оберегал самую разрушенную постройку на ферме. Он говорил Кларку, что внутри находиться опасно. Что все здание может рухнуть в любой момент. Кларк никогда об этом всерьез не размышлял. Но теперь, заметив, как Кори и лысый в очках обменялись любопытными взглядами, Кларк задумался, не скрывается ли за этим что-то еще.

– Где же мои манеры? – произнес Кори. – Это доктор Пол Уэсли, прославленный ученый из Метрополиса. А с моим братом Брайаном вы уже знакомы. Мы втроем просто снимали атмосферные показатели, чтобы разработать график посевов.

Джонатан представился и пожал всем руки.

Кларк поступил так же. Рукопожатие ученого оказалось особенно агрессивным: он словно негласно пытался показать всем свое превосходство. Кларк подавил желание продемонстрировать парню, каким бывает по-настоящему крепкое рукопожатие.

– Слушайте, я сожалею о вашем поле, – начал было Кори, – мой отец с радостью покроет любой ущерб…

– Нет, нет, в этом нет никакой необходимости, – перебил его Джонатан, – здесь не растет ничего, кроме грязи. А амбар стоит на одной ноге. Меня больше беспокоите вы, парни. – Он повернулся к ученому. – Так значит… атмосферные показатели.

– Именно, – ответил доктор Уэсли, поправляя очки. – Моя компания специализируется на изменении генов сельскохозяйственных культур и стратегиях развития окружающей среды.

– За этим будущее фермерского дела. – добавил Кори. – Отслеживая метеорологические условия, мы сможем лучше предсказывать, когда, что и где стоит сажать. Это как борьба с болезнями и вредителями, уничтожающими урожай, только на совершенно новом уровне. Чем больше науки мы привнесем в фермерское хозяйство, тем эффективнее оно станет. А уж эффективность, я уверен, вы-то знаете… мистер Кент, не так ли?

– Именно.

– Эффективность, мистер Кент, опускает цены и увеличивает производство. Все в выигрыше.

Джонатан вежливо кивнул, но Кларк видел, что его отец настроен так же скептически, как и он сам. Кори был хорошим оратором. Но Кларк с отцом терпеть не могли людей, которые делали вид, будто знают все ответы. И неважно, насколько они богаты.

Скоро на месте происшествия показались две пожарные машины.

И «Скорая». И машина помощника шерифа округа.

Помощник шерифа Роджерс был одет в длинный желтый дождевик и после каждого вопроса выглядывал из-под слишком большого капюшона. Больше всех говорил Кори, а Кларк пытался держаться максимально отстраненно. Он стоял подле отца и время от времени поглядывал на удрученного Брайана.

Медики увели троих пострадавших при крушении к машине скорой помощи для осмотра, и помощник шерифа Роджерс проследовал туда же вместе с планшетом и ручкой. Время от времени он рявкал что-то в потрескивающую рацию.

К тому моменту, когда прибыл эвакуатор, дождь уже превратился в настоящий ливень. Кларк с отцом притулились под видавшим виды зонтом, который им предоставил помощник шерифа Роджерс. Вся команда неуклюже пыталась погрузить покореженный вертолет на эвакуатор, а Кори настаивал, чтобы они делали это в строгом соответствии с его особыми инструкциями.

Перед отъездом эвакуатора доктор Уэсли залез в кабину вертолета и вытащил оттуда какое-то подобие небольшого чемоданчика. Кларк думал, что помощник шерифа Роджерса спросит ученого о его содержимом, но дождь усилился настолько, что все, похоже, стремились побыстрее со всем закончить и укрыться в спасительной сухости своих машин.

Кларк отвел Брайана в сторонку. Рука парня теперь покоилась в перевязи наподобие той, что Пол носил в школе, а на лбу красовался свежий пластырь-бабочка.

– Ты в порядке? – спросил Кларк, указывая на руку.

– Это пустяки, – ответил Брайан, вымучивая улыбку, – всего лишь предосторожность до тех пор, пока они не смогут сделать рентген.

Зрачки Кларка расширились, и он уставился на руку Брайана. Совершенно неожиданно он осознал, что может видеть сквозь перевязь. Сквозь кожу, мускулы и сухожилия. Он обнаружил, что разглядывает кости в руке Брайана Мэнкинса – так отчетливо, словно бы их вытащили из тела парня и разложили на столе. Кларка совсем не испугало, что он может разглядывать человека изнутри. В основном ему было просто любопытно. К счастью, на его взгляд, все кости выглядели целыми. Не было никаких трещин, переломов или смещений.

– Ты вытащил меня из окна, прежде чем стекло обрушилось на меня, – сказал Брайан, потирая затылок, – ты… ты просто настоящий герой, чувак. Я мог серьезно пострадать.

Кларк фыркнул и поправил очки.

– Я точно не герой. Полагаю, я просто оказался в нужном месте в нужное время.

– Что ж… – Брайан повернулся и посмотрел на покореженный вертолет, боком лежащий на платформе эвакуатора. – Не могу поверить, что я мог вот так потерять управление. Я даже не уверен, что именно пошло не так.

– Должно быть, всему виной гроза, – предположил Кларк, – погода ухудшилась реально быстро.

– Но ветер был не таким уж и сильным. Небольшой дождик не должен был выбить меня из колеи. – Брайан повернулся обратно к Кларку и покачал головой. В свете сверкнувшей молнии Кларк разглядел на лице младшего Мэнкинса озабоченное выражение.

Следом раздался мощный раскат грома.

– Брайан! – позвал брата стоящий возле «Скорой» Кори. – Пошли. Пора ехать.

Брайан собрался уходить, а Кларк посмотрел на отца.

Джонатан Кент слышал всю их беседу.

Так же, как и доктор Уэсли.

Глава 4

Кларк стоял в душе и прокручивал в голове только что случившееся возле старого амбара. Как он пересек поле за считаные секунды. Как он поймал падающий вертолет голыми руками и каким-то образом умудрился посадить его на землю, не причинив никому серьезных увечий. Но чаще всего Кларк возвращался к своей беседе с Брайаном.

Брайан назвал Кларка героем.

Никто никогда его так не называл.

Кларк знал: он не должен использовать свою силу при посторонних, однако он не мог отрицать, что испытал радость, когда его назвали героем. Он почувствовал себя кем-то важным. Ему захотелось пойти и спасти кого-нибудь еще.

Теплая вода продолжала литься ему на затылок. Кларк осознал, что размышляет о своих стремительно меняющихся способностях. Когда он бежал навстречу падающему вертолету, он испытал внезапное желание просто… взмыть в небо. Взлететь навстречу двухтонной машине и поймать ее. В воздухе. Абсурдное желание, кто бы спорил. Люди не летают. Но желание было невероятно сильным.

– Кларк! – Донесшийся снизу голос матери рассеял чары его мечтаний. – Ужин готов!

Кларк выключил воду, насухо вытерся и направился в свою комнату, чтобы одеться. По пути вниз он представил, что могло бы произойти, если бы он продолжил играть в футбол. Кларк представил, как получает пас от квотербека, делает рывок влево, затем взлетает в воздух, чтобы преодолеть стену набегающих защитников. И не опускается вниз, пока не пересекает линию ворот в сорока метрах впереди. Забивает мяч рядом с воротами, пока защитники команды противников восхищенно смотрят на него.

Кларк представил, как Лана бешено поддерживает его со скамейки.

Представил, как ликует Глория.

Томми, Пол и Кайл поднимают его на плечи и несут в раздевалку праздновать.

Когда Кларк уселся за стол, отец передал ему миску с зелеными бобами и сказал:

– Я как раз рассказывал твоей матери, что произошло. – Джонатан покачал головой. – Я никогда не видел ничего подобного, сын. Сегодня ты спас три жизни.

Кларк засиял, снова проигрывая в голове слово «герой».

Марта Кент одарила его взглядом, намазывая масло на хлеб:

– Пока ты осторожен.

– Я просто среагировал. – Кларк положил к курице с пюре добрую порцию бобов. Мама всегда хотела для него более простой и мирной жизни. Счастливой жизни. И она беспокоилась, что однажды бремя его даров станет слишком неподъемным.

– Мама права, Кларк. – Джонатан отложил вилку. – То, что ты сегодня сделал, – начал он, – это поистине великолепный поступок. Я не сомневаюсь, что, если Монтгомери Мэнкинс узнает, что ты спас его сыновей, он позаботится, чтобы ты больше никогда ни в чем себе не отказывал до конца жизни.

Кларк отправил в рот полную вилку пюре и промямлил:

– Но…

– Но мы не хотим, чтобы ты излишне рисковал. Как я уже говорил тебе, некоторые люди в этом мире… они не любят тех, кто отличается от них.

– Это может серьезно осложнить тебе жизнь, – добавила мама.

Кларк выглянул в окно. Он знал, что его родители всего лишь пытаются защитить его, но разве честно просить его измениться, перестать быть собой, чтобы угодить ограниченным людям? Он снова повернулся к родителям:

– Я понимаю, что вы хотите сказать, но если у меня будет возможность кому-то помочь… неужели я не должен помогать этим людям?

– Ну разумеется, – ответил отец, – мы не просим тебя поворачиваться спиной к тем, кому угрожает опасность.

– Но наша главная забота – это ты, – пояснила мама.

Джонатан кивнул:

– Мне на ум приходит цитата, сынок. Из Библии. «От всякого, кому дано много, много и потребуется»[2]. Хорошо бы тебе запомнить ее.

Несколько минут они ели молча. Кларк размышлял о том, что пытались донести родители. Было очевидно, что его способности только усиливаются. И у него было чувство, что, прямо как в цитате, приведенной его отцом, однажды с большей силой придет и большая ответственность. Неужели настанет время, когда он будет вынужден воспротивиться желанию родителей? Когда ему придется выйти из тени и явить миру того, кем он на самом деле является?

Кларк украдкой взглянул на мать с отцом, затем на мгновение закрыл глаза и прислушался к приглушенным звукам своего дома. Вилки скребут по тарелкам. Дождь барабанит по тонкой крыше их маленькой кухни. Мышь крадется вдоль стены на чердаке, и жуки роют норы во влажной почве снаружи.

Этот дом.

Ферма.

Его родители…

Если с кем-то из них что-то случится…

Кларк распахнул глаза, вспоминая холодный взгляд доктора Уэсли. Те фотографии, которые он делал на свой телефон. Что он искал? И почему он искал это на ферме Кентов?

Где-то в глубине души Кларк знал, что родители правы. Быть героем довольно мило, но он не может позволить кому-либо узнать всю правду о его возможностях. Только не в том случае, если это поставит под угрозу его семью и ферму.

Глава 5

На следующее утро, когда Кларк направлялся вдоль шоссе в городскую библиотеку на встречу с Ланой – их давний субботний ритуал, – навстречу ему устремился ярко-красный спортивный автомобиль. Когда машина приблизилась, водитель свернул и направил ее прямо на Кларка, словно намереваясь столкнуть его с дороги.

Кларк и глазом не моргнул.

Он стоял на месте, глядя прямо в тонированное ветровое стекло автомобиля. Машина просвистела мимо, разминувшись с ним на миллиметры.

– Эй, я вообще-то тут стою! – закричал он вслед и направился дальше.

Кларк еще никогда не видел, чтобы кто-то столь безрассудно гонял по Двадцать второму шоссе, узкой двухполосной трассе, соединяющей Смолвилль со множеством окрестных ферм. Водитель ехал со скоростью минимум сто шестьдесят километров. Почти в два раза выше разрешенного лимита. И кто это вообще был? Кларк провел в Смолвилле всю свою жизнь и знал практически все автомобили в городе, знал, какая машина кому принадлежит и кто может быть за рулем. Разумеется, в городе была целая куча пикапов. И старых седанов. И минивэнов. Но ни у кого в Смолвилле не было ярко-красного спорткара с тонированными стеклами.

Должно быть, приезжий.

Кларк поправил лямки рюкзака и пошел дальше, пока наконец не поравнялся с «Фруктами и овощами Альвареса», крытым продуктовым прилавком, который держали Карлос Альварес и его сын Круз. Торговля шла возле шоссе сколько Кларк себя помнил, и Кенты заезжали сюда каждые выходные. На его глазах Круз Альварес из застенчивого ученика начальной школы, протягивавшего покупателям пластиковые пакеты, превратился в уверенного в себе старшеклассника, управлявшего кассой и работавшего переводчиком всякий раз, как его отцу требовалась помощь в общении с покупателями. Круз был очень высоким для своего возраста, ростом почти с Кларка. Так что большинство людей полагали, что он уже учится в университете… пока младший Альварес не открывал рот.

Кларк заметил, что отец с сыном стоят перед прилавком, уставившись на дорогу в сторону скрывшегося из глаз спорткара.

– Вы тоже это видели?

Карлос Альварес упер руки в бедра и покачал головой:

– Это очень опасно.

– Ты не видел, что это за машина была? – спросил Круз. – По форме как «Ламборджини». А может, «Астон-Мартин»? Или «Мазерати»?

Кларк пожал плечами.

– Ну уж точно не «Форд Ф-150».

– Я слышал, что «Мазерати» запросто может разогнаться до трехсот километров в час. Представляешь, насколько стремно? Меня бы, наверное, штрафовали за превышение скорости каждый день. – Круза очаровывало все сверкающее и американское. Дорогие машины. Большие, яркие дома. Блокбастеры и сплетни о знаменитостях. За долгие годы бесед с парнишкой Кларк узнал, что Круз мечтал однажды оставить прилавок с фруктами и овощами. Мечтал уехать из Канзаса и заняться карьерой, которая позволит ему завоевать хоть толику славы.

Карлос добродушно щелкнул сына по уху и жестом предложил ему вернуться к работе. Круз закатил глаза, а затем подошел к лотку с зелеными яблоками и принялся перекладывать их.

При виде Карлоса и Круза Кларк вспомнил о Глории. Они были родственниками. Глория даже проработала за прилавком все летние каникулы после девятого класса.

– Мне любопытно, – произнес он, вспоминая, что сказала ему Глория в школе, – вы слышали что-нибудь об исчезновениях людей?

Карлос убрал прилипший к помидору сухой лист.

– Да, разумеется, – кивнул он, – но некоторые молодые люди…

Он повернулся к сыну и сказал что-то по-испански.

Круз выслушал отца, затем повернулся к Кларку.

– Отец говорит, что люди зарабатывают большие деньги в корпорации «Мэнкинс». Больше денег, чем можно себе представить. И некоторые из них затем едут в Метрополис играть и покупать себе разные вещи. Отец говорит, что это плохая идея. – Круз улыбнулся и добавил, уже гораздо тише: – Лично я не вижу, что плохого в том, чтобы поднять немного деньжат. Я и сам подумываю пойти поработать на «Мэнкинс».

Карлос сказал что-то еще, Круз повернулся к Кларку и перевел:

– Хотя отец держит глаза открытыми. Он не знает, насколько безопасно нам сейчас оставаться в Смолвилле. – Круз покосился на отца, затем добавил: – Что касается меня, то я никого не боюсь. Я говорю: «Пусть приходят».

Кларк оценил отвагу парнишки.

– А что насчет полиции? – спросил он, вспомнив о предложенном законопроекте. – Они же не останавливают случайных встречных для проверки документов?

Карлос искренне удивился.

– Нет, нет. С ними все так же, как и раньше.

От этих слов Кларку полегчало на душе.

– Ну хорошо. – Он помахал своим друзьям. – Увидимся.

Все трое улыбнулись и помахали друг другу, и Кларк отправился дальше.

* * *

Примерно через километр, когда Кларк проходил мимо стоявшей вдоль шоссе большой белой церкви, он услышал, как его снова нагоняет красный спортивный автомобиль. Кларк остановился и развернулся, готовясь ко второму раунду противостояния. Но на этот раз, когда спорткар поравнялся с Кларком, водитель нажал на тормоза, и машина остановилась рядом с ним.

Несколько секунд автомобиль стоял неподвижно, его шины дымились.

Кларк попытался заглянуть внутрь через окно с пассажирской стороны, но тонировка была такой темной, что разглядеть что-либо было невозможно. А когда Кларк попытался воспользоваться своим новообретенным рентгеновским зрением, у него ничего не получилось. Он знал, что обычному человеку в подобной ситуации полагалось бы уже испугаться, но Кларк был мало знаком с концепцией страха. По большей части ему было просто любопытно. Спорткар определенно выглядел дорогим. Юноша не узнал логотип на передней решетке. Водитель был очень богат – и хотел, чтобы все это знали.

– Собираешься прятаться там весь день? – крикнул Кларк.

Окно с пассажирской стороны начало медленно опускаться вниз, и наружу высунулась голова Брайана Мэнкинса.

– Кларк! – воскликнул он. – Ты в порядке? Я пытался сказать Лексу, чтобы он не доканывал тебя таким образом.

– Брайан? – Кларк попытался заглянуть мимо Брайана и рассмотреть этого Лекса, но ему не удалось получить хороший обзор. – Вы меня едва не сшибли.

Брайан неловко улыбнулся.

– Извини, чувак. Лексу это кажется смешным. Но я заставил его вернуться, чтобы мы могли подвезти тебя.

– Мне и пешком неплохо, – раздраженно ответил Кларк.

Брайан пробормотал что-то водителю, затем повернулся обратно к Кларку.

– Серьезно, запрыгивай. Мы подвезем тебя, куда скажешь.

Поначалу Кларк колебался. Он ведь даже не знал Брайана. Или этого затейника Лекса. И он определенно не оценил шутку, которые эти двое выкинули ранее. С другой стороны, возможность прокатиться в такой машине очень привлекала.

– Я иду в библиотеку в центре, – сказал он.

– Твою мать, чувак, мы все равно в центр и направлялись. Запрыгивай.

Кларк протиснулся мимо Брайана на тесное заднее сиденье. Стянул со спины рюкзак, положил его на колени и пристегнул ремень. Затем посмотрел на водителя, Лекса, в зеркало заднего вида. Молодой белый парень, не сильно старше Кларка или Брайана, вот только одет словно какой-то важный бизнесмен. Спортивный пиджак и рубашка с воротничком. У него были кудрявые волосы и дорогие с виду дизайнерские солнечные очки.

Он был из тех парней, кого Лана могла бы описать как привлекательного.

Он был из тех парней, кого Кларк назвал бы мягким.

Внутри машина выглядела так же эффектно, как и снаружи. Кожаные сиденья, куча электроники. Огромный сенсорный экран, занимавший больше половины приборной панели. Кларк в жизни не видел машины круче. По правде говоря, она больше напоминала космический корабль, чем что-то еще. Кларк задумался, нет ли у спорткара еще и автопилота для полного комплекта.

– Это тот самый парень, что тебя спас? – спросил Лекс, пихая Брайана. Спорткар явно принадлежал Лексу. Парень чувствовал себя за рулем столь дорого выглядящей машины как дома.

– Да, это он. – Брайан повернулся к Кларку. – Напомни свою фамилию еще раз.

– Кент. Кларк Кент.

Брайан кивнул.

– Точно. Кларк Кент, познакомься с моим приятелем Лексом Лютором. – Он хлопнул водителя по плечу. – Лекс, познакомься с Кларком.

Лекс втопил педаль газа в пол.

Машина разогналась с головокружительной скоростью, и всю троицу утопило в спинки сидений. Брайан развернулся и широко раскрытыми глазами взглянул на Кларка.

– Ты когда-нибудь чувствовал такую мощь? – спросил он, перекрикивая рев ветра, хлещущего внутрь сквозь открытое окно.

– Она очень быстрая, – согласился Кларк, поражаясь тихому двигателю. Он разгонялся до такой скорости на своих двоих, но еще никогда не испытывал подобных скоростей, сидя в машине. Было странно не чувствовать контроля.

Лекс убрал ногу с педали газа и позволил машине начать медленно сбрасывать скорость.

– В библиотеку, ты сказал?

– Если тебя это устраивает, – ответил Кларк.

Лекс указал на Брайана.

– Ты спас жизнь этому парню, ты заработал право на бесплатный проезд.

– Спасибо, – ответил Кларк, – но на самом деле я никого не спасал.

– Я уже говорил тебе, – произнес Брайан, – он просто отказывается признавать свои заслуги.

Лекс снова взглянул на Кларка в зеркале заднего вида.

– Так что произошло?

Кларк знал, что ему нужно будет расставить все точки над «i» до того, как поползут первые слухи.

– Я работал на ферме с отцом… мы оба увидели, что вертолет падает, и побежали на помощь. – Он хлопнул Брайана по плечу. – Все в порядке?

Брайан кивнул.

– Мне даже не нужно носить ту перевязь.

Кларк облегченно откинулся на сиденье.

– Полагаю, нам всем крайне повезло.

– Удача, ну да, наверное, в этом все дело. – Лекс ускорился, обгоняя грохочущий грузовик. – Наверное, та же удача, что сопутствовала тебе на футбольном поле в девятом классе, да? Я читал, что ты забил тридцать три тачдауна в шести играх. Пожалуй, ты просто благословлен удачей.

Кларк был ошарашен. Какой-то богатый мажор за рулем дорогой тачки цитировал его футбольную статистику.

Брайан повернулся к Кларку.

– Боже, это правда?

Кларк пожал плечами.

– Думаю, я просто не любил, когда меня пытались остановить. Так что я бежал. Так быстро, как только мог. В любом случае, это всего лишь школьный футбол.

– А почему ты бросил играть? В этом году у команды отвратительные результаты, не так ли? Обычно же они хорошо играют, разве нет?

– Ага. – Кларк похлопал по рюкзаку. – Но мне больше нравится бороться с книжками. Сотрясение мозга звучит довольно жутко.

Брайан повернулся к Лексу:

– Откуда ты знаешь его статистику?

Лекс улыбнулся.

– Ты что-нибудь слышал об этой новой штуковине, Брай? Называется интернет. Тебе следует как-нибудь попробовать ей воспользоваться.

Брайан улыбнулся.

– Чувак, должно быть, у тебя просто куча времени, если ты можешь позволить себе копаться в статистике футбольной школьной команды двухлетней давности.

Лекс ухмыльнулся, продолжая не сводить взгляда с дороги.

– Ага, я всех гуглю. Когда ты рассказал мне, что сделал Кларк, разумеется, я нарыл на него инфу.

Брайан оглянулся на Кларка и закатил глаза.

– Это ни разу не стремно. В любом случае, Кларк, ты, должно быть, очень силен, раз тебе так часто удавалось забегать в зачетную зону. В чем твой секрет? Тягаешь штангу каждый день? Копаешь коровий навоз на ферме?

Кларк пожал плечами. Он знал, что Брайан просто пытается шутить, но подобные шуточки никогда ему не нравились. По крайней мере, из уст чужаков. Только настоящие фермерские дети могли откалывать столько деревенских шуток, сколько им вздумается. Таков порядок.

– Кажется, я был в зале несколько раз, – ответил он, – но по большей части все дело в кухне моей мамы. Сплошные мясо и картошка.

– Мне надо сменить диету, – сказал Брайан, ощупывая бицепс. – Тартар из тунца меня до добра не доведет.

По правде говоря, Кларк перестал тягать штангу еще в девятом классе, как только понял, что в этом нет необходимости. Тогда он тоже был довольно тощим. Но его реальная сила всегда не соответствовала внешним данным.

Брайан принялся возиться с сенсорным экраном на приборной панели. Отыскав хип-хоп по спутниковому радио, он сделал музыку громче.

Лекс немедленно убавил звук.

– Когда мы сидим в твоем самолете, можешь слушать эту дрянь. Но когда мы едем в моей машине, то слушаем только хардкор. – Он сменил радиостанцию, и салон заполнили звуки рок-мелодии. Лекс убавил громкость настолько, чтобы они по-прежнему могли разговаривать. – Ты знал, что у этого парня даже водительских прав нет? – спросил он, поглядывая на Кларка в зеркало заднего вида.

– В Метрополисе большинство людей не водят машины, – ответил Брайан.

– Я же вожу, – возразил Лекс.

– Да, чтобы похвастаться своей тачкой. – Брайан повернулся к Кларку. – Нормальные люди ездят на метро. Или заказывают такси. Или идут пешком. К тому же у меня есть лицензия пилота.

Кларк слышал, что, прежде чем перевестись в Смолвилль-Хай, Брайан учился в престижной частной школе в Метрополисе. По слухам, брат Брайана, Кори, окончил колледж в Швейцарии, как и их отец.

– Как вышло, что ты уехал из Метрополиса? – спросил Кларк. Многие люди задавались этим вопросом после того, как Брайан показался на пороге их школы в самом конце учебного года. Особенно после того, как узнавали, кто он такой.

На несколько мгновений Брайан замолчал, его лицо посерьезнело.

Лекс покосился на друга, словно ему было интересно, как тот справится с вопросом.

– Там было не так много возможностей для полетов, – наконец ответил Брайан, не глядя на Кларка. – Не то чтобы здесь их навалом. Но это все, чего я хочу в последнее время.

Судя по выражению лица Лекса, Брайан не рассказал всей правды. Но Кларк решил не настаивать.

Лекс немного сбавил скорость перед поворотом с двадцать второго шоссе на Мейн-стрит. Они проехали мимо нескольких старых смолвилльских заведений – «Кофейни Хоуи», «Скобяных товаров Рэнди», «Салуна старика Винтера» – а затем потянулись новые места. Гастроном и аптека, что открылись зимой. «Яванский склад». Тайский ресторан, в который Лана уже несколько месяцев пытается вытащить Кларка. Большой магазин игрушек, такой новый, что даже вывеской пока не обзавелся.

Когда они проезжали мимо большой стройки напротив мэрии, Брайан указал на нее рукой.

– Вот он, – с сарказмом произнес он, – дом, милый дом.

Будущая штаб-квартира корпорации «Мэнкинс» напоминала Кларку о парне в коричневом, который угнал внедорожник и направил его прямо на Пола, всякий раз, как попадалась на глаза. Стена, о которую тот разбил машину, все еще была сильно повреждена. Но теперь Кларк заметил еще одну деталь. Возле стены не было следов протекторов. Парень даже не думал тормозить. Может, именно стена перед новой штаб-квартирой «Мэнкинс» и была его целью все это время?

Но почему?

– Стройка же уже почти завершена, не так ли? – спросил Лекс.

Брайан кивнул.

– Я думаю, они собираются устроить церемонию открытия на следующей неделе или около того. Не сомневаюсь, это будет грандиозное зрелище, но какая разница.

Когда Лекс подъехал к ступенькам лестницы, ведущей в библиотеку, все трое посмотрели на здание мэрии напротив. Рядом с ним устроили пикет около дюжины мексиканцев, мужчины и женщины.

– Что вы думаете о новом законопроекте? – спросил Кларк. Вопрос был провокационным, но ему казалось важным, как эти двое на него ответят.

– Закон о задержании и обыске? – уточнил Брайан. – Это очень жестоко. Вот что я скажу: если здесь примут что-то подобное, то Смолвилль – точно город не для меня.

– Да, в Метрополисе ничего подобного и предлагать бы не стали, – добавил Лекс, – это все заморочки маленьких городков.

Обычно Кларк вставал на защиту родного города, когда кто-то начинал критиковать Смолвилль, но на этот раз все обстояло иначе. Брайан был прав. Если в Смолвилле примут подобный закон, это будет печально. Так что Кларк просто сидел и смотрел, как люди молча ходят возле здания мэрии, размахивая транспарантами. Некоторых он узнал. Один парень работал в расположенной прямо за городской чертой компании по поставке корма для скота и запчастей для тракторов. Другая женщина была новой учительницей в его школе. Лидер протестующих по виду был не шибко старше Лекса. У него была козлиная бородка и колючие черные волосы, и он, похоже, руководил всеми передвижениями собравшихся.

– Мы проголосуем против закона, – сказал Кларк, почувствовав прилив уверенности, – я верю в жителей Смолвилля.

К протестующим с противоположной стороны дороги подошел пожилой белый мужчина в костюме, в руке он держал пакет из магазина. Кларк с удивлением отметил, что мужчина принялся раздавать собравшимся бутылки с водой.

– Один из ваших? – спросил Лекс.

Брайан кивнул.

– Отец посылает им и еду. И именно он спонсирует новую кампанию «Выходи на улицу и голосуй».

Кларк был искренне впечатлен тем, что кто-то вроде Монтгомери Мэнкинса с его богатством проявляет заботу о том, как обращаются с куда менее удачливыми людьми, чем он. Хотя, казалось бы, чего проще для такого парня просто сидеть в своей башне из слоновой кости да считать деньги.

Брайан вышел из машины и сложил переднее сиденье. После того как Кларк вместе со своим рюкзаком выбрался наружу, Брайан пихнул его в плечо:

– Слушай, я тут подумал… Почему бы тебе не поужинать с нами завтра вечером во «Всеамериканской закусочной»?

Вопрос застал Кларка врасплох.

– Конечно, – ответил он, – во сколько?

– В семь тридцать?

– Отлично. Увидимся там. – Кларк повернулся и направился к библиотеке.

– Эй, Кларк! – окликнул его Брайан.

Кларк повернулся обратно.

– Постарайся не потянуть мышцы, пока будешь там готовиться, хорошо? – Брайан забрался обратно в машину, захлопнул дверь, и красный спорткар умчался прочь.

Кларк видел, как машина проскочила ближайший перекресток, музыка Лекса теперь орала из открытого окна. Брайан не рассказал, почему на самом деле покинул Метрополис, и тут до Кларка дошло, что он не имеет понятия, что забыл здесь и Лекс. Тот явно не походил на парня из глубинки. У Кларка возникло ощущение, что чем больше он узнаёт этих двоих, тем больше вопросов они у него вызывают.

Глава 6

Перепрыгивая по две ступеньки за раз, Кларк поднялся ко входу в библиотеку и обнаружил, что Лана ждет его сразу за дверями. Прежде чем он успел что-либо сказать, она затащила его в пустую комнату и закрыла дверь.

– Давай, выкладывай, – произнесла она, присаживаясь за длинный стол для конференций. Она распустила волосы, на ней был синий сарафан, который Кларк не видел раньше. Девушка сняла наушники и добавила: – Я хочу знать все, Кларк.

Кларк положил рюкзак на стол и сел напротив.

– О чем?

Лана одарила его недобрым взглядом.

За последние пару лет библиотека стала местом Кларка и Ланы. Все началось вскоре после того, как Кларк ушел из футбольной команды. Лана заметила (потому что Лана замечает все), что ее друг выглядит потерянным. И может, слегка одиноким. Возможно, подавленным. Так что одним субботним утром она появилась на пороге их фермы и сказала: «Кларк Кент, ты идешь со мной». Он и пошел. С тех пор они поступали так почти каждые выходные. Библиотека была не самым тусовочным местом на земле, так и они не всегда занимались домашкой. Иногда они тайком проносили еду в тихую комнату и сплетничали за обедом. Или же Лана тестировала на нем идеи для статей. А бывало, они просто смотрели случайные видео на ее планшете.

Но сегодня была не обычная суббота. Кларк оказался замешан в самом крупном происшествии дня, а Лана терпеть не могла оставаться в неведении.

– Полагаю, ты уже слышала о крушении вертолета, – начал он.

– Разумеется, я слышала о крушении вертолета, – ответила она, – я в курсе всего, что творится в этом городе. И ты это знаешь.

Кларк и правда это знал. Если какой-то девятиклассник изменил подружке на вечеринке, Лана это знала. Если стадо свиней потерялось на одной из окрестных ферм, Лана это знала. Однажды она разведала, что отца Кларка пригласили выступить на конференции по сельскому хозяйству и животноводству в Университете штата Канзаса прежде него самого.

– Хорошо, – ответил он, – но сперва – ты не поверишь, как я сюда добрался.

Лана прищурился.

– Не пешком?

Он покачал головой.

– Парень по имени Лекс подбросил меня на своей роскошной красной спортивной машине. С ним был Брайан Мэнкинс.

– Брайан Мэнкинс! – воскликнула Лана. – Парень, который и двух слов никому не сказал с тех пор, как появился у нас в прошлом месяце?

Кларк кивнул и приложил палец к губам. Две пожилые леди неодобрительно хмурились, поглядывая на них из-за стеллажей в дальнем конце тихой комнаты. Но ему не особо удалось погасить энтузиазм Ланы.

– Ты же знаешь, что его выставили из частной школы? – продолжила она, не снижая голос.

– Правда? А что он сделал?

– Никто не знает, – Лана покачала головой. – А он сам не спешит пролить на это свет.

Кларк задумался: что такого мог натворить Брайан? Может, что-то действительно серьезное?

– Это Брайан был за штурвалом вертолета, который разбился на нашей ферме, – шепотом произнес Кларк, надеясь, что Лана уловит намек. – Мне кажется, что из-за грозы он потерял управление, или что-то в этом роде. По счастью, они приземлились в грязь и никто не пострадал.

– В статье, что я читала, не упоминалось ничьих имен, – Лана все же понизила свой голос. – Готова поспорить, что его отец сделал парочку звонков, чтобы сохранить личность пилота в секрете. С ним был кто-нибудь?

– Старший брат, Кори. И какой-то ученый по имени доктор Уэсли.

– Доктор Уэсли, – пробормотала Лана, – доктор Уэсли, почему мне так знакомо это имя? – Она наклонилась поближе к Кларку. – И зачем они вообще летали над вашими владениями?

Кларк пожал плечами:

– Они сказали, что делали какие-то атмосферные замеры.

Лана громко рассмеялась.

– Ага, очень правдоподобно.

– Ты в это не веришь. – Кларк сам считал это довольно странным. Но корпорация «Мэнкинс» сделала целое состояние на передовых технологиях для фермерского дела. Недавно компания разработала какой-то сверхсекретный «минерал», который кардинально влиял на рост урожая. И все семейные фермы, которые пользовались генетически модифицированными семенами «Мэнкинс», сообщали о рекордных урожаях. Так что Кларк допускал, что Мэнкинсы правда могли делать какие-то атмосферные замеры.

Лана откинулась на спинку стула.

– Слушай, я поняла. Мэнкинс сделал много хорошего для округи.

– Но…

Лана на несколько мгновений уставилась в стол, затем подняла взгляд на Кларка:

– Ты никогда не задумывался, что его компания… немного слишком хороша, чтобы быть правдой. «Мэнкинс» выкупила целую прорву семейных ферм. Разве мы не должны задаваться вопросом, зачем они ей?

Кларк тоже откинулся на спинку стула.

– Ты говоришь прямо как мой отец. Он тоже гадает, какого рода химикаты «Мэнкинс» может сливать в нашу воду.

– Хороший репортер никогда ничего не принимает за чистую монету. – Лана начала доставать из сумки учебники, но Кларк знал, что эта беседа еще далека от завершения. – Теперь выкладывай про эту аварию, – продолжила она.

Кларк подробно пересказал ей все произошедшее, умолчав, разумеется, о том, как он голыми руками поймал падающий вертолет и усадил на землю. Когда он закончил рассказывать, Лана спросила:

– То есть ты, по сути, спас этих ребят из горящего вертолета?

– Я помог Брайану выбраться из кабины, только и всего. Ничего не горело. Был лишь легкий дымок.

– Кларк, помоги мне! Это же отличная передовица для последней школьной газеты в этом учебном году. «Местный сердцеед спасает троих из взорвавшегося вертолета».

Кларк рассмеялся, пытаясь скрыть раздражение. У Ланы был талант в придумывании подобных дурацких заголовков. Но неужели она действительно считала его «сердцеедом»?

– Ты опасно приблизилась к фейковым новостям, – предупредил он, – честно, я всего лишь оказался в нужном месте в нужное время. Или не в том месте, это как посмотреть. Фишка в том, что мы с отцом успели вовремя сообщить об аварии, и они отправили на место катастрофы помощника шерифа Роджерса, «Скорую» и эвакуатор. По счастью, никто не пострадал.

Лана недоверчиво покачала головой.

– Поверить не могу, что ты спас Брайана Мэнкинса. Наверное, тебе к окончанию школы уже подготовили рабочее место.

Кларк засмеялся.

– Отец тоже так говорит.

Он покачал головой, вытащил из рюкзака учебник по психологии и положил перед собой, но открывать не стал.

– В любом случае, мы с ним завтра ужинаем вместе.

– Погоди, вы что?

Они встретились с Ланой взглядами.

– Ага. Мы идем во «Всеамерику». Мы двое и этот парень, Лекс, что подвез меня сюда.

– Ты идешь ужинать с Брайаном? Кларк, ты утаиваешь существенные факты. У нас так много вопросов к нему!

– У нас? – Кларк не удержался от улыбки.

– Слушай, после того как мы немного позанимаемся, я научу тебя всему, что знаю об искусстве интервью. Когда вы закончите с ужином, мы все узнаем об этом парне и его загадочной семье. Ну, как только ты обо всем расскажешь мне, разумеется. – Лана переложила книги на своей половине стола так, чтобы ближайшим к ней оказался учебник по математике. Она взглянула на Кларка. – Знаешь, для крошечного городка у нас тут слишком много чужаков в последнее время. Этот Лекс на спорткаре. Доктор Уэсли. Даже я утром повстречала в кофейне симпатичного незнакомца.

Кларк удивился, что Лана вообще может охарактеризовать кого-то как «симпатичного». Большую часть времени она даже не замечала, как кто-то пытается с ней флиртовать.

– Так что за парень из кофейни? – поинтересовался он.

– Он стоял в очереди впереди меня, и когда я подошла к прилавку, бариста сказал, что предыдущий покупатель оплатил и мой заказ. А когда я обернулась, он помахал мне и сказал, что ему нравится мое платье. – Она с улыбкой изобразила, как он ей помахал. – Мы поговорили всего несколько секунд, потом ему позвонили, и он сказал, что ему нужно бежать. Он был весь такой деловой и вкрадчивый, но определенно симпатичный.

Кларк внезапно почувствовал странную ревность, сам не понимая, почему. В глубине души он хотел направиться прямиком в кофейню и провести собственное интервью. Он не мог позволить, чтобы какой-то вкрадчивый парень якшался с его лучшим другом.

– Ты что, даже не узнала его имени? Что же ты за репортер такой…

– У нас не было времени, чтобы представиться, – перебила его Лана, – я клоню вот к чему: почему в Смолвилле в последнее время появилось столько загадочных незнакомцев? Это довольно странно, тебе не кажется?

– К слову, о странностях, – заговорил Кларк, обрадовавшись возможности перевести их беседу в другое русло. – Ты ничего не слышала о том, что в Смолвилле исчезают… люди?

– Люди исчезают? – Лана снова заговорила громким голосом.

– Сочту это за отрицательный ответ. Кое-кто походя упомянул это при мне, и я подумал…

– Если бы в Смолвилле пропал хоть кто-то, – сказала она, наспех собирая волосы в хвост, – уж я бы точно об этом знала.

Кларк саркастически кивнул.

– Ага. Точно так же, как ты знала, что это Брайан Мэнкинс сидел за штурвалом вертолета, который разбился на нашей ферме.

Лана одарила его игривым взглядом.

– Неважно, Кларк. Это совершенно другое.

Она открыла учебник по математике и начала перелистывать страницы.

– Я хочу сказать, мы конечно же можем расследовать любые слухи о возможных исчезновениях людей. Я просто ничего не слышала.

Кларк улыбнулся и тоже открыл учебник по математике. Он с готовностью хватался за любую возможность поставить Лану в затруднительное положение. Обычно все обстояло с точностью до наоборот.

– Я распишу тебе стратегию ведения интервью, – пообещала Лана, глядя на Кларка, – но сперва… С чего начнем сегодня? С теоремы об экстремальных значениях или метода Ньютона?

Кларк вытащил из учебника сложенный лист с домашним заданием и раскрыл его. С учетом всего, что творилось в последнее время в Смолвилле, было облегчением временно вернуться к математике.

Глава 7

«Всеамериканская закусочная» славилась двумя вещами – дешевыми и большими порциями жареной картошки и добродушным владельцем, который, кажется, никогда не переставал улыбаться. Однако, несмотря на название ресторана, его владелец вовсе не был стопроцентным американцем. Давид Баез был одним из первых мексиканских иммигрантов в городе. Он переехал в Смолвилль из Оахаки в шестидесятые, да так и осел здесь. Со временем он женился на местной женщине, завел большую семью и получил гражданство. Нескончаемые шутки Дейва, его привычка раздавать бесплатные молочные коктейли и близость забегаловки к старшей школе Смолвилля привели к тому, что это место почти никогда не пустовало. Особенно после школьных занятий и по выходным.

Сегодняшний день не стал исключением.

Как только Кларк вошел внутрь, он тут же заметил, что все столики заняты.

А затем он увидел Глорию Альварес.

Она обслуживала столик в дальнем конце шумной закусочной, широко улыбаясь группе футболистов. По большей части это были бывшие товарищи Кларка по команде, в том числе Томми, Пол и Кайл. Он подумал, что если бы не ушел из команды, то сегодня сидел бы в центре их компании. Обменивался шуточками с остальными. Разговаривал с Глорией.

Но он больше не играл в футбол, так что мог лишь наблюдать за происходящим со стороны.

Как и всегда.

Кларк на несколько секунд успешно воспользовался своим суперслухом и подслушал их беседу. Ну разумеется, все они соперничали за внимание Глории. Она что-то ответила им, и за футбольным столом грянул дружный приступ смеха.

Глядя на то, как она смеется вместе с его бывшими товарищами по команде, Кларк почувствовал легкий укол зависти. Но по крайней мере она казалась счастливой. В последний раз, когда он ее видел, Глория давилась слезами.

Глория подхватила пару пустых тарелок, затем развернулась и поспешила в кухню. Должно быть, Кларк смотрел на своих бывших товарищей слишком долго, потому что теперь Томми приветственно махал ему. Кларк нехотя направился к их столику.

Он заметил, что Пол теперь носил куда более легкую перевязь. Хороший знак. Его состояние улучшалось.

– Кларк, – окликнул его Томми, – присоединишься к нам?

– Или теперь ты и сидеть с нами больше не можешь? – пошутил Пол.

Парочка игроков рассмеялась.

Кларк добродушно улыбнулся и оглядел компанию, теснившуюся за столом. Даже если бы он и хотел к ним присоединиться, ему попросту не нашлось бы места. За столиком могли разместиться пять человек обычного размера, но сейчас за ним сидели четверо огромных нападающих университетской команды, защитник, двухметровый квотербек, и гигантский хафбек. Перед каждым стоял огромный стакан лимонада.

– Я бы с радостью, – сказал Кларк, – но я встречаюсь с другом.

– С кем-то из сборной по дебатам, – мрачно пошутил Кайл.

– Аккуратнее, – предостерег его Пол, покосившись на собственную перевязь, – не то он и тебя в травмпункт отправит.

Футболисты согласно кивнули, и правый полузащитник по имени Бобби Хэнсон сказал:

– Не проблема, если ты не хочешь играть, Кларк. Но тебе обязательно было вот так выводить из строя Полли? У нас из бэкфилдов остался один лишь чертов девятиклассник.

– Я скоро вернусь в строй, – пообещал Пол, – поверьте мне.

– Ребята, вы не могли бы дать Кларку передышку? – спросил Томми. – Он извинился за то, что приключилось с Полом, сколько, всего сотню раз?

Пока парни тихо переругивались между собой, Кларк посмотрел на своего бывшего друга. Они с Томми были дружны в девятом классе. Томми пробивал бреши в линии защиты противника, сквозь которую прорывался Кларк. Тогда они частенько сидели вместе после тренировок и обсуждали, как тяжело им совмещать футбол с работой на ферме. Томми хотел быть ветеринаром, Кларк – фермером, как и его отец. У них было так много общего. Просто удивительно, как быстро все меняется.

Кларк огляделся по сторонам, пытаясь найти повод улизнуть. Дело было не в том, что ему не нравились эти парни. Наоборот, эти парни ему очень нравились. И он знал, что где-то в глубине души они тоже любили его. Но так обстоят дела в команде. Пока вы вместе сидите в траншеях и сражаетесь за общую цель, вы братья. Но как только ты уходишь из команды, о тебе забывают. В случае с Кларком все было еще хуже, поскольку он был лучшим игроком на поле. И он ушел не потому, что получил травму или был отчислен за неуспеваемость. С их точки зрения, Кларк просто бросил их.

Кларк заметил Брайана в противоположном углу закусочной. Когда он уже намеревался направиться туда, впервые за все время подал голос квотербек Кертис Бейкер:

– Кларк, ты же заглянешь к Томми в пятницу вечером, правда? Его семья продала ферму, так что мы устраиваем прощальную вечеринку в память о старых временах. Устроим этому месту достойный отходняк.

Кларк знал о вечеринке. Все знали. Вот только он не ожидал особого приглашения. И поскольку его пригласил основной квотербек, все остальные согласно закивали.

– Да, – ответил он, – скорее всего, я забегу на огонек.

– Ты только предупреди нас, что тебе понадобится, – добавил Пол. – Цельное молоко. Двухпроцентное. Обезжиренное. Видишь, мы обо всем позаботились, Кларк.

Все остальные рассмеялись.

Шутка про «молокососа» совсем не задела Кларка. Скорее уж он почувствовал ностальгию по прежним временам. Он скучал по вечеринкам, которые родители Томми закатывали на своей ферме после каждой домашней игры. По пицце, которую они ели. И по газировке, которую они пили. Но поскольку Кларк никогда особенно не любил лимонад, он постоянно просил вместо него молоко. И это быстро стало поводом для постоянных шуточек в команде.

Кларк обменялся рукопожатиями с Томми и парочкой других ребят и пошел дальше.

Ему повезло – по пути к столику Брайана он столкнулся с Глорией. Их взгляды пересеклись и задержались на два или три кратких мгновения, после чего она повернулась обратно к столику, за которым сидела компания старожилов. Кларк наблюдал, как она общается с Келлерами и Смитами, двумя пожилыми парами, посещавшими закусочную почти каждый вечер. Они ели пироги, пили кофе и играли в карты. Большинство владельцев ресторанов не позволили бы им часами занимать столик, но Давиду Баезу нравились эти посетители. Порой он даже присоединялся к ним на раздачу-другую, а иногда и вовсе угощал их за счет заведения.

Кларк шумно вздохнул: он находился достаточно близко к Глории, чтобы уловить аромат ее цветочного шампуня. Она вытащила из-за проколотого в нескольких местах уха карандаш и записала заказ старичков (можно подумать, она его не знала наизусть), засунула карандаш обратно и направилась к кухне. При виде всего этого у Кларка желудок скрутился в узел. Неужели его действительно может так возбудить зрелище того, как кто-то принимает заказ? И засовывает карандаш за ухо?

– Кларк, – поприветствовал его Брайан, поднимаясь из-за стола, – рад, что ты смог выбраться.

Кларк обменялся с ним рукопожатием и сел напротив.

– А где Лекс?

– В последнюю минуту сказал, что не сможет прийти. С ним такое часто бывает. – Брайан указал на лежащее перед Кларком меню. – Полагаю, он просто не способен по достоинству оценить совершенство резинового стейка из забегаловки.

– Ты пробовал их здесь? – спросил Кларк. – Они хороши.

– Я пробовал только бургер. И картошку. Но ты прав… еда здесь действительно неплоха. – Приняв серьезный вид, Брайан принялся изучать меню. – Слушай, я что хотел сказать… Я благодарен за то, что ты помог мне выбраться после того, как мы рухнули на вашу ферму. Далеко не каждый смог бы среагировать так быстро. Так что спасибо тебе.

Кларк с улыбкой кивнул.

– Всегда пожалуйста, – ответил он, чувствуя, как к лицу приливает кровь. Он принялся рассматривать свой экземпляр меню.

Пока Брайан молча изучал доступные ему опции, Кларк огляделся по сторонам в поисках Глории. Она получала готовый заказ у окошка выдачи. Он проследил за тем, как девушка грациозно забрала еду, каким-то образом донесла четыре огромные тарелки до нужного столика и расставила их перед семьей, сидевшей за ним, не обронив ни листика, ни кусочка. Искренне улыбнувшись посетителям на прощание, Глория направилась к другому столику.

Отведя взгляд от Глории, Кларк обнаружил, что Брайан пялится прямо на него.

– Что?

Брайан указал в сторону входа в ресторан, рядом с которым Глория подливала кому-то кофе.

– Только не говори, что ты тоже запал на эту хостес.

Кларк слегка повернулся, чтобы разглядеть стойку администратора, за которой Мойра ДеМейер, высокая светловолосая девятиклассница, протирала меню. В средней школе они с Ланой были друзья не разлей вода, но с тех пор не общались. Кларк знал, что Мойра была одной из самых популярных девчонок в школе, и несколько лет назад она внезапно разорвала все отношения с Ланой в угоду группе «крутых девиц». И Кларку это не очень понравилось.

– И близко нет, – ответил он, – я просто думал о том, как много здесь народу. Все столики заняты.

Брайан хохотнул.

– Хорошо. Немного раздражает видеть, как каждый парень в школе волочится за ней, словно неразумный щеночек.

– Именно, – ответил Кларк. Он отложил в сторону меню и попытался сменить тему разговора. – Так что, Лекс часто тебя так кидает?

– У него было какое-то важное телефонное совещание, которое он не мог пропустить. Не знаю. По правде говоря, этот парень постоянно что-то мутит, пытаясь придумать новый способ захватить мир.

Кларк внимательно изучал Брайана, прокручивая в голове инструкции Ланы на тему того, как, по ее мнению, Кларк должен вести себя на этом ужине. Однако теперь, когда за столиком оказались только они вдвоем, ситуация несколько изменилась. Поэтому он просто положился на интуицию.

– Он же не живет здесь, не так ли?

– Лекс? – Брайан громко рассмеялся. – О, это смешная шутка. Нет, Лекс никогда бы не стал жить в месте наподобие Смолвилля. Без обид. – Брайан наклонился поближе. – По правде говоря, он вляпался в кое-какие неприятности в Метрополисе. Ничего серьезного. Но его отец решил, что Лексу какое-то время стоит побыть подальше от города, пока буря не стихнет. И он предложил Смолвилль. – Брайан откинулся на спинку стула. – Наши отцы учились вместе в колледже.

Кларк поразился тому, как много рассказал ему Брайан. В школе он по большей части держался особняком. Все считали, что он сторонится остальных из-за положения отца. Кларк решил поднажать:

– Лекс работает на вас, пока он здесь?

– О нет, Лекс не работает на моего отца. Как и я. – Брайан взялся за меню, но сразу же отложил его в сторону. – Я не мой брат. Вот его с детства готовят к тому, что со временем он унаследует всю компанию.

– А что насчет того ученого, который был с вами?

– Доктор Уэсли? Отец никогда бы его не нанял. – Брайан огляделся по сторонам и убедился, что их не подслушивают. – Он довольно стремный парень. Прежде чем переехать в Смолвилль, он провел несколько лет в тюрьме.

Это откровение удивило Кларка.

– За что?

– Мне кажется, что он как-то связан с несколькими довольно мутными гангстерами в Метрополисе. Они финансировали все его исследования. – Брайан покачал головой и снова взялся за меню. – В любом случае, у него есть собственная компания. Кори настоял на том, чтобы привлечь его к работе над рядом сторонних проектов. Разумеется, Кори вынужден платить из своего собственного кармана, потому что отец с ума бы сошел, если бы узнал, что они сотрудничают.

Беседа текла своим ходом. Кларку казалось, что он узнал кучу новой информации о Лексе и корпорации «Мэнкинс». Но настало время переключиться на Брайана.

– Так, а почему ты не работаешь на своего отца? Теперь, когда ты вернулся из Метрополиса…

– Послушай, Кларк, – резко перебил его Брайан. – Я должен быть честным насчет кое-чего.

– Я слишком много выспрашиваю, – ответил Кларк, – прости.

– Дело не в этом, – возразил Брайан. Он скрестил руки на груди и отклонился назад, опираясь на плюшевую обивку стены. – Дело в том… когда речь заходит о компании моего отца…

Речь Брайана прервала официантка. Она подошла к их столику и спросила:

– Вы готовы сделать заказ?

Кларк разочарованно посмотрел на женщину. Он-то надеялся, что их обслужит Глория. Они оба заказали по стейку с жареной картошкой. Брайан еще заказал вишневую колу. Официантка записала заказ и подытожила:

– Я немедленно передам ваш заказ на кухню.

– Так, на чем я там остановился? – переспросил Брайан после того, как она удалилась. – А, точно. Семейный бизнес.

Кларк почувствовал себя паршиво и попытался отмахнуться:

– Если это слишком личный вопрос…

– Нет, позволь мне прояснить ситуацию, – перебил его Брайан. Несколько долгих секунд он смотрел на Кларка, и в его глубоко посаженных глазах скрывалось до странности знакомое чувство. Может, одиночество? Смущение. – Компания моего отца… Честно, она никак не связана со мной. Это его детище. Мой брат всегда отчаянно стремился стать ее частью. Но я, понимаешь, я – самостоятельная личность. Я хочу заниматься своим делом.

Кларк кивнул. Ему казалось, что Брайан пытается выдать желаемое за действительное. Корпорация «Мэнкинс» принесла отцу Брайана богатство и могущество. И Кларк не сомневался, что успешность компании повлияла на всю жизнь Брайана. Не могла не повлиять.

– Тут вот какое дело. – Брайан поерзал на стуле и облокотился о стол. – Мы же не выбираем, где нам рождаться, верно? Или когда. Или в какой семье. Все это просто случается с нами. И поэтому люди не должны судить нас только за это, к добру или худу. В Смолвилле уважают компанию моего отца, ценят все его благотворительные проекты, его усовершенствования в фермерском хозяйстве. И я искренне горжусь тем, сколько добра приносит округе наша компания. Мне бы ничего не стоило просто оседлать эту волну и выехать на одном лишь имени нашей семьи. Но я хочу найти свой собственный путь, самостоятельно добиться успеха. Понимаешь, о чем я говорю?

– Понимаю. – Кларк знал, что его родители хотели бы, чтобы однажды он унаследовал их ферму. И он верил в то, что фермерство – это весьма достойный жизненный путь. Но его ли это путь?

Взгляд Брайана сделался каким-то непонятным, отрешенным.

– Это очень странно, Кларк. Иногда я чувствую… я даже не могу это описать. Я чувствую себя чужаком в своем собственном доме. Тебе не понять. У тебя отличная семья.

– У меня отличная семья, – ответил Кларк, – но я все равно понимаю, что ты имеешь в виду.

– Правда?

Кларк кивнул. Что-то в словах Брайана поразило Кларка в самое сердце. Его тайная сила временами заставляла чувствовать себя каким-то уродом. Не в своей семье, а во всем Смолвилле. Никто больше не знал, что Кларк способен голыми руками поднять грузовик. Или обогнать внедорожник. Или расслышать гул самолетов, летающих в соседнем округе. Как бы ему хотелось раскрыть эту часть своей жизни перед Брайаном. Впервые в жизни по-настоящему поговорить с кем-то.

– Ну не знаю, – протянул Брайан, – у нас у всех свои демоны. И я знаю, что у большинства людей проблемы посложнее, чем у меня.

– Ага, аналогично, – признался Кларк.

Принесли их заказ. Официант, разносящий еду, расставил тарелки и напитки и спросил, не желают ли гости чего-то еще. Когда они отказались, официант удалился восвояси.

Их разговор продолжился без каких-либо усилий. Брайан рассказывал о своей частной школе. О том, как на него давило стремление быть лучшим. О том, как некоторые из его ближайших друзей погружались в глубочайшую депрессию, если получали четверку на уроке. О том, что это такое, когда тебя в столь юном возрасте отсылают куда подальше от дома. О том, каково возвращаться после такого опыта. О том, как он все еще пытается привыкнуть к жизни в обычной школе. Кларк говорил о жизни на ферме. О том, как он вставал задолго до начала занятий, чтобы поработать. Раньше он ненавидел это. Он мечтал о том, как будет спать до семи часов каждое утро, подобно некоторым из его друзей. Но теперь утро превратилось в его любимую часть дня. Иногда он лежит на краю метеоритного кратера возле старого амбара, наблюдая, как солнце встает прямо перед ним, и чувствует мощную связь со вселенной. Такую связь, которую нельзя описать словами.

Кларку казалось, что с Брайаном он может быть самим собой и не испытывать никакой неловкости. Кларк ощущал что-то подобное и с Ланой, но то была Лана. Ее он знал всю жизнь. Сейчас же он впервые чувствовал себя в своей тарелке в обществе человека, которого он только что повстречал. Обычно в компании новых знакомых Кларк держался настороже. Стремился сохранить свои секреты. Но, может быть, именно необходимость таиться мешала ему почувствовать себя частью чего-то большего?

Когда Кларк закончил, он поймал на себе взгляд Глории. Девушка быстро отвернулась и продолжила наливать воду в бокалы знакомых Кларку десятиклассников. Это был актерский состав нового школьного спектакля, на который Лана только что написала рецензию для газеты. Скорее всего, они ужинали после представления.

Брайан отложил вилку в сторону.

– Погоди, ты тогда смотрел не на эту Мойру. Ты смотрел на мексиканскую официантку.

Первым порывом Кларка было желание сделать вид, что это не так. Но с чего бы ему лгать?

– Ее зовут Глория, – ответил он, – она учится в нашей школе.

– Я знаю ее, – ответил Брайан, – ну, в смысле, я не знаком с ней, но я знаю, кто она такая. Кажется, она и вправду клевая. И я слышал, что она лучший прогер во всей школе.

Помощник официанта наполнил водой их стаканы. После того, как он ушел, Брайан спросил:

– Почему ты не поговоришь с ней?

Кларк покачал головой.

– Я не могу.

– В смысле, не можешь? – спросил Брайан. – Почему бы и нет?

В животе Кларка пронесся целый рой бабочек.

– Не знаю. Она кажется суперзанятой.

– Кларк, – Брайан хлопнул по столу ладонями, – мы не можем всю жизнь быть наблюдателями, не так ли? В какой-то момент нам придется рискнуть. Приступить к действию.

Кларк заметил, что Глория направляется к окошку выдачи заказов мимо их столика.

– А знаешь, что? – сказал он, почувствовав внезапный приступ смелости и вставая на ноги. – Может быть, именно это мне и следует сделать.

Брайан одобрительно кивнул:

– Просто будь собой, и все пройдет как по маслу.

За несколько метров до их столика Глория замедлила шаг, словно бы ждала его.

Кларк сглотнул, прогоняя бабочек из живота, и глубоко вдохнул. «Слишком поздно сдавать назад», – подумал он, неуклюже начиная свой подкат.

Заметив его, Глория отвлеклась от блокнота с заказами и спросила:

– Вам, ребята, что-то нужно?

– У нас все отлично, – ответил Кларк, поразившись тому, как дрожит его голос. Интересно, почувствует ли она это? – Я просто хотел сказать… В пятницу в школе… Прости, что потревожил тебя.

Сперва на лице Глории читалось смущение, но затем в ее больших карих глазах мелькнула вспышка понимания.

– Хочешь услышать кое-что странное? – спросила она. – Я надеялась наткнуться на тебя.

– На меня? Правда? – Сердце Кларка забилось чаще.

Глория кивнула.

– Мне кажется, что это я должна извиняться.

Он нахмурился и покачал головой.

– Не знаю, почему я сбежала. С твоей стороны было очень мило справиться о моем состоянии. – Она спрятала блокнот в передник и снова засунула карандаш за ухо. – Ты же Кларк, верно? Кларк Кент?

Кларк в жизни не слышал ничего восхитительнее, чем звучание его имени из ее уст.

– А ты Глория.

Она смахнула с лица несколько прядей волос.

– В любом случае, я была рада снова с тобой столкнуться, – сказала она, поглядывая в сторону кухни, – но кажется, у меня готов заказ.

– О, конечно, – ответил Кларк, – отпускаю тебя обратно к работе. – Глория уже собиралась уходить, но Кларку хотелось урвать еще несколько секунд в ее обществе. – Но… не забудь позвать меня, если тебе понадобится помощь с тем столиком.

Глория непонимающе уставилась на него.

– Помощь?

Кларк указал на столик, за которым сидели поглощенные карточной игрой Келлеры и Смиты.

– Они довольно стремные… Я лишь говорю… что я здесь, если ситуация вдруг выйдет из-под контроля.

Глория оглянулась.

– А, я понимаю, что ты имеешь в виду.

Она повернулась обратно к Кларку и сделала вид, что всерьез обдумывает его слова:

– Они выглядят немного угрожающе. Если кто-то из них что-нибудь выкинет, я непременно позову тебя на помощь.

– Я буду здесь, – он указал на свой столик.

– Ты настоящий джентльмен, Кларк.

В ответ он одарил ее своей самой джентльменской улыбкой. Она рассмеялась, а затем отвернулась и поспешила к окошку выдачи заказов, где недовольный повар пытался втиснуть на заставленную полку очередной поднос.

Пока Кларк возвращался к столику, ему казалось, будто он плывет по воздуху. Он словно во сне плюхнулся на свое место напротив Брайана. В прошлом он неоднократно западал на разных девчонок, даже недолго встречался с некоторыми из них. Но он никогда не чувствовал ничего подобного.

На лице Брайана гуляла широкая улыбка.

– Чувак, ты был великолепен.

– Правда? – спросил Кларк. – Мне казалось, что я должен был говорить больше.

– Ни за что, – ответил Брайан, – это часть твоего обаяния, Кларк.

– Ну, я ценю мотивирующие речи. Иначе, наверное, я ни за что бы с ней не заговорил.

Кларк заметил, что Брайан осилил лишь несколько кусочков своего стейка и, судя по всему, уже успел поставить на нем крест и выбросил полотенце на ринг.

Словно бы прочитав его мысли, Брайан покосился на свою тарелку и сказал:

– Похоже, мои глаза были голоднее желудка. Но по пути сюда я заметил парня, спящего в переулке. Давай упакуем все это и отнесем ему.

Кларк посмотрел на свою пустую тарелку и пожалел, что ничего не оставил.

Оглядевшись по сторонам в поисках официанта, Брайан произнес:

– Если ты растешь в моей семье, благотворительность у тебя в крови. Мой отец пришел в ужас, когда узнал, что в Смолвилле есть люди, живущие за чертой бедности. Не знаю, в курсе ты или нет, но он открывает в центре города продовольственный фонд, он же приют для бездомных, он же центр реабилитации.

– Правда? – Кларк задумался. – А разве Смолвилль достаточно крупный город, чтобы открыть здесь подобного рода вещи?

– В этом вся прелесть. Приют будет не только для жителей Смолвилля, – ответил Брайан, качая головой. – Мы рассчитываем, сюда за помощью будут обращаться аж из самого Метрополиса. – Он отставил тарелку в сторону. – Что я уважаю в отце, так это его стремление совершать добрые дела. Он организовывает подобные вещи не ради общественного внимания. На самом деле он считает, что огласка порой может перетянуть внимание от самого дела.

Кларк был впечатлен. Он оставил в памяти мысленную зарубку рассказать Лане о приюте при следующей встрече. Ей придется немало потрудиться, чтобы взять интервью у Монтгомери Мэнкинса, особенно после того, как узнает, что он не любит ставить себе в заслугу благотворительность.

Глава 8

В понедельник вечером, после возвращения из школы и работы на ферме, Кларк уселся за свой стол, чтобы позаниматься. Но ему было тяжело сконцентрироваться. Он снова и снова перечитывал один и тот же абзац в учебнике по прикладной физике, однако материал просто не хотел усваиваться. Кларк только успевал добраться до середины второго предложения, как его мысли мгновенно переключались на разговор с Глорией в закусочной. Он пялился на слова, но видел лишь, как она засовывает карандаш за ухо. Как улыбается. Как горят ее глаза, когда она смеется над его шуткой.

Кларк потер виски, пытаясь сосредоточиться. Сконцентрироваться на тексте об электромагнитной силовой установке. Кларк буквально заставлял себя поглощать каждое слово, по одному зараз, стараясь понять их смысл в общем контексте главы.

Но затем его голову наполнило странное жужжание.

Тепло поднялось по ногам, перетекло в грудь, а оттуда в руки и кончики пальцев. Затем все тело внезапно окаменело, а глаза ослепила ужасающая вспышка ярко-красного света.

Кларк зажмурился, сполз со стула, споткнувшись о корзину с чистым бельем, которую он забыл убрать. Не в силах сдержать крик, он вскочил на ноги и потер глаза, прислонившись спиной к стене.

Он что, ослеп?

Веки жгло, и когда он открыл глаза, поначалу не смог ничего разглядеть.

Мир потемнел.

Однако через несколько секунд жжение ослабло. Кларк увидел смутные формы. А затем цвета. Пока зрение медленно возвращалось к нему, он уселся обратно за стол, пытаясь перевести дыхание. Еще никогда в жизни он не испытывал такого облегчения.

А затем он обнаружил, что его учебник горит.

Кларк запаниковал, представив, как пламя охватит всю комнату. Весь дом. А родителей нет дома, они не смогут помочь с тушением пожара. Кларк набросился на потрескивающий учебник, пытаясь погасить пламя голыми руками. Его ладони почувствовали жар, но больно не было. По крайней мере, так ему казалось. Просто крошечные иголочки кололи ему кожу, как бывает, когда он просыпается в своей кровати с затекшей после сна рукой, поворачивается на бок и чувствует, как кровь медленно растекается по венам.

Погасив учебник, Кларк затоптал несколько искр, упавших на ковер по соседству с его маленьким столом. Дым поднялся к потолку, и в коридоре сработала пожарная сигнализация. Она завывала и завывала, пока Кларк не выскочил из своей комнаты, чтобы отключить ее. Пронзительный звук сирены сразу стих, но теперь Кларк слышал кое-что еще.

Звук работающего снаружи двигателя.

Его родители были в мэрии на встрече по поводу предложенного законопроекта о задержании и обыске, и Кларк не думал, что они вернутся так скоро. Встревожившись, Кларк поспешил обратно в спальню, прильнул к окну, но в сгустившейся темноте не смог разглядеть ни зги.

«Странно», – подумал он, всматриваясь в очертания фермерских построек.

Отвернувшись от окна, Кларк посмотрел на свой рабочий стол. Его учебник по прикладной физике был уничтожен. Кларк перелистнул одну из обуглившихся, почерневших страниц, и она рассыпалась у него в руках.

Он что, действительно воспламенил учебник взглядом?

Кларк потряс головой, пытаясь силой воли прогнать свою новую способность. Способность смотреть сквозь стены по большей части была полезной. Как и суперслух. Как и скорость и сила.

Но лазерные лучи из глаз?

«Вот тебе и позанимался», – подумал он, глядя на опалившийся ковер возле стола. Как он вообще объяснит эти подпалины маме?

Она его убьет.

Кларк достал телефон, чтобы позвонить Лане. Она тоже посещала класс по прикладной физике. Может, завтра после школы он сможет одолжить ее учебник. Кларк знал, что материал этой главы будет на экзамене и ему придется разобраться с ней, чтобы получить отличную оценку по предмету. Он как раз собирался нажать на кнопку вызова, когда услышал голоса.

Отложив телефон, Кларк вернулся к окну.

Ничего, лишь темнота.

Его суперслух расслышал разговор на приличном расстоянии от дома. Он надел ботинки и поспешил наружу, чтобы понять, что происходит.

Преодолев половину поля, Кларк заметил мужчину в джинсах и ковбойской рубахе, направлявшегося в сторону старого амбара с топором в руке.

Кларк замер.

– Эй, – крикнул он. – Ты что здесь делаешь?

Теперь он разглядел еще двоих. Одетые похожим образом мужчины выбрались из кратера по соседству со старым амбаром. В руках одного из них был металлоискатель. Мужчины уставились на Кларка, он же в упор смотрел на них. В течение нескольких долгих секунд никто не двигался. Сердце грозило выскочить у Кларка из груди.

На его землю пробрались посторонние.

И у одного из них в руках топор.

Впервые в жизни он почувствовал приступ совершенно обоснованного страха. Он не боялся этих незнакомцев. Не боялся, что они могут причинить ему вред. Нет, Кларк испугался за своих родителей. А что, если бы он сейчас был в городе, а родители дома? Что бы они сделали? Как бы защитили себя?

Кларк почувствовал нарастающий гнев. Он крикнул:

– Убирайтесь с моей земли! Живо!

Незнакомцы засуетились, а Кларк снова ощутил странное жужжание в голове. Тело снова окутало тепло, но на этот раз все происходило быстрее. Очередная вспышка красного света ослепила глаза.

Едва Кларк успел повернуть голову, как лазерный заряд вырвался из его глаз и опалил сухую траву справа от него. Занялся маленький пожар, и Кларк едва успел затоптать его.

Его способности вышли из-под контроля в самое неподходящее время.

Кларк побежал к сараю, в котором его отец хранил почти все свои сельскохозяйственные инструменты, в поисках того, чем можно было бы отпугнуть незнакомцев. Он остановился на старой, проржавевшей косе. Повесив ее на плечо, Кларк вышел из сарая и направился к незнакомцам. Один из мужчин сдавал назад в старом белом пикапе, который выглядел до странного знакомым. Решетка радиатора была жутко покорежена, а водительская дверь выкрашена в серый.

Эти парни были грабителями, уверял себя Кларк. Они пришли, чтобы украсть оборудование. В Смолвилле такое время от времени случалось.

Но никто и никогда не пытался обокрасть ферму Кентов.

– Вы слышали меня? – крикнул Кларк, приближаясь к ворам. – Убирайтесь отсюда, пока я не вызвал копов!

Один из грабителей показался из-за старого амбара верхом на кроссовом мотоцикле и устремился прямиком на Кларка, свет передней фары мотоцикла едва не ослепил его.

Кларк быстро отступил обратно в сарай и задумался о том, какие у него есть варианты. Его способности вышли из-под контроля, так что он больше не чувствовал себя в безопасности, когда прибегал к ним. К тому же он не хотел выдавать себя. Но было ясно, что эти парни никуда не денутся, если он не сделает хоть что-нибудь. Водитель пикапа, казалось, был готов к быстрому отступлению. Второй теперь пытался разрубить топором висячий замок на дверях амбара. А тот, что сидел на мотоцикле, разъезжал по округе, размахивая бейсбольной битой. Он явно пытался обеспечить своим подельникам время, необходимое для кражи того, за чем они пришли.

Кларку нужно было быстро что-то придумать.

После того как парень на мотоцикле проехал мимо амбара во второй раз, Кларк быстро схватил три тюка свежеубранного сена и метнул их в сторону пикапа и грабителя, пытающегося взломать замок на дверях старого сарая. Пока огромные тюки катились к своей цели, Кларк быстро пересек поле и добрался до маленького фронтального погрузчика, недавно купленного отцом.

В одно мгновение заведя погрузчик, Кларк направил его прямиком на парня верхом на кроссовом мотоцикле. Первый тюк с сеном ударился о борт пикапа и распался на куски, едва не опрокинув машину на бок. Второй на миллиметры разминулся с мужчиной с топором, который как раз сломал замок.

Тот запаниковал и запрыгнул в кузов грузовика, который сдал назад, затем рванул вперед, проскрежетал по длинной неровной полосе сухой травы и покинул землю Кентов.

Парень на кроссовом мотоцикле заметил отступление своих подельников и метнулся в сторону главной дороги. Кларк остановил погрузчик, выпрыгнул из него и проследил за тем, как побитый пикап и кроссовый мотоцикл набирают скорость и скрываются из виду.

Грабителям ничего не удалось украсть с фермы Кентов, но Кларк знал, что сегодня потерял нечто куда более ценное.

Все это время ферма была его прибежищем.

Его укромным, безопасным местом.

Теперь он знал, что все это лишь иллюзия.

Глава 9

На следующий день после занятий Кларк с Ланой сидели друг против друга на своем обычном месте в тихой комнате в библиотеке.

– Ну хорошо, теперь объясни мне еще раз, что приключилось с твоим учебником? – спросила Лана, протягивая свой экземпляр. – Ты ничего толком не объяснил по телефону.

– Это длинная история, – ответил Кларк.

Он еще не рассказал Лане о попытке ограбления. Со временем он, разумеется, расскажет ей, но сперва он должен был самостоятельно обдумать случившееся. Понять, было ли произошедшее обычным ограблением, или же кто-то намеренно выбрал Кентов своей целью?

И если так, то почему?

За последние несколько дней в Смолвилле произошло много всего странного, начиная с появления незнакомца в коричневом, и Кларк задумался, не станет ли дальше еще хуже. Одно он знал наверняка: больше он не был в безопасности в своем родном городе. Даже на своей собственной земле. И Кларк не собирался сидеть смирно и ждать, когда незваные гости снова вломятся к нему в дом и попытаются обокрасть его.

Он должен был что-то предпринять.

– Мне больше все равно нечем заняться, – сказала Лана, ожидавшая услышать полную версию истории. – Почему ты скрытен из-за какого-то дурацкого учебника по физике?

– Забудь на секунду об учебнике, – перебил ее он, – разве ты не хочешь послушать, как прошел мой ужин с Брайаном? Я совершенно точно не смогу тебе рассказать об этом в школе, когда там полно народу вокруг.

Она улыбнулась и придвинула стул поближе к столу.

– Ты воспользовался той тактикой проведения интервью, которой я тебя обучила?

– Типа того. – Кларк поставил рюкзак на пол и закатал рукава. – Хотя он и так был довольно болтлив. Мне не понадобились никакая «тактика».

– О, мой наивный юный репортер, – произнесла Лана, – вся индустрия медиа построена на реализации той или иной тактики.

Кларк покачал головой.

– Мой главный вывод таков: мне кажется, что ты ошибаешься насчет корпорации «Мэнкинс». По рассказам Брайана выходит, что его отец действительно хороший парень. Он открывает продовольственный фонд и приют для бездомных здесь, в Смолвилле, для людей со всего Канзаса. И он делает это анонимно.

Лана, похоже, искренне удивилась новостям.

– Это проект Мэнкинсов? – Она сложила руки на груди и уставилась на стол перед собой. – Любопытно. Я слышала, что он как-то связан с одной из крупных церквей в Метрополисе.

– Похоже, отец Брайана предпочитает заниматься благотворительностью, не привлекая к себе внимания. Чтобы это не выглядело показухой.

Лана нахмурилась.

– Когда ты в последний раз слышал о крупной корпорации, которая «утаивала» бы сведения о своих благотворительных проектах?

Кларк пожал плечами:

– По словам Брайана, его отец считает, что огласка может помешать реальным делам.

– Ага, как скажешь. – Лана откинулась на спинку стула.

Девушка надолго замолкла. Она лишь смотрела на Кларка с отсутствующим выражением лица. Кларк отлично знал такое состояние Ланы. Сейчас она складывала все кусочки мозаики у себя в голове. Но на этот раз и он занимался тем же. Внезапно Кларк вспомнил, где уже видел этот старый помятый пикап. В день, когда футболисты столкнулись с одетым во все коричневое парнем. Прежде, чем коричневый парень угнал внедорожник и разбил его о стену, ограждающую здание корпорации «Мэнкинс», он с кулаками накинулся на белый пикап, пока водитель машины прятался внутри.

А что, если эти события как-то связаны?

Или это просто совпадение?

Лана наклонилась ближе и хлопнула ладонями по столу:

– У меня идея!

Эта вспышка энтузиазма Ланы также была хорошо знакома Кларку. Обычно кончалось тем, что он был вынужден делать что-то такое, чего ему не очень бы хотелось делать.

– Пойдем и спросим его, – предложила она.

Кларк нахмурился:

– Кого?

– Монтгомери Мэнкинса.

– Ты же шутишь, правда?

Но Кларк знал, что она не шутит. У Ланы в глазах горел хорошо знакомый огонь. Такой же огонь полыхал у нее в глазах, когда она решила выяснить, какой процент школьного бюджета тратится на футбольную программу. Кларк попытался урезонить подругу.

– Лана, послушай, я совершенно точно уверен, что мы не можем так просто войти в здание штаб-квартиры «Мэнкинс» и взять интервью у самого могущественного человека в Смолвилле.

– Почему нет?

– Ну, потому что… ну, во-первых, он может быть занят. – Кларк покачал головой, пытаясь придумать другие причины. – Он же не даст интервью первым попавшимся ученикам из старшей школы?

Лана с ухмылкой начала собирать рюкзак.

– Кларк, я оскорблена, – заметила она, – ты говоришь так, будто за все эти годы ни разу не видел свою лучшую подругу в действии.

– Спорим, они нас даже на порог не пустят.

– Смотрите и учитесь, мистер Кент, смотрите и учитесь.

* * *

Не прошло и пятнадцати минут, как помощник руководителя – молодой, гладко выбритый мужчина в сером костюме – вышел из служебного помещения. Нацепив фальшивую улыбку, он произнес:

– Монтгомери готов вас принять.

– Признаю свою ошибку, – прошептал Кларк, поднимаясь вместе с Ланой с роскошного дивана в комнате ожидания.

На лице Ланы играла самоуверенная улыбка.

– Ты никогда не получишь ответов, если не будешь задавать вопросы.

Кларк с Ланой проследовали за парнем в сером костюме в огромный угловой кабинет с французскими окнами – от пола до потолка. Оттуда открывался невероятный вид на центр Смолвилля. Кларк еще никогда не видел свой родной город с такого восхитительного ракурса. Кабинет был по большей части пустым, с сиденьями с одной стороны и массивным деревянным столом по центру. Было совершенно ясно, что это пристанище временное – до тех пор, пока компания не переедет в новое здание.

Крупный мужчина поднялся со своего кресла, улыбнулся и протянул руку.

– Монтгомери Мэнкинс. Рад встрече с вами обоими.

Лана первой пожала его руку.

– Я Лана Лэнг, а это мой помощник, Кларк Кент.

Кларк также обменялся с мужчиной рукопожатием, отметив его вялую хватку. Он несколько раз видел по телевидению, как Монтгомери Мэнкинс давал интервью. Видел его изображение на рекламных щитах. И Кларк слышал речь, которую Мэнкинс-старший произнес на торжественном открытии библиотеки после реконструкции. Оказавшись настолько близко к нему, Кларк разглядел в лице Монтгомери некоторые черты его сына.

Если не брать в расчет роскошный кабинет, Монтгомери Мэнкинс совсем не походил на президента крупной корпорации. На нем не было дорогого костюма, «Ролексов» или дизайнерских очков, а волосы не были уложены гелем. Монтгомери Мэнкинс больше походил на учителя английского языка, чем на финансового воротилу. Он был одет в джинсы, футболку и коричневый кардиган. У него были длинные, непокорные и почти полностью седые волосы. Его маленькие очки в проволочной оправе, казалось, были готовы соскользнуть с носа в любой момент.

Но больше всего Кларка поразила абсолютная уверенность, исходящая от этого человека.

– Добро пожаловать! – воскликнул он, жестом приглашая Кларка и Лану сесть в кресла напротив его стола. – Прошу простить, у меня сегодня не так много времени, но мы постараемся использовать его максимально эффективно.

– Мы благодарны вам за то, что вы вообще уделили нам время, – произнесла Лана, пока они с Кларком рассаживались по креслам. – Я не сомневаюсь, что вы крайне занятой человек, мистер Мэнкинс.

– Прошу, зовите меня Монтгомери. – Он уселся обратно, затем потянулся к правому ящику стола и вытащил оттуда чековую книжку. – Прежде чем мы начнем… Кларк, насколько я понимаю, ты уже встречался с моими мальчиками?

Кларк кивнул.

– Да, сэр.

– Что ж, я должен поблагодарить тебя за вашу с отцом доброту к ним после их досадной неудачи. Брайан рассказал мне, как вы кинулись к ним на помощь. Не знаю, причинили ли они какой-либо урон вашей собственности, но я бы в любом случае хотел предложить небольшую компенсацию.

– Благодарю вас, сэр, но в этом нет никакой нужды, – вмешался Кларк, – мой отец не примет и пенни, можете быть в этом уверены.

Мэнкинс захлопнул чековую книжку и откинулся на спинку кресла.

– Ты уверен?

– Они приземлились в пустом поле, где нет ничего, кроме грязи. – При упоминании поля Кларк вспомнил о попытке ограбления. Белый пикап мчится через поле в сторону дороги. Парень на кроссовом мотоцикле размахивает бейсбольной битой.

Монтгомери поерзал в кресле.

– В таком случае давайте перейдем к вашим вопросам.

Лана быстро пролистала страницы блокнота.

– Как мы все знаем, – начала она, глядя на Мэнкинса, – ваша корпорация сделала много добра для Смолвилля. Местная экономика стала сильнее, городская инфраструктура значительно улучшилась…

– Ну, не все, что мы делаем, можно назвать благом, – перебил ее Мэнкинс. Он наклонился вперед и положил руки на стол перед собой. – Например, покупка земли у фермеров, поколениями возделывавших ее… Иногда мне кажется, что мы лишаем местное сообщество его идентичности.

– Хм, – произнесла Лана, перелистывая страницу. – Это был мой следующий вопрос.

Кларк был удивлен. Он ожидал услышать подобие политического уклончивого ответа, когда интервьюируемый не говорит ничего конкретного. Но нет же, вот сидит этот парень и заявляет о недостатках в работе своей компании прежде, чем Лана успевает на них указать.

– Нельзя забывать и о возросшей ставке аренды здесь, в городе, – продолжил Мэнкинс, – боюсь, что это нежелательный побочный эффект растущей местной экономики. А что насчет высоких зарплат, которые мы предлагаем нашим полевым работникам? Это хорошо для определенных слоев населения, бесспорно, но в то же время маленьким фермам становится труднее найти себе хороших помощников.

Лана лихорадочно строчила что-то в своем блокноте, нацепив на лицо свое максимально бесстрастное выражение. Но Кларк знал, что она впечатлена Мэнкинсом не меньше его. Она оторвалась от своих заметок:

– Поэтому вы так много инвестируете в местные начинания? Чтобы, так сказать, нивелировать все побочные эффекты?

Пока Мэнкинс отвечал, Кларк переживал целую акустическую бомбардировку. Тихое поскрипывание кресла Мэнкинса всякий раз, как Монтгомери меняет позу. Скрип ручки Ланы по бумаге. Кто-то тихо разговаривает по телефону в соседнем офисе, называя собеседника «солнышком». Со своим ребенком, скорее всего. Женщина в коридоре говорит раздраженным тоном:

– Нет больше никакого проекта «Рассвет», вам понятно? Не здесь. А теперь, если вы простите меня, мне нужно идти.

И голос мужчины ей вслед:

– Прошу вас, мэм, это вопрос жизни и смерти. Мне нужно немедленно найти его.

Кларк встрепенулся в кресле, но как только он сделал это, его суперслух отключился. Он попытался сконцентрироваться, побольше узнать об этом деле «жизни и смерти», но единственный голос, который он слышал теперь, принадлежал Лане.

– А что насчет поддержки протестов трудовых мигрантов? – спросила она.

Монтгомери поправил очки:

– Моя компания и я лично выступаем против любой формы нетерпимости. И я уверен, что, когда настанет время голосования, Смолвилль поступит так же. – Монтгомери оттолкнулся от стола и поднялся на ноги. – А теперь прошу меня простить, но мое время истекло. Если у вас остались какие-то дополнительные вопросы, прошу вас направить их на почту моему помощнику. – Он протянул визитку.

Лана тоже встала и спрятала визитку в передний карман джинсов.

– И последний вопрос, – спросил Кларк. – Вы что-нибудь знаете о… проекте «Рассвет»?

Брови Монтгомери поползли наверх, и на несколько неловких мгновений мужчина застыл на месте. Затем снова улыбнулся и покачал головой.

– Не слышал ни о чем подобном, – он протянул руку Кларку, – но, как я и говорил, отправьте мне любые дополнительные вопросы. Я постараюсь ответить на них в течение нескольких дней.

Кларк пожал протянутую руку.

– Благодарю за уделенное нам время.

Обменявшись рукопожатием с Ланой, Мэнкинс нажал на кнопку на столе, и уже знакомый ассистент показался в дверях, чтобы проводить Кларка и Лану к выходу. На пороге Кларк обернулся и увидел, что Монтгомери Мэнкинс все еще стоит возле своего стола, улыбается и машет им.

* * *

– Это было странное прощание, – тихо произнесла Лана, пока они шли через лобби к выходу.

Кларк кивнул:

– Точно.

– Что еще за проект «Рассвет»? – спросила она.

– Понятия не имею. Я случайно подслушал, как кто-то упомянул его, пока мы шли сюда, и мне стало любопытно.

– В целом, я должна сказать, что весьма впечатлена. Разумеется, люди вроде него не достигают таких высот, если не умеют вовремя включать свое обаяние… – Лана остановилась как вкопанная и схватила Кларка за запястье. – Черт, это он, – гораздо тише произнесла она.

Кларк тоже остановился.

– Кто?

– Парень из кофейни. – И она многозначительно уставилась на входную дверь.

Кларк увидел высокого, мускулистого парня, который спешно направлялся к выходу, словно бы опаздывал на встречу или еще куда. Кларк мгновенно узнал его.

– Постой, это он за тобой приударил?

Лана улыбнулась.

– Симпатяга, правда?

– Лана, это Кори Мэнкинс. Старший сын Монтгомери.

Лана повернулась к Кларку.

– То есть он симпатичный и богатый?

– Ага, – ответил Кларк, – и, по словам Брайана, тот еще хмырь.

Лана пропустила его слова мимо ушей.

– Давай проследим за ним, – предложила она.

– Что? – Кларк не понимал, что происходит. – Зачем?

Но Лана уже тащила его следом за Кори.

Оказавшись снаружи, Кларк увидел, как Кори пересекает улицу и направляется к старому офисному зданию, в нескольких окнах которого красовались надписи «Сдается». Здание было в очень плохом состоянии – словно растущая городская экономика упустила это место из виду. Лишь над несколькими дверями продолжали висеть корпоративные логотипы или надписи «Открыто». Кори вошел в дверь, на которой висела маленькая табличка с непримечательным логотипом в виде восходящего солнца и названием компании: «Научные исследования Уэско Индастриз».

Лана взглянула на Кларка.

Он не знал, что она ожидает найти в подобном месте. Но с другой стороны, брат Брайана его тоже интересовал, пусть и по другим причинам. Кларк махнул в сторону здания.

– После тебя.

Они перешли дорогу, Лана открыла дверь, и они оказались внутри.

Эта компания, «Уэско», явно не ждала новых клиентов. В небольшом лобби было пусто, только пыльное пластиковое растение свисало из горшка в углу. Стойка регистрации была завалена неровными стопками меню ресторанов навынос, купонов, флаеров и прочих рекламных листовок, которые, по всей видимости, просовывали под входную дверь последние несколько месяцев.

Кори Мэнкинс стоял у дальней стены, скрестив на груди руки.

– Чем я могу вам помочь? – Нескольких секунд он приглядывался к Лане, затем опустил руки и оттолкнулся от стены. – Постой, – произнес он, – мы знакомы?

Лана улыбнулась.

– Ты угостил меня кофе на днях.

– Точно. Круто. Ты…

– Лана.

– Лана. Круто. Я Кори. – Он оглянулся на открытую дверь в другом конце коридора. – Что ты здесь делаешь?

– Я работаю над сюжетом для школьной газеты, и я увидела тебя снаружи, и… я не знаю. Я решила просто зайти поздороваться. – Лана склонила голову набок и поглядела на Кори.

Она так хлопала глазами, что Кларк испугался за сохранность ее ресниц. Он выглянул из-за ее спины и произнес:

– Меня ты тоже знаешь.

Кори оглядел Кларка с головы до ног.

– Ты тот парень, Кент. С фермы. – Он обернулся к Лане. – Вы двое, что, знаете друг друга?

Лана пожала плечами.

– Типа того.

– Погоди, ты же не хочешь сказать, что вы…

Лана рассмеялась и покачала головой.

– Вообще ни разу. Мы просто друзья.

Кларка покорежило от того, как пренебрежительно прозвучали слова Ланы. И что она имела в виду под «Вообще ни разу»?

– Чувак, мир тесен, – сказал Кори.

Он подошел к открытой двери, легонько толкнул ее, прикрывая, и, обернувшись через плечо, обратился к Лане:

– Слушай, если ты хочешь потусить или еще что, нам лучше переместиться в кофейню. Это место не подходит для общения. – Он обвел рукой пустое помещение.

Лана вытащила блокнот и ручку.

– Я работаю над статьей о компании твоего отца. Ты не будешь возражать, если я возьму у тебя интервью, быстро-быстро? Обещаю, это не займет больше нескольких минут.

– Постой, так ты хочешь взять у меня интервью? – Кори занервничал. – Ты что, типа репортер?

Лана покачала головой.

– Не настоящий. Это лишь для школы. Мой учитель поручил мне написать статью о местных благотворительных инициативах, а я знаю, как много ваша семья вкладывает в местное сообщество.

– Ну, на декор они явно не тратятся, – сквозь зубы процедил Кларк, оглядываясь по сторонам.

– Это место никак не связано с компанией моего отца, – с раздражением произнес Кори. – Это всего лишь исследовательская фирма моего друга. – Он повернулся к Лане. – Но мы можем поговорить о филантропии, если ты так хочешь.

– Уверен? – спросила Лана. – Ты, должно быть, жутко занят.

Кларк поразился тому, как легко Лана преобразилась в наивную дурочку. Он не мог привыкнуть, что ее интервью часто требовали определенной актерской игры.

Кори снова покосился на коридор, затем переключил внимание на Лану.

– Хорошо, можем провести интервью здесь. Но только если ты дашь мне свой номер. Знаешь, на случай, если я вдруг вспомню что-то жутко важное, о чем забыл тебе рассказать.

– Ну, разумеется, – восторженным голосом сообщила Лана.

– Отлично. Подожди здесь. – Кори поспешил в коридор, мимо двери, которую он только что закрыл.

Как только он скрылся из виду, Кларк повернулся к Лане и произнес:

– Мне кажется, Глупышка-Лана работает. Не забудь спросить его об этом проекте «Рассвет». Мне кажется, здесь что-то есть.

Она шикнула в ответ.

И в тот же момент вернулся Кори, притащивший с собой два металлических складных стула.

– Извини, – сказал он Кларку, – я нашел только два стула.

– Вы, ребята, продолжайте с интервью, – предложил Кларк, – а я… просто похожу тут.

– Только ничего не трогай, – велел Кори, – как я и говорил, это не мой офис. А мой друг весьма щепетильно относится к своему имуществу.

Кларк заложил руки за спину.

– Даю слово.

Кори поставил стулья на противоположной от Кларка стороне помещения. Они с Ланой уселись напротив друг друга, неуместно близко, и начали интервью.

Теперь настал черед Кларка самостоятельно искать ответы.

Он заметил, как беспокоился Кори из-за двери в коридоре, которую он закрыл. Что он скрывает? Кларк небрежной походкой направился к ней, время от времени поглядывая на Лану и Кори, желая убедиться, что они по-прежнему поглощены беседой. Добравшись до стены рядом с закрытой дверью, Кларк пристально вгляделся в нее, пытаясь настроить свое рентгеновское зрение.

Прежде ему еще ни разу не удавалось проделать это по своей воле, но на сей раз, к огромному облегчению Кларка, все сработало как надо, и вот он уже вглядывался сквозь тонкую стенку в маленький кабинет, где за крошечным деревянным столом сидел и работал на планшете человек, которого Кларк моментально узнал.

Доктор Уэсли.

Вот, значит, что это за «друг», который щепетильно относится к своему имуществу.

Кларк уставился ему в затылок, вспоминая, как съежился Брайан, описывая доктора Уэсли. Он сказал, что это стремный тип, связанный с плохими людьми. Кларк оглядел маленький кабинет: уродливый коричневый ковер, неработающий потолочный вентилятор; на книжной полке справа от стола выстроилась ватага кофейных кружек. Противоположная стена была увешана большими фотографиями, по большей части фермерских полей. И фермерских домов. Несколько амбаров и элеваторов. Кое-что Кларк узнал. Все это были здешние фермы. Судя по ракурсам, все фотографии были сделаны с борта вертолета.

Одна из фотографий была обведена маркером. На ней был изображен глубокий кратер на семейной ферме Томми Джонса – ферме, которую владельцы только что продали. Странно. Некоторые фото были сделаны через необычный, словно инфракрасный фильтр, предметы на них переливались цветами разной степени яркости.

Кларк моргнул, и рентгеновское зрение мигом отключилось. Он снова уставился на стену, концентрируясь даже сильнее, чем в прошлый раз, и постепенно его зрение пробило перегородку. Он наткнулся на россыпь фотографий, от которых по его коже побежали мурашки.

Это была их ферма.

Вот фото дома. А вот пруд. А вот несколько фотографий кратера возле старого амбара. В памяти всплыли события прошлой ночи, один из незваных гостей, держащий в руках металлоискатель. Но на снимке, от которого у Кларка появилось плохое предчувствие, красовался старый амбар. Размытое фото, сделанное через странный фильтр. Амбар был расцвечен разными оттенками зеленого и желтого. И от кратера к амбару тянулась нарисованная от руки черная стрелка.

Доктор Уэсли поднялся из-за стола, подошел к стене и уставился на фото кратера на ферме Джонсов. Он вытащил кнопку, снял фотографию со стены, всмотрелся в нее, а затем повесил обратно и резко повернулся к двери. Кларк развернулся на месте и направился было в сторону лобби, но тут кто-то схватил его за руку.

Лана.

– Кларк, ты в порядке?

– Мы можем уйти? Прямо сейчас?

Лана повернулась к Кори как раз в тот момент, когда дверь начала открываться.

– Моему другу нехорошо, – сказала она, – нам нужно идти. Сорян!

Она потащила Кларка ко входной двери и распахнула ее как раз в тот момент, когда доктор Уэсли выходил из своего кабинета.

– Постой! – крикнул Кори. – Ты так и не дала мне свой номер!

– Увидимся в пятницу вечером! – крикнула Лана, захлопывая дверь за собой.

Они подчеркнуто спокойно прошли мимо окна здания, затем резво бросились бежать и не останавливались, пока не достигли ступенек библиотеки. Ворвавшись внутрь, они наконец остановились. Лана согнулась пополам, тяжело дыша.

– Это что сейчас такое было? – спросила она.

Кларк прикинулся, что тоже тяжело дышит.

Он хотел рассказать ей обо всем, что увидел в кабинете доктора Уэсли, но не знал, как это преподнести. Он не мог сказать ей правду о том, что рассмотрел несколько подозрительных фотографий сквозь стену с помощью рентгеновского зрения. Придется покривить душой.

– Когда тот парень открыл дверь своего кабинета, я увидел висевшие на стене фотографии нескольких ферм. Здешних ферм, Лана.

– Правда? Но зачем они им?

Кларк покачал головой.

– Понятия не имею.

Она выпрямилась и похлопала его по плечу:

– Кларк, ты выглядишь по-настоящему напуганным.

Кларк и был напуган. Потому что теперь он думал, что грабители вломились к нему на ферму совсем не случайно. Они намеренно выбрали его дом. И он больше не верил в то, что они собирались украсть оборудование. Они пришли за чем-то другим. Но зачем им сдались кратер и старый амбар? На эти вопросы Кларк пока не знал ответов, однако после того, как он увидел фотографии их владений в кабинете у Уэсли… Теперь Кларк не мог отделаться от мысли, что его семья в серьезной опасности.

– На одной из этих фоток… – сказал он Лане, – мне кажется, там была наша ферма. Зачем какой-то захудалой исследовательской компании развешивать фотографии нашей фермы у себя на стене?

– Понятия не имею, Кларк. Но мы это выясним. Обещаю.

Кларк кивнул.

Он продолжал напоминать себе, что у доктора висели фотографии десятков ферм. Но снова и снова мысленно возвращался к размытому изображению старого амбара, пропущенному через какой-то инфракрасный фильтр. И снова и снова вспоминал, как незнакомец в ковбойской рубахе пытался взломать дверь в ангар при помощи топора.

Настало время выяснить, что же скрывается внутри старого амбара.

Глава 10

Той же ночью, дождавшись, когда родители крепко уснут, Кларк украдкой спустился по лестнице и вышел из дома. Луна висела так низко, что затмевала своим светом звезды. Впервые с осени ночью было тепло и слегка сыро. Кларк шел через поле к старому амбару и слышал жужжание насекомых. Он едва различал следы старого пикапа, испытывая глубокое, неприятное чувство при мысли о попранной собственности.

Он спустился по длинной, едва заметной тропинке к пруду, гадая, зачем кому-то вообще понадобилась обычная с виду ферма. Наконец, Кларк оказался на краю кратера, который выглядел так, словно кто-то копался в самом его центре. Что здесь вообще могли искать эти люди?

В детстве Кларк постоянно крутился вокруг. Летом он даже спал здесь по ночам, под сенью большого клена возле старого амбара. Или же прислонялся лбом к краю кратера, когда ему требовалось подумать. Но теперь Кларк пытался взглянуть на кратер с точки зрения доктора Уэсли. Он был около пятнадцати метров диаметром и около шести в глубину. Но Кларк понятия не имел, что было в нем примечательного, за исключением того факта, что он находился в такой близости от старого сарая.

Затем Кларк подошел к самому амбару и уставился на высокие деревянные двери. Открытый замок висел на дверной петле и был изрядно покорежен, и Кларк словно наяву снова увидел парня, замахивающегося топором.

Кларк припомнил, что его отец всегда вел себя довольно странно, если речь заходила об этом амбаре, и впервые в жизни задумался, не мог ли Джонатан Кент что-то скрывать от него.

Кларк отбросил сломанный замок в сторону и начал медленно открывать двери нараспашку. Ветхие створки заскрипели, вынуждая Кларка покоситься на стоящий на вершине холма темный фермерский дом, где спали родители. Как сильно они расстроятся, если узнают, чем он занят прямо сейчас? За их спинами.

Воздух внутри амбара был затхлым и несвежим. Повсюду клубилась потревоженная его шагами пыль. Кларк пробирался между кучами старого хлама, отодвигал в сторону брусья из прогнившей древесины, старые запчасти для тракторов, металлолом и детские игрушки. На верстаке возле стены были разложены проржавевшие коробки для инструментов, скорее всего, заполненные всевозможными винтами, гайками и болтами. Когда что-то ломалось на маленькой ферме наподобие их, покупка новой вещи не числилась в списке доступных возможностей. Кларк уже давно научился чинить практически все, что угодно, буквально на коленке.

Кое-как он пробрался к задней стене амбара, в угол, ярче других подсвеченный на фотографии доктора Уэсли. Неужели это было гвоздем коллекции всякой рухляди? Что бы там ни было, оно было завалено хламом почти до самого потолка. Кларк забрался наверх, наткнулся на сломанный деревянный брус и откинул его в сторону. Он также отбросил в сторону ржавый масляный бак и проржавевший глушитель для мотоцикла. Пока он продолжал продираться через весь этот мусор, его охватило неприятное предчувствие. Словно он знал, что под всей этой рухлядью скрывается что-то важное, но не мог определиться, хочет ли он и в самом деле узнать, что именно.

Кларк разбирал гору хлама до тех пор, пока не смог разглядеть, что под старым брезентовым покрывалом находится какой-то внушительный предмет размером с небольшую машину. Кларк замер. А что, если там скрывалось нечто такое, что Джонатан и Марта спрятали не просто так? Что, если там таилось нечто личное?

Неужели ему и правда необходимо разнюхивать все это таким образом?

Пока его родители спят?

Кларка охватило чувство вины, заставившее его покинуть амбар, даже не взглянув за брезент. Он применит более прямолинейный подход.

* * *

Было почти три часа ночи, когда Кларк потряс Джонатана за плечо во тьме родительской спальни. Его отец медленно потянулся, затем открыл глаза. Увидев склонившегося над собой сына, Джонатан подскочил на месте, уселся и свесил ноги с кровати.

– Кларк? В чем дело, сынок?

Марта даже не шелохнулась. Кларк жестом попросил отца следовать за собой.

Они тихо спустились по лестнице и пересекли гостиную. Кларк вытащил из ящика комода фонарь. Джонатан натянул поверх пижамы видавший виды халат.

– В чем дело, сынок? – спросил он, когда они вышли наружу. – Все в порядке?

– Я хочу тебе кое-что показать. – Он привел отца к краю кратера и направил луч фонаря туда, где недавно копались посторонние.

– После того, как вы вчера уехали, я здесь наткнулся на чужаков. Один ошивался прямо тут с каким-то подобием металлоискателя. Второй пытался пробраться в старый амбар.

– Боже правый, Кларк! – взволнованно воскликнул Джонатан. – Почему ты сразу же не рассказал мне об этом? Ты вызвал полицию?

– Я сперва хотел поговорить с тобой.

Его отец топтался на месте, оглядываясь по сторонам.

– Сегодня утром я заметил, что со стогами сена произошло что-то странное. И свиньи сильно нервничали. Но я даже подумать не мог… – Он схватил Кларка за локоть. – С тобой все в порядке? Они не причинили тебе вреда?

Кларк пожал плечами.

– Мне удалось их спугнуть.

Джонатан отпустил руку Кларка и повернулся к амбару.

– Они сломали замок. Им удалось пробраться внутрь?

– Им так и не удалось туда попасть, – сказал Кларк.

Он знал, что отец отреагирует на новости о происшествии именно так. Но он вытащил Джонатана из постели посреди ночи не только затем, чтобы рассказать о незваных гостях. Кларк хотел услышать ответы на вопросы о старом амбаре. И о том, что в нем спрятано. Но теперь, стоя посреди поля возле старого сарая рядом с отцом, Кларк не был уверен, что готов услышать ответ. Только не в том случае, если окажется, что дело серьезное, и ему придется жить с этим. У него и так хватало забот. Например, экзамены и школа. А его новые сверхспособности, по всей видимости, постепенно выходили из-под его контроля.

– Как тебе удалось заставить их уйти? – спросил отец.

– Я направил на них наш фронтальный погрузчик. – Кларк сделал паузу и уставился на отца. – Я должен что-то знать об этом амбаре? – расплывчато спросил он.

Одну долгую, бесконечную, неловкую минуту Джонатан просто смотрел на Кларка. В какой-то момент отец даже кивнул самому себе, но несколько мгновений спустя вздохнул и с силой тряхнул головой.

– Сынок, мы с твоей мамой… – начал он. – Мы всегда хотели для тебя только самого лучшего.

Кларк разволновался и отвел глаза в сторону.

– Я знаю.

Джонатан снова умолк. Он покосился на амбар, затем повернулся к Кларку и открыл рот, словно намереваясь что-то сказать.

– Прости, пап, – сказал Кларк, опередив его на мгновение. Он уже понял: вся эта беседа была ошибкой. – Ночь на дворе, мне не следовало тащить тебя сюда, только чтобы рассказать об этом происшествии.

– Ты хотел показать мне, что они раскопали что-то на дне кратера, – ответил отец, обрадованный тем, что они отвлеклись от серьезной беседы, которую так и не смогли начать.

Кларк кивнул.

– Да, я просто… я никогда не думал, что увижу чужаков на нашей земле.

Джонатан кивнул и похлопал Кларка по плечу:

– Давай вернемся в дом и поспим немного. Завтра утром первым делом позвоню в полицию. Как разберемся с этим, сможем поговорить о том, что тебя гнетет. Договорились?

Кларк кивнул.

– Ты иди. А я побуду тут еще немного.

– Ты уверен? – Судя по взгляду Джонатана, он хотел сказать что-то еще, но промолчал. Он лишь неуклюже топтался на месте с виноватым выражением на лице.

– Хорошо, – наконец сказал он, а затем развернулся и направился обратно в дом, оставив Кларка наедине с темнотой.

Глава 11

Следующие несколько дней Кларку удавалось избегать непростого разговора с отцом. Забот и так хватало. Все свободное время он тратил на подготовку к экзаменам и размышлениям о докторе Уэсли и стене с фотографиями. Он думал о том, что эти снимки могли быть как-то связаны с незнакомцами, застигнутыми за попыткой проникновения в старый амбар. Думал об интервью, которое они с Ланой взяли у Монтгомери Мэнкинса.

Кларку хотелось одному вернуться в амбар. Но всякий раз, когда эта мысль приходила ему в голову, Кларк находил причину отмахнуться от нее, сам не понимая, почему.

Вечером в пятницу, сразу же после наступления темноты, Лана заехала за Кларком, забрав его в самом конце длинного подъездного пути к ферме Кентов. Они пересекли несколько узких шоссе и свернули на ухабистую проселочную дорогу, ведущую к ферме Джонсов, одной из старейших в Смолвилле. И наконец припарковались по соседству с океаном других машин.

На Кларке были его единственная черная рубашка с пуговицами и только что выстиранные джинсы. На Лане красовался черный сарафан, из-под которого выглядывали полинявшие узкие джинсы. Всю неделю вечеринка у Томми была предметом обсуждения в каждой беседе, в которой принимал участие Кларк. Все называли ее «Похоронами фермы Джонсов». Половина старшеклассников рассчитывала побывать у Томми, и все должны были прийти в черном, словно на настоящие похороны.

Увидев костер, пылающий высоко над головами одноклассников, веселящихся на краю кукурузного поля, Кларк внезапно разнервничался. Из стоявшего поблизости фермерского дома доносилась музыка, за тонкими белыми занавесками сновали темные силуэты. Давненько Кларк не бывал на таких вечеринках. Еще с девятого класса, когда его затаскивали на подобные мероприятия товарищи по команде. Он надеялся, что вспомнит, как здесь полагается себя вести.

– Кларк! – воскликнул кто-то за их спинами.

Он обернулся и увидел Брайана с Лексом, высаживающихся из красного спорткара, припаркованного на несколько рядов ближе к кукурузному полю. Парни прибавили шаг, догоняя Лану и Кларка.

– Отлично выглядишь, – отметил Брайан, бросив взгляд на рубашку Кларка.

– Это единственная черная вещь, которая у меня есть, – признался Кларк.

– Я так и подумал, – ответил Брайан.

Он и сам выглядел не намного лучше – на нем были линялый черный свитшот и черные джинсы. А вот Лекс, напротив, выглядел впечатляюще: черные дизайнерские штаны, черный блейзер и темно-серая рубашка. Ну и темные очки-авиаторы – даже несмотря на ночное время.

– Это моя лучшая подруга Лана, – представил девушку Кларк. – Лана, познакомься с Брайаном и Лексом.

Они обменялись рукопожатиями, затем Лекс повернулся к Лане и сказал:

– Брайан говорит, что ты пишешь для школьной газеты.

– Шутишь? – рассмеялся Брайан. – Она и есть школьная газета.

– Это правда, – подтвердил Кларк.

Лана просияла.

– Ну не знаю, я бы так не сказала.

Лекс снял очки, достал из кармана визитку и протянул ее Лане.

– Как закончишь школу, набери меня. Моя компания в Метрополисе всегда в поиске талантливых авторов.

– Спасибо, – ответила Лана, принимая визитку.

Она явно была польщена, а вот Кларк все еще не определился со своим отношением к Лексу. Этот парень был скользким, словно он более умная и улучшенная версия Кори. И Кларку казалось странным, что Лекс захотел повеселиться на вечеринке старшеклассников.

Но когда все четверо двинулись к фермерскому дому, Кларк отмахнулся от этих мыслей. Его внезапно захлестнула ностальгия. Сколько раз он бывал здесь за время учебы в девятом классе? Десять? Пятнадцать? Это место почти не изменилось. Длинная грунтовая дорога вела к поблекшему белому двухэтажному зданию, вокруг которого раскинулся большой, поросший травой палисадник, где они обычно жарили барбекю. А за домом начинался просторный задний двор, спускавшийся к обширным фермерским полям.

Ферма Джонсов была по-своему уникальна – поля, раскинувшиеся на огромной территории, перемежались рощицами высоких деревьев, которые высадил дедушка Томми. Старик Джонс планировал разделить свою землю на несколько частей и построить по дому для каждого из своих детей. Однако у него так и не хватило денег, чтобы начать строительство, и отец Томми остался единственным членом семьи, по-прежнему живущим в Смолвилле.

Внутри играла музыка в стиле кантри. Десятки одетых в черное людей сновали по комнатам, смеялись, танцевали, болтали друг с другом, перекрикивая музыку, и пили из красных стаканчиков. На раскладном столе по соседству с горой чипсов, бретцелей и полупустых коробок от пиццы установили две большие колонки. На полу стояли три массивные бочки, заполненные тающим льдом и запотевшими банками пива.

Дом был набит гостями, но из обстановки здесь мало что осталось: почти никакой мебели, за исключением нескольких раскладных столов и дешевых пластиковых стульев.

Лана заметила компанию друзей из школьной газеты и подошла поздороваться с ними.

Лекс выудил из бочки три холодные банки с пивом и протянул их остальным. Брайан охотно взял одну, а Кларк отказался, объяснив:

– Я не пью.

Лекс пожал плечами и бросил лишнюю банку обратно в бочку. Затем они втроем вышли на задний двор, где вокруг огромного, потрескивающего костра собралась еще одна многочисленная компания. Гости переговаривались и смеялись.

Кларк думал, что на этой вечеринке по случаю окончания учебного года будут только знакомые ему ребята, но это оказалось не так. Некоторые из присутствующих были одеты в пиджаки с эмблемой старшей школы из соседнего округа. Другие выглядели чуточку постарше, ровесниками Лекса. Должно быть, студенты из колледжа приехали домой на летние каникулы.

Заметив Глорию, стоявшую в окружении нескольких мексиканских старшеклассников, знакомых ему по школе, Кларк приосанился. Она была одета в черный сарафан и светло-голубую футболку. Длинные, густые волосы собраны в хвост. Увидев Кларка, Глория помахала ему рукой, а затем сделала глоток из красного стаканчика.

Кларк махнул в ответ, и бабочки в его животе заметались с новой силой. Подойдя к Глории, он сказал:

– Я надеялся встретить здесь тебя.

– Аналогично.

Они оба замолчали на несколько секунд, затем Глория спросила:

– Не пьешь?

Кларк помотал головой.

– Не люблю, по правде говоря.

– Да, я тоже, – ответила она. Когда Кларк покосился на ее стаканчик, Глория протянула его поближе, чтобы Кларк смог заглянуть внутрь. – Вода. Ненавижу, когда я себя не контролирую.

Кларк улыбнулся.

– Если честно, – признался он, – я давненько не бывал на подобных вечеринках.

Глория взглянула на собравшуюся вокруг костра толпу.

– Да, я скорее предпочту соседское барбекю. Я пришла сюда только затем, чтобы присмотреть за младшим братом. Ты знаком с Марко?

– Да. Он же играет в соккер, верно?

Она кивнула и взглянула на компанию своих друзей.

– Отлично, – произнесла она, – похоже, он уже кинул меня.

– Я могу помочь тебе его найти, – предложил Кларк.

– Все в порядке. – Глория осмотрелась по сторонам, потом повернулась обратно к Кларку. – Я обычно не веду себя как курица-наседка, просто… – В ее глазах промелькнул страх. – Исчезло еще трое людей из моего окружения. Один из них, Дэнни Лопес, был хорошим другом моего дяди Рене. Он отправился на работу на местную ферму и так и не вернулся домой. Уже шесть человек, Кларк. Все молодые мужчины. И я не собираюсь терять моего младшего братика.

– Ого! – воскликнул Кларк. – Еще трое? Что вообще происходит?

Глория покачала головой и отпила воды.

– Ходит множество слухов, но, по правде говоря, мы ничего не знаем. По крайней мере, пока. И я не очень-то доверяю местной полиции. Не в том случае, когда речь заходит о подобных вещах.

Кларк едва не вышел из себя при мысли о том, что Глория вынуждена сомневаться в действиях местных властей, в то время как множество веселившихся на вечеринке белых ребят – даже бедных белых ребят – никогда не познают подобных забот.

И он в том числе.

– Короче, пойду я поищу его, – произнесла Глория, – увидимся позже.

Кларк проследил за тем, как Глория возвращается к друзьям, надеясь, что он смог немного развеять беспокойство девушки насчет брата. И вдруг осознал, что после встречи с грабителями на своей земле он совершенно забыл о том, что происходит вокруг: его целиком поглотило только то, что творилось в его жизни. С этого момента он будет стараться концентрироваться на общей картине. И начнет с этих таинственных исчезновений.

Он пошел обратно к Лексу и Брайану. Теперь Кларка мучили угрызения совести из-за того, что он веселится на вечеринке в то самое время, когда в Смолвилле происходят куда более важные вещи. Им с Ланой предстоит над многим поработать. И Кларк не видел причин, почему бы не начать прямо сейчас.

– Эй! – Лекс щелкнул пальцами у Кларка под носом. – Алло? Есть кто дома?

Кларк вышел из задумчивости и сосредоточился на том, что говорил ему Лекс.

– В чем дело?

– Я только что задал тебе вопрос. Составишь Брайану компанию в зале?

– Да ерунда это все, – отмахнулся Брайан, – я только что приступил к тренировкам по новой системе и перешел на новый режим питания. А Лексу плевать.

– Вообще ни разу, – с улыбкой возразил Лекс, – я твой самый преданный болельщик. Я просто подумал, что тебе понадобится напарник по тренировкам. Тебе будет слишком легко отлынивать, если кто-нибудь не будет держать тебя в тонусе. И ты знаешь, что я совсем не дружу со спортом.

– Я пойду с тобой, – пообещал Кларк.

– Видишь? – сказал Лекс. – Я же говорил тебе, что Кларк согласится.

Несколько секунд спустя Лекса втянули в беседу о Метрополисе, и Кларк пихнул Брайана локтем:

– Значит, ты собрался в зал?

Брайан пожал плечами:

– Помнишь, как я подначивал тебя поговорить с Глорией во «Всеамерикане»? И сказал, что тебе нужно начать действовать? Что ж, настала пора мне самому последовать своему же совету.

Кларк кивнул:

– И как обстоят дела?

Брайан засунул руки в карманы.

– Ну, я работаю довольно усердно. И Кори, кто бы мог подумать, подсунул мне средство, которое помогает восстановиться. Честно говоря, я и сам никогда не представлял себя в зале. Но я чувствую себя хорошо.

– Это самое главное, – заметил Кларк.

Они оба замолкли на мгновение. Кларка так и подмывало рассказать Брайану о том, что в Смолвилле исчезают люди, и он намерен разузнать, что происходит. Но не был уверен, что они уже достаточно подружились для таких признаний. Они по-прежнему только узнавали друг друга.

– Так странно, – признался Брайан, – знаешь, я так отчаянно хотел кем-то стать. Кем-то, кто реально что-то значит. Но я понятия не имел, как это сделать. Я люблю летать, но отец не думает, что в этом деле есть большие перспективы для меня. Он говорит, что все деньги в финансах. Или в юриспруденции. А после того как я вернулся из частной школы… не знаю. Он просто изменился.

– Я и сам тоже не знаю, в чем мое призвание, – признался Кларк, – думаю, это звучит слишком драматично, но ты меня наверняка понимаешь.

– Полностью.

– У тебя будто бы есть куча энергии, – сказал Кларк, – но ты понятия не имеешь, как ее использовать.

Брайан закивал:

– И ты не можешь ничего с ней не делать, иначе тебя попросту разорвет.

– Именно.

Кларк с детства гадал, в чем заключается смысл его жизни. Когда он был моложе, то убеждал себя, что его будущее – в работе на ферме. Что он будет возделывать землю. Ухаживать за скотом. Все эти вещи по-прежнему были важны. Но в последнее время Кларка не отпускала мысль, что он пришел в этот мир для чего-то более значительного.

Например, для того, чтобы помогать людям.

Прежде чем Кларк успел сказать что-то еще, Таня Дэвис, звезда-подающая смолвилльской команды по софтболу, взяла его под локоть и произнесла:

– Прости, что отвлекаю тебя, Кларк, но мне нужно, чтобы ты сыграл со мной в пив-понг.

– Что? – спросил застигнутый врасплох Кларк.

– Каждый из нас выбирает себе руку помощи, – пояснила она, – и ты – моя рука помощи.

– Ты выбрала Кларка? – спросил бейсболист по имени Джулс. Он обернулся к Бо, одному из своих товарищей по команде, и протянул тому ладонь, предлагая «дать пять». – Теперь мы на коне, этот парень даже не пьет.

Несколько других бейсболистов рассмеялись.

– Вы просто неучи, – ответила Таня, – я видела, как Кларк увернулся от полусотни попыток блокировки во время одного забега. Думаете, он не сообразит, как закинуть чертов шарик для пинг-понга в бокал с пивом?

– Посмотрим.

– Давай, Кларк, – подначил его Брайан, подталкивая вперед, – посмотрим, на что ты способен.

Кларк пожал плечами, взял шарик для пинг-понга и посмотрел на три стаканчика с пивом, вереницей стоящих на противоположном конце длинного стола:

– Что мне делать? Кинуть шарик в один из этих стаканчиков?

– В любой, в какой захочешь, – подтвердила Таня, – и этим придуркам придется его выпить.

Несколько человек, стоявшие поблизости, заинтересовались игрой, пока Кларк прицеливался. Он высчитал нужную скорость, основываясь на весе и силе трения шарика для пинг-понга и сделав поправку на легкий бриз. Кларк прицелился в самый центр вереницы, и бросок угодил точно в цель.

– Ха! – воскликнула Таня. – Пейте, неудачники!

– Повезло, – отмахнулся Бо, одним залпом выпив содержимое стаканчика. Его собственный бросок не попал в цель.

– Посмотрим, сможешь ли ты повторить, – сказал Джулс.

Кларк взял другой шарик для пинг-понга, прицелился и бросил снова. Тот угодил прямиком в следующий стакан. Брайан хлопнул его по плечу:

– Может, в этом твое призвание, Кларк? – пошутил Мэнкинс. – У тебя прирожденный талант.

Это была всего лишь глупая игра, но Кларка охватил азарт. За ними наблюдала небольшая кучка зрителей. Кларк играл против двух бейсболистов на противоположной стороне стола. Он сделал еще четыре броска, и все четыре угодили точно в цель. Зрители пришли в восторг. Однако когда они начали поощрять его продолжать и дальше, Кларк задумался, не начинает ли он раскрывать свои сверхспособности.

Следующий бросок он намеренно направил мимо цели, после чего поблагодарил Таню за приглашение поучаствовать в игре.

– Да ладно, Кларк! – воскликнула она. – Ты нужен мне для следующего раунда.

– Я бы с радостью, но мне нужно кое-кого найти, – возразил Кларк. Он обменялся хлопками ладонями со всеми игроками и вернулся обратно в дом.

Брайан последовал за ним.

– Черт возьми, Кларк, это было впечатляюще! – воскликнул он.

– Да ерунда, просто повезло, – отмахнулся Кларк.

– Как скажешь.

В гостиной они присоединились к Лексу. Он как раз рассказывал двойняшкам Дженни и Лауре о старом театре с привидениями, который снесли, чтобы освободить место для строительства нового здания корпорации «Мэнкинс».

– А вот и сам Мэнкинс собственной персоной, – сказал Лекс, указывая на Брайана, – но не спрашивайте его об этих вещах, потому что он не желает иметь ничего общего с бизнесом своего отца, не так ли, Брай?

Брайан с раздраженным видом уставился на Лекса.

– Могу я угостить тебя еще одним пивом? – с сарказмом спросил он. – Потому что тебе явно недостаточно.

Лекс пропустил подкол мимо ушей.

– Просто это очень странно, Брайан. Всякий раз, как я что-нибудь у тебя спрашиваю о вашем семейном бизнесе, ты отвечаешь, что ничего не знаешь. Когда ты уже собираешься внести свою лепту?

Заметив, что обстановка начала резко накаляться, обе девушки незаметно испарились.

– Ты в порядке? – спросил Кларк.

– Да, – ответил Брайан, – мне бы просто хотелось, чтобы Лекс рассказал, что он на самом деле забыл в Смолвилле. Он говорит, что хочет залечь на дно и потусоваться. Но, как по мне, он чересчур одержим моим отцом. – Брайан повернулся к Лексу. – Серьезно, чувак, девяносто процентов времени, что мы проводим вместе, ты выспрашиваешь у меня подробности о компании моего отца.

Кларк почувствовал, что между Брайаном и Лексом назрел личный разговор, и начал искать повод покинуть их общество. Выглянув в окно, он заметил на улице своих бывших товарищей по команде и пробормотале:

– Пойду, поздороваюсь кое с кем. Скоро вернусь.

Но Брайан с Лексом настолько увлеклись перепалкой, что даже не заметили его ухода.

Кларк вышел на заднее крыльцо, где уже топтались Пол, Томми, Реджи, Вилли и Кайл.

– О, ты пришел, – заметил Пол. – Томми, давай отведем Кларка в коровник. Вдруг он умеет пить прямиком из вымени.

Ребята рассмеялись, и Пол отхлебнул из стаканчика. Он явно был пьян.

– Я, пожалуй, пас, – отказался Кларк. Несмотря на подкол, он был рад видеть, что Пол больше не носит свою перевязь.

– К тому же мы все равно уже продали весь скот, – добавил Томми.

– До сих пор не могу поверить, что это наша последняя вечеринка здесь, – сказал Кайл, – вообще последняя. Что ты теперь будешь делать?

– Я рад, что ты зациклен на вечеринках, – ответил Томми, облокотившись о деревянную лестницу. – Моя семья тем временем будет вспоминать все завтраки, обеды и ужины в этом доме. Труд, что мы вложили в окрестные поля. Животных, которых мы вырастили.

Кайл пренебрежительно отмахнулся:

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Почему вы решили продать ферму? – спросил Кларк. – Я думал, твоей семье нравится здесь.

– У родителей не было выбора, – ответил Томми. – Местный покупатель предложил слишком хорошую сумму, чтобы отказываться. И всё налом. Хватило, чтобы купить новый дом в городе и зимний дом в Аризоне.

Кларк кивнул, мысленно поставив в голове зарубку поделиться этой информацией с Ланой. Он мог представить себе лишь одного местного покупателя, готового выложить такую сумму денег. Это был Монтгомери Мэнкинс.

По случайному совпадению, именно в этот момент мимо них проходил Кори Мэнкинс в окружении нескольких своих друзей. Все они выглядели слишком взрослыми, чтобы посещать вечеринки старшеклассников. Кори был одет в дорогой черный костюм, черную рубашку и галстук. На его друзьях красовались черные блейзеры и джинсы. Заметив Кларка, Кори остановился и спросил:

– А где твоя подруга?

– Лана? – Кларк сделал вид, будто оглядывается по сторонам. – Где-то здесь.

Кори взглянул на футболистов, затем пробурчал что-то под нос своим друзьям, те рассмеялись. Кларку же он бросил:

– Если увидишь ее, скажи, что я ее искал.

Когда они ушли, Пол озвучил мысль, которая была у всех на языке:

– Кто пригласил этого засранца?

– Я слышал, что они приехали на катафалке, – сказал Кайл, – с шофером. Согласитесь, больные люди.

– Это сын Мэнкинса, – заметил Реджи, – вы же знаете, что им деньги девать некуда.

Остальные согласно закивали.

– Полагаю, по сути, ему и приглашение-то не нужно, не так ли, Томми? – спросил Вилли. – Ведь начиная с полуночи это место принадлежит его отцу.

Томми покачал головой.

– Нашу ферму купил не Мэнкинс. Мы продали ее какой-то компании под названием «Уэско». И, по словам моего старика, они даже не собираются использовать ее для фермерства. Ему кажется, что они планируют превратить нашу ферму в виноградник. Полагаю, земля вокруг кратера у нас на ферме особенно богата и питательна для выращивания винограда.

– Винодельня в Смолвилле? – переспросил Кайл. – Да это даже звучит нелепо.

Парни умолкли, покачивая головами. Но Кларк был все еще ошарашен именем покупателя. «Уэско». Теперь все запуталось еще сильнее. Кларк подумал обо всех фотографиях кратеров на стенах кабинета доктора Уэсли, включая тот, что на ферме Кентов. Неужели этот парень всерьез собирается делать здесь вино? И как кто-то, снимающий отстойный офис, может позволить себе выкупить ферму Джонсов? Да еще и наличными?

Кларку нужно было найти Лану. Ей понравится эта история.

Томми положил свою тяжелую ладонь на плечо Кларку.

– У тебя уши не горели?

– С чего бы? – спросил Кларк.

Реджи встал и отряхнул пыль с черных штанов.

– Кайл тут сделал весьма серьезное заявление. Он сказал, что если бы ты не бросил футбол, то легко мог бы стать профессионалом.

– Правда? – Кларк покосился на Кайла, и тот кивнул. Слышать подобные комплименты было приятно, но теперь Кларк почувствовал еще бо́льшие угрызения совести из-за своего ухода. Многие парни видели в футболе свой билет в большой мир. Но тренеры команд из колледжей вряд ли будут просматривать их игры, если у них нет побед.

– Проклятье, да мы все так думаем, Кларк, – признался Томми, – ты был непобедим.

– Ну, все, кроме Пола, – добавил Кайл, поворачиваясь к приятелю. – Пол?

Теперь все взгляды устремились к Полу, который перегнулся через перила с таким видом, будто его сейчас стошнит. Реджи выхватил из рук приятеля полупустую бутылку, а Кайл метнулся за водой.

Кларк тоже шагнул было, чтобы помочь, но Томми остановил его:

– Не переживай, Кларк. Мы о нем позаботимся.

Кларк отступил на несколько шагов, наблюдая за тем, как Пол медленно приходит в себя. В этот момент он явственно увидел колоссальную пропасть, возникшую между ним и его бывшими товарищами по команде. Талант ничего не значил по сравнению с доверием. А они доверяли только своим.

Кларк развернулся и направился обратно к дому.

Глава 12

Час спустя Лана спешно вытащила Кларка из дома и провела мимо громко потрескивающего костра к самому краю заднего двора, где они могли поговорить наедине. Кларк хотел рассказать, что узнал от Томми, но подруга опередила его:

– Я разговаривала с Глорией Альварес, – сообщила она.

Кларк взял паузу, гадая, к чему это может привести:

– И… – начал он.

– Она все мне рассказала об этих исчезновениях. – Лана оглядела толпу, окружавшую возвышающийся костер. – Может, ты и прав, Кларк. То, что происходит в Смолвилле, заставляет семьи страдать. И я начинаю задумываться…

– О чем? – спросил Кларк после того, как Лана не закончила свою мысль.

Лана огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает:

– Жители города, те, кто выступает за этот новый законопроект о задержании и обыске… А что, если они решили сами вершить закон?

– И что, типа, начали похищать людей?

Лана пожала плечами, подобрала с земли маленький камешек и принялась крутить его пальцами.

– Знаю, знаю, это звучит абсурдно, но пока что под ударом оказалась только одна категория населения, не так ли?

Кларк задумался.

– Но почему они просто не могут дождаться итогов голосования? После этого им уже не придется так сильно рисковать.

Лана покачала головой:

– Я уже не знаю, что и думать, Кларк. Это все совершенно неожиданно для Смолвилля. Два года назад иммиграция не была такой уж большой проблемой. Уж точно не здесь. Сейчас все только о ней и говорят.

Кларку показалось, что ее рассуждениям чего-то не достает. Все, с кем он разговаривал, считали предлагаемый законопроект в корне неверным. Они активно выступали против. Пожалуй, им стоит рассмотреть тему исчезновений в контексте всего остального, что творилось в городе. Люди, пытавшиеся проникнуть в их амбар. Протестующие возле мэрии. Фотографии, которые он видел на стене кабинета доктора Уэсли.

– Я тут разговаривал с Томми и ребятами, – сообщил он Лане, – оказывается, это место выкупил вовсе не Мэнкинс.

Лана прищурилась:

– А кто тогда?

– «Уэско». Компания доктора Уэсли. И он выложил всю сумму наличными.

– Серьезно? – Лана швырнула камешек в траву. – Где он взял такие деньги? Ты же видел его офис.

– Именно об этом я и подумал.

Лана несколько минут молча разглядывала Кларка, а затем улыбнулась:

– Может, настала нам с тобой пора нанести доктору Уэсли небольшой…

Раздавшийся со стороны дома громкий треск прервал ее слова, а следом до них донеслись громкие голоса. Кларк развернулся в сторону костра и увидел, что раздвижная стеклянная дверь разбита. Из дома высыпали люди, желая узнать, что за шум.

Лана схватила Кларка за запястье.

– Идем!

Они оба поспешили к толпе.

С другой стороны костра лицом к лицу стояли Пол и один из друзей Кори. Парни громко орали друг на друга.

– Я могу разговаривать с кем захочу! – кричал друг Кори. – И хрен ты мне что за это сделаешь!

– Я сказал, отвали! – рычал Пол, тыча пальцем в лицо парня, почти касаясь его.

К спорившим подбежал Кори.

– Эй! – крикнул он. – Майки! Что за дела?

– Этот парень пьян, – ответил Майки, нахально улыбаясь, – только и всего.

– Неа, – возразил Пол, – Таня сказала тебе отвалить, но ты ее не послушал. – Он оскалился и добавил: – Мы не потерпим здесь подобного дерьма.

– Аккуратнее, – предостерег Майки, – я могу легко выслать тебя из страны к утру. Поверь мне.

Пол толкнул Майки. Но в процессе поскользнулся и, чтобы удержать равновесие, схватился за столик для пив-понга. Пол был мощным, как танк, и крепким, как кремень, но он слишком много выпил. И все еще восстанавливался после травмы плеча. Кларк понимал, что его бывший товарищ по команде сейчас не в состоянии драться.

Майки толкнул его в ответ. А когда Пол качнулся назад, приятель Кори подскочил и отвесил неуклюжий хук с левой, по касательной задевший Пола по челюсти. Падая, футболист ухватил Майки за воротник, увлекая за собой, и все собравшиеся ахнули, когда сцепившиеся друг с другом противники рухнули на землю и покатились прямо к костру.

Электрический разряд прошел через все тело Кларка, и в следующее мгновение он уже несся через теплый ночной воздух, стиснув кулаки, сжав зубы и не сводя взгляда с пламени. Через секунду он уже был на месте и оттолкнул Пола и Майки в сторону, подальше от огня.

Майки вскочил на ноги и замахнулся на Кларка, но удар разминулся с целью.

Кларк застыл, он слишком боялся ударить в ответ. Боялся, что причинит серьезный вред. У всех на глазах. Так что он просто остался стоять на месте, а вот Майки разогнался и изо всех сил толкнул его в грудь. Кларку потребовалась целая секунда, чтобы осознать, что он тоже должен упасть на землю, как и Пол, так что он опрокинулся на спину. Однако фальшивое падение Кларка внезапно превратилось в настоящее, когда он споткнулся о небольшую груду дров и полетел прямиком в ревущее пламя костра.

Толпа вокруг ахнула и закричала от ужаса, увидев, как языки пламени лизнули одежду Кларка и опалили его; тлеющие красные деревяшки ткнулись ему в спину, обдав странным теплом. Запахло паленой резиной.

Кларк пулей вылетел из костра, упал на покрытую стеклом траву и принялся лихорадочно сбивать пляшущие на его рубашке языки пламени.

– Господи Иисусе, Майки! – закричал Кори, подбегая к Кларку. Он помог погасить искры на плечах Кларка и спросил: – Проклятье, дружище, ты в порядке?

Кларк кивнул и поднялся на ноги. Он потянулся за очками и снова надел их.

Его одежда была в подпалинах, и все таращились на него. Кларк замялся и засунул руки, которые должны были быть покрыты ожогами и ссадинами, в карманы.

– Я в порядке. Я пробыл там не больше секунды.

Кори увел Майки в сторону.

К Кларку подскочила Глория.

– Боже мой, Кларк! Ты упал прямо в костер.

– Со мной все в порядке, – повторил он.

– Ты не обгорел?

Он покачал головой.

Рядом появился Брайан. Схватив Кларка за руку, он посмотрел на брата:

– Кори, убери этого кретина отсюда! Посмотри, что он натворил!

Вокруг Кларка столпилось несколько футболистов.

– Ты спас его, – сказал Томми, – ты спас Пола от огня.

Пол все еще стоял на коленях в паре метров от Кларка и вытаскивал из локтя кусочки стекла:

– Ты спас мою задницу, – произнес он.

Кларк покачал головой:

– Я просто среагировал.

Когда люди поняли, что Кларк серьезно не пострадал, шумиха вокруг него понемногу улеглась. В тусклом вечернем свете все должно было произойти очень быстро. Скорее всего, очевидцы решили, что Кларк отделался незначительными ожогами, скрытыми под рубашкой. И маленькими порезами от стекла, прямо как у Пола. Но на Кларке не было ни царапины. Языки пламени лишь обдали его кожу теплом. Он чувствовал их. Но пламя не причинило ему никакого вреда.

– Тебе нужно в больницу, Кларк, – сказала явно потрясенная произошедшим Глория, – они должны осмотреть твою спину.

– Я отвезу его, – вызвалась Лана, – я его водитель.

– Со мной все в порядке, – заверил их обеих Кларк, – честно. Я просто хочу убраться отсюда.

– Разумеется. – Лана повернулась к стоящим неподалеку друзьям. – С Кларком все в порядке. Я отвезу его домой.

Кори кричал на своих приятелей, пока они шли в сторону парковки, где оставили свой катафалк с водителем.

Брайан продолжал спрашивать у Кларка, все ли с ним в порядке. Как и Лекс, и куча людей из школы. Все хотели поговорить с ним и спросить, не нужно ли ему чего-нибудь.

А все, что требовалось Кларку – это исчезнуть.

Он использовал крохотную частичку своих способностей прямо у всех на глазах. А что, если все собравшиеся теперь тайком размышляют о нем? Считают его уродом?

Наконец Лане удалось провести Кларка сквозь толпу к своей машине.

– А ты и правда хороший парень, – заявила она, открывая дверь, – эта футбольная братва вечно обращалась с тобой, как с дерьмом. И всякий раз, как кто-нибудь из них попадает в переплет, ты первым бросаешься на помощь.

Затем они оба замолчали и до дома Кентов ехали в тишине.

Кларк проигрывал в голове все, что произошло после того, как они услышали звук разбивающейся стеклянной двери. Пол и Майки катятся прямо в костер. Невозможная скорость, с которой он настигает их. Он выскакивает из костра с пылающей рубашкой.

Неужели он выдал себя перед одноклассниками?

Знают ли они?

Лана тоже погрузилась в собственные мысли. Она смотрела прямо перед собой, туда, где разрезали ночную тьму фары ее «Хонды». Время от времени она кивала самой себе. Иногда она качала головой или барабанила по рулю, словно бы подчеркивая какую-то невысказанную мысль. Только когда они подъехали к основанию длинной подъездной дороги, ведущей к дому Кларка, она заговорила:

– Какие у тебя планы на завтрашнее утро?

– Вернуться обратно на ферму Джонсов, – ответил он. – Вместе с тобой.

Лана с подозрением посмотрела на него:

– Откуда ты знаешь, что я собиралась это предложить?

– Потому что, – ответил он, – там можно что-нибудь раскопать. А нам обоим нужны ответы.

Она кивнула.

Кларк начал было вылезать из машины, когда Лана нежно дотронулась до его запястья.

– Кларк, – попросила она, – подожди.

Он обернулся и взглянул на нее.

– Я согласилась не везти тебя в больницу. – Лана замолчала и взглянула ему в глаза. – Но позволь мне хотя бы убедиться, что с твоей спиной все в порядке.

Кларк уселся обратно, начиная нервничать. Как он все это ей объяснит? То, что огонь не оставил следов на его коже? Что он не порезался о стекло?

Но это же была Лана.

Так что он повернулся, дав девушке возможность взглянуть на его спину.

Через несколько секунд он почувствовал, как она медленно задирает его рубашку сзади. Затем ее теплые ладони коснулись его кожи. Кларк прислушался к ее дыханию. Затем она полностью засунула руку ему под рубашку и провела ладонью по всей спине: от прикосновения ее пальцев защипало все тело. Кларк затаил дыхание. Это была рука Ланы. Его лучшей подруги. И в то же время это была рука красивой девушки. Рука той, кому он безоговорочно доверял. Ради кого он сделал бы все, что угодно.

– Ни единого следа, – восхищенно прошептала она. – Как такое вообще возможно?

Он обернулся к ней, сердце отчаянно рвалось из груди.

– Я выскочил оттуда так быстро, как только мог.

– Но твоя рубашка… она опалена.

На это Кларк ничего не мог ответить, так что просто промолчал.

Несколько долгих секунд она смотрела прямо на него, их взгляды встретились. Кларк задумался. А что, если Лана сейчас наклонится и поцелует его?

А может, это ему стоит поцеловать ее?

На что это вообще будет похоже?

Лана громко выдохнула и отвернулась к ветровому стеклу.

– Что ж, увидимся утром, – произнесла она.

Кларк открыл дверь, вышел из машины и закрыл ее за собой. Он наклонился, заглянул внутрь через окошко с пассажирской стороны, пытаясь подобрать слова. Но не смог выразить свои чувства словами. Так что он дважды хлопнул на прощание по крыше машины, развернулся и зашагал к дому.

Глава 13

На следующее утро Кларк покинул дом с первыми лучами солнца. Он направился в сторону шоссе, думая, что вышел очень рано и ему придется дожидаться Ланы. Но девушка уже была на месте, ее маленькая подержанная «Хонда» стояла там, где начиналась длинная подъездная дорога к дому Кентов, словно Лана никуда и не уезжала с прошлой ночи. Подойдя к машине, Кларк задумался, не возникнет ли между ними неловкости после событий прошлой ночи. Разумеется, прошлой ночью ничего такого не случилось, но в течение нескольких крайне напряженных секунд было ощущение, что что-то могло бы быть.

По счастью, он все истолковал неверно.

Когда Кларк открыл дверь «Хонды», Лана лучезарно улыбнулась ему и спросила:

– Латте или мокко?

Кларк уставился на два больших стакана в картонной подставке.

– Ого, – сказал он, – может, латте?

– Хорошо, – ответила она, – потому что я выпью что угодно.

Кларк забрался внутрь, взял стаканчик с латте, сделал глоток и поблагодарил судьбу за то, что у него есть такая подруга.

– Ты успела заскочить за кофе? Во сколько же ты встала?

– Кто рано встает, тому бла-бла-бла. – Лана развернулась и выехала на пустую дорогу. – По правде говоря, я особо и не спала прошлой ночью. Только ворочалась с боку на бок да думала о моем разговоре с Глорией. И о том факте, что «Уэско» выкупила ферму Джонсов. – Она покосилась на Кларка. – Ну и о твоей стычке с этим богатым придурком, само собой.

Кларк отхлебнул кофе и уставился в окно, внимательно разглядывая стаю птиц, летящих клином по небу. Затем он повернулся обратно к подруге:

– Ты знаешь, что я осознал прошлой ночью, после того как ты меня высадила? Я в жизни еще ни с кем не дрался. Я не знал, что мне делать.

– М-м, я всегда считала, что это хорошо.

– Нет, нет, я тоже считаю, что это хорошо, – поспешил согласиться с ней Кларк, – я лишь говорю, что нам во многом очень повезло, что мы выросли в таком месте, как Смолвилль. Некоторым ребятам приходится сталкиваться с подобным каждый день. Я лишь хочу…

Лана проследила за взглядом Кларка, уставившегося на гордо вывешенный во дворе соседа плакат с призывом: «Голосуйте «Да» по пункту 3».

– Чтобы мы еще и расистами не были?

– Ну… да. – Кларк задумался на несколько секунд, после чего продолжил: – Хотя я искренне верю, что большинство жителей Смолвилля терпимо относится к другим.

Лана одарила Кларка скептическим взглядом, подняв бровь.

– Вот и узнаем это по явке на референдум. – Она снова сосредоточилась на дороге. – Если ты слишком занят, чтобы добраться до участка и проголосовать своим отзывчивым маленьким сердечком, знаешь, кто ты после этого? Соучастник.

Кларк кивнул и сделал еще один глоток латте. С этим он поспорить не мог.

Пару минут спустя Лана остановилась возле «Фруктов и овощей Альвареса».

– Не знаю, как ты, Кларк, но я бы сейчас не отказалась от пакета ханикриспов.[3]

– Так давай купим их, – согласился Кларк, зная, что на самом деле они приехали сюда задать несколько вопросов.

Они выбрались из машины и направились к лавке.

– Привет, ребята, – поприветствовал он Карлоса и Круза.

Отец с сыном помахали в ответ и продолжили перекладывать фрукты на своем лотке. Судя по поникшим плечам Карлоса, его обычная жизнерадостность сегодня взяла выходной.

Пока Лана выбирала яблоки, Кларк подошел к Крузу:

– Все в порядке?

Круз перестал раскладывать бананы. Покосившись на отца, он шепотом сказал Кларку:

– Вчера утром здесь были копы, задавали вопросы.

– Помощник шерифа Роджерс? – спросил Кларк.

Круз покачал головой.

– Два парня. Я никогда их раньше не видел.

– Чего они хотели?

– Они сказали, что если мы хотим продолжить торговлю, то должны до конца месяца получить разрешение. Отец торгует здесь уже больше десяти лет. Никогда прежде ему не требовалось какое-то разрешение, – фыркнул Круз.

При мысли об этой беседе у Кларка защемило сердце.

– И что вы собираетесь делать? – спросил он.

– Продадим остатки, – ответил Круз, – потом закроем лавочку. Займемся чем-нибудь другим.

Кларк отказывался верить своим ушам.

– Мне действительно жаль слышать об этом.

Одно дело, если Круз с возрастом решит оставить торговлю позади. И совсем другое, когда у всей семьи отнимают основной источник дохода.

– Похоже, здесь прибавилось копов, – добавил Круз, – отец нервничает.

Лана и Карлос подошли ближе, к кассе. Судя по виду старшего Альвареса, тот был сейчас не в том настроении, чтобы вести беседы. Карлос назвал Лане стоимость яблок, забрал деньги, выдал пару долларов сдачи и вернулся обратно к своим фруктам.

Лана проводила его взглядом, затем повернулась к Кларку и Крузу:

– Жаль, что мы ничего не можем с этим сделать, – сказала она.

– Мы не пропадем, – ответил Круз, вымучивая улыбку, – у меня есть план, по правде говоря. Вот увидите.

Они попрощались, Лана и Кларк забрались обратно в машину и отправились дальше. Ехали молча. Лишь несколько минут спустя Лана покачала головой:

– Так что ты там говорил насчет Смолвилля?

Кларк вздохнул:

– Я уже ни в чем не уверен.

В конце концов Лана вырулила на ту же самую, ведущую к ферме Джонсов, проселочную дорогу, по которой они ехали вчера.

– Получается, у нас есть две разные компании, выкупающие фермы вокруг Смолвилля, – произнесла она. – Вопрос вот в чем: они конкурируют друг с другом? И если да, то как в это уравнение вписывается Кори? Он пытается влезть на чужую территорию?

– Если верить Томми, – произнес Кларк, – их ферма официально перешла в собственность «Уэско» только сегодня в полночь. Так что я сомневаюсь, что мы здесь что-то найдем.

– Большинство зацепок всегда приводит в тупик, Кларк. Но мы все равно должны рассмотреть их все.

Лана припарковалась примерно в том же месте, что и вчера. Вот только сейчас их машина была здесь единственной на всю округу. Лана заглушила мотор, вытащила ключ и повернулась к Кларку:

– Мне один вопрос не дает покоя: зачем «Уэско» покупать ферму, если они не собираются использовать землю для фермерства? Тебе это не кажется странным?

Кларк покачал головой, снял куртку и бросил ее на заднее сиденье.

– Отец Томми думает, что они собираются разбить здесь виноградник. Похоже, земля вокруг кратера жутко питательная.

Лана открыла дверь.

– То есть они поэтому так заинтересованы в кратерах?

– Может быть. – Кларк тоже вышел из машины и закрыл дверь.

Пока они шли к дому, Кларк обнаружил, что он не видит на земле пустых банок из-под пива и разбросанных повсюду красных стаканчиков, переполненных урн для мусора. Единственным напоминанием о вчерашнем вечере были лишь едва тлеющие угли внутри импровизированного кострища, в которое Кларк вчера и свалился. В остальном все выглядело безупречно. Исчезли даже осколки от разбитой стеклянной двери. Кого бы Томми ни нанял помочь с уборкой, справились они со своей задачей на все сто.

– Здесь довольно тихо, – заметил Кларк.

– Ага. Но согласно официально опубликованным данным о продаже собственности, которые я нашла в сети прошлой ночью, площадь этой фермы почти две сотни акров.

Кларк кивнул. Ну, разумеется, Лана всю ночь собирала информацию.

Словно прочитав мысли Кларка, она повернулась к нему и сказала:

– Что? Я же говорила, что не могла уснуть.

Они прошли мимо кострища и уединенного закутка на заднем дворе, где они вчера разговаривали, когда началась драка. Через несколько минут они миновали узенькую полоску деревьев и оказались на фермерской земле. Помимо того, что исчез весь скот Джонсов, Кларк не заметил ничего необычного. Затем они с Ланой наткнулись на маленький, полуразрушенный сарай. Кларк открыл скрипящую дверь и заглянул внутрь. Ничего, кроме старых, сломанных и покрытых паутиной инструментов.

Они миновали пустой загон с грязевой ямой, где Джонсы обычно держали свиней. Прошли мимо широкой полосы, где некогда было кукурузное поле. Поравнявшись с концом длинного поля, они подошли ко второй полосе деревьев, служившей защитой от ветра. Эта полоса была необычайно густой. Кларк насчитал, что она примерно в восемь-десять деревьев толщиной и тянется в обе стороны насколько хватает глаз. Должно быть, это одна из тех самых границ участков, на которые отец Томми когда-то хотел поделить свою землю, чтобы построить дома для всех своих детей, да так ничего и не сделал.

Кларк замер, услышав вдали голоса.

Лана тоже остановилась и взглянула на Кларка.

– Что?

Он указал за лесополосу, и только затем до него дошло, что его спутница, скорее всего, не слышала ни звука.

– Погоди-ка, – сказал он, прислушиваясь к источнику звука.

Ну вот, опять. Голоса вдали. Может, в километре от них, но явно еще на территории фермы.

– Ты что-то видишь, Кларк? – взволнованно спросила Лана.

Он покачал головой.

– Мне показалось, я что-то слышал. Но я не уверен.

Лана долго вглядывалась в стену деревьев, затем произнесла:

– Думаю, нам нужно идти дальше. Просто… дай мне знать, если услышишь что-то еще.

Когда они продирались сквозь густые деревья, Кларк остановился во второй раз.

– Но сейчас-то ты это слышишь, верно?

– Нет, не слышу, – ответила Лана. – В чем дело?

Кларк напряг слух, пытаясь определить направление, откуда доносятся звуки. Он услышал мужской голос, который произнес: «Пометь здесь». Слова прозвучали так отчетливо, словно говоривший стоял рядом с ним. В памяти снова всплыла троиц в ковбойских рубашках, которую он застукал той ночью на своей земле. Он почти ждал, что сейчас услышит звук помятого белого пикапа.

– Голоса, – сказал он Лане, – кто-то раздает инструкции.

– Проклятье, Кларк, здесь действительно кто-то есть. Что теперь?

До них донесся легко узнаваемый звук используемого аэрозольного баллончика. Звук шел из-за третьей густой полосы деревьев, в ста метрах от них. Кларк жестом поманил Лану за собой, и они поспешили пересечь открытое пространство.

Почти добежав до третьей лесополосы, они сбавили шаг и пригнулись. Теперь Лана тоже могла слышать голоса.

– Что это за звук? – прошептала она.

– По-моему, это какая-то аэрозольная краска, – Кларк повернулся к Лане, – и кажется, это была не такая уж и хорошая идея. Мы не попадем в неприятности из-за того, что проникли на чужую частную территорию?

– Меня заботит не полиция.

Они обменялись взглядами и медленно двинулись дальше. Углубившись в густую чащу, они тихо и осторожно пробирались сквозь заросли. Подобравшись как можно ближе к большой поляне на другой стороне лесополосы, они спрятались за широким древесным стволом.

На поляне стояли трое мужчин в черной одежде без каких-либо обозначений. Кларк подумал о парне, который напал на его бывших товарищей по команде в центре города. Но тот парень был одет во все коричневое и был мексиканцем. Эти же люди были белыми. Они выглядели так, будто были бойцами какого-то сверхсекретного правительственного отряда. Двое мужчин что-то измеряли в высокой траве, а третий шел за ними и оставлял пометки баллончиком с белой краской.

Чем бы они тут ни занимались, это не имело ничего общего с традиционным фермерским делом.

Или с проектированием виноградников.

Поляна была довольно большой, с половину футбольного поля. И хорошо защищенной. С севера и юга ее закрывали две густые рощи деревьев, с востока прикрывал небольшой холм, а с запада спускалась узкая долина с бегущим перпендикулярно ручьем. А в самом центре поляны находился кратер. Он был несколько больше кратера на ферме у Кентов. И в самом его центре копошилась какая-то машина.

Это место было скрыто из виду со всех сторон, разглядеть его можно было только сверху. И у Кларка зародилось нехорошее подозрение, что именно поляна и кратер и были той причиной, по которой компания «Уэско» выкупила ферму у родителей Томми.

Позади троицы стоял большой черный грузовик, на крыше кабины были установлены прожекторы. Внутри сидел четвертый человек – Кларк мог лишь смутно различить его силуэт, едва видимый в солнечном свете, отражаемом в ветровом стекле.

Кларк переступил с ноги на ногу, пытаясь получше разглядеть грузовик, и тут под его ногой громко треснула большая ветка. Мужчины мигом прекратили работать и посмотрели в сторону источника звука. Кларк с Ланой, широко распахнув глаза от страха, тут же пригнулись.

– Кто здесь? – крикнул парень в черной шляпе.

Второй шагнул вперед и добавил:

– Стойте, где стоите.

На глазах у Кларка парень в шляпе потянулся за спину и достал маленький, темный предмет, напоминающий пистолет. Глаза Кларка распахнулись еще шире. Он посмотрел на Лану и спросил:

– Это?..

– Что? – взволнованно прошептала Лана. – О чем ты говоришь?

Человек в шляпе приближался к ним, направив предмет в землю. Кларк инстинктивно заслонил собой Лану и прошептал:

– У него пистолет.

– Господи! – Она схватила его за руку. – Пошли, Кларк. Нужно убираться отсюда.

Они развернулись и бросились бежать.

Лана бежала впереди. Она выскочила на открытое пространство и припустила в направлении фермерского дома. Кларк бежал следом за ней на скорости, которую считал подходящей для нормального человека. Он продолжал загораживать своим телом Лану, насколько это вообще было возможно. Оглянувшись, он увидел, что их преследуют трое. Четвертый остался позади, возле грузовика.

– Стойте! – закричал самый высокий из них. – Мы просто хотим поговорить!

Кларк услышал, как эти трое что-то быстро обсуждают между собой.

Они с Ланой уже пересекли половину поля. Если они доберутся до последней лесополосы, то смогут укрыться по другую сторону фермерского дома. А уже оттуда он сбегает за машиной Ланы и пригонит ее поближе, чтобы девушке не пришлось долго оставаться на открытом пространстве.

Раздались звуки двух выстрелов, исчезающих в кронах стоящих впереди деревьев. Лана вскрикнула и споткнулась. Кларк прыгнул сверху, прикрывая ее телом, холодея от ужаса при мысли, что в нее попали. Он слышал, как трое мужчин кричат друг на друга.

– Ты ранена? – дрожащим голосом спросил он.

– Я в порядке, – огрызнулась она.

Кларк схватил Лану за футболку и помог подняться на ноги.

– Беги! – крикнул он.

В этот момент раздался третий выстрел, и Кларк почувствовал, будто что-то легонько ужалило его в поясницу, словно бы кто-то отвесил ему леща широкой ладонью.

Кларк побежал дальше, стараясь держаться между Ланой и стрелком. Но стрельба прекратилась.

Обернувшись через плечо, Кларк увидел, как высокий парень толкает спутника в шляпе на землю и не дает ему подняться. Третий продолжал преследовать беглецов, но теперь гораздо медленнее. И, кажется, у него не было оружия.

Добравшись до фермерского дома, Кларк с Ланой свернули за угол, и Кларк снова выглянул обратно. Третий незнакомец теперь просто шел в их сторону, крича:

– Давайте! Проваливайте отсюда! Это частная собственность!

Двое других превратились в неясные силуэты, смутно различимые на фоне последней лесополосы. Похоже, они все еще спорили.

Пока Лана стояла, согнувшись и тяжело дыша, Кларк попытался осмыслить, что только что произошло. В него стреляли впервые в жизни. По крайней мере, ему показалось, что мужчины стреляли по нему и Лане. Или же стрелок стрелял в воздух, пытаясь спугнуть их?

– Дерьмо, – выдохнула Лана, по-прежнему стараясь перевести дух. – Ты их видишь? Они по-прежнему гонятся за нами?

Кларк снова выглянул из-за угла. Третий мужчина возвращался к своим товарищам. Кларк услышал, как один из них сказал:

– Это всего лишь парочка тупых подростков. Нам приказали применять силу только в крайнем случае.

Кларк попытался определить, видит ли эта троица машину Ланы, может ли разглядеть номера? Вряд ли.

– Они идут назад, – сказал он, – давай убираться отсюда.

Они поспешили к «Хонде». Лана отключила сигнализацию, и они запрыгнули внутрь. Девушка завела двигатель и сдала назад. Пока они на большой скорости мчались по ухабистой дороге, она прокричала:

– Это кто вообще такие, черт побери!

– Понятия не имею, – ответил Кларк. И хотя эти трое совершенно не походили на ту троицу, что пыталась вломиться к нему в ангар, между ними должна была быть какая-то связь. На обеих фермах были кратеры. Эти два случая просто не могли быть совпадением.

Лана крепко вцепилась в руль обеими руками.

– Кларк, посмотри на меня. Меня просто трясет. Мы обязаны рассказать об этом копам.

– Я думал, ты им не доверяешь.

– Кларк, этот чувак стрелял в нас! Разве не для этого существует полиция? Чтобы защищать обычных граждан вроде нас?

Кларк позволил себе оглянулся назад только один раз, когда Лана сворачивала на пустую дорогу. Он ощупал спину, думая о том, как же он испугался, когда услышал выстрелы. Когда увидел, как падает Лана. Он был готов поклясться, что в нее попали. Эта мысль убивала его. Кларк понятия не имел, что будет делать, если однажды увидит, как страдает Лана.

Глава 14

– В смысле, вы больше ничего не можете сделать? – воскликнула Лана.

Помощник шерифа Роджерс отложил телефон и откинулся в своем потертом кожаном кресле.

– Я выслушал ваш рассказ, мисс Лэнг. И отправил двоих людей осмотреть ферму. Но они только что позвонили и сказали, что ничего не нашли. Ни пустых гильз. Ни помеченной краской травы. Ни мужчин в форме. Мне очень жаль.

– Как далеко они продвинулись? Ферма Джонсов очень большая, – Кларк повернулся к Лане, – может, нам показать те сведения о продаже, что ты нашла в сети?

Роджерс покачал головой.

– Не нужно. Мои люди уже едут дальше.

По пути к офису окружного шерифа Лана предупредила Кларка, что помощник Роджерс не очень-то хорошего мнения о ней. Роджерс считал, что Лана задает слишком много вопросов. Что она вечно сует нос не в свое дело. Но сейчас все было иначе. В них только что стреляли. В Смолвилле. Кларк с Ланой провели в участке уже два часа, но почти не продвинулись.

Помощник шерифа Роджерс положил ладони на стол, заваленный стопками папок. Столешница походила не на стол высокопоставленного служителя закона, а скорее на место, куда уходят умирать важные данные.

– А теперь, если вы двое меня извините… – произнес он, вставая из-за стола.

Кларк хотел было настоять, чтобы тот сказал или сделал что-то еще, но помощник Роджерс всегда был простым человеком. Если он видел доказательства, то распутывал клубок до конца. Но если улик не было, он переключался на что-то еще. Помощник Роджерс всегда так работал.

– А что насчет «Уэско»? – спросила Лана. – Вы хотя бы поговорите с доктором Уэсли?

– Я же сказал вам, мисс Лэнг, мы займемся этим. – Роджерс потер рукой лицо и немного смягчился. – Слушайте, нам сейчас и так не хватает людей. Из-за этих протестов в центре и грядущего фестиваля «Мэнкинс» нам уже пришлось вызвать из соседнего округа несколько человек на подмогу. Просто чтобы не утонуть в текущих задачах. И это я еще не говорю о проблемах, которые пока неизвестны широкой публике, – он указал на стопку туго набитых папок, лежащих на шкафу для бумаг.

Кларк прочел имена на пяти папках. Затем поблагодарил Роджерса за уделенное им время – потому что знал, что Лана не станет этого делать – и поторопил ее к выходу.

– Что еще за фестиваль Мэнкинсов? – пробормотала Лана, пока они шли обратно к холлу окружного крыла городской мэрии.

– Брайан мне о нем рассказывал, – пояснил Кларк, – компания будет праздновать торжественное открытие своего нового здания. И мне кажется, они хотят сделать из этого запоминающееся событие.

Лана покачала головой.

– Какая колоссальная трата времени.

– Я ничего об этом не знаю, – сказал Кларк и сменил тему. – Ты прочла надписи на тех папках, на которые указал Роджерс, когда намекал о вещах, пока еще не известных публике?

– Нет. Что там написано?

– Там пять латиноамериканских имен. И я узнал одно из них. Мне его называла Глория на вечеринке. Дэнни Лопес.

Лана замерла.

– Пропавшие рабочие-мигранты.

– Может, полиция тоже пытается выяснить, что с ними сталось. А значит, копы не связаны с их исчезновением, верно?

Лана несколько секунд молча смотрела на белую оштукатуренную стену прямо перед ними.

– Полагаю, что так, – наконец сказала она, повернувшись к Кларку, – разве что они уже знают, что с ними сталось. Типа, они хранят сведения о депортированных людях. Слишком рано отбрасывать какие-то версии в сторону.

Кларк кивнул.

– Думаю, ты права.

Заметив уборную, он произнес:

– Ты иди, а я тебя догоню через минутку.

Лана кивнула, уселась на ближайшей деревянной скамье и достала телефон.

Остановившись перед зеркалом в туалете, Кларк, кажется, уже в двадцатый раз с тех пор, как они приехали в мэрию, проиграл в голове события на ферме Джонсов. Зачем им была нужна спреевая краска? И что они искали на дне тех кратеров? Он полагал, что на все эти вопросы существует совершенно законный ответ… до тех пор, пока мужчина в черной шляпе не открыл огонь по Кларку с Ланой. В одном Кларк был уверен наверняка. Эти парни – точно не какие-то случайные местные. Они были оснащены словно отряд спецназа. Но что военные забыли на земле, которую только что выкупил доктор Уэсли, ученый?

Кларк ополоснул водой лицо и вымыл руки. Смолвилль всегда был местом, где все друг друга знают и никто не запирает двери по ночам. Теперь же здесь исчезали люди, а неизвестные в черной форме открывали предупредительный огонь по безоружным старшеклассникам.

Прежде чем выйти, Кларк снял куртку и перекинул через плечо. Когда он повернулся к двери, его внимание привлекло кое-что, отразившееся в зеркале. Кларк встал перед зеркалом, стянул рубашку и вытянул перед собой.

Желудок скрутило в тугой узел.

На спине, в районе поясницы, посреди белой ткани зияла дыра.

Кларк сразу же понял, на что он смотрит.

«Пулевое отверстие!»

Кларк развернулся и уставился на свою спину в отражении. На пояснице алела едва заметная отметина. Размером и расположением она полностью совпадала с простреленной в рубашке дыркой.

Колени Кларка подогнулись, и он схватился за раковину, чтобы не упасть.

Вооруженный человек в черном не делал предупредительных выстрелов.

Он стрелял на поражение.

А что, если бы вместо Кларка он попал в Лану?

Первой мыслью Кларка было пойти прямиком в кабинет Роджерса и предъявить ему в качестве доказательства дыру в рубашке. Разве не на этом основывается Роджерс в своей работе? Может, хоть теперь он наконец-то что-то сделает.

Но это было совсем не то доказательство, которое был готов предоставить Кларк. Да, дыра в рубашке может заставить департамент шерифа всерьез отнестись к обвинениям Кларка с Ланой. Но это также может привести к тому, что шериф с Ланой захотят взглянуть на спину Кларка. А он ни за что не может раскрыть окружающим, что его кожа каким-то образом… пуленепробиваема.

Поэтому Кларк надел рубашку, накинул куртку, а затем вышел в коридор, решив держать рот на замке. Но что бы сейчас ни происходило в Смолвилле… Кларк теперь знал, что это вопрос жизни и смерти.

– Кларк, взгляни-ка, – воскликнула Лана, как только увидела его. Она схватила Кларка за запястье, подвела к входной двери и слегка приоткрыла ее, чтобы Кларк смог выглянуть наружу.

Акция протеста перед мэрией существенно разрослась за те два часа, что они провели внутри здания. Это была уже не горстка людей с транспарантами, теперь перед зданием городской администрации собрались десятки человек. Кларк узнал лидера, которого видел в прошлый раз. У него была бородка, волосы торчали во все стороны, а еще у него в руках был мегафон, в который тот кричал на идеальном английском:

– Здесь и наше место! Смолвилль и наш дом тоже!

Толпа перед зданием мэрии эхом повторяла каждое предложение, по одному зараз. Эффект был потрясающим.

– Помощник Роджерс прав в одном, – сказала Лана, – чем ближе голосование, тем сильнее будут протесты. И я всячески поддерживаю это.

Глава 15

– Надеюсь, ты не возражаешь, что я пригласил Лекса, – сказал Брайан, едва они с Лексом уселись напротив Кларка за большим угловым столиком во «Всеамериканской закусочной». Несмотря на то что была только среда, в закусочной опять не было свободных мест. Глория сегодня не работала, но по пути к своему столику Кларк заметил, что девушка все равно здесь – ужинает со своим братом Марко. Не в силах оторвать от нее взгляд, Кларк едва не сшиб с ног официанта, шедшего навстречу с полным подносом грязной посуды.

– Конечно, – ответил Кларк, пожав плечами. Правда, мысленно он был вынужден признать, что несколько раздражен. Прошло уже три дня с тех пор, как люди в черном стреляли в него с Ланой, а они так и не продвинулись. Кларк предложил Брайану встретиться, потому что хотел спросить, что тот знает об отношениях доктора Уэсли с Кори и на каких условиях они вообще работают вместе. Однако присутствие Лекса могло все осложнить – Брайан мог быть не таким словоохотливым, как если бы они встретились наедине.

– Значит, ты хочешь поговорить о моем брате, – сказал Брайан, изучая меню.

Лекс взглянул на Кларка с равнодушной улыбкой. Кларк подумал, что эта улыбка, похоже, намертво приклеилась к его лицу. Он улыбался так, даже когда они с Брайаном были на вечеринке. Складывалось впечатление, что Лекс воспринимал все, с чем он сталкивался в Смолвилле, как некую шутку.

Кларк беспокойно уставился на них. Он больше не знал, кому можно доверять.

– Кларк, расслабься, – ответил Брайан, – ты можешь говорить при Лексе все, что хотел рассказать мне. Он все равно все прознает. Он всегда все узнает.

– Ты можешь полностью мне довериться, – добавил Лекс, – я еще никогда не встречал парня, который связался бы с костром и победил.

– Так вы, парни, получается, помирились? – спросил Кларк, который вообще не хотел касаться темы своего падения в огонь на вечеринке.

Лекс рассмеялся.

– Когда ты с кем-то настолько близок, как мы с Брайаном, временами ты ввязываешься в небольшие… споры. Но между нами никогда не было никаких обид, верно, Брай?

Брайан покачал головой.

– У нас обоих богатые и могущественные отцы, – сказал он, – мы просто несколько иначе смотрим на вещи.

– Я считаю, что Брайану следует играть более активную роль в семейном бизнесе, – пояснил Лекс, – как делаю я. Но, в конечном итоге, это его выбор, и я его уважаю.

– Короче, ты можешь доверять Лексу, – добавил Брайан, – он парень прямолинейный.

Кларк оглядел их обоих. Несмотря на то что Брайан был совершенно уверен в Лексе, Кларк крайне осторожно подошел к тому, что можно выложить в его присутствии. Он достал телефон и проверил, не писала ли ему Лана. Она должна была уже быть здесь, и Кларк не хотел погружаться в пучину дискуссии без нее.

Он оглядел помещение.

И действительно, как по заказу, Лана показалась в дверях. Заметив их, она помахала и поспешила навстречу. Кларк поднялся, и Лана скользнула на свободное место.

– Что я пропустила?

Лекс одарил Кларка любопытным взглядом.

– Расслабьтесь, парни, – усмехнулся Кларк, – вы можете говорить при Лане все, что хотели рассказать мне. Она все равно все прознает. Она всегда все узнает.

Брайан с Лексом улыбнулись, и Брайан сказал:

– Эй, с этим мы не спорим.

В этот момент показалась официантка – пожилая мексиканка, знакомая Кларку по предыдущим визитам. Он покосился на имя на бейджике. «Марджи». Ее седеющие волосы были собраны в хвост, а на груди на серебряной цепочке висел массивный крест. Она заученно расписала состав особенного жаркого с мясом, приняла их заказы и ушла.

– Прежде чем мы начнем беседу, – сказал Брайан, глядя на Лану, – мне кажется, что тебе следует это знать. Похоже, мой брат считает, что между вами… что-то есть.

Лана нахмурилась.

– Погоди, что?

Брайан кивнул.

– Он пошел на эти фальшивые похороны только потому, что там должна была быть ты.

Лана встретилась глазами с Кларком и сделала глоток воды.

– Что ж, я, м-м… приму это за комплимент?

– Ну, разве что ты совсем не знаешь Кори, – ответил Лекс.

Кларку совсем не нравилось направление, в котором начала развиваться беседа, но он разглядел в этом подходящую возможность для себя.

– Слушайте, Лана – мой лучший друг, – начал он, – так что я должен кое-что знать.

Брайан кивнул:

– В чем дело?

– Вы хотите сказать, что Кори – не хороший парень?

Брайан отодвинул стакан с водой в сторону.

– Мой брат – мудак.

– Я проявлю инициативу и поддержу это высказывание, – добавил Лекс.

– Серьезно? – спросила Лана, подыгрывая Кларку. – Те несколько раз, что мы с ним общались, он казался очень милым. Может, его просто не понимают?

Лекс фыркнул.

– Разве что ты.

– По правде говоря, в последнее время он и со мной ведет себя очень мило, – вмешался Брайан. – Его проблема в том, что он слишком одержим желанием показать себя перед отцом. Он ведет себя так с тех пор, как вернулся из Швейцарии. Он вбил себе в голову, что его задача – получить повышение в компании.

– И поэтому он работает с этим доктором Уэсли, – предположил Кларк, – у которого, как ты сказал, довольно мутное прошлое.

Брайан указал на Лекса:

– Я позволю ему рассказать об Уэсли. Они знакомы по Метрополису.

– Он действительно очень, очень умный парень, – сказал Лекс, – но он в деле не ради науки. Им движет жажда денег. Больше власти. Но я знаю, что все, кто финансировал его исследования в Метрополисе, теперь сидят в тюрьме. Вот почему он оказался в городке вроде Смолвилля.

Кларк собирался было задать очередной вопрос, но тут он услышал, как в нескольких столиках от них лысеющий посетитель средних лет громко высказывает что-то их официантке Марджи. Все в ресторане выгнули шеи, наблюдая за разворачивающейся перед ними драматичной сценой. Кларк моментально узнал мужчину, хотя и не смог вспомнить, где он его встречал.

– И это вы называете «с кровью»? – кричал посетитель, указывая на лежащий у него на тарелке кусок мяса.

– Сэр, мы немедленно все исправим, – спокойным голосом ответила Марджи.

– Это уж точно, исправьте! А после того как закончите, можете проваливать в свою собственную чертову страну!

Кларк вскочил на ноги и направился к дебоширу. Он не знал, что именно будет делать, но уж точно не собирался сидеть и смотреть, как с кем-то обращаются так несправедливо.

Марджи закусила губу и постаралась сохранить спокойствие.

– Сэр, прошу вас, говорите тише.

– Не смей указывать мне, что мне делать! – закричал мужчина, махнув рукой по столу. Во все стороны полетели остатки еды, тарелки и стаканы упали на пол и разбились.

Официантка в ужасе отскочила назад.

Весь ресторан замер.

Наступила гробовая тишина.

– Эй, – сказал Кларк, заслоняя собой Марджи, – в чем проблема?

Мужик оглядел Кларка с ног до головы.

– Сядь на место, – сказал он, – это не твое дело.

К столику подбежал владелец, Давид Баез.

– Шелдон, я вынужден попросить тебя уйти.

Давид потянулся к руке мужчины, но Шелдон оттолкнул его в сторону и прорычал:

– Не трогай меня!

Кларк никогда не мог молча смотреть на то, как один человек дурно обращается с другим. Но то, что происходило сейчас, было даже хуже, поскольку явно попахивало расовой нетерпимостью. Этот человек, Шелдон, только что нагрубил и официантке-мексиканке, и владельцу-мексиканцу. А он просто заметил, что это не его дело. Это подарило Кларку редчайшую возможность заглянуть в голову дремучего идеологического меньшинства, живущего в его родном городе. Взгляды эти редко всплывали на поверхность, по крайней мере, не на публике.

Пока Кларк подбирал слова, Майк Калкинс, давний менеджер ресторана, белый, подошел к столику и сказал что-то такое, что хотя бы временно успокоило Шелдона. Грубиян снял свою куртку со спинки стула и начал одеваться, двое его друзей поступили так же.

Кларк поправил очки и вернулся к своему столику, пытаясь успокоиться, но это давалось ему с трудом. На месте Марджи могла оказаться Глория. Он взглянул на нее. Глория сидела за столом вместе с братом, уставившись в тарелку. Она не подняла глаз. И это разбило Кларку сердце.

Он уселся за свое место. Лекс, Брайан и Лана как раз обсуждали вспышку гнева Шелдона.

Брайан оглядел ресторан.

– Пожалуйста, скажите мне, что кто-то снял это все на телефон, – произнес он, – если запостить это видео сегодня вечером, оно к утру станет вирусным.

Лана хлопнула Кларка по плечу:

– Ты же знаешь, кто это был, правда? Шелдон Илинг.

Теперь Кларк вспомнил. Шелдон был грубым старым скотоводом, живущим в трейлере за городом. Он потерял свою ферму несколько лет назад и винил в этом всё и всех, начиная от растущего мексиканского населения и заканчивая американским правительством и Китаем. По словам отца Кларка, истинная причина его разорения крылась в отвратительных управленческих способностях Шелдона.

Кларк сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, надеясь, что это поможет ему успокоиться, но вместо этого произошло нечто удивительное. Его дыхание превратилось в лед и мгновенно заморозило его стакан с водой. Целиком. Кларк в ужасе уставился на образовавшуюся в его руке льдышку.

Лекс, Лана и Брайан по-прежнему следили за разыгравшейся вокруг пережаренного стейка драмой. Они наблюдали за тем, как Майк выпроваживает Шелдона с друзьями, ругающихся себе под нос, на улицу. Один из уборщиков приводил в порядок столик. Второй сметал осколки стекла.

Прежде чем внимание его друзей переключилось на него, Кларк быстро схватил заледеневший стакан и поставил его под стол.

Так что же, теперь он еще и дышит льдом? Здорово. Он не может уже и с друзьями поужинать без того, чтобы очередная проявившаяся у него сверхспособность все не испортила.

– Забавно, – произнесла Лана, – угадайте, кто один из самых ярых сторонников законопроекта о задержании и обыске?

– Вы видели, как он обошелся с владельцем этого места, – заметил Брайан.

Лекс покачал головой.

– Я скоро вернусь, – как можно небрежнее сказал Кларк. Он повернулся к Лане. – Не говорите о докторе Уэсли, пока меня не будет.

Лана наградила его удивленным взглядом.

– Хорошо.

Кларк нырнул в маленькую уборную, запер дверь и вгляделся в свое отражение в зеркале. Его мгновенно захлестнула какофония наслаивающихся друг на друга голосов, звуки машин, лай собак и жужжание насекомых. Эти пронзительные звуки были крайне изнурительными, и он не видел никакого способа остановить их натиск. Никакого способа сбежать от этого оглушительного шума, который грозил захватить его разум.

Колени Кларка подогнулись. Он опустился на холодную плитку, заткнул уши руками и принялся покачиваться из стороны в сторону.

Когда это закончится?

А что, если не закончится?

Кларка охватила паника. А что, если он действительно лишается рассудка?

Затем, также внезапно, как они нахлынули, звуки исчезли, и Кларк теперь слышал только свое прерывистое дыхание. И шум воды, бегущей из крана, который он позабыл выключить.

Кларк нерешительно поднялся на ноги и уставился на свое отражение в зеркале, гадая, сколько и дальше он сможет продолжать в том же духе? Скрываться от всех в Смолвилле. Скрываться от самого себя.

Огонь не обжигал его.

Пули не могли пробить его кожу.

Но, стоя сейчас перед этим зеркалом, Кларк совсем не чувствовал себя могущественным. Скорее, наоборот, он ощущал себя во власти своих способностей.

И еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким отчаянно одиноким.

Кларк решил, что у него остался лишь один выход – вернуться в амбар, приподнять брезентовый полог и встретиться лицом к лицу с правдой. Какой бы она ни была.

Пришло время узнать ее.

На обратном пути из уборной он прошел мимо стола, за которым ужинали Глория с братом.

– Должен сказать, – обратился он к ним, стараясь не раскисать, – что этот парень, который набросился на Марджи… он совершенно переступил черту. Ему должны навсегда закрыть сюда дорогу.

Глория взглянула на брата.

– Подобные вещи случаются все чаще и чаще, – сказала она, – я этого не понимаю.

– Зато я понимаю, – вмешался Марко, – мы слишком долго позволяли притеснять себя. Настала пора бороться.

Глория шлепнула его по руке.

– Эти парни только этого и хотят. Ты выше этого.

– Нет, Гло, не выше, – возразил Марко, – и не хочу быть выше этого.

– Помни, что говорил нам дядя Рене, – сказала Глория, – мы должны бороться с несправедливостью мирными путями. Это единственный выход из ситуации.

Марко надулся.

Кларк попытался было сказать что-либо еще, но напряжение между Глорией и ее братом было слишком ощутимым. И чем больше затягивалась пауза, тем большую он чувствовал неловкость.

– В любом случае, – продолжил Кларк, – я лишь хотел сказать вам, как сильно меня разозлила эта ситуация.

Неуклюже попрощавшись, он вернулся к своему столу. Заказ уже принесли, и его друзья приступили к еде.

– Ты в порядке? – осторожно спросила Лана, когда Кларк сел на свое место.

Он кивнул и придвинул тарелку поближе к себе.

Пока Лекс расспрашивал Брайана о его новой системе тренировок, Лана наклонилась поближе к Кларку и тихо сказала:

– А я и не знала, что ты общаешься с Глорией Альварес.

Вопрос застал Кларка врасплох.

Лана указала на Лекса с Брайаном:

– По крайней мере, они мне так сказали.

Он покачал головой.

– Не в этом дело. В смысле, она бесспорно милая и все такое. И умная. Но…

Лана улыбнулась:

– И, по всей видимости, ты предпочел не делиться этим со своей так называемой лучшей подругой.

– Да нечем тут делиться, – вспыхнул Кларк.

Лана пожала плечами и повернулась к Брайану:

– Прежде чем мы перейдем к доктору Уэсли, я хочу задать тебе один вопрос о компании твоего отца. Он когда-нибудь… работал с военными?

Брайан покачал головой:

– Нет, никогда. На самом деле он думает, что мы тратим слишком много средств на оборону в этой стране. – Он покосился на Лекса. – А вот его отец, напротив…

Лекс вытер руки салфеткой.

– Назови любую отрасль в Метрополисе, у моего отца будет в ней личный интерес. И что?

– Он когда-нибудь работал с доктором Уэсли? – спросила Лана.

Лекс покачал головой.

– У нас собственная команда ученых.

Кларк попытался отвлечься от мыслей обо всем, что стряслось за последние десять минут, и сфокусироваться на причине их визита сюда.

– Мы очень удивились, когда узнали, что ферму Джонсов купила компания Уэсли. Мы предполагали, что землю приобретает твой отец, Брайан.

Брайан отложил тарелку с бургером в сторону.

– Я не до конца уверен, чем конкретно занимается компания Уэсли и как именно с этим связан мой брат. Но вот что я знаю: в некоторых кратерах вокруг Смолвилля найдены крайне ценные минералы. И эти минералы как-то связаны с тем, как наши инженеры генетически изменяют семена – мы всегда старались держать подобные детали в тайне. Моя теория заключается в том, что Уэсли как-то разгадал наш секрет и теперь хочет свою долю. Но я также могу заверить вас, что мой отец прихлопнет его прежде, чем Уэсли успеет зайти слишком далеко. И неважно, замешан в этом мой брат или нет.

Кратеры. Это объясняло, почему все эти фотографии висели на стене кабинета доктора Уэсли.

Брайан покосился на Лану, которая старательно записывала все в маленький блокнот.

– Если вы, ребята, действительно хотите узнать, что задумал Уэсли, – произнес он, – вам нужно посетить его тайную лабораторию на окраине города.

– Тайная лаборатория? – переспросила Лана и взглянула на Кларка.

Он кивнул. Сейчас они были в равном положении. И пока что это была их наилучшая зацепка.

– Секундочку, – подал голос Лекс, его обычная улыбочка куда-то испарилась. – Что еще за тайная лаборатория? Я ничего не знаю ни о каких тайных лабораториях.

– Да я и сам узнал только несколько дней назад. – Брайан бросил свою салфетку на тарелку с остатками еды. – Меня туда отвез Кори. Если хотите, я могу показать вам, где это находится.

– Любопытно, – сказал Кларк.

– Очень, – согласилась Лана.

Лекс же и вовсе уставился на Брайана голодным волком.

* * *

Выйдя из ресторана, Кларк с Ланой попрощались с Брайаном и Лексом и направились к машине девушки.

– Тайная лаборатория, – произнесла Лана, – очевидно, что нам нужно туда попасть.

Кларк согласился.

– Это может быть что-то стоящее.

Следующие несколько секунд они шли молча, затем Лана прочистила горло:

– Слушай, Кларк. Извини, если я озадачила тебя вопросом о Глории или типа того. Я… Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной о чем угодно, верно?

Кларк открыл было рот, чтобы ответить, но именно в этот момент его суперслух уловил в отдалении чей-то отчаянный крик. На этот раз звук был различим без каких-либо помех, словно его уши самостоятельно отфильтровали все ненужное и позволили услышать только то, что действительно нужно было услышать.

Когда Кларк не ответил, Лана остановилась и повернулась к нему:

– Кларк?

Теперь он слышал и другие голоса. Мужчины смеялись и подбадривали друг друга. Он услышал приглушенный звук, с которым кого-то ударили по ребрам. Кулак впечатался в мясистую щеку. Кларку потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что именно он слышал.

Жестокая, односторонняя драка.

– Кларк! – требовательно воскликнула Лана.

Кларк, все еще поглощенный мыслями о драке, повернулся к ней:

– Знаю, это прозвучит очень внезапно, но… мне надо бежать.

– Что? Почему?

– Просто… мне нужно минутку побыть наедине. Чтобы подумать. – Кларк знал, что несет какую-то околесицу, но его разум был все еще поглощен жуткими звуками, которые он только что услышал.

– Но я же собиралась отвезти тебя домой, – растерянно сказала Лана.

Кларк помахал ей.

– Увидимся завтра, хорошо?

Не дожидаясь ответа, он бросился бежать. Судя по звукам, кто-то был в большой беде. И если Кларк не поторопится, может быть слишком поздно.

Как только он завернул за угол и скрылся из поля зрения Ланы, его тело охватил приступ энергии и мир раскрылся перед ним. Кларк снова испытывал то же самое чувство, как и в тот раз, как он увидел падающий с неба вертолет Брайана. Ему казалось, будто он способен летать. Кларк заколебался, вспомнив, что только что произошло с ним в туалете закусочной. Но сейчас это едва ли имело значение. Кто-то нуждался в его помощи.

Кларк разогнался до умопомрачительной скорости, выбросил вперед правую руку и прыгнул. Сперва это было захватывающе. Он парил в воздухе. Но как только он достиг безопасной высоты над раскинувшимися снизу зданиями, он начал опускаться вниз. Спустя пару мгновений он уже камнем падал вниз, кувыркаясь из стороны в сторону.

Кларк пробил крышу автомастерской и ударился о бетонный пол.

Сел, по-прежнему прислушиваясь к звукам драки вдали.

Полет не получился, значит, он должен был прийти на помощь другим способом. Кларк вылез через окно и решил добираться на своих двоих. И практически сразу же набрал полную скорость.

Свою полную скорость.

Звуки доносились из южного конца города, как минимум в нескольких километрах отсюда. Кларк свернул в темный, пустынный переулок. Он бежал так быстро, что его куртка стала трещать по швам, сила трения от его бега начала разрывать легкую ткань, бесполезная материя волочилась за ним по пятам, словно самодельный плащ.

Затем Кларк оказался в переулке позади бара под названием «Бутлеггеры». Увидев разыгрывающуюся перед ним чудовищную сцену, он похолодел.

Глава 16

Пятеро мужчин обступили лежащее на асфальте окровавленное тело. Они по очереди пинали свою жертву по ребрам. По ногам. По голове. Несчастный заслонял свое смуглое лицо руками, пытаясь защититься, но его попытки были тщетны. Его жестоко избивали.

Каким-то образом Кларк чувствовал каждый удар.

Он буквально осязал исходящий от парня страх.

Поначалу он попросту стоял там, слишком ошарашенный развернувшейся перед ним сценой избиения. Мужчины выкрикивали ругательства, били и топтали несчастного, да еще и подзадоривали друг друга.

Трое из этих пятерых не выглядели как местные. Они были одеты в черные кожаные куртки. На одежде повсюду красовались орлы, напоминавшие военную атрибутику. Несколько отчетливых татуировок на руках подтверждали принадлежность к расистам. Кларк предположил, что это владельцы припаркованных у бара огромных мотоциклов.

Двое других нападавших были одеты в клетчатые рубахи и ковбойские шляпы.

Поношенные ботинки были покрыты слюной и кровью. В задних карманах джинсов «Wrangler» торчали пачки жевательного табака.

Но это были не те люди, что вломились к нему на ферму.

Кларк узнал обоих местных. Одного звали Джастин Уокер, он работал дальнобойщиком и раньше был женат на одной из сотрудниц школьного кафетерия. Вторым был Шелдон Илинг, тот самый человек, который всего час назад устроил неприятную сцену во «Всеамериканской закусочной».

– Вали обратно в Мексику! – крикнул самый высокий из нападавших.

– Ты и тебе подобные гробите этот город, – добавил второй, разбив об асфальт бутылку. – Вы гробите всю страну!

Они все явно были пьяны. Даже жертва избиения отчаянно молила своих мучителей о пощаде заплетающимся языком. Запах алкоголя окутывал происходящее словно страх.

Алкоголь, смешанный с тестостероном.

И отчаянием.

И замешательством.

Куртка и рубашка Кларка лохмотьями висели на его обнаженной, тяжело вздымающейся груди. Он появился так неожиданно, что мужчинам потребовалось несколько секунд, чтобы заметить его присутствие.

– А ты еще кто такой? – наконец спросил самый крупный из них.

– Исчезни, пацан, – крикнул другой, – это не твое дело.

– Мы сказали, проваливай отсюда! – рявкнул Шелдон. – Если, конечно, ты сам не хочешь огрести. – Он щурился с расстояния в шесть метров и, похоже, не узнавал Кларка.

Мексиканец катался по земле и стонал. Когда он замер, зуб, вывалившийся из его распахнутого рта, плюхнулся в лужицу набежавшей крови.

– Идите домой, – услышал Кларк свой собственный спокойный, решительный голос. – Вы все.

Один из байкеров заметил порванную рубашку Кларка. Манжеты были все еще целы, с запястий свисали хлопковые нити.

– Ты вообще что здесь забыл, пацан? – с подозрением спросил байкер. – И почему ты так одет?

– Как по мне, так ты ничем не лучше его, – произнес самый высокий из них, указывая на катающегося по асфальту мексиканца, – делаешь посмешище из всей нашей гордой нации.

Глаза Кларка вспыхнули от гнева. Как могли эти парни так ненавидеть людей, которых даже не знали?

Он двинулся к ним навстречу, делая глубокие вдохи и медленно выдыхая. Ненадолго прикрыл глаза. Кларк не хотел, чтобы его гнев вырвался наружу в виде сжигающих все на своем пути лазеров, бьющих из его зрачков. Эти люди заслужили наказание за то, что сотворили здесь, но Кларк знал, что не ему быть им судьей. Он находился здесь только по одной причине – чтобы защитить того, кто не в состоянии постоять за себя сам.

Как только Кларк обуздал свой гнев, он открыл глаза и уставился на пятерых мужчин.

– Идите домой, – повторил он, на этот раз громче. – Здесь вы уже закончили.

– Че сказал? – громко воскликнул Шелдон.

Кларк указал на лежащего на асфальте парня:

– Его вы больше не тронете, вы меня поняли?

Шелдон улыбнулся и отошел от распростертого тела.

– Теперь ты будешь указывать, что мне делать, мальчишка? Да я тебя в асфальт закатаю по соседству с ним.

Один из байкеров швырнул пустую пивную бутылку в стену и закричал:

– Это мы – единственные, кто продолжает защищать этот город.

Все пятеро отошли от своей жертвы.

И теперь они окружали Кларка.

Кларк сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь соображать. Пытаясь подготовить себя к тому, что вот-вот произойдет. Он подумал было снять очки, но не стал. Кларк никогда в жизни не участвовал в настоящей драке. Самой близкой к драке ситуацией была та потасовка на вечеринке. Он не знал, чего теперь ожидать. Или как себя вести. У него была сверхчеловеческая сила, к которой они не были готовы. И сверхчеловеческая скорость. Но их было пятеро.

И его сверхспособности ему не подчинялись. Он только что попытался взлететь, а вместо этого рухнул с высоты и пробил крышу здания.

Сможет ли он одолеть пятерых взрослых мужчин и подчинить их своей воле?

Один из них кинулся на Кларка сбоку. Кларк видел все происходящее словно в замедленной съемке. Парень наклонился вперед, прищурился, сжал кулаки и выбросил правый хук Кларку в лицо.

Вот только Кларк не смог увернуться от него.

Он застыл на месте, и кулак парня с душераздирающим хрустом впечатался ему в челюсть. Однако затем случилось невероятное, и к Кларку снова вернулась свобода движения.

Нападавший отскочил, взвыв от боли и глядя на свою покалеченную руку.

А Кларк пошел дальше. Невозмутимый. Решительный.

Шелдон вытащил из ближайшей мусорной кучи сломанный бильярдный кий и замахнулся на Кларка, метя ему в голову, но Кларк спокойно предотвратил удар рукой, и импровизированное оружие лопнуло, словно прутик.

Кларк направился дальше.

На него набросились еще двое, один сзади, второй сбоку. Оба осыпали его градом серьезных ударов, от которых Кларк легко уклонялся. Но невозможно было уследить за всеми. Третий нанес Кларку удар кирпичом по затылку.

Кирпич взорвался облаком красной пыли и осколков, у Кларка в ушах зазвенело.

Он вынырнул из облака повисшей в воздухе красной пыли еще более решительным, чем раньше. До Кларка дошло, что даже когда они пытались покалечить его, они не могли причинить ему вред.

Ударивший его кирпичом парень выругался сквозь зубы, но когда Кларк развернулся, отшатнулся назад.

– Иди домой, – велел ему Кларк, – я не хочу тебя калечить.

– Шутки кончились, малыш, – ответил нападавший. Он вытащил из-за пояса небольшой складной нож и нацелился Кларку в грудь.

Кларк втянул ртом побольше воздуха, затем сконцентрировался на ноже в руке парня. На этот раз он намеренно выдохнул поток ледяного воздуха с такой силой, на какую только был способен.

Вырвавшееся из губ Кларка облако ледяного дыхания потрясло всех. Оно поглотило держащую нож руку нападавшего, он пронзительно вскрикнул и выронил оружие. Обледеневший нож упал на асфальт и на глазах у всех разлетелся на несколько кусков.

Байкер в ужасе уставился на свою обмороженную руку. Он вскрикнул еще раз, на этот раз отчаянее, а затем отключился. Остальные молча сверлили Кларка взглядами, и на их пьяных лицах читался шок.

Кларк тоже был впечатлен.

– Кто ты такой? – со страхом в голосе спросил один из нападавших.

– Я – никто, – ответил Кларк. И как только слова эти сорвались с его губ, он понял, что сказал правду. Он целиком посвятил себя задаче защитить попавшего в беду человека. И в процессе перестал быть собой и стал кем-то еще, кем-то новым. Кем-то, не ведающим страха.

Трое из четверых сохранивших сознание мужчин в ужасе развернулись и бросились бежать в разные стороны. Четвертый подобрал своего отключившегося друга и поволок его прочь.

Кларк несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, затем бросился к избитому мексиканцу и попытался помочь несчастному подняться на ноги.

– Давай, – сказал он, – нам нужно отвезти тебя в госпиталь.

– Нет, я не могу, – ответил парень с сильным акцентом, еще больше усилившимся из-за окровавленного рта. – Мне небезопасно быть в госпитале. – Парень выскользнул из рук Кларка и полез в карман, пытаясь достать телефон. Но его пальцы дрожали так сильно, что ничего не получалось.

– Видишь? – сказал Кларк. – Тебе нужна помощь.

Парень смерил Кларка полным боли взглядом.

– Они заберут меня у моей семьи.

Он, шатаясь, побрел прочь, изредка припадая к стене в поисках опоры.

Прежде чем бедолага успел завернуть за угол, Кларк увидел, как из задней двери бара выскочила маленькая женщина. Она всхлипывала.

– Мозес! – позвала она. – Мозес, подожди!

– Ты знаешь парня, на которого напали? – спросил Кларк.

Она кивнула.

– Он сказал им не приставать ко мне! Вот и все!

Кларк указал, в какую сторону побрел Мозес.

– Иди за ним. Проследи, чтобы ему оказали помощь.

И проводил взглядом поспешившую следом за избитым парнем женщину.

Как только оба скрылись из виду, Кларк наклонился и внимательно осмотрел заляпанный кровью асфальт. Он не чувствовал себя кем-то, кто только что спас человеку жизнь. Он чувствовал себя замерзшим и одиноким. Хотя Кларк знал, что он поступил правильно, его поглотила печаль.

«Может, настоящий героизм и не выглядит по-настоящему геройским», – подумал он.

«Может, ты чувствуешь себя потерянным».

«Я никто», – повторил он.

Кларк потрогал затылок в том месте, где его ударили кирпичом, пытаясь осознать, что произошло. Но все смешалось в его голове. И Кларк знал, что никому не сможет рассказать об этом. Ни родителям. Ни Лане. Ни Брайану. Ни Глории. Он почувствовал себя еще более одиноким, чем обычно. Он не знал ни куда идти, ни что делать. И вот так, в свете сияющих на небе звезд, Кларк стоял и смотрел на окровавленный асфальт, а затем сквозь асфальт на черную землю под ним.

Фура с шумом проехала мимо переулка, а Кларк все стоял на том же месте.

Где-то в отдалении начала выть собака, а Кларк все стоял и стоял на том же месте.

Глава 17

Следующий день прошел для Кларка словно в тумане.

Пока он сидел в школе, его разум продолжал возвращаться к драке возле бара. Кларк снова и снова мысленно проигрывал ее в своей голове. Каждое сказанное слово. Неприкрытый расизм. Пьяные угрозы. Окровавленная жертва, которая плетется прочь, заявив, что не может пойти в госпиталь, потому что иначе семья потеряет его.

Кларк не понимал, почему, но он чувствовал какую-то связь с несчастным мексиканцем. Может быть, потому, что Кларк свято верил: нападавшие поступили бы с ним точно так же, если бы знали его секрет.

А еще оставался факт шокирующего открытия ледяного дыхания – еще одной сверхспособности Кларка, которую он пока не научился контролировать. Он съежился, вспомнив обмороженную, почерневшую руку парня. Его душераздирающие крики боли. То, как его голова отскочила от асфальта после того, как парень рухнул, потеряв сознание. Кларк хотел лишь слегка заморозить руку нападавшего, чтобы заставить его выронить нож. Но он зашел слишком далеко.

Кларк настолько погрузился в свои мысли, что избегал любых разговоров. Даже с Ланой. Заметив ее в коридоре после третьего урока, Кларк быстро развернулся и ушел в противоположном направлении прежде, чем она успела его заметить. И он до сих пор не ответил на два сообщения, полученных от нее во время обеда. Лана хотела обсудить все, что творилось в Смолвилле, но Кларка в данный момент занимал только один вопрос: правильно ли он поступил в переулке за баром?

В тот момент он бы ответил утвердительно. Парень угодил в серьезную беду, и Кларк пришел к нему на помощь.

Но теперь он уже не был в этом так уверен. После его вмешательства не только жертва была сильно покалечена, серьезно досталось и парню с обмороженной рукой.

Однажды Кларк услышал, что первое правило любого врача звучит так: «Не навреди». Он, разумеется, доктором не был, но ему нужно было следовать той же логике. Его первые спасательные миссии оборачивались катастрофами. Он навредил буквально всем и каждому.

К концу дня Кларк загнал себя в эмоциональный тупик. Ему казалось, что он балансирует на краю невидимой горной вершины. Один шаг в любом направлении – и он покатится вниз по скалистым склонам. После окончания последнего урока он задержался в классе дольше обычного, делая вид, что читает учебник по истории. Когда все остальные вышли из аудитории, он сунул книгу в рюкзак, застегнул его, поспешил к двери… и врезался прямо в Глорию.

Девушка отскочила от него словно шарик для пинг-понга, и ее книги полетели в разные стороны.

Кларк инстинктивно перешел на суперскорость и удержал и Глорию, и учебники одним плавным движением. Поймав ее буквально в сантиметрах от жесткого мраморного пола, он опустился на одно колено, сжимая Глорию в объятиях. По крайней мере, теперь он лучше контролировал свои сверхспособности, чем раньше.

Глория ошарашенно уставилась на него.

Кларк не отводил от нее взгляда, совершенно зачарованный глубиной ее больших карих глаз. Когда губы девушки удивленно распахнулись, Кларк испытал жгучее желание поцеловать ее. Еще никогда в жизни он не хотел так сильно поцеловать кого-либо. Но, разумеется, делать этого он не стал. Так и замер на месте, удерживая Глорию в объятиях.

Глория деликатно откашлялась.

– Хм, Кларк, ты не мог бы помочь мне подняться?

– О. Да. – Он поставил ее на ноги. – Извини.

– Мне кажется, это моя вина, – Глория приложила ладонь к груди. – Я не смотрела, куда иду.

– М-м, Глория? – Кларк провел рукой по волосам. – Ты не могла бы уделить мне минутку? Я бы хотел с тобой поговорить.

– Конечно. – Она посмотрела в обе стороны коридора, и уголки ее рта начали расплываться в улыбке. – Как ты относишься к лакрице?

Кларк нахмурился:

– К лакрице?

– К лакрице. – Глория раскрыла свой рюкзак и достала запечатанную пачку. – Я выиграла ее утром на уроке по психологии и с тех пор искала кого-нибудь, с кем могла бы ее разделить.

– По правде говоря, я люблю лакрицу, – выпалил Кларк.

– Отлично. Пошли за мной.

Пока они шагали по коридору, сердце Кларка стучало как сумасшедшее. Он поверить не мог, что только что попросил Глорию о разговоре. Может, на нем сказался положительный побочный эффект от того, что он чувствовал себя таким потерянным – оказывается, в таком состоянии ты можешь просто говорить то, что у тебя на уме.

Глория вывела Кларка из помещения и увлекла за собой к холму, возвышающемуся над футбольным полем. Они уселись рядом на траве, оба стянули рюкзаки и положили их у ног. Глория разорвала пачку с лакрицей, достала две полоски и протянула одну Кларку. На поле как раз занималась мужская сборная по соккеру – они бегали туда-сюда, тренируясь обводить соперника.

– Твой брат, Марко, – заметил Кларк, указывая на поле.

Она кивнула. Но мысленно Глория была где-то в другом месте. Ее явно что-то беспокоило, как и Кларка на протяжении всего дня. Он мог только догадываться, что именно так встревожило девушку. Кларк всматривался в ее лицо, гадая, каково жить на юге Смолвилля в эти дни. В мексиканской части города. Когда твои близкие могут исчезнуть в любой момент.

– Так как ты думаешь, кто же в ответе за то, что творится в твоем окружении? – спросил Кларк.

Глория вежливо улыбнулась и покачала головой.

– Ты не хочешь услышать, что я думаю по этому поводу.

– Нет, я действительно хочу…

– Люди типа тебя, Кларк, – неожиданно брсила она, и в ее глазах мелькнул гнев. – Идеальные жители Смолвилля, которые придержат для тебя дверь, пригласят в свою церковь, а затем отвернутся и проголосуют за то, чтобы позволить копам останавливать людей только потому, что у них кожа не того цвета.

– Смолвилль никогда не проголосует за принятие этого закона.

– Ага, как же… вот увидишь.

Кларк сглотнул, кивнул и снова стал наблюдать за тренировкой по соккеру. Внезапно он почувствовал себя совсем маленьким и незначительным рядом с Глорией. И виноватым. Но он не держал обиды на нее. Будь Кларк на ее месте, он тоже бы злился.

По правде говоря, Кларк и так был зол.

– Ты права, – сказал он, – люди вроде меня сидят и ничего не делают, пока целые семьи сходят с ума от горя.

Глория уткнулась лицом в ладони.

– Я просто сейчас немного не в себе, – призналась она, – из-за всего, что происходит. Прошлой ночью моего дядю сильно избили в баре. – Она взглянула на Кларка. – Соседи привели его к нам… и он выглядел ужасно. Весь в крови. Зубы выбиты. И он клялся, что не сделал ничего плохого.

Кларк замер.

– Его девушка сказала, что, если бы какой-то случайный парень не появился и не разнял драку, нападавшие вполне могли бы убить моего дядю Мозеса.

Та драка прошлой ночью…

Это был дядя Глории.

Кларк не мог в это поверить.

– Это ужасно. Надеюсь, с ним все будет в порядке. Глория, клянусь, все кругом утверждают, что мы в Смолвилле переживаем сейчас небывалый расцвет, но я считаю, что все совсем наоборот. Мы еще никогда не были настолько разобщены.

После долгой паузы она взглянула на него и спросила:

– Хочешь знать настоящую причину, почему я была так расстроена в тот день, когда в классе ты застал меня в слезах?

Ровно в этот момент телефон Кларка завибрировал. Он покосился на экран, чтобы проверить, кто прислал сообщение. Лана. Кларк снова взглянул на Глорию.

– Из-за пропавших людей?

– Отчасти, – признала она, – но была еще одна, куда более личная причина. – Она замолчала.

Кларк выпрямился, понимая, что Глория собирается поделиться чем-то очень важным для нее. И он хотел, чтобы она видела, что это важно и для него тоже.

Глория сунула руку в рюкзак, вытянула оттуда сложенное письмо и развернула его.

– Пару недель назад мне сообщили, что я выбрана в качестве одного из двух кандидатов на роль выпускника, который прочтет прощальную речь на выпускном.

– Погоди, это же прекрасно.

– Мне пришлось отказаться.

Кларк смутился.

– Почему?

Глория протянула ему письмо.

– Излишнее внимание к моей персоне. Школьные чиновники могли бы заинтересоваться моей биографией. А моя мама… она родилась не здесь. У нас семья со смешанным статусом. И учитывая, как сейчас обстоят дела, я не могла не отказаться, рискуя навлечь на мою семью неприятности. – Глория подтянула ноги к груди и прижалась подбородком к коленям.[4]

Сердце Кларка сжалось. Глория была одним из двух умнейших и заслуживших эту честь кандидатов, и ничто не должно было лишить ее возможности выступить. Кровь кипела в его венах, пока он читал короткое письмо. Возвращая его обратно, он покачал головой.

– Глория, это же несправедливо.

Она пожала плечами, складывая письмо:

– Может, именно в этом и заключается взросление, Кларк? Ты начинаешь осознавать, сколько несправедливости в этом мире. И как мало людей переживает по этому поводу. Дело же не в справедливости, правда? Все дело во власти. А там, где я живу… у людей нет никакой власти. Пока нет.

Кларк искренне переживал за Глорию. И за себя тоже. Он боялся раскрыть кому бы то ни было тайну своей природы по той же самой причине. Чтобы защитить свою семью.

– Хотел бы я что-то сделать с этим.

– Я тоже. Но я много чего хочу. Я хотела бы, чтобы родителям не пришлось так волноваться насчет денег. Я хотела бы на следующий год поступить в колледж. – Глория мечтательно улыбнулась. – Хотела бы, чтобы кто-то пригласил меня покататься на коньках.

– Покататься на коньках? – Последнее желание удивило Кларка. Его телефон снова завибрировал, но он проигнорировал вызов.

Она кивнула.

– Я всегда этого хотела. Это кажется так… по-американски. Скользить по льду в компании друзей. Может, немного покрутиться или поехать спиной вперед. – Она рассмеялась и убрала длинную прядь темных волос за ухо. – Прости, я не должна была вываливать все это на тебя.

– Я рад, что ты это сделала, – ответил Кларк.

Она накрыла его руку своей ладонью и легонько сжала, а затем скомкала письмо и поднялась на ноги.

– Пожалуй, мне лучше пойти. Мой дядя Рене организует митинг перед зданием мэрии в эти выходные, и я пообещала помочь ему с проведением сегодняшнего собрания. – Глория протянула Кларку еще одну полоску лакрицы, затем убрала остальное и закинула рюкзак на плечи.

Кларк все еще чувствовал тепло ее ладони на своей руке.

– Что ты собираешься с этим делать? – спросил он, кивнув на скомканное письмо.

Глория перевела взгляд на комок бумаги в своей ладони.

– Выброшу. Я не сентиментальна в подобных ситуациях.

– Что бы ни случилось, – сказал Кларк, указывая на нее ломтиком лакрицы, – ты должна гордиться собой, Глория. Прощальная речь на выпускном. Это же потрясающе.

Она улыбнулась ему, и от этого у Кларка потеплело в груди.

– Кларк, может, ты и из тех парней, что сбивают девушек в школьных коридорах, но еще ты и очень хороший слушатель. Спасибо тебе. И если тебе когда-нибудь понадобится выговориться, найди меня.

Он улыбнулся и просиял.

– Серьезно, – сказала она. – Не важно, где или когда. Я все брошу.

– Хорошо. Спасибо. – А затем Кларку на ум пришла еще одна дерзкая мысль. – И знаешь, может, однажды мы сходим покататься на коньках.

– И будем прыгать и кружиться?

Кларк кивнул.

– И будем прыгать и кружиться.

– Я в деле.

Она помахала ему, и Кларк проследил за тем, как Глория возвращается обратно в здание школы, остановившись только затем, чтобы опустить скомканное письмо в ближайшую урну.

Прежде чем уйти, Кларк решил вытащить письмо Глории из урны. Просто на случай, если оно понадобится ей в будущем. Он разгладил бумагу и засунул в рюкзак, а затем проверил сообщения в телефоне.

Он получил четыре сообщения, все от Ланы.

Прив, давай поговорим за обедом.

Кларк, ты где?

Прости, если наговорила лишнего вчера ночью. Но прекрати игнорить меня.

Эй, я заскочила к тебе на ферму, потому что ты ИГНОРИШЬ меня. СРОЧНО дуй сюда. Твои родители только что пригласили Монтгомери Мэнкинса К ВАМ В ДОМ!!!

Глава 18

Первое, что заметил Кларк, прибежав из школы, был припаркованный по соседству с домом сверкающий черный автомобиль. Эту навороченную, последнюю модель Lincoln Town Car моментально узнал бы любой житель Смолвилля. В этой машине возили Монтгомери Мэнкинса.[5]

Родителей Кларк обнаружил в столовой, они сидели за столом напротив Монтгомери и человека в деловом костюме, перед которым стоял распахнутый кейс. Монтгомери говорил, а человек в костюме перебирал бумажки.

– …искренне уверен, что вы найдете наше предложение более чем щедрым, – говорил Мэнкинс. Увидев Кларка, он сделал паузу. – Кларк, рад снова тебя видеть. – Монтгомери поднялся и пожал Кларку руку. – Прошу, присоединяйся к нам. Я хочу, чтобы вся семья присутствовала при этом.

– Мы говорим о стоимости фермы, – сказал Джонатан. – Ты можешь посидеть с нами. Но просто чтобы ты знал: тебя наверху ждет Лана.

– Она утверждает, что ты ее игнорируешь, – добавила Марта.

– У меня телефон был выключен. – Кларк взглянул на отца. – Все в порядке?

Его отец кивнул.

– Мы просто беседуем.

– Хорошо. – Кларк проследил, как Монтгомери с помощником обменялись несколькими бумажками. – Пойду, узнаю, что нужно Лане.

Когда Мэнкинс протянул Джонатану какой-то документ, Кларк уже выходил из комнаты. Но оказавшись в коридоре перед кухней, Кларк остановился и, не дойдя до лестницы на второй этаж, прислушался. Большая часть стола была отлично видна ему благодаря антикварному зеркалу, висевшему на стене.

– Это действительно очень щедрое предложение, мистер Мэнкинс, – сказал Джонатан, изучая протянутый ему лист бумаги.

– Прошу вас, зовите меня Монтгомери.

– Но как я уже сказал вам по телефону, – спокойно продолжил Джонатан, – это место попросту не продается.

Монтгомери кивнул и сложил руки на столе. Он взглянул на своего помощника, и тот достал из открытого кейса второй листок бумаги и протянул его шефу.

– Ага, вот и она, – сказал Мэнкинс, – опция номер два. – Если я не могу купить эту землю, что, если я арендую ее часть? Мы подготовили альтернативное предложение, которое, я уверен, вы также найдете весьма удовлетворительным. – Он протянул новую бумагу родителям Кларка.

Родители изучили бумагу с искренним интересом.

Марта покосилась на мужа, и Джонатан спросил:

– Ого, это отличная сделка. Но я не могу удержаться от вопроса, мистер Мэнкинс. Почему мы? Почему наша ферма?

– Я хочу быть предельно честным с вами. Согласно нашему исследованию, на вашей земле созданы идеальные условия для выращивания нашего нового гибридного урожая, который мы начинаем высаживать в полевых условиях. – Он забрал бумагу у Джонатана и перечитал ее. – Согласно этому предложению, вы сохраните землю, а мы будем платить вам арендную плату за доступ к небольшому участку земли по соседству со старым амбаром вот здесь. В итоге… для вас это больше денег и меньше работы. И ферма остается у семьи. – Он повернулся к помощнику и рассмеялся. – Марк, кто, черт возьми, составлял это предложение? Озвучив его вслух вот так… я начинаю сомневаться.

– И мы еще предлагаем контракт только на пять лет. Краткие сроки, низкие риски, – невозмутимо добавил Марк.

Джонатан задумчиво кивнул и внимательно перечитал документ, который ему вернул Монтгомери. Кларк был потрясен тем, что отец, похоже, всерьез обдумывал поступившее предложение. Неужели он действительно согласится? Джонатан страдал от высокого давления, так что, быть может, он увидел в этом предложении возможность наконец-то немного передохнуть? Отец протянул бумагу Марте, которая также внимательно прочитала ее. Изучив документ, она протянула его обратно и одарила мужа невыразительным взглядом, означавшим, что она настроена скептически.

Затем отец вернул бумагу Мэнкинсу, и Кларк понял, что сделки не будет.

– Мне очень жаль, – произнес Джонатан, – но нам это просто не интересно. Мы любим сами возделывать свою землю. Эта ферма принадлежит моей семье уже три поколения. Уезжая в колледж, я поклялся, что никогда не вернусь сюда. Но я вернулся. Затем, когда мой старик умер, я унаследовал землю. Теперь она просто у меня в крови.

Мэнкинс улыбнулся и кивнул.

– Что ж, с этим не поспоришь, не так ли? Послушайте, Джонатан, Марта, я уважаю ваши корни. И я преклоняюсь перед вашими принципами. Да что там, часть меня начала уважать вас еще больше за то, что вы сегодня отвергли мое предложение.

– Мы рады, что вы видите ситуацию именно так, – произнесла Марта, – правда рады.

Теперь, когда Кларк убедился, что его родители не собираются продавать ферму, он поднялся наверх, где обнаружил Лану, сидящую на его кровати и глядящую в окно. На ней были джинсы и школьный свитшот, рыжие волосы она собрала в бесформенный пучок. Когда они были помладше, Лана частенько забегала к нему домой, но после того, как они перешли в старшую школу, все изменилось. Теперь они предпочитали не ходить друг к другу в гости, а встречаться на нейтральной территории. Во «Всеамериканской закусочной». В библиотеке.

Кларк на секунду остановился в дверях, оглядывая свою маленькую комнату и пытаясь увидеть ее глазами Ланы. На стенах были развешены выцветшие постеры его любимых спортивных команд. Мигающий будильник, выключенный более часа назад. Погнутое баскетбольное кольцо, висевшее над дверью в стенной шкаф, и старые бесформенные кресла-мешки.

Кларку было почти восемнадцать лет, но его комната выглядела так, словно в ней живет ребенок.

Он откашлялся.

– Привет, Лана.

Она мигом развернулась.

– Ну? Что там происходит внизу?

– Монтгомери предложил купить ферму, но родители отказались.

– Ну, разумеется, они отказались, – произнесла она, – и готова поспорить, предложение было весьма заманчивым.

– Судя по всему, да. – Кларк выглянул в окно на навороченную черную машину Монтгомери. – Думаешь, ему нужен кратер?

– Возможно. – Лана тоже выглянула в окно, затем обернулась к Кларку. – Я не могу удержаться от мысли о кратере на земле Джонсов.

– И того, как они копались в нем, я знаю. – Кларк покачал головой. В полиции знали о попытке вторжения на их территорию, копы пообещали включить ферму Кентов в маршруты своих патрулей, а теперь ее пытается купить Мэнкинс. – Так что тебя сюда привело? – спросил он.

Лана поднялась с кровати.

– Мне кажется, нам нужно поговорить, Кларк.

– Прости, что не ответил тебе. Просто… я готовился к экзаменам.

Лана пропустила его отмазку мимо ушей.

– Между нами что, все стало странно?

– Не думаю. – Кларк выкатил из-за стола свой стул на колесиках и уселся на него верхом. Секунду назад он думал о том, что родители могут сдать Монтгомери Мэнкинсу часть их земли в аренду. А сейчас он уже разговаривает с Ланой о… А о чем они, собственно, разговаривают?

Лана села обратно на кровать. Теперь она пристально смотрела на него.

– Давай просто решим это сейчас, Кларк, чтобы мы могли сконцентрироваться на более важных вещах.

– Как скажешь.

Она открыла было рот, но так ничего и не сказала. Несколько мгновений спустя Лана попыталась снова:

– Я не должна была говорить с тобой таким тоном вчера вечером. Когда я упомянула Глорию. Это могло звучать так, словно я дразню тебя. А это не круто. И это заставило тебя убежать прочь. В прямом смысле.

– Когда мы уходили из закусочной? – Теперь Кларк все понял. – Лана, дело вообще не в этом. Честно. – Кларк замолчал, пытаясь придумать, чем объяснить свой поспешный уход. Не мог же он рассказать ей правду. – Вся эта история с Шелдоном, то, как он кричал на официантку… думаю, это и выбило меня из колеи. Я весь остаток ночи прокручивал в голове этот момент, пытаясь понять, мог ли я предпринять что-то еще.

Лана кивнула.

– Понимаю, – произнесла она, – и все же я хочу извиниться. Я вовсе не хотела так себя вести. Просто я очень удивилась, услышав о Глории от Брайана и Лекса. Обычно ты мне все рассказываешь первой, и… Слушай, если тебе кто-то нравится, это же круто. Лады? И ты можешь рассказать мне о ней когда захочешь. Я не расстроюсь или что-то в этом роде.

– Спасибо, – ответил он, засовывая руки в карманы. Было достаточно неловко говорить о том, что этот разговор вовсе не должен быть неловким.

– То же самое касается и тебя.

Лана улыбнулась.

– Так что, ты пригласишь ее на свидание или как?

– Кого, Глорию?

– Да, Глорию! – Лана шутливо ударила его по руке. – Брось, Кларк. Не будь таким серьезным все время. Слушай, нам вовсе не обязательно говорить о ней, если ты пока не готов.

Кларк почесал затылок, чувствуя себя растерянным.

– Нет, можем поговорить.

– Что я хочу сказать – мы вовсе не должны говорить о ней.

Кларк поерзал в кресле. Это правда. В детстве они делились друг с другом всем подряд, начиная от проблем со школьными хулиганами и заканчивая дойкой коров и тем, как справляться с ожиданиями родителей. И вот они впервые договорились что-то не обсуждать. И он не знал, что и думать по этому поводу.

– Значит, все в порядке? – спросил он. – В смысле, между нами?

Лана хихикнула.

– Думаю, между нами все всегда будет в порядке, Кларк. Вот что до меня начинает доходить. До тех пор, пока все не будет в порядке. Понимаешь, к чему я? И даже тогда все, скорее всего, будет в порядке.

Кларк с улыбкой покачал головой. Сказать что-то подобное было так в стиле Ланы.

Он встал и выглянул в окно. Увидел Монтгомери Мэнкинса и его помощника, идущих к своей роскошной черной машине.

– Глянь-ка, – прошептал он. Водитель вылез из машины и бросился к задней двери, готовясь открыть ее. Но прежде чем он успел это сделать, Монтгомери со всей силы ударил кулаком по крыше автомобиля.

– Ого. Приступ гнева, вы видели? – тихо спросила Лана.

– Странно, – прошептал Кларк. – Пока он сидел в столовой с моими родителями, казалось, будто он очень спокойно принял их отказ.

Они наблюдали за тем, как Мэнкинс в гневе сжимает и разжимает кулак. Он ткнул пальцем в водителя и рявкнул:

– Да открой уже эту чертову дверь!

Водитель поспешно распахнул дверь, но прежде чем сесть внутрь, Монтгомери Мэнкинс обернулся и в последний раз оглядел ферму. Затем он залез в машину, и шофер захлопнул дверь. Помощник самостоятельно уселся с противоположной стороны.

Оставшись снаружи один, водитель провел рукой по лицу и поспешил занять свое место.

Когда машина медленно поехала по проселочной дороге в сторону шоссе, Кларк повернулся к Лане:

– Это что сейчас было?

Она пожала плечами.

– Когда мы брали у него интервью в офисе, он казался таким спокойным, что сложно было поверить, что он может рассердиться, даже если очень захочет.

– Думаю, теперь мы знаем, в кого уродился Кори.

– Ты имеешь в виду моего парня? – спросила Лана.

– Именно, – улыбнулся Кларк.

Лана выглянула в окно и посмотрела на удаляющуюся в сторону шоссе машину, поднимающую за собой густое облако пыли. Затем она повернулась к Кларку и произнесла:

– Теперь, когда мы разрешили нашу маленькую проблему, пора перейти к следующему насущному вопросу. Нужно только решить, в чем он заключается.

Кларк показал Лане на экран своего телефона.

– Мне кажется, пришла пора написать Брайану по поводу тайной лаборатории доктора Уэсли, – сказал он, – пожалуй, придется попросить его о том туре за кулисы, который он предлагал провести.

Лана улыбнулась.

– Мне нравится ход твоих мыслей, Кларк.

Он набрал номер и спросил у Брайана, смогут ли они навестить лабораторию тем же вечером.

Брайан ответил меньше чем через минуту.

«Как раз заканчиваю тренировку. Мы с Лексом сможем подрулить к восьми».

Кларк ответил «Круто» и показал экран Лане, чтобы она смогла прочесть всю переписку.

Глава 19

Как только стемнело, Кларк услышал в отдалении звуки клаксона, которых он так ждал. Он схватил рюкзак и направился к дверям спальни, но на выходе столкнулся с мамой.

– Твои новые друзья? – спросила Марта.

Кларк кивнул.

– Мы собираемся потусоваться, может, где-то перекусить.

– Знаешь, они могли бы подъехать ближе к дому.

– Думаю, Лекс боится запачкать машину. Ты же видела, на чем он ездит?

– О, мы все видели, на чем он ездит, – сказала Марта, ни капли не впечатленная. – Кларк, прежде чем ты уйдешь… – Она протянула лохмотья его куртки, которую он носил прошлым вечером. – Я нашла это в мусоре сегодня утром. Сынок, тебе необходимо прекратить так делать.

Кларк съежился. Больше всего на свете он ненавидел разочаровывать маму.

– Я знаю. Мне правда очень-очень жаль.

– Я понимаю, что ты хочешь попрактиковать свои очередные сверхспособности, Кларк. Но между нами… мы просто не можем позволить себе постоянно покупать тебе новую одежду. Может, ресурсы у твоих друзей и неограниченны, но у нас их нет. Ты же понимаешь, сынок?

– Разумеется. – Кларк никогда не хотел приносить родителям лишних расходов. Они усердно работали, просто чтобы сводить концы с концами. Хотел бы он поделиться с ней, что все это было ради благого дела. Что он помог кому-то, кто угодил в настоящую беду. Но он не мог.

Он должен был выдержать ее разочарование.

Лицо Марты смягчилось, и она взъерошила ему волосы, прямо как в детстве.

– Ну, хорошо, а теперь иди и скажи своим крутым друзьям, чтобы в следующий раз подъехали к дому. Мы не кусаемся. – Она встала на цыпочки, поцеловала его в щеку, а затем ушла, унося с собой испорченную куртку.

Кларк скатился по лестнице и побежал по усыпанной гравием дорожке к шоссе, возле которого стояла навороченная красная спортивная машина Лекса. Брайан предусмотрительно вылез с переднего пассажирского места, чтобы Кларк, минуя его, забрался назад.

– Спасибо, что согласились, – сказал он.

– Вопрос в том, – ответил Лекс, – сможем ли мы вообще проникнуть внутрь. – Он вжал педаль газа в пол и, прежде чем кто-либо успел ответить, всех троих отбросило на спинки сидений. Он разогнался где-то до ста шестидесяти километров в час, прежде чем убрал ногу с педали газа и позволил машине постепенно замедлиться.

– Мы попадем внутрь, – сказал Брайан.

– Просто чтобы ты знал, – обратился Кларк к Брайану, – сегодня твой отец заглянул к нам на ферму и предложил выкупить ее.

Брайан изогнул шею, чтобы посмотреть на Кларка.

– Шутишь? Полагаю, это было пустой тратой времени?

– Да, мои родители отказались, – ответил Кларк, – но я думаю, что они были искренне польщены его предложением.

Брайан покачал головой.

– С тех пор как мой отец узнал, что «Уэско» тоже скупает местные фермы, он словно взбесился. Он не терпит конкуренции.

Это вполне объясняло вспышку гнева Монтгомери.

– Ты же слышал, что случилось прошлой ночью? – спросил Лекс, глядя на Кларка в зеркало заднего вида. – Этот парень из ресторана, Шелдон Илинг, утверждает, что на них с друзьями напал пришелец.

– Пришелец, – повторил Кларк. Он ожидал, что Брайан с Лексом поднимут эту тему, и подготовился. – Разве это не странно, что расизм и встречи с пришельцами идут тут лицом к лицу?

– Меня тошнит от одной только мысли о пришельцах, – сказал Лекс.

– Может, это ненормально – проводить столько времени на воздухе, – предположил Брайан, – спокойное, ясное ночное небо, видимо, подавляет некоторых людей.

– Они же еще и пьяны были, не так ли? – спросил Кларк.

– А как тебе такое? – спросил Лекс. – Один из приятелей Шелдона обратился в больницу и заявил, что пришелец своим дыханием заморозил ему руку. Ты не забывай, что вчера было почти пятнадцать градусов тепла.

Кларк покачал головой, подыгрывая им. В ожидании приятелей он успел порыться в интернете. К его облегчению, в тех репортажах, что он успел откопать, говорилось, что парень с обморожением должен полностью поправиться.

Когда они достигли окраины Смолвилля, Лекс сбавил скорость, и автомобиль пополз по улице, вдоль которой выстроились непримечательные, закрытые склады.

– Не знаю, парни, слышали ли вы об этом, – продолжил Лекс, – но, по всей видимости, за последнее время пропала парочка рабочих-мигрантов. Я не удивлюсь, если помощник шерифа Как-его-там сделает заявление, что их могли похитить пришельцы.

Комментарий Лекса слегка задел Кларка за живое. Лютор снова обидно подшучивал над маленькими городками. Но Лекс был высокомерным, богатеньким снобом. Он просто не чувствовал особенностей небольших городов. И в этом заключалась его проблема. Так что Кларк предпочел сосредоточиться на том факте, что до Лекса дошли слухи о пропавших мигрантах. Чем больше внимания получит эта история, тем больше людей захочет с этим что-то сделать.

– Вон там! – воскликнул Брайан, показывая на большую и почти пустую парковку, втиснувшуюся между несколькими заброшенными складами. Кларк знал, что все это остатки другой эпохи, когда Смолвилль был домом для нескольких компаний по выделке кожи. Или свежевальных, как их в шутку называли старожилы. Все они закрылись задолго до рождения Кларка.

Кларк достал телефон и спешно набросал сообщение Лане. Он переслал ей их геолокацию и предупредил, что они собираются забраться в лабораторию. Не дожидаясь ответа, Кларк убрал телефон обратно в карман и спросил:

– Так значит, вот где располагаются лаборатории «Уэско»?

Это место больше напоминало город-призрак, особенно по ночам.

– А где еще ты найдешь столько свободной площади? – спросил Лекс. – Спорим, она еще неприлично дешевая.

– Интересно, знает ли отец, насколько во всем этом замешан Кори? – задумчиво произнес Брайан. – Он же будет в ярости.

Когда они вышли из машины и направились к длинной веренице темных ветхих строений, Кларк начал нервничать. Нигде не горел свет. Нигде снаружи не было охраны. Не было парадных входов. Собственная безопасность Кларка мало заботила. Но картина в целом не внушала доверия; все выглядело так, словно единственной заботой компании была абсолютная секретность. А если дело было в ней, что же такого пытался спрятать Уэсли?

– Мы вообще знаем, куда идем? – поинтересовался Лекс после того, как они миновали уже почти три квартала.

– Думаю, да, – неуверенно ответил Брайан, – хотя прежде я всегда приезжал сюда при свете дня. Я помню, что нам нужно будет зайти с черного входа.

Наконец Брайан привел их к нужному строению. Оно было в четырех кварталах от того места, где Лекс оставил машину. Когда они приблизились к большим железным воротам с задней стороны здания, Брайан достал из кармана ключ-карту. Он поднял крышку маленькой сенсорной панели, приютившейся под грязным окном, защищенным проржавевшей решеткой.

– У тебя есть ключ? – шепотом спросил Лекс.

– У моего брата есть ключ. А я знаю, где он его хранит.

– Постой, – предостерег Кларк, хватая Брайана за запястье прежде, чем тот успел приложить карту к сенсорной панели, – ты уверен, что это хорошая идея? Знаю, знаю, это я уговорил вас прийти сюда, но я не думал, что нам придется забираться туда вот так.

– Он уверен, – ответил Лекс, убирая руку Кларка.

– Брайан, – сказал Кларк, – я не хочу, чтобы ты угодил в неприятности.

– Не буду лгать, – признался Брайан, – если Кори узнает, что я одолжил его карту, я буду по уши в дерьме. Но я также в курсе, что сегодня ночью он гуляет и пьет с друзьями. Это обычно означает, что он будет дома поздно и тут же отрубится. Я легко смогу прокрасться в его комнату и вернуть карту.

– А доктор Уэсли? – спросил Кларк.

– Сегодня и завтра он на конференции в Метрополисе, – Брайан оглядел друзей, – последний шанс. Вы идете?

– Разумеется, да. – Лекс указал на сенсорную панель. – Пойдем уже.

– Кларк? – спросил Брайан, глядя на него.

Кларк колебался недолго. Пришло время решительных действий. И он был почти уверен, что Кори, доктор Уэсли и «Уэско» были как-то связаны как с людьми, пытавшимися обокрасть его ферму, так и с людьми, которые стреляли в него и Лану. Ему лишь требовались доказательства.

– Я в деле, – ответил он.

– Отлично. И посмотри сюда. – Брайан вытащил из кармана золотой бейдж и повесил на шею. – С бейджем Кори мы сможем войти куда угодно. Идите за мной.

– Просто ведите себя так, будто вы здесь свои, – добавил Лекс, похлопав Брайана с Кларком по спинам.

Раздался тихий сигнал, а затем тяжелая металлическая дверь щелкнула и открылась.

– Говорить буду я, – сказал Брайан. Он распахнул дверь до конца, и все трое вошли внутрь.

Снаружи здание выглядело как развалина, но внутри все было совсем иначе. Пройдя по короткому белому коридору, они оказались в большом фойе с голыми белыми стенами. Помещение выглядело совершенно стерильным и пахло дезинфицирующими средствами. Несколько человек в отдалении были в лабораторных халатах и носили медицинские маски. За маленьким столиком по соседству с большой рентгеновской рамкой сидел вооруженный охранник. Заметив Брайана, он кивнул ему, а затем перевел взгляд на Кларка и Лекса.

– Потенциальные инвесторы, – объяснил Брайан.

– Так поздно? – удивился охранник.

– Мой брат, Кори Мэнкинс, попросил меня все здесь им показать.

Охранник сверлил их взглядом, пока Лекс не додумался разыграть целое шоу: он начал с раздраженным видом поглядывать на свои «Ролексы». Заметив дорогие часы, охранник кивнул, нажал кнопку под столом, и две стеклянные защитные перегородки распахнулись. Все трое положили свои телефоны и ключи в пластиковый контейнер и по очереди прошли через рентгеновскую рамку.

Забирая свои вещи, Кларк мысленно отметил чересчур строгие меры безопасности. Очень странно, что в медицинской и сельскохозяйственной исследовательской лаборатории, расположенной на окраине города, понадобились металлоискатели.

Брайан показал свой бейдж второму кордону охранников, которые остановили их и заставили сделать отметки в маленьком планшете.

Брайан напечатал: «Кори Мэнкинс».

Лекс набрал: «Кевин Сандерсон».

Когда планшет наконец передали Кларку, тот замешкался. Уставившись на мигающий курсор, он долго пытался сообразить, как же представиться. Лекс с Брайаном смерили его сердитыми взглядами. Наконец Кларк напечатал: «Кенни Брейверман».

Один из охранников пропустил их дальше.

В коридорах пахло свежестью и чистотой. Внутри было абсолютно тихо, лишь гудели едва слышно яркие флуоресцентные лампы.

– Сюда, – тихо сказал Брайан.

Посреди второго длинного зала Кларк спросил:

– Так какими исследованиями они здесь занимаются?

– Полагаю, самыми разными. – Теперь Брайан вел их по лабиринту куда более узких коридоров. – По крайней мере, так мне сказал Кори. Уэсли здесь занимается такими проектами, которые опережают весь остальной мир.

Наконец, они остановились у двухсторонней стеклянной перегородки, за которой начиналась лаборатория. Внутри было несколько десятков столов и стульев, но только одна женщина все еще работала в столь поздний час. На ней были толстые очки и промышленные резиновые перчатки, и она осторожно разливала химикаты по пузырькам. Стена перед ней была заставлена множеством дорого выглядящих приборов. Слева от нее на длинном металлическом столе были разложены микроскопы и различные аппараты.

– Чем она тут занимается? – спросил Лекс.

– Разработка и тестирование химикатов, – ответил Брайан.

– Химикатов для чего? – спросил Кларк.

Брайан пожал плечами.

– Да много для чего. Это здесь Кори дал мне то средство для восстановления после тренировок, о котором я тебе говорил.

Кларк не знал, что конкретно он ищет. Это место выглядело как обычная исследовательская лаборатория, а женщина казалась обычным ученым. Кларк задумался, а догадается ли он вообще, если наткнется на что-то необычное.

– Что еще тебе показывал твой брат? – спросил Лекс. Кларк никогда прежде не видел его таким заинтересованным. Он продолжал оглядываться по сторонам, будто бы искал что-то конкретное.

Брайан махнул в сторону другого коридора, и вся троица двинулась в том направлении. Где-то посередине узкого пространства, за несколько шагов до совершенно выбивающегося из общей картины древнего грузового лифта, Брайан остановился возле двери в другое помещение.

– Вот что я на самом деле хотел вам показать, парни. Это одна из сельскохозяйственных генетических лабораторий.

В пустом помещении не горел свет, но как только глаза Кларка привыкли к темноте, он увидел нечто такое, что совершенно потрясло его воображение. Внутри на нескольких столах возле окна лежали кукурузные початки размером с небольшие бревна. Каждый початок был минимум в метр длиной, а толщиной примерно с древко бейсбольной биты. На соседних столах были и другие увеличенные сельскохозяйственные культуры. Томаты размером с тыкву. Колосья пшеницы в три раза крупнее обычных. Арбуз, такой огромный, что проседал под собственным весом и казался больше стола, на котором лежал.

– Они настоящие? – поинтересовался Кларк.

Брайан кивнул.

– Если верить Кори, то да.

– Но они кажутся такими… неестественными.

– Чувак, сейчас практически все фермерские корпорации экспериментируют с урожаями. Мой отец поступает так же. Тебе вынужденно приходится этим заниматься, если ты хочешь выдержать конкуренцию на фьючерсных рынках.

– Но это же нездорово. И не этично. – Кларк подумал о собственной ферме, где все было органическим и натуральным. И нормального размера.

– А почему нет? – вмешался Лекс. – Генетические дефекты – это же странные исключения из правил, не так ли? Их не должны быть. Генетические изменения – это лишь научные попытки исправить ошибки природы.

– Да, но…

– То же самое с вакцинами, – продолжил Лекс, – лекарствами от рака и других болезней. Почему ты считаешь, что мы не должны применять те же методы в производстве еды?

– Ты посмотри на этот гигантский арбуз. Исправлять генетические ошибки – это одно. Но подобный результат – что-то совершенно другое. – Эти жутковатые гигантские фрукты и овощи абсолютно не пришлись Кларку по душе, но он не мог сформулировать, почему. – А что… а что, если это будет продолжаться дальше и дальше? Что ты скажешь, если они начнут так же поступать с животными? Или людьми?

– Ты когда-нибудь слышал об агропромышленных фермах? – улыбнулся Лекс. – И ты что же, не хотел бы быть больше, быстрее и сильнее?

Кларк покачал головой.

– Если для этого понадобятся химикаты – нет. Или генетические изменения. Я буду чувствовать себя… искусственным.

– Не каждому повезло родиться таким, как ты, Кларк, – заметил Брайан. – И ты же ничего не сделал, чтобы заслужить это, не так ли? А я ничего не сделал, чтобы заслужить родиться худым и щуплым. Почему люди не должны искать способы уравнять правила игры?

Кларк повернулся обратно к арбузу, размышляя о своих сверхспособностях. А что, если он – продукт чего-то подобного? А что, если его сила получена искусственным путем?

– Представь себе, – добавил Лекс, – что будет, если мы сможем выращивать больше урожая, который по-прежнему будет хорош на вкус? Вероятно, мы наконец победим мировой голод. Или по крайней мере снизим цены на еду. Это же благая цель, ты не находишь?

Кларк пожал плечами. Он хотел бы поставить этот разговор на паузу. Они сейчас явно были не в лучшем месте для философской беседы о будущем сельского хозяйства.

– Ну хорошо, Лекс, – сказал Брайан, – мы заглянули в лабораторию. Пожалуй, самое время убраться отсюда.

– Погоди, – возразил Лекс, – а что, больше ничего интересного тут нет? У меня такое чувство, что мы только в начале пути.

Брайан пожал плечами.

– Я был здесь всего один раз. И дальше этого места мы не проходили. Кори сказал, что не сможет отвести меня в закрытое крыло.

– Закрытое крыло? – Лекс посмотрел вдаль коридора, затем повернулся обратно к Брайану. – Нам определенно нужно туда попасть. Еще буквально пару минуточек. Только не говори мне, что тебе самому не любопытно.

Брайан встревоженно огляделся по сторонам.

– Две минуты. Потом мы уходим, хорошо?

Но Лекс уже направлялся дальше по коридору.

Кларк похлопал Брайана по руке.

– Если ты считаешь, что нам нужно уходить, я соглашусь. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

Брайан пожал плечами:

– Полагаю, две минуты не сыграют большой роли. Пойдем.

Кларк подумал, не стоит ли ему отпустить этих двоих в одиночку. Но он знал, что не сможет так поступить. Вместо этого он решил переключить внимание с исследования лаборатории на присмотр за друзьями.

Они свернули в левый коридор. Большая часть помещений, мимо которых они проходили, были темными и пустовали.

Кларк затаил дыхание, заметив впереди две медленно крадущиеся фигуры. Но когда Брайан и Лекс поравнялись с ними, Кларк никого не увидел. Те будто растворились в воздухе.

Когда они проходили мимо большого конференц-зала, позади раздался голос, от которого все трое замерли на месте.

– Вы кто такие? И что вы здесь делаете?

Вся троица дружно развернулась и уставилась на большого мужчину в костюме, стоявшего в коридоре, скрестив руки на груди. У него были светлые волосы, в ухе торчал наушник.

– В-все в порядке, – заикаясь, брякнул Брайан, – меня послали сюда, чтобы отследить…

– У вас не может быть никаких причин находиться здесь. Эта часть здания полностью закрыта. – Мужчина поднес ко рту рацию и рявкнул: – Охрана, у нас код красный. Секция В, зона четыре. Требую немедленного вмешательства.

– Нет, я друг доктора Уэсли, – взмолился Брайан, – он знает, что мы здесь.

Кларк повернулся и незаметно оценил размеры конференц-зала. Он дернул дверь, но та была заперта. На ней красовалась табличка «Доступ запрещен – Проект “Рассвет”».

Лекс тоже смотрел на дверь.

Мужчина подошел к Брайану, глянул на его бейдж и толкнул к стене:

– У тебя нет сюда доступа, придурок. Будь я на твоем месте, я бы уже пытался убраться отсюда. Парни, которые здесь сейчас появятся, еще не отработали все тренировки. Случаются и ошибки.

Уши Кларка покалывало. Он ненадолго прикрыл веки и сконцентрировался на звуках вокруг. Стеклянный стакан со стуком опускается на стол. Вода течет из раковины. Играет классическая музыка. Несколько людей тихо беседуют по-испански. Позвякивают туго натягиваемые цепи. А затем Кларк услышал то, что ожидал.

Шаги в отдалении.

Три человека, как минимум.

– Нам нужно идти, – рявкнул Кларк, решив взять инициативу в свои руки. – За мной!

Блондин преградил им дорогу, и Кларк попытался оттолкнуть его. Но здоровяк даже с места не сдвинулся. Он был еще сильнее, чем выглядел.

Блондин улыбнулся и попытался схватить Кларка за руки, но Кларк вырвался и ударил его в живот.

Блондин сложился пополам.

– Ого! – восхищенно воскликнул Брайан.

– Нам нужно идти! – прорычал Кларк. – Сейчас же!

И ровно в этот момент из-за угла показались и бросились в их сторону трое мужчин, одетых с головы до пят в коричневое. У всех – бритые головы и ненормально расширенные зрачки. Двое походили на мексиканцев, третий был черным. Кларк тут же вспомнил размахивающего ножом парня в центре города. Того самого, что накинулся на его бывших товарищей по команде. Кларк замер, пытаясь установить связь между всем этим, но времени медлить не было.

– Теперь вам конец! – крикнул блондин, обращаясь к Кларку, а затем рявкнул в рацию: – Повторяю, код красный! Заблокируйте все выходы!

Люди в коричневом были уже в пятнадцати метрах от них и быстро приближались. Кларк схватил Лекса с Брайаном за руки и буквально потащил их за собой в противоположную сторону, двигаясь настолько быстро, насколько позволяла их скорость. Теперь суперспособности легко появлялись по воле Кларка. Его рентгеновское зрение позволяло рассматривать сквозь стены помещения перед ними. Он вел друзей по лабиринту коридоров и, ориентируясь только на звук, смог вовремя расслышать впереди вторую группу охранников. Те двигались с противоположной стороны, пытаясь загнать нарушителей в тупик.

Кларк заметил закрытую дверь в конце коридора. Обогнав Лекса с Брайаном, он поспешил к ней и попытался открыть, но та была заперта. Прежде чем друзья нагнали его, Кларк выломал замок и распахнул дверь.

– Сюда! – крикнул он, все трое быстро нырнули в темную комнату и захлопнули за собой дверь.

– Черт, – пытаясь отдышаться, повторял Брайан, – черт, черт, черт.

– Что? – спросил Лекс.

– Я только что подвернул ногу.

– Господи Иисусе, Брай! – воскликнул Лекс. – Что случилось?

– Не знаю. Она подвернулась, когда мы вбежали сюда.

– Тише! – шикнул на них Кларк, услышав шаги охранников.

Вся троица затаила дыхание, прислушиваясь. Охранники поравнялись с дверью, а затем пробежали мимо. После долгой паузы Кларк достал телефон и подсветил комнату. Они находились в большом компьютерном центре. На длинном столе выстроились в ряд пятнадцать мониторов, каждый экран показывал одно и то же – логотип компании «Уэско». Кларк никак не мог взять в толк: у Уэсли был крошечный, обветшалый офис в центре города, и каким-то образом он владел и этой, полностью засекреченной лабораторией, битком набитой дорогим с виду оборудованием.

А еще был Кори. Какую роль он играл во всем этом?

– Кларк, – тяжело дыша, спросил Брайан, – что мне делать? Я даже ступить на ногу не могу.

Кларк посмотрел на экран телефона. Связи не было. Но Лана успела прислать ответ: «Еду!»

– Они пытаются просто нагнать на нас страху. – Обычно самоуверенный Лекс казался по-настоящему напуганным, от его привычной ухмылки не осталось и следа. – Никто не собирается всерьез причинять нам вред, ведь так? Кларк?

– Никто нас не обидит, – заверил их Кларк.

– В любом случае, – сказал Брайан, доставая телефон, – я вызываю полицию. И плевать, узнает Кори, что я здесь был, или нет. – Несколько секунд он пялился в экран, затем швырнул телефон о кафельный пол. – Проклятье. Сети нет.

– У меня тоже, – сказал Лекс.

Они оба повернулись к Кларку, тот покачал головой.

– И у меня.

Брайан с Лексом затеяли спор о том, чьей идеей было отправиться в закрытую зону, Кларк вклинился, чтобы предупредить их, что скоро вернется.

– Постой! – воскликнул Брайан. – Мы должны держаться вместе!

Но Кларк уже был возле двери. Он украдкой выбрался в коридор, внимательно прислушиваясь к звукам шагов и голосам. Теперь он слышал только шаги, да и те были довольно далеко. Кларк пытался вызвать рентгеновское зрение: глаза щипало от усилий, ему казалось, будто он сейчас взмоет к потолку. Желудок скрутило в узел. Затем зрение внезапно пробило стену прямо перед ним насквозь.

Еще одна темная комната.

Наконец он пробил и дальнюю стену и теперь видел тот самый коридор, в котором их перехватил блондин. Кларк уставился на двух людей в коричневом, проходящих мимо закрытой зоны. Его взгляд снова задержался на двери. «Доступ запрещен – Проект «“Рассвет”».

Что бы это могло значить?

Когда Кларк попытался преодолеть взглядом стену, за которой скрывался проект «Рассвет», очертания размылись, а затем рентгеновское зрение и вовсе отключилось.

Ему потребовались все усилия, чтобы заново его настроить, и на этот раз Кларк сконцентрировался на поиске выхода. Охранники поджидали их перед дверью, через которую они вошли. А блондин возглавлял маленький отряд возле второго входа в здание. Но затем Кларк обнаружил старую пожарную лестницу, рядом с которой никого не было. Она находилась в противоположном конце здания, а Брайан повредил ногу, но это был их единственный выход из ловушки.

Кларк вернулся в комнату и объяснил, как обстоит дело.

– Брайан, ты пойдешь со мной. Я помогу тебе.

Без лишних споров Брайан вскочил и приобнял Кларка за плечи. Троица тихо вышла из комнаты и начала пробираться к другому концу здания, поглядывая по сторонам, чтобы не попасться на глаза блондину, людям в коричневом или охране.

Теперь Брайан с Лексом полностью полагались на Кларка. Он не мог подвести их.

Когда он шел вот так, его рентгеновское зрение становилось менее надежным – оно то и дело включалось и выключалось, но Кларк все равно успел разглядеть несколько важных деталей. Добраться до пожарного выхода можно было только с третьего этажа. А они были на первом. Кларк вспомнил, что возле генетической лаборатории они видели старый грузовой лифт.

– Вот они! В этом коридоре!

Кларк оглянулся на голос и увидел указывающего в их сторону охранника. Двое в коричневом повернули из-за угла, держа в руках полицейские дубинки. Заметив беглецов, они рванули к ним навстречу.

– Сюда! – крикнул Кларк. Он закинул Брайана себе на плечо, и они с Лексом рванули в противоположную сторону, прочь из запретной зоны, обратно – туда, откуда они пришли, к грузовому лифту. Когда они немного оторвались от преследователей, Кларк подумал, что мужчины в коричневом начнут кричать, приказывая остановиться. Но те просто молча гнались за ними, размахивая дубинками. Они больше напоминали роботов, чем живых людей.

Оказавшись на развилке, Кларк вспомнил, что один коридор ведет к генетической лаборатории. Куда ведет второй, он понятия не имел. Прежде чем их преследователи появились из-за угла, Кларк повернулся к Брайану и сказал:

– Мне нужна твоя кроссовка.

– Моя кроссовка? – с тревогой спросил Брайан, стягивая обувь. – Забирай.

Кларк метнул ее во второй коридор в надежде, что это хотя бы ненадолго задержит людей в коричневом. А сам вместе с Брайаном и Лексом припустил в другую сторону.

Добравшись до грузового лифта, Лекс начал лихорадочно нажимать на кнопку вызова, но ничего не происходило.

– Ну давай же, – рычал он.

Кларк опустил Брайана на пол и вернулся назад. Никаких следов людей в коричневом. Он поспешил обратно и приложил ухо к дверям, но ничего не услышал. Старый лифт не работал. Нужно было придумать что-то еще.

– Что теперь? – спросил Брайан.

Лекс попытался раздвинуть двери лифта.

– Я их даже пошевелить не могу!

– Теперь мне нужна вторая кроссовка, Брай, – сказал Кларк, и Брайан немедленно стянул ее и протянул приятелю. Кларк отдал кроссовок Лексу: – Иди и разбей что-нибудь. Окно. Лампу. Что угодно.

На лице Лекса расплылась лукавая улыбка.

– Это я могу, – ответил он, развернулся и убежал прочь.

Кларк просунул пальцы в щель между створками и легко раздвинул их. Он заглянул в шахту лифта и посмотрел вниз. Кабины нет. Он взглянул вверх. Вот и она, застряла на третьем этаже. Но Кларк сумел разглядеть зазор между кабиной и стенкой шахты. Повернувшись к Брайану, который все это время наблюдал за ним, Кларк услышал вдали громкий треск.

Вернулся запыхавшийся Лекс.

– Разбил целый поднос с колбами. Надеюсь, внутри не было ничего важного. – Затем он увидел распахнутые створки лифта и повернулся к Кларку. – Иисусе, как ты…

– Быстрее, – сухо сказал Кларк, – нам нужно забраться вверх по кабелю.

Лекс метнулся к открытой шахте лифта. Кларк снова поднял Брайана и забросил на плечо. Он дотащил приятеля до шахты, где Лекс уже хватался за толстый кабель.

– Вверх? – прокричал он.

Кларк кивнул.

– Давай.

Лекс запрыгнул на кабель, обхватил его ногами и полез наверх.

В отдалении послышались шаги. Они направлялись в их сторону.

– Сможешь забраться наверх? – спросил он у Брайана.

– Не знаю, – Брайан покосился на открытую шахту лифта, – я могу попытаться.

Но времени для сомнений у них не было.

– Обхвати мою шею руками, – велел ему Кларк.

– Что?

– Просто делай, как я сказал.

Брайан покрепче ухватился за него, Кларк запрыгнул на кабель и закрыл ногой дверь. Затем он полез наверх, быстро нагоняя Лекса.

– Там наверху есть щель, – сказал он, – посмотри, сможешь ли ты протиснуться через нее и залезть на крышу лифта.

Лексу потребовалось несколько попыток, но наконец он смог пролезть через небольшой зазор между кабиной лифта и стенкой шахты и заползти на крышу. Когда Кларк с Брайаном тоже добрались туда, Лекс уже спустился в кабину, пролез через открытые двери лифта и выбрался на третий этаж.

– Что теперь? – спросил Брайан, после того как они с Кларком тем же путем спустились вниз.

– Пожарная лестница, – сказал Кларк.

– Там. – Лекс указал на большое окно, наполовину прикрытое гудроновым листом.

Кларк подбежал к окну, отбросил строительное покрытие, и все трое по очереди выбрались на пожарную лестницу. Кларк снова закинул руку Брайана себе на плечо, и все трое поспешили спуститься на улицу. Лекс спрыгнул на асфальт первым, затем помог Брайану. Кларк спустился последним. Как только его ноги коснулись поверхности, телефон завибрировал.

Это была целая серия сообщений от Ланы.

«Я тут. Рядом с машиной Лекса. Вы где?»

«Все в порядке????»

«КЛАРК, ОТВЕТЬ МНЕ!»

Кларк взглянул на Лекса.

– Лана припарковалась возле твоей машины. Ты можешь сходить туда и вернуться за нами?

– Конечно, ждите здесь.

– И, Лекс, скажи Лане, пусть она как-нибудь прикроет номерные знаки, – добавил Кларк, – готов поспорить, тут повсюду камеры. Они узнают, кто мы такие, но я не хочу, чтобы они опознали и ее.

– Понял, – ответил Лекс и поспешил, чтобы забрать свою машину.

– Ну, разумеется, что-то подобное должно было случиться, – сказал Брайан, указывая на свою правую ногу, теперь облаченную только в короткий белый носок.

– Это не твоя вина, – сказал Кларк, пытаясь утешить друга, – это же я хотел попасть сюда.

Брайан покачал головой.

– Нет, я больше не хочу этого делать, – он уставился на Кларка остекленевшим взглядом.

– Делать что?

– Притворяться.

– Брайан, все же в порядке, – сказал Кларк, – мы выбрались. Мы в порядке. – Он покосился на пожарный выход. Никто за ними не спускался. Он оглядел улицу. Все чисто.

Брайан уставился на ночное небо.

– Ты знаешь, почему я люблю летать, Кларк?

– Почему? – спросил Кларк, удивленный внезапным вопросом.

– На высоте трех тысяч метров мир действительно обретает смысл.

Кларк тоже взглянул на небо, пытаясь придумать что-нибудь ободряющее.

– Когда ты летишь, – продолжил Брайан, – ты смотришь вниз, на свой город, или городок, и видишь, каким незначительным все выглядит. И тут ты понимаешь, что, может быть, и твои проблемы такие же незначительные. И все важные люди, типа моего отца, – они тоже становятся маленькими, понимаешь? Мир обретает перспективу. – Брайан взглянул на Кларка с болезненной улыбкой. – Потому что мир на самом деле очень, очень большой. И он существовал миллиарды лет до нашего появления. И будет существовать еще миллиарды после того, как нас не станет. И где-то там… ну, ты понял.

Пока Брайан говорил, Кларк согласно кивал, но, по правде говоря, слова приятеля его несколько обеспокоили.

– Проблема в том, – добавил Брайан, – что у самолета ограниченный запас топлива. Рано или поздно тебе придется приземлиться.

В этот момент Кларк услышал в отдалении знакомые звуки двигателя машины Ланы.

– Видишь? – спросил Кларк.

Брайан ничего не ответил.

Передний номерной знак Ланы был прикрыт свитшотом. Она остановилась прямо возле них, наклонилась, распахнула пассажирскую дверь и закричала:

– Садитесь!

Кларк помог Брайану сесть на заднее сиденье, затем забрался на переднее.

– А где Лекс?

Лана пожала плечами.

– Он заставил меня пообещать, что отныне мы будем держать его в курсе всего, и уехал. – Оглянувшись на Брайана, она добавила: – Полагаю, теперь подвозить тебя до дома придется мне.

Брайан кивнул, уставившись в окно.

Кларк оглянулся. Никто за ними не гнался.

– В этот раз мы в полицию не пойдем, – сказал он Лане.

– Нет. Никакой полиции. – Она покосилась на Кларка. – Вы в порядке?

Он кивнул.

– Думаю, да. – Он указал на сидевшего сзади Брайана, но Лана не заметила его жеста.

– Хорошо, – ответила она. – А теперь расскажите мне, что там произошло. Я думаю, что мы сцапали нашего парня. Но я хочу знать все.

Глава 20

На следующий день Брайан не пришел в школу. А когда Кларк во время обеденного перерыва отправил ему сообщение, тот ответил нехотя и коротко. Поэтому после школы Кларк отправился в тренировочный зал «Запас сил» в центре города, куда Брайан должен был прийти на тренировку.

– Так и думал, что найду тебя здесь, – сказал Кларк, входя в почти пустой зал. Его друг как раз вешал двадцатикилограммовые блины на штангу. А еще, похоже, у него был синяк под глазом. – Ого, что это с тобой случилось?

Брайан отмахнулся от вопроса.

– Пустяки.

Теперь, когда Кларк подошел поближе, он смог разглядеть, что синяк был довольно внушительным: левый глаз Брайана почти заплыл.

– Ты что такое говоришь, Брайан? Кто это сделал?

Брайан остановился и взглянул на Кларка:

– Это все ерунда. Мы с Кори подрались, я упал. И вообще, что ты тут делаешь?

Кларк наблюдал за тем, как Брайан ложится на скамейку и кладет руки на штангу. Помимо синяка у него еще была перебинтована лодыжка. Пока Брайан тягал штангу, Кларк вспоминал странные слова, сказанные его другом пока они ждали Лану возле здания исследовательской лаборатории «Уэско». Он ведь тогда почувствовал, что в его друге что-то надломилось, но то, как Брайан выглядел сейчас… Все было еще хуже, чем опасался Кларк.

И, словно для того, чтобы все усложнить еще больше, Брайан теперь выжимал совершенно сумасшедший вес. Но ведь он ходил в тренажерку всего ничего. Как такое вообще возможно?

– Слушай, – сказал Кларк, после того как Брайан вернул штангу обратно на стойку, – может, сейчас ты и не хочешь говорить о своем синяке, но мы должны поговорить о том, что случилось в лаборатории. Это важно для всего Смолвилля.

Брайан сел и уставился на украшенную металлическими дисками стену:

– Зря мы туда пошли, – сказал он, вытирая полотенцем лицо. Он вздохнул. – Слушай, я не хочу показаться грубым, но… я немного занят. Мы можем поговорить об этом в другой раз?

– Я беспокоился о тебе, – сказал Кларк, – тебя не было в школе. И ты едва ответил на мое сообщение. А теперь я увидел твой глаз… – Кларк запнулся, пытаясь придумать, как лучше достучаться до своего друга. Он не хотел слишком давить на Брайана, чтобы тот окончательно не замкнулся в себе. Но в то же время Кларк не мог просто развернуться и уйти.

Брайан встал и жестом предложил Кларку занять его место под штангой.

– Раз уж ты здесь, ты тоже можешь поработать.

Кларк увидел в этом свой шанс.

– Конечно, я потягаю штангу вместе с тобой.

Он подошел поближе, разминая руки. Разумеется, никакая разминка ему не требовалась, но он часто видел, как другие делают это перед подходом к штанге, и счел, что будет выглядеть более нормальным, если поступит так же.

– Скинуть тебе вес? – спросил Брайан.

Кларк покачал головой:

– Давай попробуем этот.

После того как Брайан отошел в сторону, Кларк улегся на скамейку. Он снял штангу с креплений и начал медленно и якобы с усилием опускать и поднимать ее. Еще со времен футбольной команды Кларк чувствовал себя в тренажерном зале довольно глупо. По правде говоря, Брайан мог бы навесить еще с десяток блинов на каждый край штанги, и Кларк все равно бы даже не вспотел. Поэтому все эти тренировки в зале были для него не более чем спектаклем. Он напрягался всякий раз, когда ему казалось, что наступил подходящий момент, чтобы напрячься. Он кряхтел, когда ему казалось, что наступил подходящий момент, чтобы покряхтеть. Отжав штангу десять раз, он вернул ее на стойку и сел.

– Десять, – отметил Брайан, – неплохо.

Кларк поднялся и еще немного потянулся.

– Думаю, я вспомнил, как это делается.

Пока они вешали по третьему двадцатикилограммовому блину на каждый конец штанги, Брайан откашлялся.

– Знаю, то, что случилось прошлой ночью, – отстой. Но все под контролем, окей? Мы не позволим какой-то мелкой компании типа «Уэско» отжать у нас долю рынка. Вот увидишь.

– Мы? – переспросил Кларк, уступая место Брайану. – А это когда произошло?

Брайан сел и вытянул руки.

– Ты понял, что я имел в виду.

Кларк пожалел, что рядом нет Ланы. Она бы смогла объяснить эту странную перемену в поведении Брайана. Но сегодня она была на юге Смолвилля, пытаясь прикинуть, насколько масштабным может стать протестное движение и как именно организаторы планируют обнародовать информацию о пропавших людях из их окружения.

Брайан снял штангу со стойки, быстренько выжал десять раз, положил обратно и снова сел.

– В любом случае, дома дела налаживаются, – признался он, – мне кажется, отец стал иначе ко мне относиться.

– Правда? И в чем это выражается?

Брайан пожал плечами.

– Он сказал, что наша компания оказалась на важном перепутье. И я ему нужен.

– Ты ему «нужен», – повторил Кларк, – и что это должно значить?

Брайан лишь пожал плечами и снова взялся за штангу.

Следующие пятнадцать минут или около того они продолжали добавлять веса, и Брайан каждый раз справлялся с ним. Кларк был действительно впечатлен. Но где-то в глубине души такая демонстрация силы вызывала у него сомнения. Что-то тут не складывалось.

Когда Брайан навесил пятый блин, Кларк понял, что пора завязывать с инстинктивной жаждой соперничества, и шутливо откланялся.

– Ну, все, приятель. Это мой предел.

– Неужели? – спросил Брайан.

– Да, ты меня уделал, – ответил Кларк, вставая за штангу. Он подсчитал добавленный на нее вес и подумал, что Брайану ни за что не поднять его. Поэтому он должен быть рядом, чтобы помочь.

Брайан лег на скамью, размял грудные мышцы, сделал несколько глубоких вдохов, словно бы из учебника по йоге, затем коснулся руками штанги. Зарычав, он снял штангу со стойки и медленно опустил ее до уровня груди. Пока он поднимал этот невероятный вес обратно вверх, обе его руки дрожали так, что железные блины дребезжали друг от друга, а лицо исказилось в гримасе от прилагаемых усилий. Подняв штангу, он выпрямил руки и вернул ее обратно на стойку.

Несколько серьезных с виду штангистов, что остановились рядом посмотреть, как Брайан справится с весом, ободряюще закивали, а один парень даже присвистнул от восторга. Брайана просто распирало от гордости, он сел, тяжело дыша, и помахал собравшимся. Затем повернулся к Кларку.

– Мой новый личный рекорд.

– Впечатляет. – Кларк дал Брайану минуту на то, чтобы вытереть пот, прежде чем перевести разговор на обсуждение очевидной проблемы. – Но мы с тобой оба знаем, что люди не могут самостоятельно добиваться подобного прогресса так быстро. – Кларк остановился на этом, решив не упоминать слово «стероиды» в надежде, что Брайан сам затронет эту тему. Но тот промолчал. Он просто подошел к фонтанчику с водой и сделал большой глоток.

– Брайан? – предпринял еще одну попытку Кларк.

На этот раз Брайан удостоил его вниманием.

– Я больше не собираюсь перестраховываться. Это меня никуда не привело. – Он остановился, качнул головой. – Хочешь узнать, почему я заканчиваю этот год в старшей школе Смолвилля?

– Да, – ответил Кларк, – разумеется.

– Все вокруг думают, что меня вышибли из частной школы, но это не так. Все дело в том, что несколько моих близких друзей по прежней школе начали играть в казино в городе. Прилично так играть. В крайне сомнительных местах. Я ходил с ними пару раз. Мне всегда хорошо давались числа, и покер не стал исключением. Как только я разобрался в правилах, я начал зарабатывать деньги. И это меня напугало. Я испугался не того, что у меня будут неприятности. Я испугался того, как сильно мне понравилось обдирать людей. Я не мог остановиться, поэтому и перевелся сюда. Потому что здесь безопасно.

Пока Брайан произносил эту маленькую речь, Кларк внимательно слушал и кивал. Он понял, что ему хотел сказать Брайан, но его мысли переключились на кое-что еще. Увидев, каким искренним и уязвимым был его приятель во время своего монолога, Кларк задумался, не впервые ли он видит настоящего Брайана.

– Спасибо, что рассказал это мне.

Брайан фыркнул:

– Я рассказал тебе это вовсе не затем, чтобы ты меня благодарил. Я хотел сказать, что решил стать кем-то с более стальным стержнем внутри. И не бояться последствий. – Он на неприлично долгое время замолчал, словно бы сам пытался осмыслить все им сказанное. – Может, короткая и храбрая жизнь лучше долгой и трусливой?

– Но, Брайан…

– Не важно, мне в любом случае пора уже работать над ногами, – сказал Брайан, перебивая Кларка, – и обычно я предпочитаю делать это в одиночестве. Так что…

– Хорошо, – сдался Кларк и начал собираться. – Встретимся позже, наверное. Напишешь мне?

Брайан кивнул.

– Отлично. – Кларк повернулся, чтобы уйти, но до входной двери не добрался. Он незаметно спрятался возле раздевалки, наблюдая за Брайаном. Несмотря на больную лодыжку, парень сделал два подхода с тяжелым весом, а затем направился к своей спортивной сумке, лежавшей в углу помещения. Брайан огляделся по сторонам, убедился, что за ним никто не наблюдает, и достал из сумки маленький зеленый контейнер. Набрав светло-зеленую жидкость в шприц, Брайан щелкнул по игле, задрал один край своих шорт и незаметно сделал укол в правую ягодицу. От этого зрелища Кларку стало дурно.

Брайан выбросил пустой шприц в урну и вернулся к тренажерам, где с яростью набросился на следующий вес. Даже знакомые Кларку футболисты не занимались с такой интенсивностью.

Кларк разочарованно следил за Брайаном еще несколько секунд, затем развернулся и вышел из зала. Он знал, что Брайан еще не готов к разговору, так что Кларку нужно было придумать способ получше, чтобы помочь своему другу.

И настала пора получить кое-какие ответы о себе самом.

Глава 21

Закончив все дела на ферме на этот вечер, Кларк вошел в маленькую гостиную, где сидели и читали его родители. Кларк открыл страничку с комиксами и устроился на диване. Но читать он не стал. Вместо этого он наблюдал за родителями. Сколько он себя помнил, они всегда были очень близки. Однако Кларк чувствовал, что есть какая-то тайна, семейный секрет, который родители ему не раскрывают. Все дело было во взглядах, которыми они украдкой обменивались друг с другом, когда думали, что Кларк этого не замечает, или же после того, как он впервые демонстрировал им одну из своих новых сверхспособностей.

«Сегодня та самая ночь, – решил он, – на этот раз пути назад нет»

– Отец?

Джонатан оторвался от газеты.

– Да, сынок?

Кларк снял очки и посмотрел сначала на маму, потом снова на отца.

– Честно… кто я такой?

Как только слова сорвались с его губ, Кларк почувствовал, как бабочки в животе принялись порхать с невероятной скоростью.

Джонатан глубоко вздохнул и взглянул на жену.

Марта внимательно посмотрела на Кларка и решительно кивнула мужу.

Джонатан повернулся к сыну и встретился с ним взглядом.

– Мы с самого начала знали, что этот день придет, – на несколько секунд он уставился на стол, покачивая головой, – но теперь, когда он настал…

Сердце Кларка яростно рвалось из груди.

Его отец поднялся на ноги.

– Марта?

Мама покачала головой.

– Иди. Я поговорю с ним после.

«После чего?» – подумал Кларк, снова надевая очки.

Джонатан жестом пригласил Кларка следовать за собой.

По привычке Кларк по пути прихватил рюкзак и закинул за спину.

– Это случилось семнадцать лет назад, – начал отец, подводя Кларка к старому амбару.

– Что случилось? – спросил Кларк.

Джонатан на ходу достал из кармана связку ключей.

– Ну, тогда-то мы… – Он повернулся к Кларку. – Тогда-то мы и нашли тебя.

– Нашли меня? – Кларк не понимал. И не был уверен, что хочет понимать.

Джонатан остановился возле амбара и перебрал ключи. Найдя нужный, вставил его в новый замок и повернул. Старые деревянные двери амбара с громким скрипом распахнулись.

Внутри было так же темно и затхло, как в ту ночь, когда Кларк залез сюда один. Старые пыльные запчасти для тракторов, валяющиеся на земле. Древние шины. Инструменты, которые Кларк случайно сломал в детстве. Во всех углах висела паутина, и на этот раз Кларк слышал едва различимое хлопанье крыльев под потолком.

Они направились в противоположный конец амбара. Джонатан принялся разгребать ставшую с предыдущего раза куда меньше гору мусора, скрывающего загадочный объект. Он отбросил парочку шин, затем, поднатужившись, отодвинул в сторону огромный лист проржавевшего металла и прислонил его к стене.

Кларк снял рюкзак и, ужасно волнуясь, начал помогать отцу.

Через нескольких минут работы при тусклом свете они уставились на брезент, скрывающий от глаз большой овальный предмет. Тот был немногим меньше внедорожника, и Кларк заметил, как из-под одного края брезента выглядывает что-то металлическое.

Схватившись за один край, Джонатан начал медленно стаскивать брезент. Кларк разнервничался окончательно. В воздух взметнулось облако пыли, и несколько секунд он не мог разглядеть ни зги. Когда же открывшаяся картина приобрела четкость, он в удивлении распахнул рот.

Поскольку не поверил своим глазам.

– Семнадцать лет, четыре месяца и одиннадцать дней назад. – Джонатан положил руку на плечо Кларку, но тут же убрал. – Ты прибыл вот в этом.

Сердце Кларка ушло в пятки, и у него подкосились ноги.

Это был космический корабль.

Метров пять в длину, по форме он напоминал слезу. Широкая часть корабля представляла собой геометрический шестиугольник, противоположная заострялась на конце. В середине возвышалась металлическая сфера. Вся конструкция опиралась на низкие треножные опоры. В самой высокой точке корабль достигал двух метров.

Кларк потер руками лицо, пытаясь осмыслить увиденное.

Но почему он находился внутри космического корабля?

Кто поместил его туда?

У Кларка было столько вопросов, что мозг отказывался соображать.

Его отец глубоко вздохнул и начал рассказ:

– Все началось, когда мы увидели полоску света в ночном небе. Сперва мы не придали этому большого значения. Еще один метеор, только и всего. Ты и сам их достаточно повидал за эти годы.

Это было правдой. Работая по ночам, Кларк видел множество странных вещей. Огоньки, танцующие в самых разных стилях. Метеоры. Спутники. Необъяснимые фигуры на горизонте. Но как это все может быть связано с ним?

– Затем он стал больше, – продолжил Джонатан. – И ярче. Он направлялся прямиком к полю южнее от нашего дома. Я никогда не забуду звук от его столкновения с землей и то, как озарилось ночное небо.

– Кратер снаружи, – сказал Кларк, сложив два и два. Он знал эту часть фермы как свои пять пальцев. Здесь всегда было его укромное местечко… Но теперь…

– Мы с Мартой немедля поспешили сюда, – продолжал отец, – судя по силе взрыва, в кратере должен был быть огромный булыжник. В этих местах такое порой случается. Но даже в самых смелых мечтах я не думал обнаружить… это.

Джонатан наклонился и нажал кнопку на корпусе корабля. Затем откинул верхнюю часть металлической сферы по центру.

Кларк заглянул в люк, ощущая странную смесь страха и восхищения. Изнутри сфера была покрыта мягкой обивкой и укрыта красно-синими одеялами. Несмотря на то, что корабль почти два десятилетия простоял в пыльном амбаре, одеяла все еще были яркими и чистыми, цвета столь насыщенные, будто материал окрасили только вчера. Вдоль стены открытой кабины располагалась странно выглядевшая панель управления.

– Внутри мы обнаружили тебя. Ты был надежно укутан одеялами, – сказал Джонатан. – И выглядел как совершенно нормальный человеческий ребенок.

– Вот только я им не был, – прошептал Кларк.

– Ну, это еще не все. – Его отец указал на стеклянный квадрат посреди панели управления. – Приложи к нему свою ладонь.

Кларк замешкался.

Темная поверхность квадрата была целиком покрыта странными зелеными символами. Большая часть их выглядела совершенно чужеродно, но один напоминал букву С.

– Давай, Кларк.

Он медленно приложил ладонь к стеклу. Панель мгновенно ожила, и все символы озарились светом. Особенно «С». Из центра панели внезапно полился поток голубого света, и в центре амбара возникла голограмма. Кларк попытался было убрать руку, но отец не позволил, произнеся:

– Пора.

Посреди амбара возникла голограмма, изображающая мужчину. На вид ему было около сорока. У него было точеное лицо и темные глаза, а в жестких черных волосах пробивались серебряные пряди.

Было в этом мужчине что-то до странности знакомое.

– Меня зовут Джор-Эл, – глубоким голосом сказал он, – и я с планеты Криптон.

Кларк побледнел.

С другой… планеты?

Джонатан не пошевелился. Он буравил взглядом землю. Отец Кларка явно видел это послание не в первый раз. А поскольку для его активации требовалось приложить руку Кларка, юноша задумался, не видел ли он и сам это послание раньше, когда был еще слишком мал, чтобы осмыслить увиденное.

Лицо Джор-Эла сменилось изображением яркой сине-зеленой планеты, вращающейся вокруг красной звезды.

– Некоторое время назад, – продолжал Джор-Эл, – мы узнали, что наша планета обречена. Моя жена, Лара, как раз носила нашего первенца. Тебя, Кал-Эл.

– Кого? – сглотнул Кларк.

– Тебя, Кларк, – ответил Джонатан. – Данное тебе при рождении имя – Кал-Эл.

– Но… это же невозможно.

– Мы понимали, что не успеем спастись сами, – продолжал Джор-Эл, его лицо снова появилось на голограмме, – но нам хватило времени на постройку корабля, оборудованного, чтобы доставить тебя на ближайшую планету, которая, как мы надеемся, сможет поддержать жизнь с Криптона.

Губы мужчины двигались несколько не в такт со словами, словно бы в плохо дублированном иностранном фильме. Кларк, даже находясь в состоянии шока, предположил, что, возможно, некая странная технология переводит слова с инопланетного языка на английский.

– Кал-Эл, мы полагаем, что из-за своего генетического и космического происхождения ты будешь иначе реагировать на окружающую среду, чем коренные обитатели этого места. Сложно сказать, как именно это будет проявляться. Мы надеемся лишь, что другая планета не сделает тебя слабым и уязвимым. Однако это риск, на который мы вынуждены пойти. У нас нет другого выбора.

Голограмма прервалась на несколько сводящих с ума секунд, но затем появилась снова.

– К тому моменту, как ты это увидишь, наша родная планета Криптон уже будет давно уничтожена. Исчезнет сотни, возможно даже, тысячи оборотов солнца назад. Мне жаль это говорить, но меня с твоей матерью тоже не будет в живых. Но ты, Кал-Эл, должен жить дальше во имя Криптона. Живи долго и процветай, сын мой. И пусть твоя семья и планета гордятся тобой. Мы очень тебя любим, сын, и всегда будем любить.

Голограмма снова померкла, но на этот раз погас и корабль.

Кларк уселся прямо на грязный пол. Он был опустошен эмоционально и физически. Он хотел вернуться в свою комнату, забраться под одеяло и проспать несколько дней. И может быть, когда он пробудится, вся эта чушь окажется просто дурным сном.

Однако он понимал, что это не сон.

Это была реальная жизнь.

Его жизнь.

Он вспомнил, как в восьмилетнем возрасте поднял пятисоткилограммовый квадроцикл, чтобы тот не раздавил соседа. Вспомнил, как летели искры, когда он коснулся проволоки под напряжением в загоне для быков. Вспомнил, как он впервые вступил в схватку на футбольном поле и как защитники отлетали от него словно манекены.

– Кларк, – взмолился Джонатан, – Кларк, прошу тебя, выслушай меня.

Все эти вещи, на которые он был способен. Его сверхсила. Все это появилось вовсе не потому, что он был особенным.

Он был способен на все эти вещи потому, что был инопланетянином. Пришельцем.

Уродцем.

– Кларк, прошу тебя, – отец потянулся к плечу дрожавшего сына. Но оказывается, Джонатан вовсе не был его отцом. Он был каким-то случайным человеком, которому просто довелось обнаружить на своем поле космический корабль.

В тот день это мог быть кто угодно.

В любом поле.

На любой планете.

– Сначала мы хотели сообщить о катастрофе, – бормотал Джонатан ему на ухо, – или сдать тебя властям. Но я верю, что все в этой жизни происходит не случайно. И как только мы взяли тебя на руки…

Кларк слышал слова, но не мог разобрать их смысл. Он вообще больше ни в чем не видел смысла. Ни в космическом корабле, ни в сложенных одеялах, ни в голограмме, содержащей шокирующее послание этого Джор-Эла, который сказал, что является настоящим отцом Кларка. Этот странный инопланетянин с Криптона.

– Понимаешь, к тому моменту мы знали, что не сможем иметь детей. Поэтому, когда ты вот так появился, словно бы из ниоткуда… понимаешь, мы решили воспитать тебя сами, Кларк. Мы стали твоей семьей… по крайней мере здесь, на Земле. И я клянусь тебе, сынок, мы всегда старались изо всех сил.

Кларк вырвался из хватки Джонатана и поднялся на ноги.

– Мне нужно идти.

– Но, Кларк…

– Мне нужно идти.

Он надел рюкзак.

Вся его жизнь была ложью.

Джонатан медленно приближался к Кларку, в его глазах застыла искренняя боль. Он протянул раскрытую ладонь, но Кларк проигнорировал ее и выскочил из амбара.

Джонатан кричал что-то ему вслед, звал его, но Кларк не обернулся, не стал возвращаться.

Он никогда больше не вернется.

Только не теперь, когда он узнал правду.

Глава 22

Кларк бежал быстрее, чем когда-либо в жизни. Его сверхспособности остались единственным, за что он мог цепляться. Они были его защитной оболочкой. Его спасением.

Скоро он достиг такой скорости, что все вокруг него расплылось. Ветер бил ему в лицо и прожег дыру в куртке. Затем в рубашке. Кларк сорвал с себя порванную одежду и отбросил в сторону. Он перескакивал через соседские заборы, пробегал по соседским фермам, загонам для скота и кукурузным полям. Этот город, Смолвилль, всю его жизнь был единственным миром, который он знал. Однако теперь Кларк осознал, что больше не может называть этот город своим домом. Его родина была в миллионах километров отсюда. Его настоящий дом каким-то образом оказался где-то за пределами Солнечной системы. Посреди далеких звезд.

Нет, не так. Если верить человеку с голограммы, его родина, место, где он родился, планета Криптон, давно взорвалась. У него больше не было настоящего дома.

Больше не было никакого Кларка Кента.

Это выдуманное имя. Выдуманная личность.

Его зовут Кал-Эл.

Его мысли перескочили к слухам о пропавших рабочих-мигрантах. Если бы только жители Смолвилля знали, что среди них живет настоящий пришелец…

Кларк остановился возле большого амбара на ферме Пулманов. Он знал, что корпорация «Мэнкинс» недавно выкупила ферму, но пока не успела занять территорию, так что вокруг не было ни души. Кларк забрался в огромный трактор и невидящим взором уставился на стену перед собой, а затем и сквозь стену. Он оглядел фермерский дом и близлежащие поля за ним и убедился, что он здесь единственная живая душа на несколько километров вокруг.

Если вся его жизнь была враньем, что тогда имеет значение?

Ничего.

Кларк переключил трактор на нейтралку, спрыгнул с пружинящего сиденья и сильно подтолкнул огромную машину. Трактор рванулся вперед, пробил амбарные двери и покатился вниз по склону в направлении большого пруда.

Кларк обогнал удирающий трактор и встал у него на пути, закрыв глаза и раскинув руки в стороны, в ожидании, что огромная машина собьет его с ног и лишит чувств.

Хотя бы раз в своей жизни он хотел что-то почувствовать.

Но все пошло совсем не так.

Трактор врезался в обнаженную грудь Кларка, но даже не сдвинул его с места. От силы удара передний погрузчик смялся и отлетел в сторону, а решетка сложилась пополам. Оставшаяся часть машины прекратила движение и с тихим вдохом замерла перед ним.

Кларк даже ничего не почувствовал.

На его теле не осталось ни следа.

Кларк так разозлился, что голыми руками схватил кабину машины, закрутил трактор на месте и отшвырнул в пруд. И тут же упал на землю, наблюдая, как огромная машина с громким плеском погружается в воду на противоположной стороне водоема и медленно идет ко дну.

Кларк поднялся на ноги, подошел к берегу пруда, долго и основательно выдохнул – и водоем мгновенно промерз насквозь.

«Уродец!

Ты – инопланетный уродец!»

Кларк уставился на замерзший пруд, гадая, что же ему теперь делать со своей жизнью. Что бы он ни сделал, с кем бы ни завел знакомство, он никогда не сможет стать одним из них.

Самой судьбой ему было предначертано остаться одному.

Навсегда.

И что же это за существование такое?

Кларк бросил взгляд на склон холма, где по-прежнему валялся отломанный погрузчик. Затем снова посмотрел на замерзший пруд. Затем ему в голову пришла дурацкая идея, он направился обратно в сарай и начал рыться в ящиках с разным хламом в поисках мотка бечевки. Обнаружив его в нижнем ящике, он оторвал четыре больших куска, засунул в карман, развернулся и вышел из амбара.

Несколько секунд спустя Кларк уже стоял на коленях в траве перед погрузчиком. Он оторвал с одной стороны машины восемь маленьких полосок стали, каждую примерно тридцать сантиметров длиной. Затем Кларк сжал каждую полоску в руке, разглаживая и распрямляя ее. Наконец он сфокурсировал взгляд, направляя его в центр каждой из полосок, тонкий лазерный луч вырвался из его глаз, и Кларк смог приварить два перпендикулярных куска вместе. Затем он прожег маленькую дырочку в центре нижнего куска. Повторив всю операцию еще трижды, Кларк выждал несколько минут, позволив металлическим предметам остыть, и убрал их в рюкзак.

Затем он достал скомканное письмо, которое Глория попыталась выбросить.

Изучив бумагу в поисках ее домашнего адреса, Кларк вытащил из рюкзака футболку с логотипом школы с недавнего собрания.

Несколько минут спустя Кларк уже шел по центру Смолвилля.

Было почти девять часов вечера, и луна уже сменила на небосклоне солнце, но большинство заведений еще работало. Рестораны и кафе. Кинотеатр с двумя залами. По улицам сновали десятки людей. Молодые парочки на свиданиях. Семьи. Пожилые люди с тросточками медленно шли по тротуарам. Кларк узнавал почти все встреченные лица. Это был его дом, его сообщество. И в то же время это место не было его домом.

Что случится, если он расскажет им правду?

Что, если прямо сейчас он встанет на верхней ступеньке лестницы перед библиотекой и объявит, что на самом деле он инопланетянин по имени Кал-Эл? Что он приземлился на этой планете на космическом корабле, когда был совсем еще ребенком?

Разбегутся ли они в ужасе?

Вызовут ли помощника шерифа Роджерса?

И что сделает полиция, когда возьмет его под стражу? Будут стоять и пялиться на него? Тыкать палкой? Возьмут образцы крови на анализ?

Кларк прошел через весь центр с севера на юг и направился дальше. Смолвилль был слишком маленьким и слишком сельским городком, чтобы иметь по-настоящему «плохие» районы. Но его южная окраина была самой бедной частью. Улицы здесь были у́же, а тротуары в сплошных выбоинах. Магазинные вывески дублировали английские надписи на испанском, окна многих лавок были забраны решетками. Полуразвалившиеся заборы, окружавшие заброшенные участки, были покрыты граффити, и Кларк вспомнил лекцию миссис Совак о тайной практике «красной черты» в Смолвилле. Благодаря тому, что он только что узнал о себе, это воспоминание кольнуло еще сильнее.[6]

Добравшись до дома Глории, Кларк еще раз посмотрел на адрес на письме, на этот раз в поисках нужной квартиры. 3Б. Он взглянул на поблекший фасад здания и предположил, что цифра «три» обозначает третий этаж. На третьем этаже было всего три окна, одно из которых было очень маленьким и располагалось слишком высоко. Скорее всего, ванная. Оставалось всего два варианта. Кларк подобрал крошечный камешек и бросил его в ближайшее окно.

Тот ударился о стекло и отскочил в сторону.

Никакой реакции.

Кларк подождал минуту, затем подобрал еще один камушек и бросил во второе окно. На этот раз в комнате зажегся свет. Шторы медленно разошлись в стороны, и в окне появился девичий силуэт: похоже, это была Глория.

Сердце бешено застучало в груди. Кларк помахал.

Через несколько секунд фигура скрылась из виду.

Плечи Кларка опустились, и он обругал себя. С чего он взял, что, если он вот так вот появится у ее окна после наступления темноты, Глория будет рада его видеть?

Но она же сказала, что они могут поговорить в любое время? Что она бросит все свои дела?

Кларк уже повернулся было, чтобы уйти, когда внезапно услышал скрип открывающейся входной двери. В проеме стояла Глория, одетая в джинсы и свитшот с логотипом школы, ее волосы собраны в пучок.

– Ты в порядке? – спросила она.

В ее голосе было столько доброты, что его сердце сжалось.

Кларк покачал головой.

Глория жестом пригласила его следовать за собой, и они подошли к короткой лестнице сбоку от покрытого граффити фасада здания. Там она уселась на ступеньку и похлопала рядом с собой, приглашая его сесть рядом.

– Что случилось, Кларк?

Сообразив, что он сейчас в шаге от того, чтобы разрыдаться, Кларк отвел взгляд. Разумеется, он не собирается плакать. Он в жизни не пролил ни слезинки. Даже в детстве. И сейчас вдруг понял, почему. В этом-то и проблема.

– Кларк?

Он покачал головой.

– Отец мне сегодня кое-что рассказал, и… и я даже не знаю.

Глория задумалась, затем медленно протянула к нему свою раскрытую ладонь. Он взял ее за руку, и как только их ладони соприкоснулись, заряд электричества пробежал по всему его телу.

– Ничего страшного, если мы просто посидим тут немножко, – сказала она, – тебе не нужно ничего мне говорить.

Она уставилась в темное небо. Если бы он только мог ей рассказать, что находится там. И откуда он прибыл. Он нежно сжал ее руку и спросил:

– Сходишь со мной кое-куда?

– Когда? – спросила она. – Сейчас?

Кларк кивнул.

– Я вроде как приготовил тебе сюрприз. Но я пойму, если ты откажешься. Уже поздно.

– Нет, я хочу увидеть твой сюрприз. – Глория посмотрела на свой дом. – Подожди тут секунду. Мне нужно отпроситься у мамы. Учитывая, что сейчас творится в Смолвилле, я не хочу, чтобы она волновалась.

Кларк проследил за ней взглядом. Глория быстро скрылась в доме.

Меньше чем через минуту она показалась снова и произнесла:

– Мне сейчас действительно не помешает отвлечься, Кларк. Днем здесь была Лана, она разговаривала с людьми. Она сказала тебе, что дело не только в Смолвилле? Люди пропадают во всех соседних округах и городах. Даже в Метрополисе. И некоторые из этих случаев даже задокументированы в полиции.

Кларк вскочил на ноги, сокрушенный новостями.

– Что происходит, Глория? Кто в этом виноват?

Она покачала головой.

– Сейчас я не могу даже говорить об этом. Можно мы просто пойдем к твоему сюрпризу? Пожалуйста?

Кларк кивнул и огляделся по сторонам.

– Пошли.

По дороге они говорили о Смолвилле и протестах перед зданием мэрии и гадали, каково это – уехать куда-нибудь еще. Глория однажды была в Метрополисе в летнем лагере. Девушка рассказала, что там было грязно и шумно, но в то же время она чувствовала себя почти как дома, потому что вокруг было много похожих на нее людей. Кларк вспомнил, как они с семьей однажды ездили в Айову на животноводческую ярмарку. Но город, в котором они останавливались, походил на Смолвилль даже больше, чем сам Смолвилль. Так что он, по правде говоря, никогда не бывал где-то еще.

– Самое странное, – призналась Глория, – что порой я чувствую себя одинокой в окружении собственной семьи. Например, когда я говорю про колледж, все замолкают. Они как будто даже не хотят туда поступать. И всем вокруг становится жутко неловко. Раньше я принимала это на свой счет, но теперь я… я просто не знаю. Пожалуй, я просто приняла, что в чем-то отличаюсь от родных. И возможно, в этом нет ничего плохого.

Она только что озвучила историю его жизни.

Может, Глория была права? Может, нет ничего плохого в том, чтобы отличаться от своей семьи?

Кларк с облегчением повернулся к ней и сказал:

– Даже если они ведут себя странно при упоминании колледжа, я уверен, они все равно любят тебя. – Он вдруг понял, что сейчас говорит не только о ситуации Глории. – И поддерживают.

Она кивнула.

– Еще как.

– И ты по-прежнему любишь их.

Глория улыбнулась.

– Больше всего на свете.

Пока они шли бок о бок к ферме Пулманов, Кларк украдкой любовался Глорией. Как же он хотел открыться перед ней точно так же, как она сейчас открылась ему. Рассказать, кто же он такой на самом деле и откуда прибыл. Но он держал рот на замке. Потому что именно такой и будет вся его дальнейшая жизнь – он будет хранить свое происхождение в тайне.

Дойдя до изгороди, Глория остановилась:

– И что теперь?

– Перелезем через забор.

Она нахмурилась.

– Правда? Ты всегда казался мне таким правильным.

– Я и есть такой, – улыбнулся он. – Люди, которым принадлежала эта ферма, уже съехали. А новые владельцы еще не заселились. – Кларк помог Глории перелезть через забор, затем перебрался сам.

Вскоре они оказались на берегу замерзшего пруда.

Лед поблескивал в лунном свете, и лицо Глории засияло.

– Ого, – воскликнула она, затаив дыхание, – как это вообще возможно?

Кларк улыбнулся.

– Понятия не имею, но я должен был тебе показать.

Она обернулась к нему, в ее глазах лучилось выражение искреннего любопытства.

– Но… но почему я, Кларк?

– Потому что, – ответил он, – ты – как раз та девушка, мечты которой должны становиться реальностью. – Кларк открыл рюкзак и достал оттуда четыре полоски металла и бечевку. – Могу я взглянуть на твою обувь? – спросил он.

– Моя обувь, – растерянно улыбнувшись, она сняла свои туфли и протянула ему.

Кларку пришлось приложить силу, чтобы подошвы плотно прилегли к поверхности его грубых коньков. Клинок шел строго по прямой линии. Затем Кларк надежно закрепил все с помощью доброй порции бечевки.

– Погоди секунду, – сказала она, догадавшись. Глория взглянула на пруд, затем опять на Кларка. – Ты серьезно?

Он улыбался широкой улыбкой от уха до уха.

– Ты сказала мне, что хочешь покататься на коньках, – сказал он, прикрепляя импровизированные коньки к подошвам собственных ботинок. Он встал, протянул Глории руку и повел к пруду.

– Я иду кататься на коньках, – пробормотала она себе под нос, – весной. Что вообще происходит?

Они осторожно ступили на лед. Кларк притянул девушку к себе.

– Думаю, нам лучше держаться друг за друга, – сказал он.

– Чтобы не упасть, – добавила она.

– Именно.

Однако через несколько секунд Глория поскользнулась и утянула Кларка на лед следом за собой. Хохоча, они оба поднялись на ноги. Лезвия коньков были не идеальны, так что им было тяжело двигаться плавно. Крепко вцепившись друг в друга, поначалу они делали крошечные неровные шаги, но вскоре уже заскользили по льду на своих зазубренных полосках металла. Теплая ладонь Глории лежала в ладони Кларка. Ее взгляд пронзал его сердце всякий раз, как она смотрела на него. Они катались так довольно долго, пока Глория наконец не отпустила его руку и не отъехала на несколько метров.

– Ты готов? – спросила она.

– К чему? – не понял он.

– К моему прыжку.

– Охо-хо, я что-то не уверен, что это хорошая…

Прежде чем он успел закончить предложение, Глория уже взмахнула руками и попробовала подпрыгнуть в воздух, словно фигуристка на Олимпийских играх. Один из коньков зацепился за лед, второй вылетел из-под нее, и девушка повалилась на лед. Кларк рванулся было поймать ее, но тоже поскользнулся, и Глория неуклюже плюхнулась ему на спину.

Кларк изогнул шею и взглянул на нее:

– Поймал!

Они оба рассмеялись, она сползла с его спины, Кларк тоже приподнялся, и теперь они оба сидели на холодном льду лицом к лицу. Их взгляды встретились, и постепенно улыбки погасли.

– Спасибо тебе, – тихо сказала она, положив руку ему на колено.

Он заправил выбившийся локон ее волос обратно за ухо, затем легонько провел пальцем по щеке девушки. Она потянулась, остановила его руку, оставив ее на своем лице и взглянула ему в глаза.

Он слегка наклонился к ней.

– Кларк, – прошептала она.

А затем он поцеловал ее. Сперва мягко, только слегка коснулся ее губ своими. А затем, когда она ответила на его прикосновения, их поцелуй стал более страстным и глубоким. Кларк запустил пальцы в ее волосы и притянул к себе. Они идеально подходили друг другу, словно бы так и было задумано с самого начала.

Кларк нехотя прервал поцелуй, понимая, что нужно остановиться, хотя он бы мог целовать ее пухлые губы всю ночь.

Глория улыбнулась, а затем легла на спину, чтобы они оба могли смотреть на звезды, по-прежнему держась за руки.

Голова кружилась от счастья.

Сердце пело в груди.

Этой ночью он узнал, что родом с другой планеты. Что он пришелец, которому не место на Земле. Так почему же он чувствовал себя таким… человеком?

Глава 23

Проводив Глорию домой, Кларк отправился бродить по тихим улицам центра Смолвилля, пытаясь обдумать все, что только что произошло. Он мысленно видел, как они с Глорией катались на коньках по льду пруда, сцепив пальцы и ища друг друга глазами, как он находил ее губы своими. Затем он увидел искаженное болью лицо Джонатана, когда они стояли рядом в старом амбаре, глядя на откопанный космический корабль.

– Внутри мы обнаружили тебя, – сказал он тогда Кларку, – ты был надежно укутан одеялами.

А теперь в его памяти всплыло другое лицо.

Джор-Эл.

Его биологический отец.

Что, если бы он мог видеть Кларка рядом с Глорией этой ночью? Не только чувствующего себя в полной безопасности на планете под названием Земля, но и катающегося на коньках. Держащего за руку девушку, которая ему действительно нравилась.

Кларк постепенно начал понимать, чем пожертвовали его биологические родители ради него. Да, они еще младенцем засунули его в холодный космический корабль и отправили в одиночку на просторы Галактики.

Но они не бросили его. Нет, они подарили ему шанс на жизнь. А разве не этого в конечном счете ищет любой человек, мигрирующий с места на место?

Было уже часа три ночи, когда Кларк наконец проверил свой телефон.

Он получил три сообщения от Ланы, два от Лекса и одно от мамы. Лекс и Лана писали примерно об одном и том же – за последние несколько дней число официально зарегистрированных исчезновений людей увеличилось в разы. И завтра вечером все они, кроме Брайана, встречаются возле библиотеки, чтобы отправиться в сверхсекретную миссию. Кларк должен быть там самое позднее в восемь вечера.

Мамино сообщение было о другом. Она беспокоилась о нем. Просила вернуться домой, чтобы они смогли поговорить. Ее текст был максимально прямолинейным, но Кларк все равно перечитывал его снова и снова, и всякий раз у него в горле вставал ком.

Кларк отложил телефон и усилием воли заставил себя выкинуть из головы мамин образ.

Он еще не готов.

Вместо этого он стал думать о Лане и Лексе. Когда они начали работать вместе? Было уже слишком поздно, чтобы связаться с ними, так что остаток ночи Кларк шатался по улицам Смолвилля, словно в тумане из-за хаоса нахлынувших эмоций. Теперь он видел родной город в совершенно ином свете. Смотрел на него глазами чужака. И одновременно с этим – глазами того, кто только что катался на коньках с Глорией Альварес.

Кларк осознал, что жизнь – крайне сложная штука. Она была полна восторга, чуда и красоты, но в то же время в ней хватало и горя, и печали, и одиночества. Может, именно это и делало жизнь такой ценной. Ты никогда не знаешь, чего ждать дальше, кто войдет или выйдет из твоего маленького мирка. И, по правде говоря, все мы плывем по этому океану тайн вместе.

Вот почему так важно помогать людям.

Потому что Кларк начал понимать, что вся жизнь на самом деле есть одна жизнь, единая для всех.

Что, если бы каждый мог смотреть на жизнь таким образом?

* * *

Кларк направился в сторону дома только когда увидел на горизонте первые солнечные лучи.

Он остановился возле «Фруктов и овощей Альвареса», и его сердце сжалось от горечи, когда он обнаружил лавку закрытой. По субботам Карлос с Крузом всегда выходили на работу до рассвета – готовились к торговле, расставляли фрукты, слушая испаноязычные радиостанции.

Кларк заглянул внутрь сквозь деревянные ставни. Там не осталось ничего, кроме нескольких облепленных мухами фруктов. Кто решил, что закрыть бизнес Альваресов это хорошая идея? Кому они мешали?

Когда Кларк вернулся, на ферме Кентов царила тишина. Он посмотрел на старый фермерский дом и испытал странную ностальгию. Словно бы детство, которое он провел в этом доме, закончилось, и на смену ему пришло что-то другое. Кларк осмотрел кратер в поле и спустился по пологому спуску к старому амбару.

К своему облегчению, он обнаружил, что космический корабль никуда не делся, разве что снова прикрыт брезентом. Джонатан, на удивление, не стал снова наваливать сверху кучу хлама. Хотя, быть может, открыв ему такую большую тайну, он подумал, что нет никакого смысла пытаться снова замести следы?

Кларк стянул брезент и уставился на маленькую капсулу. Во второй раз он уже не испытал шока при виде ее. Капсула казалась странной и в то же время знакомой. Он нажал на кнопку, и люк с шипением откинулся.

Кларк снова просмотрел голограмму со своим голографическим отцом, на этот раз уделив внешности мужчины столько же внимания, сколько и его сообщению. Теперь он видел в его чертах свои. Такие же брови. Рот и волевой подбородок. Кларк изучил и то, что еще, помимо отца, можно было разглядеть на голограмме. Странное изображение робота. Округлый дверной проем. Совсем рядом с отцом находилась какая-то большая приборная панель.

Когда сообщение закончилось, Кларк проиграл его сначала.

А затем еще раз.

Это была его самая близкая встреча с родной планетой, на какую он когда-либо сможет рассчитывать. Встреча с собственной плотью и кровью. И он хотел впитать это в себя. Правда, после третьего раза Кларк опустил крышку люка и уставился на корабль, пытаясь представить себе, в каком состоянии находилась планета, если его биологические родители были вынуждены положить своего единственного сына внутрь этого корабля и отправить восвояси.

Когда Кларк закончил укрывать корабль брезентом, он обнаружил стоящего в дверях Джонатана. Отец был одет так же, как вчера.

– Ты вернулся, – сказал он, входя внутрь и приблизившись к Кларку.

Кларк кивнул. По отсутствующему взгляду Джонатана можно было понять, что что-то не так, и Кларк знал, что причиной всему их тяжелый разговор прошлым вечером. Юноша смягчился, увидев на лице приемного отца новые морщинки. И тут до него дошло еще кое-что – все свои черты характера, которыми Кларк гордился больше всего – его рабочая этика, его принципы и отношение к другим, – были прямым результатом воспитания Джонатана и Марты Кентов. Разговор с Глорией помог ему понять это. И раз уж ему пришлось совершить посадку на Земле, сбежав с другой планеты, следует признать: он не нашел бы себе лучшего места для жесткого приземления, чем ферма Кентов.

Кларк подошел к отцу.

– Пап, – сказал он, – я должен извиниться перед тобой.

Джонатан протянул руку.

– То, что мы скрывали от тебя все эти годы… я пойму, если ты никогда не…

Кларк шагнул вперед и обнял отца.

Когда они разомкнули объятия, в глазах у Джонатана стояли слезы…

– Твоя мама и я… мы очень тебя любим.

– Я тоже вас люблю.

Кларк снова взглянул на корабль и почувствовал, как внутри него закипает гнев. Кто-то пытался проникнуть в амбар и украсть часть его личной истории.

– Ты же не думаешь, что кто-то еще знает об этом, не так ли?

Джонатан покачал головой.

– Даже если бы эти парни и проникли сюда прежде, чем ты их спугнул, они бы все равно не поняли, что перед ними такое. Нельзя активировать голографическое сообщение без прикосновения твоей ладони – вот это мы знаем точно. Они скорее предположили бы, что мы сами построили капсулу или же украли какую-то сверхсекретную правительственную технику и спрятали здесь. – Джонатан положил ладонь Кларку на плечо и добавил: – Однако нам нужно выяснить, чего они хотели.

Кларк кивнул, и они с отцом заглянули друг другу в глаза.

Выглядело это так, как будто его отец, не говоря ни слова, разрешал ему воспользоваться своими сверхспособностями.

– Пойдем со мной, – сказал Джонатан, – твоя мама хочет тебе кое-что показать.

Они вместе поднялись на вершину холма. Когда они вошли в дом, Кларк увидел, что его мама сидит за кухонным столом, положив на колени коробку средних размеров в оберточной бумаге. К его удивлению, в соседней гостиной горел камин. Кларк еще не говорил с Мартой после того, как узнал тайну своего происхождения, и от одного только взгляда на маму мир стал чуточку осмысленнее. Кларк бросил рюкзак на пол, подошел к ней и обнял ее.

Марта обняла его в ответ и прошептала сыну на ухо:

– Хотелось бы мне помочь тебе пережить, Кларк, но помни, твоя величайшая сила находится вот здесь, – и она постучала пальцем ему по виску.

Они разомкнули объятия, и Кларк кивнул. Прежде чем он успел что-либо сказать, Марта протянула ему коробку.

– Еще слишком рано для подарка на день рождения, – сказала она, – но сейчас, мне кажется, самый подходящий момент для него.

– Что это? – спросил Кларк.

Она указала на коробку.

– Посмотри сам.

Его отец откашлялся.

– Мы хотели отдать его тебе раньше. Но никак не могли выбрать правильный момент. До сегодняшнего дня.

– Кроме того, у меня были кое-какие проблемы с материалом, – добавила Марта.

Кларк повертел коробку в руках, пытаясь представить себе, что может храниться внутри. Он разорвал упаковку, сделанную из журнальных страниц с комиксами, и поднял крышку. Внутри коробки он обнаружил яркий, похожий на спандекс материал. Только плотнее. Крепче. И знакомых красного и синего цветов.

Кларк развернул ткань, думая, что это куртка.

Вот только это была не куртка.

– Я сделала его из одеял, что были внутри твоего корабля, – сказала мама, – это для тебя, чтобы ты носил его всякий раз, когда решишь применить свои сверхспособности.

Теперь и мама говорит, что пользоваться ими нормально?

– Надеюсь, это уменьшит количество одежды, которую ты портишь, – добавила она с улыбкой.

Это было что-то вроде цельного костюма. Ткань, покрывающая туловище и ноги, была темно-голубого цвета, который еще и неестественно мерцал. На груди красовался красно-желтый символ, напоминающий букву С внутри алмаза. А к плечам на спине крепился темно-красный плащ.

Кларк попытался скрыть замешательство. Они же не рассчитывают, что он действительно будет ходить в этом? Он взглянул на родителей.

– М-м, спасибо.

Его отец просто светился от счастья.

– Потрясающий костюм, правда?

– Он, м-м… – Кларк не знал, как выразить свою мысль, чтобы никого не обидеть. – Я определенно буду его носить, когда буду практиковаться в своих сверхспособностях на ферме.

Он убедился, что его мама по-прежнему улыбается. Последнее, чего он хотел, так это обидеть ее.

Марта подошла и забрала костюм из рук Кларка.

– Смотри, – сказала она и швырнула костюм прямо в горевший в камине огонь. Пламя быстро охватило яркую ткань.

– Мама! – воскликнул Кларк.

Марта достала кочергу, засунула ее в пламя, вытащила костюм и кинула обратно Кларку. Ткань не просто была полностью цела, она даже не нагрелась.

– Это какой-то странный космический материал, – объяснила мать, – не похожий ни на что у нас на Земле.

Она взяла плащ у основания и дернула изо всей силы. Материал растянулся, затем принял прежнюю форму.

– Не рвется. Не горит. Не красится. Это действительно что-то стоящее.

– Твоей матери пришлось сделать иголки из проводков, которые мы достали из корабельной панели управления, – добавил отец, – это единственная вещь, которая смогла прошить этот материал.

– Признаю, это заняло у меня какое-то время, – сказала мама.

Кларк снова оглядел костюм. Он оценил труд, который был вложен в этот подарок, и было очень круто, что костюм не горит и не рвется. Но что он должен был с ним делать? Он взглянул на Марту.

– А плащ зачем?

Она оживилась еще больше.

– У меня осталось довольно много материала. И я подумала… У вас, детишек, сегодня у всех свои стили. И я подумала, что костюму не повредит небольшая… изюминка. Я вспомнила одну из курток, что ты порвал. Мне понравилось, как она развевалась за тобой на ветру, подобно плащу.

Кларк нервно рассмеялся. Последнее, что требовалось блестящему синему комбинезону – так это лишняя изюминка. Он указал на грудь костюма.

– А зачем «С»?

– Это моя самая любимая часть, – сказал Джонатан, поворачиваясь к жене, – твоя мама очень настаивала на ней.

Марта встретилась с Кларком взглядом.

– Кларк, ты всегда останешься нашим сыном. Ты это знаешь. Но на твоей родной планете жили два очень важных человека, которые очень тебя любили. Мы подумали, что будет очень важно отдать им должное.

– Буква «С», – добавил отец, – нужна для того, чтобы ты никогда не забывал, кто ты такой.

Кларк коснулся буквы пальцем.

– Разумеется, на самом деле это никакая не «С», – сказала мама, – это какой-то символ.

Джонатан кивнул:

– Мы думаем, что это ваш фамильный герб. Он изображен и на борту корабля. И я не знаю, заметил ли ты это, просматривая сообщение голограммы, но он был также вышит на воротнике рубашки твоего отца.

– Ого, – теперь Кларк осознал всю глубину их задумки. – Это действительно потрясающий подарок. Спасибо вам. – Он обнял родителей. Затем он заметил, что они пристально смотрят на него, и спросил: – Что?

– Почему бы тебе его не примерить? – спросил отец.

– Сейчас?

– О, оставь его в покое, – Марта взяла Джонатана за руку, – не нужно заставлять Кларка играть в переодевания.

Отец кивнул.

– Думаю, ты права.

Кларк вздохнул с облегчением. Это было бы слишком нелепо, даже перед родителями. Он забрал костюм в свою комнату и повесил в шкафу.

Тот совершенно неуместно смотрелся по соседству с джинсами, футболками и фланелевыми рубашками. Кларк уселся на краешек постели и уставился на него. Костюм практически сиял. Кларк представил, как его бывшие товарищи по команде поднимут его на смех, если хотя бы раз застанут его в облегающем костюме с плащом. Он будет выглядеть как какой-то космический клоун.

Кларк повалился на постель. Он положил голову на подушку и уставился в потолок, снова думая о голограмме. О корабле. О грабителях, что забрались на их ферму. Затем он повернулся на бок и снова посмотрел на странный костюм у себя в шкафу.

Самой нелепой частью был плащ. Кто в этом мире, кроме фокусников и волшебников, будет по своей воле носить плащ? Кларк встал, снял костюм с вешалки, разложил на кровати и уставился на него. Буква «С» на груди выглядела круто. Ему понравилось, что родители с таким уважением отнеслись к тому месту, откуда он родом.

Все равно было еще немного странно думать, что он родом с другой планеты.

Из чистого любопытства Кларк разделся и начал натягивать костюм: сначала засунув в штанину одну ногу, затем другую. Он натянул его на туловище, сунул руки в рукава, и комбинезон автоматически обернулся вокруг каждой клеточки в его теле. Кларку показалось, будто его окутало смутно знакомое эхо того, кем он должен был стать.

Выглянув в окно, Кларк испытал крайне странное чувство. Он больше не был неуклюжим Кларком Кентом из Смолвилля, штат Канзас. Он был кем-то другим, новым. Кем-то более значимым. Он коснулся рукой семейного герба, обрамленной буквы «С», покоящейся у него на груди.

«Теперь ты понимаешь, кто ты такой, сынок»,

Да.

«Ты – Кал-Эл. Последний уцелевший сын Криптона».

Грудь Кларка вздымалась. «Я – Кал-Эл».

«Ты нашел приют на Земле, где тебя любят, где о тебе заботятся. Но ты никогда не должен забывать, откуда ты родом. И кем ты должен был стать».

«Я никогда этого не забуду», – пообещал он зеркалу.

Никогда.

Глава 24

Проснувшись, Кларк обнаружил, что лежит поперек кровати, по-прежнему облаченный в костюм. Он потянулся к телефону, чтобы проверить время.

19:34.

Кларк подскочил и выглянул в окно. Солнце клонилось над горизонтом, а значит, он проспал несколько часов. Меньше чем через полчаса он уже должен встретиться с Ланой и Лексом возле библиотеки.

Он получил два сообщения от Ланы и одно от Глории.

Обе девушки спрашивали, где он.

Кларк встал с кровати, нацепил очки и пошел к шкафу, одновременно пытаясь снять костюм. Но материал настолько плотно прилегал к коже, что теперь казался частью его тела. Несколько минут Кларк боролся с тканью, затем сдался и натянул свою обычную одежду поверх костюма.

Как его снимать, он разберется потом.

Как только Кларк полностью оделся и посмотрел на свое отражение в зеркале, он испытал странное ощущение покоя. А что, если вся его жизнь была лишь путешествием к этому конкретному моменту, когда он наконец-то смог примирить две противоположные части своей личности?

Снаружи он был повседневной версией самого себя. Кларком Кентом.

Но под этим земным, сконструированным образом жило нечто более первородное и близкое к истине. И этот костюм, казалось, высвобождал эту часть его личности.

Может, хитрость заключалась в том, чтобы понять, как и когда переключаться между двумя равноценными гранями?

Может, в этом и заключается его путь?

* * *

Солнце как раз начало садиться, когда Кларк добрался до центра Смолвилля. Перед новым зданием корпорации «Мэнкинс» рабочие возводили большую временную сцену, по обеим сторонам которой красовались два больших экрана. Кларк предположил, что экраны будут транслировать происходящее, чтобы все смогли на это посмотреть. Кларк и не помнил, когда в последний раз в Смолвилле проходили события, требующие такой основательной подготовки.

Улицы были усыпаны флаерами, рекламирующими завтрашнее мероприятие. Кларк подобрал один из них и прочитал о тщательно спланированном празднике. С раннего утра на площади появятся десятки фургонов с едой, а вечером начнется живой концерт, все мероприятия будут совершенно бесплатны для публики. Мэр даст старт празднику, выступив с большой торжественной речью.

Кларк свернул флаер, положил его в карман и пошел дальше. Ему даже не пришлось подниматься по лестнице – машина Лекса стояла возле дальнего тротуара. Лана выскочила наружу и сложила переднее сиденье.

– Привет, мой давно потерянный друг. Ты где был, Кларк?

Он отвел взгляд.

– Мне нужно было справиться кое с чем… личным. Долгая история.

– Ладно, запрыгивай, – сказала она, – у меня есть для тебя маленький сюрприз.

Заглянув в салон, Кларк обнаружил, что на одном из двух задних сидений сидит Глория, и замер.

– Глория?

Она приветственно помахала.

– Здравствуй, Кларк.

Лана с Лексом рассмеялись.

– Привет. – Кларк забрался внутрь и убедился, что его костюм не просвечивает сквозь одежду. – Не самый плохой сюрприз, – сказал он, коснувшись руки девушки.

– Я же сказала тебе, – произнесла Лана, забираясь следом. – Ну что, ребята, готовы прокатиться с ветерком?

Прежде чем кто-либо успел ответить, Лекс нажал на педаль газа, и машина сорвалась с места.

Когда они выехали на шоссе, Кларк наклонился к Глории:

– Как ты…

– Лана позвонила мне сегодня утром, – ответила Глория, – она ввела меня в курс дела и спросила, не занята ли я. Я отменила все свои дела. Это сейчас важнее всего.

– Я подумала, что ты не будешь возражать, – заметила Лана.

– Ну да. Разумеется. – Кларк наградил Глорию вопросительным взглядом, думая об их ночном катании на коньках. Девушка слегка улыбнулась и едва заметно покачала головой, и Кларк понял, что они заодно. Их волшебный вечер останется между ними.

Кларк уставился вперед, готовый переключиться на общее дело. Хватит уже беспокоиться о себе. Пришла пора подумать о Смолвилле.

– От Брайана вестей нет? – спросил он.

– Я набирала его номер раз десять, – сказала Лана, – но он ни разу не ответил. И ни разу не перезвонил.

В этой истории Кларка удивило лишь то, что Лекс промолчал.

– Лекс? – с нажимом спросил он. – Что с Брайаном?

– Он большой мальчик, – ответил Лекс, – если он не хочет помогать, это его проблемы.

Кларк решил, что будет волноваться о Брайане позже.

– Отлично, кто-нибудь, введите меня в курс дела.

– Это разведывательная миссия, – сказал Лекс, – Лана рассказала мне о вашем визите на ферму Джонсов. И так уж вышло, что я в курсе того, как там развивались события после.

Кларк кивнул.

– Лекс принес с собой скрытые камеры, – добавила Лана, – и прочие высокотехнологичные средства наблюдения. – В подтверждение своих слов она показала туго набитый рюкзак.

– Серьезно? – Кларк попытался понять, почему Лекс вдруг стал таким услужливым. Неужели все из-за пережитого ими в исследовательской лаборатории «Уэско»? Он явно делал это не по доброте душевной. Кларк знал Лекса всего ничего, но не сомневался, что этот парень никогда не сделает что-то из чистого альтруизма. – Так, а что с этого получаешь ты, Лекс?

Лекс не ответил.

Кларк переглянулся с Глорией и понял, что позже ему потребуется рассказать ей, что представляет из себя Лекс.

– У меня есть свои причины, – сказал наконец Лекс, когда его дорогой спорткар свернул на узкую дорогу и покатил в направлении фермы Джонсов.

Кларк заметил, что на этот раз они едут не привычной дорогой, а объезжают ферму с противоположной стороны.

– Глянь-ка, – Лана протянула ему очки в черной оправе, – по всей видимости, в линзу встроена небольшая камера.

Кларк взял очки в руки и осмотрел их. На первый взгляд, они казались совершенно обычными, за исключением утолщенной оправы. Но когда он пригляделся повнимательнее, то заметил в правом верхнем углу маленькую камеру.

– Так что мы запишем все, что увидим.

Лекс посмотрел в зеркало заднего вида и встретился взглядом с Кларком.

– Там есть кнопка сбоку. Стоит на нее нажать, и сигнал пойдет прямиком в мою облачную базу данных.

– Главное – подобраться достаточно близко, чтобы получить отчетливую картинку, – добавила Лана. – Я повозилась с ними: изображение нельзя приблизить или отдалить.

– Что вы собираетесь делать с видео? – спросила Глория.

– Если они делают именно то, что я подозреваю, – ответил Лекс, – то я буду иметь доказательства на своем компьютере.

Кларк включил и выключил кнопку и передал очки Глории.

Она улыбнулась.

– Надень их.

Кларк отвернулся и снял свои обычные очки. Затем нацепил эти особые очки в толстой оправе. Слегка отодвинулся, чтобы получше разглядеть свое отражение в окне. В этих очках он выглядел ботаном. Ему на ум пришла идея, и Кларк незаметно приподнял рубашку, чтобы посмотреть на спрятанный под ней костюм. Может, выглядеть этаким умником – это самое подходящее решение для того, чтобы вписаться в окружающую действительность, не выдавая себя? Очки с такими толстыми линзами ни за что бы не понадобились человеку с суперспособностями.

Он повернулся к Глории.

– Что скажешь?

Она кивнула.

– О, мне нравится этот вид милого, эрудированного человека.

Лана развернулась.

– Ого, Кларк, я согласна. Тебе стоит подумать над тем, чтобы носить такие очки постоянно.

– Как считаешь, могу я себе их оставить? – спросил Кларк у Лекса.

– Давай сперва сделаем дело, – серьезным тоном ответил Лекс, – а поделиться технологиями мы сможем и позже.

– Так что, и все? – спросил Кларк, по-прежнему не снимая очки. – Мы просто разузнаем их планы? И запишем, чтобы у нас были доказательства?

– Еще я договорилась с Кори об интервью на завтра, – добавила Лана. – Во время торжеств. Я хочу узнать, кто выступил сопоручителем «Уэско» при покупке фермы Джонсов. Мне кажется, что доктор Уэсли по-прежнему связан с мафиозными боссами, которые спонсировали его исследования в Метрополисе.

– А там был сопоручитель? – спросил Кларк. Может, доктор Уэсли занимался этим не в одиночку?

– Я немного порылась в официальных данных, – ответила Лана, – как всегда, дьявол кроется в деталях.

Они припарковались на гравийной дороге возле большого искусственного пруда. Солнце опустилось за горизонт, но в небе по-прежнему сверкали последние лучики света. Лекс остановился возле сломанного гусеничного трактора и выключил двигатель. Затем он выбрался наружу, и Лана, Глория и Кларк последовали за ним. Лекс вытащил из машины второй рюкзак и запер двери.

– Мы еще довольно далеко, – заметила Лана.

– Слушай, – ответил Лекс, – я не могу допустить, чтобы кто-то связал все это дерьмо со мной. Но не волнуйся… если нам понадобится срочно отсюда выбраться, я приготовил транспорт для быстрого побега. – Он поднес к глазам бинокль и огляделся по сторонам. – А теперь приступим к снаряжению.

Они нацепили нательные видеокамеры, миниатюрные ракетницы и особые очки. Каждый нес с собой рюкзак, наполненный дополнительным оборудованием. Кларку казалось, что это уже перебор, однако он не стал спорить. По всей видимости, Лекс как следует все продумал и вложил в эти штуки немало денег. А значит, он точно считал, что отдача превысит вложения. Причины, по которым Лекс сегодня ночью находился здесь, интересовали Кларка не меньше, чем то, что происходило на ферме Джонсов.

Кларк повернулся к Глории и увидел, как она поправляет свои очки. Внезапно он вспомнил, что произошло здесь во время их последнего визита на ферму, и разнервничался. Если по ним снова откроют огонь, Кларку не удастся одновременно заслонить собой и Лану, и Глорию.

– Что? – спросила Глория.

Кларк покачал головой.

– Просто… нам нужно быть осторожными.

Глория кивнула.

– Идем на восток примерно с километр, – инструктировал их Лекс, – затем нам может встретиться один охранник, с которым придется как-то справиться. Дальше дорога к новым постройкам, о которых я рассказывал Лане, должна быть чиста. Патрули обходят территорию с интервалом в двадцать минут, так что нам придется действовать быстро. Войдем и выйдем. И направимся к точке выхода. Все ясно?

– Откуда ты столько всего знаешь о том, что тут происходит? – спросил Кларк.

– Спутники.

– Спутники? – переспросила Лана.

– Слушай, – с самоуверенной ухмылкой произнес Лекс, – когда речь заходит о вооружении и оборонке, «ЛюторКорп» на световые годы впереди планеты всей. – Лекс уставился вдаль и помрачнел. – И мы планируем и дальше продолжать в том же духе.

«А вот и она, – подумал Кларк, – истинная мотивация Лекса».

– В общем, на задворках фермы Джонсов они возвели две временные постройки, – продолжил Лекс, – большую и маленькую. – Он перевел взгляд с Кларка на Лану, с Ланы на Глорию и добавил: – Должен предупредить вас: последние снимки со спутников показали, что на территории может быть небольшая военная техника, а также куча грузовиков и джипов. Предполагается, что сейчас на ферме около десятка человек.

Они отошли от дороги и направились к задней части фермы. Когда они двинулись сквозь поле доходящей до колен кукурузы, Кларк поразился размаху происходящего. Когда они были здесь на прощальной вечеринке, он понятия не имел, что скоро на территории фермы Джонсов появятся две загадочные постройки.

Что же именно задумала «Уэско»?

Поравнявшись с краем поля, все четверо присели на корточки посреди коротких кукурузных стеблей. Затем, осознав, что они на открытом пространстве, они спешно пересекли небольшую полянку и скрылись в густой роще деревьев. В той же самой рощице прятались Кларк с Ланой во время своего последнего визита сюда. Но на этот раз, успокаивал себя Кларк, они подходили с противоположной стороны.

Спрятавшись за толстым древесным стволом, Лекс указал направо, но Кларк уже заметил его: метрах в пятидесяти от них, на самом краю рощи, стоял вооруженный охранник в уже привычной черной форме. Он сторожил какое-то подобие внешней границы.

– Мы должны вырубить этого парня, – сказал Лекс, – тихо.

– И как мы это сделаем? – поинтересовалась Лана.

Лекс снял рюкзак, открыл основное отделение и достал небольшой пистолет.

– Ни в коем случае, – сказал Кларк, направляя дуло пистолета к земле, – мы не будем никого убивать.

– Он с транквилизатором, – раздраженно ответил Лекс, – он его не убьет.

Кларк отошел и принялся наблюдать за тем, как целится Лекс. Маленькое зеленое пятнышко лазерного прицела появилось на плече у охранника. В тот момент, когда тот заметил свечение и начал было вскидывать автомат, рядом с ухом Кларка раздался хлопок. Маленький дротик воткнулся в правое плечо охранника, и мужчина мгновенно повалился на землю.

– Господи! – воскликнула Лана. – Я официально уверовала в «ЛюторКорп».

– С ним все будет в порядке? – спросила Глория.

– Он поспит пару часов, – ответил Лекс, – а когда проснется, почувствует небольшую слабость. Только и всего.

Кларк был впечатлен. «Зачем причинять кому-то вред, если можно просто усыпить?»

Над темными деревьями вставала луна. Они пересекли густую рощу и остановились. На поляне – той же самой поляне, на которой еще несколько дней назад не было ничего, кроме травы, – теперь возвышались два одноэтажных металлических строения, в точности, как и сказал Лекс. Одно было большим, прямоугольным и лишенным окон. С одной-единственной дверью. Второе строение было поменьше и на колесах, возле него стояли три джипа.

Прямо за ним находился кратер, на краю которого стояли два трактора.

Остальная часть большой поляны была тщательно скошена и усыпана белыми линиями, нанесенными спреевой краской. Они выглядели в точности как разметка для какого-то спортивного мероприятия, но Кларк знал, что играми тут и не пахнет. Что бы здесь ни происходило, это превосходило даже самые серьезные его опасения. Они выбрались из-за деревьев и крадучись направились в сторону большего из двух строений. Кларк поглядывал по сторонам в поисках возможных источников опасности.

– Проклятье, – прошептал Лекс, – я предполагал, что где-то здесь будет окно. Эти очки с камерой бесполезны, если мы не сможем заглянуть внутрь. Особенно в темноте.

Кларк уставился на стоящее перед ним здание и сверлил его взглядом до тех пор, пока не включилось рентгеновское зрение. Стена здания состояла из толстого металла, так что картинка получалась размытой. Кларку показалось, что он видит около двух десятков людей, которые сидят на складных стульях и смотрят на большой, как в кинотеатрах, экран. А вот что показывали на экране, он понять не мог. Но все люди были бриты наголо и одеты в коричневое – прямо как тот парень, что въехал на внедорожнике в стену, ограждавшую здание, в центре города.

Мужчины сидели абсолютно неподвижно. Кларк заметил, что тело каждого опоясывали кожаные ремни, к которым крепились уходящие в пол цепи.

Рентгеновское зрение скоро отключилось, но картинка отпечаталась у него в голове. Этих людей держали здесь против их воли. Они были пленниками. Кларк вспомнил ночной визит в лабораторию «Уэско». Там он тоже слышал звяканье цепей. Оно доносились из-за дверей большого конференц-зала, помеченного как «Проект “Рассвет”». Что бы здесь ни происходило, началось это в лаборатории.

– Что там внутри? – прошептала Глория. – Люди?

Кларк чуть было не проболтался о том, что он сумел рассмотреть при помощи рентгеновского зрения. Но вовремя остановился. Вместо этого он произнес:

– Где-то здесь должно быть окно. Хотя бы вентиляционная шахта на крыше.

– Погодите-ка. – Лекс достал из рюкзака небольшое устройство и набрал на нем комбинацию цифр. – Ну давай же. Ну давай.

Но Кларк не мог больше ждать. Он не сомневался, что охранники скоро снова начнут обход. Он выглянул за угол здания и услышал голоса тихо переговаривающихся мужчин. Их было двое, в руках пистолеты. Они стояли возле одного из джипов. Кларк подумал, что это единственные охранники, которые способны помешать ему заглянуть внутрь.

Лекс похлопал Кларка по плечу и тихо произнес:

– Ты был прав.

Он протянул Кларку устройство. И там, на крошечном экране, красовалась подробная, сделанная со спутника фотография строения, возле которого они сейчас стояли. Лекс приближал изображение до тех пор, пока Кларк не разглядел одно-единственное световое окно на крыше постройки.

– Но как нам туда попасть? – прошептала Лана.

Глория качала головой.

– Я не понимаю. Почему бы нам просто не позвонить в полицию?

– Мы уже пробовали, – шепотом ответила Лана, – на этот раз мы не пойдем к копам без доказательств.

Лекс присел на колени, полез в свой рюкзак и достал оттуда три пары черных перчаток и тканевой обуви. Они были сделаны из странного металлизированного материала.

– Наденьте это.

Все трое нацепили перчатки, а затем натянули мягкие ботинки, похожие на толстые носки, поверх своей обуви. Закрепили их, защелкнув пряжки на запястьях и лодыжках. Материал был мягким, но тяжелым, словно в ткань были вплетены частицы металла.

– Чтобы закрепиться, – сказал Лекс, – просто сделайте шаг. Или коснитесь рукой металлической поверхности. Чтобы освободить ногу, скользните вправо.

Нажав кнопку, он включил все приспособления и, к удивлению Кларка, начал подниматься по стене здания, просто касаясь ее рукой или ногой, сначала примагничиваясь, а затем, скользя вправо, отцепляясь и поднимаясь выше.

Лана, Глория и Кларк обменялись взглядами, затем последовали за ним.

Кларк подивился тому, как перчатки и альпинистские носки-ботинки притягивались к стене, словно магниты, когда он касался поверхности здания, а затем отцеплялись, когда он шагал вправо. Поначалу это было неудобно, особенно досаждала необходимость не забывать скользить именно вправо, но к тому моменту, как он добрался до крыши постройки, он прилично освоил эту технику. Кларк также заметил вторую кнопку, при нажатии которой магниты продолжали держать, даже если он шагал или тянул вправо.

Оказавшись на крыше, все четверо сняли свое альпинистское обмундирование, подкрались к одинокому световому люку на крыше и заглянули внутрь.

Глория ахнула.

Теперь и она увидела то, что прежде видел Кларк.

Лана и Лекс также заглянули внутрь.

Десятки людей сидели неподвижно, прикованные к полу, и смотрели какое-то подобие видеоинструктажа. На экране пожилой человек в деловом костюме говорил прямо в камеру, каждые несколько секунд на экране появлялось на первый взгляд случайное изображение, но всякий раз оно исчезало слишком быстро, чтобы Кларк успел его разглядеть. Единственным источником света в помещении был экран, но Кларк все равно рассмотрел, что к руке каждого крепилась капельница. Незнакомый Кларку ученый ходил между рядами, проверял данные подсоединенных к парням в коричневом мониторов и вносил информацию в маленький планшет.

Но только сейчас Кларк начал замечать нечто такое, от чего все его тело онемело. Всех прикованных к стульям людей объединяло нечто общее.

Цвет их кожи.

Смуглый. Коричневый.

Ярость забурлила у Кларка в груди. Он повернулся и заметил полный ужаса взгляд Глории.

– Я спускаюсь вниз, – прорычал он.

– Нет, – возразила Лана, – Лекс все записывает. Мы отнесем видео копам, и они смогут прийти сюда с должным подкреплением.

Кларк покачал головой и с нажимом повторил:

– Я спускаюсь туда. Немедленно. – Он поднялся на ноги, но Лана с Лексом схватили его за руки. Кларк легко отмахнулся от них.

Затем Глория преградила ему дорогу и сказала:

– Кларк, нет! Это самоубийство.

Только прозвучавшее в голосе Глории отчаяние заставило Кларка замереть на месте.

Он сделал глубокий вдох и попытался осмыслить происходящее. Людей, находящихся внутри этого здания, держали здесь помимо их воли. Их приковали к полу, воткнули в вены капельницы и промыли мозги пропагандистским видео. Они нуждались в помощи. И Глория, скорее всего, знала некоторых из них. И все же она просила его подождать. Может, она и права. Если он проникнет в здание сейчас, могут пострадать люди. Некоторые могут даже погибнуть.

Погибнуть могут Лана или Глория.

Кларк стиснул руки в кулаки и беззвучно зарычал. Затем он склонился над световым люком и снова уставился на сидящих внизу людей. Когда его глаза привыкли к тусклому освещению, он заметил еще больше тревожных деталей. Кое-кто из мужчин был постарше, лет по тридцать-сорок. Другим едва минуло восемнадцать. И капельницы подавали в их вены ярко-зеленую жидкость, судя по виду, идентичную той, которую вколол себе в тренажерке Брайан.

Кларк повернулся к Лексу.

– Ты записываешь это все?

Лекс кивнул.

– Каждое мгновение.

Возле маленького здания началась какая-то суета. Закричали люди.

– Давайте выбираться отсюда, – прошептала Лана.

Кларк подскочил к краю крыши и увидел, как троих мексиканцев ведут от маленького строения к большому.

Внезапно рядом с ним очутился Лекс. Он направил крошечную цифровую камеру на новое скопище мужчин. Лана тоже была рядом. Она указывала на часы Лекса.

– Я серьезно. Нам пора уходить.

Один из охранников поднял глаза. Кларк быстро отшатнулся от края крыши, утягивая за собой Лекса с Ланой. Глория держалась позади, оглядываясь по сторонам. Кларк прислушался. Он слышал, как переговариваются между собой охранники. При помощи своего суперслуха он смог разобрать отдельные слова.

– Они еще не готовы, – сказал один из них.

– Они должны быть готовы. У нас больше нет времени.

– Стоит ли мне увеличить дозу? Или подождать улучшенной формулы?

Пятно прожектора пролетело у них над головами. Кларк был уверен, что их еще не заметили.

Но что, если охранники их услышали?

Они быстро натянули обратно альпинистские носки-ботинки и приготовились к спуску. Но едва Лана собралась опустить вниз ноги для спуска, как рядом с ними к стене прислонилась верхушка лестницы. Желудок Кларка скрутился в узел, когда он услышал, как кто-то начал подниматься по металлическим ступенькам.

Он оттащил Лану подальше от стены.

Рядом с ними очутилась Глория.

– Мы должны спуститься с противоположной стороны, – прошептала она.

Кларк прислонил палец к губам. Он быстро обежал всю крышу по периметру, проверяя оставшиеся варианты, затем вернулся к Лексу и Лане. Забирающийся по лестнице человек был все ближе.

– Я разберусь с ним, – сказал Лекс, доставая свой транквилизаторный пистолет.

Кларк наблюдал за тем, как Лекс прицеливается и ждет, пока человек появится на крыше. Рука Лекса отчаянно дрожала.

Когда охранник наконец показался наверху, Лекс выстрелил и промахнулся.

Пока Лекс пытался перезарядить оружие, мужчина выбрался на крышу. Он подскочил к Лексу, схватил пистолет и отбросил его в сторону.

Кларк набросился на нападавшего и мигом применил к нему усыпляющий захват. Когда тело мужчины обмякло, Кларк аккуратно положил его на крышу.

Глория уставилась на Кларка широко распахнутыми глазами.

– Надо торопиться, – бросил он.

Жестом Кларк пригласил Лану с Лексом последовать за ним, и они двинулись к противоположной стороне крыши. Но в воцарившемся хаосе никому из них не удавалось правильно использовать альпинистскую обувь. Они постоянно забывали скользить вправо и в итоге то и дело запинались.

– Снимайте ботинки, – велел Кларк, – я помогу вам добраться до земли.

Кларк спустился вниз, используя только силу рук. Когда остальные показались у края крыши, он вытянул руки и жестами велел всем прыгать.

– Глория, ты первая, – громким шепотом скомандовал он. Глория, недолго поколебавшись, спрыгнула в его объятия. Кларк поймал ее и повалился на землю после того, как Глория оказалась в безопасности, чтобы со стороны выглядело так, что ему пришлось попотеть.

Затем Кларк с Глорией вместе поймали Лану.

Затем втроем они поймали Лекса.

Пока все четверо убегали в ночь, Кларк услышал, что позади разворачивается преследование. Один из охранников прыгнул в джип, завел двигатель и устремился следом за ними.

Кларк спрятал всю компанию в густой роще деревьев, обрамляющих кукурузное поле с другой стороны. Пока джип то и дело носился мимо, освещая кроны и ветви деревьев, они прятались в чаще. Но водитель так ни разу и не выбрался наружу и в конце концов вернулся к постройкам.

– Их всех приковали цепями, – гневно сказала Глория. – Вы видели это?

– Отвратительно, – произнесла Лана.

Кларк хлопнул по земле.

– Я знаю, как мы можем прищучить этих парней.

Лана повернулась к нему.

– Как?

Кларк испытал прилив энергии, просто подумав об этом.

– Завтра на торжествах. У всех на глазах.

Лекс отвлекся от изучения очков.

– О чем ты говоришь?

– Объясню, как только мы уберемся отсюда, – ответил Кларк, глядя на то, как джип тормозит возле меньшего из двух строений и в него забирается второй охранник. Они готовились к следующему объезду.

– Тем временем, твоя очередь, Лекс. Куда нам?

– Туда, – ответил Лекс, и они углубились в кукурузное поле. Они ломились сквозь кукурузные стебли, пока наконец не оказались на маленькой полянке, где стояло четыре новеньких, с иголочки, квадроцикла.

– А вот и способ нашего побега, – воскликнул Лекс, забираясь на один из квадроциклов и заводя двигатель. Кларк, Глория и Лана последовали его примеру, и вскоре все четверо уже мчались в сторону заднего двора фермы Джонсов. Но перед глазами у Кларка по-прежнему стояла картинка с изображением всех этих людей, прикованных к стульям. Смуглые лица повернуты к экрану, капельницы подают ярко-зеленую жидкость прямо в их вены.

Кларк пришел в ужас от того, что что-то подобное происходит в Смолвилле.

И он поклялся остановить это.

Не сбавляя ход, он посмотрел на Глорию. Он не сдастся до тех пор, пока последний из этих людей не обретет свободу.

Глава 25

Возле проржавевшего трактора они слезли с квадроциклов и перебрались в машину Лекса. Пока Лютор развозил их по домам, Кларк обдумывал свой план. Утром следующего дня, на фестивале, они покажут всему Смолвиллю снятое Лексом видео. Тогда у местной полиции не останется другого выбора, кроме как поверить им.

– И как мы должны это сделать? – спросила Лана.

– Когда я шел на встречу с вами, – объяснил Кларк, – я увидел, как рабочие возводят сцену. Они устанавливали там два больших экрана. Я полагаю, что на экранах будет транслироваться все, что происходит на сцене. Мы просто взломаем их.

Лана одарила его скептическим взглядом.

– И я полагаю, что у тебя есть секретные хакерские навыки, о которых я не знаю.

– Не у меня, – ответил Кларк, поворачиваясь к Глории, – но я знаю кое-кого, у кого они есть.

Ее огромные глаза распахнулись:

– У меня?

Лана ударила по приборной панели.

– Мне нравится. Справишься, Глория?

– Если экраны поддерживают стандартное HDMI-соединение, – ответила она, – тогда да, думаю, что я смогу с этим разобраться.

– Любопытная идея, – произнес Лекс, касаясь очков, – у меня есть примерно шесть минут видео. Нам нужно только определиться с тем, с какого момента начать его показывать. Или… полагаю, мы сможем отредактировать его сегодня ночью.

– Я бы оставил видео в точности таким, какое оно есть, – возразил Кларк, – не хочу, чтобы кто-то вообразил, что мы подделали доказательства. – Он повернулся к Лане. – Но что, если мы вклеим туда кусочки твоего интервью с Кори? Тогда мы сможем доказать, что он тоже замешан.

– Если я смогу добиться от него чего-то стоящего, – ответила Лана.

Кларк фыркнул:

– Если Кори есть что сказать, ты это из него вытащишь.

Лана кивнула и уставилась в окно. Затем она посмотрела в зеркало заднего вида и встретилась с Кларком взглядом.

– Не могу поверить, что мы на самом деле собираемся использовать этот праздник для разоблачения этих придурков. Это же гениально.

С этим согласились все, затем Кларк повернулся к Глории:

– Ты в порядке?

Она пожала плечами.

– То, что мы там увидели… мне что-то стало нехорошо.

Выражение ее лица едва не разбило Кларку сердце. Его план должен сработать. Слишком многое поставлено на карту.

Глория сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Заберу свои слова обратно, – добавила она, – какое бы соединение они ни использовали завтра, я найду способ вклиниться в трансляцию.

Кларк сжал ее ладонь.

– Не сомневаюсь в этом.

Затем он засунул руку под свою повседневную одежду и коснулся костюма. «Мы справимся», – сказал он себе. Они обязаны справиться. Другого варианта просто нет.

– Я все еще не до конца понимаю, что «Уэско» делает со всеми этими людьми, – сказала Лана, – но они приковали их к стульям.

– Они отняли их от семей и друзей, – добавила Глория.

– Все дело определенно в расе, – произнесла Лана. – В этом-то мы уверены, верно?

Лекс покачал головой.

– Это слишком наивно, – возразил он, – все дело в деньгах. И власти. Всегда все дело в деньгах и власти. Запомни это.

– Может, все дело и в том и в том, – предположил Кларк, – подумайте об этом. Они используют людей, которые отличаются от них. Людей, которые уязвимы и легко заменимы.

– Они знают, что некоторые из нас не могут обратиться в полицию, – добавила Глория, – что делает нас легкой добычей.

Слова Глории неприятным эхом отдались в желудке у Кларка. Потому что это его могли с тем же успехом приковать к полу. Если бы они только знали, кто он такой на самом деле.

– Мы не позволим им выйти сухими из воды, – сказала Лана.

Кларк и Глория кивнули, а Лекс добавил:

– Если мы сможем все правильно провернуть, это будет публичная порка эпических масштабов.

– А поскольку корпорация «Мэнкинс» известна по всей стране, – добавила Лана, – я очень удивлюсь, если на празднике не появится хотя бы несколько СМИ не из Смолвилля. – Она покосилась на Кларка. – Эта история получит общенациональную огласку. К тому же мы все провернем мирным путем, верно, Кларк? Никакого насилия.

Кларк кивнул. Но мысленно он снова и снова возвращался к тому, что видел на ферме Джонсов.

– Кларк? – окликнула его Лана, когда Лекс остановился у подножия подъездной дороги фермы Кентов. – Ты в порядке?

Он покосился на нее.

– Я просто хочу, чтобы это сработало.

Лана взглянула на Глорию.

– Мы позаботимся о том, чтобы это сработало. – Лана открыла дверцу, выбралась наружу и сложила переднее сиденье, чтобы Кларк смог выбраться из машины.

Прежде чем вылезти, Кларк повернулся к Глории:

– Увидимся завтра, хорошо?

– Поехали уже, – сказал Лекс.

Глория проигнорировала его, потянулась к Кларку и коснулась его щеки:

– Пока, Кларк.

Кларк выбрался наружу и наблюдал, как Лана забирается обратно в машину и Лекс уезжает восвояси.

Вместо того чтобы сразу пойти домой, Кларк направился к кратеру возле старого амбара, уселся там и прислонился затылком к спинке кратера, это было его обычное место для размышлений. Он вытащил телефон и проверил, не писал ли ему Брайан. Ничего. Кларк убрал телефон обратно в карман и задумался о Глории и о том, что они только что там увидели. Затем он перевел взгляд на кратер, пытаясь представить, как давным-давно приземлился здесь. Как Джонатан и Марта открывают люк корабля и уносят его в дом. Воспитывают, как своего собственного ребенка.

Все это казалось нереальным.

Невозможным.

Однако же это была правда. Его правда.

Вместо того чтобы жалеть себя или пытаться найти во всем этом смысл, Кларк решил относиться к своему происхождению по-другому. Он сделает все, что в его силах, чтобы превратить приютившую его планету в более безопасное место.

Глава 26

Кларка разбудило сообщение от Глории.

«Я в ужасе. Никто не может найти Круза».

Кларк замер, представив себе ферму Джонсов, прикованных к полу людей. Он позвонил Глории, но та не ответила. Он оставил голосовое сообщение и отправил следом текстовое с просьбой перезвонить при первой возможности.

Кларк отложил телефон в сторону и уселся на кровати. Его охватывало ужасное предчувствие. Круз был еще совсем ребенком. У него было гражданство. Может, было какое-то другое объяснение.

В ожидании ответа от Глории Кларк подошел к шкафу и взглянул на свой костюм. Ночью ему таки удалось его снять. Но теперь Кларка окутало странное желание снова его надеть, словно это была какая-то броня, жизненно необходимая в столь важный день. Кларк стянул костюм с вешалки, натянул на тело и надел сверху обычную одежду. Также вместо своих обычных очков он надел очки с толстой оправой, которые ему дал Лекс. Кларку казалось, будто новые очки гораздо больше подходили под созданный им образ Кларка Кента, и ему было важно, чтобы две части его личности как можно больше контрастировали друг с другом.

Кларк попытался еще раз позвонить Глории, но попал на голосовую почту, поэтому все-таки направился в центр города.

Два часа спустя он так и не получил ответа от Глории. Кларк попробовал поискать ее возле здания мэрии, но среди протестующих девушки не было. Не было ее и в остальных местах на площади. В конечном итоге, Кларк прекратил поиски и направился на встречу с Ланой и Лексом на ступеньках возле библиотеки.

Там-то он и нашел Глорию.

А вот Лекса не было.

– Привет, – сказал он Глории, – я все утро пытался до тебя дозвониться.

Глория кивнула. Она была явно расстроена.

– Я забыла телефон в машине, пока мы искали по всей округе Круза.

Кларк замялся, но потом все же спросил:

– Вы нашли его?

Она покачала головой.

– Ты же не думаешь, что он может быть на ферме Джонсов? Он же еще совсем ребенок.

– Прошлой ночью я его не видел. – Кларк взглянул на Лану. Девушка уставилась на землю, покачивая головой. – Мы должны справиться со всем сегодня, – сказал он Глории, в том числе и для своего собственного успокоения. – Если мы сделаем все правильно, все будет в порядке.

– Лекс написал, – сказала Лана, – он будет поздно. Без него у нас нет доступа к видео.

Кларк огляделся по сторонам, пытаясь понять, что делать дальше. Он еще никогда в жизни так не нервничал.

– Может, нам стоит обсудить весь план. Лекса мы отловим, когда он здесь появится.

Вся троица нырнула в тихую комнату в библиотеке и уселась за круглым столом.

– Так что, ты берешь интервью у Кори за несколько минут до начала выступления первого спикера, верно? – спросил Кларк у Ланы. – Таким образом, ты сможешь коснуться темы благотворительности и разговорить его.

Лана не выглядела слишком уж уверенной.

Кларк напрягся.

– Что не так?

– Я пишу Кори все утро, – пояснила Лана, – он ответил мне, что у него нет времени на интервью. Когда я начала давить, он замолчал. Так что мне пришлось пойти ва-банк.

Кларк принялся ждать объяснений. Казалось, что все тайное становится явным.

– Я сказала ему, будто слышала о том, что на ферме Джонсов творится что-то странное. И я надеюсь, что он лично для меня развеет эти слухи.

– И?

– И он согласился встретиться, – сказала Лана, – хотя ему явно это не нравится. Мне кажется, что вся эта тема с благотворительностью яйца выеденного не стоит. Мы приступим сразу к делу. – Она тряхнула маленькой черной спортивной сумкой. – Я принесла из школы камеру и штатив. Так что, по крайней мере, тут у нас все схвачено.

Кларку хотелось верить, что хотя бы эта часть плана сработает, но что-то заставляло его сомневаться в этом.

– Где вы встречаетесь? – спросил он.

Лана старалась выглядеть более оптимистичной.

– Кори сказал, что он поговорил с управляющим здания суда. Она разрешит нам использовать для интервью одну из переговорных.

– Отлично. То есть вы будете в здании суда. – Он повернулся к Глории. – Тебе удалось взглянуть на кабель, которым они пользуются?

Глория кивнула.

– Ей потребовалось две-три минуты, чтобы разобраться, как это делается, – сказала Лана.

Глория пожала плечами.

– Для мероприятий на открытом воздухе люди обычно не заморачиваются с чем-то слишком сложным. – Она протянула тонкий планшет. – Я подключила нам опцию многооконного экрана на случай, если мы захотим показывать интервью параллельно с видео. Решать тебе.

– Это было бы здорово. – Кларк по-прежнему сомневался насчет затеи с Кори, но если кому и было под силу ее провернуть, так это Лане. И ему понравилась идея с многооконным экраном. – Я все время буду по соседству с полицейской стойкой. Как только мы покажем видео, я отведу их прямиком к «Уэско».

– Нам всего лишь нужно дождаться Лекса, – сказала Лана.

Тут зазвонил телефон Глории. Она вскочила и ответила на вызов.

– Марко? Кому-нибудь удалось связаться с Карлосом? – Она вышла из комнаты.

Лана взглянула на Кларка.

– Ты же не думаешь, что Круз может быть на ферме?

– Надеюсь, что нет, – ответил он. – Но я бы не стал исключать такую возможность.

– Когда все это закончится, – сказала Лана, – я хочу увидеть, как они все сгниют в тюрьме.

Они оба ненадолго замолчали, а затем Кларк попросил:

– Можешь еще раз написать Лексу?

– Я писала и звонила ему все утро, – ответила Лана. – Что мы будем делать, если у нас не будет видео? Весь наш план рухнет.

Кларк уставился в пол, проигрывая в голове события прошлой ночи в поисках малейшего намека на то, что Лекс мог их кинуть. Кларк абсолютно не верил в то, что Лекс способен сделать хоть что-то по доброте душевной, но казалось, что в этом деле их интересы совпадают. Кларк, Лана и Глория хотели разоблачить «Уэско» и спасти людей, которых держали в заточении на ферме Джонсов. Лекс хотел устранить конкурентов.

Несколько секунд спустя в тихую комнату вошла Глория. Следом за ней шел худощавый чернокожий мужчина средних лет с густой бородой. Он был одет в гавайскую рубаху, джинсы, на его плечах болтался кожаный рюкзак.

Кларк с Ланой взглянули на Глорию, которая представила спутника:

– Это Леонард. Он искал нас возле библиотеки.

Леонард кивнул, снял рюкзак и открыл переднее отделение.

– К сожалению, кое-что стряслось, и Лекс не смог приехать сам. Но он прислал меня, чтобы я передал вам это, – мужчина протянул флэшку.

Кларк забрал ее.

– Здесь то самое видео, которое вам нужно, ребята, – пояснил Леонард.

Кларк уставился на парня, который уже закидывал рюкзак обратно на плечи.

– А как ты связан с Лексом?

– Я работаю на «ЛюторКорп».

Кларк, Лана и Глория переглянулись.

– Короче, – сказал Леонард, пятясь к стеклянным дверям, – меня попросили передать вам это. Удачи во всем. – На этих словах он развернулся и ушел.

Ненадолго воцарилась оглушительная тишина. Затем Кларк покачал головой и пробормотал:

– Я знал, что Лексом движут иные мотивы, чем нами, но все же… вы можете поверить, что он даже не пришел? – Взглянув на Глорию, Кларк смягчился. – С твоим звонком все нормально?

Она покачала головой.

– Все, как ты и сказал. Сегодня мы должны все сделать правильно.

Они все согласно кивнули, а затем Лана озвучила то, о чем думали остальные:

– Жаль, что мы не можем ускорить время. Нельзя оставлять этих несчастных на цепи ни на одну лишнюю секунду.

* * *

К одиннадцати часам площадь перед новой штаб-квартирой «Мэнкинс» была набита битком. Кларк в жизни не видел в Смолвилле такой большой толпы. По всей длине перекрытой сейчас улицы на садовых стульях сидели люди, поставив на колени тарелки с едой. Возле здания библиотеки выстроились десятки фургонов со снедью, и к каждому окошку выстроились длинные очереди. Палатки с пивом уже не справлялись с потоком посетителей. Смеющиеся дети гонялись друг за дружкой по лужайке возле библиотеки и ждали своей очереди в бассейн с воздушными шариками или в надувной воздушный замок. Дым поднимался от десятков огромных коптилен, толпы людей замирали в предвкушении, пока сотрудники закусочных накладывали на тарелки свинину, грудинку, запеченную фасоль и салат «коул-слоу».

По обеим сторонам от сцены возвышались два огромных экрана. Пока что они были пусты, поскольку первое выступление еще даже не началось. Но Кларк надеялся, что скоро на экранах появится лицо Кори и Лана будет брать у него интервью «вживую». А параллельно они покажут кадры, снятые на ферме Джонсов.

Кларк то и дело поглядывал на Глорию, которая сидела за столиком техников рядом со сценой. Он понимал, насколько сильно ее потрясла новость о Крузе. Должно быть, нелегко ей сейчас сидеть здесь, пока огромное число людей из ее сообщества протестуют перед мэрией. Кларк покосился в ту сторону и увидел, как мужчины, женщины и дети ходят большими кругами, размахивают плакатами, цитируют лозунги о равноправии на испанском и английском. Несколько недель назад, когда протесты едва начались, на митинги выходили только латиноамериканцы. Сегодня же там собрались все. Черные, белые, латиносы, азиаты. Все, кто хотел бороться за равноправие.

Кларк написал Глории и Лане, чтобы убедиться, что все идет по плану. Лана без промедления ответила, что идет на встречу с Кори. Минуту спустя пришел ответ от Глории – она уже заполучила доступ к трансляции. И никто, похоже, даже не удивился тому, что она пришла за столик техников и представилась интерном, работающим на городской совет. «Ты только скажи, и я переключу каналы».

Кларк метался из стороны в сторону. Он продолжал поглядывать на стоящих поблизости полицейских, надеясь, что как только они увидят отснятый материал, так тут же приступят к действию. Надеясь, что они поспешат к ферме Джонсов, сверкая сиренами, и вернут невинных людей к их семьям и друзьям.

Когда двадцать минут спустя на сцену забрался мужчина и подошел к микрофону, Кларк занервничал. Огромные видеоэкраны за спиной ведущего ожили, демонстрируя его лицо. По плану, Глория должна была придерживаться обычной программы, пока не получит сигнал от Кларка. А Кларк не подаст сигнал, пока не получит весточку от Ланы.

Он снова проверил телефон.

Ничего.

Где же Лана?

Стоящий на сцене мужчина в синем костюме поприветствовал собравшихся. Затем он начал перечислять список начатых корпорацией «Мэнкинс» специальных программ. Компания спонсировала детские спортивные лиги, образовательные центры и совершенно новое детское крыло в смолвилльской больнице.

– И это только начало, – вещал он, – я счастлив объявить, что сегодня днем основатель и президент компании Монтгомери Уоллас Мэнкинс пожертвовал три миллиона долларов смолвилльским школам. Три миллиона долларов!

Толпа взорвалась аплодисментами.

Кларк подумал, что если бы не нервничал так сильно, то тоже бы порадовался. Он снова подумал о Брайане. Его нигде не было видно, и он по-прежнему не ответил на сообщения Кларка.

– Да, да, все верно. – Мужчина сделал паузу и улыбнулся. – И мистер Мэнкинс выступит сегодня перед вами, непосредственно перед фейерверком. Не пропустите его речь о мечтах сделать наш маленький город образовательным центром. Он поклялся помочь нашему сообществу нанять лучших учителей. Построить лучшие школы. Обеспечить самый широкий спектр внеклассных активностей. Наши школы будут среди лучших не только в штате Канзас, но и по всей стране.

Еще больше аплодисментов.

Кларк огляделся. Вокруг него веселились люди. Он снова проверил телефон, но Лана по-прежнему ничего не ответила. Хотя теперь на экране высветилось сообщение от Глории: «Все в порядке?»

Кларк начал было набирать ей ответ, но затем решил перезвонить.

– Я по-прежнему не получил ответа от Ланы, – сказал он, когда Глория взяла трубку.

– Думаешь, с ней что-то случилось?

Кларк оглядел площадь, думая о нежелании Кори давать интервью.

– Знаешь что… пойду-ка я поищу ее. Перезвоню тебе через минуту.

Он покинул свой пост возле офицеров полиции и начал проталкиваться сквозь толпу в направлении здания суда. Но стоило ему преодолеть пару метров, как Кларк услышал, что кто-то окликает его по имени. Он остановился возле фургона с пиццей. Пол, Томми и Кайл махали ему из очереди.

– Привет, – сказал Кларк, снова проверяя телефон.

– Хочешь поиграть в хоум-ран дерби? – спросил Кайл. – Нам нужен четвертый.

Томми держал в руках бейсбольную биту с выгравированным на боку логотипом корпорации «Мэнкинс».

– Мы с Полом уже выиграли себе по бите, а вот Кайл еще нет, но очень хочет.

– Я бы с радостью, – отвлеченным голосом ответил Кларк, – но я немного занят. Рад был повидать вас, парни.

– Притормози, – попросил Томми, – ты куда так спешишь?

– Я ищу Лану.

– Мы ее только что видели, – ответил Пол, – возле здания суда. С ней было три парня. Один из них – тот богатенький чел с вечеринки.

Значит, она все-таки встретилась с Кори.

Тогда почему она не ответила, как должна была?

– К слову, о вечеринке, – начал было Пол, – я хотел сказать, Кларк… я порядочно набрался той ночью, и если бы не ты…

Крики возле здания мэрии прервали речь Пола.

Кларк обернулся и увидел, что двое протестующих, на вид студентов колледжа, оторвались от остальных и теперь проталкиваются сквозь толпу по направлению к спикеру. Они перепрыгнули через ленту, ограждающую собравшуюся перед сценой толпу, и протянули над головами плакаты, на которых значилось: «Голосуйте «Нет» по третьему вопросу! Смолвилль и наш дом тоже!»

Охрана «Мэнкинс» окружила их прежде, чем ребята смогли добраться до ведущей на сцену лестницы, и началась небольшая возня. Офицеры полиции, рядом с которыми стоял Кларк некоторое время назад, поспешили помочь утихомирить студентов. По толпе прокатился ропот.

– Так и думал, что дерьмо упадет на вентилятор, – сказал Кайл, – протестующие и торжествующие собираются в одном месте. Мы все знаем, что это не самая хорошая смесь.

Несколько мгновений спустя копы увели студентов прочь.

– Ты выглядишь обеспокоенным, Кларк, – заметил Томми, – хочешь, мы поможем тебе найти Лану?

Кларк снова оглядел толпу. Кайл был прав… ничем хорошим это не кончится. И это явно нарушит его планы.

– Кларк? – снова позвал его Томми.

– Я уверен, что найду ее. Рад был повидаться, парни. – Они все стукнулись кулаками и попрощались.

Кларк снова начал проталкиваться сквозь толпу в направлении здания суда. Затем услышал голос со сцены и обернулся посмотреть, что происходит.

Представитель «Мэнкинс» поправил галстук и подошел к микрофону, чтобы продолжить свою речь:

– Мы в порядке, ребята! Кто-нибудь, принесите этим двоим немного еды. Серьезно! Мы любим всех, кто пришел сегодня сюда праздновать вместе с нами…

Мужик продолжил вещать, а Кларк достал телефон и попытался снова связаться с Ланой. На этот раз он сразу попал на ее голосовую почту.

В желудке заныло от страшного предчувствия: что-то пошло совсем не так.

Кларк убрал телефон и поспешил сквозь толпу. Он срезал дорогу через широкую лужайку, разбитую перед зданиями суда и мэрии, разделенными узким переулком. Возле мэрии было шумно, здание было окружено марширующими демонстрантами. И полицией. Возле суда было сравнительно тихо. На лужайке расположилось несколько семей, но само здание казалось пустым.

Кларк вошел и начал проверять помещение за помещением в поисках Ланы и Кори, но никого не обнаружил. К нему подошла охранница:

– Молодой человек, могу я вам чем-то помочь?

– Я ищу девушку по имени Лана. Она пришла сюда, чтобы взять интервью у Кори Мэнкинса.

– Интервью? – Охранница покачала головой. – Мне ничего не говорили ни о каких интервью. Должно быть, вы ошиблись.

– Это все организовал Кори Мэнкинс. Сын Монтгомери.

– Мне очень жаль, – ответила женщина, – но в наших записях ничего нет. К сожалению, я вынуждена попросить вас удалиться.

Кларк был ошарашен. Неужели Кори солгал Лане? И если он соврал ей о месте проведения интервью… Кларка сковал страх. По пути к выходу он снова заглянул во все пять помещений. Все были свободны, нигде не было и следа Ланы.

Выйдя на улицу, Кларк оглядел толпу и подумал: «Если Ланы здесь нет, то где она может быть?»

Он уставился на сцену, пытаясь понять, что делать дальше. Затем оглядел всю площадь и заново проверил телефон.

Ничего.

Однако, пока Кларк убирал телефон, он заметил маленькую черную спортивную сумку, лежащую на крышке мусорного бака. Он похолодел.

Кларк подскочил к сумке и открыл ее. Как он и предполагал, внутри были камера и штатив. Лана была здесь… и кто-то выбросил ее технику как мусор. Сердце бешено застучало в груди. Он отвернулся он сумки и уставился в переулок. Где-то посреди него маленькая лестница вела вниз, в подвалы здания мэрии. Кларк поспешил туда и увидел, что дверь заблокирована в открытом положении с помощью деревянного бруска.

Неужели кто-то увел Лану вниз?

Кларк спустился по лестнице, тихо приоткрыл дверь и вошел в длинный, темный коридор. Он миновал большую котельную, затем несколько пустых бетонных помещений. Вдали он различал слабый шум воды и едва слышные шаги. Но не голоса.

Несколько секунд спустя в отдалении скрипнула дверь. Кларк на суперскорости пересек темный коридор и поймал дверь прежде, чем она захлопнулась. Он подержал ее несколько секунд, пока шаги впереди не стихли. Затем он пробрался внутрь и оказался в коротком коридоре, упирающемся в закрытую красную дверь. Конец пути. Больше никаких дверей или коридоров.

Кларк замешкался. Если он вломится внутрь и Лана пострадает, он никогда себя не простит.

Но если он не вломится внутрь и Лана пострадает, это будет ничуть не лучше.

Кларк просунул руку под рубашку и дотронулся до гладкого синего материала. По какой-то причине прикосновение придало ему сил. И уверенности.

Он должен войти и спасти Лану.

Но еще он должен действовать с умом.

Кларк повернулся к прочной бетонной стене возле двери. Он концентрировал всю свою энергию на глазах до тех пор, пока не разбудил свое рентгеновское зрение, и наконец смог заглянуть внутрь. Две мужские фигуры возвышались над каким-то предметом, прикрепленным к трубам, идущим над полом. Двое работали чересчур нервно, с какой-то неистовой энергией.

Предмет, с которым они возились, издавал регулярные сигналы.

Кларк задумался, что может означать этот звук. Его пульс участился.

Предмет издал очередной короткий звук.

Кларк попытался приглядеться получше. Три длинных металлических цилиндра были соединены вместе и крепились к маленькому электрическому устройству, на котором располагался цифровой циферблат.

Бомба!

Кларк запаниковал. Его рентгеновское зрение ослабевало, но он все равно намеревался разглядеть последние детали. Мигающие красные цифры вели обратный отсчет.

9:39

9:38

9:37

К трубам толстыми цепями была прикована маленькая фигурка.

Лана!

Она должна умереть первой.

Кларк рванулся вперед, с такой силой врезавшись в красную дверь, что она треснула на две изогнутые половинки металла и сорвалась с петель.

Мужчины в панике обернулись.

Одним из них был Кори Мэнкинс, от потрясения его лицо скривилось.

Вторым был большой, мускулистый мужчина с бритой головой. Он был облачен в черную военную форму.

К Кори быстро вернулось самообладание. Он вытащил из-за пояса пистолет и приставил его к затылку Ланы.

– Стой, где стоишь, – потребовал он, – или твоя маленькая подружка умрет.

Лана повисла на цепях, приковавших ее к бомбе, вперед, и они были единственным, что удерживало девушку в вертикальном положении. Из глубокой страшной раны на лбу стекала кровь.

Кори ударил ее.

Он на самом деле ударил ее.

У Кларка перед глазами заплясали красные точки. Он хотел убить Кори. Хотел размозжить ему лицо, оторвать руки и вырвать ноги. Кларк глубоко вздохнул, успокаиваясь, и заметил под ногами Ланы ее блокнот для интервью. Нет, Лана бы не захотела, чтобы он уничтожил Кори. Она предпочла бы, чтобы Кларк докопался до правды.

– Ты что творишь? – закричал он. – Там же сотни людей. Маленькие дети! – Кларк показал на прикрепленное к Лане устройство. – А ты собираешься взорвать бомбу?

Кори ткнул стволом пистолета в голову Ланы.

– Я же велел тебе не двигаться с места!

– Хорошо, хорошо. – Кларк поднял руки вверх. – Но я не думаю, что ты решишься на выстрел в настолько ограниченном пространстве. Когда рядом такая взрывная сила.

Мужчина в военной форме подскочил к Кларку, заломил ему руки за спиной и взглянул на Кори.

– Что мне с ним делать?

– Может, и меня к бомбе привяжешь, а? – поинтересовался Кларк.

Кори посмотрел на Лану, затем перевел взгляд обратно на Кларка.

– А что, в этом будет своя симметрия. – Он кивнул парню в форме и перевел прицел пистолета на Кларка.

Но Кларк и не думал сопротивляться.

8:58

8:57

8:56

– Вот чего я не понимаю, – сказал Кларк, глядя на Кори. – Зачем тебе саботировать грандиозное открытие своего отца таким образом? Пытаешься выбить из-под него почву? Вывести «Уэско» на вершину?

Кори улыбнулся и положил ладонь на плечо Кларку.

– Мы не собираемся никому вредить без причины. На кону нечто гораздо, гораздо большее.

Кларк попытался смахнуть руку Кори.

– И что же?

– Сэр, мы должны уходить, сейчас же, – произнес мужчина в форме, указывая на тикающую бомбу.

Кори кивнул, затем повернулся к Кларку.

– Знаешь, а я ведь тобой восхищаюсь, фермерский пацан. Ты всегда пытаешься поступать правильно. Но ты не видишь более масштабной картины.

– Какая картина может быть масштабней, когда там сотни невинных людей.

– Проснись, Кларк. Твой любимый Смолвилль всегда был для нас лишь отвлекающим маневром. – Кори потрепал Кларка по голове, а затем вместе с подельником быстро направился к выходу. Возле двери он остановился, внимательно изучая покореженный металл.

Затем Кори снова покосился на Кларка, и на этот раз в его взгляде уверенности поубавилось.

Электрический разряд пробежал по телу Кларка.

Он достаточно долго себя сдерживал.

Стиснув зубы, он разорвал цепи, сковывающие его тело. Затем сорвал с запястий наручники и швырнул их в стену.

Кори так удивился, что не успел даже поднять пистолет.

Кларк рванулся вперед и выбил оружие из руки Кори, затем метнулся в сторону и быстрым ударом по запястью обезоружил второго мужчину. Хрустнула кость, и пистолет полетел на пол. Кларк обернулся и ладонью толкнул Кори в грудь. Кори отлетел в цементную стену, ударился спиной и бесформенной грудой сполз вниз.

Мужчина в форме прижал покалеченную руку к груди и быстро заговорил в рацию, вызывая подмогу.

Кларк взглянул на огромную рану у Ланы на лбу и двинулся в сторону противника, остававшегося в сознании. У того была кровь на манжете рубашки – возможно, боль Лане причинил именно он. Кларк хотел уничтожить ублюдка. И это было бы так просто. Но если он поддастся этому желанию… то будет ничем не лучше их.

Мужчина уронил рацию и размахнулся изо всех сил, но его удар был похож скорее на поглаживание по щеке. Теперь Кларк куда комфортнее чувствовал себя в драке. Он взглянул противнику в глаза и понял, что тот будет делать в следующий момент. Все дело в том, как он наклонялся. Кларк дождался, пока мужчина замахнется во второй раз, и легко увернулся от удара. Затем, воспользовавшись силой инерции, Кларк толкнул противника головой вперед в сплетение металлических труб, бегущих от пола до потолка. Череп того стукнулся о парочку труб, и парень без сознания повалился на землю.

Кларк развернулся и подбежал к бомбе и Лане.

7:33

7:32

7:31

Нужно было вытащить ее отсюда. Немедленно. Она не будет в безопасности рядом с Кори и его подельником. Кроме того, Кларк знал, что подкрепление уже в пути.

Но успеет ли он спасти и Лану, и весь город?

Придется действовать быстро.

Кларк распутал Лану из цепей и разорвал наручники. Перекинув девушку через плечо, он поспешил в коридор. Завернув за первый угол, он услышал быстро приближающиеся к нему шаги. Судя по звукам, противников было четверо или пятеро.

Затем он услышал щелчок предохранителя.

Внезапно четверо людей в черной форме появились перед ним и преградили дорогу. Один из них держал в руках пистолет. Но внимание Кларка привлек к себе пятый человек, одетый в слишком свободный синий костюм и очки.

Доктор Уэсли.

Но зачем кому-то находиться рядом с бомбой, если он это все и затеял?

Глава 27

Кларк аккуратно усадил Лану на пол, готовясь к очередной битве. Но этой драки он давно ждал. Перед ним был человек, виновный в исчезновениях мигрантов. В страхах Глории. В крови, стекающей по лбу Ланы.

– Вы отбирали людей у их семей, – прорычал Кларк, – большая ошибка.

Доктор Уэсли в отвращении покачал головой.

– Глупые, глупые люди. На задние дворы ваших ферм упали метеориты, состоящие из самых ценных веществ, когда-либо известных этому миру, и что же вы с ними сделали? Ничего.

Стоявшие за спиной доктора Уэсли люди начали окружать Кларка. Тот, что держал в руках пистолет, прицелился юноше в голову.

– Это ты подослал людей ко мне на ферму, – прорычал Кларк.

– Напрасная трата времени, – отмахнулся доктор Уэсли, – но во многих других кратерах мы нашли драгоценную радиоактивную руду. Поначалу она казалась бесполезной, но спустя годы экспериментов я обнаружил, что она служит идеальным связующим звеном для лучшей активации остальных составляющих моего проекта «Рассвет». – Улыбнувшись, доктор Уэсли показал небольшой пузырек с зеленой жидкостью. Она была более яркого оттенка, чем та, что Кларк видел в лаборатории. Или в том шприце, что впрыснул себе Брайан. – Формула, которую я держу в руке, изменит человечество. – Оглядевшись по сторонам, он произнес: – Так, а где Кори? Он сказал, что ему нужно разобраться с какой-то нерешенной проблемой, но нам уже нужно убираться отсюда. Немедленно.

В конечном счете именно самодовольная ухмылка доктора и вывела Кларка из себя. Он метнулся и оттолкнул Уэсли к стене. Мужчина ударился головой о бетон и выронил пузырек из рук. Флакончик упал на пол, разбился, и ярко-зеленая жидкость разлилась у его ног.

Кларку внезапно стало дурно.

Он рухнул на колени, отчаянно хватая воздух ртом.

Охранники двинулись к Кларку, внезапно ставшему совершенно беспомощным. Он чувствовал, как силы покидают его тело. Была только одна причина того, что он почувствовал себя таким больным.

Загадочная зеленая жидкость.

Доктор Уэсли оттолкнулся от стены и потер затылок.

– По счастью, у меня есть еще. Но меня поражает твоя реакция на эту жидкость. Почему ты так реагируешь?

Темные фигуры приближались к нему, а Кларк не мог устоять на ногах. Один из охранников ударил его в живот. Второй прицелился в него из пистолета.

Доктор Уэсли отклонил ствол пистолета вниз.

– Не дури. Они только что активировали здесь бомбу.

Охранник убрал оружие и пнул Кларка ногой.

Затем юношу осыпал целый град из ударов и пинков.

Каждый отдавался болью у Кларка в спине, шее, плечах и ногах. Острая боль растеклась по всему его телу, и он закричал. Кларку казалось, что он сейчас умрет от мучений.

Когда избиение прекратилось, Кларк лежал на полу, уткнувшись лицом в холодный бетон и прикрывая руками голову. Ему хватило сил, чтобы слегка повернуться, и он увидел, как две размытые фигуры приближаются к Лане.

– Не трогайте ее! – удалось крикнуть ему, но солдаты не обратили на него никакого внимания.

Еще никогда в жизни Кларк не чувствовал себя таким слабым и беззащитным, как в тот момент, когда доктор Уэсли повернулся к подручным и скомандовал:

– Разберитесь с ним по-быстрому.

Не удостоив его еще одним взглядом, доктор Уэсли развернулся и поспешил к выходу.

Кларк в ужасе наблюдал за тем, как двое солдат подняли Лану и понесли ее по коридору в сторону комнаты с бомбой. Оставшаяся парочка принялась избивать его с возобновившейся энергией. Удар за ударом они наносили ему по черепу. Пытаясь защититься, Кларк свернулся в клубок. Кулаки и ботинки впечатывались ему в ребра, в спину, в лицо.

Они собираются убить его.

Наказание было безжалостным, и вскоре его сознание ускользнуло в другое место. Он увидел жителей Смолвилля, они гуляли по улицам, ели, пили и смеялись, даже не подозревая о спрятанной под землей бомбе. Той самой, что медленно вела свой обратный отсчет. Он увидел, как тепло улыбалась Глория, пока Кларк вел ее к замерзшему пруду. Его родители гуляют по ферме, взявшись за руки.

А теперь и вовсе невозможное воспоминание.

Его биологическая мать баюкает его, сидя в черном кресле-качалке. Их тела двигались из стороны в сторону, туда-сюда, туда-сюда. Слезы текли у нее по лицу и падали на его крошечные щеки, так что она наклонилась и стала осушать их поцелуями. А затем отец забрал его из материнских рук, отнес к открытой кабине корабля и надежно пристегнул к укрытой одеялами колыбельке.

Лица обоих его родителей были искажены болью от того, что они вынуждены отпустить его.

«Они пожертвовали всем, чтобы ты смог выжить.

Теперь я это понимаю.

Так как ты можешь позволить этому закончиться вот здесь? Вот так?

Я не могу. Я не позволю».

Кларк начал собираться с духом, готовясь к последней битве. В поле его зрения замаячили три новые фигуры. Они бросились на избивающих Кларка бойцов, размахивая бейсбольными битами, и охвативший его полубессознательный морок наконец-то начал рассеиваться.

Кларк нашел в себе силы оглянуться, а затем сесть.

Это был Томми Джонс.

И Пол Молина.

И Кайл Тернер.

Парни все-таки последовали за ним в подвал.

Пол схватил одного из парней в черной форме и закричал:

– И даже не вздумай больше его трогать! Понял меня?

Затем он впечатал солдата головой в стену.

Кларк поднялся на ноги.

Чем дальше он находился от зеленого вещества, тем лучше себя чувствовал.

Пол повалил второго солдата на пол и дважды быстро ударил его по голове. Кларк переглянулся с Полом, Пол почти незаметно кивнул ему, а затем снова сосредоточил свое внимание на драке.

Кларк все еще чувствовал себя слабым и уязвимым, но ему было необходимо спасти Лану. Он быстро прошел мимо своих бывших товарищей по команде, которые, кажется, одерживали верх над противниками.

Когда Кларк догнал охранников, они бросили Лану на пол и повернулись к новой угрозе лицом. Несколько секунд противники молча кружили друг вокруг друга. Кларк пытался оценить, в какой степени к нему вернулись его медленно восстанавливавшиеся сверхспособности. Он слегка пригнулся, как когда-то на футбольном поле, затем метнулся прямо к одному из солдат и ударил его плечом в туловище. Впервые в жизни Кларк почувствовал отдачу от такого удара. Сила от столкновения прошла по всему его позвоночнику и вышибла воздух из легких.

Но еще хуже досталось парню в черной форме. Он повалился на пол, держась руками за грудь и хватая ртом воздух. Второй охранник мигом позабыл о Лане и помчался мимо Кларка к выходу.

Мимо Кларка проскочил Томми. Сперва он хотел заняться охранником на земле, но затем заметил, что тому уже достаточно, и отошел в сторону. Пол тоже был здесь. Как и Кайл.

Кларк подскочил к Лане и склонился над ней.

– Что за чертовщина тут происходит? – воскликнул Пол. – Она в порядке?

Кларк коснулся руками лица Ланы.

– Не знаю.

Томми наклонился рядом с ним и приложил два пальца к запястью девушки.

– Пульс сильный, – сказал он.

Кларк взял Лану на руки и поднялся на ноги. Его лучший друг во всем этом мире. Силы полностью вернулись к нему, и Кларк хотел остаться рядом с Ланой, защитить ее. Но нужно было разобраться с бомбой, пока не стало слишком поздно.

– Отнесите ее наружу и раздобудьте помощь, – велел он своим товарищам по команде. – И Томми, направь полицию на свою ферму.

– Мою ферму?

– Доверься мне!

Его бывшие товарищи по команде кивнули.

Они снова ждали от него указаний, прямо как в девятом классе.

– Кто эти парни? – спросил Томми.

Кларк покачал головой.

– Просто позаботьтесь о Лане. Я последую прямо за вами.

Томми и Кайл швырнули свои биты на землю, приняли Лану из рук у Кларка и поспешили к выходу.

Но Пол остался стоять на месте.

– Я пойду с тобой.

– Нет! – воскликнул Кларк, нервничая из-за того, как быстро убегает время. – Твоя задача – убедить копов отправиться на ферму Томми. Там творится нечто страшное. Пожалуйста, иди!

Они обменялись короткими взглядами, затем Пол кивнул и побежал следом за Томми и Кайлом.

Кларк рванул в комнату с бомбой.

И затаил дыхание, увидев таймер.

1:01

1:00

0:59

Кларк лихорадочно огляделся по сторонам. Кори и остальных здесь не было. В любом случае лишь бомба имела значение.

Кларк склонился над устройством. Он понятия не имел, как его разминировать. Расплавить бомбу своим тепловым зрением казалось ему плохой идеей. Равно как и заморозить ледяным дыханием.

00:48

00:47

00:46

Выхода не было. Как не было и никого, к кому можно было бы обратиться за помощью.

Вся физическая сила мира в этот момент не значила ровным счетом ничего. Кларк голыми руками оторвал бомбу от трубы и уставился на нее. Цифры медленно убегали у него перед глазами.

00:42

00:41

Кларк вынес бомбу из комнаты.

Он бежал по коридорам в поисках безопасного места, где бомба могла бы сдетонировать. Он бежал так быстро, что его рубашка порвалась, являя миру большое пятно его сине-красного костюма.

Не было никакого безопасного места, где бомба могла бы взорваться. Когда время выйдет, площадь взлетит на воздух. Вместе со всеми, кто на ней.

Кларк выскочил из здания и огляделся по сторонам.

Толпа только увеличилась. Люди просто гуляли и наслаждались праздником, даже не подозревая о ведущей обратный отсчет бомбе.

00:31

00:30

Кларк лихорадочно огляделся по сторонам. Вокруг города были открытые фермерские угодья. Но что, если какой-то фермер работал в хлеву? Или же работники трудились на полях? Он не мог рисковать жизнями невинных людей.

00:27

Паника взяла Кларка за горло.

Он уставился в небо. По бескрайнему синему океану рассредоточились белые облака.

Вдали сияло желтое солнце.

00:23

00:22

Он уже как-то раз пробовал взлететь и рухнул вниз, пробив крышу здания. Это было невозможно. Выше его сил.

Кларк оглядел себя. Увидел синеву своего костюма. Выгравированную на груди букву «С».

Других вариантов не было.

Он взял бомбу под мышку, словно футбольный мяч. Затем побежал в сторону площади. Достаточно разбежавшись, Кларк подскочил в воздух и выбросил вперед сжатую в кулак руку. И медленно начал подниматься вверх; плащ лихо развевался у него за спиной, а сердце ушло в пятки.

Взмывая все выше, Кларк крепко прижимал бомбу к груди. Все выше и выше. Больше не падая. В ушах шумело. Сердце лихорадочно стучало в груди. Все эти годы он мечтал о полетах. И вот он парил в небесах, словно птица.

Потому что был должен.

Потому что выбора не было.

00:11

00:10

Внизу на площади гуляли сотни людей. Некоторые посмотрели наверх. Некоторые показывали на него пальцами. Они и не подозревали, что их жизни у него в руках. Но разве его собственная жизнь не была у него в руках? Потому что Кларк думал лишь о том, чтобы унести бомбу как можно дальше от толпы. Спасти свой город.

Но она сдетонирует через считаные секунды.

И он взорвется вместе с ней.

00:04

00:03

Кларка охватило странное ощущение полного покоя. Исчезли все ожидания, желания или смущение. Он делал то, что должен был. Потому что он больше не был потерян. Он нашелся. Он обрел самого себя.

Он был свободен.

00:01

И он летел.

Глава 28

Эхо взрыва разнеслось по всему Смолвиллю.

Земля содрогнулась, словно при землетрясении. Новенькое здание корпорации «Мэнкинс» тряхнуло, и большие окна возле главного входа в библиотеку разлетелись вдребезги. Люди бросились на землю и прикрыли руками уши, когда летевший над их головами странный объект внезапно вспыхнул ярче солнца.

От раздавшегося спустя несколько секунд грохота сводило живот и ныли зубы. Толпа уставилась на огромный бутон огня. Зеваки смотрели, как он распускается на фоне голубого неба, посылая во все стороны обжигающие лепестки.

Марта взвизгнула и упала на колени.

Джонатан крепко прижал ее к себе, и супруги начали вглядываться в небо в поисках своего сына, поскольку они не сомневались, что это был он.

А вот другие принялись судачить на тему того, что именно они только что увидели…

В воздухе только что взорвался самолет?

Из самого эпицентра пламени вывалился человек в странном сине-красном костюме. Беспорядочно вращаясь, он падал к земле, и его плащ развевался за спиной.

Толпа ахнула. Спустя несколько ужасающих секунд человек рухнул на покрытое травой поле по соседству с библиотекой.

Затаив дыхание, зрители как один устремились к полю. Но подобного падения не смог бы пережить ни один человек.

Многие отворачивались.

Родители притянули к себе детей.

Когда пыль наконец рассеялась, фигура в синем плаще и красном капюшоне, пошатываясь, выбралась из кратера, сделала несколько нетвердых шагов и рухнула на колени. Человек оглядел ошарашенную толпу, черты его лица были совершенно неразличимы под несколькими слоями черной сажи.

Кажется, он сам не знал, что сказать или сделать.

Или кто он такой.

Джонатан с Мартой подбежали к краю толпы, обступившей поле. Марта облегченно вздохнула, протянула руку и опомнилась только тогда, когда ее остановил муж.

Над головами присутствующих пролетел вертолет. Мало кто из собравшихся обратил на него внимание.

Но человек в красно-синем костюме заметил его.

Он следил за удаляющимся вертолетом до тех пор, пока машина не скрылась из виду. Затем человек с головокружительной скоростью вскочил на ноги и взмыл в небо. Собравшаяся вокруг небольшая толпа хором ахнула.

Человек выбросил вперед правую руку, сжав кулак, и помчался следом за улетающим вдаль вертолетом.

Кайл, Томми и Пол, только что подошедшие к месту столпотворения, задрали головы и зачарованно проследили за этим невероятным полетом.

Глава 29

Кларк в точности знал, куда направляется вертолет.

Теперь он думал не только о Смолвилле. Если бомба была всего лишь отвлекающим маневром, это означало, что Кори и доктор Уэсли хотели, чтобы все жители города, в первую очередь полиция и спасатели, собрались в центре города. Это развязывало парочке руки, чтобы совершить что-то куда более эпическое на ферме Джонсов. Кларк по-прежнему не знал, что именно они задумали, но раз уж они были готовы взорвать целую толпу невинных людей, это что-то должно было быть поистине ужасающим.

Пока Кларк летел за ними следом, держась на определенном расстоянии позади, он не мог выбросить из головы взорвавшуюся бомбу. Его по-прежнему трясло от силы взрыва. В голове звенело.

Кларк не помнил, как его окутало пламя, не помнил, как упал с неба. Имело значение лишь то, что он все еще жив. А когда он выбрался из кратера и обнаружил на себе взгляды всех жителей Смолвилля, замерших в молчаливом изумлении, он понял себя на более глубоком уровне. Эти сверхспособности, которыми обладал Кларк, предназначались не для его увеселения или тщеславия. Они были даны ему для службы обществу. Даже если бы люди отреклись от него, если бы узнали, кто он такой на самом деле.

В памяти всплыли слова его отца:

– Кому много дано, с того и спрос больше.

Также Кларк осознал еще кое-что. Его одежда полностью сгорела, очки свалились, зато сохранился неуничтожимый костюм, сотканный мамой. И в то же время его никто не узнал. Все как будто смотрели только на символ «С», и его тайна осталась нераскрытой.

Подобравшись поближе к вертолету, Кларк выгнул шею, чтобы заглянуть внутрь. Помимо пилота внутри оказались двое мужчин в черной форме. Рядом с ними сидели Кори и доктор Уэсли. Заметив его, они придвинулись ближе к окну и уставились на него, разинув от удивления рты. Нет, вовсе не оттого, что они признали Кларка. Просто они были ошарашены самим фактом того, что кто-то может лететь в воздухе по соседству с их вертолетом, намереваясь остановить их.

Доктор Уэсли подозвал одного из охранников. Солдат открыл окошко в двери и начал стрелять по Кларку из штурмовой автоматической винтовки. Большинство пуль пролетели мимо, но несколько отскочило от плеч и спины Кларка, оставляя краткое жгущее ощущение. Правда, Кларка это больше не заботило. Он знал, что до тех пор, пока он будет избегать загадочного зеленого вещества, которое было у доктора Уэсли, ничто не сможет его остановить.

Затем внимание Кларка привлекло кое-что еще.

Внизу, на поляне со странными белыми отметками, стройными рядами стояли люди. Вдоль каждой нанесенной спреевой краской линии выстроились вооруженные солдаты. Все были обриты налысо и одеты в одинаковую коричневую форму. Они маршировали стройными рядами, словно выполняли какое-то строевое упражнение. Со стороны за ними наблюдало несколько человек в деловых костюмах.

Кларк подумал о парне в коричневом, набросившемся на его бывших товарищей по команде с ножом. Вспомнил он и об охранниках, преследовавших его с Брайаном и Лексом в лаборатории – тех самых парнях, которые были еще «не до конца готовы». Компания «Уэско» пыталась превратить людей, которых Кларк видел прикованными к собственным стульям, в подобие армии рабов.

Но зачем?

С кем они намеревались сражаться?

Кларк наклонил голову ниже и полетел быстрее. Поравнявшись с начавшим спускаться вертолетом, он наконец-то разглядел пилота.

Брайан.

Сердце защемило от боли.

Неужели Брайан с самого начала был частью команды «Уэско»? Неужели их дружба была обманом?

Кларк подлетел к вертолету снизу и схватился за одну из посадочных опор. Последний раз он занимал подобную позу, когда пытался спасти Брайана, Кори и доктора Уэсли.

На этот раз Кларк спасал весь Смолвилль.

Кларк покрепче вцепился в массивный вертолет. Сжав зубы, он начал толкать огромную махину подальше от выстроившихся на поляне людей по направлению к небольшому холму метрах в пятидесяти от них. Над его головой громко вертелись лопасти вертолета, пытающиеся сладить с новой помехой. Один из парней в черном высунулся из окна и стрелял Кларку прямо в лицо. Но теперь, когда все его силы вернулись, Кларк инстинктивно уклонялся от каждой пули, изгибая свое тело невообразимым образом. Он отпустил посадочные опоры и перебрался поближе к хвосту, где выстрелы охраны уже не могли достать его.

Пули рикошетили от опор, разлетаясь в разные стороны.

Брайан вскоре оставил попытки вернуть себе управление вертолетом. Кларк был слишком силен. Слишком решителен. Когда они были метрах в двадцати над землей, Кларк направил машину в сторону пустого луга. Вертолет пропахал носом землю, и в этот же самый момент Кларк отцепился от посадочных опор, кубарем прокатился по траве и уткнулся носом в грязь.

Вскочив на ноги, Кларк подбежал к дымящемуся вертолету, сорвал дверь с петель и отшвырнул в сторону.

Первым делом он уделил внимание одному из охранников. Выхватив оружие у него из рук, Кларк согнул ствол в дугу, отбросил оружие в сторону, вырвал из креплений на полу ремни безопасности, быстро связал охранникам запястья и привязал их друг к другу спиной к спине.

Брайан, ошарашенный, сидел на месте. По выражению его лица было ясно, что он не признал своего друга. Тогда Кларк переключил свое внимание на доктора Уэсли. Мужчина держал в руках несколько пузырьков с зеленым веществом, от которого Кларку было так туго. Один из флакончиков выскользнул из пальцев Уэсли и упал на землю. К счастью, он остался цел. Разумеется, Уэсли не узнал Кларка, но юноша не собирался рисковать снова. Он сделал глубокий вдох и, выдохнув облако морозного воздуха, основательно заморозил и пузырьки, и руки доктора.

Мужчина закричал от боли и прижал обледеневшие руки к себе.

Кори рванулся было к прикрепленным на задней стене винтовкам, но Кларк быстро сграбастал его за рубашку и оттолкнул обратно на сиденье. Вырвав соседнее сиденье из креплений, Кларк изогнул его вокруг переднего и туловища Кори, полностью обездвижив старшего сына Мэнкинса.

– Отпусти меня, ты, псих! – Кори отчаянно пытался освободиться, но все его усилия были тщетны.

Брайан выбрался из вертолета и рванул к верхушке холма. Кларк побежал за ним следом, толкнул в спину и повалил на землю метрах в двадцати от упавшей машины. Затем он вскочил на ноги и склонился над своим другом, уставившимся на Кларка со страхом и удивлением.

– Брайан! – рявкнул Кларк. – Скажи мне, что ты не был с ними заодно все это время! Скажи мне, что ты не помогал «Уэско» разлучать невинных людей с их семьями!

Брайан поднялся на ноги, нерешительно прошел несколько шагов и снова упал на землю.

– Откуда ты…? Это ты… Кларк? – Брайан снова поднялся на ноги и медленно попятился назад. – Ты умеешь… летать?

Кларк мысленно обругал себя за то, что выдал свою тайну. Он огляделся и посмотрел на Кори и доктора Уэсли, убеждаясь, что они еще не знают, кто он. Но они не могли слышать этот диалог. Кларк подошел к Брайану, чувствуя себя преданным. Он все еще пытался понять, что именно произошло на поле. И как это было связано с тем, что он увидел прошлой ночью. Цепи. Пропагандистские видео. Капельницы.

– Кларк… не стоит тебе быть здесь. Поверь мне. – На лице Брайана застыло болезненное выражение.

– Как ты мог работать с твоим братом и доктором Уэсли? – пожелал знать Кларк. – Ты же не такой, как они.

Пытаясь выбраться из-под сковавшего его движения сиденья, Кори на чем свет стоит ругал Кларка. Ему удалось слезть с сиденья и вывалиться из кабины вертолета, но все, что он смог, это лишь с глухим стуком упасть на землю. Теперь он лежал на боку, уткнувшись лицом в грязь, и осыпал Кларка потоком грязных оскорблений.

В пяти метрах от него был доктор Уэсли. Он по-прежнему прижимал к груди замороженные руки, а его глаза были широко распахнуты от боли и удивления.

Тяжело дыша, Брайан уставился на Кларка.

– Отец сказал, что я ему нужен, – произнес он с насмешливой убедительностью в голосе. – Он наконец-то верит в меня, Кларк. Он доверил мне важное дело.

– Твой отец? – Кларк отчаянно пытался сложить в голове все кусочки головоломки. Как мог Брайан работать на своего отца и одновременно летать над фермой Джонсов в компании Кори и доктора Уэсли?

Разве что…

Лана говорила, что для покупки фермы «Уэско» нужен был сопоручитель.

И Кларк вспомнил странную реакцию Монтгомери, когда он спросил его о проекте «Рассвет». Внезапно все обрело смысл…

Эти люди, выстроившиеся в поле ровным строем.

Зеленое вещество.

Пропагандистский фильм.

Это и был проект «Рассвет».

Брайан лишь стоял на месте, буравя Кларка взглядом. На его лице застыла гримаса ужаса.

– Что ты там рассказываешь этому ублюдку? – надрывался Кори. – Брайан, лучше бы тебе заткнуться! Предупреждаю тебя!

Брайан указал на противоположную сторону холма.

– Потенциальные клиенты со всего мира слетелись сюда, Кларк. Они ждут демонстрации.

– Демонстрации чего? – крикнул Кларк. – Заставите их драться друг с другом? Под завязку накачав зеленым стероидом?

– Держи рот на замке! – вопил Кори.

– Что случилось, Брайан? – Кларк видел в остекленевших глазах друга выражение уязвимости. Брайан явно был на грани срыва. Нужно вести себя осторожнее. – Ты же говорил, что хочешь быть самим собой.

– Мой отец, – Брайан взглянул на Кори и доктора Уэсли, – он сказал мне, что мы создали инструмент для управления миром. Он сказал, что это… поможет положить конец всем войнам.

Кларк прищурился и двинулся к другу.

– Эти люди не вызывались быть частью этого. Чем бы вы тут ни занимались, Брайан, я собираюсь вас остановить.

Брайан трусливо попятился к Кори и доктору Уэсли.

– Нет, Кларк, уже слишком поздно. – Брайан достал из заднего кармана шприц. Затем он подбежал к доктору Уэсли и подобрал упавший на землю пузырек. Наклонившись, Брайан наполнил шприц яркой зеленой жидкостью и с привычной легкостью ввел ее в себя.

Кларк был ошарашен скоростью Брайана.

Лицо Брайана дернулось. Он отбросил в сторону пустой пузырек. Его мускулы неконтролируемо напрягались. Он направился в сторону от вертолета.

– Убей эту тварь! – закричал ему Кори.

– Почему ты так с собой поступаешь? – спросил Кларк. Он уже начинал ощущать слабость. Кларк не понимал, как или почему эта странная новая жидкость может так влиять на его тело, но он всем своим естеством ощущал влияние этого вещества на свой организм.

По счастью, на этот раз влияние было не таким разрушительным, поскольку никто не разливал вещество на открытом воздухе. Кларк смог двигаться и дальше.

Глаза Брайана горели неестественным пламенем. Он выглядел так, словно хотел выскочить из собственной кожи. Он стиснул зубы, испустил низкий, гортанный звук и бросился в атаку.

Кларк успел отскочить, но Брайан развернулся быстрее, чем он ожидал, и нанес удар справа. Кларка словно обухом по голове огрели. Потирая ухо, он попятился назад. Близость к Брайану, пока по его жилам бежала зеленая жидкость, ослабляла Кларка еще больше.

Но другого пути не было.

Он должен был с этим справиться.

По глазам Брайана было видно, что он на взводе. Вещество делало его физически сильнее, но также каким-то образом влияло на психику юноши.

– Я не позволю тебе навредить даже одному невинному человеку, – сказал Кларк, решительно надвигаясь на Брайана.

Брайан повернулся к нему, испустил дикий крик и бросился в атаку.

Еще один удар угодил Кларку в висок и опрокинул его на спину. Отчаянно моргая, Кларк увидел стоящего над собой Брайана. Обретенные возможности друга потрясли его. Всего за несколько недель Брайан превратился в настоящую угрозу; когда Кларк подрался с пьяными позади бара «Бутлегеры», они сломали свои кулаки о его череп, словно о кирпичную стену.

Но сейчас все обстояло иначе. Сейчас Кларк дрался по-настоящему.

Кларк вскочил на ноги и уставился на Брайана. Его друг пригнулся к земле и наградил соперника злобным взглядом покрасневших глаз. Брайан снова метнулся в атаку. Они обменялись серией бешеных, мощных ударов по лицу и телу, затем оба повалились на землю. Брайан вцепился Кларку в волосы и клацнул зубами у самого уха противника.

– Убей его! – кричал Кори.

Кларк ткнул Брайана локтем в живот, затем откатился в сторону и нанес удар лбом по лицу.

Брайан пошатнулся назад и потер лицо рукой. Тяжело дыша, он уставился на разметавшиеся по ладоням капли крови.

Кларк понадеялся было, что это сможет остановить его противника, но Брайан лишь улыбнулся окровавленными зубами и снова бросился в атаку.

На этот раз Кларк дважды заехал ему по корпусу, затем как полузащитник впечатался в него и тяжело повалил на землю. Несколько бешеных секунд они на равных катались по траве, но Кларк потихоньку вышел из этой борьбы победителем и обрушил на Брайана град ударов по всему телу. Наконец, Брайан взвыл и взмолился о пощаде.

Когда Кларк наконец остановился, тяжело дыша, Брайан, всхлипывая, свернулся клубочком.

Выругавшись сквозь зубы, Кларк закричал:

– Я не хочу делать тебе больно. – Он повалился на траву. Теперь, когда между ним с Брайаном была некоторая дистанция, силы медленно возвращались к нему. Его легкие открылись, и Кларк снова смог дышать. – Нам нужно все исправить. Пока не случилось что-нибудь еще.

Брайан сел и ладонью ударил себя по виску, словно пытаясь вышибить что-то из своего мозга. После продолжительной паузы он протер лицо рукой, разбрызгивая по сторонам капли крови.

– Эти солдаты справятся с тобой за считаные секунды. Их там два десятка, и они не слабее тебя.

– Мне плевать, насколько они сильны, – отмахнулся Кларк.

Брайан нагнулся, и его стошнило. Его рвало снова и снова, пока он наконец не вытер окровавленное лицо рубашкой. Когда он поднял взгляд на Кларка, из налитых кровью глаз текли слезы.

– Мой отец нуждается во мне, – взмолился он, – он сказал, что я единственный, кому он может доверять.

– Он манипулировал тобой, – возразил Кларк, – точно так же, как он манипулировал остальным Смолвиллем. – Кларк подошел к Брайану и положил руку на вздрагивающее плечо приятеля. Он моментально почувствовал себя слабее, но сейчас его это не волновало. – Ты только представь себе все, что происходит, со стороны. Как думаешь, кто прав? На чьей стороне ты хочешь быть? Ты можешь помочь мне все исправить.

Брайан взглянул на Кларка.

– Какое тебе вообще до этого дело? – Он отполз от Кларка, поднялся на ноги и указал ему на грудь. – Если бы жители этого города знали, кто ты такой на самом деле, они бы заперли тебя в клетке. Они бы проводили над тобой эксперименты до конца твоих дней.

– Это не имеет значения, – сказал Кларк.

– Ты никогда не станешь одним из них.

– В этом ты, скорее всего, прав, – сказал Кларк, вспоминая плакаты в руках у протестующих, – но… Смолвилль и мой дом тоже.

Брайан покачал головой. Он выглядел сломленным. Он метался между двумя прямо противоположными взглядами на мир – между взглядом его отца, охочего до власти, и взглядом, который куда ближе подходил самому Брайану.

– Помнишь, как мы в первый раз пошли поужинать во «Всеамерикане»? – спросил Кларк, чувствуя, что пришла пора прекратить болтать и начать действовать. – Когда ты сказал, что хочешь найти свой собственный путь? Самостоятельно прийти к успеху?

Брайан настороженно склонил голову, но продолжал слушать.

Кларк знал, что на этот раз он не сможет стать героем. Только не с этой зеленой жидкостью, текущей в венах каждого человека, стоящего на том поле. Но, может, Брайан сможет.

– Это твой шанс, – сказал ему Кларк, – ты можешь пойти и поговорить с отцом. Остановить демонстрацию до тех пор, пока сюда не прибудет полиция.

Брайан захрипел.

– Он никогда меня не послушается. – Он кашлянул, харкнул кровью и на несколько долгих секунд уставился на землю. Затем покосился на своего брата и доктора Уэсли и обернулся обратно к Кларку. – Уэсли изобрел вещество, которое отменяет все эффекты сыворотки «Проект «Рассвет». Они приготовили его на тот случай, если сегодня что-то пойдет не так. Но оно хранится в строении А, которое надежно защищено.

Кларк уставился на поле.

– Как солдаты должны будут принимать его? Нужно будет воткнуть в них шприцы?

Брайан покачал головой.

– Его можно вдохнуть. Они сделали антидот еще сильнее, чем сама сыворотка. Безопасности ради.

Кларк задумался. Затем окинул задумчивым взглядом вертолет.

– Где находится строение А? – спросил он, повернувшись к Брайану.

– Это меньшее из тех двух строений вон там. – Глаза Брайана распахнулись, когда он понял, почему Кларк задает этот вопрос. – Тебе никогда не выбраться оттуда живым. Даже если это удастся, тебе ни за что не обойти всех солдат раньше, чем они успеют тебя убить.

– Нет, один я не справлюсь, – согласился Кларк. – Брайан, если я хочу осуществить это, мне понадобятся твои навыки пилота.

– Солдаты набросятся на тебя в ту же секунду, как ты поднимешься на холм. Мой отец, скорее всего, с радостью ухватится за возможность показать, каким контролем над своей армией он обладает.

– У меня нет выбора.

– Я пойду, – перебил его Брайан.

Кларк растерянно уставился на своего покалеченного друга.

– Ты же сказал, что отец никогда тебя не послушает.

Но Брайан, кажется, не слышал его. Теперь он смотрел на вершину холма.

– Солдаты предположат, что я по-прежнему на их стороне.

Кларк осмотрел друга. Похоже, он по-прежнему находился под влиянием сыворотки.

– А ты на их стороне? – спросил он.

Теперь настала очередь Брайана пристально изучать Кларка.

Воцарилась долгая пауза, и наконец Брайан отвел взгляд.

– Полагаю, я всегда пытался добиться его одобрения. Даже втайне от себя самого. И на этот раз… мне казалось, что я действительно его получил. – Брайан поднялся на ноги. – Я пойду.

Кларк не знал, может ли он доверять Брайану. Но прямо сейчас у него не было особого выбора.

Он хотел подойти к другу, но Брайан отмахнулся от него.

Брайан открыл было рот, чтобы что-то сказать, но затем закрыл его, развернулся и направился к вершине холма.

Глава 30

После того как Брайан скрылся из виду, Кларк подошел к вертолету. Кори по-прежнему был пришпилен к земле. Он окатил Кларка новым потоком ругательств.

– Мой отец уничтожит тебя, уродец!

Проигнорировав его слова, Кларк поднялся по фюзеляжу вертолета, проверяя исправность лопастей. Заодно он проверил переднее ветровое стекло и салон, затем спустился вниз, где на земле сидел доктор Уэсли. Доктор потирал свои руки ногами, пытаясь разморозить их.

– Остаток своих дней ты проведешь за решеткой, – сказал ему Кларк.

Доктор Уэсли невозмутимо взглянул на него.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Мы с Монтгомери изменим мир.

Кларк отчаянно пытался удержать свой гнев в узде.

– Там находятся живые люди. Они не пешки для ваших экспериментов.

– Сентиментальность – это слабость, – ровным голосом сказал мужчина, – лидеры великих империй не беспокоятся о том, как их воспринимают подданные. Они делают то, что необходимо для победы. Для укрепления своей власти. Тот, кто сегодня предложит большую цену, сможет превратить иммигрантов, беженцев, бездомных и социально незащищенных в могущественную армию, которая будет подчиняться ему беспрекословно. Их физические способности будут в десятки раз превышать возможности обычного солдата. И они будут сражаться насмерть.

Кларк попробовал было что-то сказать, но доктор Уэсли немедленно перебил его:

– Знаю, что ты попытаешься возразить: «Но это же неправильно, это аморально». А чем, по-твоему, мы тут занимаемся с самого возникновения этой нации? Ответь мне. Помни, что историю пишут победители.

Кларк медленно закипал.

– Попробуй взглянуть на это под рациональным углом, – продолжал доктор Уэсли. – Эти люди… они же приехали сюда в поисках лучшей жизни, так? Что ж, мы как раз даем им цель. Смысл жизни.

Кларк понял, что ему вовсе не нужно выражать свои мысли словами.

Он подошел к доктору Уэсли и помог ему подняться на ноги. И как только мужчина открыл рот, чтобы признести что-то еще, Кларк нанес ему сильный удар в челюсть.

Уэсли повалился на землю и затих.

Затем Кларк повернулся к Кори, который наблюдал за их разговором.

Но теперь и Кори тоже замолчал. Так что Кларк оставил его в покое, обошел вертолет с другой стороны, уселся там в одиночестве и принялся ждать.

Когда с момента ухода Брайана прошло уже десять минут, Кларк начал нервничать. А что, если друг все-таки предал его?

Несколько минут спустя он услышал по ту сторону холма топот множества ног. Солдаты были на марше.

Кларк добежал до вершины холма и увидел десятки солдат, двигающихся в его направлении. С ног до головы они были одеты в коричневое, на боках у них свисали автоматы. Они шагали в ногу, глядя прямо перед собой.

Он застыл на месте.

Как он должен сражаться с людьми, которым не может причинить вреда?

Кларк припал к земле и уставился в сторону строения А.

Здание располагалось непосредственно между ним и солдатами, но Брайана нигде не было видно. Желудок свернулся узлом. Его на самом деле предали.

Чтобы не изображать из себя легкую добычу, Кларк решил ринуться прямо в драку и самостоятельно раздобыть антидот. Может, это и было самоубийством, но он должен был сделать хоть что-то. Он должен был действовать.

Кларк сделал глубокий вдох, затем пробежал несколько метров вниз по холму и подпрыгнул в небо. Поднявшись в воздух, он услышал, как Монтгомери выкрикивает приказы в мегафон, и увидел, как первые ряды солдат целятся в него из автоматов и открывают огонь. К своему ужасу, Кларк разглядел среди бойцов Круза. Круз был ростом с остальных солдат, но гораздо тоньше их, коричневая форма свисала с его худой фигуры. Тело Кларка онемело, пока он наблюдал за тем, как Круз без сожаления разряжает в него всю обойму.

Сердце Кларка было разбито. Он поднялся повыше в небо и принялся обдумывать новый план.

И с этого нового угла обзора он осознал кое-что еще.

Он-то полагал, что Монтгомери приказал солдатам стрелять в него, но сейчас понял, что ошибся. Потому что он увидел Брайана, сидящего в джипе, несущемся вверх по склону холма под шквальным обстрелом.

Монтгомери приказал стрелять в Брайана.

В своего собственного сына.

Джип Брайана перемахнул на другую сторону холма и затормозил. Кларк устремился вниз. С той стороны холма доносились крики и еще больше выстрелов, неумолимая коричневая волна продолжала приближаться.

Брайан открыл дверь и обратился к Кларку:

– И что теперь?

– Вертолет! – Кларк схватил с заднего сиденья большую пластиковую канистру и поспешил к вертолету. Он закинул канистру в кабину. – Что случилось?

– Отец увидел, как я захожу в строение А! – крикнул Брайан. – И он все понял!

Брайан запрыгнул в кабину вертолета, попытался перевести дыхание и включил зажигание. Двигатель ожил, и лопасти начали вращаться.

Кларк заметил, что по предплечью Брайана течет кровь.

– Тебя ранили!

Брайан покачал головой.

– Всего лишь царапина. Пойдем!

Кларк положил канистру себе на колено. Внутри должно было быть как минимум десять литров жидкого антидота. Кларк выглянул через заднее окно и увидел, что солдаты с оружием в руках уже показались на вершине холма.

– Ты можешь пролететь над их головами?

Брайан быстро поднял вертолет в воздух, развернул машину и полетел прямиком к коричневым солдатам, которые все как один подняли автоматы и открыли огонь.

Пулевой град забарабанил по фюзеляжу вертолета, пока Брайан пролетал у них над головами. Пули попадали в металлический пол и в обшивку, пробивали брюхо. У Кларка под ногами появилось несколько дыр. Кларк снял крышку с канистры и попробовал вылить маленькую порцию антидота на людей внизу. Но он тут же остановился, когда ветер подхватил жидкость и унес в сторону.

Так дело не пойдет.

Брайан потянул рукоятку на себя, и вертолет рванул вверх.

– Опусти его пониже! – прокричал Кларк сквозь рев крутящихся лопастей. – Я попробую спуститься вниз.

Пока Брайан готовился зайти на второй круг, Кларк наблюдал за тем, как пальцы его друга грациозно порхают над панелью управления. На его лице появилось выражение абсолютного спокойствия. Его место было здесь. Именно здесь Брайан чувствовал себя дома.

Прихватив антидот, Кларк забрался под вертолет. Ухватившись за единственную оставшуюся посадочную опору, Кларк приготовился выплеснуть антидот на головы солдат.

Пока они приближались к солдатам еще раз, теперь на более низкой высоте, Кларк увидел в отдалении несколько полицейских машин. Еще он заметил, как несколько мужчин в деловых костюмах удирают на больших черных внедорожниках. По крайней мере, он привел копов на место преступления. Но что, если Монтгомери натравит своих бойцов на полицию? Они же откроют ответный огонь. А что им еще останется делать? И как много невинных людей пострадает?

Это должно сработать.

Солдаты теперь засели на вершине холма, наведя дула своих автоматов на быстро приближающийся вертолет и выслеживая глазами цель.

На этот раз Брайан пролетел прямо у них над головами.

Выводя вертолет прямо на линию огня.

Пули впивались Кларку в спину, пока он пытался вылить побольше антидота на головы людей с промытыми мозгами. Он увидел, как спрей попал на одного из солдат, который немедленно уронил автомат и уселся на траву. Затем еще один боец опустил автомат. Но желтая жидкость разлилась неравномерно. Она коснулась только четырех человек, и один продолжил стрелять. Оставшиеся трое уселись на землю, они явно не понимали, что происходит, а другие солдаты вокруг них продолжали стрелять по Кларку и покореженному вертолету.

Так тоже не пойдет.

Вертолет уже был достаточно сильно поврежден, и Кларк беспокоился о Брайане. У него по-прежнему оставалось более девяноста процентов жидкости. Их единственная надежда заключалась в попытке каким-то образом создать подобие тумана, которое охватило бы всех бойцов одновременно.

Но как?

Пока Брайан поднимал вертолет в воздух, Кларк забрался повыше и огляделся по сторонам в поисках какого-нибудь инструмента, который он бы смог использовать. Ничего.

Он пригляделся к Брайану.

– Ты в порядке?

Брайан не сводил взгляда с потрепанного ветрового стекла.

– Нам нужно зайти еще раз, Кларк! – прокричал он сквозь рев вертолета.

– У тебя кровь! – Кларк указал на ногу Брайана, правая штанина была запятнана алым.

– Прошу тебя, Кларк! – Брайан повернулся к нему. – Я должен это сделать. Теперь я это понимаю.

Кларк пригнулся и замер. Брайан явно был ранен. Судя по всему, неоднократно. Он нуждался в медицинской помощи. Немедленно. Но в глазах друга горела решимость.

– Еще один заход! – крикнул Кларк. – Если это не сработает, я попробую что-нибудь еще.

Брайан быстро развернул вертолет.

– Кларк! – рявкнул он, не глядя на него. – Мне жаль!

Кларк почувствовал, как слова Брайана запечатлеваются где-то в глубине его души.

– Мне тоже, – прошептал он. Кларк хотел бы сказать что-то еще, но времени не было. Вместо этого он поднялся повыше, и теперь его голова была в считаных сантиметрах от яростно вращающихся лопастей. Солдаты замерли на вершине холма, готовясь к очередному залпу.

Кларк не знал, сколько еще сможет выдержать вертолет. Фюзеляж машины был усыпан пулевыми отверстиями. Приводной вал дымился, а хвостовая балка слегка наклонилась. Переднее ветровое стекло покрылось таким количеством трещин, что Кларк гадал, видит ли Брайан хоть что-нибудь.

– Готов? – прокричал Брайан.

– Готов! – ответил Кларк. Он глубоко вздохнул, а затем покосился на вращающиеся лопасти.

У него была всего одна попытка. Если она провалится, все будет кончено. И он понятия не имел, что делать дальше.

Кларк не мог загадывать так далеко.

Как только вертолет приблизился достаточно близко, люди в коричневом открыли огонь, и на этот раз пулевой шквал был беспощаден. Кларк ждал до последнего, затем подкинул пластиковую канистру вверх, к вращающимся лопастям.

Как только антидот вылетел из рук Кларка, время словно бы замедлилось, и его мозг стал подмечать мельчайшие детали.

Люди внизу, целящиеся в пытающийся удержаться в воздухе вертолет. Легчайшая отдача оружия после каждого выстрела.

Пули впиваются ему в ноги и туловище словно головешки.

Пластиковая канистра повстречалась с вращающимися лопастями и взорвалась миллионом мельчайших кусочков. В воздухе образовалось облако желтого тумана, которое осело на всех и надо всем внизу.

Брайан поднял покореженный вертолет в воздух, Кларк оглянулся и зачарованно уставился назад. Десятки людей одновременно перестали стрелять. Они побросали оружие и просто стояли там, растерянно глядя друг на друга.

Спустя секунды плотное желтое облако рассеялось, и Кларк увидел землю внизу, покрытую желтым, словно бы солдаты находились в поле, полном ярких желтых одуванчиков.

Кларк уже собирался забраться обратно в кабину вертолета и проверить, как там Брайан, когда он заметил Монтгомери. Старший Мэнкинс запрыгнул в один из больших грузовиков, пытаясь сбежать от окруживших его копов. Копы стреляли по машине, а Монтгомери устремился прямо к двум полицейским машинам, припаркованным в стороне. Пули проделывали дырки в ветровом стекле, но Монтгомери удалось проскочить в небольшой зазор между машинами и поехать прочь по старой сельской дороге.

Кларк спрыгнул с борта вертолета, вытянул правую руку и полетел вперед на глазах у собравшихся внизу, слыша их удивленные охи. Спускаясь вниз, он промчался сквозь кроны деревьев и подлетел к водительской дверце грузовика. Когда Монтгомери заметил его, то запаниковал, вывернул руль вправо и врезался прямиком в дерево. Капот машины сплющился, подушки безопасности выстрелили, запирая сидящего с окровавленным лицом Монтгомери в ловушке, запищали сигналы тревоги.

Две полицейские машины затормозили рядом с грузовиком. Стражи порядка выскочили наружу, вытащили Монтгомери из кабины, повалили на землю и надели наручники.

Кларк посмотрел вверх и увидел, как вертолет Брайана падает вниз.

Разбежавшись, Кларк взлетел и устремился к падающему вертолету. Он догнал покореженную машину за секунды до аварии. На этот раз Кларк даже не пытался спасти вертолет. Он вырвал боковую дверь и вытащил Брайана за мгновение до столкновения. Обреченная машина на огромной скорости пропахала носом землю и взорвалась.

На земле расцвел огненный цветок, взрывная волна догнала Кларка, сжимающего в объятиях обмякшее тело Брайана, и хорошенько встряхнула. Когда Кларку наконец удалось вернуть контроль над своим телом, он увидел несколько скользких кровавых пятен, расплывшихся по рубашке его друга.

Две пули угодили Брайану в грудь.

Одна в живот.

Кларк поспешил вниз и аккуратно уложил Брайана на бледно-желтую полоску грязи. Он немедленно начал делать Брайану искусственное дыхание, отчаянно накачивая воздух в грудь другу. Он щипал ему нос и вдыхал воздух в рот. Кларк повторял этот процесс снова, и снова, и снова, его собственное сердце лихорадочно билось в груди, к горлу подкатила тошнота.

Но в обмякшем теле Брайана не было пульса.

В его легких не осталось воздуха.

Спустя несколько минут Кларк положил безжизненную голову Брайана на землю и прикрыл лицо руками, качаясь из стороны в сторону, из стороны в сторону, пытаясь осознать произошедшее.

Как Брайан мог умереть?

Он же просто пилотировал вертолет.

Он же просто просил Кларка сделать еще один заход.

Грудь Кларка самостоятельно вздымалась и опускалась, в то время как все его тело было обездвижено.

Всю свою жизнь Кларк мечтал чувствовать точно так же, как все остальные, но сейчас чувства волной нахлынули на него все сразу, и это было совершенно выматывающе. Он смотрел на застывшее лицо своего друга, на его открытые, но лишенные всякой жизни глаза, и внезапно Кларка поразила хрупкость этого мира. Просто удивительно, как быстро может оборваться чья-то жизнь. Даже скорости Кларка не хватило, чтобы остановить Смерть. Горе навалилось на его плечи с такой силой, что Кларку показалось, будто он сейчас провалится сквозь землю.

Прямо перед Кларком притормозили полицейские машины и черные внедорожники. Из них вылезали мужчины и женщины в синих куртках с надписью «ФБР». Они устремились к Кларку.

Кларк нежно закрыл Брайану глаза и уставился на вершину холма, где посреди пятна желтой травы теперь стояли люди в коричневом.

Благодаря Брайану все они теперь вернутся домой.

Благодаря Брайану Круз вернется домой к Карлосу.

На другой стороне поля с заднего сиденья одной из машин вылез Лекс. В руках он держал портативное спутниковое устройство. Лекс указал в сторону холма, где сидели Кори и доктор Уэсли. Несколько федеральных агентов пешком двинулись в ту сторону.

Два ближайших агента прицелились в Кларка из пистолетов.

Он нехотя оторвался от Брайана и поднялся на ноги, держа руки над головой.

– Оставьте бедолаг в коричневом в покое, – сказал он, – корпорация «Мэнкинс» накачала их наркотиками и промыла мозги.

Вперед выступила женщина в синей куртке ФБР. Жестом она велела агентам опустить оружие.

– Просто стой, где стоишь, – велела она, осторожно приближаясь, – нам нужно задать тебе несколько вопросов.

К телу Брайана устремилась группа парамедиков с носилками. Кларк наблюдал за тем, как они опускаются на колени рядом с неподвижным телом его друга и начинают искать в нем признаки жизни.

Вниз по дороге Монтгомери Мэнкинса укладывали на заднее сиденье полицейской машины.

Один из агентов с неуверенным видом подошел к Кларку.

– Ты… ты кто такой? – спросил он.

Кларк посмотрел на федерала и покачал головой.

– Я – никто, – ответил он.

Затем он взмыл в небо.

Все, кто был в поле, замерли как вкопанные и уставились на него.

Они задирали головы вверх, глядя, как Кларк поднимается все выше и выше. Даже когда Кларк превратился в крошечную черную точку на фоне далеких облаков, они продолжали стоять и смотреть ему вслед.

Глава 31

– Нет, ты можешь в это поверить? – воскликнула Лана, пока они шли по заполненному народом школьному коридору. Она снова взмахнула газетой, на этот раз сунув ее прямо Кларку под нос.

– Передовица «Дейли Плэнет». И написана каким-то помощником репортера, которому просто повезло оказаться в Смолвилле на церемонии открытия нового здания «Мэнкинс». Это должна была быть моя история, Кларк!

Кларк поправил очки.

– Мне очень жаль, – сказал он, глядя на заголовок, повторявшийся в газетах и онлайн-публикациях по всей стране:

«СУПЕРМЕН СПАСАЕТ ТЫСЯЧИ ЛЮДЕЙ В ЭПИЦЕНТРЕ СКАНДАЛА С «МЭНКИНС»

Автор Лоис Лейн

Под заголовком красовалось большое цветное фото Кларка в сине-красном костюме. Он смотрел в сторону, но на груди отчетливо виднелся семейный герб, а за спиной развевался плащ.

Оказалось, что в тот день ни одной камере не удалось запечатлеть его лицо. На всех всплывших в прессе фотографиях Кларк либо смотрел в сторону, либо его лицо напоминало размытое, зернистое пятно. И похоже, даже на одной более-менее нормальной фотографии никто не опознал Кларка.

Был понедельник, и все, включая учителей, судачили о Супермене.

– Ты все еще учишься в школе, – сказал Кларк, когда они с Ланой остановились на ступеньках школьного крыльца, – твое время еще придет.

– Ну, разумеется, они сделали Супермена центральным элементом сюжета, – сказала она, – сенсационный поворот, не правда ли? – Лана коснулась руки Кларка. – Но Пол рассказал мне, что ты сделал ради меня, Кларк. Спасибо тебе. Я бы включила эту часть в свою статью.

– Да все нормально, – отмахнулся Кларк, пытаясь подавить улыбку.

– По правде говоря, я бы много чего туда включила, – сказала Лана, понизив голос до шепота, пока мимо проходила группа девятиклассников.

– Что, например? – спросил Кларк.

– Ну, например, тот факт, что официально власти изъяли все эти странные препараты, которые разрабатывались на различных площадках корпорации «Мэнкинс», – сказала Лана, – и они теперь находятся в распоряжении властей.

– А неофициально? – спросил Кларк.

Лана покачала головой и огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает.

– Из того, что я слышала, «ЛюторКорп» немедленно выкупил все, что осталось от корпорации «Мэнкинс». Ходят слухи, что они даже заполучили кое-какие данные до того, как их изъяли власти. И их действия защищены каким-то неясным торговым правом.

Кларк кивнул:

– И почему я не удивлен?

– Мне кажется, дело не только в том, что у Лекса были какие-то скрытые мотивы, – продолжила Лана, – по всей видимости, его отец послал Лекса сюда разузнать, что же такое этот проект «Рассвет». Он с самого начала знал, что за всем стоит «Мэнкинс». А теперь, когда «ЛюторКорп» заполучил файлы проекта «Рассвет», кто знает, что они с ними сделают. Не удивлюсь, если они попробуют продать их какому-нибудь диктатору.

Кларк покачал головой:

– Не думаю, что мы слышим о проекте «Рассвет» в последний раз. Лекс и его отец умнее Мэнкинса. Что делает их еще опаснее.

Они оба замолчали на несколько секунд, и Кларк осознал, что в мире всегда будет оставаться какое-то зло, с которым придется бороться.

– Но я не хочу париться об этом прямо сейчас, – сказала Лана, – главное – что все солдаты выжили. Благодаря Брайану и Супермену. – Лана покачала головой. – Пусть даже в «Плэнет» не объяснили, как именно им это удалось. Эту часть они оставили крайне неясной.

– Так вот, значит, как все теперь его зовут? – спросил Кларк. – Супермен?

– Кажется, да, – ответила Лана, явно раздраженная этим обстоятельством, – я бы придумала имя получше.

– Я бы хотел, чтобы они больше осветили роль Брайана, – признался Кларк, – вот кто был настоящим героем дня.

Лана сжала его запястье.

– Смерть Брайана ужасное горе.

Кларк кивнул и уставился в пол. Его бесило, что он не может забраться на вершину горы и прокричать на весь мир о том, какую огромную жертву принес Брайан ради блага Смолвилля. Но, разумеется, его самого вообще не должно было там быть, Кларк Кент не мог быть свидетелем гибели Брайана. Беспомощным свидетелем, не способным спасти друга.

– Я продолжаю ждать, что он мне напишет, – признался Кларк, глядя Лане в глаза, – ну знаешь, пригласит посидеть во «Всеамерикане» или еще что.

Лана кивнула и снова сжала его руку. Мимо них в сторону парковки проскользнула еще одна компания старшеклассников.

– Нам пора ехать, Кларк, – сказала Лана, указывая на часы. – Не хотелось бы пропустить марш ублюдков.

Они двинулись к ее «Хонде» и добрались до центра города как раз к началу процесса. Кларк достал с заднего сиденья плакат, который они с Ланой сделали прошлым вечером в библиотеке. Когда они подошли к ступенькам здания суда, там уже собралась немаленькая толпа. Горстка репортеров пыталась пробиться к передним рядам протестующих против Мэнкинса демонстрантов. На этот раз на протест вышло почти столько же белых, сколько и мексиканцев. Казалось, весь Смолвилль наконец-то объединился, чтобы отречься от корпорации.

Когда Монтгомери Мэнкинса в наручниках вывели из здания суда, засверкали вспышки фотокамер. Репортеры выкрикивали вопросы, но он проигнорировал их все. Мэнкинс шел, держа спину прямо, пытаясь сохранить достоинство и авторитет даже в момент поражения. Но это было невозможно. Он проведет остаток дней в тюрьме. И это, рассудил Кларк, было справедливо.

Когда Монтгомери поравнялся с ними, Кларк с Ланой развернули плакат и подняли его над головами. Мэнкинс замедлил шаг, читая написанное. «Ради Брайана». Встретившись с ними взглядами, мужчина побледнел, а затем помощник шерифа Роджерс увел его дальше.

Кларк стал складывать плакат. Лана повернулась к нему.

– Падением всемогущего титана удовлетворена.

Кларк уставился в облака.

– Если бы только это как-то могло вернуть Брайана.

Лана кивнула. Они проследили за тем, как Монтгомери Мэнкинса усадили в полицейский фургон, и затем двинулись обратно к машине девушки.

* * *

Они вернулись в школу к самому началу последнего занятия с миссис Совак. Кларк неуклюже поежился на своем скрипящем деревянном стуле, пытаясь сосредоточиться на уроке. Вместо последней лекции учительница решила обсудить текущие события. Но в отличие от остальных преподавателей Кларка, которые хотели поговорить о Супермене и корпорации «Мэнкинс», миссис Совак затронула тему иммиграции.

– Как вы все знаете, несколько жителей нашего города, включая меня, обивали пороги окрестных домов, собирая подписи, призывающие запретить законопроект о задержании и обыске еще до вынесения на референдум. Что ж, я рада сообщить, что мы собрали подписей в два раза больше необходимого. Сегодня в два часа дня законопроект был официально отменен.

Весь класс испустил радостный возглас. Кларк знал, что проблема расизма гораздо сложнее и ее не одолеть в одном сражении. Но он был рад, что Смолвилль в этой битве занял правильную сторону.

Когда одноклассники перестали аплодировать, внимание Кларка переключилось на звуки, доносившиеся из других уголков школы. Теперь ему было куда проще контролировать внимание. С тех пор как Кларк начал носить костюм под одеждой, он гораздо лучше управлял своими силами. Так что он решил надевать костюм каждое утро.

Просто на всякий случай.

На задних партах девушка шептала подруге:

– Я просто хочу знать, кто это был. В смысле, как он вообще может так летать?

По коридору мимо дверей класса прошел ученик, пересказывающий по телефону историю произошедшего в выходные приятелю. Он издавал свистящие и шипящие звуки, имитируя полет Супермена.

На противоположной стороне школы Мойра ДеМейер, бывшая подруга Ланы, утверждала, что Лана на самом деле встречается с Суперменом. Эту версию Кларк слышал постоянно. Где-то в отдалении смеялась девушка.

Кларк узнал бы смех Глории Альварес где угодно. Как только занятия закончились, он поспешил покинуть класс и обнаружил девушку сидящей на ступеньках возле черного входа рядом с школьным консультантом Джулиусом. Глория смотрела на Джулиуса, и ее лицо светилось от радости.

Заметив Кларка, она позвала его.

– В чем дело? – спросил он. – Что тебя так обрадовало?

Глория протянула ему письмо.

Это было сообщение о предоставлении университетской стипендии. Университет Метрополиса предлагал ей место «Мечтателя» – студента из семьи со смешанным статусом, – начиная со следующей осени. Один из лучших вузов на Среднем Западе, если не во всей стране.

Глория вскочила на ноги и поцеловала Кларка в щеку.

– Я действительно буду учиться в колледже! – воскликнула она. – Ты можешь в это поверить?

– Могу, – ответил он, затем обнял Глорию и прошептал девушке на ухо: – Я просто невыразимо рад за тебя, Глория.

– Спасибо, – ответила она. – Может, ты поможешь мне с переездом в сентябре?

– С радостью.

– Идем, – сказала она, – давай праздновать. Я встречаюсь с Марко и друзьями во «Всеамерикане». Они будут счастливы тебя увидеть.

– Звучит отлично, – ответил Кларк.

Они двинулись в сторону «Всеамериканской закусочной». Глория просто сияла и не могла отпустить письмо. Она снова и снова зачитывала его Кларку – девушка пыталась себя убедить в реальности предложения. Они говорили о том, какие предметы она может изучать, и о том, как она рада снова вернуться в Метрополис.

Но когда они дошли до «Всеамериканы», Кларк услышал кое-что еще.

Ровный гул неисправного самолетного двигателя. Кларк услышал, как самолет приближается к округе на высоте девяти тысяч метров. Затем самолет пролетел у них над головами, и звук начал затихать вдали.

Затем гул двигателей внезапно исчез.

Кларк напряг слух, но ничего не услышал.

Вместо этого он различил слабый мужской голос:

– СОС! Экстренная ситуация, рейс «Нэйшен Эйр Пять-Ноль-Два». Повторяю, полный отказ двигателя на высоте девять тысяч метров.

Напряженный механический голос на заднем плане раз за разом повторял:

– Набирайте высоту. Набирайте высоту. Набирайте высоту. Набирайте высоту. Набирайте высоту.

Завывали другие сирены и сигналы тревоги. Звук становился таким отчетливым, что Кларку показалось, будто он сидит в кабине обреченного самолета.

Он повернулся к Глории:

– Слушай, мне надо… – Кларк не нашел, что сказать. – Я догоню тебя через минуту, ладно? Обещаю. Но сперва мне нужно кое о чем позаботиться.

Глория растерялась, но затем улыбнулась.

– Разумеется, Кларк, – сказала она, – делай то, что должен. Увидимся, когда увидимся.

Он кивнул и забежал за угол здания.

Спрятавшись позади мусорного бака в переулке, Кларк расстегнул рубашку и быстро стянул с себя повседневную одежду и очки Кларка Кента. Затем в воздух взметнулось сине-красное пятно, и Кларк устремился к падающему самолету. Самолет успел преодолеть уже триста с лишним километров. И стремительно снижался.

В такой близости от солнца его костюм засиял еще ярче. Ослепительно-красный плащ развевался за спиной. Семейный герб на груди почти светился, напоминая о том, кто он такой и почему ему необходимо было бросить все ради спасения падающего самолета.

И почему он будет поступать так всегда.

В конце концов, он больше, чем Кларк Кент.

Больше, чем Кал-Эл, сын Джор-Эла с планеты Криптон.

Потому что он – Супермен.

Благодарности

Я бы хотел поблагодарить следующих людей, без которых эта книга не была бы возможна. В первую очередь, огромный поклон всей команде «DC/Warner Bros.» за то, что позволили мне окунуться в невероятное наследие Супермена. Это была огромная честь для меня. Большое спасибо необычайно талантливой и неутомимой редакторской команде «Random House», особенно Челси Эберли (ты невероятна), Мишель Наглер и Дженни Леттис. Спасибо Крису Райландеру, который сыграл огромную роль на ранних этапах процесса. Я бы хотел также поблагодарить так много других людей в «Random House», которые сыграли жизненно важные роли в моей работе: дизайнеров Реджину Флат и Стефани Мосс, редактора Барбару Баковски, маркетинговую команду, в том числе Лорен Адамс, Тару Грико, Керри Бенвенуто, Элизабет Уорд, Ханну Ли, Кейт Китинг, Кристин Шульц и Мэллори Мэтни, публициста Аишу Клауд, Тима Терхьюна в производственном отделе и отдел продаж «Random House». Я бы также хотел поблагодарить Афуа Ричардсона за столь прекрасный постер к «Супермену» и Стивена Малка за то, что он является лучшим агентом, о котором только может мечтать автор. И, самое важное, я хочу поблагодарить мою жену Кэролайн и двух наших малышей, Луну и Мигеля. Вы все мои супергерои.

Об авторе

Мэтт де ла Пенья – автор бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» и обладатель медали «Ньюбери». Он написал шесть отмеченных критиками книг, включая романы «Mexican WhiteBoy» и «The Living», получивших премию «Pura Belpré». Его иллюстрированная книга «Love» добралась до первой строчки в списке «Нью-Йорк Таймс», а книга «Last Stop on Market Street» заработала автору медаль «Ньюбери». Мэтт получил степень магистра изящных искусств в государственном университете Сан-Диего, а степень бакалавра в – университете Пасифик, куда он поступил благодаря бейсбольной стипендии. Мэтт живет в Бруклине.

mattdelapena.com

@mattdelapena

Примечания

1

«Челюсти жизни» – обиходное название гидравлических инструментов для спасательных работ в США, Канаде и Австралии (Здесь и далее прим. переводчика).

2

Евангелие от Луки, 12:48

3

Сорт яблок.

4

Семья со смешанным статусом – семья, члены которой имеют разные иммиграционные статусы: например, дети являются гражданами США, а у родителей нет ни гражданства, ни вида на жительство в стране, и они находятся в ней нелегально.

5

Американский шестиместный автомобиль класса «люкс».

6

Практика «красной черты» – отказ в выдаче ссуды по закладной на дома в бедных районах, зачастую проявление дискриминации по расовому признаку.

Content

Мэтт де ла Пенья
Супермен. Покоритель рассвета

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Благодарности

Об авторе

Примечания