Олесь Бердник

ПОЕДИНОК НА АСТЕРОИДЕ

…Гарри Бор, закрыв глаза, блаженствовал. Наконец, сегодня осуществляется его мечта…

Парикмахер лучшей фешенебельной парикмахерской в Сан-Франциско быстро намыливал ему щеки, а Гарри тем временем думал о том, как он — сияющий и счастливый — придет к любимой Элизабет и расскажет про свою необычайную удачу… и, конечно, про свою любовь… Про любовь к ней — лукавой кокетке Элизабет!..

Какой он счастливый!.. Действительно, еще недавно Гарри восторженно слушал рассказы пионеров-исследователей Космоса о страшных и интересных путешествиях в безднах пространства, в марсианских пустынях, между скалами на спутниках Урана и Сатурна, про экспедиции на Плутон и другие планеты… А теперь он сам примет участие в космофизической экспедиции, которая летит в пояс астероидов для розыска дорогих минералов и радиоактивных руд.

Гарри помнил, что много путешественников сгинуло в бездне небес, многие вернулись калеками, но те, кто ставил перед собой цель, достойную энергичного человека — вернулись из Космоса миллионерами, с алмазами и золотом! Он тоже пойдет по их пути — он найдет на астероидах драгоценные минералы и привезет дорогой Элизабет такие алмазы и сапфиры, которых нет даже у английской королевы… Хватит ей скитаться!.. Она наверное до сих пор так холодно относится ко мне потому, что я был никто!.. А и в правду — что ей какой-то оборванный студент!.. Но сегодня он — Гарри — расскажет ей обо всем!! Она немного подождет — и они заживут счастливо… И тогда пусть другие завидуют им, как сейчас Гарри и Элизабет завидуют богачам…

Гарри раскрыл глаза и посмотрел в зеркало. Оттуда глядело самодовольное лицо с веселыми карими глазами. Он подмигнул сам себе и засмеялся…

— Мистер счастлив? — склонился над Гарри парикмахер.

— О да, мистер счастлив! — весело ответил Бор.

— Девушка?..

— Да!..

— Тогда предлагаю мистеру новейший одеколон «Космическая катастрофа». Очень модно!..

— Валяйте «Космическую катастрофу»! — сказал Гарри.

Парикмахер, непрерывно меля языком, выбривал до блеска его щеки.

— Массаж? — закончив брить, спросил он.

— Да!

— Каким методом?

— Каким хотите!..

— Предлагаю «Поцелуй на Марсе»…

— Чудесно!..

— Компресс «Вальс Венеры»…

— Боже мой! — воскликнул Бор. — Да вы на меня весь Космос свалили!..

Парикмахер засмеялся.

— Крик моды! Ничего не поделаешь!.. Ну, а в заключение — «Космическая катастрофа»!..

Нежная струя освежила лицо Гарри. Запах — необыкновенно тонкий — дурманил сознание. Закружилось в голове.

— Если и настоящая космическая катастрофа такая же приятная, то бояться ее не следует! — засмеялся Гарри, расплачиваясь с веселым парикмахером.

— Желаю вам денег и поцелуев! — крикнул вслед тот.

Скоростной лифт помчал Гарри вниз. Затем он перешел на автоматический тротуар и, снова поднявшись лифтом на 30 этаж, позвонил.

Дверь резко отворилась, и прямо в коридор выскочила из комнаты Элизабет, чуть не столкнувшись с Гарри, — высокая, стройная, с немного прищуренными глазами, с горячим лукавым взглядом.

— Гарри! — закричала она, смешно всплеснув руками, — какой ты сегодня шикарный! Деньги получил или, может, хорошую работу нашел?..

— Я счастлив, Элизабет! — ответил Гарри, идя за девушкой в комнату.. — Поздравь меня — я вылетаю в составе космической экспедиции!..

— Куда?

— В пояс астероидов!

— Это же очень опасно! Что ты будешь там делать?..

— Что я буду делать? — задумчиво переспросил Гарри. — Искать минералы… Это ясно!.. Но, Элизабет! Я хотел бы сегодня поговорить с тобой откровенно и до конца!..

— Гарри! Я всегда с удовольствием слушаю тебя! И думаю, что всегда мы с тобой говорим откровенно!..

— Видишь ли, пока я учился, до этих пор ты как-то холодно относилась ко мне… и я думал, что ты, конечно, права, потому что я того стою — бедный и…

— И глупый, — закончила Элизабет.

— Не перебивай… Я знаю — тебе нужна веселая жизнь, а не такая, как здесь, в этой конуре! И поэтому ты не могла ответить на мои чувства! Я не осуждаю тебя!.. Но теперь! Теперь я прилечу с небес миллионером, я привезу тебе оттуда чудесные алмазы! И мы с тобой будем жить так, чтобы каждый шаг был усыпан только цветами, чтобы счастье сопутствовало нам всегда!

— Ты стал поэтом! — засмеялась Элизабет. — Но, по-моему, у тебя мысли повернулись не в ту сторону! Послушай, Гарри! Кто тебе сказал, что я холодно относилась к тебе?.. Просто ты был робким, милый дурачок! А твоих алмазов мне не нужно, слышишь?.. Я даже боюсь чего-то!..

— Чего, Эли? — нежно спросил Гарри.

— Не знаю!.. Мне не хочется, чтобы ты летел… Я знаю, что мы с тобой и без этого построили бы хорошую семью! Я давно решила…

— Эли! — крикнул в восторге Гарри. — Чертова девочка! Почему же ты мне не говорила?

— Решила немного помучить тебя! — лукаво блеснула глазами Элизабет. — И все ж таки я прошу тебя — не надо твоих миллионов!.. Может, ты не поедешь! Мы лучше поедем в наше свадебное путешествие!..

— Нет, Эли! — страстно зашептал Гарри, выключая свет и прижимая Элизабет. — Нет, моя радость, я хочу одеть тебя, как королеву, я хочу, чтобы красивее тебя не было в Сан-Франциско… нет! в целом свете… Мне надоела нищенская жизнь! Наконец, ты знаешь, что, кто хочет жить, тот должен бороться!.. Любыми средствами!..

Элизабет что-то хотела возразить, но хмель любви — молодой и непобедимой — ударил в головы и смешал все мысли в радостном вихре великого таинства первой любви…

…На другой день Гарри и Элизабет в прозрачном авто в первом часу дня въехали на территорию космопорта. Гарри вышел из машины, Элизабет за ним.

Девушка тут еще не была и видела все лишь на картинках. Она с интересом осматривалась вокруг.

На необъятной площади, которая простиралась на десятки километров от города, стояли рядами десятки гигантских ракет, подобно снарядам, поставленных стоймя. Зрелище действительно было грандиозное.

Вокруг сновала толпа космонавтов и провожающих. Навстречу Гарри с диспетчерского пункта вышел тучный седой мужчина — начальник экспедиции.

— Мистер Бор, — окликнул он, — немедленно занимайте свое место, через полчаса вылетаем!..

— Ладно — ответил Гарри.

Начальник направился к одному из ракетных аппаратов.

Бор повернулся к Элизабет, молча прижал ее к груди. Она, спрятав в его пиджак заплаканные глаза, всхлипывая, молчала. Потом, наконец, преодолев себя, подняла взгляд вверх.

— Жди! — сказал Гарри, поцеловав ее в черные заплаканные глаза. — До счастливой встречи!..

Он побежал к ракете, а Элизабет казалось, что это у нее оторвался кусок сердца.

Закрылись дверцы ракеты. Провожающие отошли. Огромный снаряд, гремя дюзами, подскочил в воздух и, обдав горячим дыханием людей, с каждой секундой уменьшаясь, исчез в облаках…

Волосы, пышно рассыпанные по плечам Элизабет, завихрились и снова упали… и все!.. И больше ничего нет!..

…Пилот, выведя ракету в межпланетное пространство, выключил двигатель. Теперь все сделают автоматы. Вскоре аппарат будет у пояса астероидов, где экспедиция начнет работу.

Гарри, отстегнувшись от кресла и подойдя к иллюминатору, любовался звездным пейзажем. Рядом с ним остановился Генри Скеч, тоже космофизик, который должен был вместе с Гарри высадиться на астероиде. Гарри косо посмотрел на него. Сухое лицо Генри со стальными холодными глазами не нравилось ему, почему-то не хотелось быть вместе с ним в экспедиции, но назначал членов экспедиции не он, а начальник, и приходилось молчать…

— Вы впервые в Космосе? — спросил Гарри спутника.

— Второй раз — ответил Генри.

— В первый раз не страшно было? Понравилось вам пространство?..

— Мне оно нравится постольку, поскольку пригодится для бизнеса, — сухо ответил Скеч.

Гарри было неприятно слушать такие слова, и даже его собственные мечты о небесном богатстве почему-то теперь побледнели и стали не такими значимыми. Лицо Элизабет выплыло на фоне звезд, улыбалось заплаканными глазами, звало назад…

Гарри встряхнул головой, отмахнулся от неприятных мыслей. Потом, выпив горячего чаю, лег в мягкое кресло отдохнуть…

…Через несколько часов из ракеты должна была выйти первая группа экспедиции — Бор и Скеч.

Пилот — молодой белобрысый парень — теперь сам сел за пульт и вел ракету в поток астероидов, уменьшая скорость аппарата до скорости астероидного роя. Все напряженно ждали.

В темной глубине пространства, далеко в стороне, блеснули глыбы небесных обломков. Еще. Еще. А в переднем иллюминаторе сиял в луче Солнца большой астероид, не менее 500–600 метров в диаметре. На него и взял направление пилот.

В каюту зашел начальник экспедиции.

— Бор и Скеч! Прошу вас приготовиться! — сказал он. — Скеч будет старшим группы! Постарайтесь за 24 часа полностью обследовать астероид. За это время мы вернемся!..

Гарри и Генри надели скафандры и через пять минут стали похожими на гигантских головастиков. К скафандрам были присоединены баллоны с пищей, сжатым кислородом, атомные батареи для освещения и обогрева, и портативные радиоприемники… Человек, одетый в такой скафандр, мог пробыть в Космосе более десяти суток…

Ракета слегка вздрогнула. Поверхность астероида была у самого иллюминатора — аппарат летел рядом с небесным камнем. Бор и Скеч попрощались и вышли в переходную камеру. Двери закрылись за ними. Открылся люк. Перед ними была неровная скалистая поверхность маленькой планетки. Гарри ступил на камень, осторожно, держась за выступы, сделал несколько шагов и привязал себя длинной синтетической веревкой к скале, чтобы не улететь в пространство. Таким же образом вышел на астероид и Скеч.

Люк закрылся. Ракета, казалось, зависла, касаясь выступа острой скалы, отделилась от планетки и, развивая скорость, помчалась ко второму астероиду.

Гарри оглянулся. Они остались с Генри вдвоем среди необозримого океана пространства на кусочке камня…

…Скеч повернулся к Бору.

— Теперь мы разойдемся, — сказал он. — Встретимся на этом же месте… — он взглянул на хронометр в специальной прозрачной камере на руке… — через пять часов! Будьте внимательным! Ищите особенно алмазы… Предыдущие экспедиции передавали, что как раз в этом поясе астероидов встречаются большие гнезда самоцветов…

— Ладно! — ответил Гарри. Он был рад поскорее отделаться от Скеча, потому что вообще не любил компании, да еще и таких неприятных людей, как этот… бизнесмен!..

Скеч, проверив, крепко ли привязана веревка к скале, кивнул Гарри и, повернувшись, медленно пошел, а вернее, пополз между причудливыми нагромождениями камней и скоро исчез из глаз Бора…

Гарри облегченно вздохнул и огляделся вокруг. Страшно, но вместе с тем и красиво…

Вокруг мертвая пустота, засеянная золотыми огоньками далеких миров.

Где-то далеко-далеко — за тысячи километров от Гарри — виднелись блестящие пятнышки неправильной формы. Это освещенные Солнцем камни — родные братья этого астероида, на котором стоит теперь Бор. Под ногами — темный базальт. Между каменными пиками, хаотично поднявшимися с планетки, сияет Солнце, которое здесь раза в четыре меньше, чем на Земле…

Гарри отвел взгляд от необычного пейзажа.

— Пора браться за работу, — подумал он.

В телефоне послышался голос Скеча:

— Мистер Бор! Я нашел спутника алмазов. Внимательно проверяйте все породы на своем пути… Мы должны их здесь найти!..

— Ладно! — сухо отозвался Бор. — Начинаю поиски…

Он вытащил из специальной кобуры высокочастотный атомный пистолет, предназначенный для дробления породы, и начал медленно пробираться между скалами.

Солнце скрылось за нагромождениями камней, и стало сразу темно, как в герметично закрытой комнате. Гарри включил прожектор. Он начал внимательно смотреть вокруг. В ясном круге электрического пучка заблестели жилы металлов. Гарри включил портативный радиоспектроскоп. На руке — около хронометра — вспыхнул маленький зеленый экран, на нем забегала огненная змейка. Гарри повел раструбом радиоспектроскопа по тем местам, где блестели жили. Змейка на экране запрыгала. Бор недовольно покрутил головой:

— Железо, никель, медь… Мелочи!.. — пробормотал он.

— Подождите! Впоследствии и за этим будем летать! — послышался голос Скеча под самым ухом.

Гарри вздрогнул. Никак не отцепишься от этого Генри! Он злобно прикусил губу и выключил радио. Так будет лучше! Он хочет побыть хоть немного в одиночестве, с глазу на глаз со своими мыслями об Элизабет и будущем счастье…

Гарри двинулся дальше, прощупывая породы вокруг невидимым лучом. Железо, никель… Никель! Ага! Серебро!.. Ну это уже лучше!.. Снова никель!..

И вдруг у Гарри захватило дух! Огненная змейка на экране выросла и показала спектр, который свидетельствовал о том, что здесь есть самоцветы углеродистой группы!.. Может здесь есть и алмазы?.. А если даже какие-нибудь другие самоцветы — все равно чудесно! Он в первой же экспедиции прославится и вернется к любимой Эли богатым и счастливым.

В памяти снова возникло лицо Элизабет… Гарри подмигнул сам себе… Засмеялся… Потом выключил радиоспектроскоп и включил высокочастотный пистолет, направив его в то место, где должны были быть самоцветы — под огромную скалу красночерного камня…

В лучах прожектора, там, где прошел невидимый атомный нож, зашевелилась порода, медленно начала падать вниз.

Гарри засмеялся:

— Не падает, а расползается как каша! Вот что значит малое притяжение…

Но он и сам чувствовал себя почти невесомым на этой миниатюрной планетке.

Гарри провел у подножия скалы круг. Еще раз! Еще! И вот, наконец, в глубине вырезанной им дыры заблестели в луче прожектора огоньки самоцветов. Медленно оторвавшись от породы, плыл к ногам Гарри большой комок какой-то руды, подобный гигантской булаве, а в ней… Бор хотел протереть глаза, но помешал шлем… а в ней сияли зелеными, голубыми и красноватыми огоньками, вкрапленные в гнезда, огромные самоцветы!.. А среди них было не менее двух десятков алмазов!.. Как ему повезло! Это же королевское богатство! По закону космонавтов — первая находка члена экспедиции принадлежит тому, кто нашел ее! Какой подарок Элизабет!..

Гарри осмотрел углубление, где виднелись еще самоцветы меньших размеров и, не найдя ничего подобного первому самородку, направился обратно. Теперь здесь больше нечего делать! Астероид пригоден для разработок, и экспедиция может начинать работу, чтобы выбрать жилы самоцветов, которые он нашел!..

Снова вынырнуло из-за скал Солнце. Гарри выключил прожектор. Потом присел на каменный выступ и начал рассматривать свою находку.

Под лучами Солнца самоцветы засияли еще волшебнее. Они переливались множеством чистейших цветов, радовали глаз Гарри великолепными формами и величиной…

Вдруг Бор почувствовал, что кто-то стоит за спиной, и мороз пробежал по коже. Он обернулся. Это вернулся Скеч. Его лицо было сухим и злым, глаза не отрывались от находки Гарри.

— Почему вы не отвечали мне? — резко спросил Скеч, наконец, взглянув в лицо Бора.

— Радио испортилось, — соврал Гарри.

— Ладно! — смягчился Генри. — Значит, у вас удача… Прекрасно! Надеюсь, что вы будете джентльменом и мне, как старшему, подарите этот маленький сувенир?! А?

— Как? — не понял Гарри. — Какой сувенир?

— Наивное дитя! — сухо засмеялся Генри. — Ну, этот камешек, который вы нашли!..

— Подождите, Генри, но вы, видимо, забыли, что эта находка принадлежит мне по правилам космонавтов!..

Генри снова неприятно засмеялся:

— Я ничего не забыл!.. Но вы знайте, что есть еще другие законы — законы старшинства! Они велят, чтобы такие молокососы, как вы, слушались старших!..

— Но там больше нет таких самоцветов, а вы хотите забрать заслуженную мной находку!..

— Тем более, что нет!.. Но я даже не хочу разговаривать с вами! Запомните — здесь свидетелей нет — мы и… Космос!..

В голосе Генри послышались угрожающие нотки, Гарри поднялся с камня и встал, глядя прямо в лицо Скеча.

— Вы, может, хотите силой забрать у меня мои самоцветы? — тихо спросил он.

— Для чего же силой? — ехидно ответил Генри. — Я думаю, что вы умный мальчик и сами отдадите мне эту безделушку!..

— Нет! Не думайте, Генри, не отдам! — твердо ответил Гарри.

Глаза Скеча вспыхнули зеленым огнем ненависти.

Он, коротко размахнувшись, ударил Гарри в бок. Тот вскрикнул и отлетел к скале, больно ударившись о нее. Генри тоже от противодействия сел на камень.

Бор вскочил на ноги. Внутренний голос шепнул: «Осторожно, Гарри! Осторожно! Перед тобой — хитрый, жестокий человек! Недаром сердце предвещало несчастье!»

Скеч нагнулся над камнем с самоцветами, поднял его и залюбовался переливами красок. Потом повернулся к Гарри, который подходил к нему.

— Ну, куда же тебе, мальчишка, владеть таким царским камнем?! Подожди, второй раз полетишь в Космос — тогда находки будут твои! Тогда ты будешь ветераном Пространства! Понятно?

— Мне ясно одно, — прохрипел Гарри, бросаясь на Генри, — что ты отвратительный зверь, которого надо уничтожать…

С этими словами Бор схватил Скеча за кислородные шланги и повалил его на грунт. Но Генри, подобрав ноги, ударил его в живот, и Гарри полетел в пространство, отделяясь от планетки, с которой его соединяла только тоненькая веревка… Он видел, как Скеч бросился к скале, чтобы отвязать веревку Бора…

Сердце у Гарри похолодело. Он получил удар и теперь движется прочь от планетки! Если веревку отвязать, то он будет удаляться без конца и потеряется в пространстве! Это — смерть! Скеч специально хочет так отомстить ему, а потом сказать начальнику экспедиции, что он сам погиб из-за халатности!

Эти мысли мигом промелькнули в сознании Гарри! Выход только один! И Гарри должен решиться на это.

Он выхватил высокочастотный пистолет и, нажав кнопку, направил дуло на черную фигуру Скеча, который возился возле скалы. В наушниках послышался звериный рев, что-то заклокотало. Фигура Генри в неуклюжем скафандре медленно, как мешок, повалилась вниз…

Холодный пот выступил на лице Гарри. Все! Он убил члена экспедиции! Страшно! Что скажет начальник? Что скажут товарищи? Но разве он виноват? Он вынужден был это сделать!

Гарри схватился за веревку, начал подтягиваться назад, к планетке, и через несколько минут встал на грунт, возле трупа Скеча.

Гарри нагнулся над ним, перевернул на спину и ужаснулся.

Атомный заряд, войдя в спину, разворотил Генри всю грудь, разорвав и окровив скафандр.

В голове у Гарри помутилось, к горлу подступила горячая волна, в висках застучало…

Бор дико, истерически захохотал, потом схватил камень с самоцветами и начал качать его…

— Тихо! Тихо! — бормотал он! — Скоро придет Эли, твоя мама! Она накормит тебя, детка! Тихо!..

Затем Гарри тяжело застонал и, теряя сознание, медленно опустился на камень…

…Через несколько часов к астероиду пристал ракетный аппарат. Из люка вышел сам начальник, осторожно ступил на планетку.

— Что с ними могло случиться? — удивленно сказал он своему спутнику. — Оба лежат, как я вижу, неподвижно…

Он подошел к распростертым на камне телам и ужаснулся. Скеч лежал окровавленный, с разорванным скафандром, а лицо его, превратившись в кусок льда, стеклянными глазами смотрело в мировую бездну. Рядом лежал Бор, крепко вцепившись обеими руками в камень с самоцветами…

И начальник понял, какая трагедия произошла на маленькой планетке в пространстве. Он дал распоряжение перенести тела в ракету и начать работы на астероиде…

…На космодроме ждали возвращения экспедиции…

…Ракета, вся окутанная дымом, остановилась. Открылся люк, и из проема вышел седой начальник экспедиции, за ним пилот и еще два инженера…

Элизабет нервно улыбнулась. Почему же не видно Гарри? Что там случилось?

Вдруг девушка побледнела… Из люка два члена экспедиции выносили носилки, за ними еще одни…

Элизабет закусила зубами палец, чтобы не закричать, побежала к ракете. Ее увидел начальник экспедиции, дал знак остановиться. Носилки поставили на землю…

Элизабет полубезумно смотрела на труп Генри, затем перевела взгляд на поседевшего и исхудавшего Гарри. Гарри открыл глаза, увидел Элизабет. Какое-то воспоминание мелькнуло в его бессмысленном взгляде. Он засмеялся, поднялся на локти, поманил Элизабет к себе и протянул ей большой камень — весь в гигантских самоцветах…

— Если встретишь Эли — отдай ей! Это я для нее подарок от Юпитера привез! Знаешь Юпитера — бог был такой!.. Я был у него в гостях!..

Потом он засмеялся диким смехом и упал на носилки…

Элизабет обернулась к расстроенному начальнику.

— Что случилось? — сквозь слезы спросила она.

— Потом узнаете, — ответил начальник. — Он психически болен…

— И излечить его сможете, очевидно, только вы, — добавил ракетный врач, стоявший рядом.

Элизабет, зарыдав, упала на бесчувственное тело Гарри…

Перевод: С. В. Стребков

Редакция: А. С. Галий

2019 г.

Content

Олесь Бердник
ПОЕДИНОК НА АСТЕРОИДЕ