Гичев Юрий

Веганы против мясоедов. В поисках золотой середины

Юрий Гичев

Веганы против мясоедов. В поисках золотой середины

Данная книга не является учебником по медицине. Все рекомендации должны быть согласованы с лечащим врачом.

Издательство не несет ответственности за доступность материалов, ссылки на которые вы можете найти в этой книге. На момент подготовки книги к изданию все ссылки на интернет-ресурсы были действующими.

Краткое вступление или Декларация нейтралитета

Скажем сразу — мы ни на одной из сторон. Почему? Ну, во-первых, сами по себе понятия вегетарианства и мясного питания крайне растяжимые и могут включать в себя тысячи самых разных продуктов и десятки разных правил питания. А мы можем говорить лишь о полезных или вредных эффектах конкретных физиологических или биохимических процессов, связанных с употреблением какого-то определенного вида пищи, но никак не переносить это автоматически на целые категории пищевых продуктов.

Во-вторых, стиль питания — это дело сугубо индивидуальное. Мы можем предоставить информацию и как-то повлиять на выбор человека, но никак не сделать этот выбор за него. Поэтому очень забавно наблюдать за ожесточенными схватками вегетарианцев и мясоедов, ведь ни к какому результату они обычно не приводят. И вообще иногда кажется, что самые ярые адепты той или иной диеты на самом деле меньше всего уверены в правильности своего выбора. И нападают они на своих оппонентов не потому, что хотят повлиять на их решение, а чтобы лишний раз убедить самих себя в том, что они точно на верном пути.

В-третьих, мы абсолютно против любых жестких и слишком строгих правил питания. Давайте не забывать, что человек смог стать человеком во многом благодаря способности приспосабливаться к максимально широкому разнообразию питательных веществ. Такого широкого пищевого спектра нет ни у одного другого биологического вида на Земле. И если мы посмотрим на самые здоровые диеты — японскую, кавказскую, средиземноморскую, — то увидим, что основной их принцип заключается не в ограничениях, а как раз наоборот — в большом разнообразии пищи.

И ведь на самом деле сознательная всеядность (если так можно выразиться) — это одно из величайших эволюционных достижений человека, которое делает его не похожим на остальной животный мир. Нет, конечно, всеядных животных в природе немало, но в подавляющем большинстве случаев это связано исключительно с недостатком основного, привычного продукта питания, и при его наличии диапазон всеядности резко сужается. А человек совершенно сознательно продолжает расширять спектр пищевых продуктов (мы не берем последние 20–30 лет торжества фастфуда), и это при том, что никаких ограничений в питании он уже давно не испытывает.

Именно поэтому все попытки определить для нас какую-то узкую пищевую нишу — какими бы благими намерениями это ни было вызвано — словно тянут нас назад в первобытные джунгли. Бесспорно, любой процесс приспособления к чему-то новому и ранее чуждому выводит нас на время из состояния равновесия и обязательно сопровождается какими-то временными нарушениями. Но вместе с тем это (и только это) дает нам новые возможности и новые импульсы для развития. И пища здесь не исключение.

Хотим сразу предупредить наших читателей, что в этой книге этические вопросы питания мы затрагивать не будем. Это тема для отдельного и в большей степени философского разговора, на ее счет есть много разных точек зрения, имеющих крайне отдаленное отношение к биохимии и физиологии питания. Мы считаем, что будет гораздо правильней, если к изложенным здесь сухим фактам и цифрам каждый уже сам составит свое мнение об этической составляющей тех или иных диет и стилей питания.

Часть первая

В поисках объективности, или Что говорят о нашем питании анатомия, биохимия, эпидемиология и палеонтология

Судя по ожесточенной полемике, идея всеядности и максимального разнообразия рациона не нравится ни сторонникам вегетарианства (и уж тем более веганства), ни большим любителям мяса. В результате и те, и другие все глубже и глубже погружаются в эволюционные дебри, пытаясь утвердиться в своей правоте и выяснить, чем же исконно питались наши самые древние предки и как это можно выяснить по тем или иным объективным признакам. Что ж, давайте отправимся вслед за ними.

Гастрономическая анатомия, или Несколько фактов о клыках и толстом кишечнике

Анатомия любого животного очень точно отражает его образ жизни, и пищеварительная система здесь не исключение. Даже если нет возможности увидеть того или иного представителя животного мира в привычной среде обитания, анатом по одному лишь строению жевательного аппарата, желудка или кишечника может с очень высокой степенью точности описать рацион его питания. Или как минимум понять, хищник перед ним или травоядное животное. Поэтому совсем неудивительно, что очень часто в поисках истины сторонники двух противоположных взглядов на мясную и растительную пищу обращаются к сравнительной анатомии.

Клыки против резцов

Сторонники мясоедения категорично заявляют: наличие клыков у человека доказывает, что он по происхождению хищник. Действительно, у человека, в отличие от большинства травоядных, есть что-то похожее на клыки. У первобытных людей эти зубы гораздо больше напоминали классические клыки, а у многих обезьян — наших ближайших предков из животного мира — такие клыки, что любой представитель семейства кошачьих позавидует. Но следует ли из этого, что исходно мы хищники и мясоеды? Оказывается, все не так однозначно.

Во-первых, клыки у обезьян (рацион которых, кстати, на 90 и более процентов состоит из растительной пищи) развились не для охоты, а как средство защиты и демонстрации силы, а еще они нужны обезьянам в период брачных боев. Именно поэтому клыки более развиты у самцов и почти неразвиты у самок, в то время как у настоящих хищников таких гендерных различий нет и в помине. Если этот пример вас не убедил, давайте вспомним абсолютно безобидное животное, которое питается только растительной пищей, — мускусного кабаргу. У самцов кабарги едва ли не самые большие в животном мире клыки (если считать относительно размеров головы). И нужны эти невероятно большие клыки только для того, чтобы демонстрировать силу и генетические преимущества в период брачных боев и игр.

Во-вторых, клыки могут развиваться у животных не обязательно для того, чтобы драться и охотиться. Например, кабанам и свиньям клыки нужны, чтобы выкапывать корнеплоды — самую что ни на есть растительную пищу. А летучим мышам, которые принадлежат к такому виду, как летучие лисицы, большие клыки помогают разрывать кожуру фруктов и удерживать большие куски еды во время полета.

В-третьих, клыки — лишь один из элементов жевательного аппарата. А вот если мы рассмотрим весь этот аппарат в целом, то увидим уже гораздо более очевидные и показательные различия между хищниками и человеком. Так, зубы хищников располагаются на большом расстоянии друг от друга, это необходимо для того, чтобы между ними не застревали волокна сырого мяса (вспомните про зубочистки, которыми вы пользуетесь после хорошего стейка, тем более слабо прожаренного). Кроме того, челюсти хищников могут раскрываться очень широко, чтобы он мог нанести очень сильный, часто смертельный удар. Кстати, чтобы при таких скоростях и такой амплитуде движения снизить риск вывиха в челюстном суставе, последний очень хорошо зафиксирован и обеспечивает движения исключительно в вертикальной (фронтальной) плоскости.

У травоядных животных, а также у обезьян и человека, которым нужно очень тщательно пережевывать твердую и грубую растительную пищу, жевательный аппарат устроен совершенно иначе. Зубы расположены вплотную друг к другу (чтобы пища измельчалась равномерно, а не «проваливалась» между зубами), а челюстной сустав устроен так, чтобы обеспечивать движения как в вертикальной, так и в горизонтальной плоскости (из стороны в сторону): без этого невозможно тщательно пережевать растительную пищу. И чтобы избежать вывихов при такой многоосевой амплитуде движений в суставе, челюсти большинства травоядных животных и человека не могут открываться под широким углом. Ну и наконец, почему все внимание приковано к клыкам? А как быть с тем фактом, что у человека одни из самых развитых в природе резцов, мы уступаем в этом лишь грызунам? А ведь крупные и заостренные резцы — это очень важный атрибут травоядных животных, тогда как у хищников, наоборот, очень небольшие, малоразвитые резцы. Кроме того, если уж идти до конца в сравнительном анализе жевательного аппарата хищников и травоядных, нужно упомянуть еще и о слюнных железах, которые играют важную роль на этапе первичного пищеварения. И тут обращает на себя внимание тот факт, что, в отличие от травоядных животных, у абсолютных хищников в составе слюны нет такого фермента, как амилаза, который является очень важным пищеварительным веществом для расщепления углеводов. И причина этого вполне ясна: в рационе хищников почти полностью отсутствуют углеводы (которые преимущественно растительного происхождения), а значит, и потребности в этом ферменте у них нет. Наличие больших количеств амилазы в слюне человека говорит о том, что растительная пища всегда присутствовала в его рационе.

Желудок с функцией стерилизационной камеры против желудка, выполняющего роль пищеварительного резервуара

Теперь давайте проследуем по пищеварительной системе дальше. Желудок человека совсем не похож на желудок травоядных животных, у которых он очень больших размеров, да еще и делится на разные отделы, что необходимо для длительного переваривания трудно усваиваемой растительной пищи. Нет у нас в желудке и тех бактерий, которые помогают травоядным перерабатывать грубую растительную пищу. Наш желудок гораздо больше похож на желудок хищника, который не отличается очень большим размером, не делится ни на какие отделы и содержит желудочный сок очень высокой кислотности.

Почему желудок хищников сравнительно мал? Дело в том, что основная функция желудка у хищников не столько в первичном пищеварении (которое в большей степени происходит в кишечнике), сколько в стерилизации пищи за счет высочайшей кислотности желудочного сока. Хищники, в отличие от травоядных (мы к этому еще не раз вернемся), питаются тем же, из чего сами и состоят — в мясе их жертв точно такие же белки, жиры, витамины, минералы и другие жизненно важные вещества, из которых построен и их собственный организм. Поэтому хищникам вовсе не требуется очень сложный и многоступенчатый процесс пищеварения, а значит, не нужны сложно устроенные желудок и кишечник.

Однако у мясной (белковой) диеты есть другое ограничение: в отличие от растений, это очень скоропортящийся продукт. И защититься от смертельных отравлений, вызванных размножением опасных бактерий в съеденном мясе, можно только с помощью стерилизации его кислотой очень высокой концентрации.

У травоядных животных все совсем не так. Растительная пища по своему составу абсолютно не похожа на химический состав животных организмов, поедающих эту пищу. В растениях очень мало белков (да и то они сильно отличаются от животных белков), жиров и не хватает некоторых жизненно важных витаминов. Более того, даже углеводов, из которых все необходимое можно было бы синтезировать, в растениях не так много, а те, что там есть, представлены в такой химической форме (грубая клетчатка), которую животным собственными силами никогда не переварить.

Именно поэтому природа наградила жвачных животных не желудком, а целой перерабатывающей фабрикой. Их пищеварительная система не только огромного размера, но еще и разделена на камеры, в которых почти так же, как в разных цехах завода, осуществляется многоступенчатый процесс переработки растительной клетчатки и извлечения из нее всех питательных веществ, которые далее можно будет направить в кишечник, чтобы окончательно переварить и усвоить. После этого только питательные вещества пойдут на восполнение энергии или строительство клеток.

Но так как собственных сил организма травоядных недостаточно для того, чтобы переварить грубые растения, их многокамерный желудок заселен миллиардами микроорганизмов. Они и помогают разлагать на составные части сложные растительные углеводы и одновременно синтезировать все недостающие витамины. Теперь становится понятно, почему желудок растительноядных животных обладает низкой кислотностью: во-первых, эти полезные микроорганизмы в кислой среде просто не выжили бы, а во-вторых, «стерилизовать» растения просто не нужно — они совсем не привлекают наиболее опасные бактерии, которые предпочитают животный белок. Почему же тогда у человека такой желудок, который по своему строению совсем не похож на желудок жвачных травоядных животных и гораздо больше походит на желудок хищников? Первая причина — это всеядность. Обезьяны, гоминиды и первобытный человек не так уж часто вели себя как настоящие хищники, но вот падаль нередко присутствовала в их рационе. Именно для этих, потенциально очень опасных для здоровья моментов, как раз и нужен был желудок с функцией стерилизационной камеры.

Во-вторых, давайте не забывать о том, что последние несколько сотен тысячелетий человек обрабатывал пищу перед употреблением. Сначала просто огнем, а потом и с помощью гораздо более сложных кулинарных процедур. Благодаря этому растительная пища усваивается гораздо легче, а значит, и нет необходимости в большом многокамерном кишечнике, как у травоядных.

Толстый кишечник в роли сточной трубы против толстого кишечника как главного органа вторичного пищеварения

Если строение жевательного аппарата и желудка человека еще и может вызывать споры о нашей принадлежности к хищникам или травоядным, то кишечник и особенно толстая кишка однозначно говорят о том, что основу нашего рациона на протяжении большей части эволюции составляла именно растительная пища. Дело в том, что трудно представить себе что-то более отличающееся друг от друга, чем толстые кишечники хищника и травоядного. Если толстый кишечник хищника очень короткий, то у травоядных и всеядных, в рационе которых преобладает растительная пища, он является одним из самых больших внутренних органов. Если толстая кишка плотоядных напоминает короткую и почти прямую трубку, то у растительноядных из-за многочисленных выпячивающихся наружу кишечных карманов она похожа на длинную свернутую гирлянду. Наконец, если в толстом кишечнике хищника преобладает гнилостная протеолитическая микрофлора, создающая там щелочную среду, то в толстой кишке травоядных животных главную роль играют кислотопродуцирующие бактерии, которые специализируются на расщеплении сложных углеводов.

Если вы не мыслите своей трапезы без мяса, это еще не аргумент в пользу нашего хищного прошлого. С таким же успехом можно предположить, что девушка, которая и дня не может прожить без сладкого, ведет свою генеалогию от пчел и колибри.

Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Когда хищник ест мясо, он получает почти готовый к употреблению материал. Повторим еще раз, он ест то же, из чего состоит сам. И понятно, что процесс пищеварения происходит очень быстро, уже на уровне начальных отделов тонкой кишки. Соответственно, функция конечных отделов кишечника (то есть толстой кишки) заключается лишь в том, чтобы как можно быстрее вывести остатки непереваренной пищи из организма.

Почему максимально быстро? Дело в том, что животный белок — это прекрасная питательная среда для различных гнилостных бактерий, которые, паразитируя на остатках белковой пищи, выделяют огромное количество очень токсичных веществ. На начальном этапе пищеварения хищники справляются с этим за счет высокой кислотности желудочного сока, убивающего все живое, но обеспечить высокую концентрацию кислоты на протяжении всего пищеварительного тракта, конечно, невозможно. Поэтому толстый кишечник хищников заселен гнилостными бактериями, а снизить связанный с этим риск можно лишь за счет упрощения и укорочения толстой кишки и максимально быстрого выведения непереваренных остатков пищи.

Чтобы переварить растительную пищу, нужен очень медленный и многоступенчатый процесс пищеварения, в котором толстый кишечник и его микрофлора играют едва ли не самую главную роль.

Именно там происходят сегментация и «сортировка» непереваренных остатков пищи по кишечным карманам, в которых процесс пищеварения завершается при активнейшем участии микрофлоры кишечника, окончательно расщепляющей грубые пищевые волокна. И если кому-то слова о переваривании растительной клетчатки ни о чем не говорят, напомним, что именно в результате этого процесса травоядные животные и человек получают пропионовую кислоту, которая является для них главным источником синтеза глюкозы. У растительноядных животных микрофлора толстой кишки — важнейшая часть пищеварительного процесса.

Такую очевидную разницу в строении толстого кишечника хищников и травоядных невозможно не заметить или подвергнуть какому-то сомнению, как, например, наличие клыков. Все слишком очевидно и однозначно. И рассмотрев толстый кишечник человека и его микрофлору, прекрасно приспособленную для расщепления растительной клетчатки, мы можем сказать точно: несмотря на очевидную всеядность, большую часть своей эволюции мы все же питались в основном грубой растительной пищей.

Гастрономическая физиология и молоко, что путает все карты

Впрочем, наше гастрономическое прошлое можно узнать не только по анатомии. Физиологические и биохимические системы тоже могут эффективно подстраиваться под те питательные вещества, которые составляют основу рациона питания. И пусть для неспециалиста это далеко не так показательно и очевидно, как, например, наличие клыков и резцов, тем не менее биохимия и физиология питания иной раз говорят о нашем гастрономическом наследии гораздо больше.

Быстрый и эффективный обмен холестерина против медленного и неэффективного

Обмен холестерина может очень многое сказать о гастрономическом прошлом человека и животных. Дело в том, что в растительной пище холестерина нет и весь холестерин в организме травоядных имеет исключительно внутреннее происхождение, причем вырабатывается он исключительно под потребности организма. Поэтому проблемы избытка холестерина и необходимости в особых биохимических механизмах для максимально быстрой его нейтрализации у растительноядных животных нет и никогда не было. Соответственно, если в рацион травоядных ввести пищу, богатую холестерином, у них очень быстро разовьется атеросклероз сосудов на фоне постоянного избытка холестерина в крови. Именно это ученые наблюдают уже более ста лет в своих экспериментах на кроликах и морских свинках.

У хищников же вызвать атеросклероз практически невозможно. Их организм приспособлен к поступлению в кровь очень больших количеств холестерина в составе мяса и жира животных. У них очень высока активность ферментов, перерабатывающих и выводящих холестерин из кровотока в печень, а также ферментных систем, которые уже в печени трансформируют холестерин в желчные кислоты, которые затем вместе с желчью выводятся в кишечник, а затем из организма.

Кроме того, у хищников в крови очень мало белков, которые переносят эфиры холестерина от липопротеинов высокой плотности на липопротеины низкой плотности (это разные виды транспортных частиц, несущих в своем составе холестерин), в результате чего у них почти 80 % всего холестерина крови сконцентрировано в липопротеинах высокой плотности или, как это называют в научно-популярной литературе, в форме «хорошего» холестерина. И хорошим этот холестерин называют именно по той причине, что липопротеины высокой плотности — это не что иное, как транспортная форма, предназначенная для финальной «упаковки» и быстрого выведения холестерина из крови.

Именно поэтому большинство лабораторных экспериментов по исследованию механизмов развития атеросклероза, которые проводятся на кошках, собаках и некоторых других хищниках, заканчиваются неудачей, а все богатые холестерином экспериментальные диеты (даже с искусственным ограничением подвижности животных) приводят к развитию чего угодно — ожирения, сахарного диабета, других обменных нарушений, — но только не атеросклероза.

Для сравнения: у большинства травоядных животных — тех же кроликов и особенно морских свинок — в крови высокое содержание белков, переносящих эфиры холестерина, и показатель «хорошего» холестерина у них составляет менее 20 %. Тогда как весь остальной холестерин содержится в виде липопротеинов низкой и очень низкой плотности, то есть в виде так называемого «плохого» холестерина, который как раз и может повреждать сосуды. Правда, в обычных условиях у травоядных животных этого никогда не происходит, так как в силу особенностей их питания уровень холестерина в крови все время находится на минимальных значениях. Возможно, именно поэтому они и не нуждаются в дополнительных механизмах защиты, свойственных хищникам.

Всеядные животные занимают промежуточное положение и в зависимости от сформировавшегося в ходе эволюции рациона могут по уровню обмена холестерина быть ближе к травоядным либо, наоборот, к хищникам. Человекообразные обезьяны, человек и свинья, судя по показателям холестеринового обмена и склонности к развитию атеросклероза, гораздо ближе к травоядным животным, что может косвенно свидетельствовать о преобладании растительной пищи в рационе на протяжении большей части их эволюции. Так, большинство людей отличаются низкой активностью ферментов холестеринового обмена, у нас в крови высокое содержание белков, переносящих эфиры холестерина, и, соответственно, относительно низкий уровень «хорошего» холестерина, который составляет лишь 30–35 % от общего содержания холестерина в крови. А, например, серая крыса отличается очень быстрым и эффективным обменом холестерина — это проявляется и в активности соответствующих ферментов, и в практически полном отсутствии белков, переносящих эфиры холестерина, и в очень высоком (около 80 %) содержании «хорошего» холестерина, и в очень быстром выведении холестерина в печень с последующим превращением его в желчные кислоты. Такое положение дел указывает на то, что у серых крыс основу рациона на протяжении большей части эволюции составляла животная пища (падаль). И это при том, что по строению жевательного аппарата мы бы точно отнесли их к травоядным грызунам. Так что наличие клыков у человека ничего не доказывает.

Спешим вас успокоить: судя по показателям обмена холестерина, человек не имеет родства с кроликами и тем более с морскими свинками. Но и до тигра или льва даже настоящему мужчине очень далеко. Радует только то, что и до крысы тоже.

Белковый обмен, или Откуда берутся незаменимые аминокислоты

По обмену белков в организме можно с довольно высокой точностью определить структуру базового рациона питания животных и человека. Начнем с незаменимых аминокислот, которые не синтезируется в организме и должны поступать с пищей. Существует весьма распространенное мнение о том, что получить все незаменимые аминокислоты человек может только из животной пищи и прежде всего из яиц и мяса. На основании этого делается вывод о том, что в прошлом мы все же были хищниками. Тем не менее на поверку выходит, что это, мягко говоря, передергивание фактов.

Все животные (а также рыбы и птицы) — как хищники, так и травоядные — нуждаются в одних и тех же незаменимых аминокислотах. Просто одни получают их из животной пищи, а другие — из растительной, причем с почти одинаковой эффективностью. Разница только в том, что хищники могут получить все эссенциальные аминокислоты из одного-единственного источника (например, из мяса одного и того же вида животных), а травоядные должны для этого съедать десятки разных видов растительной пищи.

А к кому ближе человек? Как показывают диетологические исследования, мы можем в абсолютно равной степени обеспечивать себя всеми незаменимыми аминокислотами как из животной пищи, так и из комбинированного растительного рациона — то есть являемся классическими всеядными.

Да, бесспорно, животные белки содержат больший процент незаменимых аминокислот по сравнению с растительными белками, однако, если разобраться внимательно, разница окажется совсем небольшой. Так, в максимально полноценном животном белке, коим является молочный белок, незаменимые аминокислоты составляют почти 50 %, а в сое и бобовых — около 40 %. Соответственно, нам стоит съедать растительного белка всего лишь на 10–20 % больше по объему, чтобы в итоге получить такое же количество незаменимых аминокислот, как в случае употребления животного белка.

Впрочем, в действительности все чуть сложнее. Дело в том, что важно получить не только определенный объем незаменимых аминокислот, но и достаточное количество каждой из восьми незаменимых аминокислот. И вот именно этого не хватает большинству растительных белков. При этом, если говорить о питании человека, то, несколько упрощая, можно сказать, что в бобовых не хватает необходимого количества метионина, а в злаках — лизина. Решение напрашивается само собой: смешивать в равных пропорциях бобовые и злаковые. Это обеспечит нас полным набором незаменимых аминокислот в необходимом объеме. И действительно смесь, скажем, овса и чечевицы по своему аминокислотному профилю вплотную приближается к говядине.

Таким образом, и хищникам, и травоядным животным одинаково легко обеспечивать себя всеми необходимыми аминокислотами. Правда, при этом настоящие хищники практически не способны извлекать белок из растительной пищи, а растительноядные — из животной. Соответственно, с точки зрения белкового обмена человека нельзя отнести ни к тем, ни к другим — мы прекрасно приспособлены переваривать и усваивать и животный, и растительный белок.

Но если оценивать показатели суточной потребности в пищевом белке, то можно совершенно однозначно сказать, что человек все же весьма далек от хищников. Потребность последних в белке (в пересчете на массу тела) в 2–3 раза выше, чем у человека и травоядных животных, и связано это с тем, что для хищников белок не только строительный материал, но еще и единственный источник глюкозы, необходимой для работы головного мозга, который у хищников очень больших размеров (например, дельфин по соотношению массы мозга к весу тела лишь совсем немного уступает человеку).

Если у травоядных животных и человека в рационе всегда было достаточное количество растительной пищи, из которой можно было получить напрямую или вторично синтезировать глюкозу, то в пище хищников растений практически никогда не было, и поэтому они приспособились получать глюкозу исключительно из животного белка. Именно поэтому хищники могут легко переваривать такое огромное количество белка, которое человека быстро бы привело к интоксикации организма и серьезному нарушению работы почек.

Нет, конечно, человек тоже может синтезировать глюкозу из белка, но, в отличие от хищников, он почти не может использовать для этого белок пищи. Вместо этого он использует свои собственные белки и прежде всего белки мышц. (Об этом очень хорошо знают бодибилдеры, которые при переходе на безуглеводную диету сталкиваются с тем, что даже огромные порции чистого протеина не могут остановить потерю мышечной ткани). И это вполне понятно, ведь, в отличие от хищников, для которых это ежедневная практика, человек все же мало приспособлен к получению глюкозы из белка, ведь углеводы (реже в чистом виде, а чаще в виде неперевариваемых пищевых волокон, из которых с помощью кишечной микрофлоры можно синтезировать глюкозу) почти всегда присутствовали в составе растительной части его рациона.

Если смешать библейскую чечевичную похлебку с английской овсянкой, выйдет на редкость неаппетитное блюдо. И вряд ли найдется кто-то, у кого при виде этого потекут слюнки. То ли дело сочный стейк! Но не стоит путать личные предпочтения и физиологию: чечевица и овсянка (если их съесть одновременно) будут для человека по питательной ценности такими же, как животный белок.

В заключение стоит отметить еще один факт, связанный с обменом белка и в данном случае уже именно мясного белка. Красное мясо крупной дичи, а также гораздо более часто используемые сегодня в пищу говядина, свинина и баранина (а еще и такая рыба, как тунец) содержат особый белок — миоглобин. В свою очередь миоглобин содержит в своем составе очень много гема, который участвует в переносе кислорода (так же, как и в составе гемоглобина крови) и придает содержащим его мышечным волокнам характерный красный цвет. При этом гем в силу своих функций является очень сильным окислителем и при длительном воздействии на слизистую кишечника у человека может вызывать развитие онкологических процессов. Поэтому в последнее время все больше и больше диетологов рекомендуют ограничивать употребление красного мяса.

В то же время у классических хищников, которые постоянно употребляют большое количество красного мяса, таких проблем нет. И это при том, что помимо миоглобина они вместе со свежим мясом еще получают и очень много гемоглобина из крови животных. Этот факт может говорить лишь о том, что в отличие от человека слизистая оболочка хищников приспособлена к постоянному воздействию миоглобина и гемоглобина. И наоборот, вредное влияние больших количеств гема на слизистую кишечника у человека может свидетельствовать о том, что у наших предков в рационе никогда не было большого количества мяса.

Обмен злаковых белков, или Проблема непереносимости глютена

Иногда доводится услышать и такой аргумент в пользу нашего «хищного» прошлого: люди в массе своей очень плохо переваривают глютен — один из основных белков пшеницы и многих других злаковых, — и значит, растительная пища не может считаться для нас полностью органичной. И ведь на первый взгляд кажется, что поспорить с этим трудно: непереносимость глютена сегодня действительно стала одной из основных проблем и медицины, и пищевой промышленности. Однако при внимательном рассмотрении этого вопроса оказывается, что эта «проблема» имеет гораздо большее отношение к кулинарным технологиям и общему состоянию здоровья современного человека, нежели к эволюции питания.

Первый аргумент, который ставит под сомнение «глютеновую теорию», — это история взаимоотношений человека и содержащих глютен злаков и прежде всего пшеницы. Много тысяч лет люди ели хлеб каждый день, но случаи глютеновой непереносимости вплоть до 1980-х гг. были крайне редки. И это при том, что в среднем человек в год употреблял больше пшеничной муки, нежели сегодня. Так, например, в США — где сегодня больше всего говорят о непереносимости глютена — к началу XX в. потребление пшеничной муки составляло более 100 кг на душу населения, тогда как сегодня — менее 70 кг.

Второй аргумент — это эксперименты на животных, которые проводились для изучения непереносимости глютена. Мыши, кролики и макаки относятся к травоядным животным, которые не понаслышке знакомы со злаковыми культурами, но при этом после определенных лабораторных манипуляций у них может возникать классическая непереносимость глютена. И, наоборот, у домашних кошек и собак, которым дают сухие корма, содержащие большое количество глютена, крайне редко бывает такая проблема, хотя для кого, как не для них, глютен должен быть абсолютно чужеродным.

Непереносимость глютена — это классический случай пищевой аллергии, связанный с неправильным функционированием иммунной системы и глубоким нарушением состава кишечной микрофлоры. Ни по своей распространенности, ни по своему механизму аллергия на глютен ничем не отличается от аллергии на другие абсолютно естественные компоненты нашей пищи, такие как яичный и молочный белок, рыба и говядина. Но почему-то никто не делает из этого вывода о нашем однозначно травоядном прошлом и тем более не вывешивает в меню предупреждений об отсутствии в блюдах яиц, рыбы или телятины.

Более того, как бы это парадоксально ни звучало, наличие аллергии на глютен и другие пищевые аллергены, наоборот, служит еще одним аргументом в пользу нашей «растительноядности». Ведь именно из-за того, что наш толстый кишечник стал домом для огромного количества кишечных микроорганизмов, осуществляющих вторичное пищеварение растительных пищевых волокон, микрофлора кишечника стала играть первостепенную роль в формировании и функционировании нашего иммунитета и именно толстый кишечник стал главным органом нашей иммунной системы. Соответственно, при любых нарушениях кишечной микрофлоры, вызванных неправильным составом пищи, наш иммунитет может давать сбой и неправильно реагировать на любые сложные пищевые белки, включая глютен, тем более что дисбактериоз еще и всегда сопровождается повышенной проницаемостью стенок кишечника.

Да, конечно, современные изделия из пшеницы играют здесь не последнюю роль, но только совсем по другой причине. Современные хлебобулочные изделия из рафинированной муки практически не содержат клетчатки, и, если они являются главным компонентом рациона, это неизбежно ведет к дефициту пищевых волокон и быстро сказывается на здоровье кишечной микрофлоры. Сравните это с рационом хотя бы XIX века, когда и хлеб был цельнозерновым, и овощей, и зелени было в разы больше, и вы поймете, что дело далеко не в глютене как таковом.

Омега-3 жирные кислоты: синтезируем сами или получаем из пищи?

Все животные и человек нуждаются в особом классе жиров — в омега-3 полиненасыщенных жирных кислотах. Они входят в состав клеточных оболочек, и от их процентного содержания там зависят правильность, эффективность и активность работы большинства наших клеток. Особенно это важно для клеток мозга, сердечно-сосудистой и зрительной систем. Кроме того, из омега-3 жирных кислот синтезируются гормоны, управляющие очень многими важнейшими физиологическими процессами: от кровяного давления и текучести крови до регуляции аллергических и воспалительных процессов. Одним словом, все животные обязательно должны либо уметь синтезировать эти жирные кислоты самостоятельно, либо получать их в готовом виде с пищей, подобно витаминам. Все плотоядные животные идут по второму пути — они получают достаточное количество омега-3 жирных кислот в составе животной пищи и соответственно уже давно утратили способность синтезировать эти вещества. Растительноядные животные не имеют возможности получать омега-3 жирные кислоты в готовом виде, так как последних просто нет в растительной пище. Вместо этого травоядные научились их синтезировать из некоторых растительных жирных кислот и в первую очередь из альфа-линоленовой. А как же человек получает омега-3? Как мы уже говорили выше, мы, в отличие от травоядных животных, можем переваривать животную пищу и, значит, можем, подобно хищникам, получать омега-3 жирные кислоты в готовом виде. Однако при этом организм человека отлично приспособлен и к самостоятельному синтезу омега-3 жирных кислот из определенных видов растительных жиров. И поскольку «рачительная» природа не терпит никаких лишних или дублирующих функций, наличие у нас биохимического аппарата по синтезу омега-3 жирных кислот является еще одним аргументом в пользу относительно низкой доли животной пищи в рационе наших предков и лишний раз говорит о нашем преимущественно растительноядном прошлом.

Витамины: ни туда ни сюда

Витамины — это незаменимые биологически активные вещества, которые участвуют в регуляции очень многих жизненно важных процессов. При этом часть витаминов животные и человек не могут синтезировать сами и должны получать в составе пищи. Соответственно, пищевые источники таких витаминов — и тут уж никто поспорить не может — являются не просто естественной, а абсолютно незаменимой частью рациона питания. Анализ этих продуктов может помочь в споре относительно нашей принадлежности к хищникам или, наоборот, к травоядным.

Например, витамин В12 незаменим и очень важен для человека. В природе он встречается исключительно в составе животной пищи: в молоке, мясе, рыбе, яйцах. И так как человек не способен его синтезировать самостоятельно (у него в желудке нет тех бактерий, которые обеспечивают витамином В12 организм жвачных животных), мы точно можем сделать вывод о том, что наши предки на протяжении всей эволюции всегда употребляли те или иные виды животной пищи. Правда, здесь стоит упомянуть о том, что витамин В12 способен запасаться в печени на срок вплоть до нескольких лет, что позволяет говорить о том, что животная пища для нас хотя и является незаменимой, но тем не менее совсем не обязательно должна быть в рационе каждый день.

Человек свободен есть то, что ему нравится или отвечает его убеждениям. Но только до той поры, пока в его организме не закончатся те или иные витамины или витаминоподобные вещества. Впрочем, если подходить к составлению рациона осознанно и без фанатизма, то этого можно избежать при любом типе питания.

А вот ситуация с витамином С, наоборот, говорит в пользу нашего растительноядного прошлого. Человек также не способен его синтезировать и должен получать только из пищи, причем в основном из растительной. Конечно, в сыром свежем (точнее, парном) мясе и печени есть витамин С, однако, во-первых, его содержание там не очень высокое, а во-вторых, очень трудно представить себе наших предков, каждый день рвущих зубами парное сырое мясо. Причем именно ежедневно, так как витамин С не может запасаться и мы должны его получать постоянно. (К слову, продовольственное мясо и субпродукты, которые мы употребляем сегодня, уже не содержат даже следов витамина С.) Гораздо вероятнее, что наши предки компенсировали дефицит витамина С с помощью растительной пищи — с одной стороны, очень доступной, а с другой — богатой этим жизненно важным веществом. Кроме того, витамин С в организме человека максимально эффективно работает в присутствии своих вечных помощников — биофлавоноидов, которые тоже являются очень важным витаминоподобными веществами (раньше их даже называли витамином Р). А вот они-то встречаются уже исключительно в составе растений.

Не менее интересна ситуация с обменом витамина А и бета-каротина. Ретинол — так по-научному называется витамин А — является важнейшим и абсолютно незаменимым витамином для всех животных. Однако встречается он исключительно в животной пище, и поэтому природа должна была что-то предусмотреть для надежного обеспечения витамином А растительноядных животных. Сделано это было за счет бета-каротина, который в больших количествах присутствует в травянистых растениях и многих плодах. При помощи специальных ферментов бета-каротин в организме травоядных быстро превращается в витамин А, и поэтому последние никогда не испытывают дефицита ретинола. Само собой, что хищникам эти ферменты не нужны, так как они, во-первых, полностью обеспечены витамином А за счет животной пищи, а во-вторых, практически не едят растительной пищи и, соответственно, не получают бета-каротина. (Поэтому, кстати, не стоит пытаться переводить свою кошку на веганский рацион и думать, что она сможет получить витамин А из бета-каротина.) И поскольку у человека бета-каротин легко превращается в ретинол, мы можем считать это еще одним подтверждением того, что основу нашего рациона на протяжении большей части эволюции составляла растительная пища.

Молоко, которое путает все карты

Вообще-то найти примеры преимущественно мясного рациона или, наоборот, в основном вегетарианской диеты у разных древних народов не так сложно. И можно долго ломать копья, споря о том, что было первым, а что развилось позже, можно с пеной у рта доказывать, что у нас пищеварительная система хищника или что нам, наоборот, предопределено есть исключительно растительную пищу, но все эти споры рано или поздно наталкиваются на одно трудно объяснимое противоречие. Дело в том, что первые несколько месяцев своей жизни все млекопитающие, включая человека — от микроскопической травоядной землеройки до гигантских хищников, — питаются абсолютно одинаково. Да, конечно, состав молока у разных видов животных несколько отличается, но в целом это один и тот же пищевой продукт.

А это значит, что пищеварительная система и хищных, и травоядных млекопитающих — по крайней мере, в первые несколько месяцев жизни — имеет одинаковое строение и одни и те же принципы функционирования. И пусть далее по мере перехода на взрослую пищу системы пищеварения хищников и травоядных начинают работать по-разному, тем не менее сам по себе этот факт позволяет подвергнуть сомнению заявления о принципиально разном пищеварительном процессе у этих животных. Более того, такая удивительная способность пищеварительной системы млекопитающих развиваться в диаметрально противоположных направлениях при изначально одинаковом строении лишний раз подчеркивает ее высочайшую приспособляемость к разным видам пищи.

Кроме того, если мы внимательно проанализируем химический состав молока, мы придем к удивительному и в какой-то мере парадоксальному выводу: этот пищевой продукт имеет признаки и животной, и растительной пищи одновременно. Так, с одной стороны, молоко является источником одного из самых полноценных животных белков, а с другой — содержит комплекс сложных углеводов (так называемый бифидогенный фактор), который плохо усваивается организмом, но зато прекрасно стимулирует рост бифидо- и лактобактерий в кишечнике. А ведь такая функция считается почти абсолютной прерогативой грубой растительной пищи.

В этом смысле, если считать материнское молоко идеальной пищей — а с этим согласятся почти все, — мы должны будем признать, что и идеальная диета должна сочетать в себе все лучшее от животной и все лучшее от растительной пищи. И это на самом деле одна из главных мыслей этой книги, которая будет далее неоднократно повторяться.

Гастрономическая палеонтология, или О чем говорят окаменевшие останки трапезы

Часто можно услышать мнение о том, что, какой бы изначально диета древнего человека ни была, все же именно переход на мясо-белковый рацион дал главный толчок к развитию человека и что именно это и выделило нас из среды обезьян и человекоподобных приматов. Однако никаких серьезных научных подтверждений этому факту нет. Когда человек освоил инструменты охоты и тем более огонь, его от приматов уже отделяла целая пропасть.

Если же мы обратимся к серьезным палеоэкологическим исследованиям, то увидим, что самый первый эволюционный даже не скачок, а шажок, который выделил наших самых древних предков — австралопитеков — из человекообразных обезьян, был связан именно с растительной диетой.

Исследования стабильных изотопов углерода в окаменелых зубах древних людей позволяют очень много сказать об их питании. И эти исследования со всей очевидностью показывают, что основу рациона австралопитеков составляли именно растения. Но самым интересным оказалось, что, по сравнению с человекообразными обезьянами, в диете наших самых древних предков в какой-то момент эволюции вдруг резко увеличилось количество саванной растительности — травянистых растений, папирусов и суккулентов. Эти растения засушливых зон характеризуются особым типом фотосинтеза (С4), благодаря чему их следы легко распознать при радиоуглеродном анализе.

Если у человекообразных приматов до сих пор основу питания составляют растения лесов и кустарниковых зон — листья, почки, побеги и фрукты, что связано с тем, что леса были и остаются основной средой их обитания (и по причине естественной защиты, и из-за большого пищевого разнообразия), то австралопитеки смогли за счет адаптации к трудноперевариваемым саванным растениям резко расширить ареал своего проживания, так как именно саванны занимали основную площадь африканского континента.

Выход в саванны, который дал новые источники питательных веществ и уменьшил зависимость от сезонности питания (что характерно для лесов, но не для саванн), дал нашим предкам новые импульсы для развития и, главное, совершенно новые условия обитания, которые во многом и спровоцировали переход к прямохождению и дальнейшей эволюции. Впрочем, в истории человечества, безусловно, есть и яркие примеры мясоедения. Причем речь идет не об отдельных популяциях, питавшихся преимущественно мясом, но о целых биологических видах, занимавших огромные территории на протяжении сотен тысяч лет. Речь, конечно же, идет о неандертальцах, картины их охоты на мамонтов и других животных ледниковой эпохи хорошо знакомы нам с детства.

Тем не менее не стоит искать корни нашего питания в истории неандертальцев. Во-первых, нашими непосредственными предками являются кроманьонцы (так называемые ранние люди), которые полностью вытеснили тупиковую ветвь неандертальцев. Во-вторых, преимущественно мясное питание никак не способствовало хоть какому-то развитию неандертальцев на протяжении сотен тысяч лет. Впрочем, этот факт связан не с самим по себе белково-мясным питанием, а прежде всего с отсутствием пищевой вариабельности.

Неандертальцы сильно зависели от наличия животных для охоты, и любые сезонные или климатические изменения могли привести к голоду. По этой же причине неандертальцы должны были жить только в тех местах, где обитают животные, на которых они охотятся. Поэтому обширные степные и прибрежные зоны Евразии, где концентрация животных была небольшой, а условия для охоты неблагоприятными, оставались незаселенными. А как известно, длительное проживание в ограниченном ареале неизменно приводит к внутриродовому скрещиванию, ставшему одной из причин вымирания неандертальцев.

Конечно, растительная пища в каком-то небольшом объеме присутствовала в рационе неандертальцев, но почти исключительно в сезонные (или вызванные резкими изменениями климата) периоды дефицита животной пищи. То есть растительную пищу неандертальцы рассматривали как временную неполноценную замену своему основному рациону и так и не «додумались» до того, что это прямой путь к освоению новых территорий и ослаблению зависимости от наличия животных ресурсов или климатических катаклизмов.

Кроманьонцы же, наоборот, смогли за свою относительно короткую историю максимально использовать возможности смешанной диеты. Мигрировав на территорию Европы из тропических районов, которые характеризуются максимально благоприятными условиями для формирования смешанной диеты с преобладанием растительной пищи, кроманьонцы смогли успешно адаптировать свои пищевые привычки к новым условиям обитания. Радиоуглеродные тесты свидетельствуют о том, что в пище наших непосредственных предков преобладали растения степей и открытых территорий. Это, во-первых, давало кроманьонцам пищевую стабильность а, во-вторых, возможность мигрировать и расселяться по всему континенту. Более того, обладая способностью быстро адаптироваться под стабильные пищевые ресурсы новых территорий, кроманьонцы включили в рацион морскую рыбу и морепродукты (что абсолютно логично с учетом очень большой протяженности морского побережья Европы), чего так и не смогли сделать неандертальцы за всю свою долгую историю.

Иногда, глядя на иного человека и на его пищевые привычки, так и хочется сказать: неандерталец! Однако наши личные впечатления никакого отношения к науке не имеют. Все мы потомки кроманьонцев, все мы вышли из тропических джунглей с преимущественно растительной пищей, но при этом все мы склонны к максимально широкой всеядности.

Таким образом, история эволюции человека однозначно свидетельствует о том, что качественные эволюционные скачки всегда сопровождались расширением пищевого спектра. Причем главную роль в этом играл не сам по себе факт появления в рационе новых продуктов, а то, что эти новые источники питательных веществ могли, во-первых, обеспечить пищевую стабильность и упростить поиск пищи, а во-вторых — имели гораздо более широкий ареал распространения по сравнению с исходными источниками пищи, что создавало предпосылки для широкой экспансии древних популяций.

И так уж получилось, что в первобытных природных условиях этим критериям могли отвечать только растения. И именно поэтому пищеварительная система человека практически полностью соответствует органам пищеварения растительноядных животных. И как показывает опыт неандертальцев, наш пищеварительный тракт очень плохо подходит для полностью мясного рациона, так как это приводит к тяжелой интоксикации организма продуктами гнилостного распада белков. Это ученые увидели в частности при исследовании останков первобытных людей.

Впрочем, такое строение пищеварительной системы не обязательно говорит о том, что человек — это исключительно растительноядный организм. По своему строению и функциям желудок, печень и пищеварительные ферменты человека занимают промежуточное положение, одновременно имея признаки и растительноядных, и плотоядных организмов. Впрочем, это вполне понятно. Первобытные люди — в отличие от своих предков, человекообразных обезьян, да и подавляющего большинства других животных — смогли беспрепятственно мигрировать и расселиться по всему земному шару. И во многом это стало возможным благодаря исключительной способности человека к пищевой вариабельности — от «несъедобной» травы пустынных саванн до морской рыбы северных океанов.

И тем не менее, если мы возьмем всех людей, живших на Земле в самых разных условиях с первых дней своего существования до настоящего времени, растительная пища в составе такого огромного «географически-временного пирога» будет занимать львиную долю, что не может не накладывать свои ограничения на наши сегодняшние эксперименты с разными диетами.

Этнодиетология, или О чем нам говорят пищевые традиции разных народов

Если со строением нашей пищеварительной системы и с эволюционными причинами такого ее строения мы более или менее разобрались, давайте отойдем от теории и постараемся оценить уже на практике, насколько хорошо (или плохо) наш организм приспособлен к длительному употреблению мяса или, наоборот, преимущественно растительному рациону. То есть попробуем отыскать народы, которые на протяжении столетий питаются как хищники или — наоборот — исключительно как растительноядные собиратели, и посмотрим на состояние их здоровья.

Ортодоксальное мясоедение

Начнем с того, что народы, в рационе которых мясо и мясные продукты составляют 80-100 %, на самом деле практически не встречаются, что уже о многом говорит. В основном это изолированные от цивилизации небольшие по численности племена, которые продолжают, как их первобытные предки, заниматься примитивной охотой и собирательством.

Однако даже среди таких сообществ, которые антропологи исследовали в XX веке по всему миру, лишь единицы можно отнести к «ортодоксальным мясоедам», у которых уровень потребления энергии из растительных источников никогда не превышает более 5–20 %. И практически все такие племена сосредоточены в арктических или высокогорных районах, где пригодных для пищи растений почти нет.

В более теплых южных районах количество растительной пищи у этих сохранившихся первобытных племен уже стремится к 30–40 %. И что очень показательно, во всех случаях контакта подобных первобытных племен с другими народами и системами питания (или в случае миграции в другие климатические зоны) доля растительных продуктов всегда резко возрастала и оставалась неизменно высокой в дальнейшем.

Подобную «растенизацию» первоначально мясо-белковых диет можно, кстати, наблюдать и на примере гораздо более крупных популяций. Так, например, народы и племена засушливых степей от Монголии до Каспийского моря, которые изначально придерживались исключительно мясомолочной диеты, в ходе миграции и завоевательных походов очень быстро перенимали от других народов привычку включать в свою диету существенный объем растительной пищи.

Но тем не менее для чистоты эксперимента давайте рассмотрим рацион тех небольших северных народностей, у которых до сих пор основным пищевым продуктом являются мясо и рыба, и попробуем оценить влияние такой диеты на работу пищеварительной системы и на здоровье в целом. Но, оказывается, и это сделать совсем непросто.

Прежде всего, все северные племена, которые до сих пор потребляют минимальный объем растительной пищи, все равно не могут считаться мясоедами в чистом виде, так как существенную часть их рациона составляет морская рыба, белок которой усваивается быстрее и не так опасен, как белок красного мяса.

Кроме того, как бы странно это ни звучало, даже в таких экстремальных условиях северные народы потребляют достаточно растительной пищи (в основном это северные ягоды). Как свидетельствуют данные исследования D. Redwood с соавторами, которое было опубликовано в International Journal of Circumpolar Health (2008 Sep. № 67(4), С. 335–348), уровень потребления мяса северного оленя или тюленя среди старшего поколения аборигенных народов Аляски лишь совсем незначительно превышал уровень потребления рыбы и ягод. Регулярное употребление мяса отмечали около половины опрошенных, тогда как в отношении морепродуктов, рыбы и икры этот показатель составлял около 45 %, а в отношении ягод и продуктов на их основе (например, акутака) — около 40 %. Примерно такая же картина наблюдается и у саами, проживающих в заполярных районах Финляндии. Причем ягод и растительной пищи они потребляют еще больше, что связано с влиянием на климат теплого атлантического течения.

Чтобы понять важность этих данных в рамках рассматриваемого вопроса, нужно напомнить, что и у народов Аляски, и у народов заполярной Европы доступ к мясу оленей был всегда, так как их разведение — главное занятие северных народов на протяжении вот уже нескольких столетий. И тем не менее уровень потребления рыбы и растительной пищи никогда не снижался. Таким образом, на самом деле питание северных аборигенных народов ни в коем случае нельзя назвать диетой хищника.

Кстати, примерно такую же картину мы наблюдаем и у народов экстремального высокогорья, таких как индейцы Южно-Американских Анд (Альтиплано) или коренные жители Тибета. Растительная пища у них всегда преобладала над мясной, несмотря на крайне малопригодные условия для сельского хозяйства и наличие домашнего скота. И надо признать, что это далеко не случайное совпадение, ведь точно такое же пищевое поведение до сих пор встречается у очень многих современных народов, у которых периодические весьма длительные ограничения в употреблении мяса не просто существуют, но еще и закреплены в религиозных постулатах.

То есть получается, что исключительно мясной рацион в человеческих сообществах эволюционно «отбраковывается даже в самых не пригодных для произрастания растений районах и даже при относительном изобилии животной пищи. Очевидно, это связано с тем, что продукты исключительно животного происхождения: 1) либо не отвечают в полной мере системе пищеварения человека; 2) либо не обеспечивают организм всеми необходимыми витаминами и витаминоподобными веществами; 3) либо не могут обеспечить правильный обмен веществ.

Впрочем, даже если бы мы согласились с тем фактом, что уровень употребления мяса у северных или горных народностей все равно намного выше, чем у народов, традиционно придерживающихся смешанного рациона, мы все равно не смогли бы получить достоверные данные о влиянии на здоровье преимущественно мясной диеты. Дело в том, что описанные выше аборигенные народности всю свою жизнь проживают в экстремальных условиях, и оценить, где вклад в заболеваемость и смертность обусловлен преимущественно мясной пищей, а где — экстремальными факторами окружающей среды, невозможно.

Ортодоксальное вегетарианство

Как бы ни было трудно найти коренные народы, придерживающиеся преимущественно мясного рациона, они все же существуют. А вот обнаружить племена или малые народности, которые питались бы исключительно растительной пищей, так никому и не удалось. Все (абсолютно все!) известные сегодня племена или народности, которые придерживаются преимущественно растительной диеты, все равно в большей или меньшей степени употребляют животный белок: насекомых, мелких животных, яйца и т. д.

И здесь нужно признать, что абсолютное вегетарианство никак нельзя отнести к естественным и эволюционно сформировавшимся диетам человеческих сообществ. Любые известные на сегодня пищевые традиции формировались на протяжении сотен тысяч лет под влиянием каких-то климатических, природных или физиологических условий проживания человека. Строгое же вегетарианство — это результат исключительно духовной эволюции человека, и совсем не случайно, что оно впервые сформировалось в рамках религиозных (Индия) или философских (Древняя Греция) школ.

Поэтому влияние строгих вегетарианских диет на здоровье человека (так же, как и традиционного мясного питания) мы не сможем полноценно оценить в рамках данного раздела. Ведь с точки зрения этнодиетологии абсолютных вегетарианских рационов в истории человечества нет и никогда не было. Тут, правда, многие могут указать на очень долгую историю вегетарианства в Индии, где в течение вот уже нескольких тысяч лет большая часть населения, придерживающаяся принципов индуизма, джайнизма и отчасти буддизма, вообще не ест мясо. Но, во-первых, отказ от мяса совсем не означает переход на полностью растительный рацион, и большинство жителей Индии на самом деле являются лактоововегетарианцами, то есть наряду с растительной пищей регулярно употребляют яйца и молочные продукты. Во-вторых, будем честными: жители индийского субконтинента никогда не отличались здоровьем и долголетием, а скорее наоборот, о чем мы очень подробно поговорим ниже.

Единственное, что с большим допущением можно рассмотреть в качестве модели чисто растительного рациона, это религиозные группы со строго определенными принципами питания, которые в течение нескольких поколений придерживаются строгой вегетарианской диеты (например, адвентисты седьмого дня). Но считать это чистым экспериментом нельзя, поскольку даже 50–70 лет — статистически малодостоверный срок для каких-либо однозначных выводов эволюционного характера, поэтому мы лучше вернемся к этому вопросу в одном из следующих разделов.

Гастрономическое настоящее, или Несколько выводов из путешествия по анатомии, доисторической саванне и северным морям

Итак, давайте представим, что мы никогда раньше не встречали в природе человека и что для нас это неизвестный биологический вид. И с помощью консилиума, состоящего из анатома, биохимика, эпидемиолога, палеодиетолога и этнодиетолога нам предстоит определить, какой рацион является наиболее адекватным для данного вида.

Судя по результатам радиоизотопного анализа зубов древних предков этого биологического вида, найденным в разных частях земли, можно точно сказать, что большую часть его рациона на протяжении почти всей его истории составляла растительная пища. Правда, в отличие от других травоядных животных, обитавших в том же ареале, человек мог адаптироваться к самым разным растениям. И, возможно, именно эта фантастическая способность к пищевой адаптации привела к тому, что исследуемый нами вид быстро потерял признаки чистого травоядного животного и в его рационе появились самые разные источники животной пищи — от падали и насекомых до яиц, птиц, рептилий и мелких животных.

Эти выводы с готовностью бы подтвердил и анатом, который бы указал на то, что жевательный аппарат и строение толстого кишечника данного вида указывают на принадлежность его к классу травоядных, но ряд анатомических особенностей позволяет утверждать, что его представители отошли от чистого растительного рациона уже очень давно. Об этом в частности говорит строение желудка, который обладает сравнительно небольшим объемом, и слишком высокая кислотность желудочного сока.

Биохимик, проанализировав показатели холестеринового, углеводного и белкового обмена, однозначно бы заявил только о том, что исследуемый нами вид совершенно точно не относится к классу чистых хищников, так как совершенно не способен эффективно справляться с большими количествами пищевого белка и холестерина. Но при этом тут же указал бы на то, что абсолютная зависимость данного организма от поступления извне витамина В12 со всей очевидностью говорит о том, что животная пища в небольших количествах всегда присутствовала в рационе данного вида.

Эпидемиолог, изучив состояние здоровья и пищевые привычки представителей данного вида в разных географических областях с разной структурой питания, пришел бы к следующим выводам: 1) преимущественно мясное питание является нежелательным для данного вида, так как оно мало совместимо со строением толстого кишечника и устройством холестеринового и белкового обмена, что приводит в итоге к серьезным нарушениям здоровья; 2) исключительно растительный рацион способствует более правильному функционированию данного биологического вида и позволяет гораздо дольше поддерживать оптимальное состояние здоровья, однако если растительная диета является скудной и однообразной, это довольно быстро приводит к серьезным нарушениям энергетического, белкового и витаминно-минерального обмена, а также к функциональным сбоям со стороны костной и эндокринной систем и системы кроветворения; 3) максимально разнообразный растительный рацион с элементами незаменимых продуктов животного происхождения обеспечивает максимальную продолжительность жизни данного вида.

Нравится нам это или нет, но по анатомическим, биохимическим и физиологическим параметрам человека нельзя отнести ни к строгим хищникам, ни к травоядным животным. Хотя бы просто потому, что человек — это не животное. И всё, что есть по-настоящему человеческого в нашем питании, — это максимальная вариабельность и разнообразие.

И в итоге, суммировав мнения всех членов, данный консилиум пришел бы к следующим выводам. Во-первых, рассматриваемый биологический вид отличается совершенно уникальной для животного мира способностью к пищевой адаптации и максимально широким и разнообразным рационом питания. Во-вторых, данный вид является преимущественно растительноядным, но добавление в рацион ряда веществ животного происхождения позволяет значительно улучшить эффективность обмена веществ и общее состояние здоровья. При этом любое однообразное питание — будь это узкий спектр какой-либо растительной пищи или (особенно!) однообразный мясной рацион — мало подходит для полноценного функционирования организма представителей данного вида.

Часть вторая

Что могут сказать о мясоедении и вегетарианстве региональные диеты, или Еще раз о сознательной и рациональной всеядности

Какой бы убедительной ни была первая часть, хотелось бы все же получить реальные свидетельства правильности сделанных в ней выводов. А именно увидеть на примерах наших не столь уж далеких предков, а еще лучше современников, что тот или иной тип питания действительно лучше подходит для пищеварительной системы человека и — главное — что это доказывается заметным улучшением состояния здоровья и большей продолжительностью жизни.

При этом нас интересуют не сегодняшние бесчисленные и мимолетные диеты в их современном понимании, не пищевые привычки малых и изолированных народов, а традиционные рационы питания, которые были характерны для целых географических областей и целых народов в течение столетий и даже тысячелетий. Только в этом случае у нас будут основания сделать достоверные выводы о наиболее благоприятном для человека составе ежедневной диеты и о ее объективном влиянии на организм и здоровье человека.

При этом мы исходим из предположения о том, что человек в процессе своей пищевой эволюции движется от менее подходящих для его физиологии (т. е. менее здоровых) продуктов в сторону более усваиваемых, полезных и органичных для своего организма. Соответственно, если мы сможем найти какие-то общие закономерности в пищевом поведении сотен миллионов людей, относящихся к разным расам, культурам и географическим областям, мы с большой долей вероятности сможем сказать о том, что данный рацион является наиболее подходящим для человека.

Среди таких наиболее изученных, имеющих очень долгую историю и, главное, очень распространенных региональных диет можно выделить: 1) японскую и китайскую кухни (более 1,5 млрд последователей); 2) индийскую кухню (более 1 млрд последователей): 3) средиземноморскую кухню (несколько сотен миллионов последователей); 4) арабскую и турецкую кухни (несколько сотен миллионов последователей); 5) североевропейскую и американскую кухни (несколько сотен миллионов последователей).

Средиземноморская диета

Пожалуй, самая знаменитая и одна из самых древних диет. И в этом нет ничего удивительного: она охватывает регион, где сформировалось большинство древних культур и народов. Кроме того, средиземноморская диета считается сегодня чуть ли не эталоном здорового питания и, как полагает большинство диетологов, именно в ней причина хорошего состояния здоровья и высокой продолжительности жизни в прибрежных районах Италии, Франции, Испании, Португалии, Греции, многих балканских стран и других стран Средиземноморья. Более того, очевидное влияние средиземноморской диеты в том или ином виде можно наблюдать в арабской и турецкой кухнях.

Несмотря на наличие многочисленных региональных вариантов средиземноморского рациона, есть базовые, общие для всех принципы. Наиболее наглядно (хотя и с определенной долей условности) они показаны на приведенной ниже схематической диаграмме.

Компонентный состав средиземноморской диеты

В этой и во всех последующих диаграммах важно обращать внимание не только на удельный вес той или иной пищевой категории, но и на показатель разнообразия продуктов, входящих в нее. Мы показываем это за счет высоты столбцов — чем выше они, тем разнообразнее пища в данной категории, и наоборот. В этом смысле очень показательно сравнивать все приведенные ниже диаграммы с диаграммой американской кухни (см. соответствующий раздел), которая отличается минимальным разнообразием пищи. Это очень наглядно показывает, что для здоровой и полноценной диеты важно не столько само по себе соотношении животных и растительных компонентов, сколько максимальное разнообразие.

Кроме того, здесь и далее мы совершенно неслучайно разделяем диету не просто на животные и растительные составляющие, как, казалось бы, это должно быть в соответствии с логикой данной книги. Еще раз повторим: мы руководствуемся не этическими вопросами, а влиянием конкретных питательных веществ на здоровье человека. Именно поэтому мы разделяем "быструю" и "медленную" углеводную пищу, а также делаем разницу между разными видами животной пищи. Более подробно мы поговорим об этом в 4–6 главах, а пока приведем состав средиземноморской диеты в виде следующей таблицы.

Таблица 1. Базовый состав классической средиземноморской диеты

Как видно из диаграммы и таблицы, основу средиземноморской диеты составляет растительная пища, причем с очень высокой долей нативных, нерафинированных продуктов, богатых витаминами, витаминоподобными веществами, минералами и грубой клетчаткой, что закономерно определяет их низкий гликемический индекс (<30–50). Компоненты животного происхождения имеют сравнительно меньший удельный вес и представлены в основном молочными продуктами глубокой переработки, а также морской рыбой и морепродуктами. А вот мясо в средиземноморской диете явно аутсайдер. Да, конечно, во многих регионах Италии, Франции, Балкан и особенно Испании мясо играет центральную роль в диете, но такая кухня сформировалась в большей степени под влиянием народов, мигрировавших с севера Европы (о питании которых мы еще поговорим), тогда как мы ведем речь исключительно о прибрежных районах Средиземноморья. Но самая важная особенность средиземноморской кухни заключается даже не в том, что нерафинированная растительная пища в ней значительно преобладает над животными компонентами, и не в том, что мясо (и особенно красное) занимает едва ли не последнее место. Главным фактором средиземноморской диеты, который многие упускают из виду, является исключительное разнообразие пищевых продуктов в рамках практически всех ее сегментов, но особенно в части нерафинированной растительной пищи.

При этом важно понимать, что все продукты, которые упоминаются в этой и во всех остальных таблицах, люди употребляют регулярно. Не теоретически, не по праздникам, не в связи с какими-то религиозными постами, а почти каждый день и почти круглый год! То есть если мы перечислили в составе средиземноморской диеты десяток-другой разных видов зелени, овощей и фруктов, это значит, что они все регулярно и в достаточном количестве присутствуют на столе почти каждый день. (То есть это никак не веточка укропа на огромном стейке и не мандарины на Новый год.) Если идет речь о десятках разных морепродуктов, это значит, что все они являются частью повседневного рациона.

Японская диета

Диета, сформировавшаяся на Японских островах и в ряде соседних регионов Кореи и Китая (а также — благодаря японским иммигрантам — в прибрежных районах Перу), поразительно напоминает средиземноморскую диету. Точно так же в ней преобладает грубая растительная пища, а продукты животного происхождения представлены в основном рыбой, морепродуктами и отчасти птицей. При этом мясо в японской кухне играет еще более второстепенную роль (наследие ортодоксального буддизма), а молочных продуктов в ней вообще практически нет.

Правда, по части разнообразия компонентов рациона японская диета, возможно, даже опережает средиземноморскую. Такого количества самых разных видов растительной пищи, которые употребляют ежедневно, не встретишь, пожалуй, ни в одной другой кухне мира. Более того, удельная доля злаковых культур (в случае японской кухни это в основном рис) существенно ниже, чем в средиземноморской диете, в которой продукты на основе пшеничной муки играют одну из ведущих ролей.

Компонентный состав японской диеты

Таблица 2. Базовый состав классической японской диеты

Говоря о японской кухне, очень важно отметить, что почти такая же структура питания характерна и для многих других стран Юго-Восточной Азии с большой береговой линией, таких как Вьетнам, Таиланд, Камбоджа, а также многих регионов Кореи, Малайзии и Китая (см. ниже).

Китайская диета

По большому счету описанная выше японская кухня является не чем иным, как хорошо сохранившимся образцом древней традиционной китайской кухни. На самом материке, подвергавшемся многочисленным вторжениями северных степных народов, эта кухня претерпела много изменений, которые прежде всего связаны с увеличением количества мяса и птицы, а также риса, что стало возможным благодаря совершенствованию сельскохозяйственных технологий и — в отличие от Японии — очень большим площадям плодородных земель.

Тем не менее современная китайская кухня до сих пор сохраняет очень большое разнообразие растительной пищи и по этому показателю не уступает японской (а в некоторых регионах Китая даже превосходит). Если же говорить о прибрежных районах страны, то местные разновидности китайской кухни (например, кантонская) иногда можно принять за классическую японскую кухню.

Не нужно быть большим специалистом в области диетологии, чтобы увидеть, что ключевая особенность диеты перечисленных стран Юго-Восточной Азии (как и в средиземноморской кухне) заключается в преобладании нативной растительной пищи и огромном разнообразии компонентов рациона.

Индийская диета

Классическая индийская кухня является почти полностью вегетарианской, так как она сформировалась под сильным влиянием индуизма, джайнизма и буддизма. Правда, в северных районах страны к ней в достаточно большом количестве добавляются мясные блюда, в прибрежных — рыба и морепродукты, но в основе своей индийская диета состоит из самых разнообразных видов растительной пищи. Кроме того, в отличие от большинства других региональных диет в индийской кухне исключительно велика роль самых разных специй и пряностей, которые нужно рассматривать именно как пищу, ведь по количеству минералов и витаминоподобных веществ мало какие другие продукты могут сравниться с ними. При этом, говоря об индийской кухне, мы имеем в виду питание не только жителей самой Индии в ее нынешних географических границах, но и нескольких сотен миллионов человек, принадлежащих к этому же культурному пространству. Речь идет о жителях Шри-Ланки, Пакистана, Бангладеш, Мьянмы, некоторых регионов Индонезии и Малайзии, Мальдивских островов.

Компонентный состав индийской диеты

Таблица 3. Базовый состав усредненной индийской диеты

Преимущественно нативная растительная пищи и бесконечное разнообразие компонентов диеты — кажется, мы это где-то уже видели, не правда ли? Средиземноморье, Китай, Япония, страны Юго-Восточной Азии… Вот и получается, что рационы питания с очень высокой долей и, главное, с очень высоким разнообразием нативной растительной пищи исторически характерны почти для двух третьих населения Земли. И вряд ли это можно считать случайностью, особенно с учетом того, что именно такой стиль питания считается сегодня наиболее здоровым.

Диета Северной и Центральной Европы

Кухня Германии, Австрии, Швейцарии, Великобритании, Чехии, Польши и других соседних стран Европы сформировалась в более суровых климатических условиях, на территориях, удаленных от моря, многие из которых раньше занимали леса. Все это и предопределило современную структуру этой диеты, которая в основном состоит из мясных продуктов и высокоуглеводных растений, таких как пшеница и картофель. Кроме того, большую роль здесь играют сублимированные молочные продукты, такие как сыр и сливочное масло.

Как мы видим, у северных стран структура питания резко меняется в сторону значительного сокращения количества и разнообразия нативной растительной пищи и, наоборот, резкого увеличения доли высокоуглеводной рафинированной пищи на основе пшеничной муки, картофеля, пива и сахара.

Вместе с этим существенно возрастает удельный вес (и разнообразие) пищи животного происхождения, которая начинает играть главную роль в питании.

Компонентный состав североевропейской диеты

Таблица 4. Базовый состав североевропейской диеты

Подобную структуру питания большинство современных диетологов считают крайне нездоровой, что подтверждается крайне неблагоприятными показателями сердечно-сосудистой и онкологической заболеваемости в этих странах. Североевропейскую диету, хотя и с известной долей условности, можно назвать продолжением "неандертальской диеты", тогда как средиземноморскую кухню — наследницей "диеты кроманьонцев" (см. раздел "Гастрономическая палеонтология, или О чем говорят окаменевшие останки трапезы" первой части книги).

И самое главное, именно на основе диеты Северной и Центральной Европы (достаточно вспомнить происхождение слова "гамбургер") сформировалась современная американская диета, которая в свою очередь дала начало общемировому феномену фастфуда.

Американская диета (западный фастфуд)

Современная американская диета сформировалась в довольно суровых условиях пустынных прерий Северной Америки, которые пришлось осваивать европейским переселенцам. Основными источниками пищи были мясо (сначала диких животных, а затем и домашнего скота) и хлеб из кукурузной или пшеничной муки.

Примерно в таком же направлении, но только задолго до этого развивалась диета степных кочевых народов Монголии, Северного Китая и Центральной Азии. Однако за долгое время эволюции степная азиатская кухня значительно обогатилась за счет молочных (особенно кисломолочных) и разнообразных растительных продуктов, заимствованных у покоренных народов. Американская же диета не успела окончательно сформироваться и обогатиться, так как наступил XX век с его примитивизацией любых рационов питания.

Компонентный состав американской диеты

В результате структура американской диеты выглядит совсем не как многослойная и очень сложная пирамида средиземноморской или японской кухни, и даже не как "штрудель" североевропейской диеты, отличающейся хоть каким-то разнообразием растительных компонентов, а как самый настоящий американский гамбургер с порцией обязательного картофеля-фри. И это вовсе не преувеличение, так как американская кухня буквально по всем ее составляющим упрощена до "диетологического абсурда" и держится на трех китах: хлеб, мясо и картофель. Прочей растительной пище здесь уделена роль салатного листа, скромно выглядывающего из-под большой котлеты гамбургера.

Арабская диета

Арабская кухня в ее различных региональных вариациях является родной для нескольких сотен миллионов человек. И очень часто именно арабскую диету приводят в качестве примера абсолютной обоснованности преимущественно мясного рациона. Да, конечно, мясо играет здесь очень важную роль, но при этом почему-то многие забывают о том, что настоящая арабская кухня характеризуется еще и огромным разнообразием сопутствующих блюд растительного происхождения. Достаточно вспомнить калейдоскоп арабских мезе, с которых начинается любая трапеза. Почти все они состоят из самых разнообразных растительных компонентов. Это блюда из нута, известные на весь мир хумус и фалафель — паста из баклажанов (бабагануш), оливковое масло с кунжутом и пряностями, паштет из помидоров с зеленью и сыром, булгур с томатами и зеленью и другие. Впрочем, давайте не будет руководствоваться личным гастрономическим опытом, а проведем объективный анализ арабской диеты.

Компонентный состав арабской диеты

Таблица 5. Базовый состав арабской диеты

Очевидно, что такое разнообразие продуктов, абсолютно не свойственных для суровых условий Аравийского полуострова, является следствием заимствований кулинарных традиций у покоренных народов. А поскольку большинство этих земель относятся к Средиземноморскому бассейну, то и структура арабской кухня со временем стала приобретать все больше и больше черт классической средиземноморской диеты, особенно марокканская и ливанская разновидности. И это лишний раз свидетельствует о том, что любая изначально ограниченная по составу и преимущественно мясная кухня неизбежно эволюционирует в сторону максимального разнообразия, причем в основном именно за счет растительной пищи.

Кавказская диета

Вообще-то данную диету нельзя сравнивать с описанными выше рационами из-за ее ограниченности — слишком уж невелико число людей, которые питаются в соответствии с принципами кавказской кухни. И мы рассматриваем ее в данном разделе лишь по той причине, что очень часто именно кавказскую диету (очень популярную в нашей стране) приводят в качестве доказательства того, что рационы с большой удельной долей мяса могут прекрасно сочетаться с хорошим состоянием здоровья и не просто высокой, а очень высокой продолжительностью жизни.

Однако при внимательном анализе состава данной диеты оказывается, что ее структура и состав абсолютно не похожи ни на структуру североевропейской кухни, ни тем более на "гамбургер" западного фастфуда — слишком много в ней самой разнообразной растительной пищи. То есть мы видим здесь примерно такую же картину, как и в арабской кухне.

Компонентный состав кавказской диеты

Таблица 6. Базовый состав кавказской диеты

Хотя мясо в кавказских странах действительно употребляют в больших количествах, в отличие от североевропейской, американской или других преимущественно мясных диет оно сочетается с очень большим объемом нативной и крайне разнообразной растительной пищи. Это кукурузная и пшеничная мука, фасоль, орехи, зелень нескольких видов, многообразие овощей, причем все это обычно присутствует на столе одновременно.

Даже при беглом взгляде на пирамиду кавказской кухни сам собой напрашивается вывод о том, что столь непропорционально большая доля растительной пищи (а также йогурта и кисломолочных продуктов) притом, что мясо домашних животных было почти всегда в достатке, далеко не случайна. Скорее всего, народы считали эту часть рациона богатой очень важными питательными веществами, которых нет в мясе, а также — возможно — и эффективной защитой от негативного воздействия продуктов неполного переваривания мяса на кишечник и его микрофлору, хотя точный механизм этого человечество узнало только в XX веке.

Осторожное резюме

Исходя из приведенных выше данных, можно сделать несколько предварительных выводов. Во-первых, все наиболее здоровые диеты являются максимально разнообразными по своему составу и уже один только этот факт снимает вопрос о диете хищника с нашей повестки, так как последняя является почти исключительно монодиетой.

Во-вторых, самые полезные (и, видимо, поэтому и самые распространенные) стили питания подразумевают очень высокую — более половины — долю грубой (нативной) растительной пищи, что уже совершенно однозначно выводит исключительно мясной рацион за рамки здорового питания человека. Причем почти все изначально мясные и однообразные по своей структуре региональные диеты очень быстро наполнялись разными растительными продуктами при любых контактах с другими культурами питания.

В-третьих, нельзя не заметить, что абсолютно все доказавшие свою эффективность диеты обязательно включают в себя довольно существенную долю продуктов животного происхождения, хотя чаще всего речь идет не столько о мясе, сколько о рыбе, яйцах и молочных продуктах. И этот неоспоримый факт в свою очередь ставит под сомнение адекватность строго вегетарианского (веганского) питания в качестве полноценной диеты для каждого человека.

Впрочем, при всей убедительности эти выводы все равно в той или иной степени являются интуитивными и не могут считаться серьезными научными аргументами, о которых мы поговорим уже в следующей части нашей книги.

Часть третья

В поисках объективности, или Что говорят о мясоедении и вегетарианстве научные исследования

Вплоть до настоящего момента все наши рассуждения лежали в теоретической плоскости. Однако какими бы убедительными ни были факты из области эволюции питания, анатомии и физиологии пищеварения, биохимии обмена белков, жиров и углеводов, какой бы, на первый взгляд, показательной ни была связь между состоянием здоровья и составом той или иной традиционной диеты, все это пустой звук, пока мы не получим убедительные и статистически достоверные данные о фактическом состоянии здоровья реальных людей, придерживающихся преимущественно мясного или, наоборот, растительного рациона.

Впрочем, одно дело сказать, и совсем другое — сделать эту в действительности чрезвычайно сложную аналитическую работу. Казалось бы, самый простой способ — это сравнить продолжительность жизни в странах с преимущественно мясным питанием и аналогичные показатели в "вегетарианских" странах. На первый взгляд, при таком подходе будут сведены к минимуму неизбежные субъективные факторы, связанные с диетологическими опросниками, интервью, весьма произвольными и часто необъективными оценками участниками исследований своего повседневного уровня потребления тех или иных продуктов. Вместо этого берутся точные цифры производства и продажи мясных изделий, примерно оценивается доля личных подсобных хозяйств в стране и все это сопоставляется со столь же объективными показателями продолжительности жизни.

Однако, следуя данной логике, мы получим абсолютно обескураживающий результат: большинство стран с очень высоким уровнем потребления мяса и низкой долей нативной растительной пищи (североевропейская кухня), такие как Германия, Швейцария, Голландия, Австралия и США, будут отличаться очень высокой средней продолжительность жизни, равной 80–82 годам. И это лишь немного меньше, чем в Японии, Сингапуре и Гонконге (китайская и японская кухня) или Италии, Испании и Франции (средиземноморская кухня), граждане которых живут в среднем 82–85 лет. Страны же с наименьшей долей мяса в рационе (менее 5 кг в год на душу населения), такие как Бангладеш или страны экваториальной Африки, занимают самые последние места в общемировом рейтинге со средней продолжительностью жизни 58–65 лет.

Хотя, конечно же, это вовсе никакой не парадокс. Все дело в высочайшем уровне жизни и развития медицины в первых странах и удручающей нищете и отсутствии доступа к медицинским услугам в последних. Но как бы то ни было, мы вынуждены признать, что этот, казалось бы, максимально объективный способ оценки влияния рациона питания на здоровье человека нам совершенно не подходит.

Другой подход заключается в том, что мы сравниваем показатели здоровья людей, сознательно выбравших вегетарианство, и населения той же развитой страны с высоким уровнем жизни и медицины в целом. Однако помимо субъективности в оценке людьми своего рациона питания мы здесь сталкиваемся еще и с тем, что в большинстве случаев осознанный переход на вегетарианство происходит обычно в среднем возрасте, что очень сильно снижает чистоту эксперимента.

Наконец, нельзя не учитывать то, что вегетарианцы обычно ведут гораздо более здоровый образ жизни (занимаются спортом, не имеют вредных привычек, много путешествуют и позитивно относятся к жизни), чем среднестатистический человек. А это не может не вносить дополнительный (и часто далеко не последний) вклад в здоровье человека.

Адвентисты седьмого дня и обычные вегетарианцы как герои многолетнего научного эксперимента

Итак, чтобы получить более объективные результаты влияния вегетарианского питания на состояние здоровья, нам нужна достаточно однородная и при этом довольно большая группа вегетарианцев, причем желательно с очень долгой историей вегетарианства. Всем этим условиям отвечают последователи религиозного течения адвентистов седьмого дня, одним из ключевых столпов которого является принцип разумного, здорового и преимущественно вегетарианского питания.

Дело в том, что, во-первых, большинство последователей этого религиозного течения живут в США или других развитых странах. Во-вторых, история сознательного вегетарианства у адвентистов длится уже более 150 лет. В-третьих, очень многие адвентисты придерживаются вегетарианства всю свою жизнь. В-четвертых, это достаточно однородная, но при этом многочисленная группа людей, что резко повышает статистическую достоверность исследований.

В-пятых — и это особенно важно, — правильное питание и здоровый образ жизни являются частью миссионерской миссии адвентистов, поэтому они относятся к составлению рационов питания крайне профессионально и максимально научно (тем более что к этому предрасполагает высочайший уровень науки о питании в США и других развитых странах). Любое возможное негативное влияние вегетарианской диеты на состояние здоровья и продолжительность жизни человека (нарушение обмена кальция, железа и йода, угроза дефицита омега-3 полиненасыщенных жирных кислот или витамина В12 и др.) нивелируются за счет включения в рацион специальных продуктов или биологически активных пищевых добавок.

Это действительно очень важный момент, так как все имеющиеся исследования состояния здоровья членов религиозных течений и сект, которые тоже придерживаются строгого вегетарианства, но живут в бедных и малоразвитых странах Юго-Восточной Азии или Индии, не показывают кардинального улучшения показателей здоровья. Часть параметров физического здоровья у них будет намного лучше по сравнению с остальным населением этих стран, а часть, например состояние системы кроветворения или костной системы, — намного хуже. И проблема часто не в самом вегетарианстве, а в том, что оно в данном случае диктуется религией, а не является осознанным выбором с точки зрения здоровья и, значит, является априори несбалансированным по содержанию жизненно важных нутриентов. И это, как мы неоднократно увидим далее, одна из самых важных мыслей данного раздела.

Возвращаясь к адвентистам, мы предлагаем сразу обратиться к многолетним исследованиям, которые были выполнены с высочайшей методологической точностью на разных группах последователей этого религиозного течения, насчитывающих десятки тысяч участников. Таких исследований накопилось уже довольно много, чтобы попробовать сделать какие-то предварительные выводы. Кроме того, у нас сегодня есть данные серьезных исследований по заболеваемости и смертности вегетарианцев и невегетарианцев среди населения развитых стран в целом, уже без привязки к каким-то религиозным или другим убеждениям.

Итак, для начала обратимся к результатам долгосрочного влияния вегетарианских (и веганских) рационов на здоровье человека по результатам анализа параметров заболеваемости и смертности в группах адвентистов седьмого дня, история которых вот уже более полутора веков тесно связана с сознательным вегетарианством. Затем перейдем к анализу ряда других современных эпидемиологических исследований, проведенных в развитых странах Европы, Австралии и США.

Долгая жизнь без мяса, или Диетологические уроки адвентистов

Сегодня у нас есть результаты сразу нескольких многолетних исследований состояния здоровья адвентистов в США и Канаде, выполненных на очень высоком методическом уровне и, главное, проведенных на больших группах людей — более 150 тысяч человек принимали в них участие. При этом показатели продолжительности жизни и статистика заболеваемости раком толстого кишечника и сердечно-сосудистыми заболеваниями сначала сравнивались между вегетарианцами и невегетарианцами внутри группы адвентистов и только потом с теми же показателями у людей, допускающих употребление мяса, среди населения этих стран в целом. И это очень важный момент, так как адвентисты обычно следят не только за питанием, но и за своим здоровьем в целом: избегают вредных привычек, придерживаются активного двигательного режима и др., что может оказывать дополнительное позитивное влияние на показатели заболеваемости и смертности адвентистов.

Начнем с показателей заболеваемости раком толстого кишечника, к которому в силу строения нашего пищеварительного аппарата может предрасполагать избыточное и несбалансированное мясное питание. Как показывает анализ полученных данных, вероятность этого заболевания у адвентистов-вегетарианцев примерно в полтора-два раза ниже, чем у адвентистов, регулярно употребляющих мясо. Более того, разница в частоте заболеваемости была еще заметнее, когда в качестве группы сравнения брались адвентисты-невегетарианцы, которые редко употребляли овощи и зелень (менее двух раз в неделю), что опять же отсылает нас к дискуссии о строении кишечника человека и зависимости его здоровья от количества растительной клетчатки в пище. При учете гендерного признака участников была выявлена еще одна очень любопытная закономерность: разница в частоте заболеваемости раком толстого кишечника была более заметна у мужчин. Очевидно, это связано с тем, что мужчины-невегетарианцы в среднем употребляют мяса гораздо больше, чем женщины, и соответственно больше подвержены риску данного заболевания.

Есть еще одно важное наблюдение — и здесь мы вынуждены забежать несколько вперед, — которое отсылает нас к четвертой части данной книги и таблице 7, представленной в ней. Кроме мясного белка, у невегетарианцев риск возникновения рака толстого кишечника дополнительно увеличивается за счет животного жира (то есть при употреблении преимущественно жирных сортов мяса и колбасных продуктов), тогда как у вегетарианцев защитный эффект оказывает не сама по себе пища растительного происхождения, а пища с высоким содержанием растительной клетчатки.

Полученные данные однозначно говорят о том, что рационы с избыточным содержанием мяса (особенно жирных сортов) повышают риск заболевания раком толстого кишечника. Впрочем, будет справедливым заметить, что в абсолютных цифрах этот риск будет относительно небольшим (если, конечно, такое определение применимо к онкологическому риску). Так, среди более чем 34 тысяч адвентистов, которые участвовали в исследовании, посвященном анализу онкологической заболеваемости, было диагностированного 107 случаев рака толстого кишечника — то есть менее чем у 0,3 %. Поэтому снижение частоты данного заболевания на 10–30 случаев практически не окажет влияния на общие показатели заболеваемости и смертности. Это объясняет, почему при всеобщем консенсусе относительно четкой взаимосвязи между мясным питанием и раком толстого кишечника мы не видим заметных различий в цифрах продолжительности жизни в развитых "странах-мясоедах" и таких же развитых странах, в которых мясных продуктов потребляют меньше.

Главный урок адвентистов заключается в том, что на первом месте всегда должны быть четкая цель и необходимые для ее достижения знания. А питание, пусть даже вегетарианское, служит лишь средством. Если же диета становится самоцелью, то какими бы благими ни были ваши намерения, питание вряд ли сильно поможет здоровью.

Поэтому более важными будут данные относительно заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых болезней, которые вносят гораздо больший вклад в ухудшение состояния здоровья населения. Как мы уже неоднократно говорили, мясо и мясные продукты содержат слишком много холестерина и тугоплавких животных жиров, с которыми человек не может справиться в силу того, что обмен холестерина у него совсем не такой, как у хищников.

И как показывают результаты сравнительного анализа внутри группы адвентистов, вегетарианцы действительно гораздо меньше подвержены риску развития атеросклероза и смертельных сердечно-сосудистых заболеваний, чем невегетарианцы. Правда, значительное снижение риска — до 30 % — наблюдается только у мужчин, тогда как у женщин вегетарианское питание мало что может добавить к естественным механизмам защиты от атеросклероза, обусловленным профилактическим действием женских половых гормонов. Хотя, возможно, данный феномен объясняется тем, что женщины потребляют значительно меньше мяса, чем мужчины.

И как же состояние здоровья сердечно-сосудистой системы влияет на продолжительность жизни? Ведь, согласитесь, именно этот показатель является в конечном итоге самым главным. И, как показывает данное исследование, мужчины адвентисты, которые придерживаются принципов вегетарианства, действительно живут в среднем на 7,5 лет (!) дольше мужского населения данной территории (например, штата Калифорния) в целом. У женщин эта разница чуть меньше, но все равно впечатляет — около 4,5 лет.

В целом можно было бы считать это отличным подтверждением того, что вегетарианские диеты гораздо более физиологичные и здоровые, если бы не одно "но". Сравнение продолжительности жизни вегетарианцев и невегетарианцев внутри группы адвентистов такой большой разницы уже не дало. Мужчины адвентисты, придерживающиеся вегетарианского питания, жили всего на 1,5 года дольше адвентистов-невегетарианцев, а женщины — всего на 2,5 года. Этот факт говорит о том, что здоровый образ жизни в целом (который как раз и характерен для адвентистов) имеет гораздо большее значение для здоровья, чем какая-либо из его частей, отдельно взятая, пусть даже и такая важная, как питание, и мы об этом поговорим ниже.

Кроме того, при анализе состояния здоровья отдельных подгрупп вегетарианцев (веганы, лактоововегетарианцы и песковегетарианцы) было установлено, что, если говорить о статистике смертности и продолжительности жизни, то наилучшим профилактическим действием обладает даже не чисто растительная (веганская) диета, а песковегетарианство, подразумевающее регулярное употребление определенного количества морской рыбы и морепродуктов наряду с растительной пищей. И это очень важный момент в контексте нашей дискуссии о том, что человек вряд ли когда-либо относился к чистым травоядным организмам. (Более подробно о разновидностях вегетарианства можно прочитать в шестой части данного издания.)

Вегетарианство без религии, или Насколько здоровее обычные люди, избегающие мяса

Практически все исследователи отмечают, что сколько-нибудь существенные улучшения показателей состояния здоровья и продолжительности жизни среди вегетарианцев наблюдались исключительно у групп адвентистов. И поскольку немаловажный вклад в эти показатели вносят многие другие факторы здорового образа жизни, очень характерные для данного религиозного течения, некоторые авторы высказывают справедливое мнение о том, что данные результаты нельзя считать исключительно влиянием вегетарианской диеты.

И действительно, как только мы пытаемся провести сравнительный анализ состояния здоровья вегетарианцев и мясоедов среди обычного населения развитых стран, мы в большинстве случаев не получаем статистически достоверной разницы. Так, в очень широком исследовании, включавшем более 250 тысяч жителей Австралии ("The 45 and Up Study"), не было выявлено статистически достоверной разницы в показателях общей смертности между вегетарианцами и мясоедами. Более или менее заметное снижение риска (и то статистически не подтвержденное) наблюдалось лишь в группе песковегетарианцев, тогда как у веганов и лактоововегетарианцев вообще никаких преимуществ выявлено не было.

Точно такая же картина наблюдалась в трех широкомасштабных сравнительных исследованиях, проведенных в Великобритании: Health Food Shoppers Study, Oxford Vegetarian Study и EPIC-Oxford Study. При анализе результатов многолетних наблюдений за несколькими сотнями тысяч человек не было выявлено никаких достоверных различий в показателях общей смертности между вегетарианцами и невегетарианцами. Даже несмотря на то, что отдельно взятые показатели смертности от ишемической болезни сердца (атеросклероз) у вегетарианцев были существенно ниже — на 15–25 %.

Такие слегка обескураживающие результаты можно объяснить несколькими факторами. Во-первых, сам по себе факт присутствия в рационе мяса еще ничего не говорит с точки зрения долгосрочной оценки состояния здоровья. Да, безусловно, избыточное потребление мяса и мясных изделий (особенно жирных сортов) достоверно повышает риск многих хронических заболеваний, но ведь большинство людей все же придерживаются умеренного или очень умеренного потребления мяса. А такой стиль питания, как мы видим на примерах средиземноморской и японской кухни, не сопровождается никакими рисками при условии разнообразия остальной части диеты.

Во-вторых, более трех четвертей участников данных исследований составляли женщины (которые в целом гораздо более склонны к вегетарианству), у которых, как мы говорили выше, влияние мясного или, наоборот, вегетарианского питания на состояние здоровья и продолжительность жизни не так заметно. Во-третьих, приверженность здоровому образу жизни во всех его аспектах (как это мы наблюдаем у большинства адвентистов) мало характерна для среднестатистического населения.

В-четвертых, само по себе понятие вегетарианства среди населения в целом в большинстве случаев не является абсолютным синонимом здорового и сбалансированного рациона, а лишь характеризуется отказом от употребления мяса. При этом особых требований к составу и качеству растительной пищи у большинства людей, считающих себя вегетарианцами, как правило, нет.

Очень любопытным в этом смысле является так называемый "индийский парадокс" (в противовес пресловутому "французскому парадоксу"). Страна, где несколько сотен миллионов человек всю свою жизнь являются вегетарианцами и где существует обязательная сертификация абсолютно всех пищевых продуктов на предмет вегетарианского/невегетарианского состава, тем не менее не может похвастаться ни высокой продолжительностью жизни, ни хорошим состоянием здоровья населения.

Более того, в сравнительном анализе состояния здоровья индийских вегетарианцев и невегетарианцев, опубликованном в сентябрьском номере журнала Nutrition за 2016 г., исследователи во главе с M. Lindsay не смогли выявить столь же убедительной разницы между ними в показателях распространенности ожирения, сахарного диабета, липидного обмена и сердечно-сосудистой заболеваемости, как это было в случае сравнения групп вегетарианцев и невегетарианцев в развитых западных странах.

Пытаясь выяснить причины такого странного феномена, исследователи сначала установили, что отчасти это может объясняться тем, что индийские невегетарианцы употребляют мяса и рыбы в среднем намного меньше, чем невегетарианцы из западных стран — 20 и 4 грамма в день против 55 и 35 граммов в день соответственно. Однако потом открылась и оборотная сторона медали: индийские вегетарианцы в массе своей едят гораздо менее здоровую еду по сравнению с западными сторонниками растительной пищи (в основном это рис, пшеничные лепешки, а в больших городах еще и снеки). И выбирают определенную пищу они не потому, что стремятся к здоровому питанию, а просто потому, что следуют традиции и ориентируются на вегетарианскую маркировку. Таким образом, получается, что в современных реалиях сами по себе понятия вегетарианства или мясоедения очень сильно размываются и уже не могут однозначно свидетельствовать о здоровом или, наоборот, нездоровом образе жизни. И именно поэтому ощутимой разницы в показателях продолжительности жизни между мясоедами и людьми, считающими себя вегетарианцами, так и не было обнаружено. Интересным в этом смысле является исследование J. Chang-Claude и соавторов, опубликованное в журнале Cancer Epidemiology, Biomarkers & Prevention (апрельский выпуск 2005 года). Оно проводилось в Германии на сравнительно небольшой группе вегетарианцев и невегетарианцев (1125 и 679 человек), но зато на протяжении более двадцати лет. Важнейшим критерием включения в исследование был сознательно выбранный здоровый образ жизни (отсутствие вредных привычек, регулярная физическая активность, внимательное отношение к питанию), причем как у вегетарианцев, так и у невегетарианцев. По завершении исследования в обеих группах было выявлено существенное снижение показателей смертности по сравнению со среднестатистическим населением, но при этом между собой эти группы почти не различались и характеризовались почти одинаковыми показателями заболеваемости и смертности. На основании этого исследователи делают важный вывод о том, что в первую очередь именно комплексный и осознанный здоровый образ жизни, обязательно включающий полноценный и максимально разнообразный рацион питания, оказывает выраженный профилактический эффект, тогда как наличие или отсутствие мяса в рационе питания является вторичным фактором.

Неудачный термин, или Почему вегетарианские диеты не всегда удовлетворяют ученых

Если еще раз внимательно перечитать все, что было написано в этой книге, можно сделать два почти противоречащих друг другу вывода. С одной стороны, анатомо-физиологические особенности строения организма человека однозначно говорят о том, что мясная пища в больших количествах подходит для нас гораздо в меньшей степени, чем максимально разнообразная растительная или смешанная диета.

С другой стороны, практически все серьезные научные исследования, посвященные изучению влияния вегетарианских рационов на здоровье человека в больших группах населения, не смогли показать их убедительной пользы по сравнению с диетами, богатыми мясом. Нет, конечно, есть очевидные факты, свидетельствующие о том, что мясной рацион повышает риск развития рака толстого кишечника и атеросклероза, но в целом, если говорить об общей продолжительности жизни в популяции в целом, вегетарианцы пока не могут рассчитывать на "десяток лишних лет здоровой жизни".

Это странное противоречие объясняется на самом деле довольно просто. Дело в том, что, во-первых, сами по себе понятия вегетарианства и мясоедения не являются строгими научными терминами и не позволяют точно описать полезный или, наоборот, вредный рацион питания. Человек, употребляющий белый хлеб, чипсы и лапшу быстрого приготовления в качестве основной пищи, формально является точно таким же вегетарианцем, как и адвентист, который с раннего детства привык к широчайшему и полностью сбалансированному растительному рациону. И, наоборот, люди, которые придерживаются максимально здоровой диеты, но при этом включающей умеренное количество преимущественно белого мяса, будут с формальной точки зрения отнесены к мясоедам. Вот если бы мы разложили все диеты на составляющие питательные вещества и смогли бы отслеживать их поступление в организм в нужных количествах каждый день, то только в этом случае был бы чистый и абсолютно достоверный научный эксперимент, но это вряд ли когда-либо будет возможным.

Во-вторых, питание является важной, но лишь одной из составляющих здорового образа жизни, и без других его элементов трудно рассчитывать на кардинальное улучшение состояния здоровья, какой бы полезной и сбалансированной ни была наша диета. Очевидно, что человек, который не чурается употреблять мясо в составе грамотно составленного рациона питания и при этом регулярно занимается спортом, не имеет вредных привычек и умеет управлять своими эмоциями, проживет дольше "строгого" вегетарианца, проводящего все свободное время у телевизора с пакетом абсолютно растительных картофельных или кукурузных чипсов.

Поэтому прежде чем начинать любую дискуссию о пользе вегетарианства и вреде мясоедения (или наоборот), необходимо для начала избавиться от некоторых мифов, которые связаны с формально вегетарианским питанием (в отличие от научного вегетарианства) и которые уже давным-давно описаны. Иначе — как это и бывает в большинстве подобных споров — никакой плодотворной дискуссии не состоится, и нам опять не удастся никого убедить в своей правоте. Но только ни в коем случае не стоит воспринимать изложенную ниже информацию в негативном ключе. Смысл этого заключается только в том, чтобы человек делал выбор в пользу вегетарианского (как и любого другого здорового питания) максимально осознанно, был достаточно информирован обо всех положительных моментах правильного вегетарианского питания и о негативных факторах, которые тоже могут быть свойственны формально абсолютно растительным диетам.

Миф № 1. Вегетарианские диеты являются намного менее калорийными по сравнению со смешанным питанием

Скажем сразу, практически все имеющиеся сегодня в повседневном рационе продукты, обладающие наивысшей энергетической плотностью (то есть содержащие максимальное количество калорий на единицу веса), имеют растительное происхождение. Орехи, семечки, большинство снеков типа картофельных чипсов, кукурузных начос, поджаренных с маслом сухариков — все это полностью подходит под определение вегетарианских продуктов. Да, конечно, есть еще сало и сливочное масло, имеющие гораздо большую энергетическую плотность, но их трудно отнести к повседневным продуктам, употребляемым в количестве 200–500 граммов и более. Тем более, если уж и говорить о жирах, то и тут растительные масла используются значительно чаще и в гораздо больших объемах.

Вторая тонкость заключается в том, что в массе своей растительные продукты с высоким содержанием быстрых (рафинированных) углеводов, в отличие от высокобелковых животных продуктов, обладают гораздо более высокой точкой насыщения. При одинаковой энергетической плотности белого хлеба и жирного мяса человеку для достижения чувства насыщения понадобится первого гораздо больше, чем второго. В этом-то и заключается все коварство высокоуглеводной пищи, которая имеет растительное происхождение и, значит, имеет полное право считаться вегетарианской.

Соответственно, если человек ставит перед собой задачу просто отказаться от мяса и в пище его интересует не питательный состав,

а исключительно растительное происхождение, это ни в коей мере не гарантирует ему защиты от избыточного веса. Ниже мы поговорим об этом более подробно.

Миф № 2. Вегетарианские диеты не совместимы с понятием ожирения

Еще раз повторим: грамотно составленные вегетарианские диеты очень существенно снижают риск ожирения. Это безусловный факт. Проблема в том, что под вегетарианским рационом многие понимают не набор необходимых питательных веществ растительного происхождения, а любую растительную пищу. А между тем любая высокоуглеводная диета — та самая, что повинна в развитии ожирения и связанных с ним нарушений, — является преимущественно растительной.

Именно с этим и связан тот факт, что распространенность ожирения (не просто избыточного веса, а именно ожирения) среди молодого населения преимущественно вегетарианских стран, таких как Шри-Ланка, Индия, Пакистан и Непал (исследование R. Jaywardena с соавторами, опубликованное в журнале Current Diabetes Review в 2017 году, № 13(5)), стремительно растет, достигая, в частности, в Индии уже почти 23 %. При этом именно вегетарианское питание (разумеется, в его весьма специфическом современном понимании в индуистских странах) является одним из факторов риска развития ожирения! Но если внимательно разобраться в питательном составе такого "вегетарианского" рациона, ничего удивительного в этом уже не будет.

Правда, подобную тенденцию можно сегодня увидеть и в западных странах. Так, в исследовании S. Sherf-Dagan с соавторами (январский номер журнала Obesity Surgery за 2018 год) приводятся следующие весьма неожиданные цифры: из 1470 пациентов, прошедших процедуру бариартрической хирургии в 2014–2016 гг. в одной из израильских клиник, 1,5 % составили вегетарианцы и веганы. Казалось бы, всего полтора процента. Но если учесть, что бариартрические операции проводятся только в случаях крайне выраженного и уже не поддающего диетологическому или терапевтическому лечению ожирения, эта цифра будет говорить о многом.

Миф № 3. Вегетарианцы употребляют намного меньше жирной пищи, и, кроме того, растительные жиры полезны, в отличие от крайне вредных животных жиров

Многие люди, считающие себя вегетарианцами, абсолютно уверены в том, что, в отличие от мясоедов, они могут не бояться сердечно-сосудистых заболеваний. И ведь действительно в их пище совсем нет холестерина, которым так богато мясо, а уровень холестерина у вегетарианцев закономерно намного ниже. Однако, как говорится, не холестерином единым…

Дело в том, что здоровье сердечно-сосудистой системы в одинаковой степени зависит как минимум от двух показателей. Во-первых, это уровень холестерина и животных жиров (точнее, триглицеридов) в крови: чем он выше, тем выше и риск сердечно-сосудистых болезней. И уменьшение количества животных жиров в пище за счет замещения их растительными маслами действительно значительно снижает этот риск.

Однако есть и второй важный показатель — соотношение омега-3 и омега-6 полиненасыщеных жирных кислот в клетках сосудов и сердца. Дело в том, что из этих жиров клетки синтезируют особые гормоны, управляющие работой многих систем организма и в первую очередь сердечно-сосудистой системы. Причем это управление осуществляется по принципу "плюс-минус". Несколько упрощая, можно сказать, что из омега-3 жиров синтезируются вещества, снижающие артериальное давление, возбудимость сердца и свертываемость крови, а из омега-6 жиров — вещества, действующие наоборот. В итоге за счет этого тонкого баланса поддерживается оптимальная работа всей сердечно-сосудистой системы.

При этом и омега-3, и омега-6 жирные кислоты мы сами синтезировать не можем и должны их получать в готовом виде вместе с пищей. Источниками омега-3 являются прежде всего морская рыба и морепродукты, а также некоторые виды растительных масел, такие как льняное или конопляное. Главные источники омега-6 жиров — наиболее распространенные сегодня растительные масла, подсолнечное и кукурузное.

Соответственно, если основным источником жиров в нашем вегетарианском рационе является подсолнечное масло, а морские омега-3 жиры отсутствуют в нем по определению, то быстро нарушается здоровый баланс жирных кислот. В результате стремительно возрастает наклонность к повышенной свертываемости крови, нарушению ритма сердца, повышенному артериальному давлению. И это при том, что уровень холестерина снижается.

Таким образом, если мы совсем не едим рыбу и морепродукты, а льняное масло кажется слишком невкусным и непригодным для жарки, то у нас почти нет шансов поддерживать нормальный баланс омега-3 и омега-6 жиров в клетках. А подсолнечное масло, которое мы потребляем в больших объемах, лишь еще больше усугубляет эту проблему.

Наконец, нельзя не вспомнить о маргарине или других гидрогенизированных растительных маслах, которые входят в состав так называемых растительных сливок и растительных заменителей сухого молока. Формально все они имеют растительное происхождение, и мы можем их обнаружить во многих вегетарианских продуктах. Однако по своему влиянию на обмен жиров и холестерина в крови эти "растительные" жиры, которые еще носят название трансжиров, ничуть не лучше (если не хуже) насыщенных животных жиров.

Миф № 4. Вегетарианские диеты защищают сердце и сосуды от атеросклероза, в отличие от однозначно атерогенного мясного рациона

Избыток холестерина большинству вегетарианцев действительно не грозит — и по причине низкого его содержания в пище (или даже полного его отсутствия), и из-за высокого содержания в растительной диете веществ, способствующих выведению холестерина из крови. Тем не менее неправильный баланс жирных кислот или использование растительных трансжиров могут во многом свести на нет защитное действие вегетарианских диет в отношении сердечно-сосудистой системы.

Во-вторых, нужно всегда помнить о том, что избыточное употребление пищи с высоким содержанием быстрых (рафинированных) углеводов — а любые подобные продукты являются формально вегетарианскими — грубо нарушает обмен холестерина и жиров. Дело в том, что быстрые углеводы (и именно с этим и связано их название) усваиваются и попадают в кровь очень быстро. Возникающие вследствие этого постоянные скачки глюкозы в крови приводят к перенапряжению механизмов инсулиновой регуляции уровня глюкозы, в результате чего уровень инсулина в крови резко повышается. В свою очередь высокий уровень инсулина стимулирует синтез триглицеридов и холестерина, что повышает риск развития атеросклероза даже при нечастом потреблении таких содержащих холестерин продуктов, как молоко, яйца, рыба и морепродукты, которые присутствуют в рационе многих вегетарианцев.

Сегодня уже является общепринятым мнение о том, что повышение уровня быстрых углеводов в пище более 50–70 % в пересчете на калорийность пищи сопровождается значительным увеличением риска так называемой атерогенной дислипидемии. Этот термин обозначает сумму неблагоприятных изменений: 1) резкое повышение уровня триглицеридов крови и уровня холестерина в составе липопротеидов низкой плотности ("плохого" холестерина); 2) снижение уровня холестерина липопротеидов высокой плотности ("хорошего" холестерина). Все это закономерно приводит к развитию атеросклероза кровеносных сосудов и формированию метаболического синдрома. У мужчин риск таких изменений возрастает в 1,3–1,4 раза по сравнению с людьми, ограничивающими себя в углеводах, а у женщин — в 1,1–1,2 раза. Понятно, что сознательным вегетарианцам, которые строят свой рацион на основе точных знаний и цифр, все сказанное выше не грозит. У них в пище быстрых углеводов почти нет, так как для них это такое же табу, как и красное мясо. Но если брать всех вегетарианцев в целом, то далеко не всегда они столь же сознательно относятся к хлебу, картофелю, сладким фруктам и т. д.

Наконец, в-третьих, если мы говорим о веганах — то есть о людях, придерживающихся исключительно растительного рациона, — нельзя забывать и о проблеме избыточного уровня гомоцистеина. Вообще-то, эта аминокислота является естественным продуктом обмена метионина (одной из восьми незаменимых аминокислот), но при нарушении его нормального обмена и повышении концентрации гомоцистеина сверх допустимых значений последний может превращаться в крайне опасное вещество.

Дело в том, что при высоком содержании гомоцистеина в крови он оказывает токсическое действие на клетки кровеносных сосудов вплоть до непосредственного повреждения эндотелия (внутренней стенки сосудов). А это в свою очередь делает их крайне уязвимыми к развитию атеросклероза и тромбоза.

Причин повышения уровня гомоцистеина в крови несколько, и одна из них — глубокий дефицит витамина В12, который участвует в обратном превращении гомоцистеина в метионин. И вот именно это часто становится проблемой для ортодоксальных веганов, так как витамин В12 можно получить исключительно с продуктами животного происхождения. Да, конечно, веганы употребляют намного меньше метионина по сравнению с мясоедами (так как мясо является безусловным лидером по содержанию метионина), но они все равно получают его в достаточном количестве хотя бы потому, что это абсолютно незаменимая аминокислота (то есть мы не способны ее синтезировать сами), и она в любом случае обязана присутствовать в нашей пище. И, надо сказать, многие веганские продукты (например, орехи и соя) содержат очень много метионина. И поэтому проблема избыточного содержания гомоцистеина для ортодоксальных веганов, которые не принимают витамин В12, стоит довольно остро.

Тут, правда, кто-то может справедливо заметить, что глупо говорить о повышении риска атеросклероза, если холестерина в пище веганов нет совсем. Конечно, это так, но ведь собственный холестерин, который постоянно синтезируется в печени, никуда из крови не исчезает. То же самое можно сказать и про риск тромбоза — да, у веганов в целом показатели свертываемости крови в разы ниже, чем у последователей смешанного питания. Однако это не будет иметь никакого значения в том случае, если стенки сосудов повреждены.

Можно, конечно, попробовать исключить метионин из пищи. В последнее время идет очень широкая дискуссия о том, что именно метионин виновен в сокращении продолжительности жизни. Эксперименты показали, что животные на безметиониновой диете живут гораздо дольше. Однако, во-первых, это уже не относится к теме данной книги, а, во-вторых, если уж быть совсем объективным, подобные рекомендации имеют лишь очень отдаленное отношение к здоровому образу жизни человека. Метионин — незаменимая (и очень важная) аминокислота, и исключение его из пищи обязательно приведет к разного рода нарушениям. Конечно, если для кого-то увеличение продолжительности жизни является самоцелью независимо от качества такой жизни, можно попробовать обойтись без метионина. С таким же успехом можно также отказаться от сексуальной жизни и до минимума сократить количество калорий в пище, ведь это тоже давно доказанные способы увеличения продолжительности жизни лабораторных животных.

Миф № 5. Вегетарианские диеты защищают нас от сахарного диабета 2-го типа, в отличие от смешанного питания

Сахарный диабет 2-го типа является сегодня одной из ведущих причин заболеваемости и, к сожалению, смертности населения в большинстве стран. И в этом нет ничего удивительного, ведь главные причины данного заболевания — низкая двигательная активность и потребление слишком калорийной пищи, богатой простыми углеводами и жирами. Вегетарианское же питание у большинства людей ассоциируется с низкой калорийностью и крайне низким содержанием жиров, тогда как все углеводы в составе растительных диет представлены сложными углеводами и пищевыми волокнами, которые, наоборот, способствуют профилактике сахарного диабета.

И действительно, грамотно составленный вегетарианский рацион способствует значительному снижению риска сахарного диабета, ожирения и сердечно-сосудистых заболеваний. Тем не менее такое представление не всегда верно. В Индии, например, высочайшие показатели заболеваемости сахарным диабетом 2-го типа при том, что эта страна является безусловным лидером по количеству строгих вегетарианцев. Первое объяснение этого парадоксального на первый взгляд феномена заключается в недостатке физической активности, которую не смогут заменить никакие диеты. Наши мышцы — главные потребители глюкозы, и если мы мало двигаемся, но при этом потребляем много углеводов, естественно, в крови будет повышаться уровень глюкозы. И при этом совершенно неважно, вегетарианец вы или поклонник фастфуда: и в той, и другой диете может быть одинаковое количество быстрых углеводов.

Второе объяснение индийского парадокса — это высокое содержание простых углеводов в составе риса, пшеничных лепешек, тем более в снеках, многие из которых тоже являются вегетарианскими. Постоянные скачки глюкозы в крови приводят к изнашиванию механизмов инсулиновой секреции и повышают риск развития сахарного диабета. При этом нужно понимать, что высокое потребление высокоуглеводной пищи у индийцев, равно как и у многих других необразованных вегетарианцев, является отчасти компенсацией хронического дефицита белка на фоне воздержания от животной пищи и отсутствия должных знаний о том, как получить достаточное количество белка из растительных источников.

В-третьих, в Индии люди страдают от дефицита незаменимых аминокислот, начиная с внутриутробного периода или самого раннего детства, что приводит к нарушению формирования мышечной ткани и резкому сокращению ее процента. (Тем более что это очень часто сочетается и с крайне низкой двигательной активностью.) А ведь именно активная мышечная ткань является одним из главных буферов излишка углеводов и главным носителем инсулиновых рецепторов. Именно такой "индийский феномен" мы сегодня очень часто видим и у многих людей из западных стран, которые считают себя вегетарианцами, но при этом берут в расчет исключительно происхождение, а не качество и разнообразие пищи. И, конечно же, это закономерно проявляется предрасположенностью к сахарному диабету 2-го типа и даже ожирению.

Миф № 6. Вегетарианские диеты всегда способствуют всеобщему улучшению здоровья и не могут приводить ни к каким его нарушениям

Конечно, если вспомнить букет заболеваний, с которым давно и прочно ассоциируется современная западная модель смешанного питания с большим количеством жирного мяса, любые вегетарианские диеты могут показаться эликсиром бессмертия. Однако в который раз приходится повторять, что ключевым словом здесь является не просто "вегетарианский", а "полноценный и сбалансированный вегетарианский" рацион.

Так, при недостаточном внимании к наполнению вегетарианской диеты мы столкнемся с теми проблемами, о которых подробно говорили выше. При невнимательном отношении к балансу витаминов, минералов и витаминоподобных веществ мы можем столкнуться с глубокими нарушениями в системе кроветворения (дефицит железа и витамина В12), костной системе (дефицит кальция и витамина Д), иммунной системе (дефицит цинка), сердечно-сосудистой системе (дефицит омега-3 полиненасыщенных жирных кислот и витамина В12) и некоторыми другими серьезными проблемами, о которых мы подробно поговорим в шестой части данного издания.

Растительная пища бывает настолько же вредной, насколько полезными могут быть продукты животного происхождения. И наоборот. Результат этого уравнения зависит только от ваших знаний и целей. Без них даже на первый взгляд полезные фрукты или овсянку можно сделать такими же вредными, как жирная колбаса.

Подводя резюме данной части, нужно признать, что с научной точки зрения термины "вегетарианство" и "мясоедение" являются слишком размытыми и неопределенными, чтобы на их основании строить серьезные научные гипотезы. Впрочем, гораздо важнее другое — сами по себе эти термины вряд ли помогут нам составить максимально здоровый рацион, а ведь именно это и нужно большинству людей. Поэтому мы вынуждены выйти из бесполезных дискуссий общего характера о вреде или пользе мяса либо об адекватности или неадекватности вегетарианских диет и перейти к практическим советам о том, как, с одной стороны, сделать мясной рацион более полезным и как избежать возможных проблем при выборе веганской диеты — с другой. Для вас это гораздо полезнее, а для нас — более научно.

Часть четвертая

Почему вредным считают только мясо, или Несколько слов о белковой и о богатой холестерином пище

Итак, резюмируя разную информацию, представленную в предыдущих частях книги, можно с уверенностью сказать, что мясо в больших количествах не может считаться естественным компонентом рациона и даже потенциально вредно для организма человека. И одной из главных причин этого мы (да и большинство других литературных источников) называем избыток животного белка, который разлагается в неприспособленном для этого толстом кишечнике человека, что сопровождается образованием большого количества токсинов и канцерогенов. И тут сам собой напрашивается вопрос: а почему только мясо вредно, если в нашем рационе есть и другие источники животного белка? Следуя этой логике, мы должны ограничивать и любую другую животную пищу, однако подобных запретов в отношении яиц, рыбы, сыра мы почему-то практически не слышим. Кроме того, многие виды растительной пищи тоже очень богаты белком и это не может не вызывать вопроса о том, почему с растительным белком ничего подобного в кишечнике не происходит. Или происходит, но меньше? И вообще, почему о растительном белке никто не говорит? Так как мы обещали быть в этой книге максимально объективными, давайте попробуем предметно ответить на эти не так уже часто обсуждаемые вопросы.

Действительно ли растительный белок "легче" и безопаснее мясного?

Скажем сразу — растительный белок по химическому составу мало чем отличается от мясного (или любого другого), и поэтому совершенно логичными выглядят результаты экспериментальных исследований, показавших развитие неблагоприятных изменений в толстом кишечнике у животных, которых кормили пищей с высоким содержанием (более 25 %) чистого растительного белка. Например, изолятом соевого белка. И эти предраковые изменения в стенках толстой кишки мало чем отличались от тех, что наблюдались у животных, находившихся на диете с высоким содержанием мясного белка.

Согласитесь, эти результаты слегка обескураживают, если не сказать шокируют. Впрочем, такая печальная картина наблюдается только в экспериментах, а вот в широкие эпидемиологические исследования разных групп людей, которые придерживаются питания с высоким содержанием растительного белка (той же сои), показывают, что риск рака толстого кишечника в этом случае всегда ниже, чем в среднем по популяции. И объяснение этому есть и даже не одно.

Сколько можно съесть белка, или Фактор удельного содержания

Во всех экспериментах берут по возможности максимально чистый белок (концентрат или изолят), чтобы исключить влияние других факторов пищи. Мы же с вами всегда получаем его в виде полуфабриката, то есть в составе сложной пищи, в которой содержание белка очень сильно варьируется. И если мы посмотрим, сколько белка содержится в мясных, молочных и рыбных продуктах с одной стороны, и в растительной пище — с другой, то увидим, что концентрация белка в последней является минимальной. Соответственно, чтобы получить избыточную дозу растительного белка, необходимо съесть очень много такой пищи по сравнению с тем же мясом (см. таблицу 7).

Более того, даже те растительные источники белка, которые можно было бы считать концентрированными (например, бобовые или некоторые крупы), по факту таковыми не являются, так как для их приготовления требуется очень много воды. Если мясо в процессе приготовления теряет воду, а концентрация белка при этом повышается, то в случае большинства видов растительной пищи все происходит наоборот.

Наконец, нельзя забывать о растительной клетчатке, которая с одной стороны "тянет" на себя воду в желудке и кишечнике и тем самым еще больше увеличивает объем жидкости в пищевом комке, а с другой — сильно затрудняет процесс пищеварения, вызывая быстрое чувство насыщения. Таким образом, употребить очень большой объем грубой растительной пищи, а значит, и входящего в ее состав белка, невозможно даже в качестве эксперимента, не говоря уже о постоянном рационе питания.

Мясные же продукты, наоборот, содержат очень высокий процент белка и при этом почти в чистом виде, без посторонних веществ, которые могли бы уменьшить аппетит. Более того, термически обработанные мясные продукты содержат очень много экстрактивных веществ (например, всем известного глутамата), которые повышают тягу к такой пище и увеличивают объем ее потребления. И это первая причина, почему в эпидемиологических исследованиях в разных популяциях людей употребление мясного белка закономерно сопровождается повышением риска рака толстого кишечника, а употребление растительного протеина — нет.

Почему белок плохо сочетается с жиром, или Фактор желчных кислот

Еще одним очень важным моментом является то, что большинство растительных источников белка, в отличие от мяса, содержат очень мало жира, а это значительно уменьшает потенциально канцерогенное действие белка. Дело в том, что проблема мясной пищи состоит не только в высоком процентном содержании белка, но и в том, что он поступает в пищеварительную систему вместе с еще большим количеством жира. Особенно актуально это для нас с вами, современных людей, так как мясо выращенных на фермах животных, которых кормят калорийными комбикормами и которые постоянно ограничены в движении, содержит в 5–10 раз больше жира, чем мясо дичи.

А между тем жир несет с собой сразу две угрозы. Во-первых, большое количество жира резко замедляет процессы пищеварения. Особенно это касается насыщенного животного жира, который отличается высокой тугоплавкостью и очень медленно переваривается. Из-за этого резко замедляется весь процесс пищеварения, а значит, и усвоение любых питательных веществ, в том числе и белка. А это значит, что в толстый кишечник перейдет гораздо больше непереваренного белка, что чревато последствиями.

Во-вторых, жир вызывает обильную секрецию желчи, которая необходима для его расщепления (вспомните, как чувствует себя печень при употреблении больших количеств, например, сала). И проблема тут в том, что желчные кислоты, в большом объеме поступающие в толстый кишечник, могут под воздействием некоторых кишечных бактерий превращаться в опаснейшие канцерогены. Вообще-то в организме человека, который питается правильно и разнообразно, а, следовательно, имеет здоровую кишечную микрофлору, таких неблагоприятных превращений происходить не должно, но при избыточном употреблении мяса "правильная" кишечная микрофлора замещается гнилостными протеолитическими бактериями, которые как раз и ответственны за превращение желчных кислот в канцерогены.

В отличие от мясных продуктов любые растительные источники белка, во-первых, содержат очень мало жира. Во-вторых, практически все виды растительных жиров (масел) усваиваются намного легче и быстрее насыщенных животных жиров, не вызывая перегрузки желчной системы. В-третьих, даже богатые жирами растительные продукты (орехи, авокадо) не приводят к неблагоприятным изменениям кишечной микрофлоры, так как содержат очень много пищевых волокон, о значении которых стоит поговорить отдельно.

Растительная клетчатка, или Как нейтрализовать вредную протеолитическую микрофлору

Еще одной причиной, почему растительный белок в составе пищи не оказывает заметного канцерогенного действия, в отличие от белка мясной пищи, является наличие большого количества пищевых волокон в составе любой растительной пищи. Именно этим и объясняется тот факт, что выделенный в чистом виде растительный белок может провоцировать неблагоприятные изменения в клетках толстого кишечника (о чем свидетельствуют экспериментальные исследования), тогда как тот же растительный протеин и в точно таких же количествах, но уже в составе цельной пищи, например из тех же соевых бобов, подобными свойствами не обладает. По этой же причине не оказывают неблагоприятного влияния на кишечник и орехи, хотя они содержат очень много белка и жиров (см. таблицу 7).

Дело в том, что пищевые волокна в составе растений являются главным источником углеводов для растительноядных животных. Однако переварить их крайне непросто, и без посторонней помощи тут не обойтись. И помогают в этом триллионы кишечных бактерий, для комфортного размещения которых природа одарила всех травоядных (а заодно и человека) очень большим толстым кишечником.

Чем больше в нашей пище растительной клетчатки, тем интенсивнее размножаются в нашем кишечнике "правильные" бактерии. А чем больше у нас бактерий, расщепляющих клетчатку, тем меньше становится шансов у гнилостных протеолитических бактерий, так как первые, с одной стороны, непосредственно подавляют рост последних, а с другой — продуцируют очень много органических кислот в процессе расщепления клетчатки, тогда как для комфортного существования протеолитических бактерий нужна слабощелочная среда. В результате, даже если в наш кишечник поступает много растительного белка и даже если это сопровождается поступлением больших количеств желчных кислот, осуществлять их канцерогенную трансформацию там будет почти некому.

Вкусное мясо, невкусная каша, или Сюрпризы кулинарных технологий

Еще один фактор, который делает мясной белок намного более канцерогенным по сравнению с растительным, — это кардинально разные способы кулинарной обработки. Если подавляющее большинство богатой белком растительной пищи готовится с помощью низкотемпературных и щадящих технологий, таких как варка, тушение, ферментация, запекание (а то и вовсе употребляется сырой, как, например, орехи или проростки бобов), то мясные продукты в большинстве случаев требуют интенсивной высокотемпературной обработки. Согласитесь, что лучше всего мясо жарить, готовить на гриле или открытом огне (шашлык).

А между тем, чем выше температура обработки белка, тем выше вероятность образования гетероциклических аминов — одних из самых опасных канцерогенов. А в тех мясных продуктах, которые готовятся при низких температурах — сыровяленый окорок, ветчина и колбасы, — очень много соли и/или нитратов, которые не менее опасны с точки зрения риска онкологических заболеваний органов пищеварения.

Красный флаг красного мяса

Все, что говорилось до этого о вреде мясного белка, сильно настораживает, но, согласитесь, при этом не несет на себе печать безусловной обреченности. Есть масса обстоятельств и условий, которые при внимательном отношении к пище позволяют значительно снизить и даже полностью нивелировать этот риск. Однако есть один фактор мясного белка, который обладает почти абсолютной канцерогенностью, чего нельзя сказать ни об одном из растительных белков.

Речь идет о таком компоненте красного мяса — крупной дичи, говядины, свинины и баранины, — как гем. Это сложный белок в составе мышечного миоглобина, который непосредственно участвует в переносе кислорода (как гемоглобин в крови) в мышцах и который как раз и придает мясу указанных животных характерный красный цвет. Дело в том, что гем, как мы уже говорили в первой части книги, является очень сильным окислителем и при длительном воздействии на слизистую оболочку толстого кишечника может значительно повышать риск развития рака. Именно поэтому в последнее время все больше и больше врачей-диетологов относят красное мясо и продукты на его основе к абсолютно вредным компонентам питания. Особенно досталось так называемому обработанному мясу (хамон, окорок, сыровяленые колбасы), так как концентрация гема в нем является максимальной, и это к тому же усугубляется высокой концентрацией соли.

Тем не менее, даже тут не все так однозначно. Во-первых, часть гема все же разрушается при термической обработке, хотя это не касается упомянутых выше сыровяленых мясных продуктов, так что, видимо, нужно подписать им окончательный приговор.

Во-вторых, негативное воздействие гема можно отчасти нивелировать за счет сбалансированного питания и, главное, большого количества свежей растительной пищи. Например, кальций молока и хлорофилл зелени могут связывать часть попадающего в кишечник гема, а антиоксиданты пищи могут в значительной мере блокировать его канцерогенное воздействие на кишечные клетки. И здесь, кстати, можно опять вспомнить про кавказскую диету.

Наконец, в-третьих, поддержание регулярного стула с помощью правильной диеты (а это опять же растительная пища, богатая клетчаткой, или кисломолочные продукты) значительно сокращает время контакта гема со слизистой оболочкой кишечника и тем самым уменьшает онкологический риск.

Таким образом, даже если речь идет о таком опасном веществе, как гем, мы все равно должны помнить о том, что оценивать нужно не вред или пользу какого-то отдельно взятого вещества или продукта — необходимо оценивать состав всего рациона питания в целом. Без этого все рассуждения будут крайне относительными.

А что насчет других животных белков?

Мы уже разобрались, что растительный белок безопаснее мясного, а что можно сказать о других животных белках? Как мы говорили выше, основными факторами, способствующими раскрытию потенциально канцерогенных свойств белка, являются высокая его концентрация, наличие сопутствующего жира и отсутствие адекватного количества растительной клетчатки. Поэтому для начала давайте посмотрим на данные таблицы 7, в которой мы постарались отразить все эти параметры.

Таблица 7. Удельное содержание белка, жира и пищевой клетчатки в основных продуктах питания

Как видно из данной таблицы, лишь твердый сыр может сравниться с мясом по концентрации белка, содержанию тугоплавких животных жиров и полному отсутствию растительной клетчатки. И теоретически сыр, наверное, мог бы приводить к повышению канцерогенного риска, о чем косвенно свидетельствуют экспериментальные исследования на животных, в рацион которых вводили большие количества чистого молочного белка (казеина).

Однако твердый сыр, в отличие от мяса, никогда и нигде не являлся базовым продуктом питания, и соответственно, количество сырного белка редко когда может достигнуть критической точки. К примеру, французы — главные потребители сыра в мире — съедают в среднем около 20 кг сыра в год на душу населения, то есть чуть больше 1,5 кг в месяц, или менее 100 граммов в день. Для сравнения, главные мясоеды — американцы и австралийцы — съедают мяса почти в шесть раз больше — около 110–120 кг в год.

Мягкий же сыр и творог, которые как раз-таки можно считать базовыми продуктами для многих народов мира, содержат и гораздо более низкую концентрацию белка, и значительно меньшее количество жира. Кроме того, употребление мягкого сыра почти всегда сочетается с большим количеством растительной пищи (зелень, овощи, грубый хлеб), богатой пищевыми волокнами.

Что касается молока или кисломолочных продуктов, то в данном случае опасений вообще не должно быть, хотя бы только потому, что данный продукт предназначен самой природой в качестве монорациона в течение первых месяцев жизни. Тем более что и цифры, и факты говорят об абсолютной безопасности молока: концентрация белка и жиров в нем крайне мала, и, кроме того, молоко содержит в себе факторы, способствующие правильному развитию кишечной микрофлоры (бифидогенные факторы), то есть действующие так же, как растительная клетчатка. И уж тем более все сказанное выше относится к йогурту и кисломолочным продуктам, которые способствуют формированию полезной кишечной микрофлоры не хуже растительной клетчатки.

Получается, что не столько само по себе мясо представляет опасность, сколько те продукты, которые делает из него человек. Безусловный вред представляет один только гем красного мяса, а всё остальное — это уже наша самодеятельность. Насыщенные жиры, соль, нитриты и дисбактериоз кишечника, связанный с однообразным мясным питанием, — все это выходит уже очень далеко за пределы дискуссии о свойствах мясного белка.

Яйца в данном контексте можно тоже не рассматривать. Концентрация белка в них достаточно небольшая, жиров тоже немного, и в основном они легко усваиваются. Ну и, наконец, яйца тоже никак нельзя отнести к базовому продукту питания (два яйца на завтрак не в счет), сравнимому по своей роли с мясом.

А вот курица и другие виды птицы, а также рыба и морепродукты, в отличие от большинства перечисленных выше видов пищи, являются, с одной стороны, базовыми продуктами питания, а с другой — содержат очень много животного белка. Тем не менее имеющиеся на сегодня данные широких эпидемиологических исследований в разных странах свидетельствуют о том, что употребление мяса птицы не сопровождается повышением риска заболевания раком толстого кишечника, а регулярное употребление морской рыбы и морепродуктов приводит даже к его снижению.

Это можно объяснить тем, что (помимо отсутствия гема) в мясе птицы и рыбы почти нулевое содержание жира. Более того, в составе морепродуктов и морской рыбы жиры представлены в основном омега-3 полиненасыщенными жирными кислотами, которые, в отличие от тугоплавких ненасыщенных жиров, гораздо легче усваиваются и вдобавок обладают свойством снижать онкологический риск в целом. Наконец, нельзя забывать, что уровень потребления рыбы и птицы даже в тех странах, где это главные источники животного белка, все равно сильно отстает от уровня потребления мяса в среднем по миру. Так, например, в Японии, являющейся одним из мировых лидеров по употреблению рыбы и морепродуктов, среднедушевое потребление рыбопродуктов в 2 раза ниже, чем средний уровень потребления мяса в упомянутых выше США и Австралии.

Ну и, наконец, несколько слов о холестерине

Однако вредные последствия однообразного мясного рациона далеко не исчерпываются повышенным риском возникновения онкологических заболеваний кишечника. При всей серьезности данного диагноза нужно признать, что эта проблема, к счастью, касается лишь небольшого числа людей — в большинстве развитых стран этот показатель не превышает 30–40 случаев на 100 тысяч человек. А вот распространенность атеросклероза и связанных с ним сердечно-сосудистых заболеваний позволяет в буквальном смысле говорить об эпидемии: один только показатель смертности составляет 300–400 случаев на 100 тысяч человек, не говоря уже о показателях заболеваемости. И надо признать, что мясо играет здесь одну из первых скрипок, хотя холестерин содержится и во многих других продуктах.

Холестериновые чемпионы

Как мы уже говорили, по уровню обмена холестерина организм человека гораздо ближе ко всеядным животным, чем к хищникам. Мы не способны быстро и безопасно "прогонять" через свой организм десятки граммов холестерина, и поэтому для поддержания оптимального состояния здоровья нам важно понимать, какой вклад в развитие атеросклероза вносит мясо (и какие его виды), а какой — другие богатые холестерином продукты.

Именно это мы и постарались показать в таблице 8, добавив, однако, к этому еще один очень важный параметр — биохимическую характеристику других жиров, поступающих в наш организм одновременно с холестерином. Это очень важное дополнение, так как насыщенные (тугоплавкие) жиры значительно замедляют и ухудшают обмен холестерина, тогда как ненасыщенные (текучие) жирные кислоты действуют наоборот (особенно омега-3).

Таблица 8. Содержание холестерина и жиров разных классов в условной среднесуточной порции основных продуктов современного рациона

Достаточно бросить беглый взгляд на приведенную выше таблицу, чтобы увидеть, что именно мясо, а также мясные и колбасные изделия являются и главными поставщиками холестерина, и одновременно чемпионами по содержанию насыщенных жиров. Сравниться с ним в этом может лишь твердый сыр. Но, как мы говорили, среднегодовое употребление сыра даже в самых "сырных" странах отстает от употребления мяса в 5–6 раз. А если взять среднемировые цифры, эта разница возрастет до 10 и более раз.

Яйца, которые многие до сих пор считают чуть ли не главной причиной атеросклероза, действительно содержат очень много холестерина, но при этом в них, в отличие от мяса, гораздо меньше вредных насыщенных жиров и намного больше полезных (с точки зрения обмена холестерина) ненасыщенных жирных кислот. Да и, согласитесь, мало кто ест больше 2 яиц в день, тогда как приведенная в таблице 300-граммовая порция мяса является обычной среднесуточной порцией для населения, например, США и Австралии, и это включая новорожденных, младенцев и пожилых.

Птица (в большей степени — курица и индейка, в меньшей — утка и гусь), продукты из печени и особенно рыба и морепродукты тоже содержат достаточно много холестерина, однако в них при этом мало насыщенных жиров (либо нет вообще) и, наоборот, довольно много ненасыщенных жирных кислот. Так что вызвать риск развития атеросклероза они могут лишь в теории — при регулярном их употреблении от 1 кг в сутки.

Мы совсем не случайно привели в этой таблице данные по мясу крупной дичи, которое не отнесешь к часто употребляемым продуктам. Это сделано с одной лишь целью — чтобы показать, что не столько само по себе мясо животных является безусловно вредным, сколько современные продукты сельского хозяйства и мясной промышленности, "обросшие" таким количеством вредного жира, что нашим предкам-охотникам и северным или степным аборигенным народам и не снилось. И именно поэтому мы считаем совершенно некорректными заявления о том, что, дескать, едят же они почти одно только мясо и ничего ужасного с ними не происходит. В том-то и дело, что они едят по сути совершенно другой продукт.

Холестериновые чемпионы (помимо мяса)

Мы обещали сохранять максимально объективный взгляд на вещи, поэтому нам следует признать, что не только жирное мясо виновно в массовом распространении атеросклероза и сердечно-сосудистых болезней. Как парадоксально это ни звучит, но речь здесь пойдет о некоторых растительных (!) продуктах, которые вообще не содержат холестерина, но которые могут быть частью тех же вегетарианских диет.

Почему-то очень часто, когда люди говорят о вреде мяса и других продуктов животного происхождения, как-то само собой подразумевается, что растительные продукты обладают безусловной пользой. Но проблема как раз в том, что большинство современных людей питаются так, что этот постулат уже давно не работает. Попробуйте вспомнить за три секунды самые часто встречающиеся в магазинах и на нашем столе продукты растительного происхождения. Вспомнили? Белый хлеб, картофель, кукурузные хлопья, рис, бананы, печенье, шоколад и прочие сладости займут в этом рейтинге первые места, можно не сомневаться.

Да, конечно, это не самые здоровые продукты, и вряд ли кто-то будет с этим спорить, но все же причем здесь холестерин? Все дело в том, что простые или так называемые быстрые углеводы, которыми просто перегружены перечисленные выше продукты, очень быстро всасываясь и попадая в большом количестве в кровь, вызывают резкие скачки уровня глюкозы в крови. Со временем это приводит к разбалансировке и нарушению механизма инсулиновой регуляции метаболизма глюкозы, в результате чего возникают серьезные нарушения жирового и холестеринового обмена. И у человека, который вместе с жирным стейком привык съедать картофельное пюре да еще и пару-тройку кусков белого хлеба, мы обнаружим в крови намного больше "плохого" холестерина и триглицеридов, чем у "спартанца", который съел только стейк.

Впрочем, точно такие же неблагоприятные изменения холестеринового обмена могут наблюдаться и у вегетарианцев, основу диеты которых составляют упомянутые выше высокоуглеводные продукты (см. подробнее в третьей части данного издания).

Правда, справедливости ради нужно сказать, что если бы мы взяли дикую нерафинированную пшеницу, дикий картофель с кожурой и дикие бананы, то, наоборот, получили бы значительное улучшение показателей холестеринового обмена. И все потому, что быстрых углеводов в них крайне мало, а вот пищевых волокон, способствующих снижению уровня холестерина и триглицеридов, как раз очень много. Здесь, наверное, было бы уместно привести таблицу гликемических индексов продуктов питания, которая показала бы соотношение между быстрыми углеводами и пищевыми волокнами, но такие таблицы сегодня можно найти в любых источниках, посвященных здоровому питанию. И тут стоит соблюдать лишь одно очень простое правило: по возможности исключайте из рациона любые продукты с гликемическим индексом более 30–50, так как в них очень высокое содержание быстрых углеводов и низкая концентрация пищевых волокон.

Вот и получается, что растительное растительному рознь, и разные вегетарианские диеты могут оказывать диаметрально противоположное влияние на здоровье человека. Именно об этом мы и говорили в третьей части данной книги.

Часть пятая

Как укротить стейк, или Полезные советы для мясоедов

Что бы мы ни написали и к каким бы выводам ни пришли в предыдущих частях этой книги, мы прекрасно понимаем, что это не изменит пищевые привычки закоренелых мясоедов. Однако изложенная выше информация (мы надеемся) может помочь гораздо лучше понять смысл советов из этой части книги.

Когда на столе только мясо, или Как помочь кишечнику

Жевательный аппарат человека больше подходит для пережевывания растительной пищи, но это совсем не проблема для любителей мяса. Сырое мясо мы не едим, а с термически обработанными мясными блюдами наши челюсти и зубы справляются, пожалуй, даже лучше, чем те, что есть у хищников. Наш желудок, как мы говорили выше, вообще можно спутать с желудком хищника — так что и тут сложностей не возникнет. Однако все, что начиналось за здравие, заканчивается в прямом смысле "заупокойным" разложением мяса в абсолютно не приспособленном для этого толстом кишечнике.

Почему наш толстый кишечник плохо приспособлен для переваривания большого количества мяса?

Начнем с того, что толстый кишечник вообще не является пищеварительным органом. Все активные процессы пищеварения происходят исключительно в желудке и в связанном с ним тонком кишечнике. Только в этих отделах нашей пищеварительной системы происходит секреция настоящих пищеварительных ферментов или веществ, обеспечивающих полноценное переваривание (кислый желудочный сок и желчь), и только здесь происходит всасывание подавляющего большинства питательных веществ. Именно поэтому у хищников толстый кишечник практически отсутствует.

У растительноядных животных толстый кишечник имеет совсем другое строение. Он намного длиннее, шире в диаметре, имеет огромное количество "карманов", поэтому по своему внутреннему объему он в несколько раз превосходит толстый кишечник хищников. Однако несмотря на такое сложное строение он также не является (!) пищеварительным органом. Если у хищников толстая кишка выполняет функцию канализационной трубы, то у растительноядных животных она служит резервуаром для разложения и вторичной переработки непереваренной пищи, но уже не собственными силами, а с помощью кишечной микрофлоры.

Такая кардинальная разница объясняется очень просто. Хищники питаются в хорошем смысле "сублимированной" пищей. Мясо состоит в основном из белков, причем их питательный состав почти полностью повторяет состав белков, из которых построен организм хищника. То есть, как мы уже неоднократно замечали, хищники едят то, из чего состоят сами. Понятно, что такой "готовый завтрак" усваивается максимально быстро — уже на уровне желудка и тонкого кишечника — и, главное, практически полностью. Соответственно, до конечных отделов кишечника доходит совсем мало "отходов", поэтому вместительный толстый кишечник не нужен. Тем более что мясо — это скоропортящийся продукт, и его непереваренные остатки могут начать гнить, вызывая интоксикацию и развитие очень опасных инфекций. Именно поэтому толстый кишечник хищников такой небольшой, прямой и короткий.

Представителям класса травоядных "повезло" намного меньше. Они извлекают необходимые для своих клеток строительные вещества из гораздо более бедной пищи. То, что растительные белки мало похожи на белки животного организма, еще полбеды. За счет комбинации самых разных растительных источников белка эту проблему можно довольно успешно решить. Главная сложность заключается в том, что концентрация белка в растительной пище невелика, и для того, чтобы получить необходимое количество белкового сырья, требуется переработать огромное количество пищи.

Не меньше проблем и с растительными углеводами, являющимися главным источником энергии для травоядных. При том что углеводов в целом в растениях очень много, извлечь их оттуда не так просто, потому что большинство сложных углеводов млекопитающие при всем желании переварить не могут. И само собой возникает вопрос: что делать с этим огромным балластом, то есть с теми частями растений, которые не перевариваются и не несут никакой питательной ценности?

Именно для этого травоядным и нужен такой вместительный толстый кишечник. Впрочем, функция временного хранения "балласта" является самой малозначительной. Главным здесь является то, что кишечник травоядных дает пристанище триллионам бактерий, которые с удовольствием кормятся непереваренными частями растений, так как, в отличие от животных, у них есть ферменты для извлечения энергии из грубой клетчатки. При этом часть углеводов, а также жирных кислот, аминокислот и витаминов, синтезируемых бактериями, достается и организму животного.

Во многом именно благодаря такому "дополнительному" органу пищеварения травоядные прекрасно существуют на, казалось бы, очень бедном и мало подходящим для их организма корме. И именно поэтому сформировался такой, на первый взгляд странный, симбиоз животных с бактериями, которые во всех остальных случаях (например, у тех же хищников) считались бы опасной угрозой здоровью.

А теперь давайте посмотрим, что будет происходить в толстом кишечнике человека (у которого, напомним, он имеет точно такое же устройство, как у травоядных), если тот перейдет на преимущественно мясной рацион. В отличие от травоядных животных человек может использовать мясо в пищу (в разумных количествах), но так как он не относится к классическим хищникам, скорость обработки мяса у человека будет весьма медленной и какая-то часть непереваренного мясного белка все равно перейдет в толстый кишечник. А уже тем более, если он не будет ограничивать себя в употреблении мяса.

Кроме того, существует еще несколько моментов, усугубляющих эту ситуацию. Во-первых, сегодня мы употребляем мясо, прошедшее глубокую кулинарную обработку, которое за счет денатурации белков значительно труднее усваивается. Несмотря на то что большинству из нас кажется, что глубоко прожаренный стейк гораздо комфортнее для нашего пищеварения, нежели тар-тар из сырого мяса, — это абсолютно не так. Во-вторых, в отличие от хищников, питающихся сырым и в большинстве случае очень постным мясом, мы сегодня предпочитаем очень жирное мясо. А как мы уже говорили, насыщенные животные жиры очень трудно перевариваются и за счет этого еще больше затрудняют усвоение содержащего их мяса.

В результате после каждой трапезы значительная часть съеденного мяса просто не успевает перевариться и оседает на просторах необъятного толстого кишечника. Когда остатки растительной пищи долго находятся в толстом кишечнике и вступают в контакт с кишечной микрофлорой — это идет нам на пользу, но нельзя того же сказать о непереваренных остатках мяса. Во-первых, говоря простыми словами, оно быстро портится, да и как может быть иначе, если мясо попадает в среду с температурой порядка 37 градусов, да еще и абсолютно нестерильную (в природе трудно найти что-то более грязное в микробиологическом смысле, чем толстый кишечник человека). Для растительной пищи — вспомните сами, сколько хранятся разные продукты у вас дома — это совершенно некритично, а вот любая белковая пища портится в таких условиях почти моментально.

И проблема здесь не только в том, что как-то неприятно чувствовать себя мусорным ведром, и не в том, что в туалетную комнату после мясоеда лучше не заходить в течение 20–30 минут (гнилостные газы — это непременный спутник преимущественно мясной диеты). Больше всего беспокоит то, что в процессе гниения белка образуется очень много опасных токсинов, включая канцерогены. Еще хуже обстоят дела, если вы предпочитаете жирное мясо, так как в этом случае печень выделяет желчные кислоты, из которых кишечные бактерии синтезируют самые опасные канцерогены. И это отнюдь не теория — во всех странах с преимущественно мясным питанием рак толстого кишечника является сегодня уже одной из ведущих причин онкологической смертности.

В этом контексте очень любопытно вспомнить труды И. Мечникова — основоположника науки о кишечной микрофлоре. В своем главном труде он пишет о том, что толстый кишечник человека — это рудиментарный орган, который почти не выполняет никаких полезных функций, но при этом является главным источником интоксикации организма, из-за чего продолжительность жизни сокращается. При этом И. Мечников сравнивает толстый кишечник человека с короткой и прямой толстой кишкой хищников и даже предлагает удалять большую часть толстого кишечника человека, чтобы увеличить продолжительность жизни. В дальнейшем он, конечно же, отказался от этих радикальных воззрений и разработал методы профилактики внутренней интоксикации путем коррекции кишечной микрофлоры с помощью живых культур полезных бактерий (йогурт Мечникова), но тем не менее сам по себе этот факт очень показателен.

Можно ли помочь восстановить функции толстого кишечника, не отказываясь полностью от мяса?

В отличие от пищеварительной системы травоядных, организм всеядных животных (к которым и относится человек) вполне приспособлен к полноценному и безопасному перевариванию мяса. Это подтверждается и тем, что есть много наций, которые употребляют мясо (и другие виды животного белка) в составе сложной и разнообразной диеты и при этом не имеют серьезных онкологических проблем. Это говорит о том, что нельзя ставить знак равенства между употреблением мяса и раком кишечника. Итог этого уравнения всегда зависит от нескольких факторов.

Во-первых, от количества потребляемого мясного белка. Хотя наш желудок и похож на желудок хищников, мы не можем столь же быстро переваривать и усваивать белок (см. раздел "Белковый обмен, или Откуда берутся незаменимые аминокислоты" в первой части книги). Чем больше мяса в рационе, тем больше вероятность (пока только вероятность, так как есть много других определяющих итог факторов) того, что часть мясного белка перейдет в неусвоенном виде в толстый кишечник.

Во-вторых, от степени кулинарной обработки и содержания жира в мясе. Чем интенсивнее термическая или химическая (например, с помощью уксуса) обработка, тем выше степень денатурации белка и тем медленнее он усваивается. Как это ни парадоксально звучит, но сырое мясо усваивается намного лучше тушеного и уж тем более жареного, а сыровяленые мясопродукты (хамон, прошутто и др.) намного проще переварить, нежели привычные нам "вареные" колбасы и сосиски.

Точно такая же закономерность наблюдается и в отношении степени жирности мясных продуктов. Чем больше в мясе жира, тем труднее оно переваривается. Животный жир является очень тугоплавким, и печень и тонкий кишечник просто не успевают переварить его, а соответственно, и белковую часть мясных продуктов. В итоге и жир, и белок попадают в толстый кишечник в непереваренном состоянии.

Таким образом, если мы хотим оставить мясо в своем рационе, нам, во-первых, следует ограничить объем съедаемой за раз мясной пищи, а во-вторых, постараться исключить из рациона сильно обработанное и тем более жирное мясо. И если первые два правила направлены на сокращение вероятности попадания больших количеств неусвоенного мясного белка в толстый кишечник, то остальные помогут нам максимально сократить риск неблагоприятных превращений даже тех небольших количеств мяса, что все же дошли до конечного отдела кишечника.

Итак, третье правило заключается в том, что мясо в составе пищи должно обязательно сочетаться с не меньшим (а лучше гораздо большим) количеством грубой растительной пищи. Под этим словом мы подразумеваем любую растительную пищу, богатую пищевыми волокнами и требующую длительного переваривания. Хлеб из белой муки, рисовая каша, картофельные чипсы, печенье не подходят. Они почти полностью очищены от пищевых волокон и поэтому усваиваются уже чуть ли не во рту, почти не доходя до толстого кишечника и, соответственно, не давая нашей кишечной микрофлоре никаких питательных веществ. А это, как вы увидите далее, является важнейшим свойством полноценной растительной пищи.

Дело в том, что вредно не само по себе не до конца переваренное мясо, надолго осевшее в толстом кишечнике, а то, во что оно превращается под действием гнилостной кишечной микрофлоры. И именно с этими гнилостными бактериями мы и должны бороться (вспоминаем еще раз труды И. Мечникова). Но весь парадокс заключается в том, что вообще-то природа наградила нас толстым кишечником травоядного животного, в котором гнилостная микрофлора практически не способна выживать. То есть мы априори имеем надежную защиту, но просто не всегда знаем и понимаем, как она устроена и как ею правильно пользоваться.

Растительноядные животные не страдают от гнилостных и токсических процессов в толстом кишечнике (который из-за своего строения должен быть, по идее, очень уязвимым для этого) даже не потому, что они едят исключительно растительную пищу, которая не склонна к гнилостному разложению. Настоящая причина кроется в том, что те бактерии, которые в огромных количествах населяют их кишечник и главной пищей которых являются остатки растительной пищи, практически полностью подавляют рост любой конкурирующей микрофлоры. (Надо сказать, что подавление любых конкурентов является характерной особенностью микроорганизмов — достаточно вспомнить пенициллин, который синтезируется плесневыми грибками как раз для этого.) Органические кислоты, которые в большом количестве образуются в результате переработки неусвоенных пищевых волокон при активном участии дружественной кишечной микрофлоры травоядных животных, являются губительными для гнилостных бактерий, которые могут существовать только в слабощелочной среде.

Соответственно, если мы вместе с мясом продолжаем употреблять много грубой растительной пищи, баланс кишечных микроорганизмов будет всегда для нас благоприятным, а вероятность развития гнилостных процессов в толстом кишечнике будет сведена к минимуму. Именно в этом и заключается "фокус" кавказской кухни, а также основной смысл религиозных постов с более или менее длительными периодами воздержания от мяса и переходом практически на одну только растительную пищу. За счет подобной регулярной перезагрузки у наших предков всегда была возможность восстановить нормальный баланс кишечной микрофлоры, который мог быть серьезно нарушен из-за однообразного мясного питания.

Кроме того, грубая растительная пища значительно ускоряет кишечную перистальтику и не дает застаиваться содержимому толстого кишечника. Это становится возможным как за счет прямого раздражения стенок кишечника грубыми растительными волокнами, так и за счет того, что в процессе их вторичного пищеварения в толстом кишечнике (с участием дружественной кишечной микрофлоры) в большом количестве выделяются вещества, которые "тянут" на себя воду, значительно увеличивая объем содержимого кишечника и стимулируя его скорейшее опорожнение.

При избытке же белковой и особенно мясной пищи происходят обратные процессы. Содержимое толстого кишечника, наоборот, быстро теряет воду, что затрудняет выведение экскрементов, а это в свою очередь позволяет гнилостным процессам развернуться на полную мощь и способствует очень длительному контакту токсичных и канцерогенных веществ со слизистой оболочкой кишечника.

Таким образом, мясо в разумных количествах можно употреблять почти без опасений, если баланс микрофлоры в порядке и стул регулярный (не менее 1 раза в сутки). При этом и то и другое возможно только в том случае, если в рационе достаточно грубой растительной пищи, а точнее, если она преобладает. То есть мы опять возвращаемся к классической смешанной диете, которая была характерна для человека на протяжении почти всей его эволюции.

И, наконец, четвертое правило заключается в том, что при регулярном потреблении мяса нужно выбирать максимально "правильное". Раз сам по себе мясной белок при определенных условиях может становиться источником опасных токсинов и канцерогенов, то нужно хотя бы уменьшить количество вредных веществ, которые могут присутствовать в мясных продуктах помимо белка в чистом виде.

Например, стоит задуматься о сокращении количества красного мяса из-за наличия в нем потенциально канцерогенного гема в составе миоглобина (см. выше). Или по возможности отказаться от копченых мясных и колбасных изделий, так как они дополнительно отягощены посторонними канцерогенами и в первую очередь нитритами. Не стоит увлекаться и сильно прожаренным на сковороде или гриле мясом. Мало того, что в процессе интенсивной термической обработки белки мяса преобразуются в потенциальные канцерогены (гетероциклические амины), так ведь такое мясо еще и очень трудно и медленно усваивается, из-за чего увеличивается продолжительность контакта этих канцерогенов со слизистой оболочкой кишечника.

Употребление продуктов с высоким содержанием животных жиров уже давно считается крайне нездоровой практикой, но в отношении мясных продуктов это тем более безответственно. Тугоплавкий животный жир в составе мясной пищи вызывает обильную секрецию желчи, в результате чего желчные кислоты в большом количестве переходят в толстый кишечник. И если у нас не все в порядке с кишечной микрофлорой вследствие обильного употребления мяса и глубокого дефицита растительной пищи, эти желчные кислоты перерабатываются гнилостными кишечными бактериями с образованием сильнейших канцерогенов.

Наконец, следует ограничить соленые мясные продукты, ведь соль в больших количествах раздражает слизистую желудка и кишечника и делает их более уязвимыми к воздействию канцерогенов и других повреждающих веществ. Впрочем, более подробно мы поговорим об этом в следующем разделе.

Мясо мясу рознь, или Как сделать привычку есть мясо более полезной

Как мы уже неоднократно отмечали, нельзя называть все мясные продукты однозначно вредными. Это точно такое же заблуждение, как и утверждение о том, что вся растительная пища очень полезна. Есть вполне полезные разновидности мяса, а есть те, что любой здравомыслящий человек просто обязан исключить из своего рациона.

Когда мясо первого сорта может стать третьесортным с точки зрения здоровья

Чтобы лучше разобраться в том, что именно делает мясо вредным, мы разработали приведенную ниже таблицу, в которой выделили наиболее критические факторы. Каждому из них присвоен условный балл опасности. Чем больше таких баллов набирает тот или иной продукт, тем в меньших количествах он должен присутствовать на нашем столе. При этом еще раз оговоримся: данные этой таблицы адекватны только при условии, что помимо мяса в рационе есть достаточное количество грубой растительной пищи.

Таблица 9. Оценка степени опасности основных мясных и колбасных продуктов в контексте доказанных факторов риска рака толстого кишечника

Как видно из данной таблицы, мясо может по-разному влиять на здоровье в зависимости от вида. Есть как совершенно безобидные виды (0–2 балла), так и те, употребление которых можно объяснить либо абсолютной безответственностью, либо полной безграмотностью (5–7 баллов). Но в целом напрашивается один очень простой (и на самом деле очень правильный) вывод: чем мясной продукт натуральнее, тем он полезнее. И наоборот — чем сильнее мясо обработано ("cured meat" в англоязычной литературе), тем больше риск.

Красное мясо — табу или есть исключения?

Даже при беглом взгляде на приведенную таблицу можно заметить, что помимо пресловутых нитритов большую опасность представляет миоглобин. Да-да, тот самый белок, который в зависимости от концентрации придает некоторым видам мяса разные оттенки красного цвета — от буроватого (куриные бедра и мясо индейки) до темно-красного (крупная дичь, тунец и говядина).

Как уже говорилось, миоглобин в больших количествах — это однозначно очень вредное вещество. Но значит ли это, что красное мясо нужно навсегда исключить из своего рациона? Есть ли хоть какое-то зерно истины в заявлениях ведущих экспертов очень многих развитых странах о том, что красное мясо сегодня является чуть ли не врагом № 1? Тем более что речь идет даже не столько об онкологических заболеваниях пищеварительной системы, сколько о гораздо более опасных и распространенных болезнях, таких как сахарный диабет и хронические заболевания сердца и сосудов.

Как вы уже, наверное, заметили, в этой книге мы стараемся сохранять максимальную объективность во всех спорных вопросах, связанных с употреблением мяса или, наоборот, воздержанием от него. И поэтому мы попытаемся взвешенно и без эмоций разобраться в том, что же такое "страшное" ученые обнаружили в красном мясе и правда ли от него нужно полностью отказаться?

Так вот, как показывают многочисленные исследования на эту тему, кроме миоглобина ничего такого сверхвредного, что было бы характерно только для красного мяса, в нем нет. Если говорить о риске сердечно-сосудистых заболеваний, то он действительно напрямую связан с количеством красного мяса в рационе, но это обусловлено не столько мясными волокнами, сколько высоким содержанием холестерина и насыщенных животных жиров в продуктах современного животноводства. В этом смысле красное мясо жирной свинины или баранины действительно можно считать очень вредным, но при этом красное мясо, например, постной телятины или дичи негативного влияния на сердечно-сосудистую систему почти не окажет. Более того, риск атеросклероза при употреблении той же жирной свинины будет ничуть не более высоким, чем при неограниченном использовании жирных молочных продуктов или яиц.

Что же касается рака желудка и кишечника, то и тут все не так однозначно. Канцерогены, которые образуются при высокотемпературной обработке мяса (интенсивная жарка, гриль), без сомнения, крайне опасны, но они могут формироваться и при приготовлении белого мяса или рыбы. Большое количество соли в сыровяленых мясных продуктах (ветчина, хамон, прошутто) тоже обладает доказанным канцерогенным действием и усиливает потенциальный канцерогенный эффект обработанного мяса. Но точно такое же действие оказывает соль, например, из маринованных овощей или соевого соуса. А нитриты в составе колбасных изделий (из которых в кишечнике могут синтезироваться канцерогенные нитрозамины) вообще никакого отношения к самому мясу не имеют и являются искусственными добавками.

Безусловно, очень сильными канцерогенами являются продукты распада желчных кислот, которые в большом количестве выделяются в кишечник при употреблении жирного мяса. Однако и тут все не так однозначно. Во-первых, ключевым фактором здесь является опять-таки жир, а не само по себе красное мясо. Во-вторых, важнейшую роль в превращении желчных кислот в канцерогены играет патологическая кишечная микрофлора. И хотя мясо способствует вытеснению нормальной микрофлоры, тем не менее при правильном питании с включением в рацион большого количества растительной пищи этого можно избежать.

Получается, что единственным доказанным канцерогенным компонентом, характерным только для красного мяса, является гем. Он, как мы уже говорили, является сильным окислителем и при длительном воздействии на слизистую оболочку толстого кишечника может повышать риск развития рака. И с этим, конечно, не поспоришь, но ведь и избыточное количество быстрых углеводов и жиров однозначно приводит к повышению показателей смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и сахарного диабета, но при этом почему-то никто не осмеливается говорить, что современный фастфуд смертельно опасен. Так что если уж запрещать красное мясо, то вместе со всеми другими вредными продуктами (в том числе растительного происхождения), коих так много сегодня в рационе современного человека. И потом, раз уж мы опять заговорили о миоглобине, объективности ради нужно сказать о том, что он встречается не только в мясе. Тунец также отличается весьма высоким содержанием миоглобина и занимает промежуточное место между говядиной и свининой (и именно поэтому, в отличие от всех остальных видов рыбы, у него характерные цвет и вкус мяса). Тем не менее вплоть до недавнего времени никто о вреде тунца не говорил. Наоборот, многие считают его полезным благодаря высокому содержанию омега-3 полиненасыщенных жирных кислот.

Наконец, в последнее время высказываются теории о том, что говядина может служить источником онкогенных вирусов, способных передаваться от крупного рогатого скота человеку через мясо. Но, во-первых, это до сих пор не доказано. Во-вторых, это свойство не самого по себе красного мяса, а скорее одно из следствий массовых технологий животноводства, создающих все условия для возникновения различных эпидемий. В-третьих, это опять-таки нельзя считать свойством именно красного мяса, так как к свинине и баранине это не относится.

Одним словом, если мы хотим, чтобы люди начали менять свои пищевые привычки в лучшую сторону, мы должны быть предельно честны и объективны. Однообразное мясное питание с высокой долей жирного мяса и колбасных изделий и другими сопутствующими подобному рациону вредными привычками — это один из главных факторов многих очень тяжелых заболеваний. Это факт. Однако запретом одного из ключевых продуктов (особенно без каких-либо однозначных доказательств) мы ничего не добьемся. Тем более что, помимо исключения красного мяса, нужно поменять еще много чего другого.

Часть шестая

Есть ли жизнь без мяса?

Как мы говорили в первой части этой книги, ни наши совсем далекие предки, ни какие бы то ни было народы или крупные сообщества людей из нашего относительно недавнего прошлого никогда не полагались исключительно на растительный рацион. Животный белок — в том или ином виде — человек употреблял всегда, пусть и в небольших количествах. Соответственно, возникает вопрос: может ли наш организм полноценно существовать и развиваться на одной только растительной диете? И не с точки зрения самоощущения человека (наша центральная нервная система настолько сильна, что, имея мощную сознательную доминанту, она может подавлять любые другие физиологические сигналы организма), а с точки зрения чистой биохимии и физиологии и, значит, физического здоровья. И вот именно в этом контексте мы и написали данный раздел.

Вегетарианское — это необязательно растительное, или Несколько слов о таком многоликом вегетарианстве

Услышав слово "вегетарианство", большинство людей сразу представляет себе тарелку с щавелем, чечевичный суп или постную гречневую кашу. Тем не менее исключительно растительный рацион подразумевает лишь одна из многочисленных разновидностей вегетарианства (а именно веганство, о котором мы поговорим отдельно), тогда как все остальные вегетарианские диеты вполне допускают и даже рекомендуют употреблять разные животные продукты, кроме мяса. Ниже мы кратко опишем наиболее распространенные варианты вегетарианских диет и к удивлению для себя обнаружим, что большинство из них не только безопасны для здоровья, но, наоборот, являются примерами почти идеального пищевого рациона.

Молоко за вредность, или Лактовегетарианство

Это, безусловно, самое популярное направление вегетарианства. Помимо растительной пищи лактовегетарианство разрешает употребление любых видов молока и молочных продуктов (lac на латыни означает "молоко"). Теоретическим обоснованием такого реверанса в сторону животных продуктов обычно служит констатация того факта, что употреблять молоко нам завещала сама природа, пусть даже и в очень короткий период младенчества. Отсюда делается вывод о том, что в нашем организме есть все необходимое для полноценного усвоения молока и что в отличие от мяса и других продуктов животного происхождения оно абсолютно органично, полезно и даже необходимо для человека. Впрочем, такая аргументация имеет мало общего с научными фактами. Если ссылаться на природу, то в первую очередь следовало бы напомнить, что у всех видов млекопитающих молоко используется в пищу исключительно в период грудного вскармливания и затем никогда больше не присутствует в рационе питания. Более того, у всех млекопитающих (и до сих пор почти у половины людей, несмотря на очень долгую историю использования молока в пищу) пищеварительные ферменты, отвечающие за переваривание молока, "выключаются" сразу же после отнятия от груди. Хуже того, белки молока, изначально максимально естественные и полноценные для грудных детей, могут со временем становиться для очень многих людей сильнейшими аллергенами.

Поэтому, скорее всего, добавление молока и молочных продуктов в исходно строго вегетарианские диеты было продиктовано другим, а именно невозможностью обеспечить организм должным количеством незаменимых аминокислот, кальция и — самое главное — витамина В12 за счет одной только растительной пищи. И молоко в данном случае представляет собой идеальный компромисс и с физиологической, и одновременно с этической точек зрения. Тем более что в классических лактовегетарианских диетах используется больше не само по себе цельное молоко, которое может вызывать нарушения пищеварения или аллергические реакции, а продукты его глубокой переработки — сыры различной зрелости и йогурты.

И нужно признать, что при условии максимально широкого разнообразия растительной части данной диеты и при использовании в пищу в основном продуктов молочной переработки (а не цельного молока, лактовегетарианство становится одной из самых полноценных и физиологичных диет для человеческого организма. И именно по этой причине (вкупе с абсолютной этичностью) подавляющее число вегетарианцев являются на самом деле последователями лактовегетарианства.

Как найти оправдание, или Лактоововегетарианство

Если добавить к лактовегетарианскому рациону еще и яйца, то получается совсем уже невегетарианский рацион питания. Тем не менее такая разновидность вегетарианства существует и даже носит особое трудновыговариваемое название — лактоововегетарианство (ovo на латыни означает "яйцо"). Вообще-то существование подобной "диеты" очень трудно оправдать как с этической точки зрения (даже если считать, что яйца, которые продаются в магазинах, — лишь яйцеклетка без живого зародыша), так и с позиций физиологии питания. Яйца не имеют в своем составе никаких уникальных жизненно важных веществ, которые бы отсутствовали в лактовегетарианском рационе, а вот высокое содержание холестерина может вызывать определенные вопросы. Соответственно, обогащать растительную диету за счет включения яиц имеет смысл только в том случае, если в рационе нет молочных продуктов, то есть в случае чистого ововегетарианства, но такая форма вегетарианства встречается крайне редко.

Поэтому существование лактоововегетарианства можно считать, с одной стороны, признанием факта исторической всеядности человека, а с другой — инстинктивным стремлением человеческого организма, долгое время находящегося на преимущественно растительном рационе, к большему содержанию в пище животного белка и сопутствующих ему питательных веществ.

Возвращение к истокам, или Песковегетарианство

Так как все названия различных вариантов вегетарианства имеют латинское происхождение, растительная диета с включением рыбы и морепродуктов получила название песковегетарианства (от латинского слова pesca — "рыба"). В последнее время эта разновидность вегетарианства стала одной из самых популярных, чему немало способствовали данные научных исследований, показавших высокий профилактический эффект песковегетарианства в отношении многих хронических и дегенеративных заболеваний современного человека.

Впрочем, такое положение дел не является каким-то откровением, ведь песковегетарианство — это не что иное, как сложный и длительный путь от экспериментов с разными растительными рационами к классической средиземноморской и японской диетам, польза которых доказана тысячелетиями и описана в тысячах научных публикаций. В рыбе и морепродуктах есть не только незаменимые аминокислоты, витамины животного происхождения и многие минералы, отсутствующие в растительной пище — они содержатся и в молочных продуктах, но еще и важнейшие омега-3 полиненасыщенные жирные кислоты.

Заменить эти жирные кислоты животного происхождения за счет растительных аналогов в принципе можно, но, во-первых, это далеко не так просто, так как процесс превращения растительных жирных кислот в нужные нам омега-3 кислоты очень сложный и медленный. А во-вторых, такая замена с биохимической точки зрения все же не может считаться абсолютно адекватной.

Между тем омега-3 жирные кислоты являются одними из самых важных и универсальных регуляторных веществ в нашем организме, которые участвует в регуляции обмена холестерина, работы сердца и сосудов, аллергических и воспалительных процессов, а также работы иммунной и противоопухолевой систем. Именно с этим и связаны гораздо более выраженные профилактические эффекты песковегетарианства по сравнению с любыми другими видами растительных или полувегетарианских диет.

Само собой, с этической точки зрения песковегетарианство является наиболее спорной разновидностью вегетарианства. Но ведь мы в этой книге рассуждаем исключительно с позиций биохимии и физиологии, поэтому должны признать песковегетарианство практически идеальной диетой (разумеется, при условии максимальной полноценности и разнообразия ее растительной части).

Таким образом, ничего страшного и опасного в большинстве разновидностей вегетарианства нет и в помине, и очень часто на поверку они оказываются гораздо более полноценными и здоровыми по сравнению с современным смешанным рационом и уж тем более с фастфудом. Правда, мы пока говорили лишь о комбинированных формах вегетарианства и совсем не затрагивали ортодоксальные растительные диеты, и сейчас самое время поговорить об этом весьма деликатном вопросе.

Путешествие на дно пищевой цепи, или Веганство на всю жизнь

Начиная рассказ о 100-процентно растительных диетах, мы сознательно не стали использовать термин "вегетарианство", так как сегодня это стало довольно размытым понятием. В него входят много смешанных рационов, которые, оставаясь в основе своей растительными, тем не менее включают в себя какое-то количество молочных продуктов, яйца и рыбу. То есть про "вегетарианца" сегодня можно с уверенностью сказать лишь то, что он не ест мяса, но ничего более точного о его рационе этот термин не скажет.

В контексте данной книги лучше прибегнуть к термину "веганство", так как это одна из самых строгих разновидностей вегетарианства (не считая сыроедения), которая исключает абсолютно все продукты животного происхождения. В последнее время последователей данной системы питания становится все больше, но тем не менее вопрос о том, может ли исключительно растительный рацион обеспечить нас всеми необходимыми питательными веществами, остается до сих пор открытым.

И проблема здесь даже не столько в биохимической и физиологической подоплеке, а в том, что веганство как никакая другая диета требует от человека очень глубоких знаний и абсолютной последовательности. И именно от этого будет зависеть ее успех или неуспех. Поэтому в этом разделе мы специально остановимся на самых сложных моментах веганских диет, которые нужно знать и абсолютно точно понимать любому, кто отправляется в это непростое плавание.

Подводные камни веганства: как повысить степень усвоения растительной пищи

Противники или критики веганства исходят из двух основных утверждений. Первый аргумент заключается в том, что растительная пища плохо усваивается в якобы не приспособленной для этого пищеварительной системе человека. Второе утверждение основывается на том, что в растительной пище напрочь отсутствуют некоторые жизненно важные для человека вещества либо их там очень мало. Ниже мы попробуем коротко ответить на оба утверждения.

Начнем с того, что в целом растительная пища прекрасно усваивается человеком либо может отлично усваиваться после кулинарной обработки. Конечно, если сравнивать нас со жвачными животными (к чему нередко прибегают противники веганства), мы не способны переваривать грубые травянистые растения или листья деревьев. У нас нет ни необходимого для этого жевательного аппарата, ни большого многокамерного желудка с соответствующими бактериями, ни нужных пищеварительных соков и ферментов. Но ведь в случае веганства никто о траве и не говорит! Если же рассматривать предметные возражения, то сегодня на большинство из них есть совершенно убедительные ответы.

Начнем с фитиновой кислоты. Это очень важный компонент очень многих растений (особенно семян и клубней), который служит источником такого незаменимого для роста растений минерала, как фосфор. Соответственно пшеница, овес, рожь, кукуруза и большинство других круп, орехи, бобовые (включая сою), семена тыквы, подсолнечника, а также продукты на их основе содержат довольно много фитиновой кислоты. Особенно если речь идет о природных, нерафинированных продуктах, которые как раз и составляют основу рационов веганов, стремящихся к максимальной натуральности. Например, бурый рис содержит в 5–6 раз больше фитиновой кислоты, чем полированный рис, а темный цельнозерновой пшенично-ржаной хлеб по ее содержанию может превосходить классический белый батон в 8–10 раз.

И хотя человеку фосфор тоже очень нужен и чисто теоретически фитиновая кислота могла бы быть очень полезным для нас пищевым ингредиентом, тем не менее это не так. У человека, в отличие от жвачных животных, нет фермента фитазы, который расщепляет молекулу фитиновой кислоты и делает содержащийся в ней фосфор биодоступным. Но проблема не столько в фосфоре — у нас есть немало других источников легкоусваиваемого фосфора, — сколько в том, что фитиновая кислота активно связывает многие минералы пищи и серьезно затрудняет их усвоение. Речь идет о таких важнейших минералах, как цинк, кальций и железо. Причем нарушение усвоения данных минералов может быть настолько серьезным, что в тех случаях, когда бобовые и хлеб из грубой муки составляют основу рациона питания, это может приводить к формированию тяжелой минеральной недостаточности, особенно цинка и железа. Кроме того, фитиновая кислота может подавлять активность некоторых ферментов белкового обмена и тем самым снижать и без того невысокую эффективность усвоения растительного белка.

Тем не менее, грамотно составляя веганский рацион, можно практически полностью избежать отрицательного влияния фитиновой кислоты на минеральный и белковый обмен. Во-первых, само по себе разнообразие растительного рациона, в котором есть и плоды (овощи, фрукты и др.), и семена (крупы, орехи, семена), и листовые части растений, сводит к минимуму влияние фитиновой кислоты на обменные процессы. Все без исключения описанные случаи тяжелой минеральной недостаточности были результатом скудных монорационов на основе хлеба из грубой муки или бобовых.

Во-вторых, многие традиционные методы кулинарной обработки позволяют существенно снизить количество фитиновой кислоты в растительной пище. Долгая температурная обработка, маринование (точнее, заквашивание с участием бактерий, продуцирующих молочную кислоту), проращивание семян, а также длительная подготовка теста с помощью живых бактериально-дрожжевых заквасок (а не сухих моментальных дрожжей) — все это помогает сильно снизить концентрацию фитиновой кислоты.

В-третьих, обсуждая те или иные компоненты растений, которые могут мешать усвоению питательных веществ, не нужно забывать, что в растительной пище есть вещества, которые, наоборот, повышают эффективность усвоения минералов по сравнению с животной пищей. Например, высокое содержание витамина С позволяет существенно повысить усвоение железа. Или взять тот же кальций — за счет высокого содержания калия и магния растительный рацион закономерно сопровождается сдвигом кислотно-щелочного баланса в организме веганов в щелочную сторону. Благодаря этому кальций из костной ткани вымывается у них (так называемая резорбция) гораздо меньше, чем у мясоедов, у которых кровь и биологические жидкости имеют более кислую среду, из-за чего гораздо быстрее растворяется и вымывается кальций. Соответственно и потребность в кальции у веганов становится значительно ниже, и растительной пищи, содержащей на первый взгляд совсем немного кальция по сравнению, например, с молоком (более подробно мы об этом еще поговорим), становится достаточно.

Подводные камни веганства: можно ли полностью полагаться на растительный белок?

В обществе широко распространено мнение о том, что растительный белок является неполноценным и не обеспечивает организм человека всеми необходимыми аминокислотами. На первый взгляд действительно может показаться, что раз уж человек относится к царству животных, то животный белок должен иметь гораздо большее сходство с белками нашего организма по сравнению с любыми белковыми продуктами растительного происхождения. И если сравнивать молоко, яйца или мясо с одной стороны и бобы, овес и пшеницу с другой, первые будут содержать, конечно же, гораздо более полноценный белок по сравнению со вторыми.

Но что значит "более полноценный"? Дело в том, что все белки состоят из отдельных "кирпичиков" — аминокислот. Часть из этих аминокислот мы можем синтезировать сами, а часть — так называемые незаменимые аминокислоты — мы должны получать из пищи. Соответственно, чем больше в составе пищевого белка незаменимых аминокислот, тем он более полноценный. Так вот, животные белки в массе своей содержат больший процент незаменимых аминокислот по сравнению с растительными белками.

Однако на самом деле разница совсем небольшая. Так, в молочном белке незаменимые аминокислоты составляют 49 %, а в чечевице — 40 %. В мясе и яйце — 44 %, а в бобах и киноа — 39 %. А вот рыба и соя вовсе не различаются по этому показателю — и там и там по 38 %. Соответственно, если мы будем употреблять растительного белка чуть больше рекомендуемой суточной нормы (на 10–20 %), мы сможем легко получить такое же количество незаменимых аминокислот, как те, кто употребляет животный белок.

Впрочем, мы уже говорили, что на самом деле все не так просто. Нам важно получить достаточное количество каждой из восьми незаменимых аминокислот, а этого большинство растительных белков не могут обеспечить. Несколько упрощая, можно сказать, что бобовым для того, чтобы быть полноценным источником белка, не хватает необходимого количества метионина, а злакам — лизина.

Само собой напрашивающееся решение: смешать в равных пропорциях бобовые и злаковые, что даст нам полный набор незаменимых аминокислот в необходимом объеме. И действительно, смесь, скажем, овса и чечевицы по своему аминокислотному профилю вплотную приближается к говядине. Так что не стоит беспокоиться о веганах — при адекватном уровне знаний они легко могут обеспечить себя необходимым количеством белка и всеми нужными аминокислотами.

Правда, здесь есть еще один подводный камень. Дело в том, что очень многие источники растительного белка одновременно содержат естественные факторы, которые значительно ухудшают усвоение белка. Например, фитиновая кислота, о которой мы говорили выше, или танины, которые в очень больших количествах содержатся в растениях (особенно в недозрелых) и могут связывать белки, образуя нерастворимые комплексы. Кроме того, почти во всех бобовых (которые по праву считаются богатейшим источником растительного белка), а также в картофеле и томатах есть особые вещества, которые блокируют протеолитические ферменты нашей пищеварительной системы и существенно затрудняют усвоение белка. Кстати, именно поэтому всем известная соя существенно уступает мясу, яйцам или молоку по питательной ценности белка, хотя, если брать чисто химический состав, она должна была бы как минимум им не уступать.

Впрочем, и эту проблему можно легко обойти. Во-первых, то же проращивание бобов сокращает концентрацию анти-белковых факторов почти до нуля, и, возможно именно поэтому проращенные семена и бобы стали важной частью веганского рациона. Во-вторых, долгая температурная обработка также снижает активность этих веществ.

В-третьих, нужно всегда помнить о том, что веганы должны употреблять в 1,2–1,5 раза больше белка по сравнению со стандартными нормами, рекомендованными для смешанных рационов, что позволяет обойти в том числе и эту проблему.

Подводные камни веганства: кальций и кости

Почему-то априори считается, что веганы не способны поддерживать оптимальное состояние костной системы. Якобы кальций в составе растительной пищи очень плохо усваивается, а витамин Д вообще там отсутствует. И многие исследования действительно свидетельствуют о том, что уровень потребления кальция веганами в среднем чуть ниже, чем у людей, придерживающихся обычного рациона. Однако тут упускается из виду очень важный момент, а именно то, что преимущественно растительный рацион способствует повышению эффективности обмена кальция. Это происходит за счет того, что ионы магния и калия, которых очень много в растительной пище, способствуют ощелачиванию крови, что значительно уменьшает активность естественной резорбции (вымывания) кальция из костей и тем самым снижает потребность в этом минерале. У людей же, предпочитающих белково-мясной рацион, кровь, наоборот, имеет более кислую реакцию, что увеличивает активность вымывания кальция из костей и в итоге повышает потребность в нем. Кроме того, почти все смешанные рационы содержат гораздо больше соли по сравнению с веганскими диетами, а натрий, как известно, также повышает уровень выведения кальция с мочой.

Таким образом, дефицит кальция не является проблемой для большинства веганов (конечно, при обязательном условии разнообразия рациона), что и показывают эпидемиологические исследования, не выявившие никакой разницы в показателях минеральной плотности костей и риска переломов между веганами и традиционно питающимися людьми. Причем не только в молодом, но и в среднем и пожилом возрасте. Хотя тут, конечно, нельзя исключать и влияния на минеральную плотность костей физической активности: веганы в силу их гораздо большей приверженности здоровому образу жизни обычно ведут гораздо более активный образ жизни.

Витамин Д также критически важен для здоровья костей, однако его можно получать не только из животной пищи. Полностью компенсировать дефицит этого витамина можно с помощью солнечных ванн (естественных летом и искусственных зимой): организм синтезирует витамин Д под влиянием ультрафиолетовых лучей. Наконец, ничто не мешает веганам принимать добавки с витамином Д2 (одна из форм природного витамина, существующая наряду с самой распространенной его формой — витамином Д3), который имеет неживотное происхождение и таким образом не противоречит принципам этой диеты.

Подводные камни веганства: витамины животного происхождения

Как известно, витамины — это незаменимые жизненно важные вещества, которые должны регулярно и в нужном объеме поступать в наш организм. Но при этом часть этих витаминов имеет исключительно животное происхождение, что, казалось бы, окончательно ставит под сомнение адекватность веганства. Тем не менее и тут очень быстро выясняется, что максимально разнообразный растительный рацион или здоровый образ жизни могут во многом решить эту проблему.

Про решение проблемы дефицита витамина Д3 мы уже поговорили в предыдущем разделе. Или, например, витамин А — незаменимое вещество исключительно животного происхождения — легко заменяется бета-каротином и другими каротиноидами, которые в очень большом количестве содержатся в растениях. Аналогичным образом можно заменить и омега-3 полиненасыщенные жирные кислоты (витамин F), которые ассоциируются у большинства из нас исключительно с морской рыбой и морепродуктами (морские водоросли не могут считаться надежным источником омега-3 жирных кислот из-за очень высокого содержания йода). В природе есть абсолютно адекватные растительные аналоги омега-3 жиров, а именно жирные кислоты в составе семян льна, облепихи, брусники, чиа, а также грецкого ореха. В частности, альфа-линоленовая кислота, которая в большом количестве содержится в них (или в маслах, полученных из этих семян), может полностью компенсировать дефицит морских омега-3 жирных кислот, так как превращается в организме в аналоги эйкозапентаеновой и докозагексаеновой кислот, которые и являются главными представителями омега-3 полиненасыщенных жирных кислот. Правда, очень важно понимать, что скорость биохимических реакций синтеза омега-3 жиров в этом случае будет довольно медленной и, главное, очень сильно зависит от количества белка, а также многих витаминов и минералов в пище (витамин В6, биотин, кальций, магний, цинк, медь). И это еще один аргумент в пользу утверждения о том, что веганский рацион может считаться абсолютно полноценным только при условии максимального разнообразия пищи.

Таким образом, получается, что единственным жизненно важным веществом, которое будет всегда дефицитным в организме веганов, является витамин В12. Существующее мнение о том, что некоторые виды морских водорослей содержат достаточное количество витамина В12, пока является лишь предположением, не имеющим достоверной доказательной базы. Однако проблема дефицита витамина В12 легко решается приемом препаратов этого витамина, тем более что сегодня витамин В12 получают не из печени животных (как это было еще 30 лет назад), а путем бактериального синтеза.

Зависимость человека от поступления витамина В12 животного происхождения является еще одним эволюционным аргументом в пользу того, что наши предки никогда не были чистыми растительноядными организмами. В то же время уникальная (в отличие от всех других витаминов и минералов) способность витамина В12 накапливаться в печени на несколько лет вперед говорит о том, что животная пища никогда не была регулярным и уж тем более базовым элементом нашего рациона.

Но как же тогда обходятся без этого важнейшего витамина растительноядные животные? Могут ли веганы научиться у них решению этой проблемы? У жвачных животных витамин В12 синтезируется бактериями, которые обитают в желудке и помогают переваривать грубую растительную пищу. Поступая вместе с пищей в тонкий кишечник, этот витамин прекрасно там усваивается.

К сожалению, у человека кислотность желудка слишком велика, чтобы в нем могли выживать эти бактерии, и поэтому мы не можем полагаться на такой источник витамина В12. Впрочем, у нас и у других растительноядных животных, не относящихся к классу жвачных, витамин В12 тоже синтезируется бактериями, но только не теми, что обитают в желудке, а микроорганизмами, населяющими толстый кишечник. Однако не стоит раньше времени радоваться, так как здесь есть кое-какие деликатные подробности.

Так как витамин В12 может усваиваться только в верхних отделах кишечника, смысла в его синтезе в толстой кишке, на первый взгляд, никакого нет. Он там банально не сможет усвоиться и попасть в кровь, так как в толстой кишке нет каналов для усвоения витамина В12. Однако животные (и скорее всего, и наши далекие предки) научились легко обходить это препятствие, поедая — простите за необходимые подробности — свои или чужие экскременты, и именно последние являются для них главным источником витамина В12 (а также многих других полезных веществ, синтезируемых кишечной флорой). Разумеется, точно так же могли бы поступать и веганы, и тогда бы это было веганство в чистом виде, но, согласитесь, прием синтетического витамина В12 выглядит, мягко говоря, гораздо более предпочтительным.

Однако при всей комичности предыдущего абзаца мы хотим еще раз подчеркнуть, что дефицит витамина В12 — совсем не пустяк. Данный жизненно важный витамин участвует в очень многих процессах в нашем организме и в том числе играет важнейшую роль в обезвреживании гомоцистеина, который не менее опасен для сосудов, чем всем известный холестерин (см. более подробно в третьей части данного издания).

И, кстати, одним из парадоксальных выводов многих исследований состояния здоровья адвентистов, о которых мы так много говорили выше, было то, что веганы зачастую гораздо более подвержены риску смертности от сердечно-сосудистых болезней по сравнению не только с лактоововегетарианцами, но даже по сравнению с не-вегетарианцами. И объяснением этого парадокса, скорее всего, служит именно скрытый и очень длительный дефицит витамина В12. Получается, что несбалансированный веганский рацион, с одной стороны, полностью защищает нас от избытка холестерина, но с другой — обрекает нас на не менее опасное хроническое поражение сосудов вследствие совсем другой причины.

Подводные камни веганства: углеводы и глютен

В последнее время все чаще доводится слышать одно весьма странное утверждение, очевидно, навеянное последними тенденциями в области здорового питания. Дескать, современные вегетарианские диеты предрасполагают к избыточно углеводному питанию и в том числе к очень высокому потреблению продуктов из злаков, что уже в свою очередь создает риск развития непереносимости глютена. Но такая постановка вопроса — это еще одна проблема существующей условности терминов. Как мы неоднократно повторяли, сегодня сами по себе понятия "вегетерианство", "веганство" или "мясоедение" уже мало что говорят. Для того чтобы сделать вывод о пользе или вреде того или иного рациона, мы должны смотреть на его состав, а не на происхождение.

Конечно, человека, который питается белым хлебом с маргарином, рисом, картофелем и бананами, можно тоже назвать веганом, не правда ли? И, несомненно, такая "разновидность" веганской диеты будет источником и крайне вредных простых углеводов, и потенциально аллергенного глютена и приведет ко многим опасным последствиям. Если же мы будем говорить о сбалансированной и максимально разнообразной растительной диете — какой и должно быть настоящее веганство, — все эти риски сводятся к нулю.

Несмотря на то что практически все углеводы (и особенно простые сахара) имеют растительное происхождение, это вовсе не означает, что исключительно растительный рацион обрекает нас на широко известные проблемы, связанные с высоким употреблением углеводов. Грамотно составленный веганский рацион состоит в основном из продуктов, обладающих крайне низким гликемическим индексом. Это означает, что они содержат преимущественно сложные и медленно перевариваемые углеводы и в дополнение к этому еще и очень много пищевых волокон, значительно замедляющих усвоение углеводов. К таким продуктам относятся все листовые овощи, цельные злаки, бобовые, часть плодовых овощей и часть фруктов — то есть продукты, которые, наоборот, рекомендуются всеми диетологами для снижения риска сахарного диабета и нарушений жирового и холестеринового обмена.

Глютен — это вещество исключительно растительного происхождения. Это комплекс протеинов, составляющий белковую основу очень многих злаков, включая самые распространенные — пшеницу, рис, рожь, овес. Есть более понятное и знакомое каждому название глютена — клейковина. Чем больше в зерне клейковины (так называемые твердые сорта пшеницы), тем она считается качественнее, так как из нее получается более вкусные хлеб и макаронные изделия.

Глютен, как и любой другой белок, обладает потенциальной аллергенностью, и сегодня с непереносимостью глютена сталкивается довольно значительное число людей. Однако если мы сравним распространенность этой аллергии в группах людей, придерживающихся современного смешанного рациона питания, и в группах веганов, то увидим, что у последних непереносимость глютена встречается реже в несколько раз. И это связано сразу с несколькими факторами.

Во-первых, правильный веганский рацион является очень разнообразным, и злаки (главные источники глютена) не превалируют в его составе. Во-вторых, веганы обычно едят очень мало продуктов на основе селекционной рафинированной пшеницы, которая как раз и содержит больше всего глютена. В-третьих, хлеб, который едят веганы, в большинстве случаев приготовлен с помощью живых бактериально-дрожжевых заквасок. Эти живые дрожжи (многие хозяйки это еще помнят) очень эффективны и значительно улучшают качество хлеба, но при этом действуют крайне медленно, поэтому такое тесто обычно выдерживают не менее суток. Но зато за столь длительное время контакта с тестом дрожжи и бактерии живой закваски производят очень серьезную обработку и углеводов, и белков теста, включая этот самый глютен. В результате в готовом хлебе не только уменьшается общее количество глютена, но, главное, изменяется его химическая структура, благодаря чему он усваивается гораздо лучше.

А вот в повседневной жизни большинство из нас сегодня уже не использует живые закваски. Имеющиеся в нашем распоряжении моментальные сухие дрожжи способны поднять тесто за полчаса-час, что с точки зрения экономии времени и денег, конечно же, очень здорово. Однако нужно понимать, что за это время тесто лишь обогатится газом и никакой глубокой химической обработки углеводов и глютена не произойдет. Получается, что раньше и пшеница содержала меньше глютена, и живые дрожжи дополнительно способствовали его глубокой переработке, а сейчас мало того что селекционное зерно содержит много глютена, так еще при этом не происходит практически никакой его переработки в процессе хлебопечения.

Наконец, в-четвертых, от развития глютеновой непереносимости веганов защищает нормальная микрофлора кишечника, что напрямую связано с характером их питания. Большое количество грубой пищевой клетчатки вкупе с полным отсутствием животного белка формирует очень благоприятный профиль кишечных микроорганизмов, способствующих дополнительному (вторичному) перевариванию многих веществ растительной пищи, включая глютен. А вот нарушение этого естественного профиля — то есть дисбактериоз кишечника — как раз и является одной из основных причин разного рода пищевых аллергий. Нарушение баланса между различными видами кишечных бактерий приводит к серьезным сбоям в процессе пищеварения в целом, к глубокому ухудшению работы местной иммунной системы и, главное, к повышению проницаемости стенок кишечника для потенциальных аллергенов, что часто и становится причиной развития очень многих пищевых аллергий и непереносимости глютена в частности.

Вы никогда не задавали себе вопрос, почему у лошадей, питающихся овсом, или у коров, которых кормят зерновыми комбикормами, никогда не бывает непереносимости глютена? Ответ очень прост: у них нормальная, эволюционно максимально благоприятная кишечная микрофлора, не испорченная неправильным питанием. Миллиарды полезных кишечных микроорганизмов спокойно живут и размножаются на стенках кишечника и не вызывают никакой реакции со стороны местной иммунной системы, которая уже воспринимает их как своих. Так вот, при правильном питании то же самое должно наблюдаться и у человека, и абсолютно закономерно, что именно так это и происходит в организме грамотных веганов.

Если же в силу беспорядочного питания с преобладанием фастфуда и почти полным отсутствием растительной клетчатки полезная микрофлора начинает уступать свое место другим кишечным микроорганизмам, наша иммунная система сразу же активизируется и пытается бороться с чужеродными "захватчиками", провоцируя воспалительный процесс. А так как происходит эта битва как раз на внутренней поверхности стенок кишечника (где и сосредоточены все кишечные бактерии), проницаемость кишечной стенки резко повышается. В результате все потенциально аллергенные вещества — от молочного белка до глютена — могут проникать внутрь и вызывать закономерную аллергическую реакцию.

Кстати, точно такой же процесс мы можем наблюдать у новорожденных. Чем раньше у них сформируется нормальная кишечная микрофлора под влиянием особых бифидогенных факторов материнского молока, тем меньше будет вероятность формирования у ребенка аллергенного фона, и наоборот. Ну и раз уж мы заговорили о новорожденных и грудном вскармливании, самое время перейти к следующему разделу.

Подводные камни веганства: беременность, кормление молоком и малыши

Пожалуй, самый сложный и спорный вопрос — это вопрос об адекватности веганского рациона в период беременности, кормления грудью, а также для детей раннего возраста. Начать можно с того, что, согласно официальным рекомендациям Американской ассоциации диетологов и Канадской диетологической ассоциации (которые занимаются вопросами вегетарианских диет, пожалуй, дольше всех в мире), "хорошо спланированные вегетарианские диеты являются абсолютно адекватными на протяжении всего жизненного цикла, включая беременность". Кроме того, если рассматривать эту ситуацию с эволюционно-биологической перспективы, то пример растительноядных животных (в том числе самых крупных) тоже убедительно показывает, что растительный рацион вполне позволяет вынашивать и выкармливать абсолютно здоровое потомство. То есть данный вопрос можно было бы считать закрытым, если бы не отсутствие точного и единогласного понимания, что значит "хорошо спланированный" веганский рацион. С учетом того, что даже в обычных условиях необходимо постоянно следить за содержанием в веганском рационе таких потенциально дефицитных веществ, как белок (и незаменимые аминокислоты), витамины Д и В12, альфа-линоленовая кислота (как предшественник омега-3 жирных кислот), железо, цинк и кальций, то в случае беременности и последующего кормления грудью эти риски еще больше возрастают. Ведь потребность в питательных веществах возрастает в этом случае в 1,2–1,5 раза, а по некоторым нутриентам даже больше. Особенно пристальное внимание нужно уделять витамину В12, так как это ключевой фактор роста в организме плода и новорожденного. Поскольку веганы получают этот витамин исключительно в виде пищевых добавок, необходимо сделать одну очень важную поправку. Нужно понимать, что рекомендованные уровни потребления витамина В12 в составе витаминных комплексов рассчитаны на людей, придерживающихся стандартного смешанного рациона и поэтому имеющих достаточный запас витамина В12 в печени. Соответственно, веганский рацион в принципе и особенно в период беременности и кормления должен содержать в 2–3 раза больше витамина В12, чем обычно рекомендуется. Не меньшее внимание нужно уделять обеспеченности организма кальцием и витамином Д, так как в очень многих исследованиях были выявлены скрытые признаки рахита у детей веганов. Количество альфа-линоленовой кислоты в пище также приобретает особую важность, так как от уровня омега-3 полиненасыщенных жирных кислот, которые из нее синтезируются, напрямую зависит формирование нервной и зрительной систем ребенка. Говоря же о детях раннего и среднего возраста, родители которых выбрали для них веганскую диету, мы должны будем повторить все вышесказанное и отдельно акцентировать внимание на крайней важности адекватного обеспечения белком и общей энергией. Белковый обмен у детей намного выше, чем у взрослых и даже чем у беременных и кормящих матерей, и любой скрытый дефицит белка или его неполноценность по аминокислотному составу может приводить к задержке развития. И это отнюдь не общие слова — у детей младшего возраста потребность в незаменимых аминокислотах (в расчете на 1 кг веса) в 3–5 раз больше, чем у взрослых. Особенно это касается лизина, потенциально дефицитной аминокислоты в большинстве веганских диет.

То же самое касается и энергетического обмена, от которого зависит правильное развитие и рост ребенка. Здесь требуется даже не "хорошо спланированный", а тщательнейшим образом спланированный веганский рацион с очень точным расчетом общей калорийности. Как показывают исследования, даже в рационе тех веганов, которые тщательно следят за своим рационом, нередко обнаруживается общий дефицит калорий. Но если у взрослых это скорее благо, чем проблема, то у маленьких детей — наоборот.

Тем не менее, если диета ребенка будет действительно до деталей рассчитана, то можно с уверенностью сказать, что такой ребенок будет намного здоровее своих сверстников. И вопрос здесь не столько в самом по себе веганстве, сколько именно в тщательном расчете всех необходимых нутриентов, чего катастрофически не хватает так называемому "нормальному" питанию современных детей.

Веганство: краткое резюме

Практически все риски, которые связывают с веганским рационом, являются надуманными, а если они и есть (а определенные риски есть у абсолютно любой диеты), то они перекрываются положительными эффектами, связанными с употреблением максимально разнообразной растительной пищи. И, наконец, давайте будем честными: состояние здоровья практически всех веганов в среднем значительно лучше, чем у большинства людей, придерживающихся якобы "нормального современного" питания.

Тем не менее очень важно подчеркнуть, что отнюдь не само по себе веганство, не сама по себе растительная пища и не само по себе воздержание от мяса творят такие чудеса со здоровьем человека. Ключевым фактором здесь является то, что большинство сторонников такой диеты совершенно сознательно исключают из своего питания не только продукты животного происхождения, многие из которых являются крайне вредными, но и любые другие нездоровые продукты, даже если формально они имеют растительное происхождение (белый хлеб, большинство картофельных блюд, десерты и др.). Более того, веганы в массе своей намного более пристально следят за разнообразием и нутриентным составом своего питания.

И вот тут-то мы и приходим к парадоксальному для многих веганов выводу: любая другая диета, подразумевающая исключение всех вредных и потенциально вредных веществ — а они есть как в животной, так и в растительной пище, — а также максимальное разнообразие всех полезных продуктов (в том числе животного происхождения) ничем не уступит веганству с точки зрения положительного влияния на здоровье человека.

Более того, не стоит забывать и о том, что при сравнении показателей здоровья веганов с показателями здоровья людей, придерживающихся максимально разнообразного рациона, в том числе с включением определенных продуктов животного происхождения (например, средиземноморской диеты или песковегетарианства), результат часто будет уже не в пользу веганов.

Сыроедение, или Чем мы отличаемся от коровы

Сыроедение — это самая строгая разновидность веганства. Так же как и веганские диеты, сыроедение ограничивает рацион исключительно растительными продуктами, но при этом еще и запрещает любые виды кулинарной обработки. И главный вопрос заключается как раз в том, в какой степени сырая растительная пища может усваиваться в организме человека и обеспечивать все наши потребности в энергии, питательных веществах, витаминах и минералах.

Сторонники сыроедения в этом вопросе всегда ссылаются на успешные примеры растительноядных животных и далеких предков человека, которые, по их мнению, также относятся к чистым травоядным. Однако это не совсем так. Давайте начнем с коровы, которая действительно может полностью обеспечивать себя за счет исключительно сырой растительной пищи.

Во-первых, у коровы, как у и других жвачных животных, есть очень большой многокамерный желудок и очень длинный толстый кишечник. В желудке коровы не только есть условия для очень долгого первичного переваривания грубой растительной пищи, но еще и имеется специальная желудочная микрофлора, которая: 1) обладает ферментами, расщепляющими фитиновую кислоту, которая очень затрудняет усваивание белков и минералов; 2) помогает расщеплять грубую растительную клетчатку до простых углеводов или летучих жирных кислот, которые животное далее может легко усваивать; 3) синтезирует многие витамины, отсутствующие или содержащиеся в крайне небольшом количестве в растительной пище. Последние две функции (отчасти) дополнительно дублируются микрофлорой кишечника.

Во-вторых, даже с учетом таких эволюционных приспособлений корова вынуждена съедать очень много сырой травы. Так, молочная корова (это состояние требует большего количества пищи) должна ежедневно съедать пищи до 10 % от своего веса. И именно поэтому коровы едят практически постоянно. Только в этом случае они могут получить необходимое количество энергии и только из такого огромного объема пищи они могут получить все необходимые белки, витамины и минералы.

Если перевести эти данные на человека, то сыроед со средней массой 60 кг должен был бы съедать до 6 кг пищи в день. Такой объем нам даже трудно себе представить (а тем более съесть), хотя на самом деле это количество нужно как минимум удвоить, ведь человек не обладает присущими жвачным животным механизмами желудочного бактериального пищеварения. Так что пример с коровой нам точно не подходит.

Если взять за точку отсчета наших далеких предков, то тут нужно будет сразу напомнить то, о чем мы писали в самом начале этой книги. Большинство известных видов гоминид (а также человекообразных обезьян) никогда не были чистыми травоядными, и в их рационе всегда присутствовал определенный процент животной пищи. Кроме того, вот уже как минимум несколько сотен тысяч лет человек пользуется температурной обработкой пищи. То есть качество и энергетическая плотность еды у самых развитых гоминид и уж тем более у кроманьонцев была намного выше по сравнению с травоядными животными, что и привело к заметным эволюционным изменениям в системе пищеварения.

В первую очередь это касается строения желудка — у обезьян и человека он давно утратил многокамерность, значительно уменьшился в размерах, а кислотность желудочного сока значительно повысилась, что требовалось для переваривания той самой животной пищи, которая добавилась к рациону. Вместе с тем повышение кислотности желудочного сока привело к исчезновению пищеварительных бактерий, характерных для жвачных животных. Кроме того, хотя толстый кишечник человека до сих пор довольно большой, по сравнению с травоядными он уменьшился. Это легко понять, если сравнить соотношение объема брюшной полости по отношению ко всему телу у той же коровы и у человека. Если бы мы решили хотя бы попробовать переварить упомянутые выше 6–10 кг травы, у нас на это просто не хватило бы объема пищеварительной системы.

Впрочем, даже если мы принимаем за данность тот факт, что наша пищеварительная система не способна обеспечить нас достаточным количеством энергии и питательных веществ за счет листовых и плодовых сырых овощей или сырых же круп и бобовых, это еще не означает, что сыроедение не имеет права на существование. У нас остаются в арсенале хорошо усваиваемые и на первый взгляд вполне богатые нутриентами и энергией фрукты, семена и орехи, проращенные зерна и бобы (которые усваиваются уже гораздо лучше).

Давайте, к примеру, посмотрим, какой точно питательной ценностью может обладать суточный рацион, специально составленный таким образом, чтобы компенсировать возможный дефицит самых важных питательных веществ. Для этого мы взяли 100 граммов фиников (источник углеводов и энергии), 150 граммов грецких орехов и 50 граммов семян кунжута (источник жиров, белков и минеральных веществ), два средних апельсина (источник клетчатки и витаминов) и 200 граммов шпината (источник пищевой клетчатки, витаминов и минералов), а также 500 граммов проращенных бобов и 300 граммов проращенной пшеницы (источники белка и углеводов). Мы не зря взяли именно проращенные семена, так как бобы и пшеница в сыром виде усваиваются очень плохо, хотя при этом мы должны понимать, что за повышение степени усвоения мы должны будем заплатить уменьшением количества белка и углеводов, которые начинают интенсивно расходоваться в процессе проращивания. Получившаяся в итоге питательная ценность такого рациона приведена в таблице 10.

Таблица 10. Питательная и энергетическая ценность "идеального" суточного рациона, составленного на основе принципов сыроедения

На первый взгляд данные приведенной выше таблицы убедительно доказывают, что и из сырых растительных продуктов можно составить абсолютно полноценный рацион. (Про дефицит витаминов В12 и Д мы не говорим, так как это неизбежное следствие любых вегетарианских диет, но которого при этом легко избежать за счет включения в рацион препаратов этих витаминов.) Однако при внимательном анализе можно сразу же выявить целый ряд подводных камней, о которых нужно знать заранее, отправляясь в подобное плавание.

Во-первых, даже несмотря на то, что мы осознанно пытались выбрать наиболее концентрированные источники питательных веществ, тем не менее у нас получился очень внушительный объем пищи — полтора килограмма! В жизни же при неизбежном изменении перечня и соотношения продуктов эта цифра будет стремиться к двум-трем килограммам пищи, причем далеко не самой аппетитной. И если взрослый человек, руководствующийся своим сознательным (или духовным) выбором, еще может свыкнуться с такой диетой, то вот ребенок никогда не сможет планомерно осиливать такие объемы. Соответственно, сыроедение и дети младшего возраста — это несовместимые понятия. Тем более, как мы говорили выше, нормы потребления белка и незаменимых аминокислот, а также общей калорийности рациона, у детей в несколько раз выше по сравнению со среднестатистической нормой.

Во-вторых, все приведенные в таблице цифры являются номинальными, то есть они рассчитаны исходя из химического состава без учета того, как данные продукты будут (или не будут) усваиваться в организме человека. И хотя мы и постарались взять по максимуму проращенные семена, фрукты и шпинат, которые отличаются гораздо лучшим усвоением белка, углеводов и минералов, тем не менее наличие фитиновой кислоты и блокаторов протеолитических ферментов в сырой растительной пище (см. выше) никто не отменял. Соответственно, мы должны будем уменьшить цифры, приведенные в таблице, на 20–30 %.

Таким образом, по факту обеспеченность углеводами и энергией снизится существенно ниже необходимой нормы. Тем более что, как следует из той же таблицы, основной вклад в калорийность данного рациона вносят жиры (их почти в 2 раза больше рекомендуемого уровня потребления), усвоение которых в больших количествах протекает в организме человека всегда достаточно сложно и, более того, существует максимальный порог усвоения жиров, свыше которого они уже не будут усваиваться.

Именно в этом и кроется причина того, что у подавляющего большинства сторонников сыроедения закономерно выявляется прогрессирующее снижение массы тела и глубокий дефицит энергии. Ярче всего об этом говорит факт широкого распространения аменореи (отсутствие регулярных менструаций) у женщин, придерживающихся данной диеты. Как известно, у животных регуляция полового цикла почти всегда связана с уровнем обеспеченности энергией: если пищи недостаточно — половая функция тормозится, если пищи и энергии стало опять много — можно думать о потомстве. У современных женщин, придерживающихся принципов сыроедения, эта закономерность опять становится актуальной. Конечно, с общебиологических позиций отсутствие регулярных менструаций нельзя считать патологией, но вот для современного человека такое состояние вряд ли можно отнести к здоровому.

В-третьих, даже такая идеально подобранная диета, состоящая из продуктов с сознательно ограниченным содержанием грубой клетчатки и максимально возможной усвояемостью, все равно будет при постоянном употреблении оказывать чрезвычайную нагрузку на не слишком-то приспособленную для этого пищеварительную систему. В итоге это приведет либо к разнообразным расстройствам, что снизит и без того невысокую питательную и энергетическую эффективность данного рациона, либо заставит человека подсознательно перейти на максимально "комфортные" продукты. Именно поэтому диета очень многих сыроедов со временем становится крайне однообразной: фрукты, сухофрукты и орехи. А это, согласитесь, уже никакого отношения к здоровому питанию не имеет.

Заключение Так кто все-таки прав?

Как бы мы ни старались сохранять максимальную объективность и не вставать на чью-либо сторону, мы прекрасно понимаем, что главный (с точки зрения большинства читателей) вопрос так и остался без ответа. Можно ли однозначно сказать, что растительный рацион в долгосрочной перспективе является намного более здоровым (как об этом говорят все больше и больше врачей) по сравнению с традиционной диетой, включающей много животного белка? Или все же можно не отказываться совсем от мяса, но при этом за счет оптимизации сопутствующего рациона и образа жизни в целом добиться и большей продолжительности жизни, и лучшего ее качества? Но в том-то все и дело, что четких ответов на эти вопросы нет. Просто потому, что они поставлены неправильно и требуется сделать немало уточнений, чтобы на них ответить.

Что точно имеется в виду, когда говорят о растительном рационе? Что значит традиционная смешанная диета: в каком точно процентном соотношении и в каком виде представлены в ней те или иные продукты? Что точно имеется в виду под словом "мясо" и как часто и в каком количестве оно употребляется? Поэтому давайте попробуем взглянуть на предмет разговора не с точки зрения уже существующих убеждений (или предубеждений), а исключительно с точки зрения цели, которой хотелось бы достичь, выбирая тот или иной стиль питания.

Итак, если не касаться этических вопросов питания, которые лежат совсем в другой плоскости, перед нами стоит задача обеспечить максимально продолжительную, здоровую и активную жизнь. При этом, предположим, мы уже решили вопросы адекватной физической активности, климатических и экологических условий, позитивного отношения к жизни, а также избавились от любых вредных привычек, так как без всего этого будет довольно беспочвенно обсуждать показатели здоровья и продолжительность жизни даже в случае самого совершенного рациона питания. И если это так, то к подобному идеальному здоровому образу жизни мы очевидно шли через следующий принцип: убирай (заменяй) то, что вредно, и привыкай к тому, что необходимо и полезно.

Так вот, точно такой же подход должен распространяться и на правильное питание, и на наши пищевые привычки. Как бы банально это ни звучало, мы вынуждены это повторить, так как многие люди увлекаются теми или иными диетами и системами питания, благодушно считая, что одним только фактом обращения в "новую веру" они автоматически даруют себе вечное здоровье. А вот этого-то зачастую и не происходит, так как формальное и неосознанное приобщение, например, к тому же вегетарианству на самом деле мало что меняет в исходно крайне нездоровом рационе питания (и особенно образе жизни) так и не потрудившегося разобраться в нем человека. Здесь очень уместно вспомнить рассказ А. П. Чехова "Печенег", в котором вегетарианство одного из героев является всего лишь "зацепкой", придающей его жизни хоть какой-то этический смысл, но при этом имеющей мало общего с вопросами физического здоровья и здорового образа жизни.

Итак, предположим, что мы стоим перед выбором максимально здоровой системы питания и исходим исключительно из критического анализа того, какие продукты обязательно нужно убрать из рациона, какие следует оставить, а количество каких даже увеличить, а также из того, какие новые пищевые привычки предстоит освоить. И поскольку речь в данной книге шла о веганстве, вегетарианстве, смешанных диетах и мясоедении, мы для облегчения задачи попробуем провести подробный анализ для каждого из упомянутых стилей питания, причем сделаем это в максимально краткой и наглядной форме, а именно в виде таблицы "за и против".

Таблица 11. Основные позитивные и негативные факторы базовых рационов питания современного человека

Неожиданный финал, не правда ли? После столь долгих и подробных рассуждений о самых разных аспектах питания человека мы вдруг приводим совершенно банальную (с точки зрения большинства) таблицу. Однако именно это и есть квинтэссенция здорового рациона питания, очищенная от модных, этических, национальных, религиозных, исторических и прочих наслоений. И именно поэтому эта таблица за исключением мелких деталей так сильно похожа на то, что мы привыкли читать в классических советских учебниках диетологи.

По этой таблице можно очень легко (хотя, конечно, и несколько поверхностно) проверить практически любой рацион на предмет того, подходит он или не подходит в качестве диеты здоровья и долголетия. Например, современный фастфуд не соответствует критериям здорового питания ни по одному из приведенных в таблице параметров. Североамериканская, мексиканская, аргентинская, центрально-европейская, а также другие подобные кухни, в которых главное место занимают красное мясо и колбасные изделия, а также картофель, белый хлеб, сыр и сливочное масло, по понятным причинам тоже не проходят экзамен.

Или, например, давайте еще раз вспомним о таком весьма болезненном вопросе, как сыроедение. Мы достаточно много рассуждали о преимуществах и недостатках этой диеты, но на самом деле стоит только бросить взгляд на приведенную выше таблицу, чтобы понять, что вероятность соблюдения всех параметров здорового питания у сыроеда либо ничтожно мала, либо это потребует от него огромных усилий и большого количества времени.

А что с вегетарианскими и веганскими диетами? Судя по данной таблице, однозначного ответа и тут нет. Если единственным признаком вегетарианства является отсутствие мяса в рационе (а, к сожалению, очень многие именно так и думают), это будет гарантировать соблюдение лишь одного из условий здоровой диеты, а именно отсутствие в пище красного мяса и нулевой риск нарушений, связанных с избытком мясного белка. Кроме того, есть вероятность сокращения доли животных насыщенных жиров и холестерина, но у лактовегетарианцев или лактоововегетарианцев это уже будет зависеть от количества и качества яиц, молока и молочных продуктов.

Но вот будет ли при этом белковая пища данного конкретного вегетарианца полноценной по аминокислотному составу, столь же однозначно сказать уже нельзя. Если это лактовегетарианец (либо лактоововегетарианец), песковегетарианец или веган, прекрасно знающий и умеющий сочетать разные виды растительного белка, то да, а если основу рациона данного человека составляют вполне себе вегетарианские хлеб, картофель и рис или — другая крайность — сырая и однообразная растительная пища?

Точно так же само по себе вегетарианское питание без уточнения конкретного состава диеты совершенно не гарантирует соблюдение всех остальных параметров здорового питания. Возьмите, к примеру, современное поколение городских вегетарианцев Индии, Шри Ланки и Пакистана, о которых мы много говорили в этой книге. Основу их рациона составляют рис, пшеничные лепешки, снеки, некоторое количество овощей и молочных продуктов. Очевидно, что при таком рационе будут нарушены все базовые условия правильного питания, упомянутые в приведенной выше таблице. И именно это вкупе с низким уровнем физической активности вполне объясняет широкое распространение ожирения, сахарного диабета, заболеваний сердечно-сосудистой системы и сравнительно низкую продолжительность жизни у людей, которые всю свою жизнь придерживаются принципов вегетарианства.

Разумеется, что "научные" вегетарианцы и веганы, которые тщательно продумывают состав своих диет, следят за балансом аминокислот и полиненасыщенных жирных кислот, стремятся к максимальному разнообразию растительной пищи и допускают использование витаминов животного происхождения в виде пищевых добавок, пройдут данный тест на пять с плюсом, и такой рацион можно с полным правом считать диетой долголетия. Но вот только ли они одни?

Поклонники полностью сбалансированной средиземноморской или японской диеты пройдут тест на долголетие едва ли не с лучшим результатом, и более того, эта фора во многом будет обусловлена наличием именно невегетарианского компонента рациона в виде прежде всего морской рыбы и морепродуктов. Все дело в том, что дары моря — это не просто источник полноценного и при этом легко усваиваемого и практически безвредного (см. таблицу 7) белка, многих минералов и витаминов, но еще и богатейший источник омега-3 полиненасыщенных жирных кислот, которые сегодня по праву называются "эликсиром долголетия".

Таким образом, за счет данного невегетарианского компонента рациона одновременно выполняются сразу три важнейших условия здоровой диеты — полноценность аминокислотного состава белка, необходимое количество омега-3 жирных кислот и максимальное пищевое разнообразие, столь свойственное морской диете в отличие от мясного рациона. Конечно, веганы и вегетарианцы тоже могут полностью обеспечить себя омега-3 жирными кислотами и полноценным белком за счет растительных источников, но нужно понимать, что это потребует от них гораздо больших знаний, настойчивости и усилий.

Впрочем, включение рыбы и морепродуктов в рацион питания особо ожесточенных споров и не вызывает. Не зря же существует целое направление вегетарианства — песковегетарианство. А если это будет мясо? На что я могу рассчитывать, если я не буду полностью отказываться от мяса, но при этом буду уделять пристальное внимание всем остальным компонентам диеты? Может ли быть здоровой диета, в составе которой: 1) достаточно цельных злаков, бобовых, зелени, овощей и фруктов; 2) ограниченное количество животных насыщенных жиров и, наоборот, достаточно морских или растительных омега-3 полиненасыщенных жиров; 3) общая калорийность рациона никогда не превышает моих энергетических потребностей; 4) в моем питании всегда находится место ограниченному количеству постного и не подвергшегося глубокой обработке мяса?

Если это будет белое мясо птицы — и об этом говорят очень многие исследования (а также данные таблиц 7–9, приведенные в этой книге), — то можете не волноваться и рассчитывать на здоровую и продолжительную жизнь. А если при добросовестном выполнении всех остальных условий вместо белого мяса употреблять более привычное и для многих более вкусное красное мясо? Если его количество при этом будет также строго ограничено, будут исключены жирные сорта мяса, а также сыровяленые и колбасные продукты и будет к минимуму сведена интенсивная термическая обработка? Если бы не повышенный риск рака толстого кишечника, то и такая диета тоже могла бы быть вполне адекватной, о чем говорит пример разбиравшейся выше кавказской диеты.

Резюмируя все сказанное в этой части книги, хотелось бы высказать несколько ключевых соображений. Во-первых, рассуждая о здоровых диетах — особенно сегодня, — нужно начинать не со споров о животных или растительных источниках белка, а с вопросов состава углеводной части рациона, которая всегда являлась базовой для человека как исторически преимущественно травоядного организма. Большое количество разнообразной и при этом максимально нативной растительной пищи является основным источником энергии, витаминов, минералов, антиоксидантов и, главное, растительной клетчатки.

Если это условие выполняется (здесь для ориентира можно взять структуру средиземноморской или японской диеты), можно двигаться дальше. Если нет — то далее уже неважно, к какому типу вегетарианства вы себя относите и какой рацион выбрали, и неважно, какой тип животного белка вы предпочитаете, если вы невегетарианец. Без правильных углеводов ни одна из диет не будет здоровой и полноценной. Еще раз вспомните индийских вегетарианцев и тот факт, что большое количество однообразной рафинированной растительной углеводной пищи является сегодня гораздо более опасным врагом, чем жирное красное мясо.

Во-вторых, речь должна идти о балансе не только холестерина, но прежде всего жирных кислот, его сопровождающих. При этом величина соотношения полиненасыщенные жиры/насыщенные жиры должна стремиться к максимально возможным значениям, а соотношение омега-6 и омега-3 полиненасыщенных жирных кислот должно всегда поддерживаться на рекомендуемом уровне. И согласитесь, этот вопрос тоже очень далек от банального спора о том, быть или не быть мясу. При этом не нужно забывать, что высокий уровень холестерина и риск сопутствующих заболеваний — это не только мясо, яйца и молочные продукты, но еще и избыточное количество рафинированных углеводов. В-третьих, необходимо точно рассчитать количество и, главное, разнообразие и полноценность белка. И только на этом этапе возникает вопрос о включении или невключении животной пищи в рацион питания. Обеспечивает ли нас растительная пища всеми аминокислотами в полной мере? Если нет, то какой источник животного белка и в каком количестве стоит выбрать, исходя из его безопасности и дополнительных полезных качеств?

В-четвертых, мы оцениваем баланс витаминов, витаминоподобных веществ и минералов, а также общую калорийность рациона и вклад в нее белков, жиров и углеводов. Наконец, в-пятых, нужно убедиться, что в нашей пище нет однозначно вредных веществ (или они не превышают допустимый порог), таких как миоглобин, избыточное количество холестерина, соли и маринады, гетероциклические амины, а также канцерогенные добавки, такие как, например, нитриты.

Нет сомнений, что вегетарианство, включая веганство, при грамотном подходе может вполне стать такой идеальной диетой и уж, конечно же, это будет гораздо более здоровым и адекватным рационом по сравнению с большинством сегодняшних традиционных рационов с высокой долей мяса. Однако ведь и любая другая максимально разнообразная растительная диета с включением ограниченных количеств животных белков (за исключением красного мяса) будет ничуть не хуже, а по ряду параметров даже лучше.

Бонус-трек: все, что нужно запомнить из этой книги, в пяти тезисах

Если кому-то все сказанное выше (в этой главе и во всей книге) показалось слишком сложным и непонятным, мы готовы дать максимально простую, но при этом абсолютно обоснованную и очень полезную схему идеального рациона, который в зависимости от вкусов и убеждений человека может включать или не включать продукты животного происхождения. В этой схеме полностью отражено все то, о чем мы так подробно рассказывали: наша пищевая эволюция, пищевая физиология и анатомия, наиболее успешные диетологические практики разных народов и современные исследования влияния разных видов пищи на здоровье человека.

Постулат № 1: вне зависимости от того, вегетарианец вы или убежденный мясоед, не менее 20–30 % калорийности вашей пищи должны составлять зелень, овощи, ягоды, грибы и несладкие фрукты.

Еще раз посмотрите на структуру средиземноморской, китайской, японской кухни или — если вы мясоед — на баланс кавказской и арабской диет. Чем больше в вашем рационе будет нативной растительной пищи и, главное, чем более разнообразной она будет, тем лучше будут чувствовать себя ваш кишечник и кишечная микрофлора (а соответственно и иммунная система), тем идеальнее будет у вас обмен углеводов, жиров и холестерина, не говоря уже о витаминно-минеральном балансе. А это и есть базовые условия долгой и полноценной жизни.

Постулат № 2: вся растительная пища в составе вашей диеты должна быть максимально разнообразной.

Если вы затрудняетесь с оценкой разнообразия растительной части своего рациона, возьмите для примера средиземноморскую или японскую диеты, подробный состав которых мы описали выше. Помните, что чем разнообразнее ваш растительный рацион, тем меньше вы должны будете считать цифры калорий и углеводов и тем больше будет вероятность того, что ваша диета будет сбалансирована по количеству белка, аминокислот, омега-3 полиненасыщенных жирных кислот, клетчатки, витаминов и минералов.

Постулат № 3: если вы убежденный вегетарианец, не менее 30–50 % калорийности вашего рациона должны быть представлены высокобелковой растительной пищей с самым разнообразным аминокислотным составом.

Если вы пока не очень хорошо разбираетесь, какое количество белка в целом и незаменимых кислот в отдельности есть в разных продуктах, то возьмите себе на вооружение следующее очень простое правило: каждый день в вашем рационе должны быть примерно в равных количествах: 1) цельные злаки (овес, гречневая крупа, дикий рис, киноа); 2) бобовые (маш, нут, чечевица, соя, фасоль); 3) нежареные и несоленые орехи. В сочетании с большим количеством овощей и зелени это вам даст полный спектр незаменимых аминокислот в нужном количестве.

Примечание: не забудьте о включении в рацион синтетических витаминов животного происхождения, как минимум витамина В12.

Постулат № 4: если вы не против пищи животного происхождения, от 30 % до 50 % вашей диеты (по калорийности) могут составлять морская рыба и морепродукты, речная рыба, нежирное мясо птицы и в более ограниченных количествах молочные продукты и яйца.

Еще раз посмотрите на состав японской и средиземноморской кухни — чем не пример для подражания? Но при этом не забывайте, что и здесь самое главное — это максимальное разнообразие и сочетание разных продуктов. Кроме того, не ленитесь всегда оценивать количество ненасыщенных жиров в животной пище (и только потом холестерина).

Постулат № 5: оставшиеся 20–50 % вашего рациона мы отдаем на ваше усмотрение. Свободу выбора пищевых предпочтений никто не отменял. Но при этом помните, что даже самая здоровая и максимально разнообразная пища не отменяет необходимости соблюдения норм общей калорийности рациона.

Помните, даже если вы питаетесь одной лишь здоровой пищей, это не дает вам 100-процентной защиты от избыточного веса и других более серьезных обменных нарушений. Да-да, и овсянка, и фасоль, и яблоки, и баклажаны могут тоже навредить, если общая калорийность вашего рациона значительно превышает ваши энергетические потребности. Для организма ведь абсолютно не важно, откуда поступили избыточные глюкоза или жиры — из пирожного или из овсянки с орехами и медом. И в том и в другом случае последствия будут одинаковыми (ну или практически одинаковыми с учетом большего количества витаминов, минералов и полезных жиров в здоровом рационе).

Именно по этой причине мы рекомендуем вам полностью отказаться от продуктов с "пустыми" калориями. Из растительной пищи это белый хлеб, макаронные изделия, рис, сдоба и десерты, сладкие фрукты (виноград, груши, бананы, сладкие яблоки) и сухофрукты, картофель. Из животных продуктов это любые виды колбасных изделий и жирного мяса, жирные сыры, сметана и сливки, рыбные продукты с добавленным жиром.

И порция "Макдоналдс" на прощание

Ну и напоследок мы хотим поделиться с вами одним любопытным тестом. Мы его называем тестом "Макдоналдс" и предлагаем пройти это нехитрое испытание каждый раз, когда видим назревающий конфликт между сторонниками вегетарианства и мясоедения (или любыми другими сторонниками разных стилей питания и диет). Для этого требуется ответить всего лишь на один вопрос: "что вам не нравится (или, наоборот, нравится) в стандартном обеде из ресторана "Макдоналдс"?

Сразу скажем, что в данном случае не может идти речи о потребительском качестве пищи, так как трудно найти другую ресторанную сеть со столь же высокими стандартами качества и свежести. Это достигается как за счет очень строгих внутренних санитарно-гигиенических регламентов, так и за счет максимальной локализации производства полуфабрикатов у самых надежных и регулярно проверяемых местных поставщиков.

Так что же тогда вам не нравится (или нравится) в продуктах "Макдоналдс"? Что плохого (или хорошего) в среднем гамбургере, порции картофеля фри и стакане колы? При этом в зачет не принимаются такие заведомо ложные или трудно проверяемые аргументы, как: 1) любой знает, что это вредно; 2) американцы хотят нас отравить; 3) Роспотребнадзор часто закрывает их рестораны; 4) какой-то журналист специально "сидел" на гамбургерах и растолстел на 50 кг; 5) это сплошь генетически модифицированные продукты и т. д.

И если все ваши претензии сводятся к тому, что такая еда является невегетарианской (или химически и температурно обработанной) и поэтому однозначно вредной, или, наоборот, вы считаете этот обед хорошим, потому что он быстрый, сытный и вкусный, — значит, ваши убеждения имеют мало общего (простите!) с настоящими знаниями о правильном питании.

Не верите? Хорошо, давайте усложним этот тест и зададим второй вопрос: чем упомянутый обед от "Макдоналдс" хуже (или лучше) домашнего обеда, состоящего из картофельного пюре, котлеты, пары кусков белого хлеба и сладкого чая? Согласитесь, почти без размышлений так и хочется сказать: "Да как это можно сравнивать?! Домашнее, родное и заморский фастфуд"! И это опять не что иное, как подмена знаний какими-то внутренними и часто непонятно откуда взявшимися убеждениями.

А ведь стоит нам перевести оба сравниваемых обеда в плоскость хотя бы таких понятий, как общая калорийность, гликемический индекс, количество быстрых углеводов, соли, насыщенных животных жиров и трансжиров, миоглобина, пищевой клетчатки, витаминов, минералов, омега-3 жирных кислот и др., как наш разговор сразу станет абсолютно предметным. И мы начнем говорить о здоровье и долголетии, исходя из цифр и фактов, а не потому что у нас есть какие-то убеждения или табу или потому что нам кажется так или иначе…

Content

Гичев Юрий Веганы против мясоедов. В поисках золотой середины

Юрий Гичев Веганы против мясоедов. В поисках золотой середины

Часть первая В поисках объективности, или Что говорят о нашем питании анатомия, биохимия, эпидемиология и палеонтология

Часть вторая Что могут сказать о мясоедении и вегетарианстве региональные диеты, или Еще раз о сознательной и рациональной всеядности

Часть третья В поисках объективности, или Что говорят о мясоедении и вегетарианстве научные исследования

Часть четвертая Почему вредным считают только мясо, или Несколько слов о белковой и о богатой холестерином пище

Часть пятая Как укротить стейк, или Полезные советы для мясоедов

Часть шестая Есть ли жизнь без мяса?

Заключение Так кто все-таки прав?

Бонус-трек: все, что нужно запомнить из этой книги, в пяти тезисах